# Чисто эквестрийское убийство

Кайт Ши

Герой Эквестрии, сердцеед и самопровозглашенный трус Флеш Сентри получил главную роль в театральной постановке. Кои-то веки ему не грозит ничего серьезнее забытых реплик. Ведь так?

Пятая часть Записок Сентри.

Разрешение на перевод есть.

Другие рассказы серии:

1.Пленник Зебры

2.Кэррот и дубина

3.Сентри в деле

4.Одиннадцать друзей Октавии

6.Пятеро добрых

7.От абсента станет веселей

8.Хороший, плохой и Сентри

Флеш Сентри и призрак короля — апокриф

Теперь с озвучкой от Diogenus.

Работа на Фикбуке

## Введение

Как я упоминал ранее, Записки Флеша Сентри – бесценный исторический источник. Взгляд Сентри на важные события и персоналии часто не ортодоксален, если не полностью противоположен общепринятому мнению, но этот альтернативный взгляд важен для полного понимания истории и отделения истины от мифа.

Должен сказать, непредвзятый взгляд Сентри на повседневную жизнь не менее важен, чем его приключения, а может даже и более. Хотя в это представляет собой некоторую проблему, так как повседневная жизнь Сентри и была, в немалой степени, приключением, к большому его неудовольствию. И помня об этом, я избрал для публикации этот том его Записок. В частности, я нашел восхитительным взгляд Флеша на популярные развлечения тех лет. Согласно общепринятым историческим концепциям, единственными доступными для наших предков развлечениями были любительские постановки на День Согревающего Очага и поп-концерты, предложение которых превышало спрос. Не стоит и говорить, что еще дальше от истины это утверждение быть не может.

Несмотря на характерное для Флеша пренебрежение датировкой, дальнейшие исследования позволили мне разместить это приключение примерно через несколько месяцев после его путешествия в Спайтспайр с принцессой Твайлайт Спаркл (смотрите Одиннадцать Друзей Октавии). Судя по обнаруженным мной обрывочным сведениям, вскоре после возвращения в Кантерлот Флеш получил несколько месяцев отпуска – и на тот период приходятся события этого тома. Вскоре Сентри вернется на службу, но это уже история для другого тома.

Как обычно, по ходу повествования вставлял сноски и уточнения, где это было необходимо.

— Джордж Макинтош Фресиан.

P.S. Должен заметить, что меньший объем этого тома Записок Флеша Сентри – результат исключительно научных причин, и не имеет никакого отношения к полемике, вызванной темой предыдущего выпуска.

## Глава 1. Ваш выход

— Флеш! Я люблю тебя, но у нас осталось лишь четырнадцать часов, чтобы спасти Эквестрию!

Единорожка с снежно-белой гривой буквально бросилась в мои копыта, и я раскрыл крылья, чтобы не потерять равновесие. Она прижалась ко мне своим теплым телом и протянула копыто, чтобы коснуться моей щеки. Глядя на нее, я напряг мозг, пытаясь сообразить, что сказать, но нашел лишь одно слово.

— Слова?

— СТОП! – проревел в мегафон Кантер Зум и бросил его в нас. Я пытался увернуться, но когда за вас цепляется единорог, то рефлексы притупляются. Мегафон попал прямо мне в голову. К счастью, жестяной шлем принял на себя большую часть удара, хотя и состоял в основном из плюмажа.

— Как вы прикажете Великой и Могущественной Трикси работать в таких условиях? – фыркнув, отцепилась она от меня. – Вы говорили, что это будет возможность для Великой и Могущественной Трикси отойти от сценической магии и стать звездой!

Одетые в черное рабочие сцены вышли из-за кулис, ставя на место декорации или тяня за веревки, как моряки. За всем этим наблюдала пони в черной водолазке, время от времени делая пометки у себя в планшете.

— Я ничего не говорил! Я не назначал вас на роль! – Кантер Зум снял очки и помассировал нос. – Я не выбирал на роли никого из вас! Будь моя воля, в «Жизни и Эпохе Флеша Магнуса» в главных ролях были бы настоящие актеры. Но продюсер настоял на вас. Ради… большей интересности, — он вздохнул и надел очки обратно.

— Великая и Могущественная Трикси – настоящая актриса до мозга костей! Вы не видели эмоций? Вы не заметили, как она изобразила романтический интерес к этому бестолковому бугаю – и даже без тошноты?

— Эй! – ответил я. – Это кто этот тут бестолковый?

— Ты! – Трикси (которая определенно не заслуживала титула «Великой и Могущественной», если спросите меня, что дает мне достаточно прав его опустить). – Ты даже слова свои запомнить не можешь!

— Я, что ли в этом виноват? Кто вообще все это написал? – ответил я.

— Эта пьеса, — медленно произнес Кантер Зум. – Вышла из-под копыта Шейки Билла, величайшего драматурга Эквестрии из всех, бравшихся за перо. А вы двое насилуете его труд! – Режиссер снял очки и медленно потер переносицу, успокаиваясь. После чего небрежно махнул нам копытом. – Знаете, что? Перерыв на пятнадцать минут. Джунипер, сходи за кофе.

— Уже, дядя Зум! – энергичная, слишком восторженная кобылка с гривой, заплетенной в хвостики, материализовалась рядом с режиссером, держа одну из тех картонных держалок, полную ярких бумажных стаканчиков, которые можно найти в лучших кофейнях.

— Великая и Могущественная Трикси будет в своей гримерной! – заявила «звезда», когда Джунипер передала ей стаканчик кофе. Единорожка высокомерно задрала нос и сошла со сцены. Жест был бы более впечатляющ, если бы она не споткнулась о какой-то канат и упала несколько шагов спустя. Если ты, дорогой читатель, больше ничего из этих воспоминаний не вынесешь – хотя бы помни, что в театре, где бы ты ни был, нужно смотреть под ноги. Я изобразил из себя хорошего пони и не засмеялся, хотя и с трудом.

Джунипер передала мне мой кофе – чисто черный (ни сахара, ни сливок, ни, к сожалению, бренди) — и я благодарно ей кивнул. Я собирался уходить в свою гримерку, но услышал, как позади открылась дверь.

— Кантер, дорогой... – раздался в зале бархатный голос. – Тебе нужно расслабиться. Стресс убьет тебя, если ты не будешь осторожен.

Высокий единорог со слишком тонкими усиками и слишком широкой улыбкой сошел по лестнице к сцене. Его темно-синий костюм был безукоризненно пошит (оригинал от Рарити, как мне сказали), а эскотский галстук удерживал на месте бриллиант величиной с перепелиное яйцо. Рядом с ним, слегка неодобрительно задрав носик, шла прекрасная пегаска-блондинка. У нее было самое шикарное оперение из всех, кого я видел, кроме принцесс, и она демонстрировала уверенность, что знает, как его использовать. Одни воспоминания о ней заставляют старого потаскуна вроде меня краснеть – даже спустя столько лет.

Вместо того, чтобы уйти, я задержался на сцене, потягивая кофе – всегда приятно, когда после репетиции кто-то еще устраивает шоу. С единорогом я, конечно, уже встречался – но не кобылкой.

— Дип Покетс, — с вымученной улыбкой произнес Кантер Зум. – Рад видеть вас, – Выражение его лица чуть смягчилось, когда он приветствовал пегаску. – И тебя тоже, Спотлайт.

Спотлайт слегка улыбнулась и кивнула режиссеру.

— Хотел бы я сказать то же самое, — печально произнес Дип Покетс. – То есть, я случайно оказался неподалеку, и я случайно заглянул посмотреть, что происходит с моими инвестициями, но обнаружил, как мой режиссер кричит на моих лучших актеров? – он подошел к Кантер Зуму, по пути доставая стаканчик из картонки Джунипер.

— Я просто пытаюсь получить как можно больше из ваших… инвестиций, — ответил режиссер. – В конце концов, для того я и был нанят.

— И еще именно потому я нанял наших звёзд, — заметил Дип Покетс и обернулся ко мне в тот момент, когда я отхлебывал свой кофе. – В конце концов, кто лучше сыграет знаменитого Флеша Магнуса, чем наш собственный Герой Эквестрии?

Я проглотил полный рот горячего, горького напитка и инстинктивно сыграл образ, который строил с момента фиаско на свадьбе принцессы Кейденс[1].

— Как того требует долг, сэр.

— Видите! Он идеален! – сказал Дип Покетс. – Лучшего пони на эту роль не найти. Говорю тебе, Кантер, весь Кантерлот придет посмотреть на великого Флеша Сентри в действии.

— Нипони не купит билеты, если он не может вспомнить свои слова! А если и этого недостаточно, мне едва удается вставить словечко, когда «Великая и Могущественная Трикси», — да, он реально изобразил кавычки копытами. – Начинает изображать из себя диву.

— Любители, — произнесла Спотлайт, и это было первое, что она сказала с тех пор, как вошла в театр.

— Для того и нужны репетиции! – Дип Покетс преувеличенно по-товарищески похлопал Кантер Зума по плечу. – Я знаю, все становится… напряженным по мере приближения ночи премьеры, но я полностью в тебя верю. Пойду поговорю с Трикси, постараюсь все уладить. А ты сконцентрируйся на том, чтобы эта постановка стала лучшей из возможных.

Кантер Зум глубоко вздохнул, успокаиваясь, и закрыл глаза.

— Хорошо, — произнес он и обернулся к сцене, посреди которой неосмотрительно торчал я с кофе и наблюдал шоу.

— Чем, думаешь, ты занят? – рыкнул он тоном, которым гордился бы любой сержант-инструктор по строевой подготовке. – Хватит торчать там, как идиот – иди учи свою роль!

— Э, конечно, сэр, — сбежал я со цены, подальше от гнева Кантер Зума.

— Развлекаешься, Сентри? – Кэррот Топ появилась из-за ярко разрисованного задника. Вы можете подумать, что раз уж я знаю ее так долго, то уже привык к внезапным появлениям Кэррот Топ (она же Специальный Агент Голден Харвест, лучший оперативник Эквестрийского Разведывательного Управления и пастырь Сентри[2]), то вы ошибаетесь. Мне потребовался весь до капли самоконтроль (которого и так немного), чтобы не разлить кофе.

— Получше, чем на основной работе, — глотнул я еще горького напитка. – То есть, по крайней мере тут пони хотя бы притворяются, что желают меня убить.

— Осторожнее, Сентри, — подмигнула и пихнула меня Кэррот. – Никогда не знаешь, когда какой-нибудь завистливый статист попытается устроить «несчастный случай», чтобы заполучить роль получше.

— Очень смешно, — произнес я и замолчал. – Ты же шутишь, так?

— В основном, — ответила она. – Но ты сталкивался и с вещами похуже.

— К сожалению.

— Флеши! – подбежал к нам Дип Покетс, гораздо менее неслышно, чем Кэррот. – Как мой любимый исполнитель главной роли?

— Отлично, спасибо, — несколько бесцеремонно ответил я.

— А кто же, осмелюсь спросить, это прекрасное видение? – заметил Дип Покетс Кэррот Топ.

— О, ничего особого, — с отработанной застенчивостью ответила она. Но легкий румянец на ее щеках появился. Дип Покетс улыбнулся ей шире и в тот момент я не мог не почувствовать собрата-бабника. Продюсер был просто слишком привлекателен, слишком скользок и слишком элегантен, чтобы быть кем-то еще. В иных обстоятельствах я бы с радостью поставил ему выпить, но в тот момент обнаружил себя необычно, нехарактерно встревоженным тем, как он смотрел на Кэррот Топ. Не то, чтобы она не могла сама справиться (на меня-то ее более, чем хватает), но тем не менее.

— Это, — ответил я, обняв левым крылом кобылку, — Мисс Кэррот Топ, из Понивилля. Она и я… — я замолчал, осознав, что не могу найти слова, подходяще описывающее наши текущие отношения. «Любовники» было бы слишком вульгарно, «партнеры» – слишком стерильно. Честно, это недостаток эквестрийского языка – нет слова, чтобы описать «того, кого ты неизмеримо ценишь несмотря на множество случаев, когда из-за него тебя едва не убивали»[3].

— Близки, — закончил я.

— А вы что скажете? – спросил Дип Покетс.

— Все сложно, — ответила Кэррот, хотя из-под моего крыла не выворачивалась.

— Как и все самое лучшее, не так ли? – подмигнул Дип Покетс. – Но не стану мешать влюбленным пташкам – я просто хотел поприветствовать свою звезду, — продюсер засиял и похлопал меня по щеке. – Я просто хотел сказать, чтобы ты не беспокоился о том, что говорит Кантер Зум. Я знаю его много лет, и он всегда нервничает перед премьерой. Но все будет хорошо, обещаю. Он настолько хорош. Ты настолько хорошо, Флеши – даже если еще этого не знаешь.

— О, эм, спасибо, — ответил я.

— Ну а поскольку ты настолько хорош, мне нужно, чтобы ты справился. Я верю в тебя, но есть множество пони, которые вложились в эту постановку. И если она провалится, то станет… неприятно.

— Вряд ли более неприятно, чем прорываться через улей подменышей, я думаю, — не люблю хвастаться, но иногда полезно напоминать пони о моей (немало раздутой) репутации. Просто чудеса творит, когда кто-то пытается мне угрожать.

— Подловил, — слегка натужно рассмеялся Дип Покетс. – Но попытайся поработать над своими репликами, хорошо?

— ВСЕ ПО МЕСТАМ! – проревел Кантер Зум в свой мегафон. – МЫ НАЧИНАЕМ СО ВТОРОГО АКТА ЧЕРЕЗ ТРИ МИНУТЫ! ПО МЕСТАМ!

— Ты слышал, — ухмыльнулся Дип Покетс. – Мы поговорим позже, Флеши – и просто постарайся!

С этими словами единорог убежал.

Кэррот посмотрела ему вслед и повернулась ко мне с ухмылочкой на губах.

— А я и не приняла бы тебя за ревнивца.

— Я? Ревную? – возмутился я. – Даже не понимаю, о чем ты.

— Я знаю, что ты умеешь лгать получше, Сентри.

— А теперь ты меня просто дразнишь.

— Зачем бы мне это делать? – подмигнула Кэррот и наклонилась поцеловать в щеку. – Встретимся в твоей гримерке после репетиции.

— Ладно, — ответил я, нетерпеливо шурша крыльями.

Кэррот Топ мелодично рассмеялась и убежала через хаос кулис, уверенно пробираясь через движущиеся декорации и рабочих сцены.

— Сентри! – помощник режиссера, все еще со своим планшетом, окликнула меня и надела мне на голову новый шлем. – Внимательнее! Твой выход!

— Еще раз в бой! – пробормотал я и вышел на сцену.

* * *

И вот так героический Флеш Магнус спас Эквестрию от верной погибели (опять) и завоевал сердце прекрасной девы-единорожки Ардент Дэйл. Я сумел вспомнить большинство своих реплик и импровизировал, где не смог. Всякий раз, как я забывал, то просто выдавал что-то абсурдно героическое, вроде «Вперед!» и начинал изображать бой с ближайшим статистом.

Но все же мы как-то справились и помощница Кантер Зума, Джунипер, поаплодировала нам, когда занавес опустился. Трикси, конечно, наслаждалась аплодисментами, путь и всего лишь от одной кобылки.

— Это было… достойно, — осел Кантер в своем кресле. – Всем переодеться, и мы еще раз пройдемся по замечаниям.

Я кивнул и отправился к узкой лестнице, ведущей в мою гримерку. Обычно я добирался туда за минуту, но на этот раз на моем пути была дама.

— Привет, Флеш, — произнесла Спотлайт. Блондинка парила над ступенями, с каждым взмахом вытягивая крылья самым завлекательным образом.

— А, э, привет. Эм… Спотлайт, так?

— Да, — хитро улыбнулась она и подлетела очень, очень близко ко мне. Не могу ее винить — я всегда был привлекательным жеребцом, и мне казалось, что моего выступления на сцене было достаточно, чтобы привлечь любую здоровую кобылу. – Я давно хотела поговорить с тобой.

— Действительно? Это льстит. Может, мы могли бы…

— Нет времени, — Спотлайт прижалась ко мне так, что жестяные детали моего костюма застучали друг о друга. – Мы не можем попасться моему мужу.

— Мужу? – произнес я.

— Дип Покетсу. Он любил меня. Я для него… просто трофей, — она всхлипнула и обвила передними ногами за шею. – Когда я увидела тебя на сцене, то поняла, что ты больше чем актер – ты… ты герой. Как раз тот жеребец, который сможет подхватить меня и унести от… от всего этого, — она посмотрела на меня своими голубыми глазами, ее губы чуть раскрылись в ожидании поцелуя…

Но я знал, чего куда.

В своих мемуарах я не скрывал собственной любвеобильности. Но несмотря на множество интрижек и эскапад, я следовал определенным правилам. И как бы глуп я ни был (да и сейчас остаюсь, если подумать), я никогда не крутил с замужними кобылами. Это было тем, что могло закончиться дуэлью и/или судом по бракоразводным делам – а ни с чем этим трус вроде меня иметь дела не желал. Не говоря уже о том, что меня ждала Специальный Агент Голден Харвест.

— Мэм, — произнес я чуть более рыцарским тоном, чем на сцене. – Я польщен, но это крайне неприемлемо. Вам нужнее адвокат по бракоразводным процессам, а не простой солдат, вроде меня.

Спотлайт моргнула, и выражение ее личика поменялось так быстро, словно я вылил ведро ледяной воды на ее идеально уложенную блондинистую гриву.

— О, вот значит, как, — прошипела она и сложила свои (очень завлекательные) крылья. Она отпихнула и пробежала мимо меня, бормоча под нос ругательства.

Я посмотрел ей вслед через открытую дверь, а потом покачал головой. Тут заваривалось что-то еще, и я не хотел в это ввязываться. И потому я отправился в свою гримерку, надеясь, что Кэррот не видела сквозь лестницу, как Спотлайт висела на мне.

И все алиби, до которых я мог додуматься, тут же был позабыты, стоило мне открыть дверь гримерки и увидеть труп.

## Глава 2. Провокация

Дип Покетс сидел в единственном кресле моей гримерки с широко раскрытыми от шока глазами. Его голова запрокинулась под невозможным углом, а посреди горла расплывался ушиб. Не зная, что делать, я использовал все свои познания в медицине.

Я его потыкал копытом.

Кресло слегка повернулось и Дип Покетс осел еще немного. Ага. Стопроцентно мертв. Для большинства пони первой реакцией на труп была бы паника. К счастью, я ужасный пони.

Видите ли, в глубине души я был прожжённым трусом, поэтому первой мыслью при виде тела была «лучше он, чем я». Как говорится, не нужно уметь летать быстрее дракона. Но от голоса позади меня чуть удар не хватил.

— Сентри? Слава Селестии, это ты, — с нехарактерным облегчением произнесла Кэррот.

Я отвернулся от трупа к стоящей у двери Кэррот, выходящей из боевой стойки. Затем бросил взгляд назад и очень медленно закрыл дверь в гримерку – так тихо, как мог.

— Что, во имя пламени, тут происходит? – тихим, заговорщицким шепотом спросил я.

— Когда я пришла, он уже таким был, — ответила Кэррот.

— Конечно, — кивнул я, складывая кусочки мозаики. – На благо Эквестрии, уверен.

— Я его не убивала, — отвисла челюсть у Кэррот.

— Ага, конечно, — подмигнул я и огляделся. – Хотел бы я, чтобы ты раньше мне об этом сказала. Так, куда же мы можем спрятать тело…

— Сентри, — кобылка взяла меня за плечи и посмотрела в глаза. – Слушай. Это не операция. Я понятия не имею, что тут творится.

А вот этого оказалось достаточно, чтобы слишком знакомое ощущение грядущего ужаса поселилось у меня в брюхе. Все, что ставило в тупик Специального Агента Голден Харвест, было способно расплющить трусливого паяца, вроде меня, просто походя. Кэррот Топ должно быть увидела, как у меня от ужаса широко раскрылись глаза, и потому отпустила меня.

— А… Понимаю, — сумел выговорить я. Проскользнув по краю гримерки (со мной, Кэррот Топ и трупом в ней становилось тесновато) и вытащил бутылку бренди для непредвиденных случаев, которую сумел протащить сюда. Всегда готов и все такое. Свернув крышечку, я сделал глоток и передал бутылку Кэррот, которая сделала тоже самое.

— Это… Не то, с чем мы не могли бы справиться, — произнес я, пока сладкий и обжигающий алкоголь скользил в мой желудок. – Мы же профессионалы, так? То есть, ты профессионал, а я стараюсь не отставать.

Этого было достаточно, чтобы она улыбнулась – чудеснейшая картина и отличное отвлечение от трупа. Она поставила бутылку бренди на сценарий и кивнула.

— Есть идеи?

— Если мы сумеем выбраться на крышу, то я смогу дотащить тебя до вокзала. А там мы с легкостью сядем на поезд до… куда угодно, вообще-то.

— Нет, — покачала головой она. – Мы не можем бежать. Это лишь сделает виноватыми нас.

Она еще раз покачала головой.

— Может… может нам стоит просто убраться от тела и позволить найти мистера Покетса кому-нибудь еще. А потом нам придется… — она с шипением выдохнула и проворчала. – Импровизировать.

— В этом деле я хорош.

— Знаю, — простонала Кэррот.

— Если уж я чему от тебя и научился – так это спасаться. Так что держись поближе, и мы выберемся из этого дела, благоухая фиалками. Образно выражаясь. Если все пойдет плохо, то придется уходить по канализации.

— Проклятье, Сентри, это практически ободряюще звучало, — она слегка улыбнулась и направилась к двери. – А теперь тихо, и, может, мы сумеем спуститься вниз незамеченными…

Но как только Кэррот Топ открыла дверь, как пред нами предстала никто иная, как Джунипер Монтаж.

— Ой, мистер Сентри! – радостно чирикнула она. – Дядя послал меня…

Она замолчала, увидев позади меня и Кэррот все еще обмякшее тело Дип Покетса в единственном кресле моей гримерки.

Джунипер завизжала.

* * *

Театр сам по себе воплощение хаоса. А забросить туда мертвого продюсера – все равно, что засунуть рыбу в здоровенные часы. То есть, становилось нехорошо.

Когда я и Кэррот догнали Джунипер внизу, переполошились все. Небольшой батальон статистов и работников сцены уже дожидался нас с Кантер Зумом во главе. Где-то на периферии я заметил Спотлайт, кажущуюся столь же недоуменной, как все остальные.

— Джунипер, ты в порядке? — спросил режиссер и я отпустил перепуганную кобылку в объятия дяди. – Что произошло?

— Это мистер Покетс! – всхлипнула она. – О-он…

— Мертв, — просто закончил я. В толпе тут же пошли шепотки. – Он… должно быть, упал и ударился головой или как-то так. Эти лестницы очень коварны.

Не самая лучшая моя ложь, но она сработала.

— Кэррот Топ и я нашли его, а мисс Монтаж нашла уже нас. Нам стоит вызвать власти.

— Кьюти Кью! – удивительно властно позвал Кантер Зум. – Где Кьюти Кью?

— Я здесь, сэр, — протолкалась к нему помощник режиссера.

— Мы… у нас есть планы на случай подобного, так? – спросил Кантер.

— Уже сделано, сэр, — Кьюти Кью выслушала что-то по радиогарнитуре и вновь посмотрела на нас. – Я отправила за помощью Маркер Тейпа – они скоро будут.

— Хорошо, — Кантер Зум оберегающе обнял Джунипер. – Остальным же… эм…

— Думаю, актерам и команде стоит остаться, чтобы дать свидетельские показания, — предложила Кьюти Кью.

— Да, вот это, — согласился Кантер.

— Очень хорошо, сэр.

— Погодите! Погодите! Погодите! – Трикси замахала копытом над головой и начала пробираться сквозь толпу. – У Великой и Могущественной Трикси есть вопрос.

— Что? – спросил ее режиссер.

— Мы все еще ставим пьесу? – спросила Трикси. – То есть, разве на ней не лежит… проклятия или чего-то такого? Вы же знаете, ведь из-за этого ее называют «Пегасьей Пьесой»?[4]

По толпе снова пошли шепотки.

— Не бывает проклятых пьес, — проворчал Кантер Зум. – Я и Джунипер будем в моем кабинете – дайте знать, как появится полиция. Остальные же займитесь чем-нибудь… полезным. Нам все еще пьесу ставить.

С этими словами режиссер увел свою все еще всхлипывающую племянницу.

— Все его слышали? – повысила голос Кьюти Кью, а потом указала на двух особенно мускулистых работников. – Вы двое, оставайтесь тут и следите, чтобы в гримерку никто не входил.

— Проклятье, оставил там свой бренди, — нахмурился и проворчал я.

Кэррот Топ пихнула меня локтем. Наверное, я это даже заслужил.

* * *

Меньше чем через полчаса появились представители власти. Это были мрачные пони при значках и еще более мрачные санитары в белых халатах с носилками. Но в их рядах затесалось нечто неуместное. Маленькая пожилая земная кобыла с какой-то меткой-листом ходила кругом с блокнотом и карандашом, разговаривая то с одним пони, то с другим. В шляпке-колоколе и с кружевным воротничком бабулька казалась уместнее на воскресной игре в бридж, чем на месте преступления.

— Вы, должно быть, Флеш Сентри, — улыбнулась она, явив морщинки в уголках глаз.

— Кажется у вас преимущество, мисс…

— Мапл. Инспектор Мапл, если официально. Но мисс Мапл подойдет более, чем хорошо, — она улыбнулась мне мягко и по-матерински. – Вы не будете против, если я задам вам несколько вопросов, Флеш?

— О, эм. Конечно не буду.

— Чудесно! Кантер Зум позволил мне использовать его кабинет. Пройдем со мной, пожалуйста, — впервые в жизни властная фигура просила меня сделать что-то столь вежливо, и из-за этого этот случай был самым страшным из всех, когда властная фигура просила меня сделать что-то. Я заметил, что Кэррот Топ как-то незаметно от меня ускользнула. Она была хороша в том, чтобы не привлекать к себе внимания. Стоит отметить, это означало, что в качестве отвлечения используют меня – но не могу ее винить, я способен очень хорошо привлекать внимание.

Мисс Мапл привела меня в кабинет Кантер Зума – похожую на чулан комнатку без окон, полную полок и шкафчиков, которые, в свою очередь, были набиты книгами, сценариями и какими-то бумажками. Мисс Мапл уселась в кресло за столом режиссера, чуть отвлёкшись, чтобы убрать с него какие-то блокноты и записки. На какую-то из них она посмотрела внимательнее, но потом полностью сосредоточилась на мне.

— Итак, Флеш… как вам нравится театр?

— Уже не так, как раньше, — ответил я из шаткого кресла напротив нее.

— Ммммм, да. Вы сделали весьма примечательную карьеру вне сцены, так?

— Я солдат, да.

— И весьма славный. Не так уж и много пони достаточно храбрых, чтобы заслужить Крест Селестии. И еще меньше тех, кто не получил его посмертно.

— Вы хорошо меня изучили, инспектор, — спокойно произнес я. Но все же мой затылок начал чесаться от мысли, насколько глубоко она меня изучила. Всего за несколько минут знакомства мисс Мапл показалась мне очень проницательной – не будет ли она той, кто увидит меня всего насквозь и под раздутой репутацией обнаружит труса?

— Я бы так не сказала. До меня всего лишь добирались обрывки слухов. Это мой порок – но полезный в работе. Правда ли, что вы возглавляли Атаку летучей бригады?[5]

— Я… был там, да, — ответил я, автоматически переключившись на героическую скромность. – Но именно Вандерболты играли главную роль.

— Конечно, конечно. Но ведь нужно им было повесть на пони-будь медаль, не так ли? – покачала головой мисс Мапл. – Но хватит об этом. Мне еще предстоит опросить многих пони – по стандартной процедуре, конечно. Я так понимаю, что вы и мисс Топ первые нашли Дип Покетса, да?

— Эм, да. Такая трагедия.

— И, просите за прямоту, каковы ваши отношения с мисс Топ?

— Мы, эм… близки, — сказал чуть хрипло я.

— Понимаю, — мисс Мапл улыбнулась как добрая мамочка, ожидающая в ближайшем будущем внуков. – И вы с мисс Топ вошли в гримерную одновременно?

— Да, — солгал я. Хоть раскрыть свою трусость в расследовании мисс Мапл уже было бы плохо, я и представить не мог, чего произойдет, если она обнаружит, что Кэррот Топ еще и Специальный Агент Голден Харвест.

— Ясно. А каким вы обнаружили мистера Покетса?

— Мертвым, — прямо ответил я. – Более чем мертвым.

— Понятно. Вы думаете, что он упал и свернул шею?

— Должно быть. Как-то. Как я понимаю, все же театры весьма опасны. Несчастные случаи все же происходят.

— Ммм. Да. Так и есть, — мисс Мапл записала что-то в своем блокноте и посмотрела на меня. – Могу ли я вам доверять, Флеш Сентри?

— Абсолютно, — очередная ложь, но я в ней натренировался.

— Хорошо. Очень важно, чтобы вы держали это в абсолютном секрете, — мисс Мапл наклонилась ко мне над столом. – У меня есть причины считать, что это не несчастный случай.

— Нет? – изобразил дурака я.

— Нет, — вздохнула мисс Мапл. – Фактически, у меня есть причина считать, что Дип Покетс был убит.

— Убит? – я изо всех сил постарался изобразить удивление.

— Именно так. Судя по моим наблюдениям шея мистера Покетса была сломана одним быстрым ударом в горло, — она ткнула в мою сторону копытом, и я слегка дернулся. – Придется подождать вскрытия, чтобы быть уверенной полностью, но я читала о подобном случае, произошедшем много лет назад. Чтобы нанести такой удар, пони нужно быть не только на пике своих физических возможностей, но и пройти через многие годы тренировок по копытопашному бою. Вы случаем не знаете никого подобного, Флеш, не так ли? – мягкий образ мисс Мапл рассеялся, явив более строгую суть.

За годы я столкнулся с со всеми свирепыми монстрами, которых вы можете представить, и еще многими такими, о которых вам лучше не знать. Но все же взгляд в глаза мисс Мапл был самым жутким опытом во всей моей омерзительной карьере. Эта пони была целеустремлённой, не говоря уже о годах опыта за ее спиной. И это означало, что мошенник, вроде меня, не имел и шанса.

— Не… могу сказать, — сглотнул я внезапно пересохшим горлом.

— Нет? – мисс Мапл вновь откинулась назад в свое кресло. Образ абсолютной целеустремленности вновь сменился на более мирную маску. – Вот это плохо. Похоже, мне все же придется поискать еще. Конечно, будь я ленивой, то приняла бы простейшее решение – закаленный в боях ветеран Королевской Гвардии во вспышке эмоций бросается и убивает другого пони в собственной гримерной.

— Что? – ахнул я. – Я не… То есть, я никогда… Я…

Мисс Мапл подняла копыто, и я заткнулся.

— Как я сказала, это простое ленивое решение. Оно слишком неоригинально. В конце концов, именно Дип Покетс привел вас в театр. У вас совсем нет мотива. Если, конечно, нет чего-то, о чем я не знаю. Какой-нибудь спор о деньгах, может быть? Или… нет, ради денег вы никого не убьете, — она сказала это больше для себя, чем для меня. – Но… кобыла, возможно? Ревность лежит глубоко даже в лучших из пони.

— Я… пытаюсь быть лучше этого, — ответил я с гораздо меньшей убедительностью, чем мне хотелось.

— Будем на то надеяться, — мисс Мапл закрыла свой блокнот и подошла к двери кабинета. – Вам повезло, что я перфекционистка, Флеш. Менее скрупулезный детектив уже заковывал бы вас в кандалы, — она открыла дверь и жестом показала мне уходить. – Однако будьте добры и дайте мне знать, если вспомните что-нибудь еще, пожалуйста.

— Конечно, — я чуть запутался в копытах выходя, и едва сдерживался, чтобы не сорваться в галоп.

— Да, и еще кое-что, — попросила мисс Мапл так же любезно, словно просила кого-нибудь помочь перейти ей через дорогу. – Не могли бы вы прислать ко мне Спотлайт? Уверена, смерть мужа была для нее шоком. Бедняжке нужно с кем-нибудь поговорить.

— А, конечно, — вымученно улыбнулся я.

— Погодите! Забудьте… — мисс Мапл вытянула шею, смотря вниз по коридору, где шла Спотлайт, разговаривающая с Кантер Зумом. – Вот она. Удачи!

И немного слишком радостно попрощавшись, она посеменила вслед за режиссером и молодой вдовой.

— Как все прошло? – Кэррот Топ появилась из-за угла в обычной незаметной манере.

Я оглянулся, чтобы убедиться, что мисс Мапл вне зоны слышимости, и вновь посмотрел на Кэррот Топ.

— Нам надо поговорить.

С этими словами мы нырнули в кабинет Кантер Зума. Я захлопнул дверь и задернул жалюзи, а потом закрыл глаза, чтобы не смотреть на копыта Кэррот – опасаясь увидеть на них пресловутую кровь.

— Кэррот Топ, — медленно произнес я, осознавая, что только что заперся в комнате со смертоноснейшей пони, какую когда-либо встречал. – Я просто хочу знать, если ты действительно…

— Нет, — она прервала меня прежде, чем я успел договорить. – Я говорила тебе, что я этого не делала. Ты не доверяешь мне?

— Верю, — я сполз по двери, внезапно ощущая себя очень и очень усталым. – Этого-то я и боялся. Мисс Мапл говорит, что Дип Покетса убил тренированный убийца, и… — я замолчал.

— Сентри, — Кэррот посмотрела на меня сверху вниз. – Ты должен знать – я не могла его убить.

— Я видел тебя в действии. Ты определенно можешь.

— Нет, ты не понимаешь. Голыми копытами я могу многое, но даже я не могу сломать шею пони так чисто, как у Дип Покетса. Чтобы сделать это, нужно использовать секретную технику Копыто-без-Тени. Я… слышала о ней, но даже меня ей не обучали.

— Погоди, так ты говоришь… — моргнул я.

— Кто бы ни убил Дип Покетса, это боец лучше меня, — говоря это она выглядела смущенной.

— Почему ты мне раньше не сказала?

— Времени не находилось, — покачала головой Кэррот. – Но сейчас… Я не знаю, что делать.

— Скажу я тебе, что надо делать, — аккуратно обнял ее за плечи я. – Нам нужно найти настоящего убийцу до того, как мисс Мапл начнет складывать воедино кусочки мозаики и кинет в тюрьму нас обоих.

— Я смогу вытащить нас оттуда, — на автомате ответила она.

Несмотря ни на что, я рассмеялся и нагнулся поцеловать ее в лоб.

— Знаю, но лучше до такого не доводить.

Кэррот улыбнулась – хотя это была та мрачная улыбка, которой она улыбалась, бросаясь на смертельную угрозу (обычно таща меня за собой).

— Отлично, Сентри – нам нужно работать. Поговори со всеми, с кем сможешь – посмотрим, что ты найдешь. Я буду держаться в стороне, и посмотрим, чего смогу накопать. Но что бы ты ни дела, не выступай против убийцы сам. Просто притворись, что ничего не заподозрил, а когда встретимся – решим, как будем справляться.

Я вспомнил Дип Покетса, расплывшегося в моем кресле со сломанной шеей.

— Я… не думаю, что это будет сложно.

## Глава 3. Интервью

Кэррот скользнула в свою обычную непримечательность, а Кантер Зум подошел оттуда, где разговаривал с мисс Мапл и Спотлайт. Он выглядел еще более помятым, чем ранее – стрессы от работы над пьесой и убийства не могли на нем не сказаться. Пропал тот тиран, который кидался в меня мегафоном – его место занял усталый и вымотавшийся пони, которому точно не помешал бы отпуск.

— Флеш. Нам надо поговорить, — он прошел мимо меня в кабинет, и я даже начал гадать, стоило ли мне вообще из него выходить.

— Конечно, — ответил я и вновь устроился в шатком кресле. – Дайте предположить – это о Дип Покетсе, так?

— О нем, — Кантер снял очки, чтобы потереть глаза, и надел их снова.

— Ужасно, не так ли? Он казался приятным парнем.

— Это потому что вы его не знали, — ответил Кантер, полез в свой стол и извлек оттуда две стопки и бутылку виски с черной этикеткой.

— О?

— Это не из-за актерских дел, — Кантер Зум налил мне виски, даже не спрашивая (да и не нужно было). – Не только из-за актерских дел.

— А, — ответил я, беря свою стопку. – О чем это вы?

— Дип Покетс строит – строил – из себя кобыльего угодника, — режиссер пригубил свой виски, набираясь жидкой храбрости.

— Хороший способ влипнуть в неприятности, — я старался, чтобы это не звучало, как опыт из первых копыт.

— И не говорите. Поплясать на его могилке выстроится длинная очередь рассерженных мужей. Для него это была игра. Новая постановка – новая любовница. Единорожка во время Понивилльского Цирюльника. Земная пони при постановке Кто боится Вирджинии Древолк?. Понятия не имею, с кем он спутался на этот раз – да и не важно уже, согласны?

Кантер Зум смерил бутылку виски долгим взглядом, но все же решительно навернул крышечку обратно.

— Но знаете, что самое смешное? Он женат – был – на самой красивой пегаске во всем Кантерлоте. И… и… и я не из-за этого хотел с вами поговорить, Флеш.

— Нет?

— Смотрите — я знаю, что между нами были… разногласия, но это все можно отодвинуть на задний план. Есть старое театральное выражение – Шоу Должно Продолжаться, — Кантер произнес большие буквы. – И хоть случившееся с Дип Покетсом трагично, это не то, с чем мы не можем справиться. К счастью, Кьюти Кью удерживает все воедино.

— Она?

— Лучшие помощники режиссеров практически незаметны, а дела вокруг делаются. А Кьюти Кью – лучший помощник режиссера из всех, что у меня были. Она говорит, что премьера у нас еще может быть – если кое-кто удосужится выучить слова.

— А, — чуть побледнел я. – Это.

— Честно, будь моя воля, я бы заменил и вас, и Трикси, но вас можно считать наследием Дип Покетса, не так ли? К добру или к худу. Скажите, Флеш… вы сможете показать, что я ошибался?

— Я… попробую?

— Наверное, это лучшее, о чем я могу просить, — проворчал Кантер Зум и посмотрел на висящие на стене часы. – Уже поздно. Мисс Мапл сказала, что уже поговорила с вами, так что можете идти домой. Выспитесь, Флеш, мы начинаем с утра с самого начала. И… окажите мне еще одну услугу – я был бы благодарен, если бы вы не распространялись о том, что я наговорил о Дип Покетсе. Говорить плохо о мертвых – к неудаче, вы знали?

— Конечно. Не скажу никому ни слова.

* * *

Я рассказал Кэррот Топ.

Мы воссоединились вечером в пончиковой и сравнили информацию за яблочными фриттерами. Джо, хозяин кафе, доливал нам время от времени кофе, но во всем прочем нас игнорировал.

— Значит, Дип Покетс был ловеласом? Понятно, — произнесла Кэррот. — По крайней мере, у нас есть мотив. Но… кто?

— Кантер Зум, может быть? – предложил я. – То есть, он влюблен в Спотлайт.

Кэррот моргнула посмотрела на меня.

— Он тебе это сказал?

— Не на словах, но и без них все было понятно. У него для этого достаточно артистического темперамента – и тот факт, что Спотлайт жената на другом, лишь придает этому неизбежную трагедию, так? Спотлайт, возможно, об этом не знает – в противном случае, она вешалась бы на него, а не на меня…

Кэррот едва не поперхнулась кофе и прижала меня пронзительным взглядом.

— Прости, чего?

— А, — мои крылья инстинктивно напряглись, готовясь бросить меня в полет. – Я… не упомянул об этом? Спотлайт могла попытаться соблазнить меня. Наверное, чтобы заставить мужа ревновать. Но пыталась – ключевое слово. Я, эм… вежливо проинформировал ее, что не заинтересован.

Кэррот смотрела на меня еще одну долгую секунду, но потом мрачный взгляд обратился в шутливую улыбку.

— Я должна была понять.

— Как бы то ни было, — мудро сменил тему я. – Я одного не понимаю. Мисс Мапл отправила всех по домам… она не боится, что убийца воспользуется шансом, чтобы сбежать?

— В том и суть, — ответила Кэррот не без нотки уважения в голосе. – Она вступает в игру, всех перетрясает, и если кто-то не явится завтра, то в том направлении подозреваемых и нужно искать. Даже если они сбегут, то ничто не помешает вешать плакаты о розыске на железнодорожных станциях и терминалах воздушных судов.

— Либо же если они не появится на следующей репетиции, то это значит, что убийца вновь нанес удар.

— Не беспокойся, Сентри, — подмигнула мне Кэррот. — Я тебя защищу.

— А что у тебя? Нашла чего-нибудь?

Она покачала головой.

— Немного. Около лестницы к твоей гримерке вертелось слишком много пони. Лучшее, что я выяснила – кто входил и выходил. Я поспрашивала, и единственными пони, кто проходил в дверь после репетиции были Дип Покетс, я, Спотлайт и ты – в этом порядке. Дип Покетс не был мертв долго, когда я нашла его – убийца словно… исчез.

— Вот оно! — я ударил копытом по столу достаточно сильно, чтобы Джо посмотрел на нас из-за стойки. Я извиняясь улыбнулся и понизил голос. – Кто среди актеров известен исчезновениями?

— Ты о… — расширились глаза Кэррот.

— Трикси, — кивнул я. – Кантер Зум говорил, что Дип Покетс крутил с кем-то из актеров, но не сказал с кем. Что если это Трикси?

— Это… объясняло бы многое, — задумчиво потерла подбородок Кэррот. – С одной стороны, она использовала древний артефакт, чтобы покорить Понивилль. С другой же… она исправилась. Почти. Мне сложно верить, что она – убийца.

— Но это все еще имеет смысл. Все знают, что Трикси темпераментна, особенно когда можно поиграть на публику. Она поссорилась с Дип Покетсом из-за… чего-то, в какой-то момент использовала магию единорогов, чтобы телепортироваться, убить Дип Покетса и телепортироваться обратно до того, как туда зашла ты.

— Мне очень сложно поверить, что Трикси знает Копыто-без-Тени.

— Возможно. Но эффект можно повторить магией?

— Я… думаю, что это возможно? Нужно спросить эксперта, — ответила Кэррот.

— Ммм… думаю, это не то, о чем стоит писать письмо принцессе Твайлайт.

— Логично. Но все это еще шито белыми нитками.

— Что означает, мы можем поговорить с Трикси завтра и узнать, есть ли у нее алиби. Если она к тому времени не сбежит, по крайней мере.

— А если она сбежит, — ухмыльнулся я. – Это уже не наша проблема.

* * *

На следующее утро мы с Кэррот пришли в театр за полчаса до начала репетиции. Она взяла с собой седельные сумки, но я мудро решил не интересоваться, что там внутри. Мы прошли через фойе – которое даже в столь ранний час было воплощением контролируемого хаоса. Туда-сюда бегали пони, занимаясь разными театральными делами. Я бывал на воздушных кораблях, которые были не настолько оживленны. На первый взгляд казалось, что все на месте, но, чтобы убедиться, мне нужен был список имен.

Тут же была и мисс Мапл, наблюдающая за всем с улыбкой доброй бабушки. Она подошла ко мне и Кэррот, когда мы вошли.

— Рада видеть вас обоих, — и кивнула Кэррот. – Надеюсь, недавнее несчастье вас не расстроило?

— Как говорится, Шоу Должно Продолжаться.

— Вот это дух! Не стоило ожидать меньшего от пони вашей репутации, — казалось, что мисс Мапл поздравляла меня с выигранным в школе матчем в хуфбол, а не отмечала то, что я рисковал жизнью и здоровьем на благо Эквестрии.

— Эм, спасибо.

— А теперь, если простите, мне нужно вернуться к расследованию – и не беспокойтесь, я не стану вам мешать. Не хочется расстроить представление – по крайней мере, еще больше, так?

— Есть какие-то подвижки?

— Боюсь, что не могу сказать, Флеш, — покачала головой мисс Мапл. – Но будьте уверены, я использую все средства. Кстати говоря… — мисс Мапл посмотрела через мое плечо, на проходящих куда-то рабочих и статистов. – Боюсь, мне пора идти. Удачи, Флеш.

Кэррот посмотрела на меня с приподнятой бровью, а я мог лишь пожать плечами в ответ. Если я и догадывался о том, что задумывала мисс Мапл, то я был достаточно умен, чтобы не обсуждать это при всех.

— Ваш кофе, сэр, — подошла Джунипер, аккуратно балансируя горкой картона и кофеина на одном копыте. Она выдала мне стаканчик черного напитка и одарила широкой улыбкой.

— О, спасибо, дорогая.

— Не за что, мистер Сентри! – чирикнула Джунипер и замолчала, заметив Кэррот. – О, эм. Прошу прощения, но для вас у меня ничего нет. Вас нет в списке. Внести?

— В списке? – удивилась Кэррот.

— Ну конечно же! У каждого свои предпочтения в кофе, и я, как практикант, обязана делать так, чтобы все получали именно то, что хотят.

— Все в порядке, спасибо, — ответила Кэррот.

— Хорошо! Я могу внести вас в таблицу позднее, если хотите.

— Не беспокойся. Я позавтракала перед тем, как прийти.

— Ладно! – Джунипер сделала шаг к кофе, но снова посмотрела на меня. – Могу я сделать для вас что-нибудь еще, мистер Сентри?

— В общем-то да, — ответил я. – Ты не видела Трикси? Я бы хотел отработать кое-что перед тем, как мы начнем.

— Великая и Могущественная Трикси сейчас в своей гримерке, — ответила она.

— Отлично, спасибо.

— Не за что, мистер Сентри! – Джунипер навострила ушки, заметив, как вошел кто-то еще. – Ой! Кьюти Кью! У меня ваш латте!

И убежала.

— Ну, — заметил я, потягивая кофе. – Думаю настало время пообщаться с моей коллегой.

* * *

Я постучал в дверь и раздался голос Трикси.

— Entrez! – она выделяла «z». Я толкнул дверь и вошел. Кэррот следовала за мной.

Выражение ее лица, однако, скисло, когда она завидела меня.

— А. Это ты.

— Ожидала кого-то еще? – сухо заметил я. Гримерка Трикси была больше, чем у меня. И посимпатичнее – хотя это может быть потому, что тут еще никого не убивали. С поникенов и вешалок свисали костюмы, варьируясь от простого драного плаща, который Ардент Дейл носила в первом акте, до вычурного Маскарадного Платья для финала. Посреди всего этого в тонком халатике стояла васильковая единорожка и неприязненно на меня смотрела.

— Не пытайся обмануть меня, Флеш. Я знаю, что ты знаешь, что сюда придет репортер из Canterlot Times, и я не позволю какому-то перьеголовому паяцу помешать моему интервью. Я тут в главной роли, и публика придет смотреть на меня. Помни это, — тут она замолчала, соизволив заметить Кэррот Топ. – А вы кто такая? Кажетесь… смутно знакомой.

Почуяв шанс, Кэррот невинно и бесхитростно улыбнулась.

— О, привет! Меня зовут Кэррот Топ, и я из Ponyville Post – Флеш Сентри сказал, что может представить меня вам, знаете ли, чтобы я могла опередить Canterlot Times.

Кэррот выудила из сумок карандаш и блокнот, и начала что-то записывать.

— Что же вы сразу не сказали? – наклонилась вперед Трикси. – Я очень популярна в Понивилле, знаете ли. Приходит вместе со спасением королевства от вторжения подменышей, коль хотите знать. Не так уж и много пони, настолько находчивых и выдающихся, как я, — Трикси взмахнула гривой, будто снималась в рекламе шампуня.

Я прикусил язык.

— Именно поэтому читатели так заинтересованы в этой постановке, — улыбнулась Кэррот. – Эта пьеса должна широко раскрыть ваши таланты.

— Именно! Несмотря на героизм, истинно блистаю я лишь на сцене!

— Увидим ли мы демонстрацию магических навыков? Вроде заклинания двойника? Или вы сможете телепортироваться в самом разгаре третьего акта?

— Телепорт? – Трикси несколько поблекла. – Зачем, во имя Эквестрии, мне желать это делать?

— Ну, я не единорог, но помню, как читала где-то, что телепортация может быть очень сложным заклинанием. И это было бы отличным представлением ваших умений, как вы считаете?

— Я… ну… не знаю, стоит ли мне заходить так далеко, — ответила Трикси. – Просто потому что Твайлайт Спаркл – я знала ее до того, как она стала принцессой, знаете ли – нравится прыгать туда-сюда так как она слишком ленива, чтобы ходить, не означает, что это настолько уж впечатляюще, — проворчала Трикси. – Я, вообще, изучала другие виды магии.

— Понимаю, — ответила Кэррот. – И… можете ли вы как-то прокомментировать вчерашний инцидент?

— Инцидент? – моргнула Трикси. – А, вы о мистере Покетсе, не так ли? Ужасно, — качнула она головой. – Если подумать, он был дальновиден и прозорлив, пригласив меня на роль в этой пьесе. Как жаль, что он не прожил достаточно, чтобы увидеть, как его величайшая протеже – то есть, Великая и Могущественная Трикси – занимает место, которое заслуживает по праву.

— Э, да, — произнесла Кэррот, делая вид, что записывает. – Что-нибудь еще, что вы хотели бы поведать жителям Понивилля?

— Дайте подумать… — Трикси магией подхватила стаканчик с кофе, такой же, как получил от Джунипер я, и сняла затычку с дырки в пластиковой крышечке. Она сделала глоток и ее глаза тут же широко раскрылись от шока. Кобылка отбросила стаканчик через всю комнату и схватилась за свое горло обеими передними копытами, кашляя и хрипя. Между приступами кашля единорожка сумела прохрипеть единственную фразу.

— Великая и Могущественная Трикси была отравлена!

## Глава 4. Прощальный поклон

Я застыл, Кэррот сделала шаг вперед – но фокусница лишь раздраженно отмахнулась от нас.

— Фундук. Фундук! Кто кладет орехи в кофе? С тем же успехом я могла бы съесть сосновую шишку! Тьфу! – Трикси театрально содрогнулась – определенно не как кто-то на грани смерти.

— Ты. Не. Отравлена, — произнесла Кэррот Топ.

Стали в голосе Кэррот было достаточно, чтобы Трикси остановилась. Дива моргнула несколько раз и шокировано уставилась на нее.

— Что ты за репортер такой?

— Я просто фанат! – Кэррот быстро переключилась обратно на кажущееся невинным веселье. – И мне бы не хотелось рассказывать другим фанатам в Понивилле, что храбрая и отважная Трикси, одна из тех, кто помог подружиться с подменышами, начала рыдать, как маленькая кобылка, получив не тот кофе. Что подумает остальной ваш фан-клуб?

— У меня есть фан-клуб? – сама идея излечила Трикси быстрее любого лекарства. Она снова устроилась в своем кресле. – Если подумать, в перспективе проблема с не тем кофе действительно выглядит надуманной. Но! Разве нет других важных вопросов, на которые легион моих поклонников жаждет ответов? Не могу гарантировать, что отвечу на все – у дамы все же должны быть секреты, знаешь ли.

— О, их множество. Но я не хочу отнимать ваше время – вам же еще предстоит играть! – Кэррот убрала блокнот в седельную сумку и вышла из гримерки. – Однако спасибо большое!

Не желая навлекать на себя гнев Трикси (больше, чем навлек уже), я последовал за ней.

— Значит, это была не она, — произнес я, когда мы оказались за пределами слышимости. Не то, чтобы Трикси слышала не только ее собственный голос, но все же. Мы укрылись в тени скалы из папье-маше для второго акта и прижались друг к другу поближе для надежности.

— Ты прав, — ответила Кэррот. – Будь она настолько хорошей актрисой, то постановка пьесы была бы много проще.

— И у нас больше нет подозреваемого, — заметил я.

— Одного подозреваемого, — потерла Кэррот подбородок. – Мы заходим не с той стороны – как вместо почему. Ты упоминал, что Дип Покетс был бабником. Значит, первая пони, которая будет на него сердита, это…

— Спотлайт! – я выдавил улыбку, заметив, как элегантная белая пегаска идет в нашем направлении.

— Флеш Сентри, — посмотрела она на меня и задержалась на мгновенье поправить блондинистую гриву. – Вот вы где.

— Вы искали меня? – спросил я, стараясь звучать не слишком радостно. С одной стороны, она могла быть убийцей – а с другой, видели бы вы ее оперение.

Кэррот Топ кашлянула.

— Да, — Спотлайт подплыла ближе, удостоив нас мельчайшим из кивков. – Я хотела поговорить с вами перед репетицией.

— О, вы в порядке? – спросила Кэррот с провинциальным участием. – То есть, произошедшее с вашим мужем это трагедия, и вы в том самом театре, где он… — замолчала она.

— Умер, — ровно закончила Спотлайт.

— Это, наверное, так тяжело! То есть… окажись я на вашем месте, не знаю, смогла ли бы из постели выбраться! – Кэррот шмыгнула и задрожала от самой мысли. Мне бы стоило взять у нее уроки актерского мастерства.

— А вы? – изогнула Спотлайт золотую бровь.

— Меня зовут Кэррот Топ.

— И вы с Флешем Сентри?..

— Близки, — улыбнулась Кэррот, наверное, чуть шире, чем стоило, и прижалась к моему боку.

— Кэррот Топ из Понивилля, — продолжил объяснять я. – Милое местечко, но немного… провинциальное, если вы понимаете, о чем я.

— Ясно, — Спотлайт глубоко вздохнула. – Что же до… эмоциональной боли, которую я испытываю, я ее превозмогу. После смерти мужа все его деловые интересы переходят в мои копыта. Что означает, теперь я продюсер этой постановки – к добру или худу. И потому я хотела поговорить с вами, Флеш.

— О?

— Дип Покетс мог быть известен своими… глубокими карманами, но, как и многое в театре, это была больше иллюзия, чем реальность. Практически все свои деньги он вложил в эту постановку. И это означает, что, если билеты продаваться не будут, я… не знаю, что буду делать, — ее голос стал мягче, уязвимее, и будь я проклят, если не купился на это (и еще раз, вы бы видели ее оперение). – Поэтому… я прошу – умоляю вас, Флеш Сентри, — она наклонилась достаточно близко, чтобы я чуял запах ее духов.

— Да?

— Не проеби все это.

Я на рефлексах выдал стандартную реакцию, спасавшую меня всякий раз, как прекрасная кобыла мрачно на меня смотрела – я солгал.

— Можете рассчитывать на меня, Спотлайт.

Но этого оказалось достаточно, чтобы ее убедить, и она сделала аккуратный шаг назад.

— Хорошо. А теперь отправляйтесь на сцену – Кантер Зум скоро начнет репетицию.

С этими словами высокая пегаска пошевелила крыльями и ушла разбираться с теми продюсерскими делами, что свалились на ее голову.

— Это она, — произнесла Кэррот, смотря ей вслед. – Не знаю, как, но это она сделала.

— Не нужно ревновать, — ответил я настолько тактично, как мог. – Ты же знаешь, я смотрю только на тебя.

И тут я солгал лишь наполовину.

— Я не о глазах твоих беспокоюсь, — проворчала Кэррот. – Но у нас есть другие заботы.

— Убийство, да, — ответил я. – Но ты сказала, что кто-то видел ее входящей в гримерку после тебя, а тело нашла ты. Будь в комнате окно, она могла бы просто улететь, но… да, я похоже, еще не настолько важен.

— Тут ты прав, — согласилась моя спутница.

— Мистер Сентри? – раздались нервные шаги Джунипер Монтаж. – Дяде нужно с вами поговорить. Тут… вроде как проблема.

— Проклятье, не еще же одно убийство?! – воскликнул я.

— Нет. Он сказал, что это еще хуже.

* * *

— У нас тут пресса, — сказал Кантер Зум.

Рабочие и актеры собрались в артистическом фойе – учитывая количество первых и невеликий размер второй было тесно. Новости Кантера вызвали стоны и ворчание практически у всех, кроме Трикси (которая слишком тому возрадовалась) и меня (потому что, характерно для меня, я не понимал ничего).

Режиссер поднял копыто, призывая к тишине, и получил ее.

— Предполагалось, что предварительный показ для прессы будет только через неделю. Но почему-то приглашения были высланы слишком рано, и теперь в фойе собрались все театральные критики на пятьдесят миль вокруг. Трикси рассказала, что репортер из, попробуйте себе представить, Понивилля, уже приходил к ней за интервью.

Я инстинктивно поискал рядом Кэррот, но она уже испарилась. Умная кобыла.

— Если бы я не знал, я бы подумал, что кто-то пытается нас похоронить. После всего, что мы прошли, на нас свалилась куча суровых театральных критиков, жаждущих постановку растерзать. Мы не можем сказать им приходить через неделю, потому что они будут сердиться за потраченное время и обрушат на нас плохие обзоры. Но и выступать сейчас мы не можем, потому что нужно еще многое отработать, и потому они обрушат на нас плохие обзоры. Как ни крути, плохие обзоры означают никаких продаж, а потому «Жизнь и Эпоху Флеша Магнуса» можно хоронить заранее.

Раздалось еще больше стонов и приглушенных ругательств. В углу кто-то заплакал. Творческие натуры, скажу я вам.

Я, однако, и ухом не повел. Все дело в масштабах. Видите ли, как полагается уважающему себя трусу, у меня есть большой список того, что меня пугает. Подменыши, драконы, гноллы, хорошо вооруженные тайные агенты, исполненные благих намерений принцессы и все такое. Конечно можно заметить, что в этом списке вполне себе разумные фобии, особенно учитывая мою карьеру. И потому страх перед сценой – уже мелочи. Я еще не встречал театральных критиков, желающих меня убить. И даже будь так, типичный критик – типичный пузатый ботан, от которого легко убежать[6].

— Могло быть и хуже, — на рефлексе ответил я. Потому что, если уж что я и вынес из своей долгой и печальной карьеры Героя Эквестрии, так то, что все всегда может стать еще хуже.

Кантер Зум изумленно на меня посмотрел, словно я сумел запомнить слова своей роли.

— Вы правы, Флеш, — подошел он и похлопал меня по плечу. – Выход – только впереди, поэтому мы должны пойти и потрясти их. То есть… основа хорошей постановки уже тут, но… это возляжет на вас, Сентри. Вы действительно думаете, что справитесь?

И тут будь я проклят, если на лицах всей команды и актеров, повернувшихся ко мне, не появилась слишком знакомая нерешительная, отчаянная надежда. Все, как один, молча надеялись, умоляли, чтобы Флеш Сентри, Герой Эквестрии, смог решить все их проблемы просто стоя и выглядя героически.

Конечно, мы все были в артистической, а не усыпанном стрелами бастионе, поэтому все было не настолько плохо. И потому, когда я залихватски улыбнулся и раскрыл крылья, то практически говорил правду.

— Можете рассчитывать на меня, братва.

И знаете, что? Они клюнули.

Может я и не настолько плохой актер, как казалось Кантер Зуму.

* * *

Кэррот ждала меня в гримерке – на это раз, к счастью, в ней не было свежих трупов.

— Есть новости? – спросил я, торопливо натягивая жестяную броню костюма Флеша Магнуса.

— Кроме неожиданного появления прессы? Нет. Но и это уже подозрительно.

— Ага, — ответил я, пожав плечами. – Но… может оно и к лучшему? Много шума, много внимания – у нас же тут теперь не только мисс Мапл рыщет, но и куча ничего не подозревающих журналистов? Это не то, что палка в колесах – полноценный лес, — я замолчал и обернулся к Кэррот. – Это же не ты их пригласила, верно?

— Нет. Но знаешь, мне уже хотелось бы так поступить – после того, как ты ситуацию обрисовал.

— Правильно. И мы только что выиграли себе немного времени, чтобы докопаться до сути дела – и пока все будут смотреть на меня на сцене, ты сможешь бдить за всем подозрительным. Сумеешь не попадаться на глаза?

Кэррот ровно на меня посмотрела.

— Да, о чем это я? Прости, что спросил.

— Просто… будь осторожен там, Сентри.

— Со мной все будет порядке! То есть, я, фактически, самый защищенный пони во всей этой проклятой хибаре – я же все время на сцене. Даже если загадочный убийца захочет меня избавиться, он не сделает этого у всех на глазах.

— Надеюсь, ты прав, — улыбнулась Кэррот еще одной мрачной солдатской улыбкой. – Сломай там ногу.

— И вот это уже зловеще не звучит.

В ответ на это Кэррот рассмеялась и поцеловала меня в щеку. После чего выскользнула из моей гримерки и тихо закрыла за собой дверь.

Когда она ушла, я подпер дверь креслом. Просто на всякий случай.

Быстрый взгляд на часы сказал мне, что перед выходом на сцену я еще успею пропустить стаканчик. Чисто ради успокоения нервов и возвращения на свою волну, как понимаете. Но быстрый осмотр тесной маленькой комнатки обнаружил ее совершенно безалкогольной.

— Если инспектор Мапл утащила мой бренди, то я подам официальную жалобу, — проворчал я и пнул угол гримерного столика, чтобы убедиться, что бутылка не завалилась за него.

Что-то щелкнуло.

Я вскрикнул и отступил назад – ловушек, в которые я успел попасть за годы, было достаточно для любого романа А.К.Ирлинг, поэтому такая реакция была уже рефлексом. К счастью, ни с потолка не свалилось несколько тонн камня, ни из пола не вылетели шипы. Вместо этого с места сдвинулось зеркало у другой стены комнаты, явив тесный, темный коридор, которому только надписи «ТАЙНЫЙ ПРОХОД» на стене не хватало.

Несмотря на здравый смысл, я подошел ближе. И конечно, в пыли на полу прохода были следы копыт – ведущих в гримерку и из нее. Это объясняло, как убийца попал в нее, но все еще не было понятно, кто это и почему.

Прежде, чем я успел подумать об этом еще, в дверь начали колотить. Сильно. После третьего слишком сильного удара копытом по дубу меня настигло осознание ситуации – убийца все еще на свободе, и по совершенно неведомой мне причине я отпустил Специального Агента Голден Харвест, единственную пони, способную сдержать мастера боевых искусств-убийцу, заниматься ее делами.

Оказавшись в ловушке, я бросился к единственному выходу – в тайный проход. В полутьме я заметил рычаг – и после того, как дернул его зеркало встало на место, оставив меня в темноте. Мне действительно стоило настоять на гримерке с толковым окном, но задним умом все крепки.

Я побежал дальше по коридору – но вдруг сообразил, что меня никто не пытается убить, и расслабился. Слегка.

— Только вперед, — пробормотал я и двинулся дальше. Непроглядно-темный коридор был уставлен грудами коробок и какой-то мебели – о которую я постоянно спотыкался. К счастью проход не был длинным – уже через две-три минуты я уткнулся носом в стену тупика. Еще немного покопошившись вслепую, я нашел очередной рычаг на стене и передо мной раскрылась еще одна тайная дверь.

Я вывалился в театральную мастерскую – свет в ней был притушен, но даже он был контрастом по сравнению с той непроглядной тьмой, в которой я только что был. Я выкашлял пыль из горла, протер глаза и обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как тайная дверь встает на место.

— Проклятие, — проворчал я. – Как пони вообще ориентируются в этом театре? Тут нужна веревка и як-шерпа… — и тут меня настигло осознание.

Я понял, кто убил Дип Покетса.

Меня ненадолго ошеломило, так как я понял, насколько опасным может быть такое знание. Встревожившись, я переместил вес с одного копыта на другой, гадая, каким путем лучше всего бежать. Но прежде, чем я успел убраться, появилась Джунипер Монтаж.

— Мистер Сентри! – пони с хвостиками затормозила в дверях мастерской. В ее копытах был планшет, а на лице паника. – Вот вы где!

* * *

Уверен, вы знакомы с «Жизнью и Эпохой Флеша Магнуса». Каждый учитель литературы в Эквестрии хотя бы попытается вбить основы сюжета в головы учеников – с варьирующимся успехом, конечно. Лично я считал ее скучноватой, пока Кантер Зум не объяснил, насколько грязна сцена «Двинешь ли ты меня?» в первом акте. Флеш Магнус, конечно, похабных шуточек не отпускает – он просто стоит и выглядит героически, либо толкает монологи.

Что пришлось делать и мне.

Выступление этой ночью не было похоже на репетиции – и, знаете ли, это хорошо. Я произносил свои слова, когда мог их вспомнить, и принимал героические позы, когда не мог. Трикси ахала, кричала и вообще изображала девицу в беде, пока актеры второго плана (которые, к слову, были профессионалами) делали все, что в их силах, чтобы казалось, что мы знаем, чего делаем. Честно говоря, сложная операция живого исполнения прошла глаже, чем многие военные кампании, в которых мне не повезло участвовать.

Все шло к последнему акту с большим маскарадом. Пони вышагивали в своих сложных масках и костюмах, а сюжетные линии пьесы понемногу завершались. И конечно, Безымянный Убийца (честно, мне кажется Шейки Билл устал, когда придумывал имя этому персонажу) крался через бал-маскарад в черном плаще и маске-черепе, выслеживая Флеша Магнуса.

Как мы и репетировали множество раз, Убийца прошел через бальный зал и достал арбалет из-под плаща. Однако, в отличие от репетиций, наконечник болта блестел настоящей сталью.

Сердце подпрыгнуло к глотке, в горле пересохло, и я вновь оказался в слишком знакомой ситуации, когда понибудь хочет меня убить по совершенно неясной причине. Хуже того, под всеобщими взглядами я не мог ни улететь, ни закричать – иначе кантерлотская пресса узнает, какой я на самом деле трус.

Одним быстрым, плавным движением Безымянный Убийца воздел арбалет и выстрелил. Гудение тетивы басом разнеслось по театру, и мои отточенные трусостью рефлексы сработали. Я бросился в сторону и, клянусь, почувствовал, как болт задевает перья правого крыла. Рана была поверхностной – но очень болезненной. Я прикусил язык, чтобы подавить вскрик – и увидел, как Безымянный Убийца вдруг оказался передо мной, поднимая одно копыто, чтобы завершить начатое…

…но вдруг на канате прилетела рыжегривая пони и пнула Убийцу в лицо.

По публике пронесся вздох при виде великолепного выхода Кэррот Топ. Где-то по пути она раздобыла костюм Ардент Дейл, с маской с перьями фазана, чтобы скрыть личность.

Она и Безымянный Убийца долгую секунду изучали друг друга, а потом бросились друг на друга в урагане плащей и копыт, со смертоносной точностью обмениваясь ударами. И еще раз актеры последовали моему примеру – сваливая оттуда бегом.

Я видел раньше, как дралась Кэррот, но еще ни разу она не билась так отчаянно. Убийца парировал каждый ее удар и отвечал двумя своими, быстрее, чем можно было уследить. Больше одного удара прошло мимо обороны Кэррот, пугающе громко отдаваясь в ее теле. Она отвечала почти так же хорошо — почти.

Кэррот откатилась и вытерла кровь с уголка рта, вызывающе глядя на Убийцу.

— Ты хороша, — из-за маски голос Убийцы был неопределим. – Но недостаточно.

С этими словами он нанес еще один удар – и Кэррот едва успела блокировать копыто, нацеленное на ее горло. Кровь и пот текли по лицу Кэррот, пока она отводила копыто в сторону – пыталась, по крайне мере, в то время, как Убийца старался еще сильнее, все ближе приближая свои копыта к ее шее.

И тут я ударил Безымянного Убийцу.

Сзади.

Стулом.

У военных это называется «атакой с выгодных позиций», но на самом деле это просто грязный прием. А они, неудивительно, были моими любимыми. В конце концов, ударить врага, пока он не видит, безопаснее. Безымянный Убийца осел бесформенной кучей, но я на всякий случай нанес ему еще несколько ударов. Стул развалился на третьем (так не предполагалось, замечу).

Кэррот стерла кровь с уголка рта и сумела улыбнуться.

— Флеш, я люблю тебя, — тут она замолчала, поняв, что только что насмерть билась вкопытопашную перед залом, полным журналистов и критиков. Глаза Кэррот за маской расширились, и она неуверенно продолжила. – Но у нас осталось лишь четырнадцать часов, чтобы спасти Эквестрию?

Нам аплодировали стоя.

* * *

Занавес опустился, и за кулисами нас уже ждала мисс Мапл.

— Отличная работа, Флеш! – все так же, тоном доброй бабушки, произнесла она. Мое кровоточащее крыло она либо не заметила, либо не обратила внимания. Учитывая ее профессию, я могу предположить, что верно последнее.

— Что это было? – Кантер Зум проталкивался сквозь толпу встревоженных статистов с Джунипер на хвосте. – Этого не было в сценарии!

— Как и моя гибель, — потер я раненое крыло.

— Определенно, — кивнула мисс Мапл. – Почти удалось, с таким-то арбалетом.

— Едва-едва, — проворчал я и сорвал маску-череп, являя лицо пони, которая только что пыталась меня убить.

Кьюти Кью.

По толпе разнеслось аханье. Я их проигнорировал. По крайней мере, крепкие полицейские мисс Мапл догадались сковать Кьюти Кью прежде, чем она пришла в себя.

Я же обратился к мисс Мапл.

— Оказывается, из театральной мастерской в мою гримерку ведет тайный проход – проклятый театр полон ими. А кто знает театр лучше помощника режиссера? Она использовала его, чтобы убить Дип Покетса, не попавшись никому на глаза – а когда я случайно нашел проход, то попыталась убить меня на сцене, чтобы это показалось случайностью.

— Но… но почему? – ошеломленно спросил Кантер Зум.

— Вы сами мне сказали, что Дип Покетс не мог… удержаться. Одна ссора любовников, и он узнал, что Кьюти Кью тоже не может удержаться.

Тут Кьюти Кью посмотрела на меня – все еще оглушённая и побитая, но все же достаточно в сознании, чтобы хрипло рассмеяться.

— О? Вот о чем ты подумал? Да ты глупее, чем кажешься, Флеш Сентри.

— Прошу прощения, — вмешалась мисс Мапл. – У вас очень хорошее предположение, Флеш, но вы не знаете всей истории. Для начала, Кьюти Кью и Дип Покетс никогда не… состояли в связи.

— О, да. У меня есть стандарты, — произнесла Кьюти.

— Шшшш, — шикнула на нее мисс Мапл.

— А кто же тогда был? – удивленно спросил Кантер.

— Вы знаете, как сложно достать кофе в этом театре? – спросила мисс Мапл.

— При чем это тут?

— При всем, Флеш, — улыбнулась инспектор. – Видите ли, каждое утро кофейня на углу готовит очень специфический заказ, чтобы каждый пони из актеров и рабочих получил любимый кофе. Ничего лишнего, и места для ошибки тоже нет – заказной лист выглядит, как полный список работников театра… и еще один. Дип Покетс был единственным пони, не связанным прямо с постановкой, кто получал особый заказ. Итак, кто же за это ответственен?

Джунипер Монтаж скривилась, прижав ушки.

— Он… он сказал, что может сделать меня звездой.

— Она? – фыркнула Спотлайт, покачивая головой. – Это уже оскорбительно.

— Поверить не могу, — простонал Кантер Зум.

— В таком случае… почему же Кьюти Кью убила Дип Покетса?

— Очень хороший вопрос, — ответила мисс Мапл. – Пока вы все усердно работали над постановкой, не говоря уже о расследовании… — мисс Мапл подмигнула мне. – Я проверила состояние финансов Дип Покетса.

— То, чего от них осталось, — заметила Спотлайт.

— Определенно. Дела были очень плохи. Однако… не стану нагружать вас деталями, но Дип Покетс постановку застраховал. Видите ли, из-за определенных… дыр в Налоговом Кодексе Эквестрии, на провале постановки можно сделать значительный куш… если вовремя получить деньги и сбежать[7].

— Кьюти Кью, как помощник режиссера, либо с самого начала была в схеме, либо вскоре разобралась в ней. Соблазн оставить все деньги себе был, должно быть, слишком велик, и потому несчастному Дип Покетсу пришлось умереть. А затем, когда, как показалось, Флеш Сентри всех воодушевил, Кьюти Кью решила подстроить «несчастный случай». Конечно, она не учитывала на Флеша и его… подругу тоже, — мисс Мапл посмотрела на Кэррот, которая попыталась скрыться под одной из своих невинных улыбок, но была не очень убедительная из-за ушибов и ссадин.

— Я бы и с этим справилась! – ощерилась Кьюти Кью. – Я сделала все, чтобы развались постановку изнутри – но потом Дип Покетс попытался кинуть меня, и я показала ему!

Помощница режиссёра, оказавшаяся убийцей, полубезумно хихикнула. Не могу ее винить – сам бы таким был, получи несколько раз стулом.

— Так вот значит, как? – произнес я.

— Погодите… — вмешался Кантер Зум. – А где Трикси? Кьюти Кью ведь не…

— ВЕЛИКАЯ И МОГУЩЕСТВЕННАЯ ТРИКСИ СОГЛАСИТСЯ ПОКИНУТЬ СВОЮ ГРИМЕРНУЮ ЛИШЬ КОГДА ВСЕ КОФЕ С ФУНДУКОМ УДАЛЯТ ИЗ ЭТОГО ЗДАНИЯ! – что ни говори, но произвести впечатление она умела.

— Я… эм, мне просто показалось, что я могу ее заменить, — предложила Кэррот. – Я… я большой фанат.

— По крайней мере с вами проще работать, — проворчал Кантер.

— Ну, значит все, — произнесла мисс Мапл. Она кивнула своим сопровождающим, и полицейские увели скованную Кьюти Кью. После еще одного знака копытом работники театра разошлись – мы с Кэррот воспользовались шансом ускользнуть – но тут же наткнулись на мисс Мапл, ждущую нас у черного входа. Ума не приложу, как она добралась туда раньше нас.

— Ах, Флеш. Я просто хотела поблагодарить вас, — улыбнулась она. – Вы несколько ошиблись, но, похоже, ваши таланты несколько в другом, не так ли?

— Похоже на то.

— А что до вас, — повернулась старушка к пытающейся спрятаться за меня Кэррот. – Как давно вы служите в Эквестрийском Разведывательном Управлении, дорогая?

— Как вы…

— Я и не знала. До сих пор, — подмигнула нам мисс Мапл. – Но не беспокойтесь. Ваши секреты в безопасности. Считайте это благодарностью за то, что позаботились о Кьюти Кью. Хрупкая старая дама, вроде меня, и двух секунд бы против нее не продержалась. По крайне мере, я бы не продержалась, если бы Кьюти Кью не была… озабочена кое-чем другим. Но, как сказал Шейки Билл, все хорошо, что хорошо кончается, не так ли? Будьте осторожны, вы двое. И не влезайте в неприятности, — с этим последним советом мисс Мапл покинула театр.

— Поверить не могу. Она использовала нас, — отвисла у Кэррот челюсть.

Я попытался сдержать смех, но проиграл.

— Теперь ты знаешь, каково это!

Кэррот сделала фейсхуф и простонала:

— В Тартар все это. Мне нужно выпить.

— Не думаю, что кто-то из нас в достаточно хорошей форме, чтобы идти в бар.

Кэррот Топ улыбнулась и похлопала по не раненому крылу.

— Хорошо, что у меня дома завалялся свежий кувшин сидра.

— Мне нравится, к чему ты клонишь.

* * *

На этом заканчивается пятый том Записок Сентри.

## Эпилог

Редактируя и публикуя Записки Флеша Сентри, я решил сосредоточиться, в основном, на взгляде самого Флеша на происходящее (каким бы он ни был ненадежным и предвзятым). Однако, изучая этот конкретный том, я сумел найти обзор постановки за авторством Поинтед Пена, театрального критика из Canterlot Times. Я включил его взгляд на пьесу завершенности ради.

«Жизнь и Эпоха Флеша Магнуса» Шейки Билла очень трудна для постановки. Из-за обилия мелодрамы и ура-патриотических тонов малоопытный режиссер может превратить пьесу в пародию на саму себя. Иногда в источник вносились изменения, чтобы пьеса была современной – таковой была известная постановка Кёртэн Колла, в которой пол героев был изменен.

В предстоящем произведении Кантер Зума основной «изюминкой» будет актерский состав – роли Флеша Магнуса и Ардент Дейл получат Флеш Сентри и Трикси Луламун. Хоть это и ново – увидеть, как именитые Герои Эквестрии изображают своих, фактически, предшественников, нам повезло, что их истинный героизм много лучше того, что они изображают на сцене. То, как Флеш Сентри изображает легендарного героя, ничем не примечательно (и несколько картонно), однако более всего выделяется Ардент Дейл в исполнении Луламун (к добру или худу). Ничто иное, как игра Луламун показывает мастерство, вложенное в подготовку к производству. Декорации на самом деле хороши – исходя из тех чрезмерных эмоций, которые они вызывают в ее игре.

Новый необычный поворот в этой постановке «Жизни и Эпохи Флеша Магнуса» приходится на последний акт. Из-за легкого изменения сцены с Безымянным Убийцей, Ардент Дейл спасает Флеша Магнуса, а не наоборот. Она сопровождалась самым реалистичным постановочным боем, какой я видел на сцене за все время, хотя эффектность его и снижается весьма явным использованием каскадерши вместо Луламун. И очень удивительно то, что всего в одной сцене между этой безымянной каскадершей (я не сумел найти ее имени в списках) и Сентри проявляется больше химии, чем между ним и Луламун за несколько актов.

Избери Зум настолько свежий подход к классике (и, может быть, позволь этой каскадерше играть всю пьесу), эта постановка «Жизни и Эпохи Флеша Магнуса» была бы хитом сезона. Однако, в данный момент, я не могу рекомендовать эту интерпретацию классики кому-либо. Она даст очень мало тем, кто видел постановки «Жизни и Эпохи Флеша Магнуса» ранее, а тем, кто решит ознакомиться с нею в первый раз, стоит подождать иного ее варианта, иначе она отвратит их от работ Шейки Билла вообще[8].

1

Смотрите Пленника Зебры, — Дж.М.Ф.

2

Смотрите любой том Записок Флеша Сентри, — Дж.М.Ф.

3

Вообще-то, подходящее слово есть в Старом Драконьем. К сожалению, из-за фонетической структуры Старого Драконьего это слово непроизносимо для всех, кто не может выдыхать пламя, — Дж.М.Ф.

1

Популярное суеверие, возможно основанное на внезапном исчезновении самого Флеша Магнуса. Более же приземленное объяснение заключается в том, что перемен декораций и эффектов, необходимых для «правильной» постановки «Жизни и Эпохи Флеша Магнуса» достаточно, чтобы обанкротить любую театральную компанию, которая не сможет продать достаточно билетов, — Дж.М.Ф.

Отсылка к английскому выражению The Scottish Play или The Bard`s Play – так называют пьесу Шекспира «Макбет», которая в театральных кругах считается проклятой. Согласно театральному суеверию, называемому шотландским проклятием, если произнести имя Макбет, либо цитировать строки пьесы в театре иначе как во время репетиции на сцене или постановки, то произойдет несчастье, — примечание переводчика.

2

Смотрите Сентри в деле, — Дж.М.Ф.

1

Стоит заметить, что мнение Сентри о научном сообществе не очень верно, — Дж.М.Ф.

2

Хотя я и не знаток истории законов, могу заметить, что самый примечательный подобный случай – полуизвестное дело «Берристок против Уайлдер Блума», — Дж.М.Ф.

1

Хоть я и не сумел найти конкретные цифры (театральная бухгалтерия бывает иногда очень… своеобразной, так скажем), эта постановка «Жизни и Эпохи Флеша Магнуса» шла большую часть года. Благодаря или вопреки ли это участию Сентри – остается темой дебатов, — Дж.М.Ф.