# Материнская «любовь»

Fire Splash

Радость Даймонд Тиары её новому мировоззрению и друзьям недолговечна. Изгнанная в свою спальню, пока ее бескомпромиссная мать решает, что с ней делать, она может только слушать, как Спойлд Рич вещает своему слишком кроткому мужу Филси, НАСКОЛЬКО бесполезна его дочь. Затем в дверь внезапно стучат... и приключение Тиары вот-вот начнется.

[Изображение: https://cdn-img.fimfiction.net/story/8ie2-1460552221-297800-full]

Действия разворачиваются после событий "Crusaders Of The Lost Mark".

Разрешение на перевод имеется.

## Глава 1: Ссоры на ночь глядя

Давайте помучаем Даймонд Тиару, почему бы и нет

— ...Просто позорное поведение!! Как она посмела так со мной разговаривать на глазах у всех!! Вот что происходит, когда мы позволяем ей ассоциироваться с никчемными пустобокими, это отравляет ее разум и заставляет забыть о своем месте!! — Ничего не скажешь, Спойлд Рич была сегодня не в духе.

Даймонд Тиара слушала свою мать с верхушки лестницы, прижав уши. Когда она отчитала свою мать за грубость и неумение растить жеребят перед всем классом, это был великий момент возбуждения, но вот теперь она за него платила. Кобылка, возможно, приобрела бесчисленное количество новых друзей в результате ее изменения взглядов и даже помогла своим давним соперникам (Метконосцам) получить свои долгожданные символы судьбы, но жизнь дома осталась почти такой же...

То бишь, Спойлд Рич при каждой возможности ругала ее за "снижение стандартов", а Филси Рич просто бесстрастно сидел в своем удобном кресле и читал газету, в то время как ее мать распалялась не хуже костра.

И теперь, когда она уже получила лекцию от кобылы, как только она вернулась с кьютсеньеры своих новых друзей, она была изгнана в свою комнату на остаток месяца. Но на этом наказания не закончились. Больше не будет поездок в Мейнхэттен, НИКОГДА. Никаких спа-процедур. Модных платьев. Дорогих шоколадных конфет. Ее драгоценную тиару конфисковали и заперли (без нее она чувствовала себя обнаженной... Может, потому, что так и было).

Хуже всего была угроза, что если ее когда-нибудь снова поймают на разговоре с этими "ничтожными отбросами", ее наказание будет вдвойне серьезным. Например: ее отправят в "эксклюзивную" школу-интернат, где ее научат быть настоящей леди. Плюс отсутствие личных свобод и военизированная образовательная программа...

А сейчас она подслушивала очень личный, односторонний разговор между своей матерью-тираншей и легкомысленным отцом, хотя ей было велено "думать над своим поведением", сидя на кровати с балдахином. Вот уже за второй раз за день ее помешанная на контроле мать обнажала её так называемые недостатки.

С другой стороны, Филси Рич почти на свою жену не обращал внимания. Жеребец к этому моменту уже привык к маленьким истерикам Спойлд. Как обычно, лучше всего подождать, пока она выдохнется, кивая каждые несколько минут, чтобы передать иллюзию, что он внимательно её слушает. Каждый раз срабатывало...

Ах, сколько он готов был отдать за спокойную жизнь. Он каждый день рвал хвост в "Barnyard Bargains". Он считал, что по крайней мере заслуживает немного тишины и покоя, когда возвращается в свой особняк, чтобы приготовить себе овсяный коктейль и просмотреть спортивную секцию. Но разве же это получится со старой клячей, с которой он по глупости застрял.

Зачем он только согласился жениться на ней? Он правда не знал. Он никогда не умел подбирать дам так хорошо, как разбирался в бизнесе. Ахиллесово копыто, которое внесло значительный вклад в его нынешнюю стрессовую ситуацию.

— ...Обнаглела, значит, да? Что ж, учитывая состояние населения этой захолустной провинции, я думаю, что имею полное право так думать. Честное слово, если бы сейчас здесь не жила принцесса, я очень сомневаюсь, что хоть один пони знал бы о "Понивилле". И почему ты согласился профинансировать игровую площадку для этих неблагодарных дряней?! Получается, я не смогу купить новую одежду для вечеринки, которую принц Блюблад устраивает на следующей неделе? А? Дорогой? Ты меня вообще слушаешь?! — продолжала свою тираду Спойлд.

— Хм? — глаза Филси Рича на мгновение отвлеклись от заголовков. — О, да, дорогая. Как скажешь, дорогая. В конце концов, тебе же лучше знать. — Вот он. Его общий, стандартный ответ. Который он оттачивал годами, и слова, которые, казалось, освобождали его от любого спора со своей "возлюбленной", без необходимости концентрироваться на ее бессвязной болтовне.

Однако это был первый случай, когда его тактика подвела его.

— Я так и знала!! — Спойлд приложила копыто к голове и приняла вид и ауру трагической героини. — Тебе плевать, что наша единственная дочь сбилась с пути из-за сброда, и что я каждый день забочусь о ней, пока ты работаешь. Я изо всех сил стараюсь сделать ее представительным членом общества, а тебя больше беспокоит, кто выиграл недавнее дерби Вандерболтов!! Честное слово, не знаю, как я только тебя терплю. Как можно быть таким эгоистом?!

Филси Рич собрался указать на иронию за этим заявлением, но мудро промолчал... Ему не хотелось опять всю ночь слушать нытьёрафон, который она ему устроила, когда Даймонд потеряла посаду флагмана на Эквестрийских играх из-за "нелетающей курицы" и двух ее друзей. Спойлд тогда распалилась до белого каления и даже попыталась использовать свое влияние в качестве главы школьного совета, чтобы объявить результат взяточным. Однако миссис Харшвинни и Черили вскоре пресекли эту попытку.

Излишне говорить, что в ту ночь Филси досталось по первое число. На следующий день его нашли лежащим на рабочем столе с мешками под глазами размером с блюдце. Интересно, почему...?

Поэтому, не в силах придумать подходящий ответ, и при этом не разворошив осиное гнездо, он снова укрылся за своими печатными материалами, в то время как Спойлд опять атаковала его уши.

— Развратят ее... Дружба счета не оплачивает. Не делает тебя красивой. Я знаю, что для нее лучше... И никто не смеет возражать. Просто подожди до завтра... Уж я этим хулиганам и их семьям выскажу свое "фе"... Укажу им их место. Если они снова попытаются помешать моему проекту...

ТУК-ТУК.

Внезапно беспечный гнев кобылы резко оборвался громким стуком в входную дверь, и она, и подслушивающая Даймонд Тиара, тайно маячившая наверху лестницы, удивленно вздрогнули, в то время как Филси приподнял бровь в своей обычной сдержанной манере (Не только из-за неожиданного прерывания... Его жена только что назвала их дочь... проектом?!). Был поздний вечер, кого там только принесла нелегкая?

Все трое подождали знакомого цоканья и хрипящих вздохов своего ветерана-дворецкого Рэндольфа, когда он подошел, чтобы открыть. Спойлд давно хотела заменить старого жеребца, якобы жалуясь на то, что ему потребовалась целая вечность, чтобы принести ей фруктовый смузи, пока она загорала у бассейна, и что она начала замечать несколько пятнышек на лестнице, которую тот старательно вытирал каждый день.

Филси же был более сентиментальным и хотел его оставить. Древний слуга принадлежал к роду Ричей в течение нескольких поколений, и, пока не произошло резкого ухудшения его стандартов работы, он был бы рад, если бы верный слуга ушел на пенсию на собственном досуге.

В конце концов, Даймонд достался решающий голос, и, хотя старчество Рэндольфа раздражало ее, не говоря уже о мускусном аромате старика... Она находила его акробатические навыки полезными для демонстрации на детской площадке, так что она в конце концов согласилась с отцом.

Старый дворецкий был так же удивлен, как и все остальные, когда розовая кобылка подошла к нему в тот день вскоре после своего возвращения домой, извинилась за то, что обращалась с ним как с предметом, спросила, в порядке ли он после того, как ранее был раздавлен статуей её же подобия, и даже помогла ему приготовить обед.

— Может быть, — размышлял Рэндольф, — стоит все-таки подать прошение об отставке. Я явно схожу с ума.

Тем не менее, трое обитателей самого престижного адреса в городе (кроме одного замка, конечно) нервно ждали, чтобы увидеть, что же случилось такого важного, что их гость (или гости) не мог дождаться дневного времени суток. Филси инстинктивно потянулся за кочергой. В конце концов, ему нужно защищать семью и состояние.

Все они услышали отчетливый вздох удивления от своего верного дворецкого, прежде чем звук входной двери заскрипел, когда она распахнулась настежь. Даймонд услышала несколько голосов и вытянула шею, чтобы посмотреть, кто это мог быть. Нет, конечно, нет...

Филси был готов. В копытах у него было импровизированное оружие, и он был готов защищать своих родных и близких ценой жизни.

Спойлд оказалась перед дилеммой. Ей прикрыться решительным мужем или же бегством спасаться? Если ее партнера завалят, то следующей на линии огня будет она...

Как оказалось, ни тот ни другой вариант не понадобился. Рэндольф, шатаясь, шагнул вперед, его нижняя челюсть дрожала.

— П-п-п-п-представляю… — пробормотал он, его лицо было выражением шока.

Однако у него не было времени закончить. Во всяком случае, представлять прибывших было бессмысленно. Их лица были настолько знакомы, что даже близнецы Кейк узнали бы их с первого взгляда.

Филси Рич уронил кочергу. Спойлд Рич пролила чашку импортного чая из жимолости. Они вытаращили глаза на неожиданных посетителей, прежде чем взглянуть друг на друга и снова на собравшихся в комнате.

Той ночью дела, безусловно, приняли интересный оборот.

## Глава 2: За дверью кто-то есть!!!

Даймонд Тиара не могла поверить. Почему они пришли в ее особняк среди ночи? Как будто день выдался недостаточно активным, со всеми эмоциями и радостью, которые были связаны с получением кьютимарок их близкими членами семьи, почему они взяли на себя обязательство зайти в гости перед сном?

Маленькая кобылка понятия не имела. Все, что она могла делать, это стоять на лестнице с отвисшей челюстью, пока четыре героини Эквестрии проходили мимо ее точки обзора в гостиную, где ее родители, должно быть, были в равной степени озадачены. Квартет гостей был следующим: Эпплджек, Рейнбоу Дэш и Рэрити, во главе с принцессой Твайлайт Спаркл.

Когда они прошли мимо ее изумленного взгляда, никто из посетителей не заметил, что за ними пристально наблюдает маленький жеребенок... То есть, никто, кроме Эпплджек. Фермерша, кажется, обладала шестым чутьем, и без предупреждения повернулась, дружески улыбнулась и подмигнула Тиаре, прежде чем последовать за остальной частью компании.

После всего того, что Даймонд сделала с ее сестрой и другими Метконосцами, она могла чувствовать себя только приниженной. По крайней мере, реакция кобылы доказывала, что пони пришли не потому, что у неё были проблемы. В таком случае, что они здесь делали?

Ход мыслей розовой кобылки был прерван заикающимся представлением Рэндольфа, прежде чем началось настоящее противостояние. Ошеломленные внезапным появлением этих незапланированных гостей, именно Твайлайт заговорила первой, опередив обычно остроумную Спойлд Рич.

— Извините, что беспокою вас в столь поздний час, — официально объявила принцесса Дружбы, расправив крылья. — Но мои друзья услышали довольно тревожные вещи, которые, возможно, недавно произошли в школе и в городе, и я решила, что на них нужно срочно обратить внимание. Я хотела прояснить эти слухи, чтобы узнать, есть ли в них какая-то правда, и если есть... то принять соответствующие меры.

"Твайлайт звучит до жути неестественно," — подумала Тиара, возобновляя наблюдение за ситуацией. — "Совсем на неё не похоже. Интересно, что за слухи..."

Следующий голос, как ни странно, принадлежал Филси Ричу. Лаконичный жеребец, привыкший к встречам с высоким давлением, не понимал, о чем идет речь, но что бы это ни было, он был уверен, что это можно было исправить. Поправив галстук, он заговорил с собравшимися как обычно властным тоном.

— Послушайте, мисс Спаркл. Я понимаю, что то, что Вы говорите, может быть важным, и членство в королевской семье дает Вам влияние. Но Вы не можете врываться в дома других пони ночью без предварительного предупреждения. Итак, если то, что Вы хотите сказать, не имеет первостепенной важности, я предлагаю заняться этим утром, и...

— Я б назвала угрозу для детей "первостепенной важностью", Филси... Не находите? — Эпплджек заговорила впервые, сделав шаг вперед и целенаправленно взглянув на Спойлд Рич. Также все заметили, что она назвала Филси Рича ненавистным ему прозвищем, но не исправилась.

Богатый жеребец вздрогнул от удивления, услышав, какому оскорблению подвергает его старая подруга, в то время как резкие слова оранжевой кобылы вызвали удивленный взгляд Дэш и Рэрити, а также неодобрительный взгляд Твайлайт. Однако Эпплджек не отступила. Больше всего она ненавидела жестокое обращение с детьми, и после того, что она услышала от своей младшей сестры, она была уверена, что в доме Ричей творится что-то неладное.

Она продолжила:

— Как только моя малая, Эпплблум, закончила гулять с друзяками на кьютсеньеру, мы заболтались о том, как она получила кьютимарку. Оказалось, шо она весь день помогала вашей дочери... Следуя за ней, пытаясь подбодрить ее, обучая ее быть хорошей пони. Бедняжка была словно в воду опущена... И вскоре Блум поняла почему. Это, — в этот момент Эпплджек указала копытом туда, где сидела Спойлд Рич, — из-за Вас. — Фермерша закончила фразу апломбом, хмурое выражение лица украшало ее черты.

— Ч... ЧТО ?! — Спойлд была вне всякого сомнения возмущена. Да как эта вонючая деревенщина посмела ворваться в особняк и обвинить ее в таком ужасном преступлении?! Ей было все равно, что вожак этой группы принцесса, она их сейчас же выгонит. Спойлд потянулась за колокольчиком, который вызвал бы стражников, которые выполнят задание...

Но ее остановила сердитая Рейнбоу Дэш, которая подлетела к Спойлд так, чтобы они были почти мордой к морде.

— Скуталу рассказала мне, что Вы наговорили о ней и ее друзьях, перед всем классом и учительницей. Так вот, чтоб Вы знали, эта "слабоумная ничтожная беднячка" сделала за свою короткую жизнь больше, чем Вы за все свое существование. Женились на богаче и разжирели на доходах... Великий талант, чё!! — Сарказм был таким сильным, что его можно было разрезать ножом.

Спойлд убрала копыто. Она никогда раньше не подвергалась такому нецивилизованному языку. Ну, не с тех пор, как ее дочь отчитала ее, но укор от другого взрослого, которого она не могла наказать, был невероятен.

Затем настала очередь Рэрити, которая с интересом осматривала окрестности.

— Как бы мне ни нравилось убранство этого места, дорогая, боюсь, что Ваше воспитание оставляет желать лучшего. Накричать на собственную дочь посреди города, только потому, что она не выиграла классные выборы... Да, моя сестра тоже сегодня была с Даймонд, и я это говорю с нерешением, но, насколько я могу судить, многие проблемы, которые у Свити были с Вашей дочерью за последние несколько лет, по всей видимости, связаны с Вашими плохими уроками.

Спойлд слушала с удивлением. Даже Рэрити, единственная пони, которую она более-менее уважала за моду и дизайнерские способности, отчитала её по полной. Что ж, она только что потеряла как минимум одного покупателя, это точно. Богатая кобыла собиралась вскоре отправиться за покупками в новый бутик, который единорожка недавно открыла в Кантерлоте... Теперь же — дудки.

Твайлайт, которая давно потеряла контроль над ситуацией, заметно кривилась. Предполагалось, что это будет теплая дискуссия о том, как справиться с тяжелой домашней ситуацией, но события полностью вышли из-под контроля. Она была рада, что Селестия этого не видела, посредник из неё оказался так себе.

Тем не менее, своей искренностью ее друзья как бы изложили именно то, что она хотела обсудить: токсичное влияние Спойлд Рич на ее дочь в форме словесных и эмоциональных оскорблений, которые, по-видимому, продолжались в течение многих лет, и превратили кобылку в недружелюбную, несносную, избалованную дрянь (по крайней мере, до сих пор). Будучи родом из любящего дома, Твайлайт не могла поверить, что кто-то может оказывать такое необоснованное давление на своих отпрысков, а также вселять в них так много нездоровых предрассудков о менее обеспеченных.

Принцесса хотела понять.

Хотя она была совершенно уверена, что не поймет.

— Итак, миссис Рич... — вежливо заговорила Твайлайт. — Вы услышали от моих друзей, что мы обеспокоены тем, как Вы воспитываете мисс Тиару, а также тем, что Вы публично принижали учеников в местной школе, и должна сказать, для председателя это шокирующее поведение. Вам есть что сказать в свое оправдание?

Спойлд чуть не взорвалась от гнева.

Этой принцессе-подражательнице хватило наглости указывать ей, как растить собственное потомство?!

Хотя она весь день болтается с драконенком?

Хотя она до недавнего времени была простой библиотекаршей?

И она еще поучала ее, как быть матерью, хотя сама была бездетной?

(Конечно, она не учла ту часть, где пурпурный аликорн несколько раз спасла Эквестрию от разрушения... Скажем так, у Спойлд была очень избирательная память, когда удобно).

ОНА. НЕ. СТАНЕТ. ЭТО. ТЕРПЕТЬ.

— Вы кем себя возомнили? — фыркнула Спойлд. — Она моя дочь, и я могу делать с ней все, что сочту нужным. Я возлагаю на нее большие надежды... Она уж точно не станет обычным фермером, неудавшимся Вандерболтом, переоцененной модницей или принцессой только по названию. Честное слово, чем только думала Селестия, когда давала Вам крылья? Ведь совершенно же ясно, что Вы не заслуживаете такого положения, Вы ведь даже с начальством разговаривать не умеете. А теперь попрошу вас уйти, мне нужно устранить ущерб, нанесенный этими тремя коротышками моей благословенной Даймонд, а вы, оппозиционеры, не суйте нос не в свое дело. Рэндольф вас выпроводит.

На лицах всех присутствовавших пони застыло выражение ужаса, и больше всего расстроился обычно стойкий Филси Рич. И снова его жена трижды не подумала, прежде чем ответить, и в итоге выставила себя полной дурой и его дураком. Как он мог допустить, чтобы ситуация ухудшилась до такой степени? Ему всегда нравилось играть роль молчаливого кормильца. Именно Спойлд занималась воспитанием Даймонд, а он уважал любые решения, которые она принимала, без вопросов.

Он только сейчас начал осознавать безрассудство этой договоренности.

Он лишь надеялся, что еще не слишком поздно всё исправить...

Но, как оказалось, вполне может быть.

Тут рог Твайлайт загорелся пурпуром и захлопнул двери в гостиную, прежде чем дворецкий сумел выпроводить ее и ее друзей, и перекрыла подслушивание все более тревожащейся Даймонд.

Затем Дэш, Рэрити, Эпплджек и Твайлайт сошлись в миниатюрную кучку.

Под аккомпанемент бормотания типа "Всё хуже, чем мы думали" и "Бедная кобылка заслуживает лучшего", принцесса быстро посовещалась со своими тремя друзьями, и они твердо кивнули друг другу, придя к выводу.

— Мистер и миссис Рич, — сухо сказала принцесса нахмурившейся Спойлд и нервничающему Филси. — Я этого не хотела, но Ваша бескомпромиссная позиция, — она сердито взглянула на мать Тиары, — и Ваше решительное бездействие, — она бросила разочарованный взгляд на отца, — не оставляют мне выбора. Я чувствую, что эмоционально в этой среде Ваша дочь находится в явной и реальной опасности, и ее потенциал не используется в полной мере.

Затем аликорн левитировала лист бумаги с несколькими подписями перед шокированной парой.

— У меня есть временный запретительный судебный приказ, написанный от ее имени. Сегодня я забираю её в приемную семью. Возможно, ненадолго, в зависимости от того, сколько времени вам потребуется, чтобы взять себя в копыта. Вы можете видеться с ней во время контролируемых посещений два раза в неделю, и вы, конечно же, будете получать регулярные отчеты о ее успехах. Но на данный момент это больше не ее дом. Надеюсь, вы оба в конечном итоге поймете свои ошибки, чтобы она могла вернуться. Теперь, кто ей скажет, кто-нибудь из вас или нас?

Филси заплакал слезами стыда и сожаления. Спойлд потеряла сознание, не выдержав тяжести того, что разворачивалось.

Даймонд, которая прокралась вниз и прижала ухо к двери, стояла неподвижно в тишине.

Что же теперь с ней будет?

## Глава 3: Где же я буду жить?

Видя, что ни один из родителей не был в состоянии рассказать своей дочери о внезапном потрясении в тот же вечер (Филси Рич рыдал в свою газету, а Спойлд растянулась на полу с высунутым языком в весьма нелестной манере), принцесса и ее окружение решило взять на себя ответственность сказать Даймонд, что она на время переезжает.

Твайлайт не хотелось проводить эту дискуссию, особенно с кобылкой, которую она едва знала. Ее воспоминания о Тиаре состояли из далекой посещенной ею кьютсеньеры, где эта кобылка вела себя как всемогущая княгиня, и того раза, когда эта же кобылка навязалась на специально организованное время Твайлайт для Метконосцев, где она только ухмылялась, когда Метконосцы терпели поражение в своих различных задачах. Если бы вы спросили пурпурного аликорна о Даймонд вчера, она бы ответила, что кобылка была наглой, неисправимой хулиганкой самого худшего типа, из тех, которые часто приставали к ней в детстве, потому что, видите ли, быть ботанкой-книгочейкой не круто.

Но сегодня произошло два события, которые полностью изменили мнение Твайлайт о кобылке. Во-первых, Тиара не только организовала финансирование новой школьной площадки через своего отца, хотя могла довольно легко вернуть власть в качестве президента класса у испытывающего трудности Пипсквика, но и сумела, возможно, впервые бескорыстно использовать свой талант лидера с тех пор, как получила этот символ. То, что она уговорила других учеников собрать конструкцию в рекордно короткие сроки, используя те же характеристики учеников, которые она высмеивала, было очень впечатляющим и показало, что она взрослая не по годам.

Не говоря уже о том, что ей удалось уговорить принцессу Дружбы помочь со строительством. Твайлайт все еще пыталась понять, как кобылке это удалось. Возможно, это было связано с тем, что (даже если косвенно) аликорн чувствовала некоторую ответственность за порчу оригинального игрового оборудования, вызванную ее эпической борьбой с Тиреком. А может ей просто надоело сидеть целый день в Кристальном замке, ничего не делая и только слушая, как Спайк жалуется на отсутствие приличного продавца драгоценных камней в округе. В любом случае, ей нравилось быть частью большого сообщества, и она была уверена, что, если Даймонд Тиара продолжит свой новый праведный путь, она однажды станет прекрасным лидером, возможно, даже мэром.

Вторая причина, по которой принцесса сочувствовала бывшей хулиганке, была именно той причиной, по которой она пришла — плохое воспитание. Был уже довольно поздний вечер, когда Твайлайт услышала от трех своих ближайших друзей о том, что их сестры рассказали им, свидетелями чего они стали в течение дня. Даже во время одного из самых счастливых происшествий в своей жизни Скуталу, Свити Белль и Эпплблум были больше озабочены психическим благополучием своей новой подруги, чем появлением долгожданных кьютимарок, что было истинным свидетельством того, насколько внимательными и порядочными были эти кобылки. Услышав эти ужасные истории, Рейнбоу Дэш, Рэрити и Эпплджек направились прямо к пурпурному аликорну, и Твайлайт посчитала дело настолько серьезным, что, не теряя времени, бросилась в особняк Ричей со всех ног.

Очевидно, нельзя было сказать точно, что Даймонд приходилось терпеть с момента рождения, но, пережив лишь небольшую дозу гнева Спойлд, Твайлайт поняла, как такое обращение изо дня в день могло повлиять на психику незащищенного жеребенка, которому будет трудно вырасти хорошо приспособленной особью. Если миссис Рич действительно безостановочно говорила своей дочери, что она лучше всех остальных и должна действовать соответственно, тогда это многое объяснило бы. Ужасный способ вырастить кобылку и почти гарантированный рецепт для остракизма и одиночества до старости.

К счастью, каким-то чудом (и благодаря своевременному вмешательству Метконосцев) Даймонд Тиара, по-видимому, сделала первые шаги к созданию для себя гораздо более многообещающего будущего, будучи собой, а не искусственной конструкцией, созданной ее матерью и отцом, который вообще ничего не делал, как соучастник преступления. Теперь задача Твайлайт заключалась в том, чтобы убедиться, что прогресс, достигнутый кобылкой, не потеряется из-за разрушительных интриг ее помешанной на контроле мамаши, и единственный способ сделать это, если Спойлд Рич не пожелает меняться, — это забрать ее из нездоровой среды, в которой она находилась, по крайней мере, какое-то время.

Принцесса подготовилась к такому повороту событий, раздобыв все необходимые документы и проследив, чтобы все необходимые официальные лица расписались в нужных столбцах в очень короткие сроки. Твайлайт не хотела, чтобы все свелось к тому, что Даймонд забрали, она была более чем рада провести переговоры с Ричами, назначить встречу с посредником, которая могла бы помочь им стать лучшими родителями, дать им сохранить опеку, улучшить свои навыки в качестве опекунов. Но, столкнувшись с непреклонным отношением Спойлд и бесстрастным поведением Филси, аликорн почувствовала, что у нее нет другого выбора, кроме как использовать наименее худший вариант... Переселить ее на данный момент, но оставить достаточно надежды, что родители когда-нибудь вернут ее, если на самом деле постараются стать лучше.

"Вот только не думаю, что это произойдет в ближайшее время," — подумала принцесса, открывая дверь в гостиную. При этом ее чуть не сбил с ног Рэндольф, который в какой-то момент заглянул внутрь, увидел, что его госпожа без чувств, и со скоростью, не соответствовавшей возрасту, помчался за нюхательной солью, дабы оживить ее.

Также прямо перед входом оказалась Даймонд Тиара, которая застенчиво улыбнулась четырем выходящим кобылам. Твайлайт не могла не почувствовать облегчение, когда она увидела выражение лица кобылки, которая подслушала весь их "приватный" разговор, ведь это означало, что ей не придется передавать судьбоносные новости жеребенку самой.

Но как только она заглянула в эти ничего не понимающие, встревоженные глаза, которые, казалось, были на грани слез, принцесса не могла не почувствовать себя виноватой из-за своего эгоистичного мышления. Ибо Даймонд Тиара, несмотря на все ее жесткие разговоры и храбрый фасад, была все еще жеребенком, и сейчас с ней нужно обращаться как можно деликатнее, чтобы она не пострадала от того, что должно было произойти. Твайлайт была потрясающей читательницей, но она знала очень мало о воспитании жеребят, поэтому, несмотря на то, что она очень сочувствовала кобылке, она не знала, что сказать дальше.

К счастью, настала очередь Эпплджек внести свою лепту.

Поправив шляпу, оранжевая кобыла обратилась к жеребенку:

— Я так полагаю, ты слышала все, шо мы говорили?

Тиара кивнула, по-прежнему с тем же неуверенным взглядом, глядя на мини-срыв своего отца и неудачные попытки Рэндольфа разбудить Спойлд Рич позади квартета кобыл.

Заметив это, Эпплджек подтолкнула Рейнбоу Дэш, которая поняла намек, и быстро закрыла двери гостиной, чтобы не нервировать кобылку больше, чем позволяла текущая ситуация.

— О своих родных не беспокойся. С ними все будет хорошо. Сейчас нужно позаботиться о тебе, — Эпплджек подбежала к Тиаре и слегка потрепала ее по голове. — Давай наверх и собирай вещи. Немножко, ровно столько, шоб мы могли довезти до фермы.

У всех троих присутствующих взрослых и самой Даймонд тут же отвисли челюсти, как будто они обменивались молчаливым "что?!"

Восстановив на минуту самообладание, Твайлайт пробормотала:

— Н-но мы же так далеко не планировали! Нужно всё подробно обсудить, прежде чем...

— Ну его в помидоры, эт обсуждение!! — быстро перебила ее Эпплджек. — Логично же. У нас самые тесные связи с семьей Рич, да и Филси все равно хотя бы раз в неделю приходит на ферму, шоб обсудить дела, а это значительно упростит организацию контролируемых посещений. А еще у нас большая семья, если кто-нить будет занят, то другой присмотрит, да и Эпплблум теперь с ней ладит, так шо препятствий вообщем-то и нет. И нам бы не помешала дополнительная помощь. Надеюсь, ты готова запачкать свои ухоженные копытца, маленькая мисс!!

В этот момент оранжевая кобыла дружелюбно подмигнула Тиаре, как будто она шутила, так почему же розовая кобылка почувствовала, что та говорила совершенно серьезно? Ой-ёй.

Все еще неуверенная в таком внезапном повороте событий, Твайлайт колебалась.

— Я не знаю...

— Ну хош, еще раз пройдемся по фактам? — продолжила Эпплджек. — Даймонд нужно где-нибудь жить, мы все согласны с этим. С Рейнбоу Дэш в облаках она жить не сможет, а у Рэрити щас хлопот полон рот, с ее-то новым магазином. Твай, я знаю, что сейчас у тя все тихо, но тя в любой момент могут вызвать на выполнение "принцесских" обязанностей. Представь, ты срочно понадобилась Даймонд, а ты аж в Кантерлоте! А у меня, даже если меня отзовет Кьютикарта, есть Биг Мак и Бабуля Смит, которые смогут присмотреть за ней. Тут и семи пядей во лбу не надо. Оставь ее со мной, сахарок, обещаю присматривать за ней столько, сколько потребуется.

Взвесив в голове все варианты, Твайлайт действительно видела в этой идее смысл. Но была одна пони, мнение которой они пока не услышали, и ее мнение было самым важным из всех.

— Итак, мисс Тиара, Вы услышали предложение Эпплджек. Мне оно кажется разумным, и я намереваюсь одобрить его, но что думаете Вы? — ласково спросила кобылку пурпурный аликорн.

У Даймонд же голова была кругом. Она никак не могла смириться с тем, что ей придется этим же вечером переехать из своего комфортабельного особняка на неопределенный срок. Теперь ее спросили, не хочет ли она жить в ветхом старом амбаре с пони, которых она до недавнего времени ненавидела и где её наверняка ждет использование детского труда. Не говоря уже о трех ваннах в день и обо всех современных удобствах, от которых ей придется отказаться.

Она не могла сказать "да". Ни за что в Эквестрии она не могла сказать "да".

И все же она почувствовала, как ее губы двигаются сами собой.

— Да, — раздался ее ответ.

О нет!! Что она наделала?! В ее озадаченном состоянии, она сказала первое, что взбрело в голову.

И более или менее подписалась на несколько недель, а возможно, месяцев плохой гигиены, изнурительной работы и жизни в темных веках.

Да еще и без родителей...

Ее родители... О нет...

Именно тогда она осознала, что, несмотря на споры, ссоры и полное пренебрежение ...

Ей будет их ужасно не хватать.

Словно по команде стали появляться слезы.

"Нет!! Этого не может быть!! Я Даймонд, бриллиант!! Я не ломаюсь!!"

Но те пустые слова, которым научила ее мать, оказались неверными, как и все остальное.

Даймонд Тиара начала бессознательно скулить. Этот скулеж превратился в плач, этот плач в рыдание...

А рыдание... превратилось в настоящий водопад.

Как будто кто-то открыл кран, и теперь он сломан.

Чем больше она пыталась остановить поток, тем больше воды, казалось, просачивалось.

"Какая же я жалкая," — подумала кобылка под рыдания. — "Да еще и разревелась прямо перед принцессой. Я так жалко выгляжу, что даже Эпплджек не захочет меня принять."

Однако ошибка Тиары заключалась в том, что она приписывала убеждения своей матери другим пони.

И прошло не так много времени, как она почувствовала странное чувство тепла, когда вышеупомянутые кобылы вместе с Рэрити...

И, с небольшим колебанием, даже с Рэйнбоу Дэш, заключили ее в самые крепкие объятия.

Это было совершенно чуждое чувство для розовой кобылки, но тем не менее оно ей очень нравилось.

## Глава 4: Переезд

Примерно через минуту после того, как её заключили в пушистый кокон, рыдания Даймонд Тиары постепенно утихли. Она огляделась на четыре сочувствующих лица вокруг неё и пробормотала:

— Спасибо.

Эпплджек кивнула кобылке.

— Обращайся, сахарок. Не забывай, если мы когда-нибудь тебе понадобимся, мы с тобой, и я знаю, шо говорю от имени Флаттершай и Пинки Пай по этому поводу. Теперь вернемся к нашим баранам, ты сможешь собрать вещи? Или тебе нужна моя помощь? Не торопись, — фермерша терпеливо улыбнулась Даймонд в ответ.

— Нет. Думаю, я справлюсь... — смогла выдавить Тиара, преодолевая последние слезы.

— Ну, тогда беги. Не волнуйся. Мы будем здесь, когда ты вернешься… — Эпплджек говорила тем же дружелюбным тоном.

— Хорошо. Тогда я пошла… — Даймонд медленно поднялась по лестнице, ее голова все еще пульсировала от скорости происходящего. Не говоря уже о ее срыве перед квартетом кобыл, которые все еще с беспокойством наблюдали за ней, пока она поднималась по ступеням.

И все же, ни одна из них не казалась ни капли смущенной ее истерикой, они даже не побоялись утешить ее при проявлении слабости. Кобылку всегда учили, что показывать такие эмоции на публике неприлично, а принимать сочувствие "рабочего класса" — признак слабости, которой тот может воспользоваться.

Тем не менее, это были четыре героини Эквестрии, которые помогли спасти мир от таких злодеев, как Дискорд, Королева Кризалис, Тирек, так что незначительными или "слабачками" никто их назвать не мог.

Тем не менее, несмотря на все это, они без колебаний обняли её, пока она боялась, что ее плотина вот-вот сломается. И за их словами сочувствия и утешения скрытых мотивов вроде не было.

Она ничего не понимала.

Если только...

То, о чем ей читали лекции, вбивали в ее мозг бесчисленное количество раз с самого рождения...

Было неправдой.

— Ай!! Голова... — Даймонд вздрогнула от чрезмерного анализа, происходящего в ее мозгу. Она уже столько пережила за эту ночь, что от любой другой умственной гимнастики у нее мог взорваться череп. Кроме того, ей уже давно пора спать, а ей еще предстояло собрать личные вещи, совершить долгую прогулку до фермы...

Достигнув своей комнаты, она выхватила из-под кровати бархатную дорожную сумку и спотыкаясь, как зомби, принялась открывать ящики, вынимать случайные вещи и просто бросать их в свой чемодан.

Она была к этому совершенно не готова.

ТЕМ ВРЕМЕНЕМ, ВНИЗУ...

Пока Рэрити бродила по залу, любуясь декором, а Рейнбоу Дэш размышляла, зачем кому-то тратить свои деньги на такие претенциозные безделушки, Эпплджек и Твайлайт обсуждали приготовления к приезду Даймонд Тиары.

— ...И она может жить в комнате Эпплблум, помогать ей по хозяйству... — Фермерша, кажется, была полна энтузиазма насчет того, что розовая кобылка станет её гостем.

Твайлайт почесала подбородок.

— Ты уверена? Малышку и так ждет культурный шок, она же переедет от этого, — принцесса указала на богато украшенное окружение, — к тебе, без обид. Да еще поселить её с пони, над которой она до недавнего времени издевалась, и заставить ее выполнять работу, которой она никогда в жизни не занималась? Я не знаю...

Эпплджек успокаивающе положила копыто на шею аликорна.

— Не волнуйся, Твай. Мы всё устроим. Эпплы не зря считаются самой гостеприимной семьей во всем Понивилле. И мы ж не собираемся ей тяжелые дела давать, просто попросим собрать яблоки, например. И о моей Эпплблум не беспокойся, она поймет, она ведь знает об обстоятельствах Даймонд, уверена, она поведет себя так же терпеливо, как и я.

Опасения Твайлайт были немного развеяны уверенными словами Эпплджек.

— А что подумают Бабуля Смит и Биг Мак? — добавила она.

Фермерша усмехнулась в ответ на вопрос.

— Они будут на седьмом небе от счастья. Бабуля любит детей, если рядом появится еще один жеребенок, она будет только рада. И я уверена, шо Мак обрадуется, шо ему будет с кем поговорить… — Эпплджек засмеялась своей шутке, и, допетрав через несколько секунд, Твайлайт последовала её примеру, посмеиваясь.

Их веселье, наряду с осмотром собственности Рэрити и Дэш, было внезапно прервано звуком закрывающейся двери.

Это был Рэндольф, который только что вышел из гостиной и вопросительно нахмурился, глядя на четырех гостей.

Нервно взглянув на подруг, Рэрити задала вопрос.

— Эммм, как там мистер и миссис Рич, дорогой?

Рэндольф уставился в землю и ответил своим редко слышным хриплым голосом:

— Госпожа Спойлд все еще без сознания, но уже шевелится. Ей нужно отдохнуть, завтра утром она уже придет в себя. Господин Филси Рич успокоился и в курсе ситуации. Он хотел бы увидеть свою дочь, прежде чем она уйдет. Теперь прошу меня извинить, мадам, мне нужно найти тряпку, чтобы вытереть пятно от чая.

Тут дворецкий довольно резко протолкнулся сквозь присутствующих. Квартет кобыл удивленно переглянулся.

— С ним-то что не так?! — заметила Рэйнбоу Дэш, приподняв бровь. — Если не считать обслуживания самых больших снобов Понивилля лучшие годы своей жизни...

— Дорогая, не будь с ним так сурова... — Рэрити поспешила защитить слугу. — Он только что увидел, как один из его работодателей упал в обморок, а другой залился слезами, и вот-вот станет свидетелем того, как кобылку, которую он, возможно, считал внучкой, заберут из особняка, в котором она прожила всю свою жизнь. Я бы сказала, что его поведение, хоть оно и несколько непрофессионально, можно понять.

— ... Оу, — сказала Даш, слегка склонив голову, — ну, если так поглядеть...

Когда все пони задумались о настроении ветерана-дворецкого, послышался еще один голос.

— ...Я сказала, что готова. Вы меня услышали?

Это была Даймонд Тиара, сжимающая зубами довольно большую сумку и задумчиво глядящая на тех, кто собирался увести ее от всего, что она когда-либо знала. Имея время подумать наверху, она не была в восторге от этой перспективы, но, как сильная кобылка, она была полна решимости сделать все возможное, и с этого момента больше не будет импровизированных сеансов плача.

...Верно?

Эпплджек подошла к своей новой гостье с озадаченным взглядом.

— ВОУ, маленькая мисс!! — воскликнула оранжевая кобыла. — Тебе не кажется, шо ты многовато набрала? Я ж попросила собраться налегке. Как ты это донесешь до фермы в одиночку? Тебя карета снаружи не ждет.

Тиара была потрясена.

— Т-то есть, в-вы хотите, чтобы я… — кобылка запнулась, ее лицо приобрело привлекательный оттенок алого.

Эпплджек закатила глаза с мягкой улыбкой. Конечно, кобылка ожидала, что все всё будут делать за нее без вопросов. В конце концов, такова была общая тема ее воспитания. Ну что ж, она надеялась, что Эпплы смогут отучить ее от этой привычки. Для разнообразия жеребенку было бы полезно научиться независимости.

— Вот что, сахарок, — сказала оранжевая кобыла озадаченной Тиаре. — На сей раз я тебе помогу. Но в будущем не пытайся брать больше, чем можешь унести, потому что я не всегда буду рядом, чтобы сделать за тебя тяжелую работу. Даже у твоих слуг бывают выходные. Ты согласна?

Все еще привыкая к своему положению, Тиара кивнула. Ей придется учиться, причем быстро.

Когда Эпплджек подошла застегнуть сумку кобылки (которая была настолько тяжелой, что даже не слабая фермерша чуть не согнулась под весом) Твайлайт внезапно вспомнила слова Рэндольфа.

— О, кстати, Даймонд... — сказала принцесса жеребенку. — Твой отец хочет попрощаться с тобой перед уходом. Ты хочешь его увидеть?

Тиара обдумывала свой ответ несколько секунд.

— Да. Да, хочу. Очень.

Твайлайт улыбнулась кобылке.

— Разумеется. Прощайся столько, сколько нужно, я и мои друзья подождем тебя здесь.

Три других присутствующих кобылы также успокаивающе улыбнулись Даймонд, когда она пошла в гостиную, возможно, в последний раз за долгое время.

Гадая, что она найдет внутри, она распахнула двойные двери...

И увидела, как ее отец ухаживает за ее оглушенной матерью, которая сидела на роскошной кушетке с шелковыми подушками и со стаканом воды.

Она никогда раньше не видела своих родителей в таком состоянии. Филси Рич, обычно упертый бизнесмен, сидел с налитыми кровью глазами и выражением печали на лице.

Спойлд Рич было еще хуже. Чопорная и приличная кобыла, которая очень гордилась своей внешностью, была совершенно без чувств, ее рот был разинут, грива взъерошена, а ее каменное лицо приобрело самое нелестное выражение.

Не зная, что еще делать, Даймонд покорно вошла в комнату и ухватилась за одно из свободных копыт Филси. Так они и просидели несколько минут, глядя на неподвижную фигуру ее матери.

Наконец, вернулся Рэндольф со своей фланелью, чтобы убрать пролитый чай, и, кажется, этого действия хватило, дабы оживить Филси, поскольку он наконец-то что-то сказал.

— Даймонд Тиара... — Его голос звучал непривычно хрипло. — Моя драгоценная Даймонд. Я должен извиниться перед тобой...

"О нет..." — подумала кобылка. — "У него такой грустный голос..."

И, вопреки тому, что она обещала себе немного ранее, она почувствовала, что ее глаза снова наполнились влагой.

— Я так перед тобой виноват, — продолжил богатый жеребец, слишком стыдясь даже обернуться и взглянуть на дочь. — Я погряз в работе. Я был так одержим заключением сделок и зарабатыванием денег. Я и не представлял... насколько плохо...

Отчаявшись взять себя в копыта, Тиара отчаянно вытерла глаза и попыталась утешить своего сломленного отца.

— П-папа? Что ты такое говоришь? Ты не виноват. Это мне надо было быть лучше. Пожалуйста, не плачь...

Ее слова, похоже, не возымели большого эффекта.

— Нет, дорогая. Я должен был быть рядом. Но меня не было, и теперь, благодаря моей слепой глупости... мою драгоценную Даймонд... забирают...

Это сработало. Не было грубых слов, не было требований сдерживаться. Отец и дочь просто рухнули друг на друга, их слезные протоки дали волю всему содержимому, в основном на коматозную пони, находящуюся посреди всего этого, которая была больше всего ответственна за их нынешнее затруднительное положение.

И все же, несмотря на то, что невзгоды её семьи пропитали ее насквозь, она продолжала мирно спать.

## Глава 5: Прощание

Она не хотела отпускать. Даймонд Тиара, сколько она себя помнила, к своему отцу еще никогда не была так близка. Вдали от давления работы, вдали от нытья жены...

Только она и папа, которого она обожала, держались друг за друга и, наконец-то давали волю своим эмоциям. Как жаль, что они соединились с таким трагическим поворотом событий. Как раз тогда, когда казалось, что они совершают прорыв, вскоре после этого ей придется уйти в незнакомую жизнь с семьей, которая была для нее почти совершенно незнакомой.

Уборка пятна от чая, оставшегося после Спойлд Рич — Рэндольфу только это не помешало пролить пару слез при таком трогательном зрелище. Конечно, он знал, что хозяйка может быть требовательной, а иногда и возлагать на свою дочь нереалистичные ожидания, но разве полное удаление Тиары из особняка не экстремально?

Тем не менее, он был простым слугой, и ему не пристало расстраиваться или даже высказывать свое мнение. Он мог только выразить свое неодобрение в приподнятой брови, коротком замечании или небольшом увеличении физической активности во время выполнения своих обязанностей, как это было продемонстрировано в коридоре всего минуту назад. Он был там, чтобы выполнять приказы, подчиняться командам и время от времени участвовать в акробатических трюках. Если его хозяин будет нуждаться в утешении после того, как Даймонд покинет помещение, он обязательно его окажет, но только если его попросят.

Тиара и Филси продолжали рыдать, пока все их запасы жидкости не иссякли, а затем просто цеплялись друг за друга, пытаясь насладиться каждой секундой этих возродившихся отношений. За это время они не обмолвились и словечком, они просто были счастливы чувствовать копыта друг друга на шее...

Деятельность, в которой ни один из них не участвовал слишком долго.

В конце концов, все хорошее когда-нибудь заканчивается, и Даймонд почувствовала, как ее отец медленно, но постепенно отстраняется от нее.

— Тебе пора, дорогая... — сообщил ей Филси Рич. — Уже поздно, а тебе до Яблочных Акров идти пешком. Я не хочу, чтобы ты переутомилась и пропустила школу... — Он широко улыбнулся ей, хоть его сердце разрывалось на части.

Тиара хотела возразить. Ей хотелось закричать и сказать ему, что она никуда не пойдет. Что она может договориться с матерью, и они могут снова стать семьей, на этот раз хорошей...

Но в глубине души она знала, что это невозможно. Она была всего лишь жеребенком, решение было принято от ее имени высшими силами, и ей просто нужно было его принять. Она взглянула на меланхоличное лицо отца мокрыми глазами, а затем мельком взглянула на неподвижную фигуру матери на диване.

— Скажи м-маме, что, несмотря на всё, я-я все еще ее люблю... — Даймонд испытывала противоречивые чувства по поводу того, как Спойлд вырастила ее, она ведь теперь знала, что растила она её ошибочно. С одной стороны, её воспитание сделало ее умственно сильной в ее предназначенной силе лидерства. С другой стороны, из-за того, что кобылку поощряли неверно направлять свои таланты, её воспитание превратило ее в бессердечную хулиганку.

Но она надеялась, что все это уже позади, да и часть ее нового мировоззрения заключалась в том, чтобы не позволить прошлому давить на нее. Правда, она не думала, что может простить свою мать за все то жестокое обращение, которое ей пришлось вынести за эти годы. Но самое меньшее, на что она могла надеяться, — это на то, что если она будет верить в Спойлд так же, как и Метконосцы в нее, то однажды Спойлд может превратиться в такую маму, о которой Тиара всегда мечтала.

В этом же нет ничего плохого, правда?

— Да, дорогая, скажу, но зная ее, она будет не рада, когда очнется... — На лице Филси промелькнула тень беспокойства по поводу того, что его ждет. — Я попытаюсь ей всё объяснить, вразумить, но если не получится, я... — его голос затих, и он откинулся на спинку стула.

Прошло десять секунд полной тишины.

— Просто будь осторожна, хорошо? — продолжил ее отец. — Эпплджек — замечательная кобыла, и ее младшая сестра может стать тебе отличным другом. Будь вежлива и постарайся слушаться их. Поначалу тебе там может быть тяжело, но когда я был жеребенком, мне приходилось много работать, чтобы добраться туда, где я сейчас. Может, для тебя это станет хорошим уроком, кто знает? Что бы ни случилось, помни, я всегда буду твоим отцом, и я всегда буду любить тебя, несмотря ни на что. Если у тебя когда-нибудь возникнут проблемы, ты всегда можешь прийти ко мне...

Он помолчал и нахмурился.

— Ну, или можешь рассказывать мне о них два раза в неделю...

С этими словами он быстро и в последний раз обнял дочь, которая радостно обняла его в ответ, и, не в силах попрощаться и при этом не потеряв полностью контроль над своими эмоциями, он снова отвернулся.

— Иди. Принцесса ждет тебя. Увидимся, как только сможем, хорошо? — Он вернулся к своей жене, когда Даймонд поняла, что ее время истекло, и с большой неохотой направилась к двери гостиной. Она ненадолго остановилась, чтобы в последний раз просканировать комнату и ее содержимое, словно пытаясь вживить образ в разум.

Рэндольф ждал ее там, и, хотя это было строго запрещено, он не удержался и шепнул "удачи, мисс", когда она открывала двойные двери.

Все еще ошеломленная, она ответила только благодарным кивком и вышла.

Дворецкий смотрел, как она уходит, а затем взглянул на хозяина и с облегчением вздохнул, когда понял, что Филси был слишком занят, чтобы отчитывать его за нарушение традиций.

Если бы Спойлд не была в отключке, пожилой слуга не посмел бы даже подумать о чем-то столь возмутительном.

СНАРУЖИ ГОСТИНОЙ...

Услышав скрип двери, четыре кобылы подняли глаза и увидели раскрасневшуюся Даймонд, которая медленно подошла к ним.

Рейнбоу Дэш хотелось спросить, почему она заставила их так долго ждать в этой душной старой комнате, но один взгляд на изможденное выражение лица и сутулую осанку кобылки подсказал ей, что сейчас не время. Пегаске пришлось попрощаться со своей любимой черепахой на зиму, чем она была очень огорчена.

Тиара прощалась с родными, которых не увидит, возможно, еще дольше, и как бы она ни любила своего животного-компаньона, Дэш знала, что с точки зрения эмоционального воздействия не соревнуются. Так что она мудро промолчала.

Реакция других Элементов Гармонии варьировалась от желания спросить, все ли в порядке, или заключить кобылку в еще одно долгое успокаивающее объятие.

Но в конце концов они решили, что лучше всего будет промолчать и позволить разуму Тиары переварить все, что произошло, и не пытаться вмешаться. Если ей что-нибудь понадобится, она сама к ним обратится, так что не нужно пытаться навязать проблему, даже из лучших побуждений, это может в конечном итоге оттолкнуть ее от них, а на этой хрупкой стадии ухода им это было совсем не нужно.

Итак, они вместе вышли к входной двери. Твайлайт шла впереди (как и раньше), Рэрити и Дэш заняли середину, а Эпплджек с вещами Тиары на буксире рысью шла рядом с кобылкой сзади.

Двое других слуг Рича, очевидно, были проинформированы о ситуации, потому что, как только пятеро пони подошли к двери, прислуга уже была готова открыть им её, прежде чем захлопнуть её и запереть, когда холодный ночной воздух дал о себе знать.

Слегка вздрогнув, Даймонд посмотрела через плечо на особняк. Вот и всё. Пути назад нет, и кто знает, какие испытания ждут ее впереди?

Одно было точно — она скоро узнает.

## Глава 6: Прибытие

Ночью Понивилль выглядел странно. Все знакомые достопримечательности, такие как "Сахарный Уголок", бутик "Карусель", даже школа, которую Даймонд посещала каждый будний день, как будто обретали таинственную ауру.

Не привыкшая видеть эти достопримечательности неосвещенными и пустыми, кобылка могла только не останавливаться и не смотреть на них, пока шла по пустым дорогам.

Только Кристальный Замок сиял скудным лунным светом, его башни отражались в сиянии звезды, расположенной наверху. С тех пор, как он был возведен, Тиара всегда смотрела на него с завистью, желая, чтобы в нем жила она, а не эта принцесса-книжный червь, которая наверняка даже не ценила то, что получила.

Теперь все было по-другому. Место, в котором она собиралась остановиться на время своего вынужденного отсутствия в особняке Ричей, казалось менее важным, чем когда она сможет вернуться. Смогут ли ее родители когда-нибудь убедить органы власти в своей дееспособности? Потеряет ли ее отец мотивацию к работе без своей "драгоценной Даймонд"? Что скажет ее мать, когда очнется после долгого сна?

"Орать что есть мочи," — подумала кобылка, содрогнувшись. Часть ее была рада, что она не станет свидетелем такого ужасного испытания, другая часть жалела богатого жеребца, который неизбежно подвергнется ее истерике. Полетят предметы, будут выкрикиваться ругательства, и к завтрашнему дню собственность будет выглядеть так, будто по нему прошлось землетрясение.

Даймонд знала, что ошибалась, считая, что весь этот беспорядок — ее вина, но всепроникающее чувство вины все еще ощущалось в ее мозгу. Может быть, чувство ответственности, которое её мучило в то время, было остатком бесчисленных других проступков, которые она совершила на протяжении многих лет, возможно, часть ее чувствовала, что она заслуживает несчастья в качестве компенсации за свое неблаговидное прошлое.

Какова бы ни была причина ее недомогания, все, что она знала, это то, что она будет жутко скучать по отцу, и не иметь Рэндольфа в качестве костыля, на который можно опереться в трудные времена, станет почти невыносимо. По крайней мере, у неё есть Сильвер Спун, которой можно будет рассказать обо всем в школе...

Сильвер Спун. Когда Тиара чуть не потеряла ее как подругу в тот роковой день в начале своей личной трансформации, она чуть было не сорвалась. Ей пришлось долго и тщательно пересматривать то, как она обращалась со своей так называемой "лучшей подружкой", от того, как попыталась украсть её молочный коктейль во время прогулки до того, как заставила ее замолчать во время избирательной кампании, хотя она всего лишь пыталась помочь.

Оглядываясь назад, можно сказать, что удивительно, что Сильв осталась, и еще более невероятно, что все, что, чтобы воссоединиться, их парочке потребовался ремонт забора. Если бы подкова была на другой ноге, Даймонд знала, что никогда не была бы так снисходительна. Простое размышление об этом теперь безмерно смирило ранее надменную кобылку и укрепило ее решимость стать лучшей подругой, а также, конечно, лучшей пони в целом.

Ее мысли ненадолго вернулись к матери, которая, несомненно, вернется в школу утром и будет председательствовать на своем уважаемом посту главы правления. Благодаря запрету, шансов, что их пути пересекутся, было мало, но Тиара все равно чувствовала бы неловкость, что Спойлд весь день на нее таращится, особенно если она решит потусоваться с "тремя маленькими коротышками", которые изменили ее жизнь к лучшему.

Именно во время ее монолога Даймонд почувствовала легкое прикосновение к голове. Это была улыбавшаяся ей Эпплджек.

— Ты в порядке, сахарок? Ты как будто бризи считала...

Розовая кобылка слегка покраснела, будучи пойманной в таком состоянии.

— П-простите. Я просто задумалась.

Эпплджек понимающе кивнула.

— Не извиняйся. Я знаю, шо у тя щас тяжелые времена, конечно, тебе есть о чем подумать. Если ты когда-нить захочешь поделиться мыслями, можешь прийти ко мне. Хоть я те и не мать, но теперь, когда ты живешь под моей крышей, твои проблемы — это мои проблемы. Мы можем решать их вместе. Хорошо?

Вспомнив, что ее отец сделал подобное предложение, Даймонд на мгновение запнулась, но попыталась ответить как можно вежливее.

— Да, м-мисс Эпплджек. Спасибо.

Оранжевая кобыла лучезарно улыбнулась этому сверх-официозному прозвищу.

— Можно просто Эпплджек, "мадам" Тиара. Не все мы зациклены на этих чудных титулах. Даже "принцесса" Твайлайт предпочитает называться Твайлайт. Кстати, ей уже пора в замок, да и остальным моим подругам пора по домам. Думаю, они захотят попрощаться, если не возражаешь.

Даймонд рассмотрела ее просьбу. Несмотря на то, что этот вечер был полон сюрпризов, что они вывели ее из комфортной жизни и поместили в новое жилище, где она наверняка будет чувствовать себя как рыба на суше, она не испытывала к ним недоброжелательности. В конце концов, они просто делали свою работу, и, кроме того, то объятие, которое они ей подарили, было первым разом, когда она действительно почувствовала заботу за долгие годы.

Итак, она чувствовала, что у нее нет другого выбора, кроме как сказать: "Да, конечно". Она подошла к трем кобылам, которые ждали прощания.

Рейнбоу Дэш была самой нетерпеливой.

— Рада, что тебе лучше, малая. Передай от меня Скутс привет, хорошо? — это было все, что кобылка услышала, прежде чем пегаска улетела на большой скорости к своему дому в облаках.

Рэрити слегка закатила глаза от резкости Дэш:

— Не беспокойся о ней, дорогая. Рейнбоу не все равно, она просто старается избегать нежностей, когда может...

В этот момент единорожка положила обе передние ноги на плечи Даймонд и посмотрела ей в глаза.

— Я просто хочу сообщить, что буду о тебе думать. Я попрошу Свити присмотреть за тобой завтра в школе, и не волнуйся, у тебя есть много пони, которым небезразлично твое благополучие, теперь больше, чем когда-либо. Так что постарайся улыбаться, ладно?

Тиара почувствовала, что ее настроение улучшилось. Как когда-то ее мать, она боготворила Рэрити, но, в отличие от своей матери, розовая кобылка не потеряла ни уважения, ни признательности к портнихе. Фактически, в тот момент единорожка стала образцом для подражания Даймонд, ибо она была кобылой, которой она хотела быть. Изящная, элегантная, но в то же время щедрая и добрая.

Она помахала хозяйке бутика, и ее действие, в свою очередь, повторила белая кобыла.

Наконец, настало время Твайлайт пожелать розовой кобылке спокойной ночи. Вот только она не знала, какого тона ей следует придерживаться: формального или дружеского, так что принцесса решила смешать и то, и другое.

— Надеюсь, твое новое жилье окажется тебе по вкусу, Даймонд Тиара, — обратилась аликорн к кобылке. — Эпплджек теперь твой приемный опекун, она отвечает за кормление, кров и присмотр за тобой. Я уверена, что она отлично справится со своей работой, но если по какой-либо причине у тебя возникнут какие-нибудь жалобы, моя дверь всегда открыта. Я так полагаю, что ты нашла наше поведение в сложных обстоятельствах удовлетворительным. Возможно, ты могла бы замолвить за меня словечко перед Селестией, если согласна...

Если последнее предложение было шуткой, то она была сродни свинцовому воздушному шару. Эпплджек и Даймонд в замешательстве посмотрели друг на друга, когда Твайлайт нервно рассмеялась, прежде чем решила быстро двинуться дальше.

— В любом случае, я буду внимательно следить за твоим делом, и если в ситуации появятся какие-либо изменения, ты узнаешь об этом первая. Я знаю, насколько тяжелым будет этот переход для тебя, но я также надеюсь, что ты понимаешь, что мы сделали это для твоей пользы. Мы действительно думаем, что если на какое-то время сменить обстановку, ты сможешь расцвести. А моя интуиция редко ошибается. Эпплджек, позаботься о ней, как собственной дочери, а я увижусь с вами, когда смогу. А теперь мне пора, Спайк соберет поисковую группу, если я не вернусь. Берегите себя... — В этот момент аликорн с вертикальным прыжком полетела к всемогущему замку.

Тиара немного скептически относилась к тому, что Твайлайт точно знала, через что она проходит, в конце концов, розовая кобылка прочитала написанную неизвестным автором биографию принцессы вскоре после ее коронации, и, судя по всему, любящее детство аликорна прямо-таки контрастировало с её бурным.

Но Даймонд все равно оценила добрые слова и решила стараться, как бы тяжело ни было. А у нее было чувство, что ей будет очень тяжело.

Оставшись наедине со своим новым главным опекуном, Тиара внезапно почувствовала на спине копыто. Это Эпплджек вела её по тропинке к Яблочным Акрам.

— Давай же, — сказала ей оранжевая кобыла. — Нам есть о чем поговорить, но не здесь же нам торчать. Пойдем на ферму, я тебя со всеми познакомлю.

Даймонд решила, что это звучит справедливо, и снова пошла рядом с Эпплджек... Но тут ей в голову пришла внезапная мысль, заставившая ее затормозить.

— Секундочку... — спросила она фермершу. — То есть... они не знают, что я приду?!

— Нет конечно, глупенькая!! — весело ответила Эпплджек. — Это ж было спонтанное решение, шо ты будешь жить с нами. Тебе не о чем беспокоиться, сахарок, Эпплы всегда помогают нуждающимся. Особенно дочери одного из наших лучших клиентов! Уверена, это будет прекрасный сюрприз для всех. А теперь бегом марш!!

Оранжевая кобыла увеличила скорость до полугалопа, неся сумку Тиары в зубах и оглядываясь назад, чтобы убедиться, что Даймонд не отстает.

Изо всех сил пытаясь не отставать от своего нового опекуна даже при замедленном темпе бега, розовая кобылка почувствовала новое чувство страха в глубине живота. Если остальные члены клана Эппл не знают об их неожиданном госте, как же они отреагируют, когда она войдет в эту старую деревянную дверь?

Останется ли Эпплблум, ее старый враг, дружелюбной к ней, если ей придется жить со своей бывшей обидчицей?

Примет ли Биг Мак, гигантский жеребец, который так сильно любил свою младшую сестру, что оделся в платье на Соревнование Сестер, кобылку, которая раньше безжалостно оскорбляла его маленькое яблочко?

Захочет ли Бабуля Смит, "сумасшедшая старая чудачка", которую Даймонд высмеяла перед всем классом на День семьи, иметь какое-то отношение к подлому недорослю, которым была Тиара?

Она скоро узнает.

После короткого путешествия.

ДЕСЯТЬ МИНУТ СПУСТЯ...

Вот они и пришли. Ветхий фермерский дом в центре Яблочных Акр, его высокий шпиль виднелся аж в ночном небе.

Даймонд слишком устала и перенервничала, чтобы сказать что-нибудь Эпплджек за то время, которое потребовалось им, чтобы добраться туда, в то время как оранжевая кобыла казалась слишком сосредоточенной на доставке пары к месту назначения, чтобы беспокоиться о светской беседе.

Все, что ей оставалось делать, это стоять бок о бок с Эпплджек, когда та постучалась. За дверью послышались громкие и быстрые шаги.

Дверь открыла Эпплблум, стоя на задних ногах. Она была рада видеть свою старшую сестру и выглядела так, словно собиралась у нее что-то спросить.

Но слова, кажется, застряли у нее в горле, когда Блум заметила, кто с ней был. Кобылка заметила во рту Эпплджек дорогую сумку.

Ее глаза метались с грустной Тиары на сумку. Затем до неё дошло. Эпплблум сложила два плюс два.

Не сказав ни единого слова, она всё быстро поняла.

Даймонд закрыла глаза и приготовилась к удару. "Я с ней жить не буду!!" или "Я её не впускаю!!"

По крайней мере, это Тиара ожидала услышать от желтой кобылки.

Но вот уже второй раз за день она была удивлена.

Не было произнесено ни слова, когда исправившаяся хулиганка почувствовала, как копыта ее старой жертвы крепко сжимают ее в ее третьем крепком объятии за день.

И, охваченная эмоциями и усталостью дня, Даймонд ничего не смогла сделать, кроме как пробормотать "Спасибо..."

И, как и её мать ранее, она упала в обморок.

## Глава 7: Пробуждение

Первое, что заметила Даймонд Тиара, когда начала приходить в себя от незапланированного сна, был озноб. Привыкшая жить в полностью изолированном особняке с окнами с тройным остеклением, она не могла не задаться вопросом, что пропускает сквозняк.

Слегка ерзая, словно пытаясь согреться, она попыталась перевернуться на спину, но что-то ей помешало оказаться в том направлении, в котором она хотела быть. Что-то обернулось вокруг ее живота, и сколько она ни боролась, она оставалась твердо зафиксированной на месте.

Медленно выходя из своего полусонного состояния, следующим ощущением, которое она почувствовала, был странный материал, покрывающий ее до шеи. Если она все-таки была дома, то это одеяло самое грубое и жесткое одеяло, под которым она когда-либо спала. Она привыкла к шелку и бархату, а от этого, что бы это ни была за сеновщина, у нее чесалась кожа.

Инстинктивно потянувшись почесать живот, но все еще с закрытыми глазами, она случайно на что-то наткнулась. Оно приткнулось к ней, как мягкая игрушка, только более твердая.

Её любопытство взяло верх, розовая кобылка решила приоткрыть веки, чуть-чуть. Сначала ее зрение было немного нечетким, но примерно через тридцать секунд оно прояснилось, и она наконец смогла увидеть...

Ничего.

Видите ли, вокруг было темно, хоть глаз выколи.

"Почему Рэндольф не включил мой ночник или хотя бы зажег пару свечей?" — мысленно фыркнула Тиара, все еще пребывая в том странном мире, который существует между бодрствованием и сном. Она также планировала поговорить с тем, кто стирал белье. Кто-то явно совершил ужасную ошибку и дал ей какое-то полотенце вместо одеяла.

"И что это давит на..."

Она внезапно застыла, поскольку подвергла предмет, который её прижимал, более пристальному изучению. Сначала подтолкнув его, а затем — на ощупь.

Ошибки не было. Форма. Текстура. Костная структура.

Это было копыто. А это означает...

В её постели... кто-то есть.

Сознание Даймонд пришло в состояние повышенной готовности. Она резко выпрямилась, заставив того, кто делил ее личное пространство, забормотать, когда она двинулась, чтобы оттолкнуть странную ногу. Розовая кобылка хотела закричать, но она была так напугана, что не издала ни звука. Что происходит?!

На ее вопрос ответил второй присутствующий в комнате, который сидел рядом с ней, протирал глаза и спрашивал с безошибочным сельским акцентом:

— Ты в порядке, Даймонд Тиара?

Вот тогда воспоминания и стали возвращаться к недавно ставшему приемным жеребенку.

Наказание от матери. Спор между ее родителями. Поздний вечерний визит четырех Элементов Гармонии. Когда ей сказали, что ее дом больше не ее дом. Душевная беседа с отцом перед отъездом. Долгое утомительное путешествие на ферму. А потом...

Больше она ничего не могла вспомнить. Следующее воспоминание — это пробуждение здесь, в этой холоднющей комнате, под дешевой синтетической простыней, с одной из кобылок, которых она раньше обижала больше всего.

Это действительно была Эпплблум во плоти.

И теперь фермерша махала копытом прямо перед глазами Даймонд.

— Эквестрия вызывает Тиару. Ответьте, пожалуйста!! — самая молодая Эппл сносно изображала космопони (вероятно, одна из многих вещей, которые они с клубешником пытались испытать, дабы получить метки.).

Внимание розовой кобылки постепенно вернулось к настоящему, она прищурилась, увидела движение перед собой в темноте, и оттолкнула его.

— Ч-что происходит?! К-как я здесь оказалась?! — заикнулась она.

Эпплблум немного похихикала, ни капли не расстроившись из-за того, что ее хлопнули по ноге.

— Моя сестра тебя донесла, глупышка! Ты отрубилась у нас на пороге, так шо мы немножко подвезли тебя.

Затем она показала Даймонд наглядную демонстрацию того, как был достигнут этот великий подвиг, хотя в кромешной тьме это было немного трудно увидеть.

Не обращая внимания на театральность своей новой подруги, Тиара продолжила задавать вопросы.

— Но почему мы вместе...

— А, это... — розовая кобылка не видела выражение лица Блум, но она чувствовала смущенную улыбку вместе в ответе. — Ты ж так быстро прибыла, мы ничего и приготовить-то для сна не успели. Мы с Эпплджек и решили, шо сегодня ты поспишь в моей кровати. Я не возражаю, так в комнате даже уютнее...

Даймонд на этом этапе немного встревожилась. Одно дело просыпаться в совершенно незнакомой обстановке, но в таких вредных для здоровья условиях и в таком тесном контакте с другой кобылкой, при этом ни разу не делив комнату ни с одной пони за свою короткую привилегированную жизнь, было почти достаточно, чтобы заставить ее психануть.

Поэтому вместо того, чтобы зациклиться на этом, она решила спросить кое-что еще.

— Как долго я была в отключке... — пробормотала она.

— Ну, добрых несколько часов, по-моему... — ответила Блум, словно глядя на что-то в окно. — Судя по небу, скоро начнет светать, а потом пора в школу.

Ее глаза медленно привыкли к темноте, и Тиара смогла заметить, как кобылка повернулась к ней.

Теперь настала очередь Эпплблум задать вопрос.

— Короче, как у тя дела? Можешь не говорить, если не хочешь...

Розовая кобылка не могла не уныло улыбнуться в ответ на этот невинный вопрос. Эпплджек явно проинструктировала сестру подходить к теме семейных проблем их гостьи очень осторожно, и за это она была ей благодарна.

— Я все еще привыкаю, — ответила правдиво Тиара. — Я ушла из дома. Пришла сюда. К этому нужно очень привыкнуть. Я не знаю... смогу ли... — Ой. Слезы возвращались.

— Эй, эй. Все нормально. Я с тобой... — Эпплблум подошла ближе к своей новой подруге и сочувственно обняла ее. — Не говори ничего, если тя это расстраивает. Просто знай, шо я тебя поддержу, и моя семья тоже, и все друзья, которых ты завела, тоже. Помни, шо бы ни случилось, ты не одна.

Даймонд не могла поверить своим ушам. Это говорила кобылка, над которой она безжалостно издевалась в течение многих лет, возможно, даже больше, чем над другими Метконосцами вместе взятых. И все же, она была готова протянуть копыто помощи? Это было... Это было...

— Я-я не заслуживаю твоей помощи. Я-я же вас так унижала... — пробормотала розовая кобылка сквозь слезы, но, похоже, своевременное вмешательство Блум хотя бы предотвратило превращение струйки в муссон.

— Бредни! — Младшая Эппл отстранилась на минуту, чтобы ласково взглянуть во влажные глаза Тиары. — Теперь мы друзья, это все, шо те нужно знать. Я простила тебя как только ты вступилась за меня, Свити Белль и Скутс перед...

Блум внезапно умолкла и нахмурилась. Она подошла к сложной теме, которую Эпплджек велела ей не поднимать, но как же она хотела! Увидев, как Спойлд обошлась с ее единственной дочерью, ей стало ясно, почему Даймонд вела себя так, и сделало кобылку еще более благодарной за то, что она происходила из такой любящей семьи.

Даже без родителей Блум никогда не нуждалась в любви или совете — двух вещей, которых явно не хватало в семье Ричей. Понимая, что по простой иронии судьбы она могла родиться вместо Тиары, фермерша стала более чуткой к тяжелому положению ее соседки по комнате, и она решила сделать пребывание новоприбывшей на "Яблочных Акрах" максимально комфортным.

Даймонд уловила внезапную паузу Блум и вздохнула.

— Все в порядке. Я знаю, какой она может быть ужасной. Иначе я бы вообще не жила здесь... — она хотела утереть слезы, но что-то попало ей в глаза. — О нет...

— Шо теперь? — с любопытством спросила Эпплблум.

— Моя грива. Обычно перед сном я трачу как минимум час на то, чтобы вымыть ее с шампунем и высушить, чтобы она была готова произвести впечатление на всех пони утром. Но из-за того, что я изменила распорядок дня, она будет выглядеть ужасно, и... — Даймонд внезапно замолчала с нарастающей паникой, поскольку она вспомнила кое-что еще.

— О нет!! Моя тиара!! Я оставила её дома !! Он все еще заперта в ящике!! И вернуться за ней не могу!! Она мне нужна!! Как же все поймут, что я — это я, если её на мне нет?! Что мне делать?! Что мне... — розовая кобылка медленно, но верно краснела от тяжелого дыхания.

— Так, полно. Возьми ся в копыта, — Блум схватила задыхающуюся соседку по комнате и умеренно встряхнула, пытаясь успокоить. — Думаю, шо каждый пони, к лучшему эт или к худшему, уже "знает, кто ты", а если нет, уверена, твоя кьютимарка им напомнит. Тебе не обязательно носить эту штуку, шоб они не забыли. А насчет твоей гривы, думаю, у меня есть решение...

Даймонд прекратила свой небольшой приступ паники и посмотрела на Эпплблум с легким недоверием.

— Правда?

— Конечно. Просто подожди здесь и закрой глаза. Я хочу, шоб это был сюрприз... — Кобылка с фермы зажгла фонарь на своей стороне кровати, встала и побежала к ближайшему шкафу. Полная любопытства Тиара почувствовала, что вытягивает шею, чтобы рассмотреть, что отбрасывает свет лампы.

— Я же сказала не подглядывай!! — Блум настояла не недружелюбно, пока рылась в глубине своего шкафа.

— Хорошо, хорошо... — Даймонд закатила глаза. Она не видела, что такого делала фермерша, чего не могла она. В конце концов, она годами придерживалась одной и той же процедуры аккуратной прически, чтобы грива оставалась безупречной и прямой. Как могла ее новая подруга надеяться сравниться с этим?

Если бы только она была немного менее ошеломлена, когда собиралась уходить из дома, у нее, возможно, хватило бы духа взять с собой такие предметы, как средства для волос, которые она могла бы использовать, а не первый попавшийся под копыто хлам. Даже сейчас она не помнила, что она, точнее, Эпплджек донесла до "Яблочных Акр". Она надеялась, что хоть часть этих вещей можно использовать.

Блум вернулась и настояла на том, чтобы Даймонд повернулась и не двигалась, пока кобылка возделывает ее гриву. Тиара почувствовала, что она её дергает за волосы, и энергично запротестовала, но, несмотря на всю борьбу, смогла усидеть на месте во время процесса.

Всего несколько дней назад она предпочла бы быть несколько раз брошенной в грязную лужу, чем позволить кому-либо другому даже прикоснуться к ее изящно причесанным локонам, но сейчас у нее были чуть более насущные проблемы, чем выглядеть хорошо (хотя это все равно много для неё значило).

К тому же она не знала, как решить проблему сама, а отчаянные времена требуют...

— Готовенько!! — это стало призывом к вниманию, когда Тиара была разбужена от своих размышлений, а фермерская кобылка гордо стояла перед ней. — Да я отлично справилась, уж не сочти за хвастовство!

Даймонд понятия не имела, что ее подруга сделала с ее гривой, пока ее вели к зеркалу, но, по крайней мере, волосы теперь не лезли ей в глаза. Хотя чувство было довольно странное...

И причина тому стала очевидной, как только розовая кобылка увидела свое отражение, когда Блум подвесила фонарь над ней, чтобы она могла увидеть масштабы работы ее новой соседки по комнате.

На ее голове покоилась большая красная лента, точно такая же, как у Эпплблум.

Она как будто смотрела на совершенно другую пони.

У Тиары отвисла челюсть. Она продолжала смотреть на странную кобылку перед собой.

Она высунула язык. Сделала пируэт. Коснулась стекла. Ага, это определенно она.

Внезапно она почувствовала на своей спине пару копыт и увидела в зеркале другое отражение, которое теперь в тревожной степени напоминало ее, за исключением, конечно, желтой шерсти и красной гривы.

— Итак, шо думаешь? — спросило новое лицо, улыбаясь. — По-моему, это тебе подходит больше, чем старая расфуфыренная тиара.

— Я другая... — это все, что Даймонд смогла выдавить, все еще борясь с мириадами мыслей, проносившихся в ее голове.

— Вот шо, завтра спросим мнения всех пони в школе. Это будет как президентские выборы, разве шо только без шантажа и подкупа. Если жеребятам понравится твой новый вид, советую тебе оставить его как минимум на неделю. Согласна? — Блум полушутя потерла шею Тиары.

Не зная, как на это реагировать, Даймонд начала теребить своё украшение. Оно было очень надежно привязано, явно тем, у кого было много практики.

— Только посмотри на нас. Мы могли бы быть сестрами, — Блум встала рядом с розовой кобылкой. — Ну, пока ты здесь, получается, шо мы типа сестры. Ну ладно, я обратно в постель. Оставь ленточку на ночь, обещаю, тебе даже не придется расчесывать гриву. Доброй но... то есть, доброго утра, Даймонд Тиара.

Оставив фонарь у зеркала, Блум подмигнула своей новой соседке по комнате, прежде чем вернуться в удобную кровать.

— Знаешь шо, думаю, мне уже нравится, шо ты здесь, — сказав это, она снова погрузилась в глубокий сон...

Изучая свою радикально изменившуюся внешность, Даймонд обдумывала все, о чем они с новой подругой говорили.

Всё было, мягко говоря, поучительным.

Но из всего множества слов, которыми они обменялись, выделялись две вещи, обе в последних предложениях Блум, обращенных к ней.

Во-первых, мысль о том, что она не расчесывает гриву к предстоящему дню. Совершенно неслыханно!! К этому нужно будет привыкнуть...

Во-вторых, когда она сказала, что они выглядят как...

Сестры. Сестры...

Этот термин было не так уж и трудно произносить, но Тиара почему-то не смогла его сказать вслух.

Тем не менее, простая мысль об этом слове привела к появлению множества новых эмоций, с которыми она пока не была готова столкнуться.

Сестры...

## Глава 8: Новый день

Музыка к главе — I'll Stand By You by The Pretenders

После того, как Эппл Блум вернулась к своим теперь блаженным снам, не связанным с кьютимарками, Тиара еще довольно долго смотрелась в зеркало. Как и незнакомая кобылка с ленточкой, имитирующая каждое ее движение, а также, в более глубоком смысле, гадающая, что именно ждет ее в будущем как пони.

Теперь она выбрала новый курс жизни, который предполагал использование кьютимарки для помощи другим, а не для личной выгоды. Само по себе это потребует привыкания, но, если добавить к этой перемене фон совершенно другого образа жизни? Как она только будет жить без всех удобств и роскоши, к которым она привыкла за эти годы? Обветшалый фермерский дом, в котором она теперь жила, был так далеко от ее старого дворца.

А как отреагируют другие ученики, когда она прогарцует в школу с Эпплблум? Почти все пони знали, что теперь они друзья, но слухи, что они живут в одном доме и даже комнате быстро пойдут. Вдруг кто-нибудь из ее старых жертв задразнит ее за внезапное "грехопадение"? Она знала, что заслуживает это, несмотря на все страдания, которые она испытывала на протяжении многих лет, но легче от этого всё равно не было бы.

Ещё у неё было много других вопросов, например, что она будет делать, если увидит свою мать (которая все еще была главой школьного совета)? Когда она снова встретится со своим отцом? Какими были лица Бабули Смит и Биг Мака, когда Эпплджек принесла ее прошлой ночью и сообщила им, что у них ненадолго гостья остановится в "Яблочных Акрах"? Да еще и у которого довольно неоднозначная история, так сказать, связанная с их кланом?

По крайней мере, она скоро узнает ответ на последний вопрос. Когда солнце Селестии выглянуло из-за горизонта, а луна Луны исчезла, вес всего, что происходило в ее голове, начал утомлять Даймонд, и, несмотря на то, что скоро придется вставать, она не могла не почувствовать снова истощение.

Теперь, когда появился нормальный дневной свет, розовая кобылка встала и оглядела комнату, в которой она собиралась жить. Она была маленькой. Тесной. И только для одной пони. Ей едва хватит места, чтобы растянуться.

Но ладно, сойдет. А если заметить облупившиеся обои, дешевую мебель и треснувшее окно, то понятно, почему температура внутри была как в морозильной камере. И неудивительно, что она едва могла двигаться в крошечной кровати, в которой теперь тихо дремала Эпплблум. Ее домашняя копия с балдахином была в десять раз больше безвкусного творения, на которое она сейчас смотрела.

Тиара мысленно дала себе пощечину. Разве она не пообещала себе в последние несколько дней, что будет меньше осуждать других, как только решила начать с начала? Не все пони были так богаты, как Ричи, и если Эпплам комфортно жить в этом деревянном чудовище, то это их выбор...

— Аргх... Опять я за своё!! — зарычала Даймонд, которая начинала понимать, что полностью изменить себя в одночасье будет труднее, чем она думала.

Кто бы догадался?

В любом случае, из-за своей легкой усталости она решила еще немного подремать перед неизбежным пробуждением, которое настанет намного раньше, чем ей хотелось бы. Подойдя к краю матраса, она каким-то образом сумела протиснуться между Блум и краем кровати, прежде чем снова приподнять крахмалистую ткань, которая легла простыней на ее гибкую фигурку.

— Надеюсь, это временно, — пробормотала розовая кобылка об отсутствии ее собственных спальных средств, прежде чем Земля Нод снова забрала ее.

30 МИНУТ СПУСТЯ...

— Подъём! Подъём!!! — это услышала Тиара, когда открыла глаза, но что действительно разбудило ее, так это то, что Блум с энтузиазмом трясла ее за плечи.

— Хорошо!! Хорошо, встаю... — Даймонд заметила взволнованное лицо своей новой подруги, когда кобылка улыбнулась ей. Она была не в форме, ни физически, ни морально, чтобы начать день, но, похоже, её ждет ни минуты покоя от гиперактивной деревенщины, поэтому с большой неохотой розовая кобылка начала покидать свою зону комфорта.

— Скорей бы те все показать! У нас есть гостиная, кухня, загоны для животных, фруктовый сад… — Блум практически превратилась в размытое пятно, выплясывая вокруг своей новой соседки по комнате. — Те здесь очень понравится, вот увидишь!! Да, кстати, вон твои вещи. Те помочь распаковаться?

Тиара сглотнула, заметив, что Блум указала на сумку в углу, которую она наполнила сразу после того, как поздно ночью уходиила из своего бывшего дома. Зная, что из-за стресса она не приложила никаких усилий для тщательного выбора чего-либо, она сомневалась, что содержимое принесет много пользы.

Тем не менее, заглянуть не помешает, верно?

— Нет, спасибо, Эпплблум, я сама. Просто постой там, пока я опорожняю сумку, пожалуйста... — Даймонд попросила кобылку уступить место лавине предметов, которые наверняка хлынут из переполненной сумки.

Блум, любопытствуя посмотреть, что берут богачи с собой в путешествия, глядела, как содержимое рассыпалось по полу, но все оказалось так плохо, как и предсказывала Тиара.

Пара пустых флаконов из-под духов.

Хулахуп.

Кусок пары штор.

И тонны дорогих, претенциозных мантий и платьев.

Отлично подходит для званых обедов и общественных мероприятий, но не для жизни на ферме.

Даймонд вздохнула, глядя на кучу, а глаза Блум чуть не вылезли из орбит.

— Подожди, это...?

— Да, это наряд, который я надела на мою провальную кьютсеньеру, на которой ты встретила Скуталу и Свити Белль и стала с ними Метконосцами, и с тех пор я его не носила. Слишком много плохих воспоминаний, а теперь даже больше, поскольку оно напоминает мне о том, какой я была... — Тиара виновато уставилась в пол.

Не желая ворошить прошлое, Блум решила сменить тему.

— А этот...

— Если ты про этот дурацкий обруч, то да, я заставила папу купить его, когда ты получила свою фальшивую кьютимарку. Я хотела обыграть тебя в твоей же игре... — Даймонд покачала головой от собственной инфантильности.

— И как, получилось? — с интересом поинтересовалась Блум.

— Что ж, скажем так, я разбираюсь в этом примерно так же хорошо, как и тогда, и это не комплимент. Вот, можешь забрать, — Тиара бросила ненужную игрушку своей соседке, а затем опустилась на колени, чтобы порыться в вещах.

Блум задумчиво посмотрела на обруч.

— Знаешь, хоть ты и была хулиганкой, это был один из случаев, когда ты была права. Я ведь солгала насчет своей кьютимарки, и ты единственная, кто высказал мне всё, как есть. Если тебе хватает понячности, чтобы признать свои прошлые ошибки, то и мне тоже. Так что мне жаль...

Слова кобылки застряли у нее во рту. Потому что она обернулась и увидела, что ее новая подруга что-то сжимает в копыте, один из случайных предметов, брошенных в ее сумку без какой-либо подготовки, но предмет, который имел гораздо большую ценность, чем остальные.

Это была серебряная фоторамка, а внутри была фотография, сделанная вскоре после рождения Даймонд Тиары. На ней ее обожающий отец убаюкивал молодого жеребенка в одеялах, а мать стояла в стороне и безразлично смотрела в сторону.

Если что-то и отражало состояние динамики семьи Ричей, то эта фотография. В двух словах.

Тиара начала всхлипывать, но не сломалась, как раньше. Это был скорее тихий плач, поскольку она вспомнила всех друзей, которых могла бы завести за эти годы, если бы не пыталась достичь невозможных стандартов своей матери. Она все время пропускала встречи с отцом в тех редких случаях, когда он был дома, так как Спойлд настаивала, чтобы она посещала уроки балета или игры на фортепиано. И в жизни она всегда чувствовала себя больше роботом, чем кобылкой...

Угадайте, кто держал пульт?

Блум мгновенно оказалась рядом, обхватила ее копытом, и нежно похлопала Даймонд сзади по шее, когда маленькие ручейки воды потекли по ее щекам. Еще одна вещь, о которой Эпплджек предупредила свою младшую сестру накануне вечером, — это что розовая кобылка может продемонстрировать непредсказуемые эмоциональные всплески, и кобылка должна быть готова оставить свою новую гостью дома одну или позвать взрослого в случае такой ситуации.

Блум категорически отказалась даже думать об этом. Она была полна решимости стать хорошей подругой Тиаре, несмотря на все трудности.

Она знала, что наступят времена, когда Даймонд вернется к своим старым привычкам, Блум сможет действовать как ее совесть.

Она знала, что будут времена, когда Даймонд выйдет из себя, Блум сможет действовать как миротворец.

И будут времена, когда Даймонд просто нужно будет плечо, чтобы поплакать, как вот сейчас. Блум сама провела немало бессонных ночей, гадая, что ее родители подумали бы о том, какими выросли она и ее брат с сестрой.

Она надеялась, что этот опыт поможет ее новой соседке со всем разобраться, каким бы сложным и запутанным это ни было для жеребенка.

Если нет, то, по крайней мере, она могла бы быть рядом, чтобы предложить утешительные слова и моральную поддержку. Сердце кобылки было таким же большим, как и то, что красовалось на ее новой кьютимарке, и, учитывая, что Тиара невольно помогла ей заработать её, возможно, сейчас самое время найти ей хорошее применение.

Вот только пока Блум держала голову Даймонд в копытах, самая молодая Эппл ошиблась в одном важном аспекте.

Понимаете, это не был момент "Я скучаю по своим родителям"...

Это был момент "Не могу поверить, что моя мать столько у меня отняла".

Это означало, что после рассмотрения всего, что привело к этому моменту... Тиара перестала плакать.

И рассердилась. Очень-очень рассердилась.

Предупреждающие знаки присутствовали, но Эпплблум предпочла их игнорировать, так что кобылка была настолько поглощена поглаживанием гривы Даймонд, что не услышала, как всхлипы прекратились, а вместо них раздался характерный звук скрежета зубов.

В одно мгновение Блум плюхнулась на пол, когда ее соседка взорвалась и прыгнула в середину холмов одежды и принялась рвать её.

Дорогие наряды, элегантные платья, даже милое платьице на кьютсеньеру — она ничего не щадила...

Все было выбрано и оплачено ею. Все символы ее контроля и тирании над дочерью.

Их надо уничтожить.

Она брала каждое платье копытами и рвала зубами в клочья.

Казалось, что Тиара наслаждается этим, когда посреди разрушения на ее лице появилась садистская улыбка, которой мог бы гордиться сам Тирек.

Даймонд стала ускорять разрушение ее гардероба. Ее ноги начали натираться. Десны начали кровоточить. Но ей было все равно.

Все. Должно. Исчезнуть.

И поскольку в тот день в том крохотном уголке высвободились все ее демоны, невинная кобылка...

Сама стала мини-демоном.

При этом пугая до икоты свою новую соседку, которая поднялась с пола и могла только с открытым ртом наблюдать за этим беспрецедентным проявлением агрессии, подобного которому она никогда раньше не видела.

Блум начала думать, что, несмотря на ее прежнюю твердую уверенность, с этим ей явно не справиться. Она хотела пойти и позвать кого-нибудь из взрослых, но точно так же, как пони останавливаются, чтобы понаблюдать за аварией на ралли Вандерболтов, она не могла оторваться от хаоса перед ней.

В конце концов, когда последний предмет одежды превратился в конфетти на полу, Даймонд стала похожа на один из воздушных шаров Пинки Пай, из которого кто-то выпустил воздух. Розовая кобылка просто рухнула в центре созданной ею свалки, в то время как Эпплблум спорила сама с собой, приближаться ли к ее непредсказуемой подруге.

Прежде чем кобылка смогла принять решение, Тиара принялась за выполнение последнего задания. Слабо взяв рамку копытом, лежа на спине, ей хватило сил ровно на то, чтобы сломать ее об пол, разбить стекло и рассыпать осколки.

Затем она выдернула фотографию, разорвала её пополам и швырнула оторванный кусок о стену.

Глаза Блум проследили за ним, когда он приземлился, и конечно же, это был фрагмент фотографии, показывающий угрюмое лицо Спойлд Рич.

Что касается фрагмента фотографии, который она оставила, Даймонд запихнула его обратно в теперь уже сломанную серебряную рамку, а затем нежно поцеловала и аккуратно положила обратно в сумку.

Наконец розовая кобылка снова легла на разбросанные повсюду материалы, и ее выражение лица изобразило умиротворение.

И во всей этой суматохе, всей этой травме, всем этом беспорядке, что взбрело в голову Эпплблум?

"Хвала Селестии, шо Рэрити этого не видит."

Да, это звучало глупо, но, учитывая шок и трепет, которые переживала кобылка именно в этот момент, вполне оправдано.

И, как назло, дверь спальни распахнулась через несколько секунд, и из-за неё высунулась Эпплджек собственной персоной.

— Доброе утро, девчата! Надеюсь, вы любите яичницу, потому шо...

Дружеское приветствие затихло, как только фермерша заметила свою офигевшую сестру, прижавшуюся к стене, как будто она пыталась сдвинуть дом, и Даймонд Тиару, которая явно пыталась крауд-серфить в гигантской груде тряпок.

— Какого Дискорда здесь происходит?! — спросила оранжевая кобыла, приподняв свою фирменную бровь.

## Глава 9: Новый путь

Эпплджек осторожно оглядела комнату, изорванную одежду, которая теперь захламляла пол, и двух нервно переглядывающихся испуганных кобылок.

Она предполагала, что рано или поздно подобное произойдет, учитывая багаж, как психический, так и физический, который её новая подопечная таскала с собой. Что ж, она знала, на что подписалась, когда согласилась оставить наследницу семьи Ричей. Пора надевать "мягкое, но суровое" лицо.

— Успокойтесь. Всё хорошо, нужно просто навести порядок. Даймонд, ты, кажися, жутко натерла ноги. Можешь потом пойти со мной в ванную, я их те намажу, — Эпплджек сочувственно улыбнулась розовой кобылке.

— Что? И всё?! — Тиара не могла поверить в снисходительность своего нового опекуна. Если бы она додумалась до таких подлых махинаций в особняке, Спойлд бы с неё семь шкур спустила и голой в Зебрику пустила. Или как минимум заперла бы ее в комнате на целую неделю.

— Вы просто спустите мне это с копыт?! — не удержалась и выпалила Даймонд. Это отсутствие дисциплины было ей совершенно чуждо. Она должна знать, вдруг это какая-то шутка.

Эпплджек торжественно кивнула розовой кобылке.

— С моей точки зрения, наказание не принесет никакой пользы. Единственный пони, кто здесь пострадал, — это ты, ты ж уничтожила всю свою одежду и натерла копыта. Мы можем поговорить об этом позже, а пока ты можешь помочь мне и Эпплблум прибраться. У нас есть один бутик в городе, которому мы можем пожертвовать это как галантерее, так шо потеря невелика...

Оранжевая кобыла одарила Тиару теплой улыбкой, и приемный жеребенок почувствовал, как по всему ее существу распространяется странное тепло. В чем причина этого внезапного чувства, кобылка не знала. Облегчение? Удовольствие? Она понятия не имела, но оно было хорошее. Очень хорошее.

В любом случае, Даймонд нужно помочь им прибраться. Она вообще не привыкла выполнять какую-либо работу, но она догадалась, что несет ответственность за состояние вещей. Она выбралась из полос ткани, которые она оставила на полу, сделала шаг вперед...

— АЙ!!

Тиара наступила на что-то острое, он вонзилось ей в копыто и проткнуло кожу. Она вздрогнула, прежде чем приподнять правую заднюю ногу, чтобы посмотреть, что вызвало боль.

Это был один из осколков стекла от разбитой во время ее истерики рамки, и притом довольно большой. Даймонд видела, как он торчит из-под ее ноги, и поэтому решила попробовать удалить его сама.

— ОЙ!!

Розовой кобылке удалось вынуть только половину осколка, в результате чего другая часть прочно ушла под кожу. Всё было хуже, чем она думала. Если сейчас так больно, кто знает, что будет, если она попытается ходить? Она не знала, что делать дальше...

И тут она почувствовала, как пара сильных копыт подняла ее с земли и понесла на кровать.

Конечно, это была Эпплджек, которая увидела страдания Даймонд и ее травму, и взяла на себя задачу доставить свою гостью в более безопасное место, чтобы осмотреть пострадавшую ногу.

— О, сахарок, шо ж ты мне не сказала, что разбила стекло? — обеспокоенно спросила Эпплджек, в то время как Тиара краснела от непривычного тесного контакта. — Слышь, Эпплблум. Забудь, шо я сказала минуту назад. Стой на месте, мы с Биг Маком уберем эту комнату, пока вы в школе. Маленьким копытам не пристало по стеклу топтаться...

Даймонд слушала с широко открытым ртом. Опять самоотверженная доброта от кого-то, кого ее мать сразу же сочла бы никчемной деревенщиной. Все больше и больше уроков Спойлд начинали распутываться в ее голове, и становилось очевидным, что ее изолированное воспитание мало чему научило розовую кобылку об окружающем ее мире и о пони в нем.

Тиара не знала, насколько пропаганда ее матери будет разнесена вдребезги в грядущие дни, но одно было точно: поездка обещала быть интересной.

Тем временем розовая кобылка почувствовала, что ее несут к двери спальни, а Эпплджек сказала ей:

— Похоже, придется открыть аптечку от Голден Делишес раньше, чем я думала. Не волнуйся, дорогая, мы сразу достанем этот мерзкий кусок стекла.

Затем оранжевая кобыла обратилась к своей сестре.

— Эпплблум, можешь спускаться на завтрак. Только постарайся придерживаться периметра комнаты. Остерегайся любых острых предметов, которые могут быть на полу. Я присоединюсь к вам с Биг Маком и Бабулей, как только закончу тут.

Блум со смешанными чувствами смотрела, как Эпплджек уносит несчастную Даймонд. С одной стороны, хорошо, что ее новая подруга наконец-то получила от её старшей сестры ту заботу, которую она заслуживала.

С другой стороны, она вспомнила один инцидент, произошедший около года назад, из-за которого Эпплджек слишком остро отреагировала на проблемы безопасности, связанные с кобылкой, и целый день относилась к Блум как к младенцу. Она искренне надеялась, что Тиара не испытает такое же веселье на себе.

Хотя, если подумать, куда она положила камеру?

Да, у каждой пони внутри сидит озорство, даже у в основном приличной Эпплблум.

Не волнуйтесь, вскоре она отказалась от этой идеи.

Наверное...

* * *

— И чьей же идеей был бантик? — спросила Эпплджек, когда достала из комплекта дезинфицирующее средство и медицинские плоскогубцы.

— А Вы как думаете?! — хмыкнула Тиара, застенчиво поправляя его в зеркале.

Оранжевая кобыла хихикнула на её угрюмый ответ.

— Конечно, это была она. Глупый вопрос. И ты сказала, шо твоя тиара осталась дома. Удивлена, шо ты забыла шо-то столь важное…

Даймонд посмотрела на Эпплджек, как на сумасшедшую.

— Я её вовсе не забыла! Её у меня конфисковали, как только я вернулась, из-за моего "недостойного поведения". Я бы её наверняка целую вечность не увидела, даже если бы все еще жила там. Так что мне действительно без разницы, помню я её или нет...

Эпплджек попыталась скрыть хмурое выражение на ее лице. Чтоб тебя наказывали так за то, что ты поступил правильно...

— Шо ж, я знаю, что ты очень скучаешь по ней, но если хочешь услышать мое честное мнение, я думаю, шо предпочитаю твой новый образ старому. И я говорю это не потому, шо моя младшая сестра носит бантик каждую минуту жизни.

Тиара посмеялась бы над мнением столь явно предвзятого в этом вопросе пони, но потом она поняла, что говорила с Элементом Честности, что придало словам оранжевой кобылы больше доверия, чем большинство других.

— П-правда? — пробормотала она.

Эпплджек улыбнулась ей в ответ.

— Ага. Ты выглядишь более свободной, намного менее напыщенной, как должен выглядеть жеребенок. Как будто ты пачкаешься и играешь со своими друзьями, а не бродишь вокруг, думая, шо ты хозяйка поместья. Но это всего лишь мое мнение...

Даймонд внимательно обдумала эти слова. Она носила свой ценный головной убор с тех пор, как получила кьютимарку. Это был подарок от Спойлд на её кьютсеньеру, и с этого момента она стала чуть ли не продолжением ее личности.

Ее мать была очень тверда в этом вопросе. Куда бы ни пошла ее дочь, крестьяне обязаны знать о ее прославленной родословной, и тиара была тому символом. Снять её на любой срок было бы чуть ли не святотатством, и Спойлд почти каждый день талдычила своему потомству, как важно всегда её носить и как недопустимо снимать её на любой срок.

Вот почему отнятие её было таким эффективным наказанием. Предполагаемый эффект всегда заключался в том, чтобы Даймонд, как бы она ни была загипнотизирована, без неё чувствовала себя совершенно бесполезной и следила за тем, чтобы не было больше вспышек непослушания со стороны непокорной кобылки.

Однако теперь, впервые в своей юной жизни, свободная от ига материнских правил и ожиданий, в мыслях Тиары начало закрадываться иное мышление. Что, если вся ее привязанность к украшению, которое каждый божий день покоилось на ее голове, была...

Поддельной?

Сфабрикованной?

Что-то внушенное ей Спойлд, а не мнение, которое она сформировала сама?

Когда бы она ни надевала её в школу, она всегда выделялась среди своих одноклассников. Она всегда думала, что это хорошо, отделяет ее от простаков, обеспечивает себе положение драгоценного камня в море посредственности.

Теперь она увидела ошибочность этой точки зрения. Вместо того, чтобы сделать ее важной, она ее изолировала. Заставила остальных жеребят чувствовать себя неадекватными и напуганными. Это, в сочетании с ее высокомерием, оставило ее совсем одну, если не считать Сильвер Спун.

И даже ангельское терпение серой кобылки лопнуло в день выборов. Кто знает, какое ужасное и одинокое будущее её ждало, если бы не своевременное вмешательство Эпплблум и ее друзей. Она им так многим была обязана...

— А теперь постарайся не двигаться, пока я вытаскиваю осколок. Будет немного больно, так шо приготовься... — ход мыслей Даймонд был прерван предупреждением Эпплджек, когда жеребенок почувствовал, как ее пострадавшая нога поднимается в воздух, а крошечные плоскогубцы приближаются все ближе...

Тиара закрыла глаза. Сцепила зубы...

Маленькая пульсация и...

— Вот и все, мы закончили! — заявление Эпплджек вывело Даймонд из оцепенения, и розовая кобылка была шокирована тем, насколько безболезненным был процесс. Ее глаза открылись, и вот он, осколок, который ее опекун торжественно подняла вверх, как своего рода трофей.

А она думала, что оранжевой кобыле придется лезть глубоко.

— И всё? — спросила Тиара, не веря, что суровое испытание закончилось.

— Ага, — заявила Эпплджек. — Я к таким вещам привыкла. Эпплблум постоянно загоняла занозы, играя на крыльце, когда была моложе. А теперь я перевяжу тебе копыто. Ты все равно сможешь ходить, но оно может несколько дней поболеть. Постарайся расслабиться, хорошо?

— Да, мисс Эпплджек, — вежливо ответила Даймонд, испытывая безмерное облегчение.

Оранжевая кобыла нежно вздохнула.

— Я же тебе говорила. Давай на ты. Я просто старая добрая Эпплджек. Я никем другим и не буду. Шо касается твоей травмы, думаю, это значит, шо ты не будешь так активна на ферме, как я хочу. Ты уверена, шо не спланировала эту маленькую выходку заранее?

Эпплджек криво улыбнулась Тиаре, отчего лицо розовой кобылки приобрело привлекательный оттенок алого.

— Что?! Нннет, конечно, нет...

Ее опекун с минуту смотрела в ее голубые глаза, прежде чем расхохотаться.

— Подловила тя, да? Ты бы видела свое лицо! Красное, как верх банки молнияблочного варенья!

Поначалу Даймонд нахмурилась, услышав детский розыгрыш Эпплджек, но, как ни странно, чем больше она думала о ней... тем смешнее она ей казалась.

Она начала хихикать...

Затем посмеиваться...

И, наконец, раздался душевный смех...

И вот они вцепились друг в друга, хохоча так, будто от этого зависела их жизнь.

Наконец, они оба прекратили хохотать, чтобы вытереть слезы (у Тиары это были слезы счастья, для разнообразия).

Этот простой момент легкомыслия уже сформировал связь между кобылой и кобылкой...

В конце концов, это было гораздо веселее, чем было бы дома, где Спойлд больше беспокоила бы кровь на ковре, чем утешение дочери.

Подняв ей настроение, Эпплджек решила перейти к следующей части разговора, которую она планировала провести со своей подопечной, и эта была немного более серьезной:

— Послушай, сахарок...

— Да? — Тиара слушала кобылу, которая впервые за несколько месяцев помогла ей испытать радость.

— Я понимаю, шо ты сейчас переживаешь очень тяжелый период, и Селестия знает, что я всегда готова разодрать кучу дорогих и бесполезных нарядов, которые носят пони, у которых битов больше, чем мозгов. Но, пожалуйста, дорогая, если те когда-нибудь захочется снова вот так взорваться, поговори об этом со мной или с моими подругами. Не наноси себе вред, нанося его на неодушевленные предметы. Твайлайт доверила мне заботиться о тебе, а еще ты очень дорога Эпплблум... — Оранжевая кобыла грустно отвернулась.

Прилив счастья, который Даймонд испытала, растаял, и его сменило чувство вины.

— П-правда? — прохрипела она.

Эпплджек торжественно кивнула.

— Ага. С тех пор, как у нее появилась кьютимарка, она только и говорила, шо ты с ней и её друзьями будешь делать. Она была так взволнована, когда я тя вчера привела, думаю, она с нетерпением ждет, шо у нее появятся ровесники, когда я уезжаю по делам Кьютикарты. Так шо будьте добры друг к другу, хорошо? Постарайся не сильно ее беспокоить, у нее золотое сердце, и я не хочу, шобы она отягощалась проблемами окружающих.

Глаза Тиары наполнились слезами, и волна смирения накатила на некогда самонадеянную кобылку. Она посмотрела прямо на своего нового опекуна и произнесла, возможно, самую искреннюю фразу, которая когда-либо срывалась с ее губ.

— Обещаю, Эпплджек.

Кобылка получила в ответ улыбку и легкие объятия.

— Умница, девочка. А теперь давай нанесем лечебный крем на твои натертые копытца. Бабуля Смит за него ручается. Между прочим, она с нетерпением ждет с тобой встречи, просто прояви терпение, если она начнет болтать. А вот с Биг Маком у тебя будет противоположная проблема...

Даймонд Тиара продолжала слушать, пока на каждое копыто наносили успокаивающий лосьон.

Она чувствовала заботу.

Что её ценят.

Уважают.

К этому нужно будет привыкнуть.

## Глава 10: Семья

Внимательной Эпплджек не потребовалось много времени, чтобы покрыть каждое копыто Тиары тонким слоем ароматно пахнущего крема, и розовая кобылка сразу почувствовала охлаждающий эффект на своей коже.

— Вот и все, он должен довольно быстро высохнуть, как раз к тому времени, когда ты пойдешь в школу. Но пока я лучше отнесу тебя вниз. Пусть впитается, — подумала вслух Эпплджек, поднимая Даймонд в третий раз за день.

Тиара не привыкла к таким транспортировкам. Она начала немного смущаться из-за того, что так полагалась на кого-то другого. Верно, ей служили верой и правдой большую часть ее жизни, но такие пони, как Рэндольф, никогда не выполняли для нее таких личных дел и не касались её вовсе...

Тем не менее, это было лучше, чем обычная тактика ее матери — дергать ее за гриву и хвост, и тот факт, что Эпплджек выполняла эти задачи с такой большой осторожностью и удовольствием, значительно смягчал удары по ее эго.

Когда они вместе подошли к лестнице, Тиара продолжила оглядываться на свое не очень элегантное окружение. Куда бы она ни повернулась, везде были шаткие приспособления, облупившиеся стены и сырые потолки. Казалось, что каждый шаг Эпплджек скрипел, и она начала искренне беспокоиться, что может провалиться через гниющие доски на первый этаж.

Были и фотографии. Много-много. Даймонд покосилась на некоторые, пока они спускались, но почти никого не узнала. Клан Эпплов был большим и разнообразным, и она знала, что каждый год происходит большое воссоединение семьи, где они вспоминают былое, играют в игры, обмениваются яблочными рецептами. Ей отец рассказал, и она до сих пор помнила, как насмехалась над этой идеей и сказала:

— Да пусть эти грязепони хоть утонут в своей грязи, мне плевать, у меня есть бассейн!

При этом забыв, что она сама земная пони. Лицемерие? Не слышали.

Мать рассмеялась на это грубое замечание.

— Вот это моя девочка! — она помнила гордое заявление Спойлд. Однако Филси нахмурился, услышав подобную наглость, а затем следующие несколько часов объяснял своей дочери, скольким именно Ричи обязаны Эпплам и почему нельзя смеяться над ними только потому, что они менее обеспечены.

Тиара тогда закатила глаза его проповеди, точно так же, как окрестила рассказ Бабули Смит в День семьи бреднями. Даже оскорбила бабушку Эпплджек в процессе. Ее отец очень редко вмешивался в ее дисциплину, но когда он услышал, как его жеребенок обозвал в тот день одного из его самых старых друзей, он очень огорчился.

В одном из немногих случаев, когда он отнимал инициативу у своей жены, он наказал свою дочь, заставив ее надеть пару кроличьих ушей и принять участие в древней церемонии воссоздания молнияблок. Тиара до сих пор не понимала причудливых правил этого почтенного ритуала, но, похоже, они работали. Пони со всего города часами стояли в очереди, чтобы отведать этот деликатес.

Несмотря на ее хамство, Эпплы оказались достаточно любезны, чтобы предложить Тиаре ящик с популярной едой за ее принудительное участие в церемонии, но, будучи горделивой и упрямой, она категорически отказалась. По возвращении мать сказала ей более ласковые слова.

— Ты поступила правильно, милая, кто знает, какую пакость эти деревенщины подмешали в это пойло. У нас есть привезенные из Кантерлота пасты, вот это то, что надо, — сказала она тогда.

Не говоря уже о том, что она заверила Даймонд, что ей больше никогда не придется возвращаться в "эту отвратительную лачугу", и серьезно поговорила с Филси о принятии участия их потомства в такой недостойной деятельности.

— Что бы произошло, если бы её сфотографировали папарацци? Я бы тогда свое лицо в клубе дамского бриджа и казать не смогла!! — кричала она.

И, как обычно, Спойлд добилась своего. Вялые попытки Филси приобщить свою дочь к повседневным пони ни к чему не привели. Оно просто не стоило агро и всех последующих бессонных ночей. Даймонд больше никогда не возвращалась на "Яблочные Акры", кроме как на данный момент. А когда в город приехала Бэбс Сид...

Кстати о птичках... А вот и мэйнхэттенша, смотрит на нее с фотографии на стене среди всех остальных. Тиара узнала бы эту высокомерную ухмылку и короткую красную гриву где угодно, но то, чего она не заметила раньше, так это ее глаз.

Было ли это ее воображение, или они были полны печали?

Не важно. Она сомневалась, что их пути снова пересекутся, и Даймонд это устраивало. Это была еще одна постыдная глава в истории розовой кобылки, которую она предпочла бы забыть.

От злоупотребления властью над Бэбс, чтобы та издевалась над её кузиной, до неприятных обстоятельств их последней встречи, когда мэйнехэттенша необъяснимым образом изменилась и пригрозила рассказать матери о её проступках (в результате чего Тиара упала в грязь — от удивления, что кто-то решил, что Спойлд не все равно), это было еще одно напоминание о том, какой пони она была.

И больше никогда не будет.

Будучи погружена в свои мысли, она не заметила, как Эпплджек достигла подножия лестницы, повернула налево и вошла в столовую, где остальные члены семьи оранжевой кобылы были все в трудах. Только они не пинали деревья, а опустошали тарелки, полные яичницы.

Тиара вернулась к реальности как раз вовремя, чтобы увидеть улыбающуюся Эпплблум, которая указала на стул рядом с ней, в то время как Бабуля Смит перестала на секунду есть, чтобы приветливо кивнуть розовой кобылке, а Биг Мак продолжал кушать с нейтральным выражением на лице.

Эпплджек подошла к столу и усадила Даймонд на пустой стул. Желтая кобылка сразу увидела свежую повязку на своей новой подруге и с легким беспокойством спросила ее:

— Теперь ты в порядке?

Тиара знала, что ее соседка по комнате спрашивает не только о ее травмированной ноге.

— Ну, мои копыта уже не болят, но придется какое-то время эту штуку поносить. Что касается всего остального, не волнуйся, больше я ничего рвать не собираюсь. Теперь я буду пытаться говорить о своих чувствах. Твоя сестра, кстати, отличный слушатель.

Блум широко улыбнулась комплименту сестре, которую она боготворила.

— А то. Не знаю, шо б я без нее делала... — начала она, прежде чем резко оборвать фразу и бросить настороженный взгляд на Биг Мака, который недавно прошел через проблему зависти относительно достижений оранжевой кобылы.

Видя, что ее старший брат продолжает уплетать свой завтрак, Блум продолжила.

— Да, она все для меня делает. Дает мне отличные советы. Поёт мне колыбельные. Целует меня на ночь. И еще она одна из шести героинь Эквестрии! Иногда мне приходится ущипнуть себя, шоб напомнить, шо я живу не во сне, шо я реально родственница такой классной пони!!

Тиара, возможно, когда-то думала, что все это было преувеличением со стороны заботливой младшей сестры, но то, как Эпплджек рассмешила ее наверху, каким счастливым, не ехидным смехом она смеялась и как позаботилась о ее ранах с большей нежностью, чем ее собственная мать когда-либо могла, заставило розовую кобылку недоумевать, как много она упустила.

— Н-но колыбельные и поцелуи на ночь?! — запинаясь, пробормотала Даймонд, пытаясь переубедить себя. — Разве ты не слишком для этого большая?

Блум ответила на вопрос взглядом пони, который пытался понять другой язык, прежде чем она разразилась хихиканьем. Тиара была застигнута врасплох этой необычной реакцией, а когда Бабуля Смит ответила вместо кобылки — и того больше. Ее острые старые уши с самого начала прислушивались к разговору, и пожилая пони почувствовала, что ей есть что добавить.

— Невозможно быть слишком большим, шоб петь колыбельные и целовать своих близких, — сказала она своей новой гостье ломким, но ясным голосом. — Вы, молодняк, думаете, шо вы слишком крутые и моднявые, шоб проявлять привязанность к тем, кто вам ближе всего, но потом настанет день, когда вам придется с ними прощаться, и вы тогда будете жалеть, шо не проявили к ним в свое время больше любви, просто шоб сохранить репутацию среди пони, до которых вам вообще фиолетово должно быть, коль они находят такие важные вещи унизительными.

Даймонд не была уверена, обращалась ли старушка напрямую к ней или высказывала более общую точку зрения, но она все равно кивнула в ответ Бабуле Смит, просто из вежливости.

— Понравилась моя речь, нда? Шо ж, она у меня не одна, и если ты готовы послушать, я готова рассказать. Вчера вечером у меня не было возможности поздороваться, потому шо ты попросту спала. Добро пожаловать в "Яблочные Акры", мисс Тиара. Мы тебе рады, оставайся здесь столько, сколько захочешь. Однако помни, все гости должны работать не менее 10 часов в день за ночлег и еду. Так шо начинай учиться, как лягать деревья… — сурово объявила матриарх Эпплов.

Пасть Даймонд была размером с небольшую пещеру. Она собиралась начать громкие протесты. Что ее не учили. Что несправедливо заставлять жеребенка работать так много часов. Что травмированная нога не даст ей заниматься какой-либо напряженной работой...

Но потребовался всего лишь тихий смешок Бабули, чтобы вызвать цепную реакцию смеха всех пони за столом, кроме Мака, который лишь слегка улыбнулся. Наступающая тирада Тиары затихла, не успев вылететь из ее рта, и единственной реакцией розовой кобылки была кривая, робкая улыбка.

Они ее подловили. Опять.

Эти клятые Эпплы.

Темные лошадки, все как один.

После того, как веселье над Тиарой утихло, Эпплджек наконец заметила пустую тарелку своей новой подопечной.

— Итак, шо хочешь на завтрак, сахарок? Боюсь, у нас нет ничего изысканного, только яичница, как видишь, да шо Бог послал. Есть просьбы?

Даймонд тщательно обдумала свои варианты. Она не очень любила яичницу, как бы она ни была приготовлена. Она всегда обнаруживала, что ее пищеварительная система бунтует против неё, что было не самым приятным занятием.

Даже то, что ей дали выбор, само по себе было в новинку, обычно ее мать выбирала самые безвкусные хлопья под предлогом, что она должна "следить за фигурой", чтобы ее можно было выставить напоказ на каких-то там отделах для VIP-персон.

Слишком многого ожидать от такой молодой кобылки, но, учитывая количество контроля, которое Спойлд имела во всех других аспектах ее жизни, возможно, это не было таким уж и большим сюрпризом.

Итак, получив такую уникальную возможность, Тиара принялась ломать голову над тем, чтобы попросить: а) то, что может быть у Эпплов, и б) то, что ей могло бы понравиться, что-то, что не кусочки картона с молоком.

"Что делать, что делать..."

Внезапно стало совершенно ясно, о чем она собиралась попросить.

Она уже очень долго задавалась вопросом, какой у него был вкус.

Она слишком долго отрекалась от него, дабы насолить.

И теперь мать её не остановит. Пришло время проверить, оправдана ли шумиха.

— Можно мне... немного молнияблочного варенья на тосте, пожалуйста? — жалобно попросила она.

Внезапно Эпплы подняли шум. Они не знали, чего попросит их новая гостья, но определенно не ожидали ЭТОГО.

Первой откликнулась Эпплджек.

— Не знаю, сахарок. Эй, Биг Мак, у нас осталось шо-нить от урожая этого года? Кажися, всё очень быстро разобрали...

Красный жеребец проглотил еду, вытер губы и посмотрел прямо на Даймонд Тиару.

— Агась, — коротко заявил он.

## Глава 11: Новый опыт

— В смысле, ты никогда его раньше не пробовала?! — такова была ошеломленная реакция Эпплблум на открытие, что Даймонд Тиара никогда не пробовала чудо, которым являлось молнияблочное варенье.

Немного ошеломленная кобылкой с фермы и остальным изумлением клана Эпплов, Тиара нервно почесала затылок. Она почувствовала, что должна объясниться.

— Э, ну, понимаете, моя мама...

Прежде чем она смогла произнести еще хоть слово, удивленные взгляды вскоре сменились закатыванием глаз и преувеличенными вздохами.

— Конечно, — прокомментировала Эпплджек.

— Логично, — пожала плечами Эпплблум.

— Какая жалость, — пробормотала Бабуля Смит.

Биг Мак наверняка просто скривился бы, но, поскольку он находился в другой комнате, искал варенье и готовил тост за своего новой гостьи, никто никогда и не узнал...

— Так шо ела ж ты по утрам? — Блум было любопытно узнать больше об альтернативном образе жизни, к которому она никогда не была причастна.

— Ну, во-первых, — начала Даймонд, — мне не разрешалось выбирать, что есть. К тому времени, как я вставала, отца уже не было, и за столом меня обычно ждала мама. Это всегда было что-то связанное с зерном, очень питательное, но не очень вкусное. У нее бы случился припадок, если бы она знала, что я сейчас собираюсь съесть...

— Да неужели... — Эпплджек слегка ухмыльнулась. — Ну, вот шо, сахарок, если ты ей не скажешь, то и я не скажу.

— Э-э, хорошо, — ответила Тиара, хоть даже и не собиралась обдумывать предложение.

— Ура, наш первый секрет с Даймонд Тиарой как новым членом семьи! — обрадовалась Блум, обвив копытом шею розовой кобылки.

— Спасибо, наверно... — Даймонд была поражена тем, что младшая из Эпплов не только так легко простила ей годы непровоцированных издевательств, но теперь еще и считала её...

Членом семьи?!

Тиара бросила вопросительный взгляд на Эпплджек, как будто это она вложила эту идею в голову сестры. Оранжевая кобыла только подмигнула и вернулась к завтраку, а Бабуле Смит внезапно срочно понадобилось погладить собаку под столом.

Приложив копыто к голове, Тиара изо всех сил пыталась разобраться во всем. Но в одном розовая кобылка была уверена...

Ее мать прямо сейчас выбила бы дверь, чтобы "спасти" ее, если бы только что услышала заявление Блум.

Когда Тиара вспомнила о Спойлд, она поняла, что к этому моменту она наверняка уже очнулась от обморока. Можно с уверенностью сказать, что она будет не в лучшем настроении, обнаружив, что ее дочь ушла из особняка в тиски, возможно, самой презираемой ею семьи в Понивилле.

Интересно, ее отец превратился из-за гнева Спойлд в трясущуюся на полу развалину? Будет ли ее мать достаточно здорова, чтобы пойти сегодня в школу? И, в более широком плане, попытается ли она вернуть Тиару через различные доступные ей каналы?

Конечно, противостоять правлению принцессы трудно, но если и было что-то, чему Даймонд и научилась, так это не недооценивать ее находчивую родительницу.

Вернувшись к реальности с приближающимися характерными звуками поцокивания, Тиара заметила, что в комнату вошла немаленькая фигура Биг Мака с тарелкой на ноге, а на тарелке были разложены два тоста со знаменитым фирменным блюдом семейства Эпплов.

Не говоря ни слова, немногословный жеребец поставил тарелку на стол перед Тиарой, прежде чем вернуться на свое место. Розовая кобылка посмотрела, как он садится, прежде чем ее глаза сосредоточились на принесенной еде.

Блюдо выглядело не так уж и потрясающе. Просто красочное варенье поверх пары ломтиков домашнего хлеба. Она начала задаваться вопросом, не настроила ли она себя на разочарование, так сильно расхвалив это лакомство в своей голове, что столкновение с реальным явлением обернется лишь неудачей.

Тем не менее, буквально всё было лучше ее устаревшей, принудительной диеты, поэтому, вместо того, чтобы колебаться, она потянулась за первым кусочком тоста, готовая либо потрясти свой мир, либо расстроить ожидания...

— Кхм! — громкий кашель внезапно остановил Даймонд. Розовая кобылка подняла глаза и увидела, что прервала ее Эпплджек. Оранжевая кобыла смотрела на нее, неодобрительно нахмурившись.

— Ты ничего не забыла, дорогая? — прямо заговорила Эпплджек. — Во-первых, Биг Маку потребовалось немало времени, шоб найти ингредиенты для твоего особенного завтрака и принести его. Я считаю, шо ты должна ему хотя бы спасибо сказать.

Ой. Тиара поняла, что ее плохие старые привычки начали проявляться, и немного покраснела. Осмелившись поднять голову и взглянуть на брата Эпплджек, она пробормотала:

— Большое спасибо, что принесли, Биг Мак. И простите за то, что забыла поблагодарить Вас. Мне еще многому предстоит научиться...

Это честное извинение было встречено положительными кивками, и Мак впервые широко улыбнулся Даймонд с тех пор, как она спустилась вниз. Не желая рисковать нарушением любого другого семейного этикета Эпплов, Тиара решила спросить совета у своего опекуна.

— А что во-вторых? — розовая кобылка совершенно не представляла, что это могло быть.

— Ты забыла, сахарок? У тебя же копыта в креме. Я знаю, шо сказала, шо он быстро сохнет, но не настолько же, — напомнила ей Эпплджек.

— Точно. Что же мне тогда делать? — Тиару уже мучило нетерпение. К тому времени, как она откусит первый кусок, тосты будут холодными, как камень.

— Эпплблум, можешь помочь ей с завтраком? — попросила оранжевая кобыла свою сестру. — Можешь разрезать тосты на маленькие порции и наткнуть на вилку?

— Будет сделано, Эпплджек! — кобылка наклонилась к тарелке Даймонд и принялась резать ножом ломтики хлеба на более мелкие кусочки.

Прежде чем Даймонд поняла, что происходит, Блум закончила, взяла вилку, и повесила её над мордой ее новой соседки, на конце которой был кусок тоста.

— Открой-ка широко ротик! — улыбнулась кобылка, готовая кормить Тиару с вилочки.

— Что?! — чуть не задохнулась Даймонд. — Ты же не серьезно. Ты их разрезала... Этого хватит. Я более чем способна сделать все остальное сама, спасибоУФ!!

Она умолкла из-за внезапного рывка копыта Блум, которая воспользовалась моментальным провалом концентрации Тиары и засунула столовый прибор в рот розовой кобылке, убедившись, что тост упал ей на язык, когда она вытащила его.

В первый момент после дерзкого маневра Блум Даймонд была так потрясена, что даже не могла жевать.

Во второй момент она оказалась на грани очередной массовой истерики.

Да как она посмела кормить её с вилки, как маленького жеребенка?!

Затем вкус ударил её по вкусовым рецепторам. Ого.

Она как будто видела их. Все цвета радуги.

Красный, оранжевый, зеленый, желтый, голубой и фиолетовый.

Они танцевали у нее во рту. Прыгали на ее языке.

Ничего подобного она никогда в жизни не испытывала.

Но все закончилось слишком рано.

Она уже инстинктивно проглотила кусочек, и чудесное чувство начало исчезать.

"Нет, не уходи!!"

Ей нужно больше. К счастью, больше было.

И поэтому вместо того, чтобы зарычать и заорать на Блум, как она намеревалась, розовая кобылка просто показала на свой рот, показывая, что она хочет еще порцию...

Все мысли о потере достоинства и гордости из-за того, что её кормят копытами, были изгнаны.

Эпплблум была более чем счастлива помочь своей подруге, и в течение следующих нескольких минут Тиара отправилась в волшебное таинственное вкусовое путешествие...

Мир вокруг нее исчез, поскольку казалось, что ничего другого не существует, кроме разноцветных фейерверков, которые взрывались у нее во рту.

Где-то, словно в другом измерении, ей показалось, что она может уловить звук громкого смеха.

Но ей было до лампочки. Она была в раю вкуса.

Ее состояние нирваны продлилось десять порций, потом, увы, все прошло.

Даймонд медленно отошла от фруктового кайфа и столкнулась с удивленными лицами наблюдающих Эпплов.

— Святые яблочки, я не видела такой реакции на свои молнияблоки с тех пор, как Рейнбоу Дэш впервые их попробовала! — заявила Эпплджек.

— Думаю, можно с уверенностью сказать, шо тебе понравилось, а, Даймонд Тиара? — ухмыльнулась Эпплблум, довольная одобрением розовой кобылки.

— Теперь ты понимаешь, почему твой папа так много вложил в наш специальный продукт, — гордо заявила Бабуля Смит.

— Агась, — улыбнулся Биг Мак, словно отвечая на вопрос, который никто не задал.

Все еще оправляясь от кайфа, Тиара изо всех сил пыталась сформулировать связное предложение.

— Я... Почему... Столько упустила... Мать... Как она... Могла... Лгать... Потрясающе! — всё, что смог сказать её заглючивший от вкуса мозг.

Если Эпплджек поняла, о чем говорила ее новая подопечная, она предпочла проигнорировать это.

— В любом случае, сахарок, тебе повезло. Биг Мак сказал мне, шо варенья хватит для нас на ужин, если ты до тех пор немного успокоишься, — она закончила предложение, подмигнув.

Даймонд услышала эти слова, и у неё сразу же потекла неконтролируемая слюна изо рта.

— Да, да!! — выкрикнула она, почти не задумываясь.

Эпплджек усмехнулась энтузиазму приемного жеребенка.

— Ты только проведи хорошо день в школе и держись Эпплблум. Заботьтесь друг о друге, постарайтесь не попадать в неприятности и говорите с мисс Черили, если у вас возникнут проблемы. Если понимаете, о чем я...

Уши Тиары немного опустились, когда она поняла, какие хлопоты может причинить ей некая глава школьного совета.

— Хорошо, Эпплджек, — во второй раз за день искренне пообещала она оранжевой кобыле.

Внезапно Даймонд оказалась в тисках неожиданного объятия Блум.

— Не беспокойся насчет сегодня, сестренка. Я не отойду от неё ни на шаг, и попрошу Скутс и Свити помочь. И Сильвер Спун, если она захочет. Всё будет хорошо, не волнуйся.

Наблюдая за своей внучкой и гостьей в такой близости друг от друга, Бабуля Смит почувствовала, что должна что-то прокомментировать.

— Божечки, как я раньше-то не заметила, мисс Тиара? На тебе та же лента, шо и на моей Эпплблум! Да вы могли бы быть сестрами! Если бы я не знала...

Опять это слово — "сестра". Даймонд, все еще находясь в дружеских объятиях Блум, задумалась о том, что у нее никогда не было ни брата, ни сестры, и всегда немного завидовала той бесспорной связи, которая существовала между Эпплджек и ее новой соседкой по комнате.

Если быть полностью откровенной, то, скорее всего, это и была причина, по которой она издевалась над кобылкой с фермы больше, чем над другими членами Метконосцев.

Чистая зависть.

Неужели у неё появился шанс завязать новые отношения... такие же особенные, какие у Эпплджек и Эпплблум?

И если есть... она примет их? Заслужила ли она их?

— Мы не сестры, бабушка, но я надеюсь, шо однажды мы сможем стать такими же близкими, как две сестры, — весело сказала Блум старшему родственнику, прежде чем освободить Тиару из ее дружеских объятий.

— Приятно слышать. Я хочу, шоб вы ладили, потому шо вам явно предстоит провести много времени вместе, — положительно заявила Эпплджек. — В любом случае, вы позавтракали, так шо теперь пора в школу. Эпплблум, поднимись наверх за вещами. А я хочу поговорить с Даймонд Тиарой, прежде чем она уйдет...

Кобылка поняла намек и поднялась на верхний этаж, помахав новой подруге, пока шла туда. Понимая, что это будет личный разговор, Бабуля Смит направилась на кухню, чтобы помыть посуду, а Биг Мак вернулся в подсобку, чтобы сделать что-то там.

— Хорошо, сахарок. Дай-ка мне взглянуть на твои копыта, посмотреть, не впитался ли крем... — Эпплджек пошла проверять ноги своей подопечной, а Тиара из-за волнения по поводу нового вкусового ощущения в ее жизни поняла, что она попросту забыла о полученных ранее травмах.

— Отлично, сухие, как кость, — оранжевая кобыла была довольна прогрессом. — А теперь скажи, они все еще болят?

Даймонд потерла передние копыта друг о друга и почти ничего не почувствовала. Они даже выглядели менее красными, чем раньше, этот чудо-лосьон действительно оказался мощным веществом.

— Нет, я чувствую себя намного лучше, — заявила Тиара.

— Хорошо, хорошо, — кивнула Эпплджек. — А теперь, если не возражаешь, я бы хотела посмотреть, как там твоя задняя нога. Можешь пройтись и сообщить мне, если почувствуешь боль?

— Я попробую... — ответила Даймонд, встав со стула, и всем своим весом оперлась на поврежденное копыто. Сделав несколько шагов, почувствовались легкие ноющие боли, но не слишком сильные...

Быстрые действия Эпплджек спасли ее от мучительного дня.

— Да нет, всё нормально, — Тиара была удивлена, насколько комфортно она себя ощущала.

Не только с повязкой, но и с лентой в волосах и с растрепанной гривой.

Как будто в этом простом маленьком домике такие мелочи не имели никакого значения.

С ней что-то происходило, что-то, чего она пока не могла объяснить.

Но прежде чем она смогла узнать, что это, следующие слова Эпплджек прервали ее монолог.

— Отлично. Думаю, ты готова к труду и обороне. Помни, шо я сказала, если сегодня возникнут трудности, поговори с Черили. Она уже знает о ситуации. Судебный запрет все еще в силе, так шо ты должна быть в порядке, но лучше перестраховаться, лады? — Эпплджек была смертельно серьезна в своем беспокойстве.

Тиара кивнула. Ей не нужно было повторять это дважды.

Эпплджек улыбнулась подтверждению:

— А, чуть не забыла, ты ж еще не познакомилась с еще одним членом семьи Эпплов...

Даймонд приподняла бровь:

— Судя по фотографиям, это не так уж и удивительно...

Эпплджек усмехнулась в ответ на этот дерзкий ответ:

— Ну, этот член другой. Поздоровайся с Вайноной. Иди сюда, девочка!!

По зову оранжевой кобылы собака, которую раньше гладила Бабуля Смит, выбежала из-под стола, чтобы всосать всё внимание, которое хозяйка собиралась ей уделить.

Медленно похлопав собаку по голове, Эпплджек заговорила с животным так, будто оно её понимало.

— Привет, девочка. Это Даймонд Тиара. Она какое-то время поживет с нами на "Яблочных Акрах". Я хочу, шоб ты любила и защищала ее, как члена нашей семьи, а взамен ты наверняка получишь много почесушек и угощений со стола. Шо скажешь, честная сделка?

— ГАВ!! — раздался предсказуемый ответ, и собака слегка повернулась, чтобы розовая кобылка могла побаловать её.

Рассеянно поглаживая подбородок Вайноны, Тиара вспомнила единственного питомца, который у нее когда-либо был... кота по имени Даззл. Ее отец однажды привез его домой в качестве подарка, чтобы компенсировать очень долгую командировку.

Она любила этого маленького негодяя всю неделю, что он у нее был. В конце концов, его беспрестанная линька и весь антиквариат, который он продолжал ломать, предопределили его судьбу в глазах ее матери, которая настояла на том, чтобы его безвозвратно отослали как можно дальше.

И все знают, что она всегда добивалась своего.

Но не здесь.

Она могла к этому привыкнуть.

## Глава 12: Отправляемся в школу

Простое прикосновение к Вайноне начало успокаивать Даймонд Тиару после недавнего стресса и напряжения.

Может быть, если бы Спойлд так давно не отняла у нее любимого кота, она бы меньше расстраивалась в повседневной жизни, и не выносила бы свои разочарования на пони вокруг нее. В частности, на трех кобылок...

"Ну что ж, прошлое я изменить не могу, — подумала она, пока собака лизала ее левое переднее копыто, — но я могу хоть немного изменить будущее..." — Она вспомнила, как накануне извинилась перед Рэндольфом после возвращения в особняк. Это неизмеримо помогло ее совести, и она знала, что ей нужно сделать...

— Думаю, ты ей нравишься, — Эпплджек подтолкнула Тиару, чем выбила её из мыслей. — Обычно она никогда не бывает такой ласковой с пони, с которыми только шо познакомилась. Осмелюсь сказать, шо у тебя появился еще один друг...

Даймонд минуту смотрела на своего приемного опекуна, прежде чем осмелиться задать вопрос, который давил на ее мозг с тех пор, как она радикально изменилась.

— А-а друзей заводить сложно, Эпплджек?

Оранжевая кобыла на мгновение перестала гладить своего питомца и обвила копытом шею Тиары.

— Совсем не сложно, сахарок. Те просто нужно быть внимательной, доброй и готовой слушать, а также иногда ставить других выше себя. Если хочешь учиться у эксперта, посмотри, как это делает Эпплблум. Она твой билетик.

Эпплджек закончила свою маленькую речь ободряющим кивком, и Тиара снова осознала резкий контраст между оранжевой кобылой и ее кровной матерью. В особняке Ричей не было места разговорам о дружбе. Нужно было либо знакомиться с кем-нибудь, чтобы улучшить свое социальное положение, либо они не стоят твоего времени.

В конце концов, рабочим классам нужно только одно, когда они вежливы с тобой, и это что-то — "биты".

Поразительно, как быстро рушились старые учения Спойлд, которые она вбивала в голову розовой кобылке с самого рождения. Возможно, именно это Даймонд и нужно было все это время: немного времени и пространства, чтобы быть самой собой.

— Мне нужно к кое-кому подойти на секунду... — Даймонд тоже перестала гладить Вайнону, вызвав жалобный скулеж у животного из-за того, что обе пони перестали обращать на неё внимание.

Эпплджек кивнула своей подопечной.

— Хорошо, но помни, тебе через пять минут в школу, так шо, пожалуйста, поспеши, сахарок.

Тиара просто ответила "Да, конечно", прежде чем обойти стол и направиться на кухню.

В другой комнате Бабуля Смит наполняла раковину горячей водой, чтобы смыть остатки утренней трапезы. Даймонд незаметно подкралась к ней, и пожилая кобыла впервые заметила присутствие розовой кобылки, когда услышала тоненький голосок.

— Здрасьте... — нерешительно поприветствовала её Тиара. То, что должно было последовать, будет трудным для нее, но если она хотела все исправить, то это необходимо.

Бабуля Смит вздрогнула от неожиданного звука.

— Шо...? А, это ты, дитя. Чуть не довела старуху до приступа. Чем те помочь?

Даймонд уставилась в пол и начала царапать его копытом.

— Я просто хочу сказать... — она глубоко вздохнула. Это было сложнее, чем она думала. — Мнеоченьжаль,чтоягрубокВамотнеслась,когда...

— Воу, мисс Тиара! — воскликнула Бабуля Смит. Матриарх взяла кобылку за плечи, пытаясь успокоить ее. — Ты так быстро тараторишь, а мой мозг слишком медленный. А теперь закрой глаза. Говори по одному слову за раз. И постарайся расслабиться.

Даймонд прислушалась к этому мудрому совету и решила попробовать. В конце концов, ее метод явно не работал. Она закрыла глаза, позволила всем своим заботам улетучиться и начала диалог заново.

— Мне очень жаль, что я грубо к Вам отнеслась, когда Вы пришли в класс на День семьи. Теперь я понимаю, что моя семья всем обязана вам, Эпплам, независимо от того, что говорит моя мать. Если я могу что-нибудь сделать, чтобы искупить вину, пока я живу здесь... — Тиара цитировала свои извинения так, будто читала их с телевизионного суфлера.

Бабуля Смит в замешательстве с секунду смотрела на розовую кобылку, прежде чем внезапно разразилась легким смехом.

Даймонд была несколько разочарована такой неутешительной реакцией на ее проникновенные слова и задалась вопросом, в чем заключалась шутка.

— Боже мой, да я уж и забыла. А тя это гложит? Не волнуйся. Я в своей жизни слыхала вещи похуже от других пони, большинство из которых были достаточно взрослыми, шоб знать лучше. Ты еще молодая, так шо можешь из таких вещей вырасти. И, судя по всему, ты уже на правильном пути, — Бабуля Смит смогла сократить свое веселье на достаточно долгое время, чтобы убедить розовую кобылку, что прошлое осталось в прошлом.

Услышав это, Тиара несколько растерялась. С одной стороны, было приятно услышать, что старшая пони не затаила обиду и простила ей неприятный инцидент. С другой стороны, она хотела более страстной реакции на ее "смелое" решение попытаться исправить положение.

Может, она неправильно на всё смотрела. Возможно, единственной причиной, по которой она хотела более горячего признания своей так называемой храбрости, был ее собственный эгоизм. Достаточно того, что Бабуля Смит была готова оставить прошлое в прошлом, так что она должна быть довольна этим и просто двигаться дальше...

Затем старушка неожиданно притянула розовую кобылку к себе и поцеловала ее в щеку.

Фу.

— Спасибо, шо сказала, дорогая. А теперь беги в школу. Без надлежащего образования я бы не добилась того, шо сейчас имею. Так, а куда я положила этот скребок? — мысли Бабули Смит улетели в другую сторону, оставив раскрасневшуюся Тиару держаться за щеку, к которой прикоснулись старческие губы.

Тиаре казалось, что её ноги двигаются сами по себе, когда она выходила из кухни. На ее лице все еще сохранялось выражение шока, и она держалась за то место, где ее поцеловали, словно пытаясь спрятать некрасивую родинку. Затем, как будто ситуация не могла стать еще более унизительной...

Она обнаружила, что и Эпплджек, и Эпплблум видели весь спектакль.

Забрав вещи для школы, кобылка помогла своей старшей сестре убрать со стола столовые приборы и тарелки, как она делала каждое утро. По пути на кухню пара услышала начало извинений Даймонд и решила молча понаблюдать, желая дать новой гостье время и место для выполнения ее трудной задачи.

Теперь сестры широко улыбались Тиаре, казалось, их улыбки вот-вот достигнут ушей. Однако им пришлось сдержать свое веселье, иначе посуда, которую они держали, разлетится об пол.

Как бы то ни было, Эпплджек гордилась поступком приемного жеребенка. Подавив хихиканье, оранжевая кобыла сказала:

— Ты правильно поступила, сахарок. Уверена, Бабуля Смит оценила. Думаю, сегодня вечером те достанется очень большая порция молнияблочного варенья.

Затем Эпплджек еще раз дружески подмигнула ей, и Даймонд начала думать, что, может быть, оно все-таки того стоит.

— Да, и не пугайся, шо она тебя так поцеловала, — Эпплблум попыталась умиротворить свою новую соседку по комнате. — Она меня целовала в щеку повсюду. Дома. На улице. Стыдиться нечего. Старики просто так делают, шоб показать тебе, шо ты им нравишься, ты к этому привыкнешь.

Даймонд Тиара в последнем не была уверена, но тот факт, что еще кто-то разделял этот позорный опыт, немного ее повеселил. Все еще краснея, она кивнула и поблагодарила Блум и Эпплджек, прежде чем проскользнуть мимо них в столовую.

— Знаешь, мне аж не верится, шо она это сделала сама... — тихо сказала Эпплджек, наполовину про себя.

— Ты говоришь об извинениях Даймонд или поцелуе бабушки? — уточнила Эпплблум. — Потому шо я знаю, шо именно меня больше всего удивило...

Оранжевая кобыла с минуту любовно смотрела на сестру.

— Знаешь, по-моему, ты оказываешь на нее хорошее влияние, сахарок. Я серьёзно говорила, будь рядом с ней сегодня. Ей еще предстоит стать лучшей кобылкой, и я хочу, чтобы ты убедился она остается на прямой и узкой дороге. Кроме того, постарайтесь обезопасить ее. Если кто и собирается поставить под угрозу будущее этой девочки, так это ее мать...

Блум посмотрела на Эпплджек, как будто она уже все это знала.

— Будет сделано. Насколько я понимаю, с того момента, как мы приняли Даймонд Тиару в "Яблочные Акры", она стала членом нашей семьи. И, как любой член нашей семьи, если я ей понадоблюсь, я буду рядом, знает она это или нет.

Эпплджек гордо улыбнулась кобылке.

— О, Эпплблум, ты такая молодец. Мама и папа так бы тобой гордились... — повторила она те же слова, что и перед кьютсеньерой младшей Эппл.

Вытирев слезу, Блум поправила ее:

— Нами обеими.

Переглянувшись, сестры решили, что пока они переносят на кухню грязные тарелки и столовые приборы эмоциональные моменты иметь не стоит, поэтому они возобновили свою деятельность, а Бабуля Смит все еще охотилась на неуловимый скребок.

Она нашла его. Через некоторое время.

Под правой задней ногой.

* * *

— ...Итак, Черили знает, шо у тя нет с собой портфеля, поэтому все вещи, которые те сегодня понадобятся, будут лежать у тя на парте, — таковы были обнадеживающие слова Эпплджек в адрес Тиары, когда она вышла проститься с обеими кобылками ко входу.

— Хорошо. Спасибо, Эпплджек. Не только за это, но и за все остальное… — несмотря на ее благодарность, глаза Даймонд по-прежнему смотрели в пол. Несмотря на то, что она исправилась, ей все равно было трудно сказать что-то по-настоящему приятное, после того как большую часть своей молодой жизни она вела прямо противоположный образ жизни.

Однако Эпплджек совершенно не беспокоило отсутствие зрительного контакта. Она знала, что розовая кобылка стоит в начале долгого пути, и хотя иногда она может сбиться с него, работа оранжевой кобылы заключалась в том, чтобы предложить ей руководство, чтобы при необходимости помочь ей найти этот путь. Потребуется время, настойчивость и любовь, чтобы удержать ее на нем...

К счастью, Эпплджек обладала этими чертами в изобилии.

Оранжевая кобыла похлопала Тиару по голове.

— Да пожалуйста, сахарок. Я знаю, шо сначала все может показаться трудным, но шо бы ни случилось, мы справимся вместе. Следи за травмированной ногой. Постарайся не испачкать ее. Учись усердно. Будь добра. Вернись домой вовремя...

Если бы какой-нибудь прохожий случайно их подслушал, его можно было бы простить за то, что он приняли Эпплджек за чрезмерно заботливую, но преданную мать.

Добавление Спойлд Рич к этому уравнению не изменило бы его точку зрения ни на йоту.

— О, и Эпплблум, помни, шо я тебе сказала. Ты тоже, Даймонд. Просто заботьтесь друг о друге, лады? А мне пора. У меня по плану деревья, которые нужно подрезать, спальня, которую нужно убрать, и целая куча разорванных платьев, которую нужно собрать и отнести моей подруге. Увидимся позже.

С этими напутственными словами Эпплджек попрощалась.

Блум и Тиара наблюдали, как она вернулась в фермерский дом, прежде чем медленно двинуться бок о бок к месту назначения. Не зная, что сказать друг другу, они провели следующие несколько минут в тишине, прежде чем Даймонд, не в силах больше терпеть неловкое затишье, решила сдвинуть дело с мертвой точки.

— Итак, твоя сестра... — начала розовая кобылка.

— Да? — ответила Блум.

— Она хорошая...

— Да, так и есть.

— И долго ты ее знаешь?

— Шо?

Тиара вмазала себе по лицу. Почему она так плохо умела вести беседу?!

Она снова догадалась, что дело в её матери...

Она помогла своей дочери овладеть искусством высокомерных шуток и умаления, но вот научить свою дочь взаимодействовать с другими пони на более личном уровне не удосужилась.

Когда Даймонд убрала копыто с лица, она заметила клуб дыма, приближающийся к ней и Блум.

Что бы это ни было, приближалось оно очень быстро. Что, во имя Эквестрии...?

— Поберегись!!!

Все, что смогла сделать розовая кобылка, — это нырнуть в грязь, чтобы избежать столкновения, в то время как Блум и не удивилась вовсе.

В нескольких ярдах от приземлившейся Тиары странное явление внезапно прекратилось, и когда туман вокруг него рассеялся, Даймонд увидела, из-за чего ей попала в рот грязь.

Это был скутер с двумя кобылками, разумеется, в защитных шлемах.

Безопасность прежде всего.

Вот только это правило явно не относилось к Тиаре, которую чуть не сбили насмерть.

Водитель первым снял головной убор.

— Видишь, я же тебе говорила, что правильно сделала, что переделала скутер, чтобы на нем могли ездить два пони. Ну признай, это было весело! — молодая оранжевая пегаска казалась очень взволнованной, энергично хлопая крылышками.

Это была пони-сорвиголова, известная как Скуталу, собственной персоной. Можно сказать, мини-Рейнбоу Дэш.

Ее пассажирка сняла шлем немного медленнее, и, хотя она была белым единорогом, ее лицо приобрело легкий оттенок зеленого.

— Кажется, меня сейчас стошнит... — только и смогла сказать она, прижимая копыто ко рту.

А это была Свити Белль. Талантливый маг, отличная певица... но не очень хорошая наездница.

Скуталу закатила глаза.

— Вот же неженка.

Затем она повернулась, чтобы поприветствовать спутницу Тиары.

— Привет, Эпплблум. Хочешь прокатиться?

Свити, прижав головной убор к морде, будто ее вот-вот вырвет, предупредила:

— Не рекомендую. Не с ней за рулем.

— Эй. Не отрицай, тебе понравилось, и не вздумай блевануть в мой запасной шлем… Я на него месяц деньги копила! — предупредила Скуталу единорожку.

Обе подруги Эпплблум были так увлечены своей маленькой перепалкой, что не заметили розовую (теперь уже более коричневую) кобылку, растянувшуюся на грязной земле.

— Девочки... — Эпплблум попыталась привлечь их внимание.

Не удалось.

— А куда тогда? На дорогу? Это было бы очень грубо, — Свити Белль была готова взорваться.

— Мне пофиг! Я свою собственность портить не разрешала. А теперь отдай!! — Скуталу отчаянно пыталась вернуть свой шлем невредимым.

И они устроили мини-перетягивание шлема перед рассерженной Эпплблум и чрезвычайно раздраженной Тиарой.

В конце концов, устав от этих детских выходок, Даймонд решила положить им конец.

— Хватит!! — закричала она после того, как встала, из-за чего не только все три кобылки остановились и уставились на нее, но и другие пони, прогуливающиеся поблизости.

Увидев ее, Скуталу была так шокирована, что отпустила конец шлема.

— Д-Даймонд, это ты?!

Новоприемный жеребенок сердился:

— Ну, а кто же еще... Дёрпи Хувз?!

Свити Белль уронила шлем, и он с глухим стуком упал на землю.

— Н-нет, ты просто выглядишь совсем по-другому.

— Этот бантик... — заметила Скуталу.

— Без тиары... — Свити Белль умела утверждать очевидное.

— У тебя шерсть в грязи...

— Почему у тебя нога перевязана?

— Ты что, утром не причесывалась?

Эпплблум слушала назойливые, непрерывные вопросы своих товарищей-Метконосцев и видела постепенно раздражающееся лицо Даймонд, которое начинало напоминать помидор.

Сохранить мир только между ней и Тиарой было достаточно сложно, но добавить к этому двух своих лучших подруг...

Кажется, скоро всё полетит в тартары.

## Глава 13: Тем временем...

— ...Уверена, Вы понимаете, миссис Рич, в свете характера этих обвинений, было бы лучше, если бы... э... Вы, возможно, в данный момент вели себя сдержанно. Остались в офисе. Занялись документами. Чем-нибудь, чтобы отвлечь себя, пока идет расследование.

Мэр Мэйр не совсем правдиво рассказывала о своих намерениях.

Выкрашенная в серый хранительница Понивилля очень хотела отстранить Спойлд Рич от всех школьных мероприятий, как только принцесса Твайлайт Спаркл представила ей полный масштаб обвинений, выдвинутых в отношении жестокого обращения с Даймонд Тиарой.

Безудержное эмоциональное насилие было неприемлемо нигде, особенно в ее маленьком городке. Если бы она могла поступить по-своему, высокомерную кобылу вытащили бы отсюда за ухо... или за нос, поскольку он был ее самой отличительной чертой.

Но затем, что невероятно, мэр обнаружила, что Спойлд каким-то образом запугала своего многострадального мужа Филси настолько, что тот согласился финансировать судебную тяжбу против этих "необоснованных обвинений", и пока не было осуждений против ее имени, жена богатого жеребца была свободна продолжать свою работу без ограничений...

Но при этом держаться подальше от дочери.

— Ни о чем не беспокойтесь, мэр. Я буду сидеть здесь и работать изо всех сил, как обычно, ради всех жеребят Понивилля. Эти ложные утверждения никак не повлияют на мою работу. Я полностью намерена очистить свое доброе имя и обеспечить безопасное возвращение моей драгоценной Даймонд, но было бы неправильно с моей стороны позволить этому отвлечь меня от моей профессиональной карьеры в качестве работающей матери, — Спойлд наградила мэра широкой, фальшивой улыбкой.

Мэр хотела сказать гораздо больше. Что она пурпурную кобылу насквозь видела. Что имелись свидетели ее жестокого обращения не только с собственной дочерью, но и со многими другими жеребятами, чьи родители устали, что их детей бичуют за то, что они "плохой породы".

И что операция по улучшению черт лица на самом деле дала обратный эффект.

Но мэру Мэйр пришлось спокойно проглотить слова и принять сомнительное обещание Спойлд за чистую монету. Ведь у главы школьного совета был козырь в шелковом рукаве, с которым политик ничего не могла поделать. И звали его Филси Рич.

Несмотря на отвратительный вкус в кобылах, магнат "Barnyard Bargains" по-прежнему был важной личностью в городе. Его бизнес был куплен провинцией на большие деньги. Он много вложил в инфраструктуру на будущее.

Он более-менее финансировал последнюю победную избирательную кампанию мэра Мэйр...

И у Спойлд он был полностью под подковой.

Так что, не имея возможности передать то, что она действительно хотела, чиновник просто кивнула, стоя в центре офиса Спойлд, застряв в затруднительном положении.

Ей ОЧЕНЬ хотелось как можно скорее убраться подальше от этой ужасной кобылы, но она чувствовала себя обязанной невинным подросткам Понивилля. Сказать что-нибудь еще. Сделать что-нибудь еще. Что-то, что изменит что-нибудь, что угодно...

Она ничего не сделала.

— Хм? — Спойлд Рич оторвалась от картотеки, которую листала. — Что-нибудь еще?

— Н-нет, б-больше ничего, миссис Рич, — бессильно пробормотала мэр.

— Что ж, в таком случае можете идти, — снисходительно махнула копытом Спайлд, что означало, что встреча окончена. — Будьте добры, закройте за собой дверь.

Пурпурная кобыла вернулась к своим делам, а мэр Мэйр направилась к выходу. Ей очень хотелось хлопнуть дверью изо всех сил, но, к счастью, она смогла подавить это желание.

Как только она услышала, что мэр ушла, Спойлд прекратила притворяться, что она что-то делает, и ее выражение лица стало таким, будто она сосала весь день лимоны. Она повернулась на своем мягком кожаном кресле, приняв позу, аналогичную своей дочери во время ее злополучной работы редактором "Жеребячьей прессы".

Как будто вечер был недостаточно плохим, когда эти четыре пони из низшего сословия во главе с фальшивой принцессой вторглись в ее святыню, чтобы унизить ее своей ложью, она проснулась утром и обнаружила, что ее жалкий, хныкающий рохля-муж склонился над ней и сказал, что их дочь забрали из дома...

И частично это была ее вина?!

Излишне говорить, что вскоре она внесла поправку в это мнение, и вскоре его печальная попытка поднять восстание была подавлена, когда жалкий жеребец встал на колени, поцеловал ее в путовый сустав и поклялся больше никогда не говорить без спросу.

Она сообщила ему, что единственный способ искупить вину — это обеспечить безопасное возвращение Даймонд к концу недели, в конце концов... ей же нужен жеребенок, которым она сможет похвастаться на званом вечере принца Блюблада.

Она не хотела, чтобы другие гости из высшего сословия знали, что что-то не так. Кроме того, она выбрала самое великолепное платье, чтобы Тиара могла всем-всем его показать.

Ее планы не рухнут просто потому, что какой-то там "Принцессе Дружбы" (что за дурацкий титул, честное слово) не понравились ее методы воспитания.

Да ведь мать Спойлд воспитывала ее точно так же. Говорить, когда с ней заговаривали. Слушать приказ и сразу же выполнять его. Дружить только с определенными группировками, а остальные ее времени не стоят...

Конечно, она ненавидела её, а от ограничений и одиночества она плакала по ночам. Но в конце концов оно ведь того стоило! Посмотрите на нее сейчас. Она хорошо вышла замуж, известна во всех нужных кругах и скоро даже собиралась сойтись с настоящей королевской семьей.

Перевод: с тем, кто на самом деле родился в аристократической роли, а не с какой-то там антиобщественной ботанкой, которую повысили далеко за пределы ее возможностей.

На тот случай, если к настоящему времени вам стало недостаточно ясно, Спойлд не испытывала никакого уважения к Твайлайт и считала ее "заботу" о Тиаре вопиющим злоупотреблением ее незаслуженной властью.

Это станет одной из основ ее судебного дела против судебного запрета через несколько дней, как только эта ходячая оболочка (т. е. её муж) соизволит найти достаточно компетентных юристов, которые могли бы представлять ее интересы.

Чем дороже, тем лучше... и чтоб были родом из Кантерлота.

Помимо своей обиды на лавандового аликорна, Спойлд также обвиняла трех других пони в неприятном затруднительном положении, в котором она оказалась.

Она знала, что так волноваться из-за простых детей глупо, но, честно говоря, их вклад в распад ее семьи был настолько прискорбен, что его нельзя было не заметить.

Как только она пришла, она тут же принялась раскапывать информацию об этой троице нарушителей спокойствия. Оказалось, у них уже есть послужной список длиной в милю.

Который включал в себя: уничтожение собственности, создание опасности для жизни других пони из-за их дурацких трюков, в результате чего их учительница влюбилась против ее воли...

Она не знала, почему эти никчемные пройдохи не были исключены или как минимум отстранены от занятий за их многочисленные проделки. Может быть, это было как-то связано с тем, что одна была сестрой Рэрити, другая была сестрой той вонючей фермерши, с которой ее муж вел дела, а третья тусила с той же радужной бандиткой, которая ей вчера угрожала.

И какая же тут общая связь? Все друзья Твайлайт Спаркл. Больше доказательств для суда... Ей не терпелось увидеть лицо этой мошенницы, когда дело против семьи Рич будет разорвано на части.

Конечно, она тоже делала вещи, которые можно было бы классифицировать как неэтичные, например, многочисленные случаи, когда она использовала свое влияние в качестве главы, чтобы её дочь не столкнулась с серьезными последствиями своих действий.

Тиара просто щеголяла своим превосходством в каждом случае. Она не заслуживала никаких ответных мер за демонстрацию своей власти над бесполезными простаками.

Один из самых гордых моментов в жизни Спойлд — это когда ее жеребенок получил свою кьютимарку, командуя слугами в особняке. Даймонд тогда жаловалась одной из своих горничных, что ее стакан апельсинового сока был на два градуса теплее, чем нужно, а потом выплеснула его той в лицо.

Бесполезная горничная, к большому одобрению Спойлд, разрыдалась. Научиться обращаться с рабочей силой в таком раннем возрасте... Вот ЭТО было впечатляюще.

Дела пошли еще лучше, когда на боку молодой кобылки появился символ пятиконечной тиары.

Спойлд была вне себя от радости, особенно когда она обнаружила, что истинная сила метки заключалась в том, что ее дочь внезапно превратилась в красноречивую пони, способную получить все, что хотела. Этот навык пурпурная кобыла могла бы использовать в своих интересах... и он мог продвинуть планы Спойлд по представлению своего потомства обществу, начиная с большой предстоящей вечеринки в королевском дворце.

Но чего она не ожидала, так это того, что тактика запугивания Даймонд подведет ее на школьных выборах... из-за тех трех кобылок.

За ее дочерью гнались чуть ли не через весь Понивилль, чтобы промыть ей мозги и потратить ее бесценный талант на помощь крестьянам вместо того, чтобы использовать его для подъема по социальной лестнице... те три кобылки.

Она потеряла свое благословенное дитя Селестия знает кому из-за необоснованных обвинений в адрес ее прекрасного "я".

И кто шпионил за ней, когда она устроила дочери заслуженную порку языком за ее неудачи? Кто впоследствии сообщил о ней властям, полностью преувеличив случившееся?

Те три кобылки.

Спойлд не могла даже их дурацкие имена выговорить. Все, что она знала, это то, что они забрали дочь, которую она знала, морально и физически. Своим философствованием и фальшивым пением они превратили гордую и послушную дочь, которая была уверена в своем месте в мире как одной из будущей элиты, в скромную, непослушную кобылку, которая хотела быть такой же, как все остальное.

Вчера она даже не узнала собственного отпрыска.

Перед незапланированным уходом Тиары тем вечером она была примерно в пяти минутах от того, чтобы позвонить в терапевтическую клинику. Проверить ее... Отменить вред, который трио неслухов нанесло ее мозгу... Вернуть дочь, которую она формировала и тренировала все эти годы.

Ох, и любила, конечно же.

Потом ее не стало, её насильно забрали...

И оказалось, что за это тоже несут ответственность те три кобылки.

Она посмотрела на разложенные на ее столе личные дела каждой из них. Пегаска даже не умела летать. Единорожка даже не умела правильно использовать магию. А земная пони...

Была Эпплом...

Спойлд сердито смяла каждую бумажку. Что делало их такими особенными? Они казались кучкой неисправимых преступниц. И все же, несмотря на то, что они в своем классе получили свои кьютимарки позорно последними, весь город остановился, чтобы помочь им отпраздновать это "потрясающее" достижение.

Присутствовала даже ее собственная дочь, разумеется, вопреки явному нежеланию Спойлд.

Хоть они были всего лишь детьми, и было очень неприлично так говорить, она их ненавидела. Они забрали все, что было для нее важно, хотя она им ничего не сделала. Что ж, теперь она сделает.

Месть была базовой концепцией, которую она обычно не одобряла. Тем не менее, если кто-то и заслужил её, так это эти дряни. Она сделает что-нибудь, чтобы испортить их репутацию в городе. Показать жителям этой свалки, что эти ничтожные существа такие же презренные, какими она их видела.

Конечно, ей придется держать это в секрете.

С надвигающимся судебным процессом и предстоящей большой вечеринкой во дворце, которая может сделать или сломать ее социальное восхождение...

Она не могла позволить себе совершать ошибки.

Если вернуть себе её искусственно созданную принцессу невозможно, то разрушить жизни трех кобылок, приведших к этому поганому положению, станет хорошим утешением.

Да и почему ее дочь решила дружить с ними? Неужели ее стандарты действительно пали так низко? Почему не могло быть больше детей, таких как кобылка Стерлинг Сильвер... Единственная пони в этом городке, полного сброда, которая попала в ее "одобренный" список?

Сильвер Спун...

Так её звали...

Интересно, разочаровалась ли Сильвер в изменениях, произошедших с ее дочерью, так же, как и в Спойлд...

Может, она её родственная душа...

Может быть, серая кобылка поможет ей с ее планом...

*ТУК-ТУК*

Спойлд вздохнула, когда её прервали. Как раз когда она собиралась перейти в режим монолога...

— ВОЙДИТЕ!! — крикнула пурпурная кобыла.

Дверь открылась... и вошла мисс Черили.

Спойлд внутренне вздохнула. "О Селестия, только не она. Разве она не должна быть сейчас в классе, чтобы ее использовали как мишень для горохострелялок?"

— Мисс Черили. Как приятно Вас видеть, да еще и в такой чудесный день. Как поживаете, моя дорогая? — Спойлд продемонстрировала свою дорогую стоматологическую работу самой широкой фальшивой улыбкой.

Всегда нервничая при столкновении с тем, кто мог лишить её работы, которую она так любила, немного взволнованная Черили вошла в комнату.

— Э, добрый день, миссис Рич. Нормально, спасибо. А Вы как?

— Как нельзя лучше! — почти угрожающе выплюнула Спойлд. Она была готова поспорить, что одним из подписантов той дурацкой петиции была эта неуклюжая одинокая девчонка. Что ж, она тоже скоро получит своё...

— Я пришла сообщить Вам о сегодняшнем дне. Я уверена, что Вы знаете условия судебного запрета, — Черили нервно перебирала передними копытами. Несмотря на то, что она ненавидела ужасные методы воспитания Спойлд, ей все же было жаль любую мать, разлученную со своим жеребенком в таких ужасных обстоятельствах.

Однако миссис Рич не выглядела слишком обеспокоенной.

— Да, да. Не подходить к ней ближе пятидесяти футов... Не разговаривать с ней... Не отправлять ей никаких писем (как будто эта бесполезная почтальонша смогла бы её найти)... Не дышать на нее... Я намерена проследить за всем этим до мельчайших деталей, так что не беспокойтесь. Хотя это ненадолго... Я верну ее в особняк, которому она принадлежит, раньше, чем Вы думаете.

Черили не была уверена в причине такой твердой уверенности Спойлд, но мудро решила не комментировать.

— Хорошо, потому что они с Эпплблум скоро придут и...

Услышав это, безразличие Спойлд внезапно улетучилось. Глава выскочила из-за стола, как на пружинах, опрокинув аккуратно сложенные бумаги.

— ЧТО?! — закричала она. — Что она делает с этой... пони?

Черили отступила на шаг, с ее лба закапал пот. К настоящему времени она уже привыкла к истерикам Спойлд, но это выглядело как событие совершенно нового масштаба.

— Р-разве Вы не знали? — запнулась учительница. — Эпплблум теперь живет с ней...

Спойлд продолжала смотреть с открытым ртом на Черили, как будто знала, что влечет за собой эта потрясающая новость, она просто хотела услышать её из уст учительницы.

Не желая её разочаровывать, Черили послушно повиновалась.

— Эпплджек — ее новый приемный опекун.

Это сработало. Второй раз за двадцать четыре часа Спойлд Рич упала в обморок, ее язык в бессознательном состоянии снова развалился, как змея.

Черили поднесла копыто ко рту.

— Ой, наверно, мне стоило промолчать...

## Глава 14: Маленький промах

Непрерывная вереница вопросов продолжалась, поскольку Даймонд Тиара, теперь не выглядевшая так величественно, как указывало её имя, немного расстраивалась. По меньшей мере.

Легенда гласит, что если бы кто в тот день подошел к ней достаточно близко, то увидел бы, как у нее брови дымятся.

Не получив удовлетворительных ответов на свою инквизицию, поскольку Даймонд молча тряслась от ярости, Скуталу и Свити Белль решили продолжить расследование...

Решив фактически провести медицинский осмотр.

Так вот, есть невинная бесчувственность... а есть бросаться в жерло вулкана.

По какой-то причине в то прекрасное утро в Понивилле друзья Эпплблум загорелись желанием смерти.

Имея немного больше здравого смысла, чем ее товарищи-Метконосцы, кобылка с фермы мудро решила держаться подальше...

Тем не менее, она слишком боялась рискнуть растущими отношениями, которые у нее завелись с её новой соседкой, чтобы вмешиваться напрямую.

Она думала, что Тиара, привыкшая иметь дело с идиосинкразиями своих товарищей в прошлом, сможет справиться сама.

И этот выбор ей потом аукнется.

Скуталу начала тыкать забинтованную ногу Тиары.

— Ого, эта штука настоящая. Она не пытается пропустить урок физкультуры...

Свити Белль осмотрела бант на голове Даймонд, на которой когда-то покоился украшенный драгоценностями головной убор.

— Надо сказать, ленточка ей страшно идет...

Скуталу бегло осмотрела грязную шерсть Тиары.

— Она похожа на меня после того, как я слишком быстро затормозила на одном из крутых поворотов. Лететь в грязь так весело!

Свити Белль изучала гриву Даймонда.

— Кажется, она даже не нанесла косметические средства...

Услышав последнее откровение, оба экзаменатора розовой кобылки со страхом уставились друг на друга. Они сделали резкий шаг назад.

— Э... Э-эпплблум... — запинаясь, сказала Свити, неуверенно поглядывая слева направо. — А т-ты у-уверена, ч-что э-это н-настоящая Д-Даймонд Т-Тиара?

Скуталу, который обычно не выказывает каких-либо явных признаков испуга, почти побледнел, как ее друг-единорог.

— Д-да, г-где т-ты ее в-встретила?

Блум закатила глаза на паранойю своих подруг. Они вели себя как пара жеребят на Ночь Кошмаров, и она знала, к чему они клонят. Пора переходить в режим "длинных объяснений".

— Слушайте, она НЕ перевертыш! Знаю, сейчас Даймонд Тиара на себя не похожа, но если вы дадите мне объяснить... — начала было кобылка с фермы.

— Ты снова гуляла в Вечносвободном лесу? — Свити Белль нервно перебила своего товарища-Метконосца. — Мы же просили не ходить туда одной. Ты там нашла это… существо?

Она знала, что ее сестра Рэрити в последнее время практиковала свою магию. Старшая кобыла думала, что, как бы она ни любила свою страсть к моде, она теряла связь с корнями единорогов. Одно из заклинаний, которое она репетировала, было заклинанием, которое могло мгновенно выявить присутствие замаскированного существа, на случай, если Эквестрия когда-нибудь снова станет целью этих "отвратительных тварей".

Свити проявляла небрежный интерес к заклинаниям своей сестры, но чрезмерно сложная и трудоемкая подготовка старшей пони к овладению этими навыками, похоже, не стоила усилий. Юная единорожка отклонила предложения стать спарринг-партнером своей старшей сестры, предпочитая вместо этого придерживаться традиционного колдовства, например, поднимать метлы.

Теперь же ей хотелось, чтобы она уделяла больше внимания итерациям Рэрити, особенно сегменту "заклинания перевертыша".

Скуталу, однако, не была уверена, что это необходимо.

— Перевертыши не живут в Вечносвободном, глупая. Ты когда-нибудь их там встречала?

Свити подумала о том, как все время бродила возле опасного леса без присмотра взрослых и всегда без разрешения.

— Ну, нет, но все бывает в первый раз. Это место настолько темное, жуткое и уже полно всяких гадостей, думаешь, новая партия перевертышей не может заселиться в этом районе?

Это заставило Скуталу задуматься на минуту, и она поняла, что ее подруга вполне может быть права. Ее зрачки превратились в точки, и, несмотря на то, что он был важен для нее, она принялась махать скутером в сторону странной фигуры в форме Даймонд Тиары.

— Свити Белль, отведи Эпплблум в безопасное место. Я буду сдерживать это существо, пока не придут стражники. Если я не выживу, скажи Рейнбоу Дэш, что я по-прежнему ее фанатка номер один, выиграть с ней Соревнование сестер было крутезно, и пусть простит меня за то, что забыла положить майонез в холодильник, когда пришла в гости. — Оранжевая пегаска внимательно посмотрела на фигуру перед ней, словно ожидая нападения.

— Сделаю, Скутс. Пошли, Эпплблум. Нужно предупредить солдат, что среди нас самозванец, и выяснить, что оно сделало с настоящей Даймонд Тиарой! — в голосе Свити прозвучала смесь восторга и срочности.

— Послушайте, девочки, вы не понимаете, — взмолилась Блум. — Дайте мне пять минут...

— Оооо, — протянула Скуталу, качая головой, — этого я и боялась.

— Боялась? Чего? — Свити Белль была сбита с толку. Значит, никаких изменений.

— Эти хитрые перевертыши. Они не только легко адаптируются, но и всегда развивают новые способности. Об этом писали в "The National Hayquirer" на прошлой неделе. Мы знаем, что это факт. Станут они подвергать свою лицензию риску, публикуя ложь? — Скуталу была на сто процентов уверена в своем источнике.

— К чему ты ведешь? — у Свити начиналась мигрень.

— Это значит... что нашу подругу Эпплблум, скорее всего, загипнотизировали, — Скуталу сказала последнее слово так, будто это было самое ужасное, что когда-либо случалось с пони.

— ШО?! Бред сивой кобылы. Если б вы только выслушали меня на секунду… — яростно запротестовала Эпплблум.

Но Свити Белль заразилась Скуталутитом. Симптомы включали: безрассудство, поспешные выводы и игнорирование всех форм логики. Это было очень заразное заболевание, которое было очень трудно вылечить, когда начинался делирий.

Белая единорожка начала ощущать все эффекты.

— О нет, что же нам делать? — запричитала она.

— Уведи её, силой, если придется. А я буду сдерживать это существо, пока не прибудет помощь… — первоначальный страх Скуталу теперь прочно сменился реальным чувством долга.

Она чувствовала себя сильной, стойкой... Теперь у неё появилась цель. Уберечь Понивиль от набега перевертышей, она уже создала сцену в своей голове. Толпы скандируют ее имя во время парада. Она стоит на той тыкве для парада, машет копытами. Рейнбоу Дэш подходит, чтобы приколоть к её груди медаль.

— Молодец, малая... — шепчет она. — Ты просто молодец.

Она могла бы даже стать супергероем, как у Спайка в комиксах. "Мститель на колесах"... "Борец Кола Вместо Школы"... "Скутакруталу"...

Хм... последнее очень даже ничего.

И все же ЛЮБОЙ псевдоним был лучше, чем "Кобыла Что Надо".

Что вообще случилось с той пони?

Пока оранжевая пегаска терялась в своих фантазиях о знаменитости, славе и плохих секретных титулах, Свити пыталась утащить Блум.

Кобылка с фермы, благодаря многолетнему труду на ферме, была сильнее своей подруги-единорожки, но Свити имела одно явное преимущество перед своим товарищем-Метконосцем.

И, видя, что физическое давление не имело большого эффекта, единорожка тут же решила использовать свой козырь.

— Эй! — Эпплблум оказалась окруженной странной зеленой аурой, и она почувствовала, что ее утаскивают прочь. Она подняла глаза и увидела, что рог Свити светится.

Несмотря на досаду, Блум не могла не быть впечатлена. Поднять Пипсквика — это одно, но уметь поднять кобылку большего размера против ее воли... Это было впечатляюще.

Тем не менее, это не меняло того факта, что волшебный прорыв белой единорожки произошел за счет того, что она не успела рассказать своим подругам об их огромном недоразумении. Позже она поздравит Свити, а теперь пришло время их поправить.

— Да стойте вы!! Послушайте меня хоть одну Дискордову секунду. Мне не промыли мозги... Это и есть Даймонд Тиара... Вы все совсем не так поняли. Поставьте меня, и дайте мне объясниться… — раздражение Блум вконец взяло над ней верх.

Свити, все еще держащая кобылку с фермы в магическом захвате, и Скуталу, все еще приближающаяся к уже очень разгневанной Тиаре, на мгновение взглянули друг на друга, прежде чем рассмеяться.

— Ух ты, да эти перевертыши хорошенько прошлись тебе по мозгам, Эпплблум! — фыркнула Скуталу, продолжая следить за своей добычей. — То-то будешь глупо себя чувствовать, когда все это закончится и ты проснешься!

— Да, я имею в виду... Как это может быть Даймонд Тиарой?! — Свити ткнула копытом в предполагаемого перевертыша. — Просто посмотри на него...

— У него нет тиары... — Скуталу начала список неточностей.

— Он украл один из твоих запасных бантиков... — продолжила Свити Белль.

— И наверняка он поранился во время первого нападения! — Скуталу посмотрела на повязку.

— На нем ни капли шампуня или кондиционера, — заметила Свити.

— А хотите знать, какой РЕАЛЬНЫЙ решающий фактор? — самодовольно объявила Скуталу, а-ля Прэнси Дрю. — Что ДЕЙСТВИТЕЛЬНО говорит нам, что мы имеем дело с двойником, а не с оригиналом?

— ... А? Нет? — Свити была немного ошеломлена как тем, что такое "решающий фактор", так и тем, что значили все эти странно звучащие слова.

— Ну вот... — Скуталу приготовилась к ее важному моменту. — Позволила ли бы себе Даймонд Тиара, самая чопорная, тщеславная и самовлюбленная кобылка во всем Понивилле, быть увиденной на публике такой грязной и вонючей? Я, конечно, знаю, что теперь она изменилась, и мы друзья. Но серьезно. Пони не меняются так сильно...

— Да, если так выразиться, думаю, все это имеет смысл... — Свити была потрясена "блестящей" детективной работой оранжевой пегаской.

Эпплблум не могла пошевелить ногами из-за ограничений магического поля, но если бы могла, она бы вмазала себе по лицу так, что мама не горюй.

Теперь с этой парой дурочек нечего рассуждать. Они погрузились в их заблуждения, она лишь могла надеяться, что события развернутся таким образом, что преподадут им урок...

И, как оказалось, развернулись.

Видите ли, на протяжении всего этого фарса Даймонд Тиара была похожа на чайник, наполненный водой.

Сначала, во время первого допроса она была прохладной.

Затем, когда они принялись её лапать, она стала теплой.

Когда они сравнили ее с одним из этих ужасных монстров, она стала горячей.

Наконец, когда Скуталу так ужасно её обозвала...

А Свити Белль пыталась забрать Эпплблум...

Ее новый эмоциональный костыль...

Это произошло.

Точка кипения.

Потоки лавы, разрушающие пейзаж.

Эвакуируйте всех выживших.

Сначала кобыл и жеребят.

— ЗАМОЛЧИТЕ!! ЗАМОЛЧИТЕ!! ПРОСТОФИЛИ ДУРАЦКИЕ! — Даймонд Тиара за добрые пять минут впервые подала голос, и все были настолько шокированы, что Скуталу и Свити Белль, соответственно, от удивления уронили скутер и кобылку.

— Я НЕ ПЕРЕВЕРТЫШ! Я ПОНИ! МЕНЯ ЗОВУТ ДАЙМОНД ДЭЗЗЛ ТИАРА!! Я НЕ НОШУ ТИАРУ ПОТОМУ ЧТО ОСТАВИЛА ЕЁ ДОМА!!! БАНТ НА МНЕ ПОТОМУ, ЧТО ЭППЛБЛУМ, ЕДИНСТВЕННАЯ ИЗ ВАС С МОЗГАМИ В ЭТИХ ПУСТЫХ ВАКУУМАХ, КОТОРЫЕ ВЫ НАЗЫВАЕТЕ ЧЕРЕПАМИ, МНЕ ЕГО ОДОЛЖИЛА!! НА МНЕ НЕТ КОСМЕТИКИ, ПОТОМУ ЧТО Я ЭТИМ УТРОМ ТОРОПИЛАСЬ!! А ПОЧЕМУ Я СЕЙЧАС "ГРЯЗНАЯ И ВОНЮЧАЯ"... — выкрикнула она во весь голос, даже превзойдя свою маленькую истерику, которая произошла ранее этим утром.

— Потому, что ты, — она ткнула копытом в Скуталу, которая сбилась вместе со Свити в кучку перед лицом этого словесного натиска, — САМЫЙ ХУДШИЙ ВОДИТЕЛЬ НА СВЕТЕ!!! КАК БУДТО МАЛО ТОГО, ЧТО ТЫ ЛЕТАТЬ НЕ УМЕЕШЬ... ТЫ, БЕСПОЛЕЗНАЯ, С ПЕРЬЯМИ ВМЕСТО МОЗГОВ...

— ДАЙМОНД!! — из-за парапетов раздался громкий голос, который так редко поднимался, что когда он всё-таки поднимался, все обращали на него внимание.

Включая Тиару в разгар ее, казалось бы, неудержимой тирады. Это была Эпплблум.

Розовой кобылке потребовалось мгновение, чтобы отвернуться от двух целей своей агрессии.

— Что? — прорычала она.

— Шо... Шо ты только шо сказала? — Блум казалась немного мрачной, в ее тоне плескалась смесь разочарования и печали.

Что она только что сказала? Тиара не следила. В ярости она просто позволила себе сорваться. Она попыталась вспомнить свои слова.

Простофили. Хорошо выразилась!

Не перевертыш. Это была правда.

Причины моей нынешней внешности. Совершенно прямо!

Вакуумы в черепах. Надо будет записать!

Скуталу не умеет водить. Ха! Это все знают.

Скуталу не умеет летать...

Внезапно мир замер.

Каждая унция гнева, горечи и негодования покинула систему Даймонд Тиары.

О нет...

Что она...

Ее глаза мгновенно метнулись к оранжевой пегаске.

Скуталу просто стояла на месте...

Над упавшим скутером...

Её обнимала Свити Белль...

По ее щеке катилась единственная струйка воды.

Боковым зрением Тиара...

Заметила, что Эпплблум смотрит на нее...

Что это было за странное выражение в ее глазах?

Ненависть?

Сочувствие?

Сожаление?

Она понятия не имела.

Однако одно она ЗНАЛА точно.

Она только что сожгла все мосты...

Повторив...

Худшее, что она когда-либо делала.

Потеря самообладания не было оправданием.

Она пообещала Эпплджек.

Кобыле, которая была ей как мать больше...

Чем ее настоящая...

А она все испортила.

Упустила второй шанс.

Никто больше не захочет иметь с ней дело...

Ее прежняя жизнь закончила...

И теперь её новая жизнь только что подошла к концу.

Она была ходячим позором.

Безнадежной.

Неисправимой.

Метконосцы ошиблись ..

Она не могла стать "другой".

Она всегда будет гнилой, мерзкой, испорченной Даймонд Тиарой.

Они так старались...

А она их подвела.

Она не заслуживала быть в их присутствии.

Ей нужно было убраться оттуда.

Прямо сейчас.

И вот...

Сквозь завесу слез ...

Розовая кобылка скрылась с места происшествия...

Оставив троих бывших друзей...

И два едва слышных слова.

— Простите меня.

## Глава 15: Разговор с Пинки

Она бежала.

Она не знала, куда…

Она не знала, когда остановится...

Она знала только то…

Что ей нужно было убраться от них как можно дальше.

Подальше от бывших друзей.

"Бывших"…

Слезы заливали ей глаза.

Все вокруг нее было размыто.

Она обгоняла других пони.

Некоторые останавливались и смотрели на нее...

Некоторые проходили мимо…

Ей было все равно.

Она просто бежала...

Бежала и бежала…

— Эй, ты!!

Что это было?

Мужской голос...

Она его не узнала.

Он звучал сердито.

Он донесся из-за ее спины.

За ней гнались?

Она понятия не имела.

Она внезапно испугалась.

Теперь ее бесцельный галоп...

Превратился в бегство от опасности.

Сквозь туман в голове она увидела впереди красочное здание.

Где-то в глубине ее памяти...

Появился термин "убежище".

Инстинктивно она направилась ко входу…

И ворвалась прямо внутрь.

В конце концов, она хотела оторваться от мистера "Эй, ты!!"…

Не то чтобы у нее было много других вариантов.

* * *

Это было тихое утро для Пинки Пай в "Сахарном Уголке". В то время как Кейки проводили заслуженный перерыв в Мэйнхэттене со своими маленькими детьми, посещая только что открывшийся новый парк аттракционов, маниакальная пони для вечеринок наслаждалась редким моментом покоя, участвуя в захватывающем конкурсе гляделок со своим несколько безжизненным питомцем-аллигатором Гамми...

…Который продолжался три часа.

— В этот раз я тебя обыграю, Гамми, хвостом чувствую! Ты щас в любую секунду сломаешься… — Пинки казалась уверенной в своей победе, хотя ее крошечная рептилия за все это время не сдвинулась ни на дюйм, даже веками не дрогнул.

Увы, эпическое состязание вот-вот должно было резко остановиться. Ибо как только Пинки подумала, что ее друг-аллигатор висит на волоске, дверь распахнулась, раздался характерный звон колокольчика, и почти инстинктивно кобыла повернулась, чтобы поприветствовать клиента (-тов) с самой теплой улыбкой.

— Здравствуйте, и добро, добро, добро пожаловать в наш скромный магазинчик! Маффины — наше фирменное блюдо, наряду с молочными коктейлями, выпечкой, конфетами, шоколадом... Все, что содержит сахар, у нас есть! Отсюда и название… — Праздничная пони умолкла посреди своего выступления и поняла, что моргнула как минимум дважды во время расширенной рекламной презентации.

Она с сожалением взглянула на своего торжествующего питомца, который оставался безжизненным, как мягкая игрушка, даже в разгар своей славной победы.

— Гамми, старый ты негодяй! Как ты узнал, что к нам кто-то зайдет именно в этот момент и отвлечет меня?! Иногда мне кажется, что у тебя Пинки-чуйка лучше, чем у меня! Ну ничего, в следующий раз я тебя одолею...

Розовая кобыла решила, что чемпион заслуживает немного отдыха после своей упорной победы, и вернулась к своей заранее назначенной роли продавца в магазине на день.

— Вы уж простите... Видите ли, я потрясающе соревновалась с Гамми, и...

И второй раз за несколько минут вечериночная пони умолкла прежде, чем успела закончить предложение. Это было само по себе маленьким чудом, потому что как только Пинки начинала болтать, то если не запихнуть самую большую пробку в Эквестрии ей в хлебало, она заговаривала своего бедного слушателя до смерти.

Но опять же, не было более несчастной, убогой на вид фигуры, которая пробиралась через вход в это обычно радостное место за много дней. У наблюдаемой кобылки была интересная цветовая гамма. Белая повязка на ноге, розовая шерсть с большими коричневыми пятнами и темно-красная лента в тон алым кольцам вокруг ее голубых глаз.

Но что действительно выделялось, так это выражение ее лица. Было так грустно и подавленно наблюдать, что грива Пинки чуть не распрямилась. Это был взгляд пони, который полностью сдался. На угрюмом лице кобылки не было ни единого следа счастья или радости, и она забрела в закусочную, как зомби на автопилоте.

Столкнувшись с таким удручающим зрелищем, Пинки немедленно начала действовать. Она долго репетировала протоколы в таких ужасных случаях, и пора было ввести их в действие.

— Тревога, тревога!! Депресняк прямо по курсу!!!! — розовая кобыла изобразила очень сносную сирену, прежде чем повернуться к своему беззубому питомцу. — Гамми, будь добр, замени меня ненадолго. Я знаю, что о многом прошу, но я в тебя верю. Мне нужно сходить совершить доброе дело. И не забывай улыбаться!

Праздничная пони сняла поварской колпак и фартук, положила одежду на неподвижное, холодное тело Гамми, так, что она почти полностью покрыла его. Затем она поцеловала его в щеку (единственная его часть, которая теперь не была покрыта тканью) и бросилась к своему грустному клиенту.

— Привет, дорогая. Тебе разве не надо в школу? Я знаю, что наши угощения очень вкусные, но достойного образования они тебе не принесут! Прогуливать нехорошо! — Пинки быстро бросилась в глаза кобылке, пробуя новый навык, которому её научила Твайлайт — проявить озабоченность, но в то же время ответственность.

Кобылка секунду смотрела на неё, прежде чем усмехнуться и сесть на один из множества пустых стульев.

— Ну и зачем мне идти в школу?! Меня там все ненавидят... и их не обвинишь даже. Я столько лет была ужасной пони... Я меньшего не заслуживаю. Оставьте меня, пожалуйста, в покое.

Кобылка отвернулась от Пинки, которая не смогла хорошо стартовать. На мгновение обескураженная вечериночная пони решила выяснить причину проблемы, чтобы посмотреть, сможет ли она помочь.

— Уверена, это неправда. И даже если это так, все пони могут измениться. Кто мог подумать, что Трикси, Дискорд, принцесса Луна... или скорее Найтмер Мун смогут искупить свою вину? Тебе просто нужно понять, что ты делаешь не так, и перестать это делать! Ты можешь этого не знать... но я кое-что знаю о дружбе. Я и мои пятеро подруг… — Розовая кобыла отчаянно пыталась доказать свою правоту.

— Да, да, я знаю об удивительных "Элементах гармонии", — саркастически ответила кобылка, помахав копытом в воздухе. — Вы путешествуете по Эквестрии, распространяя любовь, радугу и солнечный свет, куда бы вы ни пошли. Рада за вас! Но боюсь, вы никогда не сталкивались с такой безнадегой, как я. Я пыталась, я очень-очень старалась быть лучшей пони, но у меня ничего не вышло. А теперь я не знаю... что делать... *шмыг*

Затем странная кобылка начала безудержно рыдать, от чего большое сердце Пинки чуть не разорвалось на куски. Может, у нее не было ответа на все вопросы. Бедная кобылка казалась такой подавленной, что, возможно, тусовщица действительно ничего не могла для нее сделать.

Пинки собиралась удрученно побрести обратно к стойке в поражении, как вдруг...

Слезы плачущей кобылы стекали по ее шерсти, счищая скопившуюся там грязь. Часть грязи закрывала кьютимарку малышки, и Пинки случайно заметила её, когда отворачивалась. Внезапно пони поняла, с кем имеет дело, и громкий возглас сорвался с ее губ.

— Минуточку. Ты случайно не... Даймонд Тиара? — Внимание Пинки внезапно стало физическим, когда она схватила рыдающего жеребенка за плечи.

Тиара перестала плакать на секунду и вытерла глаза.

— Д-да. В-вы, должно быть, слышали обо мне, и о том, к-какая я поганая пони. Т-теперь Вы понимаете, п-почему я никому не нужна, и-и п-почему я заслуживаю о-остаться одна-одинешенька до конца ж-жизни, чтобы я не могла никого о-обижать или вредить своей з-злобной сущностью?

Но Пинки не слушала и обновила лицо своей гигантской ухмылкой.

— Даймонд Тиара!! Конечно, я тебя знаю... Я никогда не забываю лицо пони, для которого устраиваю кьютсеньеру! Мне особенно запомнилась твоя кьютимарка, потому что ты потратила половину вечеринки, демонстрируя её всем остальным, вместо того, чтобы веселиться! Потом ты ушла наверх... и я не видела тебя до конца вечеринки. Мне всегда было интересно, что случилось…

Если раньше Даймонд чувствовала себя паршиво, то теперь, когда ей напомнили о том, как ее собственное высокомерие превратило то, что должно было стать одним из лучших дней ее молодой жизни, в один из худших, она чувствовала себя просто отвратительно.

— Послушайте, я не хочу это обсуждать, ладно? Можете просто принести мне шейк?

— Шейк! Это напоминает мне еще один случай, случился как раз перед тем, как приехал мой добрый друг Чиз Сэндвич. Ты была со своей подружкой, Сильвер-кто-то там? Ты пыталась забрать её напиток, потому что она выпила больше, чем ты? Но потом ты отвлеклась на мой красивый голос, и в конце концов она вернула его. Ого, сколько я всего помню! — Пинки продолжала сиять, как будто делилась хорошими воспоминаниями со старым приятелем.

Только в случае с Тиарой это был сборник лучших хитов из всех ее поганых проступков.

— Я думала, Ваша работа — веселить других пони… — простонала Даймонд, подперев голову копытами. — А Вы мне только и напоминаете, какая я ужасная маленькая хулиганка, до такой степени, что даже моя лучшая во всей Эквестрии подруга не смогла больше меня терпеть.

Пинки приложила копыто к подбородку, словно в глубоком размышлении.

— Что ж, забавно, потому что я уверена, что видела, как вы вчера ладили, на самой большой кьютсеньере в мире… — она вздохнула с удовольствием при воспоминании.

Тиара закатила глаза.

— Ну, да. Мы помирились, но когда она услышит, что я сказала об одной из Метконосцев, она поймет, что я взялась за старое и больше не захочет иметь со мной дело. Как будто во мне есть что-то острое, что-то, что не может перестать оскорблять других и поступать плохо по отношению к другим, как бы я ни старалась. Я просто… безнадежна… — розовая кобылка почувствовала, как нахлынули слезы.

Внезапно ее схватили за лицо, и она оказалась лицом к лицу с Пинки, у которой на обычно веселом лице было необычно серьезное выражение.

— Не желаю ничего подобного слышать. Скажи мне... что ты сказала сегодня утром... было плохо? — потребовала тусовщица.

— Да… — выдавила Даймонд, не в силах отстраниться.

— Очень-очень плохо? — глаза Пинки сузились.

— Да!! — ответила решительно Тиара.

— Это было супер-пупер-дупер плохо, с гигантской вишенкой на торте? — Пинки продолжала нажимать, в ее словах появился намек на злобу.

— Да, да!! Это было худшее, что я могла сказать!! — совершенно пристыженно ответила Даймонд.

— И ты чувствуешь себя очень-очень, супер-пупер-дупер плохо из-за того, что сказала это… с вишенкой на торте? — тусовщица теперь усиливала давление.

— Да!! Да!! Да!! — Даймонд почти выкрикнула свой ответ. — Это разъедает мне мозг! Мне внутри тошно! Я чувствую себя виноватой, как никогда! Лучше бы... я промолчала...

Тиара продолжала потеть, поскольку взгляд Пинки не покидал глаз кобылки ни на секунду. Пони, конечно, была побеждена своим питомцем в раннем конкурсе гляделок, но когда дело доходит до матча-реванша с её противником, тогда будет только один победитель.

И это будет не грустная кобылка.

К счастью, в то время в повестке дня Пинки не было еще одного случайного соревнования. Без предупреждения тусовщица внезапно оторвалась от личного пространства Тиары, с широкой улыбкой на ее губах.

— Вот. Я же говорила, волноваться не о чем!

Даймонд потрясенно отреагировала на это объявление.

— Что?! — брызнула она слюнями. — Из-за Вашего допроса мне стало хуже, чем когда-либо. Как именно мне должно было от этого стать лучше?!

Пинки просто рассмеялась, как будто ответ был очевиден.

— О, глупышка! Подумай. Если тебе так плохо после того, что ты сделала, значит, ты искренне сожалеешь о том, что сказала. Если бы ты была безнадежна, то не думаю, что ты чувствовала бы себя такой же виноватой, как сейчас. Я уверена, что если ты вернешься и искренне извинишься, то пони, которую ты оскорбила, поймет.

Тиара собиралась сказать тусовщице, что она ошибалась, что она прогнила до мозга костей и ей ничем не помочь.

Но затем, хоть она не просила, в ее голове всплыло воспоминание.

Это было во время репетиции Метконосцев их в конечном итоге успешного выступления во время церемонии Эквестрийских игр, которое произвело впечатление даже на тайно наблюдающую Даймонд Тиару.

Не зная, как противостоять блестящей демонстрации Метконосцев, она прибегла к самой закулисной тактике: деморализовать Скуталу, оскорбив ее инвалидность, чтобы пегаска была настолько подавлена своим комплексом неполноценности, что даже не отправилась в Кристальную Империю, где проходили отборочные испытания.

К счастью, благодаря последней остановке и вдохновляющей речи Рейнбоу Дэш, Скуталу смогла преодолеть свои ментальные блоки и заслуженно занять первое место со своими друзьями, опередив (теперь она признает) безнадежный показ Тиары и Сильвер Спун.

Все это было в прошлом, но каковы были мысли Даймонд в то время, когда она увековечивала этот подлый поступок?

Она была горда. Она была довольна. Она совершенно ни о чем не жалела.

Теперь, когда она только что сделала что-то подобное, что она чувствовала?

Грусть. Она чувствовала себя подавленной. В голове у нее кружилось чувство вины.

И в этом была разница.

Перемена.

Большая перемена.

Она уже не была той безжалостной хулиганкой, которой была раньше.

У нее было сочувствие.

У нее была совесть.

Она была "другой".

Пони, которая совершила большую ошибку...

Но никто не идеален.

Все мы делаем то, о чем иногда жалеем...

Но пока ты живешь, ты учишься на ошибках...

И следишь, чтобы они никогда не повторились.

Внезапно Тиара поняла, что ей нужно сделать.

Ей нужно сейчас же вернуться...

Чтобы объясниться.

С надеждой, что ее друзья увидят искренность в ее глазах...

И примут ее обратно.

Если они смогут дать ей еще один шанс...

Она сможет...

Нет, докажет...

Что она лучше.

Теперь она была в этом уверена.

И надеялась, что вскоре все пони тоже это увидят.

Внезапно Пинки Пай, привыкшая сама устраивать медвежьи обнимашки, сама стала неожиданной жертвой сокрушительных объятий, когда чрезвычайно благодарная Даймонд набросилась на тусовщицу.

— Спасибо, спасибо, спасибо, Пинки Пай!! — Тиара прижалась к передним ногам Пинки, чувствуя, как вся тяжесть Эквестрии спала с ее плеч.

Кобылка также случайно вытерла остатки грязи о шерсть вечериночной пони, но Пинки была готова закрыть на это глаза (а вот Рэрити ни за что).

— Да пожалуйста, мисс Тиара, все для члена моей расширенной семьи!

Это последнее заявление было настолько сбивающим с толку, что даже будучи в восторге Даймонд в замешательстве взглянула на нее.

— Извините, что? Я знаю, что мы более-менее одного цвета, но не думаю...

— Ты теперь жеребенок Эпплджек, так? Что ж, если вы с ней родственник, это, возможно, может быть, почти определенно, делает тебя моей троюродной кузиной! Или правнучатой племянницей. Или сестры, тети, матери... — Пинки уставилась в стену, словно пытаясь вычислить серьезное уравнение.

Тиара понятия не имела, о чем розовая кобыла болтает.

Но опять же, это была Пинки Пай.

Логике не было места в ее хаотическом мире.

Внезапно вспомнив, что ей нужно было сделать, Даймонд сообразила, что нельзя терять ни минуты на бессвязное бормотание её новой… пратроюродной тетей-кузиной.

С кем-то там.

— Послушайте, я бы с удовольствием осталась и поболтала… Но мне нужно поговорить с тремя друзьями, прежде чем они пойдут в школу. Еще раз спасибо за помощь, Пинки... Я не забуду! — с благодарностью сказала Тиара, отцепляясь от ноги старшей кобылы.

— Оки-доки, увидимся позже! А пока тебя нет... я выясню, кем именно ты мне приходишься в моем генеалогическом деревце. Хм… Возможно, Гамми в курсе… — Пинки продолжила ломать голову.

Даймонд вздохнула.

— Интересно, как она может быть такой гармоничной в одну минуту… а в следующую на стены лезть… — сказала она себе, оглядываясь назад, когда подошла к двери…

Которая распахнулась чуть ли не в лицо ей.

Второй раз за день Тиара проявила неестественную способность избегать внезапного препятствия на своем пути. Она остановилась в последний момент, чем избежала довольно неприятного столкновения.

Приготовившись высказать неосторожному пони всё, что она думает, она прищурилась от солнечного света...

И увидела три силуэта в форме жеребят.

Тот, который был похож на Эпплблум, стоял впереди с решительным и непоколебимым видом.

Два других, похожих на Скуталу и Свити, выглядели немного более обеспокоенными, как непослушные жеребята возле кабинета директора.

Даймонд не ожидала их увидеть, но Метконосцы, похоже, совсем не удивились, увидев ее.

Первой заговорила Эпплблум.

— Даймонд Тиара, нам надо поговорить…

## Глава 16: Поиск

Явно огорченная Даймонд Тиара в слезах ускакала прочь, оставив после себя трех кобылок, которые по-разному отреагировали на то, что только что произошло.

Скуталу нависла над своим драгоценным транспортом, явно расстроенная тем, что услышала от розовой кобылки, но слишком потрясенная, чтобы по-настоящему разреветься.

Свити Белль тоже все еще пыталась все осознать, но в тот момент, когда она увидела, что по щеке ее подруги-пегаски скатилась единственная слеза, сработали ее заботливые инстинкты, и она заключила своего товарища-Метконосца в теплые объятия.

Что касается Эпплблум, внутри нее шла борьба. Часть ее хотела побежать за Тиарой, попытаться успокоить ее и извиниться за то, что не достаточно прямо объяснила деликатность ситуации своим подругам.

Другая половина хотела утешить Скуталу, поскольку кобылка с фермы знала, как нелегко пришлось пегаске, когда Тиара в последний раз намекнула на её недостаток. Это почти привело к тому, что каскадерша отказалась от мечты всей своей жизни.

Что делать, что делать...

— Э... Так это все-таки была настоящая Даймонд Тиара, да?! — голос Скуталу прозвучал громко и четко, прервав размышления Блум.

Кобылка с фермы подняла глаза и увидела, как двое других Метконосцев отделились друг от друга.

Свити теперь стояла в нескольких дюймах от оранжевой пегаски с любопытством в глазах.

Скуталу же перестала расстраиваться, и теперь просто сердилась, скрестив передние копыта.

— Да... Соглашусь. Никакая имитация ДТ не смогла бы так передать необузданную ярость... — Свити приложила копыто к подбородку. — Вот только почему она была так непохожа на себя?

— Какая разница?! — фыркнула Скуталу, ее крылья распростерлись от гнева. — Ты слышала, что она сказала? Она опять обозвала меня калекой. Я-то думала, она изменилась к лучшему... Очевидно, я ошибалась.

— Это просто доказывает, — добавила Свити, — что не каждого пони можно изменить. Королева Кризалис, Тирек, а теперь к этому списку можно добавить и Даймонд Тиару. Вот, как она нам отплатила за все неприятности, на которые мы ради неё пошли. Не знаю, кого мне больше жалеть, ее или нас.

— Ну, конечно же, нас, — нахмурилась Скуталу. — Это ведь мы постарались. Мы бегали за ней по всему городу, чтобы понять ее. Мы пригласили её в наш клубный домик. Мы объяснили ей, что она может использовать свою силу и влияние во благо. Мы даже пели для нее! При этом бегая задом наперед! И вот её нам спасибо! Не знаю, зачем мы вообще утруждались. Ну, мы хотя бы получили эти классные кьютимарки, так что это не была полная трата времени! — Оранжевая пегаска указала на недавно появившийся символ на ее боку.

— Вот только возникает вопрос… — задумчиво прокомментировала Свити. — Зачем она тогда спорила со своей матерью на публике и помогла нам заполучить эту гигантскую игровую площадку? Это могло быть частью более крупного плана. Наверняка игровое оборудование настроено так, чтобы рухнуть под нами! Вдруг она пытается подставить Пипсквика! — Белая единорожка повернулась к Эпплблум. — Эй, ты с ней с самого утра гуляла. Ты не заметила ничего подозрительного...

— Замолчите! Обе! — последовал хриплый ответ кобылки с фермы.

Эпплблум уже несколько минут слушала, как двое ее друзей говорили полную ерунду. Она все больше и больше напрягалась, ожидая возможности вмешаться в разговор, а теперь, когда она наконец привлекла их внимание, она намеревалась извлечь из него максимум пользы.

Скуталу и Свити Бель подпрыгнули на несколько футов в воздух, как будто их ужалили. Одно дело, когда на них наорала Даймонд Тиара, но Эпплблум? Одна из самых добрых кобылок в округе, которая сознательно вышла из себя перед ними только однажды, когда Скуталу однажды переехала её любимое лягальное копыто?

Это было очень необычно, мягко говоря.

— Теперь вы будете стоять здесь, а я объяснять все, шо произошло. Я не хочу, шоб вы меня перебивали. Я не хочу, шоб вы отводили взгляд. Мне нужно ваше полное безраздельное внимание, потому шо это очень важно! Из-за ваших странных теорий заговора и того, шо вы никогда не слушаете, на кону стоит благополучие одного из наших друзей! Так шо устраивайтесь поудобнее, потому шо это может занять время... — голос Блум не был враждебным, но очень твердым.

Кобылка принялась все объяснять. Как мать Тиары сочли непригодной родительницей. Как ее отец оказался практически сторонним наблюдателем, а Спойлд все это время избегала наказания за ее жестокое обращение. Вчерашний визит особняка Ричей четырьмя Элементами Гармонии. Подписание документов об опеке, что означало, что Даймонд там больше не живет.

Доброе предложение Эпплджек удочерить розовую кобылку. Их прибытие на "Яблочные Акры", как Тиара рухнула, как мешок с яблоками, прямо перед Блум. Тот факт, что теперь они жили в одной комнате. Припадок Даймонд, вызванный всей ее сдерживаемой болью, который привел к разрушению всего её гардероба. Эпплджек стала мамой Тиары после того, как она получила травму, на что приемный жеребенок, похоже, отреагировал с большим энтузиазмом.

Семейная трапеза, на которой Даймонд, казалось, была совершенно сбита с толку, как будто никогда раньше не участвовала в подобном. Ее безумная реакция на молнияблочное варенье. Совершенно неожиданное извинение перед Бабулей Смит. Блум пообещала Эпплджек следить за Тиарой, что она и так сделала бы.

В конце концов, по крайней мере, для кобылки с фермы, она теперь была частью семьи.

И, наконец, события настоящего, когда бедная Даймонд Тиара, которая пережила более чем достаточно за прошедший день, чуть не попала под неосторожное вождение Скуталу, невольно была обвинена в том, что она сосущий любовь паразит, стремящийся захватить Эквестрию. Как объяснила Эпплблум, учитывая ее бурную личность и хрупкое душевное состояние, было бы невероятно, если бы она не сорвалась в тот момент.

Даже если она переборщила, нацелившись на слабость Скуталу.

По мере того как оранжевая пегаска и Свити Белль слышали все больше и больше подробностей о том, как розовая кобылка настрадалась от железного копыта собственной матери, о ее вынужденной акклиматизации к совершенно незнакомому образу жизни и о том, как она уже взорвалась перед испуганной Эпплблум из-за ее накопленной травмы, их лица заметно мрачнели все больше и больше. Теперь парочка поняла, почему недавно принятый жеребенок, несмотря на все ее усилия, наорала на них в результате их трагического заблуждения, и сожаление отразилось на всех их чертах лица.

— О нет, что мы наделали? — воскликнула Свити Белль, и в ее глазах появились капельки воды. — Из-за тебя и этого дурацкого журнала сплетен, Даймонд Тиара перешла на темную сторону, возможно, навсегда! Не надо было тебя слушать. Она не была перевертышем, этот скутер небезопасен, и я даже подозреваю, что шоколад, который ты мне подарила сегодня утром, вовсе не был шоколадом! Ты плохо влияешь на мой невинный мозг, вот!

— Эй, подожди секундочку! — зарычала Скуталу в ответ, ее крылья широко распахнулись. — Это ведь ты убедила меня, что в Вечносвободном лесу обитает новая порода этих существ. "Перевертыши, которые могут тебя загипнотизировать", как же! Бред сивой кобылы, и насколько я помню, я уже тебе говорила, что найденный мною материал может оказаться несъедобным, но ты все равно его съела! Тебя, небось, от него затошнило, а не от моего бесподобного вождения! В будущем уж изволь добывать еду сама! И в школу добираться тоже!

— Да прекратите вы лаяться!! — Эпплблум была полна решимости обуздать своих товарищей-Метконосцев. — Вы упускаете более широкую картину. Дело не в том, кто и шо сделал в этой ситуации, а в том, шо наш новый друг переживает очень тяжелые времена, которые мы только шо сделали еще хуже! Если бы я приложила больше усилий и шо-нибудь сказала, пока вы не поспешили со своими странными выводами, мы бы сейчас это не обсуждали. — Она печально посмотрела в землю.

— Ну, если подумать... Моя сестра что-то говорила о том, чтоб я приглядела сегодня за Даймонд. Наверно, она это имела в виду, — заметила Свити, раздраженная тем, что Рэрити не выразила свою просьбу более конкретно.

— И я как бы понимаю, через что она проходит. Я своих родителей почти не вижу, но внезапно оказаться в доме с незнакомцами, да еще и с тараканами в голове... — Скуталу больше ничего не сказала, но оранжевая пегаска была уверена, что в подобном сценарии она тоже очень нервничала бы.

— Хорошо, значит, договорились. Мы находим Даймонд Тиару, извиняемся за сегодняшнее, и надеемся, что мы сможем быть друзьями. А теперь, кто-нибудь из вас видел, в каком направлении она убежала? — Блум обдумывала свой следующий шаг.

— Эммм... — Свити Белль попыталась припомнить, потому что смотреть на тропинку, покрытую почти идентичными следами копыт, результатов не дало. — Туда, по-моему... — заявила она, уверенная в своей догадке.

— Погоди, откуда ты знаешь? Ты же обнимала меня... — возразила Скуталу, слегка покраснев. — Я наблюдала за каждым ее движением, поэтому мы пойдем этим путем. — Она указала крылом в противоположном направлении.

Эпплблум шлепнула себя по лицу. Эта парочка была похуже Флима и Флэма.

— Ладно, слушайте, вот шо мы сделаем. Я поищу там, Свити Белль и Скуталу, поищите, где хотели. Если мы не найдем ее через десять минут, встретимся здесь. Если мы опоздаем в школу, то просто скажем мисс Черили, шо задержались на официальном деле для Метконосцев. Уверена, она поймет! Ладно, девочки... Помчали!

Не дожидаясь, пока другие участники двинутся, кобылка ушла, решив сдержать клятву, данную Эпплджек, и гарантировать безопасное возвращение Тиары, даже если это означало опоздать на урок.

Скуталу оглянулась на свою подругу-единорожку.

— Ты действительно думаешь, что наша учительница купится на это оправдание?

Свити на секунду задумалась.

— ...Наверное, нет, — последовал откровенный ответ.

Скуталу вздохнула.

— Я тоже так думаю. Ну что ж, наверно, тут ничего не поделаешь. Нам реально стоит искупить вину. Ты иди первой, а я удостоверюсь, что мой ребенок защищен от воров, прежде чем начну искать. — Она указала на свой скутер.

— Ну, значит, существуют какие-то там воришки-камикадзе... — пробормотала Свити себе под нос, очень благодарная за возвращение на твердую землю.

* * *

— ДАЙМОНД!! — раздался пронзительный крик с одной стороны.

— ДАЙМОНД!! — еще один крик, на этот раз более хриплый, с противоположной стороны.

— ДААЙМООНД!! — это был самый громкий крик из всех, который донесся из центра.

Победителем, по крайней мере по громкости, стала Эпплблум. В конце концов, это было в её личных интересах, поскольку она была главным зачинщиком реформации розовой кобылки, а это означало, что она взяла на себя ответственность за то, что произойдет дальше.

Что включало: обеспечение того, чтобы Тиара не вернулась к тому, кем была, поощрение ее быть полезной и доброй для дальнейшего ее личного преобразования и, что наиболее важно, быть рядом, когда ей нужно плечо, чтобы поплакать, или просто моральная поддержка.

К тому же, теперь она была членом семьи.

Увы, несмотря на все ее усилия, все, что удалось сделать кобылке с фермы, — это привлечь внимание разных прохожих, которые, казалось, изо всех сил старались не обращать внимания на трех орущих кобылок с очень похожими кьютимарками.

Скорее всего, из чистого смущения.

Срок, установленный Блум, почти заканчивался. Дошло до того, что ей предстояло встретиться со своими друзьями, и она понятия не имела, что она скажет мисс Черили. Или Эпплджек.

Даймонд не заслужила оказаться в беде из-за своих замечаний или побега. По личному мнению Эпплблум, удивительно, что у бывшей избалованной кобылки не случился нервный срыв, учитывая все, с чем ей пришлось иметь дело.

Кобылка с фермы просто хотела, чтобы она раньше знала о стрессовом прошлом своей новой соседки по комнате. Тогда они могли бы стать друзьями раньше. В конце концов, даже у хулиганов есть веские причины так себя вести...

Блум смиренно опустила голову. Ничего не поделаешь, и к цели она не приближалась. Пора возвращаться к месту встречи с поражением. Она лишь надеялась, что ее товарищам-Метконосцам повезло больше...

— Эй, ты!! — раздался из ниоткуда чей-то голос.

Блум подняла ушки.

— Хм? — удивилась она, оглядываясь в поисках источника голоса.

— Здесь я! — взгляд кобылки остановился на желтом жеребце, который тащил тележку с яблоками. — Меня зовут Грин Грейпс. Приятно познакомиться. Что это я слышу о бриллианте? За него полагается награда? Потому что, если да, я помогу тебе его найти. Награду разделим. Я уже долгие годы хочу уйти из бизнеса по транспортировке фруктов... — Он указал на свой продукт.

Блум закатила глаза на недоразумение жеребца:

— Мы с подругами ищем не бриллиант, а пони. Она, конечно, очень ценная, но потому, шо она наша подруга. Ее полное имя — Даймонд Тиара, и мы пытаемся понять, куда она сбежала. А теперь, если не возражаете, мне надо...

— Минуточку... — Грин Грейпс теперь внимательно рассмотрел кобылу с фермы, и его рот распахнулся. — Да я же тебя знаю. Ты Эпплблум, так? Иногда я доставляю продукты для твоей семьи. Должен сказать, Эпплы всегда давали мне чаевые и спрашивали о моем здоровье. Чего не скажешь о некоторых других моих клиентах...

Блум была рада услышать эту похвалу в адрес своего клана, но сейчас происходило нечто гораздо более важное, чем получение отзывов от счастливых работников.

— Здорово, и я обязательно передам Ваше сообщение сестре. А теперь простите, мне нужно найти подругу...

— Хорошо, спасибо! Передай всем мои наилучшие пожелания! — Грин Грейпс приготовился к очередному дню нудной работы, как вдруг вспомнил кое-что еще. — О, и последнее. Помнишь, как на днях я шел по городу, и розовая богатая кобылка вывалила из моей тележки яблоки? Я уверен, что заметил ее несколько минут назад. Я окликнул ее, но она не остановилась. Я тут задумался, а не попытаться ли мне потребовать возмещения убытков от ее семьи за то, что она попортила мне продукты. Ты была там, ты видела, как это произошло. Ты могла бы засвидетельствовать...

Внезапно полное пренебрежение Эпплблум к проблемам продавца превратилось в пристальное внимание. Она подбежала к телеге жеребца.

— Шо? — воскликнула она. — Вы уверены, шо это была она? Куда она убежала?!

Грин Грейпс нервно попятился от этой внезапной реакции, но тем не менее ответил.

— Э-э, ну, теперь, когда ты упомянула, она выглядела немного растрепанной, но поверь мне, когда кто-то тебе на весь день портит бизнес, ты не забываешь его лицо. Она забежала в "Сахарный Уголок", насколько я знаю, и с тех пор не выходила. Как такая добрая кобылка, как ты, может только дружить с такой пони...

Но Блум его не дослушала.

— Спасибо, мистер! Прошу прощения за яблоки. Я постараюсь привести свою подругу, шоб она извинилась. Она не так плоха, как Вы думаете, вот увидите! — И кобылка с фермы рванула собирать Метконосцев и сразиться со своей новой соседкой по комнате.

Грин Грейпс на мгновение остановился на месте, обдумывая эту странную встречу.

— Ну что ж, зато разнообразие в рутине.

Желтый жеребец весело свистнул и продолжил идти к своему месту назначения.

* * *

Итак, все привело к этому. Отвлекши Скуталу и Свити Бель от их погонь, Эпплблум и ее подруги оказались у входа в самое популярное заведение Понивилля, нервно поглядывая друг на друга.

— Что мне ей сказать? — сглотнула Свити Белль, на лбу у нее выступил пот. — Я обозвала ее фальшивкой! Перевертышем! Что, если она захочет, чтобы ее оставили одну? Я знаю, что сделала бы, если бы мои "друзья" так плохо со мной повели. Особенно, если бы я только что прошла через все, что она прошла...

— Я не понимаю, чего ты жалуешься, — ответила Скуталу с явным напряжением в голосе. — Я сказала, что она грязная и вонючая! Да и все это моя вина! Я знаю, что она вышла из себя и сказала несколько очень мерзких вещей, особенно мне. Но, чесслово, у неё столько фигни в жизни происходит, разве её обвинишь?

— Послушайте, девочки... — попыталась их успокоить Эпплблум. — Я знаю, шо мы серьезно напортачили, и все мы хотим, шоб этого никогда не произошло. Но суть в том, шоб Даймонд знала, шо у нее есть друзья, которым она важна, и будут рядом с ней на каждом этапе пути. Я уверена, шо мы сможем оставить всё это позади, если просто извинимся и вместе двинемся вперед.

Сначала колеблясь, Скуталу и Свити посмотрели друг на друга и кивнули, а затем повторили жест Блум. Сама немного напуганная, кобылка с трепетом подошла к входной двери и открыла её ударом...

Почти при этом попав в розовую кобылку на другой стороне в процессе, прямо по челюсти.

"Могло быть и лучше," — подумала Блум с раздражением, когда трио Метконосцев посмотрело на Даймонд снаружи "Сахарного Уголка".

Решив заговорить первой, кобылка с фермы сделала первый ход.

— Даймонд Тиара, нам надо поговорить... — Свити и Скуталу слегка съежились за ее спиной.

Тиара взглянула на Блум, прежде чем сосредоточить свое внимание на другом. А именно, на оранжевой пегаске, с которой она, казалось, отчаянно хотела поговорить.

Без предупреждения Тиара бросилась к озадаченной Скуталу, преклонила перед ней колени и зарыдала таким вежливым тоном, на какой была способна:

— О, Скуталу. Прости, прости, за то, что сказала тебе. У меня сейчас не самая лучшая жизнь, а ты меня очень расстроила, но меня это не оправдывает, я потеряла самообладание и очень грубо себя повела. Я хочу сказать тебе, что я больше не та кобылка. Я не моя мать. Пожалуйста, поверь мне и прости меня. Я сделаю все, стану твоей рабыней на неделю, буду ездить с тобой в долгие опасные поездки на самокате, оплачу тебе уроки полетов... О НЕТ, а это прозвучало оскорбительно?! Ах... Я не знаю, что говорю!! — Она так хотела искупить свою вину, что аж ее рот перенапрягся.

И все это время оранжевая пегаска просто стояла на месте, задумчиво глядя на извиняющуюся кобылку перед ней, не говоря ни слова, с нечитаемым выражением лица...

И вдруг, что было совершенно не похоже на Скуталу...

Она обняла Даймонд Тиару, своего бывшего злейшего врага.

О, это были не самые сильные объятия, потому что копыта сзади даже не соединялись...

Но, несомненно, это были объятия, и этого было достаточно, чтобы остановить бормотание Тиары раз и навсегда.

Это вызвало удивление у Метконосцев, которым обычно приходилось почти угрожать ей, чтобы она сделала что-нибудь "сопливое".

Внезапно Свити Белль решила, что тоже хочет поучаствовать.

— Эй, я тоже хочу! — объявила она, буквально нырнув в тиски Даймонд и Скуталу.

Объятие превратилось в груду и стало немного крепче.

Тридцать секунд спустя, посреди группы, Тиара поняла, что все в порядке.

— Всё, девочки, — объявила она с легкой улыбкой. — Я понимаю. Мы все повели себя немного иррационально. Мы можем обсудить это подробнее по дороге в школу. Теперь можете меня отпустить, я все поняла! — Она ожидала, что в любую минуту ее освободят от пушистых тисков, и они отправятся в школу.

Ответа не последовало. Их груда стала еще теснее.

Даймонд Тиара была сбита с толку.

— Эй? Вы меня не услышали? Я с-сказала х-хватит. Эпплблум, ты можешь сказать своим странным друзьям, ч-что о-они нас задерживают и м-мы о-опаздываем?

Она взглянула сквозь скопление оранжево-белого меха на кобылку с фермы, пытаясь сморгнуть внезапно появившиеся нежелательные слезы.

Блум не выполнила ее просьбу. Наоборот.

Посмотрев на розовую кобылку сочувствующим взглядом, который, казалось, говорил: "Тебе это нужно..."

Она подбежала к кучке и сама присоединилась к ней...

Теперь все тело Даймонд Тиары душили новые друзья.

— П-прекратите... я-я в п-порядке, п-правда... — попыталась вмешаться она.

Но никто её не слушал.

"Ну, я хотя бы могу сохранить свое достоинство, сдерживая слезы..." — подумала она.

Пока она не осознала, в таких мерах не было необходимости.

Трое ее подруг не стеснялись смачивать ее мех влагой из глаз.

Да, даже Скуталу.

Так что, в конце концов, не сумев сбежать из своей теплой, пушистой тюрьмы, и осознав, что только она одна выделялась...

Гордая, сдержанная кобылка сдалась и тоже заплакала.

* * *

— Эй, Гамми, — сказала Пинки Пай, ее уши подергивались, пока она изучала свои старые записи о предках. — Ты ничего не слышал? Кажется, это был звук четырех хороших друзей, которые обнимаются после огромной ссоры?

Маленький аллигатор рядом с ней впервые за весь день моргнул в ответ.

— Нет, ты прав. Это просто мое воображение. Так, на чем мы остановились… — вечериночная пони вернулась работе, ничего не зная.

## Глава 17: Неприятная встреча

Для тех, кто не знает присутствующих здесь персонажей — вот они.

Хоть это был всего лишь вопрос минут, трио кобылок, окруживших Даймонд Тиару, обнимались и плакали вместе с ней, кажется, целую вечность.

Все они так или иначе нуждались в этом. Свити Белль и Скуталу чувствовали себя невероятно виноватыми за то, что тем утром спровоцировали эмоционально хрупкую Тиару, ведь розовая кобылка все еще испытывала серьезные чувства насчет своей матери, а Эпплблум...

Ну, скажем так, она была очень чуткой маленькой пони.

Их трогательное маленькое воссоединение в конце концов подошло к концу, не потому, что у них закончились слезы или даже не потому, что им было необходимо бежать в школу...

А из-за нетерпеливого, снобистского голоса, который прямо сказал:

— Прошу прощения.

Этого внезапного прерывания их взаимной связи было достаточно, чтобы Метконосцы с удивлением подняли свои опухшие глазки, в то время как Тиара еще не оправилась достаточно, чтобы остановить поток влаги.

В нескольких футах от них стояли шикарно одетые серый жеребец и желтая кобыла, которые, судя по их непосредственной близости, явно были парой. На жеребце были очки, на кобыле красовалось пурпурное ожерелье, оба не выглядели особенно впечатленными тошнотворной демонстрации перед ними.

— Вы... — фыркнул жеребец, высоко задрав нос. — Дети-оборванцы. Идите терзайте слух другим пони. Мы с женой должны вернуться в Кантерлот сегодня первым же поездом, и мы слышали, что это место — сносная закусочная, во всяком случае для такого маленького провинциального городка. Вы перекрываете наш маршрут. Отойдите в сторону, дабы мы могли попасть в заведение.

— Честное слово, Джет Сет, — желтая кобыла грубо хихикнула в копыто. — Учитывая, как рабочий класс воспитывает детей в наши дни, я удивлена, что нас до сих пор не ограбили. Такие места просто небезопасны для таких богатых, успешных пони, как мы. Давай просто вернемся в отель и соберем вещи? Можем что-нибудь заказать на обратном пути...

— Глупости, Аппер Краст, — жеребец был полон решимости добиться своего. — Наш носильщик сказал, что в этом кафе, хоть и выглядит оно дешево, лучшие эклеры по эту сторону Эквестрии. Хоть он наверняка самый обыкновенный зазывала, пытающийся привлечь бизнес на нужды местной экономики, но я хочу убедиться в этом сам. И эти слезливые карапузы меня уж точно не отпугнут.

Аппер Краст закатила глаза в ответ на упрямство мужа.

— Хорошо, дорогой. Я разберусь. — Желтая кобыла полезла в свою дизайнерскую сумку и вытащила четыре бита.

— Вот вам, дорогуши, — заявила она слащавым, покровительственным тоном. — Если вы уступите дорогу взрослым, то получите особую награду. По одному биту!! Все, что вам нужно сделать, это сдвинуться. Скорее, хватайте их!!

И с этими словами Аппер Краст бросила монеты в нескольких ярдах от того места, где толпились Метконосцы и Даймонд Тиара, с выжидательной улыбкой на лице.

Джет Сет хмыкнул на бессмысленную трату денег, прежде чем приготовиться промчаться мимо этих безденежных крестьян, когда они неизбежно рванут за наличными.

Ничего не случилось.

Точнее, случилось, вот только совсем не совсем то, чего ожидали две старшие пони.

Эпплблум впилась взглядом в двух незнакомцев, которые прервали их личный "момент", и встала перед все еще плачущей Тиарой, защищая ее.

Свити Белль тоже отстранилась от объятий, но, похоже, она была в более задумчивом настроении, словно пыталась что-то вспомнить.

Скуталу... Ну, она отреагировала, как и следовало ожидать. Она спрыгнула со своего места и ткнулась прямо в лица богатых пони.

— Вы себя кем возомнили?! — взбесилась она. — Мы вам не какие-то там искатели благотворительности, которых можно подкупить несколькими жалкими монетами, чтобы вы могли пройти мимо! Можно было просто попросить подвинуться. Но я так полагаю, в вашем маленьком мире, где пони — товар, и где все можно купить, вам эта мысль даже в голову не пришла, да? У вас, может, и есть все биты в Эквестрии, но для меня настоящие "рабочие классы" — это вы.

Она сердито зажужжала крыльями, прежде чем поспешить к тому месту, где приземлились биты Аппер Краст. Взяв их, она вернулась к теперь уже потрясенной супружеской паре, в то время как Эпплблум продолжала охранять Тиару, а Свити Белль все еще была в глубоком раздумье.

— Вот, заберите ваши деньги... — прорычала она, запихивая их обратно в шикарную сумку Аппер Краст. — Может, заодно купите на них хорошие манеры. А теперь мне и моим друзьям пора в школу, потому что некоторым из нас нужно образование, чтобы выжить, не полагаясь на папочкино и мамочкино состояние.

Затем Скуталу произвела большое впечатление Джет Сета, не спеша удалившись, задрав нос в воздух.

Впечатленная Эпплблум наблюдала за всем этим представлением и не могла не подумать: "Ого, молодец, Скутс". Она подтолкнула Тиару, которая уже не сильно плакала, и наблюдала за происходящим.

— Ты можешь идти, Даймонд...? — нежно спросила Блум свою новую соседку по комнате.

— Д-думаю, д-да, — шмыгнула носом розовая кобылка. — С-с к-кем э-это С-Скуталу р-разговаривает?

— Да с какими-то снобами, — Блум помогла своей новой подруге встать. — Давай, пошли отсюдова. Свити Белль, ты идешь?

Белая единорожка подошла к своим товарищам, но без особого внимания. Что-то было у нее на уме...

"О, Селестия, надеюсь, Луне не вздумалось навестить её днем..." — Блум покачала головой, прежде чем сообразить, что это невозможно. Кобылка с фермы пошла за Скуталу, все еще поддерживая Тиару.

Позади них фактор неожиданности оранжевой пегаски, которая высказалась перед наглыми снобами, начал ослабевать и сменился обидой и гневом. Особенно у Джет Сета.

Жеребец встал впереди разношерстной группы, а точнее, прямо перед Скуталу. Он собирался научить эту невежественную маленькую выскочку, что нельзя так разговаривать с членом общества, каким бы грубым ни было ее воспитание.

И, судя по ее виду, оно было грубее наждачной бумаги.

— Да как вы посмели! — взревел он в нескольких дюймах от ее уха. — Моя жена с вами так приятно обошлась, дала вам бесплатных денег, а что вы делаете взамен? Оскорбляете нас посреди улицы! Полагаю, мне не следовало ожидать лучшего от здешних отбросов, но я все равно не позволю этому сойти вам с копыт! Стража, стража... Ну где же стража, когда она нужна...

В мгновение ока его жена оказалась рядом с ним, принялась массировать кожу его головы и успокаивающим голосом приговаривать.

— Забудь, дорогой, они того не стоят. Они вырастут бедными и умрут бедными в этой жалкой маленькой заводи. Они никогда не испытают чудес Кантерлота или величия пригорода Мейнхэттена. Единственное, что их ждет в их жалком будущем, — это ежедневная каторга, вероятно, на какой-нибудь ферме. Пойдем отсюда, мы можем импортировать эклеры, если захотим. В конце концов, мы ведь можем себе это позволить...

Джет Сет почувствовал успокаивающее прикосновение копыта своей жены и вздохнул, признавая поражение.

— Ты права, дорогая. Бедные дети, обреченные на жизнь, полную пота и черной работы, с родителями, которые даже не знают, как их правильно воспитывать. Мы должны простить их, только потому, что знаем, какое тупиковое будущее ждет их всех. Давай вернемся туда, где нам место...

Это еще больше разозлило двух Метконосцев, и когда пара собралась уходить, Эпплблум не могла не крикнуть:

— И не возвращайтесь!

Это взбесило пару на секунду, но это было бы ничто по сравнению с их лицами, если бы они услышали лексикон, который собиралась использовать Скуталу. Скажем так, она собиралась ругаться на чем свет стоит.

К счастью, апельсиновую пегаску и её поток ненормативной лексики остановила ее подруга Свити Белль.

Шестеренки кружились. Колеса вращались. Все было в рабочем состоянии.

Другими словами, ей НАКОНЕЦ удалось проникнуть в самые глубокие глубины её памяти.

— Джет Сет и Аппер Краст! — запищала единорожка. — Теперь я вспомнила, где слышала эти имена. Когда моя сестра уехала в Кантерлот по приглашению принцессы Селестии, она вернулась со всякими историями. Как она отметила там день рождения Твайлайт. Как она прекрасно провела время с Фэнси Пэнтс, Хойти Тойти и Сапфир Шорс. И что там были эти двое... — она указала на пару, которая внезапно начала выглядеть немного обеспокоенной.

— ...И они были не очень-то добры к ней и ее друзьям, — Свити нахмурилась, вспомнив, как ее сестра рассказывала ей о высокомерном пренебрежении этого дуэта к дизайну модницы и образу жизни маленького городка.

Перемена настроения в паре была настолько быстрой, что они глазом моргнуть не успели.

— П-получается, ты... — нервно заикнулся Джет Сет. — В-вы м-младшая с-сестра Р-Рэрити?!

Свити на мгновение остановилась, чтобы впитать их дискомфорт.

— Это так!

— Д-да, т-теперь я в-вижу с-сходство, — Аппер Краст так же нервничала, как и ее муж. — И к-как ж-же о-она п-поживает? П-по-прежнему р-работает в с-своем с-стареньком м-магазинчике?

— Ага, и недавно открыла еще один в Кантерлоте! — Свити гордо выпятила грудь. — Я удивлена, что вы не слышали... Слыхала, бизнес там процветает! Зайдите как-нибудь, поздоровайтесь с Сэсси Сэддлс, заодно узнаете кое-что о смирении. Кстати, вы знали, что Рэрити — эксклюзивный дизайнер Плаза в Мэйнхэттене, лучшая подруга принцессы, однажды помогла спасти мир... Дважды... Нет, по-моему, уже трижды...

При каждом новом откровении Джет Сет и Аппер Краст заметно бледнели, и вскоре стали такими же белыми, как сама Рэрити.

— П-п-п-правда?! — только и смогли выдавить они.

— Ага. П-п-п-правда, — Свити передразнила их заикание. — В следующий раз, когда вы захотите похвастаться, сначала убедитесь, что вам есть чем похвастаться. И помните, внешность бывает обманчива. В знак щедрости, поскольку это Элемент моей сестры, я попрошу Пинки сделать вам обоим разовую скидку на все, что закажете. Да, включая эклеры. Знаете, она работает в "Сахарном Уголке" и тоже трижды помогла спасти Эквестрию. Удивительно, какие хорошие связи у такой оборванки, как я, не находите?

— С-спасибо, м-мисс... — Джет Сет замялся.

— Я Свити Белль. Это Скуталу и Эпплблум. Теперь вы сможете похвастаться нами перед очередными важными пони, на которых захотите произвести впечатление. Потому что мы знаем очень известных пони. Например, всю королевскую семью. Вы были на свадьбе? Классная была свадьба, правда? Секундочку... Так вас же там не было! Какая досада, вы пропустили все интересное! Я была цветочницей... — Белая единорожка не могла не посыпать соль на рану.

Решив, что теперь униженные аристократы достаточно настрадались, Эпплблум решила положить этому конец. Она отстранилась от Тиары на минуту, успокаивающе похлопав ее, прежде чем обратиться к старшим пони.

— Ладно, Свити, повеселилась и хватит, — в шутку пожурила она свою подругу. — Вы уж простите, она иногда немного увлекается. Мы уже опаздываем в школу, да и вам, я так полагаю, нужно успеть на поезд. Но, чтобы показать, шо мы не в обиде, возьмите одну из наших визиточек! Если вам когда-нибудь понадобится помощь в определении кьютимарки или помощь в её получении, Метконосцы всегда рады помочь!

Затем кобылка с фермы протянула каждому из ошеломленных снобов небольшой листок бумаги, на котором было нарисовано изображение кьютимарок трио, вместе с их заявлением о миссии и адресом клубного домика.

Свити Белль и Скуталу удивленно взглянули на Эпплблум, так как понятия не имели, что кобылка с фермы их сделала. Их подруга ответила легким пожатием плечами, прежде чем вернуться к паре.

— Короче. Расскажите своим богачам... то есть, друзьям о нас, мы гордимся своей работой. Да ведь Даймонд Тиара такая же обеспеченная, как и вы, и мы помогли ей найти свое особое место в жизни! Разносите весточку, мы развивающийся бизнес, и мы очень хотели бы, шоб вы стали его частью! — закончила Блум, выглядя жутко довольной своей неотрепетированной речью.

Если не считать легкого намека на узнавание в глазах Аппер Краст при упоминании имени Тиары, который ни одна из кобылок не заметила, богатый дуэт продолжил смотреть вперед остекленевшими глазами, изо всех сил пытаясь втиснуть визитные карточки в свои вещи.

— Э-э, с-спасибо, Э-Эпплблум, — Джет Сет уже отчаянно пытался убраться оттуда. — П-приятно б-было с в-вами п-познакомиться. С-стало б-быть, д-до свиданьица... — И с этим кратким прощанием он схватил свою жену и на скаку унес ее прочь.

Как только они скрылись из виду, Свити Бель оказалась на дне кучи ликующих Метконосцев.

— Свити, это было потрясающе! — воскликнула Блум, широко улыбаясь.

— Как ты показала этим зазнайкам, где раки зимуют! — Скуталу была впечатлен.

— Девочки, слезьте! Вы же мне рог раздавите! — хохотала Свити.

Пока трио праздновало дерзость своей подруги-единорожки, Даймонд продолжала стоять на месте с задумчивым выражением на усталом лице.

Блум, конечно же, первая заметила это и подошла к ней, пока двое ее подруг все еще праздновали.

— Что случилось, Ди? — спросила она, обвив копытом шею розовой кобылки.

Выйдя из медитации, Тиара с удивлением повернулась к кобылке с фермы.

— Ты назвала меня Ди... Меня так только Сильвер Спун называла.

Блум поднесла копыто ко рту.

— Ой, точно. Извини, тебе от этого некомфортно? Я не буду...

Тиара перебила ее.

— Нет, все в порядке. Мы живем вместе. Мы живем в одной комнате. Теперь мы друзья. Кажется, немного глупо иметь прозвище и не делиться им. — Она снова уставилась в небо.

Блум утвердительно кивнула:

— ...Хорошо, отлично, Ди. А теперь о том, шо тебя беспокоит...

Даймонд на секунду замялась, но потом сообразила, что может без сожалений довериться кобылке.

— Ну, просто те взрослые, с которыми вы только что разговаривали...

— Да? — ответила Блум категорически.

— Они просто напомнили мне... — Тиара ненадолго замолчала. — Что я бы выросла и стала одной из них, если бы не ты и твои глупыши-друзья. Не пойми меня неправильно, я очень ценю то, что вы сделали для меня в тот день после выборов, но я до сих пор не понимала, как...

— Тише, — Блум нежно прижала копыто к губам Даймонд. — То, шо я, Свити Белль и Скуталу сделали для тебя, было сделано из лучших побуждений. То, шо ты и Сильвер Спун стали нашими друзьями, для нас вполне себе награда, и мы даже заработали кьютимарки в процессе. Теперь мы можем помогать другим пони, как ты, раскрывать их особые таланты...

— Да, кстати об этом... — голос Свити внезапно заставил Тиару и Блум подпрыгнуть.

— Когда именно ты собиралась нам сказать, что напечатала визитки?! — Скуталу тоже теперь ждала ответов.

Эпплблум с минуту тупо смотрела на своих товарищей, прежде чем ответить.

— Ну... Понимаете, я после нашей кьютсеньеры задумалась. Может, нам стоит попробовать расширить наши услуги, в конце концов, в Понивилле не так много жеребят, которым нужна помощь с кьютимарками. Фезервейт мне там задолжал немного, так шо я бесплатно распечатала визитки, и когда увидела этих двоих, я подумала, а почему бы не начать с неприлично богатых? Нам не обязательно их любить, просто заполучить их биты, да и Эпплджек не помешал бы новый сарай...

Кобылка с фермы продолжила болтать о своем амбициозном бизнес-плане, пока шла вместе с Даймонд по их почти забытому маршруту в школу, а Скуталу и Свити Белль шли сзади, гадая, действительно ли это сработает и если да, то что они могли бы сделать со своей долей.

Подсказка: Скуталу не была филантропом, как Эпплблум. Она думала о ракетном транспортном средстве, а Свити очень хотела уроки профессионального пения.

Итак, теперь вы знаете.

* * *

— Не могу поверить! Оттасканы за уши как котята! Да еще и погаными жеребятами! — Джет Сет со скоростью звука выбросил плохо нарисованный кусок картона из своего багажа.

— Знаешь, это забавно... — Аппер Краст же не слушала стоны своего мужа.

— Что?! — потребовал ответа Джет Сет. — Какую именно часть этого крайне неприятного опыта ты сочла "забавной"? Когда мы узнали, что единорожка знает всех принцесс лично? Или когда стало известно, что у ее сестры теперь самый модный магазин в Кантерлоте? Ну...?

Аппер Краст закатила глаза на жалобы жеребца.

— Не говори глупости, дорогой. Я просто подумала, помнишь ту ужасную благотворительную вечеринку в саду, которую мы посетили на днях? Ну знаешь, единственная причина, по которой мы вообще ступили в эту уродливую городскую свалку? Там я разговорилась с очаровательной кобылой. Кажется, ее звали Спойлд Б... Рич? Она глава образовательного совета и замужем за владельцем "Barnyard Bargains", знаешь ли. Местечко потрепанное, но швали оно, кажется, нравится. Оно принесло ей миллионы.

— Да ну? — Джет Сет приподнял бровь, слегка заинтересовавшись.

— Она рассказала мне о своей дочери, которая сильно её разочаровала. Судя по всему, она только что проиграла выборы класса, не смогла представить Понивилль во время игр Кристальной Империи, и даже не смогла удержаться на работе редактора местной газеты! Бедная кобыла была вне себя от волнения, она была вот настолько близка к тому, чтобы отправить маленькую мисс в школу-интернат Святого Уинниана для молодых кобылок, которые сбились с пути. Ты слышал об этом месте, так ведь? — спросила Аппер Краст у своего мужа.

— Э... Возможно? — Джет Сет дал уклончивый ответ.

— Ну, в детстве меня чуть было туда не отправили... Пока мои родители не узнали об одной из учениц, которую там высекли просто за то, что та болтала за обеденным столом! Конечно, в большинстве случаев это привело бы к закрытию заведения, но поскольку оно находится в частной собственности, на него не распространяется большинство правил и норм, поэтому шансов на какое-либо судебное расследование нет. Излишне говорить, что, как только мои мать и отец узнали об этом скандале, заявление было выброшено в мусор, и я вышла сухой из воды, — так Аппер Краст закончила свой рассказ.

— Хм, да, действительно, интересная история.. — Джет Сет поправил очки. — Но при чем тут наше публичное унижение?

— Дочку звали Даймонд Тиара, — Аппер Краст злобно ухмыльнулась. — И держу пари, матери было бы очень интересно узнать, с какими пони она гуляет в школьные часы. Дорогой, не мог бы ты поменять билеты? Мне кое-кого навестить нужно ...