# The Land of Cozy Glow

makise_homura

[Изображение: https://cdn.everypony.ru/storage/06/08/97/2022/10/01/a782ceea2e.png]

Кози Глоу умеет манипулировать пони. Настолько хорошо, что однажды она была близка к тому, чтобы вся Эквестрия оказалась у её копыт. Но пара ошибок и случайное стечение обстоятельств обратили её из без двух минут императрицы в пленницу Тартара. И кто теперь знает, что бы случилось, если бы Кози смогла довести свой план до конца? Чем бы стала Эквестрия под её началом? Приняли бы её пони? Нет другого способа это выяснить, нежели направить историю по слегка другому руслу…

Короче, это AU по событиям финала восьмого сезона: Кози получает власть в Эквестрии, а шестёрка учеников пытается понять, правильно ли это или нет, в итоге делая нелёгкий выбор, ведущий к цепочке событий, что предотвращает падение Эквестрии.

Когда-то давно этот фанфик (без последней «подзвёздочной части», так как она не влезала в лимит) занял 2-3 место в табунском конкурсе фанфиков от «Клуба чтения» и попал в соответствующий сборник.

Хотелось бы поблагодарить организаторов конкурса, благодаря которым этот фанфик был доведён до логического конца (и даже занял в этом конкурсе традиционное для меня околопоследнее место... только вот с другого конца О.о : реально у меня место второе-третье (там два места с одинаковым количеством баллов)), а не продолжил неопределённое время валяться с компашкой из ещё пяти доковских файлов в папочке "ДОПИСЫВАТЬ!!!11один1".

Алсо, погодите, это меня глючит, или в сторизе нету в персонажах Y6 и Кози? Так вот, короче, в персах стоит "Other", но в общем, там должны стоять Сэндбар, Йона и Кози.

Этот же фанфик на фикбуке: https://ficbook.net/readfic/10156730.

Этот же фанфик на AT: https://author.today/work/272815.

Пост на табуне: https://tabun.everypony.ru/blog/stories/207469.html.

Технические комментарии здесь.

Обложка авторства SkyAircobra (также использован шрифт Romul).

## The Land of Cozy Glow

Небо на западе медленно, словно нехотя темнело. Давно Эквестрия не видела таких закатов: принцесса Селестия обычно не тянула время, и солнце, ведомое её магией, ныряло за горизонт в считанные секунды — чтобы вскоре смениться луной, которую исправно поднимала принцесса Луна минутой позже. Но сейчас всё было не так. Уже пару дней в Эквестрии рассветы и закаты длились чуть ли не по часу, поскольку теперь и солнце, и луна двигались по небу, не слушаясь никого, со скоростью, некогда заданной им принцессами, ещё не знавшими о том, что у них не будет больше сил остановить их, или наоборот, ускорить.

Тем не менее, глядя на то, как красные краски неба уступают своё место фиолетовым, а те — сменяются чернотой безлунной ночи, первой за многие годы, Кози Глоу не могла не отметить про себя, что это всё-таки красиво.

Тем более, что так теперь будет всегда.

— Вот и всё, — отстранённо сказала она, ни к кому не обращаясь, для себя самой; будто бы проводила черту, что поделит историю Эквестрии на «до» и после.

Именно сегодня, примерно на закате солнца, наконец-то её заклинание поглотит остатки магии в Эквестрии и выбросит её где-то за пределами этого мира. Там, откуда она уже точно не вернётся. И это даст возможность начать всё с чистого листа, без погрязших в своих прошлых свершениях принцесс, без директрисы Твайлайт, что так и не поняла, на что на самом деле способна дружба, несмотря на то, что сама была принцессой этой самой дружбы… И без её заместителя Старлайт, которая, так некстати вставшая на пути, теперь будет отправлена вместе с эквестрийской магией за границу мира.

Кози, проводив взглядом последние отблески солнечного света, вздохнула — и, развернувшись, неторопливо отправилась внутрь школы, оставив этот небольшой балкончик пустым. В конце концов, завтра предстоит решать очень много вопросов…

Проходя по коридору, Кози услышала какой-то шум из кабинета директора. Видимо, канцлер Нейсей по-прежнему пытается освободиться. Что ж, возможно, стоит его и отпустить завтра с утра: в конце концов, тут он уже больше не нужен. Он сыграл свою роль, нейтрализовав ту шестёрку слишком недоверчивых учеников из соседних стран — и удачно сложилось, что Кози оказалась рядом, когда он почти поверил в ложь Сэндбара и был уже готов его отпустить. Но, к несчастью хитреца, Кози видела его насквозь — и потому предложила канцлеру подождать хотя бы до завтра и уже тогда решить, что делать с пони, который столь настойчиво заявляет, будто бы не хочет иметь ничего общего со своими друзьями, несмотря на то, что ещё минуту назад не видел в этом никакой проблемы. К счастью, Нейсей согласился — а теперь, после удачно проведённого Кози переворота в школе, и сам оказался в положении той же самой шестёрки.

Кози прошла мимо кабинета с канцлером — пусть себе шумит. В конце концов, сейчас он ничего не сделает, а завтра будет новый день, когда он уже не сможет причинить вреда.

Когда никто уже не сможет причинить вреда.

И уже забравшись в кровать в своей комнате общежития школы, Кози почувствовала едва заметный толчок и звук глухого удара откуда-то снизу — и удовлетворённо улыбнулась. Это могло значить лишь одно: портал сработал, и эквестрийская магия теперь навечно покинула этот мир.

* * *

— Ваше высочество! — взволнованно проговорила Кози, наконец оказавшись в тронном зале Кантерлотского замка. Подойдя к ступенькам, ведущим к трону принцесс, она склонила голову, украдкой бросив взгляд вверх: принцессы явно выглядели уставшими и обессиленными. И правда — отсутствие магии сильно сказывается на аликорнах, подумала Кози.

— Мы тебя слушаем… Кози Глоу? — вопросительно склонила голову Селестия. — Кажется, я тебя помню, нам о тебе рассказывала Твайлайт. Что такое? Она вернулась из Тартара?

— В том-то и дело, что нет… — нарочито грустно проговорила Кози.

Принцессы ахнули.

— Но ведь… Путь занимает день туда и день обратно, не так ли? Они должны были вернуться ещё к закату третьего дня, правильно? — Луна спросила свою сестру.

— Да, если только они не задержались в пути, — вместо неё заговорила Кози, —или… — тут она испуганно сжалась.

— Или что? — нетерпеливо проговорила Селестия.

— Или… Вы знаете, ваше высочество, я слышала… Ох, если бы я знала это до того, как Твайлайт и её друзья отправились в поход… Но у меня даже не было с ними связи, чтобы их предупредить! Просто мне потом сообщили, что там по пути к Тартару в лесу видели Кризалис…

— Кризалис?! — почти выкрикнула Селестия. — О нет, они же отправились на второй день, когда магия живущих в Эквестрии существ ещё работала, и значит, она могла…

— Сестра, нам нужно срочно отправляться спасать Твайлайт и её друзей!

— Ваше высочество, вы обе пойдёте спасать Твайлайт? О, я так вам благодарна! Ведь если не вы, то кто?..

— Да-да, я всё понимаю, Кози Глоу, — подняла копыто Селестия. Я обещаю, мы вернём Твайлайт. Для нас и для Эквестрии она значит очень много, так что… Луна, прикажи собрать наиболее тренированных земнопони-солдат, нам, вероятно, предстоит биться с Кризалис и с теми, кто мог к ней присоединиться, без магии — а это будет очень тяжёлая битва. Выступаем сегодня вечером. Спасибо за информацию, Кози. Мы очень благодарны тебе.

— Я тоже очень благодарна вам, Ваше Высочество! — широко улыбнувшись, Кози ещё раз склонилась перед принцессами.

* * *

— Чейнджлинги идут! — выдохнула Кози Глоу. Ей едва хватало воздуха — в конце концов, ей никогда не приходилось столько бежать галопом, чтобы добраться сюда, в небольшую деревушку на северном склоне хребта Жеребячьих гор, которую она должна предупредить о надвигающейся беде.

— Правда? — переспросил её староста, седой жеребец, живший тут явно ещё с тех времён, когда, пожалуй, родители Кози ещё и не подумывали о ней.

— Самая-самая правда, — выпалила Кози. — Меня сама принцесса Селестия послала сюда, чтобы вас предупредить, — она махнула перед старостой свёрнутым свитком с кантерлотской печатью, тотчас же убрав его обратно в седельную сумку. — Они приближаются со стороны Кантерлота, а учитывая то, что им даже не нужно будет перебираться через горы — они просто пройдут сквозь туннель в полумиле к югу отсюда, то они будут здесь уже через несколько часов!

— О нет! Что же нам делать? — в панике выкрикнула какая-то кобыла в толпе собравшихся жителей деревни.

— Вам надо бросить на время свои дома и где-нибудь спрятаться, а не то они устроят здесь такое, что никому из вас не позавидуешь!.. — предложила Кози.

— Но куда нам уходить? — перебила её ещё одна из здешних кобыл, в отличие от первой, не паникующая, а спокойно, даже с вызовом глядящая на посланницу. — Вниз некуда — там поля и луга, там чейнджлинги нас найдут сразу же. Вверх — да мы там все замёрзнем в горах. Почему Селестия, если уж она это знает, не может просто…

— В Эквестрии же магический кризис, принцесса едва успела послать меня вас предупредить, что уж говорить о том, чтобы противопоставить чейнджлингам что-то…

— Это… Но я вроде слышал, что чейнджлинги теперь мирные, ну или что-то вроде того… — внезапно спросил один из молодых жеребцов в толпе.

— Да? — удивилась Кози. — Правда, у нас ходили какие-то такие слухи, но смею вас заверить, — Кози мотнула головой, — если какие-то чейнджлинги и мирные, то точно не те, что движутся сейчас сюда.

— Так в самом деле, что же нам делать? — спросил ещё кто-то из толпы. Кози задумчиво нахмурилась и выдержала достаточно длительную паузу, дождавшись, пока толпа начнёт возбуждённо шуметь. И, как бы невзначай, бросила взгляд на небольшое серое здание, стоящее чуть поодаль от деревенских домов.

Пороховой склад.

— О! — радостно улыбнувшись, она обернулась к старосте. — Вы же… Вы случайно не шахтёрским ремеслом занимаетесь тут в своей деревне?

— Ну вообще-то да, многие из нас — шахтёры, мы добываем уголь для «Эквестрийских железных дорог», и…

— Я поняла! — Кози подпрыгнула на месте. — У вас же есть взрывчатка? Вы можете оказать неоценимую помощь Эквестрии, если просто завалите этот тоннель, когда чейнджлинги окажутся внутри! Вы этим даже спасёте Эквестрию от этой угрозы в нынешние нелёгкие времена, когда даже магия нас покинула! Я лично похлопочу перед принцессой Селестией, чтобы она представила вас к наградам…

И староста деревни, обрадовавшись, кивнул.

Заминировать весь тоннель, к неудовольствию Кози, жители деревни за эти несколько часов не успели, ограничившись только выходами, и, как только взрывчатка была заложена, детонационные шнуры протянуты и несколько профессиональных пони-сапёров подготовили своё оборудование, Кози вдруг услышала лязг брони и стук копыт, доносящийся с той стороны тоннеля. Наступил решающий момент. Она показала сапёрам условный знак приготовиться, и выждав достаточно, чтобы в тоннеле оказались все враги, махнула копытом — и секундой спустя раздался оглушающий хлопок, а следом — грохот обваливающейся породы. Арка входа в тоннель превратилась в беспорядочную груду валунов. А спустя несколько секунд с той стороны гор, сквозь толщу камня донёсся ещё один глухой удар: вход в тоннель теперь тоже был заблокирован.

— Ура! — радостно закричала Кози.

— Ура! — крикнули сапёры, что только что превратили тоннель в ловушку под толщей камня — и захлопнули её, лишь только враги оказались внутри.

— Ура! — закричали жители деревни, многие из которых спустились сюда пронаблюдать за тем, как идёт спасение Эквестрии. Они радостно замолотили копытами по земле, подняв клубы пыли. Даже Кози запрыгала от радости — и остановилась только тогда, когда к ней, наконец, подошёл староста. Они обсудили одержанную над чейнджлингами победу; Кози демонстративно записала в один из свитков, захваченных с собой, имя старосты и название деревни — чтобы, как она сказала, представить перед Селестией его и его деревню к награде за военные заслуги; и, наконец, распрощалась с довольными жителями и отправилась назад — пусть даже теперь её путь лежал через негостеприимные, засыпанные снегом перевалы хребта Жеребячьих гор, а не сквозь тоннель, который только что перестал существовать.

И из всех присутствующих только она знала, что ничего для этой деревни Селестия уже не сделает.

Просто потому, что теперь, благодаря её хитрому плану, и Селестия с Луной, и отряд лучших пони-воинов Кантерлотской гвардии теперь засыпаны кучей камня, и вряд ли оттуда выберутся — ведь магии у них, чтобы раскидать валуны, уже нет.

* * *

— Погоди, кажется, я начинаю понимать. То есть, получается… правящие принцессы Селестия и Луна погибли, и поскольку принц Блюблад назначен наместником в Кладжтаун, принцесса Кейденс — в Кристальную Империю, а принцесса Фларри Харт ещё не достигла возраста предсовершеннолетия, то Твайлайт — единственная принцесса, которая может занять пост правителя Эквестрии?

— Вот-вот. Эта часть вполне очевидна.

Повисла задумчивая пауза. Собеседники смотрели друг на друга через ресторанный стол; тишину нарушала лишь негромкая мелодия, которую наигрывал на рояле местный единорог-музыкант. То и дело он сбивался — уже несколько дней после пропадания магии из Эквестрии он пытался переучиться играть копытами, но выходило всё ещё не идеально.

— Та-ак, — протянул один из собеседников, не столько, чтобы что-то сказать, сколько чтобы не слышать ошибки пианиста, — но теперь, поскольку она также отсутствует, и больше принцесс в Эквестрии нет, то исполняющим её обязанности должна была стать её заместитель, то есть советник Старлайт. Но поскольку она пропала вместе с Твайлайт, то вместо неё мы опять берём её заместителя, Кози Глоу. Я всё правильно понял?

— Да, именно об этом я тебе и говорю. Заметь ещё, что Кози Глоу уже старше возраста предсовершеннолетия, хоть ещё и не совершеннолетняя; но поскольку она уже занимала руководящую должность как заместитель заместителя Твайлайт, то она автоматически считается совершеннолетней.

— Иногда я не понимаю наших законов, Пэнти…

— Покрутишься с моё в высоких кругах — ещё и не то поймёшь. Между прочим, я теперь тоже поднялся — теперь я герцог Фэнси Пэнтс. За это явно стоит выпить, не так ли, друг Голден Гэвел? — новоявленный герцог хитро улыбнулся, и жеребцы громко рассмеялись, глядя друг на друга.

— Ты всегда умел найти своё место, Пэнти.

— А то! Ладно, я думаю, часть с «выпить» стоит отложить на время после коронации. Мне всё-таки надо присутствовать в VIP-ложе — положение обязывает. Да и тебя там девочки будут рады видеть.

— Да уж, редко когда окажешься сидящим с герцогом рядом, — усмехнулся Голден Гэвел. — Удивительно, что ещё недели не прошло, а уже коронация.

— Ну а как иначе? Если доказано, что руководящий пост так и останется у заместителя, то этот заместитель сразу считается занявшим эту должность. Даже для монархов Эквестрии это работает. По нашим законам Кози Глоу официально стала правительницей Эквестрии и получила всю полноту власти.

— Удивительно, что Кризалис сама не заняла этот трон, пока он был пуст.

— Да уж, вот чего я не понимаю, — Фэнси Пэнтс развёл копытами. — Когда пришли известия о гибели принцесс, мы все ждали тут Кризалис. Но она так и не пришла.

— Что-то мне кажется, дело тут нечисто. В конце концов, тел Селестии и Луны никто не видел, да и из их отряда никто не спасся. Единственный достоверный свидетель битвы — сама Кози, да и всё, что у нас есть — это несколько мечей и шлемов и один из накопытников Селестии, измазанный в крови.

— Да каждый второй, друг Голден Гэвел, подозревает, что тут что-то не так. Но закон есть закон, а поэтому единственное, что нам остаётся — это смириться и наблюдать.

— Пожалуй, ты прав, Пэнти, — вздохнул Голден Гэвел.

Фэнси Пэнтс отвёл взгляд и подозвал официанта, передав ему горстку битов, просыпав при этом парочку на пол: он всё ещё с трудом манипулировал копытами вместо столь удобного магического телекинеза. Оставив официанта подбирать монетки зубами с пола, жеребцы вышли из ресторана и молча направились к Кантерлотскому замку.

Башенные часы на главной площади пробили три часа дня. Зазвучали трубы — и, спустя несколько мгновений, в сопровождении стражников в блестящих доспехах, на балконе Кантерлотского замка появилась невысокая кобылка в сверкающем белом платье и, чуть помедлив, поднялась на специально подготовленную для неё трибуну, украшенную гербом Эквестрии: солнцем и луной в окружении двух аликорнов, ещё недавно двигавших эти светила по небу — а сейчас считавшихся трагически погибшими в бою.

— Здравствуйте, мои маленькие пони! — подняв копыто, воззвала она к народу. Народ ответил ей восторженным топотом копыт.

— Как вы знаете, нашу страну настигли тяжёлые времена. Ещё месяц назад никто не знал, что вообще может случиться эта ужасная катастрофа, лишившая магии всю Эквестрию. Лучшие учёные нашей страны бьются над решением этой проблемы, но пока что успехов, увы, не предвидится…

Толпа разочарованно загудела.

— И даже несмотря на столь тяжёлое испытание, что принесла нам судьба, мы за несколько дней потеряли весь свет Эквестрии. Можно сказать, что наша страна была фактически обезглавлена. Принцесса Твайлайт Спаркл и шестеро её друзей, Элементов Гармонии, а также её ученица и заместитель, Старлайт Глиммер, предприняли рискованную вылазку в Тартар, чтобы убедиться, что Тирек, знаменитый тем, что в прошлый раз пытался похитить эквестрийскую магию, не вырвался на волю. Увы, о них ничего не слышно с того момента, как они вошли в Тартар. А учитывая то, что иного способа, кроме как с помощью магии, открыть его врата не существует — скорее всего, им его уже никогда не покинуть. Но мы всегда будем их помнить, их жертва не останется забытой…

Кози смахнула слезу копытом. В толпе тоже то там, то там слышался плач.

— …И это было лишь начало. До того, как пришли вести о том, что нашу отважную семёрку видели входящей в Тартар, появилось подозрение, что на принцессу Твайлайт и её друзей могла напасть королева Кризалис в районе леса за Жеребячьими горами. Мы с принцессами Селестией и Луной организовали спасательную экспедицию — но королева Кризалис ожидала, как оказалось, именно нас. Мы попались в ловушку — и в тяжёлой битве нас просто уничтожили. Я была единственной, кто спасся — и кто принёс вам эту печальную весть…

Кози продолжала свою речь, а шестеро учеников школы дружбы, приехавшие по такому случаю в Кантерлот, недоверчиво наблюдали за тем, что происходит, с окраин центральной площади.

— Не нравится мне это, — почесал за ухом Сэндбар. Нет, я, конечно, понимаю, что Кози, несмотря на её самолюбие, всё-таки спасла школу дружбы от Нейсея и освободила нас после того, как он нас поймал, но всё же она слишком возвысилась, и мне кажется, что столь внезапная слава начинает затмевать ей рассудок.

— Не знаю, — покачала головой Оцеллус. — Почему тогда она не дала канцлеру отпустить тебя с самого начала?

— Может, это был какой-то её хитрый план. В конце концов, она всё равно освободила нас сама на следующий день.

— Но тогда ещё магия не исчезла окончательно, и мы, быть может, могли что-то сделать. Ты же сам говорил, что разыграл этот спектакль лишь для того, чтобы суметь позвать на помощь Эпплблум, Скуталу и Свити Белль? Может, если бы ты смог что-то сделать, то кого-нибудь мы бы спасли…

— Ну что сейчас думать об этом, сейчас это уже никому не поможет.

— Эй, вы слышали? — перебил их Галлус, указав крылом в сторону балкона.

— …И сейчас нам предстоит сплотиться, чтобы вместе противостоять тем угрозам, что ожидают Эквестрию. Больше не время беззаботно отдыхать и наслаждаться жизнью — тем более тогда, когда у нас отобрали нашу магию и лишили нас всех принцесс. Для нас настали тяжёлые времена, и поэтому у меня просто нет выбора. Я объявляю, что Эквестрия будет реорганизована в первую Эквестрийскую Империю, и я, Кози Глоу, возлагаю на себя эту тяжёлую ношу и объявляю себя императрицей…

— Вы… Вы посмотрите, что она делает! — Смолдер едва нашла слова, чтобы прокомментировать речь Кози, в то время, как остальные, не в силах сказать что-либо, поражённо наблюдали за тем, как две пони из замковых слуг опускают на голову Кози тиару императрицы.

— …И, в знак памяти о моей наставнице, принцессе Твайлайт Спаркл, я буду считать себя её преемницей — императрицей дружбы. Станете ли вы моими друзьями, мои маленькие пони?.. — обратилась Кози к толпе.

— Да! — многотысячный гул голосов разнёсся над площадью.

— И… И как вот это называть? — Галлус, первым оправившийся от изумления, оглядел остальных пятерых друзей.

— Слава Эквестрии! — донеслось с балкона.

— Пони слава! — ответила толпа, грохоча, что есть сил, по мостовой.

— Вот так и умирает здравый смысл — под восторженный топот копыт, — грустно пробормотала Сильверстрим себе под нос.

* * *

…Уже второй день Эквестрия находилась под управлением Кози Глоу. Нет, ничего страшного пока не случилось — по крайней мере, страшнее пропадания магии и всех принцесс заодно. Кантерлот и прочие города Эквестрии постепенно возвращались к жизни — пусть эта жизнь в отсутствие магии была совершенно не похожа на прежнюю. Даже в школе дружбы, руководство которой Кози официально передала шестёрке её самых выдающихся учеников, начался новый учебный день. Впрочем, занятия шли вяло: мысль о том, что прежние учителя во главе с принцессой Твайлайт пропали, и видимо, навсегда — совсем не мотивировала учеников, а то, что теперь преподаванием занимались их вчерашние одноклассники — тем более. Энергичность Сильверстрим не шла ни в какое сравнение с Пинки Пай; бескомпромиссность Галлуса вряд ли могла хоть немного сделать его похожим на Рэйнбоу Дэш; прямота Йоны совсем не напоминала открытость Эпплджек, Оцеллус далеко было до бесконфликтности Флаттершай, а Смолдер с Рэрити сближала разве что любовь к драгоценностям. И даже Сэндбар, предлагавший наиболее умные идеи всей шестёрке, понимал, что это жеребячьи игры по сравнению с тем, что могла бы придумать Твайлайт.

Однако он всё-таки пытался соответствовать.

— Народ, у меня есть несколько вопросов к Кози. Как вы насчёт того, чтобы сгонять в Кантерлот сегодня после занятий? — спросил он остальных членов шестёрки на послеобеденном педсовете.

— Да сколько можно? — возмутился Галлус. — Вчера Кантерлот, сегодня Кантерлот… Три часа туда и три обратно — знаешь ли, это немного выматывает!

— Галлус прав… Йона уставшая! Но если Сэндбар настаивать, то Йона согласна. Только…

— Только почему мы там нужны все? — робко вставила реплику Оцеллус.

— Об этом я и хотел поговорить. Вы не видите странностей в поведении Кози? Всю информацию о том, что произошло, мы знаем только с её слов. Мне кажется, нам надо её расспросить, — Сэндбар оглядел своих соратников. — Она даже досрочно выдала нам дипломы и поставила преподавать — как будто бы хотела оказать нам какую-то честь, чтобы мы не задавали ей вопросов…

— Но и правда, теперь неудобно вопросы задавать, — грустно вздохнула Смолдер.

— И это значит, что мы должны их задать, — решительно мотнул головой Сэндбар. — Ну как, вы со мной?

И, пусть и без особого желания, и не сразу, каждый из присутствующих кивнул.

Вечерний поезд до Кантерлота прибыл на вокзал почти в пять часов, всего за час до окончания приёмов в замке. Стражники скептически посмотрели на гостей, когда они входили в ворота — обычно в такое время принцессы уже не принимали никого нового, времени едва хватало на то, чтобы разобраться с теми, кто уже ждал аудиенции внутри. Но Сэндбар упорно надеялся, что Кози не откажет им. В конце концов, нужно было хотя бы попытаться…

Оставалось порядка четверти часа, когда они наконец-то оказались у дверей тронного зала. Удивительно, но здесь не было обычной для такого времени очереди. Стражники даже ухом не повели, когда шестёрка уселась на приготовленные для посетителей кресла — значит, ещё оставался шанс успеть…

Наконец, за дверью послышался приближающийся стук копыт — и голос Кози:

— …И всё-таки подумайте над тем, как поменять первую строку гимна, которая «Equestria, the land I love» на что-то типа «the land of Cozy Glow». Всё же это дело государственной важности…

Дверь внезапно открылась, и оттуда вышла какая-то кобылка в очках и с пачкой бумаг в зубах. Она хмурилась — видимо, разговор у них с Кози получился сложный, и вряд ли они пришли к согласию. Когда кобылка, опустив голову, отправилась прочь по коридору, Кози, что так и осталась стоять в дверях, наконец увидела последних гостей.

— Ой, это вы? — Кози на мгновение скривилась, но затем, как ни в чём ни бывало, улыбнулась снова. — Заходите, но учтите, что у меня не так много времени. Больше никого не пускать, — скомандовала она стражнику, получив от него подтверждающий кивок, и повела шестёрку вглубь зала.

Пока шестёрка шла вслед за Кози, Сэндбар рассматривал интерьер. Здесь было как-то пусто — это явно был зал для двух аликорнов, а не одной пегаски-подростка. Кози будто терялась на фоне ковров, гобеленов, внушительных витражей и лестницы, ведущей к высокому трону, тоже слишком большому для нынешней императрицы. Сэндбар поднял глаза: над троном висело большое голубое полотнище со множеством звёздочек, окружающих большую красную шахматную ладью, по обе стороны от которой были нарисованы луна и солнце.

— Только не говори мне… — начал было он.

Кози поймала его взгляд.

— А, это? — она махнула копытом. — Да, новый герб и флаг Эквестрии. Сегодня приняли, надо же соответствовать ситуации, — как ни в чём ни бывало добавила она, оставив Сэндбара и остальную шестёрку у подножия лестницы и принявшись взбираться по лестнице к трону. Усевшись на него, она наконец спросила:

— Так и что вы хотели?

Сэндбар глубоко вздохнул.

— Кози, у нас есть к тебе несколько вопросов…

— Императрица Кози Глоу. Или «Ваше Величество». Сейчас я не ваша одноклассница, а правительница Эквестрии, так что соблюдайте приличия.

Йона хотела было в гневе топнуть по полу и что-то крикнуть, но Сэндбар вовремя остановил её.

— Ладно. Ваше, в конце концов, Величество, скажите, пожалуйста, это нормально вот так вот брать и фактически захватывать власть не то что в школе дружбы, а во всей стране? Перекраивать символы, менять форму правления и всё такое… Мы ещё не успели свыкнуться с потерей Твайлайт, Селестии и Луны, а тут такое…

— Что? Нормально? — Кози, перебив Сэндбара, удивлённо посмотрела на него. — Это законно. И это главное. Раз погибли обе правящие принцессы, а Твайлайт и Старлайт навечно заперты в Тартаре, то я, как их заместительница, должна принять все их полномочия. Понимаете, ребята, я не спорю, что я мало что представляю на фоне Селестии, Луны и Твайлайт — я даже не аликорн. Но я учусь. И я выучусь. Другого выбора у меня нет: по закону я должна была встать во главе Эквестрии, и мне пришлось это сделать. А символы, и вот это всё — это для поднятия самосознания пони. Они должны смотреть на свою правительницу и видеть в ней не суррогат Селестии и Луны, а ту, кто объединит и поведёт их за собой, если что-то случится. Ведь так должен поступать сильный политик, лидер и борец, правильно?

Сэндбар, отступив на шаг назад, уткнул взгляд в пол. Надо было бы что-то сказать в ответ, но ему ничего не приходило в голову. Зато слова нашлись у Оцеллус:

— А что по поводу основной проблемы, что привела ко всему вот этому? — она указала в сторону окна. — То есть магия, которая исчезла из Эквестрии. Наверное, надо было этим сперва заняться? В конце концов, это даст нам шанс вернуть принцессу Твайлайт, и тогда…

Кози нахмурилась.

— Я знаю. Этим уже занимаются лучшие учёные единороги Эквестрии, но они все признали, что это невозможно. Увы, нам придётся как-то жить с этим.

— Но как можно было всего за пару дней дать такой уверенный ответ?

— Слушайте, знаете что? Не нам спорить со светилами магической мысли. Раз они сказали так, значит это так. Я не хочу об этом больше слушать. Вот когда кто-нибудь из вас покажет, что магию в Эквестрию можно вернуть, вот тогда и поговорим.

На время повисла тишина.

— И ещё вопрос, — лениво поинтересовался Галлус. — Не то, чтобы я сильно удивился, но всё же, неужели из всего отряда Селестии в битве с Кризалис выжила только ты? — Галлус не обратил внимания на недовольно скривившуюся от такого обращения Кози и продолжил: — Когда мои предки проигрывали сражения, мы уносили раненых и убитых с поля боя, не говоря уже о том, что оставалось много тех, кто выживал после. И когда…

Кози, спустившись с трона, остановила его речь и подвела всю шестёрку к стоящему у стены столику, закрытому стеклом, и с видом профессионального экскурсовода начала:

— Вот, когда откроется мемориальный зал Селестии и Луны, эти экспонаты окажутся в нём. Это всё, что осталось от нашего отряда, — она обвела копытом лежащие под стеклом несколько шлемов и накопытник с кровавыми следами на нём. — На следующий день я и многие другие пони проверили — на месте битвы больше ничего не осталось. Возможно, Кризалис были нужны наши тела для каких-нибудь злодейских экспериментов…

— И никто не попытался её догнать?

— Зачем? Чтобы погибнуть так же, как отряд Селестии?

— И в самом деле, — угрюмо пробурчал Галлус.

— Не бойтесь. Когда у меня станет побольше друзей, мы обязательно найдём Кризалис и покажем ей, как Эквестрия мстит за своих принцесс тем, кто не понимает идеалов дружбы, — Кози недобро улыбнулась. — На послезавтра я запланировала встречу с послами Гриффонстоуна и Драконьих земель, чтобы они признали Эквестрийскую Империю и вступили с нами в военный союз. Как минимум, это уже будет удачей в борьбе против Кризалис…

— Но очень странно, что она не нагрянула прямо в Кантерлот сейчас, пока Эквестрия так слаба… — возразила Оцеллус.

— Знаешь что? Я не представляю, что творится в голове у твоей бывшей мамочки, — Кози почти крикнула на неё, — может, она просто совсем слетела с катушек, а может, копит силы для атаки на Кантерлот. В конце концов, это играет только нам на пользу, — Кози, заметив, что Оцеллус вся сжалась, то ли от страха, то ли от обиды, и спряталась за Смолдер, отступила назад.

— Кстати, у вас остались вопросы? Моё время заканчивается, так что попрошу вас, пожалуй, покинуть зал, — Кози повела их к выходу. — И… Ну так, на всякий случай, посоветую вам поменьше думать о том, что предпринимаю я, и поменьше сомневаться, а то вы так можете попасть, скажем, под обвинение в государственной измене, — Кози многозначительно обвела взглядом шестёрку. — Не то, чтобы я не верю в то, что вы делаете всё из добрых намерений, но попробуйте объяснить это другим пони…

* * *

Когда последний поезд из Кантерлота прибыл в Понивилль, уже стемнело. Шестёрка неторопливо побрела от станции в сторону школы и ныне опустевшего замка Твайлайт, когда поезд, издав короткий гудок, начал набирать скорость, отправляясь дальше — в сторону Эпплузы, увозя с собой немногочисленных ночных пассажиров. В самом деле, с пропажей магии, пожалуй, не столь уж много изменилось в Эквестрии. Всё так же ходили поезда; всё так же скользили по небосводу солнце и луна, пусть и никем не управляемые; облака бесконтрольно плавали по небу и проливались дождями на землю лишь когда сами этого хотели, а не когда их заставляли пегасы, ныне разделившие судьбу земных пони и поселившиеся на земле, после того, как их облачные города растащило по небу ветром — но сами дожди не исчезли. Быть может, это было бы серьёзной проблемой, но предприимчивая императрица вовремя отправила кучу средств кантерлотской казны на строительство домов для потерявших своё небесное жильё пегасов, за что те, пожалуй, теперь уважали её больше, чем Селестию неделю назад. Она не обошла вниманием и единорогов — многие из тех, кто раньше работал над магическими изысканиями, сейчас разбирались с ирригацией и животноводством — помогая земным пони не пропасть с голоду в условиях, когда что животные, что погода ведут себя непредсказуемо. Магия — вещь, без которой, казалось бы, Эквестрия не смогла бы существовать — в нынешней Эквестрийской Империи, как оказалось, была не столь уж и необходима.

— Знаете чего? — предложил Сэндбар. — Не хочется мне сейчас домой. Пойдёмте сходим к Древу Гармонии, посмотрим, что с ним?

— Ты поехавший? — наклонил голову Галлус. — Идти через Вечнодикий лес ночью?

— Звучит как приключение! — неунывающая Сильверстрим оживилась.

— Йона пойти туда, куда пойти её друзья! — топнула Йона.

— В этом есть смысл, — заметила Оцеллус. — С пропаданием магии в Вечнодиком лесу стало намного спокойнее и безопаснее.

— Что ж, и я с вами, — кивнула Смолдер.

И все шестеро отправились в путь.

* * *

Картина, что увидели они, была удручающей. Древо выглядело очень плохо: на полу пещеры валялись осколки опавших веточек, оно поникло и потрескалось — и уже не излучало свет. Из-за этого в пещере царила тьма, и лишь луна, удачно висящая в небе прямо напротив входа, бросала какие-то неестественные блики на небольшой пятачок перед самым-самым деревом.

— Знаете, наверное, Кози была права, — вздохнув, начал Сэндбар. Раз магия ушла даже отсюда, то нет смысла что-то предпринимать дальше. Мы ведь до сих пор не допускали и мысли о том, что правда на её стороне, а не на нашей. Пожалуй, в тех условиях, в которых оказалась Эквестрия, это и было единственное решение, которым могла воспользоваться Кози. В конце концов, у нас тоже нет ни одного чёткого доказательства.

Ответом Сэндбару было тягостное молчание. Все понимали, что возразить уже нечего.

— Йона устать, — грустно пробормотала Йона. — Уже поздно и хотеть спать…

— Да, давайте, ради разнообразия поспим тут, а завтра с утра просто пойдём прямо в школу, — согласилась Оцеллус.

Друзья натащили ворох травы и листьев в пещеру — прямо под ствол высохшего Древа Гармонии, и устроились на нём все вместе, будто во времена своих «турпоходов дружбы». Сон не заставил долго ждать…

* * *

— Темно… Холодно… Одиноко… — где-то вдали, в кромешной тьме, причитал звенящий голос, слегка напоминающий голос Твайлайт.

— Кто здесь? — прошептал Сэндбар. Вокруг него тоже сгустилась темнота — невозможно было рассмотреть даже собственные копыта. Он стоял на чём-то не твёрдом и не мягком — а может, и не стоял, а просто парил в воздухе или плыл в потоке воды. Здесь даже было сложно понять, где верх и где низ.

— Я… Я проверила вас, и вы подошли… — будто с укором, проговорил тот же голос.

— Мы? Кто? Кто говорит?..

— Вы… Можете справиться… Или нет… Или навсегда оставить меня здесь… Вы — там, я здесь…

— О чём речь? — Сэндбар мотнул головой — и вдруг понял, что у него нет головы. У него нет даже тела. Отчего-то это привело его в ужас — он словно ощутил, что значит оказаться в этой вечной тьме, без какой-либо формы и без возможности отсюда выбраться.

— Помоги?.. — почти плачущим голосом будто бы спросила незнакомка из тьмы.

— Я… Я же даже не знаю, как помочь! — Сэндбар было рванулся в сторону голоса, но мгновение спустя понял, что не знает направления. Голос будто доносился отовсюду — но тем не менее откуда-то очень издалека.

— Ты… Ты можешь полагаться на своих друзей?..

Сэндбар на мгновение задумался.

— Я… Я, наверное, больше могу положиться на них, чем на самого себя, — нерешительно ответил он.

Голос не ответил — но отчего-то Сэндбар был уверен, что его обладательница — едва заметно, через боль — улыбнулась…

* * *

Сэндбар проснулся резко — его будто выдернуло из сна. Неизвестно, что послужило этому причиной: или солнце, которое как раз только что взошло и своими яркими утренними лучами бесцеремонно светило прямо внутрь пещеры, или Йона, которая во сне умудрилась сползти прямо на Сэндбара, придавив его своим немаленьким весом к каменному стволу Древа Гармонии, или то, что он спал вверх ногами, и сейчас его голова находилась на твёрдом каменистом полу пещеры. Он оглядел своих друзей: они все тоже постепенно просыпались.

— Наверное, я задам странный вопрос, — пробормотал он, — но случайно вам не снился сейчас такой сон, в котором темно и одиноко — и кто-то просит помощи?

Смолдер перестала протирать глаза и, широко открыв их, уставилась на Сэндбара.

— Откуда ты знаешь?

— Нет, это откуда вы оба знаете? — скрипучим после сна голосом поинтересовался Галлус.

— Ух ты! — захлопала крыльями Сильверстрим. — Один сон на шестерых!

— Я уверена, что нас просило помочь Древо, — предложила идею Оцеллус. В конце концов, оно к нам являлось в виде профессора Твайлайт… Вы же помните, да?

— А ведь и точно, — задумался Сэндбар. — Оно тогда действительно нас проверило и выбрало. И значит, ему нужна помощь… И значит, мы всё ещё можем помочь!

— То есть нам ещё рано сдаваться, — щёлкнул клювом Галлус. — Я хотел сказать вам всем это вчера, но не нашёл аргументов.

— Но теперь у нас есть аргумент, — оглядел своих соратников Сэндбар, — и мы знаем, что можем что-то сделать. И я хочу вас спросить, друзья: есть здесь кто-то, кто не верит в то, что Кози виновата в том, что сейчас творится в Эквестрии?

Все промолчали, и Сэндбар победно улыбнулся.

— Отлично, — провозгласил он. — Тогда мы создаём нашу собственную тайную организацию, которая должна будет найти ответы на вопросы о том, как вернуть магию в Эквестрию и оживить Древо Гармонии, как вернуть профессора Твайлайт и её друзей из Тартара, что на самом деле случилось с принцессами Селестией и Луной и их отрядом, и наконец — скинуть Кози с трона, который она занимает из-за лазеек в наших законах. Так что с этого момента мы считаем нашу организацию созданной! Ура!

— Ура! — обрадовалась Сильверстрим. — Никогда не была ещё ни в одной тайной организации!..

* * *

— …Так, давайте посмотрим, что нам известно, — Сэндбар начал первое собрание новообразованной тайной организации. — Во-первых, Кози не может объяснить факт пропажи принцесс Селестии и Луны и их отряда. Я предлагаю обследовать всю дорогу до Тартара и попытаться найти хоть что-то, что бы указывало на настоящую причину их пропажи.

— Йона согласна! — энергично кивнула Йона.

— Во-вторых, очень подозрительно то, что она не хочет даже слышать о том, чтобы попытаться вернуть магию в Эквестрию. Она не понимает всех последствий, думаю, её не заинтересует даже то, что само Древо Гармонии почти погибло. Возможно, она боится того, что при наличии магии в Эквестрии вскроются какие-то её тёмные дела.

— Точняк, — подтвердила Смолдер.

— В третьих… — начал было Сэндбар.

— В третьих, вы арестованы по приказу Её Величества императрицы Кози Глоу и предстанете перед судом по обвинению в государственной измене, — внезапно раздался громкий голос со стороны входа в пещеру.

Заговорщики повернулись в сторону голоса. Там уже стояло несколько кантерлотских стражников-единорогов в броне и с оружием наготове — и они, выждав несколько мгновений, начали медленно подходить к шестёрке. Пути к отступлению были отрезаны, и Сэндбар, в ужасе пятясь назад, пожалел, что в этой пещере всего один выход. Хотя даже если бы их было бы несколько, это бы ничего не меняло — стражники, скорее всего, перекрыли бы их все. Он зажмурил было глаза, ожидая, когда его схватят, выволокут к выходу и там, заковав в цепи, потащат в тюрьму — или куда там должны отправлять заговорщиков, — но внезапный крик Йоны заставил его обернуться к ней.

— Йона не изменщица! Йона делать всё правильно!

Она рванулась вперёд, прямо на выставленные мечи стражников.

— Йона! — закричал что есть силы Сэндбар, но остановить мчащегося на полной скорости яка его крик уже вряд ли смог бы. Ему лишь оставалось смотреть, как…

…Как Йона в последний момент подпрыгивает и со всех сил лягает двух передних стражников. Разумеется, они бы успели отреагировать, но сейчас им пришлось орудовать мечами в непривычном для них стиле земнопони; они замешкались, и этого момента хватило Йоне, чтобы нанести удар. Словно кегли в понивилльском боулинге, несчастные стражники отлетели в своих собратьев, и стройная шеренга превратилась в неорганизованную кучу. Оставшимся соратникам Йоны не нужно было ничего объяснять: они тут же рванулись вслед за ней к выходу, тем самым выиграв себе чуть-чуть времени, пока стражники пытались подняться и пуститься в погоню за ними.

Но тренированные пони кантерлотской стражи неминуемо догнали бы их, если бы Сэндбар не крикнул оставшимся разделиться. Да, кого-то из них, возможно, поймают, но остальные смогут справиться…

* * *

Сэндбар видел, как Галлуса и Оцеллус схватили ещё в самом начале — они слишком полагались на свои способности, умение летать и превращаться во что угодно. Но без магии эти способности не работали, и потому стражникам не составило труда их догнать. Он видел, как Смолдер и Сильверстрим исчезли в дебрях Вечнодикого леса — и теперь не знал, удалось ли им уйти от погони. Но они вдвоём с Йоной смогли запутать не приспособленных к беготне по лесу с мечами в зубах кантерлотцев и скрыться в небольшом овраге на дальней опушке. Сэндбару больших трудов стоило отговорить Йону от решения броситься спасать своих друзей: в таком случае они бы сами тоже попались, и ничем бы не помогли делу. Возвращаться в Понивилль тоже было бессмысленно — очевидно же, что стражники уже ждут их там. И потому вместо этого они решили отправиться на первое задание их клуба заговорщиков — обследовать дорогу до Тартара.

Полдня они шли до Кантерлотской горы, скрываясь от возможной погони в перелесках и высокой траве, переплывали реки, обходили посёлки и саму Кантерлотскую гору — такая небольшая на вид издали, на деле она была гигантской, если учитывать размер её подножия. Солнце уже начало клониться к горизонту, когда они перебрались через железную дорогу в сторону Филлидельфии и Балтимэйра и впереди возникли синие, теряющиеся в дымке вдали очертания Жеребячьих гор, сквозь которые лежал путь на север — где в одном из хребтов Кристальных гор находился вход в Тартар. Несколько часов оставалось до заката, когда, наконец, они вышли на дорогу — лишь для того, чтобы, добравшись до Жеребячьих гор, увидеть, что тоннель, который был пробит сквозь горы, завален камнями.

— Что-то странно, — сообщил Йоне Сэндбар. — Дорога чистая, ей явно ходили ещё несколько дней назад. Похоже, тут просто вход засыпало. Лезть на ночь глядя в горы — плохая идея, так что предлагаю устроиться на ночлег прямо здесь. Заодно мы можем попытаться разобрать завал — вдруг он не очень большой, и тогда мы сэкономим как минимум день на переход через горы. Тем более что, — Сэндбар заинтересованно оглядел обломки, — кажется, что этот обвал был не естественный, и тут кто-то завалил вход специально…

Сэндбар замолчал ненадолго — и этого хватило для того, чтобы его острый слух уловил какие-то неясные звуки, доносящиеся с той стороны…

— Слушай, там кто-то есть! — выпалил Сэндбар. Кто бы это ни был, он в беде, нам нужно помочь ему!

Йону не требовалось заставлять. Она тут же вскарабкалась на каменную кучу и начала ломать камни один за другим — звуки становились чётче, и наконец, после ещё одного разбитого в щебень валуна в завале образовалась небольшая дырка — в которую вскоре выглянула голова.

Пыльная, в каменной крошке голова, дрожащая, с ввалившимися щеками — и длинным рогом, опутанным прядями уже изрядно потерявшей цвет, но всё ещё различимой разноцветной гривы.

Сэндбар, увидев это, потерял дар речи — за него вопрос задала Йона:

— П-п-принцесса Селестия?!.

— Вы… Вы всё-таки пришли… — едва слышно проговорила Селестия и устало закрыла глаза.

…Это было очень тяжело. Йона, конечно, любила всё крушить, но столько она не крушила, кажется, за всю свою жизнь. Да ещё это были не мягкие деревяшки, а твёрдые и порой острые камни. Несколько часов прошло, пока они, наконец, пробили дырку в завале, через которую можно было начать выносить обессиленных пони, и сквозь которую могли пролезть их более выносливые товарищи. Сэндбар с Йоной носили им воду из ближайшей реки, перевязывали тех, кто получил травмы, находясь внутри — само собой, многие из них не оставили надежды и пытались освободиться самостоятельно, пока не свалились без сил или не повредили себе ноги: без магии выкопаться из-под завала было невыполнимой задачей. Сэндбару даже пришлось сбегать в ближайшую деревню, чтобы на деньги, оказавшиеся у некоторых воинов отряда Селестии, купить еду для пони, которые три дня просидели в ловушке под толщей камня — и их счастье, что входы в тоннель завалило крупными камнями, и через завалы мог проходить воздух.

Сэндбар и Йона выслушали рассказ Селестии и Луны о том, как их отряд, войдя в тоннель, увидел, как впереди них обрушивается выход, бросился назад — но к тому моменту уже и вход оказался завален. Спасители, в свою очередь, рассказали о том, что наговорила им Кози Глоу, захватив власть в Эквестрии — их рассказ привёл Селестию в ярость, и принцесса даже попыталась тут же телепортироваться в Кантерлот, чтобы навести там порядок — на мгновение забыв об отсутствии магии.

Именно тогда Сэндбар, наконец-то, ясно понял: даже если нет доказательств, а лишь предположения, не стоит отказываться от попыток их доказать — до тех пор, пока есть хоть какая-то возможность того, что догадки могут оказаться истиной.

* * *

Сильверстрим, Смолдер, Галлус и Оцеллус, закованные в цепи, лежали на полу посередине тронного зала Кантерлотского замка. Чуть ли не каждый день появляться в Кантерлоте уже начинало чуть ли входить для них в привычку — впрочем, в этот раз они при всём желании не смогли бы отказаться: их доставили сюда силой. И теперь вокруг стояли стражники, нацелив свои копья на заговорщиков, а чуть поодаль ходила Кози.

— Значит, вы решили создать организацию, целью которой будет незаконный захват власти в Эквестрийской Империи. Только потому, что вам приснился какой-то сон, который вы даже рассказать полноценно не можете. И это при том, что вы получили от меня исчерпывающие ответы на все ваши вопросы день назад. Какая вопиющая неблагодарность… — Кози недовольно покачала головой. — Уже за один факт создания такой организации — что за дерзость! — вам грозит ссылка в Тартар… А, он же теперь заперт навечно, хе-хе. Что ж, подземелья Кантерлота тоже будут хорошим местом для вас…

— Приговор… Пока ещё не вынесен, — съёжился Галлус.

— А что, у вас есть, что сказать в своё оправдание?

— Вообще-то да… — Оцеллус обратилась к Кози. — Ты фактически ушла от ответа на вопросы, пытается ли кто-нибудь вернуть магию в Эквестрию, почему так много странностей в пропаже отряда Селестии и почему Кризалис после победы даже не подумала атаковать Кантерлот…

— Во-первых, не «ты», а «Ваше Величество», — гордо произнесла Кози, вскарабкавшись обратно по лестнице на трон. — Во-вторых, всё просто: я не знаю. Я что, обязана всё знать? Что я вам, Селестия?

— Кажется, тут меня упомянули? — раздался знакомый голос с порога.

Все присутствующие обернулись — и обомлели: на пороге тронного зала стояла сама Селестия в окружении Сэндбара и Йоны.

Кози поначалу тоже раскрыла рот от удивления — но быстро собралась.

— Вот! Вы хотели Кризалис — вот она и пришла. Стража, в атаку!

Стражники, до того окружавшие пленников, а теперь непонимающе переглядывающиеся, не шелохнулись.

— Кому говорят?! — закричала Кози. — Вы что, не помните, что было на свадьбе Кейденс?

Пока стражники, явно сбитые с толку таким поворотом событий, пытались поднять свои копья с пола, Селестия-Кризалис спокойно проговорила:

— Я не Кризалис. У меня есть доказательства.

— И? — недоверчиво посмотрела на неё Кози.

— А вот, — улыбнулась было она, но мгновение спустя улыбка сползла с её губ. — О нет… — шепнула она себе под нос. — Я же не могу сдвинуть солнце, в Эквестрии нет магии…

— Хорошая попытка, Кризалис, — усмехнулась Кози. — А теперь, стража, взять её!

— Погодите, — Селестия пыталась скрыть панику. — Луна, введи сюда остальных, — скомандовала она, глядя, как стражники с копьями приближаются к ней.

— О, и чейнджлингов своих привела? — Кози совсем не удивилась, когда в зал вошла принцесса Луна с парой воинов из их с Селестией отряда.

— Но все чейнджлинги покинули Кризалис! У неё нет никого из нас! — отчаянно закричала Оцеллус.

Стражники было остановились, но Кози крикнула на них:

— Кому вы верите, вашей императрице или такому же, как Кризалис, чейнджлинговому отродью? Селестия же погибла, я сама свидетель! — Кози махнула копытом в сторону столика у стены с доказательствами её слов. — Они могут вам только запудрить мозги, это же чейнджлинги! Мы совершили ошибку, посчитав, что они исправились!

Стражники императрицы начали теснить Селестию ко входу. Но у входа из-за спины принцессы Луны выходили всё новые и новые пони из «потерянного» отряда. И кажется, схватка была бы уже неизбежна…

Но внезапно гнетущую тишину в тронном зале нарушил звон бьющегося стекла. Витражи с обоих сторон осыпались, и сквозь пустые проёмы окон в зал одновременно ворвались с десяток грифонов — с западной стороны, и группа драконов всевозможных цветов и комплекций — с восточной.

— Мы объявляем… — начала бравая грифониха в увешанной орденами форме.

— Мы объявляем… — одновременно с ней произнесла воинственная драконица, выставив перед собой жезл.

Они обе замерли и посмотрели друг на друга.

— Гильда?

— Эмбер?

— Генерал-полковник Гильда, а не просто Гильда!

— Лорд драконов Эмбер, а не просто Эмбер!

— А-ха-ха-ха, — рассмеялись обе предводительницы в унисон.

— Дай угадаю, ты здесь… — Гильда пренебрежительно махнула крылом в сторону Эмбер.

— Нет, дай я угадаю. Ты здесь… — ответила та.

— Чтобы объявить Эквестрии войну? — спросили они хором друг друга.

Эта сцена привлекла внимание всех находящихся в зале — от самой Кози, что сейчас, явно не понимая, что происходит, переводила взгляд с Гильды на Эмбер и обратно, и до стражников, которые теперь задрали головы вверх и удивлённо смотрели на парящих в воздухе драконов и грифонов.

— Эй! Может вы вниз посмотрите? — наконец, нарушил тишину Сэндбар, стоящий рядом с Селестией.

Двое военачальниц посмотрели вниз.

— О, ты же друг Смолдер!

— О, ты же друг Галлуса!

— Да-да, это я, Сэндбар, к вашим услугам. А ещё у нас тут внезапно принцесса Селестия и принцесса Луна, — ехидно улыбнулся он военачальницам.

— Погодите, они же погибли. Тут же типа все принцессы того, ну и всё такое… Ну, как говорят, — замялась до того уверенная в себе Гильда.

— Как видите, я здесь, — Селестия, кажется, обрадовалась нежданному визиту генералов враждебных армий, только что решивших повоевать с Эквестрией. — Кто-то говорил, что мы, якобы, погибли в битве, но вот эти двое смелых пони — простите, смелый пони и як, — она качнула головой в сторону Сэндбара, а потом Йоны, — нашли нас под завалом в Жеребячьих горах.

— Какой завал? Это всё чушь! — закричала Кози. — Это Кризалис и…

— И ты, Кози, даже не попыталась спасти Твайлайт и её друзей из Тартара, — как ни в чём ни бывало, продолжила Селестия, — несмотря на то, что в сокровищнице Кантерлота существует ещё один ключ, который может открыть двери Тартара.

— Артефакты не работают! Что, все такие тупые, что понять этого не могут? — продолжала кричать Кози.

— Артефакты работают, просто в них нет магии.

— Магии нет во всей Эквестрии!

— Вот именно, Кози Глоу, — Селестия, нахмурившись и не обращая внимания на стражников, которые минуту назад хотели атаковать её, а теперь в ужасе отступали с пути, начала шаг за шагом подходить к Кози. — Магии нет в Эквестрии. Но она есть за её пределами. И учитывая то, что ты не додумалась до этого факта…

— Какое «за её пределами»? Какое… — крикнула в ответ Кози, но запнулась, когда Селестия указала взглядом вверх, где в воздухе парили Гильда и Эмбер в окружении драконов и грифонов из их передовых отрядов.

— Мы можем открыть врата Тартара и выпустить оттуда принцессу Твайлайт с её друзьями — Старлайт, Пинки Пай, Флаттершай, Рэрити, Эпплджек, — Селестия подняла взгляд на захватчиц, — Рэйнбоу Дэш и Спайка. Если вы, конечно, мне поможете вернуть пони магию.

— Погодите. Но что, если мы не будем возвращать пони магию и просто завоюем Эквестрию? — спросил какой-то грифон Гильду.

— В самом деле, зачем нам помогать этим пони? У них нет магии, мы можем просто отобрать у них драгоценности, и… — дракон, парящий рядом с Эмбер, огласил своё предложение.

— Молчать! — отрезала Гильда. — Моя подруга Рэйнбоу Дэш в беде. И если я не соглашусь на это, то она навечно останется там, в Тартаре. Она научила меня преданности, и никакие богатства Эквестрии я не променяю на неё. Правильно, Эмб… лорд драконов Эмбер?

— Правильно, генерал-полковник Гильда. Мой друг Спайк тоже там. Да и даже если бы его там не было, то от сотрудничества с магической Эквестрией мы получим куда больше выгоды, чем от её захвата и разграбления сейчас. И не быть мне лордом драконов, если я не знаю толк в выгоде!

— Вот так, мои маленькие пони… и не только пони, — с наставнической улыбкой обратилась Селестия к четверым заговорщикам — которых Йона и Сэндбар освободили из их цепей в то время, как стражники Кози опасливо жались к стенам. — Я верила, что Твайлайт научит вас — и ваши расы — ценности дружбы, и я вижу, у неё получилось.

— Так, хватит! — закричала Кози Глоу. — Я заканчиваю этот фарс. Стража! Взять этих шестерых, а также всех чейнджлингов, в темницу их! Суд окончен. А что касается наших воинственных гостей, то я, императрица Эквестрии, приказываю…

Гильда и Эмбер переглянулись. Грифониха кивнула своим соотечественникам — и те тут же рванулись вниз, к Кози. Через какое-то мгновение она, со скрученными ногами, уже лежала носом в ковёр перед троном, а тиара, скатившаяся с её головы, валялась неподалёку.

— Технически, я, представляя здесь Гриффонстоун, объявила Эквестрии войну и взяла тебя в плен. Что ты теперь скажешь, пленная императрица, ха-ха?

— Мхмф! — Кози что-то пробурчала, но ковёр заглушил её реплику, заставив Гильду расхохотаться.

Селестия тем временем подошла к столику у стены и откинула с него стекло.

— Значит, это — те самые доказательства нашей гибели? — переспросила она Сэндбара. — Вижу я, Кози залезла в наше хранилище доспехов, а ещё — она подняла и покрутила копытом свой накопытник, — в мой личный гардероб. Как некрасиво…

Селестия некоторое время разглядывала его, а потом лизнула.

— Не знала я, что «кровь аликорна» имеет вкус вишнёвого сока, — едва сдерживая смех, выдала Селестия. — Надо будет попросить наших заведующих складами осмотреть все бочки и найти ту, в которой искупала его Кози. Это же негигиенично. Я его на ногах ношу, а она его — в сок…

* * *

Эмбер уже несколько минут пыталась выяснить, чего от неё хочет Селестия:

— Так, короче… Мы берём этот «ключ», что сейчас нам принесут, я перекачиваю в него чутка своей магии моим посохом, дальше что? Отправляем кого-то из наших открывать Тартар, так? Плюс ещё несколько, чтобы они домчали сюда Спайка и остальных? Выглядит понятно…

— Да, лорд Эмбер, именно так. Я — когда всё же докажу своё право на трон — официально выражу благодарность землям драконов за помощь…

Эмбер задумчиво отвела взгляд.

— И, конечно, выделю по пятьдесят фунтов рубинов и сапфиров из нашей сокровищницы на покрытие ваших расходов и как вознаграждение, — хитро улыбнулась Селестия.

— Вот, вот это я понимаю. Всё будет на лучшем уровне, коллега, — усмехнувшись, Эмбер стукнула кулаком по копыту Селестии в знак заключения сделки.

Селестии лишь оставалось сказать несколько слов одному из стражников — и тот, согласно кивнув, поспешил в сокровищницу за ключом. Воистину, последние сутки были наполнены удивительным везением — словно сама Гармония помогала Селестии вернуть утраченную Эквестрию. Не каждый день тебя спасают из-под завала, когда ты уже отчаялась ждать, не каждый день ты попадаешь на «суд» над твоими товарищами в тронном зале Кантерлотского замка, и уж совсем редко бывает такое, когда во время этого заседания в зал врываются аж два отряда воинов соседних государств с намерением объявить войну и берут «правительницу» в плен.

…И вот, уже через несколько часов Твайлайт со своими друзьями — правда, без Старлайт, поиски которой по всей Эквестрии уже были объявлены — стояла перед Селестией в тронном зале Кантерлотского замка. Операция по эвакуации пленников Тартара прошла идеально. Драконы-соратники Эмбер домчали их до столицы Эквестрии, что называется, с ветерком, и когда Твайлайт с друзьями на оперативно собранном заседании суда рассказали о том, что они узнали от Тирека — уже ни у кого не было лишних иллюзий по поводу того, кто виновен в событиях последних трёх дней. Место подозреваемой тут же заняла Кози Глоу, несмотря на все её протесты — она так и не успела во время своего недолгого правления принять закон, ограничивающий судебную власть. Ни у кого из присяжных не было сомнений по поводу её виновности — и после недолгого обсуждения её, лишённую титула и должности, отчаянно верещащую и упирающуюся, уже волокли по направлению к темницам замка, а Селестия, вновь надевшая корону на голову, заняла своё положенное место на троне.

Но одна проблема — помимо пропажи Старлайт — оставалась нерешённой.

— Твайлайт, несмотря на то, что мы сумели восстановить справедливость и преодолеть все сети, расставленные Кози Глоу на нашем пути, на нас всё ещё лежит ответственность за то, что Эквестрия теперь лишена магии. Не спорю, в критических ситуациях мы могли бы воспользоваться магией наших теперь уже снова союзников — грифонов и драконов, — Селестия кивнула в сторону стоящих рядом с Твайлайт Гильды и Эмбер. — Но пони без магии вряд ли способны жить полной жизнью. И если ты изучишь этот вопрос, я верю, что ты сможешь найти способ вернуть магию в Эквестрию…

— Хм, принцесса, есть у меня одна идейка. По крайней мере я знаю одно место, куда наша магия всё время протекает. Но… Мне для этого нужна будет помощь лорда Эмбер в Понивилле…

— Опять? — возмущённо подняла лапы к небу драконица.

— У меня, конечно, ещё завалялась в сокровищнице фунтов эдак сотня изумрудов… — подмигнула ей Селестия.

— Ладно, ладно, поняла, — пожала плечами Эмбер. — Короче, садись, вон, на Гарбла и полетели. Понивилль, говоришь?..

Когда пара драконов, одного из которых оседлала пони, скрылись в одном из так и не заделанных оконных проёмов тронного зала Кантерлотского замка, Селестия счастливо улыбнулась. Твайлайт не была бы Твайлайт, если бы не умела решать любую проблему. Даже нерешаемую — на первый взгляд…

— Так, Эмбер, запусти немного магии в эту книгу, — попросила Твайлайт, протянув драконице небольшую, но красиво оформленную тетрадь.

— Лорд драконов Эмбер, — ворчливо поправила та принцессу, но всё равно ткнула жезлом в обложку и принялась концентрировать заклинание. Спустя мгновение тетрадь засветилась — и Твайлайт тут же раскрыла её.

«Дорогая принцесса Твайлайт! Тут творится что-то невообразимое! Какой-то конец света. Представь, машина директора Селестии превратилась в гигантскую тыкву, а вместо асфальта на дорогах у нас со вчерашнего дня сливочный крем! И это не всё: хоть Спайк теперь доволен происходящим и приноровился охотиться за летающими чайниками, вчера его чуть не сожрала акула, выбравшаяся из канализационного люка. Похоже, ваша магия опять к нам просачивается, да что греха таить — не просачивается, а льётся водопадом. А самое жуткое — я сегодня проснулась в одной постели со Старлайт! Честное слово, что бы моя мама ни подозревала, меня не интересуют девушки, я не понимаю, откуда она там взялась! Пожалуйста, приди, порядок наведи, а?»

«Принцесса Твайлайт, я пишу тебе, но вместо твоих ответов у меня в книге появляются слова про то, что абонент вне зоны, что случилось?»

«Твайлайт, я не могу пройти сквозь портал! Он не работает! Я в панике, что мне делать?»

«Твай, помоги!!!»

— Всё ясно. Сансет требуется помощь! Эмбер, нет времени объяснять, быстро! Мне нужна магия! — Твайлайт потащила драконицу в соседнюю комнату замка, где среди груды странных магических устройств стояло большое овальное зеркало.

— Лорд Эмбер! — запротестовала было драконица, но всё равно направила пучок магии туда, куда указала ей Твайлайт. Что-то загудело, зашуршало, поверхность зеркала засветилась — и Твайлайт, ни секунды ни раздумывая, прыгнула прямо туда.

— Э? И что мне теперь делать?.. — Эмбер ошарашенно уставилась на вновь ставшую зеркальной поверхность.

* * *

— Мои дорогие подданные! Мои маленькие пони! — с главного балкона замка, залитого светом вечернего солнца, население Кантерлота вновь приветствовала принцесса Селестия со своей ныне многочисленной свитой: рядом с ней стояла Твайлайт, Старлайт и принцесса Луна, а с другой стороны — Сэндбар и Йона. Селестия глубоко вздохнула и, счастливо улыбнувшись, продолжила:

— Это была тяжёлая неделя для каждого из вас. На этот раз трагедия затронула не только Кантерлот или вечно попадающий в передряги Понивилль, — принцесса сделала вид, что не услышала нервный смешок Твайлайт, — на этот раз вся Эквестрия пострадала. Каждый из нас ошибается, и мы, те, кто правит вами, ошибаемся тоже. К счастью, среди нас есть верные пони, и не только пони, которые, несмотря ни на что, не мирятся с ситуацией, а защищают свою правду до последнего, и именно они спасли Эквестрию в этот раз. Нашим верным друзьям, Сэндбару и Йоне, я своим указом сегодня присвоила звание героев Эквестрии; без их участия я и моя сестра, а также десятки других пони, скорее всего, были бы уже мертвы. Я также выражаю благодарность нашим союзникам — лорду драконов Эмбер и генерал-полковнику Гриффонстоуна Гильде: пусть они и нанесли нам визит, чтобы объявить Эквестрийской Империи войну — но это оказалась освободительная война, которая помогла уничтожить имперский режим Кози Глоу и вернуть власть законных принцесс. И наконец, я не могу не отблагодарить мою ученицу, принцессу Твайлайт Спаркл, которая смогла сделать столь важные шаги в деле возвращения магии в Эквестрию — а также пони, застрявшей в соседнем мире. И только благодаря ей мы с моей сестрой можем вновь восстановить тысячелетнюю традицию, по которой, я думаю, вы соскучились за эту тяжёлую неделю. Что ж, сестра, давай? — Селестия кивнула Луне, и они одновременно зажгли свои рога.

Солнце под восторженный рёв толпы, собравшейся на главной площади Кантерлота, исчезло за горизонтом — а мгновением позже на восточную сторону неба поднялась луна, осветив башни Кантерлотского замка своим серебристым светом — башни, на которых вновь развевались в потоках несильного вечернего ветра, устроенного пегасами, голубые флаги с солнцем и луной в окружении двух аликорнов.

И все пони внизу были уверены: пока над Эквестрией будет виден этот флаг — её жители смогут справиться с любой проблемой, сколь бы неразрешимой она ни казалась.

* * *

Стук копыт гулко разносился по опустевшим вечерним залам Кантерлотского замка. Твайлайт не находила себе места. Казалось бы, после жутких событий последних дней наконец-то всё вернулось на круги своя: эквестрийскую магию удалось вернуть на место из мира людей, куда её отправила Кози, принцессы были спасены и вновь возвратились на престол Кантерлота, война Гриффонстоуна и Драконьих земель с Эквестрией была предотвращена, и самое главное — все пони вновь были рады жить привычной жизнью. Но Твайлайт, нервно прогуливаясь по замку этим вечером, всё никак не могла понять: что же не так в этом всём? Почему нет чувства того, что проблема решена? А ведь завтра уже нужно будет покинуть замок и возвратиться в Понивилль — в Кантерлоте делать было особенно нечего… Все её друзья уже разъехались — у них были важные дела. Рэйнбоу занималась восстановлением Клаудсдейла, практически рассеявшегося за время отсутствия магии; Флаттершай приходилось носиться по Эквестрии и решать проблемы многочисленных животных, пострадавших от магического катаклизма; Эпплджек и Рэрити организовали фонд помощи пострадавшим пони, и сейчас у них не было ни одной свободной минутки; даже легкомысленная обычно Пинки взяла на себя ответственную миссию поставить шумную и весёлую точку в истории этого инцидента — ведь, по её словам, нельзя сказать, что всё кончилось хорошо, если оно кончилось не бурной вечеринкой в честь победы в каждом большом городе Эквестрии. И только Твайлайт не понимала, что ей нужно сделать.

Остановившись у окна и бросив взгляд на усыпанное звёздами небо, она задумалась. Звёздам нет разницы: есть в Эквестрии магия или нет, им вообще неважно, что творится здесь, на земле. Они просто молча смотрят сверху, и что бы ни происходило тут, это никак им не повредит.

Твайлайт вспомнила звёзды на своей кьютимарке. Магия дружбы — то, что они олицетворяют. Но, в отличие от звёзд на небе, земная дружба куда более хрупка: несмотря на то, что её не так-то и просто добиться, разрушить её легче лёгкого.

Она вздохнула и направилась туда, куда, как ей казалось, позвало её чувство долга.

В подземельях Кантерлотского замка было сыро и прохладно. А ещё здесь было одиноко, и чувство оторванности от мира давило на нервы. Твайлайт поёжилась, но продолжила идти — пока, наконец, за одним из поворотов не нашла то, зачем пришла сюда.

Одну из многочисленных тюремных камер, в углу которой на камнях лежал розово-голубой комочек, едва напоминающий пони.

— Кози? — Тихо позвала Твайлайт.

Комочек с недовольными звуками зашевелился — и спустя минуту Кози, грязная, со спутанной гривой и синяками на мордочке, полученными, очевидно, при попытке сопротивляться кантерлотским стражникам, подошла к решётке камеры.

— И зачем ты припёрлась? Тебе ещё поиздеваться хочется? После всего, что я сделала…

Твайлайт молча выслушала длинную тираду Кози, после чего склонила голову и тихо спросила:

— Мне непонятно, зачем ты это всё сделала. Многие пони пострадали из-за отсутствия магии. Какие-то даже могли погибнуть, и это великое счастье, что всё обошлось. Более того, часть из них ты чуть не убила своими собственными копытами. Как ты до такого дошла? Неужели я так и не смогла научить тебя дружбе, чтобы ты смогла понять, что любой вопрос можно решить, не применяя силу? Неужели для тебя пони — лишь безликие фигуры, которыми можно жертвовать ради своих целей? Чего ты искала? Власти? Богатства? Известности?

— Чего искала? — Кози вскинула бровь, будто не поняла вопрос Твайлайт. — Чего я искала? Дружбы, конечно!

На секунду повисла тишина: Твайлайт озадаченно уселась перед решёткой камеры.

— Как?.. Почему?.. — удивлённо спросила она после паузы.

— Почему? Да потому что дружба — это сила! Когда у тебя много друзей, тебе ничего не страшно! И если бы моими друзьями стало всё население Эквестрии, я бы не думала ни о чём!

— Я вижу, я и правда не смогла тебя научить… — Твайлайт угрюмо уткнула взгляд в пол. — Пойми, дружбу нельзя заработать силой. Как только ты причиняешь кому-то боль ради того, чтобы завести больше друзей — это сводит всю суть дружбы к нулю.

— Тебе, принцесса дружбы, этого не понять: ты всегда была окружена друзьями. Они вились вокруг тебя даже тогда, когда ты настойчиво их игнорировала — можешь не возражать, мы изучали твою биографию в школе. А когда я была маленькой, никто не хотел со мной дружить!

— Почему? — удивилась Твайлайт. — В твоём окружении всегда найдутся друзья. Даже Пинки, выросшая на каменной ферме почти в изоляции от остального мира, всё равно смогла найти друзей…

— Когда ей, как и остальным твоим друзьям, кое-что помогло. Не надо, принцесса, история появления кьютимарок у вас шестерых вообще была одним из вводных занятий на первом курсе школы дружбы.

— Но… — запнулась Твайлайт. — Всегда есть же родственники, родители…

— Родители? Ха! Они и были первыми в том, чтобы устроить меня в элитную начальную школу в Лас-Пегасе на два класса старше — ведь так, видите ли, показали мои тесты развития. Мной они не интересовались — о дружбе с ними не было и речи, а для одноклассников я была «этой мелкой», которой они ещё и завидовали, что я иногда лучше них по некоторым предметам. Где тут вообще понять, что такое дружба? Я и в Понивилль-то приехала, как закончила там последний класс и в школу дружбы пошла, чтобы научиться — благо родителям было плевать, где я и что делаю, они, поди, моего отъезда даже не заметили… Да, быть может, я нередко заваливала экзамены по теории дружбы, но где же мне было её правильно-то понять?

Кози, начав нахально и дерзко, сейчас всё больше грустнела — в её голосе теперь уже слышалось скорее сожаление, чем злоба и ненависть.

— Мне надо было раньше обратить внимание на тебя… Эх, и почему я этого не сделала?..

— Потому что вы со Старлайт были слишком заняты всё время, а я вам всегда помогала, — Кози уселась на пол своей камеры и замолчала.

— М? — Твайлайт подошла ближе и увидела, как Кози стиснула зубы.

— Похоже, и правда стоило мне быть обычной ученицей и не лезть куда не следует, — Кози мотнула головой. — Я с детства старалась просчитывать результаты своих действий на много шагов вперёд, и мне показалось, что я могу добиться цели таким вот способом… Не подозревая, что эта цель вообще не стоит того. Теперь-то я это поняла. Но теперь это на что влияет? Слишком поздно…

Твайлайт, несмотря на грустный настрой Кози, чему-то обрадовалась в её словах — и тут же выпалила:

— Раз так, то я дам тебе второй шанс.

— Э? — удивлённо подняла на неё взгляд Кози. — Зачем? Я слишком мало натворила?

— Потому что оставив тебя здесь, я окончательно распишусь в своём бессилии решить эту проблему дружбы. А тебя обреку на невозможность узнать, что такое настоящая дружба. Канцлер Нейсей был в чём-то прав, когда закрывал нашу школу в самом начале: действуя самостоятельно, а не по проверенному стандарту, мы рискуем делать ошибки. И я такую ошибку сделала… Но я хочу её исправить. И тебе я тоже дам шанс исправить твою ошибку. В конце концов, я вижу — в тебе ещё осталось добро, ты просто пошла по неправильному пути. Ещё бы чуть-чуть — и ты из-за своей неопытности перешла бы черту невозврата. Разумеется, тебе не сбежать от твоих прошлых ошибок, и полную свободу действий на первое время тебе никто не даст — но если ты после этого всего сможешь вернуть себе доброе имя и найти друзей, не потому, что так надо, а потому, что жить, не имея друзей — невозможно, то я буду лишь гордиться. И для этого тебе…

Твайлайт хотела было объяснить Кози, какое она ей ставит условие, но та уже поняла всё. Подойдя прямо к решётке, она стыдливо склонила голову перед Твайлайт и произнесла:

— Теперь я понимаю, как неправильно и себя вела и почему моя цель тоже была неправильной, — она вздохнула и добавила: — Простите меня, директриса Твайлайт.

— Что ж, — счастливо улыбнулась Твайлайт, — ты прошла тест.

Твайлайт стоило огромных трудов убедить Селестию о том, что Кози не нужно вот прямо сейчас упрятывать в Тартар за всё, что она сделала, включая в том числе и попытку убийства самой Селестии и Луны; тут и заключение в Тартаре было бы милостиво — века назад за такое чуть ли не сразу казнили. Да и раньше бы ученице принцессы и в голову не пришло бы спорить со своей наставницей — но сейчас Твайлайт была уверена, что иным образом, нежели дав Кози второй шанс, не решить эту проблему дружбы. И в конце концов Селестия доверилась ей.

— Что ж, — сказала она тогда. — Я вижу, ты продолжаешь не только учить всех вокруг дружбе, но и сама учиться. Похоже, это стало уроком для тебя… Вернее, даже для всех нас.

И когда Твайлайт вместе с освобождённой Кози стояли на перроне Южного вокзала Кантерлота, ожидая поезда в Понивилль, бывшая пленница спросила:

— И что мы будем теперь делать, наставница Твайлайт?..

Твайлайт задорно улыбнулась и посмотрела на свою новую — ещё одну — ученицу.

— То же, что и всегда: постигать азы дружбы, конечно, — ответила она. И, чуть подумав, добавила: — Первое, что нам стоит понять, это то, что делать это никогда не поздно. Сколько бы ты ни училась дружбе, и кем бы ты ни была, даже самой её принцессой — никогда нельзя знать о дружбе всё.