# Струны сердец

Arri-o

Арфа Хартстрингс переживает не лучшие времена. В прошлом году она потеряла своего любимого мужа, затем её подставили и выкинули из Оркестра Королевской Оперы Кантерлота. Ей пришлось продать свою личную арфу...

Единственным хорошим моментном было поступление её дочерей, Лемон и Лиры в Школу Одарённых Единорогов. Но тёмная полоса никуда не хочет уходить... пока несколько встреч не изменят её жизнь.

Третья большая повесть из цикла "Лунная тень". Предыдущая часть здесь, а здесь следующая.

Действие повести начинается в самом конце месяца Радости (эквестрийский аналог июля) — начале месяца Урожая (аналог августа) 988 г. п.и.Л.

Эквестрийский календарь в этой Вселенной состоит из двенадцати месяцев, каждый строго 28 дней по 24 часа (плюс-минус погрешность на раскачку Селестии). Начало года — праздник Весны (первый день весны).

Месяцы:

1. Уборки

2. Подснежников

3. Посева

4. Солнца

5. Радости

6. Урожая

7. Воздуха

8. Дождей

9. Отдыха

10. Очага

11. Снега

12. Вьюг

За днями недели оставлено привычное наименование, за исключением Праздничного (вместо Воскресенья).

Небольшое примечание насчёт некоторой путаницы в фамилиях и именах пони во вселенной "Лунной тени".

Традиционно ещё с древних времён пони сначала называли имя рода (табуна), а затем личное. Это строго сохранилось в официальных представлениях и печатных объявлениях. Но в новое время появилась противоположная тенденция — сначала личное имя, потом фамилия. Время описываемых событий можно обозначить как переходный период. Пони, придерживающиеся старой традиции скорее всего являются дворянами (или подражают им), а сторонники новой традиции — выходцы из простонародья.

Как указывалось в первой части, Эпплы и Пеа потомки личных садовников принцесс, т.е. они являются дворянством.

Чтобы не было вопросов: Спайка несколько первых месяцев опекают специалисты (в принципе можно поставить кавычки) Школы. Селестия поручит его Твайлайт после первого числа месяца Воздуха.

## Пролог

Арфа начинает новый день... и новые (и неприятные) встречи.

— Доброе утро! Пусть сегодня будет хороший день! — сказала Арфа Хартстрингс, открыв окно. Она закачивала свои утренние сборы, чтобы вновь отправиться на собеседование... Но бросив взгляд вниз, она разом растеряла своё хорошее настроение.

А затем поплелась вниз. Она знала, что сейчас постучат в дверь. И знала, что ей, по сути, нечего сказать, кроме как просить об отсрочке.

"Тут-тук" раздалось по дому, как бой часов.

Она открыла, на пороге стоял Коллектор Пенальти, её почти уже друг.

— Здравствуйте, госпожа Хартстрингс, как поживаете?

— Ещё жива, что уже неплохо. Коллектор, давайте не будем лгать друг другу... сколько максимально вы можете мне дать, не вызывая проблем на свою голову. Мне... нужно как-то перекантоваться до начала учебного года, а затем я покину Кантерлот.

Он вздохнул, посмотрел поднял глаза вверх, что-то подсчитывая и ответил:

— Максимум, до следующего понедельника. Госпожа Харстрингс...

— Приходи в пятницу, к этом времени я разберусь.

— Извините, — вдруг вступил в их разговор третий голос.

— Здравствуйте... — начал Коллектор, а Арфа легко узнала этого единорога.

— Доброе утро, Найт Лайт. Рада вас видеть... хотя, признаться честно, не ожидала вас встретить.

— И рад встрече, госпожа Хартстрингс. Прошу вас напомнить мне... вы ведь профессиональная арфистка?

— Да... хотя у меня несколько... испортилась репутация.

— Я слышал некие слухи. Про меня в бытность мою военным инструктором ходило, что я злобный бездушный маньяк, заставляющий курсантов летать без крыльев, колдовать без рогов и ломать кирпичные стены копытом, — усмехнулся он, а затем, выдержав краткую паузу, продолжил — у меня к вам есть деловое предложение. Вернее, нет... не так... Начну с начала: моему старому другу, как я понял, нужен арфист... или арфистка. Я не знаю, согласится ли он с вашей кандидатурой, может ли эта работа стать постоянной... более того, скажу, что мой друг имеет очень сложную репутацию, почти такую же, как и моя. Однако, оркестр у него хороший.

Арфа не верила своим ушам. Шанс... вернуться на работу...

Конечно, у неё было предложение из Стеблсайда, но даже временно... стоп.

— Простите, а где ваш Оркестр играет?

— Обычно в Ванхуфере, но в этом году у него большие гастроли здесь. Я имел ввиду именно дать вам возможность поработать в Кантерлоте ещё месяц. Если вы согласны, то завтра я вас представлю ему.

Арфа задумалась... а затем ответила:

— Хорошо, если вас не затруднит...

— Нет, что вы. Для меня помощь нуждающимся святое, — произнёс Найт Лайт с улыбкой, а затем спросил у Коллектора Пенальти — вы ведь из банка? Наверное, по вопросам, связанным с домом госпожи Хартстрингс?

— Да... хотя это приватная информация.

— Понятно, извините. Госпожа Хартстрингс, не хочу быть навязчивым, но если вам нужна помощь, — и элегантный синий единорог достал визитку и протянул её Арфе — не стесняйтесь. До завтра, госпожа Хартстрингс.

После чего он откланялся, а Пенальти спросил Арфу:

— А кто это?

— Отец целого табуна кобылок, поступавших в ШОЕ. Очень галантный пони, и очень сильный как маг — он помог той профессорше, что усмирила одну из Вспышек. Мы просто разговорились, и он вскользь обещал помочь. Видимо, не забыл.

— Понятно. Я тоже пойду, Арфа. Если что...

— Всё будет хорошо, Кол. И спасибо за всё.

* * *

Пытаясь хоть как-то удержать семейный бюджет на плаву, Арфа продала свою любимую тёзку и устроилась в пончиковую Джо. Конечно, с зарплатой официантки кредит не погасишь, но, по крайней мере, хватает на текущие расходы.

Благо, Топаз Стар, её соседка, согласилась приглядеть за Лемон и Лирой.

День уже шел к вечеру, когда вошли они. Посетители с удивлением смотрели на целый отряд фестралов, организованно прибывший в кондитерскую. А когда Арфа поняла, кто у них во главе...

— Джо... это... это... — только и могла повторять она, пока синий фестрал с белой гривой и бородой, имевший в виде кьютимарки скрипичный ключ.

— Здравствуйте, — произнёс он своим мягким баритоном, а затем улыбнулся Арфе — прекрасная леди, уважаемый хозяин, я привёл вам пятьдесят пять клиентов... и скоро подойдёт ещё столько же. Мои жеребчики и кобылки обожают сладкое, и сегодня хороший день, чтобы себя этим побаловать, — а затем он изящным жестом кожистого крыла открыл седельную сумку, а затем вытащил оттуда огромный кошель — так что, плачу за всех. Каждый из них заслужил свою пару пончиков и чашку кофе. Только пожалуйста, не давайте им третий, даже если они попросят — ребятам нужно держать форму.

— Будет сделано... — начал Джо, но его перебила Арфа.

— Вы Ти Коффи Хардстоун! Ти Коффи Хардстоун! У нас Ти Коффи Хардстоун! И "Закатный бриз"! — а затем начала заваливаться... чтобы пойманной всё тем же фестралом.

— Удивительно. Обычно, всё же, меня не так узнают на улицах, как исполнителей популярной музыки.

Арфа покраснела, поняв, как она выглядит со стороны, а затем, потупив глаза, тихо произнесла:

— Спасибо вам, — и помчалась работать. Пятьдесят... сто десять клиентов! Да это переполнит зал! Пусть даже вторая половина придет после первой.

Однако, она не могла не развернуть ушки к Джо и Хардстоуну... и услышать к своему ужасу это.

— У вас интересная официантка, — произнёс Ти Коффи.

— Арфа? Вы, наверное, музыкант, а она живёт музыкой. У неё... её подставили и выгнали из Оперы, где она играла в оркестре. Кто-то подбросил ей в столик серьги примадонны. Благо, она застряла после репетиции на сцене, где пела арию Сан Дэй...

— Наверное, Сан Вэй? — поправил его композитор.

— Да... наверное. Она пела нескольким своим коллегам и из-за этого пропустила обед и обеспечила себе алиби. Дело замяли, но примадонна жена Директора Оперы... я не знаю, что там они не поделили с Арфой, но она добилась, что её уволили за "непорядочность". Пусть в тюрьму упечь не получилось, но и работать по специальности она не может, не принимают. Это непонятно что, ужас какой-то. Я говорил ей идти на приём к принцессе, но она так и не решилась.

Арфе с трудом удавалось обслуживать столики, она механически принимала заказы и передавала их на кухню.

Вскоре, в пончиковой появилась новая группа, состоявшая уже не только из фестралов, но и пегасов, единорогов и земных пони. Во главе шла синяя фестралка с золотистыми глазами и необычной для этого племени золотистой гривой.

— Дядя Ти, — обратилась она к Хардстоуну — мы уже пришли. На нас, шастающих по городу таким табуном, криво смотрят даже стражники. Ещё обвинят в попытке спереть накопытники Селестии, поэтому мы посовещались, и решили, что как-нибудь втиснемся. Мы ведь втиснемся?

Арфа не удержалась, и бросила взгляд на своего любимого композитора. Тот закатил глаза, а затем перевёл взгляд на Джо:

— Втиснемся?

— Втиснемся! Только немного придётся обождать с новыми пончиками... Эй, Арфа, Хард Хуф, Свит Крим, тащите запасные стулья!

Вскоре весь оркестр "Закатный бриз" надёжно оккупировал пончиковую Джо. Несколько пони, зашедшие сюда, либо уходили сразу, либо брали заказы на вынос. Но в какой-то момент, как по команде, большинство из оркестрантов обернулось ко входу. Там стояла смутно знакомая Арфе серая единорожка с конфетной гривой и хвостом, кьютимарка которой представляла три звезды. За ней стояла молодая желтая единорожка с красной-жёлтой гривой, кремовая фестралка с красной гривой с полосами фиолетового цвета и целый табунчик жеребят... и даже оленёнок.

— Как тесен мир. Добрый день, Ти!

— О, леди Вельвет, что за счастливая встреча. Я всегда рад вас видеть, — улыбнулся Хардстоун, а затем подмигнул своим подопечным. Последовало хоровое "Добрый день, леди Спаркл".

— Рада вас всех видеть, — ответила единорожка, а затем повела свой табунчик внутрь. Тем временем давешняя фестралка золотистой гривой, буквально растолкала своих друзей, освободив один столик.

— Пикко, ты в этом нет необходимости. Я вообще не понимаю, как вы здесь уместились, так что, я думаю, лучше мы возьмём угощения на вынос... — и тут она начала ловить разочарованные взгляды сначала от музыкантов Оркестра, а затем от собственных жеребят. Особенно грустными казались кремовая и синяя единорожки. А фиолетовая с интересом рассматривала оркестрантов.

— Ладно, — прозвучало от матроны, и Хардстоун бросил Джо:

— Им тоже за мой счёт.

— Ти! — возмутилась серая единорожка.

— Моя леди? — с улыбкой ответил ей Хардстоун.

Арфа слушала всё это... а потом присмотрелась к жеребятам получше. Да это же жеребята Найт Лайта! И эта кобыла — тот самый профессор, что остановила вторую Вспышку... да и вот сама виновница того события, прячется за жёлтой единорожкой, по-видимому, сестрой, которая что-то шепчет ей на ушко.

Впрочем, она быстро ринулась принимать заказ.

— Нам девять порций чая и девять пончиков, мне шоколадный — сделала заказ леди, вытащив кошелёк и отсчитывая биты, а затем спросила у своих сопровождающих — а какие будете вы?

— Ну, леди! — вдруг театрально взмолился Хардстоун — по крайней мере нашему маленькому Солнышку нужен заряд сил для учёбы. Да и уважаемую госпожу Мун нельзя держать на голодном пайке.

— Ти, негодник! — с преувеличенным негодованием заявила фестралка — хотя ещё один пончик был бы не лишним...

— Флауэр! — всполошилась матрона — не подавай плохого примера детям. Кроме того, у них ещё будет возможность полакомиться сладким за ужином.

Арфа, пока матрона отчитывала свою сестру-по-табуну, передала заказ на кухню, и вскоре направлялась к столику семейства, куда перекочевал и Хардстоун. Подав им их пончики, она вдруг услышала от синей единорожки:

— А я вас знаю, вы мама Лиры!

Арфа улыбнулась и несмело кивнула. И тут же столкнулась с внимательным взглядом матроны.

— Вы действительно мать той молодой арфистки? — мягко спросила она.

— Да, Лира моя дочь.

— Талант вашей дочери очень велик. Вот, — из воздуха возникла визитка и протянулась к Арфе — я не самый лучший специалист именно в музыке, но я изучаю возможности так называемой Магии Песни. Думаю, она может заинтересовать вашу дочь... Она ведь тоже будет учиться в Школе?

— Да, — кивнула Арфа.

— Что же, надо будет к ней присмотреться. Таланту надо помогать.

— Не слушайте леди Вельвет, — вдруг вступил в разговор Хардстоун, — она отлично играет на фортепиано и ройяле, а также поёт как примадонна.

— Нет так уж хорошо я играю. Да и не практиковалась я давно...

Пока они спорили, Арфа по-тихому удалилась. Однако, перед уходом Вельвет снова подошла к ней.

— Госпожа Хартстрингс, вы забыли визитку. И, да, я не беру денег ни за занятия, ни за консультации. Мой талант — искать и раскрывать таланты, этого требует моё сердце. Да, пожалуй, я сейчас буду несколько перегружена, но в любом случае для Лиры я найду некоторое время, — уверенно, как на лекции, произнесла Вельвет, а затем загадочно добавила — Музыка может многое, она тоже — магия.

После её ухода Арфе только и оставалось, что спрятать визитку в кошелёк.

* * *

Ближе к вечеру она отправилась домой. И, миновав пару переулков, вдруг услышала:

— Извините, можете мне помочь? — недалеко от неё, у входа в переулок, стояла земная пони — мне нужно перетащить пару вещей из дома моего дома в дом моей матери, он недалеко отсюда.

— Да, конечно, — ответила Арфа и вошла в переулок, и вскоре столкнулась с группой земных пони, перекрывших дорогу. Услышав шум сзади, она увидела пару пегасов, спикировавших сзади.

— Что про... — успела произнести она, пока ей на голову не набросили мешок и не начали увязывать. Она отчаянно пыталась брыкаться, но, похоже, нападающие знали свое дело хорошо... но тут что-то пошло не так.

Сначала вскрикнул один из них, потом второй... а затем её резко отпустили, после чего она услышала женский голос:

— Подожди, мы друзья. Сейчас я тебя освобожу.

Когда через несколько мгновений её развязали и сняли мешок, первым, кого она увидела, был Хардстоун.

— Вы?

— Я. Вас мама не учила, что не стоит заходить в переулок с незнакомцами? Просто чудо, что мы с Пикко оказались рядом. У меня созрел один вопрос к вам, но он подождёт, пока мы не доставим вас домой.

Он со своей помощницей, которая оказалась давешней фестралкой с золотистой гривой, вывели всё еще шатающуюся Арфу из переулка... и наткнулись на Найт Лайта и Вельвет.

— О, вижу, вы уже познакомились, — с улыбкой произнёс он — Ти, эта та самая арфистка, которую я хотел тебе порекомендовать.

## Глава 1. Предложение, от которого невозможно отказаться

Хардстоун зовёт Арфу в свой оркестр. Или тащит...

Сейчас Арфа сидела на кухне, съежившись, и смотрела в глаза Вельвет Спаркл, механически отвечая на вопросы лейтенанта Городской Стражи. Узнав о нападении на неё, Вельвет взяла всё в свои копыта: Хардстоун и Пикколина, действительно оказавшаяся племянницей Хардстоуна, взяли её в коробочку, Вельвет повела их вперёд, предварительно узнав у Арфы её адрес, а Найт Лайт прикрывал тылы.

Выражение лица Топаз, когда всё это увидела, было неописуемым. Как будто за ней явилась Лунная пони. Впрочем, узнав историю Арфы, она испугалась ещё больше, и забрав свою дочь Аметист, вскоре ушла к себе.

Вельвет же рассказала Лире и Лемон, что "их маму обидели плохие пони, побудьте рядом с ней, но не шумите — ей нужен покой", и послала Найт Лайта заваривать чай, а Пикко — за стражей.

И вот, стража опрашивает очевидцев. Арфа описала пони, завёдшую её в ловушку, а также тех, кого ей удалось запомнить, затем дали показания Хардстоун и Пикколина.

Когда они ушли, внезапно заговорил Хардстоун.

— Госпожа Хартстрингс, у меня к вам деловое предложение. Моему оркестру "Закатный Бриз" нужна арфистка. Наша штатная арфистка Чарминг Мелоди забеременела, и переходит в резерв. Я конечно, обматерил её мужа, но сделать ничего не могу — она права, наши жеребята — наше будущее. Поэтому предлагаю вам работать у нас, сначала на испытательный срок.

— Но...

— Возражений не принимаю! — сурового заявил Хардстоун.

Арфа загорелась. Как с ней можно так разговаривать!

— Извините, но я уже получила приглашение от Филармонии Стеблсайда, и в начале месяца Воздуха отправляюсь туда... — тут до неё дошло, что она делает выговор самому Хардстоуну, и это заставило её осечься — вот... эээ... как-то так.

— Вы, наверное, имели ввиду Консерваторию Стеблсайда? — вдруг спросила Вельвет Спаркл.

— Нет, Филармонию.

Вельвет потеребила копытом подбородок.

— Можете показать мне приглашение... если вас не затруднит?

— Да... сейчас...

Она сбегала и достала приглашение, отпечатанное на фирменном бланке с надписью "Филармония" и передала его Вельвет.

— Странно. Готова поклясться, что ещё недавно там не было никакой Филармонии. Я ведь была там в начале весны. Странно. Я узнаю через своих друзей про это новое музыкальное заведение. Кстати, у вас помимо подруги, есть кто-нибудь, кто бы остался с вами?

— Нет, но я одна справлюсь.

— Нет, это не обсуждается. У вас был шок... думаю, я могу за вами присмотреть.

— Не уверенна, что это необходимо...

— Ещё раз, это не обсуждается. Я не хочу, чтобы... — тут Вельвет понизила голос, чтобы не услышали Лира и Лемон, игравшие в это время с Пикко — что если вам станет плохо? Вы пережили тяжёлый стресс, а учитывая, что рядом с вами только ваши жеребята... вы хотите оставить их круглыми сиротами?

Арфа вздрогнула от такой мысли. Её дочери... сироты.

— Вы правы, да, вы можете остаться.

— Я вам не помещаю.

* * *

Через час Арфа уложила кобылок, и выйдя из детской, наткнулась на что-то колдующую Вельвет.

— Вы ведь не будете больше выходить? — спросила она.

— Нет.

— Тогда я наложу на дверь охранное заклинание. Мало ли что. Когда-то я была военной, всё никак не отойду. У меня дома жутко зачарованная входная дверь. Как мне сказали, Селестии будет проще пробить стену, чем эту дверь, если она решит явиться без спросу в мой дом. А менее могущественные пони вообще вряд ли пройдут.

— Хорошо, — только и сказала Арфа. Она так устала.

* * *

Утром она, помывшись и причесавшись, спустилась вниз, где нашла сопящую на диване в гостинной Вельвет Спаркл. Та схватила подушку в охапку, а голову положила просто на поверхность дивана.

Арфу это даже умилило.

— Э-эй, вставай! — тихо начала она будить свою гостью, а не дождавшись эффекта, решила пошутить, благо поблизости были писчие перья.

— Ах-ха, ох, — такой реакции музыкантша не ждала, вскочившая Вельвет буквально за пару секунд прижала её к земле — а, доброе утро, госпожа Хартстрингс. Как я говорила, я была военной когда-то. Извините, — и отпустила Арфу.

— Вам нужно быть аккуратнее, — ответила арфистка — вы так кого угодно напугаете.

— Извините. Среди ночи какие-то шутники пытались тут стучатся. Вот их я и испугала. Разбудили посреди ночи!

Арфа чуть не упала:

— А если это была стража?

— Стража не убегает, получив разряд тока, нет, это хулиганы. Ладно, можно мне воспользоваться вашей ванной?

— Конечно, ради этого я вас и будила.

В отличие от пробуждения, приводила себя в порядок Вельвет очень быстро. Тем временем, Арфа приготовила завтрак для детей и своей гостьи. Однако, едва они сели за завтрак, их прервал стук в дверь.

На пороге был Коллектор Пенальти.

— Арфа... извини. Мне... сели на шею... — печально произнёс он.

— Сели на шею из-за чего? — спросила Вельвет, увязавшаяся за Арфой.

— Здравствуйте, госпожа?

— Спаркл, Вельвет Спаркл. Сели на шею из-за чего? — повторила вопрос леди.

— Эээ... — Арфа замялась, но вынуждена была признаться — у меня после смерти мужа и увольнения из Оперы нет денег для погашения ипотеки, — произнесла она и потупила голову.

— Да... это серьёзно, — произнесла Вельвет, а затем достала блокнот и перо — вы из какого банка?

— Королевский Банк Кантерлота.

— Так, КБК, Арфа Эйр Хартстрингс, ипотека... спасибо. Попробую разрулить дело. Ты работаешь у Рот Рича?

— Да.

— Это будет сложно. Ладно, будем думать об этом после завтрака. Вы ведь не постановление о выселении принесли.

— Нет... — грустно ответил Коллектор — оно будет завтра.

— Хорошо. Арфа, пошли.

Грустный Пенальти ушёл. Арфа посмотрела ему в след, а затем закрыла дверь. Ему тоже нелегко, он был другом Трампета, её покойного мужа.

* * *

Едва завтрак завершился, как снова раздался стук в дверь. На сей раз на пороге был лично Хардстоун с большими седельным сумками.

— Итак, какое настроение у нашего нового без пяти минут члена оркестра?

— Э, эээ... — только и смогла выдавить Арфа.

— Ничего, это бывает. Кстати, мне тут птичка нашептала, что вам нужен инструмент, и я нашёл этот — сказал он, чуть отойдя. За его спиной стояла арфа. Арфа Арфы. Та самая, которую она отнесла в ломбард пару месяцев назад. Рядом с ней стояла Пикколина с боевым видом.

— Итак, вы готовы?

— К чему?

— К вашему первому выступлению. Сегодня наш оркестр играет в Придворном саду. Вот, — изящным движением крыла он достал униформу.

Шокированная Арфа посмотрела на форму, затем на Хардстоуна. Это что, шутка?

— Нет. Я успел собрать о вас информацию, вас независимо друг от друга трое моих знакомых пони порекомендовали мне вас на должность арфистки в оркестр. Это судьба, так что в форму и вперёд!

Арфа, захваченная харизмой композитора, сама не поняла, как одела на себя синее платье.

— Может, возьмёте детей с собой? Пикколина присмотрит за ними в начале, а потом... леди, не присмотрите за ними?

— Нет, у меня есть дело на сегодня, но Кадди и Санни собирались сегодня на твой концерт, Ти. Просто передай им, что я попросила присмотреть за детьми, и они всё сделают.

Арфе даже не дали вставить слова... впрочем, снова почувствовать в своём телекинезе любимый инструмент много для неё стоило. Она любила свою личную арфу куда больше, чем тот инструмент, на котором играла в Опере. Это был подарок её родителей.

* * *

— ... Вельвет просила присмотреть за этими чудесными малышками, — сказал Хардстоун самой принцессе Каденс. Та лишь кивнула и обратилась к её кобылкам:

— Лемон, Лира, я рада вас видеть. Думаю, Твинклшайн, Вайно, Твайлайт, Старлайт, Дансер и Минуэтт будут рады вам.

Что было быстро подтверждено радостным визгом и последующей болтовнёй жеребят обоих семейств.

Ну, а слегка сбитая с толку Арфа (естественно, со своей арфой) устроилась среди своих новых коллег и начала настраиваться и изучать сегодняшний репертуар. И, заодно, старалась проникнуться своим новым коллективом. Она чувствовала сдержанный интерес со стороны своих новых коллег.

Хардстоун умудрился подобрать довольно хорошо знакомые ей произведения. Впрочем, стоило маэстро поднять его волшебную палочку и ей стало не до мыслей.

Сначала у неё почти не было партий, лишь пара переборов. Но затем пошли более серьёзные сочинения, где арфа ненадолго захватывала внимание слушателей и заманивала их в чарующий мир музыки. Час пролетел незаметно, пока Хардстоун не устроил перерыв.

Громовые аплодисменты последовали через пару мгновений после того, как оркестр прекратил играть.

Музыканты временно разошлись, чтобы размяться, попить водички и поговорить.

— Молодец, Арфа, — подмигнула ей Пикко. Рядом с ней был барабанщик оркестра, серый жеребец-фестрал с чёрной гривой и барабанными палочками на кьютимарке, которого она поспешила представить — это Буминг Друм. Буминг?

— А, да, извините... рад познакомиться, госпожа Харстрингс, — смутился жеребец.

— Буминг очень застенчивый. Хотите, я познакомлю вас другими нашими коллегами?

— Конечно, Пикколина, правильно?

— Можете звать меня Пикко, все так делают. Итак... — и началось представление оркестрантов. Как фестралы, так и дюжина единорогов, шесть земных пони и единственный пегас-ксилофонист Фаст Фракшион.

Тем временем перерыв начал подошёл к концу. И Арфе надо было собраться...

Потому, что её ждал отрывок из концерта для арфы с оркестром Кольтенделя... Хардстоун издевается, давая такое на её первое же выступление?

Тем не менее, Ти Коффи встал за пульт, взмахнул дирижёрской палочкой... и Арфа начала перебирать струны. Это было одно из её самых любимых произведений, она много раз играла его в консерватории.

И когда она вошла в ритм, когда повела оркестр своими ритмичными переборами... О, это было чудо.

После этого последовало ещё несколько пьес, прежде, чем выступление было закончено.

Последовали аплодисменты и крики браво.

— Браво! — воскликнул громкий голос, который Арфа, как и многие другие сотрудники Оперы хорошо знали. Принцесса Селестия всегда искренне аплодировала (если выступление было хорошим...)

Оркестранты встали со своих мест и поклонились слушателям. Слушатели не умолкали, поэтому Хардстоун снова взмахнул своей волшебной палочкой, и оркестр сыграл пару пьес на бис. Лишь после этого выступление было окончено.

Арфа, держа свой инструмент с помощью левитации, поскакала к дочерям. И остановилась, увидев их.

Они стояли в одной группе с принцессами Селестией и Каденцией, также рядом с ними стояла единорог Сансет Шиммер. Только сейчас ей в голову ударило, где она её раньше видела — это была бывшая протеже Её Высочества. Рядом с ней стоял Найт Лайт.

Однако, долго ей стоять в прострации не дали — Хардстоун оказался сзади и произнес:

— Пойдёмте, госпожа Хартстрингс, пора вкушать плоды первого успеха... только не задирайте нос, это некрасиво, — и повёл её к принцессе Солнца. Та с улыбкой приветствовала их:

— Рада, наконец, познакомиться с вами, господин Хардстоун. Не представите вашу подругу?

— О, госпожа Хартстрингс пока лишь моя арфистка. Мы очень быстро договорились с ней о сотрудничестве, поэтому она ещё немного ошеломлена... не будьте с ней строги. Я вытащил её буквально из цепких копыт второсортного оркестра, в который её сосватали, из-за того, что некий Джет Сет уволил её по достаточно сомнительному поводу, да ещё и рекомендации зажал. Жадина, только и можно сказать.

Принцесса вздрогнула и внимательно посмотрела на Арфу.

— Это правда? Вас уволили из Оркестра Королевской Оперы?

Арфа посмотрела принцессе в глаза и ответила:

— Да. Меня обвинили в воровстве, но я в момент пропажи была с коллегами, которые подтвердили мою невиновность. Но директор настоял на увольнении.

— Почему вы не обратились в суд? Или не подали прошение на заседании Дневного двора?

— Я обычная пони, кроме того... у меня и до того были личные проблемы кое с кем из коллег. Мой уход назревал давно.

— И всё же, это неправильно, Арфа Хартстрингс. Если вы оставите несправедливость, совершённую против вас без ответа, она может повториться с другим пони. Вы готовы к тому, что другой пострадает из-за вас?

Музыкантша вздрогнула. Она и так оказалась в крайне тяжёлом положении, а если... если у кого-то дела ещё хуже? Что, если бы Лемон и Лиру отобрали бы... или бы они остались сиротами.

— Нет, не готова... Я ещё могу подать прошение?

— Дневной Двор разбирает дела индивидуально, однако, чтобы попасть на него, необходимо...

— Принцесса Селестия, не волнуйтесь, я помогу Арфе составить прошение, — услышала Арфа решительный голос Вельвет Спаркл. Серая матрона, неся на себе седельные сумки, прискакала к группе своих родных и друзей, остановившись рядом с арфисткой.

— Конечно, Вельвет. Где вы так задержались?

— О, у меня возникла проблема, на которую я угробила весь день. Но я справилась! — гордо закончила леди Спаркл.

Далее завязалась милая светская беседа между взрослыми, пока жеребята играли вокруг них под присмотром Каденс и Сансет.

## Глава 2. У Вельвет Спаркл

Вельвет ведёт всю компанию к себе домой. У неё есть хорошая новость для Арфы.

Особняк Спаркл в Сумеречном переулке вызвал у Арфы какое-то давно забытое чувство. Ей казалось, что стоит ступить на порог, и заиграет музыка.

Действительно, с домом было что-то... не так. Её волшебное зрение и чувства не были так развиты, как у опытных магов, ведь она была в первую очередь, музыкантом, но она чувствовала что-то, вплетённое в стены особняка. Что-то, готовое запеть. И именно в этот момент, поймав взгляд хозяйки, Арфа почувствовала, что поняла чувства музыкантши.

Честно говоря, Вельвет Спаркл инстинктивно пугала Арфу Хартстрингс. Особенно это чувство усилилось после того, как принцесса Селестия вернулась в Замок. Как будто, её оставили наедине с хищником, который, правда, сейчас не голоден, и даже, похоже, в хорошем настроении. Даже опека Хардстоуна помогала плохо.

Был уже вечер, Спарклы (вернее Найт Лайт, Сансет и Каденс) отправились на кухню готовить чай и угощение, пока Мун Флауэр занимала младших. А Арфа осталась наедине с Вельвет. Та произнесла:

— Идите за мной, — и поскакала по лестнице наверх. Арфа, посмотрела на Хардстоуна, тот кивнул, а стоявшая рядом с ним Пикко подмигнула, как бы говоря "не бойся, всё будет хорошо". Тогда она тоже начала подниматься к Вельвет, которая остановилась подождать гостью на верхушке лестницы. Следуя за матроной Спаркл, арфистка оказалась в кабинете хозяйки. За солидной дубовой входной дверью находилась комната, погружённая в приятный полумрак, где доминировали огромные книжные шкафы, расставленные по периметру, а в центре стоял массивный дубовый стол, покрытый синим сукном, и лампа в синем абажуре. Казалось, в этой лишенной окон зале царят вечные бархатные сумерки в не зависимости от времени суток и года за её пределами. Личный Оплот Вельвет, в котором можно отдохнуть и поработать, скрыться от стресса или лихорадочно строить планы. Глянув в голубые глаза матроны, Арфа вздрогнула, ей почудились в них зеленоватые искорки, готовые выпрыгнуть и обжечь её... или что похуже. Случайно увидев статуэтку вставшего на дыбы пони, Арфа вдруг представила себя на его месте. Связанная, обездвиженная, лишённая возможности говорить, всегда рядом со своим пленителем...

— Арфа, с вами всё в порядке? — вдруг раздался обеспокоенный голос Вельвет. Арфистка вздрогнула и споткнулась, грохнулась на круп и закрылась копытами.

— Пожалуйста, не превращайте меня ни во что! — выпалила она, съёжившись.

До её слуха донеслись три медленных цок-цока копыт, а затем удар сумок об пол, быстрый перебор и вот уже матрона Спаркл обняла её и успокоительно погладила по голове:

— Что ты, что ты... я не собираюсь тебя ни во что превращать. Всё будет хорошо, я просто хочу помочь. Успокойся, тишь-тишь-тишь, успокойся.

Арфа расплакалась, но Вельвет лишь держала объятия. Через некоторое время музыкальной пони стало лучше. Матрона Спаркл помогла ей устроиться на небольшом диванчике.

— Спасибо, — тут она всхлипнула — вам, что, — ещё раз всхлипнула — не смеётесь надо мной.

— Вы сильная пони. Учитывая, что я узнала о вас сегодня, вы заслуживаете уважения. Вы старались быть весёлой и сильной ради своих жеребят, хотя обстоятельства в которых вы оказались... ужасные, это, с моей точки зрения, не то слово.

— Да... остаться без Лемон, Лиры... Лемон да, она... может постоять за себя, но Лира совсем домашняя... Если она окажутся в приюте... я не знаю... Даже в общежитии...

— Им не нужно отправляться в общежитие. Я выкупила твой долг. Отдашь недостающую часть, когда сможешь.

Арфа впала в ступор. Она посмотрела на Вельвет, похлопала глазами, и попросила:

— Повтори... те... эээ... пожалуйста?

— Можешь обращаться ко мне на "ты", ничего страшного. Я выкупила твой долг, твой кредит, теперь я твой кредитор. Вот, — и брошенные седельные сумки Вельвет оказались в её ауре, поднялись, открылись и оттуда вылетели бумаги о перекупе долга Хартстрингс Арфы Эйр.

— Я не жду, что ты мне заплатишь завтра. Мы свои пони, сочтёмся, — закончила Вельвет. Арфу это совершенно не успокоило.

— Т-т-т-т-то есть, я у-у т-тебя на кр-рючке? — заикаясь от страха спросила она.

Вельвет оцепенела, а затем со всего размаха стукнула себя копытом по голове и прошептала:

— Да что же за день сегодня такой? Арфа, что не так?

— Ты... твой дом... магия... музыка... что-то не так.

Вельвет посмотрела на музыкантшу, как на приведение.

— Ты чувствуешь?

— Да... нет... не знаю.

— Понятно. Ладно... я научу тебя кое-чему... а ты будешь моим другом и помощником в некоторых вопросах. В обмен я буду решать за тебя некоторые проблемы... Сделка? — предложила она.

Арфа посмотрела в голубые глаза Вельвет и задумалась. С одной стороны... она уже ничего не теряет... с другой, она будет со своими детьми... большую часть времени... Кроме того, ей же не придётся мучить пони?

— Нет, я не буду заставлять тебя мучить пони! — обиженно ответила матрона Спаркл на нечаянно произнесённый вслух вопрос.

Арфа приняла решение.

— Я согласна.

— Гм... — привлёк их внимание Найт Лайт, как-то умудрившийся бесшумно войти — вы скоро спуститесь?

— Нам нужна ещё пара минут, Лайти, — ответила ему матрона.

* * *

Арфа и Вельвет присоединились к чаепитию, когда Сансет показывала свои возможности как мага, множественно левитируя чайнички, блюдца со сладостями и столовые приборы. Хардстоун похвалил её:

— Ты делаешь серьёзные успехи, Санни. А как твои дела с нашим молодым Шайнингом? — вдруг спросил он.

В этот момент Арфа заметила, как нахмурилась принцесса Каденс.

— Дядя Ти, тебя это не касается! — сурового ответила юная волшебница.

— Ну, должен же я тебя подколоть? Кстати, помнится, ты обещала мне разучить и сыграть танец маленьких лебедей на фортепиано. Я помню, что тут где-то было фортепиано, в прошлый раз под мою музыку леди Спаркл лично пела сонеты. О, это надо было слышать. У неё один из лучших голосов, и он профессионально поставлен. В принципе, она может петь на любой сцене.

— Ти, если ты дальше будешь подкалывать моих детей, я тебе так спою, что тебе придётся придумывать новые методы дирижирования!

— О, да, леди Вельвет, вы это можете, — с улыбкой согласился композитор — но я надеюсь, что мне всё-таки удастся убедить вас спеть, — и посмотрел на младших. Минуэтт в этот момент посмотрела на маму своими большими глазами, к ней присоединились и остальные жеребята (и даже Вайно).

— О... Давайте сначала выпьем? Мы с Арфой так наговорились, что в горле першит, — пошла на попятную под таким штурмом Вельвет.

И матрона заняла свое место во главе стола. Одно свободное место было рядом с ней, по правое копыто, и Вельвет жестом велела Арфе его занять. Та поколебалась, но сделала это. Поначалу сидела она нервно, ведь её соседкой была сама принцесса Каденс.

— Не нервничайте так, Арфа. А не то я вас съем! — тихо произнесла принцесса. Арфа вздрогнула и... рассмеялась.

— Спасибо вам. Я просто сегодня действительно перенервничала.

После чаепития все поднялись в верхнюю гостинную. Арфа забрала свой инструмент, ведь она тоже хотела сыграть.

Сначала, как обещано, Сансет сыграла танец маленьких лебедей на фортепиано. Слушавший с самым суровым видом Хардстоун в конце произнёс:

— Неплохо. У тебя явно есть талант. Я ещё сделаю из тебя пианистку. Надо будет и с принцессой Каденс позаниматься.

— Маэстро, я же просила звать меня просто Каденс!

— Хорошо. Надо будет подумать, какой инструмент подойдёт.

— Я играю на свирели! — вдруг произнесла аликорна, и, увидев удивление у окружающих, пояснила — я же бывшая пастушка. Серьёзно!

— Понятно, — снова взял слово Хардстоун — значит, с меня пьеса для свирели, а с Каденс — её разучивание. Если справится... так, чего хочет принцесса?

Каденс задумалась, а затем ответила:

— Я хочу, чтобы на День Копыт и Сердец ваш оркестр снова сыграл в Придворном саду... в розовых костюмах!

— Идёт. Я даже дам тебе подирижировать оркестром, — принял условия Хардстоун.

Каденс почувствовала подвох.

— А что, если у меня вдруг... что-то не получится?

— Если у тебя не получится, то в следующий раз будешь играть в Придворном саду, — изложил Хардстоун свои условия.

— Идёт! — приняла их аликорна — кстати, а что ты обещал Сансет?

Ти Коффи жестом фокусника достал из воздуха что-то синее. На первый взгляд Арфе показалось, что это форма оркестранта, но приглядевшись, она поняла, что это что-то другое.

— Аутентичная копия формы Вондерболта для единорога-фаната. Увы, с игрушечными крыльями, но мы же знаем, кто тут у нас будущий Великий маг, — произнёс композитор, передавая подарок счастливой Сансет.

Теперь настала очередь Вельвет. И тут она подошла к Арфе и тихо спросила:

— Ты знаешь "Эйву"?

— Да, — произнесла Арфа — аккомпанировать?

— Да, будь любезна.

Переложение "Эйвы" на арфу — не самое простое в исполнении, заменить быстрые переливы скрипок не просто.

Но когда они с Вельвет встали посреди гостинной, когда Арфа начала переборы и, затем, Вельвет взяла первые ноты, все были заворожены. А когда началась быстрая часть сначала кобылки, а затем и все остальные пустились в пляс. Под летящие звуки даже каменный Хардстоун начал притоптывать.

Когда они закончили, Арфа сама предложила ещё Вельвет сыграть ещё несколько песен. Хардстоун не ошибся, Вельвет можно хоть сейчас по крайней мере в оперетту.

Был уже поздний вечер, и Вельвет неожиданно предложила Арфе остаться у них на ночь. Та задумалась на миг, но затем ответила:

— Да, думаю, Лемон и Лиру порадует ночёвка с новыми подругами. Кроме того... мне завтра нужно на репетицию. Я могу...

— Да. И ты ничего мне за это не должна, Арфа. Ты мне уже помогла. Ну, что, ария Графини Морис?

— Я готова.

## Глава 3. Большой Скандал в Опере.

Став частью "Закатного бриза", Арфа направляется в сопровождении Хардстоуна на репетицию... которая, как и основные концерты гастролей, будет в Опере.

Вид незнакомого потолка поверг её в шок. Однако, Арфа быстро вспомнила, что она осталась у Спарклов на ночь. Она встала и отправилась в ванную, любезно показанную ей вечером Вельвет, привела себя в порядок и спустилась вниз, на кухню.

К её удивлению, здесь уже кашеварил Найт Лайт и Мун Флауэр, вторая кобыла табуна. Найт Лайт практически мгновенно поставил перед ней овсянку.

— Доброго утра, — произнёс он, а затем тихо добавил — лучше не ешь палочки Флауэр... Если, конечно, у тебя нет в роду фестралов.

Флауэр тем временем что-то жарила, от чего по кухне распространялся не очень приятный запах. Найт Лайт кивнул на дверь, и Арфа по-быстрому ретировалась. Она поела в гостинной за журнальным столиком, вернула посуду на кухню, поблагодарила хозяина и ещё раз спросила у него про детей.

— Не волнуйся, Каденс, Сансет и Флауэр за ними присмотрят. А я присмотрю за смотрительницами. Можешь спокойно идти на репетицию, — успокоил её Найт Лайт.

Прихватив свой Она нерешительно отправилась к дверям, Оплот Дома Спаркл лично проводил её, открыл дверь, за которой оказалась Пикко, занёсшая копыто чтобы постучать.

— Доброе утро, мастер Лайт. Я за Арфой.

— Значит, мы вовремя. Доставка из копыт в копыта, — произнёс он с улыбкой.

Арфа тоже улыбнулась и произнесла:

— Доброе утро, Пикко, до свидания, господин Найт. Хорошего вам дня.

— И вам Арфа.

Пикко повела её по переулкам и улицам Кантерлота.

— Как тебе леди? — вдруг спросила она Арфу.

— Леди Вельвет очень необычная, — ответила ей арфистка — даже пугающая. Но она очень добра ко мне. Я надеюсь, что смогу ей отплатить.

— Да, леди производит незабываемое впечатление на всех, кто по-настоящему имеет с ней дела. Она покровительница нашего оркестра, хотя это и не афишируется. Её слово много весит в Ванхуфере, да и во всех Закатных Землях.

— Это хорошо. Она хорошая пони... хотя есть в ней что-то хищное.

— Это есть во всех фестралах, и в целом в пони Заката. Ведь фестралы — хищники, мы обязательно едим рыбу, особенно те, кто как и прежде работают и живут по ночам. Без этого нам грозят болезни костей.

— Надо же, я и не знала... Наверное, госпожа Мун как раз готовила рыбу... такой резкий запах.

— О да, от рыбы такое бывает. Но если ты можешь её есть, то тебя от неё не оттащишь за уши.

— Возможно... постой, но леди Вельвет не фестрал!

— Ты в этом уверена?

— Как она может быть фестралом. Она — единорог!

— Единороги тоже могут жить ночной жизнью. Принцесса Луна до вознесения была единорогом и обычно работала по ночам и спала днём. Король Куормо тоже был полуночником. Некоторые существа чувствуют свою связь с тёмной магией и начинают засиживаться по ночам. Хотя у изначальных фестралов есть однозначные признаки, выделяющие их среди других племён, мы считаем любого пони, который близок Ночи, своим родичем. Мы скорее религиозная, чем племенная группа. Весь наш оркестр, состоит из фестралов... кроме тебя, пока что.

Арфа, услышав "пока что", задумалась.

— Почему ты думаешь, что мне это подойдёт?

— Я не думаю. Просто, услышав, как дядя бранится из-за отсутствия арфистки, контроллер Оперы сразу сказала ему про тебя. Он счёл это знаком судьбы. То, что ты встретилась нам во время нашей рекогносцировки, я сочла знаком судьбы. Остальной оркестр счёл знаком судьбы то, как быстро ты сыгралась с нами. Мы же даже не репетировали вместе!

— То есть ты думаешь...

— Быть фестралкой — твоя судьба. А от судьбы не убежишь. Ты избрана для этого.

— Избрана? Не люблю думать о себе как об избранной.

— О, скромность украшает пони, но каждый из нас для чего-то да избран. Наши кьюти — тому доказательство. Кстати, вот мы и на месте, — закончила разговор Пикко. Арфа огляделась и сглотнула. Они стояли перед зданием Оперы.

— М-м-м-мы будем репетировать здесь?!

— Совершенно верно. Арфа, вперёд! — и Пикколина направилась ко входу. Арфа, с трудом подавив желание убежать, последовала за ней. На входе их ждала Сивиа.

— Добрый день, госпожа Гейткепер. Это наша новая арфистка, Арфа Хартстрингс. Вчера она отлично показала себя на выступлении в Придворном саду. Сама принцесса отметила её игру.

— Рада это слышать. С возвращением, Арфа, — с улыбкой кивнула ей бессменная хранительница врат (то есть контроллер) Оперы Кантерлота, светло серая кобыла с когда-то иссиня-чёрной, а ныне уже наполовину седой гривой и кьютимаркой в виде двух золочёных ключей.

— Спасибо, Сивиа.

Почувствовать снова воздух Оперы, путь и на время... Хардстоун и леди Спаркл дали ей шанс, который она упускать не собирается. Она любила Оперу, с тех пор, как ребёнком в первый раз пришла сюда. И, поднявшись в Большой Зал, взойдя на сцену, она ярко улыбнулась своим коллегам и обернувшемуся к ней Хардстоуну и поприветствовала их, прежде, чем занять своё место.

— Итак, — начал маэстро — вы уже знаете, что у нас замена. Вместо Чарминг Мелоди за арфой у нас прекрасная Арфа Хартстрингс. Что же, помянем Чарминг, пусть у неё жеребят будет с наш оркестр... ладно-ладно, я всё ещё обижен, так, на чём я остановился... ах да, Арфа. Арфе показала нам, что она многое может, поэтому я добавил пару пьес для арфы с оркестром. Кроме того, в качестве высшей точки наших гастролей я хочу дать партию из оперы "Сестра против сестры". Надо подумать...

— ЧТО ОНА ЗДЕСЬ ДЕЛАЕТ!!! КТО ПОСМЕЛ ПУСТИТЬ ЭТУ... — донёсся до Арфы голос Аппер Краст. Примадонна Оперы похоже узнала, что её пустили сюда. Сейчас будет разборка...

Разборка оказалась очень короткой.

— Итак, чем вас не устраивает моя арфистка? — голос Хардстоуна, встретивший Краст у входа, был крайне тихим, в Большом зале можно было услышать, как падает булавка, но яд в голосе маэстро парализовывал, а интонации ужасали. Ти Коффи Хардстоун был хорошим другом и прекрасным (хотя и строгим) наставником, но страшным противником. Он продолжил, пока эти мысли неслись в голове Арфы — никто не доказал, что она что-то взяла. Наоборот, все видели, что она занята пением. Вы набросились на неё, выгнали, я подобрал. Мне её профессионализм нравится. И тут приходите вы и начинаете разглагольствовать. Я не собираюсь работать с такой певицей. Идите вон, с моим оркестром вы выступать не будете. Кстати, я добавлю ещё песню Сан Вэй в программу, у меня как раз есть исполнительница. А если я ещё раз услышу от вас какую-нибудь грязь про моих кобылок и жеребчиков, то разговаривать мы будем в суде. Вам это ясно, госпожа Аппер-Джет?

Обычно гордая и крикливая примадонна в этот раз только и сумела выдать:

— Н-н-н-но...

— Говорите по делу, или идите, не мешайте мне готовить выступление. Меня пригласило Королевское Общество Искусств, и я обязан показать музыку моего оркестра, а с ним и музыку и культуру Закатных Земель с лучшей стороны. Настоятельно советую мне не мешать, госпожа Аппер-Джет.

Аппер Краст... просто сбежала, не сказав и слова, а улыбающийся Хардстоун спустился вниз и заявил:

— Чего мы улыбаемся? Пора работать!

* * *

Кое-как вывалившись на обед, музыканты "Закатного Бриза" расселись по ближайшему кафе. Пикко вызвалась сопровождать Арфу.

— Спасибо, Пикко. Я всё ещё нервничаю. Аппер Краст она...

— Не бойся, Ар, дядя Ти и леди Вельвет не дадут тебя в обиду. Эта снобка им не ровня.

— Но она принадлежит к самой верхушке Кантерлота! Почему мне не нервничать.

— Почему она тебя не взлюбила, Ар? Ты же говорила, что у тебя давно не складываются с ней отношения.

— Я ни не знаю точно. Возможно, дело в том, что я часто пою под арфу? Не знаю. Просто, однажды застав меня за пением, она меня отругала, я ей ответила и процесс пошёл.

— Ты дала отпор. Мне это нравится. Но почему ты тогда всё же оспорила своё увольнение в суде?

— Хороший вопрос... если кратко, Джет Сет убедил меня, что из-за конфликта с Краст у меня нет хороших шансов в Опере.

— Гм, это называется манипуляцией. Он ведь её муж?

— Да... пожалуй, я просто слишком устала, ведь как раз перед этим мой Трампет... мой муж умер.

— О... я соболезную.

— Спасибо, Пикко.

И тут до всех донёсся ещё более громкий по сравнению с вредной примадонной голос. Хорошо знакомый как Арфе, так и всем остальным:

— ТЫ ЧТО, ТИ, С УМА СОШЁЛ?!

Леди Вельвет тоже умела кричать. Куда лучше Краст. Это вполне могло сойти за звуковую атаку.

Арфа сама не поняла, как с половиной оркестра оказалась в фойе. Вельвет Спаркл яростно смотрела на Ти Коффи Хардстоуна, тот с улыбкой Чеширского кота смотрел на неё и тихо говорил:

— Леди Вельвет, вы же обещали... любую помощь, стоит мне только попросить.

Принцесса Каденс, стоявшая у неё за спиной из-за всех сил сдерживала смех.

— Ну что вам стоит? — продолжил маэстро — Вы отлично поёте!

— Ти... — тихо, но с яростью тигрицы, готовой броситься в атаку произнесла Вельвет.

— Ну, допустим, одну певицу я найду. Может, даже двух. Но мне нужен кто-то, кто будет петь принцессу Луну в "Сестре против сестры". Боюсь, вы единственная, до кого я могу добраться. Мажестик Сонг в туре по Эквестрии, Сильвер Войс связана контрактом с Мэйнхэттэнской Оперой, Аура Мелодия вообще в Зебрике. У меня есть только вы или... нет, только вы. Вряд ли я найду на улице второго пони с такими данными, по крайней мере в разумные сроки.

— Я ещё раз повторяю, я кто угодно, но не профессиональная оперная певица!

— Но вы близки к этому. Ваши исследования магии фестралов, Магии Песни... Ещё вопрос, кто кого превосходит.

Вельвет перевела взгляд с Хардстоуна на незаметно окруживших её оркестрантов. Арфа не знала, что думать... С другой стороны, если у Вельвет нет боязни сцены... Она Аппер Краст разделает.

Видимо, схожие мысли были и в головах остальных музыкантов "Закатного Бриза".

— Вы меня угробите, — заявила матрона — Хорошо. Только один раз. Точка.

* * *

Репетиция шла по плану. Прогнали программу, затем на сцену поднялась Вельвет. Её решено было задействовать только в трёх номерах: она исполнит партию Графини Морис, вдовы Эвери и, в финальный день — фрагмент из знаменитой оперы "Сестра против Сестры", партию Луны.

Как раз Вельвет вышла на сцену и начала выходную партию Морис, когда её грубо прервали.

— Прошу прощения, — раздался спокойный голос Джет Сета, вошедшего в зал с несколькими стражниками — но я вынужден прервать репетицию. Нам необходимо вывести пони, находящегося в здании Оперы незаконно, — заявил директор.

— Вы про меня? — спросила Вельвет.

— Нет, нас интересует некая Арфа Хартстрингс.

— А, понятно. Извини, Ти, но у меня снова дела, Арфа, пошли. За мной! — не допускающим возражения голосом произнесла матрона Спаркл. — оставь инструмент тут, его никто не тронет.

Арфистка встала и последовала за своей матроной. Едва стражники попытались пристроиться к ней сзади, как взгляд Вельвет заставил их отступиться.

Снаружи ждала полноценная и полностью готовая тюремная карета.

— Это для чего? — спросила леди Спаркл.

— Простите, нам приказано доставить Арфу Хартстрингс в отдел...

— Постановление где?

— Простите? — спросил сержант, после чего Вельвет упёрлась ему в грудь и начала объяснять ему крайне повышенным тоном:

— Сержант как вас там, вы не имеете права доставлять кого в тюремной карете куда бы то ни было без ордера на арест... — и далее пошло перечисление параграфов, указов и декретов, от которого у без того напряжённой Арфы просто завяли уши. Учитывая силу голоса Вельвет, пони проходившие мимо, стали толпиться, интересуясь, что происходит. Когда пара стражников попыталась разогнать толпу, Вельвет начала перечислять сержанту акты и постановления о свободе движения...

В общем, леди Вельвет запугала командира стражи до чёртиков. А затем явился чёртик.

— Что здесь происходит? — спросила свалившаяся с неба чёрная как ночь фестралка с серой гривой и знаками различия генерала армии. За ней слетела одна из самых узнаваемых пони в Вооружённых Силах, лейтенант Спитфайр, знаменитая лётчица высшего пилотажа, заместитель руководителя Вондерболтов.

— Мы должны... — сержант откровенно замялся. Он сам не знал, что ему отвечать. Особенно перед генералом.

— Крашинг, они хотят произвести незаконный арест этой милой пони, — взяла слово Вельвет и указала копытом на Арфу — Это просто кошмар.

— Кошмар. Полностью согласна. У вас есть постановление? Я, вообще-то, вмешиваться вроде как не должна, но если вы его не так оформили, то тут уже превышение полномочий, с серьёзным последствиями... теоретически, в этом случае вас арестовать можем уже мы со Спитфайр. Так, где бумаги?

Сержант невнятно стал объяснять, что бумаг нет, а приказ ему отдал лейтенант Гранд...

Дело кончилось тем, что весь наряд отбыл ни с чем. Вельвет посмотрела на часы на ближайшей башне. Было уже полпятого.

— Гм. Арфа, пошли в кафе.

— Я могу к вам присоединится? — спросила Крашинг Тайфун.

— Конечно, Крашинг.

— Тогда, — сказала генерал лейтенанту Спитфайр, — мы продолжим наш разговор завтра.

— Почему же? Если вы не против, я тоже хотела бы присоединится.

* * *

В кафе Вельвет и Арфа скорее тянули время. Леди Спаркл оплатила весь заказ, а Арфа, даже не зная, как благодарить свою благодетельницу, просто сказала:

— Спасибо.

— Пока не за что. Что-то мне это не нравится. Сначала обвинение в краже, затем нападение, теперь этот незаконный арест. Что-то тут не то. Вы никому серьёзнее Аппер Краст дорогу не переходили?

— Нет, что вы! Я просто обычная пони.

— Все мы тут обычные пони. Нет, что-то тут есть.

— На вас нападали? — вдруг спросила Арфу молчавшая до того Спитфайр.

— Да, какие-то грабители, одни из них заманила меня в переулок... — начала рассказывать Арфа. Сначала про нападения, затем про свои проблемы... затем она выболтала Спитфайр события в школе со своей точки зрения. Лётчица была хорошим слушателем.

Прервала их Вельвет.

— Арфа, нам пора идти. Нужно закрыть вопрос раз и навсегда. Большое спасибо за компанию, госпожа Файртэйл.

— Всегда пожалуйста, госпожа Спаркл, — с улыбкой ответила Спитфайр.

После этого знакомые Вельвет отправились по своим делам, а сама матрона повела Арфу по направлению к Замку. Перешла Замковую площадь, вошла в ворота, мельком показав пропуск и заявив:

— Она со мной.

Стражники пропустили Арфу без вопросов. Ноги сами вели музыкантшу за матроной, которая, наконец, привела её в небольшую чайную комнатку. В ту чайную комнату самой принцессы Селестия.

— Ваше Высочество, я вынуждена злоупотребить вашим доверим. Неприятности моей подруги Арфы становятся всё более странными. Сегодня её попытались арестовать, фактически, незаконно. Извините, но я должна обратить на это ваше внимание.

— Арестовать? — переспросила принцесса. Вельвет начала в красках излагать явление Джет Сета оркестру, действия стражи и спасение Арфы от незаконного лишения свободы.

Принцесса внимательно всё выслушала, лишь слегка приподняв бровь при упоминании лейтенанта Спитфайр, а затем ответила:

— Ясно, Вельвет. Однако, я должна проверить эту информацию.

— Я прекрасно понимаю, Ваше Высочество. Простите моё злоупотребление.

— Не нужно извиняться, Вельвет, в данном случае ваше поведение вполне оправдано, как и всегда. Я рада, что вы готовы помогать моим маленьким пони в Школе и не только.

— Спасибо, Ваше Высочество, я думаю, что нам пора идти.

— О, нет, нет. Я настаиваю, чтобы вы выпили со мной чаю. Я тоже хочу познакомиться с восходящей звездой нашей классической музыки. Госпожа Хартстрингс, вы не против, если я буду называть вас просто Арфой.

Арфистка зависла.

— Арфа, что с тобой? — спросила обеспокоенная Вельвет.

— Я... принцесса предложила называть меня Арфой.

Вельвет подошла поближе и дружески её обняла, встряхнув её в процессе.

— А, да, что... ой, простите, да принцесса, конечно, можете. Извините.

— Ничего, Арфа, бывает.

## Глава 4. Предатели и друзья

Вечером Арфа Хартстрингс возвращается домой.

Не смотря на все протесты Вельвет проводила Арфу до дома, где её уже ждали её кобылки вместе с Сансет. Музыкантша и её сопровождающая вошли в середине уроке.

— Итак девочки, для создания импульса нужно поток магии сконцентрировать в роге, а затем отпустить... — объясняла юная волшебница различные способы применения магии. Сансет учила кобылок разным фокусам, вроде огонька или шоковой искры, а затем разъясняла необычные способы их использования, после чего предлагала придумать новые в качестве домашнего задания.

Даже Арфе стало интересно, так что, когда Сансет закончила с девочками, их мать тоже засыпала юную чародейку вопросами, на которые та любезно ответила.

— Спасибо вам, Санни, вы чудо.

— Я просто стараюсь передать в хорошие копыта то, что мне передали мои учителя, — с улыбкой она бросила взгляд на Вельвет.

— И все равно, спасибо вам.

— Не за что. Мам, а мы можем... ну посмотреть за младшими Хартстрингсами? Нашим девочкам они так нравятся.

— Только девочкам? А Вайно?

— О. Он, цитирую, "уже является рыцарем прекрасной леди Твайлайт, если бы не это, то он бы стал верным спутником великого трубадура Лиры".

— Узнаю малыша Вайно. Ладно, Санни, нам пора знать честь, — подвела итог Вельвет.

— Спасибо вам за всё. Вы не хотите остаться на ужин?

— Нет, я не хочу вас стеснять, Арфа. Хорошего вам вечера, надеюсь, увидимся завтра.

И Спарклы убыли, а Арфа стала готовить девочкам ужин, но тут раздался стук в дверь.

"Видимо, Санни что-то забыла."

Однако, когда она открыла, на пороге оказался нервный Пенальти, держащий платок в своей ауре.

— Колли, что случилось.

— Арфа... прости, — произнес он, а затем резко левитировал платок ей в нос. Она вдохнула и мир закружился...

* * *

Она очнулась с сильной головной болью.

— Мама, мамочка! — раздался над ухом голос Лемон.

— Она очнулась, Колль. Ты знаешь, что делать, — раздался незнакомый низкий голос.

Она лежала на полу своей спальни, связанная. А перед ней появился Коллектор Пенальти.

— Арфа, должен сказать прямо... Трампет угодил в неприятности... большие неприятности. Он перешёл дорогу большим пони, которым... нельзя её переходить. Они уверены, что у тебя остались копии его бумаг. Скажи, где они, и это всё закончится.

— Колли, что? Какие бумаги? Я ничего не знаю.

— Это не имеет значения, Арфа. Эти бумаги должны быть уничтожены... как и... — тут он осёкся, но Арфа поняла... ей живой отсюда не выбраться.

— Арфа, — продолжил Коллектор — если ты будешь упираться... я ничего не смогу гарантировать в отношении девочек. Для моего босса их жизни ничего не значат.

— Я не ожидала, что ты окажешься такой мразью, Колль.

— Ты ничего не знаешь.

— О, мне и не надо. Все подонки так говорят, и ты всё сделал, как хотел.

— Арфа, ты делаешь себе хуже, — попытался снова обратиться к ней Пенальти.

— Это как?

— Это так, — вступил в разговор обладатель низкого голоса — что умирать тоже можно по-разному. Быстро и безболезненно... или очень долго и мучительно.

Вот сейчас Арфе стало страшно, но ради прижавшихся к маме дочерей она отчаянно пыталась этого не показать.

— Трусы и подлецы. Вломились в дом к бедной вдове, связали её и угрожают. Я не верю вам... и вашему "милосердию".

— Я, кстати, тоже, — раздался новый голос от двери. Голос Вельвет.

— Мадам Спаркл, я рад (звук магического заряда) ааа... — и тут же раздался звон стекла, а перед ней в яркой вспышке возникли белый единорог и Сансет, и тут же её с дочерьми и новоприбывших окутал фиолетовый купол.

Казалось, в спальне начался Конец Света. Магия, копыта и летающие фестралы...

Всё окончилось также быстро, как и началось. Ну, почти окончилось. К Арфе откуда-то подлетел Хардстоун и начал её развязывать.

— Всё хорошо, Арфа, всё хорошо. Всё уже закончилось.

Она не выдержала и расплакалась. К ней присоединились Лира и Лемон.

— Плачь, не стесняйся. Ты вела себя молодцом. Всё уже хорошо.

Когда она встала, то увидела, что Найт Лайт держал Коллектора в своей ауре. В комнате на полу было несколько других пони, вырубленных фестралами, которыми командовала Крашинг. Та рассматривала двоих своих пони, получивших ножевые ранения. В центре всего бардака стояла Вельвет, как оплот порядка. Арфа, посадив дочерей на спину, похромала к ней, опираясь на плечо Хардстоуна.

— Пятеро схвачены, один ушёл с помощью амулета экстренной телепортации, — доложила леди Спаркл Тайфун.

— Понято. Пенальти, у меня всего один вопрос. Ты ведь работаешь на "Чёрное копыто" не так ли?

Тот вздрогнул.

— Ответ понятен. Краш, делать нечего, нужно будить принцессу

— Леди Вельвет... — тут начала говорить подошедшая Арфа, но леди просто заткнула ей рот копытом, а сама строгим лекторским тоном заявила:

— Ты только что пережила шок, у тебя могут быть повреждения, а ты тащишь дочерей на себе... Ти, доставь её в мой особняк, пусть врач осмотрит её и кобылок. И дайте ей воды! А ты, Арфа, с сегодняшнего дня живешь у меня. Я лично буду водить тебя до Оперы и обратно. Всё ясно?

Арфа кивнула.

— Кстати, где ты хранишь старые бумаги? — спросила Вельвет, убрав копыто со рта спасённой.

— В тумбе в прихожей, там есть ящичек. Трампет хранил там счета и прочее.

Леди Спаркл кивнула и отправилась вниз. А Хардстоун, передав её паре фестралов буквально лёг перед ней.

— Эээ... маэстро, что вы делаете?

— Хартстрингс, залезай и не думай. Тебе нечего сейчас самой таскаться. Я и взрослых жеребцов дотаскивал до госпиталя, и тебя дотащу до Особняка Спаркл.

Арфе, видя уверенные взгляды фестралов, пришлось согласиться. До дома Вельвет они летели по ночным улицам в сопровождении целого отряда военных фестралов.

* * *

Потолок. Знакомый. Откуда?

Арфа хотела потянуться, но почувствовала что-то на груди. Вернее, кого-то. Лира, Лемон. Кобылки уснули, прижавшись к мамочке.

А затем воспоминания о вчерашнем кошмаре нахлынули на неё.

Её буквально трясло от страха. Её девочки могли буквально не пережить вчерашний день. За себя ей было не страшно, но они, её малютки... За что?

Она тихо начала рыдать, но это не осталось незамеченным. Дверь распахнулась и влетела Мун Флауэр, подлетела к Арфе и обняла её.

— Тишь-тишь-тишь, успокойся, всё уже закончилось. Ты у друзей, тебя никто больше не тронет.

Слёзы продолжали литься, но стало немного легче. Ей повезло, что малютки спали довольно хорошо — она их не разбудила.

Вскоре в дверях оказался ещё один фестрал. Хардстоун напряжённо заглянул в комнату, но ничего не сказал, просто помахал копытом и ушёл, чтобы вернуться минут через десять с блинчиками на подносе, который он оставил у кровати.

К этому моменту тихие всхлипы окончились, и аппетитный запах защекотал носики маленьких пони. В общем, кобылки стали просыпаться.

— Пойду за второй порцией, — тихо произнёс Хардстоун и убыл.

* * *

Раны прошлой ночи потихоньку заживали. Доктор Скальпель, вызванный Вельвет повторно (в первый раз он осмотрел их ещё вчера, едва они оказались в Особняке Спаркл), раздал рекомендации. У неё был в шок, пара ушибов и последствия отравления хлороформом. Хуже всего досталось Лемон — её ударили ногой в живот после того, как Арфа потеряла сознание, правда, далеко не в полную силу. Лира вышла сухой из воды, тоже отделавшись последствиями шока.

После этого состоялся завтрак. Леди Спаркл обычно вставала поздно (как и её жеребята), за что её муж в шутку называл "спящей красавицей", поэтому полный сбор всей семьи был ближе к десяти.

Сегодня всем (включая Каденс, заночевавшую у Спарклов) покидать дом было запрещено. В холле откуда-то взялись трое фестралов в синей броне, ведшие себя как Королевская стража, четверо на втором. За Каденс непрерывно порхала ещё одна по имени Миднайт Блум. От Арфы не отходил Хардстоун, за детьми присматривала Сансет и молодой белый жеребец Шайнинг Армор, оказавшийся сыном Вельвет. Более того, мимолётный взгляд музыкантши в окно зацепился за золотой отблеск доспехов обычной стражи, охранявшей особняк как с земли, так и с воздуха.

И, для полноты картины, перед завтраком в дверь постучали. К Спарклам и их гостям присоединилась белая пегаска с золотой гривой, в которой пряталась почти незаметная бирюзовая прядь.

— Разрешите представиться, я Саншайн Скайз. Я бы хотела поговорить с госпожой Хартстрингс.

— Прошу прощения, госпожа Скайз, — прервала её Вельвет — но вы прибыли в удачный момент. Сейчас нас ждёт семейный завтрак, посему приглашаю вас присоединиться.

— Конечно... леди Спаркл, — ответила пегаска.

Завтрак прошёл весело. Флауэр рассказывала на ушко Арфе анекдоты времен своей службы в армии (и у неё они получались смешными!), Каденс и Сансет, устроившись вокруг Шайнинг Армора и что-то увлечённо обсуждали, пока жеребец нервно сглатывал. Найт Лайт с улыбкой о чём-то спорил с Ти Коффи. А Вельвет, сидевшая во главе стола, справа от Арфы, вела с Саншайн интересный разговор о Вондерболтах. Услышав своё имя, Арфа непроизвольно вздрогнула.

— Да, мы явимся на шоу либо всей компанией, либо... ну за Каденс я не могу ручаться, Селестия её тётя и опекун, но больше никто не придет. Особенно в сфере произошедших событий.

— Я вас понимаю. Да, я посмотрю, что можно сделать, Вельвет.

— Спасибо.

— Извините, — робко спросила Арфа — простите, я услышала что-то про Вондерболтов.

— Ты идешь на шоу. Вместе с девочками, за мой счёт, — оттарабанила Вельвет — так надо. Только я закончу вытрясать из госпожи квартирмейстера дополнительные билеты.

— Эй! — возмутилась Саншайн — я не знаю, смогу ли я продать...

— Хорошо-хорошо... Извини, Арфа, у них кончились билеты, поэтому никто из нас не идёт...

— Всё-всё, я найду необходимое количество мест. Вы довольны, леди Спаркл?

— Ты прекрасно торгуешься, Саншайн.

После завтрака младшие члены семьи собрались в гостинной, а Вельвет и Найт Лайт повели Арфу с Хардстоуном и Саншайн в кабинет. Там, когда все устроились, Вельвет налила в стакан воды и поставила его перед арфисткой прежде чем начать разговор.

— Итак, Арфа, теперь мы должны тебе всё объяснить. Всё довольно плохо. Ты помнишь дело "Контра-мар" примерно семнадцать лет назад?

Арфа напрягла память, что-то такое... а затем вздрогнула.

Работорговля. Продажа пони, причём некоторые происходили из хороших семейств, в Зебрику и Грифонию в качестве рабов. Неизвестный чиновник из Балтимэйра вскрыл сомнительный контейнер, чтобы найти там пятерых кобыл, погружённых в анабиоз.

В ходе расследования были проведены настоящие чистки. Графиня Альбион, герцог Филлидельфийский, Баронесса Богово и многие другие лишились своих титулов и владений, губернаторы полетели, была проведена ревизия всех банков.

— Суммарно выявили более шестнадцати тысяч случаев... продажи, — с трепетом произнесла Арфа. Она сама тогда была просто студенткой консерватории... и её саму это коснулось. Купер Плэтс, барабанщица, не вернулась к концу каникул из путешествия на Восходное побережье. А через год её вернули из Зебрики. Образ забитой, надломленной, всего боящейся пони никак не вязался с прежней веселушкой Купер, — мою однокурсницу, Купер... продали. Я до сих пор помню, какой она вернулась.

— Да, помню эти деньки, — внезапно взял слово Хардстоун — Мы взяли штурмом порт-Занзир, а затем выставили королю Зебрики ультиматум. Да, генерал Слэш умела вести дела. Она реально запугала короля до чёртиков, так что он принял все наши условия. А вот его расы... О, это было тяжело. Я до сих пор не уверен, что мы вывезли всех... до сих пор болит сердце.

— Ты... Вы были там, маэстро? — спросила удивлённая Арфа.

— Да. Я бывший военный, спецназовец, вначале, потом перешедший в военные оркестры. Это была моя последняя боевая операция, после неё я вышел в отставку. Да, были дела.

— Это всё лишь частности, — прервала их Саншайн — вся история с работорговлей на самом деле была лишь верхушкой айсберга. За всем этим стояла организация "Чёрное копыто". Как оказалось, этот на первый взгляд чисто криминальный синдикат на самом деле организация, стремящая к захвату власти в Эквестрии и превращение её в кастовое государство в котором единороги-аристократы будут обладать абсолютной властью на другими племенами пони.

Надо сказать, что это структура обладает крайне высоким уровнем организации, по крайней мере в её средних и высших эшелонах. Несколько обладавших важной информацией членов "Чёрного копыта" покончили с собой, чтобы не попасть на допросы.

Несколько агентов ЭИС сумели подобраться к верхушке в плотную, но одну из них разоблачили, и операция не была завершена как следует. Ниточки к лидерам "Копыта" были оборваны. Мы лишь знаем, что во главе её стоит некий пони, по-видимому, жеребец, скрывающийся под прозвищем "Эм".

В результате низовой аппарат был в целом разгромлен, ликвидированы многие местные резиденты, но верхушка уцелела. Они... периодически проявляли себя, пытаясь ликвидировать нескольких организаторов их предыдущего разгрома. Но, каждый раз, все ниточки обрывались.

И вот, благодаря вашему покойному мужу, мы нашли недостающее звено. Бумаги, оставленные им, указывают на определённые, явно покрываемые, махинации в Королевском Банке Кантерлота. По всей видимости, "Чёрные копыта" отмывают деньги прямо под носом у принцессы. Теперь мы знаем номера счетов... и знаем, где искать боссов этой банды. Они здесь, в Кантерлоте. Расследование будет возобновлено.

Собственно, госпожа Хартстрингс, теперь мы переходим к вам. "Чёрное копыто" не прощает тех, кто пошёл против них, пусть даже и по незнанию, и ревниво оберегает свои тайны. По-видимому, ваши предшествующие неприятности — это их заказ, они хотят отомстить вашему мужу и, заодно, удостовериться, что все улики и свидетели уничтожены. Вас сознательно травили весь последний год, чтобы загнать в ловушку. Никакой Филармонии в Стеблсайде нет. Боюсь, вас хотели отправить в Зебрику или ещё куда-нибудь. Однако, цепь счастливых совпадений, начавшаяся с разговора между госпожой Гейткепер и господином Хардстоуном, спасла вашу жизнь и свободу.

Теперь, я должна поставить вас перед непростым выбором, Арфа. Либо вы отправляетесь в Программу защиты свидетелей и живёте под чужим именем в провинции под наблюдением ЭИС, либо... госпожа Хартстрингс, психологический портрет Эм, имеющийся у нас, предполагает, что он патологически мстителен. Мы, если вы согласитесь, можем использовать вас в качестве живца. Сразу предупреждаю, это очень опасно. Смертельно опасно.

Госпожа Хартстрингс, я вынуждена вас поторопить. У вас есть время до завтра. Думайте, — закончила Саншайн свой монолог.

* * *

Арфа не находила себе места. Трампета убили! Её хотели убить! Что-то ужасное в любом случае хотели сделать с её кобылками.

Ей надо защитить их. Любой ценой. Нужно уехать, спрятаться...

Она вспомнила Купер. Бедняжка так и не оправилась. Страх и ужас так въелись в её душу.

Арфа Хартстрингс обернулась и посмотрела на своих малюток, игравших с табунчиком из кобылок (и оленёнка) Спарклов. Внезапно Лира упала и ударилась коленкой, и тут же, молнией, над ней навис Хардстоун. Ти поднял её, что-то тихо сказал на ушко, она кивнула, улыбнулась, и поскакала дальше. Сансет спросила её, всё ли в порядке, и Лира ответила "Да".

Арфа подошла к Хардстоуну и спросила:

— Что вы сказали ей?

— То же, что и мне мой командир когда-то, госпожа Хартстрингс. Всё, что не ломает нас, делает нас сильнее.

Музыкантша задумалась... а затем сказала композитору:

— Можете звать меня Арфой.

Тут случилось немыслимое. Маэстро смутился.

— Э... э...

— Ха-ха-ха-ха. Велли, дорогая, свершилось чудо! Нашлась вторая героиня, что сумела смутить нашего Ти!

— Незачем так орать, Лайт! — огрызнулся Хардстоун, но как-то неуверенно — Не превращай этот день в балаган!

— Ну вот, так всегда! — притворно смутился Найт Лайт, а затем обратился к Арфе — Когда он влюбился в мою жену, я ему молча сочувствовал. А теперь я задеваю его простой констатацией фактов.

— Ну, может не надо так спешить? — смущённо спросила арфистка.

— Иногда надо. Лови день, и ты поймаешь целую жизнь, так говорил мой учитель. Увы, я его не послушал, и едва не упустил Велли навсегда, благо жизнь дала нам второй шанс. Не повторяйте моих ошибок, пожалуйста. Хотя бы потому, что мне тоже будет грустно, если вы это сделаете.

Арфа непроизвольно улыбнулась. И тут она поняла, что ответит завтра Саншайн.

## Эпилог. Возобновление дела

Принцесса Селестия вызывает специалиста по "Чёрному копыту", чтобы она закончила начатое.

— Итак, они здесь, как мы и подозревали, — резюмировала принцесса.

Сидевшая напротив неё Спитфайр на мгновение закрыла глаза и глубоко вздохнула.

— Я найду Эм, и покончу с "Чёрным копытом". Обещаю тебе.

— Конечно, Спити. Только у меня два приказа к тебе.

— Я слушаю, моя принцесса.

— Во первых, ты должна закончить это задание живой. Если тебе нужна помощь — я жду тебя в любое время дня и ночи. В любое время. Второе, ты будешь работать в паре с Вельвет Спаркл.

— С кем?!

— С Госпожой Лунной Тенью. Да, по всей видимости, перед нами глава Шедоутболтов. Я надеюсь установить с ней дружественные отношения... они мне просто необходимы как воздух. Кроме того, я нашла важную деталь... Ред Пеа тоже прошёл через её кафедру. Так что, вам будет интересно познакомиться.

— Мы уже знакомы.

— Я знаю. Как раз в начале дела Хартстрингс. Это символично, согласись?

— Ты права. Я справлюсь.

— Конечно... И, Спити... я не буду запрещать тебе восстановить отношения с ней. Всё зависит только от тебя.

* * *

Дома, в казарме, Спитфайр вновь открыла свой заветный ларчик. Перед ней лежала их предсвадебная фотография. Она, уже с округлившимся животом. И он, Пеа Ред, высокий красный единорог, прижимавший её к себе. Они могли быть счастливы, в троём. Но этому не суждено было случится.

— Я найду его. И больше никто не разделит мою участь.