# Сорок к одному

Qulto

Могут ли семь сотен пони противостоять тридцати тысячам чейнджлингов?

Попытка понифицировать одно историческое событие. Надеюсь, вышло неплохо

## Крещёные огнём

Ещё до объединения Эквуса под знаменем Кантерлота и создания Эквестрии во главе с Сёстрами к востоку от Вечнозеленого леса существовало государство, терзаемое внутренними распрями. Небольшие княжества и герцогства располагались на земле, которую местные жители называли Поньской, а кантерлотцы — Поньшей. Хорсшава, Крахув, Коньдз, Мэйрзовия и прочие маленькие государства были заняты междоусобной грызней за лидерство на своих землях вместо того, чтобы заметить более серьезную угрозу — набирающий мощь Кантерлот. В конце концов Город-на-Горе, как его называли в ту пору (Кантерлотом его стали называть, когда Сёстры заинтересовались пранцузской культурой), подмяв под себя немало земель, начал поход и на восток, разгромив и стерев с лица земли поньские государства.

За несколько веков владычества Сестёр Поньска повидала немало восстаний. Большинство из борцов за независимость своей Родины погибали если не на полях сражений, обессмертив своё имя, то в катакомбах и подвалах Кантерлота. Единственный раз, когда повстанцы добились успеха, произошёл за десять лет до войны с Сомброй. Тогда, как крестьянскими волнениями, так и просьбами, обращенными лично к Сёстрам, поньцам удалось обрести некую автономию: Хорсшавское, Мэйрзовское, Крахувское, Коньдзское, Любвингское и ещё несколько герцогств становились вассалами Эквестрии.

С тех пор поняки долго и верно служили бок о бок с эквестрийцами. Так, Хеликорский, поньский изобретатель, сконструировал машину, позволявшую непегасам летать; а Хорнвелиуш, астроном из Хорсшавы, первым составил подробную карту лунной поверхности, которая потом активно дорабатывалась Луной во время её ссылки.

Не менее велики и военные успехи поняков. Не только в Поньше, но и во всей Эквестрии чтится память крылатых гусар, которые вместе с государыней Хорсшавской королевой Зефир спасли Эквестрию от разгрома во время войны с Сомброй. Также немаловажная роль была отведена поньским легионам во время Великой войны, которые прорывали фронт тогда, когда это надо было.

* * *

В самом начале Второй Эквуской войны на границе с чейнджлингами эквестрийцы держали всего ничего дивизий. Тактика блицкрига, которую хотело применить на практике чейнджлингское командование, пошла на ура. Почти по всему фронту оборотни прорвали оборону. Почти по всему, кроме одного участка.

Вингзна была небольшой деревней на северо-западе Эквестрии, совсем рядом с границей. Основанная пионерами Запада, имевшими поньские корни, она стала поньским национальным центром в западной части Эквуса. Оборона этих земель возлагалась на 135-й пехотный полк, командование которым накануне войны взял на себя капитан Рогинис.

На семь сотен солдат и двадцать офицеров при шести орудиях, двух противотанковых ружьях и сорока пулемётах приходилась 10-я танковая дивизия и ряд других частей армии Кризалис, во главе с генералом Фаринксом, общей численностью почти в тридцать тысяч солдат.

Несмотря на наличие двенадцати бункеров, прикрывавших подход к Визне с запада и севера, Фаринкс не считал это серьёзной помехой: четыре бункера находились ещё в стадии строительства, а остальные можно было в случае чего оставить в тылу. Уничтожить защитные сооружения не представлялось возможным: танковые орудия были слишком слабы, чтобы пробить двадцатимиллиметровую броню, а ждать подхода тяжелой артиллерии было слишком долгим и непозволительным удовольствием.

Перед наступлением чейнджлинги подключили артиллерию, так что понякам пришлось отвести свою артиллерию (хотя, эти устаревшие орудия даже ярый оптимист не назвал бы артиллерией) на дальние рубежи, поэтому её использование было невозможно.

Первые колонны, двинувшиеся в направлении Вингзны, были остановлены храбростью и мужеством поняков. Подбив несколько танков из ружей, пони поливали вражеских пехотинцев пулемётным огнём с утра и до самой ночи, иногда бросаясь в отчаянные контратаки. Несмотря на превосходство чейнджлингов над эквестрийцами в сорок раз, они не смогли прорвать линию фронта на этом участке, хотя и выбили поняков из нескольких бункеров.

Второй день начался с артобстрела и авианалета. Два бункера были уничтожены прямым попаданием снарядов и разрывом боекомплекта в самих укреплениях; в боеспособном состоянии осталось лишь четыре бункера. Две сотни были отправлены Рогинисом в саму деревню, главной задачей которых стало максимальное замедление противника.

После нескольких часов поливания земли сталью и порохом вперёд двинулись танки. На этот раз чейнджлингам было известно расположение всех огневых точек противника (в том числе и незащищенных), так что бронированные машины могли вести обстрел поняков из закрытых от глаза обстреливаемых мест. Но главной задачей танковых групп было не разрушение вражеских оборонительных сооружений, а взятие Вингзны. Две сотни пони, не имевших противотанкового вооружения, не могли дать достойного отпора, но сражались они отчаянно и до последнего, унеся с собой в могилу немало вражеских захватчиков.

Ночью перед третьим днём обороны Вингзны оставшиеся в живых защитники деревни собрались вокруг одного из бункеров, который Рогинис выбрал командным. К тому времени поняков было так мало, что они все поместились в бункере, разместив несколько пулемётов для ведения огня.

Авианалёт не нанес особого ущерба командному бункеру, ибо самолёты требовались на других участках фронта, но повредил и засыпал землёй большинство амбразур и вывел из строя большинство пулемётов. К середине дня, после окончательной зачистки других бункеров (в ходе которой было взято в плен два десятка поняков), оставшиеся возле Вингзны вражеские силы приблизились к командному бункеру.

На ультиматум Фаринкса с требованием сдаться, при отказе на который он угрожал расстрелять пленных, Рогинис ответил грубым отказом, назвав Фаринкса "подстилкой Кризалис" (что, впоследствии, стало прозвищем танкового генерала в стане эквестрийцев), и покончил с собой, предпочтя смерть плену. Другие защитники бункера жестоко оборонялись, пока не погибли от вражеского пламени: штурмовые батальоны огнемётчиков, которые были запрещены Кантерлотской конвенцией, сожгли поняков заживо. Это был первый, но далеко не последний пример того, что эта война отличалась от других своей жестокостью и наплевательством на жизни пони и чейнджлингов.

Хотя наступление было остановлено всего на три дня, этот подвиг выделялся среди прочих не только отношением сил, но и тем, что был он совершен на раннем этапе войны, когда эквестрийская армия терпела поражение за поражением.