# Мы, Гвардия Её

Shaddar

[Изображение: https://cdn-img.fimfiction.net/story/abdf-1462505663-328030-full]

Весперквины — бэтпони — верно хранили ночной покой Эквестрии тысячи лет. Не считая Селестии они единственные, кто сберёг память о Принцессе Луне в своих сердцах. И они единственные знают о своём провале, о том, что не смогли стать для своей принцессы теми друзьями, в которых она нуждалась, когда зависть и отчаяние терзали её.

Они молятся о втором шансе. Они клянутся сделать всё лучше.

И затем, однажды ночью, она чудесным образом возвращается.

Но принцесса, память о которой они бережно хранили, всё ещё потеряна в пучинах своей безумной ярости. И для юного рекрута Ночной стражи кошмар только начинается.

Переводчики: Shaddar, Gilraen, Falk0, _007_.

Редакторы: FoxcubRandy, repitter, Shaddar, Gilraen, _007_.

Читать на Фикбуке.

## Ночной кошмар

В западном крыле Кантерлотского замка были расположены роскошные палаты, соперничающие с восточными покоями самой Селестии. И они всегда пустовали.

В Королевском зале аудиенций есть тщательно замаскированная дверь, ведущая в отделанный мрамором кабинет солнечной принцессы, где разбираются и решаются государственные вопросы, к добру или к худу. Но лишь немногие знают о такой же двери напротив, и ещё меньше тех, кто помнит о кабинете за ней, по чьим чёрным ониксовым полам вряд ли ступали копыта пони.

Казармы Королевской солнечной стражи, в народе известной как Дневная стража, всегда собирали вокруг себя толпы туристов. Можно было поглазеть, как гвардейцы тренируются во дворе или отрабатывают воздушные манёвры вокруг громады казарменной башни. О том, что на противоположной стороне дворца тоже стояли соответствующие постройки, обычно не вспоминали. На их обитателей было очень сложно наткнуться при свете солнца.

Некоторые знатоки истории архитектуры считают, что эти места существуют благодаря господству эстетики симметрии во времена второго расширения дворца более восьмисот лет назад. Они ошибаются. Некоторые знатоки истории Кантерлота считают, что великий градостроитель Мастер Плэн был пьян в стельку, когда копировал планы дворца, и потому просто зеркально отразил целые секции. Они ошибаются.

Эти места существуют благодаря сестре, что была позабыта всеми. Они существуют из-за тяжкой ноши на сердце Селестии. Существуют из-за глубокой печали. Существуют из-за надежды.

* * *

— Кто-то пинком отправил твою любвеобильную башку прямо в твой собственный зад, или ты сам справился с этим великим подвигом? Или кто-то сгрёб тебя за уши и разом выдавил все три ложки твоих мозгов через нос?

Скай Даймонд стоял по стойке смирно в кабинете капитана Ночной стражи. Он изо всех сил старался сохранять невозмутимое лицо, пока капитан Небула расхаживала вокруг него и в красках расписывала различные анатомические отклонения, могущие объяснить его идиотизм. Она здорово умела отчитывать.

— Может, ты раньше любил забавы ради биться головой об пол? Или всё ещё любишь? А то я не могу придумать иных объяснений тому, что ты наплевал на свои обязанности и напился самогона из-за какой-то кантерлотской идиотки!

— Мэм, хочу заметить, Твинклхувс и Виндшэдоу тоже…

В одно мгновение Небула оказалась перед ним, прижавшись своим лбом к его и вперив в жеребца взгляд вертикальных зрачков. Серые волоски в шерсти лишь добавляли стальной суровости её виду. Крылья были агрессивно распахнуты, меж изогнутых костей натянулись тёмные перепонки.

— Даже не пытайся придумать жалкие оправдания для этих бэтпони!

Скай вздрогнул от грубых слов.

— Они позорят саму расу весперквинов, — продолжила Небула. Она сложила крылья и снова принялась наматывать круги вокруг жеребца. — Но я сделаю милость и объясню тебе одну маленькую деталь, которая поставит их на голову выше тебя. Как тебе предложение, рядовой?

Скай Даймонд что есть мочи старался смотреть только перед собой. В паре шагов от него стоял рабочий стол Небулы, заполненный аккуратными стопками бумаг. Позади стола располагалось высокое стеклянное окно, через которое над выпуклыми кантерлотскими крышами виднелась восходящая луна. По обе стороны окна были витражные панели, изображавшие принцессу Ночной стражи: слева её лик излучал суровую решительность, а справа она улыбалась застенчивой, робкой улыбкой. Вокруг этих двух витражей красовался набор панелей поменьше. Лунный свет придавал им всем насыщенный ультрамариновый оттенок, хотя эффект приглушали зажжёные лампы, которые были расставлены по комнате в знак уважения любым дневным пони, которых судьба могла свести с Ночной стражей.

— Я к тебе обращаюсь, рядовой!

Скай напряг плечи и вытянулся ещё сильнее.

— Да, мэм! Объясните, пожалуйста, относительные поблажки некоторым пони из Ночной стражи, мэм!

— Суть должна быть ясна даже такому мешку плесневелого драконьего дерьма, каким-то образом выдающего себя за стражника, как ты! Может быть, ты помнишь, что во время этой небольшой экскурсии на дно бутылки твои, с ума сойти какие замечательные, товарищи были не на службе, в отличие от покусанного блохами тебя!

— Мэм, — ответил Скай, — я что-то такое припоминаю.

Небула зарычала на него, её клыки блеснули в мягком свете.

— Умный нашёлся? Хочешь сказать, что у тебя извилин в мозгу больше, чем копыт на ногах? — голос капитана упал до утробного рычания. — Неужели ты и правда настолько самоуверен?

— Мэм, честно говоря, я за собой такого не замечал, — сказал Скай.

Брови Небулы взлетели вверх.

«Ну, кажется, я её довёл», — подумал Скай с некоторым удовлетворением. Однако позади себя он вдруг услышал сдавленное хихиканье. Небула смотрела не на него, понял жеребец, а на кого-то за ним; внезапно он ощутил лёгкие потоки воздуха, взметнувшиеся от тихонько закрывшейся двери кабинета.

Совсем не подумав о приличиях, Скай пискнул. На долю секунды Небула бросила на него предостерегающий взгляд, но он едва это заметил. Звук, за пределами слышимости большинства пони, отразился от всех поверхностей в комнате и сформировал картинку в голове жеребца. Позади него стояла пони, статная и немыслимо прекрасная, одарённая и рогом, и крыльями.

Принцесса Селестия.

Ноги у Ская стали ватными. Это решительно не входило в его планы. Ещё более ошеломляющим было то, что Небула лишь небрежно кивнула гостье и поприветствовала её простым «принцесса».

— Надеюсь, я вам не помешала, — сказала Селестия. Её голос тёплым мурлыканьем разнёсся по комнате. — Кажется, вы заняты. Я лишь хотела чем-то заполнить свободный час перед отбытием на Праздник летнего солнцестояния и заглянула к вам из досужего любопытства, поэтому, если вы хотите, я откланяюсь…

— Ох, не строй из себя дурочку, — бросила Небула. — Проходи, Селли.

«Селли?»

Небула тем временем продолжила:

— Просто надо было срочно выдать люлей этому идиоту с протухшими мозгами. Вольно, рядовой!

Скай тут же сгорбился и выдохнул. Он обернулся к принцессе Солнца и низко ей поклонился.

Небула фыркнула.

— Если ты так стелешься перед Солнечной Принцессой, я уж боюсь представить, что ты сделаешь, когда встретишь нашу.

Поникнув, Скай поднял голову и перевёл взгляд с ошеломлённой Селестии на Небулу, стоящую с непроницаемым выражением лица. И тут принцесса вступилась за него.

— Тише, тише, — проговорила она, — не будь так сурова к своему подопечному, капитан.

Небула закатила глаза.

— Пустоголового бросила подружка, и он решил постараться попасть на гаупвахту, где мог бы всласть хандрить сутки напролёт, — она посмотрела на Ская с дьявольской усмешкой. — Ты влип, сынок! Теперь будешь прислуживать мне всю следующую неделю. Надеюсь, тебе понравится драить мордой церемониальные накопытники.

Скай разинул рот — его намерения были в одно мгновение раскрыты и разрушены; да ещё и в присутствии Селестии, ни много ни мало. Она шагнула к нему, обеспокоенно нахмурив брови.

— Мне жаль это слышать, эм… Пустоголовый.

Небула зашлась резким лающим смехом, и Селестия бросила на неё укоризненный взгляд. Аликорн обернулась обратно к Скаю.

— Твоё имя… не Пустоголовый, верно? — спросила она.

Жеребец помотал головой.

— Я Скай Даймонд, принцесса.

— Ох, — сокрушённо вздохнула та. — Пожалуйста, прости меня, Скай Даймонд. Не хочешь поговорить о своём горе?

Весперквин отвёл взгляд, пробормотав что-то неразборчивое, ведь он не хотел беспокоить принцессу своими личными проблемами. Однако краем глаза Скай заметил на лице Селестии выражение заботы, будто бы даже он — безвестный жеребец из Ночной стражи, был так же важен для неё, как министр или высокопоставленный гость.

И действительно, в Принцессе Дня было нечто такое, что заставило его поверить в это.

— Тут… не о чем особо говорить, — вдруг сказал он. — Она единорожка из Кантерлота, Белль Дансер. Мы встречались около года, и я… думал, у нас всё серьёзно. По крайней мере для меня так и было. Но она… она так не считала. Сказала, что у нас ничего не получится. Конечно, она сказала, что дело в ней, а не во мне, но…

— Ох, Скай, — сочувственно сказала Селестия, её глаза блестели. — Мне так жаль.

Странное выражение возникло на лице Небулы.

— Это Благословение, да? — угрюмо спросила кобыла. — Она ведь испугалась его, не так ли?

Скай помотал головой, однако Небула не собиралась отступать.

— Дневные пони с таким наслаждением крутят с нами романы, но стоит им узнать, что жеребёнок всегда будет весперквином, как они сразу идут на попятную.

— Белль не такая! — протестующе воскликнул Скай.

Селестия вытянула вперёд крыло и успокаивающе провела им по спине жеребца, её перья скользнули по гладкой коже его крыльев. Она закусила губу в нерешительности, прежде чем заговорить.

— Я… знаешь, моё предложение вам, всем весперквинам, всегда в силе.

Небула прищурилась и пристально посмотрела на Селестию.

Скай поморщился.

— Я не пегас, — пробормотал он, покачав головой и уставившись в пол. — Кем бы мы ни были… теперь мы другие. Я даже не знаю как это — быть пегасом.

Селестия кивнула.

— Конечно. Я ни в коем случае не настаиваю, Скай Даймонд.

— Мы не сломаны, Селестия, — заговорила Небула. — Нас не нужно исправлять.

Селестия твёрдо встретила её взгляд.

— У всех вас есть право выбора. И ваш выбор будут уважать. Это священно. Но ты прекрасно знаешь, что это ваше… — её губы скривились от отвращения, — ...«Благословение» было ни чем иным, как актом бессмысленной злобы, который моя сестра сотворила с вами в глубочайшем безумии.

— И мы примирились с этим сорок поколений назад, — парировала Небула, — пока вместе с тем, что осталось от Эквестрии, пытались не дать стране развалиться, при том что одну принцессу изгнали, а от другой не было никакого толку.

На этом Селестия вздрогнула. Небула добила.

— Ты смотришь на нас, видя изменённых жестокой магией пегасов Лунной Гвардии. Ты смотришь и видишь шрам, что нужно исцелить. Ты смотришь на нас и видишь свой провал в отношениях с сестрой. Кантерлот находит нас "экзотичными", а остальная Эквестрия — пугающими, но ты хуже всех, Селли. Задумывалась ли ты, почему только некоторые из нас попросили тебя отменить Благословение? Да потому что мы гордимся тем, что мы — Ночная Гвардия Эквестрии. Мы гордимся тем, кто мы есть, и дарами, что мы получили. И мы гордимся, что способны помнить то, о чём позабыли в Эквестрии: что было две Принцессы, что мы дали клятву хранить верность той, что правила ночью.

К этому моменту тирады Скай уже вжимался в пол, со страхом наблюдая за капитаном и Принцессой Селестией.

— Не забывая о том, — продолжила Небула, расхаживая перед аликорном, — что мы выглядим невероятно круто.

Она расправила одно кожистое крыло и восхищённо оглядела его.

— Мои крылья такие красивые, — закончила она, не скрывая резкости в голосе.

Скай прекрасно понимал, к чему клонит Небула. И Принцесса... Как она могла не знать? Он боялся даже взглянуть на Селестию.

— Пожалуйста, хватить ругаться с Принцессой Солнца! — захныкал он.

Остановившись, Небула посмотрела на него и мягким тоном спросила:

— Что ты там опять разлёгся? Думаешь, мы ругаемся? Поверь, ты никогда не видел, как мы с Селли ругаемся, — она перевела взгляд на принцессу. — Хэй, Селли, а помнишь, как я запустила в тебя меч?

Селестия в ответ не улыбнулась.

— Достаточно отчётливо. И я уверена, что извинилась перед тобой до того, как он в меня полетел.

— Да, это было грубо с твоей стороны, — сказала Небула.

Повернувшись к Скаю, Селестия подала копыто, чтобы помочь ему подняться на ноги.

— Пожалуйста, не волнуйся. Небула часто отчитывает меня. Я ценю Ночную стражу за традицию быть… откровенными со мной, — она сделала паузу, затем продолжила, наблюдая за Небулой. — Хотя некоторые Стражи принимают это с излишним энтузиазмом.

— Подобное не даёт тебе зазнаться, — ответила Небула, поворачиваясь в сторону жеребца. — Скай Даймонд, мой жалкий помощник, сделай Принцессе чаю.

Тот быстрым шагом направился к небольшой выемке в стене, где нашлось всё необходимое для чаепития, а также камень для нагрева и раковина. А ещё он заметил, что там был вполне себе неплохой минибар.

Жеребец остановился, уставившись на ряд бутылок.

— Мэм, как часто вы выпиваете на службе?

— Только когда узнаю, что ты натворил, — ответила она. — Ещё не передумал на губу идти? Тогда на следующие две недели ты мой личный раб.

Скай поморщился. Его мотивация была слишком очевидна. Следовало поработать над этим. Он набрал в чайник воды и повернул ухо, чтобы слышать и босса, и Принцессу.

— Прости, Небула, я не собиралась спорить с тобой, — виновато говорила Селестия. — Я лишь надеялась навестить старого друга.

— Это я-то старая? Селли, у меня есть ещё лет десять до пенсии, и я уверена, что всё ещё могу пнуть твой жалкий зад через весь город.

— Мне казалось, я превосходно показала себя на Орлином Утёсе, — рассмеялась Селестия.

— То было тридцать лет назад, — ухмыльнулась Небула. — До всех этих твоих тортиков.. Ты стала медленной и толстой.

— Никакая я не толстая! Назови любой вид соревнования! И я заставлю тебя плакать!

— Плакать, говоришь? Думаю, твоё эго тоже достаточно располнело, — задорно улыбнулась Небула.

Скай с удивлением слушал шутливую перепалку между неуважительным капитаном и Принцессой Селестией. Он уже ожидал, что та поджарит Небулу лучом солнечной энергии, но, судя по тону, ей было скорее весело, чем обидно.

Наконец чай был готов. Скай поставил пару чашек с чайником на поднос и перенёс его на низкий столик в другом конце комнаты. Бегло всё осмотрев, Селестия спросила:

— А где моя чашка?

— Вот она, Принцесса, — указал он копытом.

— Что ж, тогда где чашка капитана Небулы?

Жеребец пробежал глазами по подносу и неуверенно указал на вторую.

— Ты не любишь чай? — спросила принцесса.

— Что?

— Принцесса Селестия рассчитывала, что ты присоединишься к нам, Скай, — пояснила Небула.

Что это было? Он не генерал или известный герой, чтобы распивать чай вместе с Принцессой! Но не успел Скай возразить, как она уже левитировала новую чашку и похлопала копытом рядом с собой. Жеребец послал Небуле полный паники взгляд, но та лишь приподняла бровь и ухмыльнулась.

Он налил себе чаю и сел за небольшой стол, стараясь привлекать как можно меньше внимания. Чуть нервно наклонился и отпил горячей жидкости. Тёплый аромат наполнил ноздри, успокаивая. Рядом Селестия левитировала свою чашку и сделала изящный глоток.

— Очень хорошо, Скай, — шепнула она.

Он, запинаясь, пробормотал "спасибо", в то время как Небула наблюдала за ним с другой стороны стола, открыто наслаждаясь смущением жеребца. Но вскоре она обратила внимание и на Селестию.

— Что такое, Селли? Что-то с тобой не так.

— Неужели это так заметно? — печально улыбнулась Селестия.

— Неа, — ответила Небула.— Просто для меня ты как открытая книга.

Принцесса подняла бровь, на мгновение взглянув на Небулу прежде, чем вновь уставиться в глубины своей кружки.

— Ничего такого, правда. Просто… — она остановилась, прикусив нижнюю губу. — Вчера моя верная ученица пришла ко мне с... внезапным вопросом. И вместо того, чтобы выслушать её, я велела ей завести друзей и отправила в Понивилль для наблюдения, как проходит подготовка к Празднику Летнего Солнцестояния. Я... кажется, я чувствую себя немного подавленно из-за такого отношения к ней.

Небула навострила уши.

— Верная ученица?

— Одна очень многообещающая кобылка.

— А она, часом, не фиолетовая единорожка?— оживился Скай. — Та, что по ночам пробирается в библиотеку?

— Да, это определенно Твайлайт Спаркл, — ласково улыбнувшись, подтвердила Селестия. — И, как ты и упомянул, она действительно несколько раз отваживалась пойти в библиотеку, когда ей следовало бы спать.

— Несколько раз? Скорее уж каждую неделю! — фыркнул Скай.

— Правда? Каждую неделю? — удивлённо раскрыла глаза Принцесса.

— Каждую ночь мы делаем ставки, объявится ли она вновь.

Внезапно Скай понял, что перешёл границы, заметив пристальные взгляды Селестии и Небулы, направленные на него.

— Где это тебя научили относиться к угрозам безопасности как к азартным играм? — ледяным тоном обратилась к нему капитан.

— Э-э-э, не-не-не! — Скай начал в спешке подбирать слова. — Нет, мы всё проверили! Мы говорили с единорогами! Из стражей библиотеки! С единорогами из стражей библиотеки! Они сказали, что она в порядке. Никакой угрозы. Нет угрозы. Нет.

Небула изогнула бровь, будто говоря: "Ну, продолжай. Покажи, какой глубины ты можешь вырыть себе могилу". Однако Селестия разрушила начинающийся разнос одним смешком.

— Спасибо, что не арестовали мою ученицу. Хотя мне стоит поговорить с ней и намекнуть, что это может отразиться на её успеваемости в худшую сторону.

— Позволь ей спать днём, — фыркнула Небула, а после паузы добавила: — Ты действительно велела ей завести друзей?

— Ну, ей это нужно! Твайлайт очень преданная ученица, но она забывает об общении.

— И это что-то, вроде приказа, способного изменить ситуацию?

Селестия понурила голову, избегая взгляда Небулы.

— Честно говоря, это просто само вылетело. Я даже не уверена, что вынудило меня сказать такое, но потом это показалось мне правильным.

Небула тряхнула головой, сдержанно улыбнувшись.

— Ты снова увиливаешь от ответа, Селли.

Она сделала глоток чая, и на некоторое время за столом воцарилось молчание.

Скай понял, что нервничает. Конечно, было прекрасно сидеть за чаем с самой Принцессой Солнца, но разве её слова не вызывали беспокойство?

Он кашлянул.

— Эм, Принцесса, — сказал Скай и остановился. Селестия и Небула уставились на него. Взгляд принцессы был нейтральным, а вот приподнятые брови капитана выражали в равных долях изумление и острое раздражение. Он не обратил внимания на это, хотя... она уже давно должна была задать вопрос, вертевшийся у него на языке.

— Принцесса, — продолжил он, — а чем же была встревожена ваша ученица? Мы — Ночная Гвардия, как-никак. Если какая-то преступная шайка угрожает спокойствию Эквестрии, мы всегда готовы встать на защиту государства.

Небула фыркнула.

— Ого, какая неожиданная преданность долгу, Скай Даймонд.

Селестия не рассмеялась. Она надолго задержала взгляд на Скае, а затем отвернулась.

— Вам не о чем беспокоиться. Твайлайт откопала какие-то старые трактаты и дала волю воображению, — она закрыла глаза. — Я... не вижу смысла беспокоить Ночную Гвардию такими... призрачными тревогами.

Она внезапно встала, так и не допив чай. Скай замер, наблюдая, как принцесса подходит к окну. Воздух затрепетал вокруг, когда она остановилась, пристально вглядываясь в синие витражи.

— Селли, ты не обязана защищать нас или, что ты там выдумала, – сказала Небула с раздражением в голосе. — Думаю, храня безопасность Эквестрии, мы выдержали не один кризис.

— Конечно, Небула, — ответила принцесса, — прости меня. Служба Ночной Стражи Эквестрии безупречна. Но я не хочу, чтобы вы гонялись за призраками наравне с моей ученицей.

Селестия уставилась в глубину стекла. Витраж перед ней демонстрировал её сестру в стилизованном изображении, с крылом, обнимающим луну. Селестия долго смотрела на него, но её эмоции невозможно было прочесть.

Скай задался вопросом, сколько дневных пони способны понять, что именно изображено на этом стекле? Немного, ответил он сам себе. Совсем немного.

Молчание затянулось, и Скай перевёл взгляд на Небулу, ожидая указаний. Но и сама Небула выглядела неуверенно, сбитая с толку странным поведением Селестии. Она взглянула на Ская, потом обратно на принцессу, и наконец заговорила:

— Это окно реставрировалось несколько раз, но его создали более семи веков назад. Хотя ты и так, наверное, уже это знаешь, — сказала она.

Селестия пробурчала что-то отрицательное и слегка качнула головой, не сводя взгляда с витража. Она заговорила тихо, словно боясь быть услышанной:

— Скажи мне, Небула, как бы вы отреагировали, если бы моя сестра вернулась?

— Мы бы праздновали, конечно же.

Селестия отвернулась от окна и посмотрела на Небулу.

— Даже если бы... та, что вернулась... оказалась бы Другой?

— Тогда мы бы напомнили ей, кто она есть на самом деле, — без раздумий ответила Небула.

Мягкая улыбка возникла на губах Селестии.

— Хотела бы я, чтобы она знала, какие хорошие друзья ожидают её.

Небула слегка склонила голову.

Скай тревожно заёрзал. Разговор пошёл куда-то не туда, и он не знал, как реагировать на принцессу, которая вдруг стала выглядеть ранимой и неуверенной. В его представлении Селестия была столпом, на котором держалась вся Эквестрия. Даже несмотря на то, что она не была его принцессой, принцессой Ночной Стражи, всё равно оставалась часть его, которая считала Селестию той пони, что с бесспорной уверенностью вела их всех за собой.

— И когда? — прошептала Небула, слова выскользнули из её губ, словно пролитое вино.

Тусклая улыбка Селестии дрогнула.

— Ты же знаешь, я изгнала её навечно, — тихо промолвила она.

Скай понял, что безмолвно повторяет: «Не бывает заклинаний без изъянов». Это были слова, которые Селестия сказала когда-то давным-давно, слова, ставшие надеждой для каждого из ночной расы. Даже заклинание вечного изгнания должно было иметь какие-нибудь слабости, которые могли бы обратиться возможностью, требующей внимания и изучения.

Небула посмотрела в сторону.

— Я знаю... просто... это пустота внутри нас. Может быть, у нас и есть Благословение, но частичка нас всё равно нуждается в ней. И иногда я боюсь, что наше ожидание никогда не кончится...

Селестия приблизилась к Небуле и наклонила голову, чтобы прижаться к её шее в весьма интимном жесте. Скай застенчиво отвернулся.

— Я... я верю, что вы ждёте не напрасно, Небула, — сказала Селестия. Она подняла голову и сделала шаг назад. — Я тоже скучаю по ней.

Они обменялись долгими взглядами, после чего Небула кивнула с кроткой улыбкой.

— Спасибо, — ответила она. — Даже если ты что-то скрываешь от меня.

Селестия вздохнула и устремила взгляд к небесам.

— Если честно, у меня просто плохое настроение. Не знаю, что на меня нашло, — она простодушно пожала плечами. — Боюсь, сейчас мне пора отправляться в Понивилль. Мой почётный караул наверняка будет взволнован, да и не стоит опаздывать с началом Праздника Летнего Солнцестояния.

Она положила копыто на плечо Небулы.

— Было приятно увидеть тебя снова, — сказала Селестия. Затем она перевела взгляд туда, где всё ещё сидел Скай, склонившийся над чашками остывающего напитка.

— Было приятно познакомиться и с тобой тоже, рядовой Пустоголовый, — сказала она, лукаво подмигнув. — Надеюсь, ты сможешь помириться с твоей кобылкой.

С этими словами она покинула кабинет. Скай уставился ей вслед, потом перевел взгляд на Небулу, чьи непринуждённые манеры до сих пор поражали его. У стража были вопросы... очень много вопросов — но капитан лишь хмуро посмотрела на него и указала на чайный сервиз на столе.

— Приберись тут, — велела она, — и давай пошустрее, тебя ждёт куча бумажной работы.

* * *

Спустя некоторое время, проведённое в попытках совладать с непонятной и бессистемной организацией документов Небулы, Скай заметил, что возня с бумагами заставляет время течь намного медленнее. Конечно, были и вещи, которые привносили хоть какой-то интерес в работу, особенно когда один из стражей вошел в кабинет и тихо сказал Небуле что-то насчёт луны. Скай не смог расслышать подробности, но эффект, произведённый на Небулу, был очевиден. Как только страж вышел, капитан принялась нервно кружить по кабинету, и Скай чётко расслышал её бормотание:

— Тартар тебя побери, Селли, ты всё-таки что-то скрыла от меня.

Но когда он спросил её, она лишь бросила взгляд на жеребца и велела возвращаться к работе. Время утомительно тянулось сквозь нудную скуку подшивания и сортировки документов. Даже когда Небула уселась за стол и принялась, словно одержимая, строчить письмо за письмом, это мало помогло. В конце концов — не сомневался Скай —  они всё равно были обречены вернуться к нему и оказаться в папках со всеми остальными документами. Категоризация, архивирование, расписка об архивировании, ссылка на расписку... казалось, прошла уже целая вечность. Почему ещё до сих пор не закончилась смена Ночной Стражи в эту самую короткую ночь года?

Лишь стоило этой мысли промелькнуть в его голове и превратиться из раздражающего наблюдения в тревожное чувство чего-то неправильного, как один из лейтенантов Небулы ворвался в кабинет, даже не утруждая себя стуком в дверь. Скай узнал в нем Стар Дримера, офицера, которого он любил за возможность отвлечься, следя за его диким полётом фантазии. Однажды Скай заставил его половину ночи размышлять о нации зомби-пони в Вечнодиком лесу. Сейчас же Стар Дример предстал перед ними с выпученными глазами и непрерывно дёргающимися в попытках раскрыться крыльями.

Прежде чем Небула успела отвести взгляд от стола, он выпалил:

— Восход солнца задержался! А ещё в городе беспорядки!

На мгновение взгляд Небулы остановился на нём. Затем она посмотрела на настенные часы. Они показывали двадцать минут после восхода. В следующий миг она, выругавшись, выскочила из-за стола и ринулась к балкону, распахнув широкие двери. Скай последовал за ней. Действительно, ночное небо всё ещё простиралось над их головами, сверкающие точки звёзд и целых галактик сияли необычайным великолепием высоко вверху. Луна оставалась на небосклоне где-то за дворцом, угловатая тень которого простиралась от Кантерлотской площади до самого конца Солнечной и Лунной улиц, а остальная часть города нежилась под сенью мягкого лунного света.

Обычным утром улицы были бы уже заполнены звуками торговли. Обычным утром Праздника Летнего Солнцестояния улицы были бы заполнены гуляками, большей частью пьяными после ночных вечеринок в честь праздника солнца.

Но в этот раз даже пьяных гуляк, возвращающихся  с вечеринок, не было на мощёных улочках, словно ощущение неправильности происходящего внезапно их отрезвило. Атмосфера ужаса медленно накрывала город.

И тут Скай услышал треск рушащегося здания где-то на Солнечной.

Небула тоже услышала и повернула голову в сторону шума. Загораживая звёзды, облако пыли вздымалось над крышами — Скай предположил, что обрушение произошло на пересечении Солнечной и Воднокаменной.

Пугающе близко к магазину и дому Белль Дансер.

Прежде чем жеребец понял, что делает, он уже был в воздухе, паря над балконом. Небула лишь мельком взглянула на него, а затем пристально вгляделась в сторону Солнечной улицы.

— Скай Даймонд, — отрывисто заговорила она, — разведай, что там происходит. Держись в воздухе. Не пытайся вступать в контакт с кем-либо на земле. Доложи как можно скорее. Я соберу Ночную Гвардию. А теперь, пошёл!

Скай поймал поток воздуха и ринулся вниз, прижав крылья, чтобы двигаться быстрее. Он летел над Кантерлотом, улицы разверзлись под ним, словно каньоны, но его внимание было обращено вперед, к Солнечной улице.

Туда, где жила и работала Белль Дансер.

«Она порвала со мной, — подумал он. — Я не обязан так нестись сломя голову».

От этой мысли жеребцу стало противно. Много ли можно сказать о таких отношениях, если он готов оборвать их одним взмахом хвоста? Он распахнул крылья и поплыл над Солнечной улицей, пробивая завесу пыли.

Картина разрушения предстала перед его взором. Что бы здесь ни произошло, оно пронеслось быстро, круша Солнечную улицу с такой скоростью, что стекла повылетали на много кварталов вокруг. Там, где это нечто достигло земли, поверхность превратилась в иззубренную воронку. Но настоящие разрушения начались дальше. Фасады были смяты, а где-то целые здания были рассечены пополам и медленно сползали к земле. Некоторые обрушились полностью, а в нескольких местах Скай увидел пугающее оранжевое мерцание — разгорающийся пожар начал обволакивать обломки.

Жеребец услышал доносящийся снизу смех, чистый и холодный, как кристалл.

Скай почувствовал, как его сердце ушло в пятки, когда осознал, откуда раздавался этот смех. Солнечная и Воднокаменная. Перекрёсток у магазина Белль Дансер.

Он подался вперёд, концентрируясь своим ночным зрением на происходящем. Глаза весперквина различали всё четко, когда обычный пони мог бы разве что разглядеть смутные тени, отбрасываемые мягким светом уличных фонарей. Витрина соседнего с салоном Белль Дансер ювелирного магазина была разбита вдребезги, и множество украшений валялось на тротуаре. Высокая и невероятно стройная кобыла стояла посреди сверкающих драгоценностей и смеялась, запрокинув голову.

На ней были доспехи и серебристо-синий боевой шлем, а рог её источал тьму, непроницаемую даже для глаз Ская. Единорог значит, достаточно могущественный, чтобы вызвать разрушения на всей улице. Жеребец попытался вспомнить записи дел ночной стражи, чтобы понять, бывали ли раньше столкновения с таким единорогом. И было ещё в её шлеме что-то неуловимо знакомое.

Затем он увидел — проклиная свою невнимательность — движение огромных черных крыльев за спиной кобылы.

Аликорн.

Издав писк, он расслышал в ответном эхе её очертания, подтверждающие его догадку. Жеребец почувствовал укол страха. Несколько лет назад поднялась большая шумиха, когда принцесса Ми Аморе Каденза возвысилась и стала аликорном, первым, за многие столетия. Он был не единственным среди стражей, кто размышлял, что они будут делать, если кто-то менее благонадёжный достигнет таких же высот.

Теперь им предстоит это выяснить.

«Держись в воздухе, — говорила Небула. — Не пытайся вступать в контакт с кем-либо на земле. Доложи как можно скорее».

Аликорн взглянула в его сторону. У жеребца перехватило дыхание — могла ли она услышать его писк? Большинство пони не могли, но Скай не знал, насколько остры чувства аликорна.

«Лети тише», — подумал он. Она не смотрела прямо на него, так что он мог бы уйти незамеченным. Если она не услышала его. Если она не увидела его силуэт на фоне звёзд. Если она не почувствовала поток воздуха от его крыльев.

Хотя он и должен был отступить, он не мог просто так улететь. Он убеждал себя, что Белль Дансер не могла быть здесь, что она наверняка на какой-нибудь вечеринке, посвящённой Дню Солнцестояния, в полной безопасности от происходящего. Но взгляд жеребца постоянно обращался на дверь её магазина в безмолвном желании, чтобы она не открылась.

Но, как назло, дверь с грохотом распахнулась, и очень рассерженная Белль Дансер выскочила наружу. Её розовая чёлка в беспорядке спадала на зелёные пронзительные глаза, а бежевая шёрстка приобрела красноватый оттенок при свете уличных фонарей. Скай чуть не упал на землю от удивления, когда она подошла к тёмному аликорну и начала орать на неё.

— Что ты себе позволяешь, хулиганка ты эдакая?

Брови аликорна поднялись, и она чуть привстала на дыбы, попятившись назад. Она смерила Белль взглядом, а затем усмехнулась.

— Что же, маленькая защитница, ты пришла бросить мне вызов?

— Тебе должно быть стыдно! — продолжала Белль. — Взгляни на то, что ты сотворила с магазином Фифти Карата! Лиходейка!

Аликорн потыкала копытом рассыпанные по земле безделушки.

— Как неудачно он подобрал улицу для ведения своих дел, — сказала она, после чего подхватила телекинезом набор украшений и поместила в жуткое сияние своей гривы. Драгоценности начали светиться яркими точками белого света среди рассеянных блёсток. Аликорн наклонила голову и вытянула шею, выставляя напоказ сияющие украшения.

— Мои звёздные заколки великолепны, — объявила она. Затем они неожиданно вспыхнули ещё ярче, так что у Белль захватило дух. Так же быстро их сияние превратилось в тусклые угольки, исчезающие в гриве аликорна.

Та засмеялась. Наполовину ослеплённая Белль моргнула и сжала губы в тонкую линию.

— Восемьдесят бит, — сказала она. — Ты должна ему за них восемьдесят бит. Плюс урон, причинённый его магазину!

Она решительно шагнула вперёд.

«Ох, Белль, — подумал Скай. — Ты чудесная, храбрая и безрассудная кобылка, что же ты делаешь? Беги, Тартар тебя побери!»

Аликорн фыркнула, удивлённо подняв брови от безрассудства Белль.

— И ты будешь взымать за ущерб для него? — её взгляд скользнул в сторону, к магазину Белль. В её голосе промелькнули неприятные нотки: — Включишь ли ты в счёт собственные убытки?

— Не смей! — сказала Белль, решительно топнув копытом.

Нисколько не смутившись, аликорн внимательно осмотрела заведение.

— «Гриважные штучки — Свежие Причёски для Нового Тебя. (А Ещё Мы Делаем Хвосты!)» — прочла она вслух табличку над входом в магазин. — Ты серьёзно? «Гриважные штучки»?

— А что не так? — возмутилась Белль.

Аликорн презрительно посмотрела на неё, усмехнулась и угрожающе сделала шаг. Затем вытянула голову в сторону Белль и с явственной насмешкой произнесла:

— Мне бы та-а-ак хотелось, чтобы ты занялась моими волосами!

«Держись в воздухе. Не пытайся вступать в контакт с кем-либо на земле. Доложи как можно скорее.»

Забавно, что слова этого приказа эхом отозвались в голове жеребца, когда он спикировал вниз. Страж приземлился между двумя пони, и его копыта громко клацнули по гладким булыжникам, выложенным перед салоном. Сила приземления заставила жеребца преклонить колени, затем он расправил свои крылья, чтобы защитить Белль.

— Назад! — прорычал он аликорну.

Тогда и только тогда он начал осознавать последствия своих действий. Он почти что мог слышать язвительный голос капитана Небулы, отчитывающей его. «Да, очень умно, Скай Даймонд. Биться против аликорна. Как много времени ты хотел выиграть для города, пока она будет развлекаться с твоим трупом? Двадцать, тридцать секунд?»

Но Белль вступила с ней в перепалку. Он не мог, да и не хотел оставлять её один на один с этим созданием. Жеребец стоял на месте, смотря на аликорна с вызовом, крылья его всё ещё были раскрыты.

Затем произошли две вещи. Во-первых, Белль узнала его. Ахнула, неуверенно и тихо произнесла его имя.

Во-вторых, аликорн застыла и уставилась на него широко раскрытыми глазами, вместо того, чтобы прикончить на месте. В этот момент он впервые смог рассмотреть её целиком, освещённую светом мигающего фонаря, покосившегося, но каким-то чудом продолжающего  светить.

Она была пугающе высокой, а её шерсть чёрной, как пустота меж звёздами. Грива источала зловещее магическое сияние. Скай подумал, что даже может рассмотреть линии созвездий, сверкающие в ней. Её глаза источали холодное безразличие без следа сопереживания.

Доспехи на ней были выполнены в древнем стиле. Её упряжь имела замысловатые узоры, а на нагруднике был изображён полумесяц.

«Нет, — подумал он. — Быть того не может».

Весперквины, вспоминая о своей принцессе, думали о Принцессе Луне. Но всегда была Другая, что таилась в самой сути ночного народа, что всегда смотрела на них из отражений зеркал. Лишь изредка художники весперквинов показывали другую сторону своей Принцессы; но всё же, иногда, следы её то тут, то там проскакивали на полях работ, как неизбежное напоминание об их печальной истории. Даже любимый витраж в кабинете Небулы имел небольшую панель, посвящённую ей. Теперь Скай понимал, почему боевой шлем аликорна показался ему знакомым. Он видел его совсем недавно — на пресловутом витраже капитана.

Нет. Его разум отказывался верить в увиденное. После десяти веков она вернулась именно в эту ночь? Невозможно! Скорее всего, какая-то безумная пони возвысилась до аликорна и приняла её облик; но пугающая возможность, что настоящая принцесса могла выбрать эту ночь для своего возвращения, всё же оставалась.

Вдруг Скай понял, что часть его никогда не верила в то, что Принцесса Луна снова вернётся на эту землю.

Аликорн слегка оскалилась, обнажив ряд острых зубов. С нездоровым радостным удивлением кобыла произнесла:

— Она позволила вам существовать? Она не стёрла вас с лица земли? Она смирилась, что такие порождения тьмы ходят среди её драгоценных маленьких пони?

Аликорн засмеялась в глумливом восторге. Она обошла жеребца несколько раз, рассматривая его со всех сторон, вытягивая свою длинную шею.

— Что за безумие! О чём она думала?

Аликорн ненадолго замолчала, хмуря брови.

— Или же это насмешка... Она оставила вас в живых как трофеи, напоминающие о её победе? Неужели она познала злобу? — хихикнула аликорн. — Что ж, ей же лучше.

Она наклонилась к Скаю, её нос почти касался носа жеребца, а рог аликорна нависал над головой словно копье.

— Подумать только, она решила не исправлять вас.

Внезапно слова Небулы сорвались с губ Ская. Едва слышно он пробормотал:

— Мы не сломаны. И нас не нужно исправлять.

Её глаза расширились, огромные и яркие, как луна. Через мгновение она запрокинула свою голову и засмеялась. Её громкий смех отдавался эхом по руинам разгромленной улицы. Эхо гремело в ушах жеребца, и он крепко зажмурился.

Когда её смех затих, она прижала мордочку к его уху и прошептала:

— Не глупи, маленькая мышка. В конце концов, именно я сломала вас!

«Нет, — подумал Скай. — Это не она. Нет, нет, нет. Этого не может быть!»

Аликорн отстранилась.

— Мотай головой сколько хочешь, это ничего не изменит.

Жеребец задрожал. Почувствовал, как напряглись мышцы его плеч, а в животе образовался холодный узел. Но он понял, что это был не страх. Он почувствовал, что его предали, горячая волна поднималась к его горлу.

Это был гнев.

Гнев за своих родителей и их предков, и их пра-предков и сорок поколений его народа, тех, кто жил ради этого дня. Сорок поколений, мечтавших о Принцессе Луне, сорок поколений, веривших лжи, сорок поколений, отвергших предложение Принцессы Селестии, предложившей исправить то, что было совершено против их воли.

Сорок поколений, гордо воображавших, что «Благословение» было чем угодно, но не актом беспричинной и порочной жестокости.

— Ты не она, — прошипел он, голос его звучал как корзина, полная змей. — Ты не та, кого мы славили все эти столетия. Ты не Принцесса Луна.

— Принцесса Лу-у-уна-а-а, — передразнила она его, насмешливо растягивая имя. — Старое слабое имя. Имя мямлящей маленькой пони, отчаянно желающей быть замеченной. Имя, которое лучше забыть.

— Заткнись! — закричал он на неё.

— Ой, ой, твоя драгоценная принцесса оказалась не той, что ты ожидал?

— Ты не она!

Она усмехнулась:

— Так назови меня, — промурчала она.  — Скажи, кто я.

И он знал это имя. Оно поднялось в его горле, выплёскиваясь наружу волной ужаса.

— Ты, — сказал он, задохнувшись, — ты... Найтмер Мун!

И смех её вознесся к звёздам.

## Ночь страха

Зловещий смех аликорна пронёсся эхом по разгромленным улицам. Скай стоял перед принцессой, отзвук её имени ещё не успел затихнуть.

— Найтмер Мун? — поразилась Белль. — Тот глупый монстр, которым пугают маленьких жеребят?

Смех принцессы резко прервался. Она свысока посмотрела на Белль:

— Что, прости, ты сказала? — прохладно поинтересовалась Найтмер.

Скай продолжал стоять между ними.

— Успокойтесь, она не имела в виду ничего такого, — сказал он, повернув голову в сторону Белль и бросив на неё сердитый взгляд, как бы говорящий: «Не вмешивайся!» — но она не обращала внимания на его гримасы.

Белль продолжала гнуть свою линию:

— Ты не настоящая!

— Белль, помолчи, — воззвал к ней Скай.

— Ну правда! Она что, спятила? — настаивала Белль.

Найтмер оскалилась:

— Ах ты наглая, мелкая...

Мышцы жеребца дрожали от леденящего ужаса. Он раскрыл крылья и начал махать ими, чтобы отвлечь Найтмер Мун от Белль:

— Эй, давайте не будем торопить события, хорошо? Не нужно, эм, не нужно устраивать скандал, верно?

«Ох, Селестия, что я несу», — подумал он.

Тем не менее, Скаю удалось привлечь внимание аликорна. Найтмер с презрением окинула его взглядом и попыталась обойти стража, но он преградил ей путь.

— Сядь, — сказала она.

Что-то в её голосе нашло отклик в теле весперквина и пронеслось волной слабости. Коленки задрожали и подогнулись и, прежде чем Скай смог осознать произошедшее, он обнаружил себя сидящим на вымощенной булыжником улице.

Он попытался встать, всё ещё сбитый с толку произошедшим. Но лишь заднее копыто слабо постукивало по каменной мостовой, вот и вся власть, которую Скай имел над ногами. Жеребец взглянул на Найтмер Мун.

Она приподняла бровь, и на её лице заиграла улыбка.

— Чт-что, как?.. — спросил он, ощущая первые признаки паники.

— Интересно, — пробормотала она. — Эта солнцекрупая выскочка даже с этим ничего не сделала.

— П-почему я не могу встать? — сказал Скай, поморщившись от жалобных ноток, прозвучавших в голосе.

Глаза аликорна сузились:

— Потому что, маленькая мышка, я не создавала вас непослушными.

Белль крикнула дрожащим голосом:

— Хватит! Оставь его в покое!

Когда Скай услышал, как его защищает кобылка, сердце жеребца отозвалось болью, но холод пронзил вены стражника, когда Найтмер Мун резко повернула голову в сторону Белль:

— Какое тебе до него дело? — произнесла аликорн, слегка наклонив голову и позволив губам растянутся в лёгкой насмешливой улыбке. — Он что, твой жеребец?

Щёки Белль покраснели:

— Ч-что? Н-нет.

Отчаянный смешок почти вырвался из горла Ская, но он сумел его подавить. Нет, он не был её жеребцом. Иногда всё случается не так, как хочется.

Он не мог возненавидеть её, так же как и Белль не могла полюбить его.

Скай бессильно смотрел, как Найтмер Мун сверлит взглядом кобылку. Он попытался подняться, но всё чего смог добиться — лишь случайные подрагивания то тут, то там. Даже крылья стража не реагировали, когда он, наплевав на ноги, попытался подняться в воздух. Воля принцессы сковала жеребца, и сама мысль об этом липким ужасом расползалась по всему телу. Он ничего не мог сделать для Белль, да и ни для кого другого, в первую очередь, для самого себя.

— Так что́, — продолжала Найтмер, — Он отказал тебе?

Ушки Белль опустились. Аликорн улыбнулась:

— Бедная маленькая влюблённая кобылка...

— Наши отношения тебя не касаются! — Белль сжала губы, подняла голову и встретила взгляд принцессы.

— Следи за языком, мелюзга, — выражение лица Найтмер ожесточилось.

— Прекрасно слежу, — парировала кобылка.

Скай увидел, как лик ночной принцессы исказился гневной гримасой, и снова попытался вырваться. Безуспешно. Но когда жеребец подумал, что гнев аликорна вот-вот обрушиться на Белль, принцесса внезапно повернула голову и уставилась на небо над неповреждённой частью Солнечной улицы.

Сила, сдерживающая стража, мгновенно исчезла. Скай взмахнул крыльями и завис в паре метров над землёй. Жеребец постарался размять задние ноги, одновременно радуясь обретённой свободе и ужасаясь произошедшему. Была ли власть над ним, над всей расой весперквинов, ограничена по времени? Или же аликорн просто утратила концентрацию? Может, просто решила отпустить его? Он взглянул на неё, но принцесса не обратила на него внимания, сосредоточено смотря в небо, расстилающееся над улицей. Он проследил направление взгляда аликорна, чтобы выяснить, почему она отвлеклась от Белль, и ахнул.

Небула, более чем с десятком ночных стражей, расправив крылья, плавно спускалась на землю. Жеребец наконец расслабился. Капитан, должно быть, отправила дополнительную разведку, после того как Скай не вернулся, и теперь прибыла лично, чтобы взять ситуацию под свой контроль.

Но ей необходимо было знать несколько вещей. Например то, что она и её гвардейцы будут сражаться против самой Найтмер Мун. Или же, что принцесса способна обратить их в марионеток, подчиняющихся её воле. Скай парил в воздухе, готовый ринуться к Небуле, но не привлечёт ли он внимание аликорна, который одним своим голосом заставит его упасть на землю? С другой стороны, даже если она сделает это, не будет ли его падение достаточным предупреждением для капитана?

Жеребец колебался, рассматривая варианты. В это время Небула, не долетая  двадцати шагов, приземлилась, едва слышно цокнув по булыжнику копытами. Два крыла стражей, сопровождавших её, грациозно выстроились в ряд позади.

Скай приготовился к бою, думая, как лучше поддержать атаку капитана. Требуется ли ему отступить, чтобы прикинуть, как лучше будет воссоединиться с крылом? Или же следует вступить в бой с Найтмер Мун прямо отсюда, позади неё, надеясь на то, что он выиграет время для Небулы? Стечение обстоятельств позволили ему обойти противника с тыла, с другой стороны, те же обстоятельства ставили его жизнь под угрозу.

Жеребец знал, что сражение с аликорном — верная дорога к смерти.

Тренировки ночной стражи вспышками пролетали в голове, Скай напряжённо ждал сигнала, но капитан не давала команды вступать в бой. Более того, она не объявила Найтмер Мун, что та арестована. Вместо этого Небула преклонила колени, касаясь серой чёлкой земли. Шеренги позади неё последовали её примеру.

Глаза Ская наполнились ужасом, когда Небула поднялась и обратилась к аликорну с единственной фразой:

— Принцесса Луна, добро пожаловать в Эквестрию.

«Нет» — прошептал жеребец. Скай чуть не свалился на землю, когда от удивления перестал махать крыльями. Неужели Небула не видит, с кем она столкнулась?

Найтмер Мун выглядела растерянной. Она подняла копыто и, после небольшой паузы, сделала неуверенный шаг вперёд, пристально оглядывая ряды весперквинов.

— Так много, — выдохнула она.

Небула ответила:

— Здесь лишь шестая часть ночной стражи, спешно собранная, дабы приветствовать ваше возвращение, принцесса Луна.

Скай был готов кричать:

«Да как же ты не видишь-то?! Это не принцесса Луна!»

Взгляд Найтмер Мун медленно прошёлся вдоль стражи, стоящей перед ней.

— Все вы... ждали моего возвращения? — в голосе принцессы слышалось удивление.

— Вы все ждали меня, — повторила она, как бы пробуя эту мысль на вкус. — Вы все ждали меня! — рот аликорна скривился в дикую усмешку, с последовавшим лающим смехом.

Капитан дождалась, пока хохот затихнет.

— Да, принцесса Луна, мы ждали этого так... — голос Небулы сорвался от эмоций, — так долго...

Найтмер смотрела на капитана, не показывая своих чувств. На некоторое время повисла тишина, затем принцесса произнесла:

— Не желаю больше зваться Луной — Аликорн сделала паузу и, окинув взглядом ряды ночной стражи, снова посмотрела на капитана: — Как тебя зовут?

Кобыла склонила голову в быстром поклоне.

— Я Небула, капитан вашей ночной стражи, принцесса.

— Небула... — аликорн сделала небольшую паузу, как бы пробуя имя на вкус. — Приятное имя. Что же, капитан Небула, вот твои первые приказы. Отправь своих солдат во все уголки Эквестрии. Пусть они несут весть во все города, деревни и поселения. Солнечный тиран пал! Не теснить больше солнцу луну с небосвода! Пусть каждый славит вечную ночь, ибо Найтмер Мун вернулась, дабы править королевством!

Скай наблюдал за Небулой, пока аликорн говорила, надеясь увидеть хоть намёк на то, что капитан не просто так склоняет голову перед этим существом, а выигрывает время для разработки плана. Но никаких намёков не было, лишь когда Найтмер Мун назвала Селестию солнечным тираном, капитан слегка вздрогнула.

Небула ещё раз поклонилась аликорну. Скай почувствовал смесь досады и лёгкого отвращения.

— Как пожелаете, принцесса Луна. — произнесла капитан.

Принцесса нахмурилась.

— Дорогая, моё имя Найтмер Мун. Советую тебе это запомнить.

Небула продолжала стоять в поклоне. Аликорн пристально смотрела на неё какое-то время. Затем хмыкнула и перевела взгляд вдаль, на беспорядочное нагромождение строений: замок, возвышающийся над городом.

После того, как капитан подняла голову, Найтмер проворчала:

— Помню времена, когда Кантерлотская башня была не более чем грудой камней.

Аликорн взглянула на Небулу и добавила твёрдо:

— Пожалуй, посмотрю на то, что она сделала с городом. Найди меня, как только всё организуешь.

Принцесса расправила крылья, но перед взлётом повернула голову и посмотрела на Ская.

— А, и захвати его с собой, — хихикнула она. — Он меня забавляет.

С этими словами аликорн взмахнула крыльями, поймала поток воздуха и устремилась в ночь. Скай долго смотрел на удаляющийся силуэт, прежде чем его испуганный взгляд упал на Небулу.

Какое-то время капитан не обращала на него внимания. Как будто приказ Найтмер был единственно важной вещью на свете, Небула стояла среди ночной стражи и выкрикивала распоряжения, рассылая гвардейцев по всей Эквестрии. Скай опустился на землю рядом с капитаном.

— Сильвервинг, — продолжала Небула раздавать указания, — в твоём отряде сильные летуны. На тебе Лас-Пегасус и окрестности.

— Что ты делаешь? — выпалил Скай, чем поразил даже себя.

— Выполняю наш долг, рядовой. А теперь успокойся!

Скай молча смотрел на капитана, пока она координировала действия ночной стражи. Когда Небула наконец закончила, она взглянула каждому лейтенанту в глаза и заговорила:

— Все вы знаете, что в королевстве нас не очень-то любят. Пони считают нас жуткими и пугающими, а нас так мало, что мы остаёмся чужаками для большинства из них. Тем не менее, вы должны сделать всё возможное, чтобы успокоить их. Скажите им, что принцесса Луна вернулась, но сейчас она слегка... не освоилась в настоящем, так что нет причины бояться, — капитан глубоко вздохнула, взяла себя в копыта и продолжила: — Эта ночь закончится. Обещаю.

Скай смотрел на лица, выражающие смесь неуверенности, решительности и профессионального спокойствия. Они не хуже жеребца понимали, куда катится мир. Страж выругался себе под нос.

— Хорошо, бойцы, — сказала Небула. — Выдвигаемся.

Гвардейцы поднялись в воздух, заслоняя тёмными крыльями звёзды. Большинство направилось в сторону башни ночной стражи для сбора подчинённых перед тем, как отправиться в путь.

Скай смотрел им вслед, затем повернулся к капитану.

— Они лишь посеют панику по всему королевству!

Небула мрачно улыбнулась ему.

— Боюсь, отсутствие солнца уже посеяло её.

Жеребец открыл рот, чтобы возразить, но внезапно ощутил прикосновение Белль на своём плече. Он вздрогнул и тут же устыдился этого. Жеребец развернулся.

— Скай, — начала Белль, смотря ему в лицо, но избегая встречаться глазами. — Спасибо. Я... я так обрадовалась, когда ты появился.

— Просто делаю что должен, — ответил он, морщась. Его голос прозвучал слишком громко, слишком грубо. Проклятье, просто будучи рядом с ней, Скай терял самообладание. Даже когда её грива была в полном беспорядке, Белль оставалась безупречной.

Наконец она поймала его взгляд, и Скай увидел боль на её лице.

— Прости, я просто...

— Что же, спасибо, что именно ты сегодня делаешь, что должен.

Жеребец уже не знал, что и думать. Могла ли сейчас претворяться в жизнь театральная постановка, где храбрость героя одолела недоступное сердце кобылки? Случилось ли это на самом деле? Даёт ли она ему второй шанс?

Слова вылетели у него, окрылённого надеждой:

— Эй, Белль, а что насчёт второго...

— Нет, — её голос резанул словно нож, а глаза на секунду зажмурились.

Затем, не спеша, Белль открыла их и встретилась с внимательным взором стража.

— Прошу, не надо. Я... Скай Даймонд, ты хороший пони. Ты найдёшь кого-нибудь. Мне жаль, но... Я не та, кто тебе нужен. Но хотела бы быть ей.

Подняв копыто, Белль ласково погладила щёку жеребца.

— Удачи тебе, Скай, — сказала она, поворачиваясь и уходя в сторону магазина, тяжело ступая по улице, полной битого стекла.

Он смотрел во след, пока не убедился, что Белль зашла в магазин. Небула помолчала пару секунд, прежде чем рявкнуть:

— Вновь собираешься напиться на службе, рядовой?

— Нет, мэм, — огрызнулся Скай, кинув на капитана испепеляющий взгляд.

Резко расправив крылья, Скай замолотил ими по воздуху, поднимаясь всё выше, пока не поравнялся с крышами трёхэтажных зданий. Под ним раскинулась разрушенная улица, где тут и там пони или испуганно прижимались к земле, или в панике бежали. От этого хаоса у него заныло в груди так, что он едва заметил, как Небула присоединилась к нему.

— Разве мы не должны что-то делать с этим? — спросил Скай, указывая на кобылу, обнимающюю плачущего жеребёнка. Другая пони пробежала мимо них и свернула на аллею, безумно смеясь и зыркая по сторонам.

Небула подавила горький смешок.

— Сам же видел, как я разогнала Ночную гвардию по всей Эквестрии.

Скай поморщился. Не нравилось ему такое решение, ведь они остались единственными стражами в Кантерлоте. Но ни он, ни Небула не собирались наводить порядок своими силами.

— А всё-таки, рядовой Скай Даймонд, — продолжила капитан, — сколько сейчас времени?

Вопросительно посмотрев на Небулу, жеребец взглянул поверх крыш на Кантерлотскую часовую башню. Глаза жеребца в шоке распахнулись, когда до него вдруг дошло.

— Где Дневная гвардия?

— Вот именно, — бросила Небула. — Сорок пять минут как они должны быть на службе, судя по часам. Так почему их нет?

Капитан взмыла в воздух для лучшего обзора, и Скай последовал за ней.

— Думаю, — продолжила она, — стоит найти Дневную гвардию, пока мы направляемся к Принцессе Луне.

Небула летела над городом, внимательно осматривая улицы внизу. Скай рефлекторно занял позицию слева от неё, словно они были в крыле.

Он тоже вглядывался вниз. Тут и там пони или бежали в состоянии безудержной паники, или впадали в ступор. Никакого намёка на Дневную Стражу. Что-то явно пошло не так.

— Надеюсь, она... ничего не сделала с ними.

Небула сжала губы.

— А было время? Ей бы пришлось сначала напасть на их казармы, а только потом на Солнечную улицу. А об этом мы бы точно узнали, — капитан испытующе взглянула на жеребца. — Ты же говорил с ней. Как ты оцениваешь её душевное состояние?

— Она очень опасна... но явно не торопится убивать всех подряд. Больше похоже, что она наслаждается страхом, — Скай прикусил губу. — Но если кто-нибудь бросит ей вызов...

Он не стал заканчивать фразу. Милосердие и прощение явно не были частью существа, которого ему довелось встретить.

Так как на улицах продолжал царить хаос, Скай бросил взгляд на небо, надеясь увидеть там пегасов Дневной Стражи, но вместо них заметил кого-то другого.

— Капитан, обернитесь, — предупредил Скай, стоило незнакомцу повернуть к ним. — Кажется, мы не одни.

То был один из Вандерболтов в знаменитой небесно-золотой форме и с лётными очками на глазах. В один момент пегас оказался перед гвардейцами. Выглядел он напряжённо, словно был в шаге от паники, но по привычке держал себя в копытах. Скай так и не узнал пегаса, в то время как Небула обратилась по имени:

— Файр Стрик. Что случилось?

— А это я бы и сам не против узнать, — пегас взволнованно рассмеялся. — Спитфайр с ребятами отправились в Понивилль за принцессой. Оставшиеся же сейчас гадают, что случилось. У вас есть какие-нибудь идеи?

— Принцесса Луна вернулась из заточения и не позволила взойти солнцу.

Файр Стрик уставился на капитана, а Ская пробила дрожь. Сказала — как отрезала...

— Принцесса кто? — нахмурился пегас.

— Найтмер Мун, — прохрипел Скай. Оглянувшись, Небула бросила на него суровый взгляд.

Файр Стрик ещё больше запутался.

— Найтмер Мун — просто сказка для жеребят. Её не существует.

Скай указал на холодный шар в небе, подтверждающий то, что жеребец и так отлично знал.

— А ты видишь Кобылу на луне? Нет! А это она. Она свободна. И она здесь.

— Достаточно, рядовой, — прервала его Небула. — Принцесса Луна сейчас... в трудной ситуации. Мы должны быть терпеливы. Лучшее, что можно сейчас сделать — навести порядок в городе и успокоить жителей.

— Навести порядок, — повторил Файр Стрик. — Не беспокоить  сказочного монстра. Успокоить жителей. Ладно.

— И напоследок, — продолжила капитан, — есть идеи, куда делась Дневная гвардия?

— Ну, часть из них по каким-то причинам собралась на Холмах Лунного Света, — пегас замешкался. — Хотите, чтобы я сказал им, что Найтмер Мун...

— Принцесса Луна! — резко поправила Небула.

— ...вторглась?

Капитан глубоко вздохнула.

— Нет, не стоит. Мы с рядовым Даймондом сами поговорим с ними. А тебе следует обеспечить спокойствие граждан.

Фаер Стрик неуверенно кивнул.

— Спокойствие, — повторила Небула.

— Так точно, мэм, — отозвался пегас и спикировал вниз, скрываясь среди крыш домов.

Скай некоторое время смотрел ему вслед, а обернувшись, встретился с крайне раздражённым взглядом Небулы.

— Не смей представлять нашу принцессу как «Найтмер Мун».

Такая решительность напомнила Скаю о Белль. О существе, что открыто наслаждалось, насмехаясь и над кобылкой, и над ним. О собственном теле, так охотно исполняющем её команды против его воли. В Скае закипал гнев.

— Я смотрел ей в глаза... Это... это существо — не Принцесса Луна. Вы ведь тоже смотрели. Вы понимаете, что я говорю правду. Она сама зовёт себя Найтмер Мун.

— И что? Если пони зовёт себя монстром... неудачником или бесполезным... Разве мы обязаны соглашаться? Мы не должны так называть её. И мы не будем.

— Вы действительно уверены, что у нас есть выбор? — жеребец опустил голову. — Она... когда она посчитала, что с нее хватит моих пререканий, она... что-то сделала. Своим голосом. Сказала сесть и я сел. Не по своей воле.

— Нервы, — ответила Небула, хмурясь. — Временами от стресса теряешь силы.

Скай энергично замотал головой.

— Всё было не так.

— Я была в бою, Скай. В первый раз ты бываешь просто не готов...

Жеребец раздражённо фыркнул. Стало ясно, что здесь его слушать не будут.

— Не верите — не надо. Давайте уже просто найдём Дневную Гвардию и узнаем, что задумала Сильвер Дон.

Буквально на секунду Небула задержала на нём взгляд, а затем взяла курс на Холмы Лунного Света. Скай полетел следом.

— Ты же знаешь, что Сильвер Дон в отпуске. Ты что, проспал еженедельный брифинг?

Скай скривил губы.

— Если вы не заметили, то мне недавно разбили сердце и перемололи осколки в пыль одиночества, которую поглотила канава отчаяния.

Небула проигнорировала приступ жалости жеребца к себе.

— Дерьмо, — тихо выругалась кобыла. — Это значит, что теперь командует Тин Висл.

— Это кто?

Капитан фыркнула с отвращением.

— Родственник Блюблада. Всё дело в политике. Несомненно, кто-то понял, что дать ему бразды правления, пока Сильвер в отпуске, лучший вариант потешить его самолюбие без особого вреда для общества. Надеюсь, они не рассчитывают после её ухода оставить его на этой должности.

— Ну, не будьте такой предвзятой. Возможно, он ещё вас удивит.

Капитан лишь покачала головой и продолжила полёт.

Они добрались до Холмов Лунного Света. Склон холма, находящийся в богатой части города, был усыпан особняками элиты Кантерлота. Мягкий свет широких окон и огни фонарей, расставленных вдоль садов, заставляли холм сиять, словно земное созвездие. Но, приближаясь, Скай заметил группы Дневных Стражей, занимающихся или сооружением баррикад вокруг района, или патрулированием местности.

— Ладно, он действительно удивил меня, — фыркнула Небула. — Что они тут устроили?

Они стали кружить, пытаясь отыскать командный пункт. Вскоре к ним подлетел пегас.

— Стоять! Кто здесь... о, бэтпо... кхм, Ночная Гвардия, полагаю?

— Как видите, — ответила Небула, рассматривая пегаса ледяным взглядом, который абсолютно точно был ему не заметен в темноте ночи. — Капитан Ночной Стражи, Небула. Где ваше командование?

— Да, мэм, сюда, мэм, — ответил пегас и пошёл на снижение.

— М-мэм, разрешите вопрос, — добавил пегас, — что происходит?

— Как раз это я собираюсь узнать у твоего командира, — ответила капитан. Затем, хорошо обдумав слова, добавила:

— Принцесса Луна вернулась. И она ещё не пообвыкла.

Пообвыкла? Скай чуть не поперхнулся.

Пегас выглядел ещё более запутанным после объяснения Небулы, но решил, что спрашивать ещё что-либо будет лишним. Гвардеец направился к широкой лужайке перед не менее огромным особняком. Командирские палатки ещё не установили, чем, собственно, стражи сейчас и занимались.

Они приземлились неподалёку от командующего Дневной гвардией. Тин Висл был жеребцом среднего возраста со свистком на кьютимарке, что подтверждало проницательность его родителей, или просто было совпадением, что случались время от времени. В любом случае, свисток на боку был едва заметен на фоне его парадного мундира.

— Вот же павлин, — буркнула под нос Небула.

Прямо сейчас он был вовлечён в жаркую дискуссию с одним из лейтенантов, белым единорогом с кьютимаркой наподобие щита. Усатый гражданский в элегантно подогнанном пиджаке стоял с ними рядом, неодобрительно сжав губы.

Скай навострил уши, чтобы подслушать разговор, но Небула уже направилась в их сторону широкими шагами. Жеребец поспешил за ней, пытаясь расслышать, что говорит лейтенант Тин Вислу.

— ...просто не считаю, что сосредотачивать здесь силы является целесообразным, сэр.

Тин Висл снисходительно похлопал лейтенанта по плечу.

— Ну-ну, парень, вижу, что у тебя отсутствует стратегическое мышление, ты не видишь всей картины. Вот почему командование поручают таким пони, как я.

— Сэр! — ответил лейтенант столь сдержанным тоном, что Скай поразился, как у единорога пар из ушей не пошёл.

Тут гражданский вклинился в разговор:

— Честно говоря, капитан, этот юноша дело говорит. Здесь у многих из нас всё-таки есть личная охрана, а вот город вряд может оставаться без присутствия Дневной гвардии.

— Храни Селестия вашу милостивую душу, господин Фэнси Пэнтс, но я боюсь, что ситуация диктует...

В этот момент Небула подошла к ним и резко перебила:

— Капитан Тин Висл, я полагаю?

Жеребец глянул в её сторону с пренебрежительным раздражением, после чего вгляделся и произнес:

— Капитан, э-э-э, Небула... из Ночной стражи.

— Она самая, — ответила Небула. — А могу ли я поинтересоваться... причиной весьма неожиданной диспозиции ваших сил?

Тин Висл прочистил горло.

— Да, конечно. Это было моё решение — с учетом неопределённого характера ситуации наилучший порядок действий, как учил великий Напонилон, состоит в концентрации наших сил для подготовки к контратаке.

— К контратаке против чего?

— Как я сказал, ситуация пока что неопределённая.

Небула нахмурила брови и огляделась вокруг.

— Как по мне, так вы готовите этот район к осаде.

— Ну, никто не в состоянии оценить настроение толпы. Мы обязаны защищать население от любых волнений черни.

Небула вскинула бровь на последнем слове.

— Поэтому мы должны патрулировать городские улицы, сэр! — перебил жеребца лейтенант.

Тин Висл тут же взъелся на него:

— Я уже сыт по горло твоими советами при полном отсутствии субординации, лейтенант Шайнинг Армор. Свободен!

Небула перевела взгляд с одного офицера на другого.

— Позвольте, капитан. Окажите мне небольшую услугу, разрешите ему остаться. Я считаю, всегда полезно принимать во внимание различные мнения, в том числе и от младших офицеров.

Тин Висл лишь фыркнул в ответ. Небула заинтересованно посмотрела на Шайнинг Армора.

— Что ж, лейтенант, — сказала она, — что, по вашему мнению, следует делать Дневной гвардии?

— Патрули, — он ответил без промедления, — Нам необходимо поддерживать порядок и спокойствие среди граждан, нужно оценить ситуацию в городе. Пешие патрули по всем районам и прикрытие с воздуха для обнаружения любых очагов волнений. Затем нам нужно попробовать определить местоположение Селестии...

— Спитфайр отправилась со звеном Вандерболтов к её последнему известному местонахождению, — перебила лейтенанта Небула.

— Отлично. Тогда поддерживать связь с Вандерболтами.

Тин Висл фыркнул:

— Этот жеребчик пытается сделать вид, что кризис миновал. Всё это — тактика действий после экстренных случаев, неуместная в текущей ситуации. Нападение может произойти в любой момент!

Небула повернула голову и бросила в его сторону мрачный взгляд. Она оглянулась вокруг на благоустроенные сады и красочно декорированные особняки.

— Так что, остаётесь... тут?

— Именно! Самые важные пони в Кантерлоте живут здесь!

Фэнси Пэнтс деликатно кашлянул.

— Я предпочитаю думать, — сказал он, — что все пони в Кантерлоте, нет, во всей Эквестрии, все они являются самыми важными.

Скай ухмыльнулся и чуть было не начал стучать копытами о землю в аплодисментах. Небула лишь закатила глаза.

— Господин Фэнси Пэнтс, — сказал Тин Висл, — это, конечно, благородное заявление, но правда в том, что основные деятели правительства, торговли и даже искусства проживают в этих домах. В первую очередь мы должны убедиться, что они хорошо защищены, и я, Тин Висл, намереваюсь сделать именно это.

Скай заметил, что некоторые дневные гвардейцы нашли причину остаться в зоне слышимости разговора, устанавливая палатки и проверяя близлежащие фонари. У многих из них было недовольное выражение на лицах. Скай догадывался, что решение Тин Висла не снискало уважения среди подчинённых.

— Смотрю, любите подлизывать богатеньким, капитан? — спросила его Небула.

Лагерь мгновенно погрузился в гробовую тишину.

Тин Висл медленно повернул голову в её сторону.

— Прошу прощения?

Небула пожала плечами.

— Мне кажется, что балаган, который вы тут устроили, не имеет смысла, только если кое-кто не задумал его как политический трюк, чтобы впечатлить богатых и влиятельных жителей этого района.

— Абсурд! — выплюнул Тин Висл. — Вы собираетесь меня критиковать? Что-то я не вижу, чтобы ваши бэтпони делали что-нибудь!

— Ага, конечно, лучшая защита — это нападение Что же касается Ночных стражей, к сожалению, они уже разосланы во все части Эквестрии по приказу нашей принцессы.

Тин Висл вытаращил глаза.

— Вы выходили на контакт с Селестией?

Губы Небулы плотно сжались.

— Такого я не говорила.

Ужас проступил на лице Тин Висла. Скай видел, как другие пони Дневной гвардии тоже начали обмениваться тревожными взглядами.

— Что вообще тогда происходит? — выпалил капитан.

— Принцесса Луна вернулась из изгнания, — как ни в чём не бывало ответила Небула, заставив Ская съежиться.

— Принцесса кто? — сморщился Тин Висл. — Эта ваша «принцесса» ответственна за всё это, не так ли? Вся ваша раса перешла на сторону врага! Я всегда знал, что вы, бэтпони — сомнительная шайка!

Небула ответила с ледяной сталью в голосе:

— Я уверяю вас, капитан, моя верность Эквестрии непоколебима.

Она оглянулась на собирающихся вокруг них пони Дневной Гвардии.

— Это нелепо, — пробормотала кобыла себе под нос.

Она повернулась обратно к Тин Вислу, сощурив глаза:

— Кого вы пытаетесь впечатлить? Хотите повышения в Гвардии? Или это на потом? Собираетесь уйти в политику? Ищете покровителей? Все вокруг, включая вас, знают, что лейтенант прав. Прятаться здесь, на Холмах Лунного Света, последнее, что вам следует делать, — она склонила голову в задумчивости. — Держу пари, место с названием «Холмы Лунного Света» в сложившихся обстоятельствах просто не может оказаться в опасности.

Тин Висл презрительно фыркнул:

— Ага, интуиция. Прекрасно. Я наслушался достаточно вашей неумело скрытой клеветы, капитан, не говоря уже об ужасающем отсутствии у вас беспокойства за жизни тех лучших, что здесь проживают.

— Так, давайте... — Фэнси Пэнтс вклинился в разговор, но Тин Висл всё равно перекричал его.

— И, честно говоря, я оскорблён вашими манерами, всем этим вмешательством и срывом операции. Знаете, я крайне серьёзно отношусь к субординации. И напоминаю, сейчас дневная смена, следовательно капитан Дневной гвардии берёт командование над всей Королевской гвардией в целом. У вас нет никакого права оспаривать мои приказы!

На акулью улыбку Небулы было жутко смотреть. Скай вздрогнул, вспомнив те разы, когда она была устремлена на него.

— Капитан, — сказала она с зловещим удовольствием в тоне, — кажется, вам стоило бы проверить устав. Главенство Дневной гвардии определяется не положением стрелки часов, а присутствием солнца в небе. Видите ли вы солнце?

Взгляд Тин Висла растерянно заметался на мгновение, но потом снова упёрся в Небулу.

— Чушь! — гаркнул он. — Даже если там так и написано, то это просто неточный перевод с архаичного языка и не имеет никакого отношения к текущей ситуации.

— Хм-м, — сказала Небула, — какой находчивый аргумент. А помните ли, что и десяти лет не прошло, как устав Королевской гвардии целиком обновили?

Тин Висл лишь хмыкнул в ответ:

— Ну конечно, там могли быть упущения.

Небула вздохнула:

— Капитан, я даю вам одну последнюю возможность. Будет ли Дневная гвардия охранять спокойствие Кантерлота — всего Кантерлота — или будет прятаться на этом холме, пока гражданами овладевает паника?

Тин Висл взорвался:

— Я не позволю какой-то рванокрылой бэтпони оспаривать мои профессиональные решения!

Небула лишь небрежно кивнула.

— Хорошо. Тогда своей властью старшего капитана Королевской гвардии под Ночным небом я освобождаю вас от полномочий. Вы можете подать апелляцию Принцессе Селестии... — её голос на мгновение дрогнул, — утром.

— Вы не имеете права! — прорычал Тин Висл.

— Я только что объяснила законность моих действий, — ответила Небула.

Пони Дневной гвардии обменялись неуверенными взглядами. Скай прикусил губу. Рискованный момент. Никто не мог дать гарантии, что Дневная стража примет Небулу, как нового капитана. Или хуже того, кто-то подчинится, а кто-то нет, провоцируя внутренний конфликт, который они не могли сейчас позволить ни при каких условиях.

А Небулу же, казалось, это совсем не беспокоило. Она быстро повернулась к лейтенанту.

— Шайнинг Армор, верно?

— Мэм! — жеребец вытянулся и отсалютовал.

— На основаниях чрезвычайной ситуации, я присваиваю вам внеочередное звание  капитана Дневной гвардии. Мои поздравления.

Глаза Шайнинг Армора широко распахнулись от удивления.

— Отставить! — прокричал Тин Висл.

Шайнинг перевел взгляд с Небулы на Тин Висла и обратно. Все замерли в ожидании. Скай чувствовал, что Шайнинг Армор был не из тех пони, кто мог из корысти воспользоваться данным предложением. Но так же очевидно было и его разочарование некомпетентностью своего командира.

Единорог осмотрел  собравшуюся толпу членов Дневной гвардии, изучая лица каждого. Скай понял, что каждый из них смотрел на Шайнинг Армора и ни одного взгляда не досталось Тин Вислу.

Наконец Шайнинг кивнул.

— Надеюсь, я оправдаю ваше доверие, — сказал он. Скай услышал топот аплодисментов от гвардейцев, но его вскоре заглушил яростный вопль Тин Висла:

— Это полнейший бред! Ты, маленький услужливый подсосок, обещаю, что твоя карьера окончена! Ты продался этой вероломной бэтпони!

Шайнинг Армор вздохнул:

— Спирит, Флэш, сопроводите капитана Тин Висла в его палатку. Кажется, он переутомился.

— Ты мерзкий предатель! — прокричал жеребец, когда его повели прочь. — Тебе хорошо известно, что у меня есть друзья! Влиятельные пони! Надеюсь, тебе понравится отмораживать хвост на северной границе, Шайнинг Армор!

Небула встряла в его тираду:

— Его повысила я, так что пусть твои так называемые друзья обращаются ко мне.

Двое гвардейцев отконвоировали разъяренного офицера в палатку, где поток его проклятий оказался хотя бы немного приглушён.

Шайнинг Армор повернулся к Небуле.

— Спасибо, мэм, я...

— Не стоит благодарностей, это было необходимое решение, — прервала его Небула.

— Так точно, мэм. Тогда могли бы вы ввести меня в текущую обстановку, мэм?

Небула фыркнула.

— Ночная стража рассредоточена по Эквестрии. Эта навозная куча, — она указала на Ская, — и я направляемся с рапортом к нашей принцессе, принцессе Луне. Поэтому Кантерлот остаётся на твоих крыльях.

Капитан замолчала, видимо поняв, что говорит с единорогом.

— Э-э, то есть…

— Я понял метафору, капитан, — заверил её Шайнинг Армор. — Мне необходимо знать, что вы имеете в виду, говоря об этой… Принцессе Луне. Что значит — она ваша принцесса?

Брови Небулы взметнулись вверх.

— Она наша принцесса, то и значит. Она создала нас. Прямо перед изгнанием. Принцесса разочаровалась в пегасах своего почётного караула и потому превратила их в нас.

Шайнинг Армор разинул рот.

— Подождите, то есть вы хотите сказать, что на самом деле вы пегасы?

Уши Небулы раздражённо дёрнулись.

— Нет, мы весперквины. Мы не пегасы уже сорок поколений. Капитан, как бы я ни хотела поделиться нашей историей с кем-то, кто проявляет к ней интерес, боюсь, у меня сейчас нет на это времени.

Жеребец вздрогнул.

— Точно, прошу прощения. Тогда последний вопрос. Неприятно об этом спрашивать, но солнце не взошло из-за вашей принцессы?

Небула вздохнула и закрыла глаза.

— Это… действительно так.

— Тогда что с Селестией? Пострадала ли она?

— Я не знаю.

Шайнинг Армор сглотнул.

— Жива ли она?

— Я... не знаю.

От этих слов Скай почувствовал, будто у него внутри что-то оборвалось. Каких-то пару часов назад он разговаривал с Селестией. Найтмер Мун хвалилась своей победой над ней, но жеребцу и в голову не приходила мысль, что принцесса могла погибнуть. Понимание пугающей пропастью разверзлось в его сознании, и мир вокруг закачался на волнах страха.

Шайнинг Армор выглядел не лучше. Тем не менее он нашёл в себе силы продолжить.

— Вы сказали Тин Вислу, ваша верность Эквестрии непоколебима. Непохоже, чтобы ваша принцесса разделяла эту позицию.

Глаза Небулы мгновенно распахнулись. Капитан впилась в жеребца пронзительным взглядом.

— Она начнёт.

Скай не верил своим ушам. Небула что, не видела её? Принцессу Луну — нет, Найтмер Мун — источающую безумие и тьму? Как могла капитан такое сказать? Смех против воли пробился из горла, поразив его самого своей резкостью.

— А ну молчать, солдат! — рявкнула Небула.

Тот уставился на неё, затем перевёл взгляд на Шайнинга.

— Он должен знать, — сказал Скай.

— О чём это ты? — спросила капитан.

Ответил Скай уже напрямую дневному гвардейцу.

— Она может управлять нами против нашей воли.

Небула закатила глаза.

— Ты был напуган. Оцепенел. Такое случается.

— Всё было не так, — прорычал жеребец и с вызовом посмотрел на неё. — Совсем не так.

Капитан долго смотрела ему в глаза. Скай видел собственную погибель в её взоре, обещания тысяч кругов по полосе препятствий в полной выкладке. Но будь он проклят, если отступит перед её неприятием правды.

К его удивлению, первой отвела взгляд Небула.

— Нет времени на эту чушь, — огрызнулась она и взмыла в небо. — Шайнинг Армор, вы можете думать что хотите, но я вам обещаю: эта ночь не будет вечной.

Взмах крыльев, и она поднялась ещё выше.

— Скай Даймонд, за мной, — приказала капитан. — Мы и так достаточно задержались на пути к принцессе.

Скай поднялся в воздух, бросив прощальный взгляд на Шайнинг Армора. Тот было попытался проводить их взглядом, но глаза единорога явно были не приспособлены к ночи. Вместо этого он повернулся к своим солдатам и принялся выкрикивать приказы.

Скай Даймонд пристроился следом за Небулой. Капитан степенно летела в сторону дворца.

— Надеюсь, что ты любишь продолжительные марш-броски, рядовой. У тебя впереди их целая куча, — сухо сказала она.

На лице Ская мелькнула улыбка.

— Я думал, вы поняли, что я хотел на гаупвахту.

— Нет, так легко ты не отделаешься, — Небула взглянула на него и поджала губы.

— Хочешь сбежать? — спросила она.

Вздрогнув, жеребец остановился, зависнув в воздухе.

— Да, — всё же ответил он. — Именно так нам и следует поступить.

Небула крутанулась на месте и оказалась нос к носу перед Скаем.

— Селестия предлагала отменить Благословение и превратить тебя в пегаса. И ты ей отказал.

— Я ж ведь не знал, чем всё обернётся!

— Так что ты хочешь сказать? Сейчас бы согласился на её уговоры?

Скай, нахмурившись, молча парил в воздухе.

— Ты мог в любой момент стать пегасом, но так и не пошёл на это.

Жеребец отпрянул назад и скрестил передние ноги на груди.

— К чему вы ведёте?

— Ты весперквин. Не пегас. И ты не хочешь им быть. Ты любишь ночь и хочешь всегда любить её. А внутри тебя есть часть, которая тоскует по нашей принцессе и никогда не оставит надежду вернуть её.

Скай лягнул воздух задней ногой.

— Может, и это она вложила в нас, — прорычал он. — Ты видела её! Как ты вообще можешь так говорить? Это не принцесса прохладных вечерних бризов и романтических встреч. Это Найтмер Мун! Чем бы ни была Принцесса Луна, какой бы частью нынешней принцессы она не была, Найтмер Мун оставила и забыла эту часть давным-давно.

Небула судорожно кивнула.

— Значит, мы должны напомнить ей.

Вот так. Прямолинейно и без тени сомнений. Будто все размышления и переживания в её голове были давно решённым уравнением.

Скай был потрясён.

— Ты сошла с ума. О чём мы должны напомнить? Как пони боялись и ненавидели её ночь? Или, может, что у неё не было друзей?

Капитан холодно взглянула на жеребца.

— Нет, Скай. Мы покажем ей, что у неё есть друзья. Мы покажем, что ждали её все эти века. Мы покажем, что не забыли её истинную сущность — Принцессу Луну.

Гвардеец молча висел в воздухе. Под ним простирался город, укрытый великолепным покрывалом лунного света. Вдалеке над крышами возвышался Кантерлотский Дворец.

— Скай, — тихо сказала Небула, — наши предки бы всё отдали за такую возможность.

Медленно он повернул голову и посмотрел ей в глаза.

— Они бы отдали всё за Принцессу Луну. Не за… — он указал на дворец, — это.

Небула подлетела ближе, снова оказавшись нос к носу с жеребцом.

— Это и есть Принцесса Луна, Скай. Она там, потеряна во тьме. Ей просто нужны друзья, которые укажут путь.

Гвардеец подавил смешок, боясь, что тот закончится беспорядочным, истерическим лепетом.

— Друзья. Мы, что ли?

Голос капитана смягчился:

— А кто ещё у неё есть, Скай?

Он отвёл взгляд. Он не хотел слушать её, не хотел подтверждать её правоту. Однако это была сущая правда — во всём мире лишь весперквины бережно хранили память о Луне. Лишь весперквины почитали её и её ночь.

Но как бы Скай ни старался, он не мог признать в твари, что издевалась над ним — когда он встал между ней и Белль Дансер — ту пони из легенд.

Жеребец крепко зажмурился.

— Я… не могу, — прошептал он. — Я не могу так.

Небула вздохнула.

— Скай, ты должен. Мы должны. Кто ещё вытянет её оттуда, если не мы?

Гвардеец открыл глаза и с болью уставился на неё. Кобылка закусила губу.

— Послушай, Скай, — сказала капитан, — она ждёт нас. Нас обоих. У неё остались только мы. Даже если… даже если ты не веришь, то хотя бы сделай вид. Зови её Принцессой Луной, пусть и считаешь, что это ложь.

Скай промолчал. Внезапная искренность Небулы выбивала из колеи.

— Это важно, Скай, — добавила она. —  Никогда не называй её Найтмер Мун.

— Ну, тут ты слегка опоздала, — ответил он.

Капитан раздражённо покачала головой.

— Отныне не называй, Скай. Она Принцесса Луна. И только Принцесса Луна.

Гвардеец фыркнул.

— Это приказ?

Кобыла нетерпеливо всхрапнула:

— Конечно приказ, дурья твоя башка! Рано тебе ещё самому думать. А то я уже вижу: «Рядовой Скай Даймонд, как нам отразить нападение грифонов?» Твои глаза медленно сходятся на пылинке перед носом, и ты бормочешь: «люблю жаренное сено»; а потом мы все становимся их подданными.

Тень улыбки мелькнула на лице жеребца. Это было куда больше похоже на Небулу, которую он знал.

— А теперь полетели, — скомандовала она. — Нас ждёт встреча с принцессой.

## Вопреки ночи

Найтмер Мун решила пренебречь красотами резных врат парадного входа Кантерлотского дворца и просто влетела в тронную залу через застеклённую витражными окнами крышу. Небула задержалась над брешью, чтобы посмотреть на Ская. Её взгляд так и говорил: «назвался груздем, полезай в кузов». Затем капитан нырнула вниз. Скай глубоко вздохнул. Если он собирался сбежать, то лучше возможности уже не представится.

Но он не собирался отступать. Это Скай понял сразу же, хотя, что им двигало, жеребец сказать не мог. Предыдущая встреча с Найтмер Мун уже послужила хорошим намёком не продолжать испытывать удачу. Опять же Скай не был из тех весперквинов, что преисполнялись наивной сентиментальностью каждый раз, когда слышали какую-нибудь историю о принцессе Луне, и теперь испытывали неуместную преданность к той, в кого она обратилась.

Нет, если что и держало его здесь, так это Небула. Он был гвардейцем Ночной стражи, а она — его капитаном. Пусть Скай и сомневался, что кто-то из них сможет добиться здесь какого-либо успеха, но, будь он проклят, если оставит Небулу одну.

Осторожно Скай полетел вслед за капитаном и приземлился рядом с ней на ковровую дорожку, ведущую прямиком к трону. По полу были разбросаны осколки витражей, сверкающих в лунном свете, словно море звёзд. У одной из колонн лежал стражник, и только слабые движения груди демонстрировали, что он ещё жив. Скай вздрогнул от представшей перед ним картины.

На троне неуклюже развалилась Найтмер Мун. На взгляд жеребца, она выглядела какой-то… усталой, словно возвращение из изгнания — а может, и само изгнание — истощило не только её силы, но и её сущность в целом.

Однако иллюзия тут же рассеялась, когда Найтмер Мун заметила их и выпрямилась, возвысившись над ними, как никогда ранее.

— Итак, — нежно сказала она. — Смотрю, вы не сбежали.

Небула подошла к ней и поклонилась.

— Мы никогда не покинем нашу принцессу, — ответила она, поднимая голову.

Скай без лишних слов повторил за капитаном.

— Мой помощник, Скай Даймонд. Полагаю, вы его уже видели, — кивнула головой в сторону жеребца Небула.

Аликорн взглянула на них глазами цвета бледной бирюзы.

— Потрясающе, — наконец выдала она. — Почему ваша раса всё ещё существует?

— Мы ожидали вашего возвращения, принцесса Луна, — уверенно и спокойно ответила Небула. Скай заметил, что Найтмер раздражённо дернула ухом при словах «принцесса Луна», но прерывать речь капитана не стала.

— Мы — ваша Ночная гвардия, — продолжала Небула. — Вы даровали нам своё Благословение, чтобы мы могли любить вашу ночь. Мы будем вашими верными спутниками.

Найтмер Мун посмотрела на неё и затем резко рассмеялась.

— «Благословение»? Так вы это называете? Превращение вас в монстров, это  «Благословение»?

Аликорн сделала шаг к капитану и злобно ухмыльнулась:

— А тогда вы по-другому говорили!

— Мы знакомы с нашей историей, принцесса.

Найтмер лениво поскребла копытом красный ковёр. Взгляд её смягчился до неодобрительного замешательства.

— Вы должны были молить Селестию вернуть вам прежний облик. Мне сложно поверить, что она отказала. И тем не менее, вы здесь.

— Её предложение снять Благословение всегда в силе, принцесса, — кивнула Небула. — Очень немногие его приняли.

— Но это же бред, — изогнула бровь Найтмер. — Вас обуяло безумие? Мои маленькие безумные… как, ещё раз, вы там себя называете?

— Весперквины, принцесса.

— Весперквины. Вечерние пони. Какая прелесть.

— Если бы мы отказались от Благословения, то потеряли бы ночное зрение, — объяснила Небула. — Разум наш начал бы требовать сна в ночные часы. И как тогда мы стали бы наслаждаться красотой вашей ночи?

— Никто не наслаждается красотой моей ночи, — фыркнула Найтмер.

— Не могу согласиться, принцесса Луна, — покачала головой Небула. — Меня завораживает ночное небо. И не меня одну. В детстве я даже пыталась достать копытами далёкие созвездия.

Внезапно слово взял Скай, поразивший самого себя желанием поддержать капитана:

— Ещё жеребёнком я стал тренироваться в полётах на дальнюю дистанцию, потому что твёрдо решил стать первым пони, долетевшим до луны.

Найтмер резко перевела взгляд на него.

— На одних крыльях до луны не долететь.

После этих слов она ненадолго задумалась.

— Хотя не исключено, что это возможно, если лететь сквозь мир сновидений.

Скай и Небула не смели прервать внутренние размышления принцессы. Однако они прекратились так же стремительно, как и начались. Найтмер отвернулась и устремила взгляд на трон.

Хотя правильнее было бы сказать — широкую скамью. Его высокая спинка была искусно драпирована и украшена изображениями луны и солнца. Панели из алебастра и оникса украшали основание трона, а золотые и серебряные элементы — углы.

— Только посмотрите, — презрительно ухмыльнулась Найтмер. — Она так и говорит, что владеет не только днём, но и моей прекрасной ночью.

— Нет, принцесса Луна, — твёрдо сказал Небула. — Селестия так бы никогда не поступила.

Найтмер медленно повернулась и посмотрела на капитана.

— Взгляни получше. Лунный и солнечный металлы сплетены вместе, солнце и луна вышиты на спинке, алебастр и оникс… всё это просто кричит о том, что сидящий здесь пони владеет всем.

— Нет, — решительный голос Небулы эхом пронёсся по тронной зале. — Разве вы не видите? Этот трон предназначен для двоих!

Найтмер смерила взглядом капитана стражи, а затем медленно перевела его на трон.

— Что ж, — сказала она. — Больше нет.

Найтмер резко лягнула трон, и тот разлетелся вдребезги. Куски древесины осыпали стену зала, а обрывки ткани закружились в воздухе.

Небула потрясённо раскрыла рот. В ушах Ская всё ещё стоял звон от мощного удара. Он взглянул на капитана и безо всякой снисходительности подумал: «Вот, с чем ты имеешь дело. А не с бедной непонятой принцессой Луной. Теперь-то ты понимаешь?»

Однако Небула быстро вернула самообладание, сменив лик ужаса на маску степенного неодобрения.

— Этот трон был ваш в той же мере, что и вашей сестры.

В словах слышался упрёк. Она смела упрекать Найтмер Мун! Скай чуть не поперхнулся.

Найтмер лишь холодно ухмыльнулась.

— Не имеет значения. Заменю его на что-нибудь более подобающее моей персоне.

Некоторое время Небула молчала, затем, неуверенно вздохнув, кивнула:

— Как скажете, принцесса Луна.

Выражение лица аликорна сменилось на диаметрально противоположное:

— Уверена, ты отдаёшь себе отчёт, что я более не питаю чувств к этому имени.

— И тем не менее, — настаивала Небула, — оно ваше. И именно им мы называли вас все эти долгие годы ожидания.

— Испытываешь моё терпение, — в голосе Найтмер зазвучал гнев.

Небула закусила губу.

— Я… ваш друг. Прошу, не забывайте об этом. Хотя бы поверьте, что это так.

Найтмер горько усмехнулась и прошипела:

— Время друзей давно прошло.

— Мы знаем и понимаем, — решительно начала Небула. — И всё же, мы — друзья. Когда мы ещё были пегасами, нас возмущали ночные дежурства. Мы считали вас чужой и неприступной и не хотели делать шагов навстречу. Мы служили, но через силу. Однако ваше Благословение пробудило нас, и тогда мы твёрдо решили стать лучше. Стать для вас друзьями, которых вам так не хватало во времена нужды.

Скай уставился на неё. Он ещё никогда не слышал от капитана такой эмоциональной речи.

— Нам… — запнулась Небула. — Нет, не нам, мне жаль, принцесса. Мне жаль, что тогда я не могла быть с вами.

Найтмер удивлённо посмотрела на капитана. На краткое мгновение холод в её в глазах исчез.

— Это нелепо, — пробормотала аликорн.

Найтмер повернулась и за несколько шагов оказалась перед Скаем, который сразу отшатнулся назад.

— Ну а ты? — спросила она, сверля гвардейца глазами, — Ты тоже хочешь быть моим другом?

Её голос звучал недобро. Вертикальные зрачки смотрели прямо на него. Горло Ская сдавило, а кровь застыла в жилах. Нет, он не хотел быть её другом. Он хотел сбежать от неё далеко-далеко и больше никогда не видеть.

В итоге он сдался и отвёл взгляд.

— Ясно.

Слово резануло, словно скальпель. Аликорн недружелюбно улыбнулась Небуле:

— А этот вот, — Найтмер указала на Ская, — куда больше похож на солдата Ночной гвардии, какой я ее помню.

— Понимаете… — вздрогнула Небула. — Он ещё…

— Молчать, — гаркнула Найтмер Мун.

«Я подвёл её, — подумал Скай. — После всего, что она мне сказала, первое же, что я сделал, это всё испортил».

Но он не мог заявлять о любви, которую не ощущал. Он хотел поддержать капитана, но не мог пойти на обман.

Он сердцем чувствовал, что принцессу Луну нельзя было спасти ложью.

Возможно, правда тоже не могла помочь. Но Небула, в отличие от Найтмер Мун, точно заслуживала её знать. Скай глубоко вздохнул.

— Принцесса, — его тихий, но отчётливый голос разнёсся по залу. — Вы меня пугаете. И… я прошу за это прощения.

После этого он поклонился и некоторое время не смел поднять взгляда, а когда всё-таки сделал это, то увидел аликорна, смотрящего на него так, словно у Ская отросла ещё одна пара крыльев.

— Прощения за что? Это же вполне естественно.

Жеребец неуверенно открыл рот, но не успел ничего сказать: Найтмер отвернулась и перевела взгляд на брешь в крыше. Скай поступил так же, однако ничего примечательного не увидел.

Немного погодя он заметил движение. По небу плыл переливающийся сгусток лазурного цвета, очень похожий на странную гриву Найтмер Мун. Он влетел в тронный зал и, словно подхваченный сильным ветром, присутствия которого Скай не ощущал, направился к аликорну.

Когда сгусток слился с гривой Найтмер Мун, Скай с удивлением отметил, что отдельные части гривы аликорна могут каким-то образом жить своей жизнью.

Аликорн на мгновение широко раскрыла глаза, словно вернувшаяся часть гривы ей что-то нашептала. После этого Найтмер взмахнула головой и посмотрела на Ская и Небулу.

— Что же, — промурлыкала она, — немного им потребовалось времени. Похоже, пони уже начали плести против меня козни в… Понивилле, так вроде?

Аликорн раскрыла впечатляющие чёрные крылья и бросила на Ская испепеляющий взгляд:

— За мной, мои преданные стражи.

Взмахнув крыльями, Найтмер взлетела в воздух.

— Пора подавить восстание!

Небула бросила тревожный взгляд на Ская и полетела вслед за своей принцессой. Жеребец же ещё раз осмотрел тронный зал и последовал за ними.

## На крыльях ночи

— Вот, — сказала Небула. — Видишь?

Скай подошёл к краю облака, на которое они приземлились, и посмотрел, куда указывала копытом капитан. Огни Понивилля виднелись примерно в миле от них, сияющие в темноте, словно витрина магазина в канун Дня согревающего очага, но Небула показывала не на город, а в небо над ним.

Скай заметил силуэт, пролетевший над чем-то похожим на городскую ратушу.

— Блейз? — спросил жеребец.

— Посмотри ещё раз, златоглазка, это Спитфайр.

Скай присмотрелся к пегасу вдали. Хотя у Блейз и была оранжевая грива, но у этой пони она была куда гуще — действительно Спитфайр.

— Получается, её отряд всё ещё здесь, — пробормотал жеребец.

Найтмер Мун зависла в воздухе около их маленького облачка.

— Кто эти пегасы?

— Вандерболты, — объяснила капитан. — Элитный отряд на службе королевства. Обычно выполняют высококлассные лётные трюки на различных государственных мероприятиях, но не стоит их недооценивать, они великолепно обучены и опасны в бою.

— Каждый пегас мечтает стать Вандерболтом, — добавил Скай

Найтмер нахмурилась:

— И вы... «весперквины» тоже?

Жеребец пожал плечами:

— В маневрировании мы лучше любого пегаса, но по скорости преимущество у них. Мы не подходим для Вандерболтов.

Аликорн подняла голову и посмотрела на пегаса вдали.

Скай продолжил:

— Тут они нас не увидят. Зрение пегасов не приспособлено для ночи, в отличие от нас они не могут... э-э-эм... — страж замолк, понимая, как глупо было объяснять про своё ночное зрение существу, которое его и даровала.

Небула пришла ему на выручку:

— Они расследуют исчезновение Селестии.

Найтмер Мун фыркнула:

— Они ничего не найдут. Она заточена там, где до неё никто не сможет добраться.

Жеребец почувствовал, как напряжение покидает Небулу.

— Так она жива, — произнесла кобыла.

Аликорн сурово взглянула на неё:

— Она в заточении до тех пор, пока я не смогу должным образом с ней разобраться.

Что значит — «должным образом с ней разобраться»? Скай боялся ответа. Затем мысли свернули в другое русло. Почему тогда Найтмер Мун не разделалась с Селестией сразу?

Когда они прибыли во дворец, принцесса выглядела... истощённой. Измученной. Она скрывала это, но Скай задался вопросом, как много сил потребовал её побег, не говоря уже о столкновении с сестрой. Может, сейчас она просто не способна «разобраться» с Селестией?

Может, сейчас она уязвима.

И всё-таки жеребец помнил голос, пронзающий словно копьё. Даже ослабленная, Найтмер сумела взять под контроль его тело. Да и «уязвимость» была относительна. Что Скай мог сделать с этим знанием? Даже если сейчас принцесса держится из последних сил, она всё равно превосходит их по мощи. В конце концов, после её прогулки от Солнечной улицы остались лишь руины.

Найтмер Мун фыркнула:

— Ладно, полетели отсюда. Мне нет дела до этих «Вандерболтов». Нам нужен лес, а не этот городишко.

Аликорн резко взмахнула крыльями, отлетела от весперквинов и направилась к кронам диких деревьев, росших в стороне от Понивилля. Небула и Скай соскочили с облака и устремились за ней.

— Принцесса Луна, — сказала капитан, догнав её, — Вандерболты просто так не сдадутся. Если кто-то в Понивилле видел вас...

— О да, я наделала много шуму своим появлением, — с гордостью ответила аликорн. — Они не скоро меня забудут.

— Превосходно, — нахмурила Небула. — Теперь Вандерболты явятся за нами, как только соберут картину воедино.

— Если они вмешаются, — резко ответила Найтмер, — то я разберусь с ними. Сейчас меня больше интересует кучка мятежников, судьба которых послужит уроком всем остальным.

Аликорн вновь взмахнула крыльями и воспарила над верхушками деревьев. Несмотря на то, что Небула и Скай изо всех сил пытались догнать её, казалось, что Найтмер Мун скоро и вовсе скроется из вида. Но через пару минут она снизила темп, и двум весперквинам удалось поравняться с ней.

Под ними тёмные кроны колыхались на ночном ветру. Ветки, выбиваясь из дикой растительности, словно пытались оцарапать небо. То тут, то там кроны деревьев расступались, обнажая то реку, больше похожую на шрам, протянувшийся через весь лес, то открытую поляну, которая выглядела подозрительно мирной, как цветок плотоядного растения.

Нахмурившись в недоумении, Найтмер Мун окинула взглядом раскинувшийся перед ней пейзаж.

— Лес одичал, — сказала она. — Неужели никто не счёл нужным облагородить эту глушь?

Небула пожала плечами, насколько смогла в полёте:

— Пегасы говорят, что облака здесь неуправляемы. Да и земные пони не могут обрабатывать здешнюю землю.

— Наверняка жители города Эверфри научились справляться с местными особенностями, — произнесла аликорн.

Капитан помедлила с ответом.

— Города Эверфри не существует, — наконец сказала она.

Крылья Найтмер Мун широко распахнулись, отчего аликорн резко затормозила, и, повернувшись, она пронзила весперквинов яростным взглядом.

— Что ты имеешь ввиду?

Скай нервно сглотнул и сказал:

— Города больше нет. Многие уже даже названия не помнят.

— Но это же был крупнейший мегаполис в Эквестрии! Центр культуры  и торговли!

— Он был почти полностью уничтожен во время вашей битвы с принцессой Селестией, — объяснила Небула.

Найтмер Мун усмехнулась:

— Пони легко отстраиваются заново.

Жеребец усиленно пытался вспомнить уроки истории весперквинов, от которых его клонило в сон больше всего.

— Сама земля была проклята, — сказал он в итоге. — Силы, к которым воззвали принцессы, исказили саму природу этого места...

Страж резко замолк, когда увидел, с каким выражением аликорн смотрит на него.

Найтмер Мун ткнула копытом в жуткие кущи под ними:

— Хочешь сказать, что ответственность за этот уродливый лес лежит на мне?

Скай яростно замотал головой:

— Н-нет, я...

— Ибо именно моя сестра завистливо пыталась укоротить мои прекрасные ночи. Именно моя сестра присвоила всю любовь пони. Именно моя сестра решила пойти войной против меня!

Жеребец открыл рот, чтобы возразить. Он едва знал Селестию, и если по честному, самое долгое время, что он провёл с ней, было в начале сегодняшней ночи. Небула знала её куда лучше. И всё же, Скай был уверен, что образ Селестии, о которой говорила Найтмер Мун, был порождён её собственной злобой, а не той Селестией, для которой страж готовил чай. Скай был уверен, Селестия, которую он знал, не могла, да и не захотела бы делать то, о чём говорила Найтмер.

Но Небула заговорила раньше него:

— Принцесса Селестия сожалеет о том, что произошло тогда между вами.

Найтмер Мун лишь презрительно фыркнула:

— Она познала страх. Эта трусиха даже не доставила мне удовольствия достойной дракой. Умоляла о примирении даже после того, как я её заточила. Надеюсь, её сторонники развлекут меня получше... хотя умрут они в любом случае.

Аликорн рассмеялась со злобным удовольствием в голосе, а затем взмахнула крыльями и продолжила полёт. Скай вздрогнул, услышав этот смех, его решимость чуть не растаяла, словно дым на ветру. Это... это существо не было принцессой Луной, какой её помнили весперквины.

Что если принцесса Луна потеряна навсегда?

Поколение за поколением весперквины верили в Благословение, тосковали по своей принцессе, и всё зря...

Небула посмотрела на него.

— Соберись, солдат, — сказала она. — Никакой хандры при исполнении.

Скай сверкнул глазами, но капитан уже взмыла вверх, к Найтмер Мун. Аликорн лишь повела ухом, никак более не отреагировав на присутствие Небулы. Пока они летели, Скай заметил полоску синего дыма, плывущего к ним по воздуху. Дым влился в гриву Найтмер, несомненно принеся ей свежие сведения. Интересно, как далеко по Эквестрии распространились её «информаторы»?

Вдали показались кряжи, выглядывающие из-за деревьев, словно дельфины, рассекающие воду.

— Та умная единорожка, что назвала меня по имени в Понивилле, сейчас, со своими друзьями, пересекает горы, — указала копытом Найтмер.

Скай предположил, что это клочок гривы только что принёс ей вести. Но почему пони направляются в Вечнодикий Лес?

— Может, они просто убегают? — пробормотал он.

Найтмер Мун оглянулась на него:

— Они прошерстили несколько пыльных томов и решили, что найдут оружие, способное одолеть меня, в замке, что мы когда-то делили с сестрой. Словно Селестия оставила бы их гнить в каком-то затхлом зале!

— Элементы Гармонии, — выдохнула Небула.

— Ну и ну. Эти земли полны умников, — Найтмер кисло взглянула на капитана.

Скай впервые слышал об Элементах Гармонии. Одно из двух: или Небула откопала это где-то в старых архивах, или он просто продрых ещё один урок истории.

— Наши предки сохранили летописи, — продолжила Небула, — Старинные истории о вас, разные хроники, отчёты о ваших действиях и словах...

— Какие унылые у вас развлечения.

— Поэтому мы знаем, что вы делили Элементы Гармонии с Селестией. У вас были Оптимизм, Преданность и Порядочность, а у Селестии — Милосердие, Сострадание и Лидерство.

— Верно. Я была носителем слабых и мелких добродетелей, непригодных к использованию. Чем был мой Оптимизм, если не наивностью? Чем была Преданность, если не способом управлять мной? Чем была моя Порядочность, если не трусостью, заставляющей быть в тени?

— Принцесса Луна, это не...

— А теперь появляешься ты, — прервала её Найтмер, от злобы прижимая уши. — Та, кто желает видеть лишь ту жалкую пони, какой я была.

Челюсть у Небулы отвисла, а в глазах мелькнула тень боли. Капитан ничего не ответила, и Скай уставился на неё. Почему она не реагирует, почему не превращается в сержанта-инструктора и не устраивает разбор полётов, как обычно? Хотя, разумеется, это было бы самоубийством; но даже если так, Небула была слишком мягкой, а это уже нарушало весь привычный порядок вещей.

Она тоже не знает, как следует вести себя с Найтмер Мун! Как только до его сознания дошла эта мысль, Скай вздрогнул. Если даже Небула потеряла саркастическую уверенность в себе, то какая у них теперь надежда на желанный исход?

Они уже приблизились к низкой горной цепи. Найтмер Мун привела Стражей к длинному хребту, самому высокому, и приземлилась на шероховатый камень. Отсюда весь Вечнодикий предстал перед их глазами, словно одно сплошное море зелени, раскрашенное луной в мрачные оттенки. Его листва колыхалась на ночном ветру, подобно шкуре необъятного зверя, ворочающегося в тревожном сне.

Небула приземлилась позади Найтмер Мун с мягким цокотом копыт о камень. Прочистив горло, она с настороженностью обратилась к аликорну:

— Принцесса Луна, я пыталась сказать, что Селестия больше не могла использовать Элементы после вашего изгнания, поэтому они вполне могли остаться в старом замке.

Лицо Найтмер потемнело, будто небо перед бурей, однако стоило ей осознать смысл прозвучавших слов, как гнев рассеялся.

— Не могла использовать Элементы?

— »Потеряла с ними связь», как она говорила, — кивнула капитан.

Лицо аликорна расплылось в улыбке, а сама она захихикала от радости.

Небула проигнорировала этот всплеск эмоций.

— Думаю, если мы доберёмся туда раньше и заберём Элементы из замка, то можем оставить эту маленькую группу пони искать то, чего нет, а сами вернёмся в Кантерлот для завершения реорганизации правительства.

На неё обратился испепеляющий взгляд аликорна:

— Они возомнили, что могут бунтовать против меня. И они поплатятся за это.

Небула сделала примиряющий жест копытом:

— Но представьте, что они не отыскали ни одного следа Элементов. Разве их ужас и смятение — недостаточная цена?

— Нет, не думаю, — ответила Найтмер.

Её грива заструилась вниз, к каменистой земле у копыт, чтобы разделиться и расползтись, словно куча змей. Светящиеся обрывки гривы разлетелись в разные стороны, затмив на мгновение очертания гор. Закрыв глаза, аликорн пробормотала:

— Найдите их... и заставьте страдать.

Скаю не понравилось, как это прозвучало. Судя по всему, Небула разделяла его мнение — спохватившись, она торопливо выпалила:

— Принцесса, позвольте нам отыскать этих предателей!

Губы Найтмер Мун растянулись в ленивой улыбке, а сама она равнодушно ответила:

— Как хотите.

Скай, встревоженный столь простым ответом, прикусил губу.

Небула посмотрела на горный хребет позади Ская.

— Найди этих пони, — крикнула она, после чего взлетела и направилась вдоль своей части скалы.

Жеребец последовал приказу, осматривая местность в поисках любого намёка на пони. Облетев склон горы, он поднялся высоко в небо, чтобы увеличить обзор. Тут и там виднелись дымчатые кусочки гривы Найтмер Мун, что пролетали мимо каждого валуна и кустарника в низине. Скай подался назад, собираясь расширить обозримую территорию, прибавляя к зрению эхолокацию в попытке нащупать силуэты мятежных пони.

Что, интересно, по мнению Небулы ему надо было сделать, если он их найдёт? Может, убедить их повернуть назад? Но разве пони, храбрость которых велика настолько, чтобы забраться в Вечнодикий, так просто повернут назад? Он не мог придумать ничего, кроме как сказать им бежать без оглядки из этого ужасного леса — что было бесполезно, ведь они бы не ввязались в эту авантюру, сперва не отбросив прочь все страхи. К своему стыду жеребец надеялся, что они окажутся на той стороне горы, где их ищет капитан, и ему не придётся иметь с ними никаких дел.

И, разумеется, именно в этот момент Скай напал на след, установив местоположение шестёрки пони по эху своего писка. Сосредоточив на них взгляд, он начал сокращать расстояние. Но стоило ему подлететь достаточно близко, часть скалы обрушилась прямо под их копытами.

В ужасе он бросился к ним, но было уже ясно — вовремя подоспеть не удастся. Слом скалы был слишком ровным, отчего Скай мог точно сказать, что за обрушением стояли неестественные причины. И пусть до них было слишком далеко, но он был уверен, что ответственность за всё несёт частица гривы Найтмер Мун.

Итак. Ему придётся наблюдать их смерть, а не гнать домой.

Но они не погибли. Вместо этого Скай стал свидетелем того, как земнопони без единой ошибки добрались до безопасной поверхности, словно обладали возможностью пегасов отрываться от земли. Лишь единорожки оставались в настоящей опасности, но две пегаски уже поймали одну, и спускали её к подножью горы.

А другая вцепилась копытами в рассыпающийся край скалы. Стоило Скаю узнать её, он резко выдохнул. Твайлайт Спаркл. Одержимая книгами ученица Селестии. Та, которую принцесса отправила в Понивилль.

У него сердце в пятки ушло, когда она внезапно сорвалась, но в тот же момент пегаски подхватили её копытами и осторожно опустили на землю рядом с другой единорожкой.

Скай замедлил полёт и нахмурился. Возможно ли, что Селестия отправила её в Понивиль, зная обо всём заранее? Зная, что она будет искать способ остановить Найтмер Мун? Вспомнился визит принцессы к Небуле. Тогда Селестия вела себя... в лучшем случае, загадочно.

Страж какое-то время парил в тёмном небе, наблюдая, как группа из шести пони собралась и вновь направилась в лес. Затем он взмыл ввысь, направившись вдоль склона, пока не добрался до вершины, где шаткий камень покатился по склону от прикосновения его копыт.

Скай огляделся, пытаясь высмотреть Небулу. Ничего не вышло, поэтому  он пискнул, надеясь определить местоположение капитана, но, судя по всему, она была слишком далеко. Но секундой позже жеребец услышал ответный писк откуда-то неподалёку. Он полетел на звук, и тут Небула внезапно вынырнула прямо перед ним.

— Докладывай, рядовой, — рявкнула она.

— Здесь были те шесть пони, мэм. Она... — Скай взглянул через плечо кобылы на место, где они оставили Найтмер Мун: — Устроила им ловушку. Но они без труда с ней справились. В горах их больше нет.

Он заметил, как капитан расслабилась, словно ушло напряжение, что она усердно скрывала. Небула кивнула.

— Две земных пони, два единорога, две пегаски, — продолжал доклад Скай. — Одна из единорогов является ученицей Селестии... Остальные мне не известны.

— Хм-м-м... — задумчиво промычала Небула. — Она была в Понивилле... Полагаю, этого следовало ожидать. Интересно, она притащила их как свиту из Кантерлота или действительно послушалась Селли и занялась поиском друзей?

— Не могу сказать определённо, но... — ответил Скай, покрутив мысль в голове, — по тому, что мы видели в Кантерлоте, она не похожа на пони, которая может быстро найти друзей.

Через какое-то время он поспешно добавил:

— Не то чтобы мы знали её очень хорошо.

Небула поджала губы и пожала плечами:

— Думаю, это не столь важно. Будет лучше, если мы проинформируем принцессу Луну.

Она развернулась и полетела назад. Скай ринулся следом, всё ещё размышляя о Твайлайт Спаркл. Чем больше он думал о ней и о её присутствии здесь, тем больше начинал волноваться. В конце концов он заговорил.

— Капитан, вы не думаете, что… ну, то есть, Селестия…

— Не мямли, рядовой.

— Селестия отправила сюда эту единорожку, свою личную ученицу, так? А если Твайлайт её ученица, то она наверняка уже много о чём знает, включая Элементы. И вот она ведёт за собой отряд, чтобы найти их и сразиться... — он проглотил имя Найтмер Мун, — с принцессой.

Небула сдержанно кивнула.

— Вам не кажется, что Селестия предвидела это? Что она знала об этом наперёд и всё спланировала? Именно она выбрала для ежегодного праздника Летнего солнцестояния Понивилль — городок прямо на границе Вечнодикого — и именно она отправила сюда свою ученицу следить за подготовкой. Не выглядит ли это всё… слишком складно? Я к тому, что если Твайлайт Спаркл часть плана Селестии, то не следует ли нам попытаться помочь ей, вместо… — он махнул копытом вперёд, в сторону Найтмер Мун.

Небула резко обернулась к жеребцу. Она вытянула собственную ногу в том же направлении:

— Она наша принцесса. Если сейчас мы предадим её, чем мы будем отличаться от своих предков, стоявших в сторонке и молча наблюдавших за её падением? Мы тысячу лет клялись, что станем лучше. Мы тысячу лет оставались верны памяти принцессы, что создала нас. И на этот раз мы не бросим её.

— Мэм, она хочет убивать пони.

Небула скривилась:

— Это не её истинная натура.

— Правда? — с отвращением бросил Скай. — А вот мне кажется иначе!

Кобыла впилась в него взглядом:

— Селли вновь и вновь рассказывала нам о принцессе Луне. Мы знаем…

— Мало ли, что там помнит Селестия. Может, она ошибается, — слепой гнев охватил жеребца, но в ту же секунду схлынул прочь, словно вода из разбитой бутылки, оставив после себя лишь притуплённое чувство отчаяния. — Может, ничего и не осталось от той принцессы Луны, что она запомнила.

— Осталось. Ищи это, Скай Даймонд. Ищи, а когда найдёшь — вцепись и не отпускай.

Жеребец прижал уши:

— Должно быть, это круто — ни капли не сомневаться.

Небула лишь устало покачала головой и направилась к Найтмер Мун.

Однако Скай не сдавался.

— Тебе плевать, что Твайлайт могут убить? Хочешь сорвать план Селестии?

Капитан вздохнула:

— У Селестии нет планов, Скай. У неё есть единомышленники. У неё есть пони, которым она доверяет достаточно, чтобы позволить думать и действовать самостоятельно. У неё есть пони, которые будут стараться поступать правильно, пусть порой «правильный» путь разглядеть сложно. Эта Твайлайт Спаркл — её ценный кадр, да. Но и мы тоже.

— Мы? — сорвавшимся голосом заорал Скай. — Вот уж кто-кто, а мы точно не её собственность.

— Ты прав, Скай. В этом и суть. Мы не принадлежим ей. Луна наша принцесса. Но именно на это рассчитывает Селестия.

Некоторое время они летели молча, пока гвардеец обдумывал мысль Небулы.

— Потому что мы единственные, кто помнит её, — наконец сказал он.

— Ей больно, и ей нужны друзья, Скай. И сейчас у неё есть только мы с тобой.

Уши жеребца упали.

— Тебе надо перестать думать о ней как о Найтмер Мун, — продолжила Небула. — Вам обоим это только во вред.

Скай лишь помотал головой, отвергая слова капитана.

Небула поглядела на жеребца, молча летя вперёд. Наконец она тихонько заговорила:

— К твоему сведению, Скай, я не хочу, чтобы Твайлайт Спаркл погибла. Но я также не хочу, чтобы она воспользовалась Элементами против принцессы Луны и вновь изгнала её.

Неровный склон нёсся под копытами гвардейца, а огромный лес простирался впереди, мерно покачиваясь под ночным ветром.

— Что ж, надеюсь, у вас есть план, — пробормотал в конце концов Скай.

— А то. Планирую переложить всё на тебя, — фыркнув, ответила Небула.

Скай успел только открыть рот для ответа, как они миновали перевал и их глазам предстала Найтмер Мун. Она стояла в лунном свете, словно ониксовая скульптура — холодная и прекрасная. Её грива зловеще колыхалась и струилась возле головы, а шлем мягко мерцал отражённым лунным светом.

Скай честно попытался разглядеть принцессу Луну в этой кобыле, мысленно накладывая картины с витражей из кабинета Небулы на существо, стоящее на горе. Но, конечно, изображения из цветного стекла были слишком стилизованы, а вырезали их спустя века после смерти последнего пони, что вживую видел Луну. Как жеребец ни старался, он не мог совместить принцессу из легенд и преданий весперквинов с существом, которое холодно взирало на них с Небулой.

Его копыта клацнули по камню, и ноги приняли на себя вес, давая кожистым крыльям отдохнуть. Приземлившись рядом, Небула склонилась перед Найтмер Мун, и гвардеец тут же последовал её примеру.

Когда он поднялся, Найтмер удовлетворённо протянула:

— Вы, должно быть, находите моё общество очень приятным, коль так спешите вернуться.

Скай с опаской посмотрел на неё. Был ли это язвительный упрёк из-за того, что они вернулись столь быстро? Или она просто издевается над ними за то, что они вообще осмелились вернуться?

Небула заговорила как ни в чём не бывало:

— Принцесса, — принялась докладывать она, — случился обвал, но никто из пони не пострадал.

Взгляд Найтмер Мун оставался совершенно безучастным. Она просто расправила крылья и оттолкнулась от камня, взлетая ввысь с бешеной скоростью. Скай зарычал, когда Небула рванула следом, и тоже поднялся в воздух, про себя интересуясь, сколько же ещё полётов ждёт его этой ночью.

— Да, — ответила Найтмер. — Я знаю. Обычной физике не хватает силы, которую дарует злоба. Мне стоило убедиться, что за жестокостью стоит разум, прежде чем действовать. Неважно, я нашла подходящего зверя, который справится лучше.

Небула поморщилась:

— Принцесса Луна, пожалуйста, нет нужды калечить этих пони.

— Нужды? Ну конечно её нет. Мне просто это нравится, — рот аликорна растянулся в презрительной усмешке.

Боль мелькнула на лице Небулы, и её губы сжались, в отчаянии. Деревья были уже далеко внизу, но она всё ещё перебирала в воздухе копытами, демонстрируя своё волнение. Найтмер Мун это заметила и задумчиво присмотрелась к капитану.

— Ты говоришь о своей преданности, — мягко начала она, — но ты не принимаешь меня. Вы тысячу лет выдумывали себе фантазии, исходя из того, кем я была, но ни разу не задумались о том, что были созданы той, кто я есть сейчас.

Найтмер замолчала, а потом пожала плечами:

— Впрочем, неважно. Ваше послушание — единственное, что мне нужно, и у меня оно уже есть.

Небула прикусила губу, по инерции подлетев к плечу Найтмер.

— Это правда, — сказала она, — что в вас мы видим свои надежды. Что мы вспоминаем все бережно хранимые истории и хотим, чтобы пони из них стояла перед нами. Но вы точно так же обманываете себя. Думаете, что избавились от Луны, когда вы сами — не более чем воплощение её ярости и горя.

Крылья Найтмер Мун напряглись, а её глаза полыхнули холодным огнём:

— Ты смеешь…

— Неважно, как вы называете себя, — продолжала Небула. — Принцесса Луна, вот вы кто.

Скай чувствовал, как Найтмер Мун захлёстывает гнев. Её челюсти были сжаты, словно тиски. Жеребец взлетел повыше, пытаясь поймать взгляд Небулы и предостеречь её, но до того, как он это сделал, голос Найтмер прогремел в воздухе.

Он был наполнен мощью и силой, что эхом прокатилась по костям гвардейца, будто звон огромного колокола.

— Падай, — презрительно бросила Найтмер Мун.

На мгновение Скай затрепетал в воздухе, пока сила приказа Найтмер прокатывалась по его телу. Однако не он был целью.

Крылья Небулы прижались к бокам, и тут же её ноги беспомощно замолотили по воздуху. Она камнем рухнула к деревьям в объятиях безразличной ко всему гравитации.

Кобыла не издала ни звука. Скай понимал, что эта деталь будет преследовать его очень долго — что она падала молча.

Он сложил крылья, чтобы ринуться за ней, но Найтмер бросила резкое: «Жди», и жеребец обнаружил, что собственное тело снова предало его. Он беспомощно парил возле аликорна и мог лишь в ужасе наблюдать за падением Небулы.

— Прошу, не надо, — проскулил он.

Найтмер Мун удостоила его слова лишь лёгким движением уха. Она пристально смотрела, как Небула падает всё ближе к переплетённым ветвям.

И, несмотря ни на что, она всё ещё падала молча.

Прошли считанные секунды. Скай знал это, и всё же время тянулось мучительно долго. Всеми фибрами души жеребец желал рвануть на помощь капитану, но не мог сдвинуться с места. Прошло ещё немного времени. Ская поглотило отчаяние, он понял, что уже не успеет спасти Небулу, даже если Найтмер Мун отпустит его.

Недавно капитан сказала ему не называть аликорна Найтмер Мун, но как ещё он мог её звать после подобного?

Небула продолжала с пугающей скоростью приближаться к лесному покрову.

И тут ночное небо пронзил голос Найтмер Мун:

— Довольно!

Краткий миг ничего не менялось, затем Небула расправила крылья. Падение перешло в резкое планирование, выйти из которого мешала набранная капитаном скорость. На полном ходу Небула врезалась в лес, ломая ветки и срывая листву.

Однако спустя секунду Небула невредимой вынырнула из океана зелени. По дуге она полетела наверх к ним. Только тогда Скай понял, что Найтмер Мун больше его не держит, и он снова может свободно двигаться.

Жеребец тут же понёсся к Небуле со скоростью кандидата в Вандерболты. На теле капитана тут и там виднелись царапины, а на щеке был неглубокий порез. Из гривы торчали листья и обломки веток.

— Как вы? — невольно выкрикнул Скай.

Улыбка Небулы была полна раскаяния.

— Думаю, я должна извиниться, что не поверила тебе про её голос, — после недолгой заминки она добавила: — Потрёпана, но в порядке, рядовой.

Скай посмотрел в сторону Найтмер Мун:

— Что будем делать дальше?

— То же, что делали до сих пор, Скай.

У жеребца отвисла челюсть. Лишь усилием воли страж подавил раздражение в голосе:

— Не похоже, что это приносит плоды.

— Не будь так уверен, — безмятежно сказала Небула.

— Она едва вас не убила!

— Но не убила же.

Жеребец стиснул зубы. Минуту назад она могла погибнуть, и Скай был до смерти напуган. Сейчас же он сам готов был её удавить.

— Что с вам произошло?

Небула посмотрела на него, вопросительно наклонив голову:

— Ничего такого, чего бы ты сам не видел.

Она многозначительно посмотрела на еле заметный прогал, оставленный на поверхности лесного покрова.

Однако Скай не собирался так просто сдаваться:

— Нет, не верю. Мой капитан бы этого не стерпела! — После этих слов он понизил голос и указал на Найтмер Мун: — Где ваша ярость, почему вы не отчитываете её? Не, понятно, что она вас просто убьёт, вот почему. Вопросов нет.

Тут жеребец умолк, поняв, что переходит на бормотание, и сделал вдох, чтобы успокоиться.

— Вы никому не позволяете помыкать вами, а перед ней стелитесь с самого начала!

— Она наша принцесса, — холодно посмотрела на Ская Небула. — Что делает её моим командиром. И твоим тоже.

— Видел я, как вы справились с Дневной гвардией. Они уже готовы были выкинуть своего командира, но вы сделали это за них. Видел я, что вы и перед Селестией не особо-то стелитесь. Так что не надо вешать мне лапшу на уши.

Небула было напряглась, но затем внимательно посмотрела на жеребца.

— Руганью тут делу не поможешь, — сказала она. — Уверена, что даже такой недалёкий пони, как ты, это понимает.

— Ну, спасибо. Смотрю, вы ещё только разогреваетесь, — ответил Скай, затем на мгновение прижал уши к голове. — То есть, вы всё ещё хотите стать её другом? Просто обычно пони не позволяют друзьям чуть не разбиваться в лепёшку о землю.

— Но я и не разбилась в лепёшку, — пожала плечами кобыла. — Слушай, ей нужно, чтобы пони поверили в неё. Поняли, что она не только тьма и ненависть. И тогда она сама это поймёт. Я решила помочь ей. И готова рискнуть своей жизнью ради этого.

Скай ошарашено посмотрел на неё.

— Не думаю, что я на это способен, — сказал он наконец.

Жеребец был почти уверен, что сейчас прозвучит холодный приказ, однако вместо этого Небула мягко улыбнулась:

— Просто будь для неё другом, Скай.

Быть для неё другом. Будто ей есть дело до его дружбы.

Они подлетели к ожидающей их Найтмер Мун. Аликорн развернулась и направилась глубже в чащу Вечнодикого леса, а стражи молча последовали за ней. Под ними проносилась густая тёмная листва, надёжно скрывающая таящиеся под ней секреты. Где-то там шесть смелых, но глупых пони тщетно пытались достичь своей цели.

Спустя некоторое время Скай заметил, что Найтмер бросает озадаченные взгляды в сторону Небулы. В конец концов аликорн повернула голову и с необычной нерешительностью спросила:

— Как Селестия мирится с вашей жаждой крови?

Скай с Небулой озадаченно переглянулись, после чего жеребец предпринял попытку ответить на вопрос:

— Мы… не думаю, что мы более жестоки, чем любые другие пони.

— Не в этом дело, — раздражённо фыркнула Найтмер. — Моё заклятье нельзя снять частично. Так и как же моя мягкосердечная сестра позволяет вам устраивать кровавые пиры? Она скармливает вам преступников? Сложно представить подобное.

После небольшой заминки аликорн лукаво улыбнулась:

— А может, есть те, кто добровольно подставляют вам шеи? Порочные существа, предлагающие себя в качестве пищи, когда ваша жажда крови становится невыносимой?

У Ская челюсть отвисла. За кого она их принимает?

— Я не… я не уверен, что понял суть вопроса… — озадаченно пробормотал жеребец.

Небула тут же пришла ему на помощь:

— Боюсь, что невыносима только жажда земляники и апельсинов, принцесса.

Со Скаем тоже такое случалось, и он согласно кивнул головой:

— Да, иногда страсть как хочется тарелку черники.

Найтмер Мун остановилась в воздухе и, развернувшись, подозрительно посмотрела на них.

— Я не позволю над собой смеяться, — резко сказала она. — Создавая вас, я использовала клеточную структуру летучих мышей-вампиров. Не смейте утверждать, что у вас нет потребностей в чужой крови.

Скай перевел взгляд с Небулы на Найтмер и обратно. От слов аликорна его бросило в дрожь.

— Мы не пьём кровь… — тонким голосом сказал весперквин.

— Хочешь сказать, что я лгу, малыш?

— Нет, конечно же, принцесса Луна, — вмешалась Небула. — Но возможно же, что вам… ну… попался другой вид летучих мышей?

Найтмер Мун смерила капитана долгим ледяным взглядом. Небула стойко его выдержала.

— Сейчас мы не пьём кровь. А когда были вами созданы, пили?

Аликорн хмыкнула и продолжила полёт.

— Ваше племя старалось укрыться от меня или молило вернуть им «прежний» вид. Я как-то не удосужилась внимательно изучить их гастрономические пристрастия. Надо было разбираться с вечно ноющей Селестией и устраивать показательные расправы шайкам, что тщетно пытались сколотить сопротивление.

Скай постарался не думать о том, что могли представлять из себя эти «показательные расправы».

Небула поближе подлетела к Найтмер Мун.

— Тогда мы не были друзьями, в которых вы нуждались. Потребовалось много времени, чтобы осознать нашу роль в… произошедшем. И мы сожалеем об этом.

— К чему ты клонишь? — сердито спросила аликорн. — Думаешь, будь у меня в Страже подхалимы, я бы не решила занять положенное мне по праву место? Не будь столь наивной.

Небулу явно задели слова Найтмер.

— И вообще, откуда у вас знания о тех временах? Ваши пыльные летописи? Истории от моей Сестры?

— От неё тоже, — ответила Небула.

— Ха! Удобная ей ложь, не иначе.

— Нет, принцесса. Она не снимает с себя вины за случившееся. И ни в коем случае не принижает своей роли.

Найтмер ударила своим бесплотным хвостом.

— О, дорогая принцесса, — язвительно сказала аликорн. — Такая благородная. Такая добрая! Видишь, как она берёт вину других на себя? Как же могут пони не любить её самопожертвование, хотя нет, будем честны, её корысть?

Небула медленно покачала головой:

— Вы ошибаетесь. Селестия правда по вам скучает. Она правда хочет видеть вас подле себя.

Брови Найтмер резко взлетели вверх:

— А, так тебе тоже промыли мозги, как я погляжу. Стоило этого ожидать. У неё ведь была тысяча лет для подобного. Что же, позволь мне развеять твои иллюзии.

Аликорн снизила скорость и повернулась к гвардейцам лицом.

— Может быть, моя сестра и сумела скрыть свою злобу, но я прекрасно её знаю, — ответила она. — Уж не думаешь ли ты, что я ничего не осознавала на протяжении тысячи лет? Была заточена в бесконечном сне? О нет. Я ощущала каждый миг моего ужасного заключения.

Найтмер Мун сощурила глаза.

— Восемьдесят семь лет, — прошипела она. — Злоба моей сестры была столь сильна, что она отказывалась поднимать мою луну на протяжении восьмидесяти семи лет. Были пони, которые прожили всю свою жизнь ни разу не лицезрев величие моего светила. Селестия украла у них мою ночь!

Небула поймала её взгляд и спокойно заговорила:

— Значит, вы за всем наблюдали... но есть вещи, о которых вы не знаете.

Найтмер, словно змея, вытянула шею, почти касаясь Небулы нос к носу.

— Я вижу. Многие годы она морочила вам головы и в итоге перетянула вас на свою сторону.

— Нет, принцесса. Я говорила, мы ведём собственные записи, — она опустилась чуть ниже Найтмер. — Вам не интересно, почему мы до сих пор существуем? Первое поколение было не восторге от вашего Благословения. И как вы понимаете, они бы с радостью вернули себе прежний вид.

— И Селестия отказала, — ответила Найтмер Мун. — Как я и говорила, злоба осталась в ней.

Но Небула лишь с грустью покачала головой:

— Вы и правда так думаете?

Найтмер хранила молчание. Скай взглянул на них, дрожа и едва дыша. Совсем недавно Найтмер чуть не убила Небулу, а сейчас капитан по-прежнему пыталась давить на аликорна. Делала ли она это, потому что Скай сорвался на неё раньше?

— Первое поколение провело жизнь, наполненную горечью и страданием. Хотя, спустя какое-то время они поверили, что тоже несут какую-то часть вины за ваше падение. Они...

— Я не пала, — перебила её Найтмер Мун, — наоборот, я достигла своего истинного величия.

Небула задумалась и лишь уклончиво кивнула.

— Однако они со стыдом вспоминали о своем служении. Ещё будучи пегасами, многие из них считали службу в Ночной Гвардии наказанием. Многие старались придерживаться строго формального общения даже в те тёмные ночные часы, когда казалось, вам более всего нужен был собеседник. Столь многие отвернулись, когда гнев и страдания поглотили вас.

Найтмер Мун фыркнула:

— С чего бы это мне волноваться об их чувствах?

— Второе же поколение оказалось меж двух миров, — продолжила Небула. — Родители смотрели на них и видели самих себя —  ужасно изуродованных пегасов. Но дети не знали ничего о том, каково быть пегасами, и при этом не было и никакой культуры ночи, в которой они могли бы найти своё место такими, какие они есть. И лишь третье поколение воистину полюбило вашу ночь.

Найтмер задумалась:

— И Селестия бросила всё это на произвол судьбы? Должно быть, она по-настоящему возненавидела ваш род.

— Ох, Селестия... — Небула вздохнула. — Конечно, она не бросила бы это на произвол судьбы. То первое поколение с радостью позволило бы ей повернуть вспять всё, что вы сотворили, и тогда нас бы здесь не было, дабы поздравить вас с возвращением. Но Селестия... она была не в состоянии помочь нам. Помощь требовалась ей самой.

Найтмер Мун навострила уши.

— С этого места подробнее, — вкрадчиво сказала она.

Небула сделала глубокий вдох.

— Вы с Селестией вместе контролировали Элементы Гармонии.

— Я помню, — сухо ответила Найтмер.

Небула кивнула:

— В ту пору самые мудрые и искусные маги были уверены, что обычный пони неспособен контролировать более одного Элемента. Вы с сестрой, конечно, далеко не обычные пони, но даже вы могли контролировать только по три Элемента.

— Их всех и отобрала у меня  Селестия, — нахмурилась Найтмер.

— Именно, — серьёзно кивнула Небула. — Она нарушила Гармонию. Она принудила их. Она обернула их против другого Носителя, против их собственной природы.

Небула тяжело вздохнула:

— Естественно, Селестия заплатила за это.

Глаза Найтмер Мун расширились, когда она поняла, о чём говорит Небула.

— Мне нравится эта история, — злобно сказала она.

— Мощь всех шести Элементов, протекающая через неё, причиняла ей невероятные страдания. И когда она подчинила их своей воле, их сила обернулась против неё. Обычная пони погибла бы на месте. Селестия же ужасно пострадала.

— Продолжай.

— Их мощь изувечила её тело. Кровь сочилась из каждой поры. Спустя несколько часов после вашего изгнания она уже вся была алой, словно поле брани, а мышцы содрогались в агонии. На протяжении многих дней Селестия была без сознания, хоть и кричала время от времени. Было ли это от физической боли или её терзали воспоминания о произошедшем между вами — никто не ведал.

— Исцелить эти травмы оказалось не под силу ни одному из её лекарей. Хоть кровотечение и быстро замедлилось, но раны полностью не заживали. Следы сочащейся крови окрасили её алебастровую шерсть в розовый. Не на недели или месяцы, принцесса, а на целые десятилетия.

Взгляд Найтмер застыл на Небуле, а её уши жадно внимали каждому слову. Улыбка медленно расползалась по лицу аликорна, обнажая блестящие в лунном свете зубы.

Небула продолжила серьёзным голосом:

— Но телесные раны были мелочью по сравнению с душевными. Может быть, из-за борьбы с Элементами, или же из-за осознания того, что она сотворила с вами. В общем, в тот день её разум пошатнулся. Она была... почти как жеребёнок. Озадаченная и удивлённая всем. Группа единорогов была вынуждена помогать ей поднимать и опускать солнце. Конечно, они даже и не думали про луну.

Улыбка Найтмер Мун увяла:

— Ты хочешь сказать, луной пренебрегли из-за тупых единорогов?

— Давным-давно умерших единорогов, принцесса Луна, — предостерегла Небула.

Найтмер наградила её холодным пронзительным взглядом:

— А Селестия была безмозглым идиотом.

Небула покачала головой:

— Не то чтобы она лишилась разума, нет. У неё оставался разум, но он был... покалечен. Иногда она была просто несерьёзной — могла сказать что-нибудь наподобие «летать так здорово!» или «какие у меня прелестные крылышки». В другой раз она объявляла «давайте полетим к замку», и тогда её было невозможно отговорить от полёта к Замку Королевских Сестер. Стражи следовали за ней и находили её, смотрящую на руины с лицом, полным смятения и непонимания. И только потом она соглашалась быть ведомой обратно в Кантерлот.

— Половина этих разрушений были на её собственной совести, — презрительно усмехнулась Найтмер.

Небула продолжила, пытаясь добиться полного внимания аликорна:

— Она могла подойти к незнакомым пони, новым при дворе, и сказать им «Я принцесса, а ты тоже принцесса?»

— Она совсем выжила из ума? — Найтмер засмеялась.

— Вы до сих пор не понимаете? — слёзы на глазах Небулы сверкнули в лунном свете.

Найтмер вскинула голову и нахмурилась:

— Не понимаю чего? О чём ты вообще лопочешь?

— Тогда не было других принцесс в Эквестрии, — отчаянно выпалила Небула дрожащим голосом. — Были только вы. Она искала вас. Даже когда её разум был разодран на кусочки, она хотела видеть вас.

Найтмер надолго задержала взгляд на Небуле. Затем, без единого слова, она хлопнула крыльями и взлетела ещё выше в небо над лесом. Испуганный неожиданностью её манёвра, Скай бросил взгляд на Небулу, а затем последовал за аликорном.

Найтмер летела тихо, разрезая воздух мощным взмахами. Скаю пришлось постараться, чтобы поспевать за ней, но спустя некоторое время она замедлилась до прежней скорости. Жеребец оглянулся и увидел летящую позади них Небулу, погружённую в свои собственные мысли. Когда он вновь посмотрел вперёд и увидел Найтмер, Скаю на миг показалось, что собственные глаза его обманывают. Большинство пони не могли различать ночные цвета даже под ярким лунным светом. Но глаза весперквинов были гораздо чувствительнее; Скаю показалось, что на мгновение тёмно-синее пятно вокруг кьютимарки Найтмер Мун и её черная, как смоль, масть поменялись местами.

Он уже был готов принять это за обман зрения, подтверждение того, насколько он устал за эту долгую ночь. Но затем это произошло вновь — цвета на мгновение изменились.

Сквозь шум ветра Скай услышал робкий, еле различимый шепот Найтмер Мун:

— Это ведь я говорила ей, какие прелестные у неё крылышки...

Он навострил уши в попытке услышать больше, но даже если она и сказала ещё хоть одно слово, оно сгинуло в ночи. Окрас аликорна так больше и не демонстрировал никаких признаков изменения.

## Бой в ночи

Спустя некоторое время их догнал маленький клубок гривы Найтмер Мун. Аликорн поморщилась от полученных вестей и приостановила полёт, зависнув в воздухе.

— Мантикора потерпела неудачу. Эти мятежники начинают надоедать.

— Вы послали против них мантикору? — ахнул Скай.

— Ей не удалось убить ни одного из них. Даже покусать. Какими же жалкими существами стали нынешние мантикоры.

Небула вмешалась:

— Зачем это? Принцесса Луна, вам не нужно опускаться до чего-то столь грубого, как убийство. Можно решить всё без кровопролития.

Найтмер Мун одарила её суровым взглядом.

— Опять ты твердишь это имя. Сколь много терпения у меня осталось, как ты думаешь?

— Гораздо больше, чем вы хотите показать.

— Понравилось то падение? — спросила Найтмер противно слащавым тоном. — Хочешь повторить?

— Вы меня не убили. Вы никого не убили. Вы не хотите никого убивать.

— А ты продолжаешь искушать меня, — прорычала Найтмер в лицо Небулы.

Эта неожиданная вспышка гнева послала ледяную волну паники по жилам Ская. Ему нужно было как-то отвлечь этих двоих, прежде чем Небула доведёт Найтмер до черты. Жеребец громко хлопнул крыльями, притворившись, что угодил в зону турбулентности.

Его спутницы приостановились и посмотрели в его сторону. Скай уставился на Небулу, безмолвно умоляя её прекратить перечить Найтмер Мун. Но капитан лишь нахмурила брови, оценивая его лётную ошибку.

Найтмер Мун же оказалось гораздо проницательнее. Она повернула свою скрытую шлемом голову прямо к нему и проурчала:

— Мой дорогой Скай Даймонд, считаешь ли ты, что мне не хочется убивать?

Жеребец уставился на неё, разинув рот. Он не мог ответить так, как того хотела бы Небула, с твёрдой уверенностью. Но и отмолчаться он не мог, дабы не позволить сделать Найтмер собственные выводы. Страж уже понял, что и о себе, и о других аликорн всегда судила в худшем свете. Он не знал, как бы получше ответить, и начал что-то бормотать, лишь бы заполнить тишину, и слова вырвались у него сами собой.

— Я уверен, что вы способны и на худшее... Я имею в виду, что убийство покажется милосердием, по сравнению с тем, что вы можете сделать, но... это не...

Найтмер долго и пристально смотрела на него. Затем улыбнулась.

— Ох, мой умный Скай Даймонд. Да, думаю, что ты мыслишь в правильном направлении.

На мгновение она поджала губы, затем расправила крылья и полетела в противоположную сторону, как раз откуда прилетели весперквины.

— Принцесса? — спросила Небула.

Найтмер жадно ухмыльнулась.

— О да. Да, да, да. Эти шестеро всё же не умрут. Их ждёт нечто похуже смерти.

— Что вы планируете? — Скай с ужасом думал о том, что именно он направил мысли аликорна в это русло.

— Есть вещи не из этого мира, Скай Даймонд, — объяснила она. — Существа, которые не могут найти опоры в этом мире, и счастье для всех вас, что это так. Демоны, тени, духи, твари, которым ещё предстоит получить имя. Бывает, что им удаётся проложить свой путь в мир снов и преследовать пони в них, но даже там они не могут больше, чем просто попробовать на вкус свою добычу. Но существуют заклинания, способные удержать их в этом мире, где они будут способны пожрать разум пони, оставив после себя пустые сломанные оболочки, запертые в тюрьме бесконечного ужаса.

Скай задрожал и молча проклял сам себя. Уж лучше бы он держал свой язык за зубами.

— Принцесса, — быстро спросила Небула, — Разумно ли вызывать такое?

Страж кивнул, соглашаясь с командиром в попытке отговорить Найтмер. Но аликорн лишь мило улыбнулась ей и ответила:

— Я запечатаю кошмары в этих деревьях. Это место станет рощей ужаса, но лишь те, кто осмелятся сюда войти, будут в опасности.

Лицо Небулы скривилось, но Найтмер уже полетела дальше, осматривая землю.

— Всё так изменилось, но ландшафт всё тот же, — тихо бормотала аликорн себе под нос.

Спустя немного времени она наконец удовлетворённо хмыкнула и спустилась на землю.

Скай с Небулой последовали её примеру и приземлились в болотистой низине. Древние деревья взирали на них словно часовые. Их массивные, поросшие мхом ветви видели уже не первое столетие. Под ногами пони неряшливо теснились папоротники. Воздух был гнетуще промозглым. Тяжёлая атмосфера поглотила шелест крыльев весперквинов.

Найтмер окинула окрестности одобрительным взглядом.

— Эти мятежники определённо пройдут здесь, — с улыбкой кивнула сама себе аликорн. — Тут и устроим ловушку.

Найтмер повернулась к стражам.

— Заклятье потребует много сил и времени. Если вы действительно моя Ночная гвардия, то проследите, чтобы никто меня не потревожил.

— Так точно, принцесса Луна, — низко поклонилась Небула и, распрямив крылья, начала подниматься в воздух. Скай лишь тупо смотрел ей вслед, но потом капитан кинула на него грозный взгляд и сказала: — Чего встал, опарыш? А ну за мной, в увольнительную тебя никто не отпускал.

И жеребец последовал за ней, пробираясь сквозь лабиринты веток, пока они не оказались над лесной кроной. Скай видел, как там, внизу, Найтмер выводила магические фигуры на земле.

— Мы что, так это оставим? — спросил жеребец, ошарашено смотря на капитана.

Небула прикусила губу, затем упрямо сказала:

— Она наша принцесса.

Однако Скай почувствовал, что даже она уже не находит это оправданием. Капитан посмотрела в небо и тихо добавила:

— Да, я волнуюсь. Но я не предам её, как наши предшественники. Я буду её другом.

— Порой быть другом, это сказать, что ты не прав, — заметил Скай. — Или вы считаете, достаточно просто называть её принцессой Луной, пока она не выйдет из себя?

— Она и есть принцесса Луна. И она знает это, просто ей надо вспомнить самой.

— Это лишь ваши домыслы, — фыркнул страж. — Из-за вас нас обоих убьют.

Небула посмотрела на него с холодным спокойствием.

— Рядовой Скай Даймонд, желаете ли вы покинуть ряды Ночной гвардии?

Жеребец оцепенел. Ему предложили спасительный билет из этого безумия.

Или возможность бросить капитана, не терзаясь муками совести.

Её взгляд хранил спокойствие и серьезность. Это предложение не было шуткой, или попыткой пристыдить его.

— Просто не похоже, что я достаточно компетентен для того, чтобы иметь дело, — Скай махнул копытом, — со всем этим.

— Пока я твой командир, мне решать, на что ты способен, а на что нет, — резко ответила капитан и добавила куда мягче: — Скай Даймонд, ты, конечно, не образцовый гвардеец, но и недооценивать себя не стоит.

Жеребец сглотнул, во рту резко пересохло. Не Селестия весть какой комплимент, но от Небулы он прозвучал как высшая похвала.

Страж воспользовался моментом, чтобы оценить своё положение. Итак, его принцесса была порождением зла. Его капитан охвачена безумием. Шестёрка дневных пони пыталась остановить их, да и Вандерболты рыскали неподалёку.

Оставалось сделать лишь один, самый разумный в этой ситуации выбор.

— Мэм, — сказал он, — я ночной страж. Так просто вам от меня не отделаться.

Небула кивнула в ответ, так же быстро, как и всё, что она делала, но в то же время он почувствовал, как её покинуло напряжение.

— Отлично, рядовой, — сказала она, — А теперь за работу.

Стражи начали патрулировать по широкому кругу, центром которого была Найтмер Мун, постепенно привыкая к окружающей местности. В течение двадцати минут всё было спокойно. Время от времени они видели тусклые вспышки багрового света, пока аликорн творила свои заклинания. Похоже, её действия прогнали всю живность в округе, однако, когда Скай осматривал горизонт и деревья под ним в поисках летунов, он увидел пегаса вдали.

Небула молнией метнулась к стражу:

— Отлично, ты тоже его видишь. Похоже, у нас гости.

Скай пригляделся:

— Соарин? Кажется, это Соарин...

Пегас летел примерно в их направлении, внимательно осматривая небо и лес под собой, и вроде ещё не заметил стражей.

— Что он тут забыл? — прошептал Скай.

Небула тихо фыркнула.

— Нас ищет, я полагаю. Немного удачи, и он пролетит мимо. Скорее всего, он уже привык к темноте, но его глаза всё же не так хороши, как наши.

И в этот же момент мягкая вспышка света пробилась сквозь лесные кроны, на том месте, где находилась Найтмер Мун. Конечно, Соарин сейчас видел хуже весперквинов, но он был не настолько слеп, чтобы пропустить подобное, и  направился к ней по дуге.

Небула выругалась и немедленно полетела на перехват. Скай последовал за ней, заняв позицию справа. Они пронеслись перед пегасом и зависли, загородив путь к Найтмер Мун. Соарин, увидев их в лунном свете, остановился. Его глаза расширились.

— Капитан Небула? — удивлённо спросил он.

Кобыла кивнула.

— Лейтенант.

Взгляд пегаса метался между стражами, а передние ноги слегка подрагивали.

— Мы получили множество сообщений из Понивилля об аликорне-отступнице, которая взяла на себя ответственность за исчезновение принцессы Селестии и называет себя "Найтмер Мун". Так же она заявила, что эта ночь будет вечной.

Взгляд Соарина метнулся к Скаю, как бы ища поддержки, пока Небула сохраняла каменное выражение лица.

— Ещё из Кантерлота поступали сообщения о, э-э-эм… — Вандерболт тяжело вздохнул и продолжил: — О том, что весперквины подчиняются приказам этой "Найтмер Мун".

Небула одарила Соарина прохладным, безразличным взглядом. Скай ощутил приступ тошноты, но не удивился, когда услышал ответ Небулы.

— Лейтенант, её имя Луна. Она принцесса, равная Селестии, и на данный момент представляет собой власть в Эквестрии.

И без того бледные черты лица Соарина стали прямо-таки призрачными. Он с дрожью перевёл взгляд на Ская.

— И ты тоже? За то, чтобы солнце никогда больше не взошло?

Страж открыл рот, чтобы ответить, но что он мог сказать? Он, как весперквин, особой любви к дневному свету не испытывал. Но тем не менее день был полезен. Кто бы мог отрицать это? Спаржа для салата, который он съел на ужин, была выращена под лучами солнца, да и пони Эквестрии активнее всего были при свете дня.

Скай вспомнил слова Небулы, обращённые к Шайнинг Армору:

— Эта ночь не будет вечной, — повторил он их.

Глаза Соарина округлились.

— Откуда такая уверенность? — прошептал он.

— Потому что, — голос Небулы был твёрд, как скала посреди бури, — мы верим в нашу принцессу.

Скай поморщился от такого заявления. Его собственная вера была не так крепка. Но тон Небулы не допускал никаких пререканий. При любых других обстоятельствах страж был бы уверен, что капитан блефует ради того, чтобы успокоить пегаса, но Скай знал, что Небула говорит без какого-либо лукавства, основываясь на вере, которую жеребец не мог ни понять, ни разделить.

Вандерболт разинул рот от удивления, растёкшегося по лицу, словно жук, размазанный по лётным очкам.

— Простите, — сказал он, — но ваших слов недостаточно.

Ещё одна вспышка болезненного красного света от чар Найтмер Мун замерцала в лесу под ними, как бы подчёркивая скепсис Соарина. Он мотнул головой в сторону света.

— Она ведь там, да? Ваша... принцесса. Если она достойна вашей веры, будет лучше если она не будет сопротивляться. Вы же понимаете, для неё лучше будет сотрудничать с нами, иначе придётся силком тащить её в Кантерлот для суда.

Скай чуть не поперхнулся.

— Проще сказать, чем сделать, — пробормотал он.

Соарин не отреагировал. Он пристально смотрел на Небулу, а затем произнёс:

— Я прошу вас исполнить свой долг перед Эквестрией и помочь взять под стражу этого аликорна. Если же вы не можете помочь, тогда по крайней мере сдайтесь на нашу милость.

Небула вздохнула.

— Боюсь, лейтенант, мои приказы этого не допускают.

Соарин закрыл глаза и глубоко вздохнул, затем открыл их и, покачав головой, произнес:

— Очень жаль.

С этими словами он взмыл вверх и заложил резкий вираж. Скай, открыв рот, проследил взглядом за странной траекторией.

— Это сигнал, — сердито заметила Небула. — Сейчас и другие подтянутся.

По телу жеребца прошла волна дрожи. Неужели это действительно происходит? Небула пискнула, и Скай машинально последовал её примеру. Эхо принесло плохие вести: что-то приближалось к ним, и очень быстро.

— Луна! — на выдохе произнёс Скай, резко бросаясь в сторону. Мимо, на расстоянии взмаха крыла, промчались два пегаса. Они скрывались в сиянии луны, подстраивая свою тактику с атаками со стороны солнца, чтобы застать врасплох весперквинов с их чувствительностью к лунному свету. Полагайся они с Небулой только на зрение, бой мог бы закончится, едва начавшись. Поток ветра от вандерболтов толкнул стража, и он взглядом проводил пегасов, когда они выровнялись, держась над лесом.

Адреналин стремительно разбежался по мышцам стража, и голос задрожал, когда он выдохнул:

— Что за...

— Ты в бою, солдат. Вспомни тренировки! — гаркнула Небула и полетела за пегасами.

Его тренировки! Это прозвучало, как какая-то шутка. Да, у них постоянно проходили учения, и в тренировочных боях он неплохо себя показывал. Но то всё было не взаправду, и сейчас, оказавшись в реальном бою, Скай ощущал себя полностью не готовым.

Тем не менее он не мог стоять столбом. Взяв курс на Небулу, Скай присоединился к преследованию, хотя уже точно мог сказать, что нагнать таких летунов, как вандерболты, им не удастся. Страж начал перебирать в голове действия на случай таких ситуаций.

Так он чуть не упустил едва заметное движение на периферии поля зрения. Два пегаса напали на них, поэтому, естественно, Скай сейчас сосредоточил всё своё внимание на них, но ведь вандерболты действовали отрядами по трое. И с этим самым третьим он буквально только что разговаривал.

Ругнувшись, жеребец бросился в сторону. Всегда обращай внимание на то, что вокруг тебя! Но времени увернуться от атаки полностью у него не было, и несмотря на то, что удар получился скользящим, копыто пегаса попало по рёбрам, выбивая воздух из лёгких и сбивая с курса.

Соарин, широко расправив крылья, резко затормозил и перевернулся в воздухе, чтобы продолжить атаку. Скай потряс головой, пытаясь сосредоточится, и сердито зарычал. Он не собирается сдаваться, даже не начав сражаться!

Затем пегас набросился на него, паря грудь к груди и нанося целый шквал ударов копытами. Скай дёрнулся назад, блокируя и парируя удары, мышечная память от долгих часов тренировок сыграла хорошую службу. Пегас в бою был страшен, был жутким шквалом ударов, со всеми четырьмя ногами, готовыми пинать и бить. Но и весперквин был обучен тому же, и, совершив рывок, схватил Соарина за ногу, чтобы остановить атаку.

Мгновения они висели в воздухе, обмениваясь друг с другом ударами копыт, за которыми Скай с трудом поспевал. Жеребец снова дёрнулся назад, ища возможность передохнуть, но Соарин снова насел на него, продолжая атаковать. Большего добиться для отражения атак Скай не мог.

Пот катился по лбу. Хотя весперквину и удавалось парировать атаки Соарина, но страж был на пределе. Пегас был неутомим и не оставлял времени для контратак. Рано или поздно Скай совершит ошибку и Соарин нанесёт сокрушительный удар. А затем последуют всё больше и больше ошибок. Весперквина охватило желание поджать хвост и сбежать.

“Идиот! — представил страж себе голос Небулы, хлещущий словно кнут. — Как ты собираешься обогнать пегаса?”

Бегство тут не поможет. Но и у весперквинов были свои преимущества, а он, по глупости, позволил Соарину завладеть инициативой.

Скай поджал крылья, резко метнувшись вокруг пегаса. Неожиданный манёвр застал того врасплох, и стражу удалось зайти сзади, прежде чем противник успел среагировать. Скай планировал нанести удар в спину и почувствовал, как копыто коснулось чего-то твёрдого. Соарин охнул, но прежде чем страж смог завершить атаку, пегас рванул вперёд и исчез.

Скай воспользовался моментом, чтобы осмотреться. Небула и два других пегаса скользили над верхушками деревьев в сложном танце боя. Капитан нырнула в листву, меняя направление полёта и сбивая с толку своих преследователей, вырываясь обратно на открытый воздух, чтобы атаковать с неожиданного пегасами направления.

Вот и всё, что успел выхватить в момент передышки страж. Соарин на большой скорости заходил на новую атаку. Но хотя бы на этот раз Скай был готов. В последнюю секунду он отскочил в сторону, надеясь нанести удар по пролетающему вандерболту. Но пегас был быстр, пожалуй, пугающе быстр, и вместо удара Скай обнаружил, что потоком воздуха от пролетевшего пегаса его хвост закинуло на холку.

Какое то время его крутило в воздухе и лес со звёздами мелькали перед глазами. Шлем упал с головы куда-то вниз. Изо всех сил весперквин пытался выровнять полёт, отчаянно пища, пытаясь обнаружить Соарина. К тому времени как Скай смог стабилизировать полёт, пегас пролетел бóльшую часть круга, начиная новый заход.

Соарин стремительно атаковал, но Скаю снова удалось увернуться, на этот раз с большей уверенностью. Однако задеть пегаса стражу не удалось — тот был просто слишком быстр.

Нехорошо. Возможно, со временем ему и удастся измотать Соарина, но рассчитывать только на удачу сейчас было слишком рискованно. И что ещё хуже, как только пегас поймёт, что стража ему не поймать, он может изменить тактику.

А ещё Небула там сейчас в одиночку сражалась сразу с двумя пегасами. Скаю нужно отделаться от Соарина и прийти капитану на выручку.

Страж начал ускоряться, попутно ища возможность подловить Соарина. По крайней мере, чем быстрее полетит весперквин, тем больше будет шансов нанести удар по пегасу. Скай пикировал и маневрировал, играя в смертельные воздушные "пятнашки"; но, хотя жеребцы и обменялись скользящими ударами, по-настоящему сблизится для схватки им не удавалось. Без шлема воздух холодил влажную от пота голову, даря Скаю чувство восторга, пока противники прокладывали свой неровный путь по небу.

Здесь, в вышине, страж легко отслеживал все движения Соарина. Однако также он понимал, что и вандерболт более чем уверенно чувствует себя в такой обстановке. Преимущества жеребцов уравнивались, ставя их в патовую ситуацию.

Нельзя было забывать об усталости. Как долго он продержится, прежде чем совершит ошибку? Может ли он надеяться, что Соарин ошибётся первым?

Поток мыслей оборвался, когда пегас вновь зашёл в атаку. Скай снова уклонился, но на этот раз вандерболт не пролетел мимо стража, а нанёс ему резкий удар по рёбрам. Невозможно! Весперквин отпрянул назад, быстро взмахнув крыльями. Невозможным оно не было, ведь это всё-таки произошло. Скай увернулся от новой атаки Соарина, разум пребывал в смятении.

Пегас не стал быстрее, так как же он смог достать его? Всё это не имело никакого смысла... а затем Скай понял. Вандерболт не обрёл манёвренность весперквина, он просто угадывал, в какую сторону бросится страж, и в последний момент менял направление полёта. Возможно, это был вопрос удачи, и этого всё ещё не доставало, чтобы войти в клинч. Однако это показывало, что Соарин подстраивался под тактику стража, нащупывая способ нейтрализовать его.

И что ещё хуже, возможно, вандерболт не просто угадывал движения Ская, а что-то читал в его действиях и видел, в какую сторону страж будет уклоняться. Холодок пробежал по спине. Небо больше не было нейтральной территорией для битвы, скорее, оно стало смертельной ловушкой. Он больше не мог позволить продолжать бой в небе.

Скай сделал глубокий вдох и полетел в Вечнодикий лес. Соарин стрелой бросился на перехват, но страж, более не рассчитывая на манёвренность, под прямым углом спикировал вниз.

Покрытая листвой просека под ним сменилась на пересечённую местность с высокими соснами, пробивающимися через беспорядочную смесь дубов, ясеней и клёнов. Скай наклонился, чтобы прорваться сквозь, как казалось, тонкое место в кроне. Ветви хлестали его, ломались, и мгновение спустя он очутился под лесным пологом.

Листва над головой превратила лунный свет в россыпь лучей. Стволы деревьев плотно стояли друг подле друга, заставив стража замедлить скорость, чтобы протиснуться сквозь узкие проёмы между ними. Тёмный лишайник рос вдоль коры, опутанной лозами. Лесная подстилка была устлана преющими листьями и буграми гниющей древесины, укутанной зарослями папоротника.

Позади Скай услышал треск — Соарин последовал за ним во тьму. Страж попытался сориентироваться, но после круговерти боя не смог точно определить своё положение. Где же Небула? Впереди или где-то левее?

Скай медленно прокладывал путь во мраке меж деревьев. Воздух был сырой и затхлый, и страж почти чувствовал, как тот цепляется за крылья. Скай пискнул, и отражённый звук наградил его более чётким ощущением леса. Но эхо писка быстро гасло в густой растительности, создавая ложное, давящее на сознание ощущение пустого пространства вокруг, несмотря на то, что глаза явственно видели, как лес простирался всё дальше и дальше.

Соарин неотступно преследовал стража. Луна светила ярко, такой яркой Скай её ещё не видел, и вандерболту хватало этого света, чтобы петлять среди стволов вслед за стражем.

Весперквин нырнул ниже и заскользил вокруг высокой ели. Пегас не отставал. Страж зацепил копытом конец ветки и полетел, описывая дугу вокруг дерева. Затем пискнул, проверяя положение вандерболта позади, после чего отпустил ветку.

Лапа ели метнулась назад, точно по траектории полёта Соарина. Скай услышал "Ой" позади, сопровождаемый потоком ругательств. Жеребец усмехнулся, но случившееся вряд ли надолго задержит вандерболта. Страж взмыл вверх и спрятался в кроне.

Соарин высвободился и огляделся. Скай хранил неподвижность и обдумывал свой следующий шаг.

Он мог бы попытаться тихо спустится и застать пегаса врасплох. Но тот был бдителен и активно искал его. Стражу не нравились шансы на успех. Упрямая настойчивость Соарина начинала действовать на нервы.

В то же время Небула где-то неподалёку одновременно сражалась сразу с двумя вандерболтами. Скай обязан был прийти ей на помощь. Возможно, ускользнуть от пегаса, оставив того блуждать в одиночестве, было лучшим решением.

Соарин позвал его:

— Выходи и сдавайся, бэтпони. Ты правда думал, что тебе по силам справиться со мной?

Скай едва сдержался, услышав презренное слово, но затем подумал, что вандерболт даже примерно не представляет, насколько весперквины ненавидят это прозвище. Если тут и было оскорбление, то заключалось оно в том, что Соарин не признавал его членом Ночной стражи.

— Нам нужно солнце, чтобы выращивать урожай, — продолжал пегас. Его голос смещался, пока вандерболт кружил вокруг деревьев в поисках Ская. — Подумай об этом. Тебе нравятся черничные пироги? А не будет больше черничных пирогов, если этот аликорн добьётся своего!

Эта ночь не будет вечной. И всё же, весперквин не мог представить себе Найтмер Мун, поднимающую солнце.

Ему нужно добраться до Небулы. Ему нужна её уверенность, нужна её целеустремлённость.

Скай пискнул и услышал Соарина метрах в десяти от себя, смотревшего в другую сторону. Наконец-то хороший шанс ускользнуть. Страж мягко вспорхнул с ветвей и метнулся вверх.

Но удача отвернулась от него. То ли Скай выдал себя звуком, то ли случай заставил вандерболта обернуться, но Соарин заметил его.

— Вот ты где! — взревел пегас и бросился к стражу.

Тот помчался вперёд, петляя среди лесных стволов. Ему удалось слегка увеличить дистанцию за счёт манёвренности, но оторваться всё же не получалось. Страж снизился, огибая бугорки и поваленные деревья в надежде, что Соарин врежется в них. Но пегас не отважился спуститься так низко. Скай искал место с низкими, густыми кронами, которые бы заставили пегаса снизится до опасного уровня дабы не потерять след стража, но в этой части Вечнодикого Леса деревья были достаточно высоки, а низкорастущие ветви с парой листков не способны были скрыть весперквина.

Что же делать? Впереди Скай увидел груду брёвен и подумал, что пролетая мимо, может попытаться пнуть их в Соарина, хотя этот план предполагал очень удачное стечение обстоятельств.

Но когда страж уже подлетал к ним, брёвна начали двигаться сами по себе. Они встали и обратились в больших волко-подобных существ. Их тела состояли из сучковатых деревяшек, а глаза светились зловещим зелёным магическим светом. Завидев его, звери зарычали, и Скай с испуганным вздохом взвился вверх.

Существа прыгнули за ним, пытаясь схватить за ноги. Вздрогнув, страж увернулся и продолжил путь среди деревьев, оставляя зверей беспомощно выть.

В Вечнодиком Лесу опасаться надо было не только вандерболтов.

Скай сменил тактику, отложив идею перегруппировки с Небулой. Вместо этого он полетел в сторону самых тёмных участков леса, какие только сумел отыскать. Нужно было использовать все возможные ресурсы, и только во мраке эхолокация была неоспоримым преимуществом перед пегасом.

Наткнувшись на густую рощу, Скай нырнул в неё, пища и направляясь к самым плотным скоплениям веток, через которые он всё же мог пробраться. Лозы клонились к земле, и весперквин обошёл их настолько близко, насколько мог. Позади Соарин пытался преследовать его, но Скай слышал, что пегас ощутимо замедлился.

— Вандерболты? Скорее Вандер-дурни! — крикнул Скай, чувствуя жеребячью радость.

Соарин зарычал и бросился на голос, практически сразу попав в ловушку из лоз. Скай слышал, как пегас ругается, пытаясь быстро прорваться сквозь заросли, чтобы окончательно не упустить весперквина

Но Скай уже тихонько выбрался. Когда он уже достаточно удалился от Соарина, а пегас так и не объявился, страж позволил себе расслабленный вдох, продолжая лететь прочь. Вскоре его мускулы задрожали, словно всё боевое напряжение внезапно ушло.

Сейчас же Скай искал Небулу, быстро летя под кронами деревьев. Он лишь примерно представлял, где она должна находиться, совсем сбитый с толку боем с Соарином, поэтому жеребец просто летел туда, где, как он надеялся, её можно было найти. Страж думал подняться выше крон деревьев для лучшего обзора, но Соарину много времени, чтобы выпутаться, не потребуется и логично, что он будет выжидать в воздухе, высматривая любой намёк на весперквина. Внизу было безопасней. Насколько он знал, оставшиеся двое пегасов сейчас тоже наверху и ищут его. Хотя Скай надеялся, что нет. Ведь если это окажется правдой, значит Небула повержена, а у стража не было ни единого шанса победить трёх вандерболтов в одиночку.

Он едва смог перехитрить Соарина.

Скай стиснул зубы и метнулся дальше сквозь деревья. Лучше не думать об этом.

Пролетая под очередной кроной, он начал понимать, что география леса оказалась более запутанной, чем он ожидал. Скай больше не был уверен, что всё это время двигался в одном направлении, а не бессмысленно летал по кругу. Чем дольше длился полёт, тем больше сомнений возникало. А беспокойство, что он выбрал неправильный путь, всё росло и росло.

Тем не менее, он подавил желание вернуться, упрямо веря в свою интуицию. И вскоре его настойчивость окупилась и жеребец увидел небольшую поляну. Когда Скай огибал её по краю, держась среди листвы, ему показалось, что он увидел пони, притаившегося в центре, среди папоротников. Сердце замерло. Он нашёл Небулу?

Секундой позже страж нахмурился, осознав, что это был вовсе не пони, а остатки упавшего дерева. Сломанный ствол торчал так, что на первый взгляд его невозможно было отличить от силуэта обычного пони. Но несмотря на это, Скай вспыхнул от стыда, из-за того что позволил своим глазам весперквина обмануться подобным в свете полной луны.

Раздражённо встряхнув головой, он полетел дальше, оставляя маленькую поляну позади. Было ли направление верным? Скай думал, что да, но... Его уверенность утекала, словно вода. Всё-таки ему стоило взлететь над лесом, чтобы сориентироваться. Соарин уже должен был освободиться, и, несомненно, разыскивал его, но даже если так, разве не было шанса остаться незамеченным, если сделать всё быстро?

Но когда он подумал об этом, ему в голову пришла новая мысль: всё, что он сделал в этом бою — отвлёк Соарина и только. И пока Скай парит под сенью леса и радуется своему мастерству маскировки, пегас может сосредоточить всё внимание на Небуле, что может обернуться катастрофой для командира. Небула хоть и была хитрым и смелым летуном, но в битве против двух пегасов ей, разумеется, приходилось выкладываться до предела. Если она ещё не справилась ни с одним из пегасов, появление третьего решит её судьбу.

Скай задумчиво парил в воздухе и уже было собрался шуметь изо всех сил, чтобы точно привлечь внимание Соарина. Но размышления о тактике прервались подобным взрыву звуком, после которого раздался громкий треск падающего дерева. Причём откуда-то справа, где, как считал Скай, ничего не происходило.

Он полетел на звук, сердце ушло в пятки. Деревья формировали извилистый проход, по которому Скай летел на всех парах. Затем, внезапно, Скай очутился на широкой поляне, зияющей среди леса словно открытая рана.

В центре поляны были разбросаны ветки. Разломанная древесина отмечала неровный след, протянувшийся по земле к лежащей без сознания Спитфайр. Прямо за ней Небула с трудом поднималась на ноги.

Одно крыло весперквина безвольно волочилось по земле.

Скай сдержал тихий страдальческий стон. Но у него не было времени думать о травме Небулы или о том, чем эта травма могла обернуться для него. Другая пегаска парила прямо между ним и землёй.

Он узнал её. Флитфут, третья и последняя из отряда Вандерболтов. Она кричала Небуле, чтобы та сдавалась, и ярость клокотала в её голосе.

Скай спикировал, целясь в пегаску. Флитфут и не подозревала, что он здесь, поэтому, стоило передним копытам коснуться её плеч, она пронзительно вскрикнула в возмущённом удивлении. Жеребец приложил к ней все четыре копыта, а затем оттолкнул, отправляя вниз, на болезненную и быструю встречу с землёй.

Передние ноги пульсировали от удара. Скай вновь оглянулся на Небулу, но, прежде чем успел сфокусировать взгляд, что-то врезалось в бок с ошеломительной силой. Соарин снова нашёл его.

Скай судорожно глотал воздух в попытках отбиться от пегаса в то время, как последний тащил его через всю поляну. Он вертелся словно дикий кот и вырвался на свободу как раз к тому времени, когда они уже успели подлететь к деревьям.

Инстинкты подсказали Скаю лететь обратно на поляну, ориентируясь на траекторию полёта Соарина, таким образом, чтобы увеличить расстояние между собой и пегасом настолько, насколько было возможно. А мгновением позже страж был готов пнуть себя за то, что не скрылся в лесу. Это дало бы свободу для скрытности и неожиданных атак.

Что ж, теперь было слишком поздно. Казалось, что не все рёбра остались невредимы после удара, но Скай проигнорировал ноющую боль и продолжил лететь на другой край поляны, надеясь, что Соарин не успеет развернуться для повторной атаки. Страж быстро оглянулся, чтобы проверить позиции пегасов.

Ещё одна ошибка.

"Стоило использовать эхолокацию!" — подумал он, однако было слишком поздно. Флитфут, чьё лицо, всё в грязи, буквально источало желание убить, вынырнула из слепой зоны стража и обхватила копытами шею жеребца.

Скай брыкался, пытаясь сбросить её, но пегаска крепко держала и упорно тянула вниз. Мгновение спустя Соарин обхватил стража с правой стороны, и два пегаса повалили его на землю. Весперквин пытался сгруппироваться, дабы стряхнуть их с себя при приземлении, но вместо этого его ноги подкосились и он рухнул в жёсткую траву. Вандерболты держали его, прижимая к земле копытами. Скай поморщился от боли и безрезультатно взмахнул крыльями.

“Как же я облажался!”

Отчаяние навалилось на него чёрной тучей. Небула, похоже, серьёзно повредила крыло и не могла продолжать бой с пегасами. Бремя продолжения боя легло на его плечи, и его заломали в мгновение ока.

— Сдавайся! Ты должен сдаться! — кричала Флитфут в ухо. С другой стороны Соарин пытался уговорить стража.

— Слушай, я ведь знаю, ты неплохой пони, — говорил он, — просто попал в неприятную историю, что стала выходить из-под контроля. Для тебя же будет лучше, если ты будешь с нами сотрудничать.

Скай отчаянно вырывался, но их хватка была сильней. Оскалившись при совете успокоиться, он, в конце концов, обессилел и перестал сопротивляться, бросив грозный взгляд на пегаса.

— Так-то лучше, — сказал Соарин. — Ты хорошо сражался, но всё кончено.

— Хватит с ним сюсюкаться! — крикнула Флитфут. — Он же заодно с этим монстром!

— Она не... — Скай прервался, удивившись собственным словам. Найтмер Мун, разумеется, была монстром... Но, как и продолжала говорить Небула, она также была принцессой Луной. И ему становилось всё труднее не замечать этого. Было нечестно так просто относить её к категории монстров.

Должно быть, настойчивость Небулы доконала его. Скай лишь молился, чтобы это дошло и до принцессы Луны.

Горький вкус поражения застыл на языке. Пегасы опустили стража на небольшой холм, и сквозь траву перед носом он отчетливо видел лесную опушку. Скай присмотрелся, ища отблески магии Найтмер Мун среди деревьев, но не заметил их.

В то же мгновение он различил какое-то движение среди деревьев. Страж увидел дикие глаза, сияющие зелёным светом. Волкоподобные существа, состоящие из брёвен, крались по земле. Это были те же существа, с которыми он столкнулся ранее. Вожак стаи поднял узловатый нос и понюхал воздух.

Он посмотрел в другую сторону. На середине поляны Небула стояла над обмякшим телом Спитфайр. Капитан была неподвижна, смотря прямо на зверей. Скай понимал, что она не могла бросить своего пленника на произвол судьбы. Но с раненным крылом она не сможет ни достойно драться, ни сбежать.

До капитана им было ближе, чем до Ская. Всего он насчитал дюжину существ.

— Эм, — начал жеребец, — похоже, у нас гости.

Флитфут недобро посмотрела на весперквина:

— Что ты ещё задумал?

— Вот там, посмотрите, — Скай кивнул в сторону надвигающихся тварей.

Оба пегаса проследили за взглядом гвардейца. Однако ночная тьма успешно скрывала от пони то, что было очевидно для Ская.

— Там что-то есть, — наконец подтвердила Флитфут. Скай почувствовал, как её хватка усилилась, словно пегаска хотела взмыть в небо и посмотреть получше.

Скай с ужасом увидел, как существа перешли на резвый бег. Похоже, они заметили или учуяли Небулу.

— Слушайте, — заговорил весперквин, — мой капитан не бросит вашего на растерзание этим тварям, но одной ей точно не справиться с ними.

Соарин и Флитфут мучительно долго вглядывались в ночную тьму. Наконец пегаска прорычала:

— Древесные волки!

Она тут же стрелой бросилась навстречу тварям. Соарин посмотрел на неё, а затем неуверенно взглянул на Ская.

— Их минимум дюжина, — заметил страж. — Ей точно потребуется наша помощь.

Пегас нахмурился, а затем без лишних слов отпустил жеребца и рванул вслед за Флитфут.

Потратив считанные секунды на то, чтобы размять заломленные передние ноги, Скай полетел за ними. Впереди его ждали древесные волки, все знания о которых ограничивались недавней встречей и информацией о том, что они вообще существуют. В голову пришла неприятная мысль, что это те самые волки, которых он недавно раздразнил.

Тем временем существа уже начали окружать Небулу. Из их пастей сочился зелёный дым. Капитан стояла в боевой стойке, прикрывая оглушенную Спитфаер. Было очевидно, что травма не только приковала Небулу к земле, но и снизила её боевой потенциал.

Скай торопился изо всех сил, но всё равно не успел к атаке первого волка. Капитан развернулась и лягнула нападающего, словно земнопони. Копыта сильно ударили существо, отправив его, ошарашенного, кубарем катится по земле.

Небула пошатнулась, ловя ртом воздух. Очевидно, во время удара сместилось сломанное крыло. В этот момент второй волк прыгнул на капитана. Скай ускорился, хоть и знал, что не успеет вовремя.

На помощь Небуле пришла Флитфут и на полной скорости врезалась копытами в лесного зверя. Волк от удара развалился на составные части, а пегаска тут же по дуге ушла в сторону, в поисках следующей цели.

Соарин последовал примеру Флитфут и тоже разбил в щепу ещё одного волка. Вскоре к бою присоединился и Скай.

Почувствовав, как под его копытами разлетается древесный волк, весперквин ухмыльнулся и полетел атаковать следующего. На секунду ему показалось, что бой с тварями окажется довольно простым, но вскоре волке начали подпрыгивать в воздух, пытаясь схватить их на лету. Скай был достаточно проворным, чтобы без труда уклоняться от подобных атак, а вот вандерболтам приходилось хуже.

Тем не менее вскоре и они приспособились к новым условиям. Соарин отвлекал на себя внимание, а Флитфут нападала, когда её не ждали. Пока пегасы слаженно работали, Скай тоже не сидел без дела и атаковал волков, но старался при этом держаться поближе к капитану.

Смешались в кучу пони, волки, зубы и крылья. Скай бил зверей и ускользал от их клацающих клыков. Вандерболты тоже летали туда-сюда, наполняя воздух щепой и хрустом древесины. В какой-то момент один из древесных волков всё же смог неглубоко зацепить колено Ская, но он едва это почувствовал. Ядовитое дыхание существ душило весперквина, но ради воя, который издавали разбитые и раненые волки, можно было и потерпеть.

Наконец волки сдались и врассыпную бросились под спасительные кроны деревьев. Скай начал победоносно улюлюкать. Флитфут же не уделила победе никакого внимания и, спустившись на землю, тут же начала в необъяснимом порыве разбрасывать по округе останки древесных волков.

— Эй, городские вы дубины, живо спускайтесь сюда и помогите, — крикнула пегаска. — Если их не раскидать, они снова соберутся в кучу!

Однако Скай и Соарин продолжали висеть в воздухе и с подозрением смотреть друг на друга. На время боя с волками у них было заключено неформальное перемирие, сейчас же ситуация изменилась.

— Отвали, — сказал Скай. — Я сражался только для того, чтобы защитить вашего капитана, ясно?

— А мы сражались только, чтобы защитить твоего, и что с того?

Скай уже открыл рот, чтобы заметить, что Небула-то была на ногах и тоже сражалась наравне с ними, но подавил это замечание. Ведь, если подумать, именно Небула и оглушила Спитфаер. Такими словами достичь прогресса в разговоре с Соарином было невозможно.

Вместо этого он избрал другой путь.

— Найтм… — тут он запнулся, сделал вдох и умышленно произнёс: — Принцесса Луна скоро к нам присоединиться. Против неё у вас нет ни единого шанса.

— Она преступница, — зарычал пегас. — И мы пришли её задержать.

Скай раздражённо махнул ногой в воздухе.

— Нельзя на неё давить. Если зайдёте слишком далеко, она… она может вас убить. Сколько вы планируете принести пользы Эквестрии в таком случае?

Скай вполне мог поверить в рассуждения Небулы, что их принцесса старалась воздерживаться от убийств, но это отнюдь не означало, что она не могла прибегнуть к ним в качестве крайних мер.

Соарин явно не принял прозвучавшие слова всерьёз. Вот если бы на месте Ская была Небула... У жеребца не настолько хорошо был подвешен язык, даже оскорбления в его исполнение звучали не так сочно, как у капитана.

— Я не собираюсь умирать, — сказал пегас. — Но если ты так сильно за меня переживаешь, то скажи своей "принцессе" сдаться. Обещаю, мы будем с ней хорошо обращаться.

Скай потерял дар речи. Сдаться? Ей? Об этом и речи быть не могло! Как это можно объяснить Соарину? И куда делась Небула? Скаю бы не помешала её помощь!

Вандерболт тем временем разразился надменной речью об идеалах Эквестрийской системы правосудия и справедливом приговоре, который явно придётся по душе Найтмер Мун. Весперквин же, уличив момент, взглянул на Небулу и чуть не рухнул с неба. Капитан подкрадывалась к Флитфут, которую, похоже, больше ничто не интересовало, кроме как раскидать подальше останки древесных волков. Словно чёрная тень, кобыла обволокла пегаску и обхватила ногой её шею.

Повернув ухо, Скай услышал, как Небула прошептала на ухо Флитфут: "Прости, но тебе нужно поспать." Вандерболт ошарашено встала на дыбы, но захват капитана был крепок. Они начали крутиться и извиваться в траве. Скай заметил, как у Небулы проступили бусинки пота на лбу. Её крыло волочилось по земле. Но кобыла не издала ни звука, крепко держа извивающуюся пегаску.

Тут Соарин отвёл взгляд от жеребца и заметил, что твориться внизу. Он издал гневный вопль и бросился к сражающимся пони.

Разум Ская заполонили мысли. Его ошеломила внезапная атака Небулы. Эта непреложная уверенность в своих действиях была словно ушат холодный воды. Внезапно капитан стала казаться совсем незнакомой стражу пони и один её вид начал пугать Ская.

Хотя нет. Это была ложь. Он знал своего капитана очень хорошо. Последние события этого вечера полностью открыли перед ним Небулу. Она верила, что принцессу Луну ещё можно было спасти, и готова была пойти на всё ради этого.

Даже сражаться во имя Найтмэр Мун.

Ская снедали сомнения. Уверенность капитана была безумием, которое он не мог принять… и всё же эта уверенность придала ему сил. Впервые он подумал, что Небула, возможно, была права.

И он сделал выбор, решив поверить в капитана, так же как она поверила в принцессу Луну. Скай тут же нырнул вниз и завис между Соарином и Флитфут.

Вандерболт не сбавил скорости и, казалось, собирался пролететь прямо сквозь Ская, но в последний момент Соарин резко выбросил ногу в сторону и чуть-чуть сменил траекторию. Однако страж ловко парировал удар пегаса и толкнул его плечом, после чего они оба закрутились в небе как пьяные акробаты.

Наконец Скай отпихнул Соарина к земле и тот кубарем покатился по поляне, раскидывая в стороны обломки древесных волков. Страж завис чуть выше, снова заняв позицию между Небулой и вандерболтом. Соарин медленно поднялся на ноги и хмуро покачал головой, прежде чем подняться в воздух.

Скай был готов к атаке. Схватка началась. Весперквин сдерживал вандерболта с недюжим рвением. Он был готов защищать капитана до последнего. Капли пота летели с его лба при каждом ударе копыта о копыто, а дыхание стало тяжёлым. Соарину тоже приходилось нелегко, в его глаза горел огонь злобы. Скай не знал, что сейчас происходило у него за спиной, и это его сильно тревожило, но он не мог сейчас отвести взгляда от пегаса.

Однако пискнуть ему ничто не мешало. Эхо принесло ему очертания Флитфут, уже едва двигающейся в захвате Небулы. Крылья пегаски тщетно били по капитану. Судя по всему, ещё немного и вандерболт наконец отключится, и от этой мысли Скай воспрял духом.

Соарин снова попытался проскочить мимо ночного стража, с поразительной для пегаса ловкостью сместившись вбок. Скай бросился наперерез, закрывая Небулу своим телом. У него не было времени на правильные боевые приемы, нужно было любой ценой отбросить пегаса прочь. Два бойца превратились в беспорядочную мешанину ног и крыльев, тут же рухнувшую на землю с сокрушительным ударом.

Ская отбросило дальше чем Соарина. Он распростёрся на земле и смог лишь приподнять голову, пытаясь осмотреться и заодно слегка прийти в себя. Соарин уже перекатился на живот и сейчас пытался встать на подгибающиеся ноги. Позади него Флитфут лежала без сознания, а над ней возвышалась Небула, смотревшая сверху вниз на валяющихся перед ней пони.

— Лейтенант Соарин, ты достойно сражался, но остался в меньшинстве. Сдайся немедленно, и я обещаю: с тобой и твоими товарищами будут обращаться с подобающим уважением, — произнесла она.

Скай нахмурился. Их и правда было двое на одного, но Небула была ранена и явно не могла летать. Её позиция была очень и очень шаткой, однако капитан действовала с такой железной уверенностью, что жеребец усомнился в своих собственных суждениях.

Соарин, похоже, тоже на мгновение дрогнул. Но вдруг все трое услышали дребезг и увидели, как вокруг них останки древесных волков начинают шевелиться и подпрыгивать.

Широко раскрытыми глазами пони смотрели, как разбросанные куски древесных волков плавно поднимались в воздух, ведомые какой-то магической силой. Долгое время жуткие осколки висели на одной высоте, подрагивая и изредка звеня, будто кто-то щипал струны невидимой виолончели. Они словно изо всех сил пытались собраться воедино, но им чуть-чуть не хватало энергии для этого. Затем, сперва по одному, потом все скопом, они осыпались на землю. Сила, что питала их всё это время, рассеялась жутким холодом, который волной окатил Ская и растворился в ночи.

Гвардеец только сейчас смог выдохнуть. Он чувствовал, что они едва-едва избежали чего-то ужасного, и всё никак не мог перестать думать о Флитфут, разбрасывающей подальше останки древесных волков, пока Небула подкрадывалась к той сзади.

Как бы то ни было, момент, когда капитан могла завершить бой одной лишь силой воли, был упущен. Соарин согнул ноги и резко прыгнул на неё, вытягиваясь подобно клинку. Скай рванулся вперёд, проклиная себя за то, что отвлёкся на останки волков.

Он взмахнул крыльями и с силой оттолкнулся от воздуха, бросаясь вслед за Соарином. У гвардейца была лишь доля секунды, без какой бы то ни было возможности обогнать пегаса. Синий хвост маячил прямо перед ним, так что Скай сделал первое, что пришло в голову. Он вытянул шею и сомкнул зубы на жёстких волосах.

Челюсти сомкнулись намертво, шершавые пряди впивались под нижнюю губу. Весперквин распахнул крылья и вытянул задние ноги, пытаясь копытами затормозить о землю. Рыча от напряжения, он изо всех сил стискивал зубы. От резкого рывка назад Соарин впечатался в грунт с резким хрипом.

Однако пегас как будто вовсе не заметил удара. Он яростно развернулся и вырвал свой хвост из зубов Ская. Его губы зашевелились от утробного рыка.

— Ты меня достал, — оскалился вандерболт и набросился на ночного гвардейца.

Пытаясь увернуться, тот взлетел вверх, однако времени было слишком мало. Соарин схватил его поперёк туловища, буквально выбив из весперквина воздух, и потащил прочь от Небулы. Скай замолотил его по спине, извиваясь и пытаясь вырваться. Страх перед бурной яростью пегаса волной прокатился по жеребцу.

Но ведь именно этого он и хотел, не так ли? Отвлечь последнего вандерболта от Небулы. Он был подготовленным к бою солдатом Ночной Гвардии и уж точно мог выстоять против одного пегаса, будь он неладен!

С удвоенной силой Скай вновь начал бить Соарина по спине. На этот раз он сосредоточил все удары на одной единственной точке, прямо перед крыльями, и ритмично бил по ней краем копыта. После чуть ли не полудюжины ударов Соарин дёрнулся, и весперквин наконец вывернулся из захвата.

Понадеявшись, что разъярённый пегас уже не отступится от преследования, страж рванул в лес. Конечно же, Соарин заложил невероятно резкую петлю Иммельмэйр и погнался за Скаем, вынуждая того сильно маневрировать по мере приближения к стене деревьев.

Гвардеец нырнул под приветливый покров листьев, рассчитывая, что пегас снова полетит за ним и поставит себя в невыгодную позицию из-за маневрирования меж стволов. Однако на этот раз Соарин поступил осторожнее: он скользил над самыми макушками деревьев, высматривая любой намёк на весперквина под зелёными кронами.

Гвардеец раздражённо нахмурился, но всё же уверенно пролетел между ветвями. Он вспомнил, как сражалась Небула, используя древесные кроны одновременно как прикрытие и как ловушку, и поднялся настолько высоко, насколько позволила смелость. Оттуда он смог пискнуть и смутно определить положение пегаса в небе.

Вытянув ногу, Скай провёл ею по небольшим веточкам над головой, оставляя в листве колышущийся след. Соарин ожидаемо заглотил наживку и ринулся вниз, прорвавшись сквозь ветви к позиции гвардейца. Тот снизил высоту и ушёл в сторону, однако даже так вандерболт умудрился нанести жалящий удар по кончику кожистого крыла. Не обратив на это внимания, Скай перешёл в атаку и оказался позади Соарина как раз в тот момент, когда пегас собирался взмыть вверх после атаки. Гвардеец попытался взять противника в захват, как Небула — Флитфут, но тот при первом же касании отшвырнул нападающего прочь и взлетел обратно в безопасное небо.

Скай тихо выругался. Он должен был подготовиться лучше, хотя бы завести Соарина в какой-нибудь очередной клубок лиан. Жеребец сомневался, что пегас второй раз попадётся в ту же ловушку. Небула бы догадалась, что делать, она была бы умнее.

Скай пискнул и услышал, что вандерболт завис в воздухе, очевидно всматриваясь вглубь леса в поисках него.

«Очень скоро он успокоится достаточно, чтобы посчитать преследование потерей времени, — подумал Скай. — И тогда он вернётся к Небуле».

Гвардеец подобрался ровно под парящего пегаса и взмыл вверх, оставляя за собой след из листьев. Он целился в нижнюю челюсть, однако в последний момент Соарин откинул голову.

— Вандерболт попасть не может, может, понибудь поможет? — выкрикнул Скай, когда пролетал мимо пегаса. Он услышал возмущённое фырканье позади и сразу же рванул обратно под защиту деревьев.

Соарин гнался за ним до самых листьев, однако, когда весперквин скрылся в кронах, выровнял полёт, скользнув по самым верхушкам деревьев. Какое-то время Скай летел ровно под пегасом, раздумывая над вторым ударом точно вверх и одновременно готовясь отскочить в сторону, если вандерболт решит броситься вниз. Однако потом он плавно отклонился влево и тихо ушёл в сторону. У гвардейца появилась другая идея.

Отлетев на полсотни метров, Скай снова поднялся в небо:

— У вандерболтов вонь от ног, они ходят по…

«Дерьмо, что рифмуется с ногами?»

Это едва имело хоть какое-то значение, потому что Соарин с рычанием бросился к гвардейцу до того, как тот успел докричать дразнилку. Скай нырнул в безопасность леса и ринулся вперёд. Он петлял туда-сюда между деревьями, вылетая ненадолго вверх, чтобы поддразнить Соарина оттуда, куда тот не смотрел, и изо всех сил старался удержать вандерболта на острие гневного азарта.

Однако в то же время он вёл пегаса к своей цели. Каждый раз, взлетая в небо, Скай осматривался в поисках нужного места. Оно точно было где-то рядом… и наконец он нашёл его.

Вот она, маленькая полянка, словно прокол в шкуре леса. И посередине неё был упавший ствол, чья форма напоминала пони… по крайней мере если не всматриваться слишком пристально.

Скай потянул за лямки своей брони, ослабляя их до тех пор, пока ему не пришлось прижать копыто к креплению на груди, чтобы она не соскользнула полностью. Он выскочил из леса ещё раз, направляя Соарина к поляне.

— Вандерболты жрут тухляк, от вони не сбежать никак!

Нырнув обратно, гвардеец ринулся к краю поляны. Скай глубоко вдохнул, набираясь решимости, однако, по правде говоря, на это не было времени. Если ещё честнее, то не было времени даже на нерешительность; требовалось действовать, и действовать немедленно.

Гвардеец взмыл вверх.

— Вандерболты все… А-а-а!!!

Соарин оказался куда ближе, чем предполагал жеребец, и уже летел на него с мрачным лицом. Скай тут же сложил крылья и ринулся вниз. Как только гвардеец оказался достаточно близко к земле, чтобы верхушки деревьев скрыли его от взгляда вандерболта, он стянул броню и ловким движением швырнул её к пони-образному стволу посреди поляны. А сам в это время прижался спиной к окружающим поляну деревьям.

В лунном свете Соарин увидел блеск брони весперквинов, плывущей сквозь воздух. Пегас прищурил глаза и бросился к ней, его сухожилия напряглись в яростной решимости.

Скай затаил дыхание, когда его броня приземлилась, лишь немного неровно, прямо за «шеей» упавшего ствола. Если вы не вглядываетесь слишком внимательно — или, возможно, не обладаете ночным зрением и несётесь с огромной скоростью, переполненные праведным гневом — то будет казаться, что кто-то осел на землю.

Слишком поздно Соарин почуял что-то неладное. Его крылья распахнулись во всю ширь, пытаясь затормозить, даже когда он впечатался в дерево с болезненным глухим стуком. Броня развалилась на куски, её внутренняя обшивка порвалась от удара, а пегаса отбросило прочь в  папоротники, устилавшие поляну.

Он с трудом поднялся на ноги, пьяно покачиваясь. Перекошенными глазами жеребец недоумённо оглядел поляну.

— Птички, — простонал Соарин и рухнул без сознания.

Скай настороженно подошёл к поверженному противнику. Он ожидал, что почувствует восторг от победы, но лишь волна облегчения прокатилась по его телу, заставляя дрожать колени. Гвардеец проверил пегаса на наличие явных травм, после чего неловко взвалил его на спину и полетел обратно к Небуле.

## Самая яркая ночь

Небула, в отсутствие Ская, похоже, времени даром не теряла, так что, вернувшись, страж обнаружил аккуратно связанных Флитфут и Спитфайр. Обе уже пришли в себя и сверлили его взглядами, пока он стаскивал Соарина со спины.

Ничуть не удивившись, капитан кивнула Скаю.

— Отличная работа, — пробурчала она с полным ртом лиан.

Затем подошла к пегасу, приподняла веки, чтобы проверить зрачки.

— Похоже, с ним всё будет в порядке, — произнесла Небула в сторону Спитфайр.

Та что-то пробормотала, показывая, что услышала. Но со стороны было заметно, что ей полегчало.

Небула начала связывать вместе копыта Соарина, затем попросила помощи Ская, дабы затянуть очередную лозу поперёк туловища, чтобы пегас не мог пользоваться крыльями. Убедившись, что тот надёжно связан, она подобрала остатки лоз и повернулась к напарнику.

— Помоги мне перевязать крыло. Если я и дальше позволю ему волочиться по земле, то на пользу это мне точно не пойдёт.

Страж, поморщившись, прижал её крыло к телу и обвязал лозами. Вокруг сустава образовался внушительный отёк, и стоило жеребцу задеть его, как что-то внутри хрустнуло, заставив Небулу вздрогнуть, зашипев от боли.

— Прости! — извинился страж.

— Заканчивай уже, — прорычала Небула. А затем, как бы желая отвлечь себя от неприятных ощущений, спросила:

— А что случилось с твоей бронёй, солдат?

— Пала жертвой храбрых, мэм. — ответил Скай. — Надел её на дерево, и врезал по ней пегасом. Не много от неё осталось.

Жеребец задумался на секунду и добавил:

— Я бы хотел подать жалобу квартирмейстеру на качество изготовления.

— А что с деревом?

— Э-э-эм, да вроде бы в порядке.

— Тогда отставить жалобу.

Скай зафиксировал крыло.

— Вам, по-хорошему, бы доктору показаться, — сказал он.

— Правда? Ух, какая наблюдательность. Не сомневаюсь, что такое мастерство поможет тебе продвинуться по службе.

Страж сморщил нос от подобной язвительности.

— Я имею в виду, что мне надо вас отсюда вытаскивать... или слетать в Кантерлот... или, может, в Понивилль, чтобы кто-то помог вас перенести.

Небула пристально смотрела на него какое-то время, затем мягко произнесла:

— Скай, ты же знаешь, что сейчас это не самое важное.

По спине жеребца пробежал холодок. Капитан хотела, чтобы страж двигался дальше без неё, как будто он мог взять на себя ответственность за...

За принцессу Луну? За Найтмер Мун? Даже если принцессу действительно можно было "вытащить" из такого состояния, ему явно не хватало для этого проницательности.

Это он должен был быть ранен, а Небула — отправиться с принцессой.

Но прежде, чем страж успел сказать что-либо, Спитфайр подняла голову и, не обращаясь ни к кому конкретно, начала говорить:

— Вот думаешь, что знаешь пони, думаешь, что стоит пропустить вместе с ней пару стаканчиков, обсудить идиотов подчинённых, и вы тут же станете друзьями... Но потом оказывается, что она при первом же удобном случае предаёт свою нацию и встает под знамёна безумной злодейки, которая, так же как и она, наслаждается ночью. Вот уж действительно, жизнь полна сюрпризов.

— Ну-ну, Спитфайр, — ухмыльнулась Небула, — мне кажется, что ты просто расстроена из-за своего поражения.

— Заноза ты в крупе, чтоб ты знала… Я просто хочу понять, почему ты перешла на сторону врага, вместо того, чтобы сражаться бок о бок с нами?

Небула пристально посмотрела на пегаску и вздохнула.

— У вас нет против неё ни единого шанса. А у нас… и того меньше, как оказалось. Но это всё не важно. Единственное, что имеет значение — это то, что она наша принцесса, и мы не пойдём против неё.

— Ваша принцесса? Да она монстр!

— Нет, — покачала головой Небула. — Не монстр. И она это вспомнит.

Капитан отвернулась от Спитфайр и обратилась к Скаю:

— И ты тоже это помни, — сказала она.

Жеребец замотал головой, тревожно переступая с ноги на ногу.

— Капитан, я не могу, я не... мои тренировки не...

Небула остановила поток оправданий весперквина тихим, напряжённым голосом.

— Рядовой, ты Ночной Страж, а не хныкающий жеребёнок. Ты сталь в холодном лунном свете. Ты один из рода, что стойко переносил ночи тысячи лет. Ты посвятил свою жизнь благу этой страны, и когда Селестия предложила освободить тебя от благословения, ты отказался. Так что не стой тут, поджав хвост, когда обладаешь силой, о которой даже не можешь помыслить.

Скай застыл, впечатлённый столь пламенной речью, затем нерешительно кивнул.

— Она наша принцесса, — продолжала Небула. — Мы ждали её тысячу лет, и, быть может, это слегка свело нас с ума. Но вот что я тебе скажу, Скай. Она не знает этого, но она сама ждала нас тысячу лет. Мы её друзья. Будь верен ей. Напомни ей об этом. Напомни, что она больше, чем просто кошмар.

Страж сделал глубокий, успокаивающий вдох.

— Хорошо... — сказал он.

Спитфайр глухо рассмеялась.

— Селестины сиськи, ты действительно во всё это веришь.

Небула проигнорировала пегаску и прикусила губу, всё ещё не сводя глаз со Ская.

— Не забывай, у тебя хватило мужества напиться на службе, — тихо продолжила капитан. — Если тебе кого и стоит бояться, то только меня.

Скай нерешительно рассмеялся, совсем не уверенный, что она шутит.

Лёгкий ветерок пронёсся по траве, подёрнув её рябью, а затем растворился в кронах деревьев.

Спитфайр прочистила горло.

— Небула, ты же знаешь, что ты сейчас, похоже, не в состоянии сражаться.

Весперквин удивлённо взглянула на вандерболта.

— У Флитфут, думаю, другое мнение на сей счёт, — сказала она.

Со своей стороны Флитфут ответила впечатляющим количеством ругательств.

Спитфайр взглянула в её сторону и фыркнула.

— Похоже, пока я была в отключке, произошло что-то интересненькое. И всё-таки это Вечнодикий. Не самое безопасное место. И, когда нами придёт полакомиться зверьё, я бы не хотела лежать тут абсолютно беспомощной.

Небула бросила на неё испепеляющий взгляд.

— Ты за кого меня принимаешь? Я отвечаю за вашу безопасность. Если вам будет угрожать реальная опасность, я, естественно, позабочусь о том, чтобы вы смогли сбежать.

"А сама ты как сбежишь?" — подумал Скай.

Вандерболты просто улетят. Небула же была прикована к земле.

Спитфайр, нахмурив брови, настороженно посмотрела на неё. Жеребец подумал, что такого ответа она точно не ожидала. Пегаска всё ещё пыталась понять отношения весперквинов с их принцессой.

Скай мог ей только посочувствовать.

Затем взгляд Спитфайр скользнул мимо Небулы и замер на линии деревьев.

— Хех. Похоже сейчас нам будет угрожать опасность, — сказала она.

Небула и Скай резко повернули головы, чтобы проследить направление взгляда пегаски. Там из леса выходила Найтмер Мун, гордая и величественная.

Она не показывала, что магия стоила ей больших усилий, но Скаю казалось, что в каждом её шаге прослеживалась лёгкая усталость. Тем не менее, аликорн с лёгкостью переставляла ноги, двигаясь к ним. Подойдя, она без всякого выражения взглянула вниз.

— Вижу, вы времени даром не теряли, — произнесла она, осматривая пленников.

Небула, как смогла, поклонилась.

— Они тебя ранили, — добавила Найтмер, нахмурившись при виде перевязанного крыла.

Капитан выпрямилась и пожала плечами.

— В битве всегда есть шанс получить ранение, — сказала она.

— Они за это заплатят, — мрачно произнесла аликорн, шагая к пленникам. Но Небула, не теряя времени, встала перед ней, с лёгкой улыбкой.

— О, принцесса, — примирительно начала она, — три лучших вандерболта пали от копыт не самой молодой кобылы и самого младшего Ночного Стража. Поверьте, их эго уже заплатило.

Аликорн замерла. На мгновение Скаю показалось, что лицо Найтмер вот-вот расплывётся в улыбке. Но вместо этого она раздражённо хмыкнула, отвернулась и, шурша травой, пошла к вершине небольшого холма.

Небула шла за ней, стараясь не отставать от принцессы. Найтмер остановилась и уставилась вглубь леса, из которого вышла.

— Ловушка поставлена, — произнесла она. — Их разум будут истязать до тех пор, пока от этих пони не останется лишь оболочка, наполненная страхом и безумием.

После небольшой паузы аликорн продолжила:

— Жаль их, конечно. Будь у них выбор, возможно, они бы предпочли просто умереть, — задумчиво закончила она.

Небула сжала губы в тонкую линию. Скай парил рядом, разделяя своё внимание между капитаном и пленниками, тщетно пытающимися освободиться.

— Так отмените заклинание, — предложила Небула. — Разрядите ловушку. Проявите милосердие. Покажите им, что вы можете быть доброй.

Найтмер Мун повернула к ней голову, и посмотрела на капитана с кривой усмешкой.

— Но я злая. И в милосердии не заинтересована. С чего бы? Кто был милосерден ко мне?

Небула печально посмотрела на неё. На секунду показалось, что ей нечего сказать. Затем, словно меняя тему, капитан сказала:

— Я не закончила рассказ о вашей сестре.

Аликорн посмотрела на неё сверху вниз.

— Сестра? Она мне безразлична.

— Да? Неужели? Ну что же, это печально, потому что она очень скучала по вам всё это время.

— О, тогда расскажи, — усмехнулась Найтмер.

Небула кивнула.

— Прошло семьдесят восемь лет после вашего изгнания. Раны принцессы Селестии наконец полностью зажили, но разум всё ещё был сломлен. Хотя говорили, что за последние несколько месяцев она стала более своенравной, постоянно отказывалась от помощи тех пони, которые за ней ухаживали и помогали ей в течение дня.

Скай тоже прислушался.

— И вот она снова отправилась в замок сестёр, — продолжала Небула. — Стражи пытались как-то отвлечь её, отговорить, но она просто не обратила на них внимания И снова взмыла к замку, и снова на её лице отразилось замешательство, когда она увидела руины, в которые он превратился. Но в отличие от прошлых посещений, она словно не замечала стражей, пытающихся убедить её вернуться в Кантерлот. Селестия приземлилась на обугленную колонну и очень долго смотрела на разбитые крыши и сломанные стены. Она хмурилась, и выражение её лица стало сосредоточенным, как у пони, которая пытается решить сложную задачу. А затем, спустя долгое время, в её глазах появились слёзы.

Небула на секунду замолчала.

— Она плакала, принцесса Луна. Она плакала обо всём, что потеряла. Она плакала о вас.

Глаза Найтмер сузились.

— Жалкая пони, — сказала она. — Я вот не ною. И слезы по ней не пролью.

От этих слов в груди Ская закололо. Они не были пугающими, нет, напротив, он находил их ужасно печальными.

— Как жалко, — пробормотал он, но аликорн сделала вид, что не услышала.

Небула невозмутимо продолжала рассказ:

— Через некоторое время Селестия оправилась и вернулась в Кантерлот. И тут же удивила слуг, поздоровавшись с ними и извинившись за своё долгое отсутствие.

Капитан помолчала и продолжила:

— И в эту же ночь, впервые в жизни очень многих пони, над Эквестрией взошла прекрасная луна.

Найтмер Мун долго смотрела на Небулу с непроницаемым выражением лица. Затем, фыркнув, произнесла:

— Это всё, что ты хотела рассказать?

— Она не ваш враг, принцесса Луна. Она очень сильно вас любит.

Но её слова разбились о скалы упрямства Найтмер.

— У меня нет времени на эту сентиментальную жеребячью болтовню, — сказала аликорн, топнув копытом. — Скай Даймонд, за мной.

Аликорн побежала рысью, расправляя огромные крылья, и вскоре медленно поплыла прямо над землёй.

Скай, конечно же, последовал за ней, а какой у него был выбор? Но сердце жеребца дрогнуло, и он с несчастным видом оглянулся на Небулу.

Та, излучая твёрдую решимость, выдержала взгляд. Страж не мог разделить её уверенность, но и не мог отрицать её силу. По крайней мере, он может попробовать оправдать её доверие. Подавив стон, Скай повернулся к Найтмер Мун.

Аликорн выглядела взволнованной, а губы скривились. Она поморщилась, затем взмыла вверх, разворачиваясь в воздухе в сторону Небулы.

— Капитан Небула, — сказала аликорн, — твоя... Ночная стража скоро вернётся с отчётом в Кантерлот, верно?

— Первые группы скоро прибудут.

Найтмер коротко кивнула.

— Я должна разобраться с бунтарями, но как только я вернусь в Кантерлот, я отправлю к тебе помощь. Это... это будет моим первым повелением по возвращению.

Небула низко поклонилась.

— Спасибо, принцесса.

Найтмер отвернулась и нетерпеливо фыркнула. Затем сильными взмахами крыльев поднялась в небо.

Скай взглянул на Небулу, всё ещё кланяющуюся, затем последовал за аликорном во тьму.

Они летели над деревьями, и какое-то время Найтмер Мун хранила молчание, обдумывая мысли, которыми не желала делиться. Скай тоже молчал, нервничая из-за её настроения. Он не знал, как отнестись к её внезапной заботе о Небуле. Вспомнила ли аликорн ту часть себя, которая была принцессой Луной, или же просто присматривала за своей собственностью?

Собственность. Скай поморщился от одной этой мысли. Не для того весперквины тысячу лет хранили верность, чтобы стать игрушками Найтмер Мун.

“Нет, — подумал он, глядя, как аликорн парит над зелёными кронами. — Не собственность”.

Она, казалось, удивилась весперквинам ещё больше, чем они ей. Она не ожидала найти их, и на каком-то глубинном уровне их существование бросало вызов праведности её гнева.

Но Скай не задавал вопросов и не давил на Найтмэр как Небула. Он слегка замедлил полёт, оставив аликорна наедине со своими мыслями.

Лес проносился под ними, но внимание стража привлекло небо. Звёзды блестели, словно бриллианты в оправе, сверкали оттенками красного, фиолетового и зелёного. Созвездия, казалось, были готовы запрыгать по небу словно живые. Даже тьма в вышине выглядела словно раскатанный рулон бархата, готовый обратиться в шедевр в копытах создателя. Дыхание стража перехватило, когда он позволил себе утонуть в этой красоте. Хотя весперквины всегда любили ночное небо, Скай ещё никогда не видел его настолько прекрасным.

И Найтмер Мун была художником, сотворившим эти небеса. Ему сложно было соотнести эту истину с тем великолепием, что раскинулось над ним. Аликорн была прямо там, на краю зрения: существо, погрязшее в своей злобе. И всё же, её звезды были прекрасны. И она по-настоящему беспокоилась за Небулу.

Скай глянул на неё краем глаза, и ему показалось, что цвет Найтмер меняется, переливается между чёрным и глубоким тёмно-синим. Но когда он повернул голову, чтобы посмотреть прямо на неё, то увидел обычную шёрстку тёмной масти с небольшим синим пятнышком около кьютимарки.

Он очень устал. И его разум просто сыграл с ним злую шутку.

Найтмер Мун посмотрела в сторону стража и, заметив его взгляд, резко отвернулась и уставилась в темноту, но секундой позже опять повернулась к нему с кислой миной на лице.

— Ну что ещё? — спросила она.

— Ничего, — быстро ответил он. Затем, поскольку это звучало как глупое оправдание, добавил:

— Я просто восхищался красотой вашего неба. — Что по сути было правдой.

Аликорн фыркнула.

— Ты пытаешься заморочить мне голову красивыми словами?

Скай резко покачал головой.

— Мы, весперквины, обожаем ночное небо. — Он немного помолчал, а затем продолжил: — Мои родители говорят, что назвали меня в честь самой яркой звезды на небе.

— Стириуса? Коровьей звезды? — она недоверчиво повысила голос.

Скай опустил уши.

— Э-э-эм, да. Как имя название не очень подходило. Поэтому они остановились на впечатлении, которое звезда на них произвела.

— Скай Даймонд, — задумчиво произнесла аликорн. — Определённо более поэтичный выбор.

Страж кивнул.

— Но я хочу сказать, что весперквины всегда любовались ночным небом. Вся правда в том, что до этого мы никогда не видели его таким прекрасным. Мы даже не подозревали, насколько оно... живое.

Найтмер казалась озадаченной его словами.

— Моим небом? Но я лишь... — она замолчала, глядя на него с каким-то странным выражением, затем прошептала: — Вы прекрасные создания, раз уделяете столько внимания моей ночи.

На мгновение тень улыбки тронула её губы. Но она исчезла также быстро, как и появилась.

— Именно такими я вас и создала.

Скай почувствовал, как пламя негодования разгорается в груди.

— Вы сделали нас созданиями ночи, — сказал он. — Но наше мнение о ночном небе принадлежит только нам.

Уши аликорна дрогнули.

— А ты добрый, да? — она летела какое-то время молча, а затем спросила: — Это только вы, или есть другие пони — дневные, кому не безразлично ночное небо?

— О да, — ответил Скай, кивая. — Есть и такие...

Страж запнулся, пытаясь вспомнить имя, хоть какое-нибудь.

— Твайлайт Спаркл, — машинально произнёс он, вспоминая, как кобылка суетилась около телескопа, отгоняя ночного стража с той части неба, которую она пыталась изучить.

Он понял, что совершил ошибку, как только имя слетело с его губ.

— Твайлайт Спаркл, — повторила Найтмер голосом, полным холодной ненависти. — Как интересно, что ты выбрал именно это имя. А знаешь ли ты, что у меня есть клочки гривы, собирающие информацию по всей Эквестрии? Знаешь ли ты, что им удалось узнать имена этих шести надоедливых пони, которые пытаются бросить мне вызов? Флаттершай, Рэйнбоу Дэш, Эпплджек, Рэрити, Пинки Пай, и, как её там? Ах да. Твайлайт Спаркл.

Аликорн выплюнула это имя, словно гнилой сенбургер.

Скай начал искать пути отступления.

— Она просто пони, которую мы заметили в Кантерлоте, носившаяся с телескопами.

— Понимаю. Вот почему ты озаботился узнать её имя.

Скай застонал. На секунду ему показалось, что им удастся уйти от опасной темы, но, похоже, он сделал только хуже. На его месте должна была быть Небула!

— Ну, она ученица Селестии, так что конечно у нас есть некоторое представление о том, кто она, — попытался объяснить он.

Аликорн нахмурилась.

— Ученица Селестии... — пробормотала она. — Отлично, я не знала этого. Молодец, Скай Даймонд.

Страж замолчал, обескураженный её похвалой.

— Как видите, она, э-э-э, тоже заинтересована вашей ночью.

— Моей ночью? Моей ночью? — Яд сочился в голосе аликорна. — Но, как ты сам сказал, она никогда по-настоящему не видела моих ночей. Так как же она ими восхищается, а, Скай Даймонд?

— Э-э-эм...

— Она отвергла мою ночь. Она объявила себя моим врагом.

— Она не знала, что ещё сделать!

— Ну что же, значит скоро она получит столь необходимое знание, — мрачно ухмыльнулась Найтмер Мун.

Скай пытался придумать способ перевести разговор в другое русло, но и сама Найтмер замолчала, оставляя свои мысли блуждать по тёмным тропам невысказанного. Пока они летели, Скай беспокойно отвёл взгляд и проследил за колеблющимся движением реки справа от них. Та постепенно приближалась, под углом пересекая траекторию их полёта.

Страж почувствовал, как мурашки побежали по плечам, и, обернувшись, увидел, что Найтмер смотрит на него.

— Скажи мне, Скай Даймонд, — начала она, — та кобылка, которую ты защищал, она любит ночь?

Воспоминания о Белль Дансер ранили его. Тепло её улыбки, тепло её губ... но нет, она не могла видеть ночь такой, какой её видел Скай.

Страж крепко зажмурился.

— Думаю, что Белль, как ни крути, дневная пони, — произнес он.

Найтмер прянула ушами.

— А, так ты отрёкся от неё. Благоразумно.

Ответная улыбка Ская получилась не слишком правдоподобной. В горле засаднило.

— Я любил её... всё ещё люблю, — сказал он. — И я не бросал её. Это она бросила меня.

Выражение лица аликорна застыло.

— Она... бросила тебя?

— Она пыталась сделать это помягче, — голос Ская надломился. — Не то чтобы это сработало...

— Она посмела отвергнуть одного из моих стражей? — Ярость бурлила в её голосе. — Она пожалеет об этой глупости!

Скай в мгновение ока перестал себя жалеть.

— Принцесса?

— Не сомневайся, Скай Даймонд, она в полной мере ощутит последствия своего выбора!

Аликорн смотрела в ночь, как будто наяву видя предстоящее возмездие.

Она говорила о Белль. Она хотела причинить ей боль. Скай яростно замотал головой.

— В этом нет нужды, принцесса...

Найтмер злобно посмотрела на него.

— Я не потерплю неуважения к моей Ночной Страже.

— Это не неуважение, она просто не любит меня, вот и всё! — слова вырвались помимо его воли.

“Она не любит меня”.

До сих пор он не смел произнести эти слова. А когда произнёс, снова почувствовал, как сердце разрывается. Но в этот раз вместе с болью пришло что-то новое, что-то успокаивающее, и это было принятие. Несмотря на то, что печали и сожаления стража были с ним прямо здесь и сейчас, перед ним лежал путь и он должен был его пройти. Несмотря на всю боль, с ним всё будет в порядке. Всё будет в порядке.

Найтмер же... Её лицо исказилось от гнева.

— Ты слишком милосерден, Скай Даймонд. Неужели ты собираешься просто смириться и смотреть, как она над тобой глумится?

— Она не глумится, — возразил Скай. — Она бы никогда...

— Она пренебрегла тобой, отвергла тебя! Ты думаешь, я ничего не знаю о таких пони? Воротят носы, принижают тебя... отказываются от красоты твоей ночи... всегда восхваляют твою сестру...

Скай дрогнул, и волна мурашек пронеслась по спине.

— Она не в том положении, чтобы отвергать тебя, — прорычала Найтмер. Речь больше не шла о Белль и, как понял Скай, возможно, аликорн никогда и не имела её ввиду.

— Как она смеет? Как ОНИ смеют? Вести себя так, как будто все твои дары, всё, что ты делаешь для них — мусор! Нужно показать им, как они не правы! Нужно заставить их пожалеть о том дне, когда они отвергли тебя! Заставь её полюбить себя! Возьми её! Заставь...

— Нет! — прокричал Скай, жеребец задыхался, как будто что-то сдавило грудь. — Нет, принцесса, нет.

Он отрицательно помотал головой и почувствовал, как из глаз брызнули слёзы.

— Так не получится! Вы не можете заставить кого-то любить себя!

Бурная реакция стража заставила аликорна прервать свою тираду и безмолвно уставиться на него. Скай смотрел на неё с вызовом, порождённым отчаянием. Как донести до неё истину?

— Любовь должна быть бескорыстной, а иначе зачем она вообще нужна? — всхлипнул он.

Рот Найтмэр сжался, губы дрогнули, обнажая зубы. Огонь вспыхнул в глазах, но жеребец выдержал взгляд, отказываясь уступить, пользуясь мгновением страсти, невзирая на последствия. Широкая река текла под ними, пока Скай решительно смотрел аликорну в глаза.

"Если я не уступлю, она убьёт меня, — подумал Скай. — Но если уступлю, то она сама погибнет".

Но пока длилась эта ужасающая сцена, дымчато-синий клочок  подлетел сзади к Найтмэр Мун и растаял в её бесплотной гриве.

Аликорн захлопала крыльями, отрывая взгляд от Ская и резко остановилась в воздухе. Замерев, она широко раскрыла глаза. Скай пронёсся мимо, затем сложил крылья, вытянулся, поймал воздушный поток и, перевернувшись в воздухе,  ловко замер рядом с ней.

— Невозможно, — пробормотала Найтмэр, неприкрытый шок сквозил в её голосе. — Моё заклинание... развеяли... песней?!

Скай затаил дыхание. На мгновение аликорн задрожала, словно не в силах осознать сообщение, переданное клочком гривы. Похоже, Твайлайт Спаркл с друзьями каким-то образом преодолели ловушку, пожирающую души. Страж почувствовал облегчение — по крайней мере, одно преступление не падёт на плечи его принцессы.

Найтмер стиснула зубы. Грива аликорна распушилась и заискрилась, пока один клок не вырвался на свободу, устремившись к реке позади них. Достигнув её, грива зигзагами двинулась вдоль зеркальной поверхности воды, словно что-то ища. Скай следил за её перемещениями, пока та не скрылась за поворотом реки.

На мгновение всё стихло. Страж взглянул на Найтмер Мун и решил задать ей вопрос:

— Что... — но был прерван испуганным криком, раздавшимся откуда-то снизу.

Аликорн кивнула сама себе, и на её губах появилась довольная ухмылка. Речные воды покрылись рябью, а затем яростно забурлили. Отделившаяся часть гривы вернулась назад, вновь слившись с целым.

Ещё один вой донёсся откуда-то издалека.

— Речные драконы — гордые создания, — сказала она. — Мимо них и песчинка не проскочит. Ни одному пони не пересечь эту реку.

Скай с сомнением посмотрел на воду.

— У них есть пегасы, — заметил он. — Они просто перенесут своих товарищей по воздуху.

Она фыркнула.

— Одна из них трусливый, слабый летун. А другая вскоре обнаружит...

Река взорвалась. Извивающаяся фиолетовая рептилия взмыла в воздух, достигнув впечатляющей высоты, чуть ниже Ская. Речной дракон взвыл, вцепившись когтями в свою морду, а затем с громким всплеском рухнул в воду.

— ...что небо не так безопасно, как она думает, — удовлетворённо закончила Найтмер.

Скай уставился на реку с отвисшей челюстью. Он всматривался в бурлящую воду, но ничего в ней не видел. Существо больше не появлялось.

— Полетели, — сказала Найтмер. — Они не погибнут, если только не будут вести себя крайне глупо. Ты доволен, Скай Даймонд?

Страж сглотнул. Он не был Небулой, и вовсе не был уверен, что Найтмер Мун осознанно избегает убийств, но очень чётко представлял себе, что сказала бы капитан в этой ситуации.

— Принцесса, никто в Ночной страже не желает, чтобы ваше правление началось с кровопролития.

Лицо аликорна исказилось в оскале.

— Скажи это тем, кто смеет противостоять мне! Скажи это тем, кто хочет снова заточить меня!

— Они испуганы, — ответил жеребец. — Они не понимают, что происходит. Боятся, что не увидят снова солнечный свет.

— В солнце нет нужды.

Скай нахмурился, отчаянно подбирая слова.

— Принцесса, я сам не люблю солнце, но пони, они не могут без него. Оно нужно им, чтобы выращивать еду, — жеребец запнулся на этих словах, вспомнив  аргументы Соарина: — Вам нравится пироги? А без солнца пирогов не будет!

Аликорн пристально посмотрела на него.

— Ты что, считаешь меня дурой? Неужели ты думаешь, что я снова совершу ту же ошибку? Ты думаешь, что я хочу, чтобы они перемёрли с голода? Думаешь, у меня мало было времени обдумать всё, пока я была заточена? — В голосе Найтмэр звучала безумная напряжённость.

— Н-нет, принцесса, я...

— То, что я сделала с вами, я с лёгкостью могу проделать и с растениями. Я соединю ночные растения с пищей. Луноцветы с вашей пшеницей.

— Луноцветы? Но они же несъедобны...

— Грибы с вашей клубникой! Всё будет расти и цвести под светом моей луны!

Скай попытался представить вкус клубнично-грибного пирога, а затем быстро попытался распредставить. Он замолчал, но... насколько тщательно она всё это продумала?

Какое-то время они летели молча, затем страж заметил ощерившиеся руины старого замка, поднимавшиеся из зелени впереди. Он махнул копытом в том направлении.

— Это цель нашего путешествия? — спросил он, чувствуя, как у него засосало под ложечкой.

— Ах, — произнесла Найтмэр. — Замок Эверфри. Город поглотил лес, а вот он, похоже, ещё стоит.

Действительно, замок выстоял, хотя и с трудом. Два боковых крыла были распахнуты навстречу небу, крыши обвалились, а внутренние залы были открыты непогоде. В других частях замка виднелись рухнувшие стены и поломанные плиты пола. Позади возвышалась невысокая башня с пустыми окнами, похожими на мёртвые глаза. Перед замком зияло заполненное туманом ущелье, через которое был перекинут верёвочный мост.

Найтмер указала на мостик.

— Обрежь его, — приказала она.

Скай перелетел на ближний к замку конец моста. Ему нечем было резать верёвки, но оказалось, что их достаточно просто снять с креплений. Мост вырвался на свободу и с громким звуком ударился о дальний конец пропасти, отчего в креплениях задрожали доски.

Найтмер Мун приземлись позади него, бесстрастно наблюдая за происходящим. Скай повернулся к ней и расправил свои уставшие крылья. Взгляд аликорна скользнул по дну пропасти.

— Там, внизу, находится Дерево Гармонии, — прошептала она. — Мы с сестрой приняли его элементы, дабы сразиться с Дискордом. Именно поэтому здесь мы и заложили замок. Город быстро разросся, но территорию замка мы сохранили в качестве заповедника, чтобы Древо осталось нетронутым.

Скай не знал, кто или что такое Дискорд, или как дерево могло выжить на дне такого глубокого ущелья. Впрочем, всё это было не так уж и важно. Скаю показалось, что Найтмер о чём-то задумалась.

— Вы вдвоём правили отсюда, — отважился произнести он.

— И здесь же сразились.

Жеребец мрачно кивнул. Что бы сказала на его месте Небула... нет, она была не с ними. И, возможно, Небула была не той, в ком Найтмер... нет, принцесса Луна сейчас нуждалась. Так что же он сам мог сказать?

Скай закусил губу.

— Она хочет, чтобы вы снова были рядом с ней, — произнёс он.

— Прекрасное украшение, покоящееся в тени её величия? Пожалуй, нет.

— Это не то, чего она хочет, — настаивал жеребец. — Я познакомился с ней этим вечером. Она совсем другая.

— Этим вечером? — проворчала аликорн. — Да ты читаешь пони как открытую книгу, раз смог понять её за один вечер.

— И всё-таки она не такая, — настаивал Скай.

— О, так мне освободить её? Миленько побеседовать за чашечкой её дрянного чая? А потом попросить у неё прощения?

"Она простит тебя, — тут же подумал жеребец. — Не задумываясь". Но он не мог сказать этого аликорну. Вместо этого он неспешно заговорил:

— Если вы верите, что не сделали ничего плохого, то не нужно просить прощения, верно?

Найтмер, прищурившись, посмотрела на него.

— Ты прав, Скай Даймонд. Мне не за что извиняться, — сказала аликорн и, секунду помолчав, добавила: — В любом случае, мне поздно просить прощения.

Страж сделал глубокий вдох.

— Вам виднее, принцесса Луна.

— Виднее? — сухо переспросила она. Но спустя мгновение её глаза расширились, когда она поняла, каким именем её назвали, и на какое имя она отозвалась. Губы сжались. — Тебе лучше не испытывать моё терпение, Скай Даймонд. Ты отлично знаешь, что называть меня...

Голос аликорна оборвался, когда ещё один клок гривы подплыл к ней по  воздуху. Она закрыла глаза и сложила крылья. Затем слегка откинула голову назад и издала глухой смешок.

— Эти бесстрашные маленькие пони подружились... на самом деле подружились, с речным драконом и пересекли реку.

В ночи не было слышно ни звука. Аликорн открыла глаза и наклонила голову к Скаю.

— Скажи мне, жеребчик, — сказала она, — есть ли у тебя какие-нибудь идеи?

Страж видел усталость на её лице. Да и как ей было не измотаться за весь день? За последние несколько часов она вырвалась из своего изгнания на луне, заточила сестру и облетела половину Эквестрии (по крайней мере, ему так показалось). Не говоря уже о парочке актов уничтожения чужой собственности в Кантерлоте.

— Принцесса, вам нужно хорошенько выспаться, — пробормотал он.

Та слегка встряхнулась, развеивая явную усталость.

— Не раньше, чем я покончу с этими бунтарями, — сказала она.

Долгую минуту они молча стояли рядом и смотрели на другую сторону ущелья. Стена леса напротив была неподвижна, ветер молчал. Твайлайт Спаркл и её спутники вот-вот выйдут из этой растительной трясины.

Скай задумался о том, что Небула и Найтмер... нет, принцесса Луна, объясняли по поводу Элементов Гармонии.

— Вы с принцессой Селестией владели тремя элементами каждая, — начал размышлять жеребец вслух. — Но обычные пони могли справиться лишь с одним, верно?

— И то не факт, — произнесла аликорн с лёгкой усмешкой.

— Всего элементов шесть, — продолжил страж.

— ...и шесть бунтарей, — закончила за него Найтмер, с кивком. Затем взглянула на стража с любопытством. — Скай Даймонд, ты предлагаешь мне слетать и убить одну из них?

— НЕТ! — воскликнул страж. — Но если бы мы как-то могли отвлечь одну из них, пусть сбежит домой, например, или что-то в этом духе.

Аликорн задумчиво поджала губы и посмотрела через пропасть, останавливая взгляд на подвесном мосту.

— У них есть только одна пегаска, заслуживающая внимания, — задумчиво произнесла она. Затем с прищуром посмотрела на Ская. — Так что ты там говорил? Что каждый пегас мечтает стать этим... ”вандерболтом”?

Скай сглотнул.

## Госпожа ночи

Скай никак не мог привыкнуть к взгляду на мир через две пары глаз одновременно. Мост и голубая пегаска перед ним качались и искажённо выкручивались. Смотреть — это всё, что он мог делать, одновременно сохраняя контроль над двумя пегасьими телами по обе стороны от третьего, управляемого лично принцессой. Его чувства в искусственных телах были притуплены, что, впрочем, было хорошо, потому что в противном случае его бы уже давно стошнило. Скай не был уверен, что случится, если он попробует заговорить.

Голубая пегаска нахмурилась.

— Спасибо, — сказала она и наклонилась вперед с ухмылкой, — за предложение, я имею в виду. Но... боюсь, я вынуждена отказаться.

Одним быстрым рывком она затянула конец каната на опоре моста и юркнула в туман обратно к своим друзьям. Скай уже подумывал броситься в погоню, если, конечно, он сумеет совладать с двумя парами крыльев, но прежде чем он успел хоть что-то сделать, мысли Ская поглотил хаос, и два призрачных Шедоуболта, которыми он управлял, обратились обратно в субстанцию гривы его принцессы. Они промчались сквозь руины замка, сопровождаемые третьим куском, несущим сознание самой Найтмер Мун. Глыбы камней и погнутые плиты дорожек проносились мимо сбивающим с толку потоком, пока Скай не достиг входа в главный зал, где стоял весперквин с отвисшей челюстью — он сам.

Две частицы гривы прошли сквозь его голову без какого-либо усилия. В тот же миг сознание Ская вновь оказалось в его собственном теле, сопровождаемое липким и леденящим ощущением дезориентации. Жеребец пошатнулся, стукнув копытами по каменному полу, когда волна тошноты прокатилась сквозь его тело.

— Давайте больше не будем так делать, — прохрипел страж.

Принцесса не обратила на него внимания  и прошествовала по лестнице в лишённый крыши холл замка. Скай последовал за ней и едва увернулся, когда аликорн пнула старинные двери. Сохранившиеся частички прежней дворцовой магии погасили силу удара, позволив дверям плавно закрыться.

Найтмер Мун ничего не говорила, но её губы были сжаты в выражении концентрированной ярости, вызванной предыдущей неудачей. Пока Скай пытался подобрать слова, чтобы приглушить её гнев, Найтмер успокоилась сама и уставилась на большую статую в центре зала.

Она была похожа на огромную модель каких-то небесных тел. Тонкие опоры отходили от центрального основания и удерживали каменные сферы, на каждой из которых находились непонятные символы. Потрёпанные временем камни были испещрены трещинами.

Найтмер Мун медленно подошла к скульптуре и мрачно усмехнулась.

— Видишь это, Скай Даймонд? Элементы Гармонии.

Жеребец вытаращил глаза. Он и представить себе не мог, что древнее магическое оружие окажется рассыпающейся скульптурой. По правде говоря, он ожидал чего-то более эффектного.

— Они опасны? — спросил страж. — Что нам теперь делать?

Аликорн лишь фыркнула и направилась дальше, оставив Элементы позади. Скай растерянно последовал за ней, когда она покинула зал и пошла вглубь разрушенных дворцовых коридоров.

— Опасны? — сквозь зубы процедила Найтмер Мун, словно смакуя злость. — Опасны? Они давно угасли, Скай Даймонд. Время рассеяло их силу. А один из них вообще пропал бесследно.

Пока Скай терзался вопросами, аликорн провела его вверх по спиральной лестнице в большое помещение. Когда-то оно было тронным залом, но сейчас здесь вместо высоких прямых окон зияли дыры, в некоторых всё ещё оставались фрагменты стёкол. Лунный свет проникал сквозь них, освещая ветхие колонны, поддерживающие арочную крышу. В дальнем конце помещения находился старый трон, позади которого висели символы в форме луны и солнца. Воздух был слегка затхлым.

— Если Элементы бесполезны, тогда беспокоиться не о чем, — осторожно продолжил Скай, пытаясь оценить реакцию принцессы на свои слова. — Мы можем просто оставить Твайлайт и её друзей шляться тут, теряя время. Только подумайте...

Губы принцесса вздрогнули, и она перебила его.

— Я потакала твоей жеребячьей робости слишком долго, — язвительно ответила Найтмер Мун. — Все эти полумеры лишь дают им возможность поиздеваться надо мной.

— Никто не издевается над вами, принцесса, — прервал её Скай. Настроение аликорна портилось и раньше, но сейчас всё было совсем по-другому. Теперь внутри неё кипела ярость, с трудом сдерживаемая и ищущая выхода. Разум Найтмер Мун балансировал на краю пропасти, и любой неверный шаг мог сбросить её в бездну, из которой не было возврата.

— Мое терпение подходит к концу, — прорычала она. — Они хотят противостоять мне? Что ж, сами напросились!

Найтмер обволокла магией символ солнца, украшавший старинный трон, и в гневе дёрнула. С громким треском он отломился, и разъярённая кобыла со злобным смешком бросила вырванный кусок на пол.

— Принцесса Луна, пожалуйста, успокойтесь, — со стучащим в груди сердцем взмолился Скай.

— Успокоиться?

Резким движением она направила свой рог прямо на него.

— Успокоиться? Кто ты такой, чтобы указывать мне, Скай Даймонд? Разве не я создала ваш вид, чтобы вы служили мне? — мерзким голосом спросила она.

Эти слова жестоко ранили, и жеребец до боли сжал зубы. Слова, совсем необдуманные, вырвались изо рта прежде, чем он успел спохватиться.

— Вы бросили нас! Мы не знали, каково наше предназначение, кто мы есть. Нам пришлось самим решать, как жить с этим!

— Бросила вас? — фыркнула Найтмер Мун. — Селестия заточила меня на луне!

— А какой выбор вы ей оставили? — закричал в ответ страж. — Неужели вы думаете, что она хотела этого?

— Да, Скай Даймонд! Конечно хотела! Она так сильно завидовала моей ночи. Она всегда завидовала мне!

Жеребец рьяно тряхнул головой.

— Она до сих пор корит себя за то, что не смогла придумать лучшего решения. Мы все знаем это.

— Ой, не сомневаюсь, — зловеще процедила Найтмер, — уверена, вам всем очень хорошо с вашей любимой принцесской солнца.

Скай почувствовал, как пот начал проступать у него на лбу. Независимо от выбора, его слова всегда казались неправильными. Говорить с аликорном было сродни полёту по краю торнадо. Малейшая ошибка отправит его прямиком в пучину вихря.

Но, несмотря на это, всё ещё оставалось то, что он должен был сказать.

— Принцесса Луна...

— Не называй меня этим именем, — прорычала та.

— ...мы, весперквины, есть воплощение ночи. Таков был наш выбор. Селестия могла обратить все ваши чары вспять, но мы отказались. Селестия — не наша принцесса. Наша принцесса стоит передо мною.

Найтмер уставилась на жеребца тяжёлым безжалостным взглядом.

— И, несмотря на всё это, Селестия благоволит нам. Мы единственные пони, с которыми она может говорить о вас, единственные пони, которые поймут. Она считает нас своими друзьями. Так что поверьте мне, когда я говорю, что и она тоже хочет быть вашим другом.

Найтмер Мун ответила ему испепеляющим взглядом.

— И ты конечно среди её близких друзей, чтобы знать подобные вещи?

Нет. Конечно же он не был столь близок с Селестией — его знакомство с ней началось лишь этой ночью. Но ещё Скай знал, что не ошибается. Истории о принцессе Луне были неотъемлемой частью жизни каждого весперквина, и все эти истории были поведаны им Селестией. Чувства солнечной принцессы были вплетены во всё, что они знали о Луне.

— Всё это правда, — настаивал Скай, — приведите её сюда, и я клянусь, она будет умолять вас принять её дружбу.

Найтмер Мун саркастически хмыкнула.

— Нет, я так не думаю, Скай Даймонд. Не думаю, что такое может вообще произойти. Я не освобожу её, а что касается мятежников... Я заставлю их заплатить за свою дерзость.

Жеребец поморщился. Жажда крови, снова исходившая от аликорна, заставила стража вздрогнуть.

Скай попытался успокоить её.

— Конечно, но... это была весьма долгая и напряжённая ночь для всех нас, не находите? Давайте пока что уйдём, отдохнём и вместе подумаем о...

— Отдохнём? — резанул по ушам крик Найтмер. — Эти пони посмели поднять бунт против меня, а ты предлагаешь мне отдохнуть? Не будет никакого покоя, пока я не накажу их в назидание остальным! Не будет никакого покоя, пока я не сокрушу остатки Элементов прямо у них на глазах, а затем сокрушу их самих!

Взгляд аликорна заискрился огнём ужасающей ярости.

— Принцесса Луна, нет, — вскрикнул Скай, — не поддавайтесь гневу!

Найтмер Мун снова взъярилась на стража.

— Да сколько раз говорить тебе, что это не моё имя? Моё терпение на исходе! — После чего добавила с сожалением: — Ты назвал меня вполне достойно при нашей первой встрече!

Страж продолжил, проигнорировав словесный выпад.

— Вы уже убедились в этом сами, что вам никому не надо ничего доказывать! Ваша власть неоспорима. Вам не нужно заставлять их ненавидеть или бояться вас.

Найтмер Мун безжалостно посмотрела на него.

— Но я хочу, чтобы меня боялись, — с пронзающим холодом в голосе произнесла она.

Скай почувствовал, как ледяной пот ползёт по телу. Он её теряет. Небула доверила ему их принцессу, но никакие слова стража не могли вытащить её из пучины безумия. Наоборот, казалось, что он загоняет её ещё глубже. Безнадёжные мысли роились в голове жеребца, не оставляя ни единой полезной идеи. Она хочет вселять ужас, сама этого хочет! Как она может желать такого для себя? Это было самым грустным, что страж мог представить.

— Принцесса Луна, нет... — задыхаясь, начал он.

Найтмер Мун ударила копытом в пол, расколов камень. Её буквально трясло от ярости.

— И снова ты отрицаешь моё истинное имя! Не бывать этому! Я Найтмер Мун! Скажи это! Скажи, кто я есть!

Мощь контроля звенела в её голосе. Скай чувствовал, как эта сила проламывается сквозь него, неумолимо охватывает и принуждает следовать воле Найтмер Мун. Он сопротивлялся, сжал зубы в попытке удержать собственный голос. Страж знал, что если он назовет её Найтмер Мун, то всё будет потеряно. Она падёт туда, откуда нет спасения, и весперквины будут обречены существовать в качестве её марионеток, а не друзей, которыми они когда-то поклялись быть. Он боролся, но слова рвались из его горла, твёрдые, словно камень. Паника, отчаяние и сожаление в его душе слились в мощную силу, способную противостоять контролю, и на мгновение сила воли стража смогла одолеть волю Найтмер Мун. Но даже этого усилия оказалось недостаточно. Скай чувствовал, как слова обретают плоть внутри него, пытаясь вырваться наружу.

Он уже знал, что это за слова...

Её имя.

С удивлением Скай отдался той силе, что овладела им. Страж выпустил слова наружу, громким голосом напевая в ночи:

— Вы — Та, Что Окутана Мантией Звёзд, вы — Та, Что Бродит Тайными Тропами Небес, вы — Повелительница Тьмы, Королева Луны, Странница Океана Ночи и Госпожа Грёз!

Глаза аликорна расширились и застыли, словно околдованные звучащими словами. Слушая свой голос, гордо разносящийся вокруг, Скай чувствовал, как ликование пульсирует в его груди.

— Вы — Та, Чья Грива Усыпана Звёздами, Та, Что Парит Средь Галактик, Та, Что Олицетворяет Безграничность Космоса.

Уши аликорна были направлены на него и ловили каждый произносимый им слог.

— Вы — Благодать Ночного Затишья, Согревающее Сердце Теней. Вы — Страж Снов. Вы — Её Королевское Высочество, Принцесса Луна Нокс Прайзис, Хранительница Ночи!

На какое-то мгновение аликорн стояла перед ним в том великолепии, словно в образах со старинных витражей — тело в цветах безграничного ночного неба и глаза, широко раскрытые в изумлении.

Её величие ошеломляло.

Но внезапно её лицо исказила гримаса бешенства. Шерсть стала  абсолютно чёрной, и Найтмер вскричала что-то неразборчивое в испепеляющей ярости.

Скай потерял её. Он был так близок, и он потерял её.

Рог Найтмер Мун полыхнул магией, и стража отбросило назад и высоко вверх. Он врезался в верхнюю часть колонны, после чего магия швырнула его на пол, ударив головой о камень. Тьма накрыла его сознание.

Скай пытался бороться, хотя мысли его были вялы и бессвязны. Тьма обволакивала его, не давая вернуться в сознание. Он словно плыл по озеру тягучей смолы. Когда жеребец попытался пронзить темноту ультразвуком, чтобы “осмотреть” пространство вокруг себя, то понял, что его горло будто парализовано.

Он всё ещё пытался сбросить это проклятое оцепенение и открыть глаза. К нему вернулось чувство пространства вокруг, чувство чего-то происходящего рядом, ощущение разгорающейся магии, тускло касающейся его восприятия. Но страж не мог вытянуть себя из омута собственных мыслей, все его усилия мгновенно улетучивались во тьму сна.

Но затем Скай почувствовал сбоку какое-то тёплое излучение, чьё присутствие сплело воедино нити его мыслей. Вместе с тем ощущение пространства и реального мира вокруг него угасли.

— Скай... Даймонд, верно? — промолвил голос близ него.

Жеребец обнаружил себя парящим в роще, залитой сумеречным светом. Журчащий ручей бежал под ним, толстые стволы деревьев стояли вокруг, с точностью повторяя расположение колонн в том, реальном, мире. Всё это говорило о том, что он был во сне.

И ещё потому что принцесса Селестия парила рядом с ним.

— Принцесса, — голос стража дрогнул в удивлении, — но ведь вы же были заточены!

Аликорн ответила ему грустной улыбкой.

— И остаюсь там. Сначала я подумала, что была сослана на солнце. Это потребовало бы колоссальной мощи, но, я не могла отрицать подобной возможности. Однако я не почувствовала связи с солнцем и таким образом догадалась, что вместо этого она заточила меня внутри иллюзий царства снов. Поняв это, я начала изучать, как я могла бы перемещаться по этому миру.

Селестия огляделась вокруг. Ветер шевелил листву, но при этом они до сих пор не ощущали его. Селестия грациозно спланировала к ручью, туда, где большой овальный булыжник разделял течение. Потоки воды кружились вокруг него, плескаясь и, словно по волшебству, сияя неестественным серебристо-белым светом.

Скай последовал за Селестией и нерешительно приземлился в неглубоком потоке рядом с ней. Прохладная вода пенилась вокруг ног, принося бодрость.

Аликорн рассматривала камень с грустным выражением в глазах. Почему? Скай тоже взглянул на него, сморщив брови в попытке разгадать значение ровной поверхности камня.

И вдруг, в подобающей сну манере, мир покачнулся и преобразился. Теперь не было никакого камня, зато перед ним возникла магическая сфера дымчатого цвета. С опаской страж коснулся её, но поверхность была твёрдой и неподатливой — может быть, это и было то самое нечто, принятое им за камень.

Искры света засверкали вдоль потоков, словно разноцветные рыбы.

Скай всмотрелся в полупрозрачную глубину магической сферы. Постепенно он смог различить фигуру пони, свернувшуюся в центре. Чем дольше он смотрел, тем яснее она становилась, пока страж не увидел её отчётливо — аликорн с окраской и кьютимаркой принцессы Луны. Она была совсем мала и юна в отличие от статного существа, изображаемого весперквинами на протяжении веков. Даже грива ещё не отросла полностью. Копыта аликорна дергались, и сама она дрожала, словно в объятиях кошмара.

Скай взглянул на Селестию.

— Неужели это и вправду...

Селестия медленно кивнула.

— Моя сестра. Или точнее та её часть, от которой она пытается избавиться.

Жеребец повернулся обратно к фигуре, заключённой в магической сфере.

— Она совсем не такая, как я её представлял.

— Это то, как она видит себя сама, — с грустью ответила Селестия. — Она считает себя слабым, немощным жеребёнком. Свои черты характера она рассматривает как плод детской наивности. Моя сестра ошибается, конечно же, но... она не может поверить в свою ошибку.

Ручей забурлил и зашипел. Искры света в воде начали двигаться быстрее, сверкая вокруг копыт Ская, а высоко над ним порывистый ветер яростно теребил ветви.

Селестия взглянула вверх на качающиеся деревья.

— Скажи мне, что происходит в реальном мире?

Скай начал отвечать, хотя с каждым словом говорить становилось всё тяжелее:

— Я не смог, принцесса Селестия. Я пытался... мы с Небулой упорно пытались вернуть её назад, но ничего не помогло... Она просто не хотела слушать нас.

Жеребец уронил голову, слёзы застилали его глаза.

— Ох, Скай Даймонд, — нежно произнесла Селестия, — не будь столь уверен в своей неудаче. Луна может казаться наиболее упрямой именно тогда, когда она стоит на пороге перемен.

Страж лишь покачал головой. Утешения принцессы были добры, но бессмысленны пред лицом поражения. Перемены, о которых она говорила, пришли... но они не возымели успеха. Найтмер была слишком сильна.

Селестия нежно погладила его плечо кончиком крыла.

— Ещё слишком рано сдаваться, мой маленький пони. Я не переставала верить в неё, и знаешь, почему? Давным-давно непоколебимая вера вашего народа зажгла во мне искру надежды — что моя сестра не пала за пределы искупления. Даже и не думай, что ты совсем не сумел достучаться до её души.

Хоть и не касаясь Ская, ветер завывал в роще вокруг них, мощные деревья трепетали в его власти. Ручей стал бурным потоком, и воды его странно сияли оттенками радуги.

— Оглянись вокруг. Царство снов отражает состояние её разума, — сказала Селестия. — Она в смятении. Может быть, страх тому причиной, но я верю, что это надежда.

— Я не смог помочь ей, — дрожащим голосом ответил страж и положил копыто на твёрдый магический барьер, окружающий Луну. — Она заперла себя там. Я не смог ничего поделать.

Но Селестия лишь приподняла бровь.

— Уверен? Присмотрись снова, Скай Даймонд, и наберись мужества.

Растерянный жеребец вновь взглянул на магическую сферу под своим копытом. Теперь там не было ровной и гладкой поверхности, которую он ожидал увидеть.

Трещины пошли по всей поверхности.

Они расползались из-под его копыта, окутывая сферу неровными контурами, словно паутиной. Изображение Луны внутри раздробилось сотней изломанных граней.

“Я сделал это?”

Теперь поток ревел, бурля у ног Ская, сияя всеми цветами радуги.

Скай повернулся обратно к Селестии, чтобы спросить её, что всё это значит. Но её больше там не было. Он покрутил головой, пытаясь найти принцессу.

И тут доселе неощутимый ветер внезапно обрёл силу. Неистовые потоки воздуха чуть было не порвали кожистые крылья и взметнули стража вверх. Он попытался выровняться. Поток воды под ним начал вздыматься и, словно огромная радужная арка, с оглушительным грохотом обрушился вниз на пузырь магии, в котором была заточена Луна.

Скай пытался приблизиться к сфере, но ветер был сильнее урагана, а крылья налились свинцовой тяжестью. Что-то медленно отталкивало Ская прочь, пока его спина не коснулась ствола дерева.

Сияющая радуга заполнила всё поле зрения, пока роща не растворилась в ней. Страж просыпался. Мир погрузился в туман иллюзий, но радуга осталась, ослепительно возвышаясь перед Скаем. Он моргнул, пытаясь избавиться от бликов в глазах, и понял: всё это было наяву, его глаза были открыты.

Магическая радуга под ним оканчивалась круговоротом света настолько яркого, что он до боли жёг глаза. И внутри это вихря извивалась фигура. Сердце замерло в груди Ская. Он знал, кто это был.

Твайлайт Спаркл и её друзья парили в воздухе, излучая магию, ярко освещавшую всё вокруг.

"Что это? Элементы Гармонии ведь утратили свою мощь, верно? Значит, Твайлайт нашла какую-то другую магию?" — мысли ураганом кружились в голове Ская. Неужто весь их поход был лишь отвлекающим манёвром? Но если Твайлайт не искала Элементы, зачем тогда она пришла сюда? Ничего не понятно.

Сияющий свет погас, мощь его растворилась в пространстве. Магия, удерживающая стража на месте, затрепетала и развеялась, и он судорожно захлопал затёкшими крыльями, пытаясь удержаться в воздухе под потолком. Его пока ещё не заметили, но жеребец не знал, мог ли он использовать это как преимущество. Он ужасно устал — даже с учётом элемента неожиданности, перспектива одному сражаться против шестёрки пони выглядела полнейшим безумием.

И был ли вообще смысл сражаться?

Сердце Ская дрогнуло, но он заставил себя посмотреть вниз, туда, где его принцесса лежала у подножия трона с разбросанными вокруг осколками брони.

Это была Луна. Никакого следа Найтмер Мун. Насыщенный и величественный синий цвет её шёрстки сиял в глазах стража, словно надежда.

Но она не была той высокой и ослепительной Луной, на протяжении столетий изображаемой на витражах. Она была тем существом из царства снов. Она была слаба. Только сейчас жеребец смог почувствовать, как сильно обессилела она после своего возвращения. Вид принцессы говорил о глубоком истощении. Даже грива потускнела и потеряла всё великолепие, наряду с запавшими глазами; ноги немощно дрожали.

Скай хотел броситься к ней, но что-то подсказало ему, что для этого ещё не время. Селестия сказала, что верит в свою сестру — но эта вера подразумевала свободу выбора, важность собственных решений Луны. И страж знал, что несмотря на то, что Луна была побеждена, на этом всё вовсе не закончилось.

Солнце уже начало восход, но Скай продолжал парить в воздухе, наблюдая за Луной, едва замечая яркое сияние, пробивающееся сквозь окна. Он вряд ли обратил внимание на прибытие самой Селестии или её разговор с шестью торжествующими пони. Только Луна, только его принцесса полностью завладела вниманием стража, и он был готов броситься к ней при первой же необходимости.

Наконец Селестия подошла к Луне и опустилась перед ней на колени. При виде отпрянувшей назад принцессы Ночи сердце Ская дрогнуло, но в её взгляде было нечто большее, чем страх и стыд.

В её глазах сияла надежда.

В ту судьбоносную ночь Скай говорил Найтмер Мун, что первым, о чём попросит её Селестия, будет просьба о дружбе. В отчаянии он говорил это, боясь, что аликорн ускользает от него. Он говорил это в надежде, что слова его пробьются сквозь доспехи Найтмер Мун к душе, которая была принцессой Луной. Он говорил это с угасающей надеждой, что его слова достучатся до неё. Он говорил, зная, что озвучивает не правду, а лишь собственные мольбы.

И тем не менее это было правдой.

— Примешь ли ты мою дружбу? — спросила Селестия, и её слова прогремели в голове стража, словно лавина.

Скай задержал дыхание. Все находившиеся в зале застыли в ожидании. Буря эмоций пронеслась по лицу Луны, от сожаления и гнева, до страха и мольбы. Барьеры пали, всё что осталось — она сама, уязвимая и открытая для всех вокруг. Скай хотел ринуться вниз, встать рядом с ней, но это был выбор, сделать который могла только Луна. Либо она останется с прошлым, со всем, чем она стала, с яростью и мощью, со злом, причинённым ей, и, конечно, со злом, причинённым ею, либо она отбросит всё это и начнёт заново — в поисках прощения, в поисках новой себя.

Долгие секунды балансировала она на грани выбора — с головой, низко склонённой к груди, телом, дрожащим словно в усилии пробиться сквозь стену, существующую лишь для неё.

"Мы будем твоими друзьями, — думал Скай, безмолвно уговаривая её.  — Мы ждали тысячу лет, чтобы стать твоими друзьями".

И затем что-то переломилось, и Луна бросилась в объятья Селестии.

— Прости меня! Я так по тебе скучала! — прорыдала она, и Скай выдохнул, чувствуя, как необъятная, ошеломляющая волна облегчения накрыла его.

Всё ещё незамеченный, страж спланировал на пол. Усталость охватила его, и Скай просто стоял, улыбаясь счастливому воссоединению двух сестёр. Слезы счастья замутили его взор. Страж уже предвкушал хороший дневный отдых... но затем он вспомнил о вещах, которым всё ещё требовалось уделить внимание. Спасение Небулы, конечно же; освобождение Вандерболтов; долететь до Кантерлота; отчёт, за большую часть которого придётся отдуваться именно ему, так как после ранения Небулы он был единственным стражем Ночной Гвардии, вовлечённым в эти события...

Но мгновение спустя все заботы были разогнаны безбашенной розовой земнопони, которая схватила Ская за копыто и утянула его танцевать.

* * *

Под сенью лунного света капитан Ночной Гвардии командует построение. Её крыло заживает достаточно быстро, так что она уже сняла повязку, по крайней мере, на этот вечер. С другой стороны стоит юный страж, недавно повышенный в звании, которому доверена честь объявить прибытие принцессы Луны. Громко разносится его звонкий голос, исполненный гордостью.

Их принцесса шествует меж ними, проводя свою первую инспекцию Ночной Гвардии. Она постепенно приходит в себя после перенесённых страданий, и теперь её фигура всё больше и больше напоминает величественного аликорна, которого когда-то они видели лишь на портретах и витражах.

Нарушая дисциплину, стражи широко улыбаются, улыбаются во весь рот, кивают, а у некоторых можно даже разглядеть слёзы на глазах. Их капитан шутливо бранит подопечных словами столь забавными, что улыбка появляется и на губах самой принцессы.

Принцесса Луна рассматривает их в изумлении. Среди всех памятников, посвящённых ей, нежно вплетённых Селестией в ткань эквестрийской истории, всех строений, воздвигнутых с заранее выделенными для неё покоями — ничто среди этого не умиляет её столь сильно, как эти чудесные создания. Из любви к ней, которую она могла никогда не оправдать, они хранили её заветный образ на протяжении тысячи лет. Они — её стражи. Они — её Ночная Гвардия.

Но самое главное, они — её друзья.