# Совпадение, изменившее жизнь

VinylDask

Сегодня, день рождения Винил. Она опять будет праздновать его одна, или с подругой в своём застранном доме. Или этот год принесёт неожиданные повороты?

[Изображение: https://sun9-27.userapi.com/impg/P7HCPNgFQUBp5MoApKE4XddZJoQ9r05juY0xAA/8qKQ-q58qxc.jpg?size=2160x2160&quality=96&sign=8d387b1e1b9d571f4754f9a75ae7d7d7&c_uniq_tag=zWJroj1FIpjk-x7gCLFt76P1525a2onKetUM60pqqIg&type=album]

(заказано мной, персонаж и арт принадлежат мне. Группа художницы: https://vk.com/club117808612)

## Глава первая: День Рождения

Кому интересно, голос Сары (как мной задумано): Anne Murray (Советую песню Snowbird) Голос Винил: Наталья Андреевна О’Шей (Грп. Мельница. Советую песню Волкодав) Спасибо огромное Verbannt, Plazmataim за помощь

Сон… Что может быть лучше сна, где тебя никто не трогает и где тебе снятся прекрасные сны, которые ты в большинстве случаев даже не вспомнишь после пробуждения? Сон и только сон! Что же ещё может быть лучше сна, если не сон? Иногда хочется, чтобы сны длились вечно и никогда не прекращались, но как говорится, ничто не вечно под луной.

— Как же, я ненавижу это ебаное утро и этот проклятый будильник, — сонно пробормотала я, не открывая глаз, и начала шарить по тумбочке копытом в поисках ненавистного мне будильника, что издавал свой мерзкий звон, словно способного достать тебя даже с того света. Найдя этого звонящего негодяя, я со злости шарахнула по нему копытом за испорченный блаженный сон, а тот в свою очередь наконец-то заткнулся и оставил меня в покое. Хотелось конечно поспать ещё лет сто например, но я не могла себе этого позволить… Работа, повседневность и прочее дерьмо, что происходит со мной каждый дискордов день.

— Вот и очередной долбанный день, — сонно прошептала я, когда наконец-то открыла глаза с большим нежеланием.

Осмотрев свою комнату, я не обнаружила никаких изменений в своём творческом беспорядке, и никто не посмел дотронуться до моего бесценного бардака, которым можно было бы лишь гордиться, выставляя в музеях. Хотелось, конечно, с облегчением вздохнуть, но дискордово солнце только начинало всходить, бесцеремонно проникая своими отвратительно яркими лучами через окно, начав светить на кровать, а заодно на недовольную этим явлением мою прекрасную морду, и эта морда была закрыта моим крылом от злобного солнца.

Раздраженно зарычав, я села на кровать, спиной к окну. Комната была как обычно неубранной, и мне вечно никак не хватало времени на уборку. На полу, возле кровати, валялась моя нестираная форма почтальона, на тумбочке несколько чашек из-под чая и кофе, а на комоде грязная посуда и бутылки из-под алкоголя. Было чистое и убранное только одно место, и этим местом был рабочий стол, на котором стоял проигрыватель виниловых пластинок и их небольшая коллекция. Времени разглядывать свою комнату в собственном доме больше не осталось, и я, лениво сползая с кровати, встала на копыта и поплелась в ванную комнату, попутно надевая на копыта тапочки, так как меня бесил постоянный цокот копыт и тапочки помогали мне избавиться от этого отвратительного не музыкального сопровождения.

Вот с чем, с чем, а с жильем мне повезло, так как достался вполне уютненький, хоть и маленький домик на окраине этой «дыры», которую по недоразумению называют городом. Живет в нём максимум тысяча с чем-то пони, а остальные просто приезжие и не задерживаются в городе надолго.

Пройдя в небольшую ванную комнату, я включила свет и увидела в зеркале светло-серую пегаску с растрепанной двухцветной гривой. Она смотрела на меня из зеркала своими уставшими, невыспавшимися голубыми глазами и так же с привычным в них непониманием смысла своего существования.

— С днём рождением тебя, Винил, — скорчив гримасу, поздравила я сама себя и начала умываться. — Вот, повезло же тебе быть найденной у порога детского дома именно в понедельник? И угораздило же уродиться похожей на мировую легенду Винил Скрэтч, особенно своей гривой, но она хотя бы чего-то добилась в своей жизни, а я же толком не добилась ничего…

Вздохнув, я вновь посмотрела на свою морду, и одев расчёску на копыто начала расчесывать волосы на гриве и хвосте. Закончив с волосами, я перешла к чистке зубов, но с ними вполне справилась быстро. Выйдя из ванной более посвежевшей и ухоженной, я посмотрела на часы.

— Блядь! Опаздываю! — крикнула я и галопом побежала в комнату, где на стуле лежала свежая, выстиранная и выглаженная форма почтовой службы Эквестрии. Спасибо, вчерашней мне за это, но мне не хватало в очередной раз опоздать, а если меня уволят с этой работы, то другую найти будет не просто. Быстро одевшись, я начала метаться по домику, ища свою сумку, которая, как оказалось, висела на ручке двери и не подавала признаков своей сумочной жизни.

— Ох! Вот ты где!

Сделав фейсхуф, перекинула её через плечо, и быстро вылетела в окно, быстро махая крыльями. Было несколько причин, почему я всё ещё работаю на почте, так это то, что в этом городке свободных пегасов можно было пересчитать по маховым перьям одного моего крыла, а также и из-за близости к Сталлионграду. Большая часть жителей городка состояла из земных пони, а остальная меньшая часть состояла из единорогов, но тех же пегасов было совсем немного. Небольшая горстка крылатой братии, большая часть которой работала в погодном патруле.

Почтовое отделение было почти в самом центре, в небольшом отдалении от рыночной и центральной площади, по этому путь занял пятнадцать минут лету на моей максимальной скорости.

Запыхавшаяся, встала возле служебного входа, ожидая, пока сбившееся дыхание восстановится. Почти перед моим носом дверь резко распахнулась, и в дверном проёме появилась достаточно высокая, жилистая для своего возраста земная пони в строгом костюме, который почти сливался с её угольно-чёрной шерсткой. Серая грива у неё была убрана в аккуратный пучок. Она пристально, и недовольно смотрела на меня карими глазами. К счастью, она сменила гнев на милость.

— Ну что же ты, Винил, все время опаздываешь? Сегодня уж тебя прощаю. Уже двадцатый год пошел, а ты все опаздываешь, не пора ли браться за ум, пойти учиться, найти работу и жеребца? — в который раз произнесла кобылка.

— Ну, Сара Васильевна, я всего на десять минут опоздала... Да и рано мне думать о жеребце. И вы же знаете, что у меня нет денег даже на колледж, не говоря уже о институте... — немного обиженным тоном произнесла я, надув щечки.

— Ладно, хватит дуться, как мышь на крупу, тебя сегодня ждёт работа. После смены, обязательно зайди ко мне, я испекла для тебя пирог, с яйцом и зеленью, как ты любишь,— с улыбкой произнесла Сара, предвкушая мою реакцию.

— Правда?.. Ох, не нужно было, но спасибо, обязательно зайду... — неловко улыбнулась в ответ.

Эта кобылка, как многим кажется с первого взгляда, была очень требовательным и холодным начальником. Это не удивительно, ведь она была на руководящей должности в Сталлионграде. Проработала на ней до самой пенсии, переехала сюда и устроилась в почтовое отделение. На самом деле, она отличный начальник, ради нас любому глотку перегрызет. Или нас накажет. За дело.

Услышав ответ, она кивнула и сменила выражение мордочки на безэмоциональное, и отошла в сторону, давая пройти.

Прошмыгнув в коридор, я быстрым галопом поскакала в пункт сортировки, где уже собрались другие почтальоны, ожидающие писем и посылок, отправленных в их районы. Я тут же врезалась в стоящую на проходе салатовую пегаску, которая сразу развернулась, легонько шлепнув фиолетовым хвостом мне по носу.

Увидев меня периферией, она почти сразу воскликнула со своей тупой ухмылочкой.

— Ага! Вот и наземная недопегаска явилась.

— Ой, Санни, иди нахуй, — сморщив нос, ответила я.

Эта зараза испортила немного приподнятое настроение, после разговора с Сарой. Эта гадина, Санни Скортч, возненавидела меня с самого первого взгляда, как только я появилась в этом городке. Первые пару недель я её естественно терпела, но потом начала ей отвечать грубостью на грубость. А там и до драк доходить начало. Дерётся же она очень даже хорошо, несмотря на своё «Чистое» происхождение, выходец из высшего света. Ну и я тоже не промах, не зря же в стольких стычках в детском доме была замешана. Счет пока что был равный, если не считать её подлянок, которые она устраивала мне на работе. Она собиралась мне ответить чем-то язвительным, но её мягко оттолкнула пожилая пара земных пони. Мистер и Миссис Смит. Светло-коричневый жеребец с чёрной гривой, и тёмно-серая кобылка с бордовой гривой всегда ходят парой. Они вместе уже больше пятидесяти лет живут счастливо, без единой ссоры.

— Винил, дорогая, мы хотим поздравить тебя с днём рождения. Мы очень рады, что ты влилась в наш коллектив, став его неотъемлемой частью. После смены у Сарочки не забудь забрать наш с Сэмом подарок — чайный сервиз. На будущее. — обезоруживающе улыбнулась старушка, и злобу как копытом сняло. — И как бы это не звучало банально, но этот твой день рождения будет особенным. Ты его запомнишь на всю свою жизнь. Просто поверь старой кобылке, повидавшей многое на своём веку.

— Не стоило, вы наверное долго на него копили... — мои щеки заполыхали, вызывая у стариков улыбки на мордочках.

— Ты о наших кошельках не беспокойся, для нас приятно сделать хороший подарок такой молодой, немного взбалмошной пегаске как ты, — улыбка с их мордочек никак не сходила. Им очень нравилось наблюдать за моей пылающей мордашкой.

Я не нашла ничего лучше, как обнять этих милых стариков, уткнуться носом в их щеки. Мои обнимашки были прерваны громким покашливанием нашего начальства, обращая внимание на себя.

— Все, письма, посылки и прочее уже рассортировано и ждет только вас. За работу! Крылатики, шевелите поршнями. Активнее, активнее!

Сара, как обычно, переключилась в режим «строгой начальницы» и начала управлять всеми, покрикивая на нас как на молодняк. Настроение начало понемногу подниматься, и день становиться лучше. Подойдя к своему столу, начала засовывать письма и несколько посылок в свою сумку. Закончив, собиралась уже улетать, как мне на хвост наступила салатовая сучка, и я чебурахнулась об пол, а эта пегаска с хохотом вылетела из помещения, оставив меня злобно рычать ей в след. Встав и отряхнувшись быстрым шагом, вышла из здания.

Почти вся смена прошла нормально. За исключением последнего адреса. Нет, начиналось все очень даже хорошо — это был адрес моей лучшей и единственной подруги.

Подходя к дому, мимо почтового ящика на столбике с фамилией на боку «Уайтсноу», я думала о чём-то своём, как мне из двери своего дома вышла Салли. Небольшого роста единорожка белой масти, с сине-зелёной гривой, которую она стригла под Твайлайт Спаркл. Она практически всегда говорила тихо.

— Привет, Винил... — прошептала она с маленькой улыбочкой, и прежде чем смогла продолжить, я её обняла.

—Приве-е-ет, Салли, ты как тут? Я тут тебе письма пришли, одно от родни, второе из налоговой. Надеюсь, с твоей часовой лавкой всё хорошо?

— Я нормально... Спасибо, что заглянула. Нет, всё в порядке. И с днем рождения. Извини, но пластинка, которую я для тебя заказала, ещё не пришла... — виновато улыбнулась единорожка и робко приобняла меня в ответ. — Извини, но мне надо сейчас идти по делам...

Отпустив её из обнимашек, я вздохнула.

— Эх, а я собиралась с тобой поболтать пока есть время, перед тем, как отнести новые письма и посылки в отделение, но ла... — не успела договорить, как на меня хлынула ледяная вода прямо на голову. — Блядь! — все что смогла выдавить из себя, задирая голову вверх, для того, чтобы увидеть заливающуюся смехом салатовую пегаску.

Эта выходка попросту лишила меня дара речи. Салли сморщив носик, немного надув щечки и прикусывая губы злобно зыркнула исподлобья. Её рог засветился, и глаза Санни быстро расширились. Взвизгнув, обидчица улетела прочь.

— И что мне сказать Саре? Письма и всё остальное намокло, как и я... — пока я выдавливала эти слова из себя, закипая, Салли сходила домой и принесла полотенца, помогая мне вытереться

— Спасибо тебе, подруга, но мне нужно лететь... — взмахнув крыльями, отдав предварительно полотенце, взмыла в воздух, матерясь и проклиная вполголоса чету Санни. Безнаказанность этой стервы меня просто поражает. Её семья должна быть очень влиятельной, что Саре приходится закрывать глаза на такое поведение. Это конечно всё подпортило день, но не испортило его совсем.

Стоя перед дверью в кабинет Сары Васильевой Панцушенко, и сопя от злости я хотела было выбить дверь, но подумав и поостыв, постучала в дверь. — Войдите — раздался раздражённый голос кобылы.

— Что с тобой? Почему ты мокрая? Опять Санни? — не успела я войти, спросила меня Сара. Получив в ответ положительный кивок, та раздраженно вздохнула, прикрыв глаза копытами.

— Почта тоже мокрая — больше для галочки спросила начальница.

— Угу, — отодвинув стул собиралась сесть, но меня отдернула кобылка.

— Извини, но тебе сейчас не удастся отдохнуть. Роуз, твоя сменщица не придёт, она сломала копыто. На замену поставить некого. Отработай за неё, пожалуйста? Премию выпишу естественно. За порченую почту не переживай, всю ответственность я возьму на себя. — грустным взглядом посмотрела на меня начальница.

Вздохнув, я всё таки согласилась. День полностью испорчен. Накаркала...

* * *

Возвращалась домой уже поздно вечером, когда солнце уже садилось. Почти весь пирог захомячила на работе, он и вправду оказался очень вкусным. Закрыв за собой дверь, с облегчением выдохнула, поставив аккуратно завёрнутый в праздничную упаковку сервиз, быстро направилась в комнату, снимая одежду, бросая её где попало. Добравшись до кровати, я залезла под неё, доставая очередную бутылку виски из заначки. Раздался стук в дверь, который благополучно проигнорировала. Через минуту ещё раз постучались.

— Нету дома никого, съебитесь! — гаркнув, вновь попыталась присосаться к бутылке, как постучали в дверь в третий раз, и не выдержав быстрым шагом направилась к двери, громко матерясь — Блядь, вам нормально сказали, съебаться, вам тут не рады, сейчас я вам хлеборезки начищу! — резко открыла дверь, чтобы увидеть пустоту перед собой. Собираясь уже уходить, глянула вниз, под копыта. И обомлела.

На коврике, лежала укутанная в одеяло, маленькая единорожка. Кобылка была с шерсткой черничного цвета, гривой и хвостом пурпурного цвета с розовыми прядями. На щеках и крупе тоже мелькают розовые пряди на шерстке, а также на груди (словно в виде, какого-то узора). Она тихо спала, не обращая на мои вскрики никакого внимания. Осмотревшись по сторонам никого не обнаружила.

— Подкидыш... — прошептала я, смотря на брошенного жеребенка на пороге своего дома.

— Соберись... — шлепнула себя по морде, и после максимально аккуратно подняла её с коврика, положив на спину понесла в спальню, придерживая тельце мелкой своими крыльями.

В комнате я водрузила её на кровать, сев рядом, рассматривая это чудо.

— Что же мне с ней делать?.. Отдать в при... Нет, это будет жестоко... — отдернула я себя. — Оставить у себя?. Может, получится убедить кого-то другого взять её? — пока я шепталась сама с собой, это маленькое чудо проснулась и открыв глазки.

— М... Ма... ама... Мама... — услышав это простое слово, взгляд начал расплываться.

Глаза налились влагой, на кровать начали падать капли. Несмотря на все усилия, я разрыдалась, не сильно обняв, прижала малышку к себе.

— Т-ты... Ты теперь дома... Все будет хорошо… Моя Ренди… Ренди Даск...

## Глава вторая: Смысл жизни

Чудно. Теперь у меня появилась та пони, ради которой стоит жить, а не прожигать её...

Только я начала успокаиваться, как единорожка начала хныкать, что вызвало у меня растерянность.

— Что ты хочешь? Кушать? Спать? Или в туалет?.. Ох, я же не готова к этому, — начала паниковать, но через силу смогла взять себя в копыта и перестать паниковать. — Так, Винил, бери себя в копыта. На тебе теперь лежит ответственность за её жизнь, здоровье и благополучие... Так, первым делом проверить подгузник, — Аккуратно взяв единорожку крыльями, перенесла её на рабочий стол, где и распеленала, — Ах, какая ты красивая кобылка, — невольно улыбнулась я, смотря как хныкающая Ренди тянет ко мне свои копытца.

Подгузник был действительно влажный. Но, замены не было...

— Где почти ночью взять подгузники?.. А если... — быстро метнулась к комоду и достала чистую простыню, которую порвала на несколько частей. Только собралась пытаться пеленать, как опомнилась. — Стоп. Разве не надо сначала протереть её?.. А ведь действительно, надо... Милая, полежи тут, пожалуйста, я мигом... — прошептала я единорожке, максимально быстро побежав на кухоньку, ищя взглядом чайник. И мне повезло, в нём была свежая, кипяченая вода.

Намочив тряпку, и выжав её, понеслась обратно к «пеленочному» столу, начала очень аккуратно, и осторожно протирать нижнюю часть кобылки, прежде чем её крайне неумело перепеленать.

Так, готово... Теперь, к кому же обратиться?.. К Смитам? Нет, они скорее всего уже спят... А может к Саре? А ведь хороший вариант, она как раз допоздна на работе задерживается, как обычно.

Ренди всё это время, пока я пеленала её, и думала, рассматривала меня своими большими фиолетовыми глазами, протягивая свои передние копытца ко мне. Это казалось бы обычное действие, полностью растопили моё ледяное сердце, и практически заставили плакать, но я смогла сдержаться.

— Так, милая, не паникуй... — взяла малышку крыльями, и аккуратно положила её в почтовую сумку, которая всё это время висела на мне.

Она в ней уместилась идеально, хоть и начала хныкать.

— Потерпи, пожалуйста, скоро я тебя из неё выну и покормлю, — успокаивала я малышку.

Быстрым шагом выходила из своего дома, прикрывая сумку крылом, чтобы случайный прохожий не увидел, что именно я несу. Об этом должны будут знать всего несколько пони. Сара и Салли, и больше никому доверять нельзя.

Может, лучше полететь? Нет, сумка может не выдержать, Ренди начнет плакать, да много чего может случиться... Ох, я себя сильно накручиваю, но надо успокоиться... Всё же в порядке...

Путь до кабинета Сары выдался очень долгим и напряжённым. Единственный раз, когда я была такой же дерганой, так это когда напилась до беспамятства, и просто лежала в туалете Салли, дергалась от каждого звука, и строила теории заговора, обнимая фаянсового друга на протяжении всей ночи. Как же я долго извинялась перед ней...

И вот, я практически влетела в кабинет кобылы, прямо с порога заявляя.

— Сара Васильевна, Сара Васильевна у меня огромные проблемы! Точнее, проблема! — кобыла, которая до этого усердно что-то писала обеспокоенно, подняла на меня взгляд.

— Что такое, Винил? — пока она спрашивала и рассматривала мою тушку, я быстро подошла к ней, и убрала крыло с сумки.

— Вот... Её подкинули, буквально полчаса назад. Непонятно кто, но они хотели от неё избавиться, и я решила её оставить. Но, никому кроме вас об этом знать не стоить, — протараторила я, пока кобылка своим спокойным, холодным тоном не заставила меня замолчать.

— Успокойся, сядь, глубоко вздохни, и посчитай в уме до десяти, и только тогда всё подробно расскажешь, что произошло, и передай малышку пока мне, — кобыла, взяв Ренди на свои копыта, начав её убаюкивать.

Последовав её совету, я присела напротив неё, собирая свои мысли в порядок, чтобы начать объяснять, что произошло.

— После того, как я вернулась домой, мне в дверь стучали до тех пор, пока я не открыла дверь. От стучащего не было и следа, когда я открыла, на пороге лежала только она. Без записок, без всего, только лишь в одном памперсе, да и тот был уже мокрый... И... Как только я её на копыта... Она... Она, назвала меня мамой... — голос задрожал, а взгляд опять расплылся.

Я попыталась закрыть глаза копытами, чтобы она не увидела мои слезы. Внезапно для меня, кобыла обняла меня, прижимая к своей груди, и из-за этого разрыдалась ещё сильнее, всхлипывая, пока Сара молча, но успокаивающе гладила по голове и спине копытом.

Прорыдала я около получаса.

— Как ты, успокоилась? — почти прошептала Сара на ухо.

— Д-да, я успокои-илась... — всё ещё заикаясь и всхлипывая, ответила я, неосознанно прижимаясь к груди кобылы, которая гладит по голове, так же убирая упавшую на мою мордочку челку.

— Ты молодец, что рассказала мне это. Сейчас сходи, умойся, приведи себя в порядок, а я пока чаю сделаю, хорошо? — по-доброму улыбнулась кобыла, смотря прямо в глаза.

Шмыгнув носом, и коротко кивнув Саре быстро выбежала из кабинета в туалет.

Закрывшись в нём, включила прохладную воду, и посмотрелась в зеркало. В нём была лишь только молодая, заплаканная кобылка, смотрящая на меня покрасневшими от слез глазами.

— Ну, привет подруга. Смотрю, ты опять плакала? Ничего, всякое бывает... Ты главное держись, ведь кто, если не я?  — криво улыбнулась сама себе в зеркале, и сразу же подставила мордочку под прохладную воду.

Копытами протерла лицо, умываясь перед тем, как протереть его полотенцем. «Куст» на голове решила не трогать, и так отправилась обратно в кабинет.

Уже в самом кабинете Сара сидела на стуле, рядом с моим стулом. На столе стояли чашки с горячим чаем, а так же лежала Ренди, которую кобыла очень умело пеленает её. Я неспешно подошла к столу и села на свой стул. Ренди тихо спала во время пеленания в копытах этой кобылы.

— Она очень спокойная для своего возраста... — с грустной улыбкой произнесла начальница не слишком громко, чтобы не разбудить малышку.

— А у ва… Кхм... У тебя есть дети? — так же негромко произносила я.

— Да, была дочка. Ей было всего два года, когда у неё обнаружили неоперабельную опухоль в головном мозге... Прожила она недолго, всего пару месяцев после диагноза. Врачи ничего не могли сделать... — тяжело и печально вздохнула она, посмотрев на меня, грустно улыбаясь.

— Ох, извинит… ;И-извини, я. Я не знала... — после этих слов, и прижатых к голове ушек, в кабинете водрузилась неловкое молчание, которое прервала Сара, внезапно для меня, при обнимая меня копытом, нежно прижимая к своему боку.

— Тебе не нужно извиняться. Об этом знают не очень много пони. Их всего десяток, и ты в их числе.

— Спасибо, что рассказала об этом...

— Ты лучше расскажи, почему решила оставить её, и почему никто не должен будет об этом узнать?.. — она нежно меня обняла, что позволило иметь больше контроля над своими эмоциями.

— Ну... Вы же знаете, что я детдомовская? — после её кивка продолжила. — Сначала меня мои реальные «родители» подкинули в первый мой месяц жизни каким-то наркоманам, которые сбагрили меня в детский дом. В нём... Было крайне трудно расти... Всегда нас задирали более старшие, или сильные. Нас... Могли избивать, и морально унижать, а воспитателям было абсолютно пофигу, главное что без серьёзных травм и смертей... А директрисе было абсолютно насрать на то, что у неё в учреждении происходит... Вот и пришлось адаптироваться... Вечные драки практически по любому поводу, издевательства и унижения... Вот я и стала очень злобной большую часть времени... Из-за этого большинство пар не хотели брать обозленную, сквернословящую и драчливую пегаску... Ну и огрызающуюся на всех конечно... А потом я стала слишком взрослой, чтобы хоть кто-то хотел удочерить... Только Салли хоть как-то скрашивала жизнь там. Мы познакомились, когда, я случайно перекинула мячик через забор. Она мне его вернула, и мы разговорились, подружились. Только, когда попала сюда, я смогла смягчиться... Спустя время конечно... — на этом я закончила свою историю.

Кобылка добродушно усмехнулась.

— Да, я помню какой ты была занозой в крупе, вместе с Санни.

На моих щеках появился румянец смущения. Я у этой замечательной кобылы много кровушки попила, как и у остальных, но Санни это заслужила.

— В общем... Хех, получилось, я просто пересказала историю своей жизни. Кратко... Всё таки вернусь к вопросу «почему». Я... Просто не хочу стать своими родителями оставившими жеребенка возле абсолютно случайного дома, не хочу стать теми наркоманами, которым было посрать на дальнейшую судьбу подкидыша... Хотя, возможно они просто были не в состоянии заводить жеребёнка, но они ни разу не интересовались моей судьбой... Я... Не могу допустить того, чтобы с ней произошло то же самое, что и со мной, я не хочу быть той, кто это сделает... Я буду делать то, что не делали со мной почти никто за всю мою жизнь. Буду заботиться, и любить её как свою... Возьму ответственность на себя...

Сара растрепала мою гриву.

— Будь у меня такая дочь как ты, я бы ей очень гордилась... — от её слов, я чуть не расплакалась, но взяла себя в копыта и промямлила ей в ответ. — С-спасибо... А знать об этом не должны для того, чтобы её у меня не забрали. Ведь, я не смогу получить над ней опекунство. Я же очень молодая, одинокая, не совсем чистая перед законом... — предвидя вопросы, сразу поспешила оправдаться. — Мелкое хулиганство, и пьяные драки... Так ещё и работающую за минимальную зарплату и вдобавок, ещё без образования! — вспылила я, сильно начиная злиться на себя, что так устроила свою «жизнь».

Тут она успокаивающе погладила меня по голове, улыбаясь как-то... По-особенному.

— Не кори себя ты так, прошлое конечно важно, но... Сейчас это для всех банально и клишированно, но поступки и решения которые мы принимаем сейчас важнее, чем то, что было сделано... Конечно, бывают и исключения... И я частично понимаю тебя, это достаточно щепетильная ситуация. И я знаю, как тебе немного помочь. Полностью решить твою проблему не смогу к моему большому сожалению... Для начала, у тебя завтра будет выходной, но ты будешь убираться дома и будешь делать всё возможное, чтоб малышке было комфортно и не опасно в твоём доме. В этом возрасте она уже должна активно ползать, если уже не бегать, ну и понемногу говорить. С моей стороны, поспрашиваю своих знакомых на предмет вещей первой необходимости, и детских вещей. Насчёт повышения, я почти ничем не смогу помочь... Разве что... Тебе придется крайне упорно работать для того, чтобы я могла тебе выписывать премии. Только пяток пони претендует на них, так что… Кхм... И хоть это и против правил, но у тебя будет небольшое преимущество. И потом, я смогу порекомендовать твою кандидатуру на повышение. Обязанностей больше, но оклад не намного больше, что плохо конечно, но всё же лучше, чем абсолютно ничего. Так же, я сейчас расскажу и покажу как заботиться о… Ренди. Только, она совсем скоро должна будет начать ходить и ей нужно будет уделять в разы больше внимания, а также её нужно будет начать социализироваться, и тут уже не получиться скрыть её существование. И... Самое главное, чем смогу помочь, так это тем, что я за свои сбережения оплачу твоё обучение в местном колледже...

— Ч-что?.. — я не поверила своим ушам, и в третий раз за день разрыдалась, но уже в плече Сары, и это были слезы счастья.

Я крепко обняла кобылу, прижимаясь к ней. Я только сегодня поняла, что за чувство испытывала рядом с ней... Вот каково иметь маму…

— С-спасибо… М-мама... — объятья земной пони стали крепче.

—Т-ты сделала для меня больше, ч-чем все остальные пони за восемнадцать лет... — жалобно всхлипнув, уткнулась носом в её шею, случайно размазав свои сопли. —С-спасибо, спасибо, спасибо, т-тебе за всё то добро, которое ты сделала...

Поток моих слёз остановило хныканье единорожки, и естественно, я отстранилась от Сары и обратила внимание на дочь, которой явно не понравилось моё завывание, и она проснулась.

Сара отреагировала быстрее меня, мягко отстранилась от меня, и взяла её на копыта, убаюкивая ее с счастливой улыбкой, которую, я во второй раз увидела на её мордочке. В первый раз, я видела её так улыбающейся, когда я пришла к ней извиняться за своё поведение. Ведь тогда вила себя как заносчивая сучка, огрызающаяся и обижавшая всех, кого видела.

— Ну вот, удалось мне понянчить внучку на своём веку, — смахнула слезы со своих глаз.

— Мам, ты это... Извини... — стыдливо отведя взгляд, указывая копытом на размазанные сопли по шеи.

Кобыла лишь отмахнулась.

— Ничего страшного, доченька... А теперь, дай-ка я тебя научу как ухаживать за малышкой…

Спасибо, за лучший день рождения...