# Победа и поражение

Кайт Ши

Что, если бы злодеям дали победить без боя? Принесут ли их планы те плоды, которые они желали? Наверное нет, особенно если их советник — Твайлайт Спаркл.

Разрешение на перевод есть.

Работа на Фикбуке

## Найтмер Мун

Горожане с едва сдерживаемым предвкушением ждали, когда перед ними появится принцесса и поднимет солнце самого длинного дня в году. Неподалеку стояли Гвардейцы – как обычно, когда правительница страны появлялась на публике. Но даже они скорее ждали праздника, чем чего-то на самом деле охраняли.

Защищать богиню было достаточно просто, да и вряд ли кто-то в городке вроде Понивилля учинил бы какую-нибудь неприятность и похоронил, наверное, их единственный шанс увидеть принцессу вблизи, во плоти. Их присутствие было чисто номинальным, и большая часть их сослуживцев следила за празднествами в Кантерлоте и иных важных городах.

Единственная, на чьем лице не было восхищения, предвкушения или трепета, пока мэр читала свою речь, была Твайлайт Спаркл, личная ученица Принцессы Солнца. Она недавно была расстроена тем, что ее наставница отмела ее озабоченность предстоящим возвращением одной из самых пугающих фигур в истории страны, но поняла, в чем дело, перечитав свои заметки и применив немного дедуктивного мышления. Селестия возложила на нее все свои надежды, и Твайлайт была намерена доказать, что та не ошибалась. Она пристально смотрела на балкон, готовясь сделать то, что нужно будет сделать. Принцесса Селестия будет ей гордиться.

В момент, когда принцесса должна была появиться, занавес на балконе раздвинулся, явив… ничего. Птицы перестали петь, а пони начали переговариваться между собой, гадая, что же произошло. Мэр пыталась успокоить публику и справлялась секунду или две, пока Рарити не решила озвучить очевидное:

— Она пропала!

Вся толпа ахнула в шоке… словно до сих пор не поняли, что принцесса не выходит к ним потому, что ее там нет. Коэффициент умственного развития понивилльцев, как его оценила Твайлайт, упал в ее глазах еще на десять пунктов и был уже ниже среднего. Отличная работа, Рарити. Ты замечательно всех успокоила.

Твайлайт на мгновенье отвлеклась, чтобы использовать свою магию и начать менять некоторые украшения. Она убедила Рарити спешно перед праздником сделать другие. И хоть модельерша не лучшим образом удержала публику от паники, со знаменами и декорациями она справилась очень хорошо.

Зал после второго удивленного вздоха снова замолчал – балкон начал заполняться густым темно-синим туманом, в котором мерцали звезды. Огни были задуты резким порывом холодного ветра и туман собрался в плотную вьющуюся массу. В ней вспыхнула искра могучей магии и туман был сдут, явив угольно-черного аликорна на том месте, где должна была стоять принцесса Селестия.

Она была царственна не менее, чем Селестия, хотя ее грива напоминала ночное небо, а в бирюзовых глазах скрывался хищно-узкий вертикальный зрачок. Серебряная броня укрывала ее грудь и голову, а от голоса по спинам пони бежали мурашки. Найтмер Мун вернулась.

— О, мои любимые пони! Давно я вас не видела, мои дорогие. Как поживаете, любители Солнца? – яд прямо сочился из ее слов, и было несложно представить это ужасающее создание убивающим пони, рискнувших ей возразить. Естественно, Рейнбоу Дэш не замедлила высказаться.

— Что ты сделала с нашей принцессой? – крикнула она. Пегаска рванулась бы к балкону, не поймай ее за хвост Эпплджек. В глазах Твайлайт ферма «Сладкое Яблочко» получила несколько очков.

В ответ на этот порыв Найтмер Мун расхохоталась – издевательски, без капли радости или веселья.

— Что? – спросила она. — Я для вас недостаточно хороша? Вы меня не узнаёте?

По крайней мере, она еще нипони не убила, и сейчас – шанс для меня ничуть не хуже иного. Твайлайт выпустила разряд магии, приводя в действие свои заготовки, и надеялась, что это остановит всех прочих от глупостей. Фонари засияли и ярко осветили зал, являя изменения, которые Твайлайт проделала незаметно для остальных.

Знамена теперь несли не солнце, а луну, а там, где должен был быть белый аликорн Селестии – красовался черный. В цветовой схеме зала доминировали синий и фиолетовый, а на балконе, где стояла Найтмер, оказался прикреплен жемчужный полумесяц. Но более всего Найтмер Мун поразил веселый приветственный плакат в фиолетовых тонах, украшенный россыпью белых звездочек.

Твайлайт же телепортировалась на балкон и низко поклонилась.

— Конечно, я знаю, кто вы – вторая принцесса Эквестрии, вернувшаяся спустя тысячу лет. Добро пожаловать, Ваше Королевское Высочество.

Ответом была такая тишина, что можно было услышать, как падает игла. Затем хор голосов воскликнул «Чего?», а Найтмер Мун очень удивленно повернулась к Твайлайт.

— …Да, да, это я. Я, вообще, ожидала, что нипони об этом не будет знать. Я подготовила небольшую речь, обвиняющую мою сестру в сокрытии истины из чувства вины, на самом деле, — летящая грива охватила подбородок Твайлайт и подняла ее голову вверх. Кобылы смотрели друг другу в лицо. – А кто же ты, моя подданная?

— Я личная ученица вашей сестры, выбранная ею служить вам советником и помощником при вашем возвращении, — ответила та.

С тем же успехом Твайлайт могла ударить Найтмер по лицу – так быстро она отшатнулась. Ее рот открылся и закрылся несколько раз, пока она пыталась найти слова, чтобы ответить. За все годы практикования речей и подготовки к реакции на ее возвращение представить ситуацию, в которой оказалась сейчас, Найтмер не могла. По крайней мере, не всерьез. Наконец она смогла выдавить красноречивое:

— Что, как?

Твайлайт ответила на этот вопрос ослепительной улыбкой, довольная тем, что может высказать свои рассуждения и наблюдения. Она заранее подготовила небольшую презентацию о себе и выудила бумажку с со списком, выведенным аккуратной рогописью. Где-то в толпе застонал и достал беруши маленький дракон. Он все это уже слышал – пятнадцать раз – и не желал выслушивать в шестнадцатый.

— Принцесса Селестия давно знала о вашем неизбежном возвращении, но, естественно, не могла простить себя за ваше изгнание. Она, наверное, винит себя за то, что не обращала внимания на вашу печаль и депрессию, пока не стало слишком поздно, и потому искала способ компенсировать вам это. Она сделала практически все, что могла, чтобы вы могли вернуться в Эквестрию, где ваше правление будет принято, за исключением превращения в празднование дня Летнего Солнцестояния торжества приближения на год вашего возвращения.

— Во-первых, она не оставила практически никаких подробностей о вашем изгнании, за исключением того, что это произошло и у нее не было иного выбора при угрозе вечной ночью. «Найтмер Мун» встречается в фольклоре как пугающая личность, но ничего из этого в художественную литературу не допускалось, а в исторических документах вы описываетесь исключительно как лицо, заслуживающее сочувствия.

— Если бы Селестия желала остановить вас от обретения власти, то можно было бы ожидать присутствия небольшой армии, готовой биться с вами, с ней во главе. Как минимум это была бы команда опытных единорогов, которые бы поддержали ее в бою. Однако же она разослала почти всю Королевскую Гвардию в другие города помогать с празднованиями, взяв с собой только четырех пегасов сюда, где вы скорее всего в первый раз появились бы на публике. В конце концов, здесь должна была появиться она сама.

— Теперь переходим ко мне. Хоть я и не склонна хвастать своим могуществом, я личная ученица вашей сестры. Она говорила, что у меня, возможно, больше чистой силы и таланта, чем у любого другого единорога, каких она встречала ранее. Если бы она готовила меня к битве с вами, то пыталась бы обучать, в основном, боевой магии и военной тактике, и сделала бы все, чтобы я оказалась потенциальной угрозой для вас. Желаете ли вы знать, чему меня обучали вместо того?

Твайлайт воспользовалась этим вопросом, чтобы перевести дыхание, и посмотрела на Найтмер. Все еще немного ошеломленная, та кивком велела ей продолжать.

— Хорошо, — сделала Твайлайт еще две пометки в списке. – Я, конечно, обучена разного рода магическим теориям и практикам, но еще меня обучали государственному управлению и юриспруденции. Я присутствовала на судах, росла в окружении аристократии и политиков, и была обучена, чтобы быть экспертом-организатором. Я хорошо известна пони, что управляют Эквестрией, знаток истории, а с планировкой Королевской Библиотеки знакома лучше, чем иные пони знают собственный дом.

— Добавьте к этому мое близкое знакомство с ежедневным рабочим графиком и задачами Селестии, и единственным логичным выводом из указанных деталей будет то, что меня выращивали быть вам советником – Принцессе, которая отсутствовала тысячу лет и теперь нуждается в помощи понибудь, кто может помочь ей наверстать упущенное, попутно поддерживая страну на ходу.

Твайлайт отметила третий пункт в списке и пролевитировала себе стакан пунша промочить горло. Найтмер Мун, как и ожидалось, уже отошла от первоначального шока, и, казалось, была готова спрашивать. Следующим пунктом в списке был ответ на вопросы.

— Даже если это так, — спросила она. – Как ты можешь быть уверена, если моя дорогая сестра не делилась с тобой своими планами загодя?

Твайлайт улыбнулась, довольная тем, что сумела предугадать вопрос принцессы, и пометила пункт в списке.

— А разве она известна прямолинейностью в чем-либо? Я обнаружила свидетельства о вашем возвращении несколько дней назад и попыталась поговорить с принцессой Селестией о том, как к этому подготовиться. Очевидно, она знала о вашем скором возвращении – наверняка, все книги замка прочитаны ею несколько раз – но вместо того, чтобы велеть мне искать Элементы Гармонии для борьбы с вами, либо готовить какую-нибудь магическую ловушку, в которую вы должны были бы угодить, ослабнув от боя с ней… она повелела мне прибыть сюда и наблюдать за подготовкой к празднованию. Она активно не давала пони, вроде меня, пытаться подготовиться к битве с вами, и, сверх всего прочего, сказала, что моим главнейшим заданием, пока я буду тут, станет заведение себе друзей.

— Она явно говорила о вас – ее сестре, которая была в одиночестве тысячу лет. В одиночестве потому, что у нее не нашлось достаточно времени, чтобы быть вам сестрой и другом, когда вы нуждались в этом более всего.

Твайлайт сложила бумаги и посмотрела на Найтмер с теплой улыбкой на лице. Внизу многие пони утирали глаза, выслушав ее речь.

Настроение было разрушено Пинки, которая запрыгала с криком:

— Отлично, всепони, тут нужна ВЕЧЕРИНКА! Повторяйте за мной: «ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ»!

-Несколько часов спустя в Кантерлоте-

Найтмер Мун сидела на своем троне, который был принесен со склада, где Селестия его хранила, заказав еще пятьдесят лет назад. Он служил еще одним свидетельством правоты Твайлайт в том, что старшая правительница заранее готовилась к возвращению сестры.

Твайлайт разослала письма командирам отрядов Гвардии, отправленных следить за празднованиями в других местах страны, с уведомлением их о ситуации, а также заявлением, что луна была оставлена на небе дольше обычного в честь возвращения Принцессы Ночи. Если бы не присутствие военных в крупных городах могли начаться беспорядки, но, казалось, Селестия предусмотрела и это.

Твайлайт привела всех глав чиновников в замок знакомиться с их новой принцессой, и для Найтмер это оказалось кошмаром. Что за пони способны назвать своего сына «Волокитто»? По меньшей мере у одного чиновника была на метке вафля, а ведающая налогами кобыла могла бы сойти за вампони – с сочащимся кровью турнепсом-то на метке.

Когда она спросила Твайлайт, почему она не может просто выгнать самых явно коррумпированных пони, занимающих властные позиции, та ответила ей, что «искать честного пони, умелого в управлении – все равно, что разыскивать первое издание книги в безупречном состоянии: в конце концов окажется, что проще будет ее самой написать». Во власти были хорошие пони – Селестия добилась хотя бы этого – но, чтобы справиться с всей работой их не хватало.

А теперь Твайлайт объясняла ей, что она не может устроить вечную ночь, даже если является единовластным правителем страны.

— На день или два – это возможно, но если вы скоро не поднимете солнце, то перестанут расти растения, а страна замерзнет! Вы же не желаете править мертвой пустошью, не так ли? Она станет настолько же пустынной, как и поверхность Луны, — эта единорожка просто бесила ее тем, как часто оказывалась права, и она принесла с собой разного рода научные документы, подтверждающие, что вечная ночь невозможна. И это было нечестно.

— Ладно, — проворчала Найтмер, поникнув от поражения. – Я подниму солнце через час или около того. Но скажи, что я, хотя бы, могу издавать законы, какие захочу. Надеюсь, моя сестра не сделалась чисто номинальной главой?

— Пока вы принимаете во внимание определенные прецеденты в законотворчестве, — утвердительно кивнула Твайлайт. – Вы можете издать практически любую реформу или закон, какие пожелаете. Но принцесса Селестия обычно с ними не спешит и дает аристократии возможность проголосовать по любому закону, который она желает провести. От этого они счастливы, что удерживает их от объявления независимости своих земель, либо попыток покушения на ее жизнь.

Признав поражение и тут Найтмер склонила голову.

— Как сестра могла дойти до такого?

— Ну, — ответила Твайлайт. – С ростом страны она не могла править ей единолично, и без вас… ей потребовалась помощь. Ей приходилось иногда использовать, что имелось под копытом, и некоторые дозволенные ею вещи, которые тогда казались вполне невинными, вызывают больше всего проблем. Вроде дозволения наследовать дворянские титулы.

От этой мысли у Найтмер почему-то пробежали по спине мурашки.

— Ладно, — сказала Найтмер. – Скажи, что у меня запланировано на сегодня.

Она уже была не так рада возможности править, но все же она ждала этого веками. Даже если на пути оказались небольшие заминки, которых она не ожидала, все равно – наставал ее момент воссиять.

Твайлайт засветила свой рог и во вспышке магии появился здоровенный свиток. Единорожка позволила ему развернуться — и это чудовище растянулось от трона и почти до дверей. Глаза Найтмер слегка вышли из орбит.

— Во-первых, вам нужно появиться в разных частях страны, чтобы ответить на вопросы и убедить пони, что вы законная правительница, и что принцесса Селестия не исчезла без следа. Это, разумеется, после поднятия солнца, если вы не желаете иметь дело с убийцами. Чтобы справиться со всем в списке нам придется телепортироваться между городами – это поможет сэкономить время. После этого настанет час Дневного Двора, на котором вы встретитесь с аристократами, которые донесут до вас свои заботы, предложения по новым законам и так далее. Затем у вас будет два часа на прием прошений и разрешение диспутов, которые не могут быть улажены вне королевского двора. Я помогу вам с современными законами и старыми судебными решениями, которые могут понадобиться по любому вопросу, который может всплыть. А также вам будет назначен советник, вся работа которого заключается в том, чтобы помнить старые постановления и помогать вам с ними. Затем вам нужно будет изучить некоторые современные новшества и изменения в обществе. В идеале на это стоило бы потратить весь день, но вам все же нужно исполнять хотя бы минимальные обязанности, чтобы удержать всех от беспорядков – надеюсь, вы не против посидеть допоздна. Я разберусь со всеми документами сегодня, пока вы учитесь – я подобрала вам хороших наставников – но, чтобы это сработало, мне потребуется подписанный вами документ, дающий мне право выступать от вашего имени…

Найтмер не могла не перестать обращать внимание на голос единорожки. Твайлайт была благонамеренна и в будущем наверняка будет бесценна, но тысячу лет назад правление не было настолько сложным. Казалось, у нее не будет свободного времени ближайшие десять лет, но вскоре все определенно должно стать лучше.

-Два дня спустя, Кантерлот-

Ослепительный шар спустился с солнца и принял облик принцессы Селестии. Она открыла глаза и пред ней предстала несколько неожиданная картина. На балконе стояла ее младшая сестра все еще в образе Найтмер Мун, а рядом была Твайлайт Спаркл. Если опустошенное выражение на лице принцессы, ранее известной, как Луна, было показателем, то Твайлайт каким-то образом ее целиком и полностью победила, сломив волю и заставив согласиться на возвращение Селестии.

Найтмер Мун посмотрела на Селестию большими умоляющими глазами и попросила:

— Сестра, не могла бы ты, пожалуйста, вернуться на свое место? Я искренне извиняюсь за всю ту лишнюю работу, что пала на тебя из-за меня в последнюю тысячу лет, и осознаю, что никогда не смогу это искупить. Простишь ли ты свою глупую младшую сестру?

Селестия дважды быстро моргнула. Для нее это было все равно, что грянувшаяся о пол челюсть и выпученные, как в комиксах, глаза.

— Конечно, я прощаю тебя, сестра, — с облегчением улыбнулась она. – И буду рада видеть тебя рядом, как равную себе. Однако, что же, позволь поинтересоваться, случилось с планами править одной, пока я ближайшие тысячу лет сижу на солнце? Не то, чтобы меня беспокоила твоя перемена намерений, но все же, Луна?

Найтмер приподняла бровь.

— Как будто ты не догадываешься, — пробурчала она, раскрывая крылья в явном приглашении к объятиям.

Селестия быстро посмотрела на Твайлайт прежде, чем обнять сестру. Хорошо, что ее сестра вернулась, хоть она и не выглядела еще, как раньше. Ей придется привыкать быть более слабой из них двоих – Луна все еще была одержима темной магией, с помощью которой намеревалась покорить Эквестрию – но скорее всего уже скоро Луна будет использовать свое настоящее имя и прежний облик. В конце концов, раз она способна терпеть на ежедневной основе аристократию Эквестрии, то справится и с…

Ага, так вот что заставило ее передумать. Общаться с дворянами было не более приятно, чем пытаться дружить с грифонами.

Разорвав объятия, Найтмер чуть отвернулась, чтобы скрыть слезы в глазах.

— Я оставлю тебя наедине с ученицей, чтобы она поведала, чего ты пропустила… Селли. Она понадобится мне примерно через час, — с этими словами Найтмер слетела с балкона башни, на котором стояла, в сторону нижних частей замка.

Селестия повернулась к вернейшей ученице с выражением абсолютного удивления на лице.

— Как ты… Что с Элементами Гармонии? – наконец спросила она.

— Они? Ну, так было эффективнее, — улыбнулась единорожка наставнице.

Таким образом, Эквестрия обрела своих принцесс, а Твайлайт – неописуемую политическую власть, как советник Ее Королевского Величества принцессы Луны, помимо своей предыдущей позиции. Не стоит говорить, что она решила не переезжать в Понивилль, хотя и сохранила городскую библиотеку, как свою дополнительную резиденцию. В конце концов, у нее были хорошие причины считать, что Элементы Гармонии где-то поблизости – как и все прочее, что могло понадобиться для их использования. Прямо сейчас она в них не нуждалась, но быть готовой никогда не повредит. Кроме того, изучение магических артефактов Эквестрии было правом, дарованным ей Луной – единорожка знала, так как сама же это разрешение и подписала.

## Дискорд. Часть 1

Казалось, что древние культуры были одержимы излишне сложными и опасными ловушками. Предполагалось, что руины были местом передачи знаний – или, по крайней мере, так Твайлайт поняла из старых записей. Но она с трудом могла представить учеников, перебирающихся по узким мосткам над ямами с кольями по пути на урок. Может, часть здания, в которую она зашла, была закрытой от посторонних, и она понятия не имела, как обезвредить защиту. Тем не менее, сложность ловушек достигла совершенно абсурдного, по ее мнению, уровня.

Сокровищница была прямо перед ней, скрывая неисчислимые записи и важные исторические артефакты. Затем пол провалился и уронил ее в яму со змеями. Проклятыми змеями, которые должны были умереть от голода лет уже девятьсот тому назад. Но нет, змей еще было предостаточно, чтобы похоронить ее под своей массой. А вдобавок еще и подавляющее магию поле, которое не давало ей сделать ничего, кроме удерживания змей на расстоянии.

— Жду – не дождусь, Рейнбоу Дэш! – крикнула она подруге. – Неужто выключить этот дурацкий подавитель так сложно?

Сверху раздался громкий хруст и Твайлайт поморщилась, когда ее магия вернулась к полной мощи. Выключить не подразумевало «лягать, пока не сломается», но в данный момент она собиралась это партнеру простить.

Никакой скорости не было достаточно, чтобы оказаться подальше от змей, но телепортировавшись на край ямы Твайлайт решила, что от добра — добра не ищут. А «добро», к счастью включало достаточно материалов для исследований из этого Селестией забытого хранилища, чтобы хватило на год.

Пегаска парила рядом с останками того, что было украшенной тонкой резьбой кристальной сферой, ныне обращенной в осколки.

— Рада теперь, что взяла меня с собой, Твай? – спросила она, довольная до невозможности.

Единорожка с сожалением посмотрела на разбитый кристалл, гадая, сможет ли извлечь что-то из этого крошева. Рарити вполне смогла бы отключить эту штуковину, а не сломать, подумала она про себя. Но нет, мы ж не хотим пачкать шкурку ради моего «маленького проекта».

Честно говоря, она смогла притащить с собой Рейнбоу лишь подсадив на романы о Дэринг Ду. Гораздо более спортивная, чем волшебница, пегаска не раз оказывалась настоящим благословением, но единорожка не могла не пожаловаться на отсутствие тонкости, которое Дэш была склонна проявлять. После того, как поблагодарит за возможное спасение жизни. Дурацкие Элементы и их странные требования. Дружба – это сложно.

— Да, Рейнбоу, и спасибо. А теперь давай вскроем эту сокровищницу и уйдем. Не хочу уподобляться Рарити, но ванна мне нужна гораздо больше, чем я думала. Мой хвост, наверное, неделю коричневым будет, — парочка посмотрела на двери сокровищницы и ухмыльнулись, как жеребята. Это была единственная часть руин, которую Твайлайт действительно хотела сломать.

Твайлайт начала собирать магию, чтобы сорвать дверь с петель, но внезапно перед ней появилось облачко дыма и зеленого пламени. В маленькой вспышке образовался свиток, который единорожка автоматически подхватила, развернула и прочла едва ли за мгновенье.

— Спайк отправил письмо? – спросила Рейнбоу. – Что там?

Твайлайт выглядела так, словно на ее глазах сожгли целую библиотеку.

— Нас срочно вызывает назад принцесса Селестия. Она говорит, чтобы мы бросали все, чем бы ни занимались, и как можно скорее прибыли в Кантерлот. Все шестеро.

Пегаска посмотрела сначала на дверь, а потом на Твайлайт.

— Как думаешь, а не найдется ли в сокровищнице более удобного выхода из руин? – хитро подмигнула она.

— Ну, — задумалась единорожка. – Если принцесса требует нас как можно скорее, то с нашей стороны будет ошибкой не проверить.

Она снова начала накапливать магию, а Рейнбоу изготовилась к быстрому взлету. Не было похоже, что в сокровищнице есть ловушки – в конце концов, они уже были у нее.

-Две минуты спустя-

— Да какая скотина устраивает так, что все здание рушится, стоит лишь двери открыть! – прокричала Твайлайт, цепляясь за спину Рейнбоу, пока они вылетали в новенькую дыру в потолке. Камни позади них продолжали падать. – Это не логично!

Рейнбоу только рассмеялась, улетая от руин, которые теперь еще более заслуживали этого названия, чем раньше.

— Это было… Потрясно! Сумка еще при тебе, Твай?

Единорожка краем глаза посмотрела на левитируемую сумку, бока которой раздувались от многочисленных табличек и других, более явно ценных предметов.

— Конечно. Думаешь, мы успеем закинуть ее в библиотеку до того, как принцесса начнет гадать, где мы так долго?

В ответ пегаска лишь набрала скорость, чуть смещаясь вправо. Она была быстрейшей летуньей в Эквестрии, а Рарити настоит на том, чтобы привести себя в порядок перед встречей с принцессой. Время у них было.

-Замок Кантерлота-

Как выяснилось, королевской колесницы с нетерпеливо бьющими копытом Королевскими Гвардейцами было достаточно, чтобы поторопить даже Рарити – остальные были собраны и привезены в Кантерлот, когда Рейнбоу и Твайлайт только подлетали к Понивиллю. И пегаска сумела доставить их обеих в замок как раз вовремя, чтобы встретиться с остальными Носительницами, когда они уже шли на встречу с Селестией.

По пути пегаску посетила идея помыться, пролетев сквозь тучку-другую. Затем они увидели розовое облако, которое дождило чем-то коричневым, и решили, что не такие уж они и грязные. Кто-то на фабрике погоды здорово начудил.

Когда они приземлились, то Рарити, увидев, какие пегаска с единорожкой грязные и пыльные, едва не упала в обморок от шока. Твайлайт вытрясла из гривы немного камешков, слегка поморщившись. Она предстанет перед принцессой, не помывшись сначала. Вспоминать об этом будут долго.

По их приближению двери тронного зала раскрылись. Единорожка чуть сместилась и укрылась за Эпплджек в надежде, что рядом с ней она будет выглядеть не настолько ужасно, как рядом с Рарити.

— Принцесса Селестия, мы прибыли так быстро, как смогли, — ну, они старались.

Принцесса посмотрела на вбежавшую шестёрку.

— Спасибо, Твайлайт. Спасибо вам всем, — ее маска безупречной собранности чуть треснула по краям. Это сквозило в тоне голоса, виделось в ее глазах, и, что было важно более всего, на ее лице не было теплой и невозмутимой улыбки… или даже приглушенного смешка при виде Твайлайт.

Твайлайт немедленно сверилась с ее внутренним катастрофометром. Пони Кантерлота не знали, как правильно оценить беду – для них были едины что слегка подгоревший пирог, что несчастный случай, отправивший пони на больничную койку. Это потому, что они не сталкивались с катастрофами часто. А с тех пор, как Твайлайт начала навещать Понивилль и поддерживать связь с подругами, которых завела там, она видела достаточно несчастий, чтобы завести собственную десятибалльную шкалу. На единице Рарити была Рарити, а на десяти – принцессы Селестия и Луна одновременно сошли с ума и решили уничтожить Эквестрию.

Селестия настолько встревожена – это минимум пять или шесть по крупометру. Она вызвала не только меня, но и моих подруг? Единственной причиной могут быть Элементы Гармонии. Селестии нужна помощь от единственных артефактов, способных перебороть Луну? Повышаем до восьми. Работающие вместе Селестия и Луна – уже сила, с которой стоит считаться. Это, честно говоря, можно смело записывать в гнев божий. Но ей потребовалась больше мощи?

Принцесса указала им следовать за ней в сторону одной из башен.

— Я позвала вас сюда по делу чрезвычайной важности, — начала Селестия, пока они шли. — Судя по всему, мой старый враг, которому я нанесла поражение много лет назад, вернулся. Его зовут Дискорд.

Флаттершай тихо ойкнула, видимо испугавшись витража, и спряталась за Твайлайт. Да ладно, это все, что могла позволить себе волшебница, не прикрывая лицо копытом. Нам сообщают вести, которые могут касаться судьбы Эквестрии, Флаттершай. Разве тебе не стоит хотя бы немного внимание обратить?

После краткой паузы, несомненно для того, чтобы в тишине пегасочка могла восстановить хоть сколько-то собственного достоинства, Селестия продолжила объяснять:

— Дискорд — коварный дух раздора. До того, как мы с сестрой бросили ему вызов, он правил Эквестрией, принося тревогу и несчастья.

— Мы видели, какой ужасной была жизнь земных пони, пегасов и единорогов. Поэтому, открыв Элементы Гармонии, мы объединили наши усилия, восстали против злодея и превратили его в камень.

В этот момент она указала на витраж, на котором химерическое существо обращалось в камень, попав в ловушку между двумя царственными сестрами. Рейнбоу подлетела к нему, с каждым взмахом крыльев сея вокруг пыль.

— Отлично, Принцесса! И простите за пыль. Думаю, мне стоило помыться сначала.

— Нет, — тяжело посмотрела на нее Селестия.

— Да ладно вам, — пожаловалась та. – У меня грязь в перьях и это реально неприятно. Может зло хоть разок быть вежливым и дать нам часок-другой?

Взгляд тяжелый обратился в полный полноценного царственного недовольства. Рейнбоу, казалось, чуть под ним сжалась и приземлилась, немного ежась.

— …Все, молчу-молчу. Продолжайте.

— Я думала, что заклинание, которое мы наложили, остановит его навсегда, но с тех пор, как связь с Элементами пропала, заклинание потеряло силу, — Селестия посмотрела на стоящих перед ней пони, словно спрашивая, будут ли они перебивать ее еще прежде, чем она закончит.

Твайлайт ее не подвела.

— Связь пропала? Так… Дайте мне подумать, правильно ли я все поняла? Давным-давно вы и Луна запечатали с помощью Элементов могущественного злого тирана. Затем Луна, ставшая соправителем Эквестрии, слегка сошла с ума, и вы вынуждены были применить против нее Элементы, изгнав на тысячу лет, — Селестия молча кивнула, гадая, куда занесет ученицу поток мышления.

— Вы только что заявили, что мощи Элементов должно было быть достаточно, чтобы запечатать Дискорда навечно, — Твайлайт сделала свой голос чуть обвиняющим. – Но принцесса Луна, которая, как вы заявили, не была настолько могущественной, как Дискорд, через тысячу лет вырвалась из своего заточения, и вы этого ожидали.

Она обрушила на Селестию свою лучшую имитацию взгляда «лучше тебе мне не врать» Луны. Она видела, как этот взгляд с великой эффективностью применялся несколько раз за последние месяцы, и старалась отточить его сама.

— Это означает, что вы разорвали свою связь с Элементами намеренно, чтобы дать Луне бежать, но при этом выпустили и Дискорда. Вы позабыли о нем потому, что беспокоились из-за Луны? Или было что-то еще?

Селестия отвернулась, неспособная выдержать взгляд Твайлайт.

— Я могла позволить этому выскользнуть из моей памяти, — наконец признала она. Помогающая Луне с политикой Твайлайт стала слишком хороша в вынюхивании вещей, которые пони предпочли бы не разглашать.

Другие Носительницы вопросительно посмотрели на Твайлайт. К чему конкретно она вела? Глаза Пинки широко раскрылись, и она выпрыгнула вперед.

— О, о, я знаю! – закричала она. – Дискорд, наверное, очередной родственник принцесс, а может даже друг или парень! А потом случилось что-то ужасное и сделало его злым, и принцессам пришлось превратить его в камень, а мы должны его исправить. Так, Твайлайт? Я права? Да, да?

Услышав такое предположение, Селестия потеряла остатки самообладания. Ее лицо сморщилось так, словно она одновременно съела лимон и пыталась стошнить. И при этом была помечена скунсом.

— Нет! – воскликнула она. – Дискорд – самое отвратительное существо, с которым я имела неудовольствие общаться за все свои долгие годы. Я хочу, чтобы вы шестеро использовали против него Элементы и заточили в камень – так я смогу вернуть его в парк скульптур, где птицы ближайшие тысячу лет будут высказывать ему все, что я о нем думаю.

Внезапно коридор огласил глухой, безумный смех, раздающийся отовсюду.

— О, в чем дело, Селестия? Ты скучала по мне? – издевательским тоном спросил бестелесный голос. — Я скучал.

Рарити повернула голову к Твайлайт и прошептала:

— Плохое расставание, — затем на секунду задумалась и добавила. – Или назойливый ухажер.

Твайлайт согласно кивнула и обернулась посмотреть, что будет дальше. Пони может узнать многое, просто наблюдая и слушая.

Селестия огляделась. В ее глазах полыхала ненависть, какую Твайлайт ранее не видела.

— Дискорд, покажись!

Наконец взгляды всех пони сошлись на конкретном витраже – изображающем ужасающее правление Дискорда в прошлом. Во вспышке света изображение обрело жизнь – чудовищная фигура внезапно начала двигаться и переходить с окна на окно.

— В каменном заточении очень одиноко. Но ты этого не знаешь, не так ли? Потому что я не превращаю пони в камень.

Его образ добрался до нового окна, слегка споткнувшись о… ничего. На секунду показалось, что он потерял равновесие и начал падать прежде, чем поймать себя. Он посмотрел в низ окна, в котором был, и увидел большое изображение лавандовой единорожки, держащей книгу с символами солнца и луны на обложке.

— О? – погладил он бородку. – Это что-то новенькое.

С явным усилием Селестия отвернулась от витража и посмотрела Твайлайт в глаза.

— Нельзя терять ни секунды, Твайлайт. Ты должна поторопиться и принести Элементы, чтобы победить его! Я, может быть, смогу его задержать, пока он еще слаб после заключения.

Дискорд наклонил голову, теперь занимая своим телом весь витраж.

— О, эти надоедливые маленькие Элементы Гармонии. Вам будет сложно их использовать, потому что… я позаимствовал их из того местечка, где ты их хранила, — посмотрел он на Селестию. – Отличная работа, ты хорошо их спрятала. Мне потребовалось целых пять минут, чтобы их найти.

Селестия широко раскрытыми глазами посмотрела на ученицу, но та лишь покачала головой.

— Ты блефуешь. Где конкретно они были спрятаны, раз ты так легко их нашел?

Дискорд уставился на нее. Через три секунды гляделок он исчез с витража, а его мини-версия оказалась на голове Пинки. Он наклонился к ее уху и театрально прошептал:

— Напомни мне никогда не играть с ней в покер, — голос драконикуса, естественно, громко разнёсся по всему коридору.

С яркой вспышкой света витражи снова пришли в движение – тело драконикуса растянулось сразу на три окна.

— Ладно, ты меня подловила. Я нигде не смог их найти. Зная, как Селестия обычно прячет подобные вещи, я обыскал все и каждое огромное, тяжело защищенное хранилище, какие смог найти. Я даже проверил некоторые древние руины, на случай, если она решила, что они будут в безопасности за метрической тонной ловушек и магической защитой. Но ничего.

Твайлайт и Рейнбоу быстро переглянулись. И внезапно мы узнали, какой-такой гений устроил там все эти ловушки. Твайлайт порадовалась, что в детстве ей не пришлось обходить волчьи ямы и уворачиваться от дротиков по пути на уроки. Думаю, принцесса это просто переросла. Либо кто-то набрался смелости сказать ей, что идея вышла неудачная.

— Конечно, они не будут спрятаны в каком-то таком месте, — заявила Рарити. – Как бы мы их доставали при необходимости?

Появившись на витраже, изображающем его изначальное одоление, Дискорд оперся на изображение принцессы Селестии.

— Я знаю, да? Но просто так все обычно и делалось очень долгое время. Использовали что-то, чтобы спасти мир? Спрячьте это где-нибудь в надежном месте, да так, чтобы в момент нужды пони не могли до этого добраться. А ведь думают, что мои поступки не имеют смысла, — на мгновенье он задумался, постучав когтем по подбородку. – Но смысл – это не весело, чтоб вы знали.

— Теперь слухай сюдой! – протопала к витражу Эпплджек, поправив стетсон. – Мы тута уж довольно потрепалися, так почему б нам не перейтить до той части, хде ты объясняш мне, на кой ферму мою испоганил? Нихто не удумает покупать попкорн, на земле повалямшийся, да ишшо с-от молока шоколадного поразбухший!

Твайлайт удивленно посмотрела на Эпплджек. Он что сделал? О, Луна, нет – он же как супермагическая Пинки Пай.

— Ой, да ладно, — беспечно помахал лапой Дискорд. – Я же еще тебе гигантские яблоки сотворил – или это уже не считается? С этими милашками ты можешь кормить тот занюханный городок десятилетиями. Ну, если они не испортятся.

Если бы Эпплджек могла убивать взглядом, то Селестии понадобились бы новые окна.

— А зверье, шо ты с ума посводил? Хучь они теперича и большущи, я не могу торговать яблоки, шо кучка грызуньев понадкусывала!

Это никуда не вело, да и Дискорд выглядел все более веселящимся над возмущениями фермерши. Время поговорить полезно. Твайлайт кашлянула, пытаясь привлечь внимание Дискорда и Эпплджек. Но когда они продолжили спорить, то просто телепортировала подруг от витража.

— Да, мы можем разобраться с этим позже, — посмотрела единорожка на выглядящего разочарованным драконикуса. – Ну а у нас до сих пор есть Элементы, найти их ты не можешь, так что, думаю, для тебя имеет смысл работать с нами.

В ответ на это Дискорд саркастически фыркнул.

— Имеет смысл? Я разве уже не говорил, что не одобряю подобной чепухи, — на его губах образовалась коварная улыбка. – Кроме того, ваших драгоценных Элементов прямо тут нет. Почему же я не могу разобраться с проблемами до того, как вы что-то сумеете мне сделать?

— Хотя бы потому, — села и скрестила ноги на груди Твайлайт. – Что я не заинтересована в обращении тебя в камень. Я узнала каково это, повстречав кокатриса, и не пожелаю того же ни одному существу. Я смогу пойти на это, если мне не оставят выбора, но все же предпочла так не поступать. Тут я на твоей стороне.

— Ты… на моей стороне? – он выглядел так, словно находил нелепой идею того, что ему нипони не желает вредить. Тем не менее, судя по тому, как Дискорд себя вел, Твайлайт не была удивлена тем, что он не представлял, что кто-то может его поддержать.

Принцесса Селестия тоже подозрительно на нее посматривала, гадая, что же единорожка задумала. А теперь самое веселое – когда я злю пони, что двигает солнце. Когда это все закончится – мне потребуется надбавка. За вредность и все такое.

— Прямо сейчас закон тоже на твоей стороне, — лицо принцессы скривилось не хуже, чем у Дискорда, и по мнению Твайлайт, оно того стоило. – Твоя ситуация практически идентична прецеденту с принцессой Луной, случившемуся год назад – а она не была изгнана повторно в тот же момент, как вернулась. Ей даже не высказали за ночь, продержавшуюся день или два подряд, так что странная погода и прочий хаос тебе может с лап сойти.

— Если изучить ситуацию ближе, то ты – бывший правитель, который стал опасен для страны и населения, и потому был запечатан Элементами Гармонии. Это описание применимо и к принцессе Луне, а она свое место назад получила. Тысячи лет на Луне, похоже, было достаточно за все, а ты был запечатан еще дольше – и полностью свой срок отсидел.

Ветерка было бы достаточно, чтобы свалить принцессу Селестию с ног – она так застыла от шока, что могла быть принята за статую. Дискорд пришел в себя несколько быстрее – видимо, сказался опыт – и радость на его лице по силе соперничала лишь с ужасом Селестии.

— Так значит… собственные законы Селестии гласят, что она должна меня отпустить? А может даже и трон вернуть? – сумел наконец спросить он, борясь со смехом. Твайлайт кивнула и драконикус перестал сдерживаться.

Во вспышке Дискорд во всей красе появился в коридоре, катаясь по полу и рыдая от смеха. Твайлайт целенаправленно не смотрела на подруг. Они достаточно ее знали, чтобы доверять. По крайней мере, она надеялась.

Голос принцессы Селестии, вновь спокойный и невозмутимый, прорезал шум.

— Хорошо. Я подтвержу предыдущее решение – Дискорд, ты искупил прежние преступления, и я позволю тебе занять прежнее положение. Конечно, если ты согласишься на те же условия, что и моя сестра. Мне и Луне не помешал бы отпуск, и я уверена, что ты будешь умолять нас вернуться уже через неделю.

Радость Дискорда тут же сменилось подозрительностью, и он прищурившись посмотрел на принцессу.

— Условия? Ладно, я согласен. Что за… условия? – он не просто выделил это слово, он даже пальцами кавычки показал. Наверное, духу хаоса не понравились неясности. – Надеюсь, они не включают применение по мне Элементов, чтобы очистить или чего-то вроде. Последний раз это хорошо не закончилось, так что вынужден буду отказаться.

Эпплджек в ответ на это удивленно моргнула.

— Я думала, Элементам должно изгонять поней и усе такое, а не выправлять. И када объявилась принцесса Луна – у нас их не было.

Дух Хаоса и Дисгармонии открыл рот, но звука не издал. Наверное, второй раз за всю жизнь у него не было слов. Селестия воспользовалась возможностью увести обсуждение от опасных тем.

— Условия не так уж и сложны, Дискорд, — произнесла она. – Я просто прошу, чтобы моя ученица стала твоим советником, и ты ее слушал. Затем, когда ты опять покажешь себя непригодным для правления, моя сестра и я вернемся на троны. И если ты будешь сопротивляться этому, то на ближайшие тысячу лет вернешься в камень. А может и на более долгое время, потому что это будет уже рецидив.

— Что ты конкретно имела ввиду, — взъерошил шерсть и прищурился драконикус. – Заявляя, «когда» я покажу себя непригодным править? Я правил Эквестрией задолго до тебя и твоей сестры-лунатички, и отлично справлялся.

Флаттершай вежливо кашлянула.

— Эм, я уверена, что вы замечательно справлялись… — пегаска замолчала, почувствовав скрестившиеся на ней взгляды. Спрятавшись за собственным хвостом, она сумела договорить. – Просто…  Принцессы правили все то время, пока вы… отсутствовали, поэтому не стоит печалиться, если у вас не получится так же хорошо.

Лицо Дискорда оказалось в нескольких сантиметрах от Флаттершай, вызвав у той испуганный писк.

— Да я в десять раз интереснее ее. Я смогу править куда лучше этой зануды.

— Действительно? – наклонила голову Твайлайт. – Значит, ты думаешь, что сможешь добиться большего рейтинга одобрения, чем у Селестии?

Неверие сочилось из каждого слова, и Дискорд заскрежетал зубами от того, насколько эти пони, казалось, сомневались в нем.

— Конечно, пони будут любить меня больше, чем ее, — из его ушей аж дым повалил. – Я Дискорд! Нет ничего, что я бы не смог! Или напомнить про дождь из шоколадного молока и бури газировки?

— Держу пари, что не сможешь, — встала перед ним Селестия с легкой улыбкой на губах.

От слова «пари» все, казалось, застыли. Стало так тихо, что можно было бы услышать, как падает игла. Медленно, даже болезненно медленно, на лицо Дискорда наползла маниакальна ухмылка.

— Пари, дражайшая Селестия? – спросил он. – И что же мы ставим?

От этой ухмылки по спине Твайлайт побежали мурашки. И она была уверена, что была не единственной, на кого она так подействовала. Селестия, однако, казалась совершенно спокойной.

— Нас, — ответила она. – Проигравший должен будет следовать правилам победителя. Если ты проиграешь, то будешь следовать нашим законам и признаешь меня и мою сестру лучшими правителями. Если каким-то чудом за месяц твой рейтинг одобрения будет выше, чем у меня – без использования контроля разума или влияния на эмоции… Я начну шутить над всеми пони Эквестрии и признаю тебя королем.

— Согласен, — Дискорд взял и потряс своей лапой переднюю ногу принцессы.

## Дискорд. Часть 2

-Немного позднее в перестроенном тронном зале-

Дискорд развалился на деревянном троне, держа бокал… чего-то. Он не был совсем уверен, чего именно, но оно было сладким – и того было достаточно. В конце концов, частью веселья было гадать, что же он себе сотворил.

Единорожка – как там ее? Даск что-то там, он был уверен. Она притащила большую стопку бумаг и положила на стол перед ним. Дискорд посмотрел на него еще раз, размышляя, не слишком ли раздатчики жевательной резинки, на которые он опирался, дисгармонируют с полированными мраморными полами и мореной древесиной.

Да нет, достаточно безвкусно. О, эти взгляды от надутой аристократии, которой окружила себя Селестия! Он был готов поклясться, что один был готов упасть в обморок от…

Шлеп. Свернутые в трубочку бумаги встретились с лицом Дискорда, и он потер нос в притворной боли. Казалось, мисс Спаркл была готова поразить его. Он позволил себе небольшой намек на веселье, но в ответ получил мрачный взгляд от своей маленькой советницы. Он не так уж и громко посмеялся над своей шуткой, да и не похоже, что озвучил ее… или нет?

Твайлайт шлепнула временного правителя Эквестрии свернутым в трубочку свитком со списком дел второй раз, чтобы привлечь к себе внимание.

— А теперь, раз уж ты согласился на это маленькое пари с принцессой, мне показалось, тебе стоит узнать, против чего выступаешь.

Он кивнул и сделал знак продолжать. Про себя он уже представлял, как Селестия подбирается к ничего не подозревающему пони с резиновым цыпленком и подушкой-пердушкой наготове. Он с трудом мог дождаться своей победы в этой их маленькой игре. Твайлайт пихнула лист бумаги ему в лицо так, что он едва мог различить знаки.

Дискорд осторожно отвел его в сторону, словно это было что-то отвратительное, чего не следовало касаться.

— Да-да, я слушаю. Что там у тебя, дорогая?

Твайлайт подхватила документ магической хваткой и вновь поднесла к Дискорду.

— Это последние данные об уровне поддержки Селестии. Опрос проводится каждый год, так что это – твоя цель.

Дискорд посмотрел на него, гадая, скольких пони могла осчастливить старая скучная Селестия.

— Девяносто пять? Не так уж и плохо, — ответил он, потягивая свой напиток. Как оказалось, шоколад с ананасом.

— Это девяносто пять процентов, Дискорд.

Драконикус фыркнул напитком через весь стол, каким-то образом сумев придать струе достаточно скорости, чтобы она попала точно в лицо Твайлайт.

— Какой у нее рейтинг одобрения?!

Твайлайт вытерла лицо маленькой салфеткой.

— Ты нарочно так сделал? Но да, ее правление одобряют девяносто пять процентов пони, — она отбросила салфетку, которая, упав, превратилась во фламинго, но единорожка это проигнорировала. – Было и больше – девяносто восемь пару лет назад – но некоторым аристократам не понравилась ее идея поделиться властью с сестрой. Кое-кто заявил, что принцесса стала слишком мягкой и великодушной. А потом они переобулись и попросили налоговые льготы, проиграв в покер хорошую сумму.

Дискорд откусил от сэндвича, который добыл из одного раздатчика. Это стоило ему продолговатого шарика.

— Да, становится сложнее, чем казалось, — признал он. – К слову, как думаешь, мне больше пойдет розовый или турнепс?

— Турнепс – не цвет, — у единорожки дернулся глаз. – Ты можешь сосредоточиться на чем-то дольше, чем на пять секунд?

— Я ничего не говорил о турнепсе, как цвете, дорогая, — Дискорд стек с трона к Твайлайт. – А теперь – может ты перестанешь о мелочах, и мы начнем добиваться для меня девяностодевятипроцентного рейтинга?

Дерг. Твайлайт заскрипела зубами.

— Да каким образом я тут о мелочах толкую, паяц ты… И мы в Клаудсдейле, — Твайлайт увидела облака и город пегасов. Пока она осматривалась, облака переливались голубым и зеленым, розовым и фиолетовым, а в одном месте кремовым, чего на небе быть не должно было.

Дискорд наклонился к Твайлайт и прошептал на ухо.

— Постарайся не отставать, — и покатился по пузырящимся под ногами голубым облакам в сторону города, где пегасы уже начали паниковать.

Просто стоя на месте Твайлайт тяжело вздохнула.

— Дыши глубже, Твайлайт, дыши глубже, — пробормотала она себе. Услышав издалека крик, она ссутулилась и призвала магию в рог.

— С чего я решила умничать? – спросила она, не обращаясь ни к кому конкретно – Я могла просто рискнуть жизнью и побороться с богом хаоса, но нееет, мне понадобилось сделать все по-своему. С Луной сработало – так почему с Дискордом не выйдет, подумала я.

— Я общаюсь с ним всего несколько часов, но уже ненавижу свою жизнь, — театрально вздохнула единорожка.

В пурпурной вспышке волшебница исчезла с окраины Клаудсдейла и ринулась прямо в центр катастрофы.

-Очень долгие полчаса спустя-

Последние Гвардейцы и любопытствующие пони были убеждены отправиться по домам, чтобы дать Твайлайт достаточно времени «помочь Дискорду прибраться». Тот, тем временем, опирался о фонтан, полный пудинга, а в волосах его застряли крошки торта «Муравейник».

— Скажи мне, Дискорд, ты хоть когда-нибудь задумываешься прежде, чем делать что-то? – голос единорожки был едва громче шепота и дрожал от ярости. – Нет, скорее всего ни капли. Нипони и представить не может, что появиться из ниоткуда и разнести весь город – хорошая идея. Что ты скажешь в свое оправдание?

Дискорд протянул ей стакан зеленой жидкости.

— Молочный коктейль? Он мятный с шоколадной крошкой.

— Ты пытаешься покорить сердца пони, — прищурилась Твайлайт. – На случай, если позабыл о своем пари с Селестией. А вот такие поступки обычно их распугивают.

Пролевитировав к себе молочный коктейль, она продолжила:

— К счастью для тебя, многие пони тут знакомы с Пинки Пай, и я смогла убедить их, что это она подавала тебе идеи.

Дискорд оглядел результат своих трудов. Величественные здания с облачными колоннами и канелюрами были заляпаны краской не сочетающихся цветов. Все вокруг было засыпано тем же «Муравейником», размякшим от пролившегося дождя из газировки. Местами город был перевернут вверх ногами или поставлен набок, и единственное, почему пони до сих пор могли использовать его здания – он был населен исключительно пегасами. Сверху строем пролетела стайка птиц, распевая непристойности на всех цветах радуги.

Наконец он снова посмотрел на Твайлайт, которая отбросила пустой стакан и утерла губы.

— Я не понимаю, почему все жалуются, — признал он. – По мне – так все в порядке.

Волшебница, чуть поморщившись, потерла переносицу. Похоже, будет сложнее, чем ей казалось, если она хочет, чтобы Эквестрия работала при таком короле. И это только первый город, который они посетили. Но тут была и хорошая сторона – в других местах Дискорд напортачить не успел.

— Ладно, — наконец произнесла она. – Давай я тебе кое-что объясню.

Дискорд свернулся у ее копыт прямо изображая из себя внимание.

— В общем, пони, даже которым нравятся всякие безумные штучки, желают в жизнях какой-никакой, но стабильности. Когда они идут на работу, то желают знать, что от них ожидается. Когда они что-то едят, то хотят знать, каково оно на вкус. У Селестии именно потому такой высокий рейтинг – она дает пони стабильность во власти.

— У тебя преимущество перед Селестией в своих силах. Не похоже, что ты ведаешь пределы своих возможностей, а магией разбрасываешься, словно не устаешь. Ты изобретателен и легок в общении, благодаря чему к тебе проще подойти, чем к Селестии, по крайней мере — для среднего пони. Проблема в том, что ты… делаешь все, не задумываясь над реакцией пони на это. Ты понимаешь, о чем я?

Дискорд очень медленно отрицательно покачал головой.

Твайлайт сжала зубы и на секунду закрыла глаза.

— Ладно, давай так. Пони любят думать, что контролируют свою жизнь. Если они желают чего-то спонтанного, то выбирают сделать это и за ними последнее слово в том, что они, в конце концов, делают. Если ты хочешь, чтобы пони радовались твоему хаосу, то спроси их, чего они желают, а потом дай им это. Просто используй свою изобретательность, чтобы они получили это каким-нибудь необычным и забавным путем.

Глаза Дискорда засияли, и он подпрыгнул, радостно хлопнув в ладоши.

— А, ты про стиль злого джинна? Мне он нравится, — он выглядел радостнее Рейнбоу перед шоу Вандерболтов, и это, честно говоря, по-своему пугало.

Твайлайт снова шлепнула его по голове свернутыми в трубку документами.

— Нет, плохой Дискорд, никакого стиля злого джинна, — тот сел обратно и надулся.

— Слушай, — вздохнула она. – Вся суть в том, чтобы понравиться пони, и они одобрили тебя, как правителя. Похоже, чтобы эти пони радовались?

Дискорду пришлось признать, что она права. Веселье обычно не сочеталось с криками ужаса, особенно сопровождаемыми слезами, угрозами причинить физический вред, мольбами о пощаде и отчаянными попытками спрятаться. Наверное – просто наверное – он перестарался. И если он хочет выиграть пари, то ему придется сбавить обороты.

— Нет, — ответил он. – Они не выглядели очень уж радостными.

Это было нелегко признать, особенно самому себе, но он был так обрадован свободой, что мог увлечься больше, чем рассчитывал. Если подумать, подобное происходило и раньше – когда его идеальные планы расходились по швам, потому что он думал о другом, а магия использовалась для чего-то еще.

— Значит, ты готов играть правильно? – улыбнулась ему Твайлайт. – Я надеялась еще раз увидеть шок на лице Селестии – мне показалось, это выражение лица ей идет.

Сосредоточившись на цели, Дискорд кивнул и собрался. Он сможет сделать все правильно. Он сможет быть терпеливым и бдить за происходящим, пока победа не окажется в его лапах. Он сможет спланировать и сплести лучшие интриги. Кроме того, рядом с ним был источник веселья, о котором он ранее не задумывался. И он, и его советница-единорожка могли многое рассказать о Селестии, и они могли обменяться вариантами шуток, придуманными специально для нее.

Но сейчас – время плана. Время использовать все доступные ему ресурсы на полную, время сесть рядом с Твайлайт Спаркл и выиграть пари. Может, когда все закончится, он сможет считать ее другом, а не просто надоедой. Может, он сумеет найти способ и хитростью заставит Твайлайт одеться как-нибудь неописуемо нелепо, пока она будет работать с ним – просто чтобы занять себя, конечно.

Драконикус призвал классную доску, пронзительно-розовый мел и работа закипела.

-Несколько дней спустя-

Твайлайт не была довольна. Она сумела убедить Дискорда на очень многое, и большей частью страна работала, как надо. Она списала большую часть первого хаоса, который он вызвал, на случайный выброс, когда он вызволился из статуи. Еще они посетили с должным празднованием каждый важный город. Получилось немного хаотично, но большинство пони не были против праздника, который им не пришлось оплачивать, помогать устраивать или прибираться после… пока они были предупреждены заблаговременно.

Но Твайлайт приходилось быть с ним прямо везде и следить, чтобы Дискорд не слишком растекался мыслями по древу – из-за чего у нее практически не было времени на исследования. А теперь? Ей опять пришлось общаться с аристократами.

Официальный прием был, на самом деле, идеей Дискорда – чтобы вытащить важных пони из-за забаррикадированных дверей, и они могли дальше делать свою работу. Он должен был показать им, что правительство работает, как и прежде, и дать им ощущение нормальности, чтобы вернуть обратно в строй. Твайлайт должна была насторожиться в ту же секунду, как Дискорд начал выдвигать логичные вещи, без всяких дыр, которые можно было бы заткнуть.

Корона Селестии снова съехала ей на глаз. Фыркнув, единорожка левитировала ее на место и попыталась закрепить на месте магией.

— Повтори еще раз, почему я должна носить эти нелепо огромные украшения? – повернулась и прошептала она драконикусу.

— Потому что тебе показалось, что на мне они смотрятся глупо, — подмигнул тот в ответ. – Особенно в сочетании с тем платьем. Ты была той, кто сказала, что пони нужно показать что-то знакомое, поэтому мы демонстрируем им короны правительниц.

Зачарование, держащее на месте корону Луны, рассеялось, и та соскользнула на другой глаз единорожки.

— А почему моя магия не может удержать их на месте дольше десяти секунд? – прошипела она, поправляя бесючую драгоценность.

— Ты же не думаешь, что я как-то с этим связан, так? – в притворном шоке прижал лапу к груди Дискорд. – Я уверен, короны как-то зачарованы сами по себе и просто конфликтуют друг с другом.

Дискорд мог очень убедительно врать, когда хотел. И естественно, сейчас он такого желания не проявлял.

Белый единорог с длинной блондинистой гривой подошел к ним и поклонился с изяществом, которое можно было бы похвалить, если бы его целью не было скрыть насмешливую ухмылку. Твайлайт не переносила придворных аристократов, но никто из них не был настолько невыносим, как принц Блублад. Должен быть предел, сколько титулов пони мог иметь, и вряд ли ее можно было винить в том, что ее положение во власти оказалось выше его… раза в два.

Ладно, может быть немного и можно. Тем не менее, ему не должно смеяться, когда она представляет обеих принцесс.

Когда принц наконец взял под контроль свое лицо, то предложил поправки к бюджету и завел долгую речь о важности повышения расходов на «благоустройство исторических районов и градостроительство». Твайлайт не нужно было слушать внимательно, чтобы понять, что он хочет денег, которые мог бы тратить на строительство чего ему угодно. Вместо этого она посмотрела на Дискорда и порадовалась маленькой мести за короны.

Драконикус восседал на своем троне, но не похоже, чтобы ему было очень удобно. Он перехватил ее взгляд и прошептал:

— Знаешь, не тебе обижаться на мою шутку после того, как ты заставила меня надеть это, — он поерзал на своем месте и чуть оттянул воротник идеально отглаженного черного смокинга.

Твайлайт ухмыльнулась, несмотря на звон обеих корон, сползших на шею.

— Ну, это официальный прием, а ты отказался от всех положенных правителю аксессуаров. Тебе нужно было надеть что-то, хотя бы немного вписывающееся в дресс-код.

Наконец, Блублад закончил речь и предложил документы на одобрение. Твайлайт передала их Дискорду, который принял их с выражением смертной скуки на лице. Затем развернул где-то на середине и ткнул в строку когтем.

— Твайлайт, скажи мне, я тут правильно понял? Кажется, он хочет использовать деньги из налогов на расширение своего поместья.

Дискорд вернул бумаги единорожке, указав на сомнительный параграф. Той пришлось перечитать его дважды, продираясь через канцелярит.

— Да, — признала она. – Именно это.

Блублад нервно отступил и стер выступивший на лбу пот.

— Я, — начал он. – Велел составить документы одному из своих помощников, и не успел перечитать их все…

Дискорд закатил глаза.

— Я умоляю, придумай оправдание получше. Я же все это и придумал, — он откусил кусок от стопки и задумчиво пережевал. – На вкус прямо как свежая куча…

— …понячьих перьев, — быстро вмешалась волшебница. Дискорд приподнял бровь, в ответ на что та только пожала плечами.

— Как бы то ни было, — он снова повернулся к принцу. – Ты, кажется, позабыл, что сейчас имеешь дело не с Селестией или Луной. Я, — красуясь произнес драконикус. – Дискорд. Повелитель Хаоса, первый правитель Эквестрии и так далее. Я могу просто щелкнуть пальцами и все это сделается без трат что денег, что времени. Почему ты просто не составил список того, что желаешь построить, и передал мне?

Дискорд взмахом лапы отослал слегка ошарашенного Блублада к группке других снобов. После этого дворянство будет, скорее всего, поддерживать его дальнейшее правление – хотя бы ради возможности и впредь злоупотреблять его способностями.

— Итак, — вопросительно посмотрела на него Твайлайт. – Где же подвох, о могучий злой джинн?

— Кажется, ты была против варианта со злым джинном, — ответил он. Но после изучающего взгляда добавил. – Но я и не говорил, что не внесу своих штрихов. Думаю, ему понравятся лестницы, которые никуда не ведут, заходят на стены, потолок и петляют. А еще двери, которые не ведут дважды в одно и то же место.

Откусив еще раз от пачки бумаг, он добавил.

— На самом деле, у них вкус как у ветчины, коли желаешь знать.

Твайлайт повернулась к другому аристократу, подошедшему с очередной пачкой пустых калорий. Ночь еще только начиналась, хотя и казалось, что длится веками, и им нужно было хотя бы притвориться, что выслушают еще ряд самовлюбленных пони прежде, чем она завершится.

Единорожка уже подумывала сказать, что чувствует себя нехорошо, но не могла, пребывая в здравом уме, оставить Дискорда и аристократию Кантерлота наедине. Иначе бы она в конце концов обнаружила, что или все дворяне превращены в лягушек, а Дискорд свернулся в уголке в клубок, или что Эквестрия лежит в руинах.

Вместо этого она решила попрактиковаться в избирательно видимых иллюзиях, пока будет выслушивать законодательные инициативы и запросы. Старая шутка с изображением пони в исподнем и рядом не стояла с одеванием их в выходное платье их бабушки.

-Ближе к концу месяца-

Твайлайт взяла последний лист опросов. Она была, на самом деле, впечатлена – получить пятьдесят процентов одобрения всего за месяц все же не шутка. Тем не менее, пятьдесят девять процентов и близко не дотягивали до девяноста пяти или назначенной Дискордом цели в девяносто девять. С этими мыслями она передала документы драконикусу.

— Я отстаю на сорок процентов? – возмущенно спросил тот. – Откуда у Селестии такой нелепо огромный рейтинг поддержки, если пони так сложно угодить?

Твайлайт подсунула Дискорду кушетку, на которую он драматически упал. Не похоже, что он хорошо принимал новости – кажется, дух хаоса на самом деле собирался выиграть у Селестии в этом подлом пари.

— Честно говоря, — ответила она. – За ней стоит почти тысяча лет единоличного правления, в течении которых она и выстраивала свой рейтинг. Пони просто не привыкли к кому-либо другому у власти. Больше половины тех, кому понравилось твое правление – это уже впечатляет.

Дискорд перекатился на кушетке, свесился с края и печально вздохнул.

— Где мы ошиблись? Я был более, чем уверен, что мы все делаем верно. Как мог кто-либо, пони или нет, предпочесть Селестию мне?

Твайлайт села рядом и подала стакан с какой-то жидкостью.

— Вот. Я обратила яблоки в апельсины и выжала их в смесь сока лайма и шоколадного мороженого, — драконикус слегка улыбнулся и принял смесь.

— А это, — единорожка подала ему старые документы, добытые в архивах. – Самые низкие рейтинги одобрения Селестии за тысячу лет. Посмотри на первое десятилетие после изгнания Луны.

Дискорд сел, потягивая напиток, и взглянул. Цифры едва не заставили его выплюнуть эту смесь. Едва. Некоторые напитки не созданы для плевания.

— Двенадцать? – уставился он на лист. – У нее было двенадцать процентов одобрения в первый год? И пять на третий… что же она сотворила?

— Помимо того, что отправила сестру на луну? – посмотрела на него Твайлайт. – Она ушла в запой — сильный. Она не могла справиться с управлением страной, даже когда была трезвой, и ее накрыла тяжелая депрессия. Потому Селестия и создала аристократию – чтобы не быть единственной пони, которая все на себе тащит, и чтобы было кого еще обвинить, если что-то пойдет не так.

— Ты же, в свою очередь, чудовище из жеребячьей сказки обретшее плоть, которое явилось и сменило уважаемых и любимых правителей страны. Тем не менее, ты добился того, что больше половины населения считает тебя не таким уж и плохим. Селестия была одной из правительниц страны прежде, чем попыталась править в одиночку, так что у нее с самого начала имелся кредит доверия. Твой текущий рекорд настолько подавляет ее, что, наверное, его можно использовать как повод, чтобы заявить о победе в пари.

— Никто из нас не оговаривал, относительно какого периода будем мериться рейтингами, — задумался на мгновенье Дискорд. – Но, скорее всего, в этом вопросе большинство пони будет на ее стороне, а не моей. Тем не менее, это повод позлорадствовать.

Он снова улыбался, хоть и не широко.

— Кроме того, — продолжила Твайлайт. – После того, как ты побыл королем – тебе и дальше хочется им быть? Для правителя счастье подданных должно быть важнее собственного. По сути своей, это поддержание порядка и стабильности всей страны. Если бы не желание выиграть пари, ты бы, наверное, отказался от этого уже через пять часов. Сама твоя натура противоречит этой работе.

Драконикус кивнул. Да, последний месяц он бы приятным не назвал, хоть он и выкраивал время на шутки, чтобы оставаться в своем уме. Без Твайлайт он бы так долго не продержался. Однако…

— Как насчет моей части сделки в случае проигрыша пари?

— Я думала, тебе нравится стиль злого джинна? – просто улыбнулась единорожка. – Даже если ты пари и проиграл, везде есть дыры, которые можно использовать – особенно с твоей магией. Законы использования магии тверды для единорогов, существ, не способных менять реальность по желанию. И пока не будет достаточно много пони, желающих твою голову на блюде, принцесса Селестия сможет лишь бессильно возмущаться, а ты – делать почти все, что пожелаешь.

В голове Дискорда тут же начали появляться идеи, когда он начал вспоминать все те уловки, которые он видел от аристократов за последний месяц. Улыбка таки достигла ушей, когда он осознал свободу, которую обретет после проигрыша пари. В сравнении с тем, что он пережил, будучи королем Эквестрии, это было раем. Но прежде, чем выбрать чего придерживаться, он решил поделиться планами с советницей. Было приятно, когда кто-то мог оценить его гений. Да и полезно иметь поблизости кого-то, почти столь же коварного, как он.

— Ладно, думаю у меня есть план, дорогая моя. Мы можем сделать так…

-Тронный зал дворца Кантерлота, сразу после конца месяца-

Селестия и Луна снова сидели на своих тронах, с коронами на головах, и рядом с Луной сидела Твайлайт Спаркл. Принцесса Ночи все еще носила противосолнечные очки, раздобытые в отпуске.

Дискорд поклонился им, незаметно подмигнув Твайлайт

— Леди…о, простите, — он замолчал и поправился. – То есть, Ваши Величества. Я нижайше признаю поражение в нашем пари и возвращаю троны обратно вам. Я понял, что не подхожу для этой работы, посему передаю бразды правления экспертам. Я желаю вам удачи во всех начинаниях и присягаю в верности, как гражданин Эквестрии.

Челюсть Селестии слегка отвисла, и она выглядела так, словно ждала какого-то подвоха. Дискорд не позволил себе ее разочаровать.

— Желаю вам счастья в общении с аристократией, сведении бюджета и прочих приятных гранях власти, о которых я успел позабыть в своем заточении, — улыбка едва не порвала лицо драконикуса пополам, и он ничуть не сдерживал хихиканья. – Я же, в свою очередь, начну карьеру антрепренера. Дом Хаоса, в котором пони смогут отдохнуть от повседневной монотонной работы и необходимости следить за тем, что говоришь и делаешь. Я подумываю включить в него, помимо всего, ночной клуб, театр и парк аттракционов. И пока вы тут будете трудиться над страной, я стану сам себе начальником, спасибо вам огромное.

Выражение лица Селестии – то, где она пыталась подобрать челюсть и у нее не получалось – стоило всех усилий, что он вложил в последний месяц. Дискорд решил усугубить, чтобы посмотреть, что будет еще.

— Надеюсь, тебе понравился отпуск, Селестия, потому что других ты еще долго не увидишь.

На невозмутимое лицо Селестии наползла тень ревности? Чистые неприязнь и ненависть? А может к другим эмоциям примешалась и капля неверия. Дискорд воздел лапы вверх и с потолка посыпались конфетти.

— Поздравляю с заслуженной победой, дорогая. Я сокрушен напрочь и навзничь. Мои жалкие пятьдесят девять процентов одобрения за первый месяц пали пред твоими навыками и опытом. Желаю тебе всех благ.

Наконец он отвернулся от Селестии на нанес последний, добивающий удар.

— Однако моя дорогая Луна ничего не получила в компенсацию за участие в нашей игре.

Аликорна приподняла очки, на ее губах играла тень улыбки.

— О? Думаю, то, что мне пришлось лишиться трона из-за пари сестры, можно назвать неприятностью. Ей стоило переговорить со мной прежде, чем позволять тебе править без меня, равно как и без нее, несмотря на то, что справился ты на удивление хорошо. Скажи, как ты намерен компенсировать нам эту неприятность?

— Правом на пожизненное бесплатное посещение моего заведения для тебя и твоей чудесной советницы, конечно, — объявил драконикус. – Скорее всего большая часть моих посетителей будет появляться вечером и ночью, так что у тебя всегда будет компания в часы твоего бодрствования. И ведь удобно, что правительство более всего до сих пор занято днем, не так ли? В отличие от сестры, у тебя будет время заглянуть ко мне.

Луна незаметно посмотрела на сестру, про себя запоминая, как кривится ее лицо.

— Думаю, это приемлемый дар, Дискорд. Звучит… весело. Я загляну вскоре, чтобы посмотреть, какие развлечения ты можешь предложить.

— И раз уж все закончилось, — посмотрел, наконец, Дискорд на Твайлайт. – Может, скажешь уже, куда ты спрятала Элементы? Я так и не понял, и это сводит меня с ума. Селестия не могла спрятать чего-либо от меня дольше, чем на несколько минут, а тут уже месяц. Где они?

— Ой, — смущенно улыбнулась Твайлайт. – Об этом… Мне, наверное, не стоит говорить тебе, раз уж они единственная твоя слабость. Ты, наверное, попытаешься украсть их просто из принципа, даже зная, что они не будут применены против тебя в любое обозримое время.

— О, вернее быть не может. Ты так хорошо меня знаешь, дорогая, — рассмеялся Дискорд. Поклонившись в последний раз, он исчез во вспышке света, забрав с собой и конфетти. Луна поднялась с трона и с упругостью в шаге подошла к Твайлайт. – Пойдем, Твайлайт Спаркл. Хоть я и не сплю, день – вотчина моей сестры. И раз уж я так нехарактерно бодрствую, я желаю, чтобы ты показала мне дневную жизнь города. Сестра позаботится о рассмотрении всех официальных документов, накопившихся за месяц, а ты поведаешь мне все самое интересное за выпечкой и горячим шоколадом.

— Конечно, принцесса, — взглянула единорожка на лицо Селестии в последний раз. – Я не смею ослушаться королевского приказа.

Обе одни покинули тронный зал, оставив Селестию одну. Как только дверь за ними закрылась, она наложила заклинание тишины на окна и двери, после чего начала упражняться в применении Королевского Кантерлотского Гласа вкупе с выражениями из современного и архаичного эквестрийского языка, не подходящими для употребления принцессами.

Смех Дискорда в последний раз разнесся по залу – достаточно тихо, чтобы скрыться в криках и проклятиях Селестии.

## Кризалис. Часть 1

Было слегка за полдень, когда Твайлайт вышла на улицы Кантерлота и вдохнула свежий воздух. Она смогла закончить работу ночью достаточно быстро, чтобы поспать до рассвета. И хоть бы она не отказалась от поездки в Понивилль или компании Дискорда, у нее были иные планы.

Как она ни старалась не отдаляться от семьи и друзей, но были моменты, когда связаться с понибудь было невозможно никак. Из-за конфликтов расписаний и неудач Твайлайт не видела брата уже две недели, и было вполне подходящее время это упущение исправить. Она раздобыла его расписание, узнала, когда у него будет выходной и сделала так, чтобы тот день у нее тоже оказался свободен.

Твайлайт добралась до дома своей семьи и постучала в дверь прежде, чем телепортироваться за нее. Манеры – это важно, в конце концов. Она появилась прямо перед лицом брата, спешившего к двери. Шайнинг Армор ойкнул и отшатнулся, упав на круп.

— Ты можешь пользоваться дверьми, как нормальные пони? – проворчал он. А она ухмыльнулась от уха до уха.

— Я не виновата, что ты не можешь к этому привыкнуть, о отважный Капитан Королевской Гвардии, — поддела его волшебница. – Кроме того, телепортироваться за дверь, чтобы увидеть твою реакцию – бесценно.

Они улыбнулись и обнялись. Все же они слишком долго друг друга не видели. Даже если Твайлайт не была на каких-нибудь раскопках, она редко покидала Кантерлот больше, чем на неделю, и часто они находили минутку перекинуться парой слов во дворце. Но в последнюю неделю Твайлайт была на дипломатических встречах вместе с принцессой Луной, а за неделю до того Шайнинг инспектировал удаленные военные части.

Вскоре они отпустили друг друга и пошли в гостиную. Шайнинг сел на кушетку и внимательно посмотрел на сестру.

— Итак… Надеюсь, грифоны хорошо приняли тебя и принцессу Луну? – спросил он.

— Оказалось, — кивнула Твайлайт. — У Рейнбоу в летном лагере была подруга-гриффина. Она много мне рассказала об их культуре заранее. Если бы Рейнбоу сразу не упомянула, как ужасны их застольные манеры, то меня бы стошнило в первый же день. Оказывается, кое-кто из них предпочитает убивать пищу прямо за столом, хотя я более, чем уверена, что из-за нас они старались вести себя хуже обычного, — Луна смотрела на все это слегка приподняв бровь, а Твайлайт понадобилось использовать магию, чтобы ей не стало дурно и могла продолжать есть. Даже бутерброд с ромашками сложно переваривается, когда прямо перед тобой разрывают на куски белку.

Единорожка потрясла головой, отгоняя воспоминания.

— А как насчет тебя? – спросила она. – О чем таком интересном можешь ты доложить?

Шайнинг чуть отвернулся и слегка покраснел.

— Ну… — сказал он. – Я, может быть… Скоро женюсь?

Твайлайт моргнула и присмотрелась в поисках знаков того, что братец над ней подшучивает, надеясь на интересную реакцию. Улыбки нет, ухо не дергается… Нет, не шутит. Он выглядел достаточно серьёзно.

Она чуть посидела, позволив тишине повисеть, и задала очевидный вопрос.

— Ладно, а можно поподробнее? То есть – скоро женишься? На ком и как давно это у тебя?

Шайнинг использовал мгновенье тишины, чтобы собраться.

— Твайли, ты же помнишь Кейденс, так?

При упоминании любимой няни хорошее настроение к единорожке вернулось.

— Кейденс, значит? – переспросила она, чуть прищурившись. – Интересно, как долго это между вами. Нет, не отвечай – я попробую догадаться.

Лицо единорога порозовело. Иногда его было приятно дразнить.

— Итак? – надавила она. – Что привело к этому счастливому событию? Вы же двое не были застуканы на чем-то… недостойном друг с другом? Ты ей уже признался?

Шайнинг приложил все силы, дарованные тренировками, чтобы сохранить невозмутимый вид и если не совсем белое, то не сильно розовое лицо.

— Мы давно это обдумывали, но просто никогда, казалось, не было подходящего времени. Даже сейчас мы не можем рассказать об этом пони-либо еще неделю-две, по крайней мере, пока она не вернется со своей поездки на фронтир. Она настояла на том, чтобы ехать без охраны, чтобы уладить там дела с буйволами, и мы хотим убедиться, что она будет тут, когда мы объявим об этом.

Твайлайт про себя отметила, что он не опроверг и не подтвердил ее утверждений, что их застали вместе. Учитывая, что ни в одной газете не освещался скандал, поймала их одна из принцесс. Но это можно оставить на потом.

— Это замечательно! – воскликнула она, вскочив на ноги. – Ты женишься на Кейденс и получишь положение, позволяющее противостоять принцу Блубладу.

Шайнинг слегка хихикнул и погладил кобылку по голове.

— Ты не думаешь, что радуешься немного не тому, Твайли? – шутливо спросил он. – Ведь Кейденс станет твоей старшей сестрой, а со временем ты станешь тетей. Кроме того, Кейденс хотела, чтобы ты помогла организовать свадьбу, а я бы хотел, чтобы ты стала моей свидетельницей. Когда Кейденс вернется, все пойдет куда энергичнее, знаешь ли.

— Конечно, я помогу, — радостно посмотрела Твайлайт на брата. – Я бы сказала, что тебе и спрашивать не нужно, но должна заметить, ты и не задумался об этом. Это отличная новость! История о том, как Рейнбоу и я обобрали мавзолей древних королей грифонов прямо под носом у их правителей, с ней даже и не сравнится.

Шайнинг с улыбкой посмотрел на сестру. Потом до него дошло последнее предложение.

— Погоди, ты что сделала? – воскликнул он.

-Библиотека замка Кантерлота, той ночью-

Твайлайт положила книгу о политических браках на стопку журналов и таблоидов. Хоть ей уже нравилась Кейденс, и она уже одобряла брак, единорожке хотелось быть уверенной, что она знает все, с чем может столкнуться, как только ее брат женится.

Пока казалось, что никаких зацепок нет. Родители Кейденс погибли в катастрофе многие годы назад, и она была приведена в замок принцессой Селестией – и туда же была приглашена небольшая армия слуг и учителей. Она была двоюродной сестрой принца Блублада, но они не пересекались, похоже, с дня катастрофы. Помимо этого, казалось, раскопать чего-то было невозможно.

Не то, чтобы Твайлайт надеялась накопать грязи, конечно. Она просто ожидала небольшой скандал там, давнего врага тут, членство в не такой уж и тайной секретной организации… но ничего. То, сколь малому количеству пони она не нравилась, даже почти пугало. У всех есть враги, даже если это совсем лишено смысла.

Но все же хорошо, что кроме свадьбы ни с чем не придется иметь дел. Со всем этим она могла просто с улыбкой дождаться церемонии и начать называть Кейденс старшей сестрой.

Твайлайт до сих пор могла с теплотой вспомнить, как Кейденс ее нянчила. Теперь, однако, она ценила выкроенное на нее время еще больше, потому что сейчас уже знала, сколько сил нужно приложить, чтобы получить время на саму себя.

Кейденс была принцессой, частью королевской семьи, и хоть ей не нужно было беспокоиться о наследовании, ее все же учили управлять страной. Рядом с ней были Гвардейцы всякий раз, как она покидала замок. В замке за каждым ее шагом следили слуги. А ведь еще были уроки по этикету, политике и всему, что еще можно. Даже подростком Кейденс нужно было постоянно учиться, а ради свободного времени приходилось ложиться костьми. Но она все же находила время присмотреть за маленькой Твайлайт.

Вместо того, чтобы бегать на свидания, она оставалась с ней и играла в куклы, пока родителей и брата не было. Вместо чтения любовных романов и просмотра спектаклей, она читала с Твайлайт, свернувшись рядом с ней под покрывалом. Вместо того, чтобы встречаться с потенциальными ухажерами из королевских семей и аристократии, она купала Твайлайт… и учила ее секретному танцу, который включал… махание крупом… перед Кейденс…

Упс. Если подумать, то рассматривая все эти теплые воспоминания в неправильном ключе и не зная, какой пони была Кейденс, об их отношениях можно было составить совершенно неверные представления. Но это была Кейденс, которая просто любила пони. Ее особенный талант – распространение любви магией! Распространять любовь, исправлять разлад в отношениях – сколько пони способны на это?

…Погоди-ка.

Твайлайт усилием воли остановила поток мыслей. Разве в Понивилле не было недавно ситуации, когда несколько кобылок использовали любовное зелье на своей учительнице, чтобы попытаться «помочь» ей найти пару на день Сердец и Копыт? Кобылкам пришлось выслушать весьма строгий выговор, если верить Рарити, и им все легко сошло с копыт лишь потому, что они помогли исправить учиненный кавардак. Но все же им пришлось поклясться никогда больше не играть с магией любви из-за аморальности принудительного воздействия на чувства пони.

Твайлайт левитировала к себе старую книгу о магической этике и законах, и раскрыла ее на разделе магии эмоций, схожей с ее заклинанием «Хочу – Беру». Перед ней на пятидесяти страницах приводились исторические примеры злоупотребления магией, а также законы и этические нормы, которые пони вывели в результате. Законы, как обычно, оставляли немало места для маленьких безвредных шуток и честных ошибок, но четко гласили, что полноценную магию любви применять к пони можно лишь с их согласия.

Твайлайт начала вспоминать ситуации, когда Кейденс применяла свою магию: двое пони громко ругались, мешая их прогулке, и Кейденс использовала магию, чтобы «исправить» проблемы, которые между ними могли быть. Насильно и не спрашивая их согласия. Она даже не остановилась и не обдумала ситуацию заранее, а Твайлайт, тогда еще малышка, не обратила на это внимания.

Но теперь подобные мелкие воспоминания всплывали в памяти Твайлайт, питая неожиданный и неприятный поток мыслей.

Какого сена никто и глазом не моргнул, когда член королевской семьи разбрасывалась магией любви направо и налево? Использовала ли она любовную магию на Твайлайт? Или Селестии? И если подумать, не избегала ли она Луны, как чумы, с самого ее возвращения? Твайлайт предполагала, что это из-за всей истории с Найтмер Мун, но вполне возможно, что все дело было в почти параноидальной привычке Луны всегда держать вокруг себя магическую защиту. Даже если Кейденс и смогла применить свою магию на Селестии, Луна была сильнее и куда более настороженной рядом с другими пони.

Что, если Кейденс все так любили потому, что она использовала магию, чтобы так было? Многое можно проигнорировать, если не можешь ее не любить. И любовная магия была чрезвычайно схожа с другими заклинаниями, созданными для воздействия на иные грани разума. Если она умело пользовалась своей магией, то Кейденс могла, возможно, не давать другим пони вспомнить то, из-за чего ее могли невзлюбить.

Это чушь, положила Твайлайт книгу к другим. Я знаю, что склонна раздувать из мухи слона время от времени, и я не хочу портить брату свадьбу, сходя из-за него с ума. К тому же, я бы предпочла видеть Кейденс другом, считая, что она не ужасная, втайне, пони.

Но неприятная мысль ее не покидала. Твайлайт поморщилась, но раз ее паранойя была выпущена из клетки, загнать ее обратно до развеивания всех волнений было невозможно. Конечно, это помогало ей в общении с представителями влиятельных кругов Эквестрии, и Кейденс была одной из них.

С хорошей стороны, она не могла представить себе дурной причины, по которой Кейденс могла желать выйти за ее брата – она уже была принцессой, хоть и не правящей, а потому стремиться к власти ей не нужно. Это было основной мотивацией большинства членов двора, а Кейденс превосходили только Селестия, Луна и сама Твайлайт. И она хотела жениться на ее старшем брате, чтобы вернуться в ее жизнь после многих лет, в которые они не общались.

Ух. Дурацкая паранойя. Твайлайт потерла висок копытом, стараясь унять внезапную головную боль. Кейденс, если бы желала, уже могла использовать старую связь с Твайлайт. Но все же, если она бесконтрольно использовала магию любви и считала необходимым избегать единственную пони, которая гарантированно могла ей сопротивляться… Твайлайт просто обязана была убедиться, что ее брат не собрался пригреть на груди змею – ради него самого.

Чтобы разобраться — был один простой способ. Ей нужно было всего лишь использовать защиту от магии разума и поговорить немного с Кейденс. Если она использовала свою магию, чтобы ее все любили, несмотря на поведение, то навыки общения у нее будут не лучшими. Если она использовала свою магию, чтобы пони прощали ей все недостатки, то Кейденс не могла научиться правильно их скрывать. Говоря честно, ее либо будет проще прочитать, чем учебник по алгебре, либо она просто будет сукой.

Если Твайлайт не обнаружит ничего страшного до свадьбы, то просто убедит себя, что ее бывшая няня – хорошая пони. По меньшей мере – не ужасная. И после знакомств с многими аристократами этого можно считать достаточным.

Проблема решена. А теперь, мозг, заткнись. Твайлайт понадобится изучить магические защиты, особенно те, что сложно обнаружить и которые защитят ее мысли и эмоции, но это было просто. Она левитировала прочитанное на свои места и начала обыскивать полки в поисках нужных книг. Ночь будет долгой.

-Замок Кантерлота, пару недель спустя-

Твайлайт чуть задержалась в коридоре, перепроверяя свои заклинания. Она одновременно и хотела, и не хотела встречаться прямо сейчас с Кейденс, и аргументация была запутанной даже по ее меркам.

С одной стороны, ей нравилось быть правой – это была практически одержимость. Мало что доставляло ей больше удовольствия, чем ощущение правоты в предположениях. С другой стороны, если она окажется права, то докажет, что не только одна из самых любимых пони ее жеребячества на самом деле ужасна – она докажет, что ее больше десяти лет водили за нос.

И как она ни любила видеть подтверждения своей способности выводить умозаключения, Твайлайт надеялась, что в чем-то ошибается. Это ощущение было еще более странным, чем, когда Дискорд сделал ее двумерной. Он сказал, что это поможет ей понять, что чувствуют большинство других пони Эквестрии, хотя она с трудом понимала, как потеря глубины поможет ей сблизиться с пони.

Единорожка еще раз проверила наложенные заклинания. Все было безупречно – как и ожидалось после семьдесят восьмой уже проверки. Ни одно заклинание даже отдаленно напоминающее влияние на разум или манипуляцию эмоциями ее не коснется. Даже заклинания, которые работали пассивно, созданные, чтобы исподволь влиять на ее эмоции и мысли, ничего не добьются – магия держала их под замком.

На восьмидесятый раз фанфары объявили о возвращении Кейденс в Кантерлот, и пара Гвардейцев поприветствовали ее как принцессу Ми Амору Кадензу. Твайлайт натянула на лицо улыбку, которая была всего лишь, по ее оценкам, на тридцать восемь процентов фальшивой, и открыла двери, чтобы поприветствовать свою старую няню, стоя бок о бок с братом.

Кейденс стояла у ворот с тщательно подобранным скучающим выражением лица, пытаясь игнорировать двух Гвардейцев. Она очевидно была еще в режиме «царственный дипломат», не позволяя эмоциям достичь лица, но вряд ли ожидала, что ее поприветствуют жених и его сестра. Это был просчитанный ход со стороны Твайлайт, ожидавшей с помощью сюрприза получить самую естественную реакцию.

Шайнинг и Твайлайт вышли на свет так, чтобы Кейденс могла их увидеть, и ее взгляд соединился с взглядом жеребца так быстро, что можно было услышать щелчок. Через секунду она его уже обнимала, а удивление на лице сменилось чистым удовольствием. Принцесса выглядела готовой застонать, ее ресницы, чуть задрожав, сомкнулись, а Твайлайт себя пожурила. Она беспокоилась, что эта пони плохая? Как бы там ни было, она явно любила Шайнинг Армора… может даже слишком сильно, исходя из реакции на простые объятия.

Улыбка Твайлайт утратила все следы неискренности, и как только эти двое отпустили друг друга, единорожка выпрыгнула вперед не хуже Пинки Пай.

— Кейденс! – все ее параноидальные мысли расточились в один идеальный момент, когда она взглянула на бывшую няню. Прошло слишком много времени с тех пор, как они были вдали от пристальных взглядов дворянства, и сейчас надо было сделать одну вещь.

— Божьи коровки нам счастье принесли! – запела Твайлайт, прыгая в их старом танце. — Цокни копытцами и крупом потряси!

Кейденс секунду на нее удивленно смотрела.

— …Что ты делаешь? – спросила она. Ее лицо окрасилось смущением и легким отвращением.

Что-то было не так. Это была не та счастливая встреча, которую ожидала Твайлайт, и ее прежние сомнения с триумфом вернулись. Но все же она развернулась к принцессе, слегка смущенная тем, что ей пришлось трясти крупом перед лицом Кейденс. В конце концов, она уже не маленькая кобылка.

— Это я, Твайлайт, — сказала она, выискивая на лице бывшей няни следы узнавания или тепла, которое помнила. Но их не было.

— Э, ага, — пробормотала Кейденс, отступив ближе к Шайнинг Армору.

Шайнинг положил копыто на спину Кейденс и заботливо улыбнулся сестре.

— Может мне пока помочь Кейденс устроиться? – предложил он. – Она, наверное, устала после совей командировки. Передай принцессе Селестии, что она доложит… через час или два, хорошо?

— Конечно, — кивнула с несколько вымученной улыбкой единорожка. – Ладно, тогда увидимся потом, хорошо?

Она снова посмотрела на Кейденс и получила в ответ взгляд, от которого у нее мурашки по спине побежали.

— Отлично, — промурлыкала Кейденс, вновь прижавшись к Шайнингу прежде, чем побудить его идти.

И пока они шли внутрь, Твайлайт смотрела им вслед, пребывая в совершеннейшем шоке. Это Кейденс? Эта злобная маленькая тварь – моя любящая, прекрасная няня? Думала она, глядя, как они заворачивают за угол. Разрази меня Селестия, я была права. Без влияния на меня ее магии она – ужасная пони.

Твайлайт проверила свою защитную магию, ища следы… хотя бы чего-нибудь, на самом деле. Она этого уже ожидала, но все же чувствовала себя преданной, когда что-то нашла. Было легкое касание некой магии на ее ментальных щитах – не очень сильное, едва заметное, но все же. Это был последний гвоздь в гроб.

Гроб принцессы Ми Аморы, лягать ее, Кадензы, как она могла бы выразиться.

Твайлайт телепортировалась в свои покои, напугав Спайка, который разглядывал фотографию Рарити. Шлёпнувшись на кровать, единорожка примерно минуту тяжело дыша просто смотрела в потолок. Ей нужно успокоиться прежде, чем начинать планировать чью-либо погибель.

Дракончик пришел в себя и забрался к ней рядом.

— Значит, все плохо, так? – спросил он и, после короткого кивка Твайлайт, слегка поежился. – Значит ли это, что ты перейдешь к радикальным средствам? – Еще один кивок. – Ладно. Если я тебе не сильно нужен, то я буду прятаться где-нибудь в пещере, на всякий случай.

— Спайк, отправь письмо. Несколько, на самом деле, — единорожка села и посмотрела на помощника.

Дракончик вздохнул, подошел к столу и взял оттуда перо и бумагу. Кейденс не знала, какой кошмар навлекла на себя. Твайлайт Спаркл, Королевский Советник принцессы Луны, носительница Элемента Магии, личная ученица принцессы Селестии и близкая подруга Дискорда только что поставила ее на самый верх своего списка врагов.

-Несколько дней спустя в подземельях замка Кантерлота-

Она сидела за большим деревянным столом во тьме, разгоняемой лишь светом пары свечей. Железная дверь со скрипом отворилась и вошли пять фигур примерно одного роста в плащах с капюшонами. Они расселись вокруг стола, оставив не занятой одну подушку, и коротко переглянулись.

— Твайлайт, дорогая, — кашлянула одна из них. – Хоть я и могу оценить твое желание придерживаться старых приемов и тому подобного, я действительно должна носить столь тусклый плащ? Я уверена, мы могли бы провести это совещание ничуть не хуже, нося стильные, подходящих цветов мантии, а не эти… коричневые мешки.

Сидящая во главе стола фигурка поднесла к лицу фиолетовое копыто.

— Рарити, вся суть тут в том, чтобы не использовать свои имена или показывать лица. Кроме того, книга четко описывала плащи – коричневые или черные, полностью скрывающие лицо и слегка поношенные. Они должны сочетаться с темным подземельем, в котором мы встречаемся.

В воздух вознеслось ярко-розовое копыто, сопровождаемое высоким голосом.

— Я Пинки Пай! – прокричала она. Остальные пони посмотрели на нее. – Что? Не похоже, что нам вообще нужны плащи. В подземельях сейчас нет заключенных, а Твайлайт проверила его на наличие магических жучков и всего такого. Хотя я не понимаю, как насекомые могут выдать наши личности, особенно божьи коровки. Если они, конечно, не волшебные говорящие жуки, что глупо! Ну или они могут превращаться в камни и все такое, и тогда нас может подслушивать стол, но Твайлайт проверила все на жучков, так что все хорошо. Мы уже нарушили несколько правил стиля плаща и кинжала, потому что у нас нет кинжалов, так что я голосую, чтобы мы перестали быть глупенькими кобылками.

В опустившейся тишине остальные пятеро посмотрели друг на друга.

— Должна сказать, шо уж коли Пинки считат энто глупым, то усе плохо, — покивав, пони сняли с себя плащи.

Рейнбоу Дэш с печалью посмотрела на свой.

— А по мне, идея была крутая. Все злодеи в Дэринг Ду носят плащи на тайных собраниях, скрываясь в тенях и всем таком, — со вздохом, она свой плащ бросила. – Итак, Твайлайт, в чем дело? Ты обещала все объяснить, когда мы придем.

Единорожка кивнула, перебирая магией бумаги.

— Мы все еще ждем Луну, но ей я уже немного рассказала. Девочки, я собрала вас по очень важной причине – мой брат женится на принцессе Ми Аморе Кадензе…

Глаза Рарити широко раскрылись, и она вскочила на ноги.

— Королевская свадьба! – воскликнула она. – Это чудесно, дорогая. Но почему вдруг плащи? И отчего ты не выглядишь счастливой? – спросила она. Лицо модельерши за секунды из радостного и восторженного стало встревоженным и взволнованным. – О, дорогая, это же не станет одним из тех скандалов, когда ты тайно влюблена в брата и не желаешь его отпускать, не так ли?

Флаттершай покраснела и тихо пискнула, услышав вопрос, а Твайлайт лишь раздраженно закрыла глаза. Увидев это, Рарити хихикнула и помахала копытом.

— Ничего страшного, уверена, ты все объяснишь. Продолжай, дорогая.

— Спасибо, Рарити, — ответила Твайлайт. – Итак, Каденза, или Кейденс, как ее зовут друзья, была моей няней, когда я была маленькой – моложе, чем даже Свити Белль. Тогда я думала, что она способна ходить по воде, и обожала ее. Нет, Рарити, не так, сядь обратно. Суть в том, что все любят Кейденс. А любят ее потому, что ее специализация – магия любви.

— Она использует любовную магию, чтобы нипони не мог и подумать о том, чтобы не любить ее по какой-либо причине, и я подозреваю, что она способна вмешиваться в мысли и память жертв. Когда я услышала о свадьбе, то начала искать о ней информацию, поняв, как неправильно это звучит, и задумалась о своих чувствах к ней. Перед следующей с ней встречей я прикрыла свой разум и эмоции от любой магии, какую можно придумать.

— Одним словом, она была ужасна. Она и близко не была такой, как я ее помнила, а когда проверила свои заклинания, то обнаружила след некой пассивной магии эмоций, коснувшейся меня. Не знаю, зачем ей нужно замуж за моего брата, но учитывая, что он капитан Королевской Гвардии, а также – мой брат, есть множество способов, как она могла бы это использовать. Одного этого было бы достаточно, чтобы я пошла и рассказала Селестии, но есть и другое.

Пони наклонились вперед, пока Твайлайт пыталась подобрать слова.

— Она приглядывала за мной вместо родителей до того, как я пошла в Школу Селестии для Одаренных Единорогов, предпочитая это всем прочим вещам, на которые мог бы потратить свободное время подросток. Я считала себя особенной, раз уж она, казалось, так меня любила. Она читала мне, лежа со мной в кровати, пока я не засну, купала меня… и она научила меня маленькому танцу, который я должна была исполнять с ней множество раз. О котором я никогда не говорила родителям. Я вам его покажу, а вы сами делайте выводы.

Твайлайт отошла от стола, нацепила улыбку и начала танцевать и петь. Когда она повернулась и выставила круп вверх, «потряся» им, то услышала хоровой вздох подруг. Твайлайт обернулась и увидела их широко раскрытые глаза.

— Ой… ой, — прошептала Флаттершай. Это описывало их чувства достаточно точно, и больше никто не был готов выразить свое мнение.

— Да, — кивнула Твайлайт ей в ответ. – Я тоже так отреагировала, когда чуть задумалась об этом. Я все еще была готова оправдать ее, когда она вернулась, и станцевала перед ней. Она не восприняла меня всерьез и, в лучшем случае, притворялась, и была не заинтересована во мне теперь, когда я выросла. Вот такая пони желает выйти за моего старшего брата. Пони, которая злоупотребляет магией любви ради собственных нужд, использует ее на ком хочет, без ограничений, и, сверх всего прочего, потенциальная педофилка. Девочки, мы здесь ради — ни больше, ни меньше — разрушения публичного образа принцессы Кадензы, ее самоуважения, а также всех планов и целей в жизни. Это политическое убийство. Это личное.

И еще раз на собравшихся пони опустилась тишина. Дверь отворилась вновь и вошла Луна, одетая в черный плащ.

— Здравствуйте, — сказала она. – Я ничего не пропустила. Я пришла бы ранее, но не могла найти коричневую мантию.

-Кухни замка Кантерлота-

Твайлайт наблюдала, как суетится кухонная обслуга, готовя чудовищные количества блюд, требуемых для свадьбы. Эпплджек была повсюду, работая как безумная, идеально вписавшись в роль отвечающей за питание. Твайлайт держала список того, что нужно было сделать на кухне – торт, ледяная скульптура, яблочные мини-фриттеры и так далее… а в памяти — еще один, по унижению Кадензы. Первый шаг –доказать подругам и Луне, что она плохая.

Луна возражала, что хоть все и выглядит пока плохо, если они как-то ошибаются в своих предположениях, то Твайлайт будет ужасно себя чувствовать. Еще она оттолкнет от себя брата и старую подругу – и в то же время обретет политического врага. Есть вероятность, неважно насколько малая, что Кейденс просто очень устала, а все, что Твайлайт помнит из детства — имеет совершенно рациональные объяснения.

Хоть она и признала, что тут вряд ли имеет место нечто иное, чем предположили Твайлайт и подруги, лучше было убедиться. И чтобы с наибольшим шансом найти требуемые доказательства, Твайлайт потянула кое-какие ниточки и вовлекла подруг в устроение свадьбы. А то, что они останутся после того, как найдут доказательства – было вишенкой на торте. И к слову о торте…

Эпплджек закончила с несуразно огромным свадебным тортом – яблочным, конечно же.

— Торт готов, — крикнула фермерша. Твайлайт сделала пометку в списке и Эпплджек поспешила к ледяной скульптуре, над которой работала, пока часть блюд выпекалась. После внесения последних деталей она отошла полюбоваться своей работой и сообщила подруге:

— Ледяная скульптура тож туточки.

Твайлайт улыбнулась. Все определенно наслаждались подготовкой к свадьбе, несмотря на поведение Кейденс. Улыбка эта слегка померкла, когда она краем глаза заметила в окне купол огромного щита, которым ее брат накрыл город. Сразу после того, как Твайлайт и ее подруги встретились, город был закрыт из-за «угрозы Кантерлоту», о которой сообщили Селестии. С точки зрения Твайлайт – это было уж слишком идеально вовремя, что оставляло неприятный вкус во рту…

Эпплджек сунула ей в рот яблочный мини-фриттер, прерывая мысль и стирая все намеки на дурной вкус. Они были прекрасны.

— Лучшие мини-фриттеры, шо ты за усю жисть пробовала? – с улыбкой спросила фермерша. И она знала дискордовски хорошо, о чем говорила.

— Есть, — согласилась Твайлайт, наслаждаясь вкусом.

Единорожка встала и потянулась, оглядываясь. Пока что работа на кухне шла хорошо, но она ожидала, что скоро появится Кейденс… Внезапно дверь распахнулась и гордо неся себя вошла Кейденс. Твайлайт зарычала про себя при взгляде на нее и сделала шаг назад, чтобы не сказать чего-то, о чем потом пожалеет. Каким-то образом она ненавидела Кейденс еще сильнее – просто от одного на нее взгляда. Это было нездорово.

— Привет, принцесса! – поздоровалась Эпплджек. Она была, конечно, укрыта всеми заклинаниями, какие накладывала на себя Твайлайт, и еще кое-какими, показанными Луной. Вся их команда, на самом деле, была защищена.

Кейденс смерила ее скучающим взглядом, словно само пребывание на кухне было пустой тратой времени.

— Пожалуйста, — манерно протянула она. – Зови меня «принцесса Ми Амора Каденза».

Твайлайт даже могла поверить, что она на самом деле кузина Блублада.

Улыбка земной пони стала более натянутой, но она все же обратилась к королевской занозе, как требовалось.

— Привет, принцесса Ми Амора Каденза, — нарочито медленно произнесла она, наклонившись чуть ближе к лицу аликорна. – Вы пришли проверить, шо у меню вашего великого дня?

— Да, — Каденза внезапно выдавила самую фальшивую улыбку, какую видела Твайлайт, и, казалось, слегка занервничала.

Эпплджек чуть на нее посмотрела, а потом повернулась к фриттерам. Каденза даже не позаботилась о том, чтобы сохранить искусственное выражение после того, как фермерша отвернулась. Твайлайт, наблюдая, прищурилась.

Эпплджек показала ей выпечку, и Каденза левитировала к себе одну, чтобы откусить крошечный кусочек.

— Вкусно, — пробормотала она. – Обожаю, обожаю, обожаю их!

Твайлайт поставила галочку в мысленном свитке. Читается проще учебника по алгебре. Эпплджек приподняла бровь и достала бумажный пакет. Этого при мне Эпплджек не упоминала, подумала про себя Твайлайт, склонив голову.

— А, ладно, — спокойно произнесла фермерша. – Почему б вам не взять с собою немного?

…И Твайлайт увидела вторую самую фальшивую улыбку, но теперь от своей подруги.

Что она делает?

Кейденс посмотрела на пакет, словно он был полон тараканов, и нехотя взяла его. Эпплджек же продолжила давить.

— Почему б вам еще не попробвать? Они туточки маленько полежали, и мне нужно знать, усе ль еще хорошо с ними.

Сильно колеблясь, Кейденс взяла еще один фриттер и сделал мельчайший укус, какой видела Твайлайт, прежде, чем положить его обратно.

— Они тоже хороши… но я их потом съем, — произнесла она, отступив, а потом и выбегая их кухни. Как только она убежала, то выкинула пакет подальше.

Твайлайт подошла к подруге, поглядывая на ее слегка зловещую улыбку.

— Эпплджек, и что это было?

— Фриттеры с пургеном. Я убедилась, шо она отменная лгунья. Ни капли достойных манер, и у ней больше мошенства, чем у Флима с Флэмом, перемешанных у блендере и вылитых на Трикси. Усе у ней – ложь, иль я не Элемент Честности.

Твайлайт удивленно посмотрела на подругу и отступила. Из всех пони именно от нее она не ожидала чего-то до того, как план придет в действие. Не то, чтобы Кейденс не заслужила этого всего и еще немного, но она определенно сможет догадаться, что что-то не так. Твайлайт взмолилась про себя, чтобы дальше все шло без помех.

-Покои Твайлайт-

Твайлайт посмотрела на подруг, сидящих в ее покоях и выглядящих немного смущенно. Пинки и Рейнбоу были, конечно, исключениями, но все остальные были немного смущены.

— Ладно, я ожидала, что Пинки и Рейнбоу подстроят какую-нибудь шуточку, — обратилась к ним единорожка. – Должна сказать, что подсыпать порошок Ядовитой Шутки в ванну – действительно изобретательно и находчиво. Жаль, что вместо Кейденс попались подружки невесты. Фриттеры со слабительным от Эпплджек были немного неожиданностью, как и платье, посыпанное чесоточным порошком, которое на Кейденс попыталась надеть Рарити. Однако, думаю, вам не стоит больше этим заниматься. Она догадывалась, что вы что-то задумали, как только входила, — Эпплджек и Рарити поежились под строгим взглядом подруги, но когда единорожка перевела взгляд на Флаттершай, то обычно застенчивая пегасочка продолжала держать голову поднятой. – Но, Флаттершай, вот уж когда твои птицы вдруг напали на нее – это было совершенно внезапно. В чем дело?

Пегаска взяла в копыта злобно выглядящую красную птичку и начала ее гладить.

— Не понимаю, о чем ты, Твайлайт. Моим птицам просто не понравилось, когда она охаяла их пение. Я, конечно, могла поделиться с ними подозрениями о том, что она делала с маленькой тобой, и как она грубо себя вела, но я не приказывала им нападать на нее.

Долгую секунду все в комнате смотрели на Флаттершай. Наконец, голос подала Рейнбоу.

— Значит, перечитала вчера учебник Айрон Вилла по уверенности в себе или чего?

— Когда я узнала, что мы будем делать, — ухмыльнулась ее давняя подруга. – То поняла, что обычная Флаттершай вряд ли сильно поможет, так что почитала немного. Не все, конечно, потому могу держать гнев в узде. Не беспокойтесь, девочки, я помню, как все плохо было в прошлый раз.

Твайлайт поморщилась, когда Пинки и Рейнбоу подняли копыта, поздравляя Флаттершай.

— Надеюсь вы помните, что мы должны застать ее врасплох, чтобы разрушить жизнь и сорвать свадьбу, а не просто сделать ужасной ведущую к ней неделю, так? И хоть мы все убедились, что она ужасна, а на всех ваших щитах были следы магии эмоций, принцесса Луна хочет несколько более прочных доказательств. Таким образом, когда придется рассказать принцессе Селестии обо всем, что мы делали и почему, она нас поддержит, а не заключит в тюрьму.

Эпплджек подняла копыто. После того, как Твайлайт посмотрела на нее, спросила.

— А разь ты неофициально не правишь сейчас Эквестрией, Твай?

Единорожка моргнула и посмотрела на кивающих подруг.

— Ух… это неважно, — пробормотала она, чуть сжимаясь.

— Итак, — заговорила Рарити. – Если Каденза не выходит за твоего брата, блестящего капитана Королевской Гвардии, значит ли это, что он свободен для меня?

Где-то сзади закашлялся Спайк, а пони закатили глаза.

Веко Твайлайт дернулось. А почему, по-твоему, я не упоминала его рядом с тобой раньше, ты, пустоголовая, манерная, двинутая на аристократии золотоискательница? Твайлайт пришлось сделать над собой усилие, чтобы не высказать свои мысли вслух, вспоминая все хорошие черты подруги.

— После всего этого, Рарити, думаю ему потребуется время прежде, чем он будет способен думать о свиданиях. Попробуй через годик-другой.

Или никогда. Тоже хорошо.

Дыши глубоко, Твайлайт, дыши глубоко. Рарити казалась разочарованной, а Рейнбоу развеселившейся. Она, наверное, смогла прочесть всю эту мысленную тираду по дернувшемуся веку и тону. В конце концов, она то же самое смогла в том могильнике грифонов.

— Ладно, — заставила себя успокоиться Твайлайт. – Я наложила на покои Кейденс шпионское заклинание, и как только Луна вернётся от Дискорда, мы его применим. Я не ожидаю, что она подставится сразу же, как заклинание сработает, так что нам придется меняться, наблюдая и ища все, что мы сможем использовать против…

Дверь распахнулась и ввалилась принцесса Луна. Ее крылья были розовыми, копыта – неоново-оранжевыми, а грива покрыта сахарной ватой. Еще она улыбалась от уха до уха и хихикала.

— Итак? – спросила Твайлайт. – Дискорд поддерживает план?

Аликорна хихикнула еще раз и шлепнулась на кровать Твайлайт.

— Да, он определенно будет там, — сказала она, подавив смех. – Ему интересно увидеть, чего ты запланировала, и будет готов вмешаться при необходимости. Или если он сочтет это достаточно веселым для себя.

Рарити с выпученными глазами и отвисшей челюстью смотрела на Луну. Та это заметила, закатила глаза, рассеялась искрящимся туманом и собралась обратно рядом с Твайлайт, вновь идеально чистая и царственная. Кровать Твайлайт, конечно, оказалась вся испачкана.

Твайлайт левитировала зеркало со стола на середину комнаты, сосредоточившись на деле.

— Ладно, принцесса, не окажете ли нам честь?

Луна ответила, закрыв глаза и призывая магию. Ее рог засиял темно-синим, поверхность зеркала помутнела и очистилась вновь. Все наклонились вперед посмотреть, чем Кейденс занимается в своих покоях.

В зеркале Кейденс примеряла платье, готовясь к свадьбе. Но, при этом, она, казалось… пела. Злобно.

День этот станет идеальным.

Мечтала с детства я о нем и так ждала.

Пони все меня окружат, прекрасен будет мой наряд.

Не поймет никто, что я всех провела.

— Она серьезно поет о злобном плане? – уставилась в зеркало Рейнбоу. – Она что, не знает, что Гвардия, типа, за дверью?

Неважно платье мне совсем, и пусть я сладкий торт не съем…

— Она тока шо расплющила корзинку фруктов? – приподняла бровь Эпплджек. – А, она ж злая, так?

Да, я солгу пред алтарем:

Что любовь его — награда,

Что я счастлива с ним рядом.

На самом деле мне не нужен он.

— Однако у нее хорошие легкие, — заметила Рарити.

Да, любовь здесь ни причем,

Лишь только холод в сердце моем.

Но хочу, чтоб был он только мой!

Пинки потерла подбородок копытом.

— А знаете, — заметила она. – Думаю, из этого бы вышел хороший дуэт. Только не уверена, как.

Луна и Твайлайт с отвисшими челюстями смотрели в зеркало. Они посмотрели друг на друга, и принцесса остановила заклинание.

— Хорошо, думаю у нас есть все свидетельства, которые нам могут вообще понадобиться, — произнесла она. – Не думаю, что даже я когда-то пела о том, какая я злая. Фактически, даже Дискорд о своей злобности не пел. О шоколадном дожде – да, но не об идеальности своих злобных планов.

Твайлайт кашлянула и выпрямилась.

— Она поет о своих злобных планах во всю глотку. Прямо как в опере, — неверие наконец уступило веселью. – Кажется, мы только что были свидетелями чего-то действительно уникального, девочки – тупейшего злодея в истории Эквестрии.

Флаттершай промолчала, но снова начала гладить красную птичку. Та гордо раздулась – они поступили правильно и знали об этом.

Твайлайт повесила зеркало обратно на стену, достала стопку выверенных, надежных планов сокрушения Кейденс и выкинула их в камин.

— Они больше не нужны. Из аккуратной операции это стало убийством из милосердия. Все, что нам нужно…

Единорожка достала из угла комнаты старую коробку игрушек и начала в ней рыться. Страшненькую куклу она с любовью отложила в сторонку, как и несколько книжек с картинками и кубиков с буквами. Безвкусные, яркие игрушечные украшения были отброшены в сторону, и, наконец, Твайлайт вынула другие безвкусные и яркие украшения – Элементы Гармонии.

Левитируя ожерелья и тиару, Твайлайт повернулась к подругам.

— Все, что нам надо – чистая грубая сила, подкрепленная еще кое-чем на всякий случай.

-Часовня-

Твайлайт стояла у кафедры, изучая предпринятые ей меры, когда гости начали собираться. Луна приняла облик Найтмер Мун и скрывалась за портьерой, а Дискорд парил за свисающими с потолка флагами. Все ее подруги носили Элементы Гармонии под нарядами подружек невесты, а тиара Твайлайт сидела на ее голове, у всех на виду. В конце концов, опознать ее не сможет никто, кроме, наверное, Дискорда – в последний раз, когда Элементы видели, они были каменными шарами, а не украшениями.

Твайлайт работала всю ночь, подготавливая заклинания, которые понадобятся ей для текущего плана. Это было, на самом деле, просто – теперь, когда она знала, насколько плоха была Кейденс в ее «злобности». Она поместила на кафедру кристалл, который разрушит всю активную магию в помещении. После того, как она его активирует, любовные заклинания Кейденс рассеются, и Твайлайт поразит ее комбинацией заклинания правды и того, что помог ей составить Дискорд – заклинания театрального монолога. После этого принцессе потребуется лишь небольшой толчок, чтобы начать говорить, и она сама выроет себе могилу, не способная остановиться.

Ну а поскольку Кейденс все же аликорн, то тут будет не только Селестия, но и Найтмер Мун, Дискорд и Элементы Гармонии, готовые разразить ее, попробуй она устроить что-то неожиданное. Твайлайт верила в победу через превосходство в огневой мощи. Кроме того, она еще ни разу не применяла Элементы, и ей хотелось посмотреть, что они сотворят с Кейденс. Им, казалось, нравились злоехидные варианты изгнания, так что они могли отправить ее в детский сад для злодеев на ближайшую тысячу лет.

Да, этот день будет идеален. Просто не для принцессы Ми Аморы Кадензы.

Гости заняли свои места, Селестия встала за кафедру, а Твайлайт сменила мрачную ухмылку на самую яркую улыбку, какую смогла, как только Шайнинг Армор вошел и занял место рядом с ней. Единорожка кинула взгляд на брата, а после внимательно присмотрелась. Его глаза были расфокусированы и светились зеленым. Выглядел капитан так, словно не спал давным-давно, и казался несколько несобранным.

— Привет, Твай-лайт, — даже голос его звучал, как у явно управляемой марионетки.

Единорожка посмотрела на Селестию, надеясь, что та все же не слепа, чтобы пропустить подобное. Но принцесса лишь улыбалась, совершенно не обращая внимания. И вот конец пришел моей вере в то, что принцесса Селестия способна сама справиться с управлением страной. Даже интересно, как она дожила до тех дней, когда я начала помогать.

Ее размышления прервали гудение труб и пение птиц. Кейденс вошла и медленно прошла вперед, встав перед Селестией.

Шоу начинается.

Принцесса начала свою речь, а Твайлайт сместилась к глушащему кристаллу.

— Леди и джентльпони, мы собрались здесь сегодня, чтобы засвидетельствовать союз Принцессы Ми Аморе Кадензы и капитана Шайнинг Армора. Шайнинг Армор, клянёшься ли ты любить и дорожить этой кобылой, быть с ней в болезни и здравии до конца твоих дней?

Жеребец дернул головой в подобии кивка и монотонным голосом произнес:

— Клянусь.

Удовлетворенная этим Селестия повернулась к Кейденс, и тут Твайлайт включила кристалл. Его гудение было скрыто голосом Селестии, но Твайлайт видела, что он работает, так как зеленое свечение медленно уходило из глаз брата.

— А ты, принцесса Ми Амора Каденза, клянешься ли любить и доро…

Речь Селестии была прервана, когда Кейденс с расширившимися глазами и потрескивающим рогом отступила от кафедры. Что происходит? Кейденс окружило кольцо зеленого пламени, и она была охвачена столбом неоново-зеленой магии под ее яростный вопль и удивленные восклицания собравшихся пони.

Когда магия рассеялась, на месте Кейденс оказалась большая, черная пони с длинным, неровным рогом, насекомыми крыльями и дырками, усеивающими как ее ноги, так и все те же крылья. Пока она неровно дышала, оглядывая себя, Твайлайт отключила кристалл и применила заклинание правды-монолога.

— Нет! – воскликнула бывший аликорн. – Как вы рассеяли мою маскировку?

Маскировку? Твайлайт сделала знак подругам не говорить ничего. Ситуация становилась странной.

Заклинание, однако, все же сработало, потому что пони-жукомонстр продолжала говорить, не ожидая ответа.

— Мой план был идеален, маскировка безупречна! Как меня раскрыли? – она повернулась к Твайлайт, «невинно» посвистывающей. – ТЫ! – закричала она. – Это ты как-то все испортила. Я знала, что от тебя будут проблемы с того самого момента, как повстречала тебя! Все прочие пони, которых я встречала, прямо лучились любовью к своей обожаемой принцессе – а у тебя положительных эмоций вообще не было. Я просто подумала, что ты враг подмененной пони, но ты, похоже, раскрыла мою маскировку с самого начала, зная, что я подменыш!

— Конечно. Я знаю Кейденс много лет, и ты не могла имитировать ее даже ради спасения жизни. Я заподозрила неладное, как только тебя увидела, — Твайлайт тщательно сымитировала свою реакцию. Как хорошо, что я не Элемент Честности.

— Ты думаешь, что ты умная, — рассмеялась Не-Кейденс. – Да, я подменыш, и не какой-нибудь, а королева подменышей. Видишь ли, мы питаемся любовью других существ, а в Эквестрии больше любви, чем я видела где-либо еще! Захватив эти земли, мы получим больше силы, чем могли когда-либо мечтать. И пока я была тут, я хорошо питалась любовью Шайнинг Армора к его дорогой Кадензе, ослабляя его и его заклинание. Даже если он и не под полной моей властью, он не может больше удерживать барьер. Вскоре моя армия прорвется сквозь него, и мы будем править Эквестрией! Хоть вы и раскрыли меня, уже слишком поздно чего-то делать!

Шайнинг Армор кашлянул, встав рядом с сестрой.

— На самом деле, я уже не под твоей властью. И могу удерживать щит без всяких проблем еще минут четыре-пять.

Не-Кейденс чуть отшатнулась от жеребца, но все же собралась.

— …Как я уже говорила, это ничего не значит. Через пять минут Кантерлот будет моим!

— А ты не забыла обо мне? – выступила вперед Селестия. – Ты же не думаешь, что я буду сидеть, сложа копыта, пока ты вторгаешься в мой город?

Портьера, прикрывающая одну из стен, широко распахнулась, и вперед вышла Луна в образе Найтмер Мун с летящей гривой и сияющими белым светом глазами.

— И обо мне забывать не стоит. Я та, что принесла Вечную Ночь, и не возобладай логика, благодаря которой эта Вечная Ночь была краткой, мир бы замерз в моем гневе. Ты действительно думаешь, что справишься со мной? Не говоря уже обо мне вместе с моей сестрой?

Не-Кейденс побледнела при виде обеих правительниц Эквестрии. Она, наверное, могла бы побороться с Селестией, и восстановилась бы до того, как проснулась Луна. Либо так, либо она просто позабыла о существовании Луны. Ей же хуже.

Прежде, чем она успела чего-то ответить, по часовне разнесся безумный смех и рядом с Не-Кейденс появился Дискорд и обнял ее за плечи.

— О, это было просто замечательно весело. К слову, должен заметить, что я тоже тут. Позволь представиться – Дискорд, дух хаоса, дисгармонии и необычной пищи. У меня тут небольшой бизнес.

Дискорд исчез и появился рядом с Твайлайт.

— А еще так случилось, что я считаю Твайлайт моей очень близкой подругой, и так случилось, что она попросила меня понаблюдать за происходящим здесь. Я слишком давно не развлекался хорошей драчкой, так что тут против тебя сразу три бога. Позволь спросить, ты считаешь, тебе повезло?

Подруги Твайлайт встали рядом с ней и явили свои Элементы. Когда они заняли места рядом с единорожкой, тиара и ожерелья начали зловеще сиять.

— Ну а еще тут Элементы Гармонии, — подмигнула единорожка королеве подменышей. – Просто на случай, если всего остального окажется недостаточно. Судя по данным из первых копыт, если мы поразим тебя ими, то выбор у тебя будет из заключения на луне или теоретически вечного окаменения. Ты выбрала неправильную цель.

Задние ноги Не-Кейденс подкосились и она со стуком села, с широко раскрытыми глазами осматривая все, направленное против нее. Селестия подошла к ней и положила копыто на спину.

— Итак, — протянула она. – Готова сдаваться или мы по очереди будем тебя унижать? Выбор за тобой.

Королева подменышей изучила собравшиеся против нее силы, сравнила с ними свою недавно увеличившуюся мощь, и поняла, что проигрывает. Одна Найтмер Мун способна справиться со всей ее армией, а против Дискорда она практически бессильна. Выступить против них обоих с Селестией во главе – это верный путь к страданиям. Превеликим. Еще и Элементы чего? Заключения на луне и вечного окаменения?

Она подняла копыта, сдаваясь, будучи достаточно разумной, чтобы понять, когда в борьбе смысла нет. Один ментальный приказ подменышам — и ее армия начала рассеиваться и прятаться.

Селестия величественно стояла перед Не-Кейденс.

— Хорошо, осталось только вернуть мою племянницу и определить твое наказание. Скажи нам, где принцесса Ми Амора Каденза, и мы будем снисходительны.

— Я заперла ее в кристальных пещерах, — едва не рыча королева подменышей посмотрела на Твайлайт. – Под Кантерлотом. Зная это, вы легко сможете ее найти.

— Капитан, будьте добры, отправьте солдат вернуть свою настоящую невесту, — посмотрела на жеребца Селестия. – Я и Луна вместе с Твайлайт обдумаем подходящее наказание для нашей пленницы.

Шайнинг Армор отсалютовал и убежал – все еще усталый из-за событий дня, но все же не желающий останавливаться, пока настоящая Кейденс не будет в безопасности.

Селестия посмотрела на гостей и без слов телепортировала себя, Твайлайт, Луну и королеву подменышей в подземелья. Она выбрала помещение с достаточно большим столом и хорошей, тяжелой металлической дверью.

— Прошу прощения, — постучал принцессу по голове Дискорд. – А у меня тут голоса нет?

— А разве ты не решил, что не желаешь иметь ничего общего с политикой? – изогнула бровь Луна.

— Есть большая разница, — закатил глаза драконикус. – Между правлением и придумыванием иронических наказаний, дорогая.

Селестия нацепила невозмутимую улыбку и левитировала корону с головы.

— Это просто глупо. Мы уже знаем, как поступим, и я с радостью уйду в отпуск еще раз. Твайлайт, я полагаю, у тебя уже готово подходящее объяснение?

К удивлению королевы подменышей, лицо Дискорда засияло, как солнце. И он весьма широко улыбался.

— Мне нужен попкорн, чтобы должным образом насладиться лекцией. Это должно быть весело – она смягчила удары по мне и Луне, разобрав нашу логику на кусочки, но сейчас я ожидаю хорошего шоу. Вечная Ночь и Дух Хаоса, пытающийся править страной – практически нормально в сравнении с подобным уровнем глупости.

Прежде, чем Не-Кейденс смогла возразить, Твайлайт встала перед ней и строго посмотрела.

— Во-первых, как твое имя? Будет проще, если я перестану назвать тебя Не-Кейденс или обращаться по титулу.

— Я королева Кризалис, правительница подменышей! – театрально выпрямилась ее собеседница. – Все склоняются пред моей мощью… — и тут же сжалась. – Ну, или так было до сего дня. И почему меня отчитывают? Мало уже того, что я провалилась и бессильна пред моими врагами? Если меня бросят в тюрьму на века, то просто киньте меня в темницу гнить. А если казнят, так и скажите, чтобы я успела с этим примириться.

Твайлайт призвала бумаги и начал их перебирать. Они были пусты, но помогали собраться с мыслями.

— Кризалис, — начала она. – Ты определенно не изучила цель перед вторжением. Однако, как бы плохо это ни было, лекции заслуживают твои ложные логические выводы. Честно говоря, ты худший злодей из всех, что я видела – тебя не казнят, потому что ты в злодействе настолько плоха, что не являешься даже угрозой.

Кризалис посмотрела на остальных бессмертных в помещении, которые жевали какую-то закуску.

— Вы же не серьезно?

Все трое дружно покивали.

— Во-первых, — продолжила Твайлайт. – Ты сказала, что вы питаетесь любовью, но все же привела армию, чтобы поработить нас. Вражеские вторжения нас, пони, не слишком воодушевляют. Сама причина, по которой Эквестрия так полна любви – власти тут уважают и хорошо относятся к подданным. Порабощение же эту любовь на прежнем уровне не сохранит. Только самая мощная магия любви может устоять перед чистой ненавистью, а любовная магия, достаточно мощная, чтобы пони игнорировали рабство, поглотит больше энергии, чем ты получишь из их любви.

— Это называется сохранением энергии. Если любовь производится благодаря твоей магии, то любая магия, которую ты получишь из этой любви, будет той самой магией, что ты применила в первую очередь, за исключением любых потерь при преобразовании, рассеивании заклинания и неидеальной передаче энергии. Нечто в меньших масштабах возможно с помощью магии управления снами у спящих пони, но… это потребует больших хлопот, чем даст результата. И это если еще забыть о количестве силы, которая тебе бы потребовалась, чтобы побороться с Селестией один на один, не говоря уже о включащейся в бой Луне. Я сомневаюсь, что все пони Эквестрии смогут дать достаточно энергии, которую тебе пришлось бы потратить на вторжение. И это после того, как пришлось бы учесть все затраты сил на какой бы то ни было метод контроля над ними с сохранением их способности производить любовь!

Кризалис, казалось, сжалась под этим выговором. Она и не думала, что ее план настолько плох.

— Во-вторых, — прорычала Твайлайт. – Ты решила, что лучше всего будет подменить Кейденс и выйти за моего брата?! А ты не задумывалась о том, чтобы подменить Селестию, застав ее врасплох? Избавившись от Селестии, ты могла послать другого подменыша изображать Кейденс, и имела бы любовь всей смотрящей на тебя Эквестрии. Такое случается, когда население поколениями растет убежденное, что их бессмертный правитель идеален, а чего бы дурного ни случалось – это вина порочной аристократии.

Дискорд поднял коготь, заставив стол превратиться в перевернутый, но плюющий на гравитацию подсвечник. Сделанный, конечно, из ярко-желтых леденцов и пронзительно-красных ананасов.

— Можно перебить? – спросил он.

Твайлайт сделала ему разрешающий жест, а Кризалис отодвинулась от бывшего стола. Похоже, при ней еще никто не превращал мебель в вырвиглазных цветов пищу или чего-то вроде.

— Знаешь, если ты реально хотела захватить Эквестрию, — продолжил драконикус. – Тебе следовало бы заменить Твайлайт Спаркл. Она уже практически правит страной, а Селестия и Луна обожают ее за то, что она примирила их спустя тысячу лет. Давно уже не секрет, что тут распоряжается Твайлайт.

К Кризалис, вроде, вернулся голос, хотя она не могла сформулировать чего-то сложнее, чем:

— Погодите, серьезно?

Луна повернула голову, словно погрузившись в размышления.

— На мой взгляд, звучит верно. Сестра, согласна ли ты с утверждением Дискорда?

— О, конечно! – радостно согласилась та.

Кризалис открыла рот, закрыла и, подняв копыто, заговорила.

— И вы не против? – не веря спросила королева.

— А в чем проблема? – возразила Селестия. – Она смертна, коли ты позабыла, а мы – нет. Кроме того, она крайне компетентна – а эта черта крайне редка, уж поверь моему опыту. И ты яркий пример этого факта.

— То есть, я образец ее компетентности? – спросила Кризалис угрожающе высоким голосом. Никто не был впечатлен.

— Да, и давай я объясню, — ответила Селестия. – Благодаря Твайлайт две последние попытки захватить страну привели к тому, что объем моей работы сократился до трети от того, что было несколько лет назад, и я смогла даже позволить себе месяц отпуска без вреда для Эквестрии. Честно говоря, я могу различить хорошие вещи при взгляде на них, и не считаю, что в их работу нужно вмешиваться. Я не глупа, Кризалис.

— И каким же будет мое наказание? – тяжело вздохнув, подменыш едва не растеклась по полу. – Я явно слишком опасна, чтобы меня отпустить, так что предполагаю заключение в каком-нибудь неприятном месте? Это подойдет – с учетом того, что я уже заключала вашу Кадензу под землей.

— О, твое наказание будет неприятным, уж поверь, — хихикнула Луна. – Тебя ждут тоска и скука, каких ты и представить не могла. И ты регулярно будешь в окружении существ, в которых столь мало любви, что тебе больно будет находиться в одном с ними помещении.

Глаза Кризалис стали шире. Ее же не в Тартар пошлют? Где бы они ее ни заключили, она была уверена, что сможет оттуда сбежать, но даже подменыши не смогут проникнуть в такое место…

— Сестра, ты ее пугаешь, — шутливо отругала Луну Селестия. Королева пришла в себя и вопросительно на нее посмотрела. Принцесса Солнца кивнула Твайлайт. – Не будешь ли ты так добра, моя верная ученица?

Дискорд выскочил вперед прежде, чем Твайлайт успела чего-то сказать.

— Они ведут к тому, что тебя заставят править Эквестрией. В данный момент это стандартное наказание за попытку захватить страну. Я и представить не мог, что когда-то буду любить законы.

— Вы все сумасшедшие, что ли? – серьезно, как никогда, спросила Кризалис.

— Виновен по всем статьям, — драконикус переплел пальцы и устроил на них голову.

Твайлайт кашлянула, заставив все три бессмертных существа с почти неограниченной мощью немедленно забыть обо всем, кроме нее. Кризалис почувствовала подступающую головную боль и тоже повернулась к Твайлайт. Королева даже задумалась, не оглушили ли ее до комы и все вокруг – кошмарный сон, навеянный Найтмер Мун.

— Технически, мы не дадим тебе власти над страной, Кризалис, — начала объяснять единорожка. – Мы всего лишь спихнем на тебя те стороны правления, которыми никто, на самом деле, не желает заниматься. Ты будешь использовать свои способности к превращению, чтобы подменять Селестию и Луну на мероприятиях и встречах, которые требуют их присутствия, но на которых им быть, на самом деле, не обязательно. Благодаря этому у принцесс будет больше времени, чтобы заниматься действительно важными вещами, а также освободит больше личного времени.

Твайлайт посмотрела на Селестию в поисках одобрения. Та, казалось, подумала, а потом приняла решение.

— Думаю, лучше всего будет дать ей поуправлять страной неделю или две прежде, чем перейти к твоему варианту. Луна и я уйдем ненадолго в отпуск, в то время, как она будет подменять нас обеих в наше отсутствие, а Твайлайт станет ей помогать. После этого, думаю, она станет куда более покладистой.

В этот момент Кризалис уверилась, что все эти пони безумны не менее Дискорда.

— Вы же понимаете, что таким образом даете мне идеальную возможность для захвата власти? Вы вернетесь и обнаружите Эквестрию под моим железным копытом!

Все в комнате разразились смехом, и громче всех был Дискорд.

— Даю ей день прежде, чем она начнет умолять нас вернуться, — смогла первой заговорить Луна.

— Луна, сестренка, это не очень-то и щедро с твоей стороны, — пожурила ее Селестия. – Я уверена, что она протянет полтора.

Дискорд возник рядом с Кризалис, сочувствующе покачав головой.

— Дорогая, к тому времени, как эти двое вернуться, ты пойдешь за Твайлайт в Тартар и обратно. Твоя верность будет несокрушима, и ты даже думать не сможешь о том, чтобы предать ее. Обычно становится так. Борись, сколько хочешь, но не поможет, — после чего наклонился и прошипел королеве на ухо. – А если с ее головы хоть волос упадет — я всерьез задумаюсь о том, чтобы обратить тебя в кактус и отправить на Ледяной Север. Я могу – теоретически, конечно – сделать так, что ты прочувствуешь каждую секунду, как будешь замерзать до смерти, но даже тогда я не дам тебе умереть. До конца вечности ты будешь знать только боль… если все пойдет по этому гипотетическому сценарию. Так что предлагаю вести себя хорошо.

Кризалис не сдвинулась с места, и драконикус погладил ее по голове и исчез. Нипони, казалось, не слышал его угроз, а Кризалис определенно не желала убеждаться в его искренности.

Твайлайт встала и подошла к ней.

— Думаю, на этом и порешим. Я предоставлю тебе основную информацию, которую тебе нужно знать, к концу дня, а также список того, что мне нужно будет знать о подменышах. Пока что ты поселишься в покоях принцессы Селестии. Ты же знаешь, где они?

Королева надела на лицо маску легкого раздражения, чтобы не выдавать свои чувства.

— Конечно. Я сейчас же отправлюсь туда.

Даже если она не могла навредить этой ужасной маленькой единорожке, Дискорд ничего не говорил о манипулировании ею, лишении свободы, а также множестве других вещей, которые она могла бы сделать. Ей придется работать осторожно, и хоть день вряд ли был идеален, разгрестись она все же сможет.

## Кризалис. Часть 2

Твайлайт стояла перед дверями в покои брата и смотрела на доски так, словно на них были указаны ответы на все вопросы вселенной. Она старалась казаться собранной и спокойной, но мыслями и эмоциями она была от этого очень далека.

В последние две недели ее одолевала паранойя в адрес старой подруги. Ее опасения, предположительно, подтвердись, и скрывая бурлящую ненависть она готовила саботаж ее свадьбы. А под конец цель всех ее эмоций оказалась чем-то вроде монстра-оборотня-жукопони. Она случайно предотвратила вторжение в страну, пытаясь разрушить жизнь пони, которую любила, как сестру, и обнаружила, что эта самая пони почти месяц содержалась в плену в потенциально ужасных условиях.

Если подходить к вопросу рационально, то не было никаких причин разуверяться в прежних подозрениях относительно Кейденс просто потому, что с ней произошло нечто ужасное. Но с другой стороны, даже мысль об этом, учитывая обстоятельства, заставляла Твайлайт чувствовать себя мерзко.

Она могла придерживаться изначального плана – изучить Кейденс и попытаться определить, какой пони она является на самом деле – но текущее психическое состояние ее бывшей няни могло не совсем точно совпадать с нормальным. Несколько недель недоедания, страха и заключения могли легко оставить глубокие следы на психике Кейденс, не говоря уже о кратковременном вреде. Если Твайлайт будет основывать мнение о Кейденс на основании наблюдений, сделанных во время ее восстановления от психической травмы, то вряд ли эти данные будут самыми надежными из всех, что она собирала.

Может, мне ее сразу обвинить? Твайлайт отвергла эту мысль тут же. Кейденс сейчас в очень нестабильном состоянии, и Твайлайт не простит себе, если навредит бывшей няне из-за какой-то паранойи. Но и оставлять все просто так было нельзя. Что, если бы свадьбу устроили тут же, раз уж нашлась настоящая невеста? Что, если бы Кейденс не была той кобылой, за которую Твайлайт хотела бы, чтобы вышел ее брат?

Что, если травма сделала ее иной пони? Могло ли это быть поучительным опытом для подлой Кейденс, злоупотребляющей магией любви? Или травмирующим опытом для чудесной и невинной Кейденс? Важно ли было что-то, произошедшее в прошлом, сейчас, когда она уже другая пони?

Твайлайт раздраженно вздохнула. Есть ли вообще способ разобраться во всем без риска повредить потенциально хрупким эмоциям Кейденс? Твайлайт начала перебирать известные ей заклинания, изучая и отказываясь от них по мере обдумывания. Чтение мыслей? Тартаровски нелегально и не вполне надежно против той, чей талант – управление мыслями и эмоциями. Сено, это даже безопасно не будет. Заклинание монолога? Скорее всего Кейденс будет часами говорить о своем пленении, изливая весь неприятный опыт и воспоминания, пока не разразится слезами. Просто не существовало одного надежного заклинания.

Единорожка не была уверена, что готова говорить с Кейденс прямо сейчас – она даже не знала, доверяет ли Кейденс. Все, что ей было известно – не успокаивать няню и старшего брата после тяжелейшего испытания, что им пришлось пережить – будет худшим вариантом из всех плохих. И потому она просто открыла дверь.

Покои Шайнинг Армора были достаточно большими – он все же был Капитаном Королевской Гвардии – но каким-то образом всегда казались тесными. Он оставлял валяться на полу бумаги, тренировочное оружие и доспехи. В одном углу комнаты стоял картотечный шкаф, в котором вечно был бардак и иногда его содержимое вываливалось на пол. А из-за принцессы на кровати рядом с ним комната казалась еще меньше.

Единорог сидел на своей кровати, крепко держа Кейденс в объятиях, а та так же крепко обнимала его крыльями. Твайлайт слышала от них какое-то перешептывание, но обнаружила, что ее взгляд изучает принцессу с той же секунды, как ее увидела.

Заключение не лучшим образом отразилось на Кейденс – ребра на боках выступали явно нездоровым образом, грива и шерстка местами были слишком длинными, а в других местах стерлись едва не до кожи. Мешки под глазами были такими черными, что можно было подумать будто принцессу били.

Приятным моментом оказалось то, что Кейденс была чистой, а подносы и пустые миски из-под еды показывали, что скоро ребра не будут так выступать. Твайлайт лениво подумала, в скольких мисках была правильно подобранная питательная пища для восстановления, а в скольких – «утешительная».

Твайлайт потрясла головой, чтобы избавиться от лишних мыслей и собралась с храбростью, чтобы кашлянуть и привлечь к себе внимание.

— Привет, Кейденс. Ты как? – чуть нервно улыбнулась она, поднимая в приветствии копыто и надевая на лицо неуверенную улыбку.

Даже после недоедания и нехватки сна Кейденс была удивительно сильна – «сокрушительные» были единственным подходящим эпитетом для объятий, в которые внезапно попала Твайлайт, когда аликорн спрыгнула с кровати и бросилась к ней.

— Ой, Твайлайт! Спасибо, — Кейденс терлась о раздавливаемую единорожку. – Шайнинг рассказал мне, как ты мгновенно распознала обман этой мошенницы и как ты сделала все в своих силах, чтобы вернуть меня.

Твайлайт попыталась вдохнуть достаточно, чтобы заговорить – и ей не удалось. Волшебница предпочла телепортироваться из смертельной хватки, чтобы не задохнуться дожидаясь, пока ее надумают отпустить. Она глубоко вдыхала, упав на одну из многих груд бумаг в комнате, а Кейденс хватило здравого смысла казаться сожалеющей и слегка смущенной своим энтузиазмом.

Шайнинг Армор слез с кровати и встал рядом с невестой. Он обнял ее, радостно улыбаясь.

— Эй, Твайли, как хорошо, что ты к нам зашла. Я только что рассказывал Кейденс, как ты спасла нас всех, раскрыв самозванку, — он потерся о шею невесты. – Она хотела поблагодарить тебя и спросить, что принцессы намерены сделать с королевой подменышей. Мне и самому интересно – они не сказали Гвардии ничего, кроме приказа не разглашать произошедшее.

Твайлайт выползла из стопки бумаг, стараясь не развалить ее сильнее, и задумалась, как ее брат и Кейденс отреагируют на известие о наказании, которое ожидает Кризалис. Можно заодно прощупать почву и посмотреть, как они себя поведут.

— Ну, она похитила члена королевской семьи и попыталась захватить страну… — Твайлайт позволила фразе зависнуть на мгновенье, чтобы посмотреть на их лица.

Взгляд Шайнинг Армора потяжелел, и он кивнул с мрачным, но удовлетворенным выражением лица. Он жаждал наказания – и посерьезнее. Его особенная пони была похищена, его разум контролировали, и было очевидно, что за время заключения хорошо с Кейденс не обращались. Твайлайт, похоже, сложно будет сказать ему, что Кризалис получит все, что она желала – просто не на ее условиях.

Ну а Кейденс, с другой стороны… Ее глаза были широко раскрыты, а нижняя губа дрожала.

— Тетя Луна же ей не навредит? – дрожащим голосом спросила принцесса.

Шайнинг Армор на секунду ошеломленно посмотрел на невесту, потом на Твайлайт и они вдвоем захихикали.

— Вот это Кейденс, которую мы все знаем и любим, — сказал он.

Твайлайт же почувствовала, как из нее ушло немного напряжения. Такой ответ был настолько в стиле Кейденс, которую Твайлайт знала по жеребячеству, что половина ее беспокойств практически тут же рассеялась. Все еще с весельем в голосе Твайлайт ей ответила:

— Нет, Кейденс, не волнуйся. Ни одна из принцесс не намерена ей вредить… физически, по меньшей мере. И Селестия, и Луна знают, как использовать возможности, которые им попадаются.

Жеребец тут же побледнел.

— Погоди, — произнес он. – Они же не планируют сделать ее правителем на месяц, как Дискорда?

Твайлайт отвела взгляд.

— Ну, не совсем как Дискорда… — протянула она и рискнула еще раз посмотреть на брата. Похоже, нервный тик под глазом во время стресса – это семейное. Уже хорошо.

— Да во имя всего… нет. Просто нет! – взвыл единорог. – Каким местом они думают? То есть, они вообще думали?!

Его дыхание стало тяжелее, а нервный тик еще сильнее. Твайлайт не могла не думать, выглядит ли она так же, когда расстраивается из-за чьего-то поступка, который считает особенно дурацким. Если так, то это объясняло, почему Дискорду так нравилось ее дразнить.

Над головой жеребца возникло и лопнуло маленькое розовое сердечко. Через долю секунды показалось, что он немного сдулся, гнев его немного рассеялся и сменился усталым принятием и легким раздражением.

— Думаю, это их выбор. Принцессы обычно знают, что делают, — Шайнинг вздохнул и слабо улыбнулся. – Наверное, нашей задачей будет держать ее в узде? Я бы просто хотел знать основной план, стоящий за такими безумными идеями до того, как все кончится – хотя бы раз.

…А вот и другая половина моих забот. Твайлайт осторожно держала на лице маску стоического спокойствия. Она немало напрактиковалась сдерживать свои эмоции, чтобы они не проявились в неподходящий момент – в какие-то моменты было проще, чем в другие не допускать мысли на лицо. И текущая ситуация была не из простых.

Когда Кейденс прижалась к жениху, жеребца охватила малиновая аура и унесла в сторонку. Рог Твайлайт затух, когда она поставила его на пол.

— Это отличная идея, СБЛДН! – воскликнула она, наверное, слишком радостно. – Почему бы тебе не поговорить с принцессой Селестией прямо сейчас? Ты все же Капитан Королевской Гвардии, так что она без проблем введет тебя в курс дел. Мне все равно надо немного поговорить с Кейденс с глазу на глаз, так что удачи.

Не дожидаясь протестов, Твайлайт телепортировала брата за дверь прежде, чем посмотреть на Кейденс, на лице которой было написано удивление.

— О чем таком тебе нужно поговорить со мной наедине? – спросила она с невинным выражением беспокойства на лице. Глаз Твайлайт дернулся, и она открыла рот, еще не зная, чего скажет – но явно недипломатичное. Но не успела она и слова сказать, как лицо аликорна засветилось, до боли напоминая ей Пинки Пай, услышавшую слово «вечеринка». – Ой, я поняла! Ты наконец решилась пригласить Рейнбоу Дэш на свидание!

Твайлайт подавилась словами.

— Чего? – воскликнула она. – Это не… Это даже… Нет! Я не встречаюсь с Рейнбоу Дэш. Откуда ты это вообще взяла?

Кейденс чуть нахмурилась, но потом все равно просияла.

— А, так значит, это все же тетя Луна. Знаю, тут будут проблемы, но уверена, что силы твоей любви хватит, чтобы справиться со всем. Это так чудес…

Твайлайт приподняла копыто, чтобы прервать ее прежде, чем сама сойдет с ума.

— Я и с Луной не встречаюсь. Откуда ты вообще берешь такие идеи? Почему ты вообще думаешь, что мне нравятся кобылы? – Твайлайт в ужасе закрыла рот, увидев, что глаза бывшей няни снова засияли.

— Вот оно что! Хоть любая другая пони и увидит в нем только чудовище, Дискорд изменился из любви к тебе. Это имеет смысл! – Кейденс шмыгнула и утерла слезу. – Как прекрасно…

Твайлайт просто стояла с отвисшей челюстью.

— Предобрейшие Селестия и Луна, нет! – закричала она. – Я не… Он даже не пони, во имя всего понячьего! Почему ты… Как ты могла вообще подумать… Аарррггх!

Единорожка упала на пол, держась копытами за голову и плотно закрыв глаза, перед которыми стоял мысленный образ.

Кейденс коснулась подбородка копытом и подняла глаза к потолку. Через несколько секунд она посмотрела на Твайлайт, которая все еще лежала на полу и тяжело дышала.

— Хммм… — пробормотала она. – Ладно, тут я в тупике. И кто же этот счастливчик, с которым тебе нужна помощь?

Твайлайт с трудом поднималась на ноги, загоняя новую психическую травму подальше, чтобы разобраться с ней позже.

— Никто. Я хотела поговорить с тобой не о моей романтической жизни, Кейденс.

Принцесса склонила голову – на ее лице снова было написано удивление.

— А зачем тогда тебе нужно было остаться со мной наедине? Ты и Шайнинг всегда были в таких хороших отношениях, что мне показалось, единственной причиной, по которой ты не хотела, чтобы он чего-то услышал – это очень личное или смущающее.

Кейденс сама улеглась на пол и улыбнулась.

— Хорошо. Просто скажи, о чем ты хотела со мной поговорить.

Единорожка посмотрела на няню и немного посмеялась над вероятностью того, что Кейденс искренне не понимала, что Твайлайт могла быть несогласной с тем, как она использовала магию для успокоения Шайнинга.

— Кейденс, ты использовала магию любви на моем брате.

— …И? – моргнула та.

— И это ужасно! – воскликнула единорожка. – Его разум совсем недавно контролировала гигантская жукопони, которая изображала тебя. И первое, что ты сделала после того, как вы воссоединились – использовала магию управления разумом, чтобы успокоить его?! Чем ты вообще думала?

— Ой, — глаза Кейденс стали шире, и она опустила голову, словно найдя что-то интересное в разбросанных по полу документах. – Я как-то об этом не подумала.

— Как ты вообще могла не думать об использовании магии для изменения мыслей и эмоций пони? – не купилась на это Твайлайт.

— Ну, — начала Кейденс. – Он нервничал, а когда он сильно нервничает, то страдает от головных болей. Кроме того, положение Шайнинга требует, чтобы он принимал решения рассудительно, а все, что делает это заклинание – успокаивает эмоции, чтобы избежать ненужных конфликтов. Я использовала его, чтобы помочь.

— Не в том дело! – закричала Твайлайт. Она обнаружила, что сегодня делает это чаще обычного. – Ты преспокойно использовала на ком-то магию изменения разума, не получив сначала разрешения. Не использовала ли ты магию, чтобы он и влюбился в тебя?

— Ты же не думаешь всерьез, что я так могу поступить, Твайлайт? – ахнула принцесса. – Любовь священна и не создается магией.

Что. Она только что сказала…

— Но разве магия любви – не твой особый талант? То есть, ты же метку получила за ее применение, не так ли? – Это могло прозвучать несколько более обвиняюще, чем намеревалось, но тем не менее так и было.

Улыбка вернулась на лицо Кейденс с такой скоростью, что Твайлайт едва не увидела вспышку.

— Нет, конечно, глупышка. Мой особый талант – исправлять любовь, а также восстанавливать и усиливать ее. Я получила метку, помогая паре, которая поссорилась друг с другом. Обычно у них все было хорошо, но взаимонепонимание все разрушило, и они не хотели даже говорить друг с другом. Я использовала магию, чтобы напомнить им о силе их любви и помогла поговорить друг с другом.

Твайлайт чувствовала, как у нее возникает привычная головная боль – похожая на ту, когда она пыталась просить Пинки объяснить, что она сделала или о чем думала.

— Тогда ты когда-нибудь усиливала любовь брата к себе, Кейденс? Например, когда вы встречались и он воспринимал тебя лишь как подругу?

С мягким выражением лица Кейденс покачала головой.

— Твайлайт, я понимаю, что ты беспокоишься о брате после всего, что произошло, но уверяю, я никогда не злоупотреблю магией таким образом. Признаю, иногда я использую кое-какие простые заклинания, чтобы пони успокоились и обдумали все без лишних эмоций… да и дипломатические переговоры идут легче, когда всем тепло и легко на душе. Но я люблю Шайнинг Армора слишком сильно, чтобы заставлять его любить.

— Правильно ли я понимаю? – потерла Твайлайт переносицу копытом. – Ты никогда не злоупотребишь своей магией?

— Конечно же! – Кейденс не колебалась ни секунды.

Логическая мигрень Твайлайт начала напоминать ей Дискорда, отбивающего у нее на голове чечетку.

— Но использовать ее на дипломатических переговорах, чтобы пони соглашались с тобой – хорошо, как и на ссорящихся парах, либо на пони, чем-то расстроенных, а также в других ситуациях, которые ты не упоминала. Не спрашивая у этих пони разрешения сначала, хочу добавить.

Кейденс радостно кивнула, довольная тем, что потенциально опасное взаимонепонимание рассеялось, не успев начаться. Такие вещи могли быть опасны для здоровой дружбы.

— Ага! Никто не любит ссоры, а печаль или злоба ведет к ссоре, — объяснила она тем же тоном, каким объясняла что-то кобылке, за которой присматривала некогда.

— Когда пони ссорятся, то они не счастливы, и потому вряд ли будут против, если я помогу им успокоиться и избежать ссоры. Это как согласие на медицинское вмешательство от бессознательного пони – когда пони расстроены, то не могут попросить меня все исправить, но это очевидно то, чего бы они хотели, мысли здраво!

У Кейденс всегда были проблемы со здравым смыслом? Это было атакой на все логические части разума Твайлайт – слушать ее и не кричать, насколько совершенно неверно сравнивать нужное медицинское вмешательство с магией любви. Как она могла говорить такое с совершенно серьёзным лицом – было единорожке неведомо, но все чувства, что она развила при общении с лживыми политиками, сообщали ей об искренности Кейденс. Это было почти как скрестить логику Пинки с излишне щедрыми попытками Рарити «спасти» пони от их чувства моды и стремлением Флаттершай избегать конфликтов – и все это смешать с магической мощью аликорна. Это тут же вырвало Твайлайт из ее шока.

Твайлайт сделала себе мысленную заметку вызвать к Кейденс психотерапевта, так как ПТСР вызвал нездоровую одержимость избеганием конфликтов. А потом начала накладывать на себя обезболивающее заклинание, чтобы развеять мигрень.

Так и есть. Кейденс не столько злая, сколько совершенно не ведающая об основах магической этики и законов… несмотря на то, что ее растила принцесса Селестия… которая определенно постаралась бы вбить мораль и этику в пони, чей особый талант – магия любви. Твайлайт поморщилась, от осознания того, насколько это не сходилось с реальностью. Как такое вообще произошло? Селестия скинула это на преступно небрежного учителя? Кейденс спала на занятиях? На самом деле меня бы не удивило, если бы она использовала свою магию, чтобы убедить преподавателя пропустить любой урок, который она могла посчитать скучным.

— Знаешь, что? Отлично. С тем, что ты рассказала – все просто отлично, — солгала сквозь зубы Твайлайт, еще раз порадовавшись, что не является носителем Элемента Честности. — Кейденс, я невероятно, бесконечно рада видеть тебя в безопасности, и это единственное, что сейчас важно. Но есть одна малюсенькая вещь, с которой мне понадобится твоя помощь, как только ты посчитаешь, что справишься.

Принцесса заботливо кивнула.

— Конечно, — пропела она. – Я сделаю все, чтобы помочь пони – особенно моей любимой маленькой единорожке.

— …Ладно, — вздохнула Твайлайт. – Вот, что мне понадобится, если ты сможешь…

-Кабинет принцессы Селестии-

Королева Кризалис из Империи Подменышей, текущий временный правитель Эквестрии в отсутствие ее правящих диархов, сидела, едва не дымясь, за столом, раздраженно скрестив обутые в золото копыта. Стол был чудом сам по себе, сделанный из полированного белого дерева с золотой окантовкой, но это и ожидалось в кабинете Селестии. Комнату украшали всевозможные драгоценные штучки – наряду с картинами с пони, которые, как была уверена Кризалис, давно уже умерли.

Она гадала, как может быть настолько недовольна своими противниками, которые наизнанку вывернулись, чтобы ее жизнь была проще. Даже после того, как они узнали, что Кризалис старалась захватить страну, то сделали все, что было в их силах, чтобы ей было проще преуспеть. И пока она злилась – сидела за столом Селестии в облике Селестии и изучала документы, которые содержали всю информацию, которая ей понадобится, чтобы заместить обеих принцесс, не привлекая много внимания.

Основные препятствия, которые должны были быть у нее на пути – принцессы Селестия и Луна – прикрыли ее нападение на свадьбе так хорошо, как смогли, заставили пони поклясться молчать, а потом оставили ее у поводьев. Насколько она знала, их даже в городе сейчас не было – они отправились отдыхать куда-то на пляж.

То, что жертвы пытаются ей помочь – не должно бесить. Действительно не должно. На самом деле, Кризалис должна была бы думать, насколько проще было бы изображать других пони, если бы им всегда приходило в голову оставлять инструкции о том, как избежать разоблачения. И не должно было раздражать то, что ее враги решили действовать так глупо.

И все же… Она привыкла, чтобы ее боялись и уважали! Она была Кризалис, королевой подменышей, пожирательницей надежд и любви, бичом… многих мест, определенно. Она не запоминала, на самом деле, в какие места ее Улей проникал и похищал любовь, и в большинстве этих мест и не подозревали о существовании ее подменышей. Но те немногие, что раскрывали ее и ее подданных – познавали истинный страх и ненависть. Сложные махинации низвергали их, и они сходили с ума, обнаруживая, что все те, кому, как им казалось, они могли доверять – были ее агентами под прикрытием.

А тут? Над ней просто посмеялись, а потом вручили корону на блюдечке с голубой каемочкой! Правительниц не испугало то, что она может лишить их власти, и посчитали, что ее сможет сдержать одна-единственная единорожка. Не круг архимагов, удерживающих под контролем ее разум, а одна единорожка, которая и не следила-то за ней постоянно! Ее даже поблизости не было, насколько знала Кризалис.

Это было проблемой, решила она. Королева привыкла, что оппоненты при разоблачении относятся к ней серьезно – она все равно потом побеждала. Но тут ее тщательные планы были разрушены за мгновенья, запасной плана блокирован, а ее мощь убедительно превзойдена… но ее уверенно разгромила кучка идиотов, которые даже не видели в ней угрозу. Они были так уверены в себе, что поставили своего врага у власти, а сами ушли в отпуск! И этого она вынести никак не могла!

Она заставила себя успокоиться и отложила свое раздражение. Враги ее недооценили и это станет их погибелью. Она выхватит Эквестрию из некомпетентных копыт, и после этого ее подменыши никогда больше не будут голодать! Ей нужен лишь хитрый план. Пусть они считают меня недалекой дурой! Это сделает победу над ними лишь слаще.

* * *

Кризалис положила последние листы инструкций на край стола. Это заняло несколько часов, но она запомнила расписания, которые ей понадобятся, чтобы подменять принцесс, вкупе с образами личности, которые ей придется использовать на публике, а также наедине с определенными аристократами и чиновниками, которые знали об «иной стороне» их правительниц. Ничего, конечно, не было указано о том, как нужно было вести себя наедине с Твайлайт Спаркл – но она не беспокоилась, так как ей не нужно было притворяться перед той, кто уже знал, кто она есть.

В полночь она в образе Луны откроет прием Ночного Двора, встретится с кое-какими чиновниками, чтобы пройтись по деталям некоторых публичных выступлений, которые вскоре ожидают Луну, а потом скажет налоговикам, что их новые законопроекты – бред. Но до того ее ждал еще один час дня и пять или шесть часов темноты до тех пор, пока не придется приступать к своим новым королевским обязанностям. Ей бы стоило использовать эти шесть часов на сон, так как между окончанием ночи Луны и началом долгого и занятого дня Селестии у нее будет очень мало времени.

Высплюсь, когда захвачу страну.

Шесть часов – одновременно и меньше, чем ей хотелось бы, и много больше, чем она надеялась, у нее будет. Она мысленно пробежалась по списку необходимого для завоевания. Во-первых и главных, ей нужно было точно знать, против кого выступает.

Ее шпионы изучали Эквестрию двадцать лет прежде, чем она решила выступить, и все это время не происходило ничего важного. Она перестала обращать внимание и занялась накоплением сил и размещением их на позициях. Она предположила, что раз в стране в последние четыреста лет не происходило ничего, стоящего упоминания, то и дальше так будет.

Кризалис пересмотрела это мнение, когда вернулась Найтмер Мун и устроила на несколько дней Вечную Ночь. Но появление второго правителя не сильно изменило ее планы – нужно было лишь убедиться, что ее не раскроют, и захватить обеих поодиночке. При одной ночной, а другой дневной, это не должно было составить хлопот. В конце концов, то, что аликорны не видели друг друга тысячу лет – могло сыграть ей на копыто, сумей она заменить одну из них. Их любовь друг к другу замечательно питала бы ее, а после победы она применила бы к ним свою магию и управляла бы существами, движущими солнце и луну!

Как возвращение Духа Хаоса прошло менее замеченным, чем Найтмер Мун – Кризалис до сих пор понять не могла. Ей еще предстояло разобраться, какие подменыши следили за важными событиями в Эквестрии.

Наряду с Элементами Гегемонии или как их там назвала Твайлайт, Дискорд был одной из серьезнейших ее проблем. Он очевидно заботился о проклятой единорожке и был, казалось, в хороших отношениях с правителями страны… но он же был и статуей больше тысячи лет. Кризалис не могла представить, что он забудет об этом так просто, но ее подданным нужно будет собрать больше информации прежде, чем она сможет удержать Дискорда от вмешательства.

Это оставляло только Твайлайт и ее неведомую коллекцию артефактов. Те, которыми она развеяла личину Кризалис и вывела брата из-под ее контроля – не были ее козырной картой. Было бы крайне унизительно, победи она двух богинь и заключи сделку с Повелителем Хаоса, чтобы быть разгромленной обычной единорожкой с кучей побрякушек. Так что первейшей задачей будет определение того, что может иметься у Твайлайт. Был бы у нее полный и неограниченный доступ ко всем записям и документам замка…

Погоди-ка…

Рассмеявшись про себя, Кризалис покинула покои и направилась в сторону королевской библиотеки, довольная тем, что изучила планировку замка, пока притворялась Кейденс. Было бы странно, если бы принцесса Селестия спрашивала, как пройти в библиотеку.

* * *

Наверное, самым раздражающим в изображении Селестии было то, что ей никогда не дозволялось перестать выглядеть спокойной и умиротворенной. Все выражения лица Селестии были вариациями одного и того же спокойствия, которое мало выдавало ее мысли. Местами она могла едва заметно нахмуриться, чтобы выдать свое недовольство. Она хотела кричать и оторвать голову излишне склонной к формальностям кобыле, что заведовала закрытыми частями Архивов.

— Моя память не всегда так идеальна, как мне хотелось бы, но когда мы к этому пришли? – Кризалис удерживала лицо, как только могла, вместо этого вложив всю тяжесть во взгляд. Это было куда сложнее, чем казалось при стороннем взгляде на Селестию.

Архивариус нервно огляделась и посмотрела на двух Королевских Гвардейцев, которые сопровождали «Селестию» в Архивы. Один из них едва заметно пожал плечами, и кобыла снова посмотрела на свою правительницу.

— Примерно через два месяца после окончания месяца правления Дискорда, Ваше Высочество. Закон был издан вашей сестрой, а уведомление доставила леди Спаркл. После того, как Дискорд исчез с несколькими книгами без каких-либо записей о том, что он их брал... Леди Спаркл искала пропавшие тома по всему Замку почти три месяца, прежде чем нашла их все. Она терпеть не может неорганизованность и потому решила устроить все таким образом, чтобы, как она выразилась, «упредить бедствия после появления других старых друзей принцессы».

Кризалис сдержала нервное подергивание глаза. Селестия не потеряла контроль. Как только она посчитала, что ее голос не будет выше мягких, успокаивающих тонов, которые она должна была использовать, то улыбнулась архивариусу.

— Что же, тогда, полагаю, вам стоит дать мне нужные документы. Я собиралась почитать сегодня перед сном и не хочу терять своего свободного времени.

Кобыла потянулась за листом бумаги и передала его Кризалис.

— Вот, Ваше Высочество. Еще раз приношу извинения за неудобства. Заполните эту форму, и я смогу впустить вас Архивы. После того, как вы найдете искомое, я дам вам бланки запросов... — заметив что-то во взгляде Кризалис, кобыла запнулась. — ...Или я могла бы заполнить их вместо вас после того, как покажете мне, что вы выбрали. В любом случае, это часть моей работы — вести записи — так что я могу спокойно заполнить их за вас.

— Спасибо, моя маленькая пони, — Кризалис почувствовала себя немного противно только от того, что произнесла эту банальную фразу, но записи о Селестии подчеркивали, что Принцесса Солнца любит так говорить. Это явно успокоило кобылу за стойкой и Кризалис посмотрела на бланк запроса. Там требовался идентификационный номер и было место для двадцати цифр. — Может быть вы могли бы заполнить и этот бланк? У меня был трудный день и важно ведь просто то, что он заполнен, не так ли?

-На улицах Кантерлота-

Трутень 3534 выглянул из переулка, в котором превращался, проверяя, не заметил ли понибудь на улице зеленую вспышку. Никто не паниковал, поэтому он был почти уверен, что ему удалось остаться незамеченным. Он все еще удивлялся, что по всему городу еще не расклеены плакаты с изображением подменыша, но не собирался жаловаться — по крайней мере, не когда все шло ему на пользу.

Он вышел улицу — обычный земной пони непримечательных гнедого и серого цветов, и с одним из самых неинтересных крупорисунков, какой он смог себе представить: камнем. Пони-подменыш выглядел немного в возрасте — это поможет получить сочувствие от пони, если ему понадобится еда — но нипони не запомнит его дольше, чем на несколько минут. Идеально.

Канализация Кантерлота оказалась безопаснейшим убежищем для большей части Улья, позволяя подменышам постепенно выбираться на улицы в образах случайных пони, не привлекая к себе лишнего внимания своей численностью. Вскоре все силы вторжения окажутся на улицах города как простые его жители и будут искать пони, которых они могли бы использовать для получения припасов, лучшего жилья и, самое главное, любви.

Как только вопрос выживания не будет стоять ребром, то они начнут искать способы помочь своей королеве. Ее единственным приказом до сих пор был просто спрятаться и выжить, но подменыши не из тех, кто отдыхает, когда их королева в опасности. Однако сначала — выживание. Найти пони, которых можно было бы легко заменить и которые могли бы принести им большое количество любви, было довольно сложным делом – но вряд ли куча любви просто упадет ему в копыта…

Что? 3534 внезапно ощутил невероятную волну почти чистой любви, донесшуюся от одного из зданий поблизости. Сила любви была такова, что практически пьянила. Он едва не бездумно подошел к двери здания и был поражен, обнаружив, что она не заперта.

Почему бы не зайти? — решил он. — Кто-то, способный на такую чистую любовь, никогда даже не подумает, что другие пони могут быть опасны.

Уверенный, что сможет удержать свою маскировку, подменыш следовал по следу любви в воздухе, проходя через необычно пустые комнаты. Кто бы тут ни обитал – живет он один, решил он. Спустившись по лестнице 3534 оказался перед теплой и уютной комнатой, дверь в которую была открыта. Он с радостью вошел и увидел пару кобыл, одну фиолетовую и одну розовую – двух единорожек... хотя у одной из них были и крылья...

Дверь за ним захлопнулась и поток любви превратился в тонкую струйку, позволив 3534 оправиться от помрачнения. Он даже не успел вскрикнуть, как его охватила пурпурная аура магии, заставив упасть на пол перед этими двумя, оказавшихся в компании трех Гвардейцев. Всплеск магии сорвал с него маскировку, и он заскулил от страха.

Меньшая пурпурная кобыла шагнула вперед и нагнувшись к подменышу прошептала ему на ухо:

— Привет. Я Твайлайт Спаркл, и я здесь, чтобы помочь вам. Все, что вам нужно сделать — ответить мне на несколько вопросов.

-Замок Кантерлот-

Как только Кризалис добралась до Архивов, то тщательно изучила все имеющиеся там отчеты и исследовательские документы Твайлайт, а также все книги, в которых упоминались Элементы. Они были Элементами Гармонии, а не Гегемонии, однако прочитав описание того, на что они должны были быть способны, королева решила называть их по-своему.

Твайлайт Спаркл, по-видимому, имела доступ к набору артефактов, способных изгонять бессмертных аликорнов на подконтрольные им небесные тела, превратить Повелителя Хаоса в камень, и тому подобные вещи. Думать об этом было не особенно приятно.

К счастью, Элементами могли владеть только избранные носители, которые были образцами указанных добродетелей. С учетом того, что Твайлайт провела много времени в окружении политиков, она просто не могла владеть Честностью — и добиваться успехов, по меньшей мере. Так что другие кобылы, которые были с ней на свадьбе, должно быть и были теми носительницами добродетелей, в то время как у Твайлайт была только шестая часть, которая позволяла ей контролировать применение Элементов.

Кризалис легко сможет узнать от своих подчиненных, когда Носительницы уедут или поспешат домой из-за какой-нибудь разразившейся там «чрезвычайной ситуации». И тогда разбираться придется с другими игрушками Твайлайт. Вроде генераторов разрушающих магию полей, оружейных кристаллов, которые можно зарядить мощной наступательной магией, и множества других отвратительно полезных вещей.

Она отбросила отчеты в сторону, позволив им упасть на пол рядом с кроватью Луны. Кризалис уже отправила образ Селестии спать и перебралась в покои Принцессы Ночи, сменив облик после того, как оказалась внутри. Близилась полночь, и она достаточно изучила возможности Твайлайт — у нее уже был план.

Во-первых, ей нужно будет привести в замок часть своих подменышей, если ни один из них еще не проявил инициативу и не пробрался в него сам. Как только у нее появятся покопытные, которым она сможет доверять, у нее будет свобода передвижения для дальнейшей подготовки, а также она сможет получать своевременную информацию о врагах. Она позаботится о том, чтобы мерзкие маленькие подруги Твайлайт покинули город, а затем займется самой слабой частью своих планов – переговорами с Дискордом.

Наверняка она найдет способ прийти с ним к компромиссу, хотя бы чтобы его повеселить. Даже если она не сможет убить или покалечить Твайлайт Спаркл, что будет, если в заложниках окажется ее семья? А если бы психическую защиту Твайлайт можно было снять, Кризалис могла бы просто... подправить лояльность единорожки, чтобы заполучить действительно компетентного советника, помогающего управлять страной. Если предположить, что она действительно компетентна.

Каким бы образом она с этим ни разобралась, последней частью будет найти способ справиться с Селестией и Найтмер Мун. Используя облики Селестии и Луны чтобы со временем накопить достаточно любви населения, Кризалис, наверное, смогла бы уверенно справиться с любой из них поодиночке. Сразиться с обеими одновременно будет уже сложнее, но если достаточно подменышей будет притворяться одной перед другой, то Кризалис сможет свести все к бою один на один. И, используя образы принцесс, она могла бы даже убедить оставшуюся, что победительница (которой, конечно же, будет сама Кризалис) и есть ее настоящая сестра.

План не был идеален, в нем имелось не менее трех мест, где он развалится, если она снова недооценит своих врагов или если удача будет просто против нее, но пока враги недооценивали ее — шанс имелся. И ее подданные смогут начать питаться уже через неделю.

Приняв решение, Кризалис послала своим подменышам новую ментальную команду, приказав элитной группе проникнуть в замок и найти способ встретиться с ней. Теперь оставалось только ждать. Она не сможет узнать, что происходит с ее подданными, пока кто-нибудь из них не свяжется с ней и передаст информацию лично, и ей все равно нужна любовь, которую она может получить, лишь изображая принцесс. В данный момент это означало исполнение королевских обязанностей должным образом, даже если ради этого придется смириться с присутствием Твайлайт Спаркл.

В последний раз содрогнувшись от такой перспективы королева направилась к тронному залу.

* * *

Твайлайт Спаркл не опаздывала никогда. Это был один из тех законов природы, которые приняла вся кантерлотская элита и которые никто не подвергал сомнению. На самом деле она почти всегда была первой пони, прибывавшей куда-либо к назначенному времени, появляясь, самое позднее, на десять минут раньше. Единственное, что могло ее задержать – катастрофа уровня конца света, и даже тогда она бы просто телепортировалась мимо, чтобы успеть вовремя.

Таким образом, когда Ночной Двор Луны начался с появления тяжело дышащей Твайлайт Спаркл, едва успевшей занять свое место за секунды до того, как часы пробили полночь, многие пони уже нервничали. Твайлайт сразу же передала принцессе Луне небольшую пачку документов и вроде начала успокаиваться, так что чего бы ее ни задержало, это, наверное, было не очень ужасным. Принцесса же их приняла и начала обсуждать с советницей некоторые детали.

Многие пони в комнате вдруг забеспокоились о возможном грядущем конце света, ибо был нарушен второй закон природы кантерлотской власти. Принцесса Луна и Твайлайт Спаркл работали над одними и теми же документами. Принцесса Луна никогда не занималась бумажной работой, которой могла бы избежать, снисходя до личного заполнения документов только тогда, когда дело касалось чего-то очень важного для нее лично. Она могла прочесть документы других пони и от нее не ускользнуло бы ничего лишнего, но дополнительную работу она на себя не брала, и они с Твайлайт Спаркл очень хорошо следили, кто чем занимается.

Дворяне и бюрократы смотрели друг на друга с беспокойством и страхом, безмолвно побуждая друг друга найти способ развеять страхи. Блидинг Турнип, земной пони с белой шерстью, семья которого многим пожертвовала, чтобы он закончил юридический факультет, встретился взглядом с Волокитто. Он молча напомнил чиновнику более низкого уровня, что у Эквестрийской Налоговой Службы все еще есть свидетельства по делам, которые пегас предпочел бы не поднимать на свет Селестиев. После этого Волокитто аккуратно взмахнул крылом, чтобы привлечь внимание принца Блублада, который был в долгу перед ним за то, что он провел некоторые его запросы через систему быстрее обычного. Принц Блублад признал право на одолжение и тут же посмотрел на Хай Роллера, владельца казино, в котором Блублад был основным инвестором.

Гвардеец сделал шаг вперед от тронов и громко объявил:

— Ночной Двор начинает заседание. Да здравствует принцесса Луна, правительница ночи. Пусть выступит первый проситель, — Гвардеец отошел в сторону и Хай Роллер выступил вперед. Ни один из других пони не двинулся, оставив того стоять перед троном в одиночестве.

Кризалис, ранее уверенная в своем идеальном образе принцессы Луны, наклонилась, чтобы тихо переговорить с Твайлайт Спаркл, когда другой единорог приблизился к ним.

— Спаркл, все тут почему-то напуганы, и я уловила несколько быстрых эмоциональных колебаний, пока мы просматривали документы. В чем дело? Я еще даже ничего им не сказала, а уже что-то не так!

— Хай Роллер — один из наименее важных пони здесь, — прошептала в ответ единорожка, — Так что другие послали его спросить о том, что они сами спрашивать не хотят. Они, вероятно, встревожены, потому что мы нарушили ряд устоявшихся обычаев с разницей в несколько секунд. Придумайте что-то достаточно многословное, выходящее за рамки повестки дня, по чему вам «хотелось бы узнать мнение другого пони». Я со всем разберусь.

Диарх и ее ближайшая советница вернулись к своим обычным позам, а Хай Роллер низко им поклонился и встал.

— Ваше Величество, — начал он, слегка колеблясь. — Есть ли что-нибудь, о чем нам следует доложить? Я бы вряд ли стал сомневаться в Вашем Величестве, но вы казались необычно обеспокоенной и наш долг — предложить свою помощь, если что-то тяготит вас.

Какой многословный и окольный способ спросить «не следует ли нам о чем-то беспокоиться». Кризалис пролистала пачку бумаг, чтобы вытащить один запрос, который сам по себе занимал почти десятую ее часть. Она помахала им перед собой.

— Когда я просматривала документы, чтобы подготовиться к сегодняшнему заседанию Двора, этот конкретно привлек мое внимание своей многословностью. Я попросила свою советницу также просмотреть его, чтобы убедиться, что не упустила ни одной важной детали, прежде чем определить свою позицию по этому вопросу.

— К сожалению, — кивком подтвердила слова принцессы единорожка. — Просьба принцессы дошла до меня совсем недавно, поэтому я немного запоздала. Вот что бывает, если просить Дискорда передать сообщение.

В тот момент, когда всплыло имя Дискорда все собравшиеся пони вздохнули с облегчением. В мире ничего не случилось, просто неудачная шутка. Через несколько секунд бюрократы и аристократы вернулись к подготовке своих дел для различных требований, запросов и жалоб. Запросов и жалоб, на рассмотрение которых ушли часы…

К тому времени, когда последний из «важных» пони закончил со своими делами, Ночной Двор практически подошел к концу, а Кризалис не досталось ни капли любви. Она слегка ссутулилась на своем троне, когда Блублад, наконец, вышел из залы, и подумала, как Луна неприятно точно описала чиновников и дворян. Наконец-то она встретится с обычными пони, которые любили и обожали своих принцесс. Наконец-то она сможет насладиться вниманием...

…Более, чем многих пони. Судя по всему, Луна в основном общалась с пони, ведшими нестандартный образ жизни. Были художники, которые хотели получить разрешение написать королевский портрет, который будет намного более рисковым, чем портреты Селестии, и поэты так переполненные похотью, что почти полностью лишились своих высших мозговых функций. Была ди-джей, которая хотела, чтобы законы о шумовом загрязнении были либо отменены, либо в них были прописаны лазейки, а множество подростков жаждали ее благословения, чтобы найти свою любовь (или, по крайней мере, интрижку на ночь).

По сравнению с сухостью прежней «деловой» части ее Двора, это был настоящий пир. Некоторые просьбы были просто нелепыми, но тот факт, что их принцесса не смеялась и не отмахивалась от них, вызывал у просителей любовь. Кризалис с трудом сдерживала смех, когда соглашалась попытаться получить одобрение на некоторые из самых диковинных просьб, которые она когда-либо слышала, зная, что они никогда не будут выполнены, но заставят аристократов поперхнуться от отвращения.

Слишком рано, на ее взгляд, Гвардейцы объявили, что Ночной Двор закрывается и отправили просителей по домам, чтобы они пришли в следующий раз. Двое Гвардейцев сопроводили Твайлайт и Кризалис в отдельные покои, где их ждала еда, а затем оставили наедине.

Кризалис сохраняла величественный и царственный вид, пока Гвардейцы не закрыли двери. Затем плотину прорвало, и она со смехом рухнула на кресло, сбросив от смеха маскировку.

— О, Небеса, — выдохнула она. — Неужели у всех пони, которые приходят ночью, такие… интересные заботы?

Твайлайт поднесла чашку чая к губам и сделала глоток, потирая подбородок в явном раздумье.

— Может и не у всех, — предположила она. — Но большинство пони с серьезными разногласиями и юридическими проблемами приходят днем просто потому, что они тогда не спят. Кроме того, Луне удалось создать образ более живой и непосредственной сестры. Принцесса Селестия большинству может казаться идеальной и неприступной мраморной статуей, но Луна с Дискордом и другими пони устраивает розыгрыши на Ночь Кошмаров. Таким образом к ней приходят пони, которые не чувствовали бы себя комфортно, делясь своими переживаниями и просьбами с Селестией.

Кризалис собралась с силами и заставила утихнуть смех.

— И они любят ее за то, что она их слушает, — почти промурлыкала она. Это было не сравнить с любовью, которую она получала от Шайнинг Армора и других поклонников Кадензы, но у нее и не было возможности встретиться с пони, от которых могла питаться как Луна. Было достаточно, чтобы она едва не опьянела. А Селестия и Луна ведь устраивали парады, которыми она могла накормить сразу тысячи! От одной этой мысли у нее побежали мурашки.

Твайлайт снова налила себе чая, проигнорировав остальную еду ради кофеина.

— Нам обеим придется хорошо поработать и завтра, — заметила она. – Селестия приступает к работе около шести утра, и я не смогу справиться за день как с ее документами, так и Луны, — она замолчала, чтобы приложиться к салату и снова наполнить чашку. — Я рада, что ты, по-видимому, уже разбираешься в юриспруденции и организации. Забота о стране с Дискордом в половине случаев была сущим кошмаром.

Кризалис лениво взмахнула копытом, взяв маленькое шоколадное пирожное.

— Я тебя умоляю, — усмехнулась она. — Я королева не только по титулу, знаешь ли. Надо признать, что для управления моими подменышами требуется гораздо меньше бумажной волокиты, хотя бы потому, что мы предпочитаем не оставлять бумажного следа... но потому нужна и более строгая и тщательная организация.

Она сделала паузу, чтобы вытереть остатки шоколада с подбородка, и снова посмотрела на Твайлайт.

— Помогает также и то, что подменыши никогда не попытаются выйти сухими из воды, проведя что-то под носом королевы, чтобы улучшить свое положение. Я бы отправила половину дворян работать на фермы на неделю в наказание за их вопиющее неуважение к моей власти, если бы не требовалось поддерживать маскировку.

Твайлайт потрясла чайником над пустой чашкой. Не осталось ни капли. Увидев, что жидкого кофеина больше нет, она взглянула на тарелку с конфетами, которые заметила раньше. От них не осталось ни крошки. Беглый взгляд на рот Кризалис подтвердил судьбу всех сладостей из шоколада. Подавив вздох Твайлайт встала из-за стола.

— Я пришлю тебе контрольный список твоих обязанностей как Селестии через час или два. Тем временем «Луне» нужно встретиться с представителями градостроительного комитета и напомнить налоговикам о законопроекте, с которым они продолжают тянуть. С бюрократами было намного легче справиться, пока все боялись, что Найтмер Мун сожрет их, если они не станут выполнять ее приказы по свистку. Увидимся в полдень на Дневном Дворе.

С этими словами Твайлайт вышла из комнаты, закрыв за собой дверь и оставив Кризалис одну. Она снова приняла форму Луны, чтобы тоже уйти, медленно плетясь в «свою» спальню.

Закрывая за собой двери, она кивнула двум Ночным Гвардейцам, ожидавшим внутри. Оба они исчезли во вспышке зеленого огня, явив пару элитных подменышей-лазутчиков. Кризалис впервые широко улыбнулась с того момента, как ее планы рассыпались прахом. Пришло время второго раунда.

-Улицы Кантерлота-

Толпы пони ждали снаружи концертного зала, расталкивая друг друга, чтобы быть ближе других к дверям, когда выйдет Сапфир Шорз. Ее выступление завершилось, но орды пони отказывались уходить, пока им не представится возможность увидеть своего кумира, убедиться, что она заметит их плакаты, возвещающие о желании жениться на ней, и дать ей понять, что именно этот конкретный фанат не является просто еще одним пони в толпе – несмотря на пребывание среди пони, держащих схожие плакаты и выкрикивающих схожие слова.

В последние несколько раз, когда Сапфир Шорз заканчивала концерт, коварный менеджер и телохранители не подпускали к ней восторженных поклонников, но на этот раз они были готовы! За всеми выходами — даже крышей — наблюдали большие группы. За всеми дорогими экипажами, которые могли быть зарезервированы для Сапфир Шорз, также внимательно следили, чтобы ее не увезли прежде, чем она раздаст множество автографов (которые потом могут быть проданы за сотни бит).

Да, они были готовы к любому трюку, который пони-охранники могли провернуть этой ночью, но даже в этом случае ожидали тяжелой битвы, чтобы освободить своего идола. А вот чего фанаты не ожидали — так того, что Сапфир Шорз выйдет из парадной двери, все еще одетая в усыпанное драгоценностями платье из последнего номера шоу в сопровождении двух телохранителей и единорога, левитирующего маленький столик с бумагой, перьями и табличкой «Автографы». Полная неожиданность этого замедлила их реакцию ровно настолько, чтобы охранники-единороги успели наложить заклинание барьера и не дать фанатам наброситься на звезду.

Через несколько мгновений слух дошел до других выходов и все пони собрались перед главным входом в здание, желая сказать Сапфир Шорз несколько слов и получить ее подпись там, где они пожелают (но с учетом соблюдения норм приличия).

Когда задний двор здания очистился от толпы, то из черного хода вышла непримечательная пожилая кобыла в высокой шляпке. Никто не обратил внимания на то, как дюжий сын помог ей сесть в небольшую карету.

Когда экипаж отъехал Сапфир Шорз сняла шляпку и начала стирать макияж. Телохранитель закрыл шторки на окнах и кивнул в сторону толпы.

— До сих пор не могу поверить, что они наконец нашли вам настолько хорошего двойника, — пробормотал жеребец.

Кобыла пожала плечами, брызнув на себя духами.

— Я больше поражена тем, что она согласилась выйти к такой толпе. Они же разорвут ее на куски если узнают, что она все же не я.

Оба пони вздрогнули и согласились:

— Лучше ее, чем нас.

-Один час и эвакуация телепортом спустя-

3534 растянулся на диване рядом с 1386, 3717 и 7231. Даже несмотря на то, что любовь пришлось делить на четырех подменышей, он едва мог заснуть, обожравшись. 1386 был самым искусным в изображении кобыл и принял на себя основной удар волны эмоций, распределяя ее мощь между тремя другими подменышами, чтобы ни одного из них не смяло. Несмотря на это они были готовы уже упасть от сытости, когда единорог унес их от толпы.

3534 и сам чувствовал, как его переполняют эмоции, но усилием воли подавил желание смеяться, петь и заснуть полным удовлетворенности сном. Вместо этого он посмотрел на фиолетовую единорожку, ставшую их благодетелем, работодателем и пленителем.

Он видел ее уже четвертый раз, хотя в первые два она была в компании розового аликорна, которую подменила их королева. Когда его поймали, он ожидал пыток, чтобы заставить выдать убежища других подменышей. Вместо этого ему пообещали больше любви, чем он будет знать, куда девать, в обмен на ответы об его виде.

Какими эмоциями вы можете питаться? Объясните подробно. Каковы побочные эффекты для пони? Объясните подробно. Могут ли подменыши делиться едой друг с другом? Объясните подробно. Как определяется сила и питательность любви? Как часто вам нужно питаться? Объясните подробно. Как на самом деле работает ваша смена облика? Объясните, объясните, объясните, лягать его.

Подменыш быстро устал от этого все повторяющегося слова, но не подчиниться не мог. Магия розового аликорна позволяла управлять им почти так же, как если бы она была королевой, а они уже поймали и раскрыли его. Другая магия не давала ему солгать, и он не видел, как требуемая ими информация могла повредить подменышам. Это пугало больше всего.

Они захватили и других подменышей, задали, очевидно для сверки, те же вопросы, а затем вывели их из хорошо охраняемых камер. 3534 предполагал, что их будут либо вскрывать, либо предложат сохранить жизни в обмен на предательство. Вместо этого пони сдержали свое обещание. Ему и трем другим были показаны облики, которые они могли принять, документы, которые они могли использовать, в их панцири были помещены маленькие кристаллы, чтобы предотвратить побег или контакт с другими подменышами с помощью любой телепатической магии, которая у них могла быть.

Затем они отправились на свою первую работу в качестве «профессиональных двойников знаменитостей». Пони, которую они подменили, им даже заплатила, чтобы они просто сидели и поглощали больше любви, чем когда-либо видели. И вот он снова оказался перед единорожкой, все еще не зная ее истинных целей. Но это ненадолго.

Как и в предыдущих трех случаях ее эмоции были заключены в плотный кокон недружелюбно выглядящей магии. Однако в отличие от прошлых раз она выглядела куда более усталой. Глаза пони были налиты кровью, грива слегка взлохмачена — и, что самое важное, броня вокруг эмоций потрескалась. Даже с текущими огромными запасами энергии он не мог как-то использовать эти трещины, чтобы повлиять на ее разум, но эмоции чувствовал.

Поэтому он попросил о возможности поговорить с ней и задать несколько вопросов. Единорожка согласилась.

3534 глубоко вздохнул, чтобы успокоиться прежде чем задать единственный вопрос, который мог пока придумать.

— Почему?

Твайлайт в замешательстве моргнула, потягивая кофе.

— Что почему? Объясните.

3534 содрогнулся от этого жуткого слова, а потом потерял контроль над собой и начал кричать.

— Почему ты такая странная? Зачем похищать нас, а потом пытать добротой и лаской? Зачем тебе знать то, что не поможет в борьбе с нами? Почему ты сдержала свое обещание, если не за нас, и почему не даешь связаться с собратьями и королевой, если на нашей стороне?!

Под конец своей вспышки подменыш обнаружил, что чувствует странную смесь предвкушения и трепета. Твайлайт просто отхлебнула кофе и кивнула.

— А вопросов немало, — заметила она.

3534 мрачно на нее посмотрел, и Твайлайт хихикнула.

— Хорошо, — сказала она, — Я постараюсь ответить как можно более полно, хотя мне нужно быть кое-где через шесть часов, до того ждет работа минимум часа на три, и мне все же нужно поспать. Потому буду кратка.

Она осушила свою чашку до дна и отставила в сторону магией.

— Итак, — начала она, — Думаю, самый важный вопрос, стоящий за всеми прочими – чего мне от вас надо? Справедливо. Лучше всего на это ответит урок истории, который и станет ответом.

— Можно ли было до основания Эквестрии представить единорогов, пегасов и земных пони, живущих и работающих вместе в гармонии? В лучшем случае это считалось глупостью, а в худшем – свидетельством предательства племени. Пегасы, в частности, были народом воинов, так как жили в небесах, где что-то растить сложно. Племена воевали из-за территорий, еды, разногласий, недоразумений и прочего, что в современной Эквестрии посчитали бы не лучшим поводом для убийства других пони.

— Эквестрия была основана на идее Гармонии после того, как группе пони всех трех племен пришлось работать вместе, и они обнаружили, что в самом важном они различаются не сильно, а отличия можно использовать ради обретения преимуществ. С тех пор мы признали коров, минотавров, зебр и даже грифонов гражданами Эквестрии. Все они привносили новые и интересные таланты, возможности и идеи.

Твайлайт перевела взгляд на подменыша.

— Вы, наверное, догадываетесь, к чему я клоню. Я лично исправила недоразумение, из-за которого одна из наших правительниц сошла с ума и была изгнана на Луну на тысячу лет. Затем я нашла способ помочь древнейшему кошмару Эквестрии, самому духу хаоса, стать уважаемым и полезным членом общества. Я не верю, что есть разумные существа, которые не смогут найти общую выгоду от интеграции в общество, и вы, подменыши, являетесь почти идеальным тому примером. Луна милосердная, вы же питаетесь любовью других существ! Если я не найду способ ассимилировать вас в Эквестрии, то это будет означать, что теряю хватку.

3534 не мигая смотрел на единорожку, когда она договорила. Он пробовал эмоции, которые она выплескивала, на вкус и не мог найти в них ни намека на отвращение, ложь, ненависть или злобу.

— О, — наконец сказал он. Чувствуя, что, ему, наверное, стоит сказать что-то еще, он спросил. — ...И что дальше?

Твайлайт улыбнулась так ярко, что 3534 чуть не ослеп, и внезапно начала излучать настолько чистые счастье и благоволение, что они были близки к любви, которой подменыш мог питаться, пусть и немного.

— Хорошо, — произнесла она. — План таков…

-Покои Селестии-

Королева Кризалис расхаживала взад и вперед по покоям, уже практически протоптав колею в полу. За последние три дня она обнаружила, что не может покинуть замок на сколько-то долго из-за множества дел, которые требовали обеих образов принцесс. Потому ряд сложных задач она была вынуждена доверить своим подкопытным – и как она ни была уверена в их умениях, от них требовалось не просто заменить одного или двух пони.

Она послала одного из них попытаться договориться с Дискордом.

Подготовка к другим задачам шла быстро и без проблем – Твайлайт Спаркл не приглядывала за королевой, вечно куда-то торопясь и явно недосыпая, словно взвалив на себя то, что несостоявшемуся узурпатору доверить не могла. И то, с каким усердием единорожка не допускала ее к конфиденциальной информации или принятию сложных решений, работало в пользу Кризалис.

Подменыши видели, как Носительницы уехали в Понивилль из-за небольшой чрезвычайной ситуации, о которой отчитались ее подданные. Некоторые часто находящиеся на постах Гвардейцы были заменены, а сами пони сложены в коконах в подземельях замка. Осталось только найти способ убрать из уравнения Дискорда, и она сможет захватить власть.

И конечно же ее посланник исчез без следа и не вернулся даже спустя два дня.

Он был не первый, кто пропал в городе, если верить докладам ее элиты. Поначалу с собранной любовью и ценными разведданными не вернулись лишь несколько подменышей, но теперь недосчитывались сотен. И либо они были жертвами голода и неудач, либо пропадали не сами по себе.

К Дискорду было отправлено еще три элитных подменыша, от которых она ждала новостей искренне волнуясь. Что, если Дух Хаоса решил выступить против нее? Что, если в городе скрываются аликорны, готовые уничтожить ее силы, занятые в будущем перевороте? Без подменышей, которых она старалась спасти своими махинациями, ее триумф обернется провалом!

Наконец спустя вечность в ее дверь постучали. Кризалис прикинулась Селестией прежде, чем впустить в покои четырех Гвардейцев. Все они сразу сбросили маскировку и устало упали на пол. Что-то явно произошло, но в данный момент Кризалис была просто рада тому, что все ее посланники вернулись.

Она подождала, пока те отдышатся и встанут, хотя каждая секунда ожидания была для нее сейчас пыткой. Элитный подменыш, которого она послала первым, поднялся и протянул ей свиток, измазанный вареньем.

— Я успешно выполнил свою задачу. Ответ Дискорда здесь.

Кризалис не выжидая схватила бумагу и начала читать послание Повелителя Хаоса.

Дражайшая королева Криззи,

Я весь дрожу от осознания того, что ты на самом деле решила попробовать найти ко мне дипломатический подход прежде, чем приобрести билет в один конец на мороз. И потому, поиграв немного с твоими посланниками (я позаботился о том, чтобы отправить следующих троих в прошлое, чтобы они ничего не пропустили), решил дать тебе «пространство для маневра», как это можно было бы назвать.

Как ты уже догадалась, я все еще не испытываю теплых чувств к нашей Могучей Солнцежопке, хотя уже и победил на ее же поле. Лулу, конечно, может позаботиться о себе (и потому не рекомендую бросаться на нее в лоб – ты и представить не можешь, что ее магия способна сделать с тобой!), и я не буду выступать ни за, ни против тебя, реши ты обновить политическое устройство страны, пока дело будет касаться лишь их. Мои условия будут касаться лишь Твайлайт Спаркл.

Я объясню, что считаю правилами этой маленькой игры:

1. Ты не причинишь моей дорогой подруге Спарки ни физического, ни необратимого психического вреда. Это включает непрямые воздействия, а также смерть ее семьи и друзей. Я узнаю.

2. Никаких ударов по голове с последующим похищением. Прежде, чем бросаться магией контроля разума и/или временного оглушения, вы поговорите.

3. Ты подумаешь о том, что будешь делать, выслушав Твайлайт. Я уверен, ты дала ей достаточно времени, чтобы она смогла победить логикой. Если же нет, и тебе будет нужно «разобраться с ней»…

4. ...Ты отправишь ее ко мне, как закончишь. Она моя, я первый ее увидел. Сама ищи себе УПЕЛПН.

За исключением всего этого – можешь делать, что хочешь, если я не решу подменить свой разум. Ха! Видишь? Подмена разума, когда я имею дело с подменышами! А еще люблю это автомагическое пишущее перо!

P.S. Вы все воняете.

P.P.S. Ты и представить не можешь, как сложно было писать серьезные вещи!

P.P.P.P.S. Если ты реально захватишь власть, то все равно будешь вынуждена выслушать меня, если я захочу что-нибудь сделать.

P.P.P.P.P.P.P.P.P.P.P.P.S. Твои посыльные танцуют просто ужасно, и понятия не имеют, как хорошо лайм сочетается с кокосом и газировкой со вкусом сингулярности. Стыдись.

P.p.P.S. Обожаю сноски! Не знаю, почему их так называют, ведь в Эквестрии никто не носит ни носков, ни чулок, ни колгот! Но какая разница? ВСЕМ сноски!

С наихрючшими пожеланиями, Д.

Кризалис позволила письму выскользнуть из магической хватки, потому что она в ближайшем обозримом будущем будет стараться не касаться лица. Внезапно она обрадовалась, что не решила сама с ним пообщаться. Ее рассудок вряд ли бы выдержал прямую на него атаку.

Тем не менее, он согласился не вмешиваться — может быть — до тех пор, пока не пострадает Твайлайт. Будет… сложно, попытайся та дать отпор, вооружившись артефактами и собственной магией. Кризалис, конечно, будет сильнее и на ее стороне будет численное превосходство, но ей не нравилась идея снова недооценить противников – особенно если учесть, что текущее положение она заняла потому, что недооценили ее.

В идеале она могла бы отправить единорожку куда-нибудь или попытаться захватить во сне. Однако Дискорд категорически запретил и это. Ей светит очередное противостояние героя и злодея, с монологами и шуточками, в которых Твайлайт попробует ее переубедить. Как будто у нее получится.

Больше причин откладывать не было. Она послала одного из Гвардейцев за Твайлайт, а остальные подменыши спрятались в покоях. Она выслушает веские, конечно же, аргументы единорожки, четко объяснит, почему все это тщетно, после чего подменыши набросятся на нее, оглушат и доставят к Дискорду. Как ни странно, королеве не нравилось то, что она не сможет оставить себе одну из немногих компетентных и трудолюбивых пони в правительстве. Несмотря ни на что, она начала к ней привязываться. Единорожка была бы замечательным подменышем.

Неприятно, но она делала все это ради своих подданных. Эквестрия будет ее, и подменышам больше не придется голодать или бояться разоблачения.

* * *

Зайдя в покои Селестии, Твайлайт кое-что поняла. Это была ловушка, которую она ожидала, так как раньше Кризалис ее к себе поговорить не вызывала. Пока королева составляла свой план ей было нужно, чтобы Твайлайт поблизости не было, чтобы она ничего не заметила. А просьба о встрече единорожку встревожила.

И ее опасения подтверждались запахами лайма и кокоса.

Ну что же, настал момент истины. Твайлайт вошла, закрыла дверь и села на одну из подушек посреди комнаты лицом к королеве. Если дела пойдут плохо, то она могла надеяться лишь на то, что ее меры на крайний случай выдержат, а Дискорд согласился на не слишком многое – или не заскучал.

Из седельных сумок, которые для нее пошила Рарити, Твайлайт левитировала пачку бумаг.

— Ну, — произнесла она. — Я полагаю это тот момент, когда ты заявляешь, что собираешься свергнуть принцесс, чтобы завершить какой-то крупный план?

Кризалис идеально воспроизвела спокойную и всезнающую улыбку Селестии.

— Это так, — подтвердила она. — Я предполагаю, что это тот момент, когда ты пытаешься остановить меня, завершая какой-то крупный план?

Твайлайт лучезарно улыбнулась.

— Нет, — сказала она. — Поскольку у меня нет причин пытаться помешать тебе захватить власть.

— Что ж, надеюсь, ты пришла подготовившись… — Кризалис запнулась, осознав ответ Твайлайт.

— Прости, что? — спросила она, моргая в замешательстве.

— Ты наконец-то удосужились разобраться и выяснить, как Дискорд стал правителем Эквестрии на месяц, не так ли? — спросила Твайлайт. – Примерно так же, как взяла власть Найтмер Мун – без борьбы и разногласий. Им помогла я.

— Тогда почему ты остановила меня в первый раз? – озадаченно склонила голову Кризалис.

— На самом деле я немного удивилась, — пожала плечами единорожка — Когда твоя маскировка спала. Я была уверена, что Кейденс – злобная манипуляторша, годами злоупотреблявшая любовной магией, и я хотела, чтобы она держалась подальше от моего брата. Если бы я знала, что ты всего лишь оборотень, пытающийся захватить страну, чтобы добыть еду для своих подданных, я бы поступила совсем по-другому.

Твайлайт смущенно улыбнулась, а Кризалис вздохнула, потирая лоб копытом.

— Во имя… Я попала в ловушку, предназначенную для пони, за которую выдавала себя. Это просто несправедливо, — тихо посетовала она. Оглянувшись на Твайлайт, она спросила. – И чем же ты занималась, если не старалась найти способ не дать мне взять верх?

Лицо единорожки снова засветилось.

— Помогала! – радостно чирикнула она. После взгляда Кризалис волшебница решила уточнить и указала на бумаги. — Это последние предложения тебе в моем официальном статусе королевского советника относительно интеграции подменышей в общество пони. Тут же — отчеты о предварительных результатах исследований и все существующие применимые законы, которые, как мне показалось, могут пригодиться.

Позволив любопытству взять верх, Кризалис магией подняла пачку бумаг и начала читать некоторые из них. Не похоже, чтобы она была в какой-то опасности, даже если ее пытались отвлечь – за происходящим наблюдали ее элитные подменыши. Поэтому она изучила документы. Затем оглянулась на счастливо улыбающуюся единорожку. Королева пролистывала бумаги все более впадая в замешательство, смешанное с недоверием и чем-то, что не могло решить, ужасом оно является или шоком.

Кризалис посмотрела на Твайлайт Спаркл – и, если бы у той внезапно выросла третья голова, не могла бы посмотреть страннее. Она открыла рот — несколько вопросов боролись за право заявить о себе первыми. Но в конце концов «Что?» победил с большим перевесом.

Твайлайт невинно на нее посмотрела.

— Да? –спросила она. – Что-то не так, Ваше Величество?

Дамбу прорвало.

— Ты хочешь, чтобы мы открыто иммигрировали?! Ты что, с ума сошла? Когда ты сказала интегрировать, я подумала, что ты имела в виду тайное проникновение так, чтобы не создавать особых проблем! Ни один здравомыслящий пони не примет нас открыто, как часть общества! Я попробовала один раз и это не сработало!

— А как же я? – изобразила обиду Твайлайт. — Я вполне готова принять вас.

Кризалис посмотрела на нее так, что не требовалось ни единого слова, чтобы передать Я сказала «здравомыслящий» и Моя точка зрения остается в силе.

Твайлайт вздохнула и согласилась.

— Тем не менее, — взмах ее копыта охватил все окна. — Это Эквестрия. Страна, гражданином которой, если ты забыла, является химерический Дух Хаоса и Дисгармонии. И очень даже любимым. Очевидно, мы все здесь не в своем уме.

При упоминании Дискорда на лице королевы промелькнула гримаса. Дело с ним иметь пришлось лишь дважды, и она уже знала, что головную боль он у нее будет вызывать всегда. Тем не менее…

— Возможно, ты права, — уступила она. Она не пыталась связаться с властями со времен катастрофы шестьсот лет назад в Соррелеме в Мейрссачусеттсе.

— Когда я начала подозревать, — подумав, усмехнулась про себя Кризалис. — Что ты каким-то образом связана с исчезновением моих подданных, то не ожидала, что их будут использовать для проверки того, насколько эффективно они могут кормить Улей в различных «дружественных к подменышам» профессиях. Я полагаю, ты их освободила?

Твайлайт задумалась, сможет ли она потянуть мышцу слишком сильно улыбаясь. Если это так, то у нее, наверное, потом будет очень болеть лицо.

— Я не удерживала их против их же воли уже со второго дня — просто убедив их, что я на их стороне, и что это сюрприз для тебя. У меня уже есть сто сорок три подменыша, назначенных на места, где они могут заработать достаточно любви, чтобы в одиночку прокормить большую часть нынешнего Улья. Это дает большинству подменышей возможность начать искать более скромные и медленно развивающиеся варианты постоянной профессии.

Кризалис недоверчиво покачала головой. Если она честна, если эти подменыши на самом деле получают так много любви...

— Но почему ты так стараешься помочь нам? — спросила она вслух. — Вы могли разобраться со мной, когда мое вторжение провалилось, а потом спустить на армию Дискорда. Мы пришли не с любовью и дружбой – так к чему все это?

— Кто знает? — ответила Твайлайт. — Может быть я просто хорошая пони. Или может быть я действительно вижу, как подменыши могут принести пользу Эквестрии, если они присоединятся к нам. Думай об этом как о симбиотических отношениях или торговле — пони могут дарить любовь, чтобы дать подменышам пищу и силу, в то время как подменыши могут использовать свое умение превращаться, занимая разные места в обществе пони.

Кризалис выглядела так, словно хотела прервать ее, и Твайлайт предупреждающе подняла копыта, продолжив после этого.

— Вы можете заменить кого-то, кто должен пропустить встречу, и выступать в качестве дублеров для важных политиков, известных певцов или актеров. Ваши природные способности к актерскому мастерству также невероятно хорошо подходят для театра и кино. У модельных агентств всегда будет именно тот тип телосложения и цвет, который им нужен, чтобы их работы выглядели наиболее привлекательно, а подменыши, которые смогут научиться петь, могли бы использовать впечатляющую способность изменять голос вместе с обликом, чтобы стать одними из лучших, самых популярных артистов Эквестрии. И это если забыть про Гвардейцев и специальных агентов, которые могут внедриться в любую преступную группировку или прекрасно изображать из себя жертв во время спецопераций.

— А учитывая, что мы обеспечиваем всю эту прекрасную любовь, как ты думаешь, что вам захочется сделать со всем, что может угрожать Эквестрии? Видишь ли, я не считаю, что подстраховки бывает достаточно. Селестия и Луна не могут быть везде, и я тоже. Дискорд… Наверное тоже не может, а Гвардия не успевает реагировать на все достаточно быстро. Но что если случайные жители окажутся могучими воинами, владеющими магией и умеющими летать? Потому что именно так можно описать подменышей, когда они хорошо накормлены. Они могут начать действовать, когда возникают чрезвычайные ситуации, спасать жизни пони и получать от этого еще больше любви.

Кризалис, казалось, задумалась на мгновение, прежде чем кивнуть.

— И у тебя есть способ помочь населению принять нас?

— Любовные романы, — ответила Твайлайт.

Кризалис какое-то время искоса на нее смотрела, а потом решила все же не уточнять. Вместо этого она задумалась еще на мгновение и спросила:

— Почему ты готова доверять нам?

— Вы питаетесь любовью, — закатила глаза Твайлайт. — Общественное мнение будет контролировать вас лучше, чем мы когда-нибудь сможем. Сделай что-то дурное и про это узнают – начнешь получать меньше любви. А если ты согласишься исполнять королевские обязанности, которыми принцессы не хотят заниматься, то будешь получать аликорнову долю любви. По той же причине я была уверена, что ты не испортишь ничего, исполняя роли Селестии и Луны – хороших правителей любят больше, чем плохих.

Идея Твайлайт была более чем заманчивой, и если он сработает, то можно будет не опасаться разоблачения. Однако если пони не примут их, то прикрытие будет раскрыто, и заменить одну или обеих принцесс будет гораздо сложнее. Но ее собственный план не даст сработать плану Твайлайт. Тем не менее, не было никаких гарантий, что тут нет ловушки…

— Я последую твоему плану, Твайлайт Спаркл, но только если ты докажешь мне свою искренность, — Кризалис наклонилась, чтобы оказаться нос к носу с единорожкой. — Опусти свои щиты и дай мне увидеть твою честность.

Твайлайт пожала плечами и ее рог охватило сияние. На глазах Кризалис щиты пони спадали. Она истекала любовью. Кризалис почувствовала вкус уважения, дружбы, жалости, сострадания и... сильно скрытой похоти? Щиты поднялись обратно и Твайлайт Спаркл посмотрела королеве в глаза.

— Достаточное доказательство того, что мы сможем вас принять?

Кризалис молча кивнула с чуть отвисшей челюстью. Она почти не заметила, как Твайлайт ушла, а ее элитные подменыши вышли из укрытий. Их лица остекленели от силы любви, которую они только что испытали. Любви, нацеленной на подменыша в его естественном облике.

Твайлайт отбежала подальше от покоев и влезла в сумку, откуда достала противоядие от любовного зелья, которое заказала у Зекоры. В следующий раз, когда она приедет в Понивилль, придется пожаловаться, что зелье было слишком сильно — она хотела, чтобы оно вызвало чувство любви близкого друга, и даже привела свои отношения с Рейнбоу Дэш зебре в пример. Кажется, Кейденс была не единственной пони, которая читала таблоиды, чтобы узнать, что она чувствует к другим пони. Тем не менее, выражение лица королевы Кризалис того стоило.

Принцессы будут счастливы узнать, что все прошло хорошо и что их присутствие в городе, в конце концов, не понадобилось. А пока что Твайлайт нужно выспаться, как никогда, а потом начать набрасывать варианты речей, указов и сюжетов дурных любовных романов.

-Пять месяцев спустя в Понивилле-

На сцене лежали тела двух несчастных влюбленных. Они по недоразумению погибли от копыт друг друга. Их враждовавшие семьи стояли над ними, осознав свои ошибки только когда стало слишком поздно, чтобы вернуть утраченное, и у многих пони в зрительном зале от этой душераздирающей сцены выступили слезы.

Странствующие театры начали посещать городки вроде Понивилля только в последний месяц, но быстро поняли, что в провинции у них меньше конкурентов. Пони не хотели пропускать спектакли, которые еще были в новинку для тех, кто не видел ничего лучше школьных постановок, а потому плату можно было делать и небольшой – но все равно получать приличный доход.

Идея обосноваться в Понивилле показалась актерам довольно привлекательной после того, как они услышали из-за занавеса топот копыт. Но потом он, казалось, превратился в дрожь самой земли!

Кто-то посмотрел в сторону Вечнодикого, от которого в сторону города неслось какое-то существо, и пони запаниковали. Твайлайт была в Кантерлоте – не как в прошлый раз, когда к ним явилось что-то подобное, а кто еще мог чудовище отогнать?

— О ужас! – закричал кто-то из них.

Однако со сцены раздался еще один крик.

— Время трансформации!

Внезапно на сцене вспыхнуло зеленое пламя и на противника бросились защитники справедливости в костюмах разных цветов! Да, труппе определенно стоит задержаться.

## Сомбра - бонусная глава

День для Твайлайт Спаркл начался совершенно нормально – это мало о чем говорило хотя бы потому, что она спала до часу дня и уже было два. Проснувшись, она решила не расчесывать гриву, а прийти на тридцать одну минуту раньше на ее ежедневную-еженедельную-развдвенедельную-ежемесячную-когдаугодную встречу с Дискордом.

По окончанию чехарды с… «иммиграцией» подменышей, Дискорд настоял на том, чтобы заполнить некоторые пробелы в ее магическом образовании и обучить ее «радости и счастью магии хаоса». Как оказалось, у нее была природная к ней склонность – как к любой другой форме магии. Единственной проблемой была методика преподавания – Дискорд запретил ей приходить вовремя, за исключением случаев, когда это от нее не ожидалось. Некоторые уроки вообще не касались магии, а были просто прогулками со занятиями чем-нибудь случайным. Несмотря на это, Твайлайт нашла обучение новой магии веселым, и ее сильно расстроило явление Гвардейца посреди их встречи, когда Дискорд и Луна травили забавные байки о древних временах.

Оказывается, Селестии нужно было обсудить с Твайлайт нечто очень важное и подождать это не могло. Единорожка телепортировалась к себе, расчесала гриву и потопала проверять, какие-такие документы Селестии понадобилось разобрать вот прямо сейчас. Но встретившая ее принцесса оказалась неожиданно мрачной и серьезной, и рассказала о древней империи и ее тысячелетнем (по мнению Твайлайт слишком уж часто стала встречаться эта цифра) отсутствии.

Единорожка внимательно слушала историю и объяснения наставницы, и вспоминала, почему в прошлом всегда смотрела на нее с уважением. Часть истории была… неожиданно яркой, со сложной трехмерной моделью города и внезапным применением черной магии, но Твайлайт выслушала все, что поведала ей Селестия.

— …И ты должна найти способ защитить от него Кристальную Империю, — наконец закончила свой рассказ Селестия. – Это твоя задача и твое испытание, Твайлайт.

Та подпрыгнула, готовая трудиться на благо Эквестрии, и чтобы все ей гордились.

— Отлично, — заявила она. – Дайте мне достать Элементы Гармонии из коробки с игрушками, позвать девочек – и мы наконец погоняем этих ребят!

О, наконец использовать Элементы будет так интересно. У нее уже были теории, как они должны работать, и…

— Эм… Нет, Твайлайт Спаркл, — вырвала ее из размышлений Селестия. – Ты должна решить эту проблему без Элементов Гармонии. И хотя твои друзья могут тебе поспособствовать, в конце концов именно ты должна помочь принцессе Кейденс и Шайнинг Армору.

— …Вы хорошо себя чувствуете, принцесса? – с ноткой озабоченности в голосе осведомилась волшебница. – Знаю – я уже остановила три разных угрозы Эквестрии простым планированием и логикой, но, если вы не заметили, с этим парнем мои привычные методы не сработают. Он несгибаемый тиран, порабощавший пони и истреблявший тех, кто ему противостоял. Я не могу просто показать ему, как плохо это на самом деле – править и все такое, потому что для него это хорошо.

— Я верю в твои способности, моя верная ученица, — невозмутимо улыбнулась ей принцесса. – Со временем все станет яснее.

Твайлайт удивленно посмотрела на белую кобылу, а потом по ее лицу расплылась улыбка облегчения.

— Ага! Я поняла, хорошая шутка, принцесса, — ответила она, покачав головой. – Я успела позабыть, какое хорошее у вас чувство юмора. Так в чем соль шутки?

Селестия стояла высокая и царственная, тон ее голоса стал чуть строже.

— Это не шутка и не розыгрыш, Твайлайт. Иди, — махнула она копытом в сторону больших двойных дверей.

Твайлайт же уходить не намеревалась.

— Вы разрешили мне взять с собой друзей, но не Элементы Гармонии. Знаете, почему взять их с собой – хорошая идея? Потому что вы не можете на полном серьезе так сказать, — возразила она. – Кроме того, нашу страну возглавляют две богини, в ней живет дух хаоса и теперь она — дом стремящегося ее защитить Улья подменышей. Кризалис получила столько любви, что я даже перестала считать, во сколько раз она стала могущественнее вас! Разве мы не можем использовать что-то из этого?

По мере возражений Твайлайт в голосе Селестии все явнее становилось раздражение. Принцесса могла припомнить времена, когда Твайлайт делала все, чтобы ей угодить! В голосе принцессы на мгновенье послышалась сталь.

— Нет, Твайлайт. Ты должна преуспеть в этом деле сама. Подменыши, Луна, Дискорд и я останемся тут. Вместе с Элементами.

— Я вытащила Луну с темной стороны, — от возмущения голос Твайлайт становился все громче. – Я нашла Элементы Гармонии, могущественнейшие артефакты в мире, и подружилась с их Носительницами. Я убедила Дискорда перейти на мою сторону и делать мир лучше. Я даже уговорила армию вторжения принять наше гражданство и стать добровольной первой линией обороны. Но вы утверждаете, что я не могу использовать ничего из всего, сделавшего Эквестрию могущественнейшей из существующих держав, даже для защиты тысяч пони. Вы пытаетесь меня одурачить, что ли?

К концу этой тирады у нее самой уже от крика звенело в ушах. Селестия же была непоколебима.

— Твайлайт Спаркл, это королевский приказ. Отправляйся спасать кристальных пони. У тебя есть все, что нужно для этого. Доверься мне, — последние слова были едва не мольбой, вынуждающей Твайлайт просто выслушать наставницу.

Твайлайт мрачно посмотрела на принцессу, фыркнула и пошла к дверям.

— …Ладно, я иду. Встретимся, когда вернусь.

-Дом Хаоса Дискорда-

Твайлайт открыла дверь и обнаружила себя на потолке богато обставленной гостиной. Она подняла голову и увидела Дискорда с Луной, сидящих в креслах над ней. Была ли она вниз головой или вся комната – вверх ногами? Твайлайт поймала себя на стремлении найти смысл в чем-то, связанном с Дискордом, и подавила этот порыв. Вспышкой магии она изменила собственный вектор гравитации и телепортировалась на кушетку напротив двух других обитателей комнаты.

— Привет, Дискорд, привет, Луна. Как дела? – спросила она с относительной энергией.

Луна была первой, кто обратился к ней.

— О, Твайлайт Спаркл, как хорошо, что ты присоединилась к нам еще раз. Что от тебя потребовалось нашей сестре? Надеюсь, это что-то важное – иначе она бы не вытаскивала тебя так, вне твоего рабочего времени.

Ее прервал Дискорд, протянув единорожке что-то отвратное на вид.

— Вот, молочный коктейль с шоколадом, ананасами и виноградом. За счет заведения, конечно.

Криво улыбнувшись, Твайлайт приняла стакан.

— Спасибо, Дискорд, — сказала она, прежде чем снова повернуться к Луне. — Что ж, наверное, какое-то время я заходить не смогу, потому что отправляюсь в самоубийственную миссию в глуши на Замерзшем Севере.

И Луна, и Дискорд, к сожалению, пригубили свои напитки — которые внезапно оказались выплюнутыми, и они двое в идеальной гармонии воскликнули:

— Прости, что?!

Быстро придя в себя Дискорд удалил пятно щелчком когтей и посмотрел на Твайлайт подняв бровь.

— Объясни, пожалуйста.

— Ну, — начала она. — Я должна остановить какого-то древнего злодея, которого там тысячу лет назад запечатали Селестия и Луна. Он тиран, который наслаждается рабством и каторгой, черной магией и убийствами или порабощением любых пони, выступающих против него. Я должна остановить его без Элементов Гармонии. Таковы правила, понимаете ли.

Совершенно спокойное лицо Дискорда был ненадолго искажено нервным тиком под его левым глазом.

Луна, сумевшая оправиться от первоначального шока, выглядела задумавшейся.

— Я помню его — и Империю. В ней было много жителей, а ее магия сильна. Если ее земли полны любовью и счастьем, они распространяются по всему миру. Однако же верно и обратное.

Дискорд недоверчиво посмотрел вверх.

— И она ожидает, что ты и его переубедишь? — спросил он. — Может, ты и хороша — сено, могу сказать из первых лап, ты творишь чудеса — но этот парень выглядит так, что с ним невозможно иметь дело твоими обычными методами.

В мгновение ока Дискорд оказался рядом с Твайлайт, обняв за плечи. Его обеспокоенное лицо было неудобно близко.

— Она тоже едет с тобой? Потому что иначе выглядит так, что она надеется, что ты провалишься.

Твайлайт продолжала вымученно широко улыбаться.

— Нет. Она специально уточнила, что я должна сделать это сама и без Элементов. Сейчас там мой брат и Кейденс сдерживают Сомбру и ждут меня.

— Не думаю, что для этого будет достаточно Кейденс и простого единорога, сколь ни квалифицированного, — помрачнела Луна. – Кажется, в Империи был какой-то артефакт или реликвия. Но Сомбра его спрятал и его не нашли.

— Агаааа, — ответила Твайлайт, растягивая слово для эффекта. — Она, по сути, ставит на карту жизни тысяч пони и волшебный город – ради испытания? Испытания для единорога, который уже трижды спас страну, хочу заметить. И я еще не упомянула, что в один момент она для иллюстрации использовала черную магию.

На целую минуту в комнате воцарилась тишина. Луна пыталась сопоставить полученную информацию с тем, что знала о сестре, а Дискорд задумчиво жевал стакан. Дожевав стекло и причмокнув губами, Дискорд принял задумчивый вид. Это был неожиданный визит и драконикус чувствовал, что в гостях ему будет лучше.

— О как. Не знай я ее лучше, то решил бы, что она обратилась ко злу, — Дискорд тут же отослал задумчивый вид ради злой ухмылки. Он любил злые ухмылки и подумывал купить потом своей рожок мороженого. – А если подумать, как давно она в последний раз была на принимающей стороне Элементов? Ах, да, ей еще не довелось попробовать радугу. Стоит это исправить.

Тщательно сдерживаемый гнев наконец вырвался из-под контроля Твайлайт, и она ударила копытом по полу.

— Я уже готова свергнуть Селестию! – воскликнула она. – За последние несколько лет я сделала для страны больше, чем она обычно делает за век, и я уверена, что если возьму власть, то смогу работать не хуже.

На лице Дискорда появилось выражение ужаса, когда он повис на люстре, добытой и далекой страны — прихожей Блублада.

— Погоди! – закричал он. – Именно этого она от тебя и хочет!

— Так, я тебя не понимаю, — посмотрела на него Луна. – С чего бы моей сестре хотеть, чтобы по ней приложили Элементами, ослабили до уровня маленькой кобылки и сместили с трона?

— А вы подумайте об этом так, — ответил Дискорд глядя обеим кобылам в глаза – одновременно, конечно. – Она правила страной без перерыва тысячу лет. И тут внезапно ее нагрузка снижается, а она впервые получает возможность отправиться в настоящий отпуск. Отдых ей понравился, и она возжелала передать поводья власти Твайлайт, — заметив выражение лица Луны он нахмурился. – Что? Я бы на ее месте так и поступил.

Твайлайт кивнула сама себе. Идея Дискорда была совершенно нелепой, но иных разумных причин для приказа Селестии она представить не могла. Именно потому она решила посоветоваться теми, кто знал принцессу лучше нее. И если Луна не могла разглядеть какую-то очевидную причину, по которой все это не было совершенно разумным планом ее сестры…

— Это смешно, — признала единорожка – Но он может быть прав.

Дискорд свернулся клубком и коснулся когтем носа Твайлайт.

— Вот что я тебе скажу. Как насчет того, чтобы я съездил с тобой в эту Кристальную Империю? – предложил он.

Твайлайт хитро улыбнулась.

— Мне было категорически запрещено использовать твою помощь, — заметила она.

— И меня должно волновать... почему?

— Я надеялась, что ты так скажешь, — ответила пони. Во вспышке бело-фиолетового света комната опустела, а Луна обнаружила, что ее утащили за компанию.

-Пять минут спустя-

Двери тронного зала Селестии распахнулись сами собой, и темный король Сомбра вошел в священные залы замка Кантерлота. Он казался несколько более серым, чем помнила Селестия, в глазах у него были большие розовые сердечки, в зубах он держал корзинку из которой рассыпал цветочные лепестки, радостно гарцуя по залу. За ним следовала Твайлайт Спаркл, выглядящая донельзя самодовольной.

— Я вернулась, Селестия. Проблема решена. Он увязался за нами. Можно его оставить?

Селестия изо всех сил пыталась восстановить контроль над своим лицом. Что тут вообще творится?

— Как? Уже... Что ты с ним сделала?

— Я? — с совершенно невинным видом прижала копыто к груди ее ученица. — Ничего. Это все Дискорд.

Взгляд Селестии стал строже, и она с разочарованием посмотрела на единорожку.

— Разве я не запретила тебе использовать его помощь?

Дискорд возник всего в дюйме от лица Селестии, заставив ее отшатнуться. С самой широкой ухмылкой, которую она когда-либо видела, Дискорд замахал лапами как «джазовыми руками». Раздражающий голос казалось вылетел из рта драконикуса и ввинтился в уши принцессы самым безжалостным образом, когда он проревел:

— ХАААААААОООООООС!

Его дыхание даже воняло как-то яростно.

Голос Твайлайт, более легкий и веселый, скользил вокруг голоса Дискорда.

— Да, я сказала ему, что не должна обращаться за его помощью, но это его лишь раззадорило. И не то, чтобы я могла его остановить – Элементы-то брать нельзя, — с притворной серьезностью произнесла она.

Дискорд исчез во вспышке света и вновь появился в центре комнаты, позируя и прихорашиваясь.

— И да, я бы хотел, чтобы витраж показывал меня с лучших сторон. Я же спас целую Империю от ее злейшего врага.

Это было уже слишком. Лучшее, что смогла ответить Селестия, свелось к «Но… И… Бва?», потому что она лишилась дара речи впервые с тех пор, как… ну, Твайлайт исправила Найтмер Мун без помощи Элементов, а потом выступила за право Дискорда занять трон… О. Похоже, у Твайлайт хорошо получалось заставать Селестию врасплох.

Твайлайт вырвала ее из раздумий.

— Что ж, приятно было с тобой поговорить, но нашего возвращения ждет Луна. Я все же работаю не на одну принцессу.

Тут к Селестии вернулся дар речи.

— Погоди, ты оставишь его тут? И что мне с ним делать? — спросила она, указывая копытом на Сомбру, который катался по полу с высунутым языком.

Дискорд щелкнул когтями и на Сомбре возник колпак шута.

— Думаю, он оживит местечко, — усмехнулся драконикус. – Хорошего дня.

Твайлайт и Дискорд начали уходить, а Селестия шлепнулась на трон – и удивительно громкую подушку-пердушку. Принцесса поморщилась и посмотрела на Сомбру – некогда самого ненавистного и опасного пони в мире, теперь гоняющегося за собственным хвостом под перезвон бубенчиков колпака

— ...Он, хотя бы, приучен правильно ходить в туалет?

Хором, словно тренируясь, Дискорд и Твайлайт ответили.

— Почти! – радостно прокричали они. Двери за ними захлопнулись и Селестия осталась в тронном зале одна, исключая Сомбру, который с каким-то неразборчивым рычанием обнюхивал одну из колонн.

— Что ж, все пошло не по плану, — проворчала принцесса, выкидывая буклет «Лучшие Места для Отпуска».