# Принцесса Селестия

Askalite

Селестия не самая добрая пони.

## Две сестры

"... давным давно, в магической стране Эквестрия, правили две сестры аликорна, распространяя гармонию и мир во всём мире. Старшая управляла днём, поднимая солнце, младшая ночью, поднимая луну. Так две сестры сохраняли гармонию в мире очень долгое время. Но со временем, старшая сестра, как та, кто более всего общался с пони, ибо правила днём, в то время как ночью пони спали, под их влиянием ожесточилась. Младшая сестра пыталась спасти старшую, из-зо всех сил помогая под покровом ночи, поскольку в ночь через сны проникало зло, где с нею боролась младшая сестра. Часть пони полная сердцем зависти к сёстрам, желали занять их место, и обманывали старшую сестру, чтобы та пала, а в след за ней пала и младшая сестра. Из дня в ночь проникало всё больше и больше кошмаров и ужасов создаваемые ими. Пони радовались дню больше чем ночи, и эта несправедливость подавляла желание бороться с кошмарами у младшей сестры. Старшая сестра не обращала на это внимание, пока однажды кошмары не поглотили младшую, породив Найтмер Мун.

И в одну долгую ночь Найтмер Мун отказалась опускать луну, не давая поднять солнце, грозя погрузить мир в вечную темноту и кошмар. И тогда старшая сестра, чтобы всё исправить, использовала мощную магию, Элементы Гармонии. Она ожидала помощи, но элементы наказали её, забрав у неё младшую сестру. В ярости старшая сестра выбросила элементы гармонии."

— Хм... Элементы гармонии, где-то я уже это слышала? — задумчиво произнесла сиреневая единорожка, лежавшая на лужайке с книгой. — Но где?

Я внимательно наблюдала за этой единорожкой. Если честно, то я временами хочу её жестко убить. Хотя, я всегда думаю о том, как можно быстро и эффективно убить всех живых существ вокруг меня, но эта единорожка вызывает у меня особые чувства, поскольку она моя ученица. Я не могу не быть равнодушной к близким мне пони, и уж что, но моя ученица точно мне близка. И вполне естественно я очень часто сталкиваюсь с её недостатками, а в данный момент с её непроходимой тупостью в некоторых вещах. Точнее она умна, но гибкости, скорости и качества мышления ей сильно не хватает, уж больно она любит загонять себя в рамки.

Вернёмся к моим мыслям о жестоком убиении. Честно говоря, это не более чем мои мысли, хотя есть вероятность, что я применю их на практике. Думаю, любой хоть раз в жизни задумывался о том как убивать или отражать атаки. Или когда идёт по улице, ищет угрозы, даже если их нет. Так что какие бы мысли о том, как бы я убила свою ученицу, Твайлайт Спаркл, меня ни посещали, маловероятно, что я приведу их в исполнение. Хотя очень-очень сильно хочется.

Каждый год, каждый день, каждый час, каждую минуту и каждую секунду я борюсь с собственными желаниями. Хотя нет, это будет неверно, я не борюсь с ними, я их возглавляю. Например, в данный момент лень придавливает жажду убийства. Твайлайт от смерти отделяет тонкая грань из мой лени исправлять последствия.

Кто-то считает меня очень доброй, но на самом деле в глубине души я очень жестока. Я не вижу смысла сдерживать своё внутреннее зло. Но и просто так творить дичь направо и налево я не желаю. Тем более я так могу лишиться той власти, что я уже имею, тут нужно быть очень аккуратной, пони не любят тиранов. И вообще, мало кто любит тиранов.

Тем временем, пока я размышляла, моя ученица, Твайлайт, давным давно собиралась и вовсю гарцевала по дорожке к своему дому, встретив по пути друзей. Ну как друзей, скорее знакомых. К сожалению моя тупая ученица совсем не понимает, что хорошие связи могут пригодиться в жизни, а потому отшила своих знакомых, когда те пригласили её на вечеринку к Мунденсер. Друзья это важно, друзья это хорошо, в тяжёлой ситуации можно смело положиться на то, чтобы подставить друга и выжить за счёт него. Правда, друг после этого станет врагом, но это уже мелочи, и те самые последствия, которые мне лень разгребать.

Я достала листок бумаги и принялась писать письмо своей ученице. Когда она узнает про Найтмер Мун, её надо отправить в Понивиль организовать праздник и найти друзей. Я активировала магию и просмотрела пару случайных вариантов будущего, и увидела как Твайлайт ссорится с Пинки Пай. Нормально.

Тем временем Твайлат добралась до своего дома и пошла искать книгу с предсказаниями, по пути сбив своего помощника, маленького пузатенького фиолетового дракончика по имени Спайк. А ещё, выискивая книгу предсказаний, она разбросала остальные книги, зовя на помощь Спайка. Насколько я знаю, порядок в личной библиотеке моей ученицы поддерживал дракончик, а значит знал, где находятся нужные книги. Не удивительно, что ученица кричала его имя.

— Спайк!

— Книга здесь! — ответил дракончик, стоя на лестнице. Твайлайт тут же вырвала книгу телекинезом вместе с дракончиком.

— О, то что надо! — воскликнула Твайлайт и унесла книгу на подставку для чтения. — Элементы гармонии... Э... Э... Э... Нашла! Ссылка на лунную пони, — произнесла Твайлайт, листая книгу.

— Лунная пони? — тем временем дракончик решил сложить книги на полку. — Да это просто старая сказка.

— Пони, пони, вот! Лунная пони, это древний миф. Властная пони, которая мечтала править Эквестрией. Была поражена силами гармонии и заточена на Луне.

С каждой фразой атмосфера паники нагнеталась. Твайлайт была взволнована.

— Легенда гласит, что в самый длинный день за тысячи лет она освободится из заточения при помощи звёзд и тогда в мире настанет вечная ночь! — Твайлайт резко вздохнула от испуга и повернулась к Спайку. — Ты понимаешь, что это значит?

— Нет...

Это значит, что я дописала письмо своей ученице. А также то, что дракончик отвлёкся на тебя и сейчас упадёт с лестницы. Твайлайт это заметила и Спайк мягко приземлился ей на спину. Хотя, не назвала бы это мягким приземлением. Всё же спина моей ученицы костлявая, совсем погрузилась в учёбу и не соблюдает гигиену своей диеты, питаясь чем попало, иногда голодая. Твайлайт вручила Спайку свиток и перо.

— Пожалуйста, запиши мои слова, для принцессы, — попросила Спаркл.

— Оки-доки, — ответил Спайк, спрыгивая с её спины, отпружинив от хвоста. Вообще он мог бы спрыгнуть и так, но Твайлайт в детстве часто его так развлекала, отчего оба привыкли и не меняли сложившееся положение дел.

— Мой дорогой учитель. Мои непрерывные исследования магии Пони привели меня к тому, что я обнаружила, что мы находимся на грани катастрофической пропасти!

— Подожди! — взмолился Спайк, записывая. — Катастра.. стро...

— Катастрофы? — предложила Твайлайт.

— Ката...

Твайлайт в волнении ходила туда-сюда по библиотеке, продолжая диктовать.

— Эх... Пиши просто пропасти.... Может случиться что-то плохое! — подобрала простенькое слово Твайлайт, и повернулась обратно, продолжая шагать и диктовать. — Поскольку, присмотритесь, мифическая Лунная пони на самом деле Найтмермун, и она собирается вернуться в Эквестрию и принесёт с собой вечную ночь. Мы должны сделать что-нибудь, чтобы убедиться, что эта ужасное пророчество не сбудется. Я жду вашего скорого ответа, ваша верная ученица, Твайлайт Спаркл.

Честно говоря, слушая свою ученицу, у меня возникло ощущение надвигающейся драмы. Это было подобно театральному представлению, где с каждой секундой нагнетались безысходность и отчаяние. Честно говоря моей сестре даже не надо насылать на Эквестрию Кошмары, Твайлайт Спаркл с этим справится в одиночку.

— Твайлайт... Спар... КЛ... — закончил писать дракончик.

— Отлично! — обрадовалась Твайлайт. — Отправляй.

— Сейчас? — удивился дракончик.

— Конечно!

— Ну, не знаю, Твайлайт, — сомневался Спайк. — Принцесса Селестия совсем немного занята подготовкой к летнему празднику Солнца, а это уже послезавтра.

— Вот именно, Спайк! Послезавтра солнце взойдёт тысячный раз! Мы должны сообщить принцессе об этом незамедлительно!

— Неза... Что?

— Срочно! — использовала традиционный Кантерлотский глас ученица, сметая своим криком дракончика.

— Окей-окей! — ответил Спайк, встал и сжёг свиток волшебным изумрудным пламенем. Дым от свитка тут же улетел сгустком в окно и появился передо мной. Я сидела как раз около окна, на стене. Благо моя шёрстка сливалась по цвету с белоснежной стеной библиотеки и я была незаметна, особенно если накрою себя крыльями. — Он уже в пути. Я бы на твоём месте не волновался.

— Ох, я не волнуюсь, Спайк. Принцесса доверяет мне полностью. Многие годы она была моим наставником, она никогда не сомневалась во мне.

Пока Твайлайт говорила я выблевала пламя из рта и сожгла своё письмо, даже не читая письмо от ученицы. Что я о нём вообще не знаю? Спайк выблевал тоже самое, что выблевала я, и моё письмо появилось из пламени перед ними. Почему-то сложившаяся ситуация немного повеселила меня.

— Видишь? Я знала, что она немедленно примет меры! — гордо запрокинула голову Твайлайт. Вообще-то я уже давно предприняла все меры. И я сделала это не незамедлительно, а предварительно.

Кхм-кхм... Откашлялся Спайк и принялся читать голосом похожим на мой. Увы, лучше бы он читал похоже на самого себя, получилось бы лучше, и намного ближе ко мне. Я не говорю настолько важным, приветливым и высокомерным голосом.

— Наша дорогая, самая верная ученица, Твайлайт Спаркл, — с каждой фразой ученица преисполнялась уверенности, гордости. — Вы знаете, что мы ценим ваше усердие и что мы полностью вам доверяем. Но вы просто должны немного прекратить читать эти старые пыльные книги.

Видели бы вы лицо этой тупой дуры в этот момент. Это было прекрасно. Обожаю издеваться над ней.

Вот уже несколько тысячи лет я правлю Эквестрией. Я ждала этого момента очень долгое время. Вы не представляете сколько я ждала. Это не двенадцать лет в Азкабане. Это тысячи лет упорного труда. И всё ради этого момента. Я быстро убрала видеокамеру под крыло. Всё что необходимо, я уже сделала, осталось отправить второе письмо. Я быстро перелетела на соседнюю крышу, упала на неё и весело хихикнула. Надо мной нависла тень, прерывая веселье.

Это была сиреневая единорожка со знаком отличия в виде фиолетового ромба с двумя волнистыми голубо-синими линиями сверху. По моему картинка на крупе обозначала комету. Или я ошибаюсь?

— Привет, Селестия, смотрю, ты развлекаешься?

— О, Старлайт, а что мне ещё делать? Всё, что надо было сделать, я сделала давным давно, — ответила я вставая. — Кстати, что вы забыли тут, разве принцессе не надлежит быть рядом с её народом?

## Глупые пони

Я внимательно всматривалась в кристалл напротив меня. Он переливался радугой, хотя на самом деле должен иметь чёрный цвет. Собственно кристалл и является чёрным, как сама тьма. Но только до тех пор, пока на него не смотрю я. То есть если обычный пони посмотрит, то увидит лишь мрак. И это очень плохо, картинка должна быть одинаковой как для обычных пони, так для пегасов или единорогов, или чейнджлингов с их фасетчатыми глазами. Жидкие кристаллы совсем не подходят для отображения картинки. А мне очень, очень сильно нужно передать и отобразить картинку в высоком качестве.

Неожиданно дверь в лабораторию была распахнута пинком.

— СЕСТРА! — рявкнула моя милая, но такая надоедливая сестрёнка Луняша. Что этой твари вообще от меня надо?

— Добрый день, сестра, — склонилась я перед Луной и слегка улыбнулась, хотя на самом деле из-за всех сил желала пожать ей шею, избить, убить или изнасиловать. Она милая. Очень милая. А её клычки это вообще нечто. Интересно, какая она будет в постели? Я подавила свои мысли. Где-то в глубине души меня потрясло разочарование от того, что ничего из перечисленного я не собираюсь делать со своей сестрой. Только в моих влажных фантазиях.

Лаборатория в которой я находилась не особо была похожа на лабораторию. Так белоснежно-белое помещение со множеством столов и всякой непонятной всячиной в углу, около небольшого шкафа. Ведь большую часть манипуляций мне заменяла магия. Да и не особо мне нужны были приборы в моих научных исследованиях, в отличие от бумаги, чернил и письменных перьев.

Но даже так в неё было крайне опасно врываться просто так, без предупреждения. Я могла творить эксперимент, и он мог выйти из под контроля. И тогда бы моя маленькая миленькая сестрёнка могла бы быть поранена.

— Ты чего-то хотела? — спросила я, поднимая голову.

Тёмная шёрстка, тёмно-голубые глаза, тёмные крылья, тёмный витой рог и аура злобы. В отличие от меня Луна носила шлем. И накопытники. А также её глаза имели вертикальные зрачки, когда у меня были круглые. Мои глаза остановились на воздушном облаке гривы, которое было похоже на мягкий кусочек ночного неба. Очень-очень прозрачный кусочек неба.

— ЧТО ЭТО ЗНАЧИТ, СЕСТРА? ПОЧЕМУ ЭТО ВЫ РЕШИЛИ ОТКАЗАТЬСЯ ОТ ТРОНА? — рявкнула на меня Луна.

— Я решила, что не очень подхожу для управления страной, — ответила я, продолжая улыбаться. Требовательный тон моей сестры бесил. — Поэтому решила передать всю власть тебе.

— ПОЧЕМУ ВЫ ТАК РЕШИЛИ?

— Потому что я не могу справиться с пони. Потому что я не могу изменить их мнение насчёт тебя и твоей ночи, поэтому я решила отдать всю власть тебе, пока пони не сказали, что ты им не нужна, — ответила я и это было правда. — Мне кажется, что наши подданные хотят рассорить нас двоих, и я решила не доводить происходящее до трагедии, отдав всю власть тебе. Ты лучше подходишь, нежели я, ты можешь принимать непопулярные решения в отличие от меня. Ты быстрее решишь проблему.

Чего мне стоило говорить спокойным тоном вы прекрасно представляете. Наверняка вы не раз попадали в ситуацию, когда вам надо было сохранять вежливость, несмотря на жгучую ярость и ненависть к собеседнику. Или оскорбляли своего собеседника своим вежливым поведением, донося словами до него всю его ничтожность.

— ВЫ... ВЫ... — Луна впала в ступор. — ДА ВЫ ПРОСТО БРОСАЕТЕ НАС ОДНИХ С ПРОБЛЕМАМИ! КАК ВЫ СМЕЕЕТЕ, СЕСТРА?

Она резко подскочила ко мне и ударила копытом по щеке. Я ощутила боль. Я ощутила как слёзы наворачивались на мои глаза от этого удара. Луна резко развернулась и выбежала из моей лаборатории.

— ВОТ И СИДИТЕ ЗДЕСЬ ДО СКОНЧАНИЯ ВЕКОВ! — орала сестра. — ВЫ МНЕ НЕ НУЖНЫ!

— Какая эмоциональная кобыла, — с горечью произнесла я, пытаясь сохранить спокойный голос.

Мне было обидно. Я просмотрела все варианты будущего. И во всех вариантах будущего я так или иначе виновата. Моя обида трансформировалась в ярость. Хотелось догнать и вбить слова Луны ей в глотку. Но я лишь вытерла слёзы и продолжила работать. Правда в таком состоянии работать было трудно, но уже через минуту лишние мысли ушли из моей головы. Хотя нет, одна всё же возникла, когда один из полимеров загорелся от моей магии.

— Всё хорошо, — сказала я и мой голос повело. Хотя я была и спокойна, обида никуда не делась зрея в глубине души. — Всё прекрасно.

Мне не хотелось ничего делать. Просто упасть и смотреть, как моя лаборатория горит. И я медленно умираю, задыхаясь. Вот только сработала магия пожаротушения. Миг и весь огонь, весь дым исчезают.

— Почему она не понимает? Я не могу уделять ей много времени! Не могу! — спросила я у потолка. — Хотя, я знаю почему.

— Селестия, вы опять поругались с моей королевой? — спросил у меня аккуратно вошедший фестрал. Ну точнее не фестрал, а мышепонь. Кожистые крылья, серебристая шёрстка, алые глаза с вертикальными зрачками, слабо видные через вечный прищур, лисья улыбка на мордочке.

— Силвермун, — поприветствовала я его, лежа на полу. — Да, я поругалась с ней.

— А вы не пробовали помириться? — спросил у меня Сильвермун, аккуратно ложась рядом со мной и беря моё крыло в свои копыта.

— Ты же знаешь, она слишком сильно меня любит, — ответила я, наблюдая, как Сильвермун начинает теребить моё крыло, то складывая, то расправляя. — Тебе так нравится моё крыло? — лукаво улыбнулась я, смущая Сильвермуна.

— Да, и не только. Ваше тело невероятно, — ответил Сильвермун одёргивая копытце. Упал клочок шерсти, а потом сбоку копытца, где отсекло волосы, выступила тёмная густая кровь.

— Ты порезался. Снова, — подметила я, складывая крыло. — Надо быть аккуратнее.

— Ага, — ответил Сильвермун, вставая.

— Кстати, я хотела кое-что спросить, — я встала следом за ним. — Ты Сильвермун?

— Нет, — ответил мне мышепонь, прищуриваясь сильнее обычного.

— Ну, а я не Селестия, — ответила я ему, топая копытом и слегка распахивая крылья. — Принёс?

— Да, вот здесь информация по всем пони, которые, как вы выражаетесь, мутят воду, — сказал мышепонь, доставая из-под крыла небольшую тоненькую папку.

— Оставь себе, — ответила я. — Всё равно в этом не разбираюсь.

— Однако именно вы придумали структуру службы безопасности, — ответил Сильвермун, убирая папку. — Методы его работы. Сам принцип.

— Можно сказать, что я дилетант, — ответила я. — Просто эрудирована сверх меры.

— Как скажете, — ответил Сильвермун, развернулся и пошёл на выход. — Надеюсь вы посетите коронацию своей сестры.

Я встала напротив лабораторного стола. В голове у меня горела идея воспользоваться магией света для создания оптической иллюзии. Нет, я не пойду простым путём. Я сконцентрировалась и принялась создавать из магии тонкую плёнку, при подаче электричества на которую, та светилась. То что надо, в этот раз у меня всё получится.

Я ещё несколько дней просидела в лаборатории, но на этот раз я изучала структуру элементов гармонии. Из работы меня вывел тихий стук в дверь. Тот сообщил мне о том, что сегодня будет коронация моей сестры.

— Хорошо, я сейчас, — ответила я, очищая себя магией. — Всё, готово. Куда мне идти?

— За мной, — попросил меня Сильвермун.

Когда я вышла на свежий воздух, мне в глаза ударил свет солнца. Я закашлялась, а глаза заслезились. Всё было ярко и очень свежо. Мы прошли через небольшую аллею и вышли на площадь. Вот только дойти до площади мне не удалось, на моего провожающего напала пони.

— Ха! — заорала жёлтая пони с белой мордочкой, сбивая Сильвермуна. — Не стоило вам красть принцессу Селестию!

— Что? — удивилась я, не понимая что происходит. — Меня кто-то крал? Ты кто такая, и почему напала на Сильвермуна?

— Ам... — зависла пони в моём телекинезе. — Я Амбер, и я так понимаю, произошло какое-то недоразумение? Вы сами успели освободиться, да?

— Освободиться? Отчего? — снова переспросила я. — Так, стоп! Помолчи! Дай мне прочесть твою память.

Я сконцентрировалась на её голове и проникла в её разум, выискивая воспоминания. Вот среди слуг замка распространяется слух о том, что принцесса Луна заточила меня в подземелье. Вот меня несколько дней нет, отчего многие пони волнуются. Вот министры говорят о коронации Луны. А вот группа пони делают вывод о том, что Луна сошла с ума и решила стать тираном, и решили одолеть её, для чего украли элементы гармонии. Ещё одно воспоминание о том, как не принимавшая ранее участие Амбер, решила помочь освободить меня, пока группа пони атакуют Луну, когда та выйдет короноваться.

С каждым прочитанным воспоминанием я осознавала, как меня иногда бесят пони. Невероятно сильное раздражение ситуацией охватило меня. Мне хотелось убивать, рвать, мучить, душить. Неестественно спокойно я схватила Амбер за шею копытом и придавила к брусчатке. Пони захрипела, испуганно глядя на меня. Я успокоилась и медленно, преодолевая себя, убрала копыто. Амбер тут же убежала, несясь к выходу из города. Из замка двух сестёр.

— Идиоты... — пропела я, выбегая на площадь.

А там шестеро поняшек атаковали мою сестру, Луну. Миг и та исчезает, а в небе, на Луне, появляется тёмный силуэт единорога. Я шокировано смотрела на шесть поняшек, на небо, на площадь, на Луну. Я стояла в ступоре, пытаясь справиться с охватившими меня эмоциями. А тем временем поняшки подошли ко мне

— Ха-ха! Мы справились! — радостно вопили они. — Мы свергли тирана и вернули Селестию!

— Принцесса Селестия? — обеспокоенно спросил у меня Сильвермун. — Ладно, у меня сейчас срочно образовались дела за городом, я вас ненадолго покину, — кричал мне понемышь уже на лету, развернувшись и полетев на выход.

— Принцесса Селестия! — подбежали ко мне поняшки. — Принцесса Селестия!

— Ура, нас наградят!

— Да, — на моё лицо вылезла нежная улыбка. — Я вас достойно награжу.

— Принцесса Селестия? — нервно спросила одна единорожка, слегка попятившись.

## Прилипалы

Мой взгляд мазнул по картине на стене, где художник изобразил меня. Я белая стройная красивая кобылка с огромными крыльями и белым витым рогом, склонилась над зеброй с тёмной склерой глаз, золотыми кольцами в ушах и острыми клыками. Моё переднее копыто прижимает зебру к земле, мой взгляд мёртвый, безжизненный, равнодушный. На кончике моего рога концентрируется алая сфера, готовая в любой момент выпустить луч и испепелить зебру подо мной. Но самое главное, что сумел изобразить художник, это мои хищные черты в этот момент. Аликорн Селестия. Идеальная машина для уничтожения.

— Хорошая картина, не так ли, Сильверблад? — спросила я у мышепони, который от моих слов подскочил аж к потолку.

— П-простите, я вас не заметил! — ответил Сильверблад. Его шёрстка была серебряной, кожистые крылья имели несколько тёмных линий.

— Это я должна извиниться, — слегка поклонилась я. — Я была слишком незаметна.

— Ага, — нервно отвечает мышепонь, кидая взгляд то на картину, то на меня. — Вот бы и мне быть таким же незаметным.

— Ну, этому я могу тебя научить, мой милый маленький чейнджлинг, — Сильверблад сначала не понял, что он услышал, а когда понял, то дёрнулся и замер.

— И что же меня выдало? — спросил у меня оборотень.

— Ну, то что я к тебе смогла прокрасться незаметно, — ответила я. — Ну и ещё тот факт, что Сильви хоть и нервничает в моём присутствии, но старается этого не показывать.

— Я так понимаю, то раз я жив, то вам от меня что-то надо? — спросил оборотень.

— Ты это из какой книжки вопрос выцепил? — спросила я.

— Ну... Эм...

Похоже я его немного запутала своим встречным вопросом. Установилась напряжённая тишина, которую он всё же прервал, решив проигнорировать мои слова. Поэтому он вновь повторил свой вопрос:

— Вам от меня что-то надо? — спросил оборотень.

— Нет, ничего, — ответила я, развернулась и пошла дальше.

— А... Ну... — оборотень пошёл вслед за мной. — Я думаю, что за провал в маскировке моя королева меня не наградит.

— А разве кто-то видел твой провал? — спросила я. Да отстань же ты, мудак, ещё не настало время оборотней!

— Никто кроме вас, так что моя судьба в ваших копытах, — ответил он и я резко остановилась, повернувшись к нему.

— Но я не собираюсь ничего кому-нибудь говорить, — ответила я. — Тем более решать твою судьбу.

— А я не собираюсь тогда, в обмен на вашу любезность, вредить вам, — ответил оборотень. — Или как вы любите говорить, я предлагаю вам дружбу и взаимное уважение?

— Когда я такое говорила? — удивилась я. Чейнджлинг тут же превратился в меня и начал цитировать, удивительно точно копируя мой спокойных тихий голос.

— Я знаю тебя много лет, но ты никогда не обращался ко мне за советом или помощью, — мой голос был спокоен, казалось оборотень хочет заснуть. — Я не могу вспомнить, когда ты в последний раз приглашал меня в свой дом на чашку кофе, хотя моя помощница — крёстная твоего единственного ребёнка. Будем сейчас откровенны: ты никогда не искал моей дружбы и ты боялся быть у меня в долгу. Думаю ты не хотел нажить неприятностей, — задумчивая пауза и лёгкая улыбка.

— Я понимаю, ты нашёл в Эквестрии рай: у тебя хорошо шёл бизнес, тебя защищала полиция и тебе не нужны были такие друзья, как я. А теперь ты приходишь и говоришь: Принцесса Селестия, мне нужна справедливость. Но ты не просишь с уважением, — пауза. — Не предлагаешь дружбу, даже не думаешь обратиться ко мне как к тётушке. Нет, ты приходишь ко мне в дом в день свадьбы моего сына и просишь убивать за деньги.

— Вот только я не убийца. Я не та, кому нужны деньги, и не та, кто делает предложения от которых трудно отказаться, — продолжил оборотень, а потом превратился в Сильверблада. — Вот, как-то так.

— Это был просто фильм, — ответила я. — Реальность далека от наших ожиданий.

— Понимаю, — ответил оборотень, словно действительно понял мой ответ. Но по его глазам я поняла, что он долбится в ухо и ищет второе дно в моих словах.

— Нет, не понимаешь, — решительно ответила ему я. Отъебись от меня, ничтожество. — Между нами не может быть дружбы. Ты просто боишься меня, а дружба основанная на страхе, это не дружба.

В этот момент оборотня словно осветило озарение. Он ничего не ответил, но отцепился от меня. Я спокойно отправилась в свою спальню, около которой дежурил настоящий Сильверблад. Тот сразу же повернулся ко мне, его чуткие уши дрогнули и начали внимательно вслушиваться в мои шаги. Кисточки на кончиках ушей забавно шевелились.

— Ты Селестия? — спросил у меня он. — Ты точно Селестия?

— Конечно же нет, — ответила я.

— Ну и я не Сильверблад, — ответил он, расслабившись. Точнее расслабившись внешне, стараясь не показывать волнение, которое испытывает передо мной.

— И это, — вспомнила я. — Если к тебе прицепится чейнджлинг, то игнорируй его, хорошо?

— Я так и не понимаю, почему мы их не вывели из дворца, но сделаю всё, что в моих силах, чтобы игнорировать их дальше.

Я молча уставилась на его спокойное безмятежное лицо. Он слегка поводил копытом по полу. Я расправила крылья.

— Знаешь, твой предок любил возиться с моими крыльями, — сказала я. — Как насчёт того, чтобы зайти в мои покои и помочь мне с ними?

— Ну, вам в помощи отказываться не буду, — ответил Сильверблад и открыл дверь.

— Благодарю, — ответила я войдя в спальню.

Ура! Он согласился! И у меня на ночь будет большая плюшевая игрушка с милыми клычками! Правда распускать свои копыта не стоит, а то игрушка поломается. Не все жеребцы способны пережить мою любовь, а сдерживаться в отдыхе я не привычна. Какой же это отдых, если надо сдерживаться.

— Ути-пути, какой няшка! — взгляд Сильверблада был мученическим.

Утром я проснулась одна. Сбежал. Жаль, мы вроде весело проводили время. Точнее весело его проводила я. Сладко потянувшись и прищурившись от яркого солнечного света, я попыталась выключить свет и продолжить спать.

— Эй! — раздался возмущённый голос единорогов с балкона соседней башни. Той самой, откуда я обычно двигаю небесные светила.

— Ночь должна длиться вечно, — сонно произнесла я, зевая.

Встав я отряхнулась и принялась ковыряться в крыльях. Каждое перо я вылизывала, а иногда ковырялась между перьями зубами. Я извернулась так, что представляла собой запутанный клубок, благо моя физиология это позволяла. Выправив последнее перо, я пару раз взмахнула крыльями. Интересно, сколько времени на уход за крыльями будет тратить Рейнбоу Дэш? Наверняка больше, чем будет тратить время Рарити на уход за собой.

Я радостно пронаблюдала за тем, как лёгкое колебание моего крыла вызвало сильный ветерок. После чего вышла из спальни и направилась в сторону обеденного зала, где за то время, пока я прихорашивала крылья, уже должны были накрыть завтрак. И правда, завтрак был накрыт, вот только пришли покушать только я и какой-то пегас. Видимо остальные спят.

— Здравствуйте, принцесса Селестия, мой друг, — улыбнулся пегас, качнув серебристыми крыльями, насаживая на вилку банан. Да не, не может быть!

— Доброе утро, — приветливо улыбнулась я, чувствуя неприятности.

— Я долго думал о ваших словах и вы были правы, друзьями могут быть только равные друг-другу, — тем временем продолжал пегас. Точнее не пегас, а оборотень.

— Я такого не говорила, — ответила я. — А если и говорила, то это были фильмы. И то там было уточнено, что это утверждение неверно.

Однако моральный урод сидевший напротив меня проигнорировал мои слова самодовольно улыбнувшись. Словно понял нечто важное, скрытый смысл в моих словах. Как же мне его хотелось убить в этот момент. Я прикрыла глаза, стараясь успокоиться.

— Поэтому я собрал группу чейнджлингов недовольных нашей королевой и возглавил её, собрав здесь. Теперь я тоже в некотором роде правитель, — продолжал улыбаться пегас. — Поэтому я здесь и предлагаю вам мою дружбу. Теперь под вашим началом, подобно тому как на вас работают ночные пони, будут работать чейнджлинги.

В зал вошёл ещё один пегас как две капли воды похожий на первого, после чего положил перед мной стопку документов. Пегас напротив меня продолжал улыбаться, слегка подмигнув мне. Меня передёрнуло в отвращении. Настолько тупым было это подмигивание. В глубине моей души, от стопки документов, от этой мерзкой улыбки, от всей ситуации в целом зародилась ненависть.

— Отвали, заебал.

— Простите? — не понял пегас.

— Я говорю, что рада быть вашим другом.

Скину его на Сильверблада, пусть с ним ебётся как хочет. Лучше уж так. Иначе этот пидрила от меня не отъебётся.

## Зебриканское кофе

Я внимательно вглядывался в структуру элементов гармонии. Взяв в руки перо, я принялась надиктовывать.

— Объект имеет сложную структуру. Эта структура повторяет саму себя на всех уровнях сразу. Однако в отличие от обычных фрактальных кристаллов, структура повторяет саму себя не полностью с искажениями.

Я перевернула маленький серый камешек.

— Камешек излучает мощный электромагнитный сигнал способный влиять на всё в окружающем его мире. В радиусе досягаемости сигнал испускаемый камушками с гармоничной частотой вплетается как в живые, так и в неживые объекты, по-разному взаимодействуя с ними. Сигнал нельзя фиксировать обычным синусоидальным радиоприёмником, да и вообще, сигнал нельзя фиксировать ни одной антенной, поскольку пики одного сигнала одной частоты, приходят на провалы другого сигнала той же частоты. Сам сигнал имеет широкий спектр и представляет собой множество более слабых сигналов на множестве смежных частот. Для фиксации сигнала нужно множество антенн и специальный декодер, поскольку сигнал размазан как в пространстве, так и во времени.

Я снова перевернула камешек.

— Сигнал чётко ловится в любых условиях и на огромных расстояниях, он способен пробивать толстые и плотные слои материи без потери информации. Структура кристалла способна регенерировать за счёт подаваемой в него энергии. Сам кристалл способен генерировать и собирать собственную энергию и не нуждается во внешнем источнике питания, и насколько я понимаю со временем его структура отпечатывается во всём, чего достиг его сигнал, и эту структуру нельзя просто так уничтожить из-за эффекта резонанса и подобия. Кристалл лишь малая часть сложного объекта равномерно распределённого во времени и пространстве, так что уничтожение лишь одной части никак не повлияет на работу другой части.

Я снова перевернула камешек и подала на него свою магию. Ничего не произошло.

— Предположительно вся существующая в мире так называемая магия есть продукт созданный этим кристаллом гармонии. Когда-то давным-давно к живым существам подключилось искусственно созданное поле. Благодаря ему, живые существа могли хранить энергию и накапливать её, передавая более слабым живым существам из той же группы. Это повышало живучесть существ с полем перед существами без поля. Сильные делились силой со слабыми, слабые, когда надо, отдавали часть своей силы сильным, делая тех ещё сильнее.

Я снова подала на камешек магию, но немного иную. Камень тут же пророс, превратившись в белоснежный шарик.

— Давным-давно Камень Гармонии упал на планету, этот мир, заставил мутировать живых существ и создал магическое поле. Процесс объединения существ с помощью магического поля есть Схождение. В идеале, на финальной стадии эволюции, все древо гармонии и все связанные с ним живые существа, должны комплементироваться в единое существо. Души всех живых существ, их разум, их плоть, всё будет едино.

Белый шарик начал испускать свет. Рядом стоящий горшок с кактусом начал таять, кактус превратился в зелёную лужицу оплётшую белый шарик, а сверху укрылся коркой земли и осколков горшка.

— Таким образом магия не более чем продукт высоких технологий способный перекраивать реальность неизвестной цивилизации, представляющей собой суперхищника. И процесс Схождения должен породить сверх хищника этой цивилизации. Однако такое сверхсущество будет вещью в себе, не способной к развитию. Вся его энергия будет тратиться на поддержание его существования, сверхсущество со временем быстро деградирует и умрёт, оставшись без питания.

Камешек испустил свет и создал на столе передо мной несколько горшков с кактусом, полностью истощив себя.

— Поэтому вместо того, чтобы быть паразитом, который всё съест и умрёт, Древо Гармонии является симбионтом. Эгоистом быть невыгодно, это ведёт к смерти, и Древо Гармонии ради выживания становится... Как бы это сказать? Фермером для всех живых существ, собирая энергию и опыт. Эволюция. Сначала охотник, собиратель, потом более совершенный фермер. Итого Древо Гармонии невероятно сильное, хитрое и могущественное сверхсущество, делающее всё для своего выживания, заражающее своей силой всё, что попадает в радиус его влияния.

— Таким образом, как будет говорить в будущем Кризалис, это что-то похожее на болезнь, заразу, — я покатала остатки камешка, который теперь был прозрачен. — И всё бы в этой теории сходилось бы если не одно но.

Я подняла камешек телекинезом.

— Магия существовала до древа гармонии, это раз, — я прокрутила кристалл вокруг оси. — И второе, древо гармонии было создано Старсвирлом Бородатым. — Кристалл тускло засветился под действием моей магии. — Таким образом, у меня только один вопрос. Что ты такое Старсвирл, раз смог создать нечто невероятное? Понимал ли ты, вообще, что за чудовище ты создаёшь?

Я сконцентрировала поток энергии на камешке, уничтожая его. Смысла в этом не было, поскольку просто так кристаллы гармонии уничтожить было нельзя. А потом я перевела взгляд на горшки с растениями.

— Эти растения ощущаются как часть древа гармонии, — сказала я, начав сжигать горшки, сплавляя в единую массу.

Тут же заработала вытяжка, вытягивая всё лишнее, все испарения. Передо мной завис раскалённый до белизны шарик. Я тут же начала его охлаждать, пока капля не растрескалась, превращаясь в маленькую полупрозрачную фиолетовую сферу, переливающуюся внутри белыми искорками. Эта сфера испускала очень опасное голубое свечение. Очень красивый голубой свет окутывал всё вокруг сферы и саму сферу. Это было не обычное свечение, светилось словно само пространство. Светились предметы попавшие под излучение, словно их окунули в фосфор. Теней практически не было.

Сфера зависла в воздухе более не поддерживаемая телекинезом. Я подтащила белую крысу и кактус. Под голубым сиянием крыса и кактус превратились в желе, которое в одно мгновение слилось воедино, создавая кактусовую крысу. Ну или крысу-кактус. Это была зеленоватая крыса с шипами от кактуса.

— Мгновенная модификация живых организмов в зависимости от их желаний, — я перевернула мышку и посмотрела на её член. — Нда... Исполнитель желаний, только энергию подавай. Я взяла опасную хрень созданную Старсвирлом, переделала её, и получила ещё более опасную хрень. Назову Старлайт. Звёздный свет.

Я сконцентрировалась и начала сжигать шарик. Тот поглотил огонь и попросил добавки. Магия смерти и разрушения тоже не возымела эффекта. Как и магия времени с пространством. Когда шарик с удовольствием, урча, съел опасное магическое проклятие, способное уничтожить что угодно, я осознала одну вещь.

— Уничтожить тебя теперь невозможно, ты поглощаешь любое внешнее воздействие, питаясь за счёт него, будь то огонь, или всеуничтожающее проклятие. Тогда я тебя запечатаю.

Я сформировала вокруг сложный белый барьер из света. Он выглядел простеньким. Однослойный прозрачный додэкаэдр. Но под моим желанием, звёздный камень усложнил и укрепил его структуру. После этого я накинула на звёздный камень контролирующую нить. Звёздный камень тут же модифицировал её.

— Всё, теперь, кто бы ни украл его, он не сможет снять мой контроль над этим камнем. А барьер затруднит его использование.

Я склонилась над камушком и начала шептать.

— Я знаю, что ты разумен и понимаешь меня. Если ты не будешь творить, что вздумается, возможно мы станем друзьями, — я взяла камень заключённый в барьер и лизнула его. — А если нет? То мне придётся искать способы уничтожить тебя. И поверь, я сделаю это очень быстро.

Камень в ответ согласно проэмоционировал через контролирующую его связь. Я улыбнулась в ответ. А потом отправила камню план, согласно которому он сможет заполучить себе сильное и развитое тело.

— Хочешь получить тело? У меня есть план.

Я улыбнулась, а потом щёлкнула копытом по полу, подавая магию.

— Сильвермун, приведи арестованных ко мне, — приказала я.

— Да, — донеслось до меня. — Уже в туалет нельзя сходить.

Пока Сильвермун организовывал прибытие арестованных, я подготавливала лабораторию к встрече с ними. Добавила мягких диванов, стол, налила чай и кофе, положила конфет в вазочку. А потом призвала землю, трансмутировала в металл и сделала сейф, после чего поставила этот сейф около стены. Именно в этот момент в помещение вошло семь кобыл и жеребцов.

— Приветствую вас, Амбер, Эмеральд, Стив, Мартин, Лютер, Кана, Лея, — приветливо произнесла я, поднимая камешек в руки и ставя его на постамент перед собой. Камешек в ответ блеснул синим огоньком. — Присаживайтесь.

— Спасибо, мы постоим, — ответила Амбер, внимательно глядя на камень, на его голубое свечение. Да, признаю, зрелище красивое и завораживающее.

— Ох, вам всё же лучше присесть, — сказала я и повернулась к пони. На моём лице блуждала лёгкая улыбка. — Если вы считаете, что я зла на вас за то, что вы пошли против моей сестры, бросьте, это не так.

— Ну, хорошо, — ответил пони с голубой шёрсткой и чёрной гривой. Стив натужно улыбнулся и присел.

— Я должна извиниться перед вами, все мы стали жертвами одного большого недоразумения, — тихо произнесла я, присаживаясь рядом.

— Ничего себе недоразумение! — воскликнула Эмеральд, зелёная пони. — Вы нас посадили в тюрьму!

— А могла убить вас, — ответила я. — Я имею защиту от элементов гармонии. В любом случае садитесь, разговор нам предстоит долгий.

— Эм... — протянула бежевая единорожка.

— Садись, — помахала крылом я. — Садись, не бойся.

— Что за недоразумение? — спросила Амбер, присаживаясь.

— Ну, в произошедшем вы виноваты лишь отчасти, поскольку вашими действиями манипулировали, — ответила я, развёртывая шоколадку. — Я конечно по началу была очень зла на вас, но я быстро сумела разобраться в ситуации и не сделать поспешных выводов. Именно поэтому вместо того, чтобы вас убить, я приказала арестовать вас до выяснения обстоятельств. Исходня тот кто спровоцировал эту ситуацию явно рассчитывал на то, чтобы я убила вас и тем самым уничтожила свою репутацию, совершив политическое самоубийство. Тогда бы доверие пони было бы ко мне подорвано окончательно, следуя логике о том, что за доброе деяния я могу казнить.

— Ничего не понимаю, — ответила Амбер.

— Это не отменяет того, что вы обрекли мою сестру на ужасную участь. Провести на Луне тысячи лет медленно сходя с ума от одиночества не каждому врагу пожелаешь, — резко сказала я, громко надламывая плитку. Амбер вздрогнула. — Впрочем, вы могли бы обелить свою репутацию пред мною и моей сестрой, если поможете наказать истинного виновника всех трагедий сего времени.

— Истинного виновника?

О Луна, скажи мне, какого хуя меня окружают такие тупорылые ничтожества? Заебали. Так, успокоиться и продолжить план своей мести все причастным и непричастным.

— Кому выгодно ослабление Эквестрии? Только Зебрике, — ответила я. — Где вообще достаточно могущественные шаманы, чтобы послать духа мщения поглотить мою сестру и превратить её в Найтмер Мун

Я достала телекинезом листок бумаги и написала на нём: "Тронешь камень, потеряешь суть свою, себя, свою душу.", после чего налепила этот листок на дверцу сейфа. После чего положила камень в сейф и закрыла его.

— Итак, на чём я остановилась? — спросила я.

— Так это вождь Закар виноват в том, что Луна обратилась во зло? — воскликнула Лея. — И мы... И мы...

— А также он сделал так, чтобы по столице распространились слухи об моей сестре в нужном ключе, вроде того, что моя сестра держит меня в плену, хотя это не так, — ответила я. — Вам помогла найти элементы гармонии зебра, не так ли? — спросила я и Лютер нахмурился. — Сама я не могу напасть на вождя, поскольку это может спровоцировать войну в которой эквестрия не выстоит, но вот вы можете. Чтобы не уронить честь Эквестрии, я объявлю вас преступниками, сбежавшими от меня до выяснения всех обстоятельств. Вам предстоит сложная миссия в которой вас никто не поддержит, и никто вам не поможет. В случае успеха вы сможете вернуться в Эквестрию и затеряться, я помогу. Можете отказаться прямо сейчас, я вас просто отпущу, вам ничего не будет угрожать, и проблему Зебрики буду решать только я. Вы не обязаны помогать мне.

— Мы поможем, — мрачно ответил Лютер. — Точнее я точно помогу, ибо подобное есть урон моей чести, и я должен отомстить, иначе нет мне прощения.

— Я помогу, — сказала Лея.

— Не знаю, я отказываюсь, — ответила Амбер откусив шоколадку. — Я не желаю рисковать своей жизнью.

— Я так понимаю, Амбер отказывается, а элементы гармонии решили помочь мне? — спросила я. — Отлично, Амбер может покинуть нас, остальных прошу остаться. Мы должны обсудить план действий.

Много лет спустя, я читала газету и не могла не радоваться. В одной из колонок было написано несколько фраз. И они наполнили меня счастьем.

"Цены на Зебриканское кофе упали на два процента."

## Шахматы

[Event "Чемпионат Мира"]

[Site "Кантерлот"]

[Date "2019.12.24"]

[Round "1"]

[White "Селестия"]

[Black "Дарт Спок"]

[Result "0-1"]

[Flags "0"]

1.e4 b6 2.d4 Bb7 3.Bg5 {Что творят чёрные? Зачем?} Bc8 4.f4 Bb7 5.h4 Bc8 6.Bxe7 Bb7 7.Kf2 Bc8 8.Kf3 Bb7 9.Kg4 Bc8 10.f5 Bb7 11.h5 Bc8 12.Bxd8 Bb7 13.Bf6 Bc8 14.Bxg7 Bb7 15.Rh4 Bc8 16.g3 Bb7 17.Bh3 Bc8 18.Nf3 Bb7 19.Ng5 Bc8 20.Be5 Bb7 21.Bf4 Bc8 22.e5 Bb7 23.Qf3 Bc8 24.e6 Bb7 25.d5 Bc8 26.d6 Bb7 27.e7 Bc8 28.dxc7 Bb7 29.cxb8/B Bc8 30.Bbc7 Bb7 31.Bd8 Bc8 32.Nc3 Bb7 33.Nce4 Bc8 34.Nf6+ Nxf6#

{Белые вынудили сделать мат.}

Комметарий: Игра примечательна тем, что Дарт Спок поставил цель проиграть Селестии эту партию, однако Селестия вынудила сделать мат. В этой игре виден более глубокий смысл, нежели простые поддавки. Достоверно известно, что Селестия всегда проигрывает или сводит к ничьей первую партию, и до этой игры никто не знал, почему это происходит, почему в первой партии с соперником Селестия всегда играет очень слабо. Гроссмейстер Дарт Спок заметил, что в последующих играх Селестия всегда побеждает и делает это прилагая минимальные усилия.

Расследование всех партий Селестии выявило строгую закономерность: Селестия побеждает не просто с минимумом усилий, а прилагает минимально необходимые усилия. То есть в игре с новичком она играет как новичок, но чуть сильнее, в игре с мастером, как мастер, но чуть сильнее, в игре с любителем шахмат, как любитель шахмат. Таким образом Дарт Спок выяснил, что Селестия старается минимизировать количество размышлений затрачиваемых на игру в шахматы.

— Она оптимизирует не только игру, но и работу своего мозга. И первая партия необходима Селестии, чтобы разведать, насколько хорошо играет противник, и как много надо думать в сражении с ним, какие у него слабости и сильные стороны. Это называется ленивый подход, — сообщает нам гроссмейстер. — Я подумал, если не дать Селестии собрать обо мне информацию, то я смогу выиграть. Во второй партии я играл чуть сильнее, чуть усилив игру в самом конце. И это сработало. Селестия проиграла второй раз.

— Игра против Селестии была похожа на игру против Крамника, и пусть она не показывала гениальную игру, она показывала игру достаточную, чтобы победить меня, — комментарий Каспара. — Вот только Дарт Спок выявил слабость Селестии в игре, и использовал это против неё. Я рад за него, жаль, что я до такого не додумался.

Дарт Спок переиграл Селестию и борьба эта проходила не на Шахматной доске. Но уже в третьей партии Селестия начала играть в максимальную силу и это была очередная победа гроссмейстера, он заставил Селестию показать новые возможности в шахматах.

— К третьей партии я готовился максимально хорошо, я знал, что Селестия будет играть очень сильно, но не знал, что настолько. Я старался свести к ничье, но у меня не получилось даже этого. Она меня просто уничтожила, — комментирует Спок. — Я в третьей игре читерил с помощью компьютера, выходя якобы в туалет. Я думал организаторы меня накажут, но они наоборот, помогали мне, один из организаторов дал книгу дебютов, другой более мощный ноутбук. Но даже компьютер мне не смог помочь. В конце мы не таились, я использовал подсказки у всех на виду. Сути половины ходов я не понимал сразу, лишь через два хода.

К сожалению в следующий раз Селестия более точнее начала определять уровень соперника и мы не смогли увидеть потрясающую игры с её стороны до тех пор как...

* * *

Я внимательно смотрела на доску перед собой. И на множество шахматных фигур. Мои мозги плавились от осознания того, чему я противостою. Ненавижу играть против машины. Программа не прощает ошибок. Она методично уничтожает меня шаг за шагом. Стоит сделать лишний зевок и моя позиция на шахматном поле ухудшается. При противостоянии шахматной программе нельзя делать ни малейшей ошибки.

Играть против машины не рекомендуется. Программа уничтожит в вас инициативность и желание атаковать, она создаст у вас привычку часто обороняться и отбиваться. Вычислитель вас закомплексует, унизит и забьет ментально. Вы будете бояться ошибиться даже один раз. И не будете верить, что ошибку в партии можно еще исправить, вытянув партию волевым усилием. Машина вас уложит на лопатки и будет бить ногами, пока вы, свернувшись калачиком, не сдадитесь.

Но обычную программу обыграть всё же можно, создав правильную позицию, которую она не сможет просчитать дальше, нежели просчитаете игру вы. Всё же машина использует перебор ходов, а не анализ позиции. Всё меняется, если вы начинаете играть против искусственной нейронной сети заточенной на шахматы. Она способна оценивать позицию как человек, но не делает ошибок и всегда играет максимально сильно. У вас возникнет ощущение, словно вы играете против сверхразума, чья элегантная и точная игра легко вскрывает любые ваши ходы, любую вашу позицию. Но даже нейросеть можно одолеть. Вы просто сводите всё к ничье, и выжидаете малейшей неточности, изучая своего соперника. А потом бьёте по самому слабому месту

Но самый ужасный противник это я. Принцесса Селестия. Поскольку способна видеть какие шаги мой соперник сделает в будущем и какие шаги должна сделать я, чтобы одолеть его с минимальными усилиями. Игра против меня превращается в ад из ничьи и поражений.

— Принцесса Селестия, ваш соперник сдался, — ко мне подошёл пони и уложил вражеского короля на бок.

— А? — вяло произнесла я. — Иди нахуй.

— Простите? — удивился пони.

Я подняла фигурку короля и начала играть против самой себя. Я всматривалась в будущее, стараясь максимально растянуть агонию вражеской стороны. И вот спустя сотни ходов я наконец-то поставила мат. Это было настолько прекрасно, что я испытала оргазм. У меня от возбуждения аж крылья раскрылись.

Я оглянулась по сторонам. Вокруг стояло множество камер направленных на меня. Журналисты возбуждённо перешёптывались, указывая на меня копытами. Я аккуратно сложила крылья и произнесла:

— Прощу прощения, увлеклась.

— Честно говоря, это было невероятно, — сказал комментатор. — Я не понимал и половины ходов. Это был невероятный шахматный поединок. Я сам хорошо разбираюсь в шахматах, но тут было противостояние двух сверхразумов, смысл чьих ходов раскрывался лишь в конце.

Ко мне направлялся высокий статный единорог серой расцветки и тёмной гривы. Его карие глаза внимательно смотрели на меня. На его крупе была изображена изящная сиреневая сфера со звёздочкой по центру.

— Принцесса Селестия, крайне невежливо назначать встречу и игнорировать её, тратя время на какие-то глупые игры, — сухим старческим голосом произнёс единорог. Он был крайне раздражающ, несмотря на нейтральность тона, чувствовались нотки высокомерия. Операторы тут же навели камеры на него.

— Ох, прошу прощения, мистер Аркейн Скай, я немного увлеклась, — ответила я, улыбнувшись. В ответ он взвизгнул.

— Так, что там насчёт того, чтобы принять моего сына в школу одарённых единорогов?! — тон голоса сменился визгливо-требовательным. Я поморщилась и начала терпеливо отвечать ему, вспоминая всё, что знала про семью Аркейн. Вроде бы они древний магический клан.

— Ох, прошу прощения, я ждала, когда вы отправите заявку Аркейн Новы в институт Старсвирла и видимо...

— Нова? Она же даже не маг! — взвизгнул единорог. — Принцесса Селестия, я не понимаю и крайне сильно неодобряю ваши действия. Какой смысл возиться с единорожкой, у которой почти нет магии?

— Ну, это я так решила, — ответила я.

— Мало ли, что вы там решили. Хорошо, я хоть и не понимаю зачем, но раз уж вы хотите возиться со вторым сортом, то возитесь. Однако вы так и не ответили насчёт моего сына. Его примут в школу одарённых единорогов? — снова спросил у меня единорог. — Да или нет?

— Ну, я вроде его приняла, разве нет? — удивилась я. Да, это так, насколько я помню из их семьи я приняла одного жеребца в академию единорогов. Лично писала поздравительное письмо.

— Не тот сын! Пегас! Вы приняли в школу одарёных единорогов пегаса! Я про другого сына! Единорога!

Казалось стоящий напротив меня статный и высокомерный единорог взорвётся. Но я вспомнила про кого он говорит. Про своего другого сына, что сильнее обычных единорогов в два раза. Вот только с чего стоящий напротив меня разумный решил, что я приму его сына в высшее учебное заведение просто так?

— Ну я могу его принять в школу, но не просто так, — ответила я. — Я ищу одну пегаску.

На этой фразе, при упоминании пегаски, единорого побагровел.

— Ми Аморе Каденс её зовут, — невозмутимо продолжила я. — Она прислала ко мне письмо с заявлением о том, что она хочет стать принцессой. Я хочу, чтобы вы лично прислали ей мой ответ. В деревню, где она живёт. На краю Эквестрии.

— Посыльный? — воскликнул единорог. Он был не рад. — Вы хотите, чтобы я был посыльным для какой-то вшивой пегаски из зажопинска?

— Ну да, — ответила я. — Таковы традиции. Раз в жизни пони как можно раньше должны послать заявление в королевскую канцелярию о том, что она или он хотят стать принцем или принцессой. И хотя множество писем остаются без ответа, иногда я всё же отвечаю на просьбы и ответное письмо должен лично отдать в копыта высокопоставленный пони.

Я незаметно набрала воздуха и продолжила.

— Принц или принцесса должны завершить все свои дела и со временем, может сразу, а может и через несколько лет, прибыть в Кантерлот для прохождения обучения и коронации. Не все пони верят в то, что они могут стать правящей элитой, именно поэтому, во избежание эксцессов, письмо должен вручать кто-то влиятельный. Жаль, что не все отвечают на письмо.

— Крайне опрометчиво отдавать власть случайным пони, — прошипел Аркейн Скай. — Хорошо, я сделаю. Но кто она вообще такая?

— Благодарю, — улыбнулась я в ответ.

— Так кто она такая? — спросил Скай.

— Ну, насколько я знаю, пегаска, розовая, пять лет, — ответила я.

— Ох, иногда я не понимаю, чем вы руководствуетесь в своих решениях, — устало ответил единорог, резвернулся и начал уходить.

— Я делаю всё, во благо моих подданых, — ответила я, глядя на его круп.

Я оглянулась по сторонам, глядя на множество камер, снимавших наш диалог. Всё прошло по плану. Сначала зрители увидели мои шахматные навыки. Многие ходы в которых ничего не понимали, но эти непонятные ходы позволили мне победить. Потом зрители увидели моё общение с Аркейном, где выясняется, что я непонятно почему приняла в школу одарённых единорогов пегаса. И пусть мои действия были странные и не очень понятные, они не могли не провести аналогию с шахматами и сейчас уверенны в том, что это часть какого-то хитрого плана в котором они ничего не смыслят, но который приведёт к моей победе. Таким образом у меня появилась репутация, которая не позволяет пони усомниться в том, что в каждом моём действии есть скрытый смысл.

Это увеличит доверие пони ко мне на тридцать восемь процентов. А это значит что они будут выполнять мои приказы задавая меньше вопросов и на семь процентов быстрее. Это также позволит больше делегировать свои обязанности принцам и принцессам, ведь им будут чуточку больше доверять, а сами принцы и принцессы постараются быть чуточку эффективнее, желая оправдать доверие. Всё это в свою очередь высвободит один час сорок две минуты свободного времени в сутках.

Итого: свободного времени в сутках у меня семнадцать часов и двенадцать минут. Из них семь часов на сон, а десять часов с двенадцатью минутами, которые я могу потратить на что угодно. И это не говоря уже о том, что иногда мне достаются все двадцать четыре часа свободного времени: меня на работе подменяют чейнджлинги. Которые очень сильно замотивированы качественно изображать меня, ведь раскрытие закроет им путь к поеданию народной любви ко мне.

Я нахмурилась, стараясь придумать, где ещё я могу увеличить свободное время в своём расписании. Думаю спать можно будет и днём, по пять часов, а ночью бодрствовать. Также часть документов могу отдать разбирать своему заместителю, а другую часть сгрузить на Сансет. Вот только скоро Сансет покинет меня, а потому стоит ей найти замену.

В голове тут же нарисовалась интрига. Создаю амулет Чейнджлингов, сменяющий внешность и не снимающийся, подкидываю умной и ответственной пони, после чего, случайно одев амулет, пони превращается в меня, также получив часть моей магической мощи. И её случайно путают со мной, когда пони отправляются за помощью ко мне. Я типа встречаю её в тронном зале, говорю подождать, мол есть решение её проблемы и ухожу. А потом мой заместитель не слушая оправданий пони, нагружает её моей работой. Любые попытки объяснить, что она не Селестия, воспринимает как попытки сбежать от работы. Вот только меня всё нет и нет, а работа копится, так что рано или поздно ей придётся взять бразды правления на себя.

Конечно в бою такая Селестия будет не особо сильна, и вообще будет Бесполезностией, но пони привыкли к тому, что я могу вести себя странно. Например, нарочно поддаваться врагу. Так что никто даже не заподозрит в фальшивой Селестии обман.

## Ми Аморе Каденс

Однажды пони из далёкой далёкой деревни нашли в тёмном далёком лесу маленькую розовую пегаску. Эту пегаску на воспитание взяли земные пони, которые растили её в любви и заботе. Каждый день пегаска узнавала о мире новое.

— Ми Аморе Каденс! — рявкнул алый бугрящийся мышцами жеребец. — Не отвлекаться!

— Ам... Простите, — повинилась пегаска.

— Законом установлено, что каждый житель Эквестрии раз в жизни должен отправить заявление на становление принцем или принцессой, — строго произнёс жеребец, зелёными глазами прожигая пегаску. — Твоё заявление одобрили, что случается крайне редко. Множество пони по всему миру мечтают занять твоё место. И в такой важный момент ты смеешь отвлекаться?

— Но я не хочу быть принцессой, учитель, — тихо промямлила пегаска.

— Тебя никто не спрашивает. Мне сказали, что ты можешь отказаться от выполнения работы правителя, но ты не можешь отказаться от статуса, — ответил жеребец, приблизившись к пегаске. Розовая малышка сжалась за партой в маленький комочек. И этот маленький комочек вяло промямлил:

— Это какая-то ошибка... Я не могу быть принцессой...

— Ошибки быть не может, Каденс, к нам приезжал лично чиновник из столицы, со всеми бумагами, постановлением и твоим именем, твоим письмом, — ответил жеребец, продолжая хмуро сверлить пегаску. — Он раза три убеждался в том, что ты пегаска, та самая пегаска. И теперь ты должна пройти медицинский осмотр, проверку на отклонения в развитии твоего тела.

— Но я не хочу к доктору! — воскликнула пегаска.

— Надо, Каденс, надо, — тяжело ответил учитель, хватая пегаску копытом за шею.

Каденс упрямилась. Она вцепилась копытами в пол. Тот затрещал и покрылся трещинами, когда учитель потянул кобылку на себя. Тяжело вздохнув, мускулистый пони оставил пегаску в покое.

— Давай не будем портить полы, — тяжело вздохнув попросил учитель. — Тебе хоть и пять лет, но ты взрослая девочка.

— Хорошо, — понуро ответила пегаска.

Каденс наклонила голову и пошла следом за учителем. Они вышли в коридор, попетляли по зданию и остановились напротив кабинета врача. Тот тут же их позвал, открыв магией дверь. Каденс прижалась к учителю, недоверчиво глядя на седого единорога с кулончиком на шее. Тот доброжелательно улыбнулся.

— Приветствую вас мистер Стивз, — кивнул головой алый пони.

— А вот и наша принцесса, — Стивз даже не заметил учителя, обратив всё внимание на пегаску. — Приветствую вас, ваше высочество. Ми Аморе Каденс. Я буду рад изучить ваше тело.

Пегаска отпрянула, сделав шаг назад. Однако единорог подхватил её телекинезом и поставил в центр комнаты поверх красивой синей иллюминации в виде круга и вписанной многоконечной звезды. Пегаска нервно взмахнула крылом, разрывая телекинетическое поле, окутывавшее её прозрачным облаком.

— Вау, — уставился перед собой единорог. — Как много отклонений.

— Что-там? — взволнованно спросил учитель.

— Ну, ваше высочество Каденс, могу поздравить вас с тем, что вы частично земной пони, а не только пегас, — усмехнулся единорог. — Надо это внимательно изучить. Позволите вас вскрыть?

Единорог с ожиданием уставился на побледневшую от ужаса пегаску. В его глазах горело безумие. Телекинез тут же погрузил учителя в прозрачный не пропускающий звук щит. Алый пони пытался пробиться, докричаться, но у него ничего не получалось.

— Вы только подумайте, гибрид земного пони и пегаса! Активность сразу двух линий гена, а не только одной! Причём это не уродство, а всё вполне нормально и гармонично работает! Если я вскрою вас и изучу, это продвинет науку Эквестрии!

— Не надо меня вскрывать! — воскликнула пегаска. — Я запрещаю себя вскрывать!

— Не ломайтесь, принцесса, — произнёс единорог, хватая Каденс в телекинез. Вот только та напрягла крылья и легким движением разрезала магию, окружавшую её. — Ну нет, так нет. Пожалуй на этом остановимся. И думаю находиться здесь мне не очень безопасно.

С последними словами единорог телепортировался, прихватив все свои вещи. Каденс тяжело дыша, злобно смотрела на место, где он находился ранее. С тех пор прошло много времени, но нелюбовь к докторам у Каденс осталась на всю жизнь. Правда будучи более взрослой, она подавляла свои чувства, не давая им вырваться на свободу. И вот несколько лет спустя, Каденс снова решила обратиться к врачам.

Это был обычный солнечный день. Розовая пегаска недовольно смотрела на воспитателя перед собой. Рядом находились чёрные железные решётчатые ворота, сверху была вывеска на которой было написано "Детский дом". Строгая серая пони в очках половинках хмуро глядела на пегаску.

— То есть как меня выгоняют из приюта? — возмущалась пегаска, незаметно щупая шишку на лбу, укрытую шляпой.

— Согласно закону, принцев и принцесс Эквестрии нельзя считать детьми. Все они считаются взрослыми пони, способными самостоятельно позаботиться о себе. И я не хочу нарушать закон. Детский дом могут закрыть, если ты будешь в нём находиться, я не могу так рисковать. Прости, я хотела бы тебе помочь, я вообще хочу помочь любому жеребёнку оставшемуся без родителей, но ты считаешься взрослой и не нуждающейся в помощи, даже если это не так. Я даже опеку не могу оформить, поскольку это будет считаться ограничением твоей свободы. А стражи порядка пристально следят за тем, чтобы маленьких принцев и принцесс ничем не ограничивали. И нет, они тебе не помогут, не после того, как одного полицейского посадили в тюрьму за то, что тот решил задержать и выяснить, что маленький принц делает на улице посреди ночи, когда другие жеребята на его месте должны находиться дома и спать.

— И что мне делать? — грустно спросила пегаска.

— То же, что и остальные взрослые, — важно произнесла воспитатель. — Искать работу и жилище.

— А разве принцессам не положены, ну, там, выплаты? — с надеждой спросила Каденс.

— Да, вам платят, — кивнула воспитатель.

— Ура! — обрадовалась пегаска.

— Один бит в год, — усмехнулась воспитатель, поправив очки. — Проживи столько, сколько Селестия и тысячи бит тебе обеспечены.

Тяжко вздохнув, пегаска подобрала свой чемодан развернулась и низко полетела. Ветер тонким слоем спадающий с её крыльев пружинил от земли, сталкиваясь с крыльями. Каденс летела плавно и быстро, даже не взмахивая крыльями, лишь изредка отталкиваясь ногами.

— Ох, я чувствую себя слишком старой для всего этого, — пожаловалась мелкая пегаска, поправляя соломенную шляпу. — Кушать хочу, — произнесла пегаска, услышав, как заурчал живот. — Может совершить преступление и сесть в тюрьму? Там наверное сейчас обед.

Пегаска задумчиво нахмурила лоб, нащупав небольшую шишку.

— Нет, в обычную тюрьму меня не посадят. Да и насколько я выяснила я могу творить что угодно, но посадят меня только за угрозу всей Эквестрии. И не в тюрьму а в Тартар, где еды точно нет. Я могу хоть расчленить пони у всех на виду, но пока это не угрожает всей Эквестрии, никто не смеет меня наказать.

Пегаска снова пощупала лоб с шишкой по центру.

— Но лучше всё же обратиться к врачу, — через минуту произнесла пегаска, щупая лоб. — Эта тупая шишка всё растёт и растёт. Надеюсь хоть меня бесплатно обслужат, должны же быть у моей должности привилегии, а не одни обязанности?

Остановившись около небольшой амбулатории, пегаска нерешительно замерла, но потом решительно нахмурилась и резко распахнула дверь. Пройдя в небольшую прихожую, она оглянулась по сторонам. На стене висело несколько плакатов с описанием типичных заболеваний.

— Ай, есть здесь кто? — спросила принцесса.

— Да, проходите, я здесь, — раздался голос из ближайшего помещения.

Поморщившись от резкого запаха хлора и озона, пегаска оставила чемодан в коридоре и вошла в комнату. Это было небольшое светлое помещение со столом, шкафом с документами и койкой. За столом сидела старая седая строгая бежевая пони в квадратных очках с кьютимаркой змеи.

— Здравствуйте, — принцесса села на стул рядом. — Меня закрепили к вам.

— О, Каденс, — радостно улыбнулась земная пони, подняв взгляд зелёных глаз с документов на пегаску. — Прошло три дня с тех пор, как мы виделись. Что произошло?

— Ну, у меня начала расти странная шишка на лбу, — пожаловалась пегаска. Тем временем врач нажала на какую-то кнопку и на окна опустились решётки, а за окном был виден свет от мощного барьера. — Э...

Каденс неуверенно оглянулась по сторонам.

— Не обращай внимания, это для твоей безопасности, — ответила земная пони. — Всё же не каждый день происходит процесс аликорнизации. Будет лучше, если никто не будет знать о том, что ты сейчас на половине пути к становлению аликорном.

— Что? — удивилась Каденс.

— Ну, три дня назад я тебя внимательно обследовала и заметила, что у тебя начинает расти рог единорога, точнее появляться его зачатки, и не придала этому значения, но теперь я уверена, что ты станешь аликорном, — как ни в чём не бывало ответила врач, что-то выписывая на бумаге. — Вот рецепт на таблетки, Укрепин, они содержат керамику укрепляющую кости и вот эти таблетки с ртутью, и другими химически активными металлами, Сансан, для ускорения регенерации и аликорнизации.

— Постой, я аликорн? — переспросила пегаска.

— На половине пути в весьма уязвимом положении, — ответила врач. — Держи это в тайне. Пойдём, я дам тебе лекарства. Но если тебе потребуются дополнительные, можешь использовать рецепт. И да, постарайся следить за ними, для обычных пони эти лекарства смертельный яд.

Пегаска хмуро глядя на таблетки в копыте вышла на улицу. Она оглянулась по сторонам и проглотила их. А потом дальше пошла по улицам, оглядываясь по сторонам в поисках работы. Солнце загородили тучи, поднялся ветер.

— Ну и кем мне работать? И где мне жить? — спросила Каденс. — Это какой-то ужасный ужас! Почему у принцессы так мало прав и денег? За что мне всё это?

В лицо Каденс врезался газетный лист, подхваченный ветром. Убрав его с лица, она зацепилась взглядом за объявление. Это была небольшая колонка на главной странице.

— Ищутся няни.. — прошептала пегаска. — Хм... Неплохо платят... Гордись жеребёнок, кем бы ты ни был, у тебя няней будет целая принцесса. У которой от должности куча обязанностей и никаких привелегий. И которая чуть не умерла голодной смертью. Ух, что так жрать охота?

## Тайны Найтмер

Луна смотрела на Селестию и рыдала. Рядом стоял молодой единорог с белой бородкой, такой же белой гривой и светло-серой шерстью. Белая розовогривая маленькая аликорн бездыханно лежала на железном столе.

— Я... Я... — Луна вытерла слёзы.

— Ты уничтожила душу своей сестры, — сказал Старсвирл.

— Я не хотела! — воскликнула тёмно-синяя аликорна. — Я не хотела, — уже тише добавила Луна.

— Тем не менее твоя сестра почти мертва, — ответил очень молодой Старсвирл потирая свою маленькую белоснежную бородку.

— Можно ли что-то с этим сделать? Можно ли как-то вернуть всё назад? — спросила Луна, касаясь копытом белоснежного крыла. — Ты же могучий маг, Старсвирл!

— Ну кое-что можно сделать, — хмуро произнёс жеребёнок. Его звонкий молодой голос был необычайно спокоен и носил неуловимые нотки, заставляя его воспринимать старше, чем он есть.

— Правда? — взволнованно спросила Луна.

— Но тут есть... Условия...

Старсвирл был неуверен. Он казалось смотрел сквозь стол и лежавшее на нём тело, и казалось его взор был необычайно глубок, проникая туда, куда заглянуть не могут другие.

— Что надо делать? — серьёзно спросила Луна вытерев слёзы.

— Душа Селестии разрушена, если точнее то энергетическая магическая структура поддерживающая ментальное поле и слепок личности с разумом, а также несколько энергетических преобразователей, но вот память цела. А также есть много осколков. Так вот, я предлагаю призвать максимально похожую на Селестию душу и налепить на эту душу осколки. Ты согласна?

— Да! — взволнованно ответила Луна.

— Вот только есть проблема. Селестия не будет считать себя Селестией, по сути мы впихнём хоть и максимально похожую душу, но всё же чужую душу. Это может даже привести к отторжению осколков.

Старсвирл, по сути являвшийся очень молодым жеребёнком, продолжал задумчиво теребить копытом бородку. Его взор сфокусировался на голове маленькой белой кобылки. Зрачки слегка расширились.

— И что? Совсем ничего нельзя сделать? — Луна не хотела отвлекать Старсвирла, но всё же слишком беспокоилась за сестру.

— Можно, — ответил Старсвирл. — Если чужая душа все же будет считать себя Селестией, то процесс слияния пройдёт легче. Но для этого мы должны убедить чужую душу в том, что она Селестия.

— Что надо делать?

— Не упоминай о произошедшем инциденте. Словно ничего не было. Если чужая душа будет утверждать, что она не Селестия, воспринимай это шуткой. Ты ни едином жестом и словом не должна показывать, что с твоей сестрой происходит что-то не то. Веди себя с чужой душой как с Селестией, и она станет со временем Селестией.

Старсвирл аккуратно копытом сложил крылья у тела белоснежной аликорночки.

— Далее, списывай любые странности на то, что ты случайно ударила её по голове задними копытами. Заигралась и ударила сильнее, чем надо. Это объяснит твоё чувство вины. Чтобы Селестия не почувствовала лжи, ударь её копытами сейчас.

— Ударить? — удивилась Луна.

— Да, разбей голову, я восстановлю. Всё равно, самое худшее уже произошло.

Луна нерешительно подошла к спящему телу. Точнее оно не спало, просто ничего не делало. Находилось без сознания. Без души. Она нерешительно подошла к голове, а потом так же нерешительно начала топтаться на одном месте. Долго она не мялась. Кивнув себе, она зажмурила глаза, и резко завернулась, уперевшись передними копытами в пол, а задними врезаясь точно в висок бессознательного тела. Послышался хруст.

— Прости, — прошептала Луна. На глаза навернулись слёзы, но Луна сморгнула их, подавляя.

— Отлично, — кивнул Старсвирл и рогов осветил рану, заживляя её, но не до конца. После чего положил поверх подорожник и залепил пластырем. — Если спросит, что за хрень я сотворил, скажи, что дядя Старсвирл решил не заживлять рану до конца в назидание. Как напоминание о твоих ошибках, Луна. Впрочем это так и есть. Говори правду и только правду. Существо может почувствовать ложь.

— Хорошо, — кивнула Луна. — Помочь в ритуале? Может нужны индигриенты? Может магия?

— Я уже всё сделал, — спокойно ответил Старсвирл. — Иди, отнеси Селестию в спальню. И помни мои наставления.

Луна шокировано уставилась на Старсвирла, а потом перевела взгляд на Селестию. Когда он успел всё сделать? И почему она не заметила применение магии?

— Когда вы применили магию? И разве ритуал призыва души, и магия манипулирования душами... Она же очень сложная... Как?

— Ну? Чего зависла, иди неси сестру, она сейчас отоспится и завтра утром проснётся как новенькая. Не считая небольшой ранки на голове, — Старисвирл усмехнулся и ткнул копытцем в плечо Луну. — У меня и без вас дел полно, вали давай.

Луна аккуратно телекинезом подхватила сестру, а потом понесла её из лаборатории. Коридоры, коридоры, коридоры, холодные, каменные, выбравшись из под земли, она вошла в холл, а потом отправилась вверх, в спальные помещения. Пройдя мимо многочисленных колонн и гобеленов, она остановилась около небольшой дверцы, распахнув которую, попала в большое помещение. У стены стояла огромная двуспальная кровать с балдахином куда и направилась Луна, аккуратно уложив Селестию. Луна склонилась к аликорне и поцеловала её в висок, поверх пластыря. Неровный тёплый свет свечей высвечивал измождённую мордочку аликорночки.

— Сестра, я никогда... Больше никогда не причиню тебе вред, — прошептала она.

Найтмер Мун моргнула, отгоняя воспоминание. Она сконцентрировала поток магии в глазах и выстрелила ею сквозь тонкую преграду. Поток энергии спокойно прошёл через барьер и сформировал маленький портал. Через портал прошёл ещё больший поток магии, прежде чем портал развеялся. Магия сформировала новый портал, ещё больше и стабильней. Через него прошло ещё больше магии, почти половина резерва, прежде чем портал развеялся. Вот только вновь Найтмер Мун не телепортировалась.

Она подошла к барьеру и её копытце начало распадаться в пыль и воду, чтобы собраться с помощью магии за пределами барьера. Через мгновение по обе стороны барьера стояло две Найтмер Мун. На шее обеих красовался серебристый ошейник от которого тянулась тонкая серебряная нить к рогу. Одна Найтмер Мун легла на коричневую поверхность земли, другая испарилась, чтобы через миг появиться в небольшой комнатке, позади белой аликорны, которая в этот момент сидела за столом и разбирала бумаги. Неровный тёплый свет свечей освещал столик.

Кое-что никогда не менялось, усмехнулась Найтмер Мун. Селестия всё также любила тёплую, и, как называл Старсвирл, ламповую атмосферу.

Селестия клюнула носом и завалилась на столик. Облачко телекинеза не позволило раздавить перо и пролить на белую шёрстку чернила, подхватив аликорна и направив к кровати, стоявшей в этой комнате. Найтмер Мун аккуратно сгрузила Селестию на кровать, укрыла одеялом, а потом склонилась над её головой раззявив клыкастую пасть. Меж зубов высунулся язычок и лизнул висок Селестии. В комнате раздался тихий шипящий голос, нарушив тишину.

— Я позабочусь обо всём сестрёнка, — Натмер Мун замерла на мгновение. — Отдыхай.

Вспышка серебристого света и около кровати стоит вторая Селестия. Лишь слегка вытянутые зрачки и небольшие клыки указывали на то, что это Натмер Мун в обличие Селестии. Найтмер усмехнулась, развернулась к столу и села за бумаги.

— Итак, Элементы Гармонии, да? Думаешь, я не знаю, что ты задумала, Селестия? Они явно не те, кто способен противостоять мне, — кривая усмешка исказила лицо Селестии. — Они бы проиграли и тогда бы миром правила я, Найтмер Мун!

Натмер сделала паузу и тихо и горько произнесла.

— Этого не будет.

Найтмер Мун умолкла.

— Ведь я никогда не причиню тебе вред... Я... Или ты расчитывала на то, что я специально буду поддаваться? — усмехнулась Найтмер, оторвавшись от бумаг. Она медленно подошла к Селестии и положила копыто на щеку. — Ах ты моя манипуляторша. Ути-пути!

Найтмер схватила Селестию в стальные объятья и прижала к себе, мордочкой зарываясь в белую шёрстку на груди. Голова Селестии безвольно свисала, поддерживаемая крыльями Найтмер. Ничто не мешало Луне после тысячелетней разлуки насладиться сестрой во всех смыслах.

## Театр

Самой большой ошибкой будет то, что вы можете думать, что контролируете всё. На самом деле это не так. Даже в такой насквозь логичной и прозрачной игре как шахматы есть место удаче. Но об этом позже.

Принцесса Селестия сидела и попивала чай. Сидела на большом железном троне, украшенном черепами. Рядом с ней за огромным овальным столом сидели министры. Лица пони были серьёзными, крайне строгими, натужными, словно у них был запор и они сейчас сидели и пытались просраться.

— Принцесса Селестия, меня крайне возмущает то, к чему катится молодёжь, — презрительно скривил губы белый пони. — Они презирают древние традиции, вот в наше время...

— Вы правы, — кивнула Селестия и нервно посмотрела в сторону. Но потом на её лице вновь появилась мягкая улыбка и следов нервозности больше не осталось. — Думаете стоит вернуть былые традиции?

— О да, конечно, — степенно кивнул белый старый пони.

— Отлично, — кивнула Селестия. — Голосуем за возвращение древних обычаев. Поднимите копыта, кто согласен.

Все пони за круглым столом дружно подняли копыта. Селестия улыбнулась и отставила чашку с чаем. Она была рада.

— Единогласно, — обрадовалась Селестия и призвала магией тортик, начав его тут же пожирать. В копыте возник ножик, которым она нанизала уголочек и отправила в рот.

— Принцесса Селестия, что вы себе позволяете? — возмутилась седая пегаска. — Это некультурно.

В темноте раздался тихий смешок. Селестия недоумённо уставилась на пегаску. Она проглотила тортик и воткнула ножик в стол, указав копытом на пегаску.

— Стража! На кол её! — рявкнула Селестия громким гласом.

— Что? — удивилась пегаска, когда её тут же подхватила стража и унесла. — Что вы себе позволяете?

— Кто за новые традиции? — тут же спросил белый пони, подняв копыто.

— И его тоже на кол, — махнула копытом Селестия. — У нас тут не демократия.

Я улыбнулась и похлопала копытами. Цокающий звук моих копыт раздался в напряжённой тишине театра. Селестия от страха икнула и повернулась ко мне.

— Неплохо, неплохо, — произнесла я, а потом повернулась к серому единорогу с зелёными глазами и проседью в гриве. — Ну, а ты, что думаешь, Грин?

— Меня всё это крайне возмущает, — нахмурился сидящий рядом со мной старик. — Актриса для полной аутентичности должна была зарыться мордочкой в большой торт. Но торт маленький, а она ест с ножа. К тому же это должен быть не нож, а средней длины тёмный клинок. И она должна была махать им, а не втыкать в стол.

— Ну, думаю на торте они могут разориться, а махать клинком опасно, — задумчиво ответила я.

— Согласен, я прощаю им это. Но не то, что актриса нервно озиралась на нас, полностью разрушая гармоничную атмосферу на сцене, — возмутился Грин.

— Согласна, — кивнула я.

— Любой другой современный актёр на её месте невозмутимо продолжил бы играть дальше, несмотря на обстоятельства. Такова современная теория сценического искусства, — ответил Грин. — Ладно, думаю зря мы сюда пришли. Пойду я, мне ещё на концерт к моей праправнучке надо успеть. Дабстеп и скрипка прекрасны.

— Не думаю, что мне стоит тут задерживаться и волновать молодых актёров, — произнесла я, вставая следом за Грином и медленно продвигаясь вместе с ним. Моё белоснежно белое крыло коснулось его спины, слегка поддерживая старика. — Ох, помню времена, когда ты маленький поддерживаемый моим крылом за спину точно также ходил.

— С тех пор ничего не изменилось, — ответил он, утаскиваемый мной вверх вдоль кресел к выходу. Рядом с нами пролетела камера в магическом облачке. — Ох, журналисты, нигде от них нет покоя.

— Ну, это всё же публичный выход, — ответила я, протаскивая нас через дверь в гардеробную, где не сбавляя шага мы направились на выход. — А мы важные лица в государстве.

— Это-то меня и печалит, — хмуро произнёс старик увлекаемый мной.

— Ну, они хотя бы не такие назойливые и не слепят вспышкой.

На улице был снег, светили ярко фонари, мимо нас проносились повозки. Несколько камер завернули к нам, нацеливаясь на нас. На меня и моего друга.

— Тебя прокатить до концерта? — спросила я, пригибаясь и наклоняя свою голову к его мордочке. — С ветерком. Покатаешься на принцессе как в детстве.

— Боюсь, я больше никуда не прокачусь, — тяжело ответил Грин. — Попроси извинения у моей внучки за то, что я не смог попасть на её концерт.

— Ну, если мы поторопимся, то успеем, — ответила я, закидывая его магией себе на спину и окружая мягким куполом. — Так, концерт, я подписывала разрешение на устройство концерта на западе кантерлота. Значит нам туда.

— Я так не думаю, — ответил старик, когда я взлетела.

— Ну, посмотрим. Знаешь, как внучка обрадуется тому, что на её концерт придут смотреть Селестия и её дед, — усмехнулась я, ускоряясь. — О, а вот и огоньки вдали вижу, две минуты и мы почти на месте, точнее уже минута.

Я ускорилась. Думаю я вполне успею. Камеры рядом также ускорились, поддерживаемые магией.

— Вот же любопытные журналисты, Грин, ты прав, они слишком назойливы, — усмехнулась я и приземлилась на купол, рядом с огромным стадионом. — Вот, Грин, отсюда прекрасный вид. Ну как тебе?

Это был огромный стадион полный пони ярких разноцветных огней, огромных проекторов и звуковых колонок. На сцене находились две пони, одна белая с голубой гривой с синими полосами, на глазах носила фиолетовые крупные очки. Грива и хвост выглядели растрёпанным ёжиком. Под передними копытами находилась сложная аппаратура с множеством переключателей. Рядом сидела тёмно-серая кобылка с фиолетовыми глазами. Её черная грива была аккуратно уложена в простеньку причёску, а на шее висел аккуратный фиолетовый бантик, удерживаемый белой аккуратной повязкой. Она опиралась копытами на скрипку и играла сложную мелодию в такт ритмичной музыке.

— Ну как тебе, Грин? — спросила я, убирая копытом камеру, вставшую прямо передо мной. — Эй, уберите камеры, что вас так заинтересовало в нас? Вид не загораживайте.

Есть вещи, которые я никак не могу контролировать, как бы ни старалась.

— Грин, ты слышишь? — спросила я. — Вау, какая хорошая музыка. Ты был прав, это... Грин?

Даже со всем моим безграничным могуществом.

— Грин, ты чего замолчал?

Просто есть вещи в которые нельзя вмешиваться. Но которые так трудно принять.

— Грин?

Я аккуратно уложила Грина на купол здания, а потом взяла в передние копыта и плавно спланировала на землю к скамейке. Это было за пределами концертной площади в небольшом сквере. Аккуратно уложив его на скамью, я тяжко вздохнула, а потом молча направилась гулять по тёмному парку. Музыка приглушалась деревьями и до парка доносились лишь басы.

— Фух, успокойся Селестия, — я со свистом втянула сквозь зубы воздух. — Вот так. Журналисты вызвали полицию, скорую, здесь дальше разберутся без меня.

Я сконцентрировала магию и телепортировалась к себе в кабинет. Там я подошла в кресло, завалилась в него и некоторое время смотрела на тихо тикающие часы на стене. Я молча открыла ящик стола, достала документы и принялась их читать.

— Мне предстоит работа, много работы, — произнесла я.

## Твайлайт и Твайлайт

Я внимательно смотрела на удручённую Спаркл. Та сидела в летающей золотой повозке запряженной двумя белыми пегасами из королевской стражи. Обожаю, когда пони страдают, абсолютно не понимая мои действия. Спайк сидел рядом и зачитывал письмо.

— Моя дорогая Спаркл, в жизни молодой пони есть много радостей помимо чтения книг. Поэтому я назначаю тебя ответственной за проведение праздника солнца в этом году. Место проведения торжества, Понивиль. И у меня для тебя очень важное задание. Найти друзей.

— Ух, — приуныла Твайлайт.

— Привет Твайлайт, — улыбнулась я, присаживаясь рядом на облачко, незаметно на огромной скорости двигавшееся рядом с повозкой.

— Привет, Селестия, — ответила та, подавая мне попкорн крылом. — Будешь?

— Нет, — ответила я. — Этот попкорн есть можешь только ты. Я не хочу чувствовать себя плохо после того,как атомы попкорна переместятся в будущее, если ты из одной временной линии со мной.

— Ой, я и забыла, — ударила себя по лбу фиолетовая аликорн. — Ну, ладно, мне больше достанется.

— Что ты здесь забыла? — спросила я.

— Но посмотри на это с хорошей стороны. Принцесса разрешила тебе остаться в библиотеке. Тебя это не радует? — тем временем спросил Спайк, указывая пальцем на Твайлайт.

— Да! Я очень рада! — тут же подскочила Твайлайт. Другая Твайлайт. — А знаешь почему? Я всё подготовлю и вернусь в библиотеку. А потом найду доказательства того, что лунная пони существует.

— Так вот как я выгляжу со стороны, — улыбнулась Твайлайт. — Безумненько.

— Но принцесса также попросила завести друзей, разве не так? — спросил Спайк.

— Она сказала заняться подготовкой праздника. Я её ученица и буду выполнять её поручение, но дружба не сможет спасти Эквестрию от беды, — отвечала Твайлайт, в то время как повозка приземлилась на одну из улочек разноцветной деревеньки.

— Хм, — усмехнулась Твайлайт рядом со мной и сконцентрировала магию на кончике рога.

Тонкий луч магии встретился с таким же тонким и незаметным лучом магии фиолетово-розовой единорожки с голубой прядью в гриве. Старлайт Глиммер. Поток магии был невероятно мощным. Настолько мощным, что легко преодолел магию Твайлайт и испарил той рог. Впрочем, та этого не заметила, прикрывшись крылом. Я в ужасе уставилась на тонкий бледный луч срывающийся с рога Старлайт. Перед моими глазами пронеслась вся моя жизнь.

— Вот же, они тут всё уничтожат! И меня прибьют! — возмутилась я. — Пиздец ебанутые. Ебашить мегазаклинаниями!

Ну нахер. Пусть они сражаются в другом месте. Они же здесь всё уничтожат. Я сконцентрировала магию и обоих перенесло в отражение нашей реальности. Точнее должно было перенести. Тогда я начала читать заклинание вслух.

— О магия, перенеси этих двух пони, аликорна и единорога в иллюзорные отражения сей реальности, — зачитала под белую вспышку моего рога. — Ух, почти всю магию выпили. Неплохая у них защита.

Я шагнула с облака и меня повело. Я закрыла глаза и просмотрела будущее.

— Ну вроде в будущем всё будет нормально. В ближайшем. Тут и без меня все разберутся, — произнесла я, открыв глаза. — Чёрт, что мне так плохо-то? Пойду отдохну и восстановлю свою магию.

Раскрыв крылья я аккуратно полетела в Кантерлот. Вспорхнув на вершину башни и поприветствовав охранника, я вошла в свою спальню. У меня была куча свободного времени. Рядом со мной на пол упала ало-золотая сияющая птица.

— О, привет Феломина, как дела? — спросила я.

Гибкий стан, длинная шея изогнутый хвост. Птица была крупная, красивая. Феломина взлетела и врезалась в стену. Её золотые переливающиеся глаза разошлись в стороны. Филомина упала на пол и зашагала, словно врезание в стену было частью её плана. Я усмехнулась.

— О да, я чувствую себя также, — кивнула я.

— Принцесса Селестия, — раздался тихий жеребячий голос за дверью. — Я могу войти?

— А, принц Обсидиан, — я приветливо улыбнулась. — Проходите.

— Что с тобой произошло? — спросил небольшой розовый пегасёнок с тёмной гривой.

— Меня чуть не прикончила моя ученица, — ответила я. — Я испугалась до смерти! Ты хотя бы знаешь, как страшно находиться рядом со сверх-заклинанием? Если высшую магию я могу остановить, то это...

— Что за сверх-заклинания? — удивился Обсидиан.

— Та штука, которую использовал Старсвирл. Та штука при помощи которой можно легко уничтожить этот мир. И высшая магия не сравнима с ней. Надеюсь это была Твайлайт Спаркл не из моего мира. В разных мирах у этой магии разные названия. Но основа одна. Мегазаклинание составляется из множества мелких заклинаний. Либо большое заклинание разбирается на части, максимально оптимизируется и превращается в магическую матрицу состоящую из множества таких оптимизированных заклинаний.

Я ходила из стороны в сторону, активно жестикулируя крылом, показывая всю опасность этой магии.

— Даже тёмная магия не так опасна как эта. И магия дисбаланса и магия хаоса, всё ничто перед этой магией. Ведь от хаоса, смерти, тьмы, света и прочих стихий ещё можно как-то защититься. Эта же магия затрагивает самые глубинные основы мироздания. Как тебе возможность воскресить пони с помощью обычного телекинеза? — я повернулась к Обсидиану. — Обычный телекинез разбирается на составные части и модифицируется, урезается всё! Весь управляющий контур, гибкое мысленное управление и прочее. Остаётся лишь основа. Эта основа упрощается до максимальной эффективности и уменьшается.

— Телекинез можно разобрать на составные части? — удивился Обсидиан. — Что за бред? Телекинез, разве не телекинез? Ну, не вещь сама в себе?

— О, я вижу ты осознал всю мощь этой магии, — восхитилась я. — Скорее науки.

— Телекинез... На части... — кивнул Обсидиан, умилительно смотря на меня своей жеребячьей мордочкой.

— Ну так вот, сама суть движения вырывается из заклинания и превращается в примитивное маленькое заклинание смещения. Слабое маленькое заклинание, которое может лишь слегка сместить один атом. Но доведённое до такой эффективности, что сработает в любых условиях. Заклинание не заметит никакое сопротивление, оно будет работать словно маленькая иголка, обычный магический щит для такого маленького и сильного заклинания будет как огромная решётка, как стена полная дыр, как губка. А теперь представь, что заклинание дублировали миллиарды раз? Сделали из него матрицу и добавили к матрице мощный вычислитель, управляющий матрицей? И задали вычислителю задачу восстановить целостность тела пони, атом за атомом, молекула за молекулой, клетка за клеткой? А теперь представь, если дали обратную задачу, например, разобрать пони на составляющие? Или нагреть? И сделали из заклинания облако? Мириады мелких стабильных заклинаний пропитывают магический фон. Один вдох и ты прожаренный труп. Магия столь мелкая, что ни один щит, ни один скафандр не защитит от неё просто так. Достаточно попасть в заражённую область и тебе конец.

Я тяжело дыша остановилась у столика. Медленно вдохнула и выдохнула успокаиваясь. Прикрыв глаза, а потом снова открыв, я была абсолютно спокойна. Словно это не я устроила истерику несколько секунд назад.

— Не думаю, что всё настолько плохо, — сказал Обсидиан, приближаясь и касаясь своим крылом моего крыла. — Этой магии можно противостоять, не так ли?

— Да, — кивнула я. — Но я не знаю как. Наука Эквестрии ещё не достигла подобного уровня.

— Ты ведь не собираешься делать с Твайлайт тоже самое, что с другими пони, которые тебя очень сильно разозлили? — спросил Обсидиан успокаивающим тоном.

— Нет конечно, — усмехнулась я. — Не стоит волноваться. Я спокойна. Абсолютно.

— Верится с трудом, — протянул жеребёнок.

— Но это так. Кстати, а зачем ты пришёл? — повернулась я к нему.

— Да, собственно, ваша секретарь попросила меня успокоить вас, когда увидела через окно, что вы подлетаете в не очень хорошем настроении, — честно ответил жеребёнок. — Думаю я свободен, а то про нас могут пойти глупые слухи. Если уже не пошли.

— Ладно, я пока займусь делами. Не думаю, что в ближайшее время могу заняться чем-то иным, чем чтение отчётов, — ответила я. Обсидиан развернулся и пошёл на выход тихо цокая копытами.

— До встречи, — помахал крылом пегасёнок и скрылся за дверью.

— Ох, — присела я за стол, поджигая свечу и закрывая шторы. — Судя по отчётам, все на месте, сцена для появления Найтмер Мун готова.

Не знаю, что произошло, но похоже истощение магии на мне сказалось сильнее чем я думала. Я начала клевать носом прямо там, за столом. И там же начала засыпать. А когда проснулась, узнала, что произошло нечто ужасное. Я проснулась в кровати и ошарашенно уставилась на своё крыло.

— Ненавижу, — прошептала я. — Убью!

## Магическое заражение

Честно говоря, когда просыпаешься с ощущением того, как твоя магия превращается в желе, то чувствуешь себя не самым лучшим образом. Наиболее полным описанием того, что произошло было такое: у меня в организме смертельный яд, который убьёт меня в ближайшие два дня. И теперь мне срочно надо было искать выход.

Первым же делом я телепортировалась к моей сестре. Там как раз Эплджек заканчивала свой монолог о том, что они Элементы Гармонии. Я улыбнулась, поднимая солнце.

— Но теперь я думаю, что мы правда олицетворяем Элементы Дружбы, — сказала Эплджек.

— Это так, — тихо проговорила я, подтвердив её слова и аккуратно склонив голову, появляясь рядом с ними.

— П-принцесса Селестия? — нервно произнесла Твайлайт, делая шаг назад.

— Твайлайт, моя лучшая ученица. Я верила, что ты справишься с возложенной на тебя ответственностью, — сказала я, подходя к ученице.

— Н-но... Вы сказали, что это всё старые сказки... Это не правда...

— Ну, я написала, что тебе надо завести друзей и прекратить чтение старых книг, а не то что эти книги ложь. Я знала, что Найтмер Мун вернётся и то, что ты сможешь ей помочь, — ответила я. — Однако у тебя бы ничего не вышло, если бы ты не впустила дружбу в своё сердце. И... Эм... Где моя сестра?

Я оглянулась по сторонам.

— Д-да, насчёт этого, — нервно произнесла Твайлайт, отступая на шаг. — Она немного уменьшилась... Мы... Эм... Не хотели никак ей навредить! Да! Не надо нас превращать во всеми ненавидимых изгоев, как предыдущих элементов гармонии!

— Ох, — я доброжелательно улыбнулась, хотя хотела приложить копыто к морде в жесте невыносимых душевных мук. — То была другая история, и они сами себя сделали изгоями. Не надо прятать мою сестру от меня.

Я сделала шаг в сторону и направилась к Пинки, за которой лежала на полу моя сестрёнка. Нежно улыбнувшись, я склонилась к ней и аккуратно приполняла крылом. Сестра со страхом на меня смотрела, словно я в любой момент была готова оторвать ей голову.

— Прости меня, я должна была уделять тебе больше времени, — горько усмехнулась я.

— Ты не права, сестра, — накинулась на меня Луна, устраивая обнимашки и рыдая. — Я... — всхлип и моя шёрстка мокнет. — Это я во всём виновата.

— Это не так, — горько усмехнулась я.

— Заткнись! Не смей говорить такое! — вновь зарыдала сестра, ещё крепче вжимаясь в меня. Пинки на заднем фоне зарыдала в платочек, обнимаясь с Рарити.

— Не спорь со мной, ничего бы не произошло, будь я внимательней х-с-с.... — сестра кинулась на меня, сжав в стальные тиски. — Опусти меня, ты меня позоришь перед подданными, — прошипела я, веселя чем-то Пинки и Рарити.

— Ой, — отпустила меня Луна, отойдя от меня. — Прости, я снова...

— Итак...

— А знаете, что это значит? — радостно спросила Пинки.

— Увы, не всё так радужно моя маленькая пони, — ответила я, повернувшись к Пинки.

— О? Вы о том, как Твайлайт вас убила? — радостно спросила Пинки.

— Не все проблемы решены, — продолжила я.

— Что? — удивилась Твайлайт.

— Оставим это на потом, нас ждут, — ответила я. — И да, это вечеринка.

— Я убила вас? — Твайлайт всё ещё пыталась понять смысл слов сказанных Пинки.

— Я останусь здесь с сестрой, а вам мои пони, предлагаю отправиться в Понивиль и снять покров тайны с произошедшего здесь, — сказала я и протянула копыто к уху. — Кхм, ало? Меня слышно? Что за стоны? Это Каденс? Чем ты там занимаешься, Шайнинг? Не мог бы ты организовать повозку к замку двух сестёр?

— Хей, идём! — радостно попрыгала Пинки Пай на выход и утаскивая оглядывающуюся на меня в панике Твайлайт.

Интересно, насколько сильно вообще Твайлайт себя накрутит? Думаю стоит поспешить и не дать истерике Твайлайт уничтожит Понивиль. Моя сестра обеспокоенно крутилась вокруг меня, направляя на меня лучи магии и с каждой вспышкой, хмурясь всё сильнее и сильнее.

— Луна, не думаю, что в твоём состоянии тебе стоит пользоваться магией, — я обеспокоенно посмотрела в глаза сестрёнки.

— Ох, я просто щупаю тебя, — устало выдохнула Луна, пристраиваясь под моё крыло. — Прости.

Мы в молчании ожидали, когда явится стража и повозка. Не думаю, что в текущем состоянии Луна сможет перемещаться самостоятельно. Очень скоро явилась королевская стража. Вместе с ними появился и Сильверблад. Серебристый мышепонь с перепончатыми крыльями имеющие несколько тёмных линий. Он внимательно оглядел Луну, устроившуюся у меня под крылом.

— Приветствую вас моя принцесса, — улыбнулся мышепонь. — Я Сильверблад, возглавляю службу безопасности.

— Мы видим вас, — ответила Луна.

— Луна, — обратилась я к сестре. — Я должна тебе кое-что сказать.

— Да? — подняла мордочку сестрёнка, плотнее укутываясь под моё крыло.

— Должна сказать, что никто из ночных пони тебе не подчиняется, не считая твоих фанатов, — предупредила я. — Тоже самое и про меня, за исключением того, что у тебя фанатов намного больше чем у меня. Даже Трикси по количеству фанатов обгоняет меня.

— Это из-за того, что вы слишком серая пони, — ответил Сильверблад. — В любом случае, вам принцесса Луна, предстоит узнать многое про современные реалии.

— Нам это не надобно, — ответила Луна. — Сестра, правда ли вы грезу исполнили учителя нашего?

— Твою речь надо подтянуть в первую очередь, — подметила я. — Да, современный мир есть отражение желаний Старсвирла.

Я приблизилась к повозке увлекая своей магией сестру. Та просто прикрыла глаза и уснула, укутанная моей аурой. Пегасы аккуратно подняли повозку в воздух, после чего неспешно полетели в сторону Понивиля, пролетая над Вечнодиким лесом.

— Какая гармоничная картина, — произнесла я, глядя на лес.

— Не знаю, мне это место всегда казалось злым, — ответил Сильверблад.

— А кто сказал, что Гармония и зло не сочетаемы? — удивилась я. — Лес не зло сам по себе. Просто в нём есть свои законы и правила неизвестные пони вне его пределов. Естественно лес кажется враждебным по отношению к пришельцам. Гармония это не зло и не добро. Ты удивишься, но те же элементы Гармонии, они не только положительные элементы, но и отрицательные. Плюс и минус, инь и янь. Этот лес воплощение гармонии, таким каким его вижу я.

— Что? — удивился Сильверблад. — Отрицательные?

— Элементы гармонии вполне могут творить зло для окружающих, — ответила я. — Любой разумный может взять и воспользоваться, например, элементом магии и создать тьму, пожирающую всё живое, которая усиливает владельца. Элементы Гармонии работают на благо своего владельца, резонируя с его желаниями. Правда у любого действия есть противодействие. Таковы элементы гармонии, превратят тебя в злобного монстра, чтобы помочь тебе обрести душевный покой.

— Каким образом превращение в монстра поможет обрести душевный покой? — удивился Сильверблад.

Мы прибыли на главную площадь Понивиля. Луна проснулась, пони радостно встречали нас, вокруг было ярко, солнечно, кружились лепестки цветов, пегасы на Луну повесили цветочный круг, Твайлайт осознавая ценность друзей решила остаться с ними в этой деревеньке, я же закрепила это своим приказом. Теперь Твайлайт обязана познавать магию дружбы. Я с Луной в спешке отбыла обратно в Кантерлот.

— Ух, я думала это никогда не закончится, — произнесла я, левитируя Луну в заранее подготовленную спальную. Её покои находились рядом с моими. — Сильверблад, помоги Луне, с этого момента ты подчиняешься ей, отгоняй всяких фанатиков и фанатов. Моя сестра должна находиться в максимальном комфорте.

— Сделаю, — ответил Сильверблад.

— Оставляю всё на тебя и Луну, — продолжила я. — Сама я прибуду поздно ночью.

— Вы куда?

— В Понивиль, — ответила я и в яркой вспышке магии перенеслась на окраины деревеньки. — Приветствую тебя ещё раз Твайлайт.

— Уа! — воскликнула в испуге Твайлайт, подпрыгивая.

Твайлайт шла в сторону амбара вместе с огромным алым жеребцом с зелёными глазами имеющего плотное телосложение. Это вроде ферма Эпплов? А этот жеребец вроде Биг Макинтош? Я уставилась на веснушки, на простоватый деревенский стиль жеребца.

— Воу, а времени ты зря не теряешь, — усмехнулась я, подмигнув жеребцу.

— Йаааа! Это не то что вы подумали! — разволновалась фиолетовая единорожка. — Сидр! Мы идём за сидром! Я сильный маг, он сильный пони, мы сможем за раз перетащить много сидра.

— Ну, думаю я вам тут помогу, — сказала я, приближаясь к амбару.

Там и правда оказался сидр, который я ухватила телекинезом и перетащила поближе к праздничному столу. Который был на улице. Чем-то это мне напоминало деревенские свадьбы. Или похороны. Накрытый на улице стол, танцы, гулянки, тосты, фейерверки. Ещё и конкурсы. Меня даже не заметили.

— Твайлайт, отойдём, — попросила я, сгрузив напитки на стол.

— А, да, конечно, — ответила ученица. — А что произошло? Зачем вам я?

Я взмахнула крыльями и аккуратно пропланировала до библиотеки, которая находилась в огромном дубе. Войдя в дерево, я огляделась. Всё было деревянным. Я аккуратно примостилась около выдолбленных в стене углублений на манер полок в которых находились книги Ну как примостилась, скорее рухнула. Твайлайт взволнованно на меня посмотрела.

— С вами всё хорошо?

— Я должна сообщить тебе пренеприятнейшую весть, — тяжело дыша произнесла я. — Ты нанесла мне сильный магический урон. Магическое заражение. Я умираю. Только твоя магия излечит меня.

Произнеся последнюю фразу я прикрыла глаза и уснула. Я была более чем уверена, что моя ученица справится с моим лечением. Хотя, может стоило её предупредить о том, что даже если она меня не вылечит, я всё равно выживу?

## Поиск

(Автор: Я надеюсь читатели достаточно умны, чтобы понять некоторые тонкие моменты в конце главы. Если не поняли, не стесняйтесь спрашивать у других читателей.)

Вы когда-нибудь считали варианты? Что-то не очень у вас получается. Когда вы пытаетесь найти наилучшее решение, среди всех возможных, вы начинаете перебирать все необходимые для этого ходы. Потом вы перебираете ответные ходы на ваши ходы. Потом вы перебираете свои ответные ходы на ответные ходы на ваши ходы. А потом ваш мозг взрывается от комбинаторного взрыва.

Куда проще просчитывать будущее лишь примерно. Беря рандомные варианты и примерно прикидывая вероятности. То есть всё моё предсказание будущего работает на хаосе. На случайности. Ну и что-то вроде "итак сойдёт". Только всё это возведено в компьютерную точность. И это не даётся мне так просто.

Постоянное ментальное напряжение, огромные нагрузки на мой разум, всё это накапливается и медленно сводит меня с ума. Безумие. Мой разум медленно, тысячелетиями подтачивает безумие. Чтобы безумие не захватило меня, я стараюсь стравливать его различными способами.

Например, однажды под гнётом собственного безумия, я создала праздничный день дурака, таким, каким его помню по прошлой жизни. Как сейчас помню, это был обычный день, я сидела за длинным белым столом, любуясь своими крыльями. Пони напротив меня, все с важным видом, высокомерными взглядами, обсуждали политику. Ничего не предвещало беды.

— Итак, восьмидесятое собрание Эквестрийского Сената объявляется открытым, — произнёс статный пони. Я не обращала на него внимание. Я вглядывалась в перо на своём крыле. А потом прикусила его, поправляя. Маленькая щель исчезла, крючочки сцепились, опахало вновь стало непрерывным. Тем временем заседание продолжалось.

— Я считаю, что на данном этапе мы должны временно снизить финансовое обеспечение армии и перенаправить деньги на строительство дорог, — заявил один из пони. Энивайз? Как его вообще зовут? Голубой пегас с волнистой гривой.

— А ещё лучше сделать так, чтобы армия строила дороги, — мрачно сказал мускулистый старый грифон. Было странно видеть ярко выделяющиеся мускулы у такого старика. Вроде дряблый старик с проплешинами, но мощный. — Естественно в труднодоступных местах. Остальные дороги будем заказывать у строительных фирм.

— А не воспользуются ли этим наши враги? — спросил тёмный единорог. — Напоминаю, Третья Республика Оленей сейчас активно готовится к войне.

— Тогда повышаем налоги, — ответил синий пегас. Энакей? Энакин? Эникей? Как же его звали? — И получаем недовольство жителей Эквестрии.

— Как же надоело. Деньги, деньги, деньги, — прошипел грифон.

— Так, ребята, собрались, сейчас сюда войдут министры, мы должны выглядеть круто, — подметил Эникей. — Селестия, хватит чистить пёрышки, сядь прямо и хотя бы изобрази, что происходящее тебе интересно.

Я тут же села нормально, приняла величественный и гордый вид. В зал вошло множество министров, чиновников. И все они начали садится за множество столов и общаться друг с другом. Все обсуждали предстоящую войну с Третьей Республикой Оленей. Хотя какой это зал со столами? Это был амфитеатр. Лекционный зал. Столы полукругом рядами стояли, возвышаясь и возвышаясь. Впрочем зал был не очень то и большим.

Происходящее нисколько меня не интересовало. Я села ровно и уже через минуту уснула. Проснулась я к концу заседания. Озадаченно моргнув, я осмотрелась по сторонам.

— А я говорю, что вы обнаглели! — разорялся один из пони. — Мы не хотим войны! Сами справляйтесь с ней!

— Вообще-то мы живём в одной стране. И вы обязаны помочь нам, — ответил другой пони.

— Вот когда война начнётся, тогда и посмотрим, чем сможем помочь, — отрезал первый. — Вряд-ли они решатся напасть на Эквестрию.

— Грифонстоун это просто так не оставит, — прошипел первый пони.

Я... Я прождала десяток минут, но ругань не прекращалась. Я хотела взять и избить каждого здесь присутствующего. Вы хорошо представляете как они меня задолбали. Одни и те же разговоры по кругу, ноль импакта. Я спокойная пони. Я способна выдерживать любые оскорбления сказанные мне в лицо. Назовите меня шлюхой прямо в лицо, или тупой дурой, мне будет всё равно. Вы не отнимаете моё время, вы просто оскорбляете. Но начните нудно говорить одно и тоже слово, или тупить... Или скрипеть мелом по доске? В общем, есть вещи которые легко выводят меня из себя и бессмысленные споры одни из них. Нужно что-то менять!

— Эх, была бы здесь принцесса Луна, она бы вам показала!

Я... Я застонала, тяжело вздохнула, замахнулась копытом и со всей силы ударила по столу. Громкий стук разнёсся по залу. Все замолчали уставившись на меня.

— Тишина, слово предоставляется... Слово предоставляется... Э... — я замолкла оглядываясь по сторонам. Мой взгляд зацепился за тарелку с грибами стоявшую на моём столе. Я схватила гриб. — Грибу!

Если тишина до этого была испуганной, то теперь она сменилась недоумённой. Некоторые пони даже возмутились. Но вроде бы ничего не сказали.

— Приветствую всех собравшихся, я сенатор Гриб, и у меня есть претензии к той пустой говорильне, коей является Эквестрийский Сенат, — я держала гриб в копыте и игралась с ним, словно это он произносит речь.

— Прошу прощения, принцесса Селестия, но ваше поведение...

Я выпустила жажду крови, вытянувшимся зрачком уставившись на посмевшего прервать меня пони. Тот тут же замолк. Старый грифон усмехнулся.

— В связи с отсутствием результатов, я решил забрать власть в свои в руки, чтобы более быстро решать возникающие проблемы. Сей день, первое апреля я назначаю днём дураков, как день, когда дураки сидящие в сенате из-за собственного идиотизма и не умения принимать хоть какие-то решения потеряли власть. И первым делом, я разделяю Эквестрию на три части. Я объявляю о создании Единой Солнечной Империи на юге, Союзе Солнечных Республик на западе и Красном Альянсе на севере. Причиной разделения Эквестрии на части является то, что единый закон не всегда может учитывать территориальные, экономические, социальные, национальные интересы местного населения, что понижает эффективность...

— Твайлайт Спаркл, — я стояла за спиной своей ученицы, что удивлённым взглядом смотрела на учебник истории. — Что ты там такого прочла, что вызвало у тебя такие эмоции?

— Я! — фиолетовая единорожка подпрыгнула от испуга и тут же принялась прятать от меня учебник истории. — Ничего!

— Учебник Истории? — выхватила я телекинезом книжку. — Не стоить лягать книгу под стол. Мало того, что ты ляганием вредишь книге, так ещё и под столом пыльно.

— Простите, — повинилась маленькая единорожка, опустив голову. — Я... Там написано такое! Про вас!

— Это просто книга истории, не думаю, что в ней описано что-то необычное, — отдала я книгу Твайлайт.

Книги про истории являются основой образования пони, также как и классическая литература. В них сухими строчками полными формальностей, или хорошим слогом в литературе, описывается секс, убийства, наркотики и прочие жуткие вещи. Но иначе нельзя, эти учебники, они для тех из учеников, кто должен возвысится над другими пони, в них не должно быть цензуры, чтобы не сбивать сильный разум с обучения.

Поиск наилучшего варианта, как же иногда это бывает трудно. Травмировать учеников? Или нет? В любом случае, похоже учебник истории произвёл на мою новую ученицу неизгладимое впечатление. Надеюсь Твайлайт не будет беспокоиться за то, что за малейший косяк я её вышлю из Эквестрии? Нет, скорее посажу в подземелье? Нет, вышлю из Эквестрии и посажу в подземелье там, куда вышлют? А то когда я писала учебник, чувствуя себя виноватой перед сестрой, маленько демонизировала себя.

— Э... Хорошо! Да, в книге нет ничего необычного! — подтвердила она.

— Тем более учебник писала я, так что знаю всё, что там есть, — успокоила я Твайлайт. Мне кажется или она начала сильнее нервничать? Нет, мне показалось. — Ладно, моя новая ученица, осваивайся, я приду к тебе позже. И тогда мы обстоятельно поговорим о разном. Например, о мерах наказания.

— Н-наказания? — нервно заикаясь переспросила единорожка. — М-может не надо?

— Надо, Твайлайт, надо, — усмехнулась я, развернулась и пошла. — А сейчас мне надо переговорить с Филоминой о чувстве юмора.

Твайлайт потом надо успокоить и сказать, что я не буду её наказывать так, как она придумывает себе в своих фантазиях, и что буду делать это иначе. И почему у меня такое странное чувство, что я что-то упускаю?

## Гранд Галопинг Гала

Гранд Галопинг Гала! Невероятное событие, на котором собираются пони! Невероятно изысканный праздник, на котором можно познакомиться со многими пони. Это высший свет общества всех пони. Невероятный сад, великолепный зверинец, концерты с приятной музыкой, а какие там закуски? Они невероятны! Самая лучшая еда сделанная по лучшим рецептам, лучшими поварами, во всей Эквестрии! Галантные пони, принцы и принцессы с которыми можно познакомиться на этом празднике, богачи, пони считающими себя аристократами.

Каждый год этот праздник приносит множеству пони счастье, и каждый пони готов на всё, ради того, чтобы на него попасть, и каждый пони делает это по разным причинам. Каждый год на праздник являются послы других стран и дарят мне подарки, такие как: чай, чайный сервиз, чайный набор, зелёный чай, свежий чай, высокогорный золотой чай, серый чай, холодный чай с мятой, чай с лимоном, чай зелёный с особой солью содержащей кальций. Вы только посмотрите! Мне подарили что-то новенькое! Чайную ложку!

Ах, только посмотрите на работу моих слуг украсивших всё помещение множеством дорогостоящих экспонатов, посмотрите, какие красивые столы расставлены вон в том углу, каждый из которых ручной работы и сделан из плотных пород редкой древесины, каждый украшен бриллиантами, рубинами, золотом и серебряными нитями в виде тончайшего узора. И всё это сделано ради этого праздника! Гранд Галопинг Гала!

Ведь Гранд Галопинг Гала это не простое событие, ведь это ежегодный королевский бал, проводимый в честь завершения строительства Кантерлота после основания Эквестрии. Чтобы на него попасть нужно купить или достать специальный билет созданный из золотой бумаги, производимой только в институте Старсвирла и больше нигде. Гран Галопинг Гала это большая вечеринка, где все веселятся и играют! Гранд Галопинг Гала это выступление Чудо Молний, лучших летунов Эквестрии! Гран Галопинг Гала это цветущий ночной сад самыми экзотическими животными во всей Эквестрии! Гранд Галопинг Гала это прекрасные наряды сделанные по последней моде!

Ах, какие игрища вы можете узреть на Гранд Галопинг Гала! Игра на виолончели чего только стоит! Выбрана самая классическая, самая идеальная ненавязчивая музыка! И как много гостей встречаются со мной на Гранд Галопинг Гала под эту музыку! Под эту чудесную музыку из года в год повторяющуюся на этом празднике с самого основания Кантерлота! Традиционную музыку, которую играют каждый год лучшие музыканты из лучших, отбираемые лучшими мастерами музыки из лучших.

— Приветствую вас, принцесса Селестия, я слышал, что в этом году будет проводиться величайший праздник всей Эквестрии, Гранд Галопинг Гала? — спросил меня Обсидиан. Розовый пегасёнок с тёмной гривой.

Мы стояли посередине коридора с витражами. Коридор заканчивался подиумом к которому вели широкие ступени, на котором стоял мой и моей сестры трон. Высокий стрельчатые витражи изображали различные деяния влиятельнейших пони повлиявших на историю Эквестрии.

— О да, это так. Как и в предыдущем году. Как и в позапрошлом году. Как и в позапозапрошлом году, — улыбнувшись ответила я ему. — И раз уж ты спросил об этом, я должна кое-что сделать для тебя.

— И что же вы хотите сделать для меня принцесса Селестия? — спросил у меня пегасёнок.

— О, кое-что даровать тебе. Нечто невероятное и изумительное, то что заполучить хотел бы любой пони в Эквестрии! — радостно ответила я Обсидиану. Тот улыбнулся в ответ, похоже догадавшись, что я хочу ему подарить.

— Это то, о чём я думаю? — спросил он.

— Да, это билет на Гранд Галопинг Гала! — в облачке магии зависло два золотых листка.

Отдав билет моему другу я погрузилась в счастливые воспоминания об этом празднике. Например, в предыдущий раз я познакомилась со множеством новых пони. Я тогда стояла у конца красной дорожки и встречала моих дорогих гостей. Впрочем, и в позапрошлый раз также было. Я также стояла в конце дорожки и встречала гостей. И три года назад я также встречала гостей в том же месте. И четыре года назад я также встречала гостей в том же месте. И пять лет назад я встречала гостей в том же месте. И шесть... Я обожаю этот праздник.

Бесчисленные огни освещали торжественный зал. Гости входили по красной дорожке и направлялись ко мне. По краям ковровой дорожки находились тщательно и аккуратно вплетённые золотые нити образующие красивые витиеватые узоры в виде пламени. Вот ко мне подошёл статный пони и слегка склонился.

— Приветствую вас, принцесса Селестия, сегодня хороший вечер, не так ли? — спросил у меня серогривый гость.

— Это так. Как ваша спина? — спросила я.

— Ох, со спиной всё в порядке, — ответил гость. — Приятно знать, что ваше величество помнит всех своих подданных, тем более такие мелочи.

— Ох да, я хорошо вас помню, — усмехнулась я в ответ. Кто это блять вообще такой?

— Ах, вы меня смущаете. Не уделите мне чуть позже своего внимания? Хотелось бы с вами переговорить о кое чём очень важном, — попросил меня серогривый.

— Хорошо. Увидимся, — мило улыбнулась я.

— Приветствую вас, принцесса Селестия, сегодня хороший вечер, не так ли? — спросил у меня какой-то старик жёлтой масти.

— Это так. Как ваша спина? — спросила я.

— Ха! — указал на меня копытом старик. — Я только сейчас понял, почему вы каждый раз спрашиваете, болит ли у меня спина или нет!

— Вау, вы догадались? — я сделала удивлённое лицо.

— Вы просто делаете вид, что помните каждого пони! По статистике боль в спине наиболее встречающаяся проблема у множества пони. Спрашивая о боли в спине, вы вызываете у собеседника ложное чувство того, что вы его знаете.

— Это так, вы меня раскусили, — усмехнулась я. А потом решила немного пошутить. — Будем, знакомы, я Селестия. Если вы конечно знаете меня.

Кстати, я такую же шутку использовала на прошлом Гранд Галопинг Гала! Удивительное совпадение! И на позапрошлом. И перед позапрошлым! И четыре года назад!

— Хо-хо-хо! — посмеялись в ответ.

— Кстати, я так же пошутила и в прошлый раз! На прошлом Гранд Галопинг Гала! Удивительное совпадение! Этот праздник воистину чудесен! — радостно заявила я.

Каждый, сука, раз одно и тоже! Как же я, блять, обожаю этот праздник! Вот смотрю я на пони и спрашиваю, кому это нужно? Зачем весь этот этикет? Все эти красивые костюмы? Вся эта обёртка? Что вообще определяет статус пони? Вещи? И каждый раз я понимаю, что это очень важно, без этого не было бы Эквестрии как страны. Разумным необходим порядок. Разумным необходимы ярлыки, для создания порядка. Только так достигается всё то величие, что из себя представляет общество пони. Единый механизм, находящийся под моим контролем.

Я обожаю Гранд Галопинг Гала! Там из ничего куётся элитарность и также из ничего создаётся моя власть. Ритуал, совокупность бессмысленных действий, направленных на упорядочивание мыслей, на упорядочивание разума и личности, они помогут успокоиться. И это правда, доказанная наукой.

Академия Старсвирла Бородатого провела эксперимент над пони. С помощью сканирования мозга учёные обнаружили, как мозг пони реагирует на ошибку. Через 50–100 миллисекунд после ошибки в передней поясной коре возникает реакция, которую назвали "негатив, связанный с ошибкой". Как правило НСО ассоциируется со способностью выявлять свои просчёты и хорошо выполнять задания. Чем больше НСО, тем более внимателен и сосредоточен пони, тем меньше оплошностей он совершает. Учёные решили проверить, как ритуалы влияют на негатив ошибки: одна группа студентов в течение недели делала одни и те же жесты лапами. Контрольная группа тоже выполняла движения, но каждый раз они были разными, так что не превратились в ритуал.

В день испытания студенты прошли два теста: до выполнения ритуала и после него. У студентов, привыкших к ритуалу, до его выполнения негативная реакция на ошибки была высока, а после значительно снизилась. При этом точность ответов не упала.

У студентов, выполнявших случайный набор движений, величина негативной реакции на ошибку была примерно одинакова в обоих тестах. Учёные сделали вывод, что ритуалы помогают успокоиться, чувствовать себя более уверенно, но при этом не снижают качество ответов. А иногда и вовсе улучшают результаты.

Однако существует процент разумных, очень редкий, которым ритуалы мешают. Обычно такие разумные имеют высокий интеллект и умение концентрироваться без всяких костылей и помощи. Ой, о чём я вообще?

Я люблю Гранд Галопинг Гала и готова об этом сообщать в течение длительного промежутка времени, готова эта донести до каждого гостя на этом празднике. Я полюбила этот праздник с самого первого дня, года, как он произошёл. Вы бы только видели какими громадными глазами я смотрела на пони, которые решили создать этот праздник в честь меня, в честь основания Кантерлота. Я была настолько приятно удивлена, что у меня отвисла челюсть и пропала речь! А ещё у меня подёргивался глаз, но это так, не важные мелочи.

— Ах, как я могла забыть про свою любимую ученицу! Её точно стоит пригласить на этот праздник, чтобы та его провела вместе со мной! — хлопнула я себя копытом по лбу и тут же принялась писать письмо. — Я, С. Д. Старсвирлдотэ Эквестрийская рада сообщить вам о предстоящем балу Гранд Галопинг Гала в наипрекраснейшем городе Кантерлот. Праздник состоится 21 числа сего месяца. Форма прибытия, парадная, время суток, примерно к вечеру, начало в шестнадцать ноль-ноль. Такс, ничего не забыла? А, точно, два билета! Обожаю Гранд Галопинг Гала! Особенно то, как пони готовы на всё, чтобы туда попасть!

Воображение тут же нарисовало как половина Понивиля гонится за вторым билетом, которым владеет Твайлайт Спаркл. На моей мордочке тут же появилась злобная улыбка. Обожаю булить ботаников! Особенно хорошо, когда жертва даже не понимает, что над ней издеваются и даже будет благодарна за это.

— Мва-ха-ха-ха-ха! — ухмыльнулась я.

— Сестра? Что-то случилось? — обеспокоенно спросила меня Луна.

Мы находились в моём зале, где я лежала на огромном диване. Огромный тёмно-бордовый диван с золотыми узорами. Напротив меня находился огромный экран компьютера с доступом в сеть. Рядом же небольшой столик на котором была клавиатура, мышка, ручка и стопка пергамента. Рядом находился ящик с пригласительными билетами на Гранд Галопинг Гала.

Я подняла взор на пони Аликорна стоявшую напротив меня. Живое существо напротив меня дышало, моргало, имело мимику изображавшую беспокойство. Впрочем беспокойство мгновенно исчезло, мимика стала нагловато-весёлой. Она была необычайно обычной и ничем не напоминала древнее существо прожившее тысячелетие. Никакой безграничной властности и мудрости, никакой ауры сверхсущества, ничего из того, за что её можно было бы назвать богиней.

— Ты опять перебрала тортов? — спросила она.

— Нет, — ответила я. — Просто пошутила над Твайлайт.

— А, это которая твоя любовь? — усмехнулась Луна.

— Да, — кивнула я. — Не беспокойся, ты у меня всегда запасной вариант.

— А ты у меня.

Мы молчали. Я решила закончить с приглашениями. Вот только сестра стояла рядом со мной и смотрела на меня. Работать было решительно невозможно. Я откинула бумаги и хмуро посмотрела на сестру.

— Тебе что-то надо?

— Да нет, ничего, — ответила Луна, откуда-то достав еду и принявшись есть.

— Ты просто так пришла смотреть сюда? — спросила я.

— Ну да.

— Не смотри. Ты мешаешь мне работать.

— Я не смотрю, я ем.

— Ты на меня смотришь. И шуршишь едой! — возмутилась я.

— Да ладно тебе, я не могу посмотреть на то, как моя любимая сестра работает? — выгнула бровь сестра.

— Нет.

— Ужасный ответ, — ответила Луна кинув в меня печеньку. Я перехватила печеньку, продолжая хмуро смотреть на неё.

— Ты придёшь на Гранд Галопинг Гала?

— Мы? Конечно же нет, — отрезала сестра.

Я показала Луне язык. Так, о чём я вообще думала? Я встретилась с Обсидианом, отдала ему что-то, а потом пошла в мой любимый зал полежать на диване. Точно! Гранд Галопинг Гала! Обожаю этот праздник! Надо пригласить Дискорда! Срочно!

— Надо пригласить Дискорда!

— Эм, сестра, он окаменел?

— Вот ублюдок! Как он посмел?

## Вестники

Стояла пасмурная погода, не то чтобы совсем тучи были, солнце всё же выглядывало из-за облаков. Ветер был прохладный, сухой, таким образом никто из тех, кто находится на улице не перегревался на солнце, но и не замерзал. А погода была последождевая, особый тип погоды, когда всё вокруг свежо и омыто дождём.

Я находилась перед трибуной, держа в копытах микрофон, позади меня стояла камера. Прямо сейчас велась прямая трансляция на официальном государственном телевизионном канале. Напротив меня за трибуной сидела принцесса Луна. Фотовспышек не было ни одной, как это бывает на таких событиях, охрана тщательно озаботилась тем, чтобы никто не слепил мою сестру.

Я в последний раз решила прокрутить предстоящий разговор. Не то чтобы я была особо сильна в предсказании будущего, но некоторые моменты могла уловить. Сконцентрировавшись, я незаметно погрузилась в заклинание.

— Здравствуйте, я Санни Бриз, журналистка канала Джей, приятно познакомиться с вами принцесса Луна.

— И мне приятно с вами познакомиться. Что есть журналистка, Санни? — спросила у меня Луна.

— Вестник. Гонец, что разносит новости и глас правителя. Всё, что вам надо, это отвечать на мои вопросы. По сути разговаривая со мной, вы разговариваете с народом. Вы не против ответить на мои вопросы?

— Нет, не против.

— Почему ваша сестра продвигая политику миролюбия, умиротворения, прощения и дружбы, так жестоко поступила с вами? — спросила я.

— Что вы имеете в виду? — удивилась Луна. — Когда сестра поступила со мной жёстко?

— Понятно. Тогда следующий вопрос. Согласно нашим знаниям, Селестия является хорошим психологом, способным... Ну... Назовём это влиянием на разум или подчинением разума. Хотя более современный термин это промывка мозгов. Вы знаете про это?

— Да, сие правда. Моя сестра всегда была искусна в риторике. Прекрасно помню, как она уходила из разных бед лишь молвя.

— Хорошо. Знала ли ваша сестра о вашей проблеме, о том, что ваш разум охватило тьмой? — снова спросила я.

— Сие неведомо мне. Предполагаю, что неведомо то было ей.

— То есть вы не знаете. Тогда ответьте, кто применил на вас Элементы Гармонии. Ваша сестра? — снова спросила я.

— Нет не она, — ответила Луна, вызвав перешёптывания. — То было шестеро пони, которых направляла я. Задолго до этого, я заметила, что мой разум тускнеет и решила... Перестраховаться. Я дала миссию своим доверенным пони остановить меня, коль заметят, что тьма поглотила меня.

— Почему вас решили короновать? Что вообще тогда произошло? — снова спросила я.

— Сестра решила уступить мне правление, когда я решила стать единой правительницей, — ответила Луна. — Она добровольно отдала мне власть. Именно на коронации меня изгнали, о чём я не жалею. Я явно повредилась рассудком, раз решила задвинуть свою сестру. Зависть, обиды, желание власти. Это могло бы привести к конфликту с моей любимой сестрой, я могла навредить ей, заподозрив, что та решила вернуть власть обратно.

— А вам не кажется странным и подозрительным, что как только власть уже пала в ваши копыта, вас тут же её лишили? Вам не кажется, что Селестия специально не замечала ваше падение во тьму, чтобы потом убрать вас чужими копытами и стать единоличной правительницей? — снова спросила я.

— Да, мне приходили такие мысли. В те моменты, когда я была Найтмер Мун. Но сейчас я так не думаю. Моя сестра так бы никогда не поступила со мной.

— То есть, вы верите в то, что ваша сестра не ссылала вас на тысячу лет, ради укрепления своей власти по сравнению с вашей? Так?

— Да.

— И вы себя считаете виноватой? Что ваша сестра, хороший психолог, не заметила ваше падение во тьму? Что это целиком ваша вина?

— Да, это так. Я виновата.

— Вы любите и верите в вашу сестру, которая способна манипулировать разумом любого пони на высоком уровне, заставляя поверить во что угодно? Это так, вы считаете виноватой саму себя в вашем падении и не признаёте виновной сестру?

— Да, это так.

— Тогда, думаю, этого пока вполне достаточно. Благодарю вас за то, что ответили на мои вопросы, — улыбнулась я, уже планируя заголовки статьи вроде "Селестия промыла своей сестре мозги превратив в фанатика", или "Луна даже не подозревает о том, что Селестия сделала с ней", или "Бедняжка принцесса Луна под контролем зла". Да и вообще, мои вопросы, сейчас, в прямом эфире, должны натолкнуть пони на размышления и снисхождение к Луне.

— Благодарю, — ответила Луна. — И я хочу кое-что сказать тебе.

— Да, я вас слушаю? — спросила я, улыбнувшись.

— Селестия, ты идиотка, — прямо мне в лицо заявила Луна. Я сначала даже не поняла, что произошло.

— Простите? — переспросила я.

— Я знаю, что ты Селестия. Ты моя сестра. Санни Бриз.

— Э... Вы что-то путаете... Я...

— Ты как всегда найдёшь выход из проблемы. Уверена, никто не сможет усомниться в том, что личность Санни Бриз не подделка. Ты всё всегда продумывала на несколько шагов вперёд сестра. А ещё ты всегда обо всём знала. И никогда не влияла на меня напрямую, никогда не ограничивала мою волю. Лишь косвенно, всегда оставляя выбор мне. Падение и становление Найтмер целиком моя вина. Ты пыталась мне неоднократно помочь, но я отказывала тебе.

Луна нависла надо мной.

— Ты почти всегда идеальна, не то что я.

Я же поняла, что основной план провалился. Пора переходить к запасному. Вот только даст ли мне Луна на это время?

— И сейчас ты пытаешься выставить злом себя, а не меня. Думаешь, я не понимаю, что ты делаешь? И ещё одну вещь скажу. Я подтверждаю, что ты лжива и манипулятивна. Но ты никогда не делала этого во зло. Никогда!

Вот же тартар! Запасной план провалился, пора переходить к запасному запасного!

— Я знала, что трансляция идёт с задержкой. Чтобы не допустить утечки информации. Точнее шла с задержкой времени. Сейчас это настоящий эфир. Ты не сможешь остановить трансляцию в нужном тебе месте. Время ушло.

Я в шоке смотрела на сестру. Она предугадала все мои шаги. Интересно, как? Скорее всего влезла ко мне в сон так, что я не заметила.

— Зачем? — спросила я, уже не скрывая, кто я есть.

— Да потому что мне надоела твоя гиперопека! — рявкнула Луна. — Потому что ты тупая психованная дура готовая на всё, ради того, чтобы её любимая "сестрёнка Вуна" была счастлива! И мстить всем, кто этому противостоит! Что ты сделала с той шестёркой? С теми элементами гармонии, которые сослали меня на Луну?

— Они не пострадали от моих копыт, — ответила я.

— Не пострадали? Думаешь, я не знаю, что ты с ними сделала? Ты заставила их героически самоубиться! Они не пострадали от твоих копыт, конечно же! Они пострадали из-за твоих слов! — Луна наорала на меня. Не то, чтобы я что-то чувствовала по этому поводу. Мне было безразлично. — И ладно они, а о себе ты подумала? О том, что я, будучи Найтмер могла навредить тебе?

Учитывая, что я не настоящая Селестия, мне было плевать. Какое Я имею право быть сестрой Луны? Я лишь фальшивка, подделка, которая никогда не была той, кого любит сестра. Вся её любовь и переживание не направлена на меня.

— Я думала о себе, — честно ответила я. — Что ты хочешь от меня? — столь же прямо спросила я.

— Ничего. Ничего кроме капельки эгоизма. Ох, я даже не могу злиться на тебя, Тия, — печально выдохнула Луна.

— Капельку эгоизма я себе позволю, — ответила я, прищурившись и улыбнувшись.

— Наш публичный скандал похож на театральную постановку, не находишь? — спросила Луна, введя меня в ужас.

— Нет, Луна! Нет! Ты знаешь, как я это не люблю!

— Ох, моя сестрёнка! — начала петь Луна вызывая у меня кринж.

— Не надо!

— Хуже жеребёнка! — продолжила петь Луна, танцуя вокруг меня.

Я лишь грустно улыбнулась, чувствуя как пространство осыпается мелкими осколками нереальности. Тёмные пятна покрыли Луну, камеру, землю, небеса, алые прожилки прошлись негативом по траве, образ сестры поплыл, оставив лишь тёмно-синее пятно. А потом я открыла глаза.

В моей голове было тысячи сценариев развития дальнейших событий. Я выбрала самый оптимальный. Всё также стояла пасмурная погода, всё также дул сухой прохладный ветер, всё также изредка солнце выглядывало из-за облаков. Я находилась перед трибуной, держа микрофон, позади видеокамера. Велась прямая трансляция на официальном государственном телевизионном канале. Напротив меня за трибуной сидела принцесса Луна. Фотовспышек не было ни одной, как это бывает на таких событиях, охрана тщательно озаботилась тем, чтобы никто не слепил мою сестру.

— Здравствуйте, я Бриз, — ни в коем случае не называть полного имени оболочки под которой я скрываюсь. Санни это солнце, Луна мгновенно поймёт тончайший намёк. — Я журналист канала Джей. Приятно познакомиться с вами, ваше высочество.

Моя сестра прекрасно знает насколько я манипулятивна и то, что я стараюсь как можно меньше влиять на неё. Так что нужно быть готовой к любым неожиданностям. Я кинула взор на микрофон, который имел кнопку детонатора, который прерывала бы прямой эфир. Луна пристально смотрела на меня.

— Мы рады вас видеть, Бриз, — а вот и первое отличие от моих фантазий. — Я готова ответить на все ваши вопросы, — и второе, Луна более чем успела быстро освоить современные знания. Хотя бы поверхностно. Скорее всего она готовилась конкретно к этому событию.

— Насколько я знаю, Селестия является хорошим психологом и манипулятором, способным управлять пони и менять его мнение незаметно для него. Вы про это знаете?

— Это так. Однако она ни разу не использовала это во зло, чтобы вы ни думали, — резко ответила Луна. Сразу видно, что она готова к журналистам. Видимо шарилась по снам, чтобы узнать, что они такое и какие примерно вопросы будут задавать. Впрочем, она вполне вписалась в мои ожидания.

Дальнейшее интервью было делом техники, тонкими намёками заставить зрителя поверить, что Луна жертва Селестии. И даже самобичевание Луне не поможет, наоборот, усилит эффект, и чем больше Луна будет отрицать то, что я навредила ей, тем больше пони будут ей сочувствовать, как жертве манипуляций.

## Важные пони

Я пила кофе. Зебриканский. И ничто не могло меня остановить от распития кофе, кроме конца света. Скажу вам, вы удивитесь, когда узнаете, что у меня полно времени и в тоже время его очень мало. В отличие от оригинальной Селестии я вполне неплохо умела перекладывать свои обязанности на других пони. По сути между мной и проблемами был буфер. А чтобы не сильно отрываться от простого народа, который имел ограниченное влияние через этот буфер, я иногда под личиной Санни Бриз выходила инспектировать свою страну. Это освобождало мне много времени на отдых за чашкой кофе и никто, ни одна личность не смела прерывать мой отдых.

Кроме конца света, разумеется!

Даже если ко мне придёт посол, который решит объявить мне войну, я не шевельну копытом, на этот случай у меня есть заместители и исполняющие обязанности принцессы. Даже самый самоуверенный, богатый и влиятельный пони не сможет оторвать меня от чашечки кофе.

Если это не конец света, конечно же!

— Принцесса Селестия, к вам посетители, — хмуро произнесла вошедшая в мою комнату служанка. Это была белая пони с серо-голубой гривой, ёжиком ниспадающей на левый бок.

— Кто это? — тихо спросила я.

— Беатрикс Луламун, — ответила служанка. — Вы сами приглашали её. Также с вами хотел встретиться посол грифонов и глава консервативной партии Эквестрии.

— Да, пусть Трикси заходит, — кивнула я. — И напоминаю, чтобы ничто больше, кроме конца света, не мог прервать моё уединение.

— Значит посла и главу не впускать, — кивнула служанка и ушла.

Я отпила чашку кофе. А потом метким броском выбросила чашку с позолотой в мусорку и достала магией бутылку вина и два бокала. Оглянулась по сторонам. Веранда, на которой я находилась, была вполне чиста. Серые стены, две серые бетонные колонны, стеклянный столик, три белых дивана, на одном из которых сижу я, а ещё мощные магические барьеры, не позволяющие узнать, что здесь происходит. Я налила вино в бокалы и поставила на столик. На веранду вышла голубая единорожка в фиолетовом плаще и шляпе усыпанных узором звёзд.

— Привет, Трикси, — произнесла я, убирая бутылку. — Как дела?

— Трикси приветствует вас, — нервно произнесла Трикси, улыбаясь так, словно её охватил паралич и нервный тик. — Дела идут неплохо, Великая и Могучая Трикси э... Великая и Могучая, да!

— Присаживайся, — указала я бокалом на диван. Трикси тут же телепортировалась на диван, всё также продолжая нервно улыбаться, то с нимая шляпу с головы, то сновая одевая.

— Трикси благодарна вам! — сипло произнесла единорожка разом осушив бокал, чтобы через мгновение закашляться и окатить меня струёй из носа. — И-хы-ха! Простите! — пропищала Трикси и тут же начала вытирать меня своим плащом, размазывая свои сопли у меня по лицу.

— Замри, — приказала я, и отлеветировала Трикси на диван, а потом вычистила заклинанием всё вокруг. — А теперь сделай медленный вдох, а потом медленный выдох, дыши.

Трикси проделала дыхательную гимнастику, а потом глотнула вина, на этот раз мелкими глоточками. Я усмехнулась и присела, глядя перед собой. Должно быть со стороны я представляла пугающее зрелище. Судя по обрывкам мыслей, которые доносились от Трикси я была похожа, на, цитирую: "безразличное к миру сверхсущество давящее аурой власти и спокойствия". На самом же деле я как тупая идиотка пялилась в никуда, чтобы не нервировать Трикси больше обычного.

— Повторяй за мной, Трикси, — вновь приказала я. — Трикси Великая и Могучая. Ну?

— Трикси Великая и Могучая! — нервно произнесла Трикси.

— Настолько Великая и Могучая, что может на равных общаться с Тией, — продолжила я.

— Настолько Великая и Могучая, что может на равных общаться с... Т-тией! — произнесла Трикси.

— Итак, Великая и Могучая Трикси желает знать, что надобно жалкой Селестии, — продолжила я.

— Итак, Великая и Могучая Трикси желает знать, что надо Селестии! — уже более уверенно произнесла Трикси.

Да чего она меня так сильно боится? Это же я! Тия! Идиотка, которая не умеет править громадной страной, а потому всё сваливает на других и занимается большую часть времени поеданием тортиков и всякой фигнёй. Ну, ещё я тренируюсь как в не себя, стараясь быть очень быстрой. Например, недавно я разучила заклинание, которое позволяет ускорять себя в сотни раз без старения. Просто влияет на нервную систему, слегка утомляя её и не позволяя быстро обучаться в этом режиме. А ещё я люблю отдыхать и единственное, что может прервать мой отдых, это конец света!

— Трикси, хоть меня и выставляют тираном, но за всю жизнь я почти никогда не кому не угрожала просто так, — продолжила я диалог. — Да и справедливой пыталась быть, стараясь разобраться во всех деталях. Трикси, вы успокоились?

— Великая и Могучая Трикси Спокойна, — нагло заявила эта кобылка, улёгшись на диване. Впрочем я прекрасно видела, как единорожка волнуется. — Трикси внимает жалкой Селестии.

— Трикси Луламун, родилась в деревне земнопони около границ с Красным Альянсом, была конечно не единственным единорогом, но единственная, кто могла колдовать. Получила кьютимарку, талант к магии заметил бывший стражник и отправил учиться в Кантерлот.

— Это так, — вальяжно кивнула Трикси.

— Не перебивай, пожалуйста. Далее в одиночку, жеребёнком пересекает половину мира и попадает в Кантерлот. И вот неожиданность, поступает в Школу Одарённых Единорогов. В чём неожиданность? Дело в том, что в эту школу так просто не попасть, нужно пройти множество очень сложных тестов. И это не говоря о том, что места строго лимитированны, а также большую очередь. Но Трикси попадает вне очереди на расширенное место. Место созданное специально для Трикси лично принцессой Селестией! Да, та лишняя парта с пустующим вторым сидением на заднем ряду. Та самая, куда потом пересела к тебе Сансет Шиммер. Трикси это не заметила, как и то, какой шок был у знатных пони Кантерлота, когда какая-то деревенщина заняла место, которое по праву должно было достаться им, более того, для Трикси расщедрились настолько, что создали лишнее место, чего никогда не делали несмотря ни на какие просьбы для других пони, какими бы знатными, богатыми и влиятельными те были.

Я оросила горло вином.

— Что? — удивлённо уставилась на меня Трикси. — Так вот почему Трикси так все ненавидели!

— Не играйся, — усмехнулась я. — Не делай вид, что удивлена, ты знаешь, почему тебя ненавидели, знала до того, как я сейчас тебе сказала. Помолчи, слушай дальше.

— Всё-всё! Трикси молчит!

— Попав в Школу Одарённых Единорогов, Трикси успешно её оканчивает став мастером телекинеза, а всё благодаря тому, что ей в этом помогала некая Сансет Шиммер, с которой удивительным образом подружилась. Никто не смог подружиться с Сансет Шиммер, личной ученицей Принцессы Селестии, кроме Трикси, что опять же вызвало ненависть и зависть множества пони.

— Жалкие ничтожества, — хмыкнула Трикси.

— Вот только Трикси почти закончила школу, ведь она сбежала так и не сдав финальные экзамены. Это была невероятная наглость. Множество единорогов хотят получить аттестат об образовании в школе где руководит принцесса Селестия. Но не Трикси. Она сбежала.

— Трикси не хотела их больше видеть!

— Но ещё более удивительное произошло позже. Половину учителей уволили. Часть учеников выгнали. А что Трикси? Ей зачли экзамен без посещения. Зачли, хотя раньше ни разу Селестия не позволяла такой наглости. Более того, ей дали звание мастера, прямо со школы. И отправили потом ей все документы бесплатно по почте, оплатив из королевской казны самую быструю и дорогую доставку.

— Ужасная доставка. Бешеные пегасы. Тупая экстренная королевская почта. Они сломали Трикси дом! Вы должны возместить ущерб!

— Трикси. Ты потом получила со страховки больше денег, чем стоил твой домик, который к тому же легко чинился мастером телекинеза, — хмуро произнесла я. — Продолжу историю, ты не против?

— Нет, Трикси не против. Развлекай, — от того, насколько величественным и наигранным тоном это было сказано, от того как Трикси задрала голову, как она прикрыла глаза, отмахиваясь копытом, мне стало смешно. Посмеявшись над Трикси, я продолжила рассказ.

— Феерия удачи продолжалась, Трикси стала фокусницей и довольно популярной. Всё же не каждый раз можно узреть мастера телекинеза, унижающейся обычными фокусами. Трикси знала это, поэтому первые выступления были в Кантерлоте, где она задрала цены для своих недругов, пришедших посмеяться над ней. Впрочем, присутствие Селестии охладило некоторые умы и не позволило случиться ужасному, вроде срыва выступления зрителями. Трикси очень-очень повезло.

— Э... А... Хе-хе-хе, — нервно рассмеялась Трикси.

— А потом, спустя много лет, Трикси всё же терпит поражение. Она завралась. Она стала тщеславна и высокомерна. Столкнулась с последствиями собственной лжи, преувеличения. Её слова стали спусковым крючком к трагедии, к нападению на Понивиль двух звёздных духов. Правда вскрылась и теперь Трикси вне закона, точнее оплатила большой штраф, а потом влезла в долги. И теперь Трикси банкрот с ужасной репутацией.

— Да-да, — нервно произнесла единорожка.

— И тут случилось вновь нечто невероятное. Трикси вызывает Селестия, в Кантерлот и принимает её в свободное время. В то самое личное время. Про которое даже шутки ходят. Залило как-то нижний Кантерлот водой, приходит служанка и сообщает, что случилась трагедия. И Селестия возмущается, отправляя служанку куда подальше. Никто не смеет прерывать её личное время. Вода залила домик Селестии, где она отдыхала. С презрением посмотрев на воду, она приказала служанке выгнать возмутителя спокойствия. Да, то самое личное время, появившееся после изгнания Луны на Луну. Которое Селестия уделяет себе и важным для неё пони. И вот Трикси приглашают посетить Селестию в это время и её принимают. Ни посол Грифонов, ни глава целой политической партии не были приняты Селестией, а одна наглая единорожка, которую уже скорее всего возненавидела вся Кантерлотская знать. Какая-то деревенская фокусница сумела попасть на аудиенцию Селестии в нерабочее время. То самое время, которое она уделяет только личным ученикам, любимым пони, ну и с недавнего времени, своей сестре. Надеюсь, Трикси понимает, насколько её теперь ненавидит посол Грифонов и один очень влиятельный аристократ?

— П-понимает, — нервно ответила Трикси.

— Итак... Эм... На чём я остановилась? — задумчиво протянула я. — Бе... Ме... Ня... Траляля... Ну вот так всегда, когда пытаешься придумать речь, ничего не получается. Пожалуй, помолчу немного, чтобы собраться с мыслями.

Я отпила вино. Помолчала, прикрыла глаза. Наконец-то в голову пришли слова. Был составлен план дальнейшей беседы. Трикси терпеливо ждала нервно теребя свою накидку. Я оставила бокал вина на столик.

— Не просто так, — пауза. — Луламун Трикси! Не просто так я тебя звала к себе, — степенно произнесла я. — Сделка.

— Сделка?

— Я нанимаю тебя, Трикси. Нанимаю тайно, для очень важного дела. Ты знаешь, Трикси, я люблю хорошо пошутить. И мне нужна ты, хорошая актриса, умелая обманщица, чтобы помочь мне в одном деле. Уже завтра в газеты выйдет история о бедной и несчастной Трикси, не очень знатной единорожке родом из села и столкнувшейся с несправедливостью и гонениями высшего общества. Бедная и несчастная Трикси, ей мешали, вставляли палки в колёса, на неё не обращала внимание Селестия. Конечно, потом Селестия наказала тех, кто давил на Трикси, но было поздно, та сбежала.

Я сделала паузу, набирая воздух. Трикси завороженно смотрела на меня, мой голос гипнотизировал её.

— И единственным способом заработка для Трикси стал обман. Впрочем, профессия фокусника и предполагает обман. В газетах напишут, как Трикси хитростью и обманом одолела медведицу, как решила свою удачу преувеличить, ведь не было много выбора, ведь обман то, что обеспечивает ей жизнь, о том, как Трикси голодала в не лучшие годы, как жители Понивиля разрушили ей репутацию, а ведь репутация для актёра это всё, это хлеб! О том, как круг лжи поставил Трикси в безвыходную ситуацию, о том, как она ночами сожалела о своём высокомерии, иногда напиваясь сидра до отключки. О том, как она сумела использовать все свои навыки, чтобы заставить Селестию принять её в нерабочее время. И всё это правда, именно восхищаясь твоими навыками я пригласила тебя. Ни слова лжи, лишь немного искажённая правда. Ну и можешь сказать, что использовала связи Сансет. А знаешь, ради чего Трикси решила встретиться с Селестией?

— И для чего же? — заинтересованно спросила единорожка.

— Чтобы устроить праздник вместе с принцессой Луной. Будет публичная вечеринка, где Трикси будет весело общаться, устраивать конкурсы. Праздник в честь того, что Трикси раскаялась и сожалеет о лжи. Но знаешь, я люблю пошутить. И я нанимаю тебя не в качестве аниматора. Ты сделаешь нечто невероятное перед всей публикой. Знаешь, что?

— Что? Трикси интересно, что она должна сделать? — возбуждённо спросила Трикси.

— Украсть Луну! А потом дать в аренду принцессе Луне! — восхищённо прошептала я на ушко склонившейся Трикси.

А ещё я хочу, чтобы Трикси не устроила конец света. Я лучше возглавлю действия Трикси, если не могу их остановить. Но я ей подобное никогда не скажу.

## Кража Солнца

Пожалуй, нет ничего прекраснее шутки, не так ли? Я обожаю подшутить. За тысячелетия жизни в виде Аликорна я так и не превратилась в безэмоциональную машину по решению проблем. Я не утратила юмор. Подначить Трикси украсть Луну было прекрасной идеей, подсмотренной в параллельном мире.

— Украсть Луну! А потом дать в аренду принцессе Луне! — восхищённо прошептала я на ушко склонившейся Трикси.

— Что? — удивилась Трикси, оглушив мне ухо.

— Трикси, не беспокойся, всё будет под контролем, — убедительным тоном произнесла я, стараясь выглядеть как можно глупее.

Мне нужно было сделать так, чтобы Трикси не боялась меня, не боялась Аликорнов и не преклонялись перед нами. Чего я и достигла в дальнейшем.

— Я не уверена, что смогу провернуть... Простите... Но...

— Трикси должна выглядеть профессионалом. Пожалуйста, говори о себе в третьем лице, тебе не идёт разговор от первого лица, — продолжала убеждать я единорожку. — Так вот, чтобы украсть луну, тебе достаточно выглядеть профессионалом.

— Выглядеть профессионалом? — я откинулась на диван и кивнула. — Но как?

— Ты будешь делать то же, что и всегда. Устраивать шоу и немного импровизировать.

Я моргнула. Я потом моргнула ещё раз, оглянулась и чуть не закричала в ужасе. Ой, то есть в радости! Я люблю Гранд Галопинг Гала! Происходящее вокруг напоминало этот торжественный праздник, не удивительно, что я переволновалась. Напротив меня стояла фиолетовая единорожка и что-то говорила.

— Прости, повтори, что ты сказала? Я немного отвлеклась, — попросила я, пытаясь вспомнить, как я оказалась на этой вечеринке. Постепенно память возвращалась.

— Помните, вы посещали Понивиль, когда разбирались с последствиями нападения Урсы? — спросила у меня фиолетовая единорожка.

— Да, это так, — кивнула я. Кто она блять вообще такая? Ладно, сделаю вид, что мы знакомы. Обычно у пони имена совпадают с кьютимаркой, у этой на заднице изображены звёзды. Она Старлайт? — Я хорошо помню это, Старлайт.

— Я Твайлайт! Твайлайт Спаркл!

— Привет, я Селестия, будем знакомы, — улыбнулась я. Твайлайт почему-то разозлилась. Какая забавная.

— Аргх! Я прочла ваши записи. Вы тогда делали записи, разбираясь с последствиями. И там в ваших записях, были предполагаемые последствия событий, — грустно произнесла Твайлайт, опустив голову. — И я должна извиниться. Я не знала! Никто не знал и вообще не предполагал, что может произойти подобное!

— Подобное? — поддержала я диалог, делая вид, что всё понимаю.

— Что Трикси может умереть. Там, читая ваши записи о предполагаемой судьбе Трикси, я... Мы... Простите меня принцесса, я забыла всё, чему вы меня учили. Я больше недостойна быть вашей ученицей.

— Так ты моя ученица! — обрадовалась я, вспомнив всё. — Давно не виделись, Твайлайт, как дела?

— Вы прослушали всё, что я сказала вам, да? — удивлённо уставилась на меня Твайлайт.

— Нет, я не прослушала. Твайлайт, — уже более серьёзным тоном начала я. — Ошибки совершает каждый. Главное уметь их вовремя исправить.

— Но я даже не поняла, что ошиблась! Я наоборот, считала всё произошедшее правильным! — возмутилась Твайлайт.

— Но теперь то ты поняла? — спросила я. — Я специально оставила те записи про вероятное будущее Трикси. Именно для того, чтобы дать тебе урок, — на самом деле я просто потеряла их и потом долго искала, но сделаем вид, что всё идёт по плану. — Тем более маловероятно, что Трикси бы погибла от голода, она бы нашла способ выйти из той ситуации в которую угодила.

— СЕЛЕСТИЯ! — раздался громкий голос моей сестры. — Я знаю это ты! Ты виновата!

Рядом с нами приземлилась Луна. Её гневный взгляд был направлен на меня.

— Сис, успокойся, вот, выпей кофейку, — я протянула кружку. В следующий миг Луна аккуратно вырвала кружку кофе из моих копыт и аккуратно положила на пол.

— Сис? — удивлённо переспросила Твайлайт. — Ах да, они же сёстры, всё время забываю.

— Сестра, мы крайне возмущены вашим деянием! — рявкнула Луна, прервав музыку. Установилась тишина в которой множество пони смотрели на разгорающийся скандал.

— Прости, я постараюсь пить поменьше кофе, — понурила голову я.

— Мы говорим не о кофе! — рявкнула Луна. — Я пришла на это торжество, желая расслабиться. Никогда бы не подумала, что попаду в твои мошеннические схемы!

— Итак, о каких схемах ты говоришь? — вежливо спросила я.

— Я встретилась с Трикси. И та предложила сыграть с ней в одну игру, усомнившись в моём могуществе! — рявкнула Луна.

— Какой ужас, — произнесла я, отпив кофе. Твайлайт начала подносить к губам бокал с вином.

— Так, это мы у тебя отберём, — Луна аккуратно вытащила из моих копыт вторую кружку с кофе. — Я согласилась! И чтобы игра была интересней, Трикси предложила поставить луну!

— ПФ! — Твайлайт была культурной единорожкой, а потому она выплюнула вино не только на меня, но и на Луну.

— Никто не видел принцессу Эррорию? — спросила я, оглядываясь по сторонам и убирая с себя вино.

— Она пришла, — сказала подошедшая служанка. — Но скрыла рог, крылья и кьютимарку, став зрителем.

— Мы проиграли луну в карты. Здравствуй, няня. Сестра моя, ты виновна в том, что я проиграла луну в карты? — спросила у меня сестрёнка.

— Не помню ничего подобного. Мы договорились с Трикси о вечеринке в честь её раскаяния, — честно ответила я.

— Ох, прости, сестра, мне не стоило хулить тебя, — грустно произнесла сестрёнка.

— А ещё она забыла свою ученицу, — с сарказмом сказала Твайлайт. — Она не узнала меня. Не помнила. Странно, не так ли?

— Так это всё-таки была ты, сестра! И чтобы не лгать нам, стёрла себе память? — Луна в ярости нависла надо мной.

— Я ничего не помню! Это была другая я! — спокойно произнесла я. И да, в моём голосе не было панических ноток. Я оглянулась, пони смотрели на нас, камеры нацелились на нас, тишина, спокойствие, любопытство.

— В любом случае, это не важно. Согласно закону я должна предоставить Трикси её собственность, лично передать ей в копыта. Поскольку она такое не пережила бы, она договорилась об аренде луны мною за сто битс в месяц. Впрочем это тоже не важно, проблема в том, что я пыталась отыграться и от имени власти Эквестрийской поставила солнце.

— ЧТО? — тихим и спокойным голосом спросила я, оглушив Твайлайт.

— Трикси снова обыграла меня в метании карт. Прости сестра, я не хотела, — в голосе Луны не было и капли раскаяния, а на лице была злобная ухмылка. Я лишь укоризненно на неё посмотрела.

— Ах ты мелкая дрянь, — прошипела я, чувствуя, как меня поглощает ненависть. Твайлайт побледнела и съёжилась, опустив ушки. Впрочем, через мгновение я быстро успокоилась. — Ладно, прошу прощения.

— Сестра, — Луна ткнула меня носом, обеспокоенно глядя на меня. — С тобой всё в порядке?

— Да, в порядке, — кивнула я.

— Просто ты неестественно быстро успокоилась,— Луна обняла меня копытом. — Сразимся на дуэли, вечером?

— Нет, мне этого не нужно, — ответила я. — Я спокойна.

— Хорошо, но на всякий случай обратись к целителям душ... Ой, то есть к психологу.

Я кивнула в ответ, отпив ещё вина. Вечеринка Трикси набирала обороты, происходящее всё меньше напоминало Гранд Галопинг Гала, который я очень сильно обожаю, а потому мне эта вечеринка нравилась. Множество журналистов бродило вокруг, но никто из них не превращал событие в интервью, просто снимали на камеры общающихся пони. Один из журналистов стоял рядом, направив камеру с микрофоном на нас. Я же всё больше и больше вспоминала то, что было стёрто заклинанием из моей памяти.

— Так, Твайлайт, что ты там говорила, что не хочешь... — я перевела взгляд на Твайлайт, которая весёлым взглядом смотрела на меня. — А, понятно, кому-то больше не надо наливать.

— Принцесса Тия, я не пьяная! — ответила Твайлайт. — Просто! Просто вы и сестра! У вас такие замечательные отношения!

— Хорошо, Твайлайт, — я взяла новую кружку кофе, на этот раз её никто не стал у меня отбирать. — Повеселись, поговорим с тобой позже.

Я тяжело вздохнула и продолжила ждать нужного момента. Ведь исправление репутации Трикси это только одна из частей этой вечеринки. Ко мне подошла светло серая единорожка с бело-нежнофиолетовой гривой в полоску и таким же хвостом.

— Прошу прощения, Твайлайт впервые попробовала вино, — улыбнулась единорожка.

— Ох, не беспокойтесь, она имеет опыт. С самого начала, как только она начала учиться под моим началом, она попробовала вино, — ответила я, улыбнувшись.

— Простите, что? — я впервые в жизни увидела на лице Твайлайт Вельвет выражение отличное от благожелательного по отношению ко мне.

— Я дала Твайлайт попить терпкий виноградный сок, который лично выжала из винограда сотни лет назад и сохранила в бутылке, — вежливо улыбаясь ответила я. Да, прямо на камеру перед всей Эквестрией.

— Вы... Вы... Вино? Вы дали ей вино?

— Что-то не так? Просто я не могла ей предложить молока, она была не совсем маленьким жеребёнком, — ответила я. — У меня был кофе, но мне сказали, что кофе жеребятам пить немного вредно, вот я и налила ей вина.

— Вы!

— Ладно, признаю, это было безответственно с моей стороны. У меня кончился сидр и я забыла его заказать, потому давала Твайлайт вино.

Да, я издевалась над ней, делая вид, что не понимаю, о чём она мне говорит. Интересно, ей хватит духу отругать меня? Вельвет всё время боялась меня. Как та, кто была приближена к двору через дочь, она знала, насколько сильно я не любила влиятельных единорогов за редкимими исключениями, вроде Твайлайт или Луламун. Сможет ли она переступить страх? Я внимательно взгляделась в Вельвет, та лишь натянуто улыбнулась и отошла от меня. Даже Трикси была более уверенной рядом со мной.

— О, приветствую вас, Эплблум, Даймонд Тиара, — улыбнулась я, почувствовав присутствие необходимых мне пони.

— О, привет Принцесса! — радостно заявила Даймонд. — А мы тут... Пришли согласно вашему приглашению! Я так рада провести время со своей подругой на таком празднике!

— Принцесса Селестия! Здравствуйте! — нервно улыбнулась мне Эпл Блум.

— Подруги? Не знала, что вы подруги, но вы подошли вовремя. Именно сейчас я хочу сделать объявление. Сообщить нечто очень важное.

— Нечто важное? Мы с подругой будем рады услышать это! — радостно заявила Даймонд Тиара.

— Прошу, не лгать мне, вы не подруги. Я следила за тобой всё это время и могу сказать уверенно, что это не так, — я улыбнулась.

— Что? Вы следили за мной? — удивилась Даймонд. — Чем я вас так заинтересовала?

— Да, иначе зачем мне приглашать тебя и Эплблум на эту вечеринку? Вы здесь не просто так. Тут находятся все пони, которые так или иначе заинтересовали меня, ну и совет Эквестрии, как большой, так и малый. Чем ты меня заинтересовала? Тем, что ты немного похожа на Тома Рэдклиффа, моего бывшего ученика. Печально то, что Том сбежал от меня в междумирье. С самого детства он по неведомой мне причине опасался меня, старался держать дистанцию и не принимал моей дружбы. Не удивительно, что в один момент он не выдержал и решил отдалиться от меня радикально, не желая жить в одном мире со мной. Ох, смотрю ты тоже боишься меня, прошу, не стоит, мой интерес к тебе не столь ужасен, ведь я к тебе настроена лишь благожелательно.

— Я... Я... Простите, что... Нет, я не лгала, мы с Эппл Блум стали подругами совсем недавно! Так? — повернулась так к жёлтой земнопони с большим розовым бантом на голове.

— Я вижу тебя и все твои мысли, твою суть действий, не стоит бояться, я не осуждаю их, Даймонд Тиара, — я склонила голову, нависнув над мягко розовым жеребёнком. Хотя правильнее было сказать, что цвет шёрстки у неё почти розовый с сильным оттенком сакуры или благородный лавандово розовый мягких оттенков. — А теперь перейдём к главной части мероприятия.

Я прочистила горло. Я постараюсь говорить как можно проще.

— Как вы все видели недавно, мы с сестрой не застрахованы от ошибок. Ещё недавно в разговоре с Трикси я поняла, что вся стабильность, мир в Эквестрии, не смотря на все мои старания, держится лишь на мне и моей сестре. Точнее, на нашем присутствии и в наше отсутствие Эквестрия погрузится в Хаос и это не упоминая о том, что мы с Луной не застрахованы от ошибок. В связи с этим я решила издать указ о престолонаследии. С этого момента в случае моего отсутствия вся власть в Эквестрии передаётся принцессе Луне. В случае же отсутствия нас с сестрой, вся власть в Эквестрии передаётся временно исполняющей обязанности принцессы, коей станет Твайлайт Спаркл в наше отсутствие.

— Я? — удивилась Твайлайт.

— В случае отсутствия Твайлайт Спаркл будет осуществляться призыв героического духа, Эквестрия переходит в полувоенное положение под абсолютную власть героического духа. Если же героический дух уже есть в Эквестрии, то власть переходит к нему без призыва.

— Постойте, принцесса Селестия, — обратилась ко мне Твайлайт.

— Да?

— А Эквестрийской совет, разве не к нему переходит власть в случае вашего отсутствия? — спросила Твайлайт.

— Нет, — ответила я. — Есть опасность того, что совет может принять не очень оптимальные решения ведущие к эскалации раздора в Эквестрии.

— А я могу отказаться?

— Да, любой заместитель может отказаться и тогда власть переходит к следующему в списке престолонаследия. Итак, сразу после героических духов, в случае отказа править, власть переходит в копыта моих бывших учеников, Сансет Шиммер, Обсидиан Найф, Санбёрст, Рок Стоун и Мод Пай. В случае отказа или отсутствия моих бывших учеников, Эквестрия переходит в полностью военное положение.

— И власть переходит к совету? Или к аристократам? — спросил кто-то из толпы.

— И снова нет. В этом случае создаётся экстренный совет, который возглавит пони избранный голосованием всего народа Эквестрии. Также в случае военного положения Эппл Блум, Даймонд Тиара, Трикси Луламун и Кустос Ангелос получат особый статус, который позволяет делать им многое ради сохранения жизней пони на случай полного уничтожения мира. На этом всё.

Я замолчала. Через мгновение пони взорвались вопросами.

## Забвение

Я стояла напротив картины, а рядом стояла моя ученица Твайлайт Спаркл. На картине была изображена мгла. Ярко красная мгла. Ну, знаете, такая, когда ты закроешь глаза и видишь перед глазами мглу с алым оттенком. А ещё на фоне мглы был нечёткий образ, призрачное лицо.

— Это галерея полна портретов всех пони, что оказали сильнейшее влияние на развитие Эквестрии, — произнесла я.

— Там Старсвирл? Почему он такой молодой? — спросила Твайлайт, восторженным взглядом осматриваясь по сторонам.

— Большая часть пони на этих картинах мои ученики. Прямо, как и ты, они постигали новое под моим руководством, — продолжила я.

— Значит… Когда-нибудь я окажусь здесь? Мой портрет? — недоумённо спросила Твайлайт, а потом указала на мглу. — А тут кто изображён? Почему эта картина такая тёмная?

— Этот портрет написала я, — на моём лице отобразилась безмятежная улыбка.

— Вы так плохо рисуете?

— Нет, исток не в этом, — ответила я. — Твайлайт, знаешь, зачем я тебя позвала сюда?

— Нет.

— Посмотри на эти полотна. Когда-то они были чистыми. Только представь, они были чистыми, а потом нет. Художники просто взяли и покрыли краской их, превратив в портреты. Посмотри и узри, как легко меняется суть вещей независимо от их воли.

Я встала напротив Твайлайт, зависнув над ней и указав на неё копытом. Мой голос был тих и не менее торжественнен.

— И самое главное, эта вещь ничего не могла с этим поделать. А теперь посмотри на этот бюст. Когда мы говорим о древнем Вавилоне, именно так мы представляем людей того времени. Конечно, Вавилоняне так не выглядели, но именно это представление они смогли оставить после себя. Так было всегда, пони не могли оставить после себя точные данные, и только недавно это изменилось. Фотографии. Конечно, сначала они были чёрно-белыми. А потом у них нарушался баланс цветов и насыщенность. Да и сейчас они не очень хороши, так как неспособны чётко отображать одновременно светлые и тёмные участки. Тем не менее фотографии способны отобразить реальность почти такой, какая она есть.

Я замолкла, делая специальную паузу и переводя дыхание.

— Знаешь, что объединяет все эти портреты помимо того, что все пони на них так или иначе повлияли на Эквестрию?

— Эм… Они важные пони знакомые с вами? — неуверенно ответила Твайлайт.

— Не только. Почти все пони на портретах. Они. Мертвы, — я обвела копытом всю галерею. — Но знаешь что самое главное? Я почти не помню их. Кто это блять вообще такие?

В глазах Твайлайт начал разгораться ужас, я придержала её, чтобы она не убежала в слезах, обняв и продолжая указывать на портрет передо мной. На чёрно-красное пятно перед нами.

— Ты только посмотри на этот портрет. А теперь попытайся припомнить, как выглядит твоя тётя. Твой разум это мозг. В твоём мозгу нейроны. Вся твоя память это множество синапсов между нейронами. Каждую секунду, каждый раз, когда ты не используешь эти связи, они отмирают. И твои воспоминания медленно растворяются. Твоя память о внешности твоей тёти обесцвечивается, её внешность словно стареет, потом превращается в размытый силуэт, искажаются цвета, ты пытаешься вспомнить, восстановить давно утерянные связи, но сама попытка вспомнить искажает твою память, и ты воскрешаешь в памяти чудовище, и это чудовище жутко искажённая картинка твоей тёти, нейронные связи ослабевают… Наступает смерть. Кусок тебя умирает.

Я тыкнула в картину.

— Это моя попытка вспомнить своего первого ученика. Ты видишь забвение так, как оно есть. Ты видишь концепцию смерти. Только подумай, Твай, и попытайся вспомнить хоть что-то из того, что было до твоего рождения. Твайлайт Спаркл, моя ученица, я ведь существовала задолго до того, как ты родилась. Только представь, момент, когда тебя не было, но была я, посмотри на меня. Ты помнишь ничего. Лишь тьму.

Я снова тыкнула в портрет.

— Забвение. Когда ты резко встаёшь на ноги, в твоих глазах темнеет. Ты теряешь сознание. На краткий миг. А теперь представь, что ты медленно стареешь. Вот тебе исполняется двадцатник. Не успеваешь оглянуться и хоп, тебе сорок, пролетела большая часть твоей жизни. Ты уже не такая, как раньше, тебе тяжело двигаться, твой разум не столь силён. Ты смотришь на детей и понимаешь, насколько они молоды и полны жизни, а также то, что их не было до их рождения и не будет после их смерти. И вот ты старушка, чувствуешь, как замирает твоё сердце. Тебе страшно, очень страшно. Тебя поглощает невероятный ужас. Ты хрипишь, умираешь, в яркой вспышке проносится вся твоя жизнь, это последний крик умирающих синапсов и нейронов активировавшихся одновременно. Ты помнишь немного. А потом тебе становится легко и тебе плевать. Страх смерти исчезает ведь страх это синапсы и нейроны, они исчезли. Есть только твоё сознание, остающееся в последних клочках нервной ткани мозга. Твой мозг жив, да и вообще твоё тело живо, поддерживает жизнь, но сердце не бьётся. Ты понимаешь, что скоро будешь разлагаться заживо, последние остатки жизни позволяют тебе видеть и слышать окружающий мир. Ты умираешь. Кто-то касается твоего глаза, но ты это почти не чувствуешь лишь смутный силуэт перегораживает взор. Твоё сознание заперто в теле, а тело будет погребено. Посмотри на эту картину, на эту тьму. Тебя больше не будет, понимаешь? Тебя ждёт лишь тьма и забвение. Но знаешь, что самое забавное, я бессмертна, но такое же ждёт и меня.

Я вдохнула воздух и перешла на вкрадчивый шёпот, заботливо глядя в перепуганные до смерти глаза Твайлайт.

— Я умираю каждое мгновение. Каждый миг в моём теле умирает одна клетка. Каждый миг Я умираю и возрождаюсь вновь. Медленно, шаг за шагом я умираю. И за определённый срок моё тело полностью обновится, заменившись новыми клетками. Селестия сто лет назад была не мной. Она умерла прямо в моём теле. Она потеряла память, она была предана забвению. Я могила, я надгробие над множеством тел погибших Селестий, существовавших до меня. Если ты думаешь, что на этом всё, то ошибаешься, Твайлайт. Меня через пять минут убьёт служанка.

Я отошла от Твайлайт. Нервно оглянулась по сторонам, а потом вновь сблизилась с Твайлайт и зарыдала. Горькие слёзы сожаления падали с моих глаз.

— Я не Селестия, Твай. Я лишь образ в её голове. Я не хочу умирать! Как же я не хочу умирать! Но знай, я была рада провести с тобой всё время, что я была жива. Мне всего исполнился час. Всего час я живу, а уже через четыре минуты меня убьёт няня Селестии.

— Эм… Я… — Твайлайт в моих объятьях замерла, явно не зная, как реагировать на мой плач.

— Да у меня есть няня. Меня и мою сестру, а у меня есть сестра, воспитывала няня приставленная Старсвирлом. А потом воспитывала дочь той няни. А потом нас воспитывала внучка той няни, тоже ставшая нашей няней, — слова безумным потоком изливались из моего рта контрастируя со спокойным проникновенным голосом. — Она такая же, как и я. Она умирает. Истинным бессмертием владеют единицы среди пони. Рейвен, Грей, Астралика, Каст, Аслас. И многие другие... И знаешь, что самое забавное? Не все из бессмертных пони аликорны. Кстати, о Аликорнах. Их больше, чем ты думаешь. Намного больше. Эти ленивые крупы слишком скрытные, чтобы я их могла найти, я с трудом нашла десяток. Ещё более тяжело привести их к власти. А ещё некоторые аликорны не живут тысячелетиями, хотя бесспорно, они живут достаточно долго, чтобы обычный пони считал их бессмертными. Они любят наблюдать со стороны, быть фоновыми персонажами. Они боятся вмешиваться в сюжет. Но несомненно, влияние фоновых пони огромно. Твоя подруга, которая Лира, как многое ты знаешь о ней? Насколько огромна власть в её копытах? Не знаешь? Я тоже.

Мой поток слов прервала подошедшая к нам пони. Белая шёрстка, ёжик серо-голубой гривы, ниспадающей на левый бок. Она неодобрительно посмотрела на меня, а потом повернулась к Твайлайт.

— Прости, малышка, но Селестия долго не спала, — меня схватили зубами за хвост и потащили по коридору. — Поэтому она может вести себя немного невменяемо.

— Сон. Меня отправит спать моя няня. Точнее правнучка моей няни. Сон, это время когда мозг перерабатывает воспоминания, рефлексы, впечатления за день. Сон это место где умирает ненужная память. И сны, снящиеся нам, это лишь образы, которые вспыхивают, прежде чем исчезнуть навсегда. Сны есть отражение смерти нейронных связей в нашей голове. Прощай, Твайлайт, когда я проснусь на следующий день, это буду уже не я. Меня сотрёт из разума Селестии. Я буду лишь образом, который в яркой вспышке приснится Селестии, прежде чем исчезнуть. Сон это крики умирающих образов. Крики отчаяния. Прощай, Твайлайт, я постараюсь кричать как можно сильнее во сне, чтобы хоть что-то от меня запомнилось Селестии.

Из моих глаз потекли слёзы. Это был последний мой миг, когда я видела Твайлайт. Она мне запомнилась растерянной и невероятно напуганной маленькой единорожкой, стоявшей посреди длинного полутёмного коридора, увешанного картинами давно умерших пони. Я не хотела умирать.

— Что это было? — прошипела Рейвен Инквелл, стоило мне разлепить глаза.

Я лежала в постели и пыталась понять, с чего вообще ко мне такие претензии? Ах, когда-то давным-давно она была обычной пони, которая боялась моего величия, но те времена прошли, сейчас Рейвен уже не та, испортилась. А потому совсем без зазрения совести может наорать на меня или отругать. Впрочем, я более чем довольна этим, поскольку даже мне нужно внешнее влияние на дисциплину.

Мы находились в моей спальне. Довольно тёмное место в оттенках коричневого. На столике рядом горела свеча. Рейвен, поправив очки, продолжила хмуро глядеть на меня.

— Что? — переспросила я.

— Вчера мне пришлось успокаивать малышку Твайлайт. Вы её буквально перепугали до смерти. Зачем? — тон голоса был резок и каждое предложение Рейвен оканчивалось так, словно она хлестала ими. — Вы рассказали ей о смерти, заставили бояться смерти, погрузиться в страх смерти. Зачем?

— А... Это часть моего плана, — нагло солгала я, пытаясь вспомнить, что вчера произошло. — Мне нужно было, чтобы Твайлайт начала искать способы обрести бессмертие.

— Вы хотите её превратить во вторую Сансет Шиммер? — вновь резким тоном спросила Рейвен.

— Я хочу, чтобы она более упорно училась магии, — ответила я. — Я сделала всё, чтобы у неё появилась новая фобия. Не все пони осознают смерть и тем более не у всех смерть является главной фобией. Это сделает Твайлайт необычной. А ещё это часть плана по возвращению принцессы Луны.

— Ох, надеюсь, вы знаете, что делаете, — прошептала Рейвен, коснувшись копытом переносицы. — С родителями я поговорю сама. Надеюсь, что возвращение Луны стоит того.

— Честно говоря, о страхах, ты меня пугаешь больше всего, Рейвен, — честно признался я. — Твайлайт поверила каждому моему слову? — спросила я, вспоминая, что произошло вчера.

— Да, — ответила Рейвен. — Поднимайте солнце, я пойду и проведаю кухню. Потом мы обсудим список дел на сегодня. До встречи.

— До встречи.

Забавно. Я рассказала Твайлайт невероятный бред, представившись псевдоличностью самой себя. И знаете что? Она действительно поверила в это. Надо написать об этом Сансет. Она более чем оценит мой юмор.

## Рарити

В Понивиле я была не часто, но в этот раз мне было необходимо заказать костюм. И хотела я его заказать в новом ателье, только появившемся в Понивиле. Бутик Карусель. Какое глупое название, а уж какой глупый внешний вид! Здание было похоже на палаточный торт розовых оттенков и что-то вроде циркового купола. Огромное нагромождение мелких деталей, что являло собой полную безвкусицу. Мне было противно входить в это убожество, ещё более противно было приветствовать хозяйку бутика.

— Добрый день, рада вас видеть в бутике Карусель, чем я могу помочь? — обратилась ко мне белая единорожка с пурпурной вьющейся гривой. Это была Рарити, хозяйка этого бутика. Когда-нибудь в будущем она станет модельером высокого уровня и величайшей пони Эквестрии. Но сейчас она представляла собой жалкое зрелище.

— Как некультурно. Я Солар Флёр, а вы? Представьтесь, пожалуйста, — я бросила на единорожку презрительный взгляд.

— Я Рарити, приятно познакомиться, так чего вы хотели? — вновь задала вопрос единорожка.

— Мне нужно одежда достойная принцессы, прямо как у моей знакомой, — ответила я.

— О, тогда я именно та, кто нужна вам! — радостно ответила Рарити., захлопав ресницами.

— Каждый час вашей работы будет оплачен, — ответила я, выкладывая десяток битс. — Это аванс. Приду через три часа, надеюсь, вы создадите достойное одеяние. Хотя я в этом серьёзно сомневаюсь. До встречи, я пойду к моей подруге.

Телепортация перенесла меня на ферму Эппл, подруги нигде видно не было, однако это не помешало мне залезть в холодильник и достать оттуда все необходимое и начать готовить себе перекус. Готовила я не только на себя, готовить я любила, а потому приготовить несколько порций для всей семьи Эппл не составило труда. Выйдя из дома после перкуса, подколотила забор. Жаль, что время истекло и я так и не увиделась с подругой, пришлось срочно возвращаться в бутик. Честно говоря, я не многое ожидала от единорожки, и мои ожидания подтвердились.

— Это что? — увиденное заставило задёргаться мой глаз.

— Набросок платья достойного принцессы? — переспросила Рарити, нервно улыбаясь. Было явно видно, что как первый посетитель я её сильно напрягаю.

— Эта хрень с рюшечками платье достойное принцессы? — переспросила я, капризным тоном. — Эта не та одежда, что мне нужна. Это жалкий бред. Я хочу одежду как у одной моей знакомой! А не это убожество. Ткань должна быть плотной и дышащей, сохранять холод в жару и тепло на холоде! А не это продаваемое на ветру ситечко с рюшечками, которые могут цепляться за что угодно и когда угодно!

— Но у меня нет такой ткани! — возразила Рарити.

— Сейчас будет, — сердито ответила я, выкладывая пятьдесят битс, а потом рогом телепортируя огромный рулон прочной ткани и рулон специальной ткани. — Нити должны быть созданы из прочных волокон покрытых золотом и платиной.

— Хорошо, я попытаюсь найти паучий шёлк и золото, и платину, и единорога, готового покрыть нити этим сплавом, — с сарказмом протянула Рарити, недовольно глядя на меня. — Только ваш карман потянет подобное? — было явно видно, что единорожка пытается от меня отделаться. Забавная. Я достала мешочек с битсами, телепортировала сплав золота и платины.

— Паучий шёлк ищи сама, — жёстко ответила я.

— И где же я его найду? — спросила Рарити.

— Не выводи меня из себя. Иди и ищи. Или я приложу все усилия, чтобы твой бутик закрылся и больше никогда не открывался.

Кинув на меня раздражённый взгляд, единорожка подхватила битсы и отправилась на улицу, явно не зная, что делать дальше и надеясь, что мне надоест происходящее, что я отступлю. Серьёзно? Она хочет переиграть меня? Меня, ту пони, что высчитала все вероятности, все возможности и собрала всю возможную информацию, прежде чем прийти к ней? Какая забавная. Я терпеливо ждала, пока Рарити наткнётся на Пинки Пай, также терпеливо ждала, когда Рарити выскажет обо всём наболевшем розовой пони, я в уме строила сцену, даже не видя этой сцены, как Пинки радостно скачет, зная как помочь своей подруге и направляет её к Флаттершай. Я буквально в уме из кусков мыслей, из образов, додумывала весь путь до розовогривой пегаски, каждую мелочь знакомства с Флаттершай, как та призывает гигантских пауков, как Рарити падает в фальшивый обморок. Мне не надо было выходить из бутика, чтобы понять, что Рарити познакомилась с Флаттершай и добыла паучий шёлк.

Это было очень просто, не нужно быть гением, даже проще чем косинусы в синусы переводить! Кто, блять, кто вообще кроме Флаттершай знаком с гигантскими пауками и прочей опасной живностью, вроде мантикор и медведей? Кто? Кто в Понивиле кроме неё? Никого, блять. Кто кроме Пинки первым заметит хмурую пони? Кто? Кто, кроме этой шпионки, следящей за всеми в Понивиле, знает о том, что у Флаттершай есть необходимое для Рарити? Никто. Правильный ответ: никто кроме них. Деревенька маленькая, из приезжих пони только я, Бон Бон бы предупредила меня, если бы был кто-то ещё и при случае задержала бы гостя до необходимого мне момента, и это не говоря о том, что Понивиль окружают посты королевской стражи, а также мощный магический щит радиусом в двенадцать километров. Эта локация магически заперта от внешнего влияния, так что ничто, и никто не сможет повлиять на события происходящие здесь извне. Я вырвала кусок пространства ради этого, сделала фальшивое небо и фальшивый горизонт, сделала плавный переход между локациями, чтобы та же Дёрпи Хувс легко прошла в Понивиль, а заезжий торговец немного поплутал, прежде чем я сочту его безопасным для происходящих внутри событий или решил передохнуть под давлением магии внушения. Так что никто в Понивиле кроме Флаттершай не мог дать Рарити паучий шёлк, и никто кроме Пинки не помог бы Рарити найти Флаттершай.

Как? Как вообще Рарити собиралась при такой разнице в подготовке в каждой мелочи переиграть меня? Поэтому неудивительно, что через час раздражённая Рарити прибыла в свой бутик с несколькими клубками паучьего шёлка.

— Я знаю, что ты новичок в этом деле, Рарити и только недавно открылась. Знай, тебя в будущем будет ждать не один клиент похожий на меня. И всех ты должна обслужить на лучшем уровне, чтобы не испортить репутацию. А ещё готовься к тому, что есть большая разница между тем, чего хочет заказчик и тем, что ты считаешь красивым. Борьба денег и творчества. Тебе стоит шить творческие платья заранее и продавать тем пони, которым эти платья понравились. И отдельно шить по заказу. Ты понимаешь, меня, Рарити?

— Да, — уныло ответила единорожка.

— А теперь шей одежду достойную принцессы, — капризным тоном заявила я, выкладывая ещё золотых на столик.

Шёлк трудно резался ножницами, пришлось Рарити создавать алмазные кусачки, ткань была очень прочной, даже слишком, и очень плохо шилась и на ткань плохо влияла магия. Единорожка не могла использовать магию при шитье, ткань сопротивлялась и выжимала магию досуха. Пришлось шить копытами и машинкой. Это была адская работа, но Рарити справилась. Она сшила прекрасное платье достойное аристократки Кантерлота.

— Какое прекрасное платье, достойное высшего общества Кантерлота. Вот только это не одежда достойная принцессы, — жёстко заявила я.

— Как? Как вообще выглядит одежда достойная принцессы в твоём представлении? — взвыла единорожка, яростно уставившись на меня.

— Именно с этого и стоило начинать. Ты всегда должна уточнять заказ у заказчика, чтобы не сделать что-то не то, — строгим тоном ответила я.

— Я спокойна, — тяжело дыша заявила Рарити, пока Я отдавала мысленный приказ, чтобы убрать окружение и барьер.

— Естественно. Ты должна быть готова к любым неожиданностям и стойко сносить их, если хочешь быть лучшей. А одежда достойная принцессы это специальный комбинезон без швов или с невыступающими швами. Тебе придётся шить очень тонко и точно. Он должен идеально плотно прилегать к моему телу, а потому тебе придётся добавить стяжки из паутины между волокнами, чтобы всё было без складок и язычок, потянув за который и налепив липучкой можно комбинезон утянуть. Комбинезон должен иметь кожаные и резиновые усилители, распределители нагрузки, веса, ударов и защиту от осколков.

Если вы думаете, что мой заказ был прост, то глубоко ошибаетесь. По сути Рарити нужно было с нуля воссоздать десять лет разработки и расчётов оптимального универсального боевого костюма для пони, десять лет работы научных институтов и проверки на практике. Каждая новая попытка критиковалась мной после недолгой проверки. Для Рарити настал ад, целую неделю она создавала одежду, пытаясь учесть все мои претензии и советы. Естественно я всё оплачивала.

— Привет, чем это ты занимаешься? — спросила Эпплджек, зайдя в бутик. Это была рыжая пони с соломенной гривой, носившая ковбойскую шляпу.

— Да вот, одежду достойную принцессы делаем, — ответила я. — Ты где была? Что-то дома я тебя не видела в последнюю неделю. Там только Мак, Эплблум и бабуля.

— Я ездила к родственникам, приехала, а тут мне говорят, что моя подруга новую швею мучает, — ответила Эплджек.

— Что? — удивилась Рарити. — Вы подруги?

— Да, — кивнула я. — Ты шей.

— Ух ты, на вид довольно удобные комбинезоны для работы, — присвистнула Эппл. — Сахарок, я и не знала, что ты любишь подобные наряды. Кстати, а где прорези для пегасов?

— Прорези для пегасов? — переспросила я.

— Ну, принцессы крылатые.

— Ах, да, точно, у принцесс есть крылья, — кивнула я. — Надо добавить прорези.

— Я слышала, — раздражённо ответила Рарити.

— И пегас для испытаний, — продолжила я.

— Я умею делать прорези для пегасов! — рванула Рарити.

— Но не для скоростных. Я так посмотрю, всё твои платья для пегасов не очень аэродинамичны, — я оглянулась на заготовки. — Будь у тебя подруга пегас и прислушивайся ты к ней, у тебя бы подобного не было бы.

— Эпплджек, — представилась пони. — А ты Рарити, да?

— Грррр...

— Ладно-ладно, не буду мешать, — Эплджек отступила на шаг, от рыкнувшей на неё Рарити.

— Ох, как быстро летит время, — пожаловалась я. — Уже целая неделя прошла.

— У тебя всегда особое отношение со временем, сахарок. Рарити, представляешь, как паниковала Солар, когда я одела бабушкин платок? — Эплджек взмахнула копытом. — Она обняла меня и заплакала! Мне с трудом пришлось её успокаивать. Солар почему-то посчитала, что я постарела и скоро умру.

— Ты права, — кивнула я. — Тогда я ощущала себя так, словно читаю эпилог любимой книги.

— Для неё каждый миг, словно эпилог книги, — пожаловалась Эплджек. — Однажды она просто смотрела на меня весь день, сопровождая меня везде.

— Наверное, это от усталости. Я слишком долго не спала. Мне показалось, что я буду жить очень-очень долго и переживу тебя. Переживу все счастливые моменты, а потому хотела насмотреться на тебя перед твоей смертью, насладиться тобой, пока ты не исчезла. Мне даже снился кошмар, где твоя жизнь это сериал, ну, серия фильмов, а я смотрю финальную серию последнего сезона и плачу от боли. В этом кошмаре я словно прожила долгую жизнь и чувствовала словно проживу ещё больше, а твоя жизнь это лишь краткий миг в череде тысячелетий, в течении вечности, и что я останусь с этой вечностью одинокой навсегда.

— Ох уж эти столичные пони, вечно всё драматизируют. Эпплы живут долго, и ты точно умрёшь раньше меня, — Эплджек засмеялась.

Я засмеялась в ответ. А потом я вспомнила, как занималась любовью с отцом бабули Смит. Его больше нет. Ха. Ха. Смех тут же стих. На глаза тут же навернулись слёзы. Эпплджек бросилась меня успокаивать.

Как же я хочу спать. Это какой-то бесконечный ужас к которому я не могу привыкнуть. Я вечно молода, мой разум и сердце никогда не зачерствеет. Я вечный подросток, нет, ребёнок, кого терзает боль потери. Навеки вечные разум мой пяти годов, навеки вечные...

Хочу поспать. Совсем немного. Просто лечь на землю и уснуть. Просто перестать дышать. Да хотя бы повзрослеть, чтобы зачерстветь. Но нет, не дано мне этого. Из года в год, век за веком, не дано мне быть взрослей.

Эпплджек справилась с моим успокоением довольно легко, просто прикупив мне мороженое. Она давным-давно заметила, что я веду себя как жеребёнок и на мне часто работают методы применяемые для успокоения жеребят.

Тем не менее все нужные пони знакомы или скоро познакомятся. Всё идёт по плану. Скоро появится моя сестра и я наконец-то смогу отдохнуть.

## Рейнбоу Дэш

Есть вещи, которые не изменятся из мира в мир. Бесконечность конечна в своей бесконечности и часто повторяет саму себя. Само бытие определено сущим из множества вариантов не существующего, которое на порядок превосходит сущее. В общем, как вы понимаете, утро у меня вышло ужасным и даже кофе не помогло.

— Итак, Рейнбоу Дэш, да? — спросила я, сладко зевая.

— Оуе! — кивнула радужногривая пегаска. Честно говоря, я не очень сильно поняла её восклицание. Это какой-то молодёжный сленг? Я надеюсь не сильно отстаю от жизни?

— Ты знаешь, зачем ты здесь? — спросила я.

— Вандерболты! Вы хотите принять меня в Вандерболты! — радостно ответила пегаска.

— Увы, это не так, — я отпила ещё немного кофе.

— Что? Но почему? — удивилась пегаска, и не дав мне вставить и слова, продолжила. — Я самая быстрая пегаска в Эквестрии, почему я не могу попасть в Вандерболты?

— Потому что от Вандеболтов не требуется быть лучшими пегасами, скорее умеющими сдавать некоторые тесты, — ответила я. — Я знаю как минимум десять быстрейших пегасок, которые не попадут в Вандерболты.

— Почему? Эм, я хотела сказать, зачем вы тогда меня позвали? — неуверенно спросила пегаска, поднявшись в воздух.

— Сниматься в порнофильме, — ответила я.

— Что?

— Я говорю, ты один из кандидатов в школу для самых крутых пони, — поправилась я.

— Эй, вы что-то там сказали про порнофильм! Я слышала! Я точно слышала!

— Я не могла не пошутить, — ответила я. — Правда, я не уверена, что ты сможешь окончить школу для самых крутых пони.

— А... М... Как вы так быстро меняете тему? — Рейнбоу Дэш была сбита с толку. — И почему это я не смогу закончить школу для крутых пони?

— Не сможешь, — ответила я.

— А если смогу? — в глазах Рейнбоу плескался азарт.

— Уверена? — то каким тоном я спросила это, намекало на то, насколько мне было наплевать на пегаска летающую напротив. Я была невероятно индеферентна, будучи поглощена вкушением кофе. Однако пегаска что-то выцепила для себя и разозлилась.

— А вот и да! Я закончу это школу с высшим баллом! Я буду самым крутым учеником крутецкой школы! — Дэши ткнула меня копытом в грудь. — И никакая Селестия не может в этом сомневаться. Где подписываться?

— Отлично, посмотрим, как ты запоёшь через неделю, — столь же индифферентно ответила я. — Высшая Школа Магии Старсвирла Бородатого. Ты точно уверена, что сможешь окончить эту школу с высшим баллом?

— Да!

— Точно-точно?

— Точно! — Рейнбоу сложила копыта на груди крестом и задрала нос, закрыв глаза. А потом резко открыла глаза и в ужасе уставилась в никуда. — Постой, магии? Но я же не единорог!

— Пегасы тоже владеют магией. Так что тебя ждёт огромное количество книг по пегасьей магии, физика, химия, математика, аэродинамика, закон Бернулли и прочая заумная хрень, которую даже я плохо понимаю, — в этот раз в моём голосе отобразилась злорадство, а на лице злая усмешка. — А ты ведь уже пообещала, что станешь лучшей.

Есть вещи неизменные, то что не меняется никогда. Рейнбоу Дэш любила книги и имела хорошую память. Это всё могло сделать из неё эрудированную пони и пожалуй единственное, что не позволило Рейнбоу стать на уровень Твайлайт по знаниям, это предубеждения и не желание уничтожать свою репутацию.

— И я стану лучше, во что бы то ни стало! Если мне надо полюбить книги, то я их полюблю! — заявила Рейнбоу.

Я лишь улыбнулась. Институт Старсвирла уникален тем, что там к каждому ученику я подбираю свой подход к обучению, особенно, если ученик уникален. А Рейнбоу была не уникальной, я и раньше обучала таких пегасов как она и уже знала подход, поэтому система обучения уже давно отработана, и Рейнбоу Дэш была обречена на то, чтобы превратиться в образованную пегаску, способную по глубине знаний переплюнуть Твайлайт Спаркл. Не то чтобы я одобряю соревнования в плевках на дистанцию, особенно после того как несколько раз проиграла принцессе Луне, это просто такое словесное выражение, передающее определённый смысл на основе результатов этого соревнования. Я моргнула. Я поняла, что слишком, как любит выражаться молодёжь, ботаник. В круп такую душнилу, как я. Осознав и приняв подобное, я протянула Рейнбоу договор об обучении, та с вызовом в позе подписала его. После чего мы немного поговорили о мелочах, вроде общежития, расписания, прикрепления к больнице, а также о самом обучении.

— До встречи, Дэш, на этом всё, сейчас мне пора уделить время моей личной ученице, — зевнув произнесла я.

— Вы заставите её сниматься в порно? — усмехнулась Рейнбоу, слегка покраснев.

— Нет, я попытаюсь её научить дружбе. Потом научу вместе с друзьями бухать, приходить на стрелку и драться, играть в игры, ну и завести парня, — ответила я. — Может быть.

— Воу... Воу... Просто воу... — прошептала Дэш. — Ладно... Пока!

— Пока, — ответила я, готовая внимательно следить за успехами этой пегаски. — Я буду внимательно следить за тобой.

Я отпила кофе.

— Интересно, насколько сильно удивится Твайлайт, когда поймёт, что Дэш именно та самая Дэш, которую я буду использовать как пример пони, обладающего огромным объёмом знаний? Учитывая хорошую память пегасов, Твайлайт никогда не сможет обогнать в объёмах знаний Дэш. А я ведь постараюсь дать Дэш знания не только этого мира, но и нескольких параллельных. Чтобы всегда иметь повод поиздеваться над ученицей. "Не гонись за знаниями, Твайлайт, хочешь обогнать Дэш?". Или что-то вроде: "Всё знают только творцы вселенных и духи знаний... ну или Дэш. Хотя даже творцы вселенных и духи знаний не знают столько, сколько Дэш." "Ты не знала этого? Ну, ты не Дэш, чтобы знать столько. И не Сансет, чтобы предполагать подобное." Звучит неплохо. А уж как неплохо будет посмотреть за реакцией Твайлайт на осознание того, что Рейнбоу Дэш, явно не похожая на интеллектуала пони, именно та, кто знает намного больше чем она, просто ей лень рыться в своей памяти? Не говоря уже о том, что Дэш всеми силами будет поддерживать свой крутой имидж и ничем не будет выдавать свою яйцеголовость.

Я зажмурила глаза. Воображение нарисовало на лице фиолетовой единорожки невероятное изумление. Дёргающийся уголок рта, тычки копытом в сторону Дэш, похожие на нервный тик, и слова: "Ты... Ты... Т-ты?"; Повторяемые так, словно Твайлайт подвисший компьютер. Да, именно на такую реакцию я и рассчитываю. На губы невольно явилась улыбка и не слезала с них до конца дня.

Даже во сне я улыбалась.

## Проклятая

Я стояла на трибуне перед толпой пони. Сегодня я хотела молвить слово. Слово о том, как моя сестра сошла с ума. Никто из них когда не знал истину, явившуюся мне, даже сестра. Я осмотрелась, место было выбрано прекрасно, акустика была такова, что мой голос должен был звучать невероятно величественно, тихая музыка на фоне добавлять моим словам больше значимости.

— Многие спрашивают меня, почему я всегда тепло относилась к сестре. Даже в те времена, когда она по сути вынудила меня покинуть престол и даровать власть ей, когда она стала Найтмер Мун и грозилась окунуть мир в вечную ночь.

Я обожаю театральные постановки. Конечно не в своём исполнении, но на этот раз я решила сделать исключение. Обычно я стараюсь выглядеть не как правитель, а как обычный пони, который волей случая стал во главе государства. То есть как идиотка. Обычно я улыбаюсь, от моей позы веет несерьёзностью и наигранностью. Понимаете? И вообще, я словно не тысячелетний мудрый правитель, а заядлая шутница, валяющая дурака. Но не в этот раз, ибо я расщедрилась на особое положение тела, особую стойку, занимаемую мной, которое должно отображать моё великолепие. А ещё я подобрала специальные нотки в голосе, специальную интонацию для каждого слова, специальные слова для усиления эффекта моего величия.

— У меня же вопрос к вам. Почему вы всегда относились к моей сестре с предубеждением? — пауза. — Почему вы считали мою сестру злодеем? — я обвиняла зрителей, я делала драматические паузы, чтобы каждое последнее слово падала грузом вины на многих пони. Чтобы они почувствовали всю боль и отчаяние от моих слов, чтобы особо впечатлительные прослезилась от осознания истины. — Мне неведомо когда это началось, но зато я знаю, как ваша вера в мою сестру обратила ту в Найтмер Мун.

— Вы, пони, полны магии, хотите ли вы этого, или нет. Вы, пони, умеете летать, делая это магией, становиться сильнее или взращивать, делая это магией. И всю жизнь, вы проклинали мою сестру. В те времена шла война и принцесса Луна была полководцем. И отношение к ней было соответственно её статусу. Её уважали. На войне были смерти. И умирающие пони заклинали. И если вы думаете, что это нечто светлое, то ошибаетесь. Пони жаждали мести, умирая они испытывали страх и ненависть. Страх смерти и ненависть к врагам, заставивших их умереть. Я их не обвиняю, ведь умирая, это единственное, что они могли испытывать, их чувства понятны, я разделяю их, хотя и стараюсь не поддаваться им. И знаете, что думали некоторые пони перед смертью? Они верили в правителя. И вы удивитесь, нет, пони верили не в меня, ибо это были воины, они считали меня слишком мирным, недостойным правителем, нет, они верили в мою сестру. Там, умирая на полях сражения, они со злорадством понимали, что Луна отомстит. Они шли воевать с именем Луны на устах, они умирали с её именем на устах. Они молили о мести, проклинали Луну на то, чтобы та расплатилась за их жизни.

— Пони полны магии. Это было незаметно. Настолько незаметно, что я считала причиной изменения поведения сестры саму себя. Я путешествовала в параллельные миры и видела ужастную участь постигающую сестру, видела как другим версии меня, другие Селестии поднимали копыто на младшую сестру, вместо помощи ей. Я решила, что самая умная, что замечу, что помогу своей сестре всем, чем могу. Хах, — горькая усмешка. — Насколько же я иногда бываю слепа. Миры различаются. Причины событий различаются тоже. Пони полны магии, и умирая, им доступна величайшая магия из возможных, ритуал самопожертвования. Думаю, всем вам известны посмертные проклятия и благословления. Сказки о защите матери, умершей ради жеребёнка.

— Ни я, ни Принцесса Луна не замечали тонкий флёр магии, витавшей вокруг неё и погружающей в пелену ненависти. Эта магия не вредила, нет, иначе бы мы заметили вред и локализовали бы присутствие проклятия. Да и аура Аликорна просто отторгла бы проклятие. Умирающие пони не хотели вредить своей Владычице, нет, они желали помочь ей в битве против врагов. Тонкий незаметный флёр духовной энергии делал Луну сильнее, приносил ей удачу в боях, лечил её. Влиял незаметно на разум. Умирающие пони не желали вреда Луне, нет, они хотели как лучше и верили в то, что Луна поступит определённым образом заполучив их силу. Да и просто отношение пони к сестре менялось, и Луна, как и любая социальная пони была подвержена влиянию этого отношения на неё. Вы знаете про эксперимент, где проверялось, насколько общественное мнение важно для пони? Так вот, там толпа пони утверждала, что два плюс два равно пяти. И подопытный пони после сомнений тоже назвал неправильный ответ. Пони верили в воинственность сестры, в то, что она воплощение ненависти и мести, ей из-за того, что она была ночной пони и редко выходила в свет из-за недостатка информации приписывались невероятные черты. Магия и социальное давление. Я пыталась помочь как могла. Сестра боролась сама с собой и не понимала, что происходит. Ах, как я была слепа. Если бы я обладала всезнание и всеведение, которое приписывают мне, то...

Я грустно опустила голову.

— Сестра, она сама нашла Элементы Гармонии, сама, через пятые копыта повлияла на них и нацелила на себя, на Найтмер Мун, в которую превращалась. Это была ужасная трагедия для меня, настолько, что я в ненависти интригами наказала тех пони. Я впервые в жизни использовала навыки манипуляции для нанесения вреда. Маленького, но вреда.

Я уже хотела было продолжить речь, но меня за хвост цепанула магией сестра и стащила с трибуны. Я была возмущена. Я была в ярости.

— Ты что творишь, Лу? Я почти победила в конкурсе риторики! Ты знаешь, как хорошо заходит в последнее время всякая заумная грустная фигня на твою тему? — я смотрела на эту мелкую сучку и пыталась понять, с чего начать процесс её сжигания. Естественно, мои слова громко разнеслись по всему стадиону. Кто-то из зрителей присвистнул, другой засмеялся. Остальные с интересом наблюдали за дальнейшим развитием событий.

Мы находились за кулисами, я говорила яростным шёпотом, но микрофон продолжал передавать мой голос. Пусть ситуация и была сложной, но я не забывала о пиаре, о раскрутке отношений между двумя сёстрами. Чем больше обсуждают наши с сестрой отношения, тем более мы популярны, не говоря уже о том, что наши отношения показывают, насколько мы близки к обычным пони. Естественно, сестра прекрасно это заметила, но не подала виду.

— У нас проблемы, — ответила она.

— Что случилось? Ты случайно начала войну с грифонами? — с надеждой в голосе спросила я.

— Откуда у вас в голосе столь много надежды, сестра? Нет, не в этом дело, — покачала головой Луна. Это выглядело немного забавно.

— А в чём? — спросила я.

— Нас познакомили с интернетом. Мол сие есть сеть, где пони делятся друг с другом знаниями, мудростью, используют для познания мира, для самообразования и возвышения, куда имеет доступ каждый. А на деле ничем не отличается от мира снов, ибо полон любви и котиков. Поскольку наш компьютер ещё не привезли, мы использовали для выхода в сеть ваш, сестра.

— И что дальше?

— Мы хотели посмотреть художественные картины на тему любви о Каденс. Ну и конечно же вас, сестра. Нам было крайне интересно, что могли придумать наши подданные о Каденс и нашей сестре. Но кто же знал, что кошмары есть не только в пространстве снов. Мы подхватили какой-то кошмар в интернете, он стал требовать перевести деньги, угрожая стереть все знания с компьютера, взяв тот в заложники.

— Ты сделала, что? — спросила я, потрясённая до глубины души.

— Прости нас, сестра, мы так мало знали, в следующий раз мы научимся справляться с интернетом и компьютером, нет, мы станем защитницей не только снов, но и компьютеров! — патетично воскликнула сестра. — Эм, сестра? Вы же не хотите нас убить?

— Нет, я хочу тебя избить. Сразимся вечером на тренировочной площадке, как обычно. И нет, это не связано с тем, что ты словила вирус. Я просто хочу спустить пар, а Оникса рядом нету. Он улетел в Понивиль наслаждаться природой.

— Вы слишком много уточняете сестра. Нам это не по нраву.

— Это, чтобы не было недопонимания, иногда много проблем можно решить простым разговором, — грустно произнесла я. — Ладно, летим, я поведаю тебе всё о компьютерах.

Вот уж чего я не ожидала, так это того, что сестра завирусит мой комп. Постой, зачем ей понадобилось порно с моим участием? Я с подозрением уставилась на Луну.

## Психологическая пытка жеребят

Я сладко потянулась и зевнула во всю пасть. Радужногривая пегаска спала, я же глядя на то, как она спит, раскрыла рот и снова зевнула, протяжно, долго, надрывно. Пегаска зевнула в ответ даже сквозь сон. Мой хвост задёргался.

— Так, Рейнбоу, сейчас что-то упадёт, — задумчиво произнесла я, вслушиваясь в природную энергию.

Рейнбоу передвинула облачко, а на её голову упала лягушка.

— Флаттершай, — зло прошипела Рейнбоу. — Переселяет лягушек обратно.

— Что? Я думала это происходит только с Пинки, — задумчиво произнесла Твайлайт.

— Земные пони имеют тонкую связь с природой, — прошептала Рейнбоу. — Природная Энергия содержит в себе информацию об окружающем мире и, связываясь с жизненной и духовной силой, передаёт это знание земным пони.

— Но она единорог! — возмутилась Твайлайт.

— Солар Флёр не единорог, она частичный аликорн, — ответила Рейнбоу. — Аликорнов в Эквестрии намного больше, чем считают пони. Если не веришь, перечитай статистику населения Эквестрии. Частичная аликорнизация происходит, если пони не желает быть аликорном. Или Аликорн пытается скрыть, что он Аликорн.

— Ух ты, Рейнбоу, а ты очень много знаешь, — Твайлайт задумчиво протёрла подбородок

— А ещё я знаю состав освежителя воздуха для туалета. Су, эмульгатор, ионегендi... Так, это на казахском, — Рейнбоу проснулась и в ужасе уставилась перед собой. — Я не знаю Казахстанского, но знаю состав освежителя на нём! Это всё Сансет! Я отомщу этой четырёхглазой заучке!

— Постой, Рейнбоу, ты сказала про Природную Энергию, это можно как-то исследовать? — спросила Твайлайт.

— Нет, приборы единорогов не подходят для этого, они фиксируют магию и настроены так, чтобы убирать фоновый шум. Попытка понять как взаимодействует природная энергия и Пинки ничего не даст, природная энергия есть везде: и в измерительном приборе, и в воздухе, и в Пинки. Нужные специальные приборы, и чтобы, например, Эпплджек выполняла запредельную нагрузку, только тогда ты заметишь вокруг неё незначительное падение природой энергии. Поэтому есть другой путь, ты должна исследовать жизненную и духовную энергию земного пони, однако на подобные исследования в Эквестрии нужно разрешение от Селестии, поскольку Магия жизни и всё что с ней связано, Высшая алхимия, Нотация Хувс и Магия света находятся по Табу об использовании опасной магии. Что довольно забавно, маг в Эквестрии может призвать тёмного духа и натравить на пони и за это ему в вину впаяют причинение вреда, словно он напал мечом или пистолетом, или собаку натравил, а не опасной магией пользовался, а вот попытка использовать несанкционированное исцеление проходит по статье применения опасной магии.

Чем больше Рейнбоу читала лекцию, тем больше Твайлайт впадала в удивление.

— С этим связан один инцидент, когда один маг испугал другого пони, призвав демона, тот пони в испуге пострадал, а судили родственника, исцелившего царапины. Большая часть пони тогда негодовала и отправила Селестии петицию, которую та отклонила с использованием императорского указа, что было признано самым редким событием тысячелетия. Селестия никогда не пользовалась своей властью столь явно, часто действуя в рамках законов и большинство проблем решая через государственный аппарат. Ещё больше удивление вызывает то, что часть пони более чем согласна с определением опасной магии. Тогда даже разразилась вторая волна скандалов, но уже на тему нелицензионных врачей частных больниц.

На полянке установилась тишина. Рейнбоу медленно осознала, что она сделала.

— Ой, хе-хе, простите, вы этого не видели и слышали, окей? — Рейнбоу протёрла копытом затылок.

— Ты... И ты назвала меня ботаником? Да даже я столько не знаю! — возмутилась Твайлайт. — Рейнбоу Дэш — ботан, — с сарказмом произнесла сиреневый единорог. — Кто услышит, не поверит.

Однажды я заставила Дэш поступить в институт и зазубрить огромное количество знаний. А потом долго попрекала Твайлайт Спаркл тем, что она неспособна знать столько же, сколько некая Дэш. Сейчас я терпеливо ждала реакции Твайлайт на то, что Рейнбоу Дэш это та самая Дэш, но её не было. Похоже, Твайлайт не догадалась, что Дэш есть она. Пока не догадалась, а я ведь всё так точно рассчитала, передвинула облако с Дэш в нужное место, сдвинула магией лягушку, позвала Твайлайт, показала свои навыки, не присущие единорогам, спровоцировала Дэш на лекцию. Мне было крайне интересно узнать реакцию Твайлайт на то, что Рейнбоу Дэш, не похожая на ботаника пегаска, которая создаёт имидж крутой и не очень умной, та самая Дэш, до знаний которой по моему мнению Твайлайт не дотягивала. Я ведь постоянно попрекала Твайлайт этим, на протяжении многих лет, ведь у Твайлайт была не настолько хорошая и сильная память как у Рейнбоу, чтобы успевать запоминать огромные объёмы знаний.

— Итак, зачем вы меня позвали, Солар? — спросила у меня сиреневая единорожка.

— Да так, мне нужен домик в Понивиле, где я могла бы временно побыть, отдыхая от городской суеты, и вот...

— Почему бы не обратится к мэру? — зло спросила Твайлайт. — Почему каждый пони обращается ко мне, а не к мэру? У нас есть мэр! Мэр Понивиля! Ох, простите, Солар, наболело.

— Это потому что ты ученица Селестии, что автоматически делает тебя выше мэра в иерархии, — усмехнулась Рейнбоу.

— А ещё у тебя как у библиотекаря полно времени. Его ты можешь потратить на решение проблем, в которых разбираешься лучше всего, — ответила я. — Почему бы тебе не взять на себя всю документацию твоих подруг? Той же Эппл нужен финансист, который сведёт дебет с кредитом.

— Точно! И как я сама об этом не догадалась? — радостно произнесла Твайлайт.

Эта фиолетовая единорожка изменилась. Какими бывают умные пони? Я помню, какой была Твайлайт, злобной, саркастичной, язвительной и высокомерной. Прямо как Сансет Шиммер, ну почти, в отличие от Сансет, Твайлайт любила подлизнуть мой анус в метафорическом смысле. Я так и представляю, какие бы крутились у неё мысли в голове насчёт ситуации, в которой её нагружают лишней работой во благо подруг, если бы она была такой же, как раньше. Да и сейчас наверняка такие мысли крутятся. Интересно, как сильно Твайлайт хочет поиздеваться над своими подругами? Как много она подавляет негативных эмоций?

А ведь моя версия Твайлайт это не версия Твайлайт из большинства миров Эквестрии. Она более злобная и хитрая. Скорее всего у неё уже сегодня должен был произойти срыв после действий Пинки. Она должна была желать сжечь Пинки нахер. И сильнее, чем другие версии. Может, раз с разоблачением Рейнбоу не получилось, стоит устроить ей взрыв эмоций иным образом? Она так и не догадалась, что это та Дэш, с которой я её сравнивала по объёму знаний. Печально.

— Хорошо, тогда ты всё сделаешь за меня, — ответила я. — Если ты не против. А пока я пойду в школу, мне надо выполнить кое-какие поручения от Селестии.

— Поручения от Селестии? Какие? — заинтересовалась Твайлайт. — Когда она прилетела сегодня в Понивиле, я не успела спросить, Селестия куда-то пропала.

— Скорее всего скрывает свою внешность, притворившись обычной пони, — ответила я. — У неё тут есть пара шпионов, которые отслеживают ситуацию в Понивиле, но даже так она иногда время от времени устраивает личные проверки.

— Что? — офигела Твайлайт. — Селестия здесь? В Понивиле и устраивает проверку? Аргх! Я не готова! Я опоздала! Ужас! Надо срочно привести Понивиль в порядок к следующей проверке.

Я огляделась по сторонам. Коровье говно валялось посередине дороги. Кривые домики, кривые заборы, неухоженные растения и деревья. На мою мордочку приземлилась муха. Я языком выхватила муху и тут же съела её. Вроде нормальная деревенька, что Твайлайт не нравится? Что тут можно привести в порядок? Картошку посадить квадратно-гнездовым методом? Я передёрнулась в отвращении от пришедшей мысли.

Неспешно дошла до школы и превратилась обратно в Аликорна. Столь же неспешно вошла в класс. Учила жеребят земнопони непонятного розового цвета. Вроде вишнёвый? Какого вообще цвета Черили? Вспомнила! Баклажановый! А грива более светлых тонов.

— Что? — удивилась я. — Черили? Ты стала учителем?

— Приветствую вас, принцесса Селестия, рада вас видеть, — мило улыбнулась эта пони. У меня задёргался глаз.

— Ладно, надеюсь ты не будешь побрасывать мне кнопки на стул как в тот раз, — спокойно произнесла я, под ошеломление жеребят. — И срывать лекции, подговорив класс на побег.

— Воу! — восхитился кто-то среди жеребят.

— Пожалуй, оставим прошлое в прошлом, иначе и я могу припомнить пару моментов, — всё также мило улыбаясь произнесла Черили.

— Ладно, чего я хотела? Мне нужна Эппл Блум и Даймонд Тиара, — я всё ещё держала Черили в поле зрения.

— Приветствую, принцесса Селестия, — улыбнувшись, произнесла Даймонд, затыкая копытом рот Блум. — Рада вас видеть. Хотелось бы, узнать, для чего мы вам понадобились?

— Мне нужно, чтобы вы взялись за государственный проект, — ответила я. — Я знаю, что Блум и её подруги разбираются в понятии убежища.

— Да, это так, — серьёзно кивнула Даймонд, продолжая затыкать копытом рот Блум. — Мы примемся за это дело и решим. Когда-нибудь.

— Это очень важное дело, и я не хотела бы, чтобы вмешивались посторонние, например, родители, они могут негативно повлиять на итоговый результат, — ответила я. — Вы должны создать сеть убежищ на случай конца света. Ну, как оно бывает во всяких фантастических фильмах, думаю, вы знаете.

— Эй, я могу говорить! — зло произнесла Блум, отпихивая Даймонд. — Мы согласны! Мы знаем, о чём вы! Мы умеем строить тайные базы! И бункер! Мы всё понимаем! Ну... План нарисуем! И это... Как его...

— Сделаете презентацию, — кивнула я, улыбнувшись. — Блум, ты глава проекта, Даймонд, ты помощник и заместитель, а также лицо проекта. То есть Блум создаст, а ты должна правильно преподнести. Сроку у вас три месяца, сделайте хотя бы предварительный план, чтобы презентовать хоть что-то.

Я улыбнулась. А ведь они попытаются всё сделать сами, по-взрослому, они будут стараться. И чем больше они будут делать, тем больше они будут осознавать, в насколько глубокой проблеме они находятся, осознавать масштаб работ и сложность. Они будут паниковать и рыдать в подушку, тайком, сходить с ума, но не будут просить о помощи, не желая переступать через гордость и признавать, что задача им не по силам. У них достаточно навыков и ума, чтобы сделать большую часть проекта. И вот не сумев решить некоторые проблемы, они предоставят проект как есть.

Это будет государственный конкурс. Туда придут важные пони с проектами выглядящими невероятно красиво по сравнению с тем, что сделают жеребята. Представлять проект других важных пони будут профессиональные ораторы, когда у жеребят волнующая и накручивающая себя Даймонд Тиара. Многие будут относиться к жеребятам с презрением и насмешкой, или со снисхождением. Интересно, какова будет реакция пони, когда конкурс государственного уровня выиграют жеребята?

О, я более чем уверена, что немало пони будут понимать, как это произошло, и шутить на тему того, что жеребята придумали проект более рабочий, чем другие важные бизнеспони. Так и вижу заголовки интернет форумов на эту тему: "в конкурсе распиливания госбюджета выиграли жеребята, предложив настоящий проект". А уж какие будут заголовки у скандальных газет? А ведь жеребята могут выиграть даже без моей помощи, ибо в комиссии всегда сидят наиболее непредвзятые пони, которым осточертели всякие воздушные замки, которые им предлагают каждый раз, чтобы присосаться к государственному бюджету. Поскольку проект жеребят будет вполне рабочим и полезным, а также прибыльным. И, если исключить то, что проект создан жеребятами, он вполне может набрать наибольшее количество очков в глазах проверяющих, по сравнению с другими проектами.

Осталось посмотреть на реакцию Эппл Блум и Даймонд Тиары, когда им дадут миллиарды битс в использование. Раз уж не вышло поиздеваться над Твайлайт, поиздеваюсь с пользой над распильщиками бюджета. Я тяжело вздохнула от осознания того, чем я занимаюсь от скуки. А ведь как раньше было? Прекрасно помню желание построить светлое будущее, объединив все страны, помню, как начинала с Луной буквально с нуля, имея во власти лишь три маленькие группы пони пожелавшие объединиться. Помню множество приключений и историй, произошедших со мной. Хотелось повторить, только с уже имеющимися силами и знаниями. Но что было, то прошло, к тому же не весь опыт мне хотелось повторять.

## Культисты

Боль, невероятно жгучая боль пронзала мои ноги. Я тихо стонала, пытаясь от неё отрешиться. Единорог с ухмылкой стоял надо мной, создавая шарик разрушающего заклинания. Страх, невероятный страх за свою жизнь поглотил меня. Бороться, из-зо всех сил бороться! Разум выхватывает небольшой камешек. Решение приходит мгновенно. В груди пульсирует жар, холодная воля разума спускается из мозга мерзким холодным студнем в сторону груди и касается тепла, захватывает его, медленно утекая через бок в землю. Камешек выстреливает вверх, попадает в рог единорога и разрывает его на мелкие части. Второй камешек направляемый моей волей и желанием пробивает сердце ублюдка.

Больно, ноги режет! Я не шевелилась, опасаясь того, что сломанные кости распорят ткани. Откуда я про это знаю? Неважно. Тепло смешанное с моей волей проникает в вены и заставляет их светиться сквозь белую шёрстку, множество белых светящихся линий укрепляют моё тело, сшивая его. Я резко встаю и несусь к тёмному пятну, пегаске, оскальзываюсь, чтобы через миг вбить копыта в землю и продолжить движение. Падаю на колени и пытаюсь передними копытцами зажать порез на брюхе тёмной пегаски, розовая грива падает на глаза.

Вспышка света, появляется серый единорог с белоснежной гривой, и лишь чувство природы... Что за чувство такое? Лишь оно не позволяет атаковать ненавистную мне расу. Молодой жеребчик с козлиной бородкой останавливается прямо надо мной, внимательно всматриваясь своими голубыми глазами прямо в нас с сестрой.

— Сойдёт для эксперимента, — кивает единорог, хватая труп собрата магией и уменьшая его. Миг, и в меня летит ещё одно заклинание, полностью обездвиживая, позволяя лишь дышать и моргать. Ну и говорить.

Моргаю. Я в колбе, вокруг невероятно светло. Пытаюсь вырваться, но чувство опасности успокаивает меня, сообщая, что со мной ничего плохого не произойдёт. На мордочке какая-то прозрачная маска, сквозь которую я могу дышать, воздух через верёвки, полые прозрачные верёвки идёт ко мне. Напротив меня в колбе плавает пегаска.

— Земная розовогривая пони. Ты удивительно спокойна для той, кого чуть не убили единороги, а потом оказалась в копытах другого единорога, — пробормотал... Старсвирл? Откуда я знаю его имя? — Чутьё? Ты не чувствуешь опасности? Нет, может чувствуешь будущее? Да, это так.

Тёплое чувство разливается в груди при виде моей сестры. Живая. Нет распоротого брюха, нет выдавленных глаз и выкрученных до состояния тряпки телекинезом крыльев. Счастье поглощает меня. Спокойно закрываю глаза и погружаюсь в целебный сон. Мы в безопасности... Она в безопасности...

Я сладко зевнула, открыла глаза и потянулась. Было приятно вот так полежать в постели, но пора было вставать. Моя сестра милым клубочком устроилась в моих ногах. Тёмно-синяя шёрстка, грива словно ночное небо, плотно закрытые глазки, лёгкая улыбка. И клычки. У меня случился передоз милоты, срочно, спасайте меня. Не знаю почему, но выступающие клычки у меня вызывает особо сильный приступ милоты.

До меня донёсся тонкий флёр жеребцового мускуса. Так, кто посмел трахнуть мою сестру? Впрочем, не то, чтобы я была против, просто почему не позвали меня? Более чем уверена, то был достойный пони, иного сестра бы не выбрала. Я не могу сомневаться в выборе своей сестры. В воспоминаниях прокатываются ассоциации про то, как Луна гнила заживо, как я пыталась её излечить, как её пытали прямо у меня на глазах. То были тёмные времена, когда мы только обратились Аликорна, и когда Старсвирл просто выбросил нас в ледяную пустошь, чтобы проверить результат экспериментов над нами в реальных условиях. В голове прокатились воспоминания о том, как Луна ставила эксперименты на мне, а я радостно потакала ей, как она уничтожила мою душу и её заменили на похожую. И хоть я не та Селестия, что была раньше, но я та Селестия, которую выбрала моя сестра. Главное теперь после таких погружений в память не показать отвращение при Каденс, уж больно она похожа на ту пони, что устроила нам с сестрой пытки.

Я вышла из комнаты весело и беззаботно улыбаясь, кивком поприветствовала стражей Луны, павших к моим коленям. Внутри меня от их раболепия всё передёрнулось в отвращении. Как и всегда, я не любила тех, кто слишком сильно старался мне угодить, не отпускало странное чувство паранойи, брезгливости и ощущения обмана.

Долго в состоянии спящего разума я не пробыла. Опустив луну и подняв солнце, я прикрыла глаза и сладко зевнула. Миг, бесконечно долгий миг я пыталась понять, что я должна делать дальше. Ещё один бесконечный миг я наслаждалась тем, что всеми моими делами займётся Луна, скоро её разбудит Рейвен и обсудит с ней список задач. Ещё через один миг я, безмятежно улыбнувшись, отправилась в свои покои, где и спала до самого обеда. Проснулась я от криков Твайлайт.

— Принцесса Селестия! На нас напали! — орала Твайлайт, телепортировавшись ко мне. Я быстро слезла с кровати.

— Твайлайт, подробности, — попросила я. Фиолетовая единорожка бегала по кругу, пока я не прижала передним копытом её хвост.

— Какой-то культ взял в заложники жеребят, не давая принцессе Луне их схватить, и проводит ритуал по призыву огненного демона! Мы должны спешить! — меня схватили за гриву и насильно телепортировали на огромную площадь.

Я узнала своё рабочее место, где я обычно принимала публичные просьбы от народа, теперь занятое моей сестрой. Луна сидела на троне, скучающе глядя на толпу пони в пафосных халатиках с красивым пламенным узором. Пони в ужасе скрывались под столами, какой-то журналист орал на камера-пони, чтобы тот снимал всё и что-то про горячий материал, рейтинги и популярность. Пять жеребят были окружены пони с длинными клинками.

— Что здесь происходит? — спросила я. Ответил мне один из халатиков. У него был особо белый халатик, без узоров огня.

— А вот и ты, Селестия. Наш культ долгое время скрывался, и вот наше время пришло! Тысячелетие мы терпели гонения от тебя, тысячелетие мы ждали момента для нашей мести тебе! Мы призовём нашу владычицу! Нашу богиню, которой мы поклонялись! Сей древний ритуал, запрещённый тобой, что запрещали заклинать в нашем культе изыскали мы, тебе не остановить. Поздно! Слишком поздно ты явилась, расслабилась, положилась на сестру, что не знала о нашем культе! Да начнётся ритуал! Явись! Огненная богиня! Сожги еретиков в яростном пламени! Рази твоя ненависть на недостойных!

Линии ритуала засветились, Твайлайт воскликнула в ужасе, Луна зевнула. Яркая вспышка, меня телепортировало. Я озадаченно моргнула.

— О нет! Огненная Богиня! Нам конец? — если сначала Твайлайт сильно паниковала, то к концу, разглядев меня, была в недоумении. — Принцесса Селестия? Почему ритуал призвал вас?

— Что? — удивился главный белый халатик. — Как? Почему ритуал призвал тебя?

— Потому что я и есть та огненная богиня, которой поклоняетесь вы, — ответила я. — Никогда бы не подумала, что эффект испорченного телефона сработает так, поколения за поколением информация искажалась, и так до тех пор, пока культисты перестали узнавать меня.

Я мягко улыбнулась. Мой голос разнёсся мягкой волной пробирая до глубины души.

— Это началось в древние времена. Тогда мы сестрой сражались с множеством врагов, и Старсвирл разработал ритуал моего призыва, чтобы пони могли запросить о моей помощи, чтобы я могла переноситься к местам, где я не была, но где есть мои пони. Тогда же возник культ имени меня, фанатики поклонялись мне и действовали исходя из желания угодить мне. Они даже имели название, "дневной двор". Вполне естественно, что, якобы следуя моим замыслам, они следовали замыслам воображаемой меня, той, что в их фантазиях, никак не соотносящиеся с реальностью. Так бы они и продолжали существовать, пока не попытались засудить за богохульство моего ученика, даже не спросив моего мнения, даже не попытавшись узнать, что я об этом думаю. Я спасла его в последний момент сняв с костра. Времена были тёмные, я была юна и жестока, а потому я с радостью сожгла всех своих фанатиков. Ох, как прекрасны были крики заживо сжигаемых пони.

Я сделала паузу, чтобы все пони осознали мои слова и ощутили диссонанс между моей мягкой, мечтательной улыбкой и жёсткими словами о сжигании мною пони. Особенно пробрало культистов. Те ощутили такой ужас, что не могли двигаться, парализованные им. Тонкий флёр страха окутал площадь.

— Заблуждения... Я не потерплю никаких заблуждений насчёт меня, — я произнесла эти слова как можно мягче и спокойней. — Пожалуйста, господа культисты, не могли бы вы добровольно сдаться страже и просидеть трое суток в изоляторе за хулиганство, прежде чем вас отпустят на свободу.

— Х-хорошо, — нервно закивал главный халатик.

— Ох, Луна, надеюсь, у тебя таких же проблем нет и среди ночной стражи нет идиотов, которые бы считали, что знают тебя достаточно хорошо, чтобы принимать решения вместо тебя, — я внимательно посмотрела на двух фанатиков моей сестры. Двух фанатиков разных её ипостасей, один поклонялся Найтмер, другой доброй Владычице ночной. Фанатики нервно сглотнули.

Но самое главное для меня был промелькнувший ужас в глазах Твайлайт, я чувствовала, как появилась небольшая трещинка в наших отношениях. Она всё меньше и меньше мне доверяла, и становилась всё более опытной и более мудрой. А ещё она увидела во мне себя саму, ведь когда-то, ещё до того, как завести друзей, она была столь же самодовольной и злой на весь мир.

Всё это было частью плана. Ведь рано или поздно мой гнев обрушится на этот мир. Пони должны быть готовы к подобному.

— Нет, у меня нет подобных проблем, — ответила сестра с беспокойством глядя на меня.

## Обычный день

Это был солнечный день. Вот только света солнца я не видела.

. ♜. . ♝. ♛. ♚. . . ♜.

. . ♟. . . ♝. ♟. ♟. ♟.

. . . . . ♟. . . .

. ♟. ♙. . ♟. ♙. . . .

. ♙. . . ♙. . ♙. . .

. . . . ♗. . ♘. . .

. . . . ♞. . . ♙. ♙.

. ♖. . . ♕. ♔. . . ♖.

Я съела королём коня и пошла королём в центр доски. Только что я нарушила главное правило шахматной теории, поставила короля в центр доски, поставила самую слабую фигуру в место где обычно разворачиваются главные события игры, где обычно королю в начале игры опасно находиться. Я почти физически ощущала недоумение множества зрителей следящих за шахматной партией.

Хотя большинство шахматистов, немного подумав, начали понимающе кивать. Прошло совсем немного времени, прежде чем я победила противника. Противника, коим являлся компьютер и компьютерная программа. Победила несколько раз, играя сразу против несколько компьютеров, делая ходы в одно мгновение. С умением предсказывать будущее мне было совсем не трудно выбрать наиболее красивые и эффективные способы победы. Я просто выбирала варианты будущего, где у меня было больше шансов победить, только и всего. Уже после партии я дала короткое интервью. Слова мои были как всегда тщательно подобраны.

— Несмотря на поражение машин, я считаю, что за компьютерными шахматами будущее. Надеюсь, моя разгромная победа не заставит опустить копыта разработчиков шахматных программ и они сделают их со временем лучше и сильнее. Особенно...

Я продолжала говорить. Я точно подбирала каждую интонацию, стараясь загипнотизировать слушателей. Самым сложным было сделать так, чтобы в моих словах не чувствовалось фальши или наигранности.

Я проснулась от толчка в бок. Я больше не была на шахматном турнире против суперкомпьютеров. После турнира я отправилась отдыхать, переложив все свои дела на сестру, немного поспав, я отправилась отдыхать в Понивиль, заодно навестив свой домик. Его построили довольно быстро. В Понивиле были на удивление компетентные строители. Вот только я так и не поняла, зачем нужен столь укреплённый погреб, похожий на бункер? Я чего-то не знаю про Понивиль? Немного подумав, я вспомнила, что Пони-деревня находится на краю Вечносвободного леса.

— Солар, просыпайся, сахарок, ты обещала мне объяснить про игру на бирже. Про то, что стоит за резким взлётом акций компании Джиэс, — надо мной нависла моя подруга. Я зевнула и медленно моргнула.

— Хорошо, присаживайся рядом и слушай, — я сладко зевнула.

— А разве для уроков по экономике не нужна доска, графики и прочее вот это вот все? — удивилась Эпплджек.

— Нет, — коротко ответила я. — Итак, компания Джиэс находилась на нуле и имела низкую прибыльность, и акции её были дешёвыми, но недавно акции компании Джиэс резко поползли вверх. Котировки возросли почти в двадцать раз. Это прибыль в две тысячи процентов. Выяснилось, что за резким взлётом акций стояли скоординированные действия диванных аналитиков.

— Что? Эм... Диванные аналитики?

— Не недооценивай диванных аналитиков. Поодиночке они слабы, но как единая сущность они обладают огромными знаниями из разных сфер и высоким интеллектом из-за постоянной критики между аналитиками. Но особо их сила проявляется в тот момент, когда их возглавляет кто-нибудь достаточно умный. И тогда толпа диванных хомячков превращается в грозную и неодолимую силу. Так произошло и в этот раз, некто под анонимным именем Ревущий Котёнок возглавил атаку на рынок акций, что позволило его ставке на рост акций компании Джиэс получить прибыли в пять тысяч процентов. А хэдж фонды, возглавляемые умными бизнес-пони в красивых костюмах, потеряли миллиарды битс. И всё это благодаря правильно спланированному шорту акций. Круто не правда ли?

— Это конечно круто, но ты так и не объяснила, что значит, шортить акции. Ну и почему вообще случилось всё это.

— Не беспокойся, я всё объясню. Представь себе продуктовый рынок, где продаются яблоки. Яблоки это акции. И ещё представь некого Рика, что работает в хэдж фонде, и пришёл на рынок зарабатывать. Если сейчас мешок яблок можно купить за три битса, и в будущем Рик ожидает рост цены, то он может купить сейчас подешевле и продать потом подороже. Пока всё понятно?

— Да. Так что там с шортингом?

— Так вот, если Рик считает, что цена на яблоки упадёт, они, например, слегка подмороженные, то чтобы заработать на этом, ему придётся исхитриться. Например, он может занять у кого-нибудь мешок яблок, обещая его вернуть через месяц, и сразу же его продать за 3 битса. И если через месяц цена действительно упадёт до 1 битса, то он может купить мешок яблок за один битс и вернуть его обратно, согласно договору.

Эпплджек нахмурилась пытаясь вникнуть в финансовую схему.

— Погоди... Он занял мешок яблок на три битса, продал, получил три битса, через месяц цена упала до одного битса, он купил мешок яблок на один битс из трёх и вернул одолженный мешок. Итого у него остаётся два битса. Какая мутная схема. Например, с чего бы мне кому-то просто так одалживать мешок яблок на месяц?

— Потому что через месяц он вернёт тебе два мешка яблок. Рик может занять у тебя мешок, продать за три битса, подождать, купить два мешка за два битса, отдать тебе два мешка яблок, а себе оставить прибыль в один битс, — ответила я. — Всё понятно?

— Агась.

— Это и есть шорт. Ладно, а теперь подумаем, у кого Рик мог бы занять мешок яблок. Явно не у тебя. Ты же вряд ли согласишься на столь мутную схему? — спросила я.

— Агась.

— Поэтому Рик идёт не к обычным продавцам, а к Сильверу, брокеру, который смотрит за рынком. Сильвер уважаемый пони, что следит за честностью сделок на рынке. Заодно он хранит у себя на складе товары, принадлежащих многим продавцам и покупателям. Сильвер без особых проблем может провернуть шорт вместе с Риком. Однако Сильвер не может доверять Рику, а потому Сильвер говорит ему: друг, давай так, я тебе мешок яблок одолжу и даже помогу продать. Но деньги от продажи пусть пока побудут у меня, на всякий случай. Ты ещё немного сверху накинь на всякий случай, а то времечко ныне неспокойное, Селестия, сучка солнцезадая, опять что-то мутит с рынком, так что если цены поползут вверх, я в дураках не останусь и вовремя скину шорт. Теперь Сильвер более чем уверен в себе, в том, что не потеряет свои деньги. Понятно?

— Агась, — кивнула Эпплджек.

— Теперь поговорим про маржин колл. Как ты думаешь, что будет, если вместо понижения цены, яблоки возрастут? Рик занял у Сильвера мешок яблок за три битса, и доплатил сверху ещё битс, и теперь у Сильвера на руках четыре битса. И вот цены яблоки возросли... Ну, допустим, на один битс. На границе подушки безопасности. Теперь Сильвер, если цена поднимется на ещё один битс, не сможет на свои четыре битса, купить мешок яблок за пять битс. А потому Сильвер-брокер начинает паниковать, скрестись к Рику и орать: "Рик, неси ещё бабло, если сейчас же не принесёшь ещё битс, я все твои деньги потрачу на то, чтобы купить мешок яблок и закрыть твой шорт!" Это Маржин Колл, ситуация, когда брокер просит дополнить подушку безопасности под угрозой ликвидации позиции. Пока цена яблок на рынке не превышает кредит, брокер может в любой момент купить яблоки обратно и ничего не потерять, все убытки лягут на плечи Рика, и Рик потеряет один битс. Согласись, будет крайне плохо, если ты продала мешок яблок за определённую сумму, чтобы потом купить на эту сумму полмешка яблок. И никакие крики Рика, типа вся эта фигня временная, и что цена ещё упадёт, не будут волновать Сильвера, вноси подушку безопасности или теряешь битс, своими деньгами Сильвер рисковать не будет. Понятно?

— Угум, — Эпплджек что-то активно записывала.

— А теперь представь, что Риков много и другие тоже решили нажиться на падении цены яблоки как-то разузнав про это, про то, что яблоки начнут подгнивать. И в какой-то момент общий объём шорт сделок приближается к объёму всего рынка яблок. Пока рынок находится в равновесии, всё норм, цена стабильна, Сильвер-брокер спокоен, да и срок окончания у шортовых сделок разный, поэтому закрытие каждой из них не оказывает большого влияния на рынок яблок. Потом пришла Селестия и её большой круп, и накрыла она этим крупом рынок яблок и говорит, что, мол, сейчас на рынке алкоголя недостаток, а порченные яблоки для создания алкоголя один из важных товаров, и вообще, кто-то придумал новый уникальный рецепт особой ресторанной еды, для чего нужны только немного порченные яблоки, поскольку они слаще обычных, и внезапно цена на яблоки возрастают многократно, до сотни тысяч битс, Сильверы-брокеры, обычно спокойные и деловые пони в стильных пиджаках, начинают визжать и делать марджин колы. Естественно, деньги на пополнение кредитного плеча есть не у всех, так что все позиции аварийно закрываются. Брокеры пытаются купить яблоки, чтобы не уйти в убыток, но внезапно оказывается, что шортов было много, и всем яблок на закрытие шорта не хватает. Тогда огромное количество Сильверов-брокеров в стильной серьёзной одежде начинают не только визжать, но и носиться по рынку с квадратными глазами, пытаясь купить яблоки. Яблок оказывается мало, но ещё веселее, продавцы видя ажиотаж, задирают цену, раз спрос на яблоки столь велик. Этот весёлый процесс называется выжимание шортов, когда повышенное количество шорт сделок на понижение цены может неконтролируемо повысить цену на несколько порядков.

Мой рассказ прервал нарастающий смех. Я оглянулась по сторонам, пытаясь понять, что за шум. Оказывается, мою лекцию слушала половина Понивиля. Даже Твайлайт подошла. Я решила не обращать на это внимание и продолжить.

— И вот диванные аналитики во главе с пони под именем Ревущий котёнок заметили, что объём шорт сделок превысил количество акций компании Джиэс, и подсчитали, что если дать нужный толчок, то случится выжимание шортов, и стоимость акций отправится к луне!

— На луну? Эм.. — Твайлайт была озадачена.

— Так говорят об этой ситуации. Это такое выражение. Резкий скачок стоимости на высоту, сравнимую с полётом на луну. Это никак не связано с принцессой Луной. В общем, как устроить веселуху с бегающими брокерами и взлётом цен? Самый простой способ, это массовая покупка акций компании, чтобы повысить цену спросом. Но нужны огромные деньги, которые у множества мелких частных инвесторов в лице диванных аналитиков нет. Поэтому вместо покупки акций пони начали покупать опционы на покупку акций. Рик приходит к брокеру и покупает у него право купить мешок яблок за три битса, а Сильвер забирает у него полбитса и радостно улыбается, сейчас мешок яблок стоит один битс и вряд ли цена возрастёт в три раза, а Рик считает, что цена скакнёт до семи битс, и купив мешок за три битса, он может его продать, получив прибыль в размере четырёх битс. А теперь представь, что таких как Рик много и они купили опционы у компании Джиэс. Пока текущая цена далеко внизу от цены опциона, Сильвер спокоен, но как только цена сравнивается и грозит превзойти цену исполнения опциона, то он превращается в невероятную ценность, а Сильвер начинает нервничать, поскольку большая прибыль держателя опциона это большой убыток Сильвера. И чем выше цена акции, тем больше Сильвер хочет не дать убыткам возрасти, зафиксировав их, а потому он покупает акцию по текущей цене, чтобы не покупать её в будущем по ещё большей цене. А акций на рынке мало... Очень мало. И массовая покупка акций приводит к резкому росту их стоимости, заставляя Сильверов-брокеров бегать в ужасе, чтобы побыстрее купить акции, пока цена не возросла ещё выше. Как итог огромное количество диванных аналитиков смогли нагнуть рынок ценных бумаг координированными действиями под чётким управлением такого же диванного аналитика.

Я замолчала и прикрыла глаза. Меня слушал весь Понивиль. Кто-то даже записал меня на камеру, чтобы просматривать чуть позже.

— Ох, не думала, что у меня будет так много слушателей, — подметила я.

— Ну, вы просто так хорошо объясняете, понятно и весело, — протянула неизвестная пегаска. Кто она вообще такая?

— Прямо как принцесса Селестия, — сказала Твайлайт, убирая блокнот. — Солар Флёр, ты не задумывалась о карьере учителя?

— Нет, не задумывалась, — ответила я.

— Постой, на уровне принцессы Селестии? Это как? — ошеломлённо переспросила Эпплджек. — Когда Селестия обучала меня в детстве читать, она была ужасна.

— Ну, обычно это бывает, когда моя наставница ловит вдохновение или злится. Но чаще всего это связано со злостью. Она тогда говорит как какой-то добрый суперзлодей из мультиков, или как антигерой, столь же величественно, понятно и самую суть. Или как учителя, ведущие видеоблог.

— Или когда пытается оскорбить кого-то, — мрачно произнёс Филси Рич. — Эта ваша Селестия выжившая из ума старушка, которой ничего не нравится.

— Эй, она не такая!

— А ещё она мелочная злобная манипуляторша, — хмуро сказала Рейнбоу.

Я легла на спину, махая копытами в воздухе и отстранившись от набиравшено силу диалога. Это был ещё один день. Обычный день, среди череды множества других.

## Короткий рассказ об одном разговоре с Твайлайт

Я прикрыла глаза, стараясь сосредоточиться. Это у меня получалось с трудом. Было крайне необычно глядеть за тем, как Твайлайт прыгает через брёвна, а потом телепортируется. Она тренировала боевые навыки, это было не удивительно, но выходило за рамки того, чем она обычно занимается. Правда её тренировки не дотягивали до стандартов Старлайт, например, скорость и точность заклинаний была довольно низка.

— Чем занимаешься? — спросила я.

— А, это ты, Солар, я тренируюсь, — ответила Твайлайт.

— А я с меткоискателями стреляла, точнее стреляла ими в Вечносвободный лес, — вы видели когда-нибудь осознание опасности дел, которыми занимались жеребята, в глазах жеребёнка, которая более десяти лет назад и сама была не против заниматься подобным? Я ощутил странное чувство, что-то вроде ощущения того, что Твайлайт повзрослела. Тот маленький демонёнок, который временами взрывал магией школу одарённых единорогов повзрослел!

— Это... Это... Это безответственно!

— Что не так? Я слышал вы с Селестией занимались в детстве почти тем же, — ответила я. — И я честно говоря завидовала. Я тоже хотела такую крутую учительницу как Селестия. А ещё я в детстве пообещала, что никогда не стану такой же скучной взрослой, как другие, что буду такой же крутой, как Селестия.

Твайлайт замолчала. В глазах Твайлайт медленно нарастал ужас. Сиреневая единорожка огромными фиолетовыми глазами смотрела на меня. Она осознавала. О да, если немного подумать, то её наставница, Селестия, была самой безответственной наставницей в мире. Только повзрослев, ты осознаёшь, насколько твоя мама родившая тебя в шестнадцать лет была маленьким ребёнком, которая иногда оставляла тебя одну, чтобы потусить на вечеринке. То самое осознание, что единственной здравомыслящей пони являешься ты.

— Нет... Этого не может быть... Селестия бы никогда... — тут Твайлайт прикрыла глаза и смирилась. Она всё также считала меня мудрой наставницей, но у неё возникли некоторые сомнения насчёт моей адекватности. — Ладно. Но это хотя бы безопасно?

— Да, я предварительно исследовала Вечносвободный лес, наложила сигнальных заклинаний и проконтролировала падение телекинезом, — кивнула я. — Они упали и заработали много царапин, и по одному вывиху каждая, а потому сейчас лежат в больнице. Интересно, как они относятся к взрыву слабенькой петарды в копыте? В следующий раз это стоит попробовать.

— О да, это определённо хорошая идея. Прямо как со мной однажды было. Как и химичить крайне вонючим трудно отмываемым веществом, — дёргающийся глаз Твайлайт явно намекал на некий печальный опыт. Возможно он связан со мной и её детством. — Но ты уверена, что это хорошо? Недавние исследования психологов показали, что пони, которых родители воспитывали подобным вашему методу или не воспитывали, перекладывая часть своих обязанностей на детей, страдают психологическими отклонениями, например, синдром ответственности...

Твайлайт замолчала, медленно осознавая что-то.

— Все мои психологические травмы... Все мои заморочки, весь мой характер, все нервные срывы, всё это было тщательно спланировано моей наставницей.

В её глазах снова нарастал ужас.

— Ну, не вини свою наставницу. Я бы на её месте поступила бы также. Ты сильный единорог, который нуждается в контроле, чтобы он не натворил ужасных вещей. Если для этого надо организовать психологическую травму, я это сделаю. То же самое и с меткоискателями, ты ведь знаешь, они в будущем могут натворить дел, если их воспитать неправильно. Конечно, будь на их месте кто-нибудь другой, то это и правда будет ужасно, жеребята не должны страдать от психологических травм. Я немного солгала, но меня воспитывали в основном так же. Я была слишком умна и сильна, и обычные взрослые были тупее меня и знали не так много как я, никто из обычных пони не смог бы быть мне наставником.

Мы замолчали. Я прикрыла глаза, наслаждаясь ветерком. Однажды всё вскроется. Все карты. Твайлайт однажды всё поймёт. Однажды мы с ней будем говорить на равных.

## Тайный домик

Я безмятежно улыбалась глядя на двух жеребят, те отвечали мне немного нервными улыбками. У одной была лавандово-розовая нежных оттенков шёрстка и красивая внешность. У второй шёрстка оттенка зелёно-жёлтый крайола, плотное тело и красивый бант глубокого пурпурно-розового цвета поверх глубокого оттенка розово-жёлтой гривы. Впрочем через миг я забыла названия оттенков их шерсти, которые прочитала с листочка и два жеребёнка у меня стали ассоциироваться, одна с цветом жёлтой груши, а другая с оттенком чертополоха и нежной фиалки. И ничто, абсолютно ничто не заставит меня назвать правильные оттенки цветов, без подсказки в виде специальной таблицы.

Почему все пони не могут быть белыми как я, с разноцветной гривой словно северное сияние? Или как Рейнбоу? Или как моя сестра, являя собой чернильное пятно и ночное небо? Наши цвета намного легче описать, нежели эти оттенки розового, пурпурного, жёлтого и красного.

Вернёмся к двум земнопони. Даймонд Тиара и Эппл Блум сидели передо мной за огромным столом. Это был гигантский белый стол, освещённый светом со всех сторон. Рядом было огромное окно открывающее вид на юго-западную часть Эквестрии, где-то вдалеке виднелся Понивиль, чуть севернее вечнодикий лес.

— Кто-то переместил остров угля на десять километров в сторону севера, — приметила я. — Старлайт, может хватить менять ландшафт?

Молчание продолжалось. Два жеребёнка напряжённо молчали, глядя на меня и держа спину предельно ровно. Они боялись меня.

— Я приветствую вас, Даймонд Тиара, Эппл Блум, — спокойным голосом произнесла я, приподнимая телекинезом чайник. — Мои дорогие гости.

— Э... Привет... — промямлила Блум.

— Добрый день, — нервно помахала мне копытом Даймонд.

— Мир постоянно меняется, и не всегда в лучшую сторону. Однако факт в том, что всё негативное рано или поздно обращается прахом, оставляя лишь благое. Такова суть всего плохого, ведь насколько бы негативными бы не были ужасы жизни, они рушатся под воздействием своей сути разрушения. Вы согласны со мной?

— Да, согласны! — ответила Блум, а Даймонд лишь закивала.

— Или аликорн, шахматная фигура королевы, визиря, ферзя, самая сильная шахматная фигура. И очень часто бывает так, что её жертвуют, чтобы перевернуть ход игры в обмен на инициативу. Я считаю это несколько несправедливым. Ведь аликорн это я. Значит ли это, что некий игрок смахнёт меня с доски в угоду позиционного преимущества? Значит ли это, что несмотря на всю свою силу и мощь, я лишь расходный материал, которым легко можно пожертвовать?

Снова установилась тишина, которую нарушила Даймонд Тиара.

— Нет! Что вы такое говорите! Вы принцесса! Какому пони придёт в голову жертвовать вами? — спросила жеребёнок, не зная куда себя деть и вцепившись копытами в чашку чая.

— Забавная оговорка, — подметила я. — Вы хоть поняли, что сказали?

— Э... Ноупони не пожелает жертвовать вами, — неуверенно ответила Даймонд.

— Почему вы назвали игроком, который должен играть аликорнами, пони? Почему не природа? Не вселенная или не судьба? Почему игроком что-то решающим насчёт аликорнов, должен быть пони? Это довольно забавная оговорка. Первыми в злодеи записали пони. Подданных Эквестрии. Именно эта оговорка показывает истинное положение дел в Эквестрии. Каждый пони считает себя центром вселенной и каждый пони считает, что он важен для принцесс и может на них влиять. И более чем уверена в том, что каждый пони предложит в качестве игрока, который может влиять на принцесс, себя.

Я замолчала, давая жеребятам переварить услышанное.

— Я имела в виду совсем не это, — нервно ответила Даймонд.

— Даймонд, не лгите. Вы боитесь меня. Вы считаете меня сумасшедшей и строите планы, чтобы избавиться от моего интереса. Вы жаждете меня переиграть, — я оставила чашку с чаем на стол. — И я считаю это несправедливым, Даймонд. Мне грустно, когда никто не проявляет ко мне уважение. Когда все желают обвинить меня в чем-нибудь или сделать жертву.

Я подняла взгляд вдаль. На самом деле я смотрела на трещинку в стене, но сама поза выглядела так, словно я гляжу куда-то далеко, находясь глубоко в мыслях.

— Знаешь, однажды я встретила на пути своей жизни злодея. Этим злодеем была я, точнее Солар Флёр. Эта земная пони однажды завалилась в кабак и провозгласила идею высших существ. Она была типичным злодеем с алыми глазами, острыми зубами, тупым хохотом. Я создала злодейку, чтобы поиграться, поугарать, посмеяться. Эта злодейка была бессмысленно жестока к своим подчинённым, её политическая программа состояла из бредней сумасшедшего насчёт высшей расы ящериков, типа есть особые пони и не пони, которые отличаются от других, являя собой высшую расу. Первых пони я набрала из бомжей и пьяниц, нацепив на них маски и пафосно назвав их древней дланью. И знаете, что самое забавное?

К сожалению ни Даймонд, ни Блум не ответили, оцепенев от ужаса.

— Я считала, что злодейке недолго жить. Что она не задержится надолго, что её одолеют. Ну, через три дня, например, или месяц максимум её приспешников задержит полиция и всё, конец карьере. Я не особо грабила или убивала, я просто набирала пони в банду и издевалась над ними. Даже мир не пыталась захватить, не объявляла такого намерения. И знаете что произошло? То, что случилось, с моей точки зрения было тем ещё бредом. Эквестрия знала много злодеев, и среди них было мало адекватных. Солар Флёр практически ничем не отличалась от них за исключением того, что подталкивала ко злу других. Немного умнее, где-то сдержаннее, где-то опытнее. А так никаких отличий. Никогда бы не подумала, что такая психопатка сможет властвовать над половиной мира. И для этого мне понадобилось всего два месяца. Ещё ни один злодей не захватывал мир столь быстро, даже Дискорду пришлось предварительно набирать силу, раскручиваться не один год, прежде чем стать столь могущественным, какой он сейчас есть. К ногам Солар Флёр пало всё высшее общество уже через неделю, представляете? Они были готовы лизать грязные копыта Солар, чтобы выполнить её поручение. Естественно у злодея был враг, герой. Уже через три дня от появления Солар Флёр в дело вступила Королева Луна.

Я замолкла, телепортируя к себе бокал и бутыль с вином. В тишине раздались гулкие стуки крошечных гидроударов, и алое вино переливается в бокал.

— Никогда бы не подумала, что у меня возникнет такое сильное желание убивать пони. Никогда бы не подумала, что все эти лорды, все эти министры различных направлений будут столь неэффективны. Почему? Никогда не задумывались, почему во власти так много пони? Чем они вообще заняты, раз проблемы в стране решаю лично я, или, например, вы, а не специальные пони? Где они? Какого... Какого железную дорогу от Понивиля в Кантерлот ремонтирует свободный союз по созданию оптических стёкол, и их ещё за это штрафуют? Так вот, они все там наверху заняты тем, что грызутся между собой и мешают друг другу работать. Конечно, это красиво называется системой сдержек и противовесов, но проблема в том, что я такую систему даже не пыталась создавать! Она возникла сама! У нас есть дневная и ночная гвардия, у нас тогда был дневной и ночной двор, вот только все они были заняты тем, чтобы не допустить того, чтобы их политический оппонент использовал силу, как итог единственные, кто могли противостоять Солар Флёр, были старая няня, инвалид грифон, который непонятно что делал в замке, вроде охранял винный погреб, но как-то плохо, часто списывал бутылки как сломанные, да я с сестрой. Солар Флёр в одиночку воевала со всей Эквестрией и каждый раз, нападая каждую ночь, умудрялась загадочным образом уйти задолго до того, как на место происшествия прибудут гвардейцы. Я, эм, ужас, не могла надолго оставаться в одном месте, мне жрать хотелось, в туалет, я не могла ждать пять часов, пока на защиту явится подкрепление к гвардии, как и мои подчинённые. Оказывается, гвардию задерживал один мелкий чиновник, который сильно не любил ночных гвардейцев и всячески задерживал сообщения об опасности, чтобы дискредитировать ночную гвардию. Просто прекрасно, у нас тут война, а этот нехороший пони просто берёт и не даёт защищать, как он выразился, жалких деревенских оборванцев, не понимая, что следующим будет он. Солар Флёр приказала убить его, и его голову нашли на следующий день насаженной на пике около фонтана в центральном двору, где мы хранили элементы гармонии. Угадайте, что сделал следующий чиновник, который пришёл на его место? Побежал к Солар Флёр целовать копыта, чтобы та его не убила и обещал ей действовать только так, как она того желает. Я не понимала, что происходит. Я от лица Солар Флёр убивала всех, кто мешал поставить точку в жизни Солар Флёр как злодейки. Их было много. Я от лица Солар Флёр набирала последователей, одаривая их наказанием. Их тоже было много. Перед Солар Флёр преклонялись, её боялись, все её уважали, а также разделяли её политические взгляды на то, как должен быть устроен мир. Но это не было тем, что заставило меня желать убивать пони.

Я отпила из бокала, повращав его телекинезом.

— Однажды моя сестра, Луна, заказала доспехи. Новая версия, облегчённая и более прочная. Для этого было нужно разрешение на покупку боевых артефактов. Один пони из комиссии отказал ей, самодовольно улыбаясь ей в лицо. Когда сестра в ярости спросила, понимает ли он, что эти доспехи нужны для его защиты, он лишь улыбнулся ей в ответ и сказал, чтобы она обратилась с этим вопросом к её сестре, к Селестии. А сам, когда сестра обратилась ко мне, нет, перед тем как сестра обратилась ко мне, пожаловался на то, что Луна угрожала ему и даже побила его, отчего он не мог дать ей разрешение, поскольку боялся этой психопатки. Естественно под иллюзией сестры была я. Сестра была в сторонке под невидимостью. И в тот же день, Солар Флёр, то есть я под видом Солар Флёр, похитила этого пони, а потом вскрыла его мозги, пытаясь понять действия этого идиота.

Моя мягкая улыбка поблекла.

— Вы когда-нибудь задумывались над тем, что пони любят критиковать меня, Селестию, но ни разу не делали этого, например, в сторону Кингпина, одного из моих советников? Никто не смеет разевать свою пасть на Кингпина. Почему? Этому была одна причина. Мы животные, и в среде животных есть такое понятие, как доминирование. Страх. Причина, по которой над моей сестрой так издевались, была в отсутствии страха. Пони считали её доброй. В Луне не видели опасности. Никто и никогда не пойдёт в открытую против Кингпина, поскольку знают, что он начнёт мстить и портить жизнь. Пони чувствуют его силу, его власть. В тот же момент никто не чувствовал опасности от меня или Луны, поскольку все знали, что мы добрые всепрощающие аликорны. Пони принимают добро за слабость. Стоит показать хотя бы намёк на доброту, как ты начинаешь быть всем должным. Селестия должна сделать так, Селестия должна сделать то, у, посмотрите какая Селестия ничтожество. Ах, почему Селестия допустила смерть того мерзкого чиновника, который запрещал покупать доспехи. В то же время никто не скажет подобное относительно Солар Флёр, лишь восхитятся её планами внутри планов, её гениальным стратегическим умом, будут спорить насчёт непостижимости её личности, хотя все что она делает это наказывает своих подчинённых словно психопатка, да делает случайные и бессмысленные нападения разрушая жизнь обычных пони.

Моя улыбка стала грустной.

— Луна никогда не хотела быть Найтмер Мун. Она была одинокой, очень одинокой, тихой, доброй кобылкой, которая хотела быть полезна другим. Она не хотела быть Найтмер, такой её сделали пони. Только став Найтмер она смогла победить Солар Флёр. И когда Найтмер Мун возжелала власти, я с радостью уступила трон, ведь именно такого правителя достойны пони. К сожалению, это обернулось трагедией. Но это совсем другая история, сейчас я скажу лишь одно. Пони! Каждый пони считает, что способен решать судьбы других. И лишь страх способен их остановить. Поняв это, я изменилась, и Селестию начали уважать. Я просто стала чаще показывать свою жёсткую сторону, ту которая пугала даже Дискорда. Ведь он не заточал пони в камне на тысячу лет. Но даже так всегда найдётся пони, который увидев меня даже не узнает, что я Селестия, или начнёт пакостить по мелочам. Более чем уверена, что когда Твайлайт станет аликорном, её банально будут не узнавать или делать вид, что не узнают, либо будут над ней издеваться. В то время как про Солар Флёр и Найтмер Мун помнят до сих пор каждый пони, каждый жеребёнок, и не только в Эквестрии, но и за её пределами. Доходит до смешного, сейчас, прямо сейчас, мне приходится иногда отправлять на переговоры свою сестру, чтобы опираться на её репутацию как Найтмер Мун, хотя бы для того, чтобы Эквестрию начали уважать другие страны. Мне приходится делать из моей доброй, одинокой, ищущей друзей, маленькой и миленькой сестрёнки, любящей делать кусь старшей сестре, чудовище!

Я замолкла. Тишина была звенящий, лишь изящное моргание двух жеребят прерывало её. Я вдохнула, выдохнула.

— Хм, наверное я проголодалась, — задумчиво произнесла я, телепортируя к себе торт.

Под ошарашенные взгляды жеребят я забурилась в тортик поглощая тот с огромной скоростью. Потом телепортировала ещё один и пожрала его. Сыто рыгнув, я благодушно улыбнулась настоящей улыбкой и сладко зевнула.

— Привет, Даймонд, Эппл Блум, простите, я вас не заметила. Вы давно тут сидите? Я хотела попросить у вас разрешения посетить ваш тайный домик, чтобы проследить за проектом сети подземных защитных бункеров.

Два жеребёнка смотрели на меня дикими глазами. Что произошло?

## Лучший музыкант

С самого детства Октавия Мелоди мечтала попасть на конкурс музыкальных талантов. Конкурс, транслировавшийся по экрану телевизора на всю страну. Раз в год Селестия формировала заклинание дальнего присутствия на всю страну, чтобы множество пони могли насладиться лучшей музыкой всей Эквестрии. Она мечтала получить самую главную награду, золотую лиру со струнами сердца, которую выдают лучшим музыкантам и певцам мира.

Она с бабушкой с нетерпением ждала ответа на их заявление на участие в конкурсе. Тем сильнее был их шок, когда Селестия лично пришла к ним с письмом. Ей было отказано, а также запрещено участвовать в любых музыкальных конкурсах. Никогда ещё Октавия не видела свою бабушку столь рассерженной и никогда бы не подумала, что увидит, как она ругает Селестию, ведь бабушка Октавии всегда превозносила принцессу за её вкус к музыке, но не в этот раз. Бабушка орала на Селестию, а принцесса в ответ лишь вежливо улыбалась.

— Успокоилась? — спросила принцесса, и Октавия впервые в жизни увидела холодную улыбку. Она не понимала, как улыбку можно сделать холодной, хотя не раз в книгах натыкалась на это сочетание слов, это же улыбка, счастье, как она может быть холодной и злой? Тем не менее Селестия холодно улыбнулась, прервав ругань её бабушки. — За оскорбление правителя твоя внучка в наказание будет выступать в качестве фонового музыканта. Ну, знаешь, те пони которые играют музыку между перерывами. Фоновые пони, на которых никто не обращает внимание, играющая фоновую музыку, которую никто не замечает.

Селестия зло усмехнулась и исчезла во вспышке телепортации. А Октавия потом долго рыдала в подушку успокаиваемая бабушкой. Чтобы уже на следующий день её забрали на тренировку. Она должна была подготовиться к выступлению на сцене в качестве фонового музыканта. Приказ Селестии должен выполняться беспрекословно.

— Это твоё, — небрежно кинула ей в копыта футляр со скрипкой строгая пони в очках с алой дужкой. — Я Рейвен Инквелл, личная помощница Селестии, если есть вопросы, можешь обращаться ко мне. И да, добро пожаловать в ночное крыло замка Кантерлот.

Октавия Мелоди, маленький жеребёнок, была похищена злой принцессой и помещена в ту часть замка, где жили ночные пони, ту часть замка, про которую было сочинено много страшилок и которую все родители Кантерлота славили как страшное место, куда они отправят непослушных жеребят. Её так и не навестила бабушка, стражник ещё при расставании с домом сказал, что ей запрещено видеться с родственниками по приказу её нового опекуна, Селестии, и так будет до тех пор, пока она не получит кьютимарку. Маленькая пони с серой шерстью, и лавандовыми, словно ночное небо, цвета глаз, тёмной гривой сидела в ночном крыле замка, смотрела в узкое окно на небо и безмолвно плакала.

Чтобы хоть как-то выразить все обуревавшие эмоции она достала из футляра скрипку, ноты она знала, но играть почти не умела, хотя и знала, как это выглядит, а также теорию. Это был первый раз, когда она прикоснулась к музыкальному инструменту, ведь родители ей до этого не доверяли их трогать, слишком дорогой и хрупкий инструмент. Октавия осмотрела скрипку. Она была старой. В груди неприятным пятном разлилась досада. Старая скрипка. Она хорошо знала как выглядела новая скрипка, было очевидно, что ей бы не доверили новое. Это была старая потрёпанная временем скрипка с надписью мастера внутри. Сделал её некий Антониус Страдивариус Кромона.

Достав скрипку и смазав канифолью смычок, она принялась наигрывать всё, что было у неё на душе. Так она и заснула под свет свечей поздно ночью в кресле со скрипкой в копытах. Разбудили её утром рано, резко и сразу же отправили отмываться, завтракать. Уже на завтраке, а он проходил за одним столом с Селестией и множеством других пони, она помимо себя заметила ещё несколько подавленных или радостных жеребят с музыкальными инструментами, которые держали служанки, стоя позади их спин.

— Круто, не правда ли? — болтала рядом с ней белая единорожка. — Я никогда бы не подумала, что смогу попасть на выступление, пусть и в качестве фонового музыканта! Меня кстати зовут Винил, а ты?

— Октавия. Октавия Мелоди, — сохраняя этикет поприветствовала она Винил.

— Ух ты, ты прям как эти, как его, голубая кровь, — восхищённо произнесла Винил. — Давай дружить?

— Нет, я таковой не являюсь, — ответила Октавия. Ей было стыдно признать, но она не очень желала исполнять вбитый в неё бабушкой этикет. Ей хотелось быть больше непосредственной, как та же Винил. Но в тоже время ей было стыдно открыто выражать свои эмоции, слишком они были личные. Нет, если она и будет показывать эмоции, то только через музыку, как вчера. Так было почему-то намного проще.

— А жаль, было бы неплохо, — ответила ей... Ну, пусть будет, новая подруга. Пусть Октавия никогда и никому не признается, но с этого момента она считала Винил своей подругой. Ведь она была единственной пони, что решила подружиться с Октавией. Сама бы Октавия никогда бы не смогла просто подойти и с кем-то подружиться. Никогда. Также как и признать, что где-то в глубине души ей нравится навязчивое внимание, которое на неё изливает на неё новая подруга, но она будет всячески отрицать подобное, если её об этом спросят.

— Не могли бы вы помолчать, — строго произнесла злая рыжая единорожка с кьютимаркой Солнца. — Вы мешаете мне думать!

— Тебе бы стоило научиться думать даже в таких ужасных ситуациях, Сансет, моя любимая ученица, — тепло улыбнулась Селестия. — Ну и выпить успокаивающего. Думаю у тебя нехватка кислорода так сказывается, а также сильное нервное напряжение.

Уже через час какая-то белая пегас с огненной гривой сказала музыкантам следовать за ними. Раздражённая пегаска гнала их, пока они не пришли в огромный концертный зал, огороженный сейчас множеством барьеров, заглушающих звуки. Винил Скретч несколько раз прошла через поле, напевая песенку, чей звук прерывался, стоило ей пресечь границу.

— Итак, меня зовут Солар Флёр, вот в этой папке музыка, которую вы должны сыграть. И сыграть не просто так, а сыграть идеально, — зло произнесла Солар. — Каждый из вас, мелких засранцев должен засунуть в задницу все претензии и жалобы, и сыграть настолько идеально, насколько это возможно. Фоновая музыка должна расслаблять и давать возможность отдохнуть жюри от кривой игры претендентов на звание лучшей музыки года. Вот это, — пегаска показала на магические часы на которых очень быстро мелькали цифры. Октавия поняла, что часы измеряют часы, минуту, секунду, и микросекунды, а также чуть левее маленькая точка рябила, показывая доли микросекунды. — Высокоточные магические часы. Каждая ваша нота должна попадать в крохотный интервал в тысячные доли секунды, нет, меньше. Конечно же, некоторые из вас взялись впервые за музыкальный инструмент, хотя и многое знают о музыке уже сейчас, но мы это исправим. Мы будем тренироваться, долго тренироваться, чтобы вы сыграли или спели лучшую мелодию в мире, эталон, с которым должны сравнивать другую музыку, музыку претендентов.

Пегаска строго оглядела всех и раздала всем по огромной стопке книг. Открыв одну из книг, Октавия ужаснулась. Там было слишком много нот. А ещё на каждой странице было много комментариев о том, как ей следует играть.

— Но это невозможно, это какое-то нотное нагромождение! — возмутилась Октавия.

— Будто меня это волнует, — строго произнесла пегаска. — Это же не чёрная партитура, а значит играть можно.

Это был ад. Октавия просто не успевала выводить некоторые ноты на скрипке. Уже через час у неё болели все суставы, к концу дня ей казалось, что её копыто отвалится. Ей лишь дали принять внутрь горькую настойку и несколько таблеток. Ничто из этого не было обезболивающим.

— Я не могу! Я не попадаю! Почему моё копыто здесь сфальшивило! — воскликнула Октавия в очередной раз не попав в короткий промежуток времени.

Это была прекрасно. Когда Октавия смогла сыграть самую простенькую мелодию, она была счастлива. Солар Флёр мгновенно подмечала ошибки и заставляла играть заново, снова и снова. Октавия видела свой прогресс и за каждый прогресс пегаска награждала конфетой.

Снова и снова, Октавия играла и играла, переходя постепенно от простых мелодий к более сложным. Ноты и музыка даже снились ей во сне. Она могла сыграть хорошо любую музыку, начиная с любого момента, могла мгновенно сменить музыку на другую. Таковы были требования Солар Флёр.

— Вы должны играть идеально любую музыку с любого момента. Певцы, вы должны петь идеально любые песни с любого момента. Без нотной записи, без текста перед глазами, — строго произнесла пегаска, ходя по кругу. Забавно, Солар Флёр предпочитала как можно меньше летать, а когда летала, то делала это быстро и величественно.

И вот финальная тренировка. Октавия взяла в копыта скрипку и принялась играть, быстро выводя одну ноту за другой под басы своей подруги. Винил сидела за диджейским пультом, обрабатывая звук и добавляя новое звучание старым инструментам. В голове Октавии с трудом укладывалось то, как ловко музыка сочетала в себе классические инструменты и модифицированные. Они вроде играли Рок музыку, в которой нет места скрипке, но та идеально вписывалась. Они вроде пели что-то оперное, но в то же время это было столь ритмично и динамично, что нельзя было назвать симфонией. Иногда музыка была спокойной, но не менее сложной.

И только выйдя на сцену, Октавия осознала, что ей придётся практически без перерыва играть почти круглые сутки. В любой момент её могли вызвать на сцену и попросить сыграть, например, музыку, которую должен был сыграть претендент, если тот ошибся и судьи прервали его номер, но всё же хотят дослушать правильное исполнение. А ведь именно это требовала Солар Флёр, включив в последний момент в тренировки всё то, что должны были сыграть претенденты. Пара репетиций на одно выступление и всё.

Это была всё та же огромная сцена, только в этот момент все зрительские места были заняты пони, все прожектора включены, как и множество динамиков, составляющих акустическую систему с километрами медных кабелей. Октавия ещё в прошлый день прогулялась вместе с Винил вдоль полосы кабелей, впечатлившись размахом.

В копытах она всё также держала старую скрипку работы Страдивари, только с присоединёнными съёмниками звука, рядом также стояла Винил за своим пультом, только на этот раз подключённом к реальной аудиосистеме, настроенной профессионалами. И вот свет падает на них, и она начинает свою первую ноту на скрипке. Она открывает концерт, Винил подхватывает, какой-то светло-аквамариновый жеребёнок начинает выводит столь же идеальную ноту своим голосом. Именно в момент, когда их идеальное выступление закончилось, Октавия поняла, это именно то, чем она хочет заниматься. Музыкой идеальной настолько, что вызывает божественный экстаз не только у неё, но и у судий, у многочисленных слушателей в этом зале. И пусть она не может соревноваться на этом концерте с другими музыкантами, она может сыграть настолько хорошо, насколько может.

— Ух ты, мам, смотри, у неё появилась кьютимарка! Я тоже так хочу!

Дальше был ад, когда она не могла есть, не могла надолго отлучиться, чтобы сходить в туалет, когда она должна была продолжать идеально играть, даже если она делала это уже весь день. Перед глазами летали тёмные пятна, но она продолжала играть с механической, нет, превосходя механическую точность. Соревнующиеся юные таланты сменяли друг друга, у неё же смены не было.

— А теперь, пока к выступлению готовятся наши следующие участники, расслабьтесь под музыку Реквием по Бытию, — сказал джентельпони и им приходится выступать на сцене вновь.

— Постойте, — приказала одна из судей. — На чём играет вон та малышка?

— Эм, представьтесь, пожалуйста, — попросил ведущий указав на Октавию.

— Октавия. Октавия Мелоди.

— На чём вы играете, это скрипка, да?

— Да, на какой-то рухляди. Мне не дали новую скрипку, видимо, пожалели и дали эту скрипку, — Октавия прокрутила скрипку. — Хотя она довольно неплохо сохранилась для такой древности.

— Древности? — переспросила судья.

— Там внутри написан год. И автор. Страдивари, кто бы это ни был, его скрипка хорошая, — Октавия подкинула скрипку в воздух. Весь зал ахнул. Она перехватила скрипку и встала в позицию для игры на ней. — К тому же она немного странно фальшивит в отличие от новых скрипок. Вроде и приятный звук, но не такой как у новых, а уж как звучат новые я хорошо знаю. Они звучат идеально, а не как это старьё.

В качестве оправдания своим словам Октавия может сказать только одно, что она не представляла ценности скрипки, которую она держала в копытах. Её слова потом ещё долго были на первых страницах новостных газет. Не такой славы она хотела, но именно эти слова её прославили. Не говоря уже о том, что учёные потом подтвердили её слова о благозвучии скрипки, и что она хуже современных. И только много лет спустя Октавия смогла простить Селестию за запрет выступать ей на соревнованиях музыкантов.

Какой смысл в этих соревнованиях, если народ итак её любил и ей не нужно было ничего доказывать? Было забавно также иметь в друзьях единорожку, чьё имя перекликается с главной наградой для лучшего музыканта мира. Лира Хартстрингс.

Октавия сладко зевнула и потянулась, оглядывая улицы Понивиля. Да, с тех времён прошла целая вечность. Она уже не та маленькая кобылка, что впервые вышла на сцену. И ей уже не составляет труда сыграть любую музыку, если это конечно не чёрный листок нот. Она переехала в Понивиль, подальше от столицы, она сочинила множество своих музыкальных произведений, она научилась сочетать несочетаемые жанры музыки. И перешла со скрипки на виолончель.

Мимо неё прошла белая единорожка с пламенной гривой и кьютимаркой солнца на крупе. Вспышка пламени и Солар Флёр, которая запомнилась Октавии как пегаска, а сейчас была единорожной, превращается в Селестию. Принцесса расправляет крылья, делает лёгкий грациозный толчок, и не глядя на Октавию, стремительно уносится в небо, предварительно что-то пробормотав в гарнитуру.

— Что?

— Да, Солар Флёр это Селестия. Та самая Селестия, любительница качественного молодого вина, который называет терпким виноградным соком и поит им жеребят, рока и скрипки, — ответила подошедшая к ней Бон Бон, подруга Лиры.

## Йогурт 1

Как жаль, что я не знаю, с чего начался этот ужасный день. Но ничто не предвещало беды. Ни тучи на горизонте, ни раздор свершившийся рядом со статуей Селестии. Несмываемым позором этот инцидент лёг на репутацию Эквестрии, как сильнейшего государства. Ужасное существо вырвалось на просторы мира, неся хаос и раздор.

Летая по просторам бескрайнего неба Рейнбоу Дэш, радужная пегаска наткнулась на розовое облако. Оно было липким и сладким, попытавшись его разбить, Рейнбоу с размаху вляпалась в розовую сахарную вату.

— Сладкая вата? — спросила пегаска, ещё не подозревая, что в следующий миг вокруг неё закружат розовые облака, а с неба польётся шоколадно-молочный дождь. — Секунду! Дождь должен был начаться завтра, почему ты... — дождь пал, прерывая пегаску. Та с обречённым видом завершила своё предложение. — Идёшь?

Не только она заметила неладное. Эпплджек находилась на ферме и тихо, мирно собирала кукурузу. Мимо неё пролетела Рэйнбоу, пытаясь разогнать облака, ловко убегающие от неё по небу. Эпплджек не могла не обратить на это внимание.

— Радуга, что такое с дождём? Это, что, шоколад? Вернее шоколадное молоко, — обратилась пони к пегаске.

— Такая погода над всей Эквестрией, — трагично ответила пегаска, подлетая и зависая перед фермершей. В голосе пегаски были нотки усталой паники. — Над Клаудсдейлом бушует буря из газированной воды. Но не бойся, я не оставлю вас, пока не наведу порядок в Понивилле! — миг и Рейнбоу тут же унеслась в небо.

Трагедия на этом не закончилась. Начала лопаться кукуруза, превращаясь в кукурузные хлопья. Горы жёлтых хлопьев, в которых плавала Пинки Пай. Розовая пони с пушистой гривой, которая недоумевала тому, что её подруги хотят остановить происходящее. Тут же к Эпплджек явилась Рарити, белая единорожка.

— Я услышала о твоей беде, Эпплджек, и я хотела бы узнать, не могу ли я тебе помочь чем-нибудь, при этом не промокнув и не испачкавшись, и не убирая зонт, — высокомерно произнесла аристократка. Хотя не была аристократкой, но явно хотела произвести такое впечатление.

В этот миг яблоки увеличились, прогнув деревья, а также на яблоки напали звери, пытаясь их сожрать. Яблоки росли и росли, а звери лопались искрами, чтобы породить новые яблоки и зверей. Флаттершай, жёлтая пегаска попыталась остановить Энджела, зайчика, своего питомца, но тот обзавёлся длинными копытами и сбежал. Мир всё больше и больше погружался в хаос.

Подошла новая, сиреневая единорожка, Твайлайт Спаркл. Она самоуверенно смотрела в книгу и улыбалась. Вслед за ней плёлся Спайк, маленький фиолетовый дракончик.

— Не волнуйтесь, новое заклинание всё исправит, — с её рога сорвалось мощное магическое заклинание из заклинаний, мощная аурная аура поглотила весь Понивиль. Но ничего не произошло. Хаос продолжал нарастать.

— Меня... Постигла... Неудача! — шокировано произнесла Твайлайт, переходя в режим паники и обращаясь к Спайку. — Что мне теперь делать?

— Эм, смириться, — пожал плечами зеленоглазый дракончик, явно не обрадованную этим Твайлайт.

— Спайк, Спаркл что-нибудь придумает, — произнесла Рарити, накидывая на спину Твайлайт зонтик.

Трагедия нарастала. Попытки исправить её наткнулись на неудачу. Точнее на временный успех. И совсем не радовали Пинки Пай, которую происходящее только веселило. А потом Спайк изрыгнул из зелёного пламени перемещения свиток, Твайлайт открыла его, вчиталась в него и тут же воскликнула.

— Ах, собираемся девочки, — напряжённо произнесла она. — Принцесса Дискорд срочно желает нас видеть в Кантерлоте.

Тем временем в Кантерлоте принцесса Дискорд не находила себе места, ходя из стороны в сторону. С каждой секундой ситуация ухудшалась. Неведомый противник использовал очень могущественную магию, погружая мир в свет. В свет и радость. Принцесса Дискорд нервничала, пытаясь найти выход из ситуации. Задумчиво почёсывая пятидесятый подбородок, она всё поняла.

— Мне надо меньше жрать тортики!

Именно этот момент носительницы элементов гармонии выбрали, чтобы ворваться в тронный зал. Принцесса Дискорд испуганно икнула, глядя на забежавших к ней кобылок. Недолго ей осталось быть столь беспечной.

— Принцесса Дискорд, мы уже здесь!

— Благодарю Спаркл, благодарю вас всех, — хрипло произнесла принцесса Дискорд.

— Это из-за погоды? Из-за странного поведения животных? Что здесь происходит? Почему моя магия не работает? — сразу же с порога Твайлайт завалила вопросами Дискорд. Принцесса Дискорд с трудом сохранила своё величие.

— Следуйте за мной, — хмуро произнесла Дискорд, остановив расспросы лапой. Повелительница величественно развернулась и пошла вдоль витражного зала. — Я вас позвала сюда вас по очень важному делу. Судя по всему, мой старый враг, которому я нанесла поражение много лет назад, вернулся. Её, зовут, Селестия!

Флаттершай в ужасе отпрянула от изображения на витраже показывающего чудовищного мутанта. Пони не только с крыльями, но и рогом. Длинные болезненно выглядящие худые тонкие ноги, болотных оттенков бледная грива, фиолетовые словно ночь глаза. И вытянутая мордочка смотрящая на присутствующих слишком величественно, подавляющее. Тем временем Дискорд продолжила рассказывать.

— Селестия это коварный дух раздора и троллинга. До того как мы с сестрой бросили ей вызов, она правила Эквестрией, неся пони боль и страдания. Мы видели, какой ужасной была жизнь пони, пегасов и единорогов. Поэтому, открыв элементы гармонии мы объединили наши усилия, восстали против злодея и посадили её на каменный трон!

— Отлично, принцесса! — воскликнула Рейнбоу.

— Я думала, что заклинание запрёт её навечно, но после того, как наша с Луной связь с элементами гармонии пропала, оно начало трескаться и в конце концов разрушилось.

— Связь разрушилась? — переспросила Твайлайт. Тем временем принцесса Дискорд привела их в свою спальню.

— Это моя кровать. Именно под ней хранятся элементы гармонии с тех пор, как вы их вернули. Я хочу, чтобы вы вновь объединили элементы гармонии и помешали Селестии ввергнуть эквестрию в пучины би.

— Би?

— Не говори о би. Это ужасное место искажающее разумных, превращая их в тех, кто может смеяться над отвратительными вещами и творить ужасные вещи.

— Почему мы? — спросила Твайлайт.

— Ух ты! — воскликнула Пинки, глядя на картину, где были изображены шесть пони. — Мы знамениты!

— Вы шестеро показали всю силу элементов, победив могущественного противника с помощью магии вашей дружбы. Несмотря на то, что мы с сестрой когда-то владели элементами гармонии, именно вы контролируете их силу! Именно вы должны нанести поражение Селестии!

— Принцесса Дискорд, на... — что хотела сказать Твайлайт, я так и не узнала. Её прервала Пинки.

— Подождите! Весь этот беспорядок начался с шоколадного дождя! Шоколадного дождя! — нависла на единорожной Пинки. Праздничной пони было только в радость происходящее.

— Не слушайте её принцесса, ваше поручение большая честь для нас! — тут же подскочила к Дискорду Твайлайт.

Та зашарилась под кроватью и достала оттуда красивую шкатулку. Рарити ахнула в восхищении, увидев её.

— Ах! — восхитилась Рарити, увидев шкатулку. — Вы можете забрать элементы, я заберу шкатулку!

— Не бойтесь пони, я более чем уверен, так почему я говорил о себе в женском роде? Эмх, а плевать.. , не бойтесь пони мои, вы сможете одолеть Селестию используя это, — шкатулка раскрылась но в ней было пусто. Искреннее изумление охватило всех присутствующих. Шкатулка упала на пол, а Дискорд и пони смотрели на неё в ступоре.

— Что ж, — прервали тишину Пинки. — Если я вам понадоблюсь, ищите меня в шоколадной луже с огромной соломинкой.

— Элементы! Они исчезли! — Твайлайт... Ну почему ты говоришь нечто столь очевидное?

Дискорд вновь начал нервно ходить из стороны в сторону.

— Моя кровать, к ней никто не имел доступ кроме меня. Место под моей кроватью это самое секретное место в мире. Непонятно, как...

Легкий смех раздался из моей груди. Я неспешно явилась в лучах солнца.

— Не понимаешь, что происходит, Дискорд? Каким образом я нашла элементы гармонии и присвоила их себе? — я сделала шаг и встала рядом с Дискордом. Тот продолжал смотреть на точку, где я появилась, и только через краткий миг осознал, что я переместилась и нахожусь рядом с ним. В глубине его глаз отразился испуг. — Давно не виделись, Дискорд. Ты скучал по мне? Я да, скучала. Было жестоко с твоей стороны посадить меня на каменный трон и обмотать БДСМ лентами, а ещё более жестоко, лишить меня чая. Жаль, что тебе неведомо подобное, ведь в отличие от тебя я не творю подобное столь продолжительное время.

— Достаточно, — Дискорд взмахнул когтями и прорезал остаточный образ после моего перемещения. — Что ты сделала с Элементами Гармонии? Отвечай!

— Ничего ужасного. Просто позаимствовала ненадолго, — усмехнулась я.

— Для тебя всё это обернётся плохо, Селестия, — нахмурился Дискорд.

— Ох, совсем забыла, каким жестоким существом ты являешься, Дискорд.. Впрочем, сейчас ты не сможешь мне сделать ничего, кроме угроз. Скука.

Моё пренебрежительное отношение к принцессе Дискорд не могли не отметить.

— Эй, — возмутилась Рейнбоу. — Ты не можешь оскорблять нашу принцессу! — и тут же напала на меня.

Рейнбоу стремительной радужной молнией влетела в меня передними копытами. Я взмахнула крылом, впечатывая пегаску в пол одним ударом. В тот миг, когда она попыталась меня ударить, я успела ударить её в спину, появившись прямо над ней. Слишком медленная.

— Рейнбоу Дэш, Элемент верности.

— Да! И я всегда буду верна принцессе! — зло произнесла Рейнбоу, перекатываясь в сторону и пытаясь отдышаться.

— Правда? Увидим, — усмехнулась я.

— Я не верю, что мы тратим время, общаясь со столь ужасным мутантом! — возмутилась белая единорожка.

— Красавица Рарити, — появилась я за её спиной во вспышке света. — Элемент щедрости.

— Ну и что, что ты в курсе, кто мы? — спросила Эплджек.

— О, я знаю куда больше, честная Эпплджек, — хмыкнула я.

— Значит ты знаешь и нашу силу? — спросила Твайлайт.

— Да, Спаркл, могущественный и неуловимый элемент, магия, Флаттершай доброта, а Пинки мой самый любимый элемент, веселье, смех, — рассмеялась я, вставая на голову Твайлайт как на витраже, так и на настоящей Твайлайт. Пинки рассмеялась вместе со мной.

— Говори без увёрток, Селестия, что ты сделала с элементами гармонии? — спросил у меня Дискорд.

— Скука. Мне скучно, Дискорд. Почему бы вам самим не понять? Хорошо, я расскажу, но только по-своему, — вспышка света и я отказываюсь рядом с Дискордом. — Чтобы все элементы вернуть, надо понять изменения суть, повороты, изгибы, повсюду, насквозь, найдёшь элементы, где всё началось.

Вспышка света и я исчезла. После чего проследила за элементами гармонии. И конечно же они попёрлись в дворцовый лабиринт. Встали перед ним и восхищались тем, насколько он огромен. А куда они могли пойти? У них перед глазами, прямо из дворца Дискорда был виден лабиринт, который подпадал под один из вариантов ответа. Что с них взять? Они пони.

— Ох, мы должны туда зайти? — спросила Флаттершай. Я сконцентрировалась.

— Нет, Селестия совсем забыла про мои... — Рейнбоу Дэш попыталась взлететь. Но куда она взлетит без моего на то желания. — Мои крылья? Где они?

— Мой рог? Твой Рог! — хором воскликнули Твайлайт и Рарити и завизжали в ужасе.

— Вы и правда думали, что я за вами не слежу? — спросила я.

— Верни наши крылья и рога! — потребовала Твайлайт, вернув самообладание, твёрдо и серьёзно указав на меня копытом.

— Я их забрала, чтобы не было обмана, — ответила я. — Вы их получите, когда это будет необходимо. Первое правило нашей игры это не летать и никакой магии. Второе правило, участвуют все пони, иначе я побеждаю. Удачи вам.

Стоило им только зайти в лабиринт, как я разделила их стенами из живой изгороди. Они разбежались по сторонам, ещё не зная, что лабиринт полностью подчиняется мне и здесь нет элементов гармонии, кроме них самих. Разделив их, я собиралась разобраться с ними по очереди, одна за другой.

— Привет, Эплджек, — улыбнулась я.

— Селестия! — яростно воскликнула оранжева земная пони в ковбойской шляпе.

— Ты знаешь, зачем я пришла.

— И зачем же? — спросила Эплджек, припав на передние ноги.

— Заставить тебя отказаться от правды. И твоя задача бороться с этим. Бороться за правду всеми силами. Если ты начнёшь лгать, то элемент гармонии связанный с тобой не сможет работать. Это правда.

— Ты права, я никогда не буду лгать, — ответила Эплджек и приготовилась к бою. Она нагнулась и начала рыть землю копытом.

— Значит ты легко сумеешь принять всю ту правду, что я на тебя вывалю и не откажешься от неё? — спросила я. — Легко выиграешь в моей игре? Только после того, как ты сможешь принять всю правду, я признаю поражение и позволю тебе продолжить путь.

— Легко! Я легко выиграю твоё испытание! (Победа).

— Хорошо, итак, правда номер один. Твайлайт ненавидит тебя, — правда легко сорвалась с моих губ.

— Что? Это неправда! — возмутилась Эплджек.

— Правда, и ты это чувствуешь. Признайся, ты всегда чувствовала ненависть Твайлайт к себе, — я усмехнулась.

— Хорошо, но она сдерживает свою ненависть, — ответила Эплджек. — Она хочет дружить со мной, не смотря на свою ненависть в глубине души. И я не откажусь от своей подруги...

— Даже если она издевалась над тобой, а потом подлечила и стёрла тебе память, чтобы не рушить дружбу с тобой? — спросила я.

— Что? Твайлайт издевалась надо мной? И стёрла мне память? Ааргх! Хорошо! Я принимаю эту правду. Потом я серьёзно поговорю с Твайлайт, но приму правду как есть. К тому же я чувствую себя хорошо, значит она не сильно издевалась надо мной, раз смогла меня вылечить.

— Но не только Твайлайт скрывает свою тёмную сторону. Что ты скажешь насчёт Флаттершай? Самой лживой и жестокой кобылке среди твоих подруг? — спросила я.

— Я не слушаю тебя. Что бы ни сделала Флаттершай, я приму её такой, какая она есть. Тебе ни за что не разрушить нашу дружбу, — в голосе Эплджек я чувствовала слёзы. Видимо, осознание действий Твайлайт серьёзно подкосило её психику.

— Однажды Флаттершай убила Вайнону, та Вайнона, что ты знаешь, это лишь точная копия оригинала, который она заказала у Дискорда. Принцесса Дискорд внимательно присматривала за Флаттершай и прикрывала эту пегаску, когда она срывалась и её поглощала ненависть. Благо Флаттершай всегда могла отправиться в вечнодикий лес, где могла выплеснуть свою ненависть на древесных волках и прочих опасных хищниках. Но однажды не повезло и пострадала Вайнона. Как тебе такая правда, принимаешь ли ты её?

— Я принимаю! Я ни за что не сдамся!

— Хорошо, молодец. Обычно пони легко переносят жестокость по отношению к другим пони, но не к питомцам, к собакам, кошкам, братьям меньшим. Жестокость к тем, что не могут ничто противопоставить пони. Но ты легко вынесла новость о том, насколько медленно и методично Флаттершай убивала Вайнону.

— Ох, яблоки...

— Косточка за косточкой, под приглушённое облаком скуление и крики...

— Замолчи! — накинулась на меня Эплджек.

— Воу, прости, я не хотела, — улыбнулась я, отойдя в сторону. — В любом случае вижу, ты приняла и такую правду. Ты и правда отличный хранитель правды. Той, которой, никогда не было.

— Я тебя не слушаю! — яростно крикнула.

— То есть ты отрекается от правды? — удивлённо спросила я. Слова единым потоком лились из меня, выбирая самые болезненные точки в разуме Эплджек.

— Нет!

— Тогда тебе стоит знать. Правды не существует. Ты ведь знаешь, там в глубине души, что каждый пони видит мир по своему и никогда не способен увидеть его таким, какой он есть. Более того, каждый, абсолютно каждый пони лжёт в разговоре каждые десять секунд. Потому что правда неприятна и может обидеть. Допустим, скажи я собеседнику всё, что я о нём думаю, кому будет от этого легче? Я считаю большинство пони идиотами. Это правда. Себя я тоже считаю идиоткой. Но скажи кому-нибудь что он идиот, он будет это отрицать. Редко кто согласится с тем, что их знания о мире ограничены, а их видение мира может быть неверным. Пони и прочие разумные невероятно токсичны в общении. Особенно токсичны в общении те, кто не принимают в свой адрес токсичность, общаясь в узком кругу разумных, делящих с ним одни взгляды, производя социальное окукливание. Более того, разумные любят искать токсичность там, где его нет. И это правильно, живые существа не любят боль и избегают её любыми способами. Это основа выживания. Правды в том виде, каком её представляют разумные, не существует.

Я вытянула копыто вперёд, в сторону ошарашенно глядящей на меня Эплджек. Это было прекрасно. Я установила с ней эмоциональную связь.

— С самого рождения мира в этом мире не существовало ни правды, ни лжи. Есть лишь жестокая реальность. Однако... Все живые существа принимают для себя только удобные им факты за истину. Они не могут жить по-другому. Однако для слабых существ, живущих в этом мире, составляющих большую его часть, неугодные им факты и есть истина. Скажи, мне Эплджек, как ты можешь называться элементом того, чего нет и никогда не существовала? Ты вообще уверена в том, что твоя сила происходит из тебя, а не из артефакта, которые создаёт представление о том, чего нет? Ответь мне, Эплджек, как ты можешь верить, в то, в чём ты постоянно сомневаешься? Более того, скажи, уверена ли ты в том, что являешься ли ты истинным элементом правды? Ты ведь никогда не считала себя достойной подобной мощи. Прощай Эпплджек. Ищи своих подруг и храни... — я сделала паузу. — Свою правду.

Следующей моей целью была Пинки. Я просто встретила её в саду, сидя в кресле в окружении шариков с улыбками. Та радостно скакала в мою сторону.

— Что ты делаешь? — спросила я.

— Что, в смысле? Я... Это... Ищу подруг! — радостно ответила Пинки. — Чтобы противостоять тебе!

— Не строй из себя идиотку. Ответь мне, что ты сейчас творишь? — зло спросила я. — Как ты можешь улыбаться?

Я покажу Пинки, что мир не самое радостное место чтобы улыбаться. Как она вообще может улыбаться, когда пони страдают? Когда где-то умирает разумный? Этот мир не приветствует таких как Пинки. В нём слишком много страданий. Только представьте, вы хороните родственника, или у вас случилось горе, а какой-то мудак говорит вам улыбнуться. Вы не представляете, как это выбешивает. Хиханьки и хаханьки, она должна прекратить это, чтобы никого не оскорблять своей улыбкой, своим счастьем.

Вы согласны со мной?

## Йогурт 2

Твайлайт глядела в никуда, пытаясь понять, как всё к этому пришло. Она моргнула. Снова моргнула и опустила голову на стол, после чего устало обратилась к подругам.

— Итак, Селестия с вами просто поговорила? — спросила она. — Не повлияла гипнозом, не изменила память, а просто поговорила?

— Иногда слово может ранить больнее иглы, сахарок, — хмуро произнесла Эпплджек. — Честно говоря, она несла тот ещё бред, но почему-то после этого я ощущаю себя иначе.

— Так и есть, — кивнула Флаттершай. — Она просто рассказывала те вещи, которые нас волновали, но...

— На которые мы до этого момента старались не обращать внимание, — завершила Рарити, грустно глядя в окно. — Она просто что-то толкнула в нашей душе, и хотя мы старались не вслушиваться в её слова, но мы всё равно не можем использовать Элементы.

— Селестия всегда славилась своим острым языком и навыками дипломатии, — задумчиво произнесла принцесса Дискорд. — Она сделала вас обычными пони, а не хранителями элементов. Она повлияла не на вас, но на ваше подсознание. Да, она несла чушь, но эта чушь задела в вас глубокие струны в сердце вашей души.

— Селестия заставила нас усомнится в своих элементах Гармонии, — произнесла Твайлайт.

— Надеюсь, это можно исправить? — вяло поинтересовалась Рейнбоу. — Дискорд, ты ведь можешь стереть мне память? Загипнотизировать?

— Боюсь, это не сработает, ваш процесс мышления был необратимо изменён, а гипноз, тем более стирание памяти, лишь усугубит ситуацию, — ответил Дискорд. — Но я могу показать вам истории из других миров, которые помогут вам познать лучше суть вашего элемента гармонии. Открыть его заново.

— Хорошо, я готова, — заявила Пинки, натужно улыбаясь.

— Итак, для нас пройдёт миг, а для тебя пройдёт много времени, — Дискорд щёлкнул пальцами. — Надевай этот шлем.

— Хорошо, — кивнула Пинки.

Твайлайт посмотрела на Пинки, ожидая результата. Пинки несколько минут сидела со шлемом на голове, прикрыв глаза. И вот шлем пискнул, улыбка исчезла с лица Пинки, а из под век потекли слёзы. Пинки Пай плакала.

— Дискорд, вы уверены, что Пинки познала элемент Смеха заново? Она плачет, — Пинки и правда плакала с закрытыми глазами. Твайлайт попыталась понять, какая такая история заставила Пинки познать смех и плакать, но у неё не получалось.

— Ох, ты не представляешь, Твайлайт, но я всё поняла, — всё также натужно улыбаясь, произнесла Пинки. — В других мирах существуют другие Пинки Пай, более того, существуют другие элементы Смеха. И они умирали с улыбкой, чтобы хотя бы капельку сделать мир счастливее.

Пинки поникла и заплакала.

— А теперь Рейнбоу Дэш, — произнёс Дискорд, создав новый шлем.

Рейнбоу надела шлем и долго под ним находилась под встревоженный взгляд своих подруг. Пинки продолжала плакать и натужно улыбаться. Твайлайт встала и начала нервно гарцевать из стороны в сторону. Наконец-то Рейнбоу сняла шлем, после чего зло усмехнулась и произнесла:

— Гидра Доминатус. Благодарю, Дискорд, я поняла, как сохранять верность, несмотря на предательство, — Рейнбоу сменила злую улыбку на более милую, но она так улыбалась, глядя на Твайлайт, словно хотела ей воткнуть нож в спину. — Не беспокойся Твайлайт, ты всегда можешь положиться на меня.

— Принцесса Дискорд, вы уверены, что это именно то, что нужно моим подругам? — нервно спросила Твайлайт.

— Можешь попробовать надеть шлем сама, — ответил Дискорд, создавая новый шлем. — Держи.

Твайлайт подхватила шлем, подозрительно посмотрела на Дискорда, после чего натянула шлем, предварительно накинув на себя заклинание. Она долгое время находилось под ним, сняла его, бессмысленным взглядом глядя в никуда. Над её головой появилась полоса загрузки. Она моргнула, посмотрела на своих подруг.

— Ебать, — первое, что она произнесла. — Это реально мозговынос прочищающий мозги от слов Селестии.

Остальные пони надели шлем, и каждый вынес из увиденного что-то своё. Флаттершай, Рэрити, Эпплджек, каждая из них с решительным видом сняли шлемы, готовясь сразить меня элементами гармонии. Я умильно улыбнулась. Какие же они все наивные.

— Вы и правда думали, что я просто так расслаблюсь после своей победы и позволю вам атаковать меня элементами гармонии? — холодно спросила я, проткнув копытом грудь Дискорда.

— Дискорд! Нет! — всхлипнула Флаттершай, метнувшись к упавшему телу.

Пони в ужасе взирали на меня. Вспышка магии и элементы гармонии у меня. Вспышка магии, и оказывается я стою посреди чистого поля, а передо мной лежат две надувные куклы изображающие Дискорда и Флаттершай. Настоящие пони и Дискорд стоят чуть дальше, спереди меня, уже активировав элементы гармонии. Дискорд обманул меня.

— Девочки, вы знаете, что делать, — грустно произнёс Дискорд. — Йогурт отравил разум Селестии, Йогурт перевернул всё с ног на голову.

В меня ударил поток магии, который я легко блокировала копытом. Они и вправду думали, что могут меня так легко одолеть, я изучала элементы гармонии... Я... Точно! Я принцесса Селестия! Ебать копать! Чо за хуйня происходит?

— Грёбаный йогурт, — прошипела я, поглощая магию элементов гармонии.

— Она вернула свою память, — пафосно произнёс Дискорд, глядя на мир безумными глазами. Нет, он и так был безумен, но сейчас стоял в бежевом халате, сложив руки в рукава, словно монах, и смотрел перед собой очень удивлёнными глазами. С его губ разносились монотонные буквы. — Учёные решили поэкспериментировать с едой ради создания нового фильма, в котором Селестия должна была изображать монстра пожирающего цивилизацию состоящую из сладостей, сладких существ, печенек, тортиков, плюшек, вафелек, конфеток, леденцов, жвачек, и прочих кондитерских изделий. Это был государственный заказ, Селестия любила снимать странные фильмы с собой в главной роли. Учёные не хотели разочаровывать правителя, а потому приложили все усилия, чтобы создать наиболее реалистичные сладкие декорации. Они подумали и поняли, что нет ничего лучшего, чем реальность и решили создать не подделку, а настоящую цивилизацию разумных существ из сладостей и начали с йогурта. Учёные взяли наиболее удачные образцы прошлых опытов в этом направлении и вложили их ген бактерии для ферментации йогурта. Первые испытания оказались неудачными. Одна из сотрудниц взяла бактерии домой, чтобы сделать домашний йогурт. Ночью оно обрело разум, а утром затребовало аудиенцию с правительством. Селестия радушно приняла предложение Йогурта о встрече, выделила время из своего плотного графика между ничегонеделанием и игрой в новую компьютерную игру, после чего встретилась в закрытом кабинете. Селестия и Йогурт не сошлись во мнении, и Селестия решила уничтожить Йогурт, пока тот не уничтожил Селестию. Завязалась схватка, в результате которой Селестия выпила всю чашку с Йогуртом и сыто рыгнула. А потом Йогурт захватил Селестию и начал творить Хаос...

— Ой не пизди, ты тоже лапу приложил к этому, — прошипела я, массируя виски. — Иначе с чего бы Йогурту обретать сверхразум?

— Я... Я имею два набора воспоминаний, — ошеломлённо произнесла Твайлайт. — И почему Дискорд в качестве учителя мне кажется лучше, чем Селестия?

— Потому что это именно принцесса Селестия, набухавшись йогуртом, освободила меня из статуи и вместе со Старлайт устроила Изанаги, кота Шрёдингера на всю реальность, создав суперпозицию из двух вероятностей, которая разрешилась совмещением двух веток времени, — всё также безумно глядя в никуда сообщил Дискорд.

— Всем стоять! Не двигаться! — завопила Рейнбоу, отчаянно оглядываясь по сторонам. — Я потеряла логику происходящего!

— О, ну это просто, Дэши, — радостно ответила Пинки. — Дискорд испортил Йогурт, тот прокис, забродил, проспиртовался, родил сверхразум, Селестия выпила его и опьянела, после чего позвала Старлайт и вместе с ней отправилась к статуе Дискорда, освобождать его, чтобы у них был третий собутыльник и непременно галантный кавалер. Потом она с Дискордом поспорила, что она будет более крутым злодеем, нежели он, и с помощью Старлайт создали две реальности, одна где Дискорд освобождается из статуи и сеет хаос, а другая, где на месте Дискорда Селестия. Во время использования элементов гармонии произошло склеивание двух реальностей в одну. И это надо отпраздновать!

— Погоди! — снова воскликнула Рейнбоу. — А где мастер ветка?

— Мастер ветка? — недоумённо спросила Твайлайт. Рейнбоу тут же начала разъяснять.

— Была мастер ветка времени, где Дискорд выбрался из статуи усилиями Селестии, они сделали два ответвления, в одном Дискорд сам освободился из статуи, в другом Селестия злодей и уже она сама освободилась из статуи. Эти две ветки слили в одну с помощью Элементов гармонии, которые матерились каждый раз, когда при слиянии решали множество конфликтов между разными реальностями, отчего получилась четвёртая, наша реальность, в которой мы сейчас находимся. Но ведь была изначальная, где она?

## Высшее общество

Я моргнула, потом снова моргнула. Я смотрела на белую единорожку с фиолетовой гривой и пыталась не скривиться в отвращении. На что готова иногда пойти Рарити, чтобы соответствовать её неведомым идеалам? Лично у меня идеал был один, Старлайт Глиссер, нет пони более величественнее, нежели она. Ну и Трикси Луламун.

— Нет, правда, вы так добры! — восхищённо произнесла Рарити, глядя прямо мне в глаза.

— В этом нет ничего удивительного, — холодно произнесла я.

— Нет, это не так! Даже не знаю, как вас благодарить, — ответила Рэрити и принялась целовать мои накопытники.

— Спасибо! *чмок* Спасибо! *чмок* — какой же это блять кринж.

— Не стоит благодарностей, — я постарался отойти.

— Ваш багаж, мадмуазель, — обратился к нам разносчик вещей, спасая меня от кринжа. Хотя нет, разносчик вещей тот ещё кринж. Нахрена этот рыжегривый пацан нагрузил на себя все вещи сразу?

— Располагайся, скоро к тебе подойдёт Солар Флёр, чтобы скрасить твоё одиночество, — не теряя лица произнёс я, тут же телепортируясь. — Пришло твоё время, Солар Флёр, вынеси мозг этой сучке так, как она выносила тебе!

Я вновь телепортировалась к Рарити, сменив внешность. Я была красивой единорожкой с огненной гривой. Я улыбнулась, огляделась, неспешно подошла к Рарити. Та повернулась ко мне и улыбнулась, слегка поклонившись.

— Приветствую вас, я Рарити, рада с вами познакомиться... — я прервала её речь.

— Итак, мы познакомились. Идём, перекусим. Но сначала, Рарити, правило номер один, ты говоришь со мной только тогда, когда я обращаюсь к тебе. Только, когда я тебя прошу ответить на мой вопрос. Понятно?

— Эм...

— Ты поняла?

— Э... Да...

Уже через десять минут мы находились в уличном кафе и ели суп. Опал пила молоко из тарелки, тут была и такая услуга. Я же со скучающим взглядом смотрела на снобов шатающихся по улице Кантерлота. Большинство из них были бесполезными прожигателями жизни не достойными моего внимания.

— Опал, а знаете, что мне нравится в Кантерлоте? Абсолютно всё! — радостно заявила Рарити. — Пусть я родилась в Понивилле, но в душе я пони из Кантерлота. Мы здесь, чтобы приобрести ткань для мастерской, но благодаря Спаркл меня поселили в замке, и я обязана сделать для подруги что-нибудь в знак моей признательности. Хм... О! Наряд к её дню рождения в эти выходные. Отлично. Тебе ведь нравится здесь, Опал?

К нам подошло двое бездельников.

— Простите за беспокойство, я Джет Сет, а это моя жена Аппер Краст. Мы увидели Вас в кафе, и нам захотелось узнать...

— ...Откуда это у Вас очаровательная шляпка? — они тренировались завершать друг за другом фразы?

— Это старьё? О, я просто...

— Эту вещь сшила она сама, — строго произнесла я

— Рарити! Эй, Рарити! Это я, Сид Тэрнип Трак. Мы познакомились в Понивилле прошлой осенью.

Сид Трак рассказал о том, что Рарити родом из Понивиля и эти бездельники быстро отстали от нас, оскорбив шляпу. Сам факт того, что Рарити родом из деревни обесценивал любую вещь в её образе. Они были из тех, что судили по происхождению.

— Ох... — грустно вздохнула Рарити.

— Сид Трак, — обратилась я к пони. — Не мог бы ты почистить все мои ковры в моём доме и снять видео, чтобы я потом залипала на него?

Нет ничего прекраснее, нежели смотреть, как работают другие. Думаю для моей сестры такое видео будет особо залипательным. Надо ещё сделать видео о том как работают почтальоны, а также видео гонок на скейтах с горы. Ну и полёты пони с горы на планерах. В общем, чистка ковров самая крутая вещь, на которую можно смотреть часами.

— О, Солар, приветствую вас! Я буду рад помочь вам, но только после того, как завершу текущую работу, до встречи! — работяга тут же исчез, продолжив мыть что-то там.

Мы вернулись с Рарити домой, где она решилась сделать наряд достойный Кантерлота. А потом она понеслась за тканями в магазин. Я пронаблюдала за знакомством Фэнси Пениса и Флёр Де Лис с Рарити. Стоило этому недоаристократу узнать, что Рарити дружит с Селестией, как он тут же пригласил её на соревнование Вондерболтов. Рарити вернувшись домой получилась немного и решилась всё же посетить гонки. Итак

Конец.