Автор рисунка: Noben
Глава 4 Глава 6

Глава 5

В обычном домике на обычной улице обычная жёлтая единорожка с большими очками на носу готовилась ко сну. Пускай сейчас было лишь утро, но тяжёлая ночная смена совсем измотала бедняжку. Та едва нашла силы отнести завтрак в школу своей племяннице, и теперь с чистой совестью добралась к себе домой.

Из последних сил пони доковыляла до своей комнаты, механически сняла очки и положила на столик. Затем, подслеповато щурясь, занавесила окна, и, удовлетворившись, тотчас упала на постель. Её ушки ещё не успели коснуться подушки, как она уже уснула, вконец утомлённая.

И проспала бы она спокойно целый день, может, видя сны, а может нет, если бы не одно но…

У входной двери послышался сначала шум, затем разговоры, а затем в дверь постучали. Пони не проснулась, лишь одно пушистое ушко её дёрнулось. Стук перерастал в грохот, затем и в настоящий рокот топающих и стучащих копыт. От такого и мёртвый бы проснулся.

Жутко недовольная, сонная, фыркающая единорожка приподняла голову, затем, собравшись с силами, стянула одеяло. С титаническим усилием заставила себя сесть в кровати, шаря копытцем по столику, пока бесконечный топот заставлял ушки жалобно прижиматься к голове.

«Открою – пришибу на месте». – Зло подумала кобылка, едва переставляя ноги, идя к двери.

Кобылка потянулась к двери, вставила ключ в скважину, повернула… и оказалась снесена маленьким ураганом в лице кобылы в белом халате научного сотрудника, и пегаса красной масти и со светло-голубыми гривой и хвостом.

— Здравствуйте, Кьюти, мы по поводу…

— Где?! Где коробка?! Куда ты дела синюю коробку?!! – Накинулся на несчастную кобылку пегас, распахнув от напряжения крылья. – Я чуть спину не надорвал, пока на складе копался, где?!!

— Мистер Файр! Успокойтесь! Имейте совесть, Кьюти всю ночь работала! Простите его, сами понимаете, нервный… — Схватила магией за уши пегаса учёная, оттаскивая от ошарашенной и напуганной единорожки. Правда, пегас вскоре вырвался и начал носиться по дому, всё переворачивая, открывая шкафы, что-то ища.

— Ч-что происходит… я что-то не так сделала?.. Простите! – Взмолилась бедная Кьюти.

— Да нет, что вы, не думайте даже! Ох, во что же всё выливается… послушайте, это довольно важно, у вас есть племянница, так? – Кобылка кивнула, икнув в испуге. – Значит, ей вы относили сегодня завтрак, так? В синей коробочке? Вы перепутали коробки, там не завтрак, а… кое-что другое, что нам сейчас очень и очень нужно. – Как могла успокоила мисс Логарифма единорожку, спрашивая спокойно и тихо.

— Д-да, всё так и есть. Я не была уверена, что успею, н-но всё же… их должны скоро повести в сквер, ну, вы знаете, т-там такие клумбы!.. извините, там, это, бризи будут мегри… мигри… — Запуталась в словах бедняжка.

— Мигрировать. – Подсказала учёная.

— Да! Т-точно! Вот, они там скоро будут, наверняка. А зачем вам Тоффи?.. Что вы хотите сделать?.. – Тут же вновь забеспокоилась Кьюти.

— Забрать обратно коробочку, пока малышка не навредила содержимому. Не бойтесь, мы ей и слова не скажем, и копытом не тронем. – Заверила Кьюти учёная.

— Мистер Файр, ваше поведение отвратительно, я выяснила, где… объект, немедленно прекратите громить дом и извинитесь перед Кьюти Кондактор, вы её напугали до полусмерти! – Крикнула учёная жеребцу, вытряхивающему на стол корзину с фруктами.

— И тут нет… А? Что, правда?! Так чего мы ждём?! – Оживился он, направившись было к двери, как вновь был болезненно остановлен магией.

— Ждём, пока вы извинитесь перед этой кобылой. – Хладнокровно сказала мисс Логарифма, вперив жёсткий взгляд прямо в жеребца. Тот поёжился, но кивнул.

— Да, точно. Простите пожалуйста, просто, последние пару дней всё вверх дном, я сам особо ничего не понимаю. Если чего сломал, найдёте меня потом, ладно? Да я даже сам приду, как всё кончится.

— Л-ладно, как скажете… — Пролепетала Кьюти.

— А вот теперь мы можем идти. Спасибо большое, Кьюти, можешь отдыхать. – Дружелюбно сказала учёная единорожке, опять схватив пегаса и выволакивая на улицу, пока тот брыкался и фыркал.

Дверь закрылась. Несчастная, разбитая, уставшая смертельно единорожка смогла лишь закрыть дверь на замок и оглядеть свой дом. Точнее то, во что он превратился: кругом несусветный бардак, все шкафчики, все комоды были распахнуты, вещи из них разбросаны повсюду. На кухне обычная посуда оказалась сбагрена в раковину, а железная валялась где попало. Фрукты укатились со стола и попадали на пол. Одного извинения тут явно мало.

Кобылка горько-горько вздохнула. «Пришибла, ага». – Подумалось ей. Конечно, сейчас она далеко не в состоянии убрать всё. Она уже стоит, пошатываясь, а на веки будто гири подвесили. И всё из-за какой-то дурацкой коробочки!..

Единорожка вновь пошла в свою комнату. У наглеца хватило совести тут ничего не крушить, либо он вообще сюда не заходил. Пони аккуратно присела на краешек кровати и тяжко вздохнула. Затем сняла свои большие очки, протерла о шёрстку на груди и положила на столик. Лишь после этого она легла в постель, накрывшись одеялом.

Но в этот раз бедняжка, растревоженная всем… произошедшим, долго не могла уснуть, ворочаясь с боку на бок, стараясь не думать о том, как всё будет приводить в порядок. Лишь через какое-то время, когда усталость взяла своё и позволила провалиться в долгожданный, но тревожный сон, кобылка смогла забыть обо всех тревогах. Выспавшись, отдохнувши, будет проще убраться, это точно.


— Когда здесь будут бризи, они пролетят через сквер, чтобы отправиться дальше, к во-он той горе, — объясняла учительница маленьким пони, указывая на невысокую гору неподалёку, с трещиной у подножия. – Там их будет ждать портал домой. Миграция крайне важна для сбора и переноса пыльцы, которая помогает цветам размножаться, а бризи – питаться. Создание пегасами бриза же крайне важно, активируя внутреннюю магию бризи и позволяя защитить пыльцу.

— А, точняк, а я-то вспоминаю, чего они тут делают? – Подал голос человечек из коробочки. – А потом что-то пойдёт не так, и придётся вертеться, как уж… чтобы всё исправить. Четко.

— Нет-нет, тот раз произошёл совершенно случайно, вряд ли такое может повториться вновь. – Заверила его учительница, под смешки школьников. – К тому же, в другом городе.

Жеребята давно собрались поодаль от сквера, чтобы не мешать и не напугать случайно бризи, тем не менее удобно наблюдать за ними. А Вовка ждал Флаттершай или кого-нибудь из умников. Тоффи и её друзья немного опечалились, узнав, что Вовка скоро уйдёт домой, но тот заверил, что ему не очень здорово быть таким маленьким здесь, да и дома немало дел. К тому же, кто знает, может, ещё встретятся.

Сквер был большой, очень большой – он простирался от множества домов и школы к небольшой горе. Место было красивое, оно благоухало чистотой – везде чистые, ухоженные дорожки, аккуратно посаженные деревья, удобные лавочки и клумбы с красивыми цветами. Ближе к домам ещё есть небольшая площадь, со статуей не то основателя, не то ещё кого-то важного для Ванхувера. И обширные полянки с мягкой травой, открывающие прекрасные виды на много километров вокруг; любимые места для пикников местных жителей.

Неподалёку от рощи, на относительно ровной полянке пегасы вот-вот готовы были взмыть в небо, лишь ждали команды. На значительном отдалении от них были небольшие группки зевак – они нисколько не мешали, но любопытство брало верх, заставляя наблюдать за происходящим. У большинства были напитки и вкусности – скорее всего, некоторые готовились заранее.

Вовка всё дивился окружающему миру: то деревья как башни, то домики как… как горы, наверное? Только больно цветастые и угловатые. И с окошками и дверьми. И с пони внутри, тоже большими. Признавать, что всё вокруг нормальное, кроме него, желания не было.

А учительница тем временем решила совместить приятное с полезным и продолжить обучение жеребят. Те изредка задавали какие-то вопросы, хотя чаще них всё же говорил человек, сдабривая речь забавными вставками, вызывая смех и улыбки. Так или иначе, жеребята были только рады выбраться из коробки-школы, оказавшись на просторе. И хотя сейчас достаточно ранняя весна, на улице было очень тепло, солнышко ласково пригревало, редкие тучки не мешали, а снег был давно убран.

Вдруг откуда-то со стороны потянуло лёгким ветерком – это пегасы начали создавать лёгкий бриз, дабы маленькие гости без проблем преодолели большое расстояние. Вовка невольно сравнил себя с ними: такие же маленькие, тоже из другого мира. Только ещё и волшебные, и летать могут, и много их. Да ну, непохожи.

— Смотрите! Скорее смотрите, летят! – Вдруг указала куда-то копытом какая-то маленькая пони, и все тут же повернули туда головы. Поначалу ничего видно не было, но вскоре казалось, будто какие-то не то бабочки, не то птички медленно дрейфуют по воздуху, но в количестве достаточном, чтобы казалось, будто это живое облачко, постоянно меняющее свою форму.

— Вот они, бризи! – Шепнула Тоффи человеку, сидевшему в коробке у неё в копытах. Сама кобылка сидела прямо на траве, во все глаза глядя как пегасы практически бесшумно взмахивают крыльями, создавая нужный воздушный поток.

— Э, не понял, где учёные? – Спросил Вовка.

— Может, опоздали? Или где-то среди взрослых? – Спросила серая пегаска.

— Ну, приплыли.

Вовку не особо интересовали «пони-бабочки», он изо всех сил искал белые халаты, или хотя бы красношкурого знакомого пегаса.

Но вот, кажется, впереди промелькнуло что-то жёлтое. Вовка прищурился и да, так и есть – это жёлтая пегасочка, выглядывающая из-за скамейки за летящими бризи. Жалко, конечно, что не друг-пегас, но что ж. Он сказал об этом Тоффи, но та попросила его подождать, пока бризи не улетят. Вовка сложил руки на груди и демонстративно отвернулся, глядя на бризи. И заметил нечто странное.

Бризи летели так, как будто потеряли карту, и сейчас направляются наобум. Одни отлетали вбок, чуть не вылетая из воздушной трассы, другие ускорялись, третьи наоборот, замедлялись. Похоже, это заметили и школьники, потому как начали галдеть, обсуждая это.

— Ничего не понимаю. – Сказала учительница. – По идее, их ничего не напугало, и они должны просто строем лететь домой.

— Да по барабану, тащите меня к Флаттершай! – Крикнул Вовка, но учительница лишь цыкнула ему. Что ж, раз так, то осталась только одна пони, на которую можно положиться. Конечно, Вовка и сам бы добежал, да вот только он бы час пересекал это расстояние, а за это время пегаска уже бы ушла. Пришлось просить о помощи.

— Тоффи! Эй, псст! Слушай, там Флаттершай, она меня знает, она меня до портала доведёт! Отнеси пожалуйста к ней, а? – Толкнул копытце единорожки человек.

— Думаешь?.. Ладно, но только быстро! Держись крепче! – Кобылка, пока все спорят о том, что не так с бризи, тихонечко отошла в сторону и рысцой побежала, прямиком под пегасами, к скамейке-убежищу для Флаттершай.

Сама пегаска сидела за спинкой, с одного краю, а жерёбушка и человечек оказались на другой.

— А?! Что? Ой, извините, вы меня напугали… — Вздрогнула пегаска, сильнее спрятавшись. – Малышка, что ты тут… Мистер человек?! Как вы тут оказались? Что случилось? – Вдруг заметила Вовку Флаттершай.

— Эй! Здорова, Флаттершай! Прикинь, меня твоя учёная и Файр потеряли, история долгая, отнеси меня к порталу, а? – Помахал руками ей человек.

— Здравствуйте, мисс Флаттершай. Вы ведь поможете моему другу, да? – Учтиво поздоровалась Тоффи, тоже спрятавшись за скамейкой, оказавшись ближе к пегаске.

— Конечно, только… ох, что-то происходит, бризи не должны так себя вести!.. – Покачала головой пегаска, глядя в небо. – Можете чуточку подождать, я так о них беспокоюсь, они такие маленькие и беззащитные…

— Фух, хорошо, я не такой. – Сказал Вовка, вызвав смешок у кобылки.

— Вовка, я, наверное, пойду к учительнице. Не хочу, чтобы она переживала. – Сказала Тоффи.

— Эх, ладно. Удачи тебе, Тоффи, расти большой, вся ерунда, учись там, не обязательно конечно напрягаться и круглой отличницей быть, но и не отлынивай. И своим там передай, хорошо? Учительнице скажешь, что я сам попросил тащить сюда, если что. Спасибо тебе! Надеюсь, я и тебя, и друзей твоих ещё увижу, жив если буду. – От души поблагодарил её Вовка, и обнял кобылку за копыто, обхватив обеими руками.

Тоффи издала вздох умиления и, тоже попрощавшись и пожелав удачно вернуться домой, тихонечко направилась к своим, поставив Вовкину коробку на скамейку, пока Флаттершай всё ещё пряталась.

Вскоре кобылка уже вновь сидела рядом с друзьями, как будто ничего и не произошло. Но вряд ли она забудет о таком, пускай и маленьком, но приключении.

А бризи тем временем совсем начали сбиваться, хотя пегасы изо всех сил пытались им помочь. Возможно, это было ошибкой: ветер усилился, и бризи начали врезаться друг в друга. Иные даже начали медленно падать, судорожно выравнивая полёт, где-то послышались громкие указания пегасов, внося ещё больше паники в ряды маленьких пони-бабочек. Флаттершай, сдавленно вскрикнув, взмыла вверх, в попытках поймать хотя бы кого-нибудь.

Зеваки же с охами и ахами внимательно следили за происходящим в небе, то и дело делая предположения, как надо бы поступить «правильно». Хотя по большей части просто наблюдая.

Вовка, поняв, что его опять оставили одного, решил выбраться из коробки. Всё же она была ему тесновата. Он уже перевалился за борт коробки и вскоре сидел на краюшке столь гигантской для него скамейки, что она могла бы сойти для него за целый мост через какое-нибудь ущелье.

Сейчас, видимо, тот самый редкий момент, когда Вовка серьёзно задумался. Он столь долго отказывался от чужой помощи, что сейчас было странно принимать её, хоть от тех же жеребят, хоть от Флаттершай. А ведь ничего не поделать – он по-настоящему уменьшен, практически беспомощен, и действительно нуждается в помощи.

Но ведь, не обязательно быть минифигуркой, чтобы принять чужую помощь? Ведь, приняв, хуже не сделаешь, наоборот – примешь ценный совет, протянутую руку. Или копыто, раз уж на то пошло. В общем, подумал Вовка, дома ему, может быть, только может быть, понадобиться самая малая, самая мизерная помощь друзей. Или, даже, может быть…

Неожиданно откуда-то сверху послышался не то писк, не то визг, и на тропинку радом со скамейкой упала бризи. Она и впрямь напоминала пони, только ноги были гораздо длиннее и тоньше, а на голове были антенны. Ну и эти тонкие, но очень красивые крылья за спиной, переливающиеся на свету всеми цветами радуги.

Бризи, похоже, как раз повредила одно – оно странно согнулось, и вряд ли смогло бы поднять владелицу. Сама же пони-бабочка жалобно пищала, силясь встать на свои тонкие ножки, но каждый раз заваливалась на бок.

Вовка всплеснул руками и вздохнул. Неужели нельзя было просто спокойно полететь на… домой, без падений, без прочих глупостей? Обязательно было отвлекать его от дум великих? Вовка, пробежав по скамейке, как по мостику, добрался до края и глянул вниз. Ух, высоко. Но совсем рядом рос лопух, и Вовка, аккуратно уцепившись за край, сполз на него, и лишь затем спрыгнул на мягкую траву. Высота теперь не была помехой. Трава была аж по грудь, и ему приходилось раздвигать её руками, чтобы идти. Настоящие джунгли, жаль лишь кукри нет под рукой.

Но вот, он оказался на дорожке, совсем рядом с бризи.

Несчастная, заметив его, завопила пуще прежнего, и начала пытаться уползать. Похоже, приняла за кого-то, кто захотел бы её слопать. Дежа вю.

— То, что я всеядный, не значит, что я бросаюсь на каждого встречного, чтобы поужинать! – Крикнул ей Вовка, медленно подходя всё ближе.  Для него, уменьшенного человека, бризи была едва по пояс, то есть меньше обычной пони для обычного человека, когда как кончики крыльев спокойно могли быть выше его роста.

Бризи опять что-то пропищала, видимо, не понимая человека, ещё упорнее пытаясь уползти. Раненое крылышко задевало землю, заставляя бризи пищать от боли, но страх оказывался сильнее.

— Да ты безбашенная совсем, да?! Лежи спокойно, ё-моё! – Вовка понял, что надо действовать сейчас, пока она не навредила себе ещё больше, и кинулся к ней. Первым делом прижал к земле, чтобы не двигалась, а затем аккуратно схватил за больное крыло, держа над землёй. Бризи взвыла, зажмурившись, но отчего-то не чувствовала, как будто её съели. Тогда она осмелилась открыть один глаз, а затем второй, недоумённо и испуганно глядя на человека.

— Совсем поехавшая, чес-слово. Лежи тихонько, щас тебе придумаю чего-нибудь… — Вовка медленно отпустил её и отошёл к высокой траве. Тут было немало подорожников, а Вовка ещё с детства помнил, что даже умирать будешь – найди эту чудо-траву. Вот только сейчас один лист был как одеяло, и чтобы оторвать пришлось выкручиваться так и сяк. Но зато, когда получилось, он сорвал и пару длинных и гибких травинок, и опять пошёл к бризи. Та всё время внимательно смотрела за его манипуляциями.

— Значит так, сейчас будет больно, но это нужно. – Сказал Вовка, аккуратно касаясь сломанного крылышка. Бризи, кажется, поняв, отвернулась и закрыла глаза. Вовка, наученный давним опытом, сначала помял слегка лист, чтобы выделилось хоть чуть-чуть сока, а затем начал обматывать крыло. Бризи изредка попискивала, но держалась молодцом. А затем человек для верности обмотал лист травинками, чтобы точно не соскочил.

— Вот так вот. Ну что, горемыка, зови своих и чеши отсюда – мне домой пора. – Сказал Вовка. Бризи что-то пропищала, но человек не понял и, решив, что его работа тут выполнена, он пошёл к скамейке. Но бризи пискнула снова, только громче, и Вовке пришлось обернуться.

— Ну что, что тебе ещё? – Вскипел он. Бризи просто указала куда-то вверх своим тоненьким копытцем. Вовка посмотрел туда… и обомлел. Над ними в этот самый момент пролетала, гудя, стайка бризи, которым пыталась помочь Флаттершай, добавляя ветерку, и тут же пытаясь помочь отстающей группе. Однако от первой группы отделилось несколько бризи, и начали спускаться к раненой подруге.

Они что-то пищали, раненая то и дело указывала на Вовку, а он решил-таки сделать ноги. На скамейку уж вряд ли получится залезть, но…

Те двое бризи, пришедшие на выручку своей подруге, вдруг кинулись к человечку.

— Вы че удумали, а ну кыш! – Крикнул Вовка, надеясь нырнуть в траву, но летающие создания всё же оказались быстрее, перегородив путь.

— Живым не дамся! – Крикнул Вовка, встав в боевую стойку. Однако бризи, кажется, даже не заметили этого, подхватив Вовку под руки и, подталкивая, привели обратно к раненой, не причиняя вреда.

— Че? Да она сама упала, а я ей помог! Эй, сорвиголова, объясни им! – Взмолился Вовка, но бризи только опять пискнула чего-то непонятное.

Тогда те двое бризи, видимо, поняв, что ничего не понятно, подошли к раненой и, тыкая в неё носом, как бы подталкивали. Вовка, поняв, вытаращил глаза:

— Да с какого перепуга?! Вы сами впрягайтесь, мне домой надо, идиоты! – Кричал он и махал руками. Бризи отшатнулись, а раненая, поджав ноги, опустила голову и кажется всхлипнула.

— Нет! Права не имеете давить на жалость! Это нечестно! – Ещё громче заорал Вовка. Но от этого «бабочкопони» только приняли ещё более жалобный вид.

— А, ладно, хорошо! Вы двое, вперёд, к своим – позовите ту здоровую жёлтую пони – видите, она там с вашими сюсюкается? По-зо-ви-те! – Указал на Флаттершай, летящей рядом с другими пегасами, раздающей указания столь тихо, что приходилось им подлетать ближе. Отчего воздушный поток сбивался сильнее и отстающие вообще почти остановились, пока передняя группа, почему-то повернув к деревьям сквера вместо горы, почти скрылась из виду.

Бризи, перестав изображать из себя страдальцев, кажется, что-то да поняли, потому что кивнули и улетели, а человек присел перед раненой бризи.

— Ох, ёлки-палки, ну ты дурёха. Так, смотри, мы посреди дорожки, по которой ходят те, кто больше нас сейчас раз в тыщу. Нет, серьёзно – одно копыто как машина, я сам видел, меня чуть не размазали. У меня наверняка будет пост-синдром травмы. Или расстройства. Личности. Неважно, я тебя оттащу к траве, там мягче, а я сам выше, я подзывать буду твоих ребят. Короче, просто, блин, не дёргайся. – Сказал Вовка.

Он обхватил бризи руками под грудь, показывая, чтобы та поднималась, что та и выполнила. На удивление, бризи была на ощупь, как и обычная пони. Ну, может, нежнее немного. Затем он медленно повёл в сторону от середины дороги, следя, чтобы повязка на крыле не размоталась. Она тяжело опиралась на него и хромала на переднюю левую ногу – подвернула, видать. «И ногу перевяжу, травы-то полно» — решил человечек. – «Да, помощь бы сейчас не помешала…»

Оказавшись на обочине, человек любезно постелил бризи несколько подорожников, а сам опять принялся за травинки, дабы заняться перевязкой. Бабочкопони лежала спокойно, даже с интересом наблюдая, как человек её перевязывает.

Но вот он закончил и, встав во весь рост, принялся махать руками и орать:

— Эй! Мы тут, сюда летите, я уже заколебался, я хочу домой!

Наверху его не слышали: передняя стайка бризи определённо взяла курс на маленькую рощицу, сопротивляясь ветерку пегасов, пока те подгоняли отставших бризи, которые отчего-то летели медленно и низко. Но от них вновь отделились двое уже знакомых бризи, и начали спускаться к человеку, а за ними летела взволнованная жёлтая пегасочка.

— Ох, мои маленькие друзья, я даже не знаю, что сказать… ой, здравствуйте, уважаемый мистер человек. – Пегасочка заметила человека. – Я совсем ничего не понимаю! Они говорят, что летят верно, а мы неправы! Как так может быть, ведь раньше они всегда летели к той пещерке? Я ничего не понимаю…

— Да мне-то что с этого? И мы уже здоровались. Вот, кстати, ты сечёшь, как лечить животных, так что для тебя есть дело. – Человечек показал на лежащую на земле бризи.

— Ах, бедняжечка! Тебе больно? Ну-ка, помогите мне, мне надо её осмотреть. – Флаттершай приземлилась рядом, протянув копыто к бризи. Вовка помог той подняться и залезть на ногу пегаске.

— Спасибо тебе, — сказала Флаттершай человеку. – Что перевязал её, это очень сильно поможет!.. Не волнуйся, я тебя вмиг вылечу! – Вновь начала жалеть бризи пегаска. — Но я не могу это делать здесь… твои друзья улетели в рощу, а остальные ещё тут…

— В сачок их, и отнеси пока в лабораторию, потом разберётесь. – Предложил Вовка.

— Но так нельзя! Они должны попасть домой!

— А я не должен? К тому же, они сами не знают, где их дом. Вот и выясним заодно!

— Ох… это плохая идея…

— А есть другие? Сейчас эти мухи выбьются из сил, а мне и одной хватило, упавшей сюда. А с земли их искать и подбирать всяко сложнее.

— Ой-ё-ёй. Думаю… думаю ты прав. Нам придётся их на время отнести в агентство. А потом найти Сибриза – он в группе, улетевшей в рощицу. Друзья! – Обратилась она к двум бризи, которые раньше выслушивали Вовкины крики. – Скажите, пожалуйста, своим друзьям, пусть позволят пегасам вас аккуратно отнести к нам, в один большой-большой домик. Вы будете в безопасности, подкрепитесь, а затем мы вам поможем, правда!

Бризи, что-то пропищав, полетели к своим, а Флаттершай протянула свободное копыто к человечку.

— Забирайтесь сюда, пожалуйста! Мы вместе туда полетим.

— Ну, лады, давай.– Согласился человек, залезая на копыто и удобно устраиваясь. Но только сейчас вспомнил о коробке на скамейке:

— Стой! Коробка, коробку забыли!

— Ты хочешь лететь в ней? Почему? Она не кажется удобной. – Удивилась Флаттершай.

— Да плевать на коробку, в ней моя куртка!.. – Пегаска покачала головой, но опустила человечка на скамейку. Тот извлёк миниатюрную, для пони-то, курточку, накинул на плечи и забрался обратно.

— Всё, погнали. Ох, вот яйцеголовая с Клаудом удивятся! Небось ищут меня, ха-ха-ха!

— Держитесь, нам надо предупредить пегасов! – Флаттершай взлетела повыше, прижав к груди двух маленьких существ. И если бризи удобно устроилась рядом с человеком, обхватив огромную ногу пони, то человек изо всех сил старался не кричать от страха, вцепившись в шёрстку ноги изо всех сил – так быстро удалялась земля! Флаттершай, кажется, поняла, что человеку не особо комфортно, и перенесла ногу к груди – Вовка зарылся в мягкий мех, но всё так же отчаянно цеплялся за ногу.

Жёлтая пегасочка что-то командовала пегасам, те кивали, соглашались, и начали аккуратно собирать едва держащихся в воздухе бризи, и вскоре все вместе уже летели в агентство, пролетая над голосящими и машущими копытцами школьниками и уже упомянутой рощицей, в которой где-то запряталась ещё группа бризи. Человека, кажется, не заметили. Или значения не придали.

И, конечно же, никто в этой суматохе не заметил, как к скамейке, где осталась синяя коробка, подбежали красношкурый пегас и кобыла в халате учёного, с аккуратными очками на носу…


— Вот видите, фух, бризи как раз мигрируют, школьники на полянке наблюдают за сим действом, что может значить, фуф, что мы успеваем абсолютно спокойно… как странно, похоже, у пегасов возникли определённые трудности, хух, не хотите помочь им в создании благоприятного для миграции ветра? – Борясь с одышкой, говорила кобыла.

— Вы что, издеваетесь?! Какой ветер, какие бризи? Всё, что мне надо – вернуть Вовку! Бедняга наверняка едва держится, уж я-то знаю, о чём говорю!

Мисс Логарифма на бегу закатила глаза, уже в который раз поражаясь твердолобости своего собеседника.

— Мистер Файр, прошу, фух, будьте спокойны, позвольте мне поговорить с жеребятами. Вы уже значительно напугали мою сотрудницу, а тут неокрепшие умы!

— О, не волнуйтесь, всё будет хорошо, просто пока вы будете всё «мягко и спокойно разжёвывать», я дважды успею у всех всё спросить и сделать.

— Простите?!

— Без обид.

От дома Кьюти Кондактор до сквера было довольно далеко, но это расстояние пегас и единорожка преодолевали чуть ли не бегом, так что уже почти пришли, изредка останавливаясь на передышки по просьбе учёной. Сейчас они подошли к полянке, на которой устроились жеребята с учительницей, и пегас, не мудрствуя лукаво, тут же оказался среди школьников.

— Привет, жеребятки, всё, что от вас требуется – ответить на один маленький вопрос, и я уговорю вашу учительницу на хорошую оценку!

— Что?! Кто вы вообще такой?! – Подпрыгнула учительница, зло глянув на пегаса.

— Нет! Нет, простите, он просто не в себе! Дети, послушайте, вы не видели такую коробку синюю, с крышкой открывающейся?.. – Вмешалась учёная, хватая магией за уши пегаса.

— Да, видели! – Заголосила малышня, обступая кобылу в халате.

— Умнички! Вы не знаете, часом, где бы она могла быть?..

— Знаю. Я отнесла человечка на лавочку, он меня попросил. Вон туда, видите?.. Ой, там что-то происходит… — Вышла вперёд маленькая охровая кобылка. – Там мисс Флаттершай, она очень милая, и она сказа…

— Тоффи? Когда ты успела отойти? – Удивилась учительница.

— Как, отнесла? Жалко, мы даже не попрощались. – Сказали подружки кобылки.

— Вовсе не жалко. – Буркнул кто-то сзади.

— Простите. Он просил передать вам, что мы все молодцы, и он надеется, что когда-нибудь встретиться с нами. – Маленькие пони радостно загомонили. Тоффи же повернулась к учительнице. — А вам, что он сам меня просил отнести его, честно-честно!

— О, так вы знаете, что… кто был внутри? – Поправила очки учёная. – Хорошо, жеребятки, пожалуйста, попытайтесь никому не говорить об этом, хорошо? У нас всё немного вышло из-под контроля… Вас это тоже касается, мисс! – Повернулась она к учительнице.

— Хорошо, мы никому не скажем! – Хором заверили малыши учёную, и учительница согласилась.

— Молодцы. А теперь, нам надо его вернуть домой. Спасибо, жеребятки, учитесь хорошо – нам нужны светлые умы! – Напутствовала учёная, направляясь с нетерпеливым пегасом к скамейке, от которой улетал какой-то пегас, направляясь к другим, возящимся с облачком бризи. Другое облачко летело… почему-то к рощице.

— А человек говорил, что можно не напрягаться. – Пожала плечами маленькая единорожка. – Но и не отлынивать говорил тоже. Ладно, будем учиться хорошо. – Решила она, и остальные подтвердили это, на радость учительнице.

— Мы опять потеряли кучу времени! И о чём только эти жеребята думали, когда оставляли коробку неизвестно где неизвестно с кем? – Ворчал Файр Клауд, идя за учёной, и наблюдая, как над ними летели пегасы, держа в копытах… бризи? Они решили, что тащить их проще, чем делать ветер? Но гора в другой стороне…

— Это нам на копыто, мистер Клауд. Меньше лишних глаз и свидетелей. – Ответила учёная, тоже удивлённо глядя в небо, но пожав плечами и просто продолжив путь. – Жаль только, жеребята контактировали с ним. Вряд ли у них получится сохранить секрет, но я их не виню нисколько.

— Ну-ну. Его уже вся школа видела, небось, скоро весь Ванхувер будет знать про «маленького человека, живущего в синей коробочке». Хотя, кто жеребятам поверит?

— Вот уж не надо нам этого счастья. Если слава о нашем проколе разойдётся, то к нашим порталам будет меньше доверия. Лучше, пусть продолжится увеличение дружбы в том мире, нельзя тормозить этот процесс. – Покачала головой учёная.

— А зачем вы опыты свои ставили? И так всё нормально работает же! – Заметил пегас, глянув на учёную.

— Ну… да, но мы хотели улучшить портал. Обычному требуется как минимум пару дней дозаряда, калибровки на новое место, донастроек… мы хотели уменьшить время. Чтобы не требовалась серьёзная помощь от единорогов, и при этом хватало мощностей для поддержания. Вот мы и решили экспериментировать с магическими драгоценными камнями. – Как могла, объяснила мисс Логарифма.

— А почему вы решили испытать это на мне? – Продолжал допытываться пегас. – А если бы было не безобидное… ну, почти безобидное уменьшение, а, скажем… что-то похуже?

— Мы не испытывали на вас! Вы были первым клиентом! До вас были сотрудники, испытывающие его, и всё было нормально, потому мы так переполошились! Потому я и решила, что дело в камнях – мы использовали всякий раз разные наборы, для разных эффектов, и перед вами подобрали новые камни… и их-то и не испытали… — Покраснела учёная.

— Эх вы, яйцеголовые. Я не в обиде, и Вовка наверняка тоже, просто, раз испытывать – то всё!

— Мы пытались сохранить максимум энергии!.. Но вы правы. Однако мы в силах исправить свои ошибки.

— Я рад это слышать! – Радостно сказал пегас.

Они уже дошли до дорожки сквера, и подошли к нужной скамейке.

 – О, а вот и коробка. Почему-то открытая… — Заметила учёная, уже предчувствуя нехорошее.

— В смысле? Вовка, ты тут? Эй?! Ты где?! – Начал кричать пегас, мечась вокруг лавочки.

— Стойте! Он может быть на земле, не наступите! – Крикнула учёная, вынуждая пегаса взлететь над травой.

— И что ТЕПЕРЬ делать?! Вот коробка, а где сам Вовка?! – Отчаянно крикнул пегас.

— Тихо, подождите. Это и впрямь проблема. Уважаемый Владимир, прошу, отзовитесь, мы вас вернём в ваш мир! – Крикнула уже учёная, и затихла. Но ни она, ни бесшумно парящий над землёй пегас не услышали ответа.

— Да, это проблема. Определённо. Надо… надо просто подумать… — Сказала кобыла, нахмурившись, глядя в землю перед собой.

— О чём думать? Его что-то спугнуло, и он потерялся где-то тут! Тут, в сквере, который для него как континент наверное! – Пегас встал на дорожку и вновь глубоко вздохнул и выдохнул. Надо срочно собраться с мыслями.

— Скорее, как страна или остров, а учитывая неподалёку море, может и полуостров, ведь Ванхувер не отсечён полностью…

— Да какая разница?! Вы представляете масштабы?! Как нам его найти, когда мы не знаем куда он мог направиться и как его искать? А это, напомню, сквер! Тут могут быть всякие животные, которые, между прочим, могут быть голодными!

— Перестаньте. Еды и без маленьких людей для зверей немало. И он сам, скорее, напугает всех, с его-то характером. Он мог направиться в сторону агентства… нет, он не знает направления… в сторону школы! – Вскинула копыто учёная. – Ему там уже помогли. И он должен помнить маршрут! А тут, кстати, видите – трава примята, и сорвано несколько листов, — кобыла указала на обочину дорожки. – Он отошёл с дороги, понимая, что может быть незамеченным и... э, мда. Он будет идти рядом с дорогами, и пока не дойдёт, куда надо, его так просто не найти. Ещё кое-что: он спешит домой, так что вряд ли будет нарочно тянуть.

— Так что вы предлагаете?

— Ждать. Школьники, если им повезёт, обнаружат его раньше, отдадут преподавателю, а та вернёт нам.

— Такой себе план.

— Предложите получше?

— Я просто бы искал. Так хоть шансы есть… кстати, а Флаттершай была тут?

— Наверняка. Но я не уверена, что она видела человека – слишком большая занятость в связи с миграцией. Я только одного не пойму – отчего вдруг человек попросил малышку отнести его на ту скамью?

— Там наверно отдыхал какой-то пегас, вот он и подумал, что так быстрее долетит до агентства… Слушайте, а ведь такое может быть?

— Вполне. Он-то и упросил нести его без коробки – она ему… не нравилась, кхм. – Деликатно кашлянула единорожка.

— У нас, выходит, два варианта?

— Верно. Тут ему так или иначе оставаться смысла нет. Нам стоит разделиться.

— Ой нет, герои всегда так поступают, а потом умирают, я не хочу.

— Мистер Файр, это реальная жизнь. Но если вам угодно, то сейчас тогда уж детектив, а не ужастик. Хотя, скорее, комедия. Или драма, тут как посмотреть.

— А, да, точно. Тогда я, чур, прошвыриваться буду от школы досюда, наверняка с высоты и увижу! А вам лучше поискать в лаборатории – вы там главная, знаете всех и все лазейки.

— Хороший план, вот видите, ваши дедуктивные способности на достойном уровне! – Похвалила единорожка жеребца, который тут же распушил перья и задрал нос, тем не менее, довольный похвалой. – Ищем до вечера, затем собираемся у входа в агентство. Так и узнаем, если кому повезёт. И, пожалуйста, будьте бдительны и осторожны. И помните: никому ни слова!

— Да, вы всем так говорите. – Фыркнул пегас. – Как скажете, док. Удачи вам. – И начал взлетать.

— Она мне понадобится. Как и вам. Удачи в поисках. – Вздохнула кобыла, поправляя очки и направляясь к комплексу агентства.


— Так значит, это мой брат вам посоветовал меня? И давно вы знакомы?

— Ага, так и есть. Вот, он даже показал одну из ваших работ! – Девушка показала недоделанную фигурку пони. – А знакомы давно, уже как день!

— Это незаконченная работа, сами понимаете. И, если позволите, я подержу её у себя. Мой брат давно должен был отнести её мне. – Человек поставил фигурку на стол. — Кстати, не знаете, где он?

— О, хорошо. А он…э…

— Скажи, что он не сказал, только «искал чего-то». Пусть думает, что мы ничего не знаем. – Невидимо и неслышно для парня говорила кобылка-единорожка девушке. Та так и поступила.

— Мда, всё понятно. Что ж, если хотите, осмотрите, что тут у меня есть. Хотя я не привык вот так показывать свои работы… — Человек поправил очки.

— Ви-и! Какая прелесть! – Девушка изо всех сил сдержала себя, не схватив ни одной фигурки.

— Красивые, это точно. – Подтвердила кобылка. Ей уже нравилось это место – в тёплой квартире ждать куда приятнее, чем на улице. Да вот только что-то задерживаются ребята. Наверное, там что-то сложное, пусть тогда лучше не торопятся.