# Роман

ВашаПунктуация

К чему же может привести совместное чтение двух влюблённых пони под вечер?

Данный фанфик напрямую относится к AU фанфика Лунных Сонат и отличается от канона. Впрочем, будем честны...

## Роман

За окном библиотеки Понивилля неспешно падали крупные хлопья снега. Мы вместе с Мелоди проводили свободное вечернее время за чтением, валяясь на моём любимом разложенном диване на первом этаже, прячась от прохлады под тёплым одеялом. Мы были здесь одни: Спайк давно оставил этот особый дом нам и перебрался к супруге, благо после вылупления их детей инстинкт защитницы у драконихи притих, и Мика перестала видеть угрозу в своём избраннике. Типичное поведение чешуйчатых в период гнездования, но мне было искренне жаль Спайка. Он довольно часто обращался ко мне за помощью с лечением глубоких ран от когтей любимой.

А других гостей не предвиделось: библиотека закрыта на выходные, и никто не обещался прийти к нам. Моя книга висела в поле магии в воздухе, а Мелоди, моя Нотка, читала свою, повернувшись ко мне спиной, подперев голову копытом и положив книжку на диван. Каждый был увлечён своим чтением и молчал.

Мы как-то быстро дошли в наших отношениях до совместного сна и всего такого. И это радовало: каждую ночь меня преследовали кошмары, а когда я засыпал в обнимку с любимой, становилось чуточку легче. И просто было немного спокойнее. Правда, приходилось немного хитрить и слегка влиять на сон моей возлюбленной, делая его крепким, чтобы она не просыпалась от моего испуга после очередного дурного сна. Да и сам я постепенно приучился сильно не дёргаться.

До особенной близости мы пока что не дошли. Но я не давил на Нотку и не торопил события; в конце концов, она была практически в рабстве в том борделе, где, несмотря на «неприкосновенность», её несколько раз чуть не изнасиловали слишком наглые и пьяные клиенты. Да и насмотрелась она на многое: с её слов, однажды клиент убил одну из кобылок, ткнув розочкой от разбитой бутылки ей в живот. Пару раз.

Я несильно помотал головой. Это всё осталось в прошлом Мелоди. Она смогла если не забыть, то хотя бы не оглядываться на весь пережитый ею кошмар наяву. Так часто. Я надеюсь.

Поддавшись этим странным мыслям, я отвлёкся от чтения и потянулся к ней, чтобы ткнуться носом через её гриву в шею. А затем приоткрыл рот и с небольшим усилием лизнул её, взъерошив и увлажнив шёрстку, ещё отдающую после душа привкусом мыла. Мелоди кратко хмыкнула и стала двигаться, переворачиваясь на спину. Я немного отпрянул, чтобы не мешать ей.

— И как мыло на вкус? — тихо спросила она, повернув ко мне голову.

— Фкуфно. — Я на несколько секунд показал кончик языка.

Нотка улыбнулась и потянулась ко мне мордочкой, я подался в ответ, и мы поцеловались. Просто короткий, уже привычный, но приятный поцелуй.

Пришлось немного поёрзать, чтобы удобно расположиться и продолжить читать. Мелоди тоже погрузилась в свою книгу, поставив её на грудь и подперев правым копытом.

Перелистнув страничку, она тихо цокнула и выдохнула.

— Что там? — поинтересовался я.

— Ну... Очень странная постельная сцена, скажем так, — ответила она с небольшой паузой. Я переключил внимание на её книгу, благо теперь мог спокойно видеть текст.

Где уже один герой «властно толкнул Дину на кровать». Дальше был диалог, разбавленный действиями, в котором кобылка молила жеребца отступить, пока тот весьма нагло продолжал.

— А что за книга? Можно я посмотрю? — Услышав одобрительное «угу», я захватил магией перелистанные страницы и прикрыл книгу, чтобы увидеть обложку.

«Приключение графа Мерсимера: Порочная связь», — гласила серебристая надпись. Ясно, роман-эпопея с моментами не для маленьких. Причём весьма старомодный, даже классический, грубо говоря. Он писался уже несколько лет подряд разными писателями, собравшимися под общим псевдонимом, накопил под двадцать книг в своей серии, и, честно говоря, мне этот роман не очень-то и нравился, хоть я и старался вникнуть. Но вот Нотка подсела на него и частенько перечитывала. Ну, не всегда же наши вкусы должны совпадать?

Я перевернул книгу обратно и вернулся к своей. Взглядом найдя в довольно тяжёлом и большом томе «Иллюзии как вид магии» нужную строчку с магической формулой, я продолжил вникать в текст.

И запоздало заметил, что Мелоди не перелистнула тот момент, хотя, казалось бы, цокнула она немного недовольно. Я положил раскрытый том на свободную часть дивана у наших задних ног и повернулся на бок.

— Неужели автор хорошо написал? — спросил я, обратив всё своё внимание на «Приключение графа».

— М? Ну... — Мелоди чуточку смутилась, но не стала перелистывать или убирать книжку, позволив мне прочитать эту любовную сцену. Тот самый граф Мерсимер весьма грубо «любил» служанку Дину. Хотя, судя по поведению и репликам Дины, ей это начинало нравиться.

Впрочем, сам по себе момент был описан весьма неплохо. Не гений писательского таланта, но автор постарался, и я зачитался. Чувства персонажей хорошо ощущались, метафоры и эпитеты не перегружали текст. Правда, некоторые строчки всё же вызывали лёгкий смешок, но в целом было лучше, чем я думал.

И Нотка ведь тоже зачиталась этим моментом. Мелькнула мысль, что сейчас я упускаю подходящий момент для начала пикантного разговора. А кто откажется от такого?

— Странная сцена, но вроде ничего так написана, мне понравилось. — Моя любимая даже слегка вздрогнула, когда я заговорил.

— А... Да, странная сцена, я уже говорила, — согласилась она со мной. — Но граф раньше не был таким, ну... Грубым. Правда, кажется, кобылка в охоте, и если я правильно помню продолжение, то именно их сын попытается убить своего отца.

— Вот как, — бессмысленно отозвался я.

Возникла небольшая пауза, которую нарушила Мелоди.

— Говоришь, тебе понравилось? А чем? — Спросила она.

Чтение было одним из наших общих увлечений, нам нравилось вместе обсуждать какие-то моменты или целые книги. И я искренне радовался этому: всегда любил, когда пони, с которым я тесно общаюсь, был хоть немного начитан.

— Написана не совсем плохо, — ответил я.

— И всё? — тут же переспросила она.

— Если ты про саму сцену, то мне не очень нравится поведение графа. Не моё, скажем так, — честно сказал я. Мне и так хватает жестоких и кровавых снов, чтобы читать и увлекаться таким.

— Ну, меня вот поведение Дины смущает. Я понимаю, охота, он её господин, она служанка. Но такое чувство, что ей действительно нравится всё это, — поделилась Мелоди своими мыслями. — И сцена сама по себе как-то специально подстроена. Никто ничего не слышит, и обычно рассудительный Мерсимер так прям сорвался на неё.

— Автор решил добавить перчинку. Для того, кому нравится такое, и им будет интересно это читать, — высказал я в воздух самую банальную фразу.

— Может быть.

И мы замолчали на некоторое время.

— А знаешь, — вновь заговорила Мелоди. — В том борделе были такие кобылки. Для спецклиентов. Я однажды, когда прошла мимо комнаты, где одна из них "работала", то подумала, что беднягу на части режут. Так громко она кричала.

— Ужас, — прокомментировал я. А затем брякнул бездумно: — Ну, надеюсь, ты у меня не из таких.

И она зависла, даже задержала дыхание от моих слов.

«Ты дурак, ты что сказал?» — промелькнуло у меня в голове.

— Ну... — выдохнула Нотка. — Я не думаю, что, если и... Что, если и попробую что-то подобное, мне это понравится.

Вроде бы не обиделась. Зато явно смутилась и покраснела.

— Приму к сведению. И прости, я ляпнул, не подумав.

— Да ладно, — нейтрально отмахнулась она от моих извинений. Но затем заговорила чуть тише, чем обычно. — Ну а ты у нас тогда из каких?

— Не спецклиент, — кратко ответил я. — Ты же знаешь.

— Радует, — со смешком отозвалась она, и вдруг замолкла.

— Радует? — переспросил я, желая поддержать диалог.

Мелоди вдруг закрыла книгу, положила её на край дивана сбоку от себя, повернулась ко мне и потянулась в тесные объятия, нырнув мордочкой между моей шеей и подушкой, «спрятавшись».

— Радует, что ты у меня такой милый, ласковый и терпеливый, — очень тихо проговорила она.

Теперь я немного завис от её слов.

— А терпеливый почему? — в шутку решил спросить я.

— Я много тебе проблем доставила, — ответила она.

— И каких же?

— Ну, ты искал меня, — сказала она, а потом немного отстранилась от объятий, положив голову на свою подушку. — Ты меня буквально спас от смерти. Подарил новую жизнь вместе с исправленным прошлым. Помогал мне во всём. И спас ещё раз. Я даже и не знаю, смогу ли я когда-нибудь тебе за это всё отплатить.

Я расплылся в снисходительной улыбке. Мелоди, Нотка моя, какие же тараканы сейчас в твоей голове дёргают своими лапками арфу твоих мыслей?

И потянулся поцеловать, легко касаясь её губ своими. Ненавязчиво, я просто хотел успокоить, отвлечь, не дать её мыслям скатиться в плохие дебри. И она отозвалась, а когда поцелуй стал затяжным и наши языки встретились, положила своё копыто мне на шею, обнимая.

Мы нескоро разорвали поцелуй. Её глаза чуточку заслезились, а я снова подумал о её тараканах и мысленно передал им привет.

— Спасибо. Я очень, очень люблю тебя, — прошептала она. Чувственно. Честно.

Я раскрыл крыло и приподнял одеяло. Поток прохладного воздуха ворвался к нам, пока я накрывал Нотку перьями. Она вновь потянулась ко мне, снова прячась, как пару мгновений назад. Вот и поговорили.

На этот раз мы замолчали надолго. Я даже стал клевать носом, держась на сладкой грани между дрёмой и бодрствованием.

— Войс? — позвала меня Мелоди.

— Не сплю, — отозвался я, сбрасывая с себя сонливость.

— А можно я у тебя, ну... Кое о чём личном спрошу? — Она снова вернулась на свою подушку, и мы встретились взглядами.

— Можно, конечно же. — В моей душе затаилось то самое волнующее чувство предвкушения, когда начинается очень личный и трепетный разговор.

— Х-хорошо. А ты... Ты много раз этим уже занимался? Н-ну, любовью? —Нотка изрядно смутилась, но старалась говорить словно невзначай, не акцентируя внимание на словах. Но от волнения всё же чуть-чуть заикалась.

«Приехали», — подумал я. Вот так надо начинать интимные разговоры, а не мяться с книжными сценами.

— Сексом? — уточнил я, больше для того, чтобы увидеть её реакцию. Она на мгновение замерла, а затем слегка кивнула головой, уставившись на меня в ожидании ответа. — Ни разу.

— Правда? — тут же с недоверием в голосе переспросила она.

— Правда, — честно сказал я, слегка кивнув.

У пони нет чёткого возраста, когда подростки, от которых мы с Мелоди не так далеко ушли, увлекаются любовными утехами. Пегасы, земнопони и единороги растут чуточку по-разному, "созревая" до этого с разной скоростью, не говоря уже об индивидуальном развитии. Поэтому нормой было, что некоторые подростки могли, хм, "устраивать интересные чаепития", как я услышал когда-то от кого-то. Законами Эквестрии именно этот момент не регулировался, хотя было несколько статей с очень серьёзными наказаниями за совращение маленьких жеребят взрослыми пони и за сексуальное насилие.

С другой стороны, в школах уже с малых лет преподавали специальный обязательный предмет, рассказывающий о том, как, чем и почему кобылки отличаются от жеребчиков, и что с этим делать, чтобы потом всем не стало сразу плохо. Рассказывали на нём про циклы охоты, про физиологию, про болезни, про беременность, в общем, всё самое важное.

Плюс, я не сомневался, Мелоди в некоторых моментах рассуждала обо мне с точки зрения некоторых стереотипов. Для всех вокруг я молодой принц при власти и деньгах, из-за аликорности предвзято считаюсь красавчиком, хотя лучше меня наверняка найдутся. Думаю, ей казалось, что кобылки должны падать предо мной пачками и чуть ли не драться между собой за то, чтобы провести хотя бы один вечерок наедине... А я должен был каждый день развлекаться с новой, поскольку старая уже наскучила. Подобные стереотипы о жизни младшего принца довольно быстро трескались у неё в голове, но, видимо, не все и не сразу. Интересно, сколько нулей было в числе, которое она придумала для меня?

— Даже немного не верится, — заговорила Нотка.

— Как-то вот не сложилось, — ухмыльнулся я.

— Хотя, если вспомнить Голден и ту историю с Пламенем...

Я кивнул ей. Ещё одна из причин.

— Правильно думаешь, Нотка. Это мы с тобой знакомы почти с самого детства, и нас уже тогда Фрайхарт поддразнивала, что мы парочка. Ты знала меня как пегаса Войса, а не аликорна Найт Войс Спаркла. Ты полюбила меня, а не мой статус и всё такое. Надеюсь. Для других же я младший принц Эквестрии со всеми вытекающими из этого вещами. А, а ещё ты мне всякую гадость не подливаешь. Не подливаешь же? — Я подхватил идею и свёл всё к глупой шутке. Она расплылась в улыбке и ненадолго смущённо отвела взгляд вниз, на одеяло.

— Да я... Ну, только если в чай немного яда.

— Ах, вот как?! Вот почему вкус такой странный! А я уже думал, что это Гринлэнды против Замка идут! —продолжил я этот шутливый фарс. — Как ты могла, любовь моя?

— О, принц, кобылки существа весьма непредсказуемые. — "Любовь моя" попыталась состроить томный взгляд обольстительницы и интриганки. Но это было настолько несвойственно ей, что я не смог сдержаться от смешка, смотря на получившуюся мордочку. Мелоди тоже хихикнула в ответ, и мы вместе протяжно и наигранно тяжело выдохнули.

— Мы с тобою как жеребята, — сказал я ей.

— Ага. Оба такие дураки, — с шутливым снисхождением ответила Нотка. И получила от меня игривый и краткий поцелуй в нос, отчего на мгновение забавно поморщилась.

Наш диалог прервался в который раз, воцарилось молчание. Но через несколько секунд я решил не упускать момент интимного разговора и продолжить его.

— Ну... А ты? — теперь настало моё время смутиться, ведь я почувствовал в душе тот самый покалывающий интерес.

Правда, я догадывался, что она тоже неопытная, как и я. Хотя...

— Я? А... Ноль, если не считать попытки пьяных вдрызг тяжеловозов отыметь меня. Единственное, за что я могу сказать спасибо тем охранникам, они оттаскивали от меня кого угодно, — с горечью в голосе ответила она. Её глаза словно остекленели, и огонёк в них потух. Мелоди как-то дёргано сглотнула слюну и погрузилась в мысли, а весь весёлый настрой резко сменился печалью. — Да и от того маминого ухажёра озабоченного я умудрялась спасаться.

Молодец, Войс. Вот и поговорили. Рано я порадовался, что всё это ушло в прошлое.

Я уже хотел вновь потянуться к ней, исправить свою оплошность, приласкать её, вынуть из тех тяжёлых моментов, что она, может быть, прокручивала сейчас в голове. Но только я пошевелился, как Нотку отпустило. Она улыбнулась, её взгляд потеплел.

— Так что тогда на балконе ты украл у меня мой самый первый поцелуй, — с капелькой шутливого укора сказала она мне. К моему счастью, настроение возвращалось к ней.

— О, я ужасный жеребец, — напущено ответил я, отведя голову чуть назад и полуприкрыв глаза.

— Эй! Ты у меня лучший, — чуть громче, чем обычно сказала Мелоди.

— Стараюсь соответствовать моей любимой.

Через мгновение Нотка потянулась ко мне за поцелуем.

А потом вновь прильнула головой к моей шее, на этот раз аккуратно положив мордочку на неё сверху, и подтянулась ко мне в очень тесные объятия. Одну заднюю ногу она робко закинула на меня, другую вытянула вдоль, как я вытянул свои. Я же обнял её свободным правым копытом, на котором не лежал, и скользнул по боку к её крупу, как мог достать.

— И ты, ну... — едва начав фразу, Мелоди замолчала.

— Да? — слегка подогнал я её.

— И ты н-не хочешь, ну... Заняться любовью?

Ожидаемая фраза всё равно словно молния ударила меня. А ведь Нотка может говорить это на порыве чувств, и мне надо быть внимательнее и аккуратнее в своих словах.

— Просто мы с тобой вместе уже несколько месяцев, и никогда об этом не заикались, — не дождавшись моего ответа, продолжила она. А потом подвинулась, чтобы спуститься головой на мою подушку и уткнуться в мою шею лбом и мордочкой. — Меня это немного волнует. Нет, я понимаю, я не самая красивая и привлекательная кобылка, но ведь...

— Не говори так о себе, — перебил я её. Голос получился вибрирующим из-за Мелоди, и она почувствовала это, ещё чуть-чуть подвинулась и перестала давить мне на горло. — Ты красивая, ты мне нравишься. Но просто... Ты много чего плохого пережила за последние несколько лет. Не знаю, как сказать, чтобы ты меня правильно поняла. Я люблю тебя, но я не хотел торопиться с этим. Как-то так.

Я правда так считал и не врал ей. Хоть я больше ценю характер, чем красоту, но Нотка мне нравится и внешне, и я хочу её, как жеребец хочет свою кобылку. Вот только я давно уже научился контролировать себя и почаще думать сначала головой. В прошлом моей любимой было много неприятных моментов, и я считал себя обязанным проявлять особую осторожность по отношению к её чувствам на эту тему.

Пока я мысленно рассуждал об этом, она шумно выдохнула.

— С-спасибо. Я поняла тебя. Ох, милостивая Луна, как же ты отличаешься от тех жеребцов, которых я каждый день видела там, — сказала она, а затем немного потёрлась мордочкой об мою шею.

— Сочту за комплимент, — слегка улыбнувшись, отозвался я.

И вновь краткая пауза.

— Но, — продолжила Мелоди. — Я думаю, что, ну... Я готова.

Она резко замолчала. Потом немного подвинулась, и я почувствовал поцелуи, поднимающиеся по шее.

И как мне сейчас поступить?

С одной стороны, всё, что она сейчас делает, совершается на волне излишних чувств. И кто знает, насколько действительно она готова к этому? Вдруг я, абсолютно не желая того, каким-то образом наврежу ей?

А с другой стороны, мы достаточно долго вместе, чтобы перейти к чему-то серьёзному. Мы любим друг друга, мне хорошо рядом с ней, и ей рядом со мной тоже. Преград к сексу, кроме моей излишней и наверняка глупой осторожности и всяческих психологических заморочек, нет. Может, к Дискорду всех этих тараканов? И будь что будет?

Я сдался. И отодвинулся, чтобы иметь возможность поцеловать её. Я вёл в поцелуе, напирая; меня охватывало возбуждение, но через несколько секунд я мысленно одёрнул себя. Нельзя так быстро терять голову. Самоконтроль.

— Тогда, наверное, лучше подняться наверх, — предложил я, когда разорвал поцелуй. Она тихо угукнула и чуть кивнула головой.

Так как Мелоди лежала сейчас почти с краю, она первая освободилась из объятий, столкнула свою книгу спиной, уронив её на пол, и, перевернувшись, встала с дивана. Сразу же, слегка задрожав от прохладного воздуха, подняла книгу и положила её на стоящий рядом с диваном столик.

— Холодно, — пожаловалась она.

«Совсем разомлела в теплоте объятий», — подумал я.

Откинув давно раскрытым крылом и копытом одеяло, я встал с дивана следом. И заметил, что Нотка зависла, смотря в одну точку куда-то на стену. Кажется, предупреждающий звоночек для меня.

— Нотка, вино возьмём? — догадался я. Недавно подаренная бутылка может немного помочь нам расслабиться.

— М? — Она посмотрела на меня. — Вино? Да, давай.

Мне не надо было идти за ним на кухню. Я накачал в рог магию и чётко представил, как открываю дверь холодильника и беру в поле с положенного места бутылку. Как я и рассчитывал, та самая бутылка белого приплыла к нам по моей воле. А потом и бокалы.

Пока они левитировали к нам, я обратил внимание на столик. Рядом с книгой лежали мой амулет и кулон Нотки. Мы сняли их перед тем, как развалиться на диване, чтобы они не мешались. Немного подумав, я решил оставить их здесь. Вряд ли сегодня они как-то пригодятся нам. Надеюсь.

— Идём? — позвал я Мелоди и пошёл первым. Но пропустил на лестнице её вперёд, не отказав себе в прекрасном виде её крупа, пока мы поднимались на третий этаж, где была большая спальня, когда-то давно принадлежавшая моим родителям. Ещё до нашего с сестрой появления на свет мама значительно расширила библиотеку, найдя способ стимулировать рост этого дуба. Если сравнить дерево со старых фотографий с реальностью, то этот уникальный дом вырос раза в три, а то и в четыре или во все пять раз. Как минимум, нарастил несколько этажей.

По моей воле загорелись кристаллы света, я сразу снизил их яркость так, чтобы в комнате был небольшой полумрак. Мелоди первая подошла к кровати и относительно аккуратно откинула к изножью одеяло, игравшее ещё и роль покрывала. Она запрыгнула на кровать, я за ней следом, сев очень близко напротив кобылки, чтобы было удобнее обниматься. Бокалы и бутылку я поставил на тумбочку рядом.

И мы застыли на месте. Никто не знал, с чего начать. Но я решил первым проявить инициативу.

И потянулся обнять её. Мелоди вдруг довольно сильно вздрогнула, вздохнула и стала ощутимо отталкивать меня, когда мои копыта скользнули по её боку вниз, к крупу и кьютимаркам. Я остановился и отпустил кобылку, отпрянул и немного отодвинулся от неё.

Нет, никуда она не готова. Испугалась, закрыла глаза, напряглась, подтянула передние копыта к груди в защитном порыве и делала чуть более глубокие вдохи, чем обычно. Сейчас ей было страшно. Значит, так начинать нельзя. Думай, Войс, думай.

Через мгновение Нотка осознала, что я остановился, и открыла глаза.

— Я... Прости, — Тихо прошептала она, виновато опустив взгляд и поставив копыта на кровать.

Я понимающе кивнул головой. Не надо быть гением в психологии, чтобы понять причину такой реакции.

— Всё нормально. Если что, мы можем остановиться, без проблем, — предложил я ей.

— Нет, нет, просто я, ну... Я... — Она замолчала и совсем опустила мордочку. «Дзынь», — послышался мне звук струны воображаемой арфы.

Думай, Войс, думай. Придумал.

— Мелоди? — тихо позвал я её. Она подняла голову, и даже в слабом свете кристаллов я заметил, как увлажнились её глаза. М-да.

— Слушай. Я, честно говоря, слабо знаком с чувствительными местами у кобылок. Особенно у земных. Не подскажешь, где бы я мог начать? — Только через несколько секунд после я понял, насколько это был плохой вопрос в данной ситуации, но Нотка словно решила помочь мне и задумалась, даже подняла копыто к мордочке и уткнулась в сгиб ноги носом.

— Ну... — Она опустила копыто. — Можешь начать с шеи. Она у меня щекотливая, честно говоря.

— Тогда с неё и начнём, — хитро улыбнулся я.

И резко потянулся к ней, сразу начав осыпать поцелуями. Не ожидая такого нападения, Мелоди снова вздрогнула и напряглась в моих объятиях, но через несколько мгновений успокоилась. Я щекотал её шею языком, иногда слегка покусывал, вызывая у Нотки нарастающие смешки и тихие стоны. Она расслабилась, даже закрыла глаза, сосредоточившись на ощущениях.

Затем я поднялся к её ушку и нежно сжал его зубами. Мелоди слегка недовольно застонала; я немного удивился, но бросил это дело и вернулся обратно к шее.

Через некоторое время Нотка захотела немного отстраниться и подвинулась, я весьма влажно лизнул её по всей щеке и поймал её губы в поцелуй, когда она подалась ко мне. Но теперь она ответила с куда большей страстью, и первая скользнула мне в рот язычком, где уже я встретил её. Я мысленно ухмыльнулся: честно говоря, я не думал, что такие щекотливые поцелуи и укусы так раззадорят кобылку. Она обняла меня копытами за шею и потянулась поближе, добавив ещё энергии в поцелуй.

Мы нескоро оторвались друг от друга. У Мелоди сбилось дыхание, она часто дышала, да и мне пришлось сделать несколько глубоких вдохов. Теперь кобылка не выглядела так испуганно, она явно начала увлекаться.

— А вот про чувствительные места аликорнов нигде не написано, — с игривостью подхватила мою недавнюю фразу Мелоди, когда перевела дух. Я улыбнулся. Конечно, аликорнов вообще немного, чтобы писать о них такое. Про ухаживания за другими расами на уроках тоже не рассказывают, держась в рамках преподавания и науки.

— Могу подсказать. Я пегас и единорог в одном теле.

— Оу. Хех, ну да, звучит логично, — тихо прыснула она от смеха. — Тогда... С чего я могла бы начать? Ну, если ты хочешь?

А вот сейчас моё сердце забилось куда чаще. Потому что, кажется, я мог попросить о том, о чём много раз читал в таких романах, как тот, с которого всё это и началось. И что желал попробовать даже чуточку больше, чем обычный секс.

Рог. Единорог, касаясь магией предмета, ощущает его, словно держит в сгибах копыт. Текстуру, тёплый предмет или холодный, мягкий или твёрдый. Остроту граней, если такие есть. Благодаря протекающей через него магии рог очень чувствителен.

И чем ближе к нему предмет, тем сильнее связь. Райз говорила мне, что когда использует свой меч, который всегда держит в бою близко к себе, то даже чувствует отдачу каждого миллиметра стали клинка при ударе, и как он режет препятствие на его пути. А ювелиры, изучающие камни, чуть ли не впритык подносят их к рогу, «считывая». Но никогда не касаются.

— Войс? — Мелоди вытянула меня из мыслей.

— Прости, завис, — улыбнулся я.

— Просто, ну... Я подумала, что так быстрее вовлекусь и успокоюсь. Если ты что-нибудь позволишь.

Вместо ответа я на мгновение наполнил рог магией. Неяркий синий свет осветил Нотку. Она, конечно же, догадалась.

— Рог? Ртом? Ну, хорошо, — легко согласилась она. — Только я... Я совсем ничего не знаю. Ну, то есть, я читала про рог и магию, и что с ним надо быть аккуратнее, но не всегда же правду пишут...

Я кивнул ей. Понимаю, одно дело читать приукрашенные фантазии, другое — в жизни.

— Смотри. Когда рог не светится, то есть не проводит магию, он просто кость. Можешь потрогать. — Я отклонился назад и демонстративно постучал копытом по рогу. Мелоди внимательно следила за мной, потом робко потянулась, и я наклонил голову к ней. Мой рог, конечно, далёк от копья Селестии, но в последнее время как-то резко стал расти. Старею.

— Можешь даже потянуть, он довольно крепкий. — Любимая послушалась меня и чуточку надавила вниз.

— Я поняла. — Она отпустила его и вернула своё копыто обратно мне на плечо. Я выпрямился. — Но когда ты наполняешь его магией...

— То он становится очень чувствительным. Очень. Чем сильнее магия, тем чувствительнее рог.

Не могу говорить за других, но у меня рог куда чувствительнее, чем пенис. Я, как и, наверное, любой придурковатый подросток и молодой жеребец-единорог, это сравнивал. И не раз. От мыслей об этом мне стало чуточку стыдно, и я неосознанно отвёл взгляд от Мелоди. И заметил уже забытую бутылку вина на тумбочке.

— Кстати, вина налить? — предложил я Нотке.

— Вина? Да, давай, — согласилась она, на мгновение повернув голову вбок и посмотрев на бутылку. Мне не составило труда с помощью магии открыть её и наполнить два бокала.

— Держи. — Я перенёс нам бокалы, и Нотка взяла свой двумя копытами, отпустив меня из объятий. В тишине мы сделали первые глотки.

— Вкусное, — поделилась ощущениями моя любимая, распробовав напиток.

— Не пересластили, — согласился я с ней.

— Ладно... Я читала, что удар по рогу во время заклинания — самый лучший способ противостоять единорогу. Это так? — продолжила наш разговор Нотка.

— Хороший удар может и убить мага болевым шоком, — подтвердил я её слова. Нотка испуганно вдохнула.

— Святая Селестия! Убить? — переспросила она с неподдельными интонациями.

Вспомнилась очень древняя и садистская казнь единорогов, времён правления Клавсдия. Спасибо папе за сказки на ночь. Единорога фиксировали на одном месте специальными цепями, мешающими телепортации, а потом группа пегасов сбрасывала на него довольно большой камень. Если единорог не ловил его в магию телекинеза, то умирал от того, что его раздавило валуном. Если ловил, то вынужден был пропустить магию через рог, и палач, другой единорог, со всей дури бил мечом по нему, зачастую даже перерубая кость. Приговорённый умирал от буквально убийственной боли и остановки сердца, хороня себя сразу же под могилой. А любое заклинание щита разбивали. Хорошая сказка на ночь, спасибо ещё раз, пап.

Мелоди я решил пощадить с такими рассказами.

— Однажды Райз на тренировке случайно заехала мне по рогу деревянным мечом. Я только на третий день очнулся в больнице Замка, — кратко рассказал я ей тот случай, после которого мы условились не бить по рогам. Один из тех дней, о котором не хочется вспоминать. Я тогда подумал, что просто умер на месте, настолько это было больно.

Ещё от отца я давно знал, что наш мир и даже мир Параллели — не один такой, и что даже в нашей Вселенной существуют очень похожие на нас пони. Где-то там, очень далеко. Интересно, у них с рогами всё также проблемно?

— Ох. Я буду аккуратной, правда, — пообещала Мелоди. Кажется, она прониклась этой проблемой чуть больше, чем надо. Запугал я кобылку...

Я отвёл свой бокал в сторону, чтобы чмокнуть её в носик. Она легко улыбнулась мне.

— Не всё так страшно. Всё зависит от того, сколько магии накачано. Для того, чтобы что-то почувствовать, её надо совсем немного.

— Хорошо, я поняла. — Мелоди приложилась к бокалу, медленно потягивая вино. И не стала останавливаться, сделав несколько глотков: напротив, она осушала свой бокал. Я поспешил сделать так же.

— Тогда... Начнём? — Она протянула мне пустой бокал, я подхватил его в магию и перенёс на тумбочку вместе с моим.

Меня охватил трепет и чувство предвкушения. Слишком много про это говорили, слишком хорошо я чувствовал себя, когда на самых низких уровнях магии потирал копытом рог.

Нотка вновь положила копыта мне на плечи, я наклонил голову к ней, чтобы ей было удобно, и накачал совсем немного магии в рог. Она помедлила в раздумьях, затем потянулась мордочкой к нему.

Лёгкое и аккуратное касание губами уже резко отозвалось приятным, но всё же приглушённым чувством. Летательные мышцы напряглись, то ли от предвкушения, то ли даже от такого касания к рогу.

Затем я почувствовал её язычок. Она робко лизнула меня, проходя поперёк бороздок, и из моей груди вырвался тихий стон.

— Я словно кактус лижу, магия слегка покалывает, — прошептала Мелоди, прежде чем снова поцеловать.

Я обнял её, опустив оба копыта к крупу и слегка сжимая. Она немного подвинулась, чтобы быть ещё чуть ближе ко мне, и усилила ласки. Теперь она лизала мой рог, медленно, неспешно, аккуратно. Длинные влажные дорожки заканчивались поцелуями, и я чувствовал каждую капельку её слюны, как она обжигала меня теплом и остывала на воздухе. И это я ещё так мало магии использовал!

Я начал постанывать. Крылья шелохнулись и приоткрылись. Нотка на мгновение остановилась.

— Это то, о чём я думаю, да? — всё тем же шёпотом спросила она.

— Ты... Отлично справляешься, — подтвердил я её догадку. Я из последних сил держал своё тело под контролем, но сдержать крыловой стояк получалось куда хуже, чем обычный. А уж про крылья Мелоди точно знала, слишком много пошлых шуточек ходило про пегасов.

— Радует. — Она вернулась к ласкам, увеличивая темп.

От такого вскоре крылья раскрылись полностью. А потом я сдался и перестал удерживать напряжение внизу живота. Естественная реакция организма жеребца сделала своё дело, мой член вышел из капюшона и встал во всю длину. И, конечно же, в одной из пауз Мелоди заметила это.

— Можно? — с придыханием спросила она, опустив одно из копыт мне на бедро, ожидая разрешения.

Я смог лишь очень кратко кивнуть ей. Дыхание сбилось, слов не находилось, я раньше не мог и представить, насколько же это приятно — когда лижут рог.

Она обхватила сгибом копыта мой пенис, провела вниз-вверх, наблюдая за моей реакцией. А потом вернулась к ласке рога. Теперь я застонал куда громче, два ощущения накладывались друг на друга неимоверно приятной волной. Я так точно долго не продержусь.

Мелькнула безумная идея — увеличить поток магии. Мне хотелось ещё сильнее ощутить эти великолепные ласки, и я решился и направил ещё больше магии в рог.

Мне дыхание перехватило, когда Мелоди снова широко лизнула его. Я прерывисто выдохнул, тело окатило приятной дрожью.

— Ты магию усилил? — в её голосе от былого смущения и страха не осталось и следа.

— Д-да, — теперь зашептался я, всё ещё стараясь поймать ритм дыхания. И медленно скользящее по члену копыто не очень мне в этом помогало.

— Я почувствовала, закололо сильней. Мне нежнее быть?

— Н-нет. Не больно колется? — выдохнул я, всё же чуть-чуть придя в норму.

— Нет, наоборот, приятно. — И вдруг она потянулась к самому кончику рога и обхватила его губами. Я чуть не вскрикнул, когда она немного качнула головой вперёд, обволакивая и лаская тонкий кончик языком. Милостивая Луна, милостивая Луна, я так с ума сойду!

Мелоди ещё подвинулась для удобства и серьёзно занялась рогом. Она ласкала его языком и покачивала головой, не касаясь зубами. Мысли разъехались в стороны, я закрыл глаза, я потерялся в своих ощущениях. Магия, моя магия сходила с ума! Она отзывалась по всему бренному телу волнами покалывающего удовольствия, исходящими от рога.

— Ах! Т-ты словно, ах... Ты словно мозг мне лижешь! — воскликнул я.

И почувствовал, как Мелоди хихикнула. Сладкой дрожью вибрация её голоса разнеслась по моему телу.

Затем она вдруг освободила рог и подула на него. Я вздрогнул от того, что многократно усиленное чувство, похожее на неожиданное касание кусочка льда к спине, пробрало меня от рога и до копыт. Она немного удивилась моей реакции и поспешно лизнула его, а потом вернулась к прошлым ласкам. Теперь меня окатила волна тепла, как от погружения в горячую ванную.

Я не мог так долго сдерживаться. Я часто дышал, открыв рот и хватая им воздух, моя слюна стекала вниз и капала на постель. Предвкушение разрядки волной накатывало на меня, я пытался удержаться, но эти ощущения полностью рушили мой самоконтроль.

— М-мелоди, я с-скоро... — я попытался предупредить её, но не мог справиться с речью. — П-подожди, м-м!

Вместо ответа она усилила ласки, лишая меня дара речи. Ещё несколько мгновений, вот язык проходится по самому-самому кончику рога — и я не выдерживаю. Из меня вырывается протяжный громкий стон, я изо всех сил стараюсь не двигаться головой, чтобы не ранить кобылку и самому не стукнуться рогом о зубы. Зато всё свободное тело слегка задёргалось, а крылья громко схлопнулись за моей спиной. Разряд магии срывается с рога, я кончаю, дёргающийся член выстреливает моим семенем на близко сидящую кобылку. Острое наслаждение держит меня ещё несколько секунд, восхитительных секунд, великолепных секунд, нарушая мою связь с реальностью.

Мелоди чуть отстранилась от меня. Смущённо подвигала языком во рту, пробуя на вкус эссенцию магии. Открыла рот — и плотный синий дым потёк вниз, тая в воздухе. Скоро магия растворится, от неё не будет и следа.

В отличии от спермы, которая обильно попала на шёрстку кобылки.

— П-прости. — Я указал копытом на мою "оплошность", всё ещё пытаясь отдышаться.

— М? А... Да ладно тебе, — отмахнулась Мелоди. Она разглядывала растекающиеся по шёрстке тягучие капли белой жидкости, бросая взгляды на мой опадающий член.

Вдруг она аккуратно взяла на краешек копыта одну из каплей, что уже медленно стекали по её животу вниз, и поднесла ко рту. И быстро слизнула.

— А эта — солёная! — выдала она вердикт. Я удивлённо вскинул бровь. И вот эта кобылка некоторое время назад боялась там чего-то и смущалась?!

— Мне, ух... Мне надо выпить. Будешь? — Я потянулся магией к вину на тумбочке. Но рог даже не вспыхнул, магия не слушалась меня.

Мелоди заметила мои потуги, сообразила быстрее меня, что к чему, и первая довольно проворно соскочила с кровати.

Забравшись передними ногами на тумбочку и оперевшись потом локтями, она без труда наполнила бокалы. Один она поставила на край тумбочки, другой взяла в правое копыто, опираясь на левую ногу, так как была левшой. Для пони, в отличии от людей, важно уверенно стоять на правильной ноге. Люди же, как я подметил, любят нагружать "неосновную" руку в случае чего, а совершать какие-то манипуляции уже свободной "основной".

— Держи. — Она протянула мне вино, я перехватил его копытами. Копытокинез намертво прикрепил бокал в месте касания со стеклом. Мелоди залезла на кровать поближе к тумбочке, взяла с неё свой, отпила, чтобы напиток не плескался, и переместилась ко мне.

— Спасибо, — выдохнул я, принимая кобылку в перьевые объятия и прижимая её к боку. Чувство магии постепенно возвращалось ко мне, я вновь мог колдовать. Поэтому через несколько секунд попросил Нотку чуть повернуться ко мне и убрал впитавшуюся в шерсть сперму, а затем и несколько пятен на простыне.

— Хорошее заклинание. — Она провела копытом по груди и животу, там, где было больше всего, взъерошив теперь сухую шёрстку.

Я хихикнул, вспомнив, как несколько лет назад стыдливо прятался по коридорам Кантерлота, чтобы незамеченным дойти до библиотеки вместе с испачканной простынёй, в надежде найти там нужное заклинание. Как ни странно, нашёл. Да, и вспомнить стыдно.

— М? — переспросила Нотка, приняв смешок на свой счёт.

— Да просто вспомнил, как я это заклинание изучил. — Я помотал головой, мол, "забей".

— М-м. Кстати, я очень удивлена такой реакции. Я впервые видела тебя таким, хм... Счастливым. Неужели это было настолько приятно? — Спросила она, слегка смущённо смотря на бокал вина, который держала у своей мордочки двумя копытами.

— Как видишь. Я сам не ожидал этого, — кратко ответил я, отпив вино. Во рту пересохло от того, что я держал его приоткрытым долгое время.

Мелоди тихо хихикнула.

— Я рада. Ну, что смогла тебе принести такое удовольствие. Никогда кстати не замечала в борделе, чтобы ласкали рог. Это довольно, ну... Интимным считается у единорогов? Чем-то совсем из ряда вон? Или как?

— Можно сказать и так, — ответил я ей. — Просто надо очень сильно доверять своему партнёру. Неаккуратное движение и вправду может превратить весь приятный момент в агонию.

— Звучит страшно. Но момент с доверием сочту за комплимент. — Вдруг она задумалась, и горько хмыкнула. — А если так подумать, то младший принц Эквестрии доверил свой рог бывшей певичке борделя из шахтёрского городка. Звучит, не так ли?

Я не сдержался от тяжёлого вздоха. Ну как её так резко развернуло на такие мысли?

— Мелоди, не накручивай себя своим прошлым, — обратился я к ней. — Ты же ведь совсем не такая. И я люблю тебя, как обычный жеребец может любить свою кобылку. А ты отвечаешь мне взаимностью. Думаешь, я не чувствую это?

Моя Нотка снова хмыкнула, расплылась в смущённой улыбке и посмотрела на меня. Глазки снова стали чуть влажными, неужели я так растрогал её своими словами?

— С-спасибо. Просто иногда я всё ещё думаю, что недостойна тебя. Мои заморочки, но... Ты словно из сказки. Доброй сказки. Так ведь в реальности не бывает, правда? — сбиваясь на шёпот, сказала она. — Глупость скажу, но мне страшно даже в шутку представлять, что всё это просто сон. Что однажды открою глаза, и пойму, что мне всё приснилось.

Я наклонился поцеловать её. Неспешный, чувственный поцелуй на пару мгновений обособил нас от мира.

— Сказки не целуются, — сказал я после. — Сказки не обнимают крылом. Сказки не спасают своих принцесс от реальных проблем и убийц. И не пьют с ними вино. Ты в суровой реальности, Мелоди Гленн. Придётся с этим смириться.

Она вдруг тихо всхлипнула, закрыла глаза и прижалась ко мне, всё ещё держа бокал в копытах и уже так привычно нырнув мордочкой к шее.

— Тогда я рада такой реальности. Она куда лучше сказки! — Осипшим голосом сказала она чуть позже.

Я ухмыльнулся и отпил вино, теперь перехватив его магией. Кажется, я тоже дёргаю те пресловутые струны её души. Освободив копыта, я смог приобнять кобылку левой ногой, повернувшись к ней телом.

Мы замерли в таких объятиях, наслаждаясь некой чувственной тишиной.

— Говоришь, мозг лизала? — вдруг спросила Мелоди с кокетливыми нотками в голосе.

— Только Фрайхарт не рассказывай, бедняжка от такого без стыдливого смешка на нас год смотреть не сможет. Мы ей сломаем все её романтические познания, — усмехнулся я в ответ. Конечно же, Мелоди ничего никому не расскажет.

— О, наша фракинайка рассказывала мне о том, как важен и интимен уход за крыльями. Естественно, очень жирно намекая на нас с тобой. Так что, насчёт года... — Весело и игриво протянула кобылка, и выпрямилась, подняв голову от меня.

— Ещё бы она не рассказывала, — снова усмехнулся я. Фрайхарт почему-то считала своим долгом словесно обучить любовному искусству каждого желающего и не желающего из нашей группы. Такие вот они, фракинайцы. Это не раздражало, но порой вводило в ступор.

— Ладно. Ну... Продолжим? Или же...

Точно. Мы же сюда не просто разговаривать пришли!

Я стал быстро пить вино, подняв голову вверх, словно красуясь. Теперь Мелоди поспевала за мной и быстро пила из своего бокала. Алкоголь скоро ударит ей в голову, и она совсем перестанет бояться меня.

Перехватив её опустевший бокал, я перенёс их вместе с моим обратно на тумбочку. Одновременно обволок Нотку магическим полем, чтобы аккуратно завалить её на спину. Как и рассчитывал, она мягко легла головой на подушку.

Я встал над ней на прямых ногах. От такой перемены ситуации она снова немного испугалась и подтянула копыта к себе, инстинктивно защищаясь. Я потянулся к её мордочке, осыпая её щёки и носик лёгкими поцелуями, ловя её губы своими и быстро отступая, чтобы снова поцеловать где-то ещё. Она успокоилась, обняла меня передними ногами за шею, сомкнув копыта за ней, и чуточку "повисла" ими. Задние копыта она расслабленно вытянула. Вот и хорошо.

Я начал спускаться ниже. Если ей так понравились поцелуи в шею, то я задержался, иногда слегка покусывая нежную кожу. Вдруг из груди Мелоди вырвался тихий стон. Она вовлекалась в процесс, её копыта на моей шее разомкнулись, и она стала водить ими по мне, поглаживая.

Ещё немного, и я продолжил спускаться, сделав шаг назад. Дорожка поцелуев пробежалась по её груди, и я почувствовал трепетное сердцебиение, когда прикасался рядом с сердцем. Несмотря на то, что прошло так много времени со спасения из Скайлэйка, несмотря на то что теперь она не голодала, Нотка была всё ещё неестественно худой для земной кобылки. Не было у неё нормального животика, не было так высоко ценимых пышных фланков. И я отчётливо ощущал мордочкой её рёбра. Слабость тела была расплатой за первую зарегистрированную в истории медицины мутацию голосовых связок. Впрочем, всё это почти не мешало Мелоди нормально жить.

Долго задерживаться на груди я не стал и спустился вниз, к животику. Нотка захихикала, легко шкрябнув из-за щекотки копытами по моей шее. Потом перестала так сильно тянуться и переместилась к щекам, в шутку сопротивляясь моим варварским пыткам и немного извиваясь. Затем безвольно положила копыта по бокам от себя.

Я совсем отступил к её задним ногам и лёг. Мелоди затаила дыхание и напряглась в предвкушении. Я дошёл до её вымечка и на пару мгновений остановился.

В отличие от разумных коров, вымя у пони было куда меньше и аккуратнее. Да и вовсе не похоже на их. Два мягких холмика, два соска. Я почему-то ещё в детстве пытливым и явно извращённым умом заметил, что у большинства животных такие интимные места выражены куда ярче, чем у пониподобных видов. У нас почему-то эволюция решила всё сделать менее заметно и аккуратно. К слову, такое различие было и между нами и людьми с их «грудью». И видимо, именно поэтому они носят одежду, даже когда тепло? Чтобы скрыть её и всё остальное? Для пони показ интимных мест был очень личным делом, в обществе кобылкам не принято ходить, задрав хвост вбок и широко расставив ноги, или же жеребцам размахивать вставшим членом. Может, у людей так же?

О чём я думаю, о чём я сейчас думаю?! Во имя моей темнейшей тётушки, я явно болен!

Откинув эти мысли, я похотливо оглядел кобылку с такого ракурса. И мы встретились взглядами. Она в ожидании подняла копыта ко рту и спрятала в их перекрестии свою мордочку, смотря на меня из-за красно-рыжей чёлки своими зелёными глазами.

К слову, о Фрайхарт. Неожиданно я понял, что её сальные шутки и беспардонные советы будут сейчас мне в помощь. Хоть я инстинктивно и понимал, что делать, но всё же, сейчас инстинктам я не доверял.

От возбуждения тёмные сосочки набухли и торчали вверх. Я лизнул один, и кобылка вздрогнула, тихо пискнув. Я ухмыльнулся такой реакции. Ну всё, любимая, берегись.

Я взял сосочек губами, и принялся его облизывать, вызвав тихий стон кобылки. Стараясь быть аккуратным, я ласкал её вымечко, переключаясь между двумя холмиками, иногда посасывая, иногда легко покусывая. Среди взрослых кобылок ходила сальная подколка, мол, «ни жеребчика, ни жеребца от вымечка не оторвать». Может, в этом есть доля правды? Потому что я начал увлекаться, мне нравилось, как Мелоди начала тихо постанывать.

Решив, что я достаточно наигрался, я отстранился и подул на влажные от слюны сосочки. Нотка тихо хихикнула.

Теперь — самая чувствительная часть. Я отполз ещё немного, а Мелоди полностью развела в стороны бёдра, открываясь предо мной. Я поднял взгляд, чтобы посмотреть на её мордочку. Она прикусила левое копыто, прикрыла глаза, её грудь часто вздымалась вверх и вниз. Я принюхался. Сладкий, возбуждающий, естественный запах кобылки, который недавно защекотал мой нос, стал ещё сильнее. Какая прелесть.

Я собрался с мыслями, опустил голову вниз и припал к её естеству, сразу же резво пройдясь языком, небрежно и нетерпеливо шевеля им. И Мелоди неожиданно так громко ахнула, что я в испуге отстранился.

— Ха-ах. П-прости... — сбившись с дыхания, сказала она. Кажется, Нотка как я со своим рогом. Гиперчувствительная.

Я вновь опустил голову, но на этот раз замедлился и не стал спешить. Медленно проникал языком чуть-чуть вовнутрь, двигал им вперёд-назад и вверх-вниз, отчего постанывать Нотка стала чуть громче. Вопреки глупым жеребячьим подростковым ожиданиям "вкус" моей кобылки не был каким-то противным, поэтому я отбросил последние капли сомнения и сконцентрировался.

Ориентируясь на её реакцию и вспоминая всяческие "особые" книжки и журнальчики, я усилил ласки. Судя по звукам, Мелоди с толикой силы отбросила передние копыта от мордочки на кровать и откинулась головой на подушку. Вскоре она снова стала извиваться и очень живо реагировать на мои движения, и я стал куда увереннее ласкать её, выискивая языком особо чувствительные зоны. Стоны стали неприлично громкими, она стала шаркать передними копытами по кровати, а потом и расслабленные задние стали непроизвольно дёргаться. Но это мне мешало, поэтому я немного подвинулся и стал придерживать бёдра кобылки.

Несмотря на чувствительность Мелоди и мои довольно дилетантские, но активные ласки, прошло достаточно много времени, прежде чем я почувствовал, как кобылка приближается к грани. Мышцы её тела напряглись, стенки её влагалища стали упруго сжимать мой язык, когда я вторгался вовнутрь.

— В-в-войс! — протяжно провыла Нотка моё имя, прежде чем снова нечленораздельно застонать.

Резко поднявшись языком вверх, я с небольшим затруднением отыскал клитор и принялся за него. Её стон поднялся по громкости почти до крика, она сильно напряглась, ещё мгновение, и...

Она кончила. Её сильно содрогнуло, она выгнулась спиной и задёргала тазом навстречу моей морде. Её петелька стала очень влажной, но я не остановил свои ласки, а накинулся с новой силой на самый чувствительный участок. Мелоди извивалась под моим языком во власти своего оргазма, я старался растянуть её пик, вспоминая, как улетел в другую вселенную, когда сам испытал подобные прекрасные чувства.

Но вскоре её отпустило, она перестала так стонать и очень часто задышала, ловя ртом воздух. Наверное, у меня был такой же блаженный вид, как у неё сейчас. Она всё ещё держала глаза закрытыми, а я напоследок потревожил клитор ещё раз, заставив кобылку вздрогнуть.

Я неспешно поднялся к Нотке и лёг рядом на свободное место, давая моей любимой отдышаться. К моему удовлетворению и некой гордости жеребца, она нескоро смогла закрыть рот и прийти в себя.

— Понравилось? — горделиво спросил я её, когда она повернулась ко мне и посмотрела мне в глаза.

— Понравилось? — с небольшим вызовом в голосе переспросила Мелоди.

А потом собрала все свои силы и набросилась на меня. Я поддался её рывку, переворачиваясь на спину и ловя её в объятия, а она припала ко мне и совершенно агрессивно поцеловала меня.

— Это. Блядь. Было. В разы! Лучше! Чем копытом! В каждую сучью течку! — воскликнула она сразу после поцелуя, чётко разграничивая интонацией слова. Я даже чуточку опешил, а потом заулыбался до ушей. Моя Нотка умеет ругаться, куда же катится этот мир? Вот уж тёмный омут мне достался!

— Я рад, что тебе понравилось, — всё ещё улыбаясь, сказал я. — Но... "Сучья течка"? Такие грязные слова?

— Не привыкай, — муркнула Мелоди на выдохе, а затем с новым вдохом в её голосе появились нотки шутливого упрёка. — Ты меня совсем раззадорил!

Я лишь кратко хихикнул в ответ, а она расслабилась, свесив голову вбок и уткнувшись носом в подушку, на которой я лежал. И тихо постанывала от ускользающего блаженства.

К слову, лаская Мелоди, я настолько увлёкся, что не заметил, как сам сильно возбудился. Крылья неприятно упирались в кровать, требуя свободы, и я извернулся, позволяя им полностью открыться. И Нотка ведь сейчас лежала на моём члене, и, конечно же, не могла это не почувствовать.

— М-м. Финальный раунд? — прикрыв глаза, проворковала она и чуть пошатнулась вперёд-назад. А ведь она удачно так лежит, да и поза, о которой я подумал, должна получиться...

Мелоди потянулась вставать, и я переместил свои копыта ей на бок, дав кобылке подняться только на передних ногах, и придержал, когда она попыталась выпрямить задние.

— М? Пусти, я как обычно встану, — чуточку растерянно сказала она.

— Как обычно? — с улыбкой подловил я её. Она цокнула и снисходительно улыбнулась.

— Ну ладно, ладно, не цепляйся к словам. «Как надо». Мордой вниз, крупом вверх, хвостик бок, — описала она самую обычную позу. — Или есть идеи?

— Есть. И ты очень удобно на ней сидишь. — Я показал копытом туда, где соприкасались наши тела.

— Что? О. Оу! — Догадалась она. И вдруг хитро улыбнулась. — Дай угадаю, Фрайхарт подсказала?

— Ты о чём? — переспросил я.

— Она мне сказала однажды, что самая лучшая поза в первый раз для кобылки — когда она сверху вот так будет. Ну, что это позволит ей не спешить с проникновением. — И, к моему удивлению, Нотка ни капли не смутилась, говоря такие вещи. Я её сломал? Как её починить? Что я наделал!

— Нет. Но теперь звучит очень логично. Ну, я про позу.

— Давай тогда так попробуем.

Я опустил её бок, и теперь она смогла спокойно встать на все четыре, чтобы чуть-чуть подвинуться. Я магией приподнял свой пенис, потянув его вверх, как мог. Мелоди следила за моими действиями, опустив голову вниз.

— Слушай. Я раньше не подумала, а сейчас смотрю... А ты у меня крупный жеребчик. Ну, для меня, — ухмыльнулась она. И я хихикнул в ответ.

Я и так как аликорн довольно высокий, так ещё и Мелоди не самая рослая кобылка.

— Как думаешь, сильно больно будет? — Она подняла голову. Не то, чтобы она боялась боли, судя по её интонациям. Просто слегка переживала.

— Могу обезболить, — предложил я. — Но тогда, боюсь, ощущения будут не те.

— Хм... Не надо. Не думаю, что это настолько больно, — решила она.

— В любом случае, не торопись, — заботливым тоном сказал я.

— Ладно. Не будешь потом сильно напирать?

— Не буду. Да и не получился как раз с такой позой. Ты контролируешь движения, — успокоил я её.

— Хорошо. И это, пока мы не начали. Е-если что, мне до охоты ещё пару недель примерно, я слежу за этим. Так что, н-ну, если что, то... — И всё же такая пикантная тема вернула смущение моей Мелоди, она стала заикаться и покраснела.

Я задумался. Если правильно подобрать слова, то...

— Не думаю, что нам с тобой грозит что-то такое, — произнёс я.

— Почему? — слегка удивлённо переспросила она.

— Я же аликорн. У аликорнов с этим проблемы.

— А-а... — Протянула Мелоди. Потом нахмурилась. — А как же Фларри Харт?

— Там с бубном плясали. Магическим, — пошутил я.

— Хм, ну, если ты уверен в этом. И... — Вдруг она покраснела ещё сильнее, а её взгляд начал избегать меня. — Можно тебя тогда попросить кое о чём?

— Конечно.

Мелоди уже приоткрыла рот, но замялась.

— Хотя ладно, забей, — отказалась она от своей же просьбы.

— Говори, не стесняйся. — Я погладил её копытом по шее, немного взъерошив шёрстку. — Ты хочешь, чтобы я что-то сделал?

— Мгм, — она кратко кивнула.

— И что же?

Мелоди смущённо наклонила голову вниз.

— Не посчитаешь извращенкой? — очень тихо спросила она.

— Нет. Если только ты меня уже не считаешь извращенцем из-за рога.

Она странно ухмыльнулась, но затем чуть встрепенулась.

— Нет, нет, конечно, нет, —легко замотала она головой в отрицании.

— Тогда говори. Обещаю, никому не расскажу!

Нотка кратко хихикнула.

— Ловлю на слове. Хорошо. — Она ненадолго замолчала. — Можешь... Ну точно в меня... кончить?

Я не смог сдержать удивления и приподнял брови, хоть и догадывался, к чему она ведёт.

— П-просто, я... — начала оправдываться Нотка, совсем покраснев как помидорка и ускорив темп речи. — Я м-много раз читала про это во всяких там любовных к-книжках, и хотелось бы попробовать, и...

— Хорошо, хорошо, — тихо произнёс я. — Это не такая странная просьба, чтобы так сильно краснеть.

— С-спасибо, — улыбнулась она мне. А затем потянулась, чтобы поцеловаться, и я приподнял голову, отвечая на краткий порыв.

— Аккуратно опускайся. — Я лёг обратно на подушку и вновь объял свой член магией, а своими длинными копытами легко дотянулся до боков кобылки. — Я не буду давить, просто немного направлять.

— Мгм, — она чуть кивнула мне и сосредоточилась.

Теперь я решил поддаться инстинктам, потому что и не мог представить, как будет лучше. Сердце бешено заколотилось: несмотря на все предшествующие ласки, именно этот момент чувствовался трепетным и очень сильно волнующим.

Мелоди опустила голову вниз, смотря туда, где наши тела скоро соединятся, потопталась на месте, примеряясь, и стала медленно, аккуратно опускать круп. Я развёл задние ноги, как это делала недавно она.

И почувствовал, как мы коснулись друг друга. Почувствовал влагу, прикосновения скользящих по головке складок. Но мы не попали. Нотка чуть отступила, я стал водить членом с помощью магии.

— П-повыше, — резко подсказала она мне через несколько секунд. Она медленно подалась назад, и послушавшись её совета, я ощутил, как стал проникать в неё. Меня охватил нешуточный трепет.

— Не с-спеши, расслабься, — напомнил я ей, развеивая магию. Мелоди кратко кивнула головой, как могла из такой напряжённой позиции.

Нотка непроизвольно сжимала мышцы влагалища, поэтому я с сопротивлением проникал в очень тёплое и влажное лоно кобылки. Мы двигались очень медленно и аккуратно, я полностью отдал весь процесс в копыта любимой, стараясь не двигаться и не дёргаться. Вдруг через пару мгновений Мелоди замерла и поморщилась. Я догадался почему — мы приблизились к плеве, и её неприятно потянуло. Хоть и вошла, по сути, только одна головка, и то неглубоко.

— Ну что, поверим Фрайхарт? — Нотка подняла голову и ухмыльнулась.

— А стоит? — спросил я в ответ.

— Ну вот и узнаем. Она говорит, что это не так больно, надо просто... — Нотка вдруг замолчала, закрыла рот и прикрыла глаза.

А потом резко села, приняв в себя всю мою длину. И моментально оскалилась от боли.

— Ой-ёй! — Она попыталась подняться назад, но ей стало больнее. — Ай!

— Замри! — воскликнул я, наконец перестав тормозить от такой резкой выходки. Мелоди послушалась меня и застыла на месте. Я почувствовал, как по члену и яйцам стекают капельки чего-то тёплого. Её кровь.

— Уй, блин, меня словно бревно изнутри распирает, да так больно, — захныкала Нотка, открыв глаза. Пару слёзок сорвались с уголков глаз и покатились по щекам, тая в шёрстке мордочки. Я накачал магию в рог, вспоминая Обезболивающее заклинание, но кобылка похлопала копытом по мне и помотала головой.

— П-подожди, сейчас пройдёт. Д-дай я лучше сяду, ноги дрожат.

Издав ещё один протяжный «ой», она опустилась обратно. И застыла, ожидая, когда боль спадёт. Я чувствовал, как она сжимает мой член в себе, и как я упираюсь куда-то. Если вспомнить те пресловутые уроки в школе, то у кобылок в среднем влагалище длиннее, чем в среднем же пенис жеребца, поэтому должно оставаться немного расстояния до шейки матки.

Только вот это всё в среднем, а мы с ней выбиваемся из нормы.

— Ты в порядке? — ляпнул я банальнейший вопрос.

— Нет конечно! Меня почти насквозь проткнул своим членом аликорн! — с сарказмом воскликнула Мелоди, но потом сбавила тон. — Проходит боль, всё хорошо.

Ещё немного посидев, она наклонилась вперёд и попробовала приподняться. И тихо всхлипнула, зашипела, а по освободившемуся участку члена вновь скатились несколько красных капель. Не слишком много? Мы не доигрались?

— Нотка, точно всё нормально? Больше ничего не болит? — Обеспокоенно спросил я.

— А? Нет, нет, утихает боль. Вроде всё проходит, — немного растерянно ответила она, прислушиваясь к ощущениям. — Просто привыкнуть надо. Не надо было так резко, я тупая. И Фрай пусть со своими советами под хвост идёт.

— Ложись на меня и покачивайся. Я попробую помочь, — посоветовал я, зашуршав задними копытами, чтобы найти опору получше для движений навстречу.

Она послушалась и аккуратно легла на меня. Некоторое время мы не двигались, чтобы Нотка привыкла. Но потом начали пытаться что-то делать. Как я и рассчитывал, помогая ей двигаться вперёд-назад и попадая в неуклюжий такт, мы смогли добиться более-менее оптимальных движений. Мелоди тихонько застонала и положила голову мне на грудь, удобно расположившись. А я сосредоточился на ощущениях.

Они были совсем другими. Если ласки моего рога ублажали мой разум, то это чувство напротив, отключало его. Исчезали мысли, я словно зверел, и ощущал какой-то внутренний зов. И я поддался ему.

Копыта словно сами принялись обнимать и ласкать мою кобылку, скользя ей по спине, мои движения стали плавнее, я ловил такт и начал медленно ускоряться. Стоны Мелоди снова становились протяжнее и громче, а вскоре и я сам стал слегка постанывать.

Через некоторое время мы притормозили и Нотка поднялась на передних копытах. Но сделав несколько примерочных движений вперёд-назад, она нашла то положение, где ей было удобнее всего. И теперь мы двигались медленнее, но немного глубже, что явно нравилось ей больше. Она даже закусила губу и прикрыла глаза, погружаясь в свои ощущения.

Но чем сильнее она уставала, тем хуже становились движения. Ритм сбивался, она всё чаще стала покачиваться из стороны в сторону, стараясь сохранить равновесие. Ни о каком ускорении, которого я хотел, не было и речи.

— Давай... Давай поменяем позу, — предложил я ей.

— А-ах? — выдохнула она, и остановилась. — Д-да, давай.

И медленно поднялась. После горячего лона кобылки воздух в комнате показался прохладным. Нотка аккуратно переступила через меня, уйдя вбок и не наступая на крыло, тем самым позволив мне встать.

— А как ты хочешь? — спросила она чуть позже.

Я задумался. Мой взгляд упал на край кровати, и в голове появилась идея.

— Ложись сюда на спину. — Я потянулся и постучал копытом в нужном месте. — Так, чтобы копыта задние на краю были.

Проследив за мной, кобылка задумчиво кивнула.

Я спрыгнул с кровати и подождал, пока она сначала легла на бок. Непослушно раскрытые крылья мешались мне, но сейчас сложить я их не мог.

— И мне просто повернуться на спину? — Я угукнул, и она поступила так, как надо. — А, вот как.

Идеально. И высота кровати подходящая.

Я подошёл к ней, она снова расслабила задние ноги. Следы крови выделялись даже в таком тусклом освещении, и я решил убрать их, повлияв магией.

— Ой, — тихо сказала Мелоди, ощутив покалывающее касание к чувствительному месту. — Зачем?

— Что? Я просто кровь убрал, честно, — ответил я.

— А. Л-ладно. Иди ко мне, — позвала она почти шёпотом.

Я поднялся передними копытами на кровать, оставаясь задними на полу. Теперь проникновение получилось легче, так как я мог всё видеть и помогать магией. Мелоди протяжно застонала, когда я снова вошёл в неё.

Я начал двигаться. Мы ещё не успели сильно остыть, и наши вздохи и стоны быстро нарушили гулкую тишину комнаты. Нотка обняла меня задними копытами по бокам, а передними растерянно скользила по груди и шее, как могла дотянуться.

Постепенно мне захотелось ускорить темп, я чувствовал, как приближаюсь к концу. Новые, ранее неизвестные для меня ощущения, отдача и реакция кобылки, её стоны: всё это довольно быстро подвело меня к грани. И толика неуклюжести в моих движениях от неопытности не сильно мешали.

На последних мгновениях я с напором вошёл в неё, прижался к ней, вдавился членом. Она как-то по-особенному резко простонала в ответ, и мысль о том, что я сейчас кончу в неё, окончательно вытолкнула меня за черту, я больше не мог удержать это сладкое напряжение.

Оргазм схлопнул мои крылья за спиной, а затем волна острого наслаждения унесла меня вдаль. Я выстрелил в Мелоди своим семенем, ощущая, как моя же сперма обволакивает мой член, растекаясь внутри кобылки.

Едва приятные, невероятные ощущения отпустили меня, я немного согнул передние копыта и припал к Нотке, чтобы поцеловать её. Дыхание у нас давно было сбито, и мы шумно ловили воздух, возвращаясь раз за разом к поцелую. Она взъерошила мои волосы своими копытами, удерживая мою голову, не позволяя отстраниться раньше, чем ей хотелось бы.

Лишь через некоторое время я смог отступить назад и выйти из кобылки. Нотка приподнялась, чтобы осмотреть масштаб последствий.

— Ну мы и наследили, — ухмыльнулась она, смотря на растекающееся пятно спермы на простыне на краю кровати.

Я повторил то заклинание. Словно ничего и не было.

— Я говорила тебе, что это удобно?

— Говорила, — с улыбкой ответил я ей на риторический вопрос.

Она кивнула мне. Затем обессиленно легла на бок.

— Ложись? — Она приглашающе постучала копытом по месту рядом с собой. Я подождал, пока мои крылья полностью успокоятся, залез обратно на кровать и лёг к ней.

Мелоди сразу потянулась в тесные объятия, привычно нырнув к моей шее, и, немного поёрзав, мы заняли с ней удобную позу. Пришлось подтянуть кобылку вверх, чтобы мои задние копыта не так сильно свисали с края.

Мы молчали, наслаждаясь тающими отголосками приятных ощущений.

— Ну и как? В книгах не наврали? — начал я разговор через некоторое время.

— М? — Она сначала не поняла, о чём я, но потом прыснула от смеха. — А-а, ах-ха, вот ты про что... Ну, мне понравилось. В этом что-то есть. Такое, ментальное.

— Поздравляю, в наш первый раз мы создали тебе фетиш, — пошутил я.

— Я не против, — отозвалась она. — В конце концов, это не самое худшее, что могло со мной произойти в первый раз.

— Не самое худшее?

Она промолчала.

— Нотка?

— В том борделе много чего плохого происходило, — заговорила она, и интонации её голоса приобретали мрачные краски. — Знаешь, к кобылкам там клиенты относились далеко не ласково. Душили, били, издевались. А если попадался грифон, то у них было в моде разодрать когтями спину и бока. Словно в отместку всем пони. А на моих глазах одну из них просто убили, я вроде рассказывала тебе. Если подумать, мне досталось меньше всего. И я до смерти боялась, что Грозноклюв и меня начнёт подкладывать под жеребцов. Не самое счастливое начало половой жизни, правда? Думаю, рано или поздно меня бы придушили в экстазе. Ну или что-то типа того.

— Прости. — Я чуть сильнее прижал её к себе. — Я не хотел, чтобы ты это всё вспоминала. Мне стоит чаще молчать.

— Да ладно. — Я почувствовал поцелуй в шею. — Это всё осталось в прошлом. Спасибо тебе ещё раз за всё, что ты для меня сделал.

Я наигранно вздохнул.

— И когда ты устанешь меня благодарить?

— Ни-ког-да! — Нотка решила свести всю тяжесть разговора в шутку, и по-детски разделила слога, подкрепляя это интонациями. А затем несильно укусила меня в шею, заставив меня чуть дёрнуться от неожиданности. — Кусь.

— Кусь? — Я расплылся в улыбке. — Кусь. Ты невероятна, Мелоди. И я тебя люблю.

Она сама на пару мгновений сильно сжала меня в объятии.

— Я тоже тебя люблю.