# Восхождение героя - Сансет Шиммер

ikr

Что случится, если Сансет Шиммер будет для Селестии не просто ученицей, но дочерью?

Собственно, рассказ написан как ответ на вышеописанный вопрос. Для интереса я решил ещё перелопатить мир, скрестив зазеркальных людей (то бишь обычных человеков) и пони. Результат выставляю на обозрение. Надеюсь кому-нибудь зайдет такая своеобразная штука и я выложу продолжение) С целью лучшей визуализации сделал очень простенькую карту мира(в будущем попытаюсь её дополнить).

[Изображение: https://cdn.discordapp.com/attachments/445163778015887360/853226272745193502/ST.jpg]

## Начало

Ветра холодной зимы свободно резвились на улицах Кантерлота, словно полноправные хозяева города. С диким воем они гоняли стаи снежинок из стороны в сторону и мучали немногих прохожих, укутанных по самую макушку. Бедняги, Дискорд их попутал рискнуть выйти наружу во время вьюги. А ведь тем временем большинство горожан сидело дома в тепле и уюте, попивая чаек или горячий шоколад.

Сегодня был выходной, последний штиль, предвещающий бурю которая вскоре захватит Кантерлот аккурат перед днём Согревающего Очага. Когда нагрянет шторм, куча народу вывалит из своих домов, спеша в последнее мгновенье подготовиться к наступающему празднику, создавая бесконечные очереди, распродажи и толкучку в магазинах и на улицах. И даже вьюга не помешает этой безумной толпе, но до всего этого оставалась еще целая неделя.

Да, сегодня был выходной и все отдыхали, даже королева Селестия решила взять отгул от своих монарших обязанностей, чтобы провести день вместе со своей дочуркой. Её величество расположилась на мягкой подушке у камина, обернувшись теплым пледом. Королева выглядела великолепно, впрочем, как и всегда, великанша почти три метра ростом, прекрасная лицом и телом, настоящее воплощение изящества с белоснежной кожей, легкими, как облако волосами и всегда улыбающимися лиловыми глазами, она вызывала благоговейный трепет у каждого, кто завидит её сиятельство. И сейчас, образ Селестии дополнял красно-желтый комочек жизни, сидящий у неё на коленках. Еще совсем маленькая девчушка лет шести выглянула из-за пледа матери, чтобы высоко-высоко поднять свои любопытные бирюзовые глазки и спросить очередной вопрос:

— Мамочка, а ты можешь рассказать какую-нибудь историю?

— Хочешь услышать еще одну сказку?

— Нееет! — Жалобно заявила девочка. — Не хочу больше сказок, это все выдумки для детей, хочу настоящую историю.

— О, Сансет, — Селестия тихо засмеялась, — вижу-вижу, ты уже давно не ребенок, но чтобы узнать настоящую историю тебе сначала придется научиться читать. Потерпи немного и скоро сама сможешь перечитать всю нашу библиотеку, обещаю.

— Я уже умею читать, — девочка показала пальцем на щит с гербом королевства, висящий над камином, и прочитала на нем надпись, — эк-вес-три-я рег-нум, видишь.

— Сансет, когда это ты научилась читать старую речь? – Искренне удивилась королева.

— Совсем недавно, классно правда?

— Ты сама занималась? Не припомню, чтобы включала в твой учебный план такие уроки.

— Я попросила мистера Грина сразу начать учить меня всем возможным языкам, а то уроки были слишком скучными. Представляешь, когда я закончу учиться, смогу прочитать столько классных книг и стать самой умной в королевстве!

— Ах ты моя умничка. — Селестия погладила по головке гордо улыбающуюся Сансет. — Хорошо, раз ты так рвешься научиться читать, завтра я подберу для тебя несколько книг.

— Но ... но может расскажешь что-нибудь прямо сейчас, ну пожалуйстааа? — Жалобно спросила Сансет, умоляюще смотря на Селестию.

Королева вновь рассмеялась.

— Твоя взяла. Но какую же тебе рассказать историю? … Придумала, давай я немного расскажу об истории нашего мира, а ты потом сравнишь с учебником, как раз научишься проверять истинность чужих слов, ну что, идет?

— Да! Ура! — Девочка развернулась, удобно расположилась на коленках у матери и принялась внимательно слушать.

Чтобы её рассказ был наглядней, Селестия леветировала с полки ближайшего шкафа увесистый атлас и открыла карту исследованного мира перед лицом маленькой девочки.

— В мире есть три континента: Эквестрия, Грифония и Зебрика. Все три названы в честь чудесных животных, обитающих там.

Селестия махнула рукой и перед книгой возникли магические образы коня, грифона и зебры, проецируемые из сознания королевы. Сансет завороженно смотрела на движущиеся картинки перед собой. И тут образы пропали, чтобы девочка могла вновь увидеть перед собой атлас, на нем были изображены очертания континентов, только два из них не были покрыты белыми пятнами.

— Хоть сейчас практически весь океан и часть суши остаются для нас загадкой, но даже так можно сказать, что в каждом уголке света живут люди. Десятки народов, сотни культур и множество языков, мы все такие разные, но и одновременно так похожи друг на друга. С некоторыми мы знакомы очень давно, когда об остальных узнали всего пару десятилетий назад.

Перед глазами Сансет предстали образы далеких туманных берегов, жарких пустынь, скалистых хребтов и голубых островов. Незнакомые места, населенные чуждыми ей людьми. Среди них девочка увидела высоких дам и господ со смешными крючковатыми носами, их позы и движения так и сквозили высокомерием. Они были одеты в меха, украшенные разноцветными перьями, и восседали на огромных грифонах, благородных и гордых созданиях, под стать своим наездникам. В других же местах Сансет увидела костлявых людей, одетых в шкуры животных, у них была темно-коричневая кожа и длинные шеи. Перед ней предстала сцена как группа этих людей скачут верхом на низеньких конях в черно-белую полоску по саванне, в руках они держали копья и щиты. Девочка испугалась свирепого вида этих дикарей, но потом она увидела образы где целые деревни и города этого странного народа празднуют, жители улыбаются и смеются, каждый от мала до велика обмазан разноцветной краской и носит множество золотых колец на всех частях тела, они поют и исполняют причудливые танцы. Даже не слыша звуков праздника, Сансет стало весело. Следующей сценой девочка увидела смуглых людей пустынь, укутанных тканью с ног до головы. Они храбро преодолевали барханы на огромных желтых крабах. И за очередным песчаным гребнем Сансет увидела город этих людей, выточенный в скале. Усталые путники приближаются к поселению, их встречают дружелюбные местные жители в таких же одеждах, они делятся с прибывшими водой и хлебом.

— Сейчас идет эпоха когда люди со всех концов света вновь знакомятся с давно потерянными братьями и сестрами. Но не смотря на все старания храбрых мореплавателей и землепроходцев, нам еще многое предстоит узнать.

— Мама, а ты сама все это видела? — Спросила Сансет, не отрывая взгляда от картинок.

— Конечно сама, любой правитель должен стремиться к получению знаний об окружающем мире, если он хочет добиться успеха в своих начинаниях.

— Я тоже хочу когда-нибудь увидеть все это!

— Обязательно увидишь, но только когда вырастешь, а пока тебе нужно учиться и слушать маму. — Селестия вновь погладила девочку по голове.

— Буду, обещаю! — Воскликнула радостная Сансет, после чего кинулась обнимать королеву. — Я тебя люблю.

— И я тебя, дорогая. — Одной рукой Селестия погладила по спине девочку.

— Мамочка, а почему люди в других местах такие разные?

— Это сложный вопрос, со сложным ответом, но если хочешь, я расскажу.

Королева отпустила свою дочь и та тут же повернулась обратно к атласу. Селестия телепортировала указку и, леветируя её в воздухе, отметила границы огромного леса, занимающего добрую одну треть королевства Эквестрии.

— Если я правильно помню, то сейчас ученые считает, что все живое на нашей планете было рождено хаотичной магией Вечносвободного, Вечноменяющегося, Вечнодикого Великого Леса. Жизнь кипит в нем и новые виды постоянно то появляются, то исчезают под его кронами, некоторым даже удается закрепиться или вовсе покинуть лес. В рядах этих счастливчиков находятся известные нам растения и животные. Когда-то давным-давно они смогли выбраться и успешно расселиться по всему миру, это было еще до моего рождения и до первых письмён.

Перед Сансет предстали сцены борьбы за жизнь причудливых и ужасных животных и растений, происходящих под листвой таких же странных деревьев, закрывающих солнце своей зеленой листвой. Там царствует простая истина бытия — более крупный, сильный или хитрый пожирает слабого. Девочка спряталась за пледом, но любопытство пересилило страх и она одним глазком взглянула на страшных чудовищ с пастями, полных острых клыков, когтистыми лапами и набором шипов.

— Магия леса непредсказуема, как и рождаемые ею существа. Из его чащи могут выпрыгнуть маленькие лягушки, а могут выйти и грозные гидры. Такое непостоянство делает Великий Лес очень разнообразным, поэтому его и сложно поделить на части, ибо процесс рождения новых видов еще ни разу не останавливался, но это не невозможно, ведь создание чего-то совершенно нового занимает много времени и мы успеваем немало узнать о нём. К примеру, так была открыта главная и постоянная закономерность Великого леса — чем глубже в него заходишь, тем опасней он становится.

Появились новые образы, сменяющие друг друга. Сначала Сансет увидела, как из-за деревьев с черной корой и темно-зеленой листвой, окутанных фиолетовым туманом, выглядывали стаи горящих желтых глаза. Затем появились бродящие деревья, что за одну ночь перемещаются на несколько метров и тем самым путают путников. На них висели лозы, которые опутывают во сне животных, чтобы задушить их и медленно выжать из них все соки. Дальше из ниоткуда возникло облако грибка, паразитирующего на всем живом. И под конец, перед Сансет появились образы вкусных и сочных плодов, превращающие съевшего их в деревья на ветвях которых растут точно такие же плоды.

— И однажды, вместо опасного и быстрого зверя, из глубины леса вышли первые люди. Наши предки были слабей и медленней остальных животных, но у них был разум и способность управлять магическими потоками, что и помогло им выжить. Произошедшее дальше точно неизвестно, у нас очень мало источников, но предполагается что в какой-то момент люди нашли выход из Великого Леса и часть из них покинула его в поисках более безопасных и плодородных земель. Кто-то отправился на север и поселился на Янтарных Равнинах, кто-то пересек южные Бесконечные Топи и поселился в джунглях и пустынях, а кто-то уплыл за море.

Сансет увидела картинку как из-за стволов толстых деревьев выглядывают первые люди, загнанные и испуганные, они со страхом и неверием смотрели на огромную зеленую равнину, на голубое небо и приветливое летнее солнце.

— Известная нам история начинается с хроник написанных за тысячелетие до образования Эквестрии. Ещё до создания бумаги, их записывали на каменных и глиняных табличках, кожах животных, коре и древесине. И даже на самых старых из них уже присутствует разделение нашего народа на малые и большие племена. Скажи Сансет, как много ты знаешь?

— … Я вспомнила! Ты называла их, когда мы читали сказку про девятерых братьев. Есть племя равнин, лесов, болот, гор, небес, ночи, пустыни, кристаллов, а еще есть черное племя. — С каждым перечисленным названием, девочка загибала палец.

— Ты мое солнышко, все правильно. — Селестия вновь погладила Сансет по голове. — Считается, что люди покидали Великий Лес постепенно, поэтому некоторые племена так сильно отличаются от нас.

— А мы самое главное племя, да?

— Сансет, нельзя так говорить, помнишь стишок: "Все племена нужны, все жители Эквестрии важны". Мы все равны и по мере своих возможностей одинаково заботимся друг о друге. Если начнем выделять главных — быстро поссоримся. Это как с твоими игрушками, если ты выберешь любимую, остальные обидятся, ты же не хочешь этого?

— Нет.

— Тогда нужно любить их одинаково.

— Я поняла. Прости, что так подумала.

— Ничего страшного, Сансет, ты еще растёшь и тобой будет совершенно много ошибок, главное признать их и по возможности исправить.

Девочка вздохнула, ей правда не очень хотелось слушать еще одну нравоучительную историю.

— Мам, ты хотела рассказать что-то про племена.

— Точно. Каждое из них по своему особенно и живут они в особых частях нашего королевства. Давай встретим некоторых из них.

Страницы книги перелистнулись на подробную карту королевства. В центре располагался огромный Великий Лес, разделенный пунктиром на множество больших и малых владений. К северу от него лежали богатые и плодородные Янтарные Равнины, а южнее его границ раскинулись Бесконечные Топи, влажные и непроходимые болота.

— Великий Лес условно делится на две области: Зеленолесье и Чернолесье. Первое — это широкая полоса, кольцом сжимающая сердце леса, её населяет племя лесов, мы еще называем их лесниками.

Появилось изображение низенького мужчины, жилистого, с острыми чертами лица, из его лба росли лосиные рога, а кожа была цвета спелого винограда. На нем была надета броня, а в руках он держал составной лук, все это было сделано не то из дерева, не то из частей какого-то животного, не то из металла, а может из всего сразу.

— Они живут в небольших одиноких деревнях или в больших городах-крепостях, но даже толстые стены не могут полностью защитить их от опасностей Великого Леса. Постоянная борьба закалила племя лесов, они стали хитрыми и ловкими охотниками и воинами. Говорят, что нет такого трофея, который не может добыть лесник. А выбор в Великом Лесу поистине широк, он скрывает в себе множество богатств, от лучшей древесины и дичи, до древних руин и артефактов, все это и составляет основу богатства княжеств Зеленолесья.

— А что это такое, эти княжества?

— О, это владения племени, как у нас графства, только ими правят князья. Их выбирают на всеобщем собрании княжества, коронуют венцом из переплетенной лозы на пожизненное правление. Стать князем достоин лишь лучший охотник, воин или мудрец, ибо недостойного князя могут сместить его же подданные. Лесники передают из уст в уста легенды о князьях древности, достойнейших из достойных, говорят, что они носили короны из своих собственных рогов и бороды из мха.

— Правда!?

Селестия рассмеялась.

— Да, эта легенда не врет.

Селестия махнула рукой и изображение сместилось сначала на город, окруженный мощными стенами и укреплениями посреди зеленого океана леса, а потом на каменный, дворец стоящий в центре поселения, он был украшен искусной резьбой по дереву и камню. В его чертогах на троне из дуба восседал мужчина в дорогих темно-зеленых одеждах с серой, как ствол дерева кожей, большой бородой и густыми волосами зеленого цвета, в них росли цветы и мох, а голову его украшала корона из его же рогов, сточенных определенным образом.

— Ух ты. А у него на голове птицы вьют гнезда?

И вновь вопрос дочери заставил Селестию рассмеяться.

— Нет, Сансет, никаких гнезд, только цветы и мох. У лесников такая внешность считается благословением Великого Леса и вряд ли они так почитали бы её, если на их избранных гнездились птицы.

— А так живет всё племя лесов?

— Да, в большинстве случаев. За столетия активной торговли лесники обменялись друг с другом всеми своими знаниями, как впрочем и внешностью, сейчас все они живут и даже выглядят примерно одинаково. В Великом Лесу на них не похожи разве только представители черного племени.

Вновь двинув рукой, Селестия показала новый образ, теперь это была темная чаща, полная черных деревьев, их освещали изредка пролетающие рядом светлячки. В воздух поднялся фонарь и его желтый свет залил округу, ослепленные животные и насекомые тут же попрятались. Через пару мгновений из-за дерева вышла покрытая грязью женщина в одной набедренной повязке с пепельной кожей и голубыми глазами. Она положила палец к губам и указала рукой в направление где лес вновь становился зеленым и не таким густым.

— Черное племя. Мы зовем их так, потому что себя они просто называют черными людьми. Они скрытны, не любят гостей и не интересуются ничем чужим. Даже со мной они не желают общаться. И все же, столетия назад их вожди согласились стать частью Эквестрии. С того дня почти ничего не изменилось, мы все еще мало о них знаем. Чернолесье — это сердце Великого Леса, самая опасная его часть, пропитанная злом. Без проводника из черного племени там просто невозможно найти дорогу, а если слишком долго бродить по тем тропам, можно сойти с ума. Это единственная часть королевства, которая не открыла мне все свои тайны. — Селестия задумчиво посмотрела куда-то вдаль.

— Мам?

— Да, прости. Давай пойдем дальше.

Образ темного леса сменился на виды бескрайнего болота, где посреди воды и камыша на немногочисленных островках твердой почвы стояли небольшие деревеньки на высоких сваях. Их населяли худощавые люди с тусклыми глазами и бледной кожей.

— Бесконечные Топи — это огромное болото, за которым лежат жаркие прерии, Бесплодные Пустоши и дождливые джунгли. Жизнь в этом краю тяжела: влажность, наводнения, болезни и комары, просто ужас. Здесь нет так необходимых нам богатств как в Великом Лесу, поэтому племя болот одно из самых малочисленных и бедных. И с каждым годом болота становятся все нелюдимей и нелюдимей — племя покидает свою родину в поисках лучшей доли. Нет у них больше обязательств в этом гиблом краю, даже дорогу на юг больше не нужно поддерживать — её заменили морские пути.

— А куда уходит это племя?

— Кто-то отправляется в Великий Лес, кто-то на Янтарные Равнины, а кто-то пытается осесть в Прериях Бизонов.

— А что за прерии бизонов?

Селестия леветировала указку и отметила границу степи, что находилась между Бесплодными Пустошами и Бесконечными Топями. На карте было отмечено множество городов и селений, от Эпплузы, окруженной фермами, до Сэнт-Риверса, крупного порта на западном побережье, из которого уходили корабли в Ванхувер и Толл Тейл. Только девочка принялась внимательно разглядывать контуры нарисованной местности, как перед её лицом возник ряд изображений жарких полупустынь, огромных красных скал, русел высохших рек и редких лесов колючих деревьев. Но это было не все, Сансет также увидела, как под палящим солнцем паслись стада коров, пощипывая траву на бескрайнем зеленом поле, их стерегли люди из разных племен королевства, загоревшие, в широких шляпах и на могучих конях, а рядом по равнине бежало стадо таких же коров, только больше, волосатей и страшней.

— А что это за такие странные коровки?

— Это бизоны, со старой речи "дикие быки". Еще столетие назад, здешние земли полностью принадлежали им, племя болот не вступало на их территорию, боясь нападений вездесущих перевертышей. Но пятьдесят лет назад, экспедиция ученого и путешественника Санни Смайла узнала, что перевертыши исчезли, после чего в прерии хлынула волна переселенцев. Тогда наше королевство стало чуть больше и у меня появилась новая головная боль. — Селестия грустно улыбнулась.

— Но люди нашли новой дом, это же хорошо?

— Конечно хорошо, но мне тоже нужно иногда отдыхать, я у тебя не железная.

— Угх, когда я вырасту, обещаю помогать тебе во всем. — Сансет сделала уверенное лицо и воодушевленно махнула рукой. При виде такого милого зрелища, Селестия не могла не улыбнуться.

— Ни на минуту не сомневаюсь в этом. Из тебя вырастит прекрасная и умная принцесса.

— Правда?!

— Правда-правда.

— Я буду прямо как принцесса Сильвер Стрим!

— Конечно будешь. — Селестия рассмеялась и повернула Сансет обратно к карте. — А теперь вернемся к истории. Я еще не рассказала про потерянное племя пустыни.

Девочка замолчала и принялась внимательно слушать. Следующим изображение, возникшим перед ней был образ небольшой общины людей с бронзовой кожей, большими носами и узкими глазами. Они стояли на коленях вокруг большого черного идола какого-то уродливого существа. На них были надеты странные белые одежды с множеством шнурков.

— Члены этого племени живут на границе между Бесплодной Пустошью и Прериями Бизонов. Тысячу лет назад все Прерии были ими населены, пока туда не пришли перевертыши. После их столкновения осталось только несколько ныне существующих общин. Считается что им удалось остаться целыми только благодаря соглашению с королевой перевертышей. Взамен на право жить там, они отдавали ей свою жизненную силу и клялись в верности. Такое "сотрудничество" продлилось не одно столетие. И все это время племя жило в изоляции, не зная ничего об окружающем мире, они даже стали поклоняться перевертышам, как своим богам. Но теперь они наконец-то свободны.

— Мам, а кто такие эти перевертыши?

Рука Селестии нарисовала в воздухе круг и вместо племени пустыни появился вид сверху на одинокое насекомое размером с человека, стоящее на дне русла каньона. У него было четыре лапы, тонкое туловище и плосковатая голова. Каждая часть его тела имела множество суставов, что давало жуку огромную гибкость, маневренность и мобильность. Он с легкостью мог ползти по земле как обычное насекомое, бежать как человек, протискиваться в узкие щели, вращать головой и каждой конечностью на 180 градусов. Любое положение в пространстве было для него возможно.

Жук двинулся с места и буквально побежал по отвесной стене каньона на огромной скорости, передвигая четырьмя лапами. Его преследовала группа воинов на лошадях. Они догнали его и заарканили несколько конечностей жука. Крепко держась за седла, воины потянули за веревки и сбросили жука на дно каньона, тот упал на спину. Но для жука это не было проблемой, он прокрутил голову и туловище вокруг своей оси и перекусил мощными жвалами веревки. Тут же встав на все лапы, жук плюнул сгустком зеленого пламени в кинутую на него сеть. Воины окружили жука, но не решались нападать, тот внимательно наблюдал за ними через огромные фасеточные глаза, из-под его уродливого черного панциря вылезли два огромных прозрачных крыла, порванные в нескольких местах. Воины выставили перед собой пики и ринулись на жука, и тут образы растаяли в воздухе.

Селестия почувствовала, как маленькое тельце её дочери жмется ближе к ней. Одной рукой она погладила девочку, чтобы успокоить её.

— Прости, Сансет, ты точно хочешь дальше слушать?

— Н-ничего, все нормально.

— Точно, Сансет? Помни, бояться — не стыдно.

— Я храбрая. Я не боюсь!

— Если станет страшно, только скажи и я тут же закончу.

— Л-ладно. Только если у меня будут кошмары, ты поспишь со мной?

— Конечно, золотце.

— Продолжай. – Уже уверенней приказала Сансет.

— Тогда слушай. — Селестия обняла девочку за плечи. — Перевертыши — это древняя раса разумных, почти не стареющих жуков-охотников. Они живут в огромных ульях и имеют свои особенные культуру, язык и общественное устройство.

Сансет увидела изображение огромных рукотворных пещер, освещенных кристаллами. По всем возможным поверхностям ползали жуки как в прошлом видении, они выполняли разную работу. Некоторые выделялись на фоне остальных, они были больше, сильнее и имели отличающуюся окраску. Жуки постоянно меняли расположения своего тела, старательно избегая взгляда смотрящего на них, а вместе с ними менялась и сеть зачарованных пещер, рабочие в мгновение ока заделывали одни входы и делали другие, пытаясь запутать гостя.

— В самом низу их общества находятся простые рабочие, над ними стоят няньки, заботящиеся о новом потомстве, дальше идут охотники-добытчики и воины, выше всех располагается королева улья — самая сильная и умная особь перевертышей. Когда-то давным-давно, еще до первых людей, они питались жизненной энергией различных животных. Благодаря силе и гибкости своих тел они с легкостью побеждали любого хищника, всюду возглавляя пищевую цепочку. Но с приходом человека они быстро поняли, что наша любовь, наши чувства намного вкусней и питательней, чем их обычная еда. Тогда они и открыли охоту на нас.

Появился образ пещеры, исписанной наскальной живописью. Большинство сцен запечатлевали охоту перевертышей на древних и примитивных людей, показывались сожженные деревни и робкие попытки тех защищаться.

— У нас с перевертышами долгая история. В те древние времена племена были малочисленны и слабы, люди не могли оказать перевертышам должного сопротивления, они могли только бежать. И даже это было бесполезно, перевертыши находили наших предков везде, в воздухе, на земле, под землей, даже за океанами. Но королевы роев не спешили истреблять источник своей еды, они сохраняли некоторым людям жизни, чтобы те могли восстановить свою численность, даже иногда помогали и защищали тех. В результате перевертыши, сами того не понимая, дали племенам время окрепнуть. Это произошло не сразу, понадобились столетия, но это все же случилось, после чего началась война Ненависти. И к сожалению, я приняла в ней непосредственное участие.

Перед девочкой появился красивый разноцветный витраж на которым были изображены две крылатые женщины-воительницы с обнаженными мечами, они стояли над множеством тел уродливых перевертышей, над головами которых сияли короны.

— Только после её окончания, когда племена полностью сбросили с себя владычество перевертышей, я поняла какую ужасною ошибку совершила… — Тень легла на лицо Селестии.

— Мама?

— Они были заложниками ситуации. Питание любовью на протяжении столетий вызвало у них привыкание, без нас они больше не могли жить, у них просто не было другого выбора, как охотиться на нас.

— Но они же делали нам зло, значит они плохие.

— Да, они сделали много зла, но они не знали другого пути. Их можно научить творить добро. Я пыталась это сделать с последним роем перевертышей, но все не очень хорошо закончилось. Они отличались от прочих своих братьев и сестёр особой магией маскировки с помощью которой им удавалось мимикрировать под нас. Это помогло им выжить в войне Ненависти и не погибнуть от голода. Они охотились на людей из тени наших же городов, постепенно узнавая нас и наши повадки. И мне казалось, что именно им удастся понять нас, но они так и не изменились, моя помощь оказалась тщетной, не в моей власти было освободить их от голода. Еще одна моя неудача.

Сансет сжала своими маленькими ручками пальцы Селестии, она сочувственно посмотрела в грустные глаза своей матери.

— Ничего, все уже позади. И мои подданные наконец-то в безопасности... Хочешь сделать перерыв на горячий шоколад?

— Да.

Селестия сбросила со своих плеч плед и взяла девочку на руки.

— Тогда пошли на кухню. — Селестия встала во весь свой огромный рост и бупнула Сансет по носу. Перед тем как та запротестовала, что к ней относятся как к ребенку, пара исчезла во вспышке золотого света.

Появились они уже на личной кухне королевы, где остальные повара, поварихи и поварята могли появляться только если её величество не могла готовить лично (а это случалось крайне редко) или когда её вообще не было во дворце. Селестия посадила девочку, одетую в теплый свитер, штанишки и носочки, на огромный стул и принялась хлопотать по хозяйству, совершая магией десять действий одновременно.

Готовка и еда были страстью королевы и все мало-мальски знакомые с ней люди это прекрасно знали. Со всего света дипломаты везли её величеству либо всякие вкусности, либо их рецепты приготовления, либо самих поваров. Селестия обожала учиться и готовить новые блюда, но еще больше она любила их есть. У нее был поистине зверский аппетит, поэтому она всегда готовила с запасом, заваливая кладовую едой и выпечкой. Все повара Кантерлота честно признавали свое полное поражение перед королевой-поваром с почти тысячелетним опытом.

Через пару минут на столе перед девочкой уже стояла чашка с горячим шоколадом и тарелочка с печеньем. Ещё через пару минут Селестия присоединилась к дочери, сев напротив Сансет, но одной чашкой и тарелкой печенья она не ограничилась, рядом стояли суп, второе, салат и кубок разбавленного вина. Пока девочка аккуратно откусывала от печеньки кусочки и запивала их горячим напитком, её величество ела не соблюдая этикета и манер поведения за столом, проще говоря, она жрала, как свинья.

— Мам!

— Што, я прохоладась. — Селестия сделала глоток вина и проглотила порцию еду.

— Мне холодно, давай вернемся обратно в твою комнату.

— Прости, Сансет, подожди пока я доем, не понесем же мы все это с собой.

— Угх. — Девочка скрестила руки и обиженно отвела взгляд в сторону. Заметив это, Селестия подумала пару секунд, после чего шепнула пару слов и печка у соседней стены загорелась.

— Скоро станет теплей. — Сказала улыбающаяся королева.

— А как же тот камин? — Спросила проницательная Сансет.

— Точно. — Селестия исчезла во вспышке света и тут же снова появилась на том же месте, она потушила камин в своей комнате. — Готово.

Прошло минут пятнадцать перед тем как королева полностью расправилась с едой. Довольная, она откинулась на спинку кресла. Ну а что, любой кто заимел бы её способность есть сколько влезет и не толстеть вел бы себя также.

— Хмм. Хочешь услышать продолжение истории?

— Да, а о ком ты теперь расскажешь? — Радостно спросила уже порядочно заскучавшая Сансет.

— Про наше родное племя — племя равнин. Но перед этим ... — Селестия леветировала всю грязную посуду в большую раковину и начала громко читать заклинание, после того как она закончила, из трубы вырвался поток воды. Ловко управляя им в воздухе, Селестия принялась одновременно чистить все тарелки, театрально двигая руками как дирижер, развлекая тем самым маленькую Сансет. Но этого было мало для королевы, заклинанием Селестия ещё и проигрывала музыку из своей головы. Она мыла посуду в такт мелодии, жонглируя тарелками. И во время окончания симфонии, она синхронно опустила отмытую до блеска посуду на стол. Раздались громкие аплодисменты единственного зрителя этого концерта.

— Это было круто! Я тоже так хочу!

— Все в свое время, Сансет. — Селестия засмеялась и подошла к девочке, чтобы взять её на ручки. — Однажды ты сможешь намного больше.

Щелчком пальцев королева погасила печку и телепортировала себя и Сансет обратно в свои покои. Но вместо того, чтобы просто снова усесться на пол, Селестия призвала свое большое удобное кресло, села в него и только потом укуталась пледом. Сансет изъявила желание залезть на кресло самостоятельно и, как заправский скалолаз, взобралась наверх по маминым ногам. Когда все удобно уселись, королева продолжила свой рассказ.

— Племя равнин получило свое имя в честь их дома, Янтарных Равнин, плодородной области к северу от Великого Леса.

Сансет увидела перед собой с высоты птичьего полета виды родных для Селестии земель, зеленые луга, покрытые травой и цветами, уходящие за горизонт, прохладные и широкие реки, леса с густой листвой, спокойно качающееся на летнем ветру, песчаные пляжи на берегу синего моря, фермерские угодья, поля пшеницы, виноградники и фруктовые сады, шумные города и далекие тихие поместья.

— Многие поспорят, что Янтарные Равнины – это истинное сердце королевства, но именно здесь лежит мое сердце. Знаешь, у меня как у королевы не должно быть привязанностей к отдельным частям наших владений, но я ничего не могу с собой поделать, здесь прошло мое детство и большая часть моей жизни.

— Мам, а каким было твое детство? — Сансет не умеряла своего любопытства.

— Ооо, это рассказ не на один час, давая я потом расскажу про себя, идет?

— Хорошо.

— Кхм ... на Янтарных Равнинах много плодородной земли для сельского хозяйства и животноводства, здесь нет опасных хищников, их давно загнали обратно в Великий Лес. Большую часть еды королевства выращивают именно здесь. После столетий мира, племя равнин стало самым многочисленным во всем королевстве. На Янтарных Равнинах находятся самые большие города Эквестрии, в них процветает наука, торговля, культура.

— Если мы такие богатые, получается нам завидуют другие племена?

— Может быть, но совсем не так как в начале моего правления. Ооо, Сансет, ты даже не представляешь скольких усилий стоило привести все части королевства к процветанию. Сотни и тысячи людей трудились все свои жизни, чтобы реализовать эту мечту. По всему королевству были построены дороги, чтобы торговля тесно связала все племена, были введены гибкие налоги и пособия, помогающая людям богатеть, а не беднеть, была реализована новая система правосудия, уравнявшая всех перед законом. Десятки благородных людей выковали наш щит против опасностей Великого Леса, нашу гордость, рыцарские ордена – братства бесстрашных охотников на монстров и защитников идеалов гармонии.

— И это ты все сделал, да?

— Нет, Сансет. Я всего лишь дирижёр в этом оркестре, музыкальные партии играют другие. И когда-нибудь ты тоже исполнишь свою.

— Но я не хочу строить дороги!

Селестия искренне засмеялась.

— Сансет, я не это имела в виду. Давай начнем с самого начала, скажи мне, ты понимаешь, что люди имеют в виду, когда говорят: "духи одарили тебя"?

— Ну, мисс Флауп Хэд рассказывала, что когда в Эквестрии рождается ребенок, звезды, что горят на небе дают ему талант, который он откроет когда вырастет.

— Да, это одна из версий. В зависимости от части королевства звезды могут заменить на духов, судьбу, смысл поверья от этого не меняется. Понимаешь, у каждого человека в королевстве есть какой-то яркий талант. Подобного явления нет ни в Грифонии, ни в Зебрики. Никто не знает точную причину этому, но это факт — каждому моему подданному предначертана некая судьба и я, стараюсь помочь им реализовать свои способности и найти своё место в обществе. Теперь ты понимаешь почему я назвала себя дирижёром. Ты будешь сама творить свою судьбу, но я как твоя мама, буду тебе во всем помогать.

— Я поняла, я не глупая ... а если кто-то не захочет свой талант?

— Признаюсь, были случаи когда талант делал человека несчастным, но это всегда было исправимо, с небольшой помощью друзей. Не волнуйся, если с тобой это случится — я обязательно помогу тебе найти мир с собой. Благо, я уже знаю к чему у тебя талант.

— Правда?! И что это?

— Не так быстро, раз я принялась рассказывать истории, то моим ответом будет еще одна. — Селестия махнула рукой и появилось новое изображение – это были мужчина и женщина, совершенно обычные, без рогов, крыльев и прочего, так любимые нами лысые обезьяны. — Люди, что поселились на Янтарных Равнинах одними из первых покинули Великий Лес, тем самым они спасли своих детей от воздействия его изменчивой магии и поэтому их потомки — нынешние члены племени равнин являются эталоном нормального неизмененного хаотической магией человека, к слову, как и жители Грифонии. Только такие как ты и я являемся исключением из правила. Ты никогда не задумывалась почему ни у кого нет таких прекрасных волос, как у тебя?

Селестия запустила пальцы руки в волосы Сансет, четко разделенные на красные и желтые полосы.

— Я думала, что мне они досталось от тебя? — Девочка указала пальцем на мамины радужные локоны.

— Нет, Сансет. Твои волосы и твоя желтоватая кожа говорят о магии, что течет в тебе. Каждый могущественный маг племени Янтарных Равнин имеет удивительную и уникальную внешность и ты не исключение. Помню, когда я впервые взяла тебя на руки, я почувствовала жар огня твоего сердца. Твой особый талант — волшебство, Сансет.

Девочка прижала свои ручки к груди чтобы проверить слова матери и к её удивлению, она почувствовала тепло. Сансет охватила радость.

— Мама, я чувствую это! Что это такое?

— Это магия, порожденная твоим телом. Она течет в твоей крови и пока в твоем сердце есть хоть капелька её, оно будет биться. Однажды, ты сможешь овладеть ею и творить удивительные вещи...

— Научи меня управлять ею, пожалуйста!

— Конечно, Сансет, но не сегодня. Это сложное и опасное искусство, некоторые учатся ему всю свою жизнь. Начнем, когда ты еще немного подрастешь.

— Но я уже готова!

— Сансет, нет, значит нет. Ты еще не готова.

Девочка развернулась и обиженно надула щеки. Селестия вздохнула и телепортировала в свою руку мягкую расческу, она принялась расчесывать волосы Сансет, надеясь тем самым успокоить её.

— Дорогая, ты должна слушаться меня. Я беспокоюсь о тебе и запрещаю что-то только из чувства заботы.

Но Сансет уже ничего не хотела слушать. Острое чувство обиды ребенка, которому не купили игрушку, пробудило в ней упрямство и желание не смотря ни на что получить то, чего она так хотела. Но вместо того, чтобы плакать и просить, как другие дети, девочка сложила два плюс два и поняла, что нужно делать.

— Магия внутри меня, значит нужно выпустить её, как рыцарь из сказки про сумеречного дракона. — Подумала девочка.

Вновь приложив одну руку к своей груди, Сансет закрыла глаза и протянула вперед другую. Она представила, как из её сердца струятся яркие потоки магии, они текут по телу и через ладонь вытекают в огонь камина. Девочка зажмурилась, в мыслях она молила пламя усилиться, буквально крича на него.

— Ну загорись ты, сгнившая кочерыжка, опаршивевшая овца! — В каждое слово, услышанное от кухарок на кухне, она вложила всю обиду, всю свою злобу.

И через секунду огонь ответил на её требования, разгоревшись с новой силой, его языки начали щекотать черные от копоти стенки камина. Сансет открыла глаза и, увидев весело танцующее пламя, она подняла свои радостные бирюзовые глазки наверх, ожидая маминой реакции. Но Селестия не разделяла энтузиазма своей дочери, королева грустно смотрела на камин, сжав губы.

— Мамочка? — Обеспокоено спросила Сансет.

— Ничего, Сансет, все хорошо. — Селестия приглушила пламя легким движением руки и продолжила расчесывать волосы девочки. — Ты молодец, мы начнем твое обучение в ближайшее время, только обещай мне что не будешь практиковаться без моего присутствия.

— Обещаю. — Сказала Сансет. Она не понимала, почему мама вдруг стала такой грустной, неужели она тоже страшилась огня? В отличие от других детей Сансет никогда не боялась открытого пламени и горячих предметов, за всю свою маленькую жизнь она ни разу не обожглась и честно не понимала страха других перед этой стихией.

— Хорошо, давай сменим тему. Ты вроде хотела послушать про мое детство, так?

— Да, конечно!

— Ну тогда слушай. Ох, как же давно это было, твоя мамочка уже плохо помнит те времена, так что я лучше расскажу тебе вольный пересказ известной сказки по мотивам.

Селестия махнула рукой и из воздуха возникли туманные потоки магии, сложившиеся в витражи, чьи цветные стекла двигались, изображая персонажей и красочные пейзажи сказки.

— Давным-давно, в черное десятилетие, всех племён нашего народа настигло великое несчастье и не было никого, кто бы не лил слезы в те годы. И первый купец Янтарных Равнин, и последний рыбак Бесконечных Топей оплакивал свое собственное горе. Плодородные равнины страдали от засухи, голода и болезней, Великий Лес наполнили невиданные ранее чудовища, страшные и неумолимые, деревни болотного племени затопило наводнением, урожай племени песков пожрала саранча и за голодающими пришли королевы ульев.

Три года и три месяца страдал наш народ, пока не появились великие герои, Столпы прошлого. Представители различных племен, они хотели во чтобы то ни стало защитить свой народ. С помощью силы они побеждали своих врагов, с помощью храбрости, они вдохновили людей на борьбу, с помощью своей мудрости они исцелили больных, посеяли красоту и надежду в душах сломленных. Но самопожертвование небольшой группы смертных героев не могло подарить вечное процветание и мир нашему народу. Племена были все еще разрознены и не могли вместе дать отпор невзгодам. И тогда Старсвирл Бородатый, старый волшебник, создатель своего собственного учения по обузданию магии и один из Столпов, решил дать своему народу лидеров, что наконец-то объединят его.

Зайдя глубоко в Великий Лес, Старсвирл обратился с просьбой к древним духам, чьи настоящие имена давно позабылись. Но к скольким духам волшебник не обращались, все они оставались глухи к страданиям смертных и только две сестры, две крылатые-единорожки, согласились помочь старому мудрецу. Были они духами, что поддерживали баланс между днем и ночью, светом и тьмой, луной и солнцем. С помощью Старсвирла они сошли с небес и приняли образ двух маленьких девочек, объединивших в себе черты всех существующих на тот момент племен. Чтобы принять материальную форму, сестры пожертвовали своими воспоминаниями и большей частью своих сил. Старсвирл взял девочек с собой и вознамерился вырастить из них правителей, которых так не хватало племенам.

— И это правда, ты была духом? — Восхищенно, но с ноткой сомнения спросила Сансет.

Селестия вновь рассмеялась.

— Кто знает, кто знает. Лично я не помню, чтобы Старсвирл рассказывал подобное.

— Получается это все очередная выдумка? — Теперь девочка звучала разочаровано.

— Не совсем, это сказка Сансет, и как в любой сказке в ней есть доля истины. К примеру, она достаточно точно описывает произошедшие события, а еще я не знаю своих родителей и мне иногда снятся воспоминания из чужой жизни.

— А откуда ты знаешь, что они не твои?

— Иногда мне снится, как я парую в небе над озером и когда спускаюсь на землю, в водной гладе вижу не себя, а кобылу с красивой радужной гривой и диадемой на голове.

Сансет глубоко задумалась, после чего спросила:

— Каждую сказку кто-то придумывает, у них есть автор или авторы, значит если эта история сказка, её должны были придумать после описанных событий. Вот ты помнишь когда впервые услышала о ней?

— Кхм, дай подумать ... с пол года после своей коронации. Это случилось, когда я выбирала герб для Эквестрии и мне предложили поместить на него двух сестер-единорожек. Я сильно удивилась выбору символики и тогда мне и рассказали эту историю. — Селестия вдруг заулыбалась и начла смеяться. — Помню когда я показала этот герб своей сестре, она сказала: "Тия, ты совсем потеряла рассудок! Твои равнинники с ума сошли со своими лошадьми! Эти проклятые содомиты уже НАС превратили в кобыл!".

После хорошо удавшейся, по мнению Селестии, пародии, она еще сильнее рассмеялась, погрузившись в сладкие воспоминания далекого прошлого. Но её выдернул очередной вопрос любопытной Сансет, который живо убрал улыбку с лица королева.

— А кто такие эти содомиты?

— О нет. Прости меня, Сансет, прошу забудь это слово. Оно неприличное и обозначает неприличных людей. Такая порядочная девочка, как ты не должна произносить подобное в слух.

Девочка лишь хитро улыбнулась.

— Сансет, не смей произносить его. И умоляю, не говори никому, что это я тебя научила.

Теперь дочка королевы дико хихикала, а Селестия прикрыла лицо рукой.

— Мамочка?

— Да?

— Обещаю, но только если ты продолжишь.

— Ох, ты ж мой маленький манипулятор. — Посетовала Селестия и продолжила свой рассказ, медленно расчесывая волосы Сансет.

— Старсвирл дал девочкам имена Селестия и Луна. Именно так местная община лесников называла сестер-духов. Но тут сказка привирает, до её появления ни один лесник не поклонялся духам в форме лошадей. Они слишком сильно не любили своих братьев с равнин и их парнокопытных друзей, я отчетливо это помню. А признать, что их королева — это дух КОБЫЛЫ во плоти, они никак не могли. Так, я отвлеклась.

— Старсвирл лично занимался воспитанием сестер, находил им лучших учителей, воспитателей. В тренировках даже участвовали остальные Столпы. И когда сестрам исполнилось 14 лет, они уже могли с легкостью одолеть всех друзей старого волшебника. Селестия и Луна были сильнее любого равнинника, ловчее любого лесника, быстрее любого небесника, непоколебимей любого болотника и выносливей любого пустынника. К сожалению, именно в тот год Столпы бесследно исчезли и сестрам пришлось самим заботиться о себе. Они выбрали участь странников и не один год путешествовали по континенту, знакомясь с новыми людьми, помогая страждущим и собирая сторонников, ибо они помнили мечту старого волшебника об объединении всех племен нашего народа...

— Мам, а почему ты так странно говоришь о себе?

— Так нужно для тона сказки.

— Прости.

— Так вот, сестры росли и росла их слава, а когда их имена стали известны во всех уголках земли, они посетили каждого лидера племён и каждый из них отказался объединиться со своими соседями, вот насколько хорошо они помнили старые обиды. Тогда сестры поняли, что уговорами ничего не добиться и они решили заставить непокорных вождей преклонить колени перед ними. Десятилетия они трудились, помогая людям, большим и малым, пока в один день не собрали настолько много влияния и богатства, что смогли короновать себя...

— Ммм .... Получается твоя сестра, Луна, моя тетя. Расскажи про неё и про себя, как вы помогали племенам, пожалуйста!

— Ну, признаться, тогда я не очень любила путешествовать. И вместо охоты на монстров и военных походов, я занималась управлением сначала одного поместья, а потом и целого государства. Пока Луна сражалась и ковала себе славу непобедимой воительницы и лучшей охотницы, я собирала поддержку людей разговорами и мирными делами. Мы дополняли друг друга. Я была мягкой, терпеливой, часто шла на уступки и вообще любила выжидать лучшего момента, когда Луна всегда стремилась встречать проблемы в лицо, желательно предварительно отлупить их булавой. Ох, она была крепкой как сталь, такой же прочной и гибкой. Помню как мне кто-то в красках рассказывал как она в одиночку одолела целую орду драконов-налетчиков. За полвека Луна победила, наверное, каждое существо на континенте. А после победы над перевертышами за ней и вовсе последовали все племена южнее равнин, даже черное племя. Это был её триумф. Наш триумф. Но даже после всех побед у нас так и не получилось создать единую страну, вместо этого было сформировано два королевства: Эквестрия и Сильвания. Каждой сестре по короне. Мы пообещали друг другу поддерживать мир между племенами и помогать друг другу во всем. Тогда между нами и начался раскол. — Селестия грустно уставилась в камин. Сансет не могла не заметить изменений в тоне голоса матери.

— Мам, с тобой все в порядке?

— Да, просто это произошло так давно, а я до сих пор слишком хорошо все помню. — Селестия сильнее прижала к себе свою дочку и продолжила свой рассказ. Сансет взялась за пальцы матери. — Я немного отойду от формата сказки. Сначала нам не мешали расстояния между нашими столицами, мы переписывались, часто встречались. Но со временем мы стали говорить не как две сестры, а как две жадные королевы, желающие процветания лишь своих подданных. Луна все чаще и чаще требовала помощи от Эквестрии, это могло быль строительство дорог, крепостей, выплата денег, отправка молодежи в её армию и все это она называла платой за защиту от "внешних врагов". А я в свою очередь требовала отмену протекционизма и отправку ресурсов из Сильвании, поселения Янтарных Равнин бурно росли и мне отчаянно нужны были строй материалы, экзотические товары для заморской торговли, умелые войны, чтобы защищать новые деревни и города. Луна всегда отказывала мне, она делала это чтобы защитить своих подданных — открытая торговля могла быстро разорить весь юг. Тогда я этого не понимала, гордость застелила мне глаза. В конце концов мы поссорились и перестали друг с другом встречаться. Наша размолвка продержалась десять лет. Теперь то я понимаю, что конфликт был неизбежен, элиты с обеих сторон не хотели мира, они хотели войны, мести за старые и новые обиды. Эквестрийцы с жадностью смотрели на ресурсы юга, когда сильванцы жаждали мести своим более богатым северным соседям. В те годы никто даже подумать не мог к чему все это приведет...

Селестия махнула рукой и Сансет увидела как мозаика, до этого иллюстрировавшая слова её величества, показала новую безмолвную сцену. Гордая воительница, в мехах и сияющей броне с синей кожей и волосами цвета сумрака, сидела на троне в лучах славы перед своими подданными из племен юга, её короновали деревянной короной. И за одно мгновение все цвета потемнели, день сменился ночью, подданных заменили солдаты с ониксовой кожей, а воительница, черная как ночь, отдавала свои последние приказы, её горящие глаза смотрели прямиком на Сансет.

— Сильвания напала на Эквестрию. Это была опустошительная война, Луна не хотела щадить никого, ни своих, ни чужих, любой ценой ей нужна была победа и моя голова.

Мозаика вновь изменилась, показав ужасную битву, где на земле сражались огромные воинства, а на небе, разделенном между ночью и днем, схлестнулись две королевы, поддерживаемые людьми с перьевыми и перепончатыми крыльями.

— Мы использовали все средства против друг друга, всю известную нам магию и в результате чуть не уничтожили весь свет. Баланс нарушился и мир сковал лед. Началась Черная Зима, самая долгая и холодная. В это время часть планеты постоянно освещалась солнцем, когда над другой висела луна. Люди и животные на всех континентах не знали что происходит, всюду сыпал снег, посевы умирали, запасов еды всем не хватало, начался голод, королевства и страны рушились, от богов либо отворачивались, либо им неистово молились, чтобы они вернули все как было, но никто не слышал этих молитв. А тем временем война между Эквестрией и Сильванией продолжалась, племена страдали, как и весь мир от войны двух сестер. Черная Зима продлилась три года, она унесла несчетное количество жизней и закончилась только когда я нашла наследие Столпов и обратила его против своей собственной сестры.

Сансет увидела как её мать в побитых и грязных доспехах отправляет свою сестру на луну с помощью каких-то разноцветных камней.

— Тогда Черная Зима и закончилась, я получила контроль над солнцем и луной и восстановила природный цикл. Но война продолжалась, правда её уже некому было вести, большинство участников погибло от холода и голода. Мне понадобился еще не один год, чтобы примерить все стороны конфликта, после чего я принялась собирать из разбитых кусочков Сильвании и Эквестрии единое королевство, через десятилетия мне наконец-то это удалось, но мечта Старсвирла навсегда была потеряна.

Маленькая девочка на коленках у Селестии сжала её пальцы, пытаясь тем самым поддержать её.

— Мамочка, а почему Луна сделала это?

— Её душу отравило зло ... Видишь ли, Луна пыталась запереть хаотическую магию Великого Леса и прекратить страдания своих подданных. С этой целью она приказала построить огромные хранилища в центре леса, чтобы закрыть в них всю хаотическую магия. Но её оказалась настолько много, что даже стенки кристаллов не могли сдержать такой объем энергии и окрестности хранилищ заполнила концентрированная магия, извращенная и порочная. Земля, люди, животные и растения начали преображаться, меняться, многие из них погибли, перед тем как наконец-то родились ужасные и опасные мутанты. Так появилось Чернолесье, племя ночи и так Луна навсегда преобразилась. Сейчас хранилища похоронены под слоем земли и камня, а Чернолесья страшатся все, кроме черного племени, не знаю почему они остались там. Мне удалось сдержать это зло, но я не знаю надолго ли?

После того, как Селестия закончила говорить, в комнате повисла тишина и Сансет не решилась её нарушить. Они сидели в молчании добрых пять минут, пока в дверь не постучался один из советников королевы и не попросил её величество срочно отлучиться по важным государственным делам. Так Сансет осталась одна со своими мыслями, размышляя о тех людях, что стали жертвой благих намерений одной храброй королевы, а не о подарках, которые ей могли подарить на день Согревающего Очага.

## 1. Разговоры в карете

Лето, наконец-то наступило лето. Точнее, оно уже давно отобрало бразды правления над природой Янтарных Равнин у своей сестры, но для Сансет это случилось только сегодня. Все предыдущие дни и даже годы она провела во дворце и видела смену сезонов лишь издалека, с высоты своего балкона — ей всё ещё было запрещено посещать город даже под охраной, а об землях за пределами столичных стен даже речи не шло. Но недавно её величество решила взять принцессу в одну из множества своих поездок по королевству и сейчас Сансет ехала в карете по мощенной дороге, меж больших зеленых полей, густых лесов и открытых равнин. Теперь она могла в полной мере насладиться видом её любимого времени года, лишь желая самой услышать шелест травы и почувствовать тепло солнечных лучей на своей коже.

— Сансет, милая, ты уже несколько часов смотришь в окно, оторвись немного, почитай что-нибудь. — Сказала сидящая за столом королева, она изучала какие-то важные государственные бумаги, пока карета медленно везла её и Сансет по сельской местности.

Уже подросшая девочка лет 12 вздохнула и прекратила созерцать природу. Сансет залезла по привинченной к стене лестнице на свою кровать и села на мягкую перину. На полке, чуть выше нее, лежали её книги, которые ей задали прочесть учителя. Взяв одну из них, девочка приступила к учебе, иногда прерываясь на свои размышления. Так, после особо сложной главы, она отложила книгу, чтобы переварить прочитанное. Её взгляд принялся блуждать по карете и её убранству, а посмотреть и правда было на что.

Когда плотники проектировали эту огромную комнату на колесах, они руководствовались целью сделать частые поездки её величества по королевству как можно удобней. Правда никто им не сказал, что Селестия предпочитает путешествовать на своих собственных крыльях или на небесной колеснице, а не на дребезжащей после каждой кочки деревянной бочке. Но иногда она все же пользовалась своей огромной каретой, желая поддержать имидж всемогущей королевы.

Эта махина была четыре метра в длину, три в высоту и ширину, а везли её четыре пары лошадей. Снаружи её стены были покрашены голубой и белой краской, а украшали их резные деревянные элементы волнистой формы и солярные символы, покрытые позолотой. Внутри же располагалась удобная комната с большой кроватью, рабочим столом и мягким стулом, к стенкам были прибиты полки с книгами, картами, и прочими личными вещами. Вся мебель была намертво прикручена, чтобы не создавать дополнительных неудобств королеве во время проезда по ухабистой дороге. Короче говоря, тут было все для более или менее удобной жизни, даже было настенное зеркало и разборный столик для обедов на свежем воздухе. А еще, её величество недавно приказала соорудить в противоположной к рабочему столу стороне кареты второй ярус, с кроватью и лестницей для своей дочери. Именно на ней сейчас Сансет и думала свои думы, пока её не прервали хлопанья чьих-то крыльев.

Со своей жёрдочки у потолка, феникс перелетел на кровать Сансет.

— Привет, Феломина, тебе скучно? — Услышав утвердительное щебетание, девочка протянула к птице руку и начала чесать той шею. — Мам, может выпустим её полетать?

— Нет, Сансет. Сидение в карете это её наказание. Пусть в следующий раз дважды подумает перед тем как улетать так далеко в лес. — Феникс виновато опустила голову и почистила перья у недавно зажившего крыла. — А я тебе говорила, Феломина, для тебя это опасно.

— Значит тебя тоже не выпустят, — сочувственно прошептала Сансет фениксу, продолжая гладить птицу.

Так прошла пара минут, пока королева вдруг не застыла над бумагами. Она просидела так несколько секунд, прежде чем заговорить.

— Сансет, дорогая, спустись на минутку.

Девочка посмотрела на феникса и пожала плечами, она спустилась вниз и села в изножье кровати Селестии. Рядом приземлилась Феломина, к её удовольствию ей тут же начали чесать загривок.

— Я совсем забыла поговорить с тобой о том куда мы едем. — Селестия развернулась к своей дочери, выглядела она обеспокоено, но, сделав усилие над собой, королева тут же обрела былое спокойствие. — Прости, я совсем заработалась, но ничего, у нас есть ещё время. Мы едем к Эпплам из Яблочной Долины, ты знаешь что-нибудь о них?

Девочка отвела взгляд в сторону, пару секунд она накручивала на палец прядь своих волос, пытаясь вспомнить эту фамилию с уроков по генеалогии и геральдики, прежде чем уверенно сказать:

— Да, мы проходили их. Я запомнила их по гербу, такое раскидистое дерево с золотыми яблоками. Они мелкие дворяне, графы, вроде бы. Купили титул лет 150 назад ... О, а еще по словам мисс Пирл, эту фамилию носит чуть ли не половина жителей Эквестрии.

Селестия улыбнулась ответу дочки. — Умничка, ты все правильно сказала, даже про последнее. Но тебе нужно узнать ещё кое-что про них. Пожалуй начнём с самого начала. Все началось в 844 году, тогда Биттер Эппл купил все земли, долги и титулы вымершего знатного рода Сапфайров, и назвал себя графом. Объединив все свои владения, он и положил начало Яблочной Долине. Другие дворяне поддержали его притязания, все-таки он был оооочень дальним потомком Мада 'Яблочное Семя', но Биттеру этого было мало, он хотел выглядеть не бывшим фермером, а благородным аристократом. Для этого он построил поместье своей семьи, Тенистую Рощу, прямо на руинах башни, которую для себя построила леди Сапфир, еще до Черной Зимы ...

Когда прозвучало имя Сапфир, Сансет сразу вспомнился большой и старый портрет в библиотеке дворца, на нем была изображена гордая женщина, укутанная толстыми мехами, у нее была голубая кожа, длинные волнистые волосы насыщенного темно-синего цвета и серые глаза, прямо как две льдинки, одной рукой она держала длинный посох, а другой сжимала рукоять меча, висевшего на поясе. Это и была леди Сапфир, участница войны Сильвании и Эквестрии, одна из магократов, основательница рода Сапфайров. Сансет она показалась красивой.

— ... своих детей он не называл "по-обычному", предпочитая давать им имена из старой речи, также Биттер придумал сложный герб, с отсылками на героев прошлого и перестал общаться со своими рабочими, считая их "простолюдинами", и дальше в таком же духе. Благо его потомки в основном отказались от мании своего отца и деда, и сейчас Эпплы используют простой герб — золотое яблоко на зеленом фоне, они свободно общаются со своими подданными и рабочими, даже не чураясь работать на полях. Из всех начинаний Биттера выжила только традиция называть своих детей вычурными именами. Не считая этого, все Эпплы открытые и честные люди, близкие к земле. Но будет большой ошибкой относиться к ним как к крестьянам, они гордые дворяне и живут по своей чести, поэтому вести себя с ними нужно уважительно и согласно их статусу, обратное возможно ТОЛЬКО если они первыми попросят. Ещё один раз, Сансет, хорошо это запомни, ты ведёшь себя как подобает принцессе и согласно этикету высшего света, в точности тебя учили. И никаких проказ! Я не хочу видеть как домочадцы графа спасаются от потоков лавы. Сансет, надеюсь тебе не нужно напоминать что будет если ты ослушаешься?

— Нет, мамочка. Я буду вести себя хорошо. — Коротко ответила девочка, закатив глаза. Хоть она и внимательно слушала, но ум её находился далеко, где-то во временах Черной Зимы.

— Отлично. Сейчас главой дома является Феликс Эппл, у него есть жена Дейзи, две дочери и сын, Альбина, Камилла и Маркус. Девочкам 15 и 14, мальчику через 4 дня будет 10, мы как раз приедем к его дню рождения. Надеюсь, вы поладите. Подарок от нас обеих у меня приготовлен. Вроде обо всем поговорили, остальное сама увидишь и, Сансет, ещё раз прошу тебя, не проказничай и веди себя прилично, если наш визит пройдёт хорошо я возьму тебя в следующую поездку.

Услышав ещё одну отповедь в свою сторону, Сансет невольно нахмурилась и недовольно надула щеки.

— Ладно-ладно, я поняла.

И тут Селестия внезапно бупнула свою дочь по носу.

— Ты обижаешься прямо как в детстве, такая милашка. Иди ко мне, ты моя забияка. — Королева заключила в объятия Сансет, не спрашивая у той согласия. Даже Феломина присоединилась к обнимашкам, крыльями обхватив её величество и её дочь.

Раздавленная грудью Селестии, Сансет произнесла:

— Отвпусти, мам.

— Прости. — Улыбающаяся королева отпустила девочку и села на кровать немного поодаль от нее. — Ничего не могу с собой поделать, я тебя слишком сильно люблю.

Сначала Сансет нахмурилась, затем побеждено выдохнула и тоже улыбнулась.

— Я тебя тоже. — Когда в воздухе повисли её слова, девочка могла поклясться, что заметила как на мгновение Селестия начала светиться. — Эм, мам, можно с тобой кое о чем поговорить?

— Конечно, золотце, что-то случилось? — Селестия положила свою ладонь на руку Сансет.

— Я ... ты упомянула леди Сапфир и я вспомнила кое-что. — Сансет чувствовала себя неловко, она говорила медленно, уставив в простыню свой взгляд. — Перед нашим отъездом у меня был урок по истории, мы проходили период правления магократов и среди их родов проскользнула фамилия Шиммер. После урока я искала про них информацию в библиотеке, но ничего не нашла. Я хотела обратиться к тебе раньше, но ты была занята ... И в общем, можешь рассказать кем они были и ... кхм, кто мой отец?

Услышав этот вопрос, Селестия перестала смотреть в глаза дочери, ее голос наполнила плохо скрываемая грусть.

— Да, конечно. Прости что никогда не рассказывала о нем, я ждала пока ты подрастешь, похоже это время пришло ... Наверное, ты и сама уже поняла, что с твоим отцом что-то случилось, раз он ни разу тебя не навестил ... Его звали Файрвинд Шиммер, он был хорошим человеком, умным, начитанным, добрым и любящим, его увлечением был антиквариат. Мы познакомились на одном из аукционов Кантерлота. Наши отношения продлились несколько лет, а потом ... Он погиб во время пожара в своем доме, прямо после твоего рождения, я не успела его спасти ... Ах, прости, мне казалось, что этот разговор дастся мне легче ... Мы можем отложить его до нашего возвращения во дворец?

Сансет взяла ладонь материи двумя руками. Когда девочка только начала интересоваться своим отцом, она рассматривала возможность того, что он мог давно погибнуть, но даже так Сансет оказалась не готова услышать роковые слова, её глаза намокли.

— Хорошо, поговорим потом. — Тихо ответила девочка, проявив образцовой понимание к своей любимой матери.

— Спасибо за твое терпение ... Знаешь, когда я смотрю на тебя, сразу вспоминаю его. Сансет, ты так похожа на отца. — Селестия положила свою ладонь на щеку девочки. — Если хочешь, помимо моих слов, я могу показать тебе его портрет в "лабиринте" или дать почитать свой дневник. Я описала в нем все наши встречи, может хоть так ты сможешь познакомиться со своим отцом ... Если хочешь, я могу показать тебе его могилу.

Селестия убрала свою руку и Сансет смогла утереть ладонью слезы.

— Это было бы чудесно, спасибо мам. — В ответ Селестия лишь печально улыбнулась.

В карете повисла тишина, нарушаемая лишь дребезжанием предметов, подскакивающих от ударов колес об неровную брусчатку. Сансет видела как поднятая тема тяготит Селестию, поэтому через несколько минут молчания она все-таки решилась повернуть русло разговора, отвлечь её и себя от мрачных мыслей.

— Мам, ты можешь рассказать о роде Шиммеров?

— Да, конечно, у меня есть книга с историей твоей семьи, по возвращении во дворец я найду её для тебя. Только сразу предупрежу, их история не из самых светлых.

— Я ... я подозревала это, ведь Шиммеры были магократами, тиранами ... и я принадлежу к их проклятой крови. — Переход от смерти её отца на тему наследия семьи был не самым лучшим в плане изменения настроение разговора, но для Сансет это был важный вопрос, мучавший её с начала уроков по магократам.

— Ну-ну, Сансет, не говори так. Я не хочу оскорбить память твоего отца, но не смотря на то, что ты носишь его фамилию, а не мою, у меня её к сожалению нет, в первую очередь ты член королевского дома Эквестрии, ты принцесса и твое наследие идет не только от Шиммеров, но и от меня, всегда это помни. А еще не стоит так категорично относиться к своим дальним предкам. Магократов нет как два столетия, они уже часть нашего прошлого и не следует перекладывать вину за их действия на себя.

— Но вдруг кто-то укажет мне на мое происхождение, что мне тогда делать?

— Сансет, люди бывают разные и да, кто-то вполне может так поступить, но ты не должна отчаиваться, ибо помни, своими благими деяниями ты можешь заслужить любовь любого человека.

— Не знаю. Магократы держали наше племя в рабстве на протяжении столетий, они отобрали у наших предков их земли и разделили между собой. Как кто-то может забыть такие преступления, даже после стольких лет? Мне кажется люди все равно будут смотреть на меня, как на монстра.

— Ах, Сансет, как ты можешь говорит такое не дав людям даже шанса узнать тебя поближе. Ты прекрасная молодая девушка и все подтвердят это, когда ты откроешься миру, но только после твоего совершеннолетия, раньше я никуда тебя не отпущу. Все будет хорошо, милая, я обещаю. И, пожалуйста, не относись к истории так серьезно, прошлое есть прошлое и единственное что мы можем сделать с ним — это научиться от него.

Сансет облокотилась о стенку кареты и снова начала гладить Феломину, внимательно наблюдающую за разговором матери и дочери. Пару минут девочка готовила свой ответ, ей казалось что Селестия слишком легкомысленно отнеслась к её словам и она хотела как-то поспорить с ней.

— Я не согласна с тобой. Как ты можешь советовать мне проще относиться к истории, когда для тебя она так важна. Я помню твои рассказы о библиотеке и о поколениях летописцев, служивших тебе. В сохраненных тобой хрониках записана не только жизнь королевства, но и твои воспоминания за почти тысячу лет, твои чувства и эмоции, сохраненные навечно. Я помню как ты жаловалась, что память у тебя не идеальная и многое стирается из нее или путается. Именно поэтому ты превратила библиотеку в свой "лабиринт памяти". Там, в портретах, записях, книгах, отчетах, рисунках и схемах хранишься ты сама. И я могу подтвердить это словами других историков, хоть они и вечно тебе благодарны за бережное отношение к истории Эквестрии, они все как один говорят, что во всех записях, сделанных по твоему приказу вьется красная нить твоей морали и идеалов. Ты своими руками написала историю Эквестрии и теперь ты часть неё и именно по ней все судят о тебе. Не по тому кто ты на самом деле, а кем была столетия назад. Но я смертная, поэтому меня будут судить по делам моих предков. Их наследие часть меня и от этого я никуда не смогу сбежать.

Дослушав слова Сансет, Селестия, которая все время сдерживалась, разразилась смехом. Девочка тут же приняла позу "обиделась и оскорбилась".

— Ох, Сансет, ты уже говоришь прямо как взрослая, такая рассудительная. Ну что я могу сказать, да, ты права. Но это еще не значит, что стоит все так драматизировать. Давай ради альтернативы посмотрим на магократов с другой стороны.

Селестия махнула рукой и применила излюбленный ею трюк — дополнение своих мыслей магическими образами. В золотистом тумане Сансет увидела изображение десятков людей, героев прошлого, среди них были и мужчины, и женщины, воители и управленцы, могущественные маги и дипломаты. Девочка заметила множество знакомых лиц: леди Сапфир, Грим 'Неприветливый', леди Шайнинг Стар, лорд Отто 'Семипут', Мад 'Яблочное Семя', леди Агриппина Спаркл и прочие. Там даже были две сестры, Луна и Селестия, ещё совсем молодые. Тогда мама Сансет вообще выглядела как коротышка по сравнению с собой нынешней.

— Начнем с самого начала, перед своим исчезновением Столпы успели оставить в мире неизгладимый след, они передали свой опыт, навыки и мудрость множеству людей, но еще больших вдохновили на подвиги и борьбу со злом. Их наследием стали поколения отважных героев, бросивших вызов источникам боли и несчастий племён. Часть из них погибла еще до Черной Зимы, еще часть во время войны Сильвании и Эквестрии. Всех их почитали и уважали за их жертву, даже сейчас можно найти уцелевшие памятники, посвященные им. Но были и те кто своими глазами видел изгнание моей сестры и пережил голодные и холодные годы.

Рука Селестии сделала круг и теперь Сансет увидела сильно прореженный ряд тех же героев, большинство уже отсутствовало, а те кто остались сильно постарели. Покрытые шрамами они выглядели мрачно, но так же решительно, как и раньше.

— Они пережили ужасную Черную Зиму и больше всего не хотели повторение случившегося. Пока мы вместе восстанавливали то, что осталось от королевств, они начали спорить какое будущее ждет племена. Тогда в их руках находилась вся полнота власти — я всё ещё оплакивала потерю сестры и все трагедии, обрушившейся на наш народ, чтобы помешать им. В спорах они разделились на две лагеря, магократов и либертаров. Первые выступали за появление строгой иерархии, где государство во всём железной рукой направляет общество, где всё расписано законами и всё контролируется, в таком мире не осталось бы места для зарождения зла. Вторые же хотели возвращения старых времен, когда человек был свободен и только косвенно подчинялся вождям своего племени. Магократы победили, а либертары стали изгоями и я не смогла ничего с этим поделать. Дальше ты и сама все прекрасно знаешь, было подписано соглашение, по которому создавался совет, сильно ограничивающий королевскую власть, а места в нем наследовались детьми магократов. Все Янтарные Равнины были поделены на куски и за каждым следил один из магократов. Сначала они были благодетелями, их мудрое правление помогло нашему народу оправиться от потерь, но через поколения смотрители превратились в тюремщиков.

Сейчас мы можем взглянуть в прошлое и увидеть как ошибались наши предки, но Сансет, представь себя на их месте, они видели своими глазами как мир погружался во тьму, как их друзья и родственники умирали в сражениях, погибали от голода и ледяных метелей. Им искренне хотелось не допустить этого вновь, они думали, что их выбор правильный, что их мудрое правление и правление их потомков подарит племенам мир. Эта уверенность их и погубила, пока они без устали трудились на благо других, люди свыклись со своей несвободой, ведь взамен они получили процветание и мир. Но власть развращает и уже дальние их потомки начали совершать то, за что ты так не любишь магократов. Именно их испорченность и привела к падению их родов, благодаря чему возвысились дальние потомки либертаров, те же Эпплы. Сансет, это история не о злодеях, а о людях и их слабостях.

— Но я все равно не могу понять как можно так низко пасть. Близкородственные браки, мания к наращиванию магического дара своего рода, рабство, тирания как так получилось? Как человек может совершать столько плохого? Наверное, люди правы, магократы — это проклятая порода и их немногие наследники заслуженно называются Порченной Кровью. Зло и уродство передаются по нашей крови. Мы должны расплатиться за эти грехи перед богами. — Девочка говорила с таким презрением к самой себе и своим предкам, что шокировала саму Селестию.

— Сансет, откуда ты узнала про эту порченную кровь? — Спросила Селестия, её слова ожесточились, а лицо стало угрожающе холодным.

— От мисс Пирл. — Честно ответила Сансет, она не поняла внезапной смены настроения матери.

— Когда вернемся я поговорю по этому поводу с мисс Пирл. Пусть знает, что нечего детям рассказывать подобные глупости. — Твердо сказала королева, после чего смягчилась и добавила, поглаживая по щеке свою дочку. — Сансет, ты мой прекрасный, здоровый ребенок, нет в тебе никакой порченной крови. Всё это домыслы и нет никаких "особых" людей. Поверь мне, на своём веку я повстречала огромное количество плохих людей всех происхождений и общественного статуса. Когда подрастешь сама увидишь, а пока поверь мне на слово.

Может Сансет что-то и ответила бы, но громкое чириканье Феломины привлекло всеобщее внимание к фениксу.

— Ладно-ладно, Феломина, твоя взяла, сейчас я тебя выпущу. — Сказала королева, открывая окно для феникса. Когда птица покинула стены кареты, Селестия спросила у своей грустной и молчаливой дочери. — Сансет, хочешь чего-нибудь? Может поедим?

— Нет.

Королева вздохнула и вернулась за свой стол. Селестия поставила перед собой корзинку яблок и стала заедать ими тревогу. Она понимала, что дальнейшие разговоры не помогут и поэтому решила дать девочке время все обдумать. До прибытия в Яблочную Долину оставалось еще несколько дней.

## 2. Визит к Эпплам.

Через три дня карета королевы въехала в небольшой городок. Когда-то давно его основали рабочие, нанятые семейством Эпплов для сезонных работ, когда их контракт подошел к концу, они не захотели покидать этих плодородных земель и решили выстроить свои дома прямо вокруг поместья своих нанимателей, с тех пор их поселок всё рос и рос, в конце концов заслужив свое собственное имя — Яблочный городок. Дороги его были широкими, улицы утопали в зелени, а дома из кирпича, побеленные известью, выглядели опрятно и мило. Казалось, что у каждого здания был свой собственный небольшой сад, огражденный низким заборчиком.

Скрывшись за занавеской, Сансет украдкой посматривала в окошко. Люди на улицах, что недавно брели по своим делам, останавливались и с любопытство смотрели на роскошную карету. Хватило нескольких минут перед тем как местные поняли что к чему и не начали распространять всюду весть о прибытии её величества. Вскоре за кортежем королевы уже следовала большая толпа горожан. За совсем малый промежуток времени они успели надеть праздничную цветастую одежду, взять с собой детей и украсить своих лошадей. Сансет видела среди толпы множество улыбающихся загорелых лиц с копнами непослушных пшеничных, каштановых и рыжих волос.

— Ох, Сансет, ну что у тебя с волосами, иди сюда. — Приказала дочери Селестия, она грозно восседала на стуле с расческой в руке.

Девочка покорно подошла и развернулась спиной к матери. Обе они уже были в целом готовы к выходу, платья, косметика, заученные движения и слова, но оставалась ещё пара нюансов. На то, чтобы вернуть в строй непослушные волосы дочери у её величества ушло все оставшееся время. Когда они закончили, карета уже въехала на главную площадь городка. Дверь распахнулась и, пригнувшись, королева Эквестрии вышла наружу, тут же за ней последовала её принцесса-дочь, держась за подданную кучером руку, на её плече восседала гордая Феломина.

Селестия улыбалась и махала рукой своим подданным, окруживших карету, на почтительном расстоянии их удерживал небольшой отряд стражников в кольчужных рубахах с зеленым сюрко. Благодаря огромному росту королевы каждый мог видеть её величество, одетую в сандалии и легкое белое платье до пола, на её голове красовалась диадема, а на ногах и руках золотые наголенники и наручи, они отражали лучи полуденного солнца. Сансет скромно стояла рядом, уперев стеснительный взгляд в землю. Девочка была одета в удобное платье в красно-желтых тонах, с юбкой чуть выше колен и рукавами не доходящими до локтей. Её образ дополняли чулки поделенные пополам на красную и желтую часть, а также корсаж, на стомаке которого был вышит личный герб принцессы Сансет — на поле, разделенном на четыре части, в верхнем левом углу красовался восставший белый аликорн на голубом фоне, в правом нижнем находился герб дома Шиммеров, закатное солнце над зеленым холмом, остальные квадраты занимали два солнца с пламенными языками, одна их часть была желтой, другая красной. Весь наряд для дочери придумала сама Селестия, не сказать лучший модельер во всем королевстве. Феломина важно смотрела по сторонам, подняв клюв, многие обращали своё внимание на диковинную птицу, особенно дети.

Радостная толпы раступилась, чтобы пропустить семейство Эпплов в полном составе. Отец семейства и его сын носили расшитые дублеты, а жена и дочери были в платьях с пышными юбками. Одежда Эпплов была составлена в зелено-желто-красной гамме и имела множество элементов с их родовым гербом. Феликс Эппл, мужчина средних лет с красным лицом и рыжими волосами, завел руку за спину и сделал глубокий поклон, приветствуя её величество.

— Ваше сиятельство, для нас и для всей Яблочной Долины честь вновь Вас принимать!

За главой семейства последовали и остальные, девочки сделали реверанс, мальчик поклонился, а Дейзи Эппл протянула вперед руки, занятые полотенцем и пухленьким пирогом, внушительного размера.

— Примите этот яблочный пирог в знак нашего гостеприимства, ваше великолепие! — Торжественно произнесла женщина.

— Благодарю. — Скромно ответила Селестия, делая небольшой кивок головой. Сансет сделала молчаливый реверанс и украдкой посмотрела на мать. Её глаза блестили, мысленно она уже пожирала поистине достойный образец сладкой выпечки.

В золотистой ауре пирог поднялся в воздух и улетел в карету. И тут через толпу протиснулся ещё один человек, толстый мужчина в дорогостоящем черном костюме, с моноклем, редеющими волосами и жидкой бороденкой. Отдуваясь, он встал в ряд с Эпплами и сделал поклон на сколько ему это позволяло его пузо. При виде его натуг, девочки тихо засмеялись и начали шушукаться, пока их не прервала их мать.

— Ваше превосходительство, умоляю простите меня за опоздание! Вы меня не знаете, я новый мер этого города и пользуясь своим положением хочу поприветствовать Вас от имени всех его жителей! Для нас это великая честь! И прошу простить меня за мою дерзость, но не могли бы вы сразу рассказать о ваших планах на ближайшие несколько часов? — Спросил мужчина мягким, лоснящимся как его лицо, голосом.

— Я же тебе уже говорил Мэрн, — ответил вместо Селестии граф, — её величество планирует посетить Тенистую Рощу и только с наступлением вечера присоединиться к дню рождению моего сына и празднику по случаю её визита.

— Да, именно так. — Подтвердила королева, добро улыбаясь.

— Замечательно! Просто великолепно! Ваше сиятельство, желаю вам насладиться прекрасными видами Тенистой Рощи! С нетерпением буду ждать нашей встречи вечером, обещаю что праздник удастся на славу! А теперь, если позволите. — Мэр Мэрл повернулся к толпе и громко сказал. — Дорогие мои сограждане, прошу разойтись! Встреча с её величеством состоится только вечером!

Когда слова мера повисли в воздухе, недовольный возглас жителей Яблочного городка рокотом прокатился по округе. Мэрн попытался успокоить толпу, но его голос был еле слышен на фоне всеобщего гула. Тогда королева сама решила вмешаться.

— Добрые люди Яблочного городка, обещаю выслушать каждого из вас, но сейчас не место и не время для этого. Проявите терпение и разойдитесь по домам, мы еще обязательно встретимся сегодня. — В отличие от обычных людей, её величеству не нужно было кричать, чтобы быть услышанной, её голос подобно грому разносился по округе, заглушая собой любой шум.

Вскоре толпа разошлась, понукаемая стражниками, и Феликс Эппл начал раздавать команды, все-таки он был хозяином этих земель, хоть и не полностью.

— Дорогая, будь любезна проводи детей до поместья, мы с её сиятельством пойдем следом. Капитан Рей, прошу сопроводите нас.

Семейство Эпплов разделилось по парам и направилось вперед. Капитан стражи обратился к своим подчиненным и приказал тем следить за порядком в городке, еще троим наказал охранять Эпплов, сам он последовал в конце получившейся колонны. Карета обогнала всех их и устремилась в поместье первой, это была не первая поездка королевы в Яблочную Долины и опытный кучер уже знал что да как делать.

— Пойдем, Сансет. — Сказала королева, приглашая дочь идти рядом с ней, девочка послушно пошла, то и дело бросая любопытные, но кроткие взгляды на округу и людей, идущих впереди.

Следуя из её наблюдений, Дейзи Эппл была высокой, серьезной женщиной со строгим, немного длинным и плоским лицом, у нее были прямые светлые волосы, доходящие до плеч, кожа её была бледной, будто графиня никогда не видела солнца, она шла в паре со своим сыном Маркусом и иногда перебрасывалась с ним фразами. Мальчик был сильно похож на свою мать, такой же бледный и серьезный, с коротко подстриженными светлыми волосами. Иногда он поворачивался и неодобрительно смотрел на Сансет. Феликс Эппл, отец семейства, имел загоревшее кругловатое лицо, на котором отчетливо был виден красный румянец, то ли от алкоголя, то ли это просто природная особенность. Его кудрявые рыжие волосы добавляли его образу веселости и дружелюбия, но голос и манера речи были твердыми и уверенными. Дочери же его больше пошли в него, чем в мать, старшая была выше младшей и имела светлые волнистые волосы, когда лицо её сестры урашали рыжие кудряшки и веснушки. Обе девушки имели сильный загар и красивые сердцевидные лица с округлыми чертами лица. Они то и дело шептали что-то друг другу на ушко и с хихиканьем посматривали на Сансет. Похоже у младших Эпплов она была настоящей знаменитостью, сама девочка не понимала чем заслужила такого внимания и стеснительно тупила взгляд об брусчатку. Феломина не приминула вставить свой язвительный комментарий. Покраснев от злости, Сансет сделала еще одно наблюдение — у всех Эпплов были зеленые глаза разных оттенков.

Пока процессия шла по улице, Сансет стала невольным слушателем разговора между Феликсом и Селестией. Они говорили как старые знакомые, уважительно, но с отчетливой симпатией друг к другу. Среди тем разговора проскальзывали и финансовое положение графства, и дела в королевстве, и новые законы и указы, обсуждался Яблочный городок, благосостояние его жителей, новый мер, также поднималась излюбленная тема всех родителей — здоровье и проблема воспитания детей. Все это Сансет старательно игнорировала по двум причинам: во-первых это был личный разговор, во-вторых она не хотела слушать стыдные подробности о своем детстве и детстве младших Эпплов.

Вместо болтовни, девочка занимала себя осматриванием окрестностей. По её мнению Яблочный городок был приятным, тихим местом. То тут, то там, она замечала объекты местного благоустройства, удобные колодцы с крышами, систему желобов для выпадающих осадков, школу, детский садик, пожарную каланчу и прочее, и прочее.

Минут через пятнадцать колонна подошла к поместью Эпплов и Сансет смогла увидеть высокий особняк из темной породы дерева, окруженный неровным каменным заборчиком. Поместье было отделено от остального городка аллеей пышных деревьев. Оказавшись за забором, Сансет успела совсем немного рассмотреть мрачный, но красивый особняк, украшенный замысловатой резьбой по дереву, большой сад и хозяйственные здания, что окружали его. Никто не останавливался и вскоре девочке пришлось последовать за остальными внутрь поместья. Капитан и его стражники остался снаружи.

Сансет оказалась в просторной прихожей, её большие окна хорошо освещали помещение, а в воздухе улавливался сладкий запах, идущий от цветущей яблони, что росла прямо здесь в клумбе.

— Прошу простить, ваше величество, мне и моим детям нужно готовиться к предстоящему празднику, к сожалению, прямо сейчас мы вынуждены вас оставить. — Учтиво проговорила графиня.

— Очень жаль, а мне так хотелось, чтобы вы составили мне и вашему мужу компанию. Но ничего, уверены у нас еще будет время, я планировала остаться у вас на несколько дней, если вы не будете против.

— Конечно нет, чувствуйте себя как дома.

— И да, графиня Эппл, я привезла ваш любимый чай, буду ждать возможности попробовать его вместе с вами.

— Спасибо, вы как всегда очень добры. — Сансет показалось, что леди Эппл улыбнулась, впервые за день.

Женщина и её дети учтиво поклонились и вышли из прихожей. Когда дверь за ними закрылась, граф Феликс хлопнул в ладоши.

— Ну что же, пройдемте в мой кабинет, спланируем нашу прогулку. — Весело заявил мужчина смотря то на Селестию, то на Сансет. Радость, которая проявилась у графа после ухода его жены насторожила девочку.

— Феликс, я подумала не лучше ли нам дать нашим дочерям возможность познакомиться получше, желательно наедине.

— Отличная идея, но с вашей стороны я был бы осторожен, если принцесса не проявит характер — мои дочери заживо её съедят. — Граф весело засмеялся.

Девочке не нравился куда свернул этот разговор.

— Ничего, с ней все будет хорошо, уверена они поладят. Так, Сансет?

— Я постараюсь. — Холодно ответила девочка, она испытывающе смотрела на мать. В её голове уже начали формироваться неприятные объяснения происходящего.

Селестия будто не замечая выражения лица дочери продолжила:

— Альбина и Камилла очень непоседливые, они тебе все тут покажут и расскажут. Феликс отведет тебя к ним. Да, Феликс?

— Конечно.

— И да, — Селестия прошептала в ладонь несколько слов и теперь её мысли проецировались прямо в голове Сансет, королева просто не хотела нагибаться к уху дочери, чтобы не показывать свой роскошный зад, — я знаю как тебе хочется на природу, это твой шанс, не упусти его.

Девочка уже хотела разразиться вопросом "Почему тогда ты меня не отпускала из дворца?" или "Научишь меня передавать свои мысли!? Это потрясно!", но вместо этого она спросила у голоса матери в своей голове:

— У тебя роман с этим графом, поэтому ты так быстро решила от меня избавиться?

В реальности Селестия засмеялась, но быстро вновь взяла себя в руки и продолжила мысленный диалог.

— Нет, Сансет, мы просто хорошие друзья. И нет, я не хочу от тебя избавиться, просто тебе будет скучно с нами, с двумя стариками, лучше иди поиграй с девочками.

— Может ты хоть спросишь моего мнения? Те девочки старше меня, вдруг мы поссоримся.

— С этой цельей я оставляю с тобой Феломинк. И хватит со мной спорить, ты заставляешь графа ждать. — Селестия показала рукой на мужчину, тот уже начал рассматривать потолок в ожидании пока королева и принцесса закончат то, что они делали. Теперь королева начала говорить словами. — Прости, Феликс, проводи, пожалуйста, Сансет.

— Будет исполнено. Пройдемте, принцесса.

С явно недовольным лицом Сансет последовала за графом. Они шли по коридорам несколько минут, всё было спокойно пока внезапно девочка не перекрыла путь мужчине. Не смотря на свой возраст, она отчетливо чувствовала, что должна защищать честь своей матери и отца, хоть о последнем девочка почти ничего и не знала. В ней клокотала обида и ярость от мысли что какой-то граф решил заменить её отца. Её эмоции отразились не только на лице, волосы Сансет медленно поднялись в воздух и запылали словно факел, её бирюзовые глаза ярко засияли.

— Даю вам одну возможность объясниться. Что у вас с моей мамой!?

Граф Феликс попятился назад, выставив вперед руки. На его лице смешалась улыбка от нелепости происходящего и гримаса страха перед настоящим пламени, могущего вызвать пожар.

— Миледи-миледи, прошу вас успокойтесь, погасите огонь.

Феломину этот поворот событий тоже застал врасплох, она в панике стала махать крыльями чтобы сбить пламя, активно щебеча.

Сансет сжала свои кулаки и прикусила губу. Вдох-выдох, вдох-выдох и вот её волосы больше не походили на кострище.

— Предупреждаю, если вы не закончите роман с моей матерью, я расскажу всё вашей жене.

— Роман? — Граф искренне засмеялся. — Миледи, я видел вашу мать с самого своего рождения, для меня она больше бабушка, чем женщина. Милостивая Селестия, ну вы и придумали. — Мужчина утер слезу. — Вы наверное не знали, но её величество старается относиться ко всем своим подданным, как к своим детям, во всяком случае к тем, кто хорошо себя ведёт. Её усилиями в какой-то степени всё королевство является одной большой семьей, весьма склочной, если вы спросите меня. Надеюсь моего ответа вам хватило.

Сансет немного опешила, но не потеряла весь свой обвинительный пыл.

— Тогда почему вы так радовались когда графиня ушла и зачем пытались избавиться от меня?

— Ох, миледи. Знаете, хоть вы и принцесса, но ведете себя точно мои дочки, когда те были помладше. — Феликс грустно посмеялся и вздохнул, набираясь терпения. Мягко улыбнувшись, он попытался всё объяснить. — Я люблю свою жену, просто у нас немного разные интересы, она не любит мою возню в полях. А мы с вашей матерью как раз хотели этим заняться, обойти владения, проверить состояние хозяйства. Уверяю вас, Дейзи знает об этом и принимает всем сердцем. А на счет "избавления от вас", честно, не знаю почему королева вам не сказала раньше, мы заранее договорились представить вас и моих дочерей друг другу. Может она хотела чтобы ваши отношения складывались естественно.

— Я ... угх. — Сансет, сморщилась в бессильной злобе. — Мам, почему ты мне не сказала!? — Сетовала она про себя, чувствуя, как краснеет от стыда за свой спектакль. Она то хотела припугнуть графа, но кто знал, что всё так обернётся. — Так вот зачем ты целую неделю устраивала мне лекции про важность дружбы!?

— Умоляю, простите меня. — Сансет поклонилась, положив руки на свои бедра.

— О, что вы, что вы, не стоит.

— Вы простите меня?

— Конечно. Помните, я говорил о своих близких отношениях с вашей матерью, а вы её дочь и, простите за меня за дерзость, но я уже считаю вас частью своей семьи.

Увидив обезоруживающую улыбку графа, Сансет не могла не улыбнуться сама.

— Для меня это честь, спасибо.

— Это для меня честь. Ну что, пойдёмте, мы почти пришли.

Поднявшись по винтовой лестнице и преодолев парочу длинных коридоров, Сансет и Феликс остановились у черной двери, на которой цветными мелками были нарисованы красная и золотая половинки яблок, а также накарябана надпись — "папам ходу нет".

— Как видите мне туда путь заказан, так что прошу. — Феликс открыл дверь и пригласил Сансет зайти, она так и сделала. — На всякий случай, моих дочерей зовут Альбина и Камилла, они скоро должны подойти. Обычно им нужно немного времени, чтобы улизнуть от моей жены, ха-ха. Но если этого вдруг не случится, через две двери налево по этому коридору комната мисс Рид, она отведет вас к вашей матери, либо к моей жене. Так, вроде всё, если мои девочки будут вас обижать, сразу обращайтесь ко мне, ещё передай им чтобы следили за временем, не опаздывайте на праздник.

— Хорошо и простите ещё раз. — Виновато произнесла Сансет.

— Пустяки, приятно провести время. — Бросив понимающую улыбку, граф Феликс закрыл за собой дверь.

Когда принцесса осталась одна, Феломина налетела на ту с обвинениями.

— Эй! И вовсе я не бешеная фуррия, от того огня точно не начался бы пожар! — Возразила Сансет, её слова не убедили феникса и та продолжила свою тираду. — Да как ты... Ладно, ты права, я уже нарушила своё обещание и повела себя неподобающе. Как думаешь, граф расскажет маме?

Ответ Феломины звучал рассудительно.

-Слава богам. — Облегчённо выдохнула принцесса. — Согласна, нужно хотя бы с сёстрами Эппл не ударить в грязь лицом. Фух, давай осмотримся пока ждём их.

Так они и сделали. Девочка и её феникс оказались одни в достаточно большой, немного темноватой, но богато обставленной комнате. Тут тебе и камин, и две удобные кровати, и громадный гардероб, и световые кристаллы вместо свечей. Но помимо этого она совсем не была похожа на типичную комнату девушек знатного рода, да что там говорить, она даже не походила на комнату Сансет! Среди пейзажей Янтарных Равнин, с изображениями лесов и лугов с табунами лошадей, встречались батальные картины с изображениями кровавых битв прошлого, на одной стене даже висело тупое ржавое оружие и полусгнивший щит с еле узнаваемой геральдикой рода Сапфайров. На столах были разложены приспособления для ремонта, своей очереди на починку ожидали пара деревянных мечей, лук без тетивы, незаконченные стрелы, порванные стремена. Остальное свободное пространство занимали предметы для рисования, готовые изображения, книги по истории с кучей закладок внутри, учебники по фехтованию, руководства по занятию спортом, разбросанные не пойми где. И все это довершал здоровенный портрет Мада 'Яблочное Семя'. Огромный мускулистый мужчина с каштановой гривой и густой бородой с молотом на плече смотрел на Сансет. Он был попояс голый.

— Мда, не так мисс Пирл описывала быт девушки благородных кровей, где шитья, красивые платья и сборники песен? — Ехидно заметила принцесса. — Даже нет книги по садоводству, они точно те самые Эпплы? Стоп, вот она, значит всё в порядке. — Феломина по-птичье засмеялась.

Сансет нашла на столе стопку с трактами о сельском хозяйстве, разбавленную приключенческими романами. Она взяла первую попавшуюся книжку и села на кровать, чтобы немного почитать. В этот момент дверь распахнулась и внутрь ворвались две смеющиеся девушки. Они тут же замолкли и застыли на месте, заметив Сансет.

— Лошадиный навоз. — Выругалась старшая из них, она не сводила удивленного взгляда с принцессы. Её слова медленно затихли, оставив после себя неловкую тишину.

Чувствуя вину и стыд за вторжение в чужую спальню, Сансет решила объясниться и спешно извинилась:

— Простите, ваш лорд-отец оставил меня здесь ждать вашего возвращения и я...

Младшая с рыжими волосами локтем ткнула старшую, та быстро пришла в себя и спросила:

— Ах да, точно. Ты принцесса Сансет, так?

— Да, миледи.

— А это твоя птица? Очень красивая. — Добавила Камилла.

— Это Феломина, она моя подруга и подруга её величества. — Феломина важно подняла клюв. Какое невежество назвать феникса чьим-то питомцем, но сдругой стороны они признали её красоту и ей это понравилось.

— Тогда наших лошадей тоже можно назвать нашими подругами. — Смеясь сказала Камилла, тыкая локтём свою сестру.

— Альбина, можно просто Альб. — Улыбаясь, старшая Эппл протянула Сансет загорелую руку, принцесса не ожидала такой фамильярности, но приняла твёрдое рукопожатие леди Альбины.

— Камилла, сокращенно Кэм. — Младшая сестра тоже протянула руку и Сансет тоже её пожала, отметив что рукопожатий были одинаково сильными.

— Тааак, отец сказал нам, что мы можем вместе погулять. Лично я не против, больше народу — веселей. Осталось только определить что мы будем делать. Кэм может поучить нас рисовать, можно погулять по поместью, почитать что-нибудь, покопаться в саду...

— Или снова поискать сокровища Сапфайров, или поехать на речку купаться! — Продолжила за сестру Камилла с большим энтузиазмом. — А чего ты хочешь, Сансет?

— Эм, поездка на природу звучит прекрасно.

— Отличный выбор!- Альбина по-дружески хлопнула Сансет по плечу, да так сильно, что та чуть не упала. — Переоденимся и сразу в путь. Кэм, сначала ты, потом я, а потом поможем Сансет.

Камилла развернулась спиной, чтобы позволить сестре начать развязывать верёвочки на своём платье.

— Эм, я пожалуй откланюсь. — Невнятно произнесла Сансет, протискиваясь к двери.

— Ты чего это, лучше посиди на кровати, мы быстро, не волнуйся. — Заверила Альбина.

Но Сансет волновала не скорость процесса передевания. Большую часть жизни она общалась только с Селестией и контакты с другими людьми были минимальны, поэтому вторжение в чужое личное пространство вызывало у неё стойкий стыд и чувство неловкости. Она даже слугам не позволяла бывать в своей комнате, а тут такое. И это даже если не вспоминать, что поведение Эпплов нарушало все писанные и не писанные правила поведения, которым её учили во дворце. Такое положение дел ломало любые модели поведения Сансет, оставляя ей всего один выход — бежать. Когда её рука сомкнулась на ручки двери, Феломина заговорила и её слова заставили принцессу остановиться.

— Ты чего это, Сансет? — Спросила Камилла.

— Ничего. — Сказала двери принцесса и тут же вышла в коридор. Сёстры переглянулись, пожали плечами и продолжили делать то, что они делали.

В коридоре Сансет подперла спиной стену и пустила пальцы в волосы.

— Ну что за нелепица! Фух...

Тем временем Феломина приземлилась напротив принцессы и принялась самозабвенно чистить свои пёрышки, во время чего как бы невзначай бросила язвительный комментарий.

— Ты не понимаешь! Тогда, когда я играла во дворце всё было проще ... меня никто не видел и это была всего лишь игра.

Феломина оторавалась от своего занятия и с прищуром посмотрела на Сансет, после чего последовали слова, колящие больней кинжала.

— Ну хватит напоминать мне об этом! Я расскаялась и пообещала больше так не делать!

Но фениксу этого было мало. Феломина заголосила, а потом по-птичье рассмеялась.

На лицо Сансет упала тень. Она наклонилась над фениксом, загородив собой свет от кристалла.

— О леди Феломина, на вашем месте я бы так не ежилась или вам напомнить как когда-то кто-то разложил в вашем гнезде кошачью мяту, а потом запустил во дворец кучу котов. Кто же мог подумать, что десяток другой вшивых и голодных хвостатых может загнать в угол даже благородного феникса. А потом помните что случилось? Кто вас спас, м?

Но на Феломине даже пёрышко не колыхнулось. Заглянув в темноту бирюзовых глаз принцессы, феникс дала свой ответ.

Вздохнув, Сансет отступила и вновь опёрлась об стену, скрестив руки на груди.

— Ты права, пора взрослеть. Я принцесса Сансет, дочь богини-королевы Селестии и должна вести достойно этого титула.

В этот момент дверь в комнату отварилась и в коридор вышли переодевшиеся сёстры Эппл.

— Мы закончили и, эм, Сансет, с тобой всё в порядке? — Спросила Альбина.

— Да. Мы слышали твой голос, ты с кем-то ругалась? — Спросила Камилла, оглядываясь в поисках невидимого собеседника принцессы.

Говорят гнев может заставить действовать самого кроткого малыша, в случае Сансет это было правдой. Принцесса собрала остатки своего достоинства и твёрдо решила вести себя прилично, для начала она сделала небольшой поклон.

— Я прошу у вас прощения за ранее недоразуменее, позвольте мне кое-что вам объяснить. Во-первых, Феломина — феникс и она умеет разговаривать, а я умею её понимать.

— Да ну? — Не веря сказала Камилла, закончить ей помешал локоть сестры, ударивший её в живот.

— Продолжай. — Улыбнулась Альбина.

— Кхм, во-вторых, мне следовало признаться, что я обладаю скромным социальным опытом и общение с вами вне придворного этикета вызвало у меня, мм, большие затруднения.

Старшая Эппл секунду почесала подбородок, а потом вдруг сделала поклон всем туловищем, положив ладони на бёдра.

— Тогда это мы должны принести вам наши извинения за причиненные неудобства, ваша милость. Если таково ваше желание, мы можем продолжить наше общение в более официальной форме. Уверяю, мы более чем способны на это, так ведь, Камилла?

Поза, выражение лица, движение глаз младшей Эппл, всё это выражало предельное отвращение.

— Способны. — С крайней неохотой признала Камилла.

— Я думала наоборот подстроиться под вас, только прошу проявить терпение ко мне. — Сансет решила проявить дипломатичность и уступила.

— Правильный выбор, Сансет. Мы научим тебя быть нормальным человеком, а не придворной змеюкой.

— Сладкие яблоки. — Тихо чертехнулась Альбина, качая головой. — Раз мы всё уладили, я пойду подготовлю для тебя одежду, Сансет.

С этими слова старшая Эппл вернулась в комнату, её сестра кивком подсказала принцессе последовать внутрь, та неловко поспешила следом. Феломина вновь запругнула на плечо своей подруги и воспитаницы.

Пока Альбина рылась в шкафу, Камилла решила завязать разговор.

— Эй, Сансет, ты тогда не пошутила, твой феникс правда умеет разговаривать? Типа, она же птица! Не пойми неправильно, у нашего дяди есть ворон, который говорит несколько слов, но это не тоже самое, что нормальная речь!

— А разве вам не преподают расширение зоологии "Разумные виды Эквуса"?

— Неа.

— Хм, тогда я объяснить в двух словах, на нашей планете много разумных видов помимо людей. Кто-то имеет магическую природу, а кто-то нет. Наша Феломина очень редкое магическое создание, умное и почти бессмертное — фениксы проживают цельную птичью жизнь, от птенчика до старой особи, умирают и возрождаются в пепле, чтобы начать всё сначала.

Камилла подошла поближе и стала пристально рассматривать Феломину, скептически хмыкая.

— Скажи что-нибудь.

И феникс заговорила, её тирада была долгой и недовольной.

— Можно я не буду это переводить? — На вопрос Сансет феникс недовольно гаркнула. — Ох, Селестия помилуй меня. Фух, кхм, Камилла, Феломина выражает тебе своё неудовлетворение касательно вашей подготовки к моему приезду, вот. — Но это было не всё и Феломина гаркнула снова, требуя продолжения. — Ладно-ладно! — Набрав побольше воздуха, Сансет выпалила. — Феломина считает что встречая принцессу королевства вы не проявили и доли необходимых почестей, а ещё ваши действия позорят весь род Эпллов.

Секунду Камилла стояла в ступоре, а потом разразилась хохотом.

— Ха-ха, птица меня ещё не отчитывала. Не хочу растроить ваши птичьи чувства, миледи, но моя мать уже какой год говорит, что я позорю всю семью и ничего, живём как-то.

Феломина по-птичьи нахмурилась. Подумав, что феникс уже планирует очередную гадость, Сансет поспешила изменить тему разговора.

— Ааа, Камилла, а ты увлекаешься историей?

— Ну немного, а что?

— Просто такой большой портрет основателя вашего рода, наверное, должен находиться в главном зале, а не в спальне.

— Только не такой "голый". — Хитро улыбнулась Камилла. — К слову, а что ты вообще знаешь о Маде?

— Ну, если я правильно помню, по легенде, он был единственным сыном Эппла 'Большого', самого высокого и сильного мужа Янтарных Равнин. Мад рос маленьким и слабым, поэтому сравнивая отца и сына говорили, что если Эппл — это яблоко, то Мад — всего лишь семечко. Так он и стал Мадом "Яблочное Семечко". А когда ему исполнилось 16, он стал быстро расти и набираться сил, и его уже называли "Яблочное Семя". Говорят, что он смог бы обогнать в росте своего отца и назваться "Большим Яблоком", но в 18 лет его лично казнила Найтмер Мун во времена Чёрной Зимы за то, что тот самолично убил больше трёх сотен мыше-людей.

— Точно, нам примерно так и рассказывали в детстве, но знаешь, есть и вторая версия. Мад 'Яблочное Семя', потому что он имел 15 детей и любил сорить своим "семенем" где непоподя. — Камилла подмигнула и ткнула локтём покрасневшую Сансет. Это была ошибка, за столь вульгарный намёк ей прилетел удар клювом прямо в макушку. — Ай! Ха-ха, а у неё есть характер. — Камилла отступила, чтобы потереть место ушиба. — А вообще, этот портрет висит здесь, потому что я нарисовала его, вот и всего-то.

— Ого, выглядит красиво, но может стоило его... одеть. — Сказала Сансет, опустив взгляд и заведя прядь волос за ухо.

— Нееет, так лучше. — Хитро улыбнулась Камилла, гордо смотря на свою работу. — Я художник и мне нужно изучать натуру. Но ели хочешь посмотреть на мои более одетые работы, они висят в бальном зале, могу показать. Думаю тебе понравится портрет леди Яшмы.

Сансет тут же представила перед собой портрет леди Яшмы, госпожи Красных Песков из 'лабиринта памяти'. Эта дама недолго правила частью Пустошей Перевертышей в далекие времена правления магократов, Селестия отзывалась о ней как о храбрейшей женщине своего времени. У неё были длинные красные, как осенняя листва волосы, желтая, как песок кожа, орлиный нос и аквамариновые глаза.

— А если ты заинтересована в более откровенном искусстве у меня есть версия без нижнего белья. — Эти слова не могли остаться безнаказанными. Как божественное возмездие, Феломина мгновенно налетела на Камиллу и несколько раз тюкнула её в голову. — Ай-ай! Сдаюсь!

— Наигрались? — Спросила Альбина. Неизвестно уже какую минуту она наблюдала за происходящим, наслаждаясь избиением своей сестры.

— И ты всё это время просто пялилась. Могла и помочь, сестрой ещё называешься. — Недовольно бурчала Камилла, потерая ушибы.

— Ты это заслужила. Вот твоя одежда Сансет, тебе нужна наша помощь?

— Нет-нет, я сама справлюсь.

— Хорошо, тогда мы оставим тебя. Пошли Кэм. — Младшая сестра покорно пошла за старшей, напоследок показав язык фениксу перед тем как исчезнуть за дверью.

Сансет облегченно вздохнула.

— Было обязательно её бить?

Феломина гордо подняла клюв и чирикнула несколько слов.

— Мама не одобрила бы такой подход.

Принцесса посмотрела на оставленную ей одежду, это были слегка поношенная рубашка, жилетка с вышитым яблоком на спине, штаны из плотной ткани и пара кожанных сапог. С помощью магии Сансет легко развязала шнурки своего платья и достаточно быстро переоделась. Аккуратно сложив свою одежду, Сансет выглянула в коридор:

— Я готова.

— Перед тем как мы пойдём. — Камилла запихала Альбину и Сансет обратно в комнату. Оглядев спальню задумчивым взглядом, она нашла умело скрывающееся напольное зеркало, скинула с него горы тряпья и поставила перед остальными девочками. Встав с ними в ряд, Камилла положила руку на свободное плечо Сансет.

— На тебе отлично сидит моя одежда, только нужно ... — Девушка лентой завязала в хвост волосы Сансет. – Идеально, выглядишь в точности как мы. Если спросят, скажим что ты наша кузина.

Посмотрев на своё отражение, принцесса мысленно согласилась. На всех трёх девушках была одна и таже одежда, немного желтоватая кожа Сансет на фоне Эпплов была похожа на загар, а желтые полосы волос в хвосте не так сильно выделялись. Помимо этого, принцесса не могла не заметить отличий между собой и девушками. Она была намного ниже ростом, где-то на голову, тело её походило на плоскую палку, когда у сестёр Эпплов все нужные места уже начали округляться. В сравнению с Камиллой и Альбиной Сансет казалась настоящим ребенком, ей было стыдно и завидно.

— Пойдемте уже. Чем быстрее выйдем, тем больше у нас останется времени. – Сказала Альбина и поспешила вперед, Камилла и Сансет последовали за ней.

Пару минут спустя, девушки уже стояли в конюшнях. Пока сёстры готовили своих скакунов, Сансет жалась у стены, боясь подозрительного взгляда кобылы фыркающей на неё. Феломина тем временем спокойно сидела на плече принцессы, успокаивая её своей трелью. Альбина первой застегнула седло и повела своего коня за поводья.

— Сансет, ты с кем поедешь?

— Со мной. — Вместо Сансет ответила Камилла.

— Добро, тогда я заберу наши вещи и открою ворота.

Когда цоканье копыт затихло и Альбина исчезла из поля зрения, Камилла застегнула последний ремень на седле фыркающей кобылы и повернулась к Сансет.

— Так, давай я вас представлю друг другу. Это Красотка, Красотка, это Сансет. — Лошадь громко фыркнула. — Хей, подруга, не будь такой мнительной. Скажи, Сансет, ты много знаешь о лошадях?

— Немного. Я никогда не была в конюшнях. — Сансет неловко улыбнулась.

— Надо же, жить во дворце и не побывать на королевских стойбищах, а ведь там содержаться одни из лучших скакунов во всей Эквестрии. Знаешь, вообще-то это очень лестный титул и его не дают просто так, многие равнинники отдали бы свою правую руку за то, чтобы посетить королевские конюшни, а ты там даже не была. Это оскорбительно. Ну да ладно, раз ты рассаазала мне о фениксах, хочешь я дам тебе вводную лекцию о конях?

— Угу. — Тихо ответила Сансет.

— Во-первых, лошади наши друзья, каждому наезднику нужно ЗАСЛУЖИТЬ право на оседлание. Во-вторых, лошади очень умны, даже умней некоторых людей, жаль только не говорят как твой феникс. В-третьих, они хорошо нас понимают даже без слов, особенно хорошо это получается, когда конь и всадник знают друг друга очень давно. В-четвёртых, лошади члены нашей семьи и работаем мы на правах равных, поэтому нужно о них хорошо заботится, иначе они просто сбегут от тебя. Так, это уже пятый пункт, кхм, считается хорошим тоном давать своему коню кличку — у твоего друга может уже есть имя, но узнать ты этого никак не можешь, поэтому только прозвища. Вот я называю свою подругу Красоткой, тебе не найти более красивой и гордой кобылы в округе. — Лошадь с белой шерсткой и белой шикарной гривой, заплетённой в множество косичек, горделиво подняла голову. — А теперь, Сансет, давай применим всю полученную информацию. Держи. — Камилла взяла со стола красное сочное яблоко и вложила его в руку Сансет. — Подари его Красотке и вежливо попроси разрешения прокатиться на ней.

— Мм, леди Красотка, прошу примите это яблоко и позвольте залезть вам на спину. — Сансет вытянула ладони вперед, кобыла сначала обнюхала дар, потом руку девочки и только затем в один прикус съела яблоко. Красотка прикрыла глаза и сделала небольшой кивок.

— Отлично, у тебя всё получилось. — Радостно сказала Камилла, Сансет улыбнулась, она заметно повеселела. — Ну чего ждешь, залезай.

С помощью Камиллы, Сансет достаточно уверенно поднялась по стремени и села в седло чуть позади, чтобы оставить место девице из Эпплов. Когда обе девушки были готовы, Камилла из-за спины нашла руки Сансет и скрепила их у себя на животе.

— Держись крепко. Ну что, Красотка, поскакали!

Шагом они выехали во двор и направились к воротам. Феломина уже не держалась Сансет, расправив крылья, она наконец-то отправилась в свободный полёт, следуя за принцессой и следя за ней с голубых небес. Чтобы точно не рухнуть на землю и не разбиться, Сансет скрестила пальцы рук и прижалась к спине Камиллы, на её щеках проступил небольшой румянец, кто бы мог подумать, что это первый человек помимо королевы, которого она обняла.

— Хэй, Сансет, ты как там, боишься? — Спросила Камилла, когда почувствовала как к ней кто-то прижимается.

— Нет! — Резко ответила Сансет. — Я не боюсь ... просто не хочу упасть, вот и всё.

— Тогда держись крепче, поездка будет не из простых.

Красотка подъехала к открытым воротам. Альбина уже ждала их, к седлу её гнедого жеребца был привязан большой обмоток ткани.

— А вы долго. Скачите, чего встали, я догоню.

— Но! — Сказала Камилла и Красотка тут же пустилась в галоп.

...

Тем временем на графа Феликса неожиданно для всех набросилось неотложное дело и Эппл был вынужден отправиться решать его, оставив свою жену развлекать её величество. К удовольствию королевы леди Дейзи выбрала отдых в беседке с привезённым чаем и подаренным пирагом. Поначалу дамам составил компанию самый младший отпрыск семейства Эпплов, но вскоре его мать отправила мальчика в свою комнату, где он мог заняться более интересными для себя вещами.

— Графиня, позвольте заметить, что-то гложит вашего сына. — Сказала Селестия, сделав глоток чая из чашки с подходящими королевп габаритами.

Прошла минута тишины, потом две, а Селестия терпеливо ждала ответа от леди Эппл, но та лишь обеспокоенно ломала пальцы — полная противоположность уверенной хозяйки, что встречала её величество совсем недавно.

— Что-то случилось?

— Ничего важного, ваша светлость, просто пустяк. — Графиня грустно улыбнулась.

Королева вернула улыбку.

— Для меня проблемы подданных вовсе не пустяки. Прошу, поделитесь со мной вашей ношей, может я смогу вам помочь.

— Как и всегда вы невероятно добры, ваша светлость. Прошу дайте мне минутку собраться. — Как и сказала графиня, минуту она поправляла подол платья, прежде чем начать свой рассказ. — Вы сказали, что Маркуса что-то гложит, я полностью согласна с вами, только я не знаю какой демон виной этому. Это произошло две недели назад, без видимой причины мой сын стал избегать общество других людей, начал запираться в своей комнате, выходя только для справления естественных нужд, больше я не видела ни его улыбки, ни его смеха. Мы с Феликсом забеспокоились и попросили Маркуса объясниться, но он просто сказал, что устал. От предложения отдохнуть он отказался. Что странно, при своей "усталости" Маркус продолжает хорошо учиться и выполнять свои обязанности по дому. Как после этого прикажете его понимать? Я уже распросила дочерей, прислугу, всех его учителей, поспрашивала в Яблочном городке. Никто ничего не знает, никто ничего не видел. Я уже водила к нему магов, врачей, мудрецов, всё без толку ... Ваша светлость, может Маркус подхватил какая-нибудь редкую хворь?

— Ответ на этот вопрос сложно дать, моя дорогая, для этого нужно провести целый ритуал. Но перед этим ответьте мне на несколько вопросов, может я всё же смогу помочь вам с вашей бедой. А как у вас складываются отношения с вашими дочерьми?

— Ох, всё по прежнему, Альбина и Камилла дики как волки и упрямы как ослы. Сколько бы я их не наказывала, всё как с гуся вода. — Графиня начала махать своим веером, чтобы сбить жар растущей злости.

— Может и сними в последнее время случалось что-то странное и необычное?

— Они сплошной скоп странностей и необычностей. Видят боги, уже какой год я бесплодно пытаюсь превратить их в достопочтенных леди. Хоть в последнее время девочки наконец проявили интерес к занятиям, достойным дворянок. Камилла увлеклась изобразительными искусствами, всего за год она добилась впечатляющих результатов. А Альбины занялась управлением нашими угодьями и поместьем. Всё прошлое лето и осень она вместе с Камиллой провели в наших садах, полях, сидороварнях, вместе они учились и пробовала всё что им позволяли. Такое похвальное поведение в их случае истинно можно назвать необычным.

Вновб на лице Селестии появилась улыбка.

— В последний мой визит ваши дочери и правда были очень активными девочками.

— Но, ваша светлость, тогда они были совсем крохами. А сейчас хлебом их не корми, дай только поохотиться, пофехтовать, устроить скачки, повозиться с простолюдинами. Какой позор. Я еле-еле заставляю их учиться. И хуже всего, что Феликс потвортствует им. Только милостью Мелеис, они не выбили друг дружке глазки и не свернули себе шеи. Только бы они не понесли бастардов ... Я вам уже рассказывала что случилось в Травянистой Ограде?

— Нет, моя дорогая.

— Это был сущий кошмар. Пол года назад мои дурочки-дочери решили, что уже взрослые и без разрешения одни ускакали в соседнее владение. И будто Дискорд подстроил, наткнулись они на банду городских пьянчуг. Из-за дикого вида моих дочерей эти оборванцы не признали в них благородную кровь и решили поживиться двумя одинокими подростками. И мои дочери, конечно же, ввязались в драку против пятерых взрослых мужчин, слава богам, хоть раз их дурацкие увлечения пригодились — удалось продержаться перед тем как вмешались местные жители и стражники. Несколько дней их держал под своей опекой лорд Рэдиш, пока Феликс с отрядом нашей домашней стражей не прибыл забрать наших дочек домой. И нет чтобы после такого несчастья хоть немного поумнеть — по возвращению в поместье что Камилла, что Альбина только и ходили по-округе бахваляясь своей доблестью, показывая уродливые шрамы. А ведь их могли убить, изнасиловать ... Ох, иногда мне кажется что это Дискорд забрал в детстве моих милых дочерей.

Секунду Селестия что-то прикидывала в голове.

— Сомневаюсь, моя дорогая. Но может вам стоит уважить желание ваших дочерей, карьера рыцаря весьма почётна в дворянских кругах.

— Ваша светлость! — Ахнула графиня. — Ну хоть вы поддержите меня! Это же моя кровь и плоть! Мои дети — это главное что у меня есть! Я не позволю им занимать столь опасными занятиями! Сколько бедных душ погибают от собственной глупости и смелости. Я не желаю такого конца своим детям.

— Моя дорогая, конечно, как мать вы имеете полное право защищать своих детей, но строить препятствия на их жизненном пути — это вредить им и себе.

— Прошу простить меня, ваша светлость, но вам не удастся переубедить меня. Давайте сменим тему.

— Ваше право. Напоследок, может вы подметили ещё что-нибудь. К примеру, есть ли у Камиллы и Альбины какие-нибудь пагубные привычки?

— Слава Мелеис, нет. Иначе сразу отправила бы их в монастырь. — Графиня не переставала махать веером.

— Если это всё, то я могу уверенно сказать что ваши дочери здоровы. Что же, вернёмся к Маркусу. Расскажите побольше о нём, я видела его совсем младенцем, каким ребёнком он растёт.

— В отличие от своих сестёр Маркус — тихий и послушный мальчик. Я сделала всё чтобы он вырос достойным юношей. Понукала и помогала в учёбе, играла в развивающие игры, воспитывала в нём дисциплину и ответственность. С гордостью, могу сказать что мой труд окупился с троицей, Маркус растёт прекрасный мальчик, настоящим дворянином. Он заботиться о своей чести, ведет себя с достоинством, вежлив и терпелив с людьми ниже статусом, трудолюбив и умён. — Графиня сияла самодовольной улыбкой, только вот через мгновение её будто ветром сдуло. — Но я не слепая и отчетливо вижу его холодность и отрешонность, особенно сейчас. Боюсь как бы всё это не переросло в жестокость. Может я слишком сильно давила на него?

— Что сделано, того не вернуть назад. — Задумчиво произнесла Селестия. — Вы сказали, что Маркус ведёт жизнь затворщика. Вам не известно чем именно он занимается в своей комнате?

— Он говорит что занимается учёбой, даже попросил меня заказать ему дополнительных учебников и научных трактатов. Опять же, это похвальное поведение, но ведь он всего лишь ребёнок, а как же его детство.

— А вы не помните что конкретно заказали?

— Хм, дайте вспомнить. — Графиня загибала пальцы ведя подсчёт книг. — Там были учебники по алгебре, геометрии, словесности, растеневодству, труд по торговле, белетристика по религии некоего Фрее Буша, справочник растений, мемуары известного коневода Хорс Шуза, кажется это вроде всё.

— Угу, а скажите много ли людей в ваших владениях следуют Пути?

— Пути? Если и есть такие люди, то их совсем немного. Крестьяне с большой охотой поклоняются богине плодородия Мелеис или же вам, ваша милость.

Когда были сказаны последние слова графини, Селестия безвучно вздохнула.

— Скажите, в последнее время вы бывали в комнате Маркуса?

— Нет.

— Почему же?

— Это его личное пространство и я не имею права вторгаться в него без его ведома. А разрешения он не хочет давать.

— В случае с вашими дочерьми вы не такая шепетильна.

Графиня не ожидала подобной колкости от королевы.

— Простите, но я не держу своих дочерей в темнице, у них такие же права как и у моего сына, кто же виноват что они такие не послушные и их приходится постоянно наказывать.

— Извините за мои слова, это было ошибочное наблюдение. — Селестия попыталась сгладить конфликт. — Что же касается Маркуса, смею предположить, что он увлёкся каким-то ралигиозным культом, возможно, он даже поклоняется Белому Двору.

Графиня ахнула от удивления.

— Мой мальчик присоединился к этой секте?!

— Я ничего не утверждаю, но стоит проверить, позвольте мне поговорить с ним и, если потребуется, дайте разрешение на обыск его комнаты. Обещаю, всё сделать деликатно.

— Я-я понимаю, ваша светлость, делайте всё что необходимо. — Графиня опустила глаза и устремила отрешенный взгляд на доски веранды.

— Спасибо за ваше доверия, не волнуйтесь, всё будет хорошо. — Селестия обнадёживающе улыбнулась Дейзи Эппл, та слабо улыбнулась в ответ.

...

Пока королева и графиня вели беседу, Камилла с Сансет успели покинуть Яблочный городок. Его украшали к празднику и улице были полны людьми, повозкамм, тележками и все они сильно мешали Эппл. Несколько раз она кричала на нерасторопных и зазевавшихся прохожих что-то типа "Куда прешь!" или "Дискордову мать, хватит под копыта лезть!". И все же ей удалось без проишествий проехать сквозь оживленные улицы. Вскоре её нагнала и перегнала Альбина, прикрикнув напоследок:

— Эй тормоз, догоняй!

— Гнилые яблоки. Крепче держись, Сансет! Покажи им, Красотка, но! — Скомандовала уязвлённая Камилла.

Красотка ударилась в карьер в попытке догнать гнедого жеребца Альбины. В мгновение ока весь мир Сансет сузился до звука цоканья копыт, криков двух сестёр Эпплов, понукающий своих лошадей бежать быстрей и леденящего страха перед возможным падением. А в это время Камилла впила взгляд в свою сестру, опьянённая азартом и сладким риском, она даже не думала о девочке что крепко держалась за её спину — сейчас для неё существовала только гонка.

Вдруг по Сансет пронеслась чья-то тень и она машинально подняла взгляд. В нескольких метрах над ней парила Феломина. Уверенность феникса и её хладнокровие престыдили принцессу. Отлипнув от спины Камиллы она выпрямилась и осмотрелась вокруг. Вспомнив некоторые свои проказы и приключения, ей внезапно стало ясно, что скорость с которой кони мчались была не столь высока, да и падения не стоит бояться, ведь у неё на этот случай приготовленно заклинание. Страх постепенно растворился в её животе и Сансет попыталась насладиться поездкой.

Через несколько километров забег закончился. Лошади свернули с дороги и рысью прошли сквозь лес к неглубокой речке с песчаным пляжем. Сансет расцепила руки и с помощью Камиллы медленно спустилась на землю, её укачало.

— У тебя почти получилось. Старайся дальше и может когда-нибудь обгонишь нас с Лордом, хотя нет, лучше не надо, а то снова будешь обижаться после поражения. — Альбина похлопала по спине своего жеребца.

— Ой, слов то сколько. — Камилла закатила глаза и повернулась к Сансет. — Ты как?

— Я ... нормально. — За улыбкой Сансет плохо скрывала боль, её немного шатало и живот крутило, похоже растворённый страх плохо сказывается на пищеварении.

— Прости, что не предупредили, просто мы любим соревноваться. — Альбина положила руку на плечо сестры и победоносно посмотрела на неё.

— Я ещё отыграюсь.

— Конееечно, жду с нетерпением.

— Угх, иди ты лесом, пошли лучше снимем сёдла, Лорд и Красотка тоже заслужили искупаться.

— Умная мысль.

Пока сёстры снимали со своих лошадей всю амуницию, Сансет уселась на мягкую траву и стала наблюдать за происходящим. Взмыленные после бега лошади радостно освободились от сёдел и с весёлым ржанием забежали в речку. А в этот момент где-то в голубой вышине парила Феломина, изредка поглядывая на землю, контролируя чтобы с одной принцессой ничего не случилось.

— Хэй, Сансет, мы идём купаться, пойдёшь с нами? — Спросила у Сансет Альбина, снимая жилет и рубашку.

— Эм, да, наверное, сейчас. — Принцесса сняла всю одежду, кроме нижнего белья и рубашки, в развязанном состоянии висящей на ней как мешок. — Думаю этого хватит. — Как и сёстры Эпплы, она развесила свои вещи на ветках деревьев.

— Селестия великодушная, ты серьёзно? — Сансет подняла взгляд и увидела перед собой недовольную Камиллу, немного вдалеке стояла Альбина, она всё ещё развешивала одежду. Сёстры были в одних трусах и Сансет невольно подметила все детали атлетично сложенных тел Эпплов. Принцесса тут же опустила взгляд, на её щеках проступил румянец.

— Так, Сансет, раз ты сказала, что подстроишься под нас, то пора начинать. Снимай рубашку, чем больше снимешь, тем меньше потом сушить — это чистая практическая польза. Мы не будем ждать пока высохнет твоя одежда.

— Эм, я могу её высушить. Может не надо. — Сансет попятилась назад пока спиной не упёрлась в дерево.

— Эй, Кэм, оставь её, пусть так купается. — Вставила Альбина, но сестра её уже не слушала.

— Твоя птичка говорила, что у меня нет манер? Да, их нет и церимониться с тобой я не буду. — Камилла схватила Сансет за руки и притянула к себе, она зловеще улыбалась. Со строны принцессы никакого сопротивления не последовало поскольку Эппл была выше Сансет и той приходилось смотреть на её обнажённую грудь. — Мы потом еще в общую баню пойдем и я подговорю всех девушек сидеть голыми.

Последняя угроза включила в Сансет механизм самозащиты и та успешно вырвалась из цепких лап Камиллы, правда ненадолго. Эппл тут же поймала принцессу и повалила на траву.

– Серьезно, Сансет, тут никого нет кроме нас и коней. Ты думаешь мы кому-то скажем?! Хватит стесняться. — Говорила Камилла пока насильно стягивала с Сансет рубашку. Принцесса силилась уполсти, тянула руку к свободному участку неба где парило оранжевое пятно, но Феломина между помощью в сохранении чести особы королевской крови и наслаждением как её подругу валяют в пыли без колебания выбрала последнее.

Через мгновение всё было решено и Сансет в одних трусах сидела у корней ближайшего дерева, прикрывая свою срамоту. Альбина только сейчас подошла и недовольно посмотрела на свою сестру.

— Ну и что ты опять устроила?

— Я её воспитываю. Хватай её за ноги, сейчас будет второй урок.

— Кэм, она принцесса, мы не имеем на это права.

— Именно. — Камилла заулыбалась, почувствовав азарт. — Да ладно тебе, Альб, это ей на благо пойдёт. — Альбина прикинула что-то в голове и присоединилась к сестре.

От страха и, возможно от любопытства, Сансет безвольно наблюдала как её взяли за подмышки и ноги, а потом потащили в сторону реки. Сестры зашли в немного мутноватую воду и, раскачав девочку, бросили её в реку. С криком и громким шлепком, Сансет оказалась под водой. Найдя ногами дно, она встала и вынырнула, тяжело дыша.

— Как водичка? — Улыбаясь спросила Камилла и тут же её самодовольство смыла волна брызг, запущенная со стороны смеющейся Альбины. — Ах ты!

Сёстры начали сражение, ладони бегали по водной глади, пуская в полет слепящие брызги воды, руки защищали глаза. Звонкий девичий смех побудил Сансет присоединиться к игре, ей было весело. Не вдалеке кобыла и жеребец спокойно наслаждались прохладной водой, наблюдая за проказами детей. Вскоре к брызгам добавились и грязные тактики ныряния под воду с целью опрокидывания соперника в речку, схватив того за ногу. Веселье продолжалось с пол часа, пока…

Заметив, что Альбину уже давят с двух сторон, Камилла переключила свое внимание на осмелевшую Сансет. Принцесса ещё какое-то время отбивалась, но открытие второго фронта заставило её повернуться к сёстрам спиной. Эпплы решили будто одержали победу и прекратили огонь, но Сансет не собиралась сдаваться, она развернулась и крикнула "diluvium!". Вода поднялось волной высотой в два метра и сбила с ног сестёр. Когда река вернулась в старое русло, Эпплы поднялись на ноги и с блеском в глазах воскликнули:

— Это было офигенно!

— Ты маг?! Можешь повторить? – Спросила восхищённая Камилла.

— Эм, да. — Сансет улыбалась, ей нравилась оказанное внимание.

— А что ты ещё умеешь? Среди Эпплов никогда не было магов. — Спросила Альбина.

— Да и в Яблочном городке их нет, кроме старого Пита. — Добавила Камилла.

— Эу, он старый, ворчливый, странный, да еще воняет. Все нормальные люди, включая нас, держимся от него подальше. Ну так что, покажешь пару трюков?

— Ну, почему бы и нет. — Сансет неловко улыбнулась.

— Тогда пошли. — Альбина присвистнула и громко скомандовала лошадям. — Хэй, вы тоже выбирайтесь из воды, пока не высохнете мы никуда не поедем! И не ложитесь на песок, я не буду вас вычёсывать, вон лучше в теньке пощипайте траву!

Лошади прекрасно поняли слова Альбины, они вышли из воды, отряхнулись и пошли в ближайшую рощу, где росла высокая трава. От удивления Сансет встала разинув рот.

— Если это не магия, то я не знаю что. — Заметила она про себя.

Сёстры Эпплов вышли из воды на пляж и с нетерпением принялись ждать, что им покажет Сансет. Она закрыла глаза и сосредоточилась, её губы задвигались, но слова не покидали рта. Через пару секунд беззвучного монолога, Сансет подняла запястье и слабо дунула на него. Её глаза светились, а рука загорелась словно факел. Сестры подбежали к принцессе и засыпали ту вопросами.

— Ух ты. И тебе не больно? – Спросила Камилла.

— Нет, этому заклинанию более пятисот лет, два десятка волшебников доводили его до совершенства — называется "Горящий Человек". Оно полностью безопасно, только не трогайте, огонь настоящий.

— Слушай, а как оно вообще работает? — Альбина приблизила ладонь и тут же отдёрнула её, почувствовав жар огня.

— Эм, это достаточно сложный вопрос. Вы изучали природу магии?

— Неа, отец учит нас только тому, что пригодится нам в жизни. Зоологии, ботанике, математике, экономике, праву и прочему, никаких высоких матерей. Знаешь, девиз нашей семьи — Эпплы твёрдо стоят на земле, а папа всегда говорил — Эпплы держатся за свою землю, предпочитая не поднимать выше неё взгляда. — Камилла ухмыльнулась.

— Мм, ладно, я объясню по-простому. Магия — это такая невидимая энергия, она есть везде и во всём, как воздух. Только сила её настолько велика, что с её помощью можно менять реальность. Все люди посвоему могут управлять ею, большинство делает это понаитию, а те кто осознаёт это зовутся магами. Существует куча школ, учений, религиозных культов, использующих магию своим, уникальным способом. Это объясняется тем, что раз магия есть везде, то и принимает она огромное количество форм, а значит можно найти разные методы как с ней управиться. Не важно волшебство, колдовство, фокусы, религиозные обряды, всё это магия. Ммм, что ещё рассказать, вот, есть академическая магия — это общепризнаное и самое популярное учение, её преподают в Школе Магии в Кантерлоте. Я знаю её и ещё несколько магических дисциплин... — Сансет задумалась о чём же ещё стоит ей рассказать.

Пока принцесса думала, Альбина спросила:

— Ты сказала, что все люди владеют магией и мы тоже?

— Ну, да. Есть теория говорящая, что равнинники так хорошо справляются с животными и растениями из-за нашей магической связи с землёй.

Сёстры переглянулись и в унисон засмеялись.

Альбина утёрла слезу и поспешила объясниться перед непонимающей принцессой.

— Прости, Сансет, но ты говоришь прямо, как наш конюх. Он тоже верит в то, что у НАС есть какая-то связь с землёй. Чтобы ты понимала, ещё он верит в "духов" и считает, что те прислушиваются к его молитвам.

— А Селестия — это самый великий из духов, она защищаюет нас от своей злобной сестры и прочих выдуманных злодеев типа короля-чародея, Дискорда и так далее. — Добавила Камилла. — Ой, я сказала выдуманных, точно, они же появляются каждый год, в Кошмарную Ночь. — Камилла залилась смехом, Альбина еле сдержалась чтобы не присоединиться к ней.

— Сансет, ты ещё скажи что веришь в "богов"? — Сансет молчала, боясь быть обсмеянной. — Твоя же мама сама говорит, что всё это выдумки, сказки придуманные тёмными крестьянами. Вот ты говоришь, что наши хозяйства процветают из-за магии, а я скажу что причина этому трудолюбие, поколения селекции и достижения науки. Не спорю, твоя горящая рука — это магия, но не нужно распространять её на всех нас. Зачем искать сложные объяснения, когда есть простое и хорошо изученное. Не какая-то там богиня плодородия дарит нам урожай, а умная голова и мозолистые руки.

Сансет тряхнула рукой и огонь потух. Она выглядела растроенной и Эпплы это заметили.

— Эй, Сансет, ты не растраивайся. — Камилла подошла к принцессе и потрепала её за плечо. — О, знаешь что, давай мы тоже покажем что-нибудь.

Когда Камилла подмигнула Альбине, у той загорелись глаза и она пулей побежала к деревьям, где висели вещи девушек. Принеся всё нужное, сёстры оделись, завязали волосы узлом и замотали длинные деревянные мечи тряпками, чтобы смягчить удары. По случаю, Сансет тоже оделась.

— Ну что, принцесса, вы умеете фехтовать? — Спросила Камилла.

— Нет, мама не включила этот предмет в мою учебную программу.

— Пфф, со всем уважением к её величеству, но ей следует пересмотреть свои взгляды. Хрупким дамам, вроде нас, нужно уметь постоять за себя. — Камилла ухмыльнулась сестре. — Давай Альб, покажем чему научилась.

Альбина взялась двумя руками за рукоять и положила меч на плечо. Камилла отвела свой в сторону, держа его ниже бедра. Старшая сестра рванула вперед и сделала выпад, который тут же блокировала младшая. Дерево ударило о дерево и Камилла подняла выше свой меч, подцепив гарду сестры. Пока их орудия были в воздухе, Камилла отпустила рукоять, схватила Альбину за талию, подняла ту в воздух и бросилась вместе с ней на песок.

— Ау-у. Неплохо-неплохо. — Простонала Альбина, поднимаясь с жесткого песка, сестра помогла ей встать. — Хороший пример того, что в драке нужно использовать все доступные средства. Давай еще раз, только обычные приемы в этот раз.

Сансет внимательно наблюдала за сестрами, сидя на песке. Эпплы заняли свои позиции и вновь сошлись, а потом еще раз и еще раз, показывая различные атаки и приемы защиты от них. Взмахи были быстры и не всегда дуэлянтам удавалось избежать ударов. Не раз сёстры опрокидывали друг друга на песок, не уступая друг другу во владении мечом. Использовались разные хитрые тактики, только в этот раз без грязных приемов. Через несколько минут Альбина и Камилла решили взять перерыв, тяжело дыша они обратились к Сансет.

— Кто победил?

Принцесса лишь пожала плечами. Она улыбалась, ей понравилось представление.

— Ну что, хочешь сама попробовать? — Спросила Камилла, разминая задетое плечо.

— Мм, пожалуй я откажусь. — Неловко улыбаясь, Сансет избежала ненужных травм.

— Как знаешь. Ау, Альб, ты зараза, хорошенько меня приложила. — Боль в плече Камиллы не утихалась.

— Удары пропускать не надо, дурилка. Давай мазью помажу.

— Я могу помочь! — С внезапным энтузиазмом вставила Сансет.

— Хуже уже не будет. — Камилла покорно села на песок, чтобы Сансет было удобней добраться до плеча. Принцесса положила руки на загорелую кожу Эппл и тихо прочитала заговор. От ладоней принцессы остались еле светящиеся следы, которые вскоре погасли. — Хмм, — Камилла покрутила плечом, — сработало! Слууушай, Сансет. Мне пару раз по заднице прилетело, может посмотришь, а то синяки останутся. – Попросила Альбина, ехидно улыбаясь.

— Я сейчас тебе ещё пару оставлю на другой ягодице, для симметричности. — Пригрозила Камилла сестре.

— Ой, какие мы ревнивые, ну и ладно. Кстати, Сансет, я тут подумала, ты говорила, что существует много видов магии, получается ворожба бабки Агат тоже волшебство?

— Сомневаюсь, что это настоящее волшебство, искусство ворожбы, проклятий и предсказаний запрещены по всему королевству. Мама еще в начале своего правления искоренила адептов всех подобных учений, поэтому даже если найти их древние тексты, то учиться по ним сложно и очень опасно.

— А ты сама умеешь ворожить?

— Нет конечно, этот запрет распространяется на всех жителей Эквестрии.

— Жаль-жаль. — Камилла встала на ноги.

— Ну что, чем теперь займёмся, у нас есть ещё час-другой? — Спросила у девочек Альбина.

— У меня есть идея. — Сансет зловеще улыбнулась. Эпплы переглянулись и принялись внимательно слушать.

...

Феломина спустилась с неба и приземлилась на длинную ветвь дерева. Ветер приятно обдувал феникса и она решила почистить пёрышки, изредка поглядывая на принцессу. С места где сидела Феломина, ей открывался прекрасный вид на речку, на шумящий вдалеке лес, на лаву и магму, залившую весь пляж.

— Ааааа! — Крикнула Альбина. Она потеряла равновесие и чуть не упала в булькающую массу, в последний момент ухватившись за жилетку сестры. — Ты чего толкаешься, лахудра?!

Камилла смеялась от души, балансируя на небольшом чёрном камне посреди лавового потока. Она схватила свою сестру за талию и притянула к себе, чтобы вместе не рухнуть вниз.

— Ха-ха-ха, ты бы видела своё лицо.

— Ах ты. — Альбина начала щекотать сестру, та начала извиваться.

— Стой, стой! — Не переставая смеяться умоляла Камилла.

— Эй, смотрите где я! — Громко объявила Сансет с верхушки пятиметровой скалы.

— Кто последний, тот гнилой овощь? — Предложила Альбина.

— Не, последний доделает наши стрелы.

— Идёт.

Сёстры пожали руки и упрыгали прочь от спокойного островка по маленьким камешкам, выступавшим из лавы. Под их ногами магма бурлила, надувала пузыри, но Эпплам всё было непочём. Всего минута им потребовалась, чтобы вскарбкаться к Сансет.

— Первая! — Объявила Альбина.

— Фигушки! Я первая, да Сансет?

— Мм, мне кажется вы пришли одновременно.

— Аргх. — Выразила своё недовольствие Камилла, усаживаясь на краю скалы.

— Не перживай, Кэм, у тебя есть целая жизнь, чтобы наконец-то победить свою старшую сестрёнку.

— Ты старше всего на девять месяцев!

Альбина села позади сестры и крепко обняла её.

— Именно поэтому ты навсегда останешься моей "мелкой", маленькой сестрёнкой.

— Селестия спаси меня, Альб отвянь.

Сансет чувствовала себя неловко наблюдая за сестринской любовью, прямо как читатель, она жалась у края скалы, наблюдая как внизу медленно текут и булькают потоки магмы. Альбина и Камилла что-то обсуждали, но Сансет их шёпот не был слышен. Бесшумно обе Эппл подкрались сзади к принцессе и ущипнули её. Сансет взвизгнула и чуть упала вниз, но её за рубашку оттащили две пары рук. Скала залилась смехом, только Сансет не было смешно. Две сестры зажали её в тисках и начали осыпать коплиментами.

— Сансет, то что ты сделала — это просто удивительно. Спасибо тебе.

— Да, нам было очень весело. И это, извини, что вначале мы чуть в штаны не наложили, сама понимаешь, вулканов на равниннах не водится.

— Признаться, я тоже их никогда не видела, а иллюзию сделала согласно описанию из одной книги. — Призналась Сансет.

В этот момент через деревья на раскаленный пляж выехал младший Эппл верхом на вороном коне. Глаза у мальчика были круглые как биттсы, впрочем как и у его коня. С открытым ртом Эппл смотрел на озеро магмы, крепко держа поводья, чтобы не дать своему скакуну убежать прочь. Хоть мальчик и выглядел слабеньким и худым, но он отлично держался в седле.

— Ч-что здесь происходит?!

Альбина, мама просила передать, что скоро начнется праздник и вам нужно вернуться домой, а еще она недовольна что вы опять сбежали. — Сказал мальчик высоким, еще не сломавшимся голоском.

— Мы выедем через пару минут, Марк, нужно еще седла надеть. — Спокойно осветила Альбина, проигнорировав замечание о своем побеге. Девушка повернулась к сестре и Сансет. — Ну что, пошли собираться.

Мальчик с высоты лошадиной спины подозрительно посмотрел на светящеюся Камиллу, а потом перевел взгляд на Сансет.

— Стой, ведьма, что ты сделала с моей сестрой, отвечай? — Маркус направил своего коня на девочку.

Сансет опешила, с ней еще никто так не говорил. Камилла встала перед ней.

— Марк, успокойся, это безобидный фокус.

— Фокус!? Когда-нибудь она убьет королеву и погубит нас всех! Откуда ты знаешь, что она с тобой сделала? — Мальчик повысил голос, чтобы звучать убедительней, но в его то возрасте он не выглядел грозно.

— Марк, заткнись или я тебя сейчас зад надеру! — Прикрикнула на брата Альбина, с мечом в руке и нахмуренным взглядом она выглядела страшней всех присутствующих, даже конь под Маркусом попятился назад.

— И не собираюсь! Наш отец неправ, что пригрел на груди эту змею! Пророчество исполниться и в тысячелетие образования Эквестрии приемная дочь Селестии убь ... Ау!

Альбина ударила широкой частью меча брата по голове.

— Скажешь еще хоть слово, я ударю тебя в глаза, а потом так отделаю, что ты побоишься жаловаться матери, понял?

Марк тихо всхлипнул и кивнул. Не то, чтобы мальчик был трусом, просто он помнил, что когда Альбина берется за насилие, лучше сразу подчиниться. Да даже конь знал это и покорно последовал за девушкой, взявшей его поводья.

— Я отведу тебя на дорогу и прослежу чтобы ты поехал домой. А ты, Буран, — она обратилась к коню, — не смей сворачивать с пути, узнаю что ты не довез моего брата до конюшен кастрирую тебя, понял?

Пока Альбина уводила брата прочь и её голос постепенно затихал, Сансет стояла, как вкопанная. Слова младшего Эппла пробудили бурю мыслей в её голове.

— Хэй, Сансет, не обращай внимания на Маркуса, он просто верит всяким глупостям, не бери в голову. — Камилла воодушевляющее улыбнулась и положила руку на плечо Сансет, но та не поднимала взгляда, шум быстро текущих мыслей и поспешные выводы парализовали её. В такие моменты её проницательность была проклятьем для неё и окружающих. — Хэй, Сансет, ну скажи что-нибудь, не молчи.

— Он сказал правду, я не дочь Селестии? — Тихо спросила Сансет, в её глазах застыли слезы.

Лицо Камиллы съежилось, будто она лимон съела. Эпплы воспитывали у своего потомства чувство справедливости, вдалбливали важность семейных уз и честности с собой и другими. Поэтому Камилла не решалась ответить, любые её слова утешения были бы ложью.

— Мне жаль. — Тихо выдавила из себя Камилла, пытаясь заключить девочку в объятия.

Сансет вырвалась. В её голове весь пазл наконец-то сложился. Она уже давно спрашивала себя, почему Селестия увольняла стольких учителей и слуг, которые предвзято негативно к ней относились. После уроков истории она подумала, что причина ненависти к ней в её происхождения, но теперь ... теперь появилось какое-то пророчество о котором ей никто не говорил и согласно ему ... согласно ему девочка должна убить самого дорого ей человека. Эта мысль разрывала ей сердце. Вот почему Селестия не позволяла ей покидать дворец, неужели все знают о пророчестве, неужели оно настоящее? Получается королева не её мать и скоро Эквестрии придет конец по её вине. Сансет не понимала почему, по её лицу текли слезы, в груди была лишь горькая горечь, она рыдала. Сейчас ей хотелось только одного, найти мать, обнять её и услышать логичнее объяснение всему происходящему, слова что сделают её мысли менее ужасными.

Камилла протянула руку к девочке.

— Сансет ...

Но прежде чем её пальцы дотянулись до заплаканного лица ребенка, Шиммер исчезла в огненном зареве. Камилла простояла пару секунд в непонимании, смотря на свою руку. Когда осознание все же пришло к ней, она сжала кулаки и побежала за Альбиной.

* * *

Сансет появилась около того места, где лежали седла и прочая амуниция коней Эпплов. Как раз тут же рядом паслись Красотка и Лорд, приведенные Альбиной, но самой девушке поблизости не было, похоже она вышла с братом на дорогу. Сансет подошла к Красотке и умоляющее попросила животное.

— Прошу, отвези меня в поместье. — Кобыла лишь непонимающее посмотрела на неё и громко фыркнула. — Прошу, умоляю.

Но лошадь либо не хотела её слушать, либо не понимала её, все-таки это животное как никак. Увидев, что её мольбы ударяются об стену безразличия, Сансет утерла рукой сопли и вновь исчезла в зареве, появившись в воздухе над спиной Красотки. Больно приземлившись на лошадь, Сансет обхватила шею кобылы. Животное заржала и поднялась на задние ноги, попытавшись сбросить не своего наездника, а ещё Красотка была возмущена, на неё даже не надели седло, где такое видано-то. Но Сансет крепко держалась и не упала, а когда кобыла встала на четыре копыта, она приложила к боку животного огненную ладонь. Красотка взревела и галопом помчалась прочь из леса на дорогу.

Альбина и Маркус как раз успели проводить взглядом Сансет прижавшуюся к лошади. В уме старшая Эппл сложила заплаканное лицо принцессы, отсутствие амуниции на Красотке и дымящиеся пятно на её боку, сделав простой вывод:

— Гнилые яблоки! Марк, слезай, поедешь с Камиллой.

Мальчик послушно выполнил указ и с дороги стал наблюдать, как его сестра пустилась в погоню на Буране.

* * *

Красотка несла Сансет быстрее ветра, проносясь по дороге, а потом и по улицам городка, чудо что никто не попал под яростные копыта кобылы, да и то что ворота в поместье были открыты для недавно въехавшей телеги тоже были удачным стечением обстоятельств. Когда Красотка оказалась во дворе, она вновь встала на дыбы и в этот раз сбросила с себя Сансет, а потом обиженно виляя хвостом удалилась в своё просторное стойло.

Две телепортации и еще пара заклинаний истощили силы Сансет, её тело ослабело, а удар спиной об мощенную дорогу не только болью пронесся по спине, но и выбил воздух из легких. Хватаясь руками за рубашку, девочка отчаянно пыталась вновь начать дышать. Боль и стыд, вызванный осознанием своих беспечных действий, вновь заставили её рыдать. Она чувствовала себя жалкой, её побег скорее всего заставил сестер Эпллов серьезно волноваться, а ведь они хорошие люди, по-доброму отнесшиеся к ней даже не смотря на это дурацкое пророчество, ну и ладно что её мама врала ей, она же все равно любит её. Сансет хотелось прямо здесь умереть, захлебнувшись собственными слезами, может без неё всем стало бы только легче.

Но внезапно её за подмышки подняли с земли и стали отряхивать.

— Ох, Селестия милостивая, ну ты и выдала, девочка. Не сломала ничего?

Сансет подняла свои опухшие глаза и увидела перед собой крупного мужчину с большими мозолистыми руками, квадратной челюстью, доброй улыбкой и загорелым лицом со смоляной гривой, где уже проступали пряди седых волос. В ответ на вопрос мужчины, Сансет лишь кивнула, ей было стыдно говорить кто она такая или просить отвезти её к королеве.

— Пойдем, я отведу тебя к своей жене, она тебя осмотрит, накормит, выслушает. — Мужчина говорил на удивление мягким басом. Он взял Сансет за руку и повел её к небольшому каменному дому у стены поместья. — Вижу с тобой беда случилась, ну ничего, все можно исправить. Я местный конюх, Волрус, моя жена прачка и повитуха у Эпплов. А ты можешь даже не говорить своего имени, вижу носишь жилет дочерей нашего хозяина, наверняка одна из подруг Альбины или Камиллы. Не поверишь, но ты не первая с кем они делят свою одежду и не первая кого я отважу к своей жене. — Мужчина сдержанно посмеялся. — Когда леди вернуться, я скажу им где ты и вы все решите между собой. Надеюсь, они тебя не обидели?

Сансет помотала головой.

— Вот и чудесно. Проходи. — Мужчина открыл дверь и впустил Сансет в дом. — Вейл, подойди, пожалуйста!

Из кухни вышла дородная женщина с двойным подбородком и животом, подвязанным фартуком.

— Дорогой, ты рано. У нас гости? — Жена конюха приветливо улыбнулась Сансет, вытирая об фартук запачканные в муке пальцы.

— Это новая подруга сестер Эпплов. Похоже опять поссорились, ты тут разберись что и как, я в бабьях делах ничего не понимаю. А я пойду, Красотку проведаю.

— Иди-иди, только не задерживайся, нам еще на праздник идти. А ты золотце присаживайся, проголодалась небось?

Мужчина покинул дом. Сансет кивнула и села на большую скамейку у стола в уютной гостиной.

— Сиди, никуда не уходи, я сейчас блинчики наготовлю с яблочным вареньем и мы обо всем поговорим. — Женщина сбросила пальцем с щеки Сансет слезу и удалилась прочь.

Когда Сансет осталась наедине, она схватилась за голову и прерывисто выдохнула.

— Надо бежать, только куда, меня будут искать. Лучше чтобы меня нашли побыстрее, тогда будет меньше проблем. Наверное, останусь здесь, конюх приведет Альбину или Камиллу, а потом ... а потом нужно найти маму. — Подумала Сансет.

Девочка прождала минут пять пока жена конюха не вернулась с тарелкой блестящих на свете блинов с вареньем. Она поставила их перед Сансет.

— Ты посмотри какие красивые. Но перед едой нужно помыть руки и умыть твое заплаканное личико, согласна?

Девочка вновь кивнула вместо ответа. Пока женщина возились с Сансет в ванной, умывая её и подчищая её одежду, конюх нашел Красотку и наполнил ей кормушку, он сильно удивился отсутствию на ней амуниции, но еще сильней его обеспокоил ожог в виде ладони ребенка.

— Налетай. — Женщина сама первой попробовала блин из стопки и с наигранным удовольствием сказала. — Так вкусно.

Девочка тоже взяла блин, сложила его три раза и откусила от него. Он был очень вкусным. Женщина улыбнулась увидев с каким энтузиазмом Сансет начала лопать вкуснятину, а потом будто невзначай начала говорить.

— Видишь ли, я не помню тебя среди ребятни Яблочного городка, а я ведь повитуха, да и ты сильно выделяешься среди наших девчат. Расскажешь откуда ты и как тебе зовут?

Сансет проглотила кусок.

— Вы мне поверите, если я скажу что приехала вместе с её величеством.

Женщина рассмеялась.

— Конечно поверю. Мне уже все уши прожужжали про "девочку рядом с королевой". Я то не видела тебя вблизи, работала в отличие от некоторых, но по описанию подходишь. Это, конечно, многое объясняет, но все же что случилось такого, что заставило тебя так плакать?

— Простите, но я не хочу говорить об этом. — Сансет опустила голову и начала мять подол жилета. — Спасибо большое за еду.

— Пустяки, ты только ...

В этот момент дверь в дом распахнулась и внутрь вошел конюх, его глаза странно поблескивали.

— Вэйл, отойдем на минутку.

Мужчина и женщина ушли, оставив Сансет сидеть наедине с блинами. Через минут десять вернулся только конюх с глиняным стаканом молока, он поставил его рядом с тарелкой, потерявшей половину блинного состава.

— Не ешь в сухомятку. — Сказал конюх и ушел в глубь гостиной.

— Спасибо. — Сказала Сансет и с удовольствием опустошила большую часть стакана. Молоко было прохладным и вкусным.

Когда конюх вернулся и сел подле Сансет, она уже отдыхала, набив живот. Мужчина поставил на стол резную каменную статуэтку Селестии и положил перед девочкой потрепанную зеленую книгу, открытую на определенной странице.

— Вы же принцесса, так ведь?

Услышав эти слова, Сансет сильно удивилась, но призналась людям Эпплов, что были так добры с ней:

— Да, простите что скрывала и спасибо большое за ваше гостеприимство.

— Ничего, посиди, отдохни, я попросил передать твоей матери что ты здесь, не волнуйся лишний раз. — Мужчина хлопнул себя по коленям. – Знаете, может её величество умнейший человек во всем королевстве, но и простому человеку есть чему её научить. Ваша милость, не желаете выслушаете слова простого конюха?

Сансет вновь удивилась словам мужчины, но согласилась.

— Хорошо.

— Спасибо, ваша милость. Скажите, вы никогда не задумывались, что над нами есть что-то большее чем мы? Я знаю, что многие люди ищут своих покровителей на далеких небесах или глубоко под землей, но в отличие от них я считаю, что богов нужно искать не в далях, а среди нас. Сами скажите, кто всегда находится рядом с нами, кто всегда отвечает на наши мольбы. Королева Селестия наша богиня, что спустилась с небес, она наш пастырь и благодетель. Но даже она не всевластна и есть вещи, которые даже ей не под силу изменить. И эти вещи записаны здесь, прочтите что тут написано.

Глаза Сансет слипались, внезапная сонливость напала на неё, но она смогла посмотреть на старые, тусклые строки, выведенные каллиграфическим подчерком. То, что она прочла смогло ненадолго победить сон:

"Ты будешь править тысячу лет величайшим королевством.

И не будет королевы мудрей и милосердней тебя.

Тебя будут любить и ты никогда не постареешь.

Но твой конец настанет когда королевству исполнится 10 веков.

Твоя названная дочь принесет тебе погибель на кончике меча.

И с твоей смертью настанет конец всем нам.

Из тьмы придет владычица ночи, прозванная 'Кошмарной Луной'

Она скроет ночью твоё сияющее солнце.

Из пустоты придет изгнанный черный король-чародей с Кристальным королевством.

Он поработит твоих поданных.

С небес спуститься голодный рой перевертышей

Они скроют небо от племен и опустошат твои города.

В Великом Лесу родится безумный дух.

Он сведет с ума все твое королевство.

Уродливый и глупый кентавр вырвется из-под земли.

Он пожрет всю нашу магию.

С моря придет великий шторм, ведомый своим королем.

Он уничтожит и затопит твои побережья.

С твоей смертью племенам настанет конец"

(Пророчество Великой Шишки, 23 год до основания Эквестрии)

Тревога заполнила сердце Сансет, но она не успела ни подумать, ни сказать что либо, её глаза закрылись, а тело обмякло. Последнее что она почувствовала — это руки, подхватившие её.

* * *

Тем временем Альбина успела прискакать во двор поместья, найти Красотку и отправиться к отцу и королеве Селестии. Когда они сказали, что не видели Сансет, Альбина рассказала о состоянии принцессы, её величество забеспокоилась не на шутку и лично возглавила дальнейшие поиски своей дочери. Проведя опрос рабочих и слуг в поместья, она узнала, что в последний раз Сансет видели в доме конюха, но тот оказался пуст. Жену конюха Селестия нашла в бараках городской стражи, дающей показания о похищении принцессы её мужем. Но женщина не знала куда именно отправился конюх. Селестия подняла на уши весь город, предпраздничная суматоха сменилась массовыми поисками. Мэр, стража, да даже кучер помогали. Такой массе людей удалось достаточно быстро узнать, что конюх на телеге с несколькими бочками с яблоками выехал по северной дороге из городка. В погоню на лошадях отправились все кто мог, включая графа и его дочерей, Селестия и Филомина с неба высматривали телегу.

* * *

Постепенно к Сансет возвращались чувства, сначала слух, потом осязание и в конце концов зрение. Она открыла глаза и увидела голубое небо, по которому плыли облака, её голова болела. Сначала она почувствовала, что во рту у неё кляп, затем восприняла боль на запястьях и лодыжках, её ноги и руки были связаны, а потом поняла, как ей трудно дышать, тяжелый камень придавил ей грудь. Страх и ужас наполнили сердце Сансет, она попыталась освободиться, что-нибудь крикнуть, произнести заклинание, но вышло только нанести себе больше боли. Обруч на голове блокировал её магическую энергию, не позволяя ей вырваться из тела девочки.

— Вы проснулись, хорошо. — Голос конюха звучал неуверенно, сам он находился не в поле зрения Сансет. — Из уважения к вам и вашей матери я хотел сначала все объяснить, вы заслужили все узнать. Знаете, мой отец был ученым мужем и занимался ясновиденьем, от него мне и передалась вера в судьбу и в божественность нашей королевы, он то мне и рассказал, что пророчество можно предотвратить, если предотвратить первое событие. Не знаю, успели вы прочесть пророчество из моей книги, но именно вы являетесь этим первым событием что приведет к смерти нашего королевства и королевы. Уверен, её величество удочерила вас посчитав хорошей девушкой, но от пророчество не сбежать. И вам придется умереть, мне правда жаль это говорить, но ... — Конюх произнес свое намерение с болью в голосе. — Но вы отдадите свою жизнь за всех других детей Эквестрии, включая моих. Подумаете об этом, вы умрете героиней! Ваша мать всегда говорила, что мы всегда должны жертвовать чем-то ради других. Сегодня мы с вами пожертвуем своими жизнями. ... и я окажу вам последнюю милость, на камне на котором вы лежите раньше приносили жертвы духам и если кто-то погибает здесь, то его душа попадает в их царство. Там не будет больше боли и страданий ... И еще мне придется вырезать вам сердце ... Не подумайте, я не маньяк какой-то, но так никто не сможет вас воскресить ... Надеюсь, у вас и у духов получится простить меня, да упокоится ваша душа.

Конюх поднес острый мясницкий нож к горлу плачущей, брыкающейся Сансет, она пыталась молить, умолять, но было слышно лишь неразборчивый бубнёж. Уверенным движением, как заправской мясник, конюх перерезал девочке горло. Несколько мгновений Сансет все еще двигалась, откашливая кровь, пока её глаза не застыли навсегда, уставившись на голубое небо. Конюх снял камень и как обещал вонзил нож в грудь девочки, ему пришлось повозиться перед тем как вынуть её сердце и положить его рядом с телом.

Закончив работу, конюх кинул нож в траву и сел на землю. С окровавленными руками он ждал пока за ним придут, долго ему сидеть так не пришлось. В небе пролетел феникс и через пару мгновения на землю яростным метеором упала Селестия. Конюх упал на спину от внезапности удара. Сияющая ослепляющим светом, королева Эквестрии провела рукой и мужчина тут же исчез. Селестия поспешила к телу Сансет, она нашла её сердце и поместила его обратно в грудь.

— Милая, пожалуйста, только не умирай, прошу тебя, доченька моя. – Только и слышно было от могучего сияющего гиганта. Вскоре всё вокруг заполнил яркий свет и громом по окрестности пронеслись слова заклинания.

* * *

Вечером того же дня графу Феликсу удалось получить аудиенцию у королевы Селестии. С того момента как её величество принесла окровавленное тело своей дочери в свою спальню в поместье, она не отходила от принцессы. Дверь комнаты была заперта на протяжении многих часов и никто не мог войти внутрь, но что-то изменилось и теперь королева пригласила графа на разговор.

Феликс Эппл вошел внутрь единственной спальни поместья с четырёхметровым потолком. Это была обычная опочивальня каких в Тенистой Роще было множество, темные породы дерева, покрытые лаком, оттеняли собой светлые обои и картины, но была одна маленькая деталь — все здесь было подогнано под габариты королевы, большой стол, большой стул, большое панорамное окно и большая кровать. Краем глаза Феликс заметил как под огромным одеялом выступает чье-то маленькое тельце.

— Ваша светлость, умоляю простить меня и мою семью за случившееся, — граф волновался и делал небольшие паузы, обдумывая свои слова, — ... я подвел Вас и принцессу ... не думаю, что извинения загладят мою вину, но я могу хоть что-то сделать для Вас или вашей дочери?

Селестия не отвечала. Она смотрела в большое окно, снаружи небо заволокли свинцовые тучи, уже раз за сегодня они залили землю дождем и грозились сделать это вновь. Ничто не предвещало их появления и все же они появились, испортив такой радужный для всех день.

Граф смотрел на спину королевы, её белые крылья недвижимо висели не привлекая внимания, будто нет их вовсе, но Феликс всегда подмечал их, когда забывал кто стоит перед ним. Другой такой вещью для графа были сияющие длинные волосы Селестии — невесомая материя в которой нельзя было разглядеть отдельных волосков. Её локоны меняли свой цвет под настроение королевы и сейчас они были ярко оранжевыми, а не как обычно радужными, это очень беспокоило графа.

— Да, ты подвел меня, Феликс. — Внезапно заговорила Селестия твердым голосом. — Я просила тебя поговорить с твоими детьми, проконтролировать чтобы и слова о пророчестве не упало в присутствии Сансет. Ты поклялся, что сделал это и что все будет в порядке, но твой сын подумал иначе. Я поговорю с ним на эту тему ... позже. А пока, скажи мне Феликс, ты тоже думаешь что меня могут убить?

— Ваше светлость, я никогда не думал о таком. — Честно признался граф.

— Странно, а все остальные только и думают об этом. Признаюсь, я тоже об этом думала. И знаешь к какому выводу я пришла? Феликс, мне тысяча лет, с начала своего правления я одолела бесчисленное количество врагов союза племен, некоторых столь ужасных что они должны были существовать лишь в кошмарах. Представь себе существ питающихся твоими страхами, способных превратить все твое короткое существование в агонию или монстров, сводящих с ума одним своим видом. И все они пали предо мной. Тысячу лет я училась заставлять вселенную слушаться моей воле. Солнце и луна сменяют друг друга по моему желанию, горы рушатся и поднимаются вновь, я могу вызвать извержение вулкана, наводнение, землетрясение. Никакая угроза союзу племен из прошлого или будущего не может выстоять предо мной. Я часть этого мира, я способна его уничтожить. И все же, люди считают главной причиной моей смерти маленькую девочку, которая может три раза телепортироваться перед тем как выбиться из сил. Какой фарс! И в чем же причина этого? Скажи, Феликс, ты много знаешь о пророчествах?

— Не много, ваша светлость, не больше всех остальных.

— Не скромничай, если принимать во внимание, что согласно закону запрещено изучать любую информацию о провидчестве, ты знаешь очень много. Я положила годы, чтобы выкорчевать из умов людей любовь к опасным практикам. Многие были забыты, но только не эта. Я могла просто стереть из памяти людей все воспоминания о пророчествах, но это насилие которое противоречит всем моим принципам. Сегодня я впервые пожалела, что тогда не нарушила их. И все же, ты веришь в них?

— Я ... нет, ваша светлость.

— Зря, ведь то пророчество которое у всех на уме настоящее. Шишка в дни мою юности была настоящей провидицей, последней в своем роде. Но что же такое эти пророчества, люди думают что они такие конкретные и должны исполняться буква в букву. Нет, когда провидец прорицает будущее, он видит коротки образы, немного смутные, но правдивые и на основе них делает предсказания. Ни один раз провидцы неправильно трактовали свои видения. И в отличие от остальных, когда было дано то самое предсказание, я получила его из первых рук, из уст престарелой Шишки. Её видения были отрывочными, они только показывали великие испытания перед Эквестией, но не их итог. Черная Зима тоже была поистине ужасной, но люди пережили её и воспряли сильнее прежнего. Поэтому в отличие от остальных я не боюсь конца света, я готовлюсь к нему и если бы не случившееся сегодня, то через годы королевство получило бы непобедимую защитницу, принцессу Сансет Шиммер. И все потеряно из-за чьей-то непомерной тупости.

Селестия замолчала, Феликс только мог гадать какие эмоции сейчас появились на лице королевы.

— Ваше сиятельство, ваша дочь, что с ней?

— Она будет жить, но никогда не будет прежней. Даже если не говорить о травме, вызванной похищением, её душа побывала за гранью жизни и смерти и эта рана никогда не затянется.

— Мне очень жаль. — Тихо сказал граф.

— Подойди, Феликс. Посмотри на неё.

Граф не смел ослушаться, но ступал с осторожностью и страхом. Подойдя к кровати, он увидел мирно спящую девочку, на шее которой был длинный уродливый шрам. Селестия беззвучно встала рядом. Граф боялся поднимать взгляд, он не хотел встречаться с королевой в гневе, но понимал что без этого не обойтись. Он поднял голову и увидел как лицо Селестии было искаженно болью и печалью, из её оранжевых глаз текли слезы, а голос дрожал.

— Сансет, прости что не уберегла тебя. — Королева опустилась на колени и обхватила маленькую ручку своей дочери. Граф сел рядом. — Феликс, я люблю её не меньше, чем ты своих дочерей. Я понимаю, что это только моя вина, если бы только я раньше рассказал ей о пророчестве и судьбе её родителе. Но она была таким добрым, немного одиноким и стеснительным ребенком, я не хотела травмировать её детское сознание, а теперь что с ней будет. Я ужасная мать.

— Селестия, — Феликс сглотнул, собираясь с силами, — это не так, вы любите её и просто хотели защитить. Я тоже считаю, что ребенку не следует знать таких вещей, но раз так сложилось, когда она проснется вам лучше ей все рассказать и быть рядом не смотря ни на что.

— Да, ты прав, спасибо Феликс за твои слова, ты отличный друг. — Селестия повернулась к графу и улыбнулась, к её оранжевым глазам примешался лиловый оттенок.

Граф не хотел бы прерывать этот трогательный момент, но он все равно закончился рано или поздно.

— Когда она проснется?

— Через несколько дней, максимум неделю. Очень сложно насильно вернуть душу с той стороны в её прежнее тело, ей нужно время чтобы вновь освоиться.

— Можно высказаться по этому поводу? — Селестия кивнула и граф восторженно заявил. — По правде говоря, это настоящее чудо! Вы воскресили её! Если бы я не знал вас, подумал бы что вы и в правду богиня. Неужели вы ещё и знаете что лежит после смерти?

— Нет, как и все живые я не могу заглянуть туда. И да будет тебе известно, что я потратила на это волшебство много сил.

— Может найти для вас другую опочивальню, чтобы вы отдохнули?

— Нет. У меня еще остались силы — сегодня я должна осуществить правосудие. — Селестия поднялась на ноги, полная решимости и гнева, её слезы испарились с лица. — Раз мы заговорили об этом, пойдем в город, займемся делами.

Граф тоже встал, ему было страшно за быструю смену настроений королевы, но еще страшней ему было за своего сына.

— Умоляю, скажите что ваш гнев не направлен на Маркуса.

— Феликс, нет. Маркус обычный ребенок и в его случае все можно исправить, я просто поговорю с ним о важности милосердия и понимания. Но это будет завтра, а сегодня я не намерена проявлять ни милосердия, ни понимания. Пойдем уже, Сансет нужен покой и отдых.

И они отправились в город к меру. На основании королевских законов, единых для всей страны, её величество сама занялась разбором покушения на жизнь принцессы Сансет. Мер, стража и граф покорно подчинились воле королевы и содействовали ей во всем.

Селестия пожелала допросить всех свидетелей, чтобы составить полную картину преступления и провести расследование по всем правилам. Она не хотела, чтобы в будущем кто-то обвинил её в предвзятости или несправедливости её приговора. А благодаря идеальному знанию законов королевства и умению убеждать людей, для неё это дело не составило особого труда, также сыграл фактор, что никто из свидетелей не мог молчать в тени великанши, испепеляющей тебя взглядом полными гнева. В эти моменты все от мала до велика вспоминали о подвигах Селестии в незапамятные времена и о её одержанных победах. Ни у кого даже не возникало мыслей утаить что-нибудь от королевы.

Через четыре часа у Селестии было достаточно доказательств, чтобы вынести обвинительный приговор, хотя можно было обойтись признанием конюха, который сразу же во всем сознался, но королева хотела показать сомневающимся, что её правосудие непреклонно, не знает усталости и истинно справедливо.

Но перед вынесением приговора, королева решила наконец-то встретиться лицом к лицу с чудовищем, что сотворило все это. За дверью одной из трех камер в казармах стражи дожидался своей участи конюх Волрус. Королева приказала оставить её и преступника наедине. Петли плотной двери заскрипели и Селестия пригнувшись вошла внутрь камеры, освещенной одним небольшим окошком у самого потолка. Здесь было достаточно пространства для королевы и она спокойно могла вести допрос.

— У тебя есть одна возможность оправдать себя. — Сказала Селестия холодным голосом.

Мужчина, что до этого сидел в углу и тихо читал молитву, повернулся к королеве и упал перед ней на колени, не смея смотреть той в лицо.

— Госпожа, не смею врать вам в лицо. Я согрешил и готов принять свое наказание. — Смиренно произнес конюх.

Королева начала терять терпение.

— Твоя королева желает знать что подтолкнуло её верного до сегодняшнего дня подданного на столь гнусное злодеяние, как убийство ребенка. Это твоя последняя возможность исповедаться, цени её.

— Как пожелаете, госпожа. Всю жизнь я прожил согласно вашему учению. Я был верен своей жене и графу, любил своих детей, был добр и честен с окружающими, щедр с нуждающимися, не унывал и всегда шел вперед. Я прожил честную жизнь и хотел закончить её также. Но над нашими головами навис рок и вы, в вашем бесконечной любви и милосердии к нам, не можете спасти нас. — Голос мужчины начал дрожать. — Я не ищу прощения за то, что совершил, уверен вы любили эту невинную девочку как свою дочь, но она была предвестницей конца всего. Я убил её в надежде, что эта жертва спасет всех остальных. За это не будет мне прощения, но я это сделала из милосердия ко всему живому, милосердию, что вы в своей бесконечной любви не можете дать нам.

Кровь в венах Селестии начинала кипеть. Редко кому-либо получается вывести её из равновесия, но слова этого верующего человека и то как он исказил её собственную мораль заставляли разгореться очаг королевской ярости. Но она сдержалась и холодно спросила:

— Ты веришь, что я твоя богиня?

— Да, госпожа, единственная защитница Эквестрии.

— Тогда знай, что я отвернулась от тебя, остаток своей жизни ты проведешь в глубокой темнице, не видя моего света и в осознании, что загубил свою душу и душу моей дочери напрасно. Да, я спасла её, а ты сделал пророчество реальным. Если бы не ты, Сансет выросла доброй девочкой, но из-за тебя она станет причиной смерти Эквестрии, моей смерти. Надеюсь когда-нибудь ты поймешь, что натворил.

Селестия развернулась и вышла из камеры, в след ей только раздавалось тихое:

— Нет, нет, нет, нет, нет, нет ...

Суд состоялся этим же вечером. Мер пытался оспорить решение королевы, но она была непреклонна и настояла на своем. На площадь поставили высокий помост и согнали всех взрослых горожан. Селестия стояла выше всех, смотря на толпу, никто не решался встретиться с ней взглядом. Когда на помост взошел мер и занял место рядом с её величеством, толпа затихла.

— Жители Яблочного городка! — Громко огласил мер. — Сегодня состоялся суд над конюхом Волрусом, обвиняемым в похищение и покушении на жизнь принцессы Сансет Шиммер, а также нанесение ей тяжелых ран! Согласно закону и решению следствия, её величество вынесла следующий приговор — подвергнуть конюха Волруса заключению в каторжной колонии на срок 30 лет!

По толпе разнесся шум и гам, все начали обсуждать приговор и его справедливость.

— А теперь, прошу выслушайте меня. — Сказала королева громогласным голосом, все тут же замолчали. — Я попросила собрать вас всех, чтобы сделать несколько заявлений. Во-первых, хочу заявить, что в данный момент жизни принцессы Сансет Шиммер ничего не угрожает и скоро она поправится. Во-вторых, я знаю, что каждый здесь присутствующий в той или иной степени знает о древних пророчествах Шишки. Не волнуйтесь, я не собираюсь наказывать никого из вас. Но хочу заявить, никакое настоящее предсказание не обладает дословной точностью. На их основе нельзя строить свое будущее. Но сегодня один из вас решил преступить закон, доверившись древним словам, за что получил справедливое наказание и так, или хуже будет с каждым кто покусится на жизнь моей дочери. Я знаю, вы боитесь рока, но Эквестрия и ваши предки пережили множество испытаний грозившихся положить конец существованию нашему народу. И каждый раз они стояли плечом к плечу, встречая трудности. И я всегда была с ними и я всегда буду с вами и вашими детьми, не важно что произойдет. Вместе мы преодолеем любое испытание и для этого вам достаточно просто быть рядом со своими близкими и друзьями. Ведь Шишка в своем предсказании не говорила как мы их преодолеем. Доверьтесь мне и вместе мы переживем тысячелетнюю годовщину Эквестрии счастливо и без потерь! — Селестия подняла руку к небесам и тучи расступились перед вечерним солнцем. Её волосы вновь стали радужными, а глаза лиловыми. — А теперь празднуйте, ибо нет в жизни места для печали!

Речь Селестии произвела ожидаемый эффект, подняв дух горожан. Как она и сказала, все отправились на праздник. Город гудел, веселился, королева смогла снять напряжение со всех, включая семью Эпплов и на мгновение все забыли о сегодняшнем случаи, потревожившем идиллию. Удостоверившись, что праздник все же состоится, Селестия сразу сбежала по надуманному предлогу, чтобы провести весь оставшийся вечер, ночь, а затем и утро у кровати своей дочери.

## 3. Рыцарский орден.

В большом кабинете, где каменные стены видели падение магократов, а гобелены запечатлели победы вековой давности, у окна стоял широкий стол, древний как сама история. Старик, что сидел за ним, уже успел узнать каждую трещинку, каждый его узор, потемневший с годами. И это ему не нравилось, окруженный стариной он слишком часто вспоминал насколько стар сам. Ноги его уже давно не были столь быстры, руки ослабели, а зрение ухудшилось, но несколько лет назад он все еще думал, что годен на что-то. А теперь его записали в этот музей древности. Все говорили, что это великая честь, но он все отшучивался, будто ему просто хотят намекнуть, что он старая рухлядь и здесь его самое место.

Старик вздохнул и потянулся к нижнему ящику стола, чтобы достать из него отложенные еще в прошлом веке дела и наконец-то разобраться с ними, как тут, дверь в его кабинет открылась и внутрь вошел еще один старик, только немного моложе. Его череп и челюсть были гладко выбриты, а глубоко посаженные серые глаза угрюмо смотрели из-за занавесок седых густых бровей.

— Ооо, настоятель Грим Ай, вы наконец-то прибыли. — Старик поднялся из-за стола и направился к своему гостю. — Сколько не виделись, дружище.

Широко улыбаясь, хозяин кабинета протянул костлявую руку и крепко обхватил ладонь настоятеля Грима.

— Давненько, магистр Винд, с того момента как вас приковали к этому креслу, а меня заперли присматривать за капитулом. — Настоятель улыбнулся, его жесткие черты смягчились.

— Лучших слов не придумаешь, старина. Присаживайся, давай отметим нашу встречу.

Магистр Винд пригласил гостя присесть за стол, нет, не за тот древний и увесистей, а за простой кофейный столик у окна с двумя удобными плетенными креслами. Пожалуй, это единственные современные вещи, которые магистру удалось протащить в этот музей. Он достал из картотечного ящика бутылку выдержанного яблочного бренди и пару стаканчиков. А потом попросил своего секретаря принести из столовой закусок.

Пока еда шла по нижним этажам здания, старики уселись друг напротив друга и начали делиться историями.

— Ну что, как дела в Кантерлоте? Я читал твое отчеты, но сам понимаешь, на бумаге нельзя написать и половины того, что происходит.

— Удовлетворительно. Главная наша заноза, как обычно, дворяне, решившие пристроить своих чад в единственный капитул рыцарского ордена во всем Кантерлоте. Каждая знатная особа хочет приблизить свой род к её величеству. И каждый раз я отвечаю им одно и тоже — за этим идите к магистру. Даже не представляешь какие взятки мне иногда обещают.

— И ты конечно отказываешься. — Магистр посмеялся. — Слава Селестии, что они не едут ко мне лично со своими просьбами, от писем куда проще отделаться. Зато розжига на зиму всегда достаточно.

На лице настоятель появилась улыбка, но она быстро исчезла, когда Грим заговорил:

— Ну что, будем и дальше притворяться, что ты можешь вызвать меня просто для разговора, а я могу проехать пол королевства ради этого?

Магистр вздохнул.

— Умеешь ты все испортить. Давай хотя бы подождем пока принесут чем закусить.

Между стариками повисла тишина. Магистр рыцарского ордена Подковы, Смайлинг Винд, теребил золотую цепь на шее. Он был стариком с длинными седыми волосами, бронзовой кожей, покрытой пятнами, и исхудавшим, но все еще крепким телом, на котором мешком висела богато украшенная роба, доставшаяся от более упитанного прошлого магистра. Когда-то он любил улыбаться и смеяться, да и сейчас любит, но в последнее время из-за стресса управления тысячами людей, ему хочется делать это все меньше и меньше. Еще эта дурацкая тяжелая цепь на шее с гербами ордена и цифрой шесть просто выводила из себя. Но снять её было нельзя, символ власти как никак.

Тем временем настоятель поправлял значок из серебра на своей просторной черно-белой робе. Пять сантиметров в длину, он имел выгнутую форму и был украшен эмблемой подковы под перекрещенными мечом и посохом над которыми красовалась цифра пять из старой речи и все это на фоне коричневого эмалированного фона.

Через пару минут секретарь принес большую тарелку с ломтиками черного хлеба, порезанными яблоками, соленой селедкой и кусочками буженины.

— Наконец-то. — Магистр потер руки и разлил бренди по стаканчикам. — За наше здоровье.

Старики чокнулись, выпили и закусили.

— Так-то лучше. Ну что, слушай. — Сказал магистр наливая стаканчик до верху. Настоятель был весь во внимании.

— Как ты знаешь, три года назад в наши рекруты записалась не кто-то, а сама принцесса Сансет Шиммер. Это случилось уже при моем просиживание кресла магистра и, сам понимаешь, я должен был убедиться, что её обучение пройдет нормально. Ладно, честно, я начал шпионить за ней. Долго я собирал отчеты и получилась достаточная любопытна картина. Во-первых, она честно прошла вступительные экзамены и по распределению попала в капитул Чертополоха, это небольшой город на восточном побережье. Во-вторых, о ней шли только положительные рекомендации, её хвалили за способности и трудолюбие. В-третьих, она успешно прошла все экзамены и её допустили до финальных испытаний. В следующие две недели она будет проходить их здесь, вместе с другими рекрутами. Я наблюдал за её тренировками, она неплохо обращается с мечом, булавой и копьем, хорошо держится в седле, а на уроках в классе ей вообще нет равных. По всем признакам она должна успешно стать сквайром...

— И что же тебя беспокоит?

— Ты разве не слышал о пророчестве? Принцесса названная дочь королевы, а скоро наступит тысячелетняя годовщина Эквестрии. Да, некоторые не верят в него и я поначалу тоже не верил, к примеру я сам отправлял письма настоятелю и персоналу в Чертополох, чтобы они не были предвзяты к принцессе. Но, понимаешь, это же пророчество. Я изучил всю книгу пророчеств Шишки и могу точно сказать, они все сбылись, понимаешь, в какой-то момент девочка должна пойти по дорожке, которая приведет её к убийству её величества!

— Я так не думаю. Сейчас это популярная тема для болтовни — в трактирах, в салонах, даже в моем госпитале постоянно говорят о пророчестве. Людям просто не о чем говорить, мы живем в мирные времена и любая новость о маломальском происшествие расходится по королевству как пожар. Пройдет тысячный год и все останется как было, ничто сейчас не намекает на конец света. И если тебе этого мало, её величество не верит в пророчество и мы должны поддержать её, это наша клятва.

Магистр опрокинул стаканчик и занюхал рукавом робы.

— Согласен, но у меня есть основания думать иначе. Её величество мудрейшее существо, живущее на планете, но она все еще человек, хотя многие и думают иначе — королева любит принцессу, как настоящая мать, слепо и без оглядки. Она может не замечать изменений в своей дочери. Вот смотри, сначала на принцессу только косо и смотрели, представь для наших рекрутов низкого происхождения она была будущей гибелью нашего королевства, а для знатных, отпрыском рода отщепенцев с которыми их семьи вели столетнюю вражду. Да даже наши учителя, не смотря на все их достоинства, не видели за ярлыками девочку, им было просто страшно. Уже начали ползти слухи и все шло к открытому конфликту, но слава Селестии, я успел вмешаться. А потом, после нескольких десятков разъяснительных бесед, я убедил всех смягчить свои взгляды на принцессу. Ей пошли на встречу, открылись и знаешь что она сделала?

— Ну?

— Она проигнорировала всех и продолжила держать всех от себя подальше!

— Смайлинг, хватит тянуть резину. Я вижу вполне нормального ребенка. Переходи к сути.

— Ладно-ладно. — Магистр приблизился к настоятелю и понизил голос. — Я недавно смог разузнать любопытный случай из биографии принцессы. Четыре года назад её похитил какой-то безумный фанатик, перерезал горло и вытащил сердце! Только своевременное вмешательство королевы спасло девочку. Представляешь, она взаправду умерла и воскресла. Даже понятия не имею что пришлось бедной девочки пережить.

— И это правда? — Настоятель скептически поднял одну бровь. — Я хирург и еще ни разу не слышал, что можно оживить человека, вернув ему вырезанное сердце.

— Да, маги с которыми я общался согласны с тобой, но все указывает на то, что это правда. При осмотре девочки врачи отмечали уродливые шрамы на шее и груди, о происхождение которых принцесса отказалась говорить.

— Ну допустим это правда и что дальше, как это превращает её в монстра из пророчества?

— Ну так вот, я говорил с её преподавателями и они как один говорят, что у девочки огромный магический потенциал, возможно, она даже станет сильнейшим магом нынешнего поколения. Её ум природой предрасположен к усваиванию сложных магических парадигм. Вот ты знаешь, что магократы мечтали вырастить из своих дальних потомков идеальных магов, так вот, похоже наша принцесса — это плод их долгой работы. И если собрать все мной сказанное, вот почему она захотела пойти рекрутом в рыцарский орден? Почему не пошла в университет магии, чтобы развивать свои природные таланты? Здесь ей мало кто может помочь в этом. У меня есть только один ответ, она готовится к войне. Изучает ведение боя со всех возможных сторон и наши тактики сражения!

Настоятель от удивления поднял брови. Его скорее поразило безумие его старого друга, которого он знал еще с рекрутских времен. Всем своим видом Грим спрашивал: ты серьезно? Но каменное лицо магистра с алкогольным румянцем говорило о его смертельной серьезности.

— А ну, не смотри на меня так. Я видел списки вещей, которые она заказывает. Среди подушек и постельного белья присутствуют кровь козла, курицы, свиньи, краски на основе животных тканей, книги и гримуары, содержащие полулегальные сомнительные религиозные ритуалы, еще там были ритуальные ножи и еще куча, как минимум, странных вещей. Вот скажи, зачем ей все это? А я скажу, я был в её комнате, да я отселил её от остальных рекрутов для их безопасности, так вот там творится настоящий ад. Пентаграммы, заклинания, ведьмовская лабудень и прочее, прямо как жилище того некроманта из Заливных Лугов. Опять таки, я навел справки и могу точно сказать, что у всего этого есть боевое применение. Понимаю, ты скажешь — я параноик, в этом возрасте девочкам – убермагам нормально увлекаться подобным. Но хоть я и не люблю свою должность, я служил нашему ордену всю свою жизнь и моя честь обязывает оставить его в лучшем состоянии, чем раньше. Я не буду тем магистром, кто проворонит главную угрозу для королевства, пусть это и маленькая девочка! Поэтому приказываю тебе проверить принцессу Сансет Шиммер на возможность предательства королевства. Запрашивай любые ресурсы и любые полномочия. К выполнению приступить завтра утром.

Настоятель сидел несколько секунд в раздумьях.

— Согласен. — Наконец-то изрек он.

— Чудно. — Облегченно улыбнулся магистр. — А теперь давай просто посидим. Нужно пользоваться такими возможностями, пока эта работа нас в конец не завела в гроб.

— И правда, вон уже в детях угрозу королевству ищешь. — Настоятель пошутил и сам посмеялся над своей шуткой. — За твои нервы.

Старые друзья чокнулись и провели оставшееся время до вечера в воспоминаниях прошлого, разговорах, прогулках по территории главного капитула ордена, игре на рояле и распевании старинных песен. Да, магистр сегодня взял выходной и неплохо погулял.

За полночь того же дня, настоятель Грим отвел магистра до его спальни и отправился в выделенную ему комнату. Он освещал знакомые ему коридоры с помощью свечки. В тусклом свете его лицо было как обычно серьезным, сразу и не скажешь сколько он успел выпить. Открыв дверь ключом, он вошел в свою спальню и поставил подсвечник на письменный стол.

— Ну и ночка. — Подумал настоятель и улыбнулся сам себе. — Неплохо погуляли. Но перед сном нужно еще кое-что сделать.

Грим сел за стол. Он согласился проследить за принцессой отнюдь не ради удовлетворения паранойи Смайлинг Винда, тот всегда был человеком действий и к тому же сделал свои выводы будучи уже под градусом. Нет, у настоятеля было свое собственное задание, близость к королевскому дворцу принесло Гриму неожиданные для него минусы. Каждый член ордена клянется защищать Эквестрию и подчинятся любому приказу её величества, пользуясь этим Селестия, узнав о связях настоятеля с магистром, обязала первого выполнить секретное поручение. Грим, конечно, не мог отказаться.

На столе настоятеля лежали заказанные им ранее из архива свитки и книги, все от имени магистра разумеется. Сев за стол и пододвинув свечу, Грим принялся планировать свой следующий шаг.

* * *

Звон колокольчиков, слышимый лишь в дальних уголках твоей души, холодной и липкой рукой выдернул Сансет из сладкого забвения. На ощупь она нашла циферблат и с явным облегчением нажала на него. Колокольчики затихли и чудо колдовской мысли, солярные часы, продолжили беззвучно отсчитывать время. Такой диковинки во всей Эквестрии больше ни у кого не было. Сама королева Селестия соткала эти часы из материи своего солнца, заключив в них частичку вечного тепла. Это был её прощальный подарок принцессе, часы что никогда не ошибутся и никогда не погаснут.

Королева увлекалась такими диковинками, поэтому изобретатели и волшебники пользовались её покровительством на протяжении почти всей истории Эквестрии. Множество полезных вещей, облегчивших жизнь людей, были рождены в этом союзе, но далеко не все нашли свое применение, королева очень тщательно выбирает какие изобретения должны увидеть свет, боясь что иначе верные ей племена повторят ошибки других народов. Сама Сансет видела во дворце кучу таких отвергнутых изобретений, от вечных двигателя, до полностью работающего водопровода, питающегося магией самой королевы. В теории часть можно было бы вписать в быт людей королевства при условии подходящего источника питания, типа магических кристаллов, но они были слишком дороги и редки для этого. Поэтому сейчас жители Эквестрии продолжают кипятить воду на кострах и довольствуются старыми добрыми блоками, водяными и ветряными мельницами, ручными насосами, свечами и механическими часами. Хотя, на самом деле, все не так плохо, к примеру, относительно недавно её величество одобрила распространение парового двигателя по всей Эквестрии, одновременно введя новые правила безопасности обращения с этой чудо техникой и обязав всех соблюдать умеренность с новой технологией, особенно с подготовкой топлива — древесного угля. Селестия не хотела увидеть как её любимые Янтарные Равнины превращаются в индустриальные пустоши, как в некоторых частях Грифонии.

Сонная Сансет встала с кровати и тут же ударилась ногой об горшок.

— Кончено, в эту дыру не поставят паровой двигатель. — Пробурчала Шиммер. — Как же я задолбалась мыть свой ночной горшок. Зачем нам водопровод, нееет, давайте черпать воду из колодцев и хранилищ, а потом нести её на четвертый этаж. Да, да, конечно, у нас же есть куча молодых рекрутов, пусть они отнесут или попросим Сансет — "эй, Сансет, ты же маг, наколдуй воду". Ырх.

Закончив бурчать, Сансет зевнула и потянулась, ей было уже 16 лет, совсем взрослая девушка. Сине-зеленый свет омывал её короткие волосы и белую ночную рубашку. По её коже пробежали мурашки, в комнате было прохладно. Подняв руку в воздух, Сансет сжала в кулаке невидимые глазу нити и погасила призрачное пламя, горящее в жаровне у потолка, оно хранило ночью её сны от нежелательных гостей. Комната тут же погрузилась во тьму, не считая золотистого огонька на тумбочке.

Громко произнеся пару слов, девушка заставила засветиться магические кристаллы, вставленные в стены, еще один подарок матери. Сансет поднялась с кровати, её бирюзовые глаза бегло пробежались по комнате, проверяя все ли на месте. Удовлетворительно хмыкнув, девушка накинула на плечи халат и подошла к напольному зеркалу, оценить свое состояние. Красные глаза, мешки под ними, осунувшееся лицо — небольшая цена за пару бессонных ночей, проведенных за изучением интригующих книг.

Сансет закатила глаза. Так она не предстанет перед остальными рекрутами, нужно привести себя в порядок. Когда она уже потянулась за расческой, в дверь постучались.

— Дискорд побери, кого это еще принесло? — Вздохнув, девушка затянула халат и надела шарф, чтобы спрятать свои шрамы. Сансет потянулась к тяжелой окованной двери и с натугой открыла её.

Взгляд Шиммер скользнул по старику, стоящим за порогом, он носил рясу, его голова была выбрита, а брови подстрижены. Сансет поймала суровое выражение лица гостя и уже хотела поиграть с ним в гляделки, а то что он вылупился, но во время заметила значок на рясе.

— Господин-настоятель, — Сансет ударила правым кулаком в грудь, склонила голову и встала в стойку смирно.

— Принцесса Сансет Шиммер?

— Так точно. — Сансет подняла взгляд. — Вам что-то нужно?

— Доброе утро, ваша милость. Разрешите войти?

Девушка отступила в сторону и впустила внутрь настоятеля. Тот стал осматриваться, пока Сансет пыталась предсказать, что привело такого высокопоставленного члена ордена в её скромную обитель. Увы, но у нее ничего не получилось, каменное лицо настоятеля ничего не выражало, а лишь внушало страх в собеседника, будто тот нашкодивший школьник, которому сейчас влетит. Абсурд, но так оно и было, немногие могли выдержать обвинительный взгляд настоятеля, а те кто мог, разбивались об его неуступчивость, поэтому к нему мало кто обращался лично, что несомненно нравилось Гриму. Он стремился усилить эту свою способность из-за чего, к сожалению, стал редко улыбаться, а теплоту его голоса заменила холодная вежливость. Даже брови он сбрил, чтобы выглядеть более грозно, превратив меховые шторки в тонкие недовольные дуги. Хотя в итоге это и не помогло ему сдержать искреннего удивления от того что он увидел и почувствовал в комнате принцессы.

В белом свете кристаллов перед Гримом предстала комната, где каждый метр был заполнен чем-то эзотерическим. На всех свободных поверхностях, на потолке, полу, стенах и даже на тяжелых шторах, не пускавших и лучика солнца, были нарисованы белые символы, узоры и буквы неизвестные настоятелю. Они танцевали, выворачивались, описывали известный только им рисунок. А на границе зрения они и вовсе оживали — пускали нити и проникали в сознание, шарили в памяти, оплетали кору мозга липкими и холодными щупальцам, пытаясь понять человек ли ты. Настоятеля слегка передернуло, даже для него это было омерзительно, а какие воспоминания пробуждались в голове, ужас.

Грим отошел в сторону и взглянул на грязный стол, заставленный ретортами, перегонными кубами, емкостями с жидкостями и стаканчики с порошками. Настоятель подошел ближе, чтобы по запаху определить содержимое, но он ничего не почувствовал. Тогда он посмотрел на приклеенные к ним карточки, названия были знакомы ему — спиной мозг пеньковой лесы, печень волка, пустотел обыкновенный...

— Простите за любопытство, а что вы тут готовите?

— Мази и краски в основном, они нужны для моих исследований. Разбираетесь?

— Я раньше управлял госпиталем. — Сухо ответил настоятель, он взял баночку, стоящую рядом с пустой тарелкой супа, и прочел на ней надпись. — Боитесь отравителей, ваша милость?

— Немного.

— Были случаи?

— Нет, господин-настоятель. Не обращайте внимание, это просто моя паранойя.

— Хм, — настоятель продолжил осмотр.

Его взгляд скользнул дальше, по старым и новым книгам, свиткам и небрежным запискам, разложенным на полках. Только несколько названий оказались ему знакомы, особенно справочники по травам. Пока настоятель рассматривал книжные полки, он почувствовал, как его начинает пробивать дрожь. Когда Грим стоял в дверях, он ощущал как по ногам дует, но внутри было еще холодней, прямо как в погребе, при том что снаружи было по летнему тепло, если совсем уж не жарко.

— Впечатляюще, магистр сообщил мне, что вам выделили отдельную комнату и теперь я понимаю зачем. — Настоятель повернулся к Сансет, невозмутимый, как камень.

Все это время девушка стояла у стены и терпеливо ожидала пока гость наглядится, похоже это был далеко не первый случай, когда её спальню рассматривали как музейный экспонат.

— Отдельное помещение необходимо для моих изысканий.

— А чем вы занимаетесь?

— Теорией магических практик.

— И это не опасно, для вас, для капитула и других рекрутов?

— Я очень серьезно отношусь к вопросам безопасности. Уверяю, все предусмотрено, если хотите, могу рассказать про каждую предпринятую мной меру защиты.

— Я вам верю. — Брайт вернулся к осматриванию комнаты, он уже знал как магистр пытался запретить исследования принцессы, но одно единственное письмо королевы свело все его старания на нет, так что спорить не имело смысла.

— Сэр, могу я узнать цель вашего визита? И вы так и не представились? — Вежливо спросила Сансет, начиная терять терпение. Вторжение в личное пространство так рано утром вывело бы любого из себя.

— Меня зовут Грим Ай, я настоятель Кантерлотского капитула. — Настоятель сделал легкий поклон. — Простите, у меня есть привычка иногда навещать своих подчиненных, чтобы поговорить с ними с глазу на глаз, о положении дел в капитуле, об их собственных делах. И пока я гощу в обители нашего ордена, не мог не посетить нашего самого знаменитого и выдающегося рекрута. Ваша милость, не расскажите, как вам тут, все ли в нашем ордене вас устраивает?

Сансет нахмурилась и подчеркнуто скромно ответила:

— Для меня большая честь быть частью прославленного ордена рыцарей Подковы. Слава ордена подтверждает себя, здесь все безупречно. Надеюсь, я достойна вашего великого наследия.

— Вот значит как. — Настоятель вновь сделал легкий поклон. — Простите за столь ранее вторжение, не смею больше задерживать, кажется, скоро у вас будет какое-то собрание.

— Подождите, какое собрание? — Спросила с удивлением Сансет, она точно помнила, что никакого собрания в ее расписании не было.

— Магистр кажется хотел что-то сообщить вам и другим рекрутам. А вы не знали? Приходите на поле перед капитулом через 15 минут.

Настоятель с легкостью открыл дверь и вышел прочь. Сансет закрыл её и оперлась об стену, потирая переносицу.

— Лошадиный навоз ...

Ей придётся делать все очень быстро.

* * *

Через 15 минут Сансет стояла среди других рекрутов, одетая как все, в покрашенные коричневые льняные штаны, белую рубашку и кожаную жилетку с вышитым щитком рекрута — белая подкова на сером фоне. Единственным отличием был шарф, прикрывающий шею. В спешке, девушка успела умыться и расчесать волосы, но она все еще выглядела осунувшейся, с мешками под глазами, и её это сильно раздражало.

То с одной стороны, то с другой стороны шеренги слышались переговоры, похоже никто не знал зачем их всех здесь собрали. Сансет не хотела слушать пустую болтовню и вместо этого сосредоточилась на своих мыслях, благо перед ней открывался вид на капитул и было на что посмотреть. Сердце ордена Подковы располагалось в крепости Рокфолл, старой цитадели в тысячах километров от Балтимейра и Кантерлота, на юге Янтарных Равнин.

— Мда, штаб-квартира одной из самых могущественных организаций королевства находится посреди це-ло-го ничего. Когда-нибудь я свыкнусь с этим. — Посетовала про себя Сансет.

И правда, крепость стояла на небольшом холме посреди бесконечных зеленых лугов, обдуваемая четырьмя ветрами. Но как же так вышло? Все началось в 346 году от создания Эквестрии, тогда Селестия объявила о создании королевских всадников, организации несущей закон и волю королевы за пределы столичных владений. Именно с помощью них, её величество подчинила своей воле мятежных магократов, остановила угрозу вторжения чудовищных монстров из Великого Леса и принесла мир и справедливость в отдаленные уголки королевства. И вскоре организация, что планировались как временная мера, стала слишком масштабной и могущественной, а самое главное полезной, чтобы её упразднять. Собрав совет магократов, Селестия договорилась с ними о преобразовании королевских всадников в первые рыцарские ордена. Она лично участвовала в разработке их уставов, клятв, иерархии и назначении первых магистров. И самым первым вопросом, вставшим перед молодыми орденами — месторасположение их главных капитулов. Её величество сразу заявила — Ни одного капитула не будет в Кантерлоте, рыцари должны заниматься защитой людей, а не участием в политике, за сим селитесь там, где вы нужны больше всего. Магистры согласились с условиями королевы Селестии и вскоре развалины Рокфолла стали главным капитулом рыцарского ордена Подковы. Маленький форт времен Черной Зимы восстановили и расширили до полноценной цитадели. С тех пор Рокфолл служит главным звеном в линии обороны Янтарных Равнин против созданий Великого Леса, находясь прямо на его границе.

Сансет смотрела на старые почерневшие каменные стены, покрывшееся мхом и виноградными лозами. Рокфолл, конечно, регулярно реставрируют, но это ничуть не отнимает тяжести времени, которую ты чувствуешь, прогуливаясь по его огромным залам, широким дворам и глубоким водяным хранилищам. Сколько же поколений рыцарей видели эти камни? Десятки, сотни, тысячи? Одна мысль об этом приводила Сансет в отчаяние. Столько людей, состарившихся, истлевших и развеянных прахом по ветру. Девушку передернуло, больше всего на свете она боялась этого.

Пока Сансет размышляла, она и не заметила столь приятного изменения — все замолчали. Шиммер осмотрелась и заметила, как на вытоптанную площадку, где они стояли, вышел знакомый ей лысый настоятель. Он принялся ходить взад-вперед перед шеренгой, заглядывая в глаза каждого рекрута, только единицы смогли не отвести свой взгляд в сторону.

— Доброе утро, рекруты! — Громким и твердым голосом сказал он. — Его превосходительство, магистр Винд, поручил мне курировать ваши финальные испытания на пути становления сквайрами! Для вас это означает изменения в основном только в последнем этапе — командной охоте! Вы все прекрасно знаете, что каждый рыцарь должен по возможности быть способен заменить своего павшего товарища в бою! Для занятия нашим ремеслом требуется гибкость! По этой причине я и магистр распределили вас по командам по своему усмотрению, в этом году вы не сможете выбрать себе товарищей по охоте!

Из шеренги послышались перешептывания.

— Тихо, это не все! Также по завершению всех испытаний будет составлен список, где команды будут оценены и выстроены по рейтингу! Более конкретные критерии будут вывешены завтра, ближе к обеду! В качестве награды у первой тройки команд будет возможность выбрать где они будут проходить дальнейшее обучение на рыцарей! Остальные пройдут обычную процедуру перераспределения, то есть отправятся по запросу других капитулов! Списки команд уже вывешены на доске объявлений! На этом все, если будут вопросы, номер моего кабинета 109! На этом всё, свободны!

Настоятель развернулся и ушел в сторону большого корпуса капитула. Как только его спина стала в два раза меньше, по шеренге прокатились крики и разговоры, толпа уже собралась, чтобы пойти посмотреть на список команд, Сансет была среди них.

* * *

В просторном коридоре столпилась толпа оголтелых рекрутов, Сансет пробилась к доске и нашла свое имя ... среди капитанов. Удивленная этим фактом, она нашла в столбцах и своих товарищей по команде, куча незнакомых имен. Вырвавшись из массы сотен разгоняемых преподавателями рекрутов, Сансет направилась наружу, прочь от прохладных коридоров, к теплому, приветливому солнцу.

В ее голове звучал единственный вопрос — Зачем? — Все свое обучение она старалась не выделяться, ей всегда давали самое незначительное задание, никто не хотел с ней иметь дело и такое положение дел вполне устраивало Сансет. Меньше ответственности, больше времени на учебу. А теперь её назначили аж капитаном. — Значит, они и правда серьезно решили первых сделать последними, а последних первыми, какая шутка.

Гулко топая по полу, принцесса заметила, как из-за следующего поворота в ярости выбежал какой-то рекрут и быстро удалился прочь. Сансет прошла дальше и посмотрела туда откуда вырвался рекрут. В коридоре стояла очередь к какому-ту кабинету. Сложив два плюс два, Шиммер поняла, что они ждут аудиенции у настоятеля, чтобы пожаловаться или обсудить недавние изменения. Принцессы бросила безразличный взгляд на очередь и пошла своей дорогой.

— Уверена, там одни дети дворян, которых лишили капитанства. Кошмар, а ведь они так долго старались стать капитанами охоты, с надеждой что в будущем поднимутся до старших рыцарей и рыцарей-капитанов, а теперь все их планы рухнули из-за чьих-то капризов. — Иронично заметила про себя Сансет. — Все ради престижа семьи. Забавно, а ведь набор в орден строиться на меритократической основе и все равно здесь нашлось место для карьеризма. Сколько там уже рыцарских династий, 6 или 10. Не понимаю почему их еще не выперли в зашей, вон уже 15 членов семьи Стоунов были магистрами ордена Скалы. Ах, зачем я вообще беспокоюсь, все равно это не мои проблему, у меня и своих хлопот хватает.

Прошло минут десять перед тем как девушка взошла на холм вдали от капитула, шума и лишних ушей. Сансет сняла шарф и легла на мягкую траву, закрыв глаза. Солнечные лучи касались её кожи, согревали и расслабляли, провоцируя приятную дрожь. Другие не могли понять её тягу к солнцу, в середине лета они прятались за старыми стенами от жары, зноя и ярких слепящих лучей, когда принцесса только и искала больше возможностей увидеть голубое небо над головой — почувствовать как шелковистый ветер путается в её волосах, как солнце улыбается ей. Здесь под открытым небом она не чувствовала себя одиноко.

Под шелест травы, разум принцессы расслабился и её мысли пустились в полет.

— Если я обойду всех, то смогу выбрать место обучения и вернуться домой ... домой. — Тихо произнесла Сансет, вытаскивая из кармана теплые на ощупь карманные часы. Водя пальцем по сверкающему стеклу, принцесса завела в своей голове разговор с собеседником, который точно не мог её услышать. — Интересно, и почему я называю дворец своим домом? Я выросла в его стенах, но там нет дорогих мне лиц или вещей, только ты, мама. Или лучше "приемная мать", ведь свою родную я убила при рождении, спалив дом. Лошадиное дерьмо, только это должно было сделать меня изгоем, но неет, из-за тебя я еще подхожу под условия дурацкого пророчества, привлекая все больше и больше ненависти к себе, забавно и почему это меня все еще не попытались убить, ну еще разок, четвертый год идет, пора уже! ... Интересно, а как бы сложилась моя жизнь, если бы ты не взяла меня к себе? Вырасти в детском доме, под косыми взглядами окружающих, быть обозленной на весь мир, презирать всех и каждого, да, наверное, я стала бы ужасно высокомерной и эгоистичной, прямо как сейчас. — Сансет улыбнулась своей самоиронии. — Но вместо этого ты полюбила меня, пыталась защитить от мира, от правды. Из материнской любви ты думала, что ложь сработает, но все закончилось лишь моей смертью. Я понимаю, что это ты во всем виновата, но мне никогда не хотелось тебя ненавидеть за это. Может это из-за того года, после моей смерти, что ты провела со мной в отдаленном поместье, со своей "дочерью". — Сансет ухмыльнулась. — Знаешь, я вспоминаю его как лучшее время в моей жизни. — Лицо девушки сморщилось, а глаза намокли, она тяжело вздохнула и выдавила из себя. — Я больше не могу, я тоже люблю тебя, мамочка, мне так хочется домой.

Принцесса села и вытерла рукавом глаза. Бросив взгляд на часы, она отметила что у нее есть еще пятнадцать минут перед началом занятий.

— Я не упущу эту возможность. — Уверенно заявила Сансет, вставая с травы и отряхивая одежду.

* * *

В перерывах между занятиями и обязанностями по поддержанию капитула в чистоте, принцесса составила план и первым его пунктом было узнать имена членов её команды, рекрутов с которыми она училась уже какой год. Но это стыдное обстоятельство не остановило Сансет и она приступила к выполнению плана. Другие ученики были в шоке от такого поворота, Шиммер, что тихо училась три года, не идя ни в какую на контакт, внезапно заговорила с ними. Они честно не знали, что делать, кто-то обрадовался, кто-то испугался, а кто-то просто удивился, но все же принцесса получила свои ответы. В её команду записали еще четверых человек — девушку Пёрбл и трех парней Стинки, Нэта и Роуча. Со всеми ними Сансет договорилась встретиться после занятий и мытья полов, в часы, когда все рекруты могут заняться личными делами.

Встреча произошла за пределами Рокфолла, на зеленом холме вечером, когда солнце уже начало потихоньку опускаться по небосводу за горизонт. Сансет пришлось подождать минут десять пока все соберутся, а в это время пришедшие члены её команды спокойно общались друг с другом, похожи они давно были знакомы. Принцесса же не знала, что говорить, поэтому тихо сидела. Когда все собрались, она попросила всех рассказать немного о себе.

Пёрбл, девочка с бледной кожей, отдающей серым нездоровым оттенком, и с волосами цвета хмурого неба, была родом из Каменного Ущелья — это большой каньон в западной части Янтарных Равнин, славящимся своими шахтами и ископаемыми богатствами. После получения звания сквайра, Пёрбл хочет пойти учиться на доктора в какой-нибудь госпиталь при капитуле, а потом уйти в отставку и заняться частной практикой в своем родном городке.

Стинки и Роуч земляки из Большой Дыры, города, основанного в большом кратере среди горных хребтов на северо-западе королевства, прямо на границе Янтарных Равнин и Белых Пустошей. Тамошняя земля холодна и сурова, она очень мало плодоносит, зато там растут редкие травы и есть большие залежи железа. Стинки и Роуч хотят стать рыцарями из меркантильных интересов, мол в ордене и еда хорошая есть, и климат поприятней, да и жалование не бедное, всяко лучше Большой Дыры. А орден Подковы они выбрали, потому что ненавидели горы и от ордена Скалы их тошнило.

Нэт же родом из Рейнбоу Фоллс, горного поселения посреди большого озера на севере. Его семья промышляла рыболовством, но он не хотел себе такой участи. В 10 лет, он решил бросить школу и объявил родителям, что хочет отправиться на юг и сдать экзамен в каком-нибудь капитуле. Его отец и мать недолго подумали и согласились выделить денег, все-таки он был младшим среди 7 братьев и 4 сестер — никому не нужны лишние наследники. Экзамен он сдал и сейчас намерен в будущем с честью нести плащ рыцаря, защитника королевства.

Переваривая эту информацию, Сансет ненадолго задумалась. Этим моментом воспользовался Роуч, паренек со светлыми волосами, носом картошкой и набором прыщей на загорелом лице.

— Сансет, слушай, может проведем собрание в капитуле, тут же жарень, ну ё-маё. — Сказал Роуч, протирая платком своё вспотевшее лицо.

Сансет подняла глаза и посмотрела на паренька холодным взглядом, которому позавидовали бы некоторые айсберги, проплывающие мимо Ванхувера.

— Хорошо, пошли в мою комнату.

— Нееет, умоляю, давайте лучше останемся здесь. — Вмешался Стинки, на его плоском лице с крючковатым носом и светлыми волосами, застыла улыбка плохо скрывающая ужас.

— Я поддерживаю, лучше останемся здесь. — Нэт обменялся беспокойным взглядом с Пёрбл. У него была бронзовая кожа и каштановые волосы, обрамляющие правильное лицо с зелеными глазами.

— Отлично. — Сансет отвела взгляд от Роуча, к его глубокому облегчению. — Насколько каждый из вас готов к экзаменам?

— Я-я готова к теоретическим экзаменам, леди Найт говорит, что я хорошо усвоила материал, но с практическими предметами ... у меня не все так хорошо. — Пёрбл говорила с явным волнением, но она начала первой и Сансет не сказала бы, что здесь дело в трусости.

— Ты маг? — Просто спросила Сансет, глядя на серые волосы девушки и её глаза цвета гальки.

— Нет, я никогда не училась  этому. — Коротко ответила Пёрбл.

— Дай свою руку. — Сансет протянула вперед правую ладонь, другая девушка с явным страхом и волнением сделала также. Остальные завороженно наблюдали за происходящим, одинаково с любопытством и ужасом.

Шиммер схватила ладонь Пёрбл, на её руке выступили ярко светящиеся символы. Девушка с серыми волосами вскрикнула от удивления, она хотела вырваться, но у нее ничего не вышло, их руки будто слиплись. Через пару секунд свет померк и Сансет отпустила бедную Пёрбл.

— Они все бояться меня, как и ожидалось. Может даже называют меня между собой "ведьмой", как остальные. Жаль, а я подумала может это из зависти. – Заключила в своей голове Саснет, делая свои выводы на основании того, что она была красивей других девочек её возраст и, в отличие от них, у нее не было прыщей и проблем с учебой.

— У тебя есть определенные способности. Завтра приходи ко мне после обеда, я знаю пару простых техник, которые помогут тебе, не волнуйся они разрешены правилами. — Холодно ответила Сансет. — Следующий.

Через небольшую паузу Нэт начал говорить.

— Ээ, ну у меня вроде все в порядке с учебой и занятиями.

— Хорошо, не против, если я проверю твои знания и умения, завтра утром после завтрака, пойдет?

— Да, думаю, да. — Нэт пытался скрыть свое волнение, но у него плохо получилось.

— Сле ...

— Подождите-ка, а тебе-то какое дело? Мы и сами можем позаботиться о своих экзаменах. — Вставил Роуч, тут же пожалев о своей смелости, увидев как бирюзовая радужка Сансет начал светиться.

Но принцесса спокойно ответила:

— Вы же все слышали настоятеля Грим. Если наша команда победит в общем зачете, то каждый из нас сможет выбрать где учиться дальше. Пёрбл и Нэт смогу отправиться в капитулы, где преподают прославленные рыцари и доктора. А вы со Стинки подберете себе отдаленный капитул, подальше от Великого Леса, представьте — жизнь без особых опасностей, непыльная работа, пенсия, стабильное жалование, разве вы не этого хотите?

— Да, но ...

— Никаких но, я могу сделать так, чтобы наша команда победила и все сказанное мной стало реально, вам нужно только согласиться и выполнять мои указания. Вы все согласны с моими условиями?

Все переглянулись и поочередно сказали свое "Да".

— Отлично. Как у вас дела с учебой, Стинки, Роуч?

— Ну ... мы сможем сдать экзамен на минимальный бал. — Ответил Стинки за себя и за своего друга, почесывая затылок.

— Этого мало, я проведу урок с вами обоими завтра вечером после ужина.

— Но ... — Роуч опять хотел что-то вставить, но Стинки вовремя ударил его локтем в бок.

— Думаю, на этом можно закончить. Завтра должны уточнить критерии оценки команд и тогда мы начнем более конкретную подготовку. Можете идти. — Принцесса огласила свое решение.

— А ты, Сансет? — Спросила Пёрбл, вставая с травы вместе с остальными.

— Я посижу здесь еще немного. До завтра. — Сансет села спиной к команде и лицом к заходящему солнцу.

— До завтра. — Когда Пёрбл и остальные уходили с холма, они заметили как волосы Сансет слабо блестят под желтым светом солнца.

— Ох, завтра будет тяжелый день. — Подумала Шиммер, прикрывая рукой широкий зевок.

* * *

Как и было оговорено, утром, после завтрака и чистки конюшен, Сансет встретила Нэта, она погоняла его по пройденному материалу и провела с ним короткий поединок. Принцесса осталась довольно результатами, не смотря на его происхождение, у него было достаточно упорства и способностей для хорошего усвоения теории, а детство, проведенное за тяжелым трудом рыбака, с природной ловкостью помогли ему стать неплохим бойцом. Коротко попрощавшись с парнем, Сансет отправилась на свои уроки.

С Пёрбл же было не все так просто. После обеда она зашла к Сансет. Тяжелая дверь открылась и девушка, задержав дыхание, вошла внутрь. При одном взгляде на белые символы у нее заболела голова, мир начал кружиться и только руки принцессы не позволили Пёрбл рухнуть на пол.

— Выпей. — Сансет поднесла к губам девушки маленькую склянку.

Пёрбл жадно проглотила сладкую жидкость.

— Что это? — Спросила она слабым голосом.

— Обезболивающее. Тебе нужно привыкнуть к таким видам воздействий — чем больше будешь развивать свои способности, тем уязвимей станешь для чужой магии.

Через пару минут Пёрбл стало легче, щупальца защитных знаков наконец-то оставили её, хотя все ещё было холодно. Она сидела на краю кровати Сансет, а та расположилась на стуле напротив девушки с серыми волосами.

— Пройдемся по материалу? — Спросила принцесса.

— Угу.

Пёрбл отлично справлялась с опросом, ответив почти на все каверзные вопросы и задачки Сансет. Кивнув, принцесса отложила учебники в сторону и достала с полки потрепанный том.

— С твоей стороны безрассудно не развивать свой дар. — Сказала Сансет, перелистывая затертые и исписанные заметками страницы.

Пёрбл сжала руками свои коленки.

— Никто в моей семье не обладает магией, мы простые люди и нам не нужны такие опасные вещи.

Сансет подняла взгляд и уставилась холодным взглядом на девушку.

— Это твои слова или твоих родителей? В любом случае это очень глупая позиция.

Лицо Пёрбл налилось краской.

— Я-я. Ты сама посмотри вокруг! Эта комната ... она просто ужасна! Ты связалась со злом! Все девочки боятся тебя! Почему ты все это делаешь, ты же дочь королевы, нашей богини?! – Выпалила Пёрбл на одном дыхании.

На секунду Сансет замерла, слова девочки ошарашили её. Она была готова вспыхнуть яростью и заявить, что зло причинила ей не магия, а обычные люди. Но принцесса сдержалась, глубоко вдохнув, она призвала в руку маленькую фарфоровую статуэтку Селестии, передающую только половину красоты королевы. Сансет передала статуэтку Пёрбл.

— Моя мама говорит, что людям нужно помогать реализовывать свои таланты. Любое знание и умение можно использовать как во зло, так и во добро. Так и с магией, она окружает нас и влияет на мир сама по себе, а мы члены союза племен просто управляем ею, кто-то лучше, кто-то хуже. Даже самый ярый сторонник анти-магии использует её в повседневной жизни, просто не осознавая этого. Равнинникам проще обрабатывать землю, в их присутствии растения плодоносят больше и растут активней, лесники обладают врожденной интуицией и с рождения хорошо ориентируются в Великом Лесу … Ты знаешь, кто самый великий маг в Эквестрии, это наша королева. Всю жизнь она изучает искусство волшебства. И скажи мне, сколько она натворила зла? Пёрбл, магия — это инструмент, зло совершают люди.

Девочка с серыми волосами уставилась на статуэтку перед собой, раньше ни она, ни весь её городок не думали о том, что королева маг, все воспринимали её скорее как всесильное божество, но раз так говорит принцесса ...

— А ты ... — Начала Пёрбл, так и не закончив фразу.

— В моей комнате нет ничего ужасного, на стенах нарисованы защитные глифы, они безвредны, к ним нужно просто привыкнуть. Все остальное вполне законные практики. Просто ты и другие рекруты боитесь меня и пытаетесь найти доказательства своей паранойи. Не пойми не правильно, я не злюсь, это нормально, мне судьбой начертано быть изгоем и я давно приняла свою участь. Ты только не отвергай мою помощь из просто страха.

— Я ... это точно безопасно?

— Точно. — Сансет все еще говорила холодно, но в её тоне появились дружелюбные нотки.

— Ладно, что ты хотела рассказать?

— Смотри, здесь описаны тренировки и техники монахов с Красных Хребтов. Они маги, но используют свои способности не для заклинаний, а чтобы помочь своему телу стать сильней. Тебе нужно просто следовать инструкциям и верить в них. У нас слишком мало времени, чтобы учить тебя другим более сложным учениям, а это вполне подойдет. Результат будет скромным, но и требования начальных техник монахов невысокие.

Пёрбл взяла книгу и стала рассматривать рисунки, где лысый мужчина иллюстрирует различные упражнения. А под рисунками печатным текстом рассказывались подробности с приписками на полях, сделанных пером.

— А ты мне поможешь?

— Почему бы и нет, я уже освоила половину книги, видишь. — Сансет закатал рукав и показала мускулы на своей руке. — Будем заниматься каждый день, утром и вечером, я перенесу свои занятия с Нэтом, согласна?

— Угу.

— Отлично, тогда давай приступим прямо сейчас.

Первый урок для Пёрбл ограничился упражнениями по дыхательным техникам, но девушка уже проявила свое трудолюбие и старалась в точности повторять за Сансет, что порадовало принцессу.

Урок закончился, а потом шли занятия в классах, покраска известью стен одного склада, ужин и урок Сансет с Роучем и Стинки ... и тут тоже все пошло не слишком гладко, очень ухабисто на самом деле. Скажем только то, что узнала группа преподавателей во главе с настоятелем Брайтом. После ужина, в казарме для рекрутов-мужчин случился пожар, в тот момент в помещения находились только Стинки и Роуч, они потушили пламя своими силами, получив множество небольших ожогов и почему-то пару синяков. Причину пожара они не назвали, сказав, что не заметили, как все началось, а расследование не дало определенных итогов, были найдены лишь небольшие следы магии, но они никуда не привели. Настоятель даже решил обратиться к принцессе Сансет, вдруг та что-то видела, но её милость после ужина все время сидела в своей комнате и ни о чем не знала. Покидая комнату принцессы, настоятель отметил что та была определенно не в духе.

На следующий день Сансет рано утром встретилась с Пёрбл, вместе они сделали пару упражнений и совершили небольшую пробежку.

— Как ощущения? — Спросила Сансет, отдыхая на траве и конденсируя с помощью каких-то чар воду из атмосферы в небольшую керамическую чашку.

— Ух, это было непросто, но я не чувствую себя уставшей! Будто я могу еще часами бегать и бегать! — Радостно заявила Пёрбл.

— Не переусердствуй, дай своему телу отдохнуть — оно не железное. Мы будем заниматься постепенно и твой прогресс будет расти стабильно. Возьми. — Сансет передала другой девушке чашу.

— Спасибо. — Пёрбл выпила всю предложенную вкусную воду.

— Не за что. — Принцесса села на траву, выпрямила ноги и оперлась руками о землю.

Пока Сансет тихо созерцала природу, Пёрбл удалось рассмотреть своего учителя. Три года назад, когда она только узнала, что будет учиться вместе с принцессой, то ожидала увидеть маленькую Селестию, такую же общительную и открытую как её величество, но вместо этого она обнаружила молчаливую и холодную Сансет. По первой Пёрбл даже пыталась однажды наладить контакт с принцессой, но та отказалась, наверное, сейчас она даже и не помнит этого. А потом девушка узнала о пророчестве и стала просто бояться Сансет, вместе с остальными избегая её, её ужасной комнаты и её странной магии. Она даже помнит, как девочки из её казармы обсуждали, как принцесса поддерживает красоту с помощью темной магии, наводит ворожбу на них и вызывает у всех прыщи. И Пёрбл даже иногда верила этому, но после общения с Сансет она немного изменила свое мнение. На практике принцесса оказалась не такой холодной, особенно когда говорила о магии, а её чары хоть и были странными, но не такими ужасными как Пёрбл себе представляла.

— А как у других успехи? – Спросила девушка поправляя свои серые волосы.

— У Нэта все отлично, ему не нужна моя помощь, он сам занимается, а вот у остальных ...

— Проблемы с Роучем и Стинком?

— Ырх. Эти два кретина никак не хотят нормально учиться, вчера я их чуть в пол не впечатала! — Сансет внезапно перешла со спокойного тона на смертельно агрессивный. — Клянусь Селестией, если сегодня они не приложат хоть какие-то усилия, отправлю обоих плавать на дно колодца.

Со смесью страха и неловкости в глазах Пёрбл ответила.

— Может это просто не их.

— Я в это не верю, они как-то же добрались до экзамена. В физическом плане у них все неплохо, но с остальным ... Мне кажется, они специально это делают.

— Эм, может им нужен другой подход, давай я попробую позаниматься с ними вместо тебя.

— Попытайся, если не будут слушаться, передай им, что в этот раз они не отделаются парой ожогов.

— Да, конечно. — Пёрбл неловко улыбнулась, отметив про себя. — Какой из неё ужасный преподаватель.

Сансет достала из кармана часы и посмотрела на циферблат.

— Пора заканчивать, через три минуты начнется урок по ботанике. Пошли?

— Сейчас, только соберу вещи. — Пёрбл удивляли часы Сансет и её способность следить за временем, сама она частенько опаздывала или приходила на занятия слишком рано.

* * *

Вечер Сансет без Стинки и Роуча прошел просто отлично, не считая очередной работы в саду. На следующий день она узнала, что Пёрбл смогла провести урок со Стинки и Роучем, Шиммер пожала плечами и разрешила девушке дальше заниматься с этими оболтусами – “лесник с возу, кобыле легче”. В освободившееся время она собиралась готовить материал для занятий с Нэтом и Пёрбл.

* * *

Последующие дни команда Сансет провела в трудах, все показывали прогресс, даже Стинки и Роуч. Время пролетело незаметно и на следующей неделе началось время сдачи экзаменов.

Номинально каждый рыцарь должен не только уметь сражаться и оказывать первую медицинскую помощь, но и знать право, биологию человека и животных, письмо, культурные обычаи различных племен, а значит и литературу, и историю. Поэтому в первую неделю финальных испытаний рекруты сдают все теоретические экзамены на листках бумаги по общему знанию выше перечисленных предметов. Фехтование, верховая езда, строевая подготовка, ориентирование на местности и прочее сдается во время второй недели. Во всяком случае именно такие обычаи были приняты в ордене Подковы.

Сансет и Пёрбл сдали все тесты на отлично, Нэт очень хорошо, а Стинки и Роуч выше среднего. Благодаря этому по общим баллам команда Сансет поднялась в лидеры. Оказалось рекрутов разделили на команды, стараясь уровнять всех по способностям, так что шансы на победу у всех были почти одинаковы и только благодаря трудолюбию принцесса и её товарищи смогли обогнать остальных.

Следующая неделя прошла более напряженно во всех смыслах этого слова. Экзамены в поле на навыки и знания выживания и ориентации в пространстве дались команде Сансет относительно легко. А вот соревнования на физическую подготовку были посложней. По общему зачету многие команды сравнялись с Сансет и её товарищами. Это заставило принцессу не на шутку занервничать, она-то рассчитывала на полную победу. На экзаменах по фехтованию, бою в полном доспехе и верховой езде Нэт, Стинки и Роуч показали правда хорошие результаты, а вот Пёрбл набрала достаточно средние баллы, но и это было для нее большим достижением, тренировки дали свои плоды. Сансет правда хотела вырваться вперед и закрепить свою победу, но она уже не могла выжить больше из остальных. Чтобы все же добиться этого, принцесса решила сама показать лучшие результаты на арене во время последнего оставшегося экзамена перед командной охоты — бой в латных доспехах один на один.

Ночью накануне дня, когда будет её выступление, Саснет провела за работой, известной только ей. И следующим утром все смогли оценить результаты, принцесса больше не выглядела ледяной ведьмой, в её взгляде читалась жажда убийства и казалось достаточно искры, чтобы воспламенить огонь её ярости.

Бои проходили на небольшой круглой арене где рекруты, защищенные полными латными доспехами должны были заставить своего противника любыми способами признать свое поражение, но все же были строгие правила за которыми следили судьи за столом и четыре адъютанта у границ арены. К примеру, была запрещена любая магия, её блокировали специальные чары.

В нескольких коротких боях Сансет смогла одолеть своих противников, она сражалась яростно и без устали, эти победы подняли её высоко в общем зачете, выведя на лучшего фехтовальщика этого рекрутского выпуска — Брюна Аметиста. Парень обладал высоким ростом и отличной физической формой, что ничуть не мешало ему двигаться быстро и ловко, сам он происходил из рыцарской династии и с детства его готовили к становлению рыцарем. По сути, Сансет не могла ничего противопоставить Брюну, кроме своей упёртости, даже в своем состоянии берсеркера, она была намного слабее "молодого Вила 'Золотого Колеса'", как парня уже прозвали за его силу и красоту.

В полных латных доспехах принцесса вышла на вытоптанную землю арены, окруженную деревянным заборчиком. Одной рукой она держала щит со своим личным гербом, другой небольшую булаву с маленьким шариком в виде навершия. Её соперник тоже выбрал щит, но в другой руке он держал топор более похожий на секиру, которую Сансет держала бы двумя руками, а не одной.

Судьи за столом поочерёдно объявляют о начале каждого поединка, в этот раз это был настоятель Грим.

— Братья и сестры, сейчас на арене сойдутся рекрут Сансет Шиммер и Брюн Аметист! Они постараются показать нам всем свою доблесть и благородство, достойные нашего ордена! Деритесь честно и отважно, но не бойтесь отступать, травмы никого не украшают. А теперь поклонитесь друг другу! — Оба соперника приложили правую латную рукавицу к груди и сделали небольшой поклон головой, на сколько им это позволяли шлема. — Да начнется бой!

Когда настоятель закончил, рекруты, собравшиеся вокруг арены взревели в криках поддержки. В основном все кричали имя Брюна, но Сансет удалось услышать слабые голоса её команды, даже Стинки и Роуч пытались её воодушевить.

— Интересно, это они из страха или правда хотят моей победы? Ладно, нужно им в любом случае сказать спасибо, они хорошо постарались, все они. Кажется у меня еще остались те сладости, что мама прислала в прошлом месяце ... — Подумала ухмыляющаяся под шлемом Сансет, пока она и Брюн шли по кругу, не решаясь сделать первый удар.

— Эй, принцесса, признаюсь, вы хорошо показали себя в прошлых боях, но уверяю, я особый случай! Прошу, ваша милость, сдавайтесь, я не хочу сражаться со столь прекрасной дамой, а взамен обещаю повести Вас на свидание! А то вы ходите и ходите одна! – Крикнул Брюн Сансет.

— Ублюдок, пытается вывести меня из себя и это у него отлично получилось! — Взревела в мыслях Сансет, на самом деле ей нужен был только повод.

Рванув вперед, Шиммер попыталась прорвать защиту Брюна быстрыми ударами. Но парень, пользуясь своим ростом быстро поднял щит и блокировал все атаки принцессы. Вскоре он перешел в контратаку и замахнулся топором. Сансет успела поднять щит, прикрыв голову, и удар больно отозвался по её костям. Тут же Брюн со всей силой толкнул щитом девушку и повалил её на землю.

— Ну что, готовы сдаться, принцесса!? К свиданию могу пообещать букет цветов и парфюм из Ле-Поне! Подумайте еще раз!

Сансет быстро поднялась на ноги. Она набрала дистанцию, адъютанты внимательно наблюдали за её состоянием, жаль что подобные разговоры во время боя не были запрещены, это повысило бы культурный уровень данного мероприятия.

— Ну давай, дворянская псина, че встал! Строишь из себя Казанову, а на деле небось жахаешься в жопу с парнями в казарме! Знаешь, я тут вспомнила как мой десятиюродный дед попустил твоего предка, отобрав у того земли и присунув его жёнушке! — Столь грязные слова вышли изо рта самой принцессы, ах вот если бы её сейчас видела королева ...

— Это вы зря. — Тихо произнес Брюн, вряд ли эти слова услышала Сансет, но через щель в шлеме она точно увидела, как глыба металла мчится к ней.

Принцесса надеялась заставить Брюна атаковать и таким образом вымотать его, но он решил обрушиться на неё лавиной, постоянно осыпая ударами. Сансет еле успевала их отбивать, нанося редкие ответные удары, но парню было все равно, он стойки терпел боль и не ослаблял натиска. В конце концов вымотанная Сансет не смогла отвести очередной удар и ей прилетело обухом топора прямо в шлем. Оперевшись о деревянный забор, она переводила дух. Толпа взревела. Адъютант побежал к принцессе.

Брюн снял шлем и подошел ближе к Сансет.

— Вот зачем вы это начали? Я к вам по доброму, а вы. Признайте свое поражение, хватит ребячиться. — Тот спокойно сказал.

— Рекрут, рекрут, будешь продолжать? — Спросил голос адъютанта за спиной Сансет.

Может принцесса и подумала бы над этим предложением, будь она в нормальном состоянии, но кровь застелила ей глаза. Она скинула с себя шлем, стянула кольчужный капюшон и подшлемник. На землю полетел её плевок, смешанный с кровью, из её носа текла кровь, на коже испариной выступил пот. Ранее красивое лицо теперь хотела одного — реванша.

— Давай на арену. — Прохрипела она.

— Нет, хватит. — Брюн покачал головой и подошел ближе к судейскому столу. — Беря в расчёт состояние принцессы, предлагаю окончить бой!

Настоятель Грим посмотрел на Сансет, подняв одну бровь, и обернулся к своим коллегам судьям, среди них был и магистр Винд, они кивнули ему. Один из адъютантов уже доложил тем о состоянии принцессы.

— Хорошо, объявляю бой оконченным!

— Нет! Я еще могу сражаться! — Выкрикнула Сансет, выходя обратно на арену, её движения были смазаны, она устала, но все же ей удалось занять боевую стойку, подняв щит.

Настоятель заглянул в яростные глаза принцессы, он поднял руку и все четыре адъютанта принялись успокаивать толпу, когда крики затихли, Грим громко и четко сказал:

— Рекрут Сансет Шиммер, у тебя есть право продолжить бой на свой страх и риск, это будет только твое решение и во всех последствиях будешь виновата только ты. Ты понимаешь весь риск?

— Да, я готова!

— Хорошо, да будет так, продолжайте. — Скептически сказал Грим.

Если бы не шлем, все бы увидели гримасу непонимания на лице Брюна. Парень тоже встал в стойку. Через щель он следил за истекающей кровью Сансет, которая даже не удосужилась вновь надеть шлем. Краем глаза он заметил, как слабый блеск окружает принцессу. Толпа молчала, напряженно смотря за боем.

Сансет медленно уменьшала дистанцию со своим противником. Тем временем Брюн думал, как не нанести больше травм принцессе. Когда та была, прямо перед парнем, она рванула вперед и скакнула вбок, топор скользнул по её щиту. Пригнувшись, Сансет изловчилась и ударила булавой по задней части коленки своего противника, в незащищенную область. Брюн повалился на колено, не сумев совладать с острой болью от раздробленной кости. Парень не успел что либо предпринять, перед тем как принцесса вытащила нож с пояса и приставила его к сочленению доспеха Брюна у шеи. С болью парень громко объявил:

— Сдаюсь!

Сансет сделала шаг назад, выронив нож, она оглянулась на толпу, улыбаясь, но все почему-то молчали. Мир закружился, цвета смешались, ноги принцессы подкосились и её тело рухнуло на землю.

— Обоих в госпиталь! — Затихающий крик настоятеля отозвался в разуме Сансет, это был последний звук перед тем, как она потеряла сознание.

* * *

Шиммер пришла себя в палате лазарета. Она лежала на белой кровати, слева и справа от нее никого не было, похоже только она умудрилась получить серьезную травму и загреметь сюда. Взгляд Сансет уперся в арочный потолок, выложенный из старого камня. Высокие окна хорошо освещали палату, тут пахло травами и цветами. Принцесса повернула голову и увидела на прикроватной тумбочке вазу с сиренью, а ещё флакончик из темного стекла с надписью “Дурман”.

— Лошадиное дерьмо, дурман в качестве обезболивающего, я что под кайфом, — тихо выругалась Сансет пытаясь сесть, — блядь, как же тело ломит, нихрена не помогло, больше никогда не буду так делать.

Принцесса вытащила из болящего носа ватки, покрытые кровью.

— Ауч. Эй, мне кто-нибудь может помочь, пожалуйста?

Через пару минут к ней подошла сестра милосердия в белом халате по колено и с рукавами до локтей, подвязанный фартуком.

— Девочка, тебе нельзя вставать. — Сердобольно заметила уже немолодая сестра, она уже начала подходить к кровати, чтобы уложить Сансет, но та запротестовала.

— Нет, нет, выслушайте меня! Прошу, у вас есть листок бумаги и чем писать?

— Слушай, если кто-нибудь из докторов увидит тебя не лежачей — прилетит и тебе, и мне.

— Я понимаю, но я, Дискорд побери, принцесса Эквестрии, прошу выполните мою просьбу!

Сестра недоверчиво посмотрела на Сансет и вздохнув ушла прочь. Через минуту она пришла с небольшим листочком бумаги и куском угля. Шиммер быстро накарябала на нем какие-то слова. Закончив, она раскрыла ладонь и в ней тут же появился небольшой железный ключик. Сансет передала его и записку сестре.

— Умоляю, отнесите это рекруту Пёрбл. Я понимаю, это против правил, но мне правда очень нужно, чтобы вы это сделали.

— Если бы не клятвы, привязала бы вас к кровати, ваша милость. Давайте сюда. — Сестра забрала вещи и удалилась.

* * *

Следующие двадцать минут Сансет провела в разглядывании потолка. Её сеанс прокрастинации прервал звук чьих-то шагов. Шиммер подняла голову и увидела как к ней подходит Пёрбл.

— Слава Селестии, Пёрбл сколько я провалялась в отключке? Мне засчитали победу?

— Эм, Сансет ты спала 5 часов, как ты? — Пёрбл поставила на тумбочку поднос с вещами, которые принцесса попросили принести из своей комнаты (Для девушки это было сложно, особенно если учитывать, что она чуть не потеряла сознание в процессе). – Ты странно говоришь.

— Пустяки, это все корень “Дурман”, психотроп, ну ты знаешь. – Сансет радостно засмеялась. — О, отлично, ты все принесла. Поставь поднос мне на колени.

Пёрбл выполнила указание. Сансет взяла небольшой слабо светящийся кристалл и легкими движениями пальцев раздробила его на маленькие части, будто это апрельский лед. Кусочки попадали в глиняную чашку.

— Ну так кто победил? — Спросила Сансет, выливая из склянки в чашу вязкую красную жидкость. Её голос хоть и звучал слабо, но намного живей, добрей и веселей, чем обычно.

— Эм, настоятель Грим Ай решил провести расследование перед объявлением результатов.

— И что же они ищут?

— Настоятель считает, что ты могла использовать магию для победы. Это правда, ты выглядела такой взбешенной? — Пёрбл говорила с явным беспокойством.

— Не, вчера ночью я просто “бдела”, это специальная техника для магов, на вроде того, чем мы занимались раньше. И да, не рекомендую ею пользоваться, она открывает твои внутренние резервы, но взамен делает тебя неадекватной, а потом все тело чертовски болит. — Объяснила Сансет, ложкой размешивая жидкость в чаше. — Кстати, как ты после своих поединков, ушибы не болят?

— Нет, нет, все хорошо.

— Рада слышать. Так, теперь держи передо моим лицом зеркало, ровно, а то у меня мир немного крутиться. — Пёрбл подняла небольшое квадратное зеркало. Сансет повернулась к нему одной щекой и начала рисовать на своем лице символы красной жижой из чаши.

— Эм, а что это?

— Моя кровь. – Смеясь ответила Сансет. На лице Пёрбл смешались ужас и удивление. – Всёёёё в порядке, это всё в медицинских целях, как тот корень, не знаю зачем они его мне дали, наверное думали, что я не проснусь сегодня. Ха ха ха, они недооценивают меня.

Пёрбл сглотнула и продолжила держать зеркало, отведя взгляд в сторону. Методично Сансет наносила символ за символом, в конце концов покрыв всё свое лицо, кстати, символы были достаточно крупными. Когда принцесса закончила, она отодвинулась от Пёрбл.

— В любой момент и ... Ау! — Раздался громкий хруст, Сансет легонько потерла переносицу. — Зато теперь все правильно заживет, да еще и быстрей.

Сансет вытерла полотенцем кровь с лица и довольно улыбнулась, но Пёрбл не собиралась отвечать тем же, она схватила руку Шиммер и подняла рукав больничной рубашки. По всей длине руки принцессы красовались десятки шрамов, поперёк венам.

— Сансет, тебе лечиться надо. — Пёрбл встала и отстранилась от принцессы, она смотрела на Шиммер как на сумасшедшую.

Принцесса закатила глаза.

— Расслабься, лучше сними с меня это и помоги мне встать. — Пёрбл не стремилась слушаться. — Ну, пожалуйста, мне нужно проведать Брюна, я кажется сломала ему колено. Я просто хочу извиниться.

Вздохнув, Пёрбл переставила на тумбочку поднос и предоставила плечо, чтобы Сансет могла за него держаться. Медленно принцесса спустила ноги на пол, к сожалению обуви на полу не было, так что она шла в одних носках.

— Ау, как больно то, помедленней, Пёрбл. — Простонала Сансет. — Клянусь Солнцем, тот кто придумал эту технику мазохист. Умоляю, никогда не используй её, редкостное дерьмо.

Постепенно Сансет и Пёрбл вышли из палаты и начали наугад шариться по лазарету. Принцесса отпугивала мед работников, стреляя из пальца шариками чистого пламени.

— Если подойдете ближе, спалю вам волосы! Не испытывайте гнев принцессы! Пошли Пёрбл вон в ту палату. — Шугая людей направо и налево, Сансет звонко смеялась. В голову Пёрбл неожиданно пришла мысль, что принцесса смеется прямо как её величество — Селестия пару раз посещала её городок и девушка хорошо запомнила смех королевы.

— Мы, кажется, на месте. Вон наш увалень. — Радостно заявила Сансет показывая пальцем на здоровенного юношу с бежевыми волосами и слегка розоватым лицом. Заметив приближающуюся пару, он прикрыл лицо рукой.

Доковыляв до кровати Брюна, Сансет издевательски улыбнулась.

— Ну что, как дела, а Брюн?

— Что вы тут обе делаете? Возвращайтесь в свою палату. — Раздражённо заявил юноша.

— Нет, пока ты не скажешь как колено и не признаешь, что я тебя уделала.

— Я ... ох, это что запах дурмана, Селестия милосердная дай мне сил ... ладно, ты умудрилась одним ударом раздробить кости в моем коленным суставе, мне обещают в лучшем случае хромоту на всю жизнь, довольна?!

— Ой, не строй из себя королеву драмы, сейчас мы все исправим, не зря же меня называют ведьмой, а. Так, Пёрбл посади меня, а сама иди найди мне чистый тазик.

— Пёрбл, не слушай её, найди кого-нибудь и отведите принцессу обратно в её палату.

— Хрен вам. — Сансет наставила палец на дверной замок и точным попаданием огненного шара расплавила его. — Все, теперь у вас нет выбора, только я могу освободить нас. Пёрбл, а ты давай иди-иди.

Девушка с серыми волосами вздохнула и пошла искать тазик. Брюн закатил глаза и скрестил руки на груди.

— Эй, Брюн, прости за то, что наговорила на арене, я была не в себе и все это было ложью, наши роды даже никогда не пересекались! И прости за колено.

— Ладно, я тоже вел себя не по-рыцарски. Если ты сможешь вылечить мне колено, будем квиты. Ты сама не пострадала-то?

— Пустяки, после парочки дней буду краше прежнего. — Сансет широко улыбнулась.

Брюн посмотрел на девушку с красно-желтыми волосами. Ей шла улыбка, но вот уродливый шрам на всю шею все портил. Парень почувствовал жалось к принцессе.

— Знаешь, я не верю тому пророчеству и не разделяю предрассудки о "Порченной Крови". И я был серьезен на арене, мне правда хотелось бы познакомиться с тобой поближе, на свидании. Кхм, скажем так, мне нравятся загадочные девушки. — Брюн неловко улыбнулся. — Что скажете, ваша милость?

— Оу. — Сансет отвернулась, на её щеках проступил румянец. — Лучше продолжай обращаться ко мне на "ты" ... Я подумаю над твоим предложением. О, Пёрбл, отлично, ставь тазик под его больное колено. Кстати, ты принесла мой ритуальный нож?

Девушка аккуратно подставила тазик под ногу Брюна, сняв одеяло, парень сморщился от боли, но не издал ни единого звука.

— А он точно нужен?

— Да, точно, давай сюда. — Сансет вытянула вперед руку, нехотя Пёрбл вложила в неё кинжал в ножнах, опутанных разноцветными нитками и талисманами.

Вытащив кинжал, Сансет посмотрела на его острое лезвие и рукоять из кости редкого животного. С помощью Пёрбл она встала на ноги и повернулась к кровати.

— Сначала я. — Принцесса подняла руку над тазиком, завернула рукав и уверенным движением перерезала поперек себе вены, не слишком глубоко, не слишком поверхностно, так как надо. Кровь начала быстро капать на ногу Брюна, а потом на металлическую поверхность тазика. Кап, кап, кап, по капле жизнь утекала из Сансет. — Теперь твоя очередь, предупреждаю, будет больно, если боишься крови закрой глаза. Пёрбл, крепко держи его за ногу, если хочешь чтобы я порезала себе вены не просто так.

Сжав губы и глаза Пёрбл навалилась своим весом на ногу Брюна.

— Поехали. — С придыханием сказала Сансет, она положила окровавленную руку на колена Брюна и быстро нанесла ему глубокий порез. Тут же она приложила свою кровоточащую вену к свежей ране. — Не давай ему дергаться, Пёрбл!

Шиммер закрыла глаза и начала читать молитву на странном диалекте эквестрийского. Брюн тоже закрыл глаза и начал повторять за ней, его тело извивалось и пыталось вырваться, он бредил. Пёрбл как могла сдерживала ногу парня добрых десять минут, пока Сансет не замолчала. Во время этой борьбы девушка заметила как капли крови, вылитые в тазик поднимались в воздух и заливались в рану на колене. И даже больше, Пёрбл могла поклясться, что видела, как кровь из вены Сансет перетекала в тело Брюна.

Закончив говорить, Сансет отстранилась от раны и рухнула без сил на другую кровать. Пёрбл отпустила ногу, к её ужасу вены рядом с коленом были черными как ночь, но от раны и следов не осталось. Девушка повернулась к принцессе и увидела что её вены рядом с порезом тоже были черными.

— С-сансет, что ты наделала? — Почти шепотом спросила Пёрбл.

— А, что? А ты про это? — Сансет подняла руку чтобы посмотреть на нее. — Забей, это побочный эффект, завтра он будет в порядке. Фух, дай мне немного передохнуть.

— Что делать? Что делать? — Задавала сама себе вопрос Пёрбл, качаясь взад и вперед, сидя на свободной кровати. Сансет же в этот момент пыталась угадать какой салат сегодня подадут на ужин.

И тут дверь в палату легко распахнулась и послышались щелчки каблуков о камень. Сансет забыла закрыть замок перед тем, как расплавить его. Морщась от громкого шума, принцесса поднялась на локтях и посмотрела на выход. Группа сотрудников госпиталя во главе с настоятелем Гримом ворвалась внутрь. Легким движением руки, Сансет телекинезом накрыла ногу отрубившегося Брюна. С кряхтением девушка поднялась с кровати и поковыляла к команде вторжения.

— Добрый день. — Сказав это, Сансет вновь стала смертельно серьезна, как-то ей перехотелось улыбаться, наверное, дурман успел выветриться.

— Рекрут, немедленно объяснитесь, что здесь случилось? — Потребовал Грим.

Сансет не имела права врать, она принесла клятву, так что принцесса закатила рукав рубашки и показала настоятелю свои черные вены.

— Мне нужно было вылечить ногу Брюна, я это сделала. А они, — Сансет показала пальцем на персонал, — мне мешали, поэтому я припугнула их немного.

В этот момент все в комнате осуждающе смотрели на Сансет. Настоятель негромко приказал персоналу госпиталя проверить Брюна, они аккуратно обошли шатающуюся Сансет.

— Вы знаете, что натворили? Применение опасной магии против членов ордена, проведение заранее не обсужденного ритуала, неоднократное нарушение приказов оставаться в постели. На основании всего это я могу подать заявление на ваше отчисление из ордена.

Сансет закатила глаза.

— Раз вы здесь, господин-настоятель, можете, пожалуйста, сказать, кому засчитали победу в моем последним бою?

Настоятель нахмурился, но ответил:

— Победа присуждена Брюну Аметисту.

Теперь пришло её время хмуриться, она начала игру — перегляди мой ледяной взгляд, интересно кто победит.

— И на каком основании?

— Было проведено расследование, которое выявило следы мощных магических потоков вокруг арены. Орден считает, что вы воспользовались магией для победы, возможно без своего ведома. Мы не можем доказать вашу вины, поэтому просто отменяем вашу победу. Факт — обычная девушка с вашей комплекцией и подготовкой не могла одолеть Брюна Аметиста.

— Вот значит как, похоже вы кое-что не понимаете, магистр. Я и есть магия, каждый мой вздох наполнен ею. Видите это. — Сансет ткнула в свои черные вены. — Это ритуал ночного племени и знаете сколько смертных могут его провести? Никто. Кроме меня. Я уникальна и меня нельзя судить по вашим правилам.

— Это не отменяет правил проведения испытаний.

— Хорошо, а если я скажу почему мне удалось победить. Я нахожусь под благословением нашей королевы, десятки тысяч людей верят, что она богиня и это наделяет её властью. Солнце наполняет меня силой, всегда когда его лучи падают на меня. Этого нельзя отменить, никак.

— Принцесса, вы свидетельствуете против себя, просто примите решение судей, оно вполне справедливо.

Сансет больше не могла терпеть высокомерия настоятеля.

— Мне кажется вам нужна демонстрация.

За пару мгновений волосы принцессы превратились в горящий факел, её кожа раскалилась, превратившись в лаву, больничная рубашка вспыхнула и сгорела за секунду. Огонь клокотал, капли и ошметки лавы капали на пол, шипя при остывании. Брови Сансет были магмой, глаза раскалились до бела, её голос звучал как извержение вулкана.

— Я принцесса Сансет Шиммер, сильнейший маг на планете и я требую признания. — Хоть девушка и была в целом одаренным магом, но её талант и область особого интереса всегда лежали в области пиромантии. Уже маленькой девочкой она могла воспламенять свои волосы словно факел, а сейчас по её воле потоки магии превращали её плоть в клокочащую лаву и также легко возвращали её обратно.

Все в комнате шарахнулись в стороны, подальше от жара и света, исходящего от Сансет, все кроме настоятеля, он стоял неподвижно, сложив руки, его взгляд ничуть не потеплел.

— У вас еще есть шанс избежать наказания, если вы сейчас же удалитесь в свою комнату — я забуду о том что произошло в этом госпитале, но решение судей останется в силе. — Голос настоятеля перебивал даже рокот лавы.

Этого было сложно заметить, но непоколебимость настоятеля удивила даже Сансет, она нехотя признала свое поражение. Лава остыла, огонь потух, за плотной черной пеленой девушка вернула себе человеческое обличие. Пока дым не развеялся, Сансет притянула к себе ближайшее одеяло и использовала его как тунику.

— Пойдем Пёрбл. — Принцесса подошла к девушке, пребывающей в состоянии шока, произошедшее не просто перебило все её страхи, но заставило забыть, что нужно вообще бояться. Сансет схватила серую руку и обе девушки исчезли в огненном зареве.

— Ах. — Настоятель коротко выразил все свои эмоции, осуждающе покачивая головой.

Для остальных все казалось сном, только вонь повисшая в палате и черные следы на камне явно свидетельствовали о реальности произошедшего.

* * *

Последним и финальным этапом испытаний была командная охота. Для обсуждения её деталий, на следующий день после инцидента в госпитале, настоятель Грим собрал в классе всех капитанов команд, включая Сансет. На черной доске мелом была нарисована схематичная карта ближайших к капитулу земель.

— В этом году ловчие ордена Подковы и ордена Ели смогли обнаружить только три группы подходящих целей, это большая стая пеньковых лис, химера и группа клыкошкуров. Все эти создания очень опасны и для их ликвидации понадобятся совместные усилия нескольких команд. До начала охоты есть два дня, ловчие проследят за тварями, если те решат отойти слишком далеко, готовьтесь, ищите союзников и помните, что вы должны достичь успеха ради сдачи всех финальных испытаний. Работайте вместе ибо только так орден способен защитить королевство. А теперь к общим правилам, за действиями команд будут наблюдать опытные рыцари и охотники, никакое жульничество не останется без наказания ...

Сансет потянула больное плечо, даже сейчас её тело полностью не отошло от бдения.

— Тупая техника, тупой дурман, ну хоть настоятель не распространяется на счет того случая, интересно почему? А ладно, об этом можно догадываться вечно. Ну и знатно я проштрафилась, чертов дурман, конечно, выпендриться всегда приятно, но не перед настоятелем же. В следующей раз нужно думать головой, я даже не могу долго поддерживать ту форму. Эх. — Посетовала Сансет на себя в своей голове.

— ... И последнее, помните что в этом этапе разрешено любое оружие, включая магические способности. — Настоятель глазами нашел Сансет. — Можете идти.

Класс заполнили шуршания и взвизг двигающихся стульев, комната быстро опустела и рекруты-капитаны отправились по своим делам. В коридоре Сансет заметила знакомую огромную спину, она нагнала её и хлопнула по плечу великана.

— Привет, Брюн. Как колено?

— А, принцесса, доброе утро. — Парень вежливо склонил голову и вежливо улыбнулся. — Отойдем?

Сансет кивнула и свернула вместе с Брюном в пустой коридор. Они остановились у большого окна, выходящего во двор.

— Я хотел поблагодарить тебя, мое колено прошло сегодня утром. Честно говоря не помню, что произошло вчера после нашего разговора. Я кажется, сразу отрубился и проспал весь остаток дня и ночь. Не расскажешь что это было за чудолекарство? — Парень виновато улыбался. – Готов заплатить за это одним желанием.

— Хм, — Саснет задумалась, она могла бы попросить Брюна вступить в её команду или уговорить его сотрудничать с ней, но … — Хорошо, я расскажу, но только во время свидания, мое условие — мороженное. Достанешь его и мы квиты.

— Клянусь своей честью.

— Осторожней с такими заявлениями, всю честь быстро растеряешь. — Сансет дала совет, уходя прочь, кажется она так и не улыбнулась ни разу.

* * *

Через пару часов в пустой обеденной собралась в полном составе команда Сансет, они хрумкали домашние конфеты и сладости, приготовленные лично королевой, но этого принцесса им не сказала. Нэт, Роуч и Стинки были в хорошем настроении, они были довольны результатами своих экзаменов и конфеты, редкость в этих местах, вполне смогли купить их расположение, а вот Пёрбл сидела грустной, похоже близкое знакомство с Сансет сломало что-то в ней.

— Так, обсудим мой план. Раз на охоте разрешено любое оружие, то мы воспользуемся моими способностями и знаниями по максимуму. Я знаю особый ритуал, который поможет нам в одиночку разобраться со стаей клыкошкуров.

Все оторвались от сладостей и посмотрели на Сансет, будто та призрак, все кроме Пёрбл.

— Ты шутишь? — Спросил Нэт.

— Нет и это точно сработает. Вам нужно только довериться мне и выполнить некоторые действия, обещаю все пройдет отлично. Согласны?

Парни переглянулись, в принципе у них не было причин не доверять Сансет, так что они согласились на одном условии:

— Если у нас не получиться, нам понадобиться помощь. Договорись с другой командой, чтобы те помогли нам. — Условие озвучил Нэт, Роучу и Стинки было сложно говорить с набитыми ртами.

— Идет. — Саснет встала из-за стола. – Встречаемся завтра после обеда у моей комнаты.

На этом встреча команды закончилась.

* * *

Из значимого произошедшего сегодня, вечером Сансет и Брюн все же пошли на свидание. Аметист как-то смог раздобыть порцию мороженного, А Шиммер надела свое лучшее и единственное платье. Вместе они просидели весь вечер на лавочке вдали от капитула, поставленной там именно для этих целей — в числе клятв рыцарей не было целомудрия. Сансет рассказала Брюну о сути вчерашнего ритуала, опуская некоторые подробности, и заявила тому, что маги мышелюдей гениальные релаксаторы. Также принцесса смогла договориться с Брюном, чтобы тот убедил своего капитана помочь команде Сансет в случае необходимости. До перетасовки Брюн был капитаном, а теперь его пост заняла девушка, не равнодушная к парню. В целом, свидание прошло приятно для обеих сторон, Сансет даже раз пять улыбнулась.

А на следующий день утром Сансет взяла Пёрбл к местному психиатру, тот диагностировал у последней постстрессовое расстройство и назначил лечение. А еще Пёрбл накричала на Сансет и той пришлось долго извиняться за свое поведение в последнее время.

Кхм, а в обед Шиммер собрала всех в своей страшной комнате, все кроме Сансет пару раз чуть не потеряли сознание при этом. На полу стояла чаша с четырьмя куриными сердцами.

— Это жертвоприношение Руалю или Зоркому Орлу, богу охоты племен песка. — Пояснила Сансет. — С помощью этой жертвы мы обратим его внимание на нас, ибо Зоркий Орел не дает ничего просто так. Каждому из нас нужно просто проткнуть вот этим ножом по одному сердцу, остальное я сделаю сама.

Все посмотрели друг на друга, посомневались и сделали то о чем Сансет попросила. На уроках по теории магии они проходили подобные ритуалы, но только в теории.

— Отлично, теперь я произнесу молитву на языке племени песков, я буду просить об удачной охоте. А пока я это делаю, можете почитать об это боге побольше.

Сансет молилась на протяжении десяти минут, в это время Нэт, Пёрбл, Роуч и Стинки прочитали короткую справку о Руале из книжки принцессы. Пока они это делали, каждый чувствовал себя очень странно, ощущая отголоски звериной жажды крови и голода на задворках своего сознания.

— Готово, основная часть начнется завтра. Можете идти.

У каждого в голове пульсировали свои мысли на счет всего происходящего, но им почему то не хотелось их озвучивать, особенно в этой комнате, они ощущали как чьи-то зоркие глаза следи за каждым их движением. Вскоре команда Сансет покинула её, все были полны сомнений, кроме принцессы

* * *

На рассвете перед общим сбором, Сансет вновь собрала всю команду на лугу неподалеку от капитула, она приказала всем привести с собой еще и своих лошадей. Для целей ритуала принцесса приволокла свою жаровню и поставила её посреди поля, внутри плавала кровь, чьи-то мелкие кости и какие-то растения.

— Следующая часть ритуала может вас немного шокировать, но это необходимо, поэтому терпите. Сейчас каждый из вас должен лечь на траву и опустить свои волосы в жаровню. И это не обсуждается, иначе все пойдет насмарку.

Все начали отказываться, но с каждым словом их уверенность затухала, отдавая место чувству покорности. И вскоре Сансет убедила остальных следовать тому, что она говорит. Каждый обагрил свою голову в куриной крови, та засохла, но не отпала или раскрошилась, а стала естественным продолжением волос. С красными шевелюрами команда приступила к следующей части.

— Теперь нам нужно нанести ритуальные рисунки на свои лица. Так Руаль сможет отличить нас от остальных смертных и даровать нам свое благословение. Рисунки я нанесу сама.

Сансет достала из седельных сумок своей кобылы баночки с заранее приготовленной краской и принялась разукрашивать каждого члена команды, а потом и себя. Рисунок в основном состоял из широких линий и полос различных цветов, от белого до салатового. Закончив, она начала делать тоже самое с лошадьми, пояснив.

— Так наши кони тоже станут членами охоты и получат свое благословение.

Когда весь ритуал был завершен, Сансет сказала всем сесть в круг и взять соседа за руку. Прикрыв глаза, они слушали как Шиммер вновь читает какую-то молитву, при этом у них начались видения от лица орла. Они видели как он охотиться высоко в небесах, поднимает жертву в воздух и разрывает её на части клювом и когтями, а потом пожирает её сердце.

Когда все закончилось, Сансет с улыбкой объявила.

— Мы получили благословение, когда придет время, вы все поймете.

После этого команда отправилась забирать свое снаряжение. Из арсенала принцесса вынесла всем по копью и легкому кожаному доспеху. Такое снаряжение было весьма сомнительным для охоты на клыкошкуров то, но почему-то все думали, что слово Сансет закон и нужно слепо следовать её приказам. Вооружившись, они прибыли на общий сбор, где встали в шеренгу наравне с остальными. Хотя многие удивились их внешнему виду, никто ничего не высказал, ибо присутствие Сансет вполне объясняло их странный вид, всё же она была ведьмой, да и вообще они считали, что лучше помалкивать, а то вдруг ещё обидчевая принцесса проклянёт.

Настоятель Грим вышел к рекрутам. Все они выбрали разное снаряжение, но все это использовалось орденом на охоте и войне, латы, кольчуги, ламеллярные доспехи, щиты, пики, копья, алебарды, тяжелые арбалеты, ловушки и капканы, все это можно было найти среди рядов отважных молодых людей. И только одна Сансет вооружила свою команду звериной натурой, она смотрел вдаль, ухмыляясь сама себе.

— Доброе утро, рекруты! Сегодня вы проявите храбрость, хладнокровность и расчетливость! Вы должны показать, что способны встать на защиту нашей родины! Как тысячи до вас, так и тысячи после вас, вы обнажите свое оружие против ужасов Великого Леса! Мужайтесь и покажите на что способны!

Толпа рекрутов прокричала клич одобрения, когда они подзатихли, настоятель продолжил.

— А теперь к неофициальной части! Не безрассудствуйте, нам нужны живые сквайры, а не мертвые рекруты! Если что-то пойдет не так, вам на выручку сразу придет отряд ловчих! Не бойтесь просить о помощи или отступать! Запланирован еще один день охоты и каждый сможет добыть себе трофей! На этом все, объявляю охоту открытой!

Охота началась иииии все разошлись обсуждать свои действия, как будут выслеживать цели, какие использовать приманки, какая команда куда отправиться и прочее. Это вполне нормально, охота дело долгое и там нужно терпение и расчёт, но только не для команды Сансет, услышав о начале соревнования принцесса побежала к своей кобыле, стоящей неподалеку за холмом, её товарищи последовали за ней. Схватив копья, они поскакали вперед. То, что они испытывали ... проще будет описать это со стороны одного из участников.

Нэт залез в седло своего коня. Приложив руку к его спине, он почувствовал, как тот внимательно ждет его указаний.

— Вот это да, я тебя чувствую приятель, — подумал паренек, конь утвердительно фыркнул в ответ.

Сансет подняла копье и её кобыла поднялась на дыбы.

— За мной! — Крикнула она.

— Приятель, нам нужно за ней, она наш вожак. — Подумал Нэт и схватился за седло, конь пустился следом за кобылой Сансет.

Те ощущения, которые ощутил Нэт сложно описать словами. Он и его конь начали обмениваться чувствами. Он мог закрыть глаза и почувствовать, как ветер бьет в лицо, как развивается его грива, услышать грохот его копыт и огромную силу своего тела. Они стали одним целым, не просто всадником и конем.

Нэт лизнул губы, он чувствовал вкус крови на языке, внутри нарастало нетерпение и напряжение в ожидании загона жертвы. Ему хотелось бежать быстрее, но он не мог ослушаться вожака, она ведет, он следует.

Вдохнув полной грудью воздух, Нэт понял, что его чувства обострились, слух стал острее, глаза видели четче и дальше, улавливая малейшие движения, нос смог распознать невиданные ранее запахи. Он посмотрел на своих братьев и сестер по стае, радужки их глаз поменялись, приняв цвет темного золота, наверное и с ним произошло тоже самое.

Чтобы доскакать до своей жертвы, им понадобилось часа два. Для Нэта это было словно вечность, но сейчас он чувствовал запах клыкошкуров и слабый запах людей не из стаи. Рот наполнила слюна и сладкое ожидание, медленно превращающееся в жажду крови.

Его стая ворвалась в подлесок и быстро настигла мирно пасущихся клыкошкуров — огромных кабанов с целым набором ветвящихся клыков, твердой словно дерево шкурой и угловатыми толстыми черепами. Они были свирепыми созданиями, защищенными почти от любой угрозы. Их шкуры пробивали только арбалетные болты и чтобы наверняка завалить подобное создание нужно было попасть в короткую шею, но добраться до нее и не нарваться на клыки было сложно, для этого понадобиться не дюжая сноровка, твердая рука, отличная реакция и надежный жеребец. И все это было у команды Сансет.

Словно вихрь они ворвались в лес, кони топотом копыт поднимали старую листву, ловко обходя деревья и перепрыгивая камни. Всадники крепко держали копья и разили верно и без промаха. У заставленных врасплох зверей было мало шансов, они пытались обороняться, но всадники быстро приходили друг другу на помощь, убивая осмелевших животных. Команда действовала как одно целое без слов, связанная лишь инстинктами и языком тела. У них в носу встал запах крови и мир замедлился, делая их еще смертоносней.

Через несколько минут яростные визги затихли и семь огромных туш и четыре здоровых поросят лежали мертвые на земле. Во время охоты всадники сломали несколько копий. Сансет спешилась и вскоре за ней последовали остальные, она коротко приказала:

— Вырезайте им сердца.

Команде понадобилось добрых десять минут прежде чем разрезать шкуру и мясо животных, чтобы добраться до их сердец, при этом они работали профессионально и аккуратно, хоть некоторые из них даже рыбы в жизни не потрошили.

Еще через минуту все сердца лежали пирамидкой на земле, тогда Сансет изрекла:

— Руаль, мы приносим тебе в жертву эти сердца, в благодарность за успешную охоту! Пусть твой пир не закончиться никогда!

Пирамидка вспыхнула и сердца быстро истлели. Теперь пришло время собирать трофеи. Достав прихваченные пилы и топоры, охотники принялись отрубать головы и конечности в качестве доказательства их победы. Привязав их к седлам, команда была готова возвращаться.

Перед отправлением Сансет дала каждому маленький флакон.

— Пейте, это зелье сотрет вам воспоминания об охоте, не хочу чтобы вы привыкали к обличие зверя. И да, когда вернемся, не смейте говорить без моего ведома, нам не нужно привлекать больше внимания, чем положено.

Команда без вопросов выпила содержимое флаконов и отправилась в путь. Через два час они были у палатки судей, те не ждали первых рекрутов так скоро. Сансет и остальные отвязали свои трофеи скинули их в кучу у ног судей. Те ошарашенно смотрели на залитых кровью рекрутов. Магистр Винд уже сделал шаг вперед, чтобы начать действовать, но настоятель Грим вовремя схватил того за плечо.

— Вы сдали свой экзамен, возвращайтесь в капитул, быстро. — Сказал настоятель.

— Как прикажите, господин-настоятель. — Сансет приложила окровавленную правый кулак к груди и сделала поклон головой, демонстрируя свои красные волосы. Остальные сделали также. Взобравшись в седла, они ускакали в закат, оставив судей наедине с настоятелем.

* * *

На следующий день Нэт, Пёрбл, Стинки и Роуч ничего не помнили о своей звериной охоте, Сансет рассказала им ложные воспоминания как они ловко победили кучу клыкошкуров с помощью удачи, своих умений и только с небольшой помощью ритуала Шиммер. Сансет понимала, что за свои темные ритуалы ей могло прилететь и была готова понести наказание, но судьи молчали, слухи так и не появились, а информацию от ловчих, наблюдавших за охотой так и не дошла до капитула. Довольная таким положением дел, принцесса принялась выжидать.

Через день был устроен пир в честь удачного завершения охоты, все рекруты были переведены в сквайры, в числе первых шли команды Сансет, Брюна и Марки, но особых почестей удостоились именно товарищи Шиммер, их всё расспрашивали и расспрашивали как они умудрились завалить столько клыкошкуров, Сансет тихо наблюдала за этим из угла, попивая сок и пресекая вопросы, которые могли вызвать подозрения или непонимания. Но все обошлось и уже на следующий день принцесса решила наведаться в кабинет настоятеля, чтобы во всем разобраться.

* * *

Утром пораньше настоятель заварил себе чашечку чая и расположился в кресле в своем кабинете, он хотел провести начало дня за приятным занятием, но стук в дверь разрушил эту иллюзию.

— Войдите. — Сказал Грим Ай, не отрываясь от газеты.

Сансет зашла внутрь, при виде огневолосой принцессы настоятель вздохнул.

— Господин-настоятель, можно?

— Да, заходи.

Шиммер села в кресло напротив стола настоятеля.

— Я хотела сообщить вам, что выбрала ваш капитул для своего дальнейшего обучения. — Спокойно сказала Сансет, в душе она гадала какой будет реакция на это дерзкое заявление.

— Хорошо. — Настоятель отпил из чашки.

Сансет была удивлена, на такой ответ она не рассчитывала.

— Простите, это вас полностью устраивает?

— Да, полностью.

— И вы даже не злитесь на меня? Я ведь так и не извинилась за тот случай в госпитале.

— Юная леди, мне 63 года, я воспитал сотни рекрутов и рыцарей, мои нервы давно закалились. Я не обижаюсь на детей. Но если это потешит ваше самолюбие, мне пришлось попотеть, чтобы скрыть все ваши выходки.

— Значит вот почему меня не трогали, но вы зачем вы это сделали?

— Её величество прислала меня сюда, чтобы я привез вас обратно в Кантерлот. А когда мне выпала честь познакомиться с вами лично, я понял, что вы должны остаться в ордене любой ценой. Вам нужно воспитание. И я лично прослежу за этим, когда мы прибудем в Кантерлот, я буду вашим личным учителем.

Бровь Сансет начала нервно подергиваться.

— Почему не сказали об этом раньше?

— Зачем, я хотел посмотреть на вас в деле, вы не должны были вести себя нормально только из-за моего присутствия. Хотя узнать о цели моего посещения главного капитула вы могли просто придя в мой кабинет. Я думал, что моего утреннего визита будут достаточно, чтобы подогреть ваше любопытство, но вы оказались слишком надменной. — Настоятель допил чашку.

— Надменной?

Настоятель уставился на Сансет, сложив пальцы в замок на столе.

— Да, вы высокомерны, лживы, честолюбивы, уперты, не умеете держать себя в руках и совсем не разбираетесь в методах достижения цели. Вы не достойны быть рыцарем, но у вас есть и положительные качества могу отметить ваше трудолюбие, настойчивость и приверженность каким-никаким принципам. Нам предстоит долгая работа, если мы хотим сделать из вас принцессу достойную её милости королевы и королевства. И раз мы заговорили о вас, у меня тоже есть пара вопросов — зачем вы все это делали, зачем изучали такую опасную магию, зачем вступили в наш орден, зачем вредите себе? Вы пошли на такие жертвы с определенной целей, чего вы добиваетесь?

Одна часть Сансет хотела вспылить, но другая была более рациональна. Дьявольски улыбнувшись, принцесса заявила:

— Отлично, я и сама хочу больше подходить под рыцарские идеалы. Спасибо вам, господин-настоятель, что согласились обучать меня, жду начала наших занятий с нетерпением. Когда мы выезжаем?

Настоятель нахмурился пуще прежнего, он откинулся на спинку кресла.

— Когда вам будет удобно.

— Отлично, предлагаю через два дня. Я упакую свои вещи и отправлю их по почте. Ах да, простите, меня сейчас ждут неотложные дела, прошу простить, мне нужно идти, до свиданья.

Настоятель молча проводил взглядом уходящую принцессу, он ждал что она скажет. Прямо перед дверью Сансет развернулась и сказала:

— Отвечая на ваш вопрос. Я хочу корону, признание, любви и ведерко мороженного.

Дверь закрылась за принцессой, вышедшей в коридор.

* * *

Вечером того же дня.

В своем кабинете магистр Смайлинг Винд навалился над древним столом, перед ним лежала книга учета, открытая на свежей записи где перечислялись имена рекрутов, что в этом году стали сквайрами. Мысленно магистр подводил итоги финальных испытаний, иногда отрываясь на потягивание чая со льдом.

— В итоге все прошло успешно, произошла всего пара несчастных случаев и то все отделались испугом. Даже травм в этом году было рекордно мало. Все рекруты показали себя достойно, как в классах, так и в поле. А на охоте так вообще всех чудовищ перебили. Ты только вспомни как тот союз из четырех команд переловили в силки всех пеньковых лис. Грамотно окружили, расставили ловушки, целый день и ночь не давали им прорваться, отстреливая самых смелых, в итоге затянули веревку на шее каждой сволочи. Неплохо, а Грим? — Спросил магистр у своего старого друга, сидящего на стуле перед окном, его хмурый взгляд уперся куда-то в горизонт.

— Да, испытания прошли удачно. — Заключил настоятель, не отрываясь от созерцания вида за окном.

— Меня только одно смущает, ты точно уверен что с принцессой все нормально. Никаких инцидентов, нарушений правил?

— Кроме того случая на арене, ничего с чем бы я не справился.

— Хм, я чувствую, что ты скрываешь что-то от меня. — Магистр отпил чай. — Знаю, ты не лжец и если я спрошу напрямую ты все расскажешь, но знаешь что? За годы я очень хорошо усвоил — чем меньше знаешь, тем лучше спишь, особенно если речь идет о тайнах ордена. И если ты считаешь, что я не должен знать чего-то, то пусть так и будет. Я доверюсь твоему решению.

— Спасибо.

— Но я все же спрошу. Ты уверен, что справишься с принцессой? Ей 16, она уже не ребенок и может натворить серьезных делов. Сам знаешь, контроль разума, темная магия, некромантия и все прочее. Ты точно совладаешь с нашей убийцей королев, просто сейчас из тебя воин, как из меня балерина.

— А в твоем случае это не так? — Настоятель повернулся к магистру, подняв одну бровь.

— Я еще не настолько стар и могу научить молодежь паре трюков. — Смайлинг улыбнулся разминая плечо.

— Я уверен, её ещё можно исправить. Она только-только вступает во взрослую жизнь, её моральный компас и убеждения ещё не раз поменяются. Мне нужно только подтолкнуть её в нужное направление.

— Как скажешь, старина, как скажешь. По моему ты уже настроил её против себя.

— Мне необязательно быть её другом, чтобы направлять.

— Мда, в какие времена мы живем, а? От наших действий зависит судьба королевства. Ох, мало мне было забот об ордене, теперь еще и это. Но ты все равно постоянно отправляй отчеты о своих успехах, если что, я соберу орден за считанные дни и мы тут же возьмем штурмом столицу, плюс у меня есть друзья среди дворян. В общем, знай, за твоей спиной есть могущественные союзники. — Произнес магистры как бы в шутку.

— С такими союзниками захочешь, чтобы враги победили. — Неодобрительно произнес настоятель. — Знаешь, я сейчас не отказался бы от стаканчика грушевой.

— Оооо, это легко. — Магистр достал из ящика стола настойку на груше и пару стаканчиков. Налив себе и своему товарищу, магистр поднялся и подошел, чтобы вручить стаканчик Гриму, чокнувшись, он сделал тост. — За Эквестрию и королеву!

— За Эквестрию и королеву.

Старики опустошили стаканчики. Смакуя сладкий вкус на губах, настоятель посмотрел на заходящее солнца.

— Еще по одной?

— Вот это дух, прошу. — Магистр вновь наполнил стаканчики. — Теперь твоя очередь произносить тост.

— Чтобы наша Сансет не стала закатом Эквестрии.

— Плохой каламбур.

## 4. По дороге на Кантерлот.

Саснет и настоятель Грим уже третий день были в пути. Первая хотела нанять карету или воспользоваться колесницей небесников, но настоятель настоял, чтобы они путешествовали как обычные равнинники, на лошадях. И принцесса согласилась без споров, по ведомым только ей причинам.

Вчера по дороге начался ливень и путешественникам пришлось скрыться под широкими кронами деревьев, растущих в лесу рядом с дорогой. Вода лилась сплошной стеной на протяжении нескольких часов и в ожидании, пока она закончиться, Сансет и настоятеля потратили очень много времени. В итоге они не успели доехать до ближайшей деревни и им пришлось ночевать на границе леса, спя почти под открытым небом.

Прохладным утром, когда по земле стелился туман и солнце еще даже не выглянуло из-за горизонта, Сансет сбросила одеяло в виде своего плаща и села на плотный и толстый кусок мешковиной ткани, служившей ей матрасом. На лице принцессы выступал холодный пот, она тяжело дышала, её бирюзовые глаза были широко раскрыты, будто они только что увидели воплощение всего самого ужасного во вселенной.

— Фух, — тихо выдохнула Сансет, тяжесть в груди начала проходить, а ком в горле рассосался. Она прислушалась к звукам леса, песенкам сверчков и кузнечиков, трелям утренних птиц и плотному дыханию её кобылы и жеребца настоятеля, — я еще здесь.

— Кошмары? — Сансет обернулась и увидела, что настоятель, спавший неподалеку, уже проснулся и даже успел заварить себе чай, от поверхности напитка шёл столб пара.

— Не знала, что вы ранняя пташка, господин-настоятель. — В полу презрительном тоне заявила Сансет.

— Доживете до моих лет, тоже будете вставать рано. — Настоятель с удовольствием отпил горячительный напиток и плотней укутал свои ноги пледом. — Не часто я видел молодых людей, просыпающихся с таким выражением лица. Говорят именно так выглядят люди, выходящие из Чернолесья … Хотите совет, ваша милость?

Сансет закатила глаза.

— Конечно, господин-настоятель.

— Найдите помощь. Как врач скажу, что на каждую болезнь есть свой специалист и любая рана загноиться без должного лечения, особенно душевная. Не воспринимайте это легкомысленно, я видел множество рыцарей, сломленных, ожесточенных тем что они увидели за свою службу. Им была нужна помощь и без неё они быстро чахли и попадали в организации для душевнобольных.

— Спасибо, мне не нужна такая помощь. — Сансет встала и стала разминаться.

— Да? А вы уверены, может попробуете? Начните с меня, расскажите, что же сниться молодым девушкам в наши времена?

— Нет, никому нельзя знать.

— Хм, — на мгновение Саснет показалось, что настоятель улыбнулся, — но её величеству вы расскажите?

— Да, как только мы прибудем в Кантерлот.

— Тогда хорошо.

Сансет посмотрела на настоятеля, тот был спокоен как удав, даже больше не хмурился, просто медленно попивал чай.

— Вы очень странный человек, господин-настоятель. Знаете, я все равно не понимаю зачем вы решили меня защитить. Я бы сама справилась с теми старыми дураками, на вроде нашего магистра. — Сансет разминала руки и одним глазом поглядывала на настоятеля.

— Высокомерие ослепляет вас, принцесса, иначе вы бы заметили достоинства магистра Винда, королева не просто так назначила его на эту должность. — Настоятель легко отбил попытку Шиммер задеть его, при этом даже не отпив чаю.

— Это ничего не отменяет. Кстати, вчера вы так и не ответили, зачем вам возиться со мной?

— Моя обязанность — наставлять молодое поколение, а вы самая заблудшая овечка в стаде королевы.

Саснет высокомерно хмыкнула.

— И вы это делаете ни разу не потому, что вам приказала её величество?

— Именно, только из личных побуждений, а вы говорили, что готовы учиться у меня.

— Я то готова, но не думайте, что это будет просто. Мне не нужна форма, мне нужна истина, корень, я хочу понять её величество, понять и принять её точку зрения.

— Вы хотите быть больше похожей на вашу мать?

— Да, и я не остановлюсь ни перед чем, чтобы добиться этого.

— Если вы говорите правду, то это похвально, что у вас есть подобное желание, пусть я и не знаю ваших мотивов. — Настоятель допил чашку, а Сансет закончила разминку.

— Собираемся?

— Да, начинайте, будите лошадей, а я посижу еще немного, послушаю что-нибудь, к примеру, ваш рассказ о ритуалах, что вы использовали во время финальной охоты и когда устроили то небольшое представление в госпитале.

— Ничего особенного, — Сансет отвечала, собирая свои вещи, скатывая плащ и мешковину, убирая чайник с костерка, служившего ночью источником тепла и репеллентом против комаров, и прочее, и прочее, — просто попросила у бога благословения.

— Это у какого?

— Руаля, бога охоты племени песков.

— А я думал они поклоняются перевертышам.

— Да, так и есть, но ему молились еще столетия назад и некоторые все еще помнят его имя.

— И у вас получилось?

— Конечно, вы что не знаете о божественном начале из теории магии? — Настоятель покачал головой. — Ах, ладно, коротко говоря, из этой концепции следует, что боги — это идеи, придуманные людьми, вера почитателей делает их реальными. Боги живут за счет последователей в замен одаривая тех дарами, ожидаемыми верующими и находящимися в пределах возможностей бога. С помощью веры люди питают богов магией и делают их могущественными. К примеру, её величество. Вера масс дала ей силы, которые по мнению большинства у неё должны быть, так она может благословлять, правда пока что, только я испытываю его на себе каждый день. А что на счет Руаля, боги не умирают потеряв своих последователей, они медленно чахнут, постепенно теряя силы. Но мои молитвы и жертвоприношения не дают ему кануть в забвение, а в обмен я получаю всю силу, которую он может даровать мне.

— И вы использовали эту 'силу' чтобы победить?

— Да.

— Хм, мне сложно в это поверить, если человеку для достижения подобных результатов нужно просто помолиться, то в тренировках и обучении не было бы никакого смысла.

Сансет раздраженно хмыкнула.

— Чтобы добраться до Руаля мне пришлось перевести с сотню куриных сердец и найти самые редкие книги по древним верам Эквестрии. Я приложила огромные усилия, чтобы заполучить эти знания. И если бы у Руаля было больше последователей, я не получила столь щедрое благословление, если вообще что-то получила. Он бы распылял свои силы на всех последователей, а сейчас ему важна только я. Только благодаря мне он все еще есть и за это Руаль готов давать мне силы в любой возможный момент. Идеи существуют только в наших головах, господин-настоятель, пусть и божественные.

— А что на счет случая в госпитале?

— Это был ритуал передачи жизни, его исполняют шаманы племени ночи. В обмен на исцеление кого-то у совершающего ритуал забирается его жизненная энергия в виде крови. Это темная магия, но отточенная поколениями и вполне безопасная. У меня есть книга по кровавому колдовству мышелюдей, очень редкий экземпляр, могу одолжить когда мои вещи прибудут в Кантерлот.

— Пожалуй ... это не помешает, спасибо ... Пора собираться. — Настоятель наконец-то встал и начал сам собираться. Сансет уже привязала все свои вещи к проснувшейся кобыле, по кличке Вьюга. Её ржание и теплое дыхание делали холодное утро девушки приятней.

Собравшись, всадники выехали на проселочную грунтовую дорогу. До ближайшей деревни было еще добрых пол дня пути. Во время скучного неторопливого путешествия и настоятель, и Сансет предпочитали проводить время за книгами — девушка прихватила парочку с собой. Так случилось бы и в этот раз, но Грим решил начать разговор, отложив книгу.

— Ваша милость, не хотите продолжить утренний разговор?

Сансет тихо вздохнула. — Да?

— Скажите, о скольких верованиях вы знаете?

— Обо всех, что описаны в книгах.

— И все они забыты людьми, так ведь?

— В основном.

— Как думаете, почему так произошло?

— ... — Сансет задумалась на мгновение. — Это было естественно, с ростом влияния королевы и её идей, всё больше людей отворачивались от своих старых идолов.

— Да, но вы задумывались сколько труда было вложено в это? Сколько людей старалось разнести идеалы, которыми вы поклялись, по всему королевству? Доброта, верность семье, друзьям, доверие друг другу, щедрость, трудолюбие, честность с самим собой и другими, все это имеет смысл для каждого жителя королевства. Я не слепой и понимаю, что существуют другие народы, исповедующие другую веру, имеющие другие моральные ориентиры. Но то, что есть у нас построено поколениями, это наш образ жизни, пусть в нем есть и свои недостатки. Понимаете, рыцари клянутся защищать не только людей, но и идеалы в которые мы все верим. Поэтому вы должны очень серьезно относиться к своим действиям. Даже если вы считаете, что поступите правильно и во благо, но с виду это опорочит нашу борьбу, то мы все проиграем, а не выиграем. Помните, вы использовали темные ритуалы чтобы спасти ногу Брюну и чтобы истребить опасных тварей угрожающих людям. Это благородные поступки, но со стороны не видно за что вы боретесь. Понимаю, звучит лицемерно, но вы правда должны выглядеть как рыцарь в сияющих доспехах на публике. А то что должно быть сделано, может произойти и за закрытыми ставнями.

Сансет ухмыльнулась, посмотрев на настоятеля.

— А вы широко мыслите, господин-настоятель. Обещаю подумать над вашими словами и своим имиджем.

В ответ на слова Сансет настоятель не нахмурился и не подобрел, он совсем не изменился.

— Как я и говорил, наша работа требует гибкости. И раз мы заговорили об этом — зачем вы изучаете всех этих позабытых богов и ритуалы изгоев?

— У меня есть свои причины, простите, я не могу поделиться ими.

— Это связано с вашими кошмарами?

— Да.

— Тогда просто скажите с вами все будет в порядке? Я обещал её величеству убедиться в этом.

— Если все пойдет как я планирую, то все будет просто замечательно. — Сказала Сансет, смотря куда-то вдаль.

Настоятель вопросительно поднял бровь. Поняв, что разъяснений не последует, он вернулся к чтению книги. Дальнейшая дорога прошла в молчании.

Уже ближе к вечеру всадники выехали к небольшой деревне, находящейся вдали от основных дорог и опасно близко к Великому Лесу, каких-то пара десятков километров и ты уже стоишь среди его деревьев-исполинов. При приближении к поселению, Сансет завязала на макушке свои волосы узлом и надела широкополую соломенную шляпу так, чтобы не было видно ни волоска. Шиммер не хотела, чтобы хоть что-то выдавало в ней принцессу, она должна была выглядеть обычным сквайром в сопровождении настоятеля.

Судя по указателям, деревня называлась 'Малые Берлоги'. С первого взгляда это поселение можно было легко отличить от сотен подобных. Десятки домов облепили собой большой холм, их окружала сплошная высокая деревянная стена, утыканная сторожевыми башенками и кольями у основания. Вокруг холма раскинулись поля, засеянные злаковыми и овощами. Кое-где встречались небольшие цветочные поляны под пасеку, а совсем вдали можно было найти отдельные домики, обнесенные частоколом, где надо думать жили пастухи, выгуливающие по зеленым холмам свои небольшие стада овец и табуны лошадей.

Пока всадники приближались к деревне, Сансет насторожилась — вокруг не было никого, ни человека, ни животного и только ветер гулял меж полей и деревьев, видных у горизонта.

— Странно. — Решила озвучить свои подозрения Сансет. — Никого нет.

— Да, давайте узнаем в чем дело. — Настоятель приободрил своего коня идти быстрей, Вьюга принцессы последовала следом.

У самых ворот всадников громко окликнул кто-то со смотровой вышки:

— Кто идет?!

— Члены ордена Подковы! Открывай! — Ответил настоятель.

Послышалось как убирают огромный затвор и большая створка ворот с натугой открылась. Из-за нее вышел мужчина в летах, с бородой, усами и животом, на нем была надета крестьянская одежда, но на поясе висел меч, компанию ему составляли несколько молодых людей с копьями и круглыми начищенными шлемами.

— Ну-ка кого это принесло. — Подозрительно произнёс мужчина, подходя к настоятелю, тот не спускал с него своего сурового взгляда. — Ох, эм, виноват господин-настоятель, не приметил раньше значка … эм, да благословит вас наша милостивая госпожа, королева.

— Не оставит она нас всех. — Грим вежливо склонил голову.

— Вы приехали погостить?

— Да, можно въехать?

— Конечно, только не серчайте, у нас не часто бывают проезжие, есть всего один постоялый двор, направо и дальше по улице, у него большая покатая крыша, а наверху флюгер с серебряным жеребцом, не пропустите.

— Мы найдем дорогу, спасибо. А ты, как вижу, глава ополчения. Расскажи почему никого на полях нет?

— Так, вчера случилось нападение, моховики совсем озверели, нашего старосту задрали и его троих сыновей. Весь день хоронили. Сейчас застолье в доме старосты, готовимся к последним похоронам, почти вся деревня там.

— Вы посылали в орден?

— Да, отправили голубя, надеемся долетит, но ему еще день как минимум лететь.

— Сквайр, можешь помочь? — Настоятель обратился к Сансет, та даже немного опешила от неожиданности.

Наощупь найдя за спиной в сидельной сумке нужный сверток, принцесса вытащила из него свиток с маркировкой ордена и написала углем в нем местоположение деревни и суть проблемы. Свернув его, она выпустила на него струю яркого пламени из-за рта. Свиток исчез не оставив после себя и пепла. Деревенские завороженно смотрели на это небольшое огненное шоу.

— Письмо отправлено, ждите помощь через два-три дня. — Заключила Сансет.

— Эм, премного благодарен, господин-настоятель, барышня. — Командир ополчения сделал два поклона.

— Мы отправимся к постоялому двору. — Сказал настоятель, ополченцы расступились и пропустили всадников. Когда они были далеко от чужих ушей, Грим заявил. — Это было эффектно, что за заклинание?

— Это техника Ринсвита Драконолюба по мгновенной доставке небольших предметов, ею могут пользоваться пироманты и огнедышащие магические существа. Очень удобно.

В знак согласия, настоятель кивнул, ему было жалко, что этот способ как и почтальоны-небесники не мог наладить мгновенного сообщения между населенными пунктами, это значительно облегчило бы работу рыцарей. Внезапно он кое-что понял. Достав карту, Грим посмотрел на местность вокруг Малых Берлог, не так далеко в Великом Лесу находилось небольшое отделение ордена Ели.

— Как же моховики обошли их и как те не заметили проходящую стаю. Никакого сигнала о помощи или предупреждения, такая новость должна была быстро разойтись по округе, странно ... — Подумал Грим.

Пока настоятель размышлял, Сансет осматривалась вокруг. Малые Берлоги состояли из кучи крепких домиков щедро рассыпанных по холму. Они были сколочены из темных пород дерева на прочном каменном основании, у каждого была дощатая крыша с квадратной трубой от печки. Стены, ставни, даже двери украшала художественная резьба и разноцветные рисунки. Среди узоров встречались и природные мотивы, и простые геометрические формы, и символы королевства. Каждый дом был окружен плетенным забором за которым покачивались на ветру цветы, растения и небольшие фруктовые деревца. Краем глаза за очередным домом Сансет заметила воротища колодца. Принюхавшись, она почувствовала запах свежевыпеченного хлеба, смешанного со слабым запашком навоза, похоже деревенские держали свою животинку рядом, в небольших сараях или амбарах.

— Ну хоть выгребные ямы у них находяться за пределами стен. — Порадовалась про себя Сансет. Её взгляд скользнул по стене еще одного дома и остановился на изображении бараньего черепа в анфас, нарисованного голубой краской. — Господин-настоятель, видите?

— Хм, да? — Настоятель оторвался от карт и посмотрел в направление куда указала Сансет. — Это символ ... Небесного Барана. Многие на юге Янтарных Равнин поклоняются ему.

— Да, но этот дом заброшен. — И правда дом на котором был нарисован символ казался давно оставленным. — И вон видите те ленты и колокольчики на столбе, это же дом шамана.

— Вы правы, он заброшен, но я не вижу ничего необычного. Вас что-то беспокоит?

— Нет, просто пустяки.

Вскоре они подъехали к постоялому двору, вытянутому дому с кучей окон, большой конюшней и серебряным флюгером в виде жеребца на крыше. Сансет почувствовала в воздухе запах горящих дров и жаренного мяса. От таких назальных радостей, она расплылась в улыбке. Настоятель встретил хозяина и договорился с ним о ночлеге, еде и месте для их лошадей. Сансет незаметно сунула настоятелю в ладонь серебряный битс, этим он и расплатился с хозяином. От такой щедрости тот обязался отсыпать коням лучшего овса, вычесать их, почистить седла и подать на ужин жирный, наваристый суп с лапшой, кусочками перца, баранины, морковки и картошки, вместе с вином аж из Винного герцогства, светлого, урожая 945 года. Ко всему прочему настоятель вставил в разговор с хозяином постоялого двора следующее:

— Я слышал, сейчас идут похороны.

— Да, да, отпивают старосту Розмарина, утром похоронили его сыновей. Селестия милосердная, это черный день на все Малые Берлоги. Вчера они пошли в лес за грибами и так и не вернулись. За ними отправились парни из ополчения и принесли только обглодки. Говорят это сделали моховики. Ох, королева нас совсем оставила, надеюсь ваш прославленный орден наведет здесь порядок, никто не хочет терять своих близких от зубов этих чудовищ.

— Примите мои соболезнования, орден Подковы обязательно разберётся и защитит верных слуг королевы, но отряд придет только через несколько дней. А пока, как думаете, я и моя спутница можем посетить похороны?

— Конечно, для нас честь принимать таких важных гостей, даже в такой черный день. Идите по дорожке наверх, все происходит в доме старосты, он на самой вершине.

— Спасибо, тогда мы пойдем, отдадим последние почести старосте. — Настоятель сделал легкий поклон.

— Подождите. Добрый господин, вы случайно не знаете кому принадлежит заброшенный дом с голубыми ленточками на столбах и рисунком барана? – Вдруг спросила Сансет.

— Так это дом нашего шамана, он скончался прошлой зимой, а учеников не успел взять, вот и пустует его хибара. Хотя, по секрету, многие радуются этому, теперь-то вся деревня поклоняется нашей госпоже, королеве Селестии. А у вас, барышня, какой интерес?

— Просто стало интересно, кажется я уже видела такие ленточки.

— Не удивительно, они много где есть.

— Мы пойдем. — Повторил настоятель, разворачиваясь к выходу.

— Вы только к ужину возвращайтесь! – Крикнул на последок хозяин постоялого двора паре, уходящей прочь.

Пока Сансет и настоятель поднимались наверх, принцесса слушала блеяние, кудахтанье, ржание и лай собак, наполняющие воздух деревни. Их путь занял минут десять, дом старосты действительно был больше стальных, но на этом все отличия заканчивались. Постучавшись, настоятель открыл незапертую дверь. В прихожей никого не было, тогда Грим пошел на звуки голосов, минуя пару комнат, он и Сансет попали в большую столовую, где за здоровым столом, уставленным едой, на лавках сидела настоящая орава людей. Но Сансет больше заинтересовал гроб, стоящий в отдалении на подставке рядом с камином.

— Мне нужно узнать несколько подробностей о произошедшем, подождешь немного? Тихо спросил настоятель, приблизившись к Сансет.

— Думаю, что да, — ответила Сансет, разглядывая ленты ткани и бумаги, свисающие с потолка.

Настоятель отошел и вошел в толпу людей, сидящих за столом. Давно еще во дворце Сансет рассказывали о традиции похорон на юге, целый день гости со всей деревни группами ходят на застолье, приносят еду и вместе вспоминают умершего, рассказывают про него истории. В подобном прощании может поучаствовать целая деревня и тогда похороны человека откладываются до вечера, но не позже заката, это связано с суеверным страхом, что иначе Найтмер Мун заберёт мертвеца себе.

Сансет точно не хотела слушать застольные истории, её больше увлекали декорации, выставленные в столовой. Ленточки были старыми, исписанными молитвами обращенными к Небесному Барану, богу фермеров и пастухов. Принцесса читала о нем в книгах, а также о ритуалах шаманов в его честь, но еще никогда не пыталась повторить их, хотя этот бог был связан со смертью, что входило в особые интересы Сансет.

От ленточки к ленточки, шаг за шагом, принцесса подходила всё ближе и ближе к гробу. Никто особо не замечал её, девушку со значком сквайра, прикрепленном к жилетке. Все всё ещё были заняты своими разговорами, когда она стояла над гробом и смотрела на мертвеца. Сансет чувствовала, как что-то неприятное ворочается у нее в нутре, но она продолжала повторять себе:

— Увидела одного мертвеца — увидела всех.

Но чтобы перестать бояться чего-то нужно встретить это что-то чуть больше, чем один раз. Это было справедливо и для Сансет, чей взгляд уперся в иссушенного временем старика с посиневшей кожей. Большую часть тела мертвеца закрывала белая простыня, оставляя открытой лишь голову и то на неё еще положили маленький и длинный кусок ткани, чтобы прикрыть глаза. Пока Сансет упорно боролась со своим иррациональным страхом, ей на глаза попались окончания ранок, выглядывающие из под одежды и покрывала. В мозгу принцессы тут же зароились мысли, она вспомнила уроки по медицине в капитуле и собственный опыт нанесения себе порезов, но перед тем как Сансет успела сделать какие-либо выводы, настоятель встал рядом и тихо произнес:

— Сквайр, я узнал нужную информацию, обстоятельства смерти старосты вызывают подозрения, требуется расследование, ты можешь передать в капитул ещё одно письмо?

Сансет жадно слушала слова настоятеля, они вырвали её из пучины ужаса. Чтобы только не возвращаться обратно, принцессы решила поучаствовать в этом деле:

— Посмотрите на раны на теле, мне кажется, они выглядят очень странно.

Настоятель нахмурился, он аккуратно отодвинул простыню и расстегнул рубашку на теле мертвеца, открыв промытые глубокие раны. Внимательно рассмотрев повреждения с тщательностью настоящего профессионала, настоятель задумчиво заключил:

— Эти раны нанесены не моховиками, похоже на ножевые порезы, которым пытались предать вид рванных ран с помощью крюка, очень неряшливая работа. Да, мы не можем уйти, раз здесь нет ни стражи, ни старосты, нам придется разобраться с этим самим.

— Настоятель, сколько потребуется времени на расследование?

— Как минимум два дня, если мы, конечно, хотим передать расследование конвою из ближайшего капитула.

— Я знаю способ, который поможет нам быстро найти убийцу старосты. Он связан с Небесным Бараном и его результаты деревенские, скорее всего примут, а вы сможете?

— Хм. — Настоятель нахмурился, в задумьях он почесывал свой подбородок. — Хорошо, я согласен, только не забывайте о моих словах, мы не можем чернить доброе имя ордена.

— Обещаю. — Коротко сказала Сансет. Девушка быстрым шагом отошла от гроба и направилась к столу, выискивая глазами нужного ей человека. На это не потребовалось много времени, за ней уже внимательно наблюдали серые глаза старухи, обернутой в черные одежды. Сансет протиснулась к вдове, избегая столкновения со спинами, сидящих за столом.

— Здравствуйте, добрая госпожа. — Сансет положила ладони на бедра и поклонилась старухе. — Приношу свои соболезнования.

— Ничего доченька, ничего. — Со слезящимися глазами, старуха погладила Сансет по руке, во рту у нее осталось всего несколько зубов, а говорила она немного чавкая. — Всё уже случилось, скоро я и сама присоединюсь к своим мальчикам и мужу. — Старуха утерла слезы платком. — Ты чего-то хотела, доченька?

— Простите, я хотела сказать, что могу облегчить ваше горе. Раз у вас нет шамана, я могу провести ритуал привязки души вашего мужа. Так он сможет остаться на земле и продолжить беречь деревню.

— Ох, доченька, ты правда знаешь как это делается? — Старуха улыбнулась.

— Да, я долго изучала мудрость Небесного Барана.

— Это было бы чудно, Розмарин всегда любил заботиться о нашей деревне. Ты точно справишься?

— Точно, но мне нужно успеть до закат, я пойду готовиться к ритуалу, вы не против?

— Подожди, доченька, дай хоть посмотреть на тебя. — Старуха нежно подвела Сансет поближе к себе. — Такая молодая, намного моложе моих мальчиков, и уже так много знаешь, нынче молодежь мало интересуется мудростью своих предков. — Старуха улыбнулась. — Твоя мама, наверное, очень гордится такой способной дочерью. Как же тебя зовут?

— Отом Блейз. — Скромно улыбнулась Сансет, она уже достаточно давно придумала себе второе имя.

— Прости меня, старую. Мои дети даже не успели завести своих детей, они не должны были уходит так рано. Отом, пусть присмотрят за тобой боги, тебе еще жить да жить. — С дрожащей улыбкой, старуха была готова зарыдать, к ней обратился один из гостей и она отпустила руку Сансет.

Принцесса развернулась и быстро покинула дом, настоятель последовал за ней. Почти бегом Сансет спустилась по холму, оставляя Гриму мало шансов догнать её. Через окно Шиммер рассмотрела одну из комнат дома шамана и переместилась в неё, растворившись в огненном зареве. Слегка запыхавшегося настоятеля Сансет встретила уже с другой стороны порога.

— Простите, нам нужно спешить. — Пыталась оправдаться Сансет, отведя взгляд в сторону.

Настоятель нахмурено смотрел на Сансет, не часто он видел девушку выбитую из колеи, его очень интересовало что стало причиной этого, но пока Грим решил отложить это дело на потом.

— Какой у вас план?

— Мне нужно подготовиться к ритуалу. — Сказав это, Сансет удалилась внутрь дома.

Среди пыльных и темных комнат, а также груд хлама, Шиммер нашла шкаф с нужной ей одеждой шамана, полку с книгой, где был записан ритуал и сундук с расходными материалами для ворожбы, колдовства, предсказаний и прочего. Раскрыв пыльную книгу, Сансет принялась искать нужную информацию, шурша страницами. — Где же оно?! А, вот, так, так, запоминай Сансет, нужно сделать это ... и это ... Ошпарено говорила про себя девушка.

Кивнув самой себе, принцесса скинула шляпу и натянула на голову шаманский колпак, украшенный перьями и бараньей шерстью. На плечи она накинула шаманское одеяние, сшитое из грубой серой ткани, больше похожее на халат, к нему были приделаны десятки маленьких колокольчиков. Каждое движение Сансет сопровождалось звоном.

— Возьмите. — Сансет достала из сундука барабан, перетянутый кожей и вручила его настоятелю, себе она взяла бубен, посох с бараньим черепом на верхушке и множество голубых ленточек, исписанных фразами. — Теперь можно идти.

Настоятель и Сансет двинулись обратно на холм.

— Так в чем суть ритуала? — Спросил Грим, аккуратно ступая вперед, барабан немного блокировал ему зрение.

— Я привлеку внимание барана ритуальным танцем, барабан в этом поможет.

— И никаких кровавых жертв? — Настоятель слегка улыбнулся, Сансет что шла впереди повернулась со злобным взглядом, но заметив поднятые уголки рта старого Грима, сама широко улыбнулась.

— Небесный Баран добрый бог, не волнуйтесь, все будет согласно идеалам её величества.

— Рад это слышать. — Ответил настоятель, они продолжили идти, но слух старика привлек звук который он слышал не один десяток раз. — Осторожно! — Настоятель столкнул Сансет с траектории полета стрелы. — Там!

Грим быстро определил место откуда прилетела стрела и показал на убегающего стрелка пальцем. Сансет быстро отошла от неожиданной атаки и воздела вперед руку, бирюзовая радужка её глаз ярко засветилась. В воздухе повисла несколько слов и стрелок с грохотом проломил собой забор, летя к принцессе. На грунтовую деревенскую улицу упал мужчина средних лет с черной бородой и исхудавшим, измученным лицом, посадка явно была жестковата для него.

— Нападение на членов ордена, знаешь что тебе за это будет? — Настоятель хрустнул пальцами. — Единственной твой шанс выжить — все нам рассказать.

Черными большими глазами неудавшийся убийца смотрел то на Сансет, то на настоятеля. Сказать ему что-то помешал топот множества ног. На происшествие выбежал капитан ополчения с подручными.

— Господин-настоятель, что-то случилось? — Спросил запыхавшийся мужчина.

— На нас было совершено покушение. — Сухо ответил настоятель, испытывающее уставившись на главу ополчения.

— Я ... эм ...

— Простите, можно отложить это, нужно совершить ритуал пока солнце не начало заходить. — Сказала Сансет.

— Хорошо, капитан, возьмите этого мужчину и идите с нами в дом старосты. — Приказал настоятель.

— Так точно, господин-настоятель. — Капитан нервно отдал пару приказов и все вместе продолжили подъем наверх вместе со связанным убийцей.

Дверь открылась и группа из 6 человек присоединилась к остальным в столовой, те как раз заканчивали и готовились уже начать похороны. Сансет вышла вперед и объявила всем:

— Жители Малых Берлог, сейчас я проведу ритуал по связыванию души старосты с этим посохом. Волей Небесного Барана староста Розмарин продолжит наблюдать за вами и защищать от болезней, черной магии и несчастий. Прошу оставайтесь на месте и ведите себя тихо. Еще мне нужен кто-то кто умеет играть на барабане.

Люди в комнате затихли, женщины, мужчины разных возрастов, в одеждах, украшенных бусинками и нитяными рисунками перешептывались. Через несколько секунд ожидания, к Сансет вышел молодой паренек.

— Я помогал старому шаману с ритуалом, умею обращаться с барабаном.

— Хорошо, тогда начали.

Сансет встала перед гробом, она взяла посох в две руки, его древесина светилась слабым бирюзовым светом. С криком Шиммер вонзила его в пол, доски расступились перед ним словно песок. Взяв ленточки, она завязала несколько вокруг древка. После этого принцесса подошла к мертвецу и обвязала ленточками его руки. Закончив приготовления, Сансет встала за гробом лицом к собравшейся толпе, сзади нее горел камин, заливая принцессу желтым светом.

Ритуал проходил в безмолвии, на фоне тресканья горящих дров звучал лишь барабан, бубен и колокольчики на одежде Сансет. Шиммер двигалась ритмично, в согласии с мелодией, повторяя формы нарисованные в книги шамана. Это был не энергичный танец, нет, Сансет медленно перемещалась, только иногда резко дергаясь, чтобы заставить колокольчики громко звенеть. По мере того как ритм, отбиваемый барабанщиком становился все интенсивней, глаза Сансет, слова на ленточках и посох светились сильней и сильней. На пике напряжения прозвучал громкий удар по барабану и принцесса резко изменила позу, подняв звенящий бубен над головой. Под затихающий звон в воздухе появился голубой силуэт старого человека, сгорбленного, но решительного и возмущенного чем-то.

— Кто убил тебя?! – Вдруг крикнула Сансет.

Старик развернулся в воздухе и оглядел прищуренным взглядом испуганную толпу. Его рука поднялась и пальцем он указал на капитана ополчения. Все взгляды уперлись на полного мужчину, стоящего в шоке. Хмурый настоятель спокойно заявил ополченцам:

— Если не хотите попасть под обвинение, то арестуйте, пожалуйста, своего старшего.

На лице капитана появилась гримаса ужаса, сменившаяся гневом.

— Да кого вы слушаете!? Это же какая-то черная магия! — Заявил он своим подчиненным, а потом обратился к настоятелю. — Королева не поверит этому!

— Сейчас вам лучше замолчать и сдаться. — Ответил Грим, а потом повернулся к ополченцам. — Долго будете так стоять?

Молодые люди наконец-то пришли в себя и схватили своего капитана за руки и отобрали у него меч.

— Идиоты! Вас самих будут судить, у меня есть могущественные союзники!

Капитан мог бы долго разглагольствовать по пути в местную тюрьму, а точнее небольшой сарай, но пощёчина от вдовы поубавила его пыл.

— Как ты мог, Шел, моих мальчиков, моего мужа! Наши семьи дружили не одно поколение! За что!? — Потребовала ответов от капитана ополчения маленькая старушка, схватившись сухими руками за его жилетку, не то в ярости, не то в бесконечном горе и отчаянии.

— Я ... — начал капитан, как невидимая рука сжала его рот.

— Заткнись. — Сказала Сансет с другого конца комнаты, её слова отражались в черепе капитана, перебивая любые мысли. — Пока я не свернула тебе шею, грязная свинья.

Сердобольные женщины деревни отвели вдову подальше от капитана, а настоятель ушел сопровождать ополченцев, убийцу старосты и стрелка. Сансет же осталась в столовой — наблюдать за последним прощанием супругов. Когда староста Розмарин растаял в воздухе, вдова упала на пол в слезах, вокруг неё собралась толпа, тем временем Сансет просто выдернула посох и пошла наружу, отойдя несколько метров от входа в дом, она вновь вонзила древко в землю, в этот раз навсегда. Солнце уже начало закатываться за горизонт и принцесса услышала далекое блеяние барана, провожающего светило прочь.

Сев на лавочку у забора, Сансет смотрела с вершины холма на деревню и бескрайние поля, вдалеке обрамленные полосой леса. Пожалуй, никто не смог бы догадаться о чем она размышляла. Смотря на закат и на то, как деревенские потащили гроб в древний склеп, выкопанный столетия назад в самом холме, над которым стояли Малые Берлоги. Она просидела там добрый час и за ней уже пришел настоятель, он сел рядом с девушкой и даже улыбнулся.

— Вы хорошо поработали, принцесса. За два дня мы сломаем капитана и стрелка, уверен они работали вместе, получим их признания и найдем их сообщников, а потом передадим все это другим рыцарям и продолжим наше путешествие. Я уже успел поговорить с некоторыми деревенскими, они благодарны вам за благословление деревни. Ваши действия улучшили репутацию всего нашего ордена среди местных. Я не стал скрывать, что вы скорее исключение из правил, но им хватило и того, что мы просто приняли такое юное дарование в свои ряды. Запомните этот день, сегодня вы применили свои знания и способности правильно — вы помогли людям и они поняли это, их доверие к правосудию и справедливости королевы укрепилось. Ваши свершения войдут в сотни таких же поступков, совершенных по всему королевству, вместе они сплотят нас всех и позволят нашему союзу процветать дальше. Это важное достижение, гордитесь собой.

— Я поняла, спасибо. — тихо ответила Сансет.

Настоятель проигнорировал столь холодный ответ на его похвалу, все же отметив про себя, что его выслушали, после чего он стер улыбку, положил руки на коленки и устремил взгляд туда, куда смотрела Сансет.

— Ну расскажите, что вас мучает.

— Знаете чего я боюсь больше всего?

— Нет.

— Умереть. — Это слово с трудом вырвалось из горла принцессы.

Настоятель повернулся к Сансет, ожидая разъяснений, но так и не дождавшись их сказал.

— Не многие в вашем возрасте думают о подобном, они слишком спешат ярко прожить свою юность. У вас есть причины так беспокоиться о конце, уготованном нам всем?

— Я слишком много знаю о смерти, больше чем мне хотелось.

— Это как-то связано с богами, которых вы изучали?

— В том числе.

— Поясните?

— Нет. — Сансет продолжала смотреть на горизонт стеклянным взглядом.

— Ладно, эту тему можно отложить на потом. Пойдемте на постоялый двор, ужин скоро будет готов. – Пригласил настоятель Сансет, вставая со скамейки.

Шиммер с трудом оторвалась от горизонта, крепко сжав глаза, будто собираясь заплакать. Со вздохом выпустив тяжесть, приковавшую её к скамейке, Сансет поднялась и пошла за настоятелем.

## 5. Кантерлот.

Рано утром, когда луна только-только скрылась за горизонтом, а солнце начало свой долгий путь по небосводу, обеспокоенная королева Селестия ходила взад-вперёд по своему кабинету.

— Она приезжает сегодня, всё готово?

— Да, ваше величество, всё о чем вы просили. — Спокойно ответила Рейвен Инквелл, женщина двадцати пяти лет, взятая год назад на должность секретаря самой королевы!

— Этого мало ...

— Ваше величество, — сказала Рейвен профессиональным тоном, выработанным годами службы, — вы и так уже подготовили подарок для принцессы Сансет.

— Да, но я хочу показать ей, что здесь её ждали. После трех лет разлуки дворец должен показаться ей домом. Ах, наверное, она уже так выросла. Только подумай, сквайр ордена, я и представить себе не могла, что она выберет такой путь.

— Ваше величество, служба в рыцарском ордене почетна и многими считается хорошим выбором для юношей и девушек.

— Знаю, но это не то, что я планировала для неё.

— А что вы хотели, может это еще возможно реализовать?

— Нет, Рейвен, это уже невозможно. — Селестия повернулась к окну, послышался её вздох, но на губах у нее появилась улыбка. — Я хотела, чтобы она была больше похожа на меня, принцессу которую все любят, но Сансет, — Селестия тихо посмеялась, — она скорее моя сестра, защитница которую всем пришлось принять и только потом полюбить. Эх, Луна, как бы жизнь сложилась, останься ты рядом со мной ...

Рейвен тихо подождала, пока у королевы пройдет очередной приступ ностальгии и только через несколько минут нарушила тишину:

— Ваше величество, вы придумали что ещё нужно подготовить к прибытию принцессы?

— А? Нет, ничего не нужно, при встрече я просто спрошу её чего бы ей хотелось.

— Это мудрое решение, ваша светлость.

— Ты правда так считаешь? — Селестия повернулась к Рейвен, сосредоточив на секретаре весь свой внимательный взор. Солнечный свет за спиной делал королеву ещё более неземным созданием, чем она казалась обычно.

— Да, конечно, — Рейвен немного растерялась, — я искренне считаю, что вы всегда находите самое лучшее решение проблемы.

Селестия добро улыбнулась.

— Без моих подданных я ничего бы не добилась. Спасибо за твою работу, Рейвен.

— Счастлива служить вам. — Рейвен невольно улыбнулась, делая реверанс.

— Ну что же, начнем наш день полный забот, что там первое по списку ...

* * *

Тем временем Сансет и настоятель только-только подъехали к невысокой стене, окружавшей город, стража у врат поприветствовала членов ордена Подковы и пропустила их внутрь столицы.

Ах, Кантерлот-Кантерлот, город на склоне могучей горы, где лето не бывает жарким, а зима всегда ужасно холодна и милостива лишь в своей середине, во время дня Согревающего Очага. По мнению большинства людей не самое лучшее место для жизни, не то что для строительства города, но воля королевы непреклонна и по её приказу Кантерлот всё же был основан именно здесь. Только со временем её поданные согласились признать необычную столицу Эквестрии, хотя выбора у них в итоге и не было, ведь именно здесь билось, бьется и будет биться сердце Селестии, а значит и всего королевства.

Историки до сих пор спорят о причине выбора Селестией именно этого места. Выгодное экономическое расположение между горными хребтами, открывающее дорогу на север Янтарных Равнин? Близость к Великому Лесу, а значит и Сильвании, где правила её сестра? Хороший вид на стелящиеся внизу равнины и леса? Никто точно не мог сказать, а Селестия отказывалась говорить, смеясь, заявляя что у женщины должны быть свои тайны, иначе ей перестанут интересоваться.

Так или иначе, Кантерлот стал уникальным, самым известным городом всего королевства. Вены столицы питает протекающая через него речка, берущая начало из ледников у вершины горы. Еду завозят из ближайших фермерских городков, таких как Понивилль. А жители в основном заняты обеспечением нужд дворца и высшего света общества. На рынке столицы торговцы завозят диковинки со всего света, а ремесленники изготавливают высококлассные товары, здесь есть и ателье, и мебельные мастерские, и ювелиры. Богатство так и льется в столицу, что позволило множеству местных гильдий процветать. Но все же, Кантерлот в первую очередь имеет славу утонченного города. Вы не сможете найти в нём двух одинаковых домов, но при этом все они создают единый ансамбль из округлых бело-золотых зданий с фиолетовыми крышами. Также славу Кантерлота поддерживают филармонии, театры, салоны, вычурные кофейни.

И вот вы, впервые попав в столицу, наверное, подумаете что город невероятно чопорен, что здесь дворяне вытирают ноги о простых рабочих, ан нет. В Кантерлоте стараются поддерживать вид благопристойного поселения, где люди не бросают и не предают друг друга, где дворяне подчеркнуто скромны и не выпячивают своих богатств, где даже стража, в своих сияющих золотых доспехах — это оплот высоких идеалов чести и первые поборники справедливости.

Наверное правильно говорят, что Кантерлот накрепко связан с королевой, такой же белый, статный, а внутри ... а внутри мало кто может сказать что скрывается за его золотом или за её лиловыми глазами. Да, прошли века, а столица все еще стоит, множество раз перестроенная, но сохранившая свой дух. И так будет и дальше, минуют века, а Селестия все еще будет восседать на своем троне в Кантерлоте.

Пока копыта Вьюги стучали по мощенной дороге, Сансет глазела по сторонам — большую часть детства принцесса наблюдала за Кантерлотом с высоты дворцовых балконов и сейчас она смотрела на его белые улицы как в первый раз. Настоятель же был хмур, он предпочел следить за дорогой и ехал впереди, Шиммер знала причину его настроения. Уже два дня прошло как он провел допрос капитана ополчения деревни Малые Берлоги и лучника, покусившегося на его жизнь и жизнь принцессы. Не смотря на всё оказанное давление и небольшую помощь со стороны Сансет, первый не смог назвать имён своих благодетелей, а второй помогал капитану по анонимному контракту. Это сильно беспокоило настоятеля, ведь у кого-то было достаточно влияния и богатств, чтобы заказать такое убийство и остаться не узнанным. Но зачем в этой глуши, почему этот староста? Последние два дня Сансет работала личным секретарем Грима, отправляя и получая с пламенем письма со всех уголков Янтарных Равнин. Настоятель постарался, чтобы это дело дошло до самых высоких инстанций и загадочный наниматель обязательно был раскрыт.

А тем временем Сансет и Грим поднялись на самый верхний ярус Кантерлота, здесь они должны были разделиться — настоятель отправился бы в свой капитул, а принцесса направилась ко дворцу, но похоже у Грима были другие планы.

— Господин-настоятель, разве вы не поедете в капитул?

— Не сейчас, у меня есть незаконченное дело во дворце.

— Поделитесь?

— Оно носит личный характер.

Сансет лишь пожала плечами, допытываться было бесполезно. Вскоре всадники добрались до закрытых золотых ворот, сегодня не был день приемов и два стражника в полных позолоченных доспехах с длинными плащами, остроконечными шлемами и копьями стояли на страже, не пропуская никого на территорию дворца.

Сансет сняла шляпу и развязала узел, позволив волосам свободно упасть ей на плечи. С высоты седла Вьюги, она заявила привратникам:

— Добрый день, я — Сансет Шиммер, принцесса Эквестрии, пропустите нас.

Но двое позолоченных стражников только переглянулись между собой.

— Ваша милость, если Вы и вправду принцесса, прошу предоставьте доказательства. — Заявил один из них.

Сансет нахмурилась и достала из скрытого кармана кольцо-печатку, левитацией она передала его стражнику. Он несколько секунд расматривал искусно выделанный герб королевства и королевского дома на печати кольца, в итоге заключив:

— Прошу простить нас, ваша милость. — Стражник подошел и передал Сансет кольцо. — Темные времена наступают и мы все должны быть бдительными. Прошу, отправляйтесь в конюшню, мы передадим её величеству о вашем прибытии.

Ворота открылись перед Сансет, но та не спешила двигаться с места.

— Что ещё за темные времена? — Принцесса с любопытством посмотрела на одного из стражников.

— ... темные времена, из пророчества, что настанут после тысячелетия Эквестрии. Нам всем нужно быть готовы к предстоящим испытаниям. — Медленно ответил стражник, явно выбирая слова, из под шлема сложно было разобрать выражение его лица.

— Члены королевской стражи не должны думать о таких вещах. Ваша главная задача — обеспечивать безопасность королевы И принцессы от вполне реальных угроз. Лучше потратьте время на обдумывание того, как лучше выполнить приказ вашего начальства, а не на рассуждения о пророчествах. — Вмешался настоятель, его голос как-никогда был холоден, а серые глаза смотрели с укором.

— Да, господин-настоятель. — Ответил стражник, он и его товарищ склонили головы.

Сансет и Грим проехали мимо стражников и въехали на территорию дворца, ворота закрылись за их спинами.

— Господин-настоятель, спасибо. — Заявила Сансет с улыбкой кота, съевшего канарейку.

— За что? — Образ настоятель ни на градус не потеплел.

— За то, что поставили того стражника на место.

— Я сказал то, что думаю. У него есть клятвы и он обязан их выполнять, все остальное вторично.

— Хм, как скажите, по моему мнению им вообще нельзя доверять.

Настоятель вопросительно поднял бровь и посмотрел на Сансет.

— Королевская стража какой век с достоинством поддерживает покой жителей Кантерлота и защищает её величество. У вас есть причины считать иначе?

— Представьте, есть. — Сансет стала серьёзней. — Хотите поучительную историю? Три года назад, её величество была занята делами и она отправила меня в отдаленное поместье вместе с конвоем королевской стражи во главе с уважаемым капитаном. По пути мы остановились в небольшой деревеньке, в тот день там случилось какое-то несчастье и когда местные узнали, что приехала принцесса — Погибель Королевства, меня тут же объявили виновницей. Около дома где я остановилась собралась большая толпа, грозившаяся сжечь хижину и меня вместе с ней. Староста деревни отчаянно пытался уладить все миром и пока он это делал, капитан стражи переговаривался со своими подчиненными, мне удалось подслушить их разговор. И знаете что тогда сказал верный и честный защитник справедливости? Он сказал, что королевские стражники приносят слишком много клятв, не всегда возможно одновременно защитить племена, королеву, её семью и закон, в такие моменты приходится выбирать "приоритеты". Понимаете, он был готов отдать меня на растерзание толпе! Уверена, потом он сказал бы своим подчиненным, что так они спасли королевство от будущей угрозы. Но тогда мне крупно повезло, староста смог успокоить толпу. Это был второй раз в жизни, когда я так сильно боялась. Именно тогда я и поняла, что никому нельзя доверять, нужно всегда быть сильной, чтобы постоять за себя без чужой помощи.

— И вы рассказали об этом её величеству?

— Да, больше она не отправляла меня никуда одну, не считая моего обучения на рыцаря, а того капитана я больше не видела.

Настоятель нахмурился, он сделал свои собственные выводы из этой истории. — Мне жаль, что вы встретили человека настолько недостойного своего плаща, но вам не стоит перекладывать его вину на всех остальных стражников.

— Ха, да вы вспомните того стражника у ворот, он знает о пророчестве, как и все его товарищи. Вы сами слышали — они готовятся к чему-то. И я уверена, что это что-то включает в себя вонзание ножа в мою спину, когда я превращусь в Найтмер Мун.

— Не будьте параноиком, ваша милость.

Сансет недовольно фыркнула. Вскоре они добрались до конюшен. Отдав Вьюгу на попечение королевских конюхов, Сансет забрала свои вещи с седла. Ранее пустой рюкзак оказался заполнен, а ножны были застегнуты на поясе. Звание рекрута давало ей право носить оружие в городской черте, а статус принцессы еще и во дворце. Надев рюкзак, она вновь встретилась с настоятелем, тот так же оставил своего коня. Вместе они поднялись по лестнице ко входу во дворец.

Как и весь Кантерлот, тот был воздушным, массивным комплексом со множеством крыльев, ответвлений и этажей, вмещавших в себя сотни людей. Но к несчастью для них, большинство коридоров и помещений были подстать габаритам королевы и порой их было достаточно тяжело отоплять.

У огромных дверей стража передала Сансет, что её величество ожидает её в своём кабинете. Принцесса удивилась такому раннему приглашению, но быстро согласилась. На этом её пути с настоятелем расходились.

— До встречи, ваша милость, я пришлю вам сообщение, когда начнутся ваши занятия. — Настоятель сделал легкий поклон.

— Да не оставит вас свет солнца, господин-настоятель. — Сансет опустила голову и приложила правый кулак к груди.

— Да не оставит оно нас всех. — Сказал на прощание настоятель и пошёл своим путём по лабиринту коридоров огромного дворца.

А Сансет тем временем направилась прямо к кабинету королевы, находящемуся в отдельной башенки, ей ещё предстоял подъем по высокой лестнице.

* * *

Через двадцать минут Сансет уже сидела на большом кресле напротив стола матери, поедая ложкой из глубокой миски холодное мороженное, сделанное самой горячей персоной на всей планете. При входе, королева спросила свою дочь чего бы та хотела после столь долгой разлуки и принцесса попросила ведерко мороженого, о желании мирового господства она скромно умолчала.

Здесь, в белом кабинете, отделанным золотом, солнце заливало все вокруг светом через широкие окна, а холодный горный воздух волнами трепал снежные занавески, даруя приятную прохладу в эти жаркие летние дни.

— Вкусно? — Спросила счастливая Селестия, наблюдая за своей дочерью.

— Угу. — Ответила Шиммер, здесь ей было легко, будто она вернулась в детство и жизнь вновь стала беззаботной.

— Сансет, ты не против, если мы сразу обсудили дела?

— Нет.

— Хорошо, во-первых я убралась в твоей комнате и оставила от себя небольшой подарок в честь твоего возвращения. Во-вторых, я запланировала множество изменений в твоей жизни. Помнишь, ты в детстве обещала, что будешь помогать мне править. Похоже, этот день наступил. — На последнем предложении Сансет от удивления подняла голову, чуть не подавившись мороженкой, Селестия улыбнулась ей. — Раз ты обучаешься на рыцаря, в основном твои занятия будут проходить в Кантерлотском капитуле ордена Подковы, но, Сансет, как принцесса, ты должна уметь больше, чем сражаться на мечах, поливая всех вокруг огнем. С завтрашнего дня ты будешь учиться придворному этикету, танцам и что самое важное, управлению государством. Отныне я буду брать тебя на совещания королевского совета и собрания Совета Тысячи, ты будешь посещать заседания суда и обсуждения новых законов.

— Кхе. — Проглотив кусок мороженного и улыбнувшись, Сансет сказала, не веря словам матери. — Звучит так, будто ты хочешь сделать меня своим соправителем.

— Именно, доченька.

У Сансет отвалилась челюсть. Селестия тихо засмеялась и протянула руку, чтобы погладить по щеке принцессу.

— Ох, Сансет, по всей Эквестрии живут десятки потомком людей, которых я давным-давно усыновила или удочерила. Все они принадлежат к королевскому дому и претендуют на титул принцев и принцесс. Но ты моя дочь и я устала терять близких мне людей. Ты будешь подобна мне, Сансет.

— Я ... — По щекам Сансет покатились слезы.

— Сансет, с тобой всё в порядке? — Обеспокоенно спросила Селестия.

— Да, я просто очень рада. — Девушка утерла рукавом маленькие капельки счастья. — Я сама этого очень хочу.

— Ты мне никогда не говорила о таком своем желании.

— Я-я ... наверное пришло время признаться. — Сансет проглотила ком, вставший в горле. — Помнишь тот день ... когда я умерла. И ... я всегда говорила, что не помню что случилось потом, но я врала! Я помню каждый момент! — В отчаянии из Сансет вырвались слова, что ждали своего часа многие годы. — Они появляются в моих кошмарах. Я помню как открыла глаза и оказалась в черной пустоте, где ничего не было. Я ничего не чувствовала, пока ... пока что-то не начало есть меня! Я чувствовала боль от каждого укуса! Я чувствовала, как теряю части себя! ... Может мое воскрешение прошло быстро, но для меня это была целая вечность агонии! Я ... я не хочу больше умирать ...

Сансет начала рыдать. Королева сделала легкий жест рукой и вот её дочь уже сидела у неё на коленях, прямо как в детстве. Мягко обняв девушку, Селестия тихонько поглаживала её по голове. Прошла не одна минута перед тем как Сансет немного успокоилась, она подняла голову и посмотрела в глаза своей матери.

— Прости, что врала, я хотела разобраться во всем сама. Эти ... эти твари, они сидят в пустоте и ждут пока наши души попадут к ним, а потом они сжирают их как рыба потроха в реке. Я хотела найти и убить их всех — никто не должен испытывать подобное. Три года я изучила всё, что смогла найти о смерти, обратилась к каждому богу, духу, проекции и ничего. Мам, у меня ничего не получилось ... И ещё ... после моего пробуждения я почувствовала пустоту, будто съеденные части меня остались там ... с каждым годом эта пустота все растёт и я не знаю сколько мне осталось жить ... — Сансет попыталась натянуть слабую улыбку на свое заплаканное лицо. — Но теперь у нас будет вечность, чтобы узнать что лежит после смерти.

— Ох, Сансет. — Селестия погладила щеку дочери, её ладонь светилась слабым светом, а лиловые глаза были полны грусти. — Что ты с собой сделала, я еле чувствую в тебе огонь жизни.

Принцесса закатила рукав и показала Селестии множество шрамов от порезов.

— Для моих исследований мне нужна была жертва и я решила пожертвовать собой. Но это все было ради общего блага! Сейчас я знаю о смерти больше, чем все смертные в Эквестрии! И благодаря этому знания я смогла вылечить десятки больных рыцарей в госпиталях! Я хотела быть подобной тебе!

— Доченька моя, — Селестия поцеловала Сансет в лоб, её лиловые глаза намокли, — бедная моя, тебе осталось жить всего десять лет.

— Но ведь ты подаришь мне бессмертие?

— Да, конечно, я не хочу больше терять тебя. Но я смогу это сделать только после твоего совершеннолетия, твоё тело пока не готово, тебе придется немного потерпеть.

Сансет как смогла обняла Селестию, она улыбалась, счастливая что ей больше не нужно бояться своего конца.

— Ничего, я подожду.

— Ах, Сансет-Сансет, ты уже зашла так далеко, отсюда нет обратного пути и теперь тебе придется пройти его до конца. Пойдем, милая моя, мне нужно кое-что показать тебе.

Сансет непонимающе смотрела на печальную Селестию, послушно покидая колени матери. Вскоре королева и принцесса стояли, взявшись за руки, в мгновение ока они исчезли и вновь появились уже внутри Лабиринта Памяти, а точнее в отделе библиотеки, закрытым для посещения всем кроме её величества. Сняв защитные заклинания и открыв массивный замок, Селестия пригласила Сансет зайти за черную решетку в просторное помещение, заполненное старыми книгами и странными устройствами, инкрустированными магическими кристаллами. В отличие от остальной библиотеки, здесь не было окон и всё освещение составлял знакомый принцессе призрачный огонь, ранее защищавший её сны от незваных гостей.

— Как ты знаешь, за свою долгую жизнь я потратила много времени на изучение магии во всех её ипостасях. Здесь хранится всё, что я когда-либо знала о смерти, от медицинских трактатов и религиозных текстов до моих экспериментов в некромантии. Ты стольким пожертвовала, Сансет, прошу, больше не калечь себя и свою душу, все нужные тебе знания должны находиться здесь. Что же на счет тех созданий из пустоты — я долго пыталась найти ответ на вопрос, что случается с нами после смерти. Ближе всего к ответу подошли некроманты, мастера смерти и однажды мне пришлось просить у них помощи. — Селестия была серьезна, нахмурившись, она смотрела на большую жаровню в центре комнаты, заливающую все вокруг сине-зеленым пламенем. — Вместе мы смогли доказать несколько очень важных положений нашей теории. Во-первых, количество душ, которые мы можем призвать в этот мир ограниченно. Во-вторых, души мертвых людей и животных через день-два покидают свои тела и исчезают из магического пространства нашей планеты. В-третьих, эти души можно призвать на протяжении недели во все прогрессирующем деградирующем состоянии. В-четвертых, мы дали определение душе — это сущность, содержащая в себе память своей смертной жизни и накрепко связанная с магическими потоками, а также подчиняющаяся законам бытия, в полной мере не известных нам. Души существуют только у разумных существ и некоторых магических животных. Мы посчитали, что именно душа позволяет нам влиять на магические потоки мироздания. В-пятых, после долгих исследований мы определили, что душа после смерти тела попадает в некую "область", где постепенно теряет свою память и личность. При этом некоторые души рассказывали об ужасных муках, а другие ничего такого не помнили. Это состояние прогрессирует, пока после недели душа полностью не отчищается от своей прошлой жизни.

Благодаря всем этим выводам, наша теория стала самым полным представлением о смерти на планете. Если коротко её излагать, то после смерти тел души попадают в некое измерение, где они отчищаются от опыта прошлой жизни. Затем они произвольно вселятся в ребёнка человека или детеныша подходящего животного, чтобы продолжить цикл. Души различных животных и людей различны и не взаимозаменяемы по неизвестной причине. Теперь к этой теории можно добавить и твой опыт про тех созданий, возможно именно они отвечают за "очистку". Среди книг есть журналы хода исследований и мой дневник, можешь позже дополнить их.

— Мама, я не понимаю, почему тогда ты не поделилась этим открытием? Люди так долго гадают что с ними происходит после смерти. Создают культы и богов, только ради того, чтобы понять что их ждёт. — Из искреннего непонимания спросила Сансет.

Селестия развернулась к принцессе. Огонь освещал ей спину и на лице покрытом тенью мрачно горели лиловые глаза.

— Потому что за каждое знание приходится платить. И за это пострадало множество людей и их душ. Это ужасный поступок и одна из моих самых крупных ошибок. Если о ней узнают, то это пошатнет не только мой авторитет, но и в целом веру людей в мои идеалы и единое королевство. Надеюсь ты понимаешь какое доверия я оказала тебе, открыв этот секрет — поклянись, Сансет, что никому не расскажешь о нем.

— Я клянусь своей жизнью. — Сказала Сансет смотря прямо в глаза матери, ей было жутко от их вида.

— Хорошо, можешь потом прийти сюда и прочитать всё что захочешь. Но сразу предупрежу, то что ты найдешь здесь может разочаровать тебя и будь готова, что этими знаниями владеем только мы вдвоём, от своих "коллег" я избавилась столетия назад.

— Подожди, может мы вместе останемся здесь, я не уверена что смогу найти ответы без твоей помощи.

Селестия повернулась и посмотрела на умоляющие глаза дочери. Вздохнув, она согласилась:

— Сансет, разве ты не хочешь сначала отдохнуть после долгой дороги?

— Мам, я охотилась за этими знаниями три года своей жизни, могу ещё денёк потерпеть.

Селестия грустно засмеялась.

— Ты напоминаешь меня в юности, хорошо, я передам своему секретарю, что сегодня ей придется обойтись без меня. Ладно, Сансет, с чего ты хочешь начать?

Принцесса задумчиво прошлась по помещению, выбирая нужную полку. А когда она все же выбрала, мать и дочь принялись за исследования. Они просидели там весь день, изредка отвлекаясь на еду. Обычно нормальные семьи проводят день семьи в застолье, игре на свежем воздухе, пикнике в конце концов, но в пику им королева и её дочь решили вместе, по-семейному заняться изучением некромантии и одного из самого скрытого и черного секрета Эквестрии. Селестия, как настоящая мама, помогала Сансет учиться поднимать мертвецов и прочей атрибутики чернокнижников, руководствуясь простой парадигмой — не бывает плохих знаний, бывают только плохие люди. И её дочь должна доказать что ей можно дозволить знать подобное без страха за судьбу королевства.

Когда Селестия и Сансет закончили, королева решила сопроводить свою дочь до её комнаты. У самой двери королева попрощалась с ней.

— Не думай слишком много над тем, что ты сегодня узнала. Мы продолжим когда будешь готова, а сейчас тебе нужно отдохнуть, на твои плечи и так уже много навалилось. Спокойной ночи, дорогая. — Селестия нагнулась и поцеловала в лоб свою дочь.

— Спокойной, мам.

Когда фигура королевы скрылась за поворотом, Сансет облегченно выдохнула. Событий на сегодня ей и вправду хватило, сначала заявление о её вознесении, потом её признание в своём самом ужасном страхе, а теперь в голове только и крутились мысли о чёрном секрете Селестии. С одной стороны Сансет было страшно погружаться в эти знания, но с другой так она становилась ближе с матерью, узнавая о ней то, что никто никогда не знал и не узнает. Чтобы сбежать от всех этих мыслей, Сансет зашла в свою комнату.

Осмотревшись, она узнала свою спальню, такую же, как и четыре года назад. Просторная комната с белыми стенами, потолком и полом, последний из которых был устлан ворсистым синим ковром из особой ткани, буквально пожирающей пыль и грязь, выделяя при этом маленькие шарики, которые можно пустить на удобрение растений — очень странное домашнее животное. Помещение освещалось большим окном у одной из стен, рядом с ним стояли мягкая кровать девушки и письменный стол. Остальное пространство занимала прочая мебель и утварь, на вроде гардероба, тумбочки, камина, книжного шкафа. Из особых деталей девушка отметила идеальный порядок вокруг, щит, приделанный к стене над камином с её личным гербом и стопку книг на столе.

Скинув рюкзак на ковер и раздевшись, Сансет пошла сразу в ванную, выделенную в отдельную комнатку в её апартаментах. Там её ждала горячая вода и все необходимые предметы гигиены, Селестия похлопотала, но что самое главное, там был водопровод! Когда только-только была придумана система водоснабжения с горячей и холодной водой, работающая от паровых двигателей, Селестия решила модернизировать систему канализации Кантерлота согласно новым инженерным веяниям. Но королева никогда не позволила бы загрязнить голубое небо над столицей дымом сжигаемого угла, поэтому движущей силой всей системы стала она сама. Вода перемещалась по трубам, движимая божественной волей Селестии, отходы же сливались в подземный резервуар, где в магической воронке они распадались на простейшие компоненты, типа воды. Очищенные вещества возвращались в природу для участия в последующем цикле круговорота веществ в природе. Для Селестии всё это было настолько же просто, насколько двигать солнце и луну по небосводу, она даже особо не задумывалась, машинально продолжая двигать воду, только и успевай заменять заржавевшие трубы.

Сансет отмокала в ванной на протяжении получаса, оставляя в воде с аромосолью все тревоги и стресс уходящего дня. В спальню она уже вышла чистой и обновленной. Одевшись в ночную рубашку, принцесса тут же рухнула на кровать, завернулась в одеялочку и провалилась в бездонные чертоги сна.

* * *

Уставшая Сансет проспала аж до десяти часов утра, а узнала она об этом, посмотрев на сияющий циферблат своих часов. Сладко потянувшись, она умылась, оделась в удобную одежду — штаны и рубашку, и приготовилась идти на кухню, просить повара приготовить ей завтрак, королева уже давно встала и скорее всего уже была вся в делах, а значит рассчитывать на неё не приходилось.

Перед выходом Сансет все же решилась взглянуть на книги, которые ей подарила мама.

— Proficiebat Pyromancy, трактат о рынках и торговли, мемуары Чаттерера Смуза "У двора короля Грифонии", Честные Сердца ... это же любовный роман? — Спросила у самой себя Сансет, рассматривая аннотацию внутри книги.

Но размышления принцессы прервал стук в её дверь. Положив книгу на место, Сансет подошла к двери и отперла её ключом. Она уже хотела открыть её, но приглушенные голоса снаружи заставили её остановиться и прислушаться.

— Да подожди ты, рано ещё, дай ей поспать!

— Ой, да ладно, она точно уже встала!

Дверь медленно открылась и две спорящие сестры Эпплов встали как вкопанные, они повернулись к Сансет, на лице которой застыло выражение чего-то среднего между удивлением от вида призрака и неприятным ощущением, когда твой ботинок опускается во что-то мягкое и теплое.

— Привет, Сансет. — В унисон сказали сестры, неловко улыбаясь.

Принцесса стояла не отвечая.

— Эм, прости что пришли так рано, нам, наверное, лучше уйти, как на счет встретиться через несколько часов? — Попыталась сгладить ситуацию Альбина.

Кажется Сансет наконец-то отошла от неприятных флэшбеков. Сложив руки на груди, она смерила взглядом Альбину.

— Что вы делаете во дворце?

Камилла перехватила инициативу у старшей сестры и ответила вместо неё:

— Подожди, Сансет, сначала прими, пожалуйста, наши извинения за то, что случилось с тобой в Яблочной Долине. Я помню, ты уже приняла их в ответе на наши письма, но это не тоже самое, как при личной встрече. Нам очень, очень жаль и Маркусу тоже, мы все раскаиваемся, что не смогли остановить трагедию и защитить тебя. Прошу, не держи на нас зла.

Сансет вздохнула и смягчилась.

— Что случилось, то случилось. Ваши слова никак не исправят этого, я принимаю извинения. А теперь скажите, что вы делаете во дворце?

— Понимаешь, недавно её величество предложила нам стать твоими придворными дамами. Мы с радостью согласились, потому что чувствуем вину и хотим искупить её служа тебе ...

— А еще мы хотели сбежать от отца и матери, а то они осточертели с поиском для нас пары. — Хитро улыбаясь, добавила Камилла.

— Кэм! — Прикрикнула на сестру Альбина.

— Что? Мы не имеем права врать принцессе. Пусть она примет решения, зная все причины.

— Подождите, её величество ничего мне об этом не рассказывала. — С явными сомнениями заявила Сансет.

— Королева хотела чтобы это стало сюрпризом. — Спокойно объяснила Альбина.

Сансет вздохнула и почесала переносицу, после недолгих раздумий, она выдала:

— Я согласна.

— Правда? — Не веря своим ушам спросила Альбина.

— Мне нужно признание, а свита из дочерей графа Феликса поднимет мнение обо мне в глазах дворян лояльных короне.

Услышав этот ответ, Камилла недовольно посмотрела на Сансет, ей явно не понравился этот ответ, Альбина же отнеслась с пониманием. Под давлением сверлящих зелёных глаз младшей из сестёр, Сансет закатила глаза.

— Ладно-ладно, раз вас пригласила королева, значит её величество намекает, что мне следует завести друзей, а мы хотя бы немного ладили в прошлом. Конечно, я могла бы выбрать кандидатов и получше, но вы уже здесь, так что и так сойдёт. — Сансет улыбалась, она ждала реакции от сестёр и те не подвели её, ей прилетел подзатыльник от Альбины.

— Это было оскорбительно. — Заявила старшая сестра.

— Абсолютно согласна, мы тут извиняемся, беспокоимся о твоём самочувствии, а ты не признаешь в нас лучших придворных дам королевства. — Младшая присоединилась к Альбине.

— Придворные дамы не бьют своих принцесс. — Пожаловалась Сансет, потирая ушибленный затылок.

— Правильно, так делают только настоящие друзья. А в отличии от дворцовых крыс, мы будем честны и верны тебе до конца. Именно за эти качества её величество ценит нашу семью. — Горделиво объявила Камилла.

— Прости, Сансет, но мы правда не шутим, у нас есть долг перед тобой и мы готовы отплатить его службой тебе в качестве твоих верных друзей, для нас это очень важно.

Принцесса добродушно засмеялась, может такая честность и прямолинейность Эпплов оскорбила бы большинство дворян, но их неприкрытая симпатия к ней напрочь перебивала любое недовольство со стороны высокомерной части Сансет.

— Да ладно вам, я не дура, чтобы отвергать предложение самых честных людей во всем королевстве.

— Отлично, просто представь, Эпплы и Шиммер против всего общества, девушки что куют свою собственную судьбу. — Камилла положила руку на плечо Сансет и прижала принцессу поближе к себе.

— Да, вместе наша упертость сломает любого и заставит всех признать нас. — Альбина присоединилась к сжатию Сансет с другой стороны.

— Я поняла, что вы уже слышали о моем "особом" статусе. А у вас какие проблемы с обществом?

— Мы не хотим выходить по договорному браку замуж. — Пояснила Камилла.

— И наше поведение на прошлом балу сделало нас персонами нон-гранта среди высшего света. Может в нас и не видят погибели королевства, но в списке неприглашенных на светские приемы мы будем стоять рядом. — Воодушевляюще добавила Альбина. — Ты бы видела, что мы задали этим благородным дамам и господам, прошла всего пара сотен лет, а они уже забыли, что их предки вышли из тех же амбаров и конюшен!

— Расскажите потом что за история?

— Обязательно. — Ответила Камилла.

— Эм, может отпустите меня. — Попросила придавленная Сансет, её щеки налились красным — последний раз подобное она чувствовала только в детстве и это не было самым приятным воспоминанием. И это ещё если не говорить, о том, что за прошедшие года сёстры Эпплов выросли во всех местах, превратившись в статных высоких женщин, что вызывало зависть и гнев у принцессы, она то привыкла к тому, что в капитуле её красоте не было равных, а тут ...

— Прости. — В унисон сказали сестры, после чего Альбина добавила от себя. — Кстати, я прихватила с собой письмо, держи, это от девушки в зеленой маске, она назвалась секретарём настоятеля Кантерлотского капитула ордена Подковы.

Сансет посмотрела на печать, она была настоящей, вскрыв конверт, принцесса разверну содержимое и прочитала про себя следующее:

"Её милости, принцессе Эквестрии, сквайру ордена Подковы, Сансет Шиммер.

Да не покинет Вас солнце, ваша милость. Ваши занятия начнутся сегодня в пол день, в стенах Кантерлотского капитула.

Настоятель Грим Ай."

— Как многословно. — Хмыкнула про себя Сансет. Теперь она обратилась к сёстрам. — Простите, мне нужно идти на занятия в капитул. Поговорим об остальном позже.

— Мы идём с тобой. — Заявила Камилла.

— Что? В капитул пускают только членов какого-либо ордена или по записи.

— Вообще-то перед тобой стоят почетные рыцари ордена Ели. — Горделиво заявила Камилла.

Глаза Сансет округлись от удивления. Смеясь, Альбина пояснила ситуацию.

— У нашего отца мастером над оружием служит старый рыцарь ордена Ели, он нас и натаскал в боевом искусстве и философии рыцарских орденов. Пол года назад мы сдали экзамен в городе-крепости Звенящей Ручей и стали почетными рыцарями.

— Неплохо, а?

— И сколько вы обучались? — Спросила Сансет, косясь на сестёр.

— Полные шесть лет, мы начали еще до твоего приезда в Яблочную Долину.

— Так что не думай, что мы хоть в чём-то тебе уступаем, принцесса. — Камилла определенно бросала вызов Сансет.

— Ырх, ещё скажите, что вы владеете магией. — В своей голове Сансет заскрипела зубами, ей явно не нравилось, что кто-то посмел быть лучше неё в столь многих вещах. — Ладно, пошли, нам осталось всего два часа.

Радостная Камилла переглянулась с сестрой и кивнула ей. Принцесса и её придворные дамы отправились в капитул.

* * *

Капитул ордена Подковы находился в Верхнем районе Кантерлота в некотором отдалении от королевского дворца. Он располагался в трёхэтажном квадратном палаццо с внутренним двориком. С внешней стороны его стены были отделаны белой штукатуркой на которой в некоторых местах был изображен жеребец или символ ордена — подкова на коричневом фоне. Очень скромное и минималистичное здание по сравнению с соседними строениями.

Этот капитул был уникален во всех смыслах. Он был единственным отделение какого-либо ордена в столице – исключением, которым королева удостоила рыцарей Подковы, желая отдать почести подвигу их соратников. Во время Штормовой войны, в 768 году отряд рыцарей Подковы из 58 всадников не дал напасть войскам Штормового Короля на прибрежный городок Рейввилль. В тот день все рыцари погибли до одного, но им все же удалось сдержать превосходящие силы противника и спасти жителей городка. В знак памяти в Рейввилле и в капитуле в Кантерлоте стоят памятные таблички с именами тех, кто без сомнений в сердце отдали свои жизни ради других.

Принцесса и сёстры успели на занятия вовремя, они сверились по большим солнечным часам во дворе капитула. Настоятель коротко поприветствовал девушек и согласился допустить до обучения ещё и Альбину с Камиллой. Выдав им расписание, он удалился по своим делам. Занятия на сегодня включали в себя мировую историю, которая была известна в королевстве, правовые обычаи различных частей Эквестрии, продвинутая ботаника вместе с медициной и практические занятия по фехтованию.

Кроме своего престижного положения, у столичного капитула была ещё одна особенность. Большую его часть занимал госпиталь и медицинская кафедра. Кантерлот находился в сердце королевства, в самой безопасной его части, здесь не требовалось постоянное присутствие рыцарей, поэтому столичный капитул сосредоточился на более мирной деятельности. Так что теорией Сансет и её спутницам пришлось заниматься вместе с выпускниками медицинской кафедры. Успешно справившись и с лекциями, и с практическими занятиями, даже с медициной и ботаникой, принцесса и сёстры Эпплов отправились на уроки по фехтованию во внутреннем дворе, где для этого была оборудована небольшая арена ...

— Давай Сансет! Это всё на что ты способна?! — Выкрикнула Камилла принцессе, провоцируя её.

— Лошадиное дерьмо. — Тихо выругалась Сансет, она сражалась в спарринге в полных латных доспехах с мечом и щитом и ей хватило всего пары ответов на провокации от Эппл, чтобы выбиться из сил.

Камилла сделала выпад. Она была вооружена длинным копьём и носила бригантинный доспех. Наконечник её копья скользнул по щиту принцессы, девушка тут же отступила удерживая на расстоянии Сансет.

Сёстры Эпплов были обучены другой тактике ведения боя нежели рыцари ордена Подковы. В Великом Лесу воинам и охотникам нужна выносливость, подвижность и хороший обзор, поэтому они выбирают более легкие и менее защищенные доспехи, компенсируя это оружием, позволяющим удерживать противника на расстоянии, или вовсе бьющего на больших дистанциях.

Сансет нужно было подойти ближе, чтобы нанести своим мечом удар, но был слишком велик шанс получить копьем в шею или колено, а это означало очко в пользу Камиллы. Оценив свои шансы и своё состояние, принцесса сняла шлем и громко произнесла:

— Сдаюсь!

Старый учитель по фехтованию кивнул.

— Хорош. На этом урок закончен, в следующий раз обсудим как должна была поступить принцесса, чтобы одолеть леди Камиллу. Отнесите доспехи в оружейную и можете идти.

Старик встал и ушел промочить горло, тем временем Сансет с недовольным видом начала снимать свои доспехи. Неожиданно на неё напрыгнули добрые семьдесят килограммов лишнего веса.

— Хей, Сансет, ты только не дуйся, у нас еще будет куча возможностей надереть друг другу задницы. — Весело объявила Камилла. — Хотя может в следующий раз ты выберешь Альбину в качестве своего соперника, а то она весь поединок просидела на скамейке.

— Ничего, пока вы тут бегали, я подготовила кое-что. — Альбина вышла к дуэлянткам. — Позвольте представить, Дубовая Ветка.

На вытянутых руках Альбины покоился композитный лук, но не простой, а настоящий инструмент охотника-лесника. Сансет завороженно рассматривало это чудо оружие о котором читала только в книгах. Каждая его часть была сделана из редких материалов и зачарована с помощью могущественной магии Великого Леса. Здесь можно было найти и кости могучих животных, и гибкую древесину из далёких областей рядом с Чернолесьем. Этот лук можно было свободно разобрать и собрать ибо скреплял его не клей, не сухожилия, но привязанная душа хищника. Сансет сняла латную рукавицу и положила подушечки пальцев на древесину лука. В её рту тут же появился привкус мяты.

— Его нам одолжил наш учитель, Эш Три, чтобы получить право на создание этого лука он участвовал в десятках охот. Если верить его рассказам, то с ним он выследил все что бегает, прыгает и ползает в Великом Лесу. — Рассказала Альбина с усмешкой на лице.

— Хэй, Альб, покажи ей, как это делают в нашем ордене. — Камилла ткнула локтем свою сестру, добавив. — Из нас двоих она лучший лучник.

— Ставь цель. — Альбина отошла в противоположную сторону двора и подготовилась к стрельбе, захватив со скамейки стрелу.

Камилла долго искала что же выставить в качестве цели и не придумала ничего лучше как поставить яблоко на пенёк, который использовали для рубки дров. Оттащив цель в конец двора, она побежала к Сансет. Вместе они отошли подальше.

— Дистанция всего метров 40, в принципе это яблоко может поразить и просто хороший лучник, но с этим луком, интересно что получится. — Подумала Сансет.

Альбина подняла лук, натянула тетиву и прицелилась. В жилках и трещинках по всей поверхности дерева и костей можно было заметить слабый, еле заметный зеленый свет. Стрела полетела быстро, почти по прямой, ведомая веянием магического ветра, она поразила яблоко, превратив плод в сладкие ошмётки.

— Видела? Какая мощь, а! — Воскликнула Камилла, собираясь сбегать за стрелой.

— Найди еще одно яблоко. — Ухмыляясь сказала Сансет. — У меня есть одна идея.

Когда новое яблоко ждало своего часа, а стрелу вытащили из земли, Альбина подготовилась к ещё одному выстрелу. В этот раз Сансет и Камилла стояли рядом. Когда лук был натянут, принцесса подошла ближе и начала читать вслух слова заклинания, тихо, еле уловимым шепотом. И оружие откликнулось, зеленый свет усилился, а радужка глаз Сансет засветилась, закончив она сказала:

— Стреляй.

И стрела полетела в цель, объятая зеленый пламенем, в этот раз наконечник не просто пробил яблоко, но полностью вошёл в каменную стену позади. Девушки подбежали к сделанной дырке и Камилла, полная восторга, воскликнула:

— Охренеть, он вошел полностью, как в масло. — Она с легкостью вытащила стрелу. — И даже не сломалась, Альб, ты видела когда-нибудь такое?

Вместо Альбины ответила Сансет.

— Я читала про такие луки, у них есть множество особенностей, это одна из них. В книге говорилось, что один залп сотен стел из них во время Чёрной Зимы прореживал целый отряд равнинников-всадников.

— За четыре года ты ничуть не изменилась, Сансет, всё такая же умная. -Камилла похвалила принцессу и положила руку на её плечи. — Научишь нас?

Сансет сбросила руку девушки, она устала от близких контактов в потных доспехах, но похвале принцесса всегда была рада.

— Конкретно чтобы сделать это, нужно уметь управлять магией или иметь магический кристалл под рукой. Я могу показать как это делается, но надеюсь это никогда вам не пригодится. Изначально эти луки делали, чтобы пробивать шкуры самых ужасных тварей Великого Леса, типа горгон и драконикусов.

— Ладно, давайте оттащим всё и вернёмся уже во дворец. Мне нужно написать отцу, что у нас всё хорошо и нас приняли во дворце. День промедления и мама с ума сойдёт от беспокойства. Лично я не хочу этого.

Альбина начала собирать вещи, вскоре к ней присоединились и остальные. Закончив с уборкой, девушки помылись и верхом отправились во дворец.

Сансет держалась чуть позади сестёр, надеясь что благодаря шляпе и значку её примут за просто сквайра, сопровождающего двух высокородных леди-рыцарей. К её несчастью, спокойной поездки так и не получилось. Почти у самых золотых ворот, звонкий девичий голос окликнул её:

— Принцесса Сансет! Принцесса, умоляю подождите!

Сансет не обращала на раздражающие крики никакого внимания. Сёстры Эппл обернулись к ней, но та сделала устрашающее лицо, намекнув что нужно просто игнорировать раздражитель, может ей надоест и она отстанет. Но незнакомая девушка не унималась, она уже подбежала к кобыле Сансет и обратилась прямо к ней.

— Прошу простить, ваша милость! Я корреспондент Эквестрийского Вестника, первой газеты королевства! Меня зовут Эшли Сокс и я хотела бы пригласить Вас на интервью в редакцию нашей газеты!

Сансет незаметно закатила глаза и тут же попыталась отделаться от своего преследователя.

— Добрый день. — Сансет натянула на лицо улыбку фальшивой доброжелательности. — Простите, мисс Сокс, но вы ошиблись, я простой сквайр, зовут Отом Блейз, меня приставили сопровождать миледи Камиллу и миледи Альбину. Прошу не мешайте выполнять мою работу, было приятно познакомиться.

— Ваша милость, не держите меня за дуру, я знаю что это вы. Так как на счёт интервью?

— Мисс, вам дали понять, что ваше присутствие нежелательно. — Альбина вежливо попыталась намекнуть репортёрше отвалить.

— Хорошо, тогда как на счёт Вас, миледи Альбина? Вы знакомы с принцессой и о Вас с вашей сестрой ходят разные нехорошие слухи, интервью могло бы их развеять. — Не унималась наглая и слишком много знающая Эшли.

— Откройте ворота, пожалуйста. — Девушки уже добрались до ворот и Камилла попросила стражника впустить их. Привратники кивнули и принялись открывать ворота, в этот момент Эшли обратилась к одному из них.

— Извините, господин, можете, пожалуйста, подтвердить, вон та девушка является принцессой Сансет?

Стражник посмотрел на замаскированную Шиммер и коротко ответил:

— Да. — Похоже маскировка всё же была неудачной.

— Принцесса, ну теперь вы обязаны мне ответить. Врать журналисту плохой тон.

В этот момент Сансет находилась в кровопролитной борьбе с желанием пригласить Эшли в запретную часть библиотеки, она как раз изучила с королевой любопытное заклинание по превращению человека в раба чужой воли.

— Я вынуждена скрывать свою личность на публике, а теперь прошу отойдите, если мне понадобиться дать вам интервью, то я сама приду к вам в редакцию.

Репортёрша попыталась ещё что-то возразить, но она не вовремя наткнулась на широкую грудь стражника, дальше для неё дорога была закрыта.

— А ты популярная Сансет. — Смеясь заметила Камилла, когда девушки отъехали на приличное расстояние. — Фанаты за полмили узнают.

Принцесса явно не разделила юмора.

— Ырх. Сколько лет назад начали выходить эти газеты, три года назад, четыре, а уже настоящее шило в жопе. Я второй день в столице и они уже знают как я выгляжу и где меня искать. Вот откуда они это узнали?

— Не знаю, никто даже не знает кто владеет Вестником, может это сама королева, тогда это многое объяснило бы. — Ответила Альбина.

— Эй, Сансет, а ты разве сама не читаешь газеты? Понимаю ты была считай что в заключении целых три года, но сейчас это очень популярный источник информации. В каждом крупном городе есть своя типография.

— Иногда приходится, чтобы быть в курсе последних событий, но мне никогда не хотелось самой попасть на страницы издания. У журналистов нет морали, профессионального кодекса, распишут обо всех твоих недостатках, а о достоинствах даже не упомянут. Хотя в принципе ниже мне некуда падать.

— Сансет, не будь старой бабкой, выше нос, сходи сама на интервью, расскажи про себя немного. Ты у всех на слуху, но никто даже понятия не имеет кто такая принцесса на самом деле. Вон мы с Альбиной видели тебя всего три раза за всю нашу жизнь и уже достаточно высокого мнения о красавице-умнице дочери королевы.

— Я согласна с Камиллой, звучит не так уж и плохо. Подумай, в газетах вполне могут и похвалить тебя. Возможно, играя стоит свеч. Сансет побеждёно вздохнула.

— Я подумаю над этим, в любом случае нужно будет хорошо подготовиться — у меня нет опыта участия в подобных вещах. Пойдёте со мной? — С надеждой принцесса обратилась к своим фрейлинам.

— Конечно.

— Определённо.

Сансет улыбнулась, приятно чувствовать чью-то поддержку за спиной.

* * *

Девушки провели весь день в капитуле и скоро во дворце должны были уже объявить ужин. Оставив коней в конюшне, они поспешили в свои комнаты, чтобы переодеться и успеть к принятию пищи. После ужина Сансет попрощалась со своими подругами и направилась в Лабиринт Памяти, продолжать своё обучение некромантии, вскоре Селестия присоединилась к ней и до самой ночи они провели в завале из книг.

Следующий день принцессы начался с утренних рутинных ритуалов гигиены и мытия головы, в такие моменты она страшно желала обрезать свои длинные волосы, чтобы с ними приходилось меньше мучаться, но сейчас путь к цирюльнику ей был заказан — через несколько часов начнутся её занятия по дворцовому этикет. Хоть сама Сансет ещё не встречала своего нового учителя, но она уже примерно представляла его стандарты и заранее решила предстать в, как минимум, приличном виде. Для этого она собралась надеть одно из красивых платьев, которые Селестия ей заказала ещё до её возвращения в Кантерлот, размеры были переданы в личном письме.

Но перед тем как Сансет успела сделать следующий шаг, в дверь постучались. Открыв её, принцесса увидела на пороге своих придворных дам в достаточно удобных платьях, годных как для светских раутов, так и прогулке по городу, с символикой яблок и в традиционных цветах Эпплов: зеленом, красном, жёлтом и коричневом. Кто-то даже сказал бы что они выглядят по-деревенски.

— Доброе утро, принцесса, мы пришли исполнить свои обязанности придворных дам. — Провозгласила Альбина, делая реверанс, улыбающаяся Камилла последовала примеру сестры.

— Вообще-то вы не нанимались моими служанками, но раз пришли, заходите. Кстати, женская одежда вам идёт. — Улыбаясь ответила Сансет, уходя вглубь своей комнаты. — Мне не нужна ваша помощь, можете подождать пока я оденусь и мы вместе пойдём на занятие.

— Ну ты хоть позволь помочь тебе. — Сказала Камилла, машинально снимая мешающийся шарф с шеи принцессы, увидев шрам она замерла, раньше ни ей, ни Альбине не приходилось видеть эти отметины от смертельных ран на теле Сансет. — Прости.

— Ничего, раз вы так настаиваете, давайте помогайте.

Преодолев небольшое смущение, Эпплы всё же исполнили своё обещанное намерение. Вскоре Сансет стояла полностью одетая в скромное, но яркое красно-жёлтое платье с юбкой ниже колен и короткими рукавами. Искусно нарезанные ленточки ткани, развешанные в некоторых местах, казались переменчивыми языками пламени, такой фасон нравился принцессе, он делал её особенной.

— Какой мягкий ковёр. — Заметила Камилла, пробегаясь по синим ворсинкам ногами в белых носочках.

— Пойдёмте, нам осталось всего пол часа, лучше на месте подождём. — Заявила Сансет, смотря на циферблат своих часов.

И так девушки покинули покои принцессы, заперев за собой дверь на замок. По пути им встречалась прислуга и прочие обитатели дворца, идущие по своим делам, те только-только привыкли видеть девушек в необычных для дочерей дворянских фамилий мужских одеждах, как тут они разоделись в красивые платья, накрасились и заплели волосы подобно настоящим леди! С каждого удивлённого взгляда встреченного по пути принцесса и её спутницы покатывались с хохоту, иронизируя над собой и окружающими — заводилой в таких ситуациях как обычно была Камилла.

Через минут двадцать принцесса и её придворные дамы пришли в королевский сад, самую молодую часть дворца, построенную специально для Сансет. Здесь в окружении каменной галереи ютился уголок живой природы, выращенный по всем правилам садоводства. За живой изгородью между мягкой травой петляли каменные дорожки, а с лавочек под лиственными деревьями можно было любоваться на цветочные кусты. Как раз на одном таком милом сочетании железа и дерева Сансет заметила девочку в нарядном розовом платье и большой шляпке, она читала какую-то книгу.

— Похоже это наш учитель. — Шепотом заметила Альбина, указывая на девочку.

— Ты уверена, с виду она совсем ребёнок? — Засомневалась Сансет. — Да и место странное, проводить занятия в саду.

— Да ладно тебе, Сансет. Ты как никто другой должна знать, что книгу не судят по обложке. — Заметила Камилла, подталкивая принцессу вперёд. — Давай иди, мы будем прямо за тобой.

Девочка на скамейке краем глаза заметила приближение трёх ярких силуэтов. Она закрыла книгу и положила её рядом, а сама спрыгнула на мягкую траву. Поправив руками подолы воздушного платья, девочка подошла ближе к принцессе и сделала реверанс.

— Ваша милость, миледи Альбина, миледи Камилла. Для меня великая радость познакомиться с вами. Меня зовут Айвори Уайтбоун. Милостью её сиятельства, мне даровали право обучать вас этикету, танцам, живописи, музицированию и прочим достойным занятиям для благородной дамы. — У Айвори был нежный, совсем не детский голос.

— Рада нашему знакомству. — Сансет также сделала реверанс. Её бирюзовые глаза использовали любую возможность, чтобы рассмотреть необычную девушку. Айвори была всего полтора метра ростом и имела тонкое, худое тельце, рукава её платья доходило до кистей, скрытыми мягкими шелковыми перчатками, юбка же доходила до пола, широкая шляпа скрывала пучок заплетённых волос, а глаза прятались за черными, непроницаемыми стёклами очков. Лицо девушки было напудрено и выглядело будто мрамор.

— Мы также рады. — Сказала Альбина за себя и сестру, они обе также сделали реверанс.

— Миледи, я остановилась в саду, чтобы полюбоваться его красотой и немного почитать, но наши занятия лучше проводить в закрытом помещении. Её величество предложила подходящее место, я вас провожу.

— Хорошо. — Коротко ответила Сансет, она внимательно наблюдала за Айвори, отошедшей к лавке за книгой, что-то в ней не нравилось принцессе.

Вскоре девушки покинули сад и добрались до комнаты, которую упомянула Айвори. Это была столовая, которую используют только во время зимы, здесь располагался ряд каминов и несколько широких окон, выходящих в дворцовые коридоры. Сейчас же помещение было готово для занятий — длинный стол подвинули к стене, освободив большое пространство в центре, также для целей обучения была повешена доска и поставлены несколько стульев со столом перед ней. По всему свободному пространству равномерно были разложены различные учебные принадлежности на вроде нотных тетрадей, мольбертов, баночек с красками, учебников и несколько музыкальных инструментов.

— Прошу присаживайтесь, я прочту для вас вводную лекцию и мы немного потренируемся в исполнении пройденного материала. — Произнесла Айвори, подходя к доске, из стопки книг она взяла свою тетрадь, представляющую кучу хрустящих страниц, сшитых нитками, и бегло осмотрела план урока.

Альбина и Камилла воспользовались предложением, но Сансет не спешила садиться. Она только что поняла что её так смущало в девушке, при более близком рассмотрении принцесса заметила, что не пудра делала кожу Айвори подобно мрамору, она была такой сама по себе! Добавив ещё наряд, закрывающий девушку от прямых лучей солнца, и Сансет уже инстинктивно хотела побежать за колом и чесноком, так бы она и сделала бы, не знай что истории о вампирах всего лишь крестьянские домыслы, основанные на столетиях демонизации племени ночи. Вместо этого объяснения, принцесса придумала новое.

— Уайтбоун, Уайтбоун. — Медленно произнесла Сансет, расхаживая по комнате. — Я всё не могла вспомнить где слышала эту фамилию. И тут, точно, это имя древнего рода магократов. Ты Порченая Кровь, не так ли?

Альбина и Камилла внимательно наблюдали за развитием событий.

— Да, вы правы, ваша милость. Я действительно происхожу из этой семьи, но мои предки давно растеряли все титулы и теперь мы простые горожане, люди из толпы. Простите, я думала, что мне не стоит упоминать о таких пустяках.

— Я бы не сказала, что это пустяк. Даже я, будучи принцессой, являюсь изгоем среди дворян, даже без пророчества. И мне интересно, каковой была ваша жизнь, как вы смогли подняться с низов до того, что сама королева пригласила вас преподавать принцессе Эквестрии.

— Простите, ваша милость, её величество не рассказывала в письме о своих мотивах, а я не могу спрашивать о подобном. На счёт моей жизни, она ничем не отличалась от жизни других детей моего положения. Если вам угодно знать, я родом из Троттингема, из семьи торговца, в ранние годы отец упросил нашего барона отправить меня вместе с его дочерью в Северскую школу благородных дам. Я закончила её с отличием и была квалифицирована как преподаватель предметов, которым я имею честь обучать вас. По вашему желанию, могу предоставить свой диплом. Приглашение от её величества я получила внезапно, раньше мне не выпадало чести видеть её сиятельство или людей, знакомых с ней. К сожалению, больше мне нечего рассказывать.

Сансет нахмурилась.

— Простите, не могли бы вы снять ваши очки.

— Как ваша милость пожелает. — Айвори сняла очки, радужка глаз девушки была прозрачной, а цвет ей придавали просвечивающие сосуды, в результате казалось будто они и вправду красные, как вишня.

— Надеюсь, вы не будете против если я ... — Сансет аккуратно сняла шляпку с головы девушки, чтобы убедиться ... да, у неё были белые волосы. — Я так и знала, вы альбинос, не самое худшее заболевание которое вы могли унаследовать от предков. И как вам жилось, так сильно выделяясь из толпы?

— Ваша милость, я не сталкивалась с притеснениями и скрываю свою внешность только из-за своей болезни — у меня светобоязнь, слабое зрение и прямые солнечные лучи опасны для моей кожи. А теперь, если у вас больше нет вопросов, я бы хотела начать урок.

— Простите. — Сансет села на своё место, добавив про себя. — Даже не думай, что я успокоюсь на этом.

Дальнейший урок прошёл без происшествий. Айвори коротко рассказала об особенностях традиций гостеприимства в разных частях королевства, основное внимание было сосредоточенно на жителях Великого Леса и Бесконечных Топей. Так Сансет узнала, что перед посещением дома лесника, нужно принести небольшое подношение духам, охраняющих жилище, на специальном алтаре. Или то, что лучшим подарком для болотников является набор лечебных трав, особенно ценны молодые листья меч дерева, помогающие от лихорадки.

После шло изучение правил поведения в тех или иных социальных кругах. Сансет и сёстры Эпплов узнали какой вилкой следует есть салат за столом на Янтарных Равнинах и как правильно нужно поклониться князю Великого Леса, чтобы выказать подобающее уважение. А потом даже попробовали повторить, положив на пол коврик, чтобы не запачкать подолы платьев при исполнении особо вычурного поклона.

Дальше Айвори учила девушек азам музыкальной грамоты и рисования. И тут Сансет, наверное, в первый раз в жизни почувствовала каково это быть самым отстающим в классе. В отличии от неё, Камилла показала мастерство и недюжий талант в живописи, а Альбина лихо заиграла на скрипке.

— Да ладно, а на скрипке ты где научилась играть? — Не выдержав спросила Сансет.

— В Понивилле, местная семья Эпплов раз в несколько лет приглашает всех своих дальних родственников на праздник и мы с Камиллой частенько его посещаем. Вот в прошлом году были, тогда отмечали рождение младшей дочери Брайт Мака и Пеа Баттер, девочку назвали Эппл Блум. В честь этого устроили соревнования и мы с Камиллой победили в трёх из пяти, пусть мы и дворяне, но Эпплы из Яблочной Долины ничуть не хуже других Эпплов. — С явной гордостью заявила Альбина.

— Хэй, Альб, давай покажем им как танцуют настоящие Эпплы.

Альбина захихикала и приставила скрипку к плечу. Смычок забегал по струнам, исторгая веселую песню, под её звуки Камилла подняла подолы платья и заскакала по полу. Словно вихрь девушка крутилась, отчеканивая каблуками сапог отдельную мелодию, дополняющую скрипку. Камилла танцевала с таким энтузиазмом и радостью, что даже Сансет невольно улыбнулась.

Когда сёстры закончили, Айвори и Сансет похлопали отличному представлению. Маленькая девушка даже вдохновилась, заключив что принцессе нужно знать и такое народное творчество, она попросила научить её играть эту мелодию на скрипке, на это ушло всего-то минут десять и вскоре на полу танцевала уже две пары сапог, подхватив друг друга за локти сестры отбивали ритм от которого у людей на нижнем этаже, наверное, уже началась головная боль.

— А ведь совсем неплохо, — заключила принцесса, наблюдая за происходящим, положив подбородок на спинку стула.

* * *

После занятий с Айвори и Эпплами, Сансет отправилась как обычно в библиотеку, Селестия уже ждала её. Принцесса и королева заключили соглашение по которому они обе будут собираться в запретной части каждый вечер пока Шиммер не уталит своё любопытство. Не повезло тем людям, чьи встречи с её величеством пришлось отложить ради этого на неопределённый срок.

Во время изучения очередного тёмного заклятия, Сансет, как бы случайно заговорила о своих занятиях и о сёстрах Эпплов, что обычно она не делала, ведь это Селестия была инициатором подобных разговоров. Королева, как любящая мать, даже и не заметила подвоха, радостно слушая подробности жизни её дочери. И в какой-момент, принцесса упомянула своего нового учителя.

— ... Кстати, она говорила, что родом из Троттингема. Как же так получилось, что ты пригласила именно её, девушку с окраины королевства, с одинокого острова на севере-востоке королевства, да ещё из семьи магократов.

— Точно, я совсем забыла тебе рассказать. — Улыбаясь ответила на обвинения Селестия, даже на йоту не потеряв уверенности в голосе. — Помнишь, когда ты была маленькой, мы обсуждали, что у каждого есть особый талант и я сказала, что главная моя цель помочь каждому найти его?

— Ну да, хотя не каждому он может понравиться. Хм, знаешь, я тут вспомнила, мне в капитуле один рекрут рассказал, что талант его друга — работать ассенизатором, да так у него хорошо получается что нет человека лучшего для отчистки выгребных ям. Какие странные законы у вселенной, что кому-то на роду написано быть говновозом.

Селестия слишком долго жила на свете и слишком много видела странных талантов, что не смогла не засмеяться. Успокоившись, она спросила:

— И что ты этим хотела сказать?

— Просто разрядить обстановку. Ну а еще я думаю, что не стоит зацикливаться на этих "талантах". Вселенная как-то не берёт в расчёт сколько нам нужно фермеров или пекарей и раскидывает таланты как ей захочется. Всё равно человек будет заниматься тем, что выгодно или к чему он привык, максимум оставив свой "талант" в качестве хобби.

— Это правда, но благо таланты имеют свойство наследоваться и не у всех талант настолько уж специфичен — ты как пример. Таким людям мы можем помочь найти свой талант и реализовать его с наибольшей пользой для общества.

— Ага, поэтому когда заканчивается огниво все просят помощи у меня. — Тихо пожаловалась Сансет.

Селестия прекрасно услышала слова дочери и вновь засмеялась.

— Ты и не представляешь сколько раз в молодости меня упрашивали вылечить чью-то болезнь или увеличить солнечный день ещё на часик другой.

— А может уменьшить, я бы не отказалась поспать подольше. — Улыбаясь, Сансет сладко потянулась. — Ну ты знаешь, вечная ночь и всё-такое.

— Так, Сансет, ты ещё хочешь узнать почему именно Айвори тебе преподаёт.

— Да, конечно, просто я вдруг поняла, что скучала по таким нашим разговорам. — Принцесса положила ладонь на руку королевы.

— Я тоже, надо почаще убегать от королевских обязанностей. — Селестия улыбалась, но кое-что заставило её вновь стать серьёзней. — Так, хватит отвлекаться. Кхм, я стараюсь как могу помогать людям найти свои таланты и место в этом мире. А после знакомства с твоими родителями, наследники семей магократов, так называемая Порченная Кровь, привлекли моё особое внимание. Большинству из них достались не только генетические заболевания, но и статус изгоя, не позволяющий надеется на повышение их социального статуса. Я смогла выследить те семьи, что ещё не полностью зачахли и смогли устроиться в жизни, некоторые из них даже имели хороший достаток. Их судьба давно свершилась и я не должна была вмешиваться, но в докладах мне сообщили о нескольких одарённых детях. Я помогла им, вмешалась в их жизнь и теперь они занимают места, достойные их талантов. Ты не встречала, но во дворце есть небольшая группа этих детей, в основном они работают в канцелярии. Что же на счёт Айвори, скажем так, в определенный момент её жизни, я пришла ей на помощь и когда от меня ей пришло приглашение стать твоим учителем, она с радостью согласилась. Она всего на четыре года старше тебя и я подумала, что у вас получится подружиться. Приглядись к ней, Сансет, это тебе мой материнский совет.

— Хм, а что думает Совет Тысячи о твоих действиях?

— Если они что-то и знают, то ничего не озвучивают.

— А как на счёт твоих шпионов?

— Сансет, я не пользуюсь такими вещами. — Укоризненно произнесла Селестия.

— Ладно, а что на счёт слухов? — Принцесса закатила глаза.

Селестия подмигнула дочери.

— Говорят, что определенный круг лиц знает об этом, но пока что они только выжидают.

— А что ты сама думаешь?

— Время покажет, пока всё спокойно, я тоже займу выжидательную позицию.

— Понятно. — Коротко ответила Сансет, погрузившись в свои мысли.

— Кстати, я могу попросить одного такого наследника представиться тебе, он расскажет более подробного об их небольшом круге. Может он согласиться встретиться даже сегодня.

— Думаю, это не будет лишним.

— Чудесно. И Сансет, я буду ждать от тебя всех подробностей о твоих отношений с девочками. Ты только подумай, у тебя наконец-то появились друзья, ты моя умничка! — Селестия внезапно схватила свою дочь и безжалостно заключила в объятия.

— Странно, мне даже не хочется освобождаться. — Сдалась Сансет в своей голове под натиском материнской любви и обняла Селестию в ответ.

* * *

Этим же днём вечером, после занятий в библиотеки Сансет пошла на назначенную ей встречу. Местом был назначен балкон на самом верху одной из башен. В выборе между мучительным подъемом и тратой значительного запаса магии для телепортации, Сансет остановилась на последнем. В огненном зареве, принцесса появилась в центре балкона, у перилла её уже ожидали.

— Добрый вечер, ваша милость, похоже вы любите эффектно появляться. — Низким голосом произнёс молодой человек в дорогом чёрно-золотом костюме, у него были волосы цвета вороного крыла и чисто выбритое лицо, шею закрывал высокий воротник.

— Нет, я просто не люблю лестницы. — Сансет оперлась на периллы. Отсюда открывался чудесный вид на Кантерлот и раскинувшиеся внизу равнины, залитые светом заходящего солнца.

— Знаете, а я люблю медленный подъем, это даёт время на размышления.

— Может представимся?

— Конечно, Блэк Фог, третий помощник господина канцлера, к вашим услугам. — Молодой человек приложил руку к груди и сделал поклон.

— Сансет Шиммер, принцесса Эквестрии и сквайр ордена Подковы. — Принцесса совершила рыцарское приветствие.

— А теперь, обсудим то зачем я вас пригласил?

— Я вся во внимании.

— Как я понял, её величество уже рассказала вам, что не вы одна получили защиту её сиятельства. Думаю, не стоит вам объяснять, какая опасность для нас всех таится за пределами стен дворца. И даже здесь мы не можем быть уверены, что с нами ничего не случится, поэтому для общей безопасности, мы заключили союз взаимопомощи. При первой возможности мы приходим на выручку друг другу, поодиночке мы слабы и нас легко победить. Надеюсь, вы понимаете в каком положении сейчас находится Порченная Кровь.

— Могу себе представить. — Сансет машинально поправила свой шарф.

— Хорошо. Вы не обязаны входить в наш тесный круг прямо сейчас, но я бы хотел, чтобы вы просто рассмотрели эту возможность. Если желаете, у нас возникают иногда "проблемы" с которыми вы могли помочь на добровольных основах, заодно познакомитесь со своими братьями и сёстрами по несчастью.

— И вы доверитесь мне, все же мои придворные дамы из нового дворянства?

— Мы не считаем леди Альбину и леди Камиллу нашими врагами. И среди вашего близкого круга недавно появилась Айвори Уайтбоун, а значит вы не отвернулись от нас в отвращении, сами знаете, в отличии от вас у нас есть некоторые "уродства". Хотя при этом признаюсь, в чём-то вы правы — мы ничего не знаем о вас, а значит нам нужно также приглядеться к вам. Надеюсь, вы не будете против этого.

— Нет, только чтобы я не видела вас, не люблю шпионов.

— Как скажите, ваша милость. Так вы согласны?

— Пока что да.

— Рад вашему сотрудничеству. — Блэк поклонился. — Могу я попросить вас об ещё одном одолжении — прошу не рассказывайте никому о наших встречах и работе с Порченной Кровью, от этого зависит наша безопасность.

— Клянусь рыцарской честью.

— Благодарю, ваша мудрость опровергает все ложные слухи гуляющие вокруг вас. Буду ждать возможности с вами поработать, спокойного сна, ваша милость. — Блэк поклонился и, дождавшись кивка Сансет, он удалился с балкона.

Принцесса же осталась смотреть на закат солнца.

— Интересно, что будет дальше.

## Филлер номер раз.

Сансет расхаживала меж полок Лабиринта Памяти, погрузившись в свои мысли. Недавно в перерывах между учёбой Селестия начала брать её с собой на различные важные государственные мероприятия, будь то балл, заседание Совета Тысячи или же собрание королевских советников. Там Сансет набралась важного для неё опыта и поняла очень важные вещи.

Во-первых, благодаря урокам Айвори и матери принцесса смогла правильно соблюсти ритуалы этикета в высшем обществе, но это оказалось абсолютно напрасно. Сансет быстро поняла, что находится в окружении врагов, пираний готовых сожрать её при первой возможности. А опыта поведения в подобных ситуациях у неё совсем не было. В светских разговорах она обычно молчала, ибо единственной её страстью была магия, а дворяне больше предпочитали обсуждать экономику, свои бизнесы, семьи, охоту и прочие развлечения. Когда же какая-то дама или господин скрыто и изящно оскорбляли Сансет, та отвечала в лоб, выбирая самые болезненные места противника. Конечно, от неё отставали, в злословье мало кто мог обойти её, но такие грубые ответы только укрепили её статус изгоя и врага номер один. В итоге принцесса с харизмой и обаянием уровня жабы с болота (мое болото — не лести в него) закончила в окружении своих придворных дам, таких же изгоев. После этого поражения Сансет разочаровалась в своих способностях вести разговоры с людьми и попросила королеву больше не брать её на баллы. Шиммер даже решила высказать всё Айвори и прекратить её бесполезные занятия, но маленькая девушка не приняла никаких отговорок, заявив что той нужно просто заниматься усердней.

Во-вторых, в делах государственных Сансет почувствовала себя намного уютней. На заседаниях королевских советников она в основном была слушателем, но когда её из уважение к её сиятельству спрашивали о чём-то, принцесса всегда давала вдумчивый и полный комментарий. Высшие чины королевского бюрократического аппарата оценили прозорливость Сансет и даже проявили к ней некую симпатию, похвалив её таланты. И этого оказалось достаточно, чтобы Шиммер выбрала путь чиновника, пока что полностью отказавшись от балов, дипломатических встреч, общественных мероприятий и прочей чепухи. Но теперь перед Сансет встал вопрос — какое именно место занять в разветвленной системе власти? Именно над этим она и думала, гуляя по Лабиринту Памяти.

— Думай Сансет, думай! Ты же не просто так изучала в капитуле право три года! ... Так, надо успокоиться и начать сначала. На Янтарных Равнинах хорошо развиты право и бюрократическая система, здесь много вариантов. Фактически власть в королевстве полностью принадлежит королеве, но она делегирует некоторые свои полномочия множеству органов. Сначала идут королевские советники и их собрания — высший законно-совещательный орган, потом идёт королевская канцелярия — исполнительная ветвь власти, и королевский суд — вершина судебной власти. Так, королевство поделено на конечное количество областей согласно старой системе титулов. Каждый субъект имеет определенный уровень автономии, но их система управления повторяет королевскую, а значит можно попасть и туда, в местную канцелярию, к примеру. Субъекты имеют право писать законы и собирать налоги самостоятельно, избегая противоречий с королевским сводом законов и выполняя свои обязательства перед Кантерлотом, у них есть реальная власть. Плюс все должности в субъектах номинально выборные, от деревенских старост до мэров городов, кроме правителей провинций ими являются носители определённых дворянских титулов. И тут начинаются проблемы, во-первых, местные не факт, что захотят меня избирать или просто брать на должность, во-вторых, мне никак не удастся достичь вершины в такой системе, дворяне не позволят. Пф, а я не буду остаток жизни работать на какой-нибудь протухлой должности. Местные органы власти отпадают.

Сансет вышла из библиотеки и зашла в секцию, отведенную скульптурам. Среди каменных изваяний встречались различные исторические фигуры, королева в разные её периоды жизни, враги королевства, на вроде королевы улья и уродливого драконикуса или же ужасные неразумные монстры, к примеру гидра с Ромашковой поляны.

— Карьера в городах с особым статусом, тоже отпадают, либо они очень эгалитарны и их чиновники трудятся только ради благосостояния своего региона, либо их элиты ни за что не пропустят меня. А периферия, типа Прерией Бизонов или Бесконечных Топей, сама отпадает, слишком мало власти.

Ладно, дальше идёт королевская канцелярия. В ней много отделений и широкий выбор должностей, как никак большая её часть находится не во дворце. Но там в лучшем случае я буду влиять только на Кантерлот и остальные земли из королевского домена. Если только мне не удастся залезть на самый верх, чтобы определять жизнь уже всего королевства согласно видению мамы. Все равно это слишком долгий путь, да и в экономике я много не понимаю.

Альтернативой исполнительной власти идёт судебная. Благодаря своему правовому образованию в ордене, я могу попробовать стать помощником королевского судьи и получить доступ к реальной власти и делам со всего королевства. Но тогда скорее всего мне придется иметь дело с Советом Тысячи. — С омерзением заключила Сансет.

Ох, ну почему, мама, ты не распустила их!? — Пожаловать про себя Сансет, заходя в секцию с залами заполненными портретами и картинами. — Ладно, нужно успокоиться и суммировать всю информацию, я должна стремиться к объективным выводам. Кхм, во времена конца Черной Зимы магократы имели почти полную власть и автономию на своих землях, но после их падения многое изменилось, сейчас дворянский титул означает всего лишь набор слов. Реальную же власть дворяне имеют благодаря своему богатству, оно даёт им влияние и возможность менять даже мамину политику. С одной стороны они определенно лучше, чем магократы, с другой, здоровенные семьи дворян зачастую держат в своих руках богатства целых провинций. Конечно, их сдерживает авторитет королевы, но что случится если они пойдут против нас, сможем ли мы вообще выстоять? С другой стороны мама не видит в них прямых противников, дворянские семьи получили свое состояние честным путём, долгой работой и занятием торговли на протяжении столетий. По сути они даже не дворяне, а кланы склочных торговцев или лучше, враждующие гильдии. Вон у Альбины с Камиллой куча благородных родственников вне Яблочной Долины и у всех есть какое-то дело. Слава солнцу, большинство дворян являются соперниками друг другу и не способны объединиться для захвата всего и вся, Совет Тысячи тому подтверждение...

Мда, Совет Тысячи, одно из наследий магократов, когда-то на нём собирались их семья для урегулирования конфликтов между ними же, от частных войн до оскорбление чей-то чести. А сейчас это инструмент с помощью которого нынешние дворяне поддерживают своё положение. Согласно традиционным законом у заседающих там есть право оспаривать решения королевы, а значит и королевского суда, что приводит к конфликтам и заставляет маму искать компромиссы, всё ради сохранения мира и стабильного процветания. Ха, кто бы мог подумать, что единственным способом победить богиню-королеву — это бюрократия! Королю-чародею нужно было не делать армии рабов, а просто подать на маму в суд, магократы поддержали бы его! — Сансет усмехнулась сама себе, заворачивая в секцию хранилища с древними экспонатами, привезенных со всех концов света.

— Куда-то не туда меня занесло. Конечно, Совет Тысячи не един и больше служит как место для собрания дворян и их деления на фракции, но изредка они правда объединяются, чтобы оспорить королевскую волю. И мне как будущей судье, придется иметь с этим делом. Бэ, какая гадость. А фракций там правда много, хоть все и признают королеву как своего полноправного сюзерена, но только 'лоялисты' истинно верны маме, для остальных своя шкура ближе к телу.

Проходя мимо очередного экспоната, Сансет заметила гобелен с изображением процесса охоты в Великом Лесу.

— Точно, я же могу стать судьей у лесников! Хоть их право строго традиционно и основывается на прецедентах, в отличие от равнинного, но зато мастеров закона там уважают, а я ведь ещё владею магией и знаю пантеоны их духов, меня же могут сделать шаманкой! Там никого не будет волновать мой статус Порченной Крови. И тогда у меня будут все шансы быть избранной следующей княжной ... Хотя, они лучше остальных знают пророчества Шишки, все-таки она была лесником, и тогда я рискую повторить судьбу Найтмер Мун, нет-нет-нет, не годится.

Погруженная в свои размышления с головой, Сансет и не заметила как вновь вошла в почти пустую библиотеку, где в поисках чего-то расхаживала одинокая Альбина, Эплл сразу заметила принцессу и окликнула её:

— Привет, Сансет!

Шиммер вырвали из чертогов разума и она была вынуждена ответить, натянув на лицо маску дружелюбия.

— Привет, Альбина, как дела, что делаешь в библиотеке?

— Собираю учебнике по праву. Понимаешь, то чему нас с Камиллой учили в ордене Ели совсем не помогает на занятиях в капитуле и я боюсь, что скоро наших знаний от домашнего обучения станет не хватать и мы не сможем больше с тобой учиться.

— Если вам нужна помощь, я могу позаниматься с вами.

— Правда?

— Конечно, мы же теперь подруги и должны помогать друг другу или типа того. — С наигранным пренебрежением сказала Сансет.

Альбина хитро улыбнулась.

— Ты права, должны. Мы будем очень признательны за твою помощь. — Девушка кивнула головой. — Кстати, Сансет, а ты сама с какой целью сюда наведалась?

— Я размышляю какой путь государственного служащего мне выбрать. У разных карьер есть свои плюсы и минусы, вот я и взвешиваю их.

— Карьер? Разве ты планируешь стать клерком? — Искренне удивилась Альбина. — Не пойми не правильно, конечно, в нашей семье тоже перед передачей права владения землёй от одного Эппла к другому, отец должен удостовериться в том, что его сын готов к этому и хорошо знает как ведётся хозяйство на всех уровнях. Но, Сансет, ради этого мы не устраиваемся работать сборщиками яблок. Ты уверена в своём выборе. Может тебе нужно просто попросить её величество устроить тебя на какую-нибудь высокую должность, тебе подошла бы роль советника.

— И ты правда считаешь, что она так может сделать? – В полу издевательском тоне спросила Сансет.

— Разве нет? Её сиятельство наша любящая королева и многие считают её всемогущей богиней. У неё огромный авторитет и она пользуется всеобщей любовью.

— Так то оно так, но если ты думаешь, что она воспользуется своей властью ради моего продвижения, то ты сильно ошибаешься. Видишь ли, её величество выстраивала существующие порядки медленно и методично целыми веками. Чтобы поддерживать всеобщую любовь, ей не раз приходилось идти на жертвы и ухищрения. В разные эпохи её любили и ненавидели по самым разнообразным причинам. К примеру, после Черной Зимы в ней видели последнюю надежду на спасение, на жизнь, её называли Дейбрейкер или Разжигательницей Рассвета, первого за столь долгое время. Но её величество была слишком опустошена трагедией, чтобы помочь своим поданным, которые так нуждались в ней. В итоге магократы захватили власть и равнинники отвернулись от Селестии, они посчитали что их бросили. Её величество очень долго восстанавливала всеобщее доверие к себе, постепенно подводя к свержению магократов. Если хочешь больше узнать об этом, почитай цикл 'Другая Селестия' историка Джованни Джорджо или просто Джорджио.

— Мне кажется, я слышала это имя. Вроде мне говорили, что это какой-то еретик.

— Ну да, а как ещё назвать человека который говорит, что твоя богиня человек со своими неудачами и победами. На него даже совершали покушения, но её величество взяла пожилого историка под защиту и разрешила печатать его книгу. А знаешь почему?

— Её сиятельство бесконечно мудра и милосердна?

— Не, книга получилась хорошая, а автор не был радикалом и так же как остальные восхищался королевой, только по другой причине — он как и я считает её величество лучшим правителем за всю историю планеты и не видит другого лидера для Эквестрии. А, ну ещё она не хотела злоупотреблять цензурой.

— Знаешь, Сансет, я согласна с Камиллой, ты правда очень умная. — Улыбаясь сказала Альбина. — Может тебе все же стать королевским советником?

— Нет, много знать и быть умной это разные вещи. И у меня нет ни опыта, ни знаний необходимых для этой должности.

— А магия?

— Пф, ха! Быть советником по магии при Селестии, бесполезней только воду в ладонях носить! — С насмешкой заявила Сансет, где-то в своем доме загрустил уважаемый профессор университета магии и советник по магии при королеве.

— Тогда может станешь судьей, это же одна из специализаций рыцарей ордена Подковы? Я вроде даже слышала, что некоторые рыцари уходят из ордена чтобы пойти работать в области применения права.

— Да, но сквайры только изучают основы, а для рыцарей это выборная специализация. Я, конечно, выбрала её, но наши занятия только начались. Не могу же я идти к судье и просить взять меня в свои помощницы только потому что я КОГДА-НИБУДЬ сдам экзамен в капитуле.

— Сансет, ты принцесса и очень способная девушка, будь я на месте судьи, взяла бы без особых вопросов. Может ты хоть попытаешься?

— Я ... ах, да почему бы и нет, если не получится всегда есть королевская канцелярия. — Сдалась Сансет, махнув рукой. — Ладно, раз с этим закончили, тебе помочь найти учебники?

— Можешь? А то я немного заблудилась, если честно. — Альбина виновата улыбнулась.

— Первые десять раз со всеми так бывает. Я ещё найду тебе 'Другую Селестию', правда почитай на досуге, того стоит.

И так Сансет и Альбина отправились на поиски нужных им книг по запутанным коридорам Лабиринта Памяти.

## Филлер номер два.

Прошло несколько дней с тех пор как Сансет определилась с местом работы. В качестве своего возможного нанимателя она выбрал, свободную на данный момент от помощников, Ред Пирл, судью Королевского Суда, имеющую репутацию настоящего профессионала, рискованного и не боящегося гнева ни со стороны защиты, ни со стороны обвинения, пусть даже на одной из них стоит сама королева, решение все равно должно быть справедливым согласно закону. Сансет нравился такой подход и она написала мисс Ред письмо с предложением встретиться и обсудить возможность своего трудоустройства. В ответе судья согласилась и выбрала местом милую булочную в Верхнем Городе.

Сильно заранее назначенного времени принцесса оделась в подобающий её статусу наряд и вышла в одиночестве за дворцовые ворота, скрыв своё огненное платье за зеленым плащом, а волосы за капюшоном. В городе никто не обратил на неё особого внимания — мало ли какая молодая дворянка ушмыгнула из дома родителей, чтобы хотя бы одним глазком взглянуть на мир за золотой клеткой.

Только что это такое, ваш Верхний Город? Кантерлот де-юре единый, формально был разделен на Верхний и Нижний город. Чем ближе ко дворцу и выше по склону, тем более богатые и важные жильцы занимали дома. Получалось так, что сверху жили аристократы, крупные чиновники и богачи, окруженные увеселительными заведениями ориентирующихся на них, а в самом низу находились рабочие и слуги, здесь располагались мастерские, кузни и прочие необходимые для жизни города предприятия. Санест знала со слов матери, что в таком разделении нет ничего плохого, жилища высшего класса и низшего отличались только площадью и более богатой внутренней обстановкой, в остальном же все жители Кантерлота имели схожие условия жизни и получали все необходимые блага.

— Одним словом, Кантерлот породистый аристократ среди городов. — Подумала Сансет, наблюдая из-под капюшона на разодетых в яркие наряды богатых горожан, прогуливающихся по широким мощенным улицам. Компанию им составляли кареты, великолепно ухоженные лошади и более простой рабочий люд в таких же красочных, но более простых одеждах. Люди в Кантерлоте, как и равнинники в целом, любили яркие цвета, благо богатства Эквестрии и торговля со считай пол миром даровала им широкий выбор красителей.

Уже через пол часа Сансет уже подходила к булочной. Она располагалась в округлом здании в два этажа с террасами, на самом перекрестке улиц. Первый этаж был почти полностью застеклен и рядом с окнами стояло множество столиков. Не теряя времени, Сансет вошла в булочную, где подавали самые изысканные пирожные и десерты для дам и господ с толстыми кошельками.

На входе принцессу встретил высокий официант в дорогом костюме с залысиной на голове.

— Добрый день, юная леди, могу я узнать ваше имя и заказан ли у вас столик? — Учтиво произнес мужчина, сделав небольшой кивок.

— Добрый день, я принцесса Сансет Шиммер, меня должна ожидать мисс Ред Пирл. — Сказала Сансет, снимая капюшон и показывая официанту кольцо-печатку, которое было надето на палец.

— Ох, ваша милость. — Мужчина в этот раз сделал полный поклон. — Для нас честь принимать Вас в нашем заведении. Позвольте снять ваш плащ. — Сансет развязала узелок и подождала пока официант снимет с её плеч плащ и аккуратно повесит его на вешалку за его стойкой. — Вас уже ожидают, прошу пройдёмте.

Официант открыл перед ней дверь и пропустил вперед. Сансет воспользовалась предложением и пока мужчина заходил за ней, принцесса бегло осмотрелась. В оформлении заведения преобладали белые и голубые оттенки, а также символы связанные с её величеством и Эквестрией в целом. Взгляд так и цепляла белая крылатая единорожка, нарисованная почти во всю стену.

— Прошу за мной. — Официант отвёл Сансет за один из столиков у окна, где на диванчике её ожидала женщина с волосами цвета красных листьев, опадающих с клена весной.

— Рада вас встретить, мисс Пирл. — Принцесса сделал реверанс.

— Ваша милость. — Сказала женщина в средних летах с морщинками на лице. Она была одета в мужской костюм, подчёркивающий её талию. Встав из-за стола, судья приложила руку к груди и поклонилась. — Имею честь с вами познакомиться.

— Забавно, похоже не я одна ношу мужскую одежду, а слухи не врут, мисс Ред любит выглядеть эпатажно. — Подумала Сансет, занимая место напротив судьи.

Когда мисс Ред села, к ним тут же подошел метрдотель и предложил меню. Он и официант поклонились и вежливо удалились. В булочной было достаточно много народу и за ощутимой стеной голосов Сансет не боялась, что её подслушают.

— Должна признаться, ваша милость, я была удивлена, что вы не пригласили меня во дворец и дали возможность выбрать место самой. — Произнесла судью, у неё был слега жестковатый голос.

— Смена обстановки важна для здоровой психики. — Вежливо ответила Сансет, открывая своё меню.

— Абсолютно согласна, но вы знаете как подобные заведения дорожат каждым визитом королевской особы. К примеру, это получила своё оформление после всего одного посещения её величества. Даже сложилась легенда, как её сиятельство хвалила местные пирожные, говорят нет лучших во всем Кантерлоте. -

Ага, конечно, лучшие лежат на личной кухне мамы, а эти ... — Ухмыльнулась в уме Сансет, в реальности сохраняя невозмутимый вид. — Как всем известно, у меня довольно дурная репутация в обществе и вряд ли кто-то будет дорожить воспоминаниями о моём визите. Что же на счёт выпечки, с вашего позволения, не решусь судить.

— Интересно. — Произнесла судья, она хитро улыбалась. — Вы готовы сделать заказ?

— Да. — Сансет закрыла меня и сдвинула его в центр стола, мисс Рид даже не открыла своё.

— Чудесно. — Судья позвонила в колокольчик и к ним тут же подошел официант.

Рид и Сансет рассказали о своих желаниях. В блокноте официант записал два пирожных и чайничек чая на двоих. Простой заказ для королевской персоны и уважаемого судьи. Официант удалился и пока пирожные готовились, судья положила руки на стол и продолжила разговор.

— Ваша милость, скажу без недомолвок, меня очень заинтриговало ваше предложение, возможность увидеть избранницу её величества — это тоже самое, что коснуться самой истории. Уверена, вам известно что каждый человек, усыновленный её сиятельством в той или иной степени навсегда изменил жизнь всей Эквестрии. И не сочтите за грубость, но мне не терпится узнать каких вершин достигнете вы.

— Простите, но большинство считает, что я принесу только крах королевству.

— А я, как королевский судья, считаю что не доказанная вина не является таковой, пророчество не в счёт.

Сансет слегка улыбнулась этому комментарию.

— Вы увлекаетесь историей?

— Немного.

— Тогда вы должны знать, что каждое пророчество Шишки исполнилось. Вы всё ещё уверены, что они не считаются?

Судья сдержанно посмеялась.

— Так даже интересней. Рядом сидит сама Погибель Королевства и спокойно беседует со мной. — Судья сложила руки и улыбнулась, её глаза тоже улыбались, но в них блистал колкий огонёк проницательности. — Что же может толкнуть вас на тёмную дорожку?

— Это не то тот вопрос на который я могу ответить. — Сансет вновь стала серьёзной.

— И правда, простите, я увлеклась. — Судья приняла более деловитый вид.

В этот момент официант как раз принес пирожные. Он поставил тарелочки с маленькими ложечками напротив дам и разлил чай, а потом удалился.

Съев кусочек вкусного суфле, Рид продолжила:

— В любом случае, давайте приступим к собеседованию. Расскажите о себе?

— Правовое образование я получила обучаясь в капитулах ордена Подковы. Меньше месяца назад я сдала экзамены на сквайра, что подтверждает моё владение общим правом и кодексами законов Янтарных Равнин. У меня есть рекомендательное письмо и характеристика от настоятеля капитула Чертополоха.

— Можно взглянуть?

Сансет достала из скрытого кармана на платье маленький свёрток бумаги и развернула его на столе. На свитке был нарисован призывной круг. Принцесса произнесла завершающее слово и в пламени на столе появилась небольшая стопочка бумаги. Сансет пододвинула её к судье.

— Здесь также есть бумаги подтверждающие моё обучение у частных учителей и моё звание сквайра.

Мисс Рид улыбнулась такому подходу хранения документов. Она потратила на их чтение минут восемь.

— Здесь говорится, что вы трудолюбивый и ответственный человек, обладающий прытким умом. Вы согласны с данной характеристикой?

— Да, я трачу много времени на исполнение возложенных на меня обязательств.

— И почему же вы выбрали стать помощником судьи?

— Я думаю, что это будет логичным продолжением моего образования.

— И вы правда желаете этого?

— Да, я уверена, что этот опыт поможет мне в будущем выполнять задачи, порученные её величеством.

— Хорошо, я принимаю ваше предложение.

Сансет определенно удивилась, но постаралась не подавать виду. Она сделала поклон головой.

— Премного вам благодарна. Но, прошу простить меня, разве вы не слишком быстро согласились?

— Да? Я так не думаю. Вы принцесса, дочь самой Селестии, это уже говорит о ваших не дюжих талантах, а учеба в ордене дала вам необходимый базис, хоть он и не полностью подходит для Королевского Суда, но это станет основой. А ещё мне очень интересно какой вы человек, из профессионального интереса, конечно. — Улыбаясь судья положила в рот ещё одну ложечку суфле.

От хищнического взгляда судьи Сансет стало немного не по себе.

— Неудивительно, что её не любят коллеги. — Призналась в уме она, в реальности оставаясь такой же вежливой. — Спасибо за вашу высокую оценку, я приложу все усилия чтобы оправдать ваши ожидания. Когда мне можно приступать к своим обязанностям?

— Приходите в понедельник к зданию суда. Утром, до восьми часов. Охрана будет знать что вы придете и расскажет куда вам нужно идти. И ах да, вот возьмите ещё этот список, ознакомьтесь, пожалуйста, с приведенными пособиями и книгами, они пригодятся вам в работе.

— Благодарю. — Сансет взяла из рук судьи множество раз сложенный лист бумаги и спрятала его в карман, скрытый в слоях платья.

Съев ещё одну ложечку суфле, судья достала из нагрудного кармана часы с цепочкой и посмотрела на часы.

— Ох, святая Селестия, прошу прощения, ваша милость, но мне пора уходить. Прошу не держите на меня зла, у меня очень напряженный график, мы успеем поговорить на работе. Я расплачусь за нас обеих, доброго вам дня. — Судья быстро встала и поклонилась, Сансет еле успела сама попрощаться, когда мисс Рид отошла к официанту, бросила ему несколько фраз и вручила пару серебряных битсов, после чего женщина быстрым шагом удалилась из булочной и тут же поймала первую проезжающую карету.

— Даже по моим меркам она достаточно необычно. Ну что же, наверное, подобное тянется к подобному. Надо будет маме ещё сообщить, что я нашла работу. — Подумала Сансет наконец-то приступая к своему пирожному.

* * *

После булочной, Сансет вернула свои вещи обратно в свою комнату через свиток и, накинув капюшон, вышла прочь, растворившись среди оживленной улицы. Уже во дворце она решила найти в библиотеке книги из списка и немного позаниматься, сегодня у неё было что-то типа выходного. В библиотеке она задержалась до обеда. После принятия пищи Сансет намерилась прогуляться до сада и немного там отдохнуть, подставив тело лучам солнца. Уже идя по каменной галереи она обнаружила, что её планам не суждено было сбыться.

В саду собралось человек десять, там были и слуги, и служащие канцелярии, в основном женщины, они окружили лавочку на которой сидела Айвори, девушка играла на небольшой арфе. Медленно подойдя ближе, Сансет спряталась за колонной и прислушалась к звукам. Подстать шуму листвы, мелодия была неторопливой, чувственной, под неё хотелось лечь на траву, закрыть глаза и позабыть все невзгоды на свете. Но кроме эстетического удовольствия принцесса почувствовала кое-что ещё. Её тело расслабилось, оно отказывалось подчиняться командам головы и Сансет могла двигаться только применяя значительные усилия.

— Дискорд побери, — тихо прошептала принцесса, медленно скользя по колонне вниз на пол.

Из последних сил Сансет начала произносить слова заклинания. Уже когда её глаза начали закрываться, с её губ слетело последнее слово и принцесса смогла проснуться.

— Ох, прокляни меня луна, что это было? — Подумала еще приходящая в себя Сансет. — Неужели кто-то посмел наложить на меня сон?

Принцесса посмотрела налево, а потом направо, галерея была пуста и только легкая мелодия напоминала о присутствии людей в саду.

— Да ладно? — Сансет достала из кармана маленький кристаллик и укрыла его от солнца в ладонях, сделав небольшое окошко, через него она и увидела что кристаллик слабо светился. — Отлично, сработал принцип чем сильней твоя магия, тем уязвимей ты к ней, если конечно не накладывать должную защиту, что я и забыла сделать.

Кристаллик Сансет был магическим, но в нём не было заряда и под воздействием достаточно сильного потока он начинает светиться. Девушка встала с пола и подождала пока Айвори закончит. Когда арфа умолкла, послышались громкие аплодисменты и похвала. Краем глаза Сансет наблюдала за происходящем. Толпа быстро рассосалась, скорее всего спеша по своим делам, оставив маленькую девушку в одиночестве. Так и не замеченная принцесса вышла из-за своего укрытия и направилась к своему учителю.

— Добрый день, мисс Айвори. — Сансет поклонилась.

— Добрый, ваша милость. — Айвори встала и сделала реверанс. — Чем могу вам служить?

— Не беспокойтесь, я просто невольно подслушала ваше представление и мне очень понравилось. Хочу поблагодарить, у вас определенно есть огромный талант.

— Рада что вам понравилось. Я часто играю после обеда, буду польщена видеть вас среди слушателей.

— Не откажусь от вашего предложения. И мисс Айвори, если у вас есть время, можете поиграть еще немного, только лично для меня и не в саду.

— Конечно, ваша милость.

— Благодарю. Давайте я понесу за вас арфу. — Сансет взяла инструмент и зашагала вперед, шаги за её спиной свидетельствовали, что Айвори следует за ней.

* * *

Принцесса отвела девушку в отдаленную часть крыла дворца, где королева выделила для неё помещение под её мастерскую и лабораторию. Провернув несколько раз ключ в замочной скважене, Сансет отварила тяжелую окованную железом дверь и предложила Айвори зайти. Когда девушка переступила порог и прошла чуть дальше, принцесса вошла следом и закрыла на замок дверь.

— Ваша милость ... — Так и не успела договорить Айвори, пока её ноги подкашивались.

Принцесса еле-еле успела поймать падающую девушку в своей магической ауре. Поставив на свободный стол арфу, Сансет усадила потерявшую сознание Айвори в кресло.

Это помещение было заполнено книжными шкафами, столами с алхимическими приборами, странными устройствами из черного металла с пугающими формами, но что самое главное, здесь располагались все вещи, что Сансет привезла с собой из капитула, в том числе и защитные белые знаки, так и норовящие засунуть щупальца в чужой разум. А еще стены здесь были покрашены зеленой краской и плотные шторы не пропускали свет из окон, всё освещение ложилось на световые кристаллы.

Сансет поднесла к носу Айвори вонючую нюхательную соль. Результат не заставил себя ждать и вскоре маленькая девушка начала приходить в себя. По мере того как к ней возвращалось чувство реальности, ужас овладевал ей. Ей было страшно от ситуации, от обморока, от поведения принцессы, но больше всего её устрашали белые знаки покрывшие собой потолок, пол и стены.

— Выпей. — Сансет поднесла к бледным дрожащим губам склянку с молочной жидкостью. — Это обезболивающее, сладкое. У тебя скоро заболит голова. Айвори, не заставляй тебе закрывать нос, пей.

Через силу девушка сделала несколько больших глотков.

— Ваша милость ... что происходит? — Слабым голосом спросила она.

— Во-первых, меня зовут не "ваша милость", а Сансет. Во-вторых это моя лаборатория-мастерская, здесь я практикую различные магические искусства. И сейчас я продемонстрирую одно из них, ты только не кричи.

Принцесса схватила за запястье Айвори, их руки тут же засветились белым светом. Машинально девушка попыталась освободиться, но сил отсталость только на испуг.

— Я так и думала, ты могущественный маг, Айвори. — Сансет отпустила руку девушки. — Знала об этом?

— Нет ... — Голос девушки всё еще был слабым, она оперла голову о спинку стула, смяв шляпку.

Сансет с жалостью посмотрела на это хрупкое создание. Она сняла с неё шляпку и очки, положив их неподалёку. Вздохнув, принцесса пошла за краской с кистью.

— Для твоего организма это серьезный удар и не удивительно, так долго не развивать такой талант. Не знаю какими увальнями являются твои родители и учителя, раз не заметили твоего дара. — Сансет посетовала, как старая бабка, на недальновидность простых смертных. В это время принцесса готовилась к ритуалу. — В любом случае этот опыт необходим тебе, чтобы закалить тело, иначе будешь расклеиваться от любого магического чиха.

Для ослабевшей Айвори слова Сансет уже перестали быть кашей из звуков.

— Что вы делаете?

— Хочу поставить тебя на ноги. — Ответила Сансет, подходя к стулу девушки, на её лице и правой руке черно-красной краской были нарисованы грубые образы животных и птиц, а теперь она начала рисовать их ещё и на Айворе. — Только не дергайся. Это ритуал по передаче жизненной силы, авторы — народ джунглей с южного окончания континента, они посвятили его своей богини солнца, пламени, войны и жизни. Если честно, то она моя фаворитка среди богов, навроде Селестии только кровожадней.

Когда Сансет закончила, она схватила за предплечье правую руку Айвори и наказала ей.

— Пока я произношу молитву, крепко держись за мою руку и не в коем случае не отпускай, поняла?

Девушка слегка кивнула и как смогла обхватила пальцами предплечье принцессы. Сансет закрыла глаза и достаточно громко начала говорить какие-то фразы на каком-то непонятном шипящем и цокающем языке. Вскоре рисунки на коже девушек засветились кровавым светом и принцесса начала говорить громче. С каждой секундой Айвори чувствовала как тепло наполняет её и силы возвращаются к ней.

Сансет замолчала когда свет погас, она отшатнулась назад.

— Кажется, теперь уже мне нужно присесть. — Повалившись на свободный стул, Сансет застонала. – Ох, кажется я недооценила твоё состояние.

Когда уже принцесса сама пришла в себя, Айвори подошла к ней с расспросами.

— Ваша милость, прошу объясните что это было, иначе я пойду разговаривать с её сиятельством. — Недовольно заявила Айвори, ей вряд ли понравилось оказаться в центре языческого ритуала.

— Всё просто. Когда я слушала твою игру, то чуть не уснула прямо на месте. Я и не думала, что ты маг и не успела вовремя защититься. Айвори, ты неосознанно используешь звуковую магию. При этом со скрипкой подобного эффекта не было, возможно это из-за того что на арфе ты играешь с удовольствием. В любом случае, у тебя явно к этому талант, ты уложила меня даже не осознавая своей силы, а представь что будет если тебя научить, люди толпами будут падать только услышав пару нот! – С внезапным восхищением заявила Сансет. — Решено, с этого дня я буду учить тебя азам волшебства! Конечно, тебе не достичь моего уровня, но это и не нужно.

— Эм, ваша милость, я не уверена что это необходимо. — Сказала Айвори пятясь назад.

— Конечно нужно, если ты не научишься, то так и будешь топить людей в своих магических волнах. — Сансет встала и обхватила ладонь девушки-альбиноса.

— А её высочество не будет против? — Айвори использовала последний аргумент из арсенала своей защиты. Ей было сложно спорить с принцессой, чьи глаза были полны счастья, ещё ни разу она не видела настолько радостную Сансет, обычно угрюмую и серьезную.

— Пф, она будет только за! Тебе уже двадцать и ты только начала осознавать свой талант, нужно торопиться, чтобы у тебя было больше времени поделиться своей прекрасной музыкой с каждым желающим! Ты удивительна, Айвори, пойми это!

От такого наплывала комплиментов Айвори засмущалась и тут же согласилась на предложение.

— Хорошо.

— Чудесно! Начнём с завтрашнего же дня. — Сансет воздела руку в воздух и призвала с полок несколько книг, пока они левитировали в воздухе, она посмотрела на их корешки. — Не то, нет, нет, нет ... ага, вот оно, учебник по магии музыки. Честно я сама не знаю её, так как не понимаю музыку, так что будем учиться вместе, но это даже интересней!

Теперь энтузиазм принцессы начинал пугать Айвори.

— Знаешь, у меня такое хорошее настроение, хочу тебе ещё в чем-то помочь, только в чём? Хм ... знаю, у тебя такое красивое лицо, но эти глаза всё портят. Они такие страшные, это нужно исправить. И я знаю как!

— Эээ, нет, прошу вас, не трогайте меня. — С ужасом на лице Айвор попятилась к окну.

— Ну что же, я все равно хотела ввести тебя в седакцию. Раньше — лучше. — Сансет громко произнесла слова заклинания и от магии воздух затрескался, как весенний лед на реке.

Айвори вновь потеряла сознание и её тело мягко подхватили волны бирюзовой ауры, они отнесли его на мягкую койку, окруженную черной металлической конструкцией, усеянной золотыми символами на старой речи.

Плохо напевая какой-то мотивчик, Сансет принялась готовиться к операции. Она дважды протёрла спиртом установку и зафиксировала всё тело Айвори ремнями. Закончив, она отошла к алхимическому столу. Внезапно в её голову ударила боль.

— Давай, Сансет, борись, Дискорд тебя побери. — Принцесса схватила фляжку со стола и сделала пару глотков из неё.

Огненная жидкость разлилась по её горлу и она упала на пол, кашляя. Утерев сопли платком, Сансет медленно поднялась, кряхтя и проклиная всё на чем свет стоит.

— Проклятье, дерьмо лошадиное. Всё с этой богиней было бы хорошо, если не эти приступы эйфории. Вот почему те джунглевые крысы не продумали её характер лучше. Ай, ладно, ну и что мне теперь делать? — Сансет начала говорить сама с собой. — А в тартар всё, раз начали, придётся заканчивать.

Принцесса продолжила приготовления, она взяла из шкатулки специально ограненный кристалл и под лупой маленьким долотом нанесла на него несколько символов. После чего она сдула с него пыль и поместила его в держатель. Сансет достала из шкафчика особую склянку, не позволяющую крови свертываться и распадаться на составляющие. Капнув капелькой красной жидкости на кристалл, Сансет принялась наблюдать как она проникает внутрь и растекается по нему будто в чистой воде. Удовлетворенно хмыкнув, принцесса закупорила склянку и убрала подальше её, а потом протерла тряпочкой уже красноватый кристалл. Взяв его щипцами, она пошла к установке и поместила его в отведенную для него полость.

Следующим шагом Сансет оттянула нижние и верхние века глаз Айвори и закрепила их длинными черными спицами. Капнув раствором на глаза девушки, чтобы те не высыхали, принцесса подвинула установку так, чтобы кристалл расположился над одним из них. Вздохнув, она произнесла несколько слов и комнату заполнило потрескивание стекла. Из кристалла начал выходить тоненький луч света, медленно преобразующий глаза Айвори.

Теперь Сансет оставалось только ждать пока заклинание, нанесенное на установку закончит свою работу и она передвинет кристалл на другой глаз. А пока она поменяла режим работы установки на поглощение магии из всех возможных источников в округе, чтобы потом не бегать и не менять магические кристаллы, служащие его источником питания. Закончив, принцесса подвинула ближе стул и принялась читать учебник по магии музыки, чтобы хоть немного понять, о чём он. Раз в несколько минут она отрывалась на то, чтобы смочить глаза Айвори.

Вся процедура заняла полчаса на оба глаза. Осмотрев результат, Сансет облегченно выдохнула и освободила веки девушки.

— Ну теперь остается только ждать. — Произнесла вслух принцесса, возвращаясь на стул к книге.

Через два часа внимание принцессы привлекло встающее тело с белой кожей. Сансет подождала пока Айвори сама придет в себе и спросит её. На это ушло ещё минут десять, подобные заклинание всегда неприятны для пробуждения.

— Принцесса, что вы со мной сделали? — Спросила Айвори, смотря на Сансет абсолютно нормальными и здоровыми глазами, только радужка у них была кроваво-красной, как рубин.

— Сначала я хочу попросить прощения у тебя за всё произошедшее. Кхм. Юридически ты можешь подать на меня в суд за похищение и насилие над тобой. Но мне правда было проще сделать все без твоего согласия. Поверь, ты бы не согласилась, услышав всех подробностей. Зато теперь у тебя есть два здоровых глаза. — Сансет виновата улыбнулась, подняв напротив лица Айвори зеркальце.

Маленькая девушка долго рассматривала себя в зеркале, только через несколько секунд она поняла, что видит мир по-новому и ей больше не нужны очки.

— Но всё же, что вы сделали?

— Установке, на которой ты сейчас сидишь больше трехсот лет. Её сделали ещё во времена магократов. Понимаешь, они очень сильно беспокоились на счёт своей внешности и хотели выделиться среди простолюдин, поэтому была создана эта установка, она потребляет огромное количество энергии, но способна поменять цвет радужки и восстановить здоровье глаз, даже иногда вернуть зрение владельцу. Я могла бы предать твоим глазам другой цвет, будь у меня другой напитанный магией компонент, но была только моя кровь. Прости.

— Подождите, вы сказали много энергии, в каком плане? -

Целый сундук заряженных магических кристаллов. — В лоб ответила Сансет.

Шокированная этой новостью Айвори вскочила, чтобы самой увидеть позади установки большой сундук, наполненный доверху тусклыми кристаллами.

— Селестия милосердная, на них можно было бы купить целый дом.

— Вообще-то квартал. — Машинально дополнила Сансет. Айвори совсем поплохело, она вновь села на кушетку. — Не беспокойся ты так, никто не будет брать с тебя деньги за это. Я поговорю с её величеством и всё будет в порядке.

— Нооо, как же так, это должен быть такой удар по казне.

— Не настолько, хотя признаюсь, с нынешней редкостью магических кристаллов, это может быть проблемой. — Сансет задумалась на добрых пол минуты, в это время Айвори нервно ждала её ответа. — Хотя у меня есть одна идея, если ты станешь моей придворной дамой и моим другом, её величество точно простит нас.

В этот момент лицо Айвори изображало чистое непонимание.

— Прошу простить меня, но вы можете повторить?

— Ах, у моей мамы есть нездоровая идея, что у меня должны быть друзья, много друзей. И ради этого она готова прощать мне некоторые вещи, я уже проверяла, доверься мне.

— ... — Айвори тщательно обдумала слова принцессы и, взвесив плюсы оказаться изгнанной из королевства, Айворила тут же ответила. — Согласна.

— Супер, так мы убьем двух зайцев. И от меня наконец-то отстанут с этими друзьями. — Сансет поблагодарила в уме богиню войны и её привычку заставлять её делать необдуманные вещи. — Хорошо, с этого момента когда мы наедине или в обществе моих прочих придворных дам, зови меня по имени. И да, приходи через три часа на малую кухню королевы, за ужином я объявлю о твоем решении перед её величеством. И подозреваю, теперь ты хочешь покинуть это место. Вон на том столе твои очки и шляпка, ключ в дверном замке. — Иногда теряя баланс при ходьбе, Айвори надела оставшиеся элементы наряда и повернулась к выходу.

— Увидимся за ужином, Айвори. — Бросила на прощание Сансет.

— До свидания, ваш ... — Осеклась Айвори, увидев строгий взгляд принцессы. — Сансет.

Взгляд Шиммер смягчился и она вернулась к своей книге. Айвори всё ещё шокированная произошедшим взяла свою арфу и с трудом оттолкнула тяжелую дверь, чтобы покинуть ужасную мастерскую принцессы.

* * *

Ужин проходил на личной кухне королевы, за столом присутствовала сама её величество на одном конце, Сансет на другом, по обе её руки расположились Альбина с Камиллой, а Айвори сидела слева от старшей из Эпплов. Множество блюд было выставлено сегодня, от жаркого с грибочками до изысканного салата. Здесь тебе и булочки, и свежевыжатый сок, и разбавленное вино. Королева лично приготовила все блюда и по уже сложившейся традиции, все за столом поблагодарили её за это.

— Спасибо большое, ваше величество! — К благодарности успела присоединилась даже немного смущенная Айвори, все же это первый раз когда она принимает пищу за столом вместе с королевой.

Селестия искренне засмеялась, прикрывая рот рукой, чтобы не сильно отступать от этикета.

— Давно я не готовила для стольких гостей. Ешьте на здоровье, дорогие мои.

— Подождите, у меня есть несколько новостей. – Заявила Сансет.

— Мы слушаем. – Ответила за всех улыбающаяся Селестия. Все и правда внимательно слушали.

— Кхм, во-первых, меня взяла своим помощником судья Ред Пирл. Во-вторых, Айвори согласилась стать моей придворной дамой.

— Ооо, добро пожаловать в наш тесный круг. – Поприветствовала Камилла новую подругу.

— Мы правда рады твоему выбору. – Более скромно заявила Альбина.

Теперь пришла очередь ответить Селестии, её лиловые глаза переполняла гордость.

— Ты не перестаешь меня радовать, Сансет. А теперь можно приступить к еде. И, Айвори, я всегда открыта ко всем подругам моей дочери, не стесняйся.

— К-конечно, ваше высочество. — Девочка-альбинос не могла расслабиться. Кроме присутствия её сиятельства, её раздражало поведение принцессы и её дам за столом. Айвори то думала, что это будет официальный ужин, а оказалось что это обед в забегаловке для близкого круга семьи, никто кроме неё особо не соблюдал правила этикета. Она даже надела новое платье по такому случаю, а тут Эпллы и Сансет вообще разоделись как мужчины.

— Айвори, мне кажется, или ты изменилась? Я помню тебя иначе, ты даже очки не надела. — Спросила королева.

— Кхм, ваше величеств, случилось одно происшествие. Помните, я изучала искусство магической маскировки и некоторое время работала с Lesit Oculos. Так вооот, в общем, я исцелила глаза Айвори. — Немного замявшись сказала Сансет.

Селестия медленно отложила столовые приборы и взглянула на лицо дочери своими пронзительными лиловыми глазами. Все за столом перестали есть, Альбина с Камиллой так вообще не понимали что происходит.

— И сколько камней ты истощила?

— Весь сундук. — Виновато улыбнулась Сансет.

На кухне повисла тишина, мать и дочь смотрели друг на друга не моргая, ожидая кто первым сделает шаг. В этот момент Айвори вжалась в стул.

— Хм, по крайней мере, они были потрачены на благое дело. Айвори, надеюсь твое зрение улучшилось, желаю тебе лишь здоровья. — Селестия посмотрела на девочку-альбиноса и добро улыбнулась ей, потом она перевела взгляд на сестёр Эпплов и спокойно им сказала. — Альбина, Камилла, давайте я введу вас в суть разговора, ваша принцесса сегодня израсходовала с несколько сотен магических кристаллов. Цена их перезарядки — десять тысяч золотых битсов.

От такой умопомрачительной цифры у сестер на лоб глаза полезли.

— Сансет, ты спятила? — Не выдержав спросила Камилла.

— Кхм. Сансет. Прости меня, но сладкие яблоки! Это годовой бюджет небольшого графства! — В этот раз Альбина была куда более эмоциональна своей сестры.

— Альбина права. Скажи, Сансет, ты долго размышляла над своим поступком? – Спросила королева. — И помни, ты клялась не врать мне.

— На счет этого, я использовала ритуал Кецалькоатль и не успела выпить настойку. — Сансет старалась оставаться спокойной, но под взглядом королевы это у нее очень плохо получалось.

— Ох, Сансет-Сансет. Надеюсь, ты понимаешь что я наказываю тебя не за излечение Айвори, а за то что ты не посоветовалась со мной. Те кристаллы были куплены за деньги казны и я рассчитывала, что ты будешь их тратить не один год. В дополнение, вместе мы могли бы найти более дешевый источник энергии. Поэтому, Сансет, я жду твоих извинений.

— Прости мам, что не спросила тебя. Я буду более ответственной.

Увидев как могучая принцесса тупит взгляд об стол и терпит нотационную речь от своей матери, как нашкодившая школьница, у Камиллы начался приступ смеха, она закрыла рукой рот, чтобы не засмеяться.

— Месяц без карманных денег И ПОЛГОДА без высокой магии. — Объявила свой приговор королева. — И никаких взаимодействий с метафизическими сущностями.

— Но мам!? — Попыталась опротестовать своё наказание шокированная Сансет.

— Тихо! Это королевский указ, а теперь ешь.

Камилла уже в открытую ржала, Альбина сама еле сдерживалась. А вот Айворе совсем не было смешно, она была бледней любого альбиноса. В любом случае, принцесса усвоит свой урок, полгода с арсеналом, ограниченным телекинезом и слабыми заклинаниями, очень жёсткое наказание для столь могущественного мага.