# Идеальный день

Бабл Берри

[Изображение: https://cdn.everypony.ru/storage/02/21/61/2021/03/12/9f495cd23e.jpg]

Флаттершай открыла глаза и радостно улыбнулась, когда услышала пение птиц за окном. Эта маленькая пернатая семейка переехала сюда только прошлым летом, но уже завела второй выводок птенцов, которые теперь так мило чирикали, приветствуя своих родителей прилетевших их покормить. Солнечный свет проникал сквозь прозрачные зеленые занавески, и Флаттершай встала с кровати, чтобы распахнуть их. Небо снаружи было ясного красивого голубого цвета.

Сегодня был идеальный день.

Перевод небольшой, но очень интересной и пугающей истории повествующей о событиях после окончания сериала по вселенной МЛП. Не для впечатлительных.

P.S. Если кто-то захочет поддержать меня финансово, пишите мне в личку или перечисляйте, сколько не жалко денег на счет Сбербанка: 4276 3100 2648 4685 Середа Д. Г. или на WebMoney R110489688994. Мне как писателю и переводчику, будет очень приятно узнать, что мое творчество поддерживают и ценят.

Отдельная благодарность моему первому читателю — Святославу Иващенко (NovemberDragon) за его поддержку и помощь.

## Солнечный луч и пение пташек

Солнце медленно выглянуло из-за горизонта. Запели птички.

Флаттершай открыла глаза и радостно улыбнулась, услышав пение птиц за окном. Эта маленькая пернатая семейка переехала сюда только прошлым летом, но уже завела второй выводок птенцов, которые так мило чирикали.

Солнечный свет проникал сквозь прозрачные зеленые занавески, и Флаттершай встала с кровати, чтобы распахнуть их. Небо снаружи было ясного красивого голубого цвета.

Сегодня был идеальный день.

Она осмотрелась, ища взглядом Энджела, но его нигде не было. Очень необычно. Этот маленький соня никогда раньше не вставал раньше нее, вдобавок его корзина куда-то исчезла. Но, возможно, он просто утащил ее в поисках более подходящего места для сна. Ну и хорошо. Пегаска была уверена, что он скоро вернется.

С легким сердцем Флаттершай спустилась на кухню и вытащила из кладовой свою обычную корзину с овощами. Две большие отборные морковки, конечно же, были зарезервированы для Энджела. Но и для остальных зверей у нее имелось немало продуктов. Грибы для волков, конечно же, белковые. Листья баобаба для жирафов, зерно для птиц, свежее сено для коз и сладкие травы для слоненка. Каждое животное в приюте Флаттершай получало то, что ему было нужно.

Оставив миску Энджела наполненной до краев, Флаттершай отнесла остальные миски с кормом своим воспитанникам, быстро, но нежно похлопав каждого из них по голове.

– Мне так жаль, что я не смогу остаться с вами этим утром. Сегодня у меня выходной, и поскольку я не преподаю в школе, я пообещала Рарити, что проведу с ней время. Ну, вы понимаете, не так ли? – она нежно потеребила уши овечке, с которой говорила и та громко заблеяла, откусив большой кусок сена.

Флаттершай хихикнула.

– Ну-ну, это не очень-то вежливо, мистер Ламбкин?

Она выпрямилась и повысила голос, чтобы все могли ее услышать.

– А теперь будьте умницами и ведите себя хорошо. А пока меня нет, слушайтесь Энджела… ну, когда он вернется. И Дискорда, тоже. Хотя... возможно, Дискорда вам лучше не слушать.

В прошлый раз, когда это случилось, курятник Флаттершай таинственным образом исчез, потому что Дискорд убедил кур совершить побег.

Еще раз, ласково погладив овечку, она рассталась со своими животными и побежала по маленькой дорожке, ведущей к городу. Она прошла мимо школы, не останавливаясь, но коротко помахала Сэндбару и Йоне, которые устроили пикник на лужайке у озера.

К тому времени, как она подошла к бутику Рарити, около десяти часов утра, она немного запыхалась от напряжения. Твайлайт была бы горда – сегодня пегаска пришла как раз вовремя.

Громко зазвенел колокольчик, когда Флаттершай распахнула дверь и зашла внутрь.

– Рарити, ты здесь?

– Конечно, дорогая, сейчас подойду! – донесся позади громадной груды шелка и блесток голосок единорожки, а вскоре показалась и она, держа в своем телекинезе сразу три иглы которые парили возле нее, ловко погружаясь в три разные ткани и сшивая их вместе. – А где, по-твоему, я могу быть?

– Ох, Богиня дорогая! – ахнула Флаттершай, глядя на кружащиеся иглы Рарити, которые входили в ткань и вылезали обратно, соединяя три шва одновременно. – Рарити, почему ты работаешь? Ведь сегодня выходной.

Единорожка рассмеялась.

– У творческих порывов не бывает выходных, Флаттершай!

– Я не это имела в виду, – укоризненно заметила Флаттершай. – Я знаю, что вдохновение может прийти в самые неожиданные моменты. Но… – она заколебалась, – …сегодня не обычный выходной.

– Вот как? – иглы Рарити слегка замедлились и она посмотрела на подругу.

– Конечно. Сегодня наш традиционный день спа.

Как только Флаттершай это произнесла, Рарити наконец-то перестала шить и быстро вложила свои иглы в ближайшую подушечку для иголок.

– Ой! Я... ну, конечно, дорогая, это совершенно вылетело у меня из головы.

– Да? – Флаттершай немного огорчилась. Похоже, что ей не стоило сегодня покидать животных. – Что ж, в таком случае, мы можем сходить туда в другой день.

– Ерунда, дорогая! – воскликнула Рарити, выбираясь из-под холма шелка. – День Спа для меня священен. И я бы никогда его не пропустила.

Сияя от удовольствия, Флаттершай подождала, пока ее подруга соберет свои вещи, а затем обе кобылы направились в сторону города.

– А, кроме того, – сказала Рарити, пока они шли, – нам, красавицам из Понивилля, нужно держаться вместе. Поскольку Рэйнбоу Дэш и Эпплджек все время путешествуют по миру, а Твайлайт уехала в Кантерлот, такие домашние пташки как мы, должны быть всегда рядом. Может, нам стоит пригласить Пинки присоединиться к нам?

При мысли о Пинки Пай в тихом и умиротворенном салоне красоты, о песнях и танцах и, возможно, даже о проведении импровизированной вечеринки, Флаттершай вздрогнула. Должно быть, это отразилось на ее лице, потому что Рарити тут же ответила на свой вопрос:

– А знаешь, наверное, не стоит. Думаю, нам лучше просто придерживаться своего плана.

Флаттершай удовлетворенно кивнула, и ее мысли вернулись к друзьям, путешествующим по Эквестрии в их медовый месяц. Она нежно улыбнулась, вспомнив свой собственный медовый месяц, который был у нее много лет назад. Эти блаженные три недели в измерении хаоса, только она ее муж Дискорд и Энджел, само собой. Вафли каждый день на завтрак, каждая из которых поет свою песню, и романтические прогулки на гондоле на двоих через астероиды и туманности космоса. Это был настоящий рай.

– О чем это ты там, задумалась, дорогая? О чем-то романтичном? – слегка подразнивая ее, спросила Рарити, заметив выражение лица пегаски.

Немного покраснев, Флаттершай тихо закашляла, чтобы скрыть смущение.

– О, ничего такого, просто подумала о Рэйнбоу Дэш и Эпплджек. Им, наверное, сейчас очень хорошо друг с другом. Начало семейной жизни, так прекрасно. До сих пор помню нашу первую ночь вместе с Дискордом.

Глаза Рарити расширились, и она быстро огляделась, прежде чем успокоиться.

– Ох, Селестия дорогая, мне на секунду показалось, что он сейчас появится. Нет, ты не подумай, что мне не нравится компания Дискорда, – поспешно прибавила она. – Но если уж Пинки в спа-салоне будет скучно, то представь себе, каково там будет бедному и хаотичному Дискорду.

Флаттершай нахмурились. Рарити была права – Дискорд почти всегда появлялся неожиданно, когда одна из ее подруг или она сама случайно называли его имя. Она повторила его еще несколько раз, на всякий случай, чтобы он заранее появился и поговорил с ней, но он все равно не материализовался. Флаттершай пожала плечами – ее муж, благослови его принцессы, часто просыпался в неурочные часы и исчезал. Он, должно быть, работает над чем-то в своем собственном измерении. Возможно, он даже взял с собой кролика Энджела, и теперь они весело проводят время вместе. При мысли о том, что два ее любимых существа стали ближе, улыбка Флаттершай стала еще шире, и она побежала немного резвее.

– Притормози, дорогая! – взмолилась Рарити, стараясь не отставать от нее. – Знаешь, я не спала сегодня с четырех часов утра. Творческая полоса иногда может стать настоящим… уф… бременем.

Флаттершай послушно замедлила шаг, и Рарити поравнялась с ней.

– А, кроме того, – прибавила единорожка, – твой драконикус, хотя бы всегда рядом с тобой и при желании может быстро телепортироваться. Не то, что моя Свити Белль. Я думаю, она снова сбежала прошлой ночью. Этим утром ее не было в комнате.

– Ох, Рарити. – В больших голубых глазах Флаттершай загорелось сочувствие. – Я и не знала, что тебе так одиноко. Может, я могу чем-нибудь помочь?

– Нет-нет, – замахала копытом Рарити. – Я не одинока. У меня есть моя работа. Есть моя сестра, хоть она и подросток. А подростки – это сущий кошмар. Просто, я иногда мечтаю о чем-нибудь, ну... ты понимаешь... о том, чего не хватает взрослой кобыле.

Флаттершай сочувственно кивнула.

– Может, мы сходим к Пинки сегодня днем? – предложила пегаска, чтобы сменить тему. – А завтра все вместе поедем в Кантерлот и увидимся с Твайлайт. Хоть она и принцесса, я думаю, она сможет выделить нам полчаса.

– Прекрасная идея, – с признательностью сказала Рарити.

Две кобылы погрузились в приятную тишину, когда подошли к двери спа-салона. Флаттершай уже предвкушала, что охлаждающая вода из ванночки для копыт освежит ее внезапно занывшие конечности. А к тому времени, как она вернется домой, Энджел и Дискорд наверняка вернутся из своего маленького приключения и поделятся с ней множеством удивительных историй о том, что они делали. Она улыбнулась, представляя, как это будет мило.

* * *

Пение птиц донеслось из окна Флаттершай, и она сонно моргнула, ее лицо расплылось в улыбке, когда она медленно села. Солнечные лучи уже играли на ее зеленых занавесках и насыщенно-красных половицах пола. Флаттершай повернулась к Дискорду, готовая разбудить его, но, как ни странно, его место на кровати было пустым. Она похлопала по выемке в матрасе, где он должен был быть, и приподняла подушку, чтобы убедиться, что он снова случайно не уменьшился этой ночью, но его не было видно. Она даже не чувствовала его запаха на простынях.

Птенцы на улице снова защебетали в ответ на песню родителей, и Флаттершай поспешила к окну, чтобы пожелать им доброго утра. Дискорд вероятно уже готовил им завтрак на кухне.

– Энджел! – позвала она, глядя на очаровательное маленькое гнездышко. – Иди и посмотри на птичек. Энджел!

Ответного топота ног не последовало, и его корзина не стояла на своем обычном месте, но это было не так уж и странно. Он, вероятно, пошел в набег на огород, пока она спала. Ее озорной маленький друг точно знал, как добиться своего, благослови Селестия его маленький пушистый хвостик.

Флаттершай улыбнулась ясному лазурному небу и спела несколько нот в ответ на трели порхающих птичек.

Это был идеальный день.

После того как она покормила животных в своем приюте, Флаттершай направилась в город, помахав сидящим на берегу Сэндбару и Йоне. Из них получилась такая милая парочка. Она снова увидится с ними в понедельник. В частности, Йона добилась поразительных успехов в ее классе. Она была такой милой, что уроки доброты, казалось, давались ей без особых проблем.

Когда она приблизилась к дому Рарити, из переулка вырвалось бледно-желтое пятно, чуть не сбив Флаттершай с ног. Поднявшись на копыта, она увидела измученную Бон Бон, беспрерывно крутящую головой в разные стороны.

– Прости, – рассеянно сказала она, не обращая внимания на сбитую ею пони. – Я ищу Лиру. Ты ее не видела?

Флаттершай отрицательно замотала головой.

– Сегодня утром ее не было со мной в постели, но я точно знаю, что вчера вечером она лежала рядом. Бон Бон казалось вот-вот готова была заплакать. – А Лира такая ленивая, она никогда не встает раньше меня. А даже если бы и встала, то никогда бы не ушла, не предупредив меня, куда она идет. Земная пони тяжко вздохнула. – Не знаю, почему, но мне кажется, что происходит что-то страшное. Потом она снова убежала, и топот ее копыт эхом раздался по ближайшему переулку, по которому она скакала, не прекращая громко повторять: «Лира! Лира!»

В тревоге закусив губу, Флаттершай посмотрела на обеспокоенную кобылу и медленно продолжила прогулку. Конечно, скорее всего, ничего плохого с Лирой не случилось, но пегаска знала, каково это беспокоиться о тех, кто тебе близок. Дискорд то и дело куда-то пропадал, но ведь он был Повелителем Хаоса, и ему ничего не могло навредить. Но вот Лира…

Когда Рарити и Флаттершай отправились в спа-салон, их бока почти соприкасались, Флаттершай сочувственно слушала историю Рарити.

– Свити больше не приходит домой на ночь! Она все время убегает на эти вечеринки с жеребцами и крепким сидром, и только Селестия знает, что они там вытворяют. Говорю тебе, этого достаточно, чтобы довести пони до отчаяния...

Громкий голос Рарити резко оборвался при виде мэра Понивилля, которая медленно двигалась в их сторону через городскую площадь. Флаттершай ахнула от ужаса, когда увидела лицо мэра. Огромный багрово-красный шрам пересекал лицо коричневой кобылы от морды до кончика ушей. Сдавленный писк Рарити показал, что она видела то же самое.

– Мэр! – воскликнула Рарити, бросаясь к ней. – Вы в порядке? У вас на лице шрам! Мы должны немедленно доставить вас к медсестре Редхарт!

Ошеломленная пони подняла ногу к лицу.

– О, вы об этом? – она коротко пожала плечами и попыталась улыбнуться, хотя шрам ужасно исказил ее рот. – Да все в порядке, со мной ничего страшного не случилось… я думаю. По правде говоря, я не знаю, откуда он у меня. И даже не могу вспомнить, где его получила.

Ее лоб озабоченно нахмурился. Флаттершай наклонилась к лицу мэра, и ее глаза снова расширились, когда она осмотрела шрам. Большой и некрасивый, он выглядел так, словно был нанесен несколько месяцев назад, но это невозможно. Флаттершай видела мэра позавчера, и у нее точно не было никакого шрама.

– Я… вам не больно, мэр? – прошептала она. – Может, на вас напало какое-то волшебное существо?

Мэр нервно рассмеялась.

– Волшебное существо? Брось, Флаттершай, кто здесь будет на меня нападать?

Флаттершай снова закусила губу, прежде чем ее лицо внезапно прояснилось.

– О, я знаю, что надо делать! – сказала она.

Обе пони повернулись к ней.

– Даже если это волшебная рана, Дискорд сможет ее исправить. – Она повысила голос и позвала его: – Дискорд! Любимый! Не мог бы ты ненадолго появиться?

Ответа не последовало. Нигде не появилось ни конфетти, ни заварного крема. Даже резиновых уточек, которых он любил в последнее время сбрасывать ей на голову. Как странно. Наверное, он был очень занят. Обычно игра с друзьями в «Подземелья и огров» длилась у него только до вторника, но, возможно, он был где-то в другом месте. Возможно, даже с Энджелом. Как здорово. Два ее любимых существа наконец-то поладили.

– Ну, хорошо, тогда пойдем к медсестре, – со вздохом сказала она, стряхивая легкое чувство неловкости. – Уверена, она сможет вам помочь.

Позже, после долгого дня, когда она держала копыто мэра, пока озадаченные врачи рассматривали и тыкали ее лицо, Флаттершай вернулась домой, чтобы найти Энджела и Дискорда. Все остальные ее животные были там, но кролик все еще не вернулся. И ее муж тоже. Ну, что ж. Они оба были большими и сильными представителями своего вида. Она была уверена, что они не пропадут и уже завтра утром вернутся домой.

* * *

Флаттершай проснулась и на лице ее заиграла улыбка. На улице пели птички, и только что вылупившиеся птенцы пищали изо всех сил. Ей так повезло, что они решили поселиться под ее окном.

Небо было ясным и голубым. Флаттершай вытянула шею из окна, чтобы посмотреть, не в саду ли Дискорд. Он, должно быть, взял Энджела на прогулку. Ей следует поспешить к ним.

Это был идеальный день.

К тому времени, как Флаттершай зашла к Рарити, та была в ужасном состоянии. Свити Белль опять не ночевала дома. Рарити не спала с пяти часов утра и всюду ее искала. Она даже сходила и проверила дома Эппл Блум и Скуталу. Но ее никто не видел.

– Может она пошла к Пинки? – предложила Флаттершай. О походе в спа теперь не было и речи. – Чтобы взять у нее пару уроков выпечки.

Но в «Сахарном Уголке» никого не было, если не считать немного сбитого с толку мистера Кейка, который спросил у них, не видели ли они его жену.

Выйдя на улицу они увидели пробежавшую мимо них Бон Бон, которая отчаянно звала Лиру, это не на шутку встревожило Флаттершай. Дискорд, Энджел, Свити Белль, Пинки и множество других пони исчезли. Что-то было не так в Понивилле этим утром, несмотря на кристально чистое небо и идеальные зеленые листья на деревьях.

Но долгий день поисков ни к чему не привел и без Спайка в замке не было возможности сообщить об этом Твайлайт. В конце концов, Флаттершай вернулась в свой пустой дом, грязная и подавленная, решив завтра утром сесть на ближайший поезд до Кантерлота, чтобы заручиться помощью своей подруги – аликорна.

«Твайлайт точно знает, что надо делать», – с надеждой подумала Флаттершай, перед тем как погрузиться в беспокойный сон.

* * *

Флаттершай проснулась от пения птиц. Она перевернулась в постели, потянувшись за Энджелом в его корзинке, но не нашла ни корзины, ни кролика. Как странно! Она позвала Дискорда, чтобы узнать, не видел ли он Энджела, но тот не появился.

Что-то было явно не так.

Ощущение было слабым, но стойким. Ее любимые, которые всегда были рядом с ней, куда-то исчезли.

Флаттершай быстро помчалась в город, ища своих друзей. Но Пинки нигде не было, а Рарити была залита слезами разочарования из-за своей своенравной сестры. Эти слезы превратились в выражение холодного страха, когда Флаттершай поделилась с ней своими заботами.

Твайлайт, конечно, не было в городе, а Рэйнбоу Дэш и Эпплджек все еще находились в медовом месяце. Двух элементов гармонии вместо шести было явно недостаточно, чтобы во всем этом разобраться.

К охоте вскоре присоединились другие пони, ищущие пропавших партнеров или жеребят. У некоторых из них имелись шрамы или порезы, которых не было накануне, а у медсестры Редхарт вместо задней ноги был протез, хотя вчера ее нога была полностью здоровой. Глядя на ее серебряную конечность, Флаттершай стало плохо, и она поспешно отвернулась.

– Энджел! – звала она, когда поисковая группа вошла в Вечнодикий лес. – Дискорд! Вы меня слышите?

– Лира! – кричал обезумевшая от горя Бон Бон рядом с ней. – Лира, ты где?

Той ночью Флаттершай использовала последнее средство. Она подошла к ящику, чтобы взять оттуда маленький ключик, сделанный в виде искаженной гримасой физиономии Дискорда, который оставил ей супруг. С его помощью она могла открыть портал в его измерение. Но в ящике ничего не было.

Флаттершай покрыл холодный пот.

* * *

Что-то определенно было не так. Пели птицы, погода казалась чудесной, но Флаттершай не могла избавиться от страха. Где ее кролик Энджел? Где Дискорд?

В этой ситуации было что-то знакомое. Ее мучало сильное чувство дежавю.

Она выскользнула из постели и поспешила вниз. Животные нуждались в кормлении. И она принялась их кормить, не переставая испытывать смутные переживания.

– Дискорд! – звала она драконикуса, копаясь в шкафу в поисках корма для пеликанов. – Где ты, дорогой?

Ответа не было. Это тоже показалось ей знакомым.

Она искала его повсюду, и после того, как убедила волков съесть грибы, вернулась в дом, зажмурив глаза от страха. Она была так обеспокоена, что попыталась найти ключ Дискорда, тот, который имел форму его улыбающегося лица, но ящик был пуст.

Флаттершай поскакала по дороге к городу. Чтобы понять, что происходит, ей нужны были ее друзья.

* * *

Флаттершай проснулась в холодном поту. Птицы снаружи пели так же, как и всегда, но что-то было не так. Ей нужно было найти Энджела. Ей нужно было найти друзей. Где все пони?

Уперев копыто в грудь, она попыталась успокоиться. Рационально она понимала, что все хорошо, но ужасный душащий страх все равно ее не отпускал. Как жаба она сидела на корточках, и пыталась восстановить дыхание.

Она почти не смотрела на своих животных, когда бросала им еду.

– Извините, что так неприветлива, но мне кажется, что случилась беда.

Ее поход в Понивилль быстро перешел в торопливый галоп. Она пробегала мимо рыдающих горожан, ищущих своих родных.

Но Рарити была особенно плоха. Из ее груди вырывался хриплый безумный смех, и она очень походила на Пинки в тот день, когда та подумала, что все ее бросили.

– Мне очень нехорошо, дорогая, – со слезами на глазах сказала она. – Мне кажется, что я уже все это видела. Это утро, наш поход в спа. Все это уже было! И почему-то я не могу вспомнить, что я делала вчера. А ты можешь?

Флаттершай не смогла.

– Кровать Свити сегодня утром была пуста. Она пропала, как и половина города.

– Дискорд тоже, – сказала ей пегаска.

Рарити отодвинула стул.

– Давай соберем остальных, – решительно сказала она.

Но Пинки нигде не было. Теперь их план был предельно ясен.

– Нам нужно увидеться с Твайлайт в Кантерлоте.

Две кобылы быстро направились к железнодорожной станции, но, к своему ужасу, обнаружили, что та была огорожена. Знаки вокруг нее гласили, что линия перекрыта на техническое обслуживание.

Флаттершай топнула подругу копытом:

– Отлично. Тогда пойдем пешком.

Глаза Рарити округлились.

– Ты спятила? Это трехдневный поход даже для молодой тренированной пони. А я не такая уж и тренированная.

Взглянув на нее, Флаттершай перебила:

– Ты разве не видишь, что происходит что-то нехорошее? Где все пони? Почему мы не можем ничего вспомнить? Этому нет логического объяснения. На нас точно напали – я думаю, может, произошло еще одно вторжение чейнджлингов, из другого улья.

– Не говори глупостей, – возразила Рарити. – Если бы это были чейнджлинги, то все пони были бы на месте. Точнее их двойники.

Возражение Флаттершай было прервано пронзительным криком.

– Лира! Лира! Пожалуйста, ответь мне! Где ты? Лира! – Бон Бон проскакала мимо них, ища свою заблудшую жену. Как никогда огорченная, она умчалась прочь, громко зовя единорожку.

Подруги переглянулись и одновременно перешли на галоп. Глаза Флаттершай решительно сузились: – Это не займет у нас трех дней! Мы доберемся до Кантерлота уже завтра утром!

Они скакали по дороге к далекой горе, пока внезапно не остановились. Дорогу впереди преграждал большой розовый щит, гудящий от магии. Рарити осторожно толкнула его ногой. Он зашипел и выплюнул несколько искр.

– Странно. Похож на тот купол, что когда-то создал Шайнинг Армор. Но он явно не его.

– Но тогда чей же? – потребовала ответа Флаттершай, чувствуя, что находится на грани истерии. – Кто его сотворил?

– Мне кажется, что я его уже где-то видела, но не могу определить, чья эта магия. И все же она до боли знакомая.

– Я просто не понимаю! – Флаттершай разочарованно топнула копытом. – Кто заманил нас в ловушку?! Кто его создал?!

Рарити мрачно улыбнулась.

– Тот, кто не добьется успеха.

Ее рог сверкнул, и внезапно их окружил маленький синий купол.

Флаттершай удивленно ахнула:

– Рарити, ты умеешь создавать защитные куполы?

Глаза единорожки сузились, и она коротко кивнула.

– Когда ты более двадцать лет дружишь с принцессой Твайлайт, то невольно чему-нибудь да научишься.

Прижавшись друг к другу боками, двое друзей двинулись в сторону огромного розового купола. Теперь, когда они были достаточно близко от него, они поняли, что он уходил высоко в небо, а мир за ним был каким-то расплывчатым и еле видным. Кантерлот и вовсе казался ужасно нечетким и размытым, словно иллюзия или мираж.

Щит Рарити зашипел, соприкоснувшись с куполом, а сама кобыла вздрогнула с выражением боли на лице. Флаттершай прижалась ближе, обхватив подругу обеими крыльями, чтобы помочь ей.

– Ты справишься, Рарити.

Медленно, но решительно пегаска подтолкнула ее вперед.

– Да, ради Свити Белль, – произнесла Рарити. Ее щит дрожал и трясся, осыпая горячими искрами спину Флаттершай, но она сдерживала крики боли внутри, чтобы не испугать подругу.

Розовый купол оказался невероятно толстым, и проникать в него было все равно, что входить в глубокий туннель. Но не прошло и половины пути, как синий щит единорожки внезапно вспыхнул. Раздался громкий магический хлопок, и кто-то схватил обеих пони ногами, а затем телепортировал по ту сторону купола, вернув их обратно в Понивилль.

Дрожа, они посмотрели на того кто создал заклинание телепортации и не поверили своим глазам. Прямо перед ними стоял большой фиолетовый аликорн, смотревший на них с мрачным выражением лица, настолько жутким, что они обе испуганно взвизгнули и прижались друг к другу.

Незнакомка была такого же роста, как и Селестия, но при этом цвет ее шерстки был как у Твайлайт, а на длинной волшебной гриве ярко блестели звезды.

Рарити испуганно прищурилась и тут же прошептала:

– Твайлайт? Так вот почему эта магия показалась мне такой знакомой.

Твайлайт? Флаттершай уставилась на незнакомку. Это не могла быть она. Если не считать нескольких совпадений окраски, он совсем не походила на ту милую маленькую пони, которую так хорошо знала Флаттершай. Твайлайт была такого же роста, как и она. Да и грива у Твайлайт никогда не была магической. Такие волосы были только у старших аликорнов. И потом, Твайлайт – ее любимая подруга, никогда не посмотрела бы на нее так. С презрением. Как будто она и Рарити были провинившимися кобылками, которые совершили что-то очень ужасное.

– Вы снова это сделали. Неужели вы не понимаете, что я стараюсь защитить вас? – произнесла аликорн голосом, ужасно похожим на голос Твайлайт. – У меня ушли годы, чтобы придумать идеальное заклинание временной петли. Я прочла тысячи книг, чтобы разработать его. Создать вам идеальные условия. Подарить настоящий рай. И вот как вы мне отплатили.

Высокая незнакомка, все меньше и меньше походила на Твайлайт, с каждым произнесенным ей гневным словом, но потом она пригладила копытом гриву, точь в точь как это делала Твайлайт.

– Твайлайт, что с тобой случилось? – Рарити была ошеломлена.

Хотя она все еще дрожала, Флаттершай, наконец, смогла обрести голос:

– Мы виделись с тобой всего две недели назад. У тебя во дворце. И ты выглядела нормально. Как ты смогла... так сильно вырасти?

Казалось, Твайлайт их не слушала.

– Я сделала все, чтобы вы были счастливы. Подарила вам идеальный день, который никогда не закончится. Почему вы не цените этого? – раздраженно говорила она.

Совладав со своим страхом, Рарити встала на ноги и осторожно прикоснулась к груди подруги.

– Твайлайт, как это произошло? Ты стала такой высокой. Прямо как Селестия.

Твайлайт откинула ее копыто в сторону и продолжила говорить все тем же лекционным тоном, который она часто использовала в прошлом.

– Каждый день я трачу уйму усилий, чтобы поддерживать этот купол. Не даю ему распасться. Я исцеляю вас день за днем, чтобы вы не состарились и не умерли. И что же вы делаете? Пытаетесь отсюда сбежать! Чтобы мне вновь пришлось вас ловить и пытаться спасти! На это уходит так много времени! Я еле стою на ногах, после всех ваших выкрутасов!

Но Рарити невозможно было запугать.

– Твайлайт, не могла бы ты объяснить мне, почему ты так изменилась. Я с трудом тебя узнаю. И зачем ты заперла нас всех в Понивилле?

– Знаешь, я теперь управляю целым королевством, – нахмурилась Твайлайт. – У меня и так слишком много дел и обязанностей помимо слежки за вами.

– Твайлайт, пожалуйста! – Флаттершай прыгнула между ними двумя, переключив их взгляды на себя. Странный рост их подруги мог подождать, а вот пропавшие пони нет. – Выслушай меня, мы думаем, что чейнджлинги вернулись. Мы не можем найти Дискорда, Свити Белль и Пинки. Ее голос задрожал. – Даже Энджел куда-то исчез.

Ее старая подруга полностью проигнорировала ее. Скользнув взглядом мимо них, она посмотрела на Понивилль.

– Полагаю, мне лучше перезапустить этот день и стереть вам память. Нужно начать все сначала.

Трепетная надежда, зародившаяся в душе Флаттершай, рассыпалась в прах. Стереть память? О чем говорит Твайлайт?

– Твайлайт, прошу! – умоляла Рарити, и страх читался в каждом ее движении. – Скажи нам правду! Где все пони? Где Свити Белль?

Аликорн даже не оглянулась.

– Она ушла, Рарити. Ушла навсегда.

Рарити пошатнулась, но Твайлайт продолжила говорить так же холодно.

– Честно говоря, я считаю, что вы ведете себя очень неблагодарно. Я нашла способ сделать так, чтобы мы всегда были вместе, как этого и хотели. Вы всегда будете молодыми и здоровыми, а я смогу приходить к вам в гости, когда захочу. Она повернулась к ним, ее губы растянулись в улыбке, но глаза по-прежнему были мертвенно холодными. – Но вы все равно продолжаете это портить. Мутить воду. Как будто фиаско с Эпплджек и Рэйнбоу Дэш было мне недостаточно. А потом и Пинки тоже. Ее голос стал раздражительным. – Вы двое – все, что у меня осталось. И теперь вы тоже хотите меня покинуть! – Ее глаза вспыхнули. – Разве вы меня больше не любите? Не хотите дружить и остаться со мной навсегда?

Флаттершай переглянулась с Рарити, на их лицах отразился ужас. Все это не имело никакого смысла. Возможно, на них и вправду напали оборотни, несмотря на всех пропавших пони. Неужели эта Твайлайт на самом деле была королевой Кризалис, которая каким-то образом освободилась из камня и вернулась, чтобы отомстить?

Но Рарити сказала, что почувствовала магию Твайлайт, а Флаттершай доверяла ощущениям подруги. Значит, этот щит создала именно аликорн.

Но с ней было что-то не так.

– Твайлайт, дорогая, послушай, – Рарити попыталась вернуть разговор в нужное русло, – конечно же, мы тебя любим. Ты наша подруга, и мы хотим быть с тобой всегда. Но нам нужно найти остальных. Половины Понивилля больше нет!

Твайлайт удивленно посмотрела на нее.

– Нет, это не так! Город идеален. Я и мои историки воссоздали его с идеальной точностью, не упустив ни одной детали.

– Не город, Твайлайт, – голос Флаттершай перешел на шепот. – Пони. Живые существа. «Мои любимые, – мысленно прибавила она. – Моя маленькая семья».

Хотя солнце все еще ярко светило, лицо Твайлайт было затемнено, а ее глаза скрыты.

– Это было непросто, знаешь ли. Вернуть вас всех в город. Ну, по крайней мере, в конце. Сперва, все было довольно просто. Сначала я отправила приглашения всем кто отсюда уехал. Потом начала приглашать всех остальных к себе на чай, по одному пони за раз. Ты была первой, Рарити. Но к тому времени, когда я добралась до Рэйнбоу Дэш и Эпплджек, они стали… – она на секунду замолчала.

– Что? – потребовала ответа Рарити. – Что ты сделала с Эпплджек и Рэйнбоу Дэш? И что ты сделала со мной? Почему я не могу ничего вспомнить?

– Подозрительны, – наконец закончила Твайлайт. – Они поняли, что я затеваю и приняли кое-какие меры, чтобы я до них не добралась.

– Что ты с ними сделала? – Флаттершай повторила вопрос Рарити.

Твайлайт пожала плечами.

– Не я. Они. Они сами это сделали. Я хотела спасти их от времени, но они… отказались. Мне было очень больно, когда мне сообщили, что они убили себя, но это только подстегнуло меня ускорить остальную часть плана. Она указала копытом на Флаттершай, и ее тон стал обвинительным. – Ты, стала для меня настоящей проблемой, Флаттершай.

Желтая пегаска попятилась назад, потрясенная тяжестью этого пронизанного магией взгляда. Это было одновременно так чуждо и знакомо. Конечно, это была Твайлайт. Но не та Твайлайт, которую так любила Флаттершай.

– Мне пришлось поторопиться, как только Эпплджек и Рэйнбоу Дэш ушли. Я собрала всех стражников Кантерлота и приехала в Понивилль. Некоторых пони было легко схватить и привезти сюда, а вот с другими у меня вышли, скажем так, определенные хлопоты. Не все из них хотели возвращаться обратно, и мне пришлось прибегнуть к силе.

Она вздохнула и на секунду стала такой подавленной, что каждый инстинкт в дрожащем теле Флаттершай побуждал ее подойти и утешить подругу. Но она не могла.

– Я спасла всех, кого только успела. Исцелила их от ран и старости. Но потом, когда я добралась до твоего дома… Дискорд был очень зол.

Ледяной страх сковал тело Флаттершай и был достаточно сильным, чтобы заморозить кровь в ее жилах. Ее губы онемели, но она все же заставила их зашевелиться, чтобы они могли сформировать вопрос:

– Где мой муж, Твайлайт?

Твайлайт легкомысленно отмахнулась от нее.

– Это действительно имеет значение?

Мышцы Флаттершай сжались, и она напряженно уставилась на Твайлайт. Она ударила копытом о землю с такой силой, что ей стало больно:

– Скажи мне, где Дискорд, Твайлайт!

– Я обратила его в камень, – равнодушно ответила аликорн. – А потом воспользовалась твоим маленьким ключиком и зашвырнула его в измерение хаоса, откуда он пришел. И он никогда оттуда не выберется. Особенно теперь, когда некому превратить его обратно.

Ноги пегаски задрожали, и она упала на землю. Дискорд ушел. Ушел навсегда. Она больше никогда его не увидит. Драконикуса которого она любит больше всего на свете больше нет.

– Итак, ты хочешь сказать нам… – голос Рарити был очень медленным от собственной горечи и боли, – …что все, кто пропал без вести: Свити Белль, Дискорд, Эпплджек, Рэйнбоу Дэш, даже милый кролик Энджел – погибли? Ты убила их?! Убила их всех!!!

Флаттершай знала, что к этому моменту она должна была не на шутку испугаться, но она ничего не чувствовала… ничего. У нее в душе была пустота. Ее семья погасла, как пламя свечи. Исчезла навсегда.

– Нет, я хотела спасти их! – Твайлайт яростно замотала головой. – Моя охрана сделала все, что только могла, но это не важно. Главное, – она бросилась к ним, крепко обняв крыльями, – это то, что я спасла всех остальных. Вас и большинство других жителей Понивилля. Теперь мы сможем быть друзьями навсегда.

– А Пинки Пай? – Рарити казалась почти такой же пустой и лишенной эмоций, как и Флаттершай. – Где Пинки?

Твайлайт робко зашаркала копытами:

– Ну, это сложно объяснить. Вначале она была здесь вместе с вами. Но ты же знаешь Пинки. Каким-то образом она быстро поняла, что здесь происходит и стала убегать. Снова и снова. Она в очередной раз провела копытом по волосам, и они медленно заколебались позади нее. – За пределами этого купола теперь тоже есть город – Нью-Понивилль. И ты не представляешь, как часто оттуда поступали жалобы, что к ним наведывается страшная иссохшая пони-призрак, которая по ночам устраивает вечеринки, на которых просит помочь спасти ее друзей из плохого и ужасного пузыря.

Она посмотрела на них и в мольбе расправила крылья, прося понять ее. Но все, что могла понять Флаттершай, так это то, что все, кого она любила, были оторваны от нее одним махом. Ее муж, ее друзья, ее город, даже ее маленький кролик Энджел. Все это было украдено у нее.

– И это я еще не говорю о том, что мне постоянно приходилось ловить ее и исцелять от времени, которое за пределами купола быстро убивало ее. Слова Твайлайт теперь звучали быстрее, поскольку она пыталась перед ними оправдаться. – Я создала целый государственный департамент, который должен был следить за ней. А это было так затратно. Мне даже пришлось поднять налоги и врать налогоплательщикам про приближающуюся войну, чтобы они не знали, что часть их денег уходит на то, чтобы сдерживать побеги Пинки Пай.

Внезапно Рарити вскинула копыто. Одного резкого движения было достаточно, чтобы остановить бесконечное откровение ужасов Твайлайт, но Флаттершай заметила, что ее белая ножка нервно дрожит.

– Твайлайт, что за чушь ты несешь?! – воскликнула Рарити. – Ты заключила нас в тюрьму! Убила всех остальных! Скажи, пожалуйста, что все это шутка. Кошмар. Злая пытка, изобретенная для нас каким-нибудь Тантабусом или неведомым чудовищем. Ничто во всем этом не имеет никакого смысла.

Твайлайт с болью отвернулась.

– Этот разговор у нас уже не первый Рарити. И ты каждый раз говоришь мне это.

Копыто Рарити упало, и она прижала его ко рту, чтобы подавить крик. Наконец-то справившись со своей болью, Флаттершай потянулась к подруге и обняла ее так крепко, как только могла.

– В конце концов, – пробормотала Твайлайт, – мне не удалось ее спасти.

Она прерывисто вздохнула и посмотрела на остальных, словно ища у них утешения, но Флаттершай гневно расправила крылья, продемонстрировав бесполезную угрозу. Монстра, в которого превратилась Твайлайт, не могло остановить ничто, на что была способна маленькая пегаска.

Взгляд Твайлайт переместился от них в сторону города.

– Даже дряхлея, Пинки была слишком резвой. И однажды она ускакала отсюда на несколько миль. Моей команде потребовалось два-три часа, прежде чем они смогли добраться до нее. Я, конечно, к тому времени тоже присоединилась к поискам. Но… опоздала. Когда я прибыла на место, Пинки уже превратилась в пыль. В горку пепла, с маленьким праздничным колпачком наверху.

Рарити стало дурно и ее начало рвать. Остатки блинчиков с джемом, которые она съела за завтраком, разлетелись по дороге.

Глядя на пустой взгляд своей подруги, сердце Флаттершай сжалось и казалось, вот-вот готово было перестать биться. – Ты хочешь сказать нам, что Пинки тоже мертва?

При звуке ее голоса лицо Твайлайт ожесточилось.

– Да. И тогда я поняла, что мне уже давно надо было внести в этот мир некоторые изменения. Сделать так, чтобы вы никогда и ни о чем больше не волновались.

Она направилась в их сторону, но Флаттершай резко встала на ноги, чтобы защитить своим телом Рарити и зарычала на приближающегося к ней аликорна:

– Ты не можешь говорить это всерьез, Твайлайт! Все это неправильно! Ты должна отпустить нас! Дать нам уйти!

Твайлайт покачала головой.

– Боюсь, что не могу этого сделать. Вы мне нужны. – Она слабо улыбнулась. – Вы мои лучшие друзья. На прошлой неделе, когда минотавры угрожали войной Эквестрии, именно ты Флаттершай дала мне ценный совет, который помог с ними договориться. А Рарити сшила платье для моего четырехсотлетнего платинового юбилея всего пару месяцев назад. Я вас люблю и хочу, чтобы мы всегда были вместе.

– Мы не твои друзья! – воскликнула Флаттершай. – Ты убила моего мужа! Убила ее сестру! Ты убила наших настоящих друзей! Ты – злобный и бездушный монстр! Я презираю тебя!

Твайлайт огорченно вздрогнула и опустила голову. Из ее глаз упало несколько крупных слезинок.

– Я… я прощаю тебя за эти жестокие слова, Флаттершай. Я знаю, что ты не хотела мне этого говорить. И ты тоже меня простишь. Со временем.

– Не прощу! – Флаттершай всхлипнула, по ее щекам внезапно потекли горячие слезы. – Я никогда не забуду того, что ты натворила! Я больше никогда тебе не помогу!

Твайлайт протянула в ее сторону копыто, собираясь прикоснуться к гриве подруги, но та резко ударила по нему, оттолкнув аликорна назад. Твайлайт ошарашенно отступила, но тут ее нежное выражение лица внезапно исказилось лютым гневом. Она ударила ногой с такой силой, что расколола землю под собой, и стала наступать на пегаску, делая один резкий шаг за другим. Под этим решительным натиском дух Флаттершай сломился, и она упала в объятия Рарити.

– Нет, ты будешь мне помогать! – бушевала Твайлайт, произнося каждое слово так, словно это был приказ. – Вы мои ближайшие советники! Мои единственные друзья! И вы сделаете, так как я вам скажу! Вы будете меня любить!

– Мы тебя ненавидим! – голос, который произнес это, принадлежал не Флаттершай. Рарити снова встала на ноги, вызвав новый магический щит. Она повернула голову, чтобы быстро дать инструкции Флаттершай.

– Держись за меня! Мне никогда еще не удавалось телепортироваться, но стоит попробовать! Мы отсюда сбежим! Лучше превратиться в прах, чем жить в таком…

– Довольно! – голос Твайлайт прогремел гораздо громче, чем когда-либо у принцессы Луны. Ее рог сверкнул, и обе кобылы повисли в ее ужасной пурпурной магии, безуспешно борясь и сражаясь. Твайлайт глубоко вздохнула, чтобы успокоиться.

– Я не хотела, чтобы все так кончилось. Я надеялась, что мы сможем договориться. Я вам все расскажу, и вы меня поймете, а может, даже простите. – Ее глаза сузились. – Но теперь это не важно. Всегда есть следующий раз. Я начну этот день заново, но сперва внесу кое-какие коррективы.

Из ее рога вырвалась яркая вспышка магии, пока Флаттершай не окутал ослепляющий белый свет, а затем все исчезло.

* * *

Птицы запели под окном Флаттершай. Она улыбнулась и открыла глаза. Солнце приветливо светило ей в окно, и пегаска тихонько захихикала, услышав тихий храп, исходящий из корзины рядом с кроватью. Она наклонилась, чтобы погладить Альберта – ежика, который всегда спал возле нее. Он игриво понюхал ее ногу и перевернулся на спинку, когда она начала его гладить. Его шипы были колючими и отпугивали большинство пони. Но Флаттершай знала, что Альберт был совсем не плохим. И под острыми колючками ее любимца скрывалась нежная и милая натура, а низ его живота был таким мягким, как… пушистый кроличий хвост.

Копыто Флаттершай замедлило движение по животику Альберта, когда перед ее мысленным взором непроизвольно всплыл туманный образ белого кролика. Он пристально смотрел на нее, суровым и немного сердитым взглядом, нетерпеливо постукивая своей большой ногой. Ей нужно было... приготовить ему завтрак? Морковь!

Флаттершай быстро встала и поскакала вниз, но на полпути остановилась и покачала головой. Что она творит? У нее никогда не было кролика. Единственное, что она должна была сделать – это выпустить Альберта в сад, чтобы он стал там выкапывать дождевых червей. Флаттершай некуда было торопиться.

– Флаттершай, дорогая, – раздался немного хриплый после сна голос из постели, которую она только что покинула. – Куда ты пошла? Вернись в кроватку.

Флаттершай вернулась обратно и прижалась к жене. Бон Бон перевернулась и уткнулась в нее носом, обняв ногой шею Флаттершай. Ее объятия были такими теплыми и мягкими, хотя, когда Флаттершай закрыла глаза и потерлась об нее, она почему-то ожидала почувствовать чешую и кожистые крылья вместо мягких ног, которые держали ее. Она прогнала прочь эти мысли и сосредоточилась на объятиях. Она, должно быть, еще не до конца проснулась.

Удовлетворенно улыбаясь, она снова позволила себе задремать.

Может быть, позже, когда они обе проснутся, она пойдет к Рарити. Ее любимый модельер, вероятно, до сих пор была занята и что-нибудь шила в своей мастерской. Флаттершай никогда не понимала, как ей удавалось все эти годы управляться одним лишь ртом. Швеи из земных пони получались очень редко. Флаттершай уж точно не захотела бы вышивать своим языком. Но Рарити была настоящим виртуозом и процветала благодаря своей работе, и только она имела для нее значение.

Поход в спа, конечно же, придется ненадолго отложить, пока Флаттершай не покормит всех животных в заповеднике. Но она не собиралась отказываться от дня, проведенного в компании своей подруги, а также немного расслабиться и отдохнуть. Обертывание из морских водорослей обязательно сотворит чудеса и поможет с той мигренью, от которой в последнее время страдала бедняжка Рарити.

А завтра, когда остальные подружки вернутся с миссии дружбы, куда их отправила карта знаков отличия, они снова соберутся вместе. Пинки, наверняка, устроит по этому поводу грандиозную вечеринку.

Да, этот день обещал быть просто идеальным.