# Эквестрия беспонная

Thestral

В волшебной стране Эквестрии нет пони.

В сонном городишке Понивиле нет пони.

В сияющем Замке Дружбы нет пони.

Кто же эти разноцветные четвероногие существа?

Буду рада как похвалам, так и тыканьем носа в ошибки и пропущенные отсылки, которые непременно есть.

## Замок беспонный

Пятеро из шестерки носителей Элементов гармонии сидели на соответствующих тронах в Замке Дружбы и спокойно дожидались последнего. Некоторые более спокойно, нежели кое-кто.

— Ну и где она? — Рэйнбоу Дэш разорвала тишину, воцарившуюся в зале после того как закончились темы для разговора несколько минут назад. — Твайлайт сказала, что придет к обеду, и прошел битый час, а я голодна!

— Она наверняка в пути, сахарок, — протянула Эпплджек с другой стороны комнаты. — Может она занята каким-нибудь новым прожэктом или типа того.

Спайк кивнул.

— Этим утром она загорелась какой-то идеей и выглядела очень возбужденной. — Внезапно он встал со своего трончика, — Как насчет я приготовлю немного закусок, чтобы скоротать время?

— Ох, это так мило с твоей стороны, Спайк, премного благодарна, — сказала Рэрити, ненадолго отрываясь от вышивки, которую она принесла с собой для досуга.

С кратким клацаньем когтей по камню, дракончик вышел за двери по запутанным коридорам в сторону кухни. В то же время Эпплджек одарила Рэрити недобрым взглядом.

— Рэри, те не стыдно постоянно использовать его?

— Что? — она невинно похлопала глазами, — он сам предложил.

Тут же, двери громко хлопнули, на большой скорости выпуская безумно выглядящего аликорна. Она тормознула в сущих миллиметрах от стола и затараторила:

— Простите-простите! Мои руки были заняты новым проектом, и я была настолько поглощена, что потеряла счет времени! И прямо когда все стало получаться, я нашла несколько новых и нетривиальных ошибок в системе, и мне приш… лось… Чего это вы так на меня смотрите?

Странный и нечитаемый набор эмоций проявился на мордочках ее подруг. И как обычно бывает с тишиной, Рэйнбоу Дэш разбила ее:

— Что ты имеешь в виду под «твои руки были заняты»?

Глаза Твайлайт широко раскрылись, а зрачки сузились. Несмотря на это, она натянуто улыбнулась, как ни в чем не бывало.

— Руки? Нет, я сказала копыта. Мои копыта были заняты.

— Не-а, — возразила Эйджей, — ты точно сказала «руки».

— Оу, может быть, — она издала нервный смешок. — Просто с языка соскользнуло. Руки это… эм… иностранный термин для передних хватательных конечностей. Как копыта. Это вроде как местное словечко.

— Агась. Откуда? — Эпплджек скептически вздернула бровь.

— Из… земель минотавров. Да. Оттуда.

— Реально? — влезла в разговор Флаттершай. — Потому что за все время, проведенное с Айроном Уиллом я не слышала это слово. Максимум лапы или когти.

Твайлайт, казалось, вот-вот впадет в панику.

— Это… Как бы… Понимаете… Ах, ну его. — Она поникла, признавая поражение. — Ну, лучше поздно, чем никогда. Я уже достаточно откладывала.

Приподняв голову, Твайлайт подошла к своему месту за столом и встала перед ним. Хотя она держала себя как могла, ее слегка колотило от страха, делая ноги ватными. С заметным звуком она проглотила свои сомнения.

— Девочки. Друзья мои. Я должна кое в чем признаться. С этим… довольно трудно поделиться, и я надеюсь, что вы не разозлитесь на меня за то, что я так долго скрывала правду.

— Глупенькая Твайлайт, — Пинки улыбнулась, утешающе похлопывая ее. — Ты наша подруга! И что бы ты ни сказала не изменит этого.

Остальные поддержали ее: «И вправду», «Конечно», «Мы прикроем тебя, Твай, неважно от чего!», «Мхм».

Набравшись уверенности, Твайлайт глубоко вдохнула и медленно выдохнула, позволяя напряжению вылететь вместе с воздухом.

— Хорошо. Вперед. На самом деле… Я не Твайлайт Спаркл.

Никто не шелохнулся.

— И не чейнджлинг! — добавила она, пока никто не вошел в заблуждение. — Я – это я, пони, которая переехала в Понивиль, встретилась с вами и остановила Найтмэр Мун, просто… я была ею не всегда.

Тишина продолжала властвовать в тронном зале, давая Твайлайт возможность изучить выражение лиц подруг. Эпплджек сохраняла совершенно непроницаемый вид. Рейнбоу Дэш старалась скрывать чувства, но подрагивающие крылья выдавали ее нервозность. Флаттершай еще сильнее зарылась в свою гриву, не оставляя видимого места. Рэрити выражала что-то среднее между недоверием и подозрительностью. Пинки… улыбалась? Широко, одной из своих знающих ухмылок. С чего бы ей улыбаться? Однако, это Пинки. С нее станется знать все с самого начала.

И вот, Рэрити возобновила разговор:

— Это… то еще заявление, Тва- …Эм, нам все еще называть тебя Твайлайт?

Аликорн, оказавшаяся не Твайлайт, кивнула.

— Да, я была Твайлайт настолько долго, что привыкла.

— Попридержи поней, — вклинилась Рейнбоу Дэш. — Так… ты не Твайлайт?

— Нет, — она покачала головой.

— Ну, что произошло с настоящей Твайлайт?

Она съежилась – фраза подразумевала, что она не настоящая Твайлайт.

— Я… не знаю. Может я заменила ее, а может она никогда не существовала? Если вам станет от этого лучше, вы никогда не встречали ее. Я стала ей еще до Понивиля.

— Возможно, тебе следует начать с начала, — предложила Эпплджек дельную мысль со все еще невыразимой миной.

— Ага, с самого начала, — добавила Пинки со смешком.

— Кхм… Хорошо. Тогда с начала. Вперед. Давным давно, я не была пони. Никто из вас о них не знает, но я была существом под названием «человек».

Какая-то пони тихонько ахнула, и Твайлайт высматривала кто это был, но никто не прокололся. Она продолжила:

— У меня была сравнительно обычная и скучная жизнь, пока не наступил роковой день, когда мне было за за двадцать. Я шла домой, когда увидела грузовик, мчащийся по дороге на запредельной скорости и явно потерявший управление. Свет на пешеходном переходе загорелся зеленым, но никто не двинулся… кроме одной девочки с наушниками. Она не видела грузовик. Поэтому я сделала то, что сделал бы любой на моем месте. Я прыгнула и столкнула ее с пути. К несчастью, некому было спасать меня.

Раздался еще один вздох, и Твайлайт обнаружила его источник. Это была Флаттершай, чей единственный видимый глаз блестел от влаги.

— Я парила во тьме будто вечность. Время было… странным. Потом ко мне обратился голос. Он поблагодарил меня за спасение девочки и извинился. Мое время умирать еще не пришло. Голос сказал, что не может вернуть меня домой, но может отослать в другой мир. Типа с магией, монстрами и приключениями, как в книжках. И естественно, я согласилась. Напоследок, голос благословил меня магией невероятной мощи, чтобы мне было комфортно как в быту, так и в приключениях.

Твайлайт села на свое место с облегченной душой.

— Когда я очнулась, то оказалась в своих покоях в школе Селестии, и через несколько недель меня отправили в Понивиль. Что случилось позже, вам известно.

Она подняла копыто и повертела им перед собой.

— Хотите верьте, хотите нет, мне не приходило в голову стать пони. Я думала, что останусь человеком, куда бы я ни попала.

— Ну, а чего ты ожидала? — спросила Пинки. — С большой силой приходит большой нёрф. Представь, если бы у тебя были и магия, и руки. Волшебные руки! Ты бы стала непобедимой!

Проделка хохотушки вызвала у Твайлайт улыбку. Ее разум отвлекся и позволил себе расслабиться.

— Все же, — продолжила Пинки, — я так рада, что ты наконец призналась, ведь мне больше не нужно держать торт «Твайлайт наконец признается» в руках, что хорошо, ведь он залежа-а-ался!

— Пинки, так ты знала? — она ахнула.

Вечериночная пони пожала плечами.

— Эм, догадаться не сложно, зная Твайлайт, как знаю я.

— Это самая безумная вещь, о которой я только слышала, — покачала головой Рэйнбоу Дэш в неверии. — Ты могла бы написать целую книгу по мотивам. Уверена, она бы стала бестселлером.

— Пфф, ну хз, — ответила Пинки легкомысленно, — жанр попаданцев и так переполнен.

Это зацепило Твайлайт. Пинки итак была наполнена… несостыковками и во внешнем виде, и в поведении, но сейчас чаша переполнилась.

— Пинки… откуда тебе известно это слово?

— Сюрприз! — провозгласила она на фоне конфетти и ленточек, падающих с потолка. — На самом деле я подготовила вечеринку в честь двойного признания! У меня есть и торт с «Твайлайт признается», и торт с «Пинки признается».

Глаза Твайлайт чуть не вылетели из орбит.

— Чт… Пинки… Не говори мне, что-

— Тоже человек? Еще как!

Твайлайт отшатнулась, как еще несколько пони. Еще один человек? В Эквестрии? И из всех возможных пони именно Пинки Пай? Что, на самом деле, многое объясняло.

— Тебя тоже сбил грузовик, и ты встретила бога?

— Хах, не-а, — игриво фыркнула Пинки, — я просто купила парик Пинки Пай у того стремного лавочника на конвенте. И потом – Бам! Пиу! Прямо на луну! Или скорее прямиком на каменную ферму.

— Ну, теперь понятно откуда все эти отсылки на поп-культуру…

Проигнорировав эмоциональную бурю у Твайлайт, вызванную собой же, Пинки обратилась к пони, сидящей перед ней:

— А что насчет тебя, Рэрити? Не хочешь сделать эту вечеринку тройной?

Модница подавилась воздухом и брызнула слюной, перед тем как успокоиться и вздохнуть.

— Тьфу! Ну нашла же ты способ выдать, Пинки!

— Хи-хи, прости.

— Рэрити… тоже? — голос Твайлайт сорвался.

— Да-да, тоже. Хотя я не представляю, как она узнала об этом.

— Потому что у тебя нет чувства стиля.

— Пинки! — рявкнула Твайлайт.

— Не стоит, ведь она права, — поспешила успокоить Рэрити. — Я без понятия как работает мода. Я просто… леплю из того, что есть, а пони это нравится. Иногда я пытаюсь повторить, что делала оригинальная Рэрити, но в основном это просто мешанина цветов, кое-как смотрящаяся вместе.

— Но ты же законодательница мод! И владелица сети бутиков!

— А также бывший геолог, который носил четыре футболки, две пары штанов и пять бюстгальтеров в течение шести лет в колледже, испачканные в грязи, — бросила она. — Мода это конечно мило, и все такое, но не забывайте о практичности.

Рэрити откинулась на спинку кресла, и лениво игралась со своим локоном с помощью магии.

— И раз уж Пинки меня бессовестно выдала, то я поведаю свою историю. Буду краткой. Некоторое время я жила в довольно большом городе с немалым количеством бездомных. Однажды ко мне подошел неряшливый мужчина и попросил милостыни. Время было раннее, я была малость невыспавшаяся и… нагрубила ему, наговорив всяких нелестных слов. Чего я не ожидала, что он окажется волшебником. Когда я отвернулась, он проклял меня на каком-то языке, приговаривая: «я научу тебя щедрости». Тогда я споткнулась и ударилась головой. Очнулась я кобылкой по имени Рэрити. Её лоб все еще болел от столкновения с тем самым булыжником, который помог ей получить кьютимарку.

Она прекратила играться со слегка запутанным локоном и приняла задумчивый вид:

— Мне всегда казалось, что изначальная Рэрити умерла, когда стукнулась головой, а мой дух занял ее место. Однако, принимая во внимание внезапный наплыв бывших людей, я начинаю в этом сомневаться.

Рот Твайлайт беспомощно открылся и закрылся. Человечность Рэрити это еще полбеды. После Пинки это нетрудно переварить. Но Рэрити, которая не любит моду?! Немыслимо.

— Но… если тебе не нравится мода, почему ты ей занимаешься?

— Потому что я Рэрити, — ответила она, — а Рэрити – стильная лошадка. Помните, я думала, что являюсь единственным человеком. Я не собиралась менять будущее, так что мне пришлось играть чопорную модницу и время от времени испытывать испанский стыд от собственного неуклюжего притворства или как бы не догадываться о предстоящих событиях.

— Все таки тебе действительно не нравится мода?

— Боюсь, нет, но мне нравятся драгоценные камни. Однажды вам стоит посетить мой подвал. Орудуя кристальными линзами и единорожьей магией, мне удается там кое-что выкапывать.

Твайлайт упала на стол с глухим ударом, будто сдувшийся надувной домик с человеком внутри.

— Не верю. Все это время я думала, что была одна-одинешенька. И вдруг оказывается, что не одна, а две моих лучших подруги попали в ту же лодку, а я не в курсе.

— Кстати… — Твайлайт взглянула на яблочную фермершу, застенчиво почесав заднюю часть шеи, — похоже, сегодня все чувствуют себя особенно честными. Было бы хорошо довести счет до трех.

— Эпплджек, — прошептала Флаттершай, — …твой акцент.

— Да, я инсценировала его, — сказала Эпплджек с речью, отчетливой и чистой как весенний ручей. —  Мне было нужно вписаться в семью, не так ли? Было бы странно, если одна пони звучала по-другому.

— И какова твоя история? — спросила Пинки, которая попутно заправляла кондитерский мешок зеленой глазурью, сидя рядом с наполовину заглазированным оранжевым тортиком с надписью «Эпплджек при».

Хозяйка торта сняла ковбойскую шляпу и села на свой трон, изогнув копыта также, как брови.

— Строго говоря, это секрет национальной безопасности, но учитывая обстоятельства, мне стоит раскрыть его вам. Короче говоря, я работала в секретной государственностей лаборатории. По сравнению с ней американская Зона 51 походит на общественный музей. Во время эксперимента, не моего, что-то пошло не так, и произошел взрыв на расстоянии нескольких комнат от меня. Был ужасный звук и цветная вспышка, и в следующее мгновение я уже летела через крышу сарая Сладкого Яблочка и приземлилась на сеновале. Семья признала во мне свою, так что я подыграла. Вела хозяйство, говорила по-деревенски и ела яблоки, чтобы соответствовать ожиданиям окружающих. Все было хорошо и просто, пока спустя год или два не объявилась Найтмэр Мун.

— Оу, оу! — оборвала ее Пинки, буквально подскакивая на троне. — Ты же была ученым, значит ты построила супер-секретный подземный бункер под своим домом, как Рэрити свою шахту, и забила его всякими научными прибамбасами?

Эпплджек бесстрастно ответила:

— Нет. С какого перепугу мне бы удалось построить такой бункер? То, что я пользовалась инструментами, не значит, что я могу воспроизвести их. К тому же, не то чтобы в Эквестрии были какие-то электронные платы или фабрики по их производству.

Не теряя времени, Твайлайт повернулась к нервной Дэш, которая взъерошила перья.

— Что?

— Колись уже, я ничему не удивлюсь, — Твайлайт излучала невозмутимость.

— Ладно, ладно, — Рэйнбоу Дэш наконец прекратила висеть в воздухе и уселась на трон, — записывай меня и Флаттершай в свой клуб бывших людей. Мы уже знали друг о друге.

— И с вами, — улыбнулась Пинки, — мы собрали полный сет!

— Что случилось с тобой? — поинтересовалась Эпплджек. — Умерла? Тебя прокляли? Или пала жертвой науки?

— Нет, нет и нет. Помню, как купила распоследний и наилучший VR-шлем. Передовая технология, которая даже не вышла на рынок. Мой дядя был знаком с чуваком из индустрии. Я пришла домой, подключила шлем и врубила демку. Мое зрение наполнили яркие цвета, и тут я очутилась на облачке, с радужной челкой на лбу, в преддверии гонки с забияками-малявками. Ни на одном другом VR не было такого же восхитительного полета! Отзывчивое, интуитивное управление и реалистичная, прямо взаправду, графика. Потом упала Флаттершай, и я полетела за ней, подумав, что это такой начальный квест. Два дня я пыталась выйти, и наверняка я выглядела глупо, — Рэйнбоу пожала плечами. — И вот с тех пор я здесь.

— Значит… ты думала, что попала в видеоигру?

— Эм, типа того? Может я вообще лежу в коме. Особо не парюсь, ведь я отлично провожу время.

— Но… видеоигра?

— Я съездила на природу… — пробормотала Флаттершай, — и отделилась от группы с учителем. Начинался дождь, потому я нашла укрытие в пещере. В потемках я споткнулась и долго-долго падала. В конце показался свет, и спустя пару минут Флаттеринг Бриз родила меня.

— Фу, — поморщилась Пинки, попутно смешивая порцию желтой глазури, — без мерзких подробностей, пожалуйста.

— Хм, ты полноценно реинкарнировала, — сказала Рэрити с легким оттенком удивления. — Получается, ты с самого начала являешься Флаттершай.

— Угум-с. Кстати, в бытность человеком я имела ужасную эквинофобию. Потому жизнь в мире лошадей помогла побороть ее. Немного.

Едва их разговор начал перетекать на менее значительные темы, как прозвучал громкий удар. То была Твайлайт, смачно бьющая своей головой об стол в ритме стаккато, чтобы подчеркнуть каждое слово:

— Буквально. Всё. Это. Время. Каждый. Был. Человеком.

Она села прямо. Красный рубец, нанесенный в приступе ярости, уже начал заживать.

— А я! Работала на износ, чтобы мы следовали канону мультика и ничего не поменяли! Но это был пшик, потому что буквально все знали, что произойдет дальше!

— Ты не одинока, Твайлайт, — поспешила успокоить ее Рэрити. — Мы все старались вжиться в роль и сохранить канон. Однако, — она нервно улыбнулась, — честно сказать, я досмотрела только до пятого сезона, а с тех пор импровизировала.

— Сезон седьмой, — тихо сказала Флаттершай.

— Я смотрела урывками вместе с дочкой, разрозненные серии, — добавила Эпплджек.

— Я без понятия, о чем вы.

Пять пар глаз уставились на Рэйнбоу Дэш.

— Мультик? — озадаченно произнесла Твайлайт, — «Мой маленький пони: Дружба – это магия»? Где мы собственно и оказались?

— Никогда не слышала.

— Погоди, — возмутилась Эпплджек, — значит, ты не притворялась грубой, спортивной, одержимой полетами хвастуньей ради сохранения персонажа?

— Э, не? Я – это я. И не принижай полеты. Летать круто!

— Хах, надо же.

— Ради справедливости, — поддержала радужногривую Пинки, — я была очень похожа на лучшую пони еще до того, как стала ею. А в канонных приключениях я просто немного переигрываю.

— Ну оказались мы все людьми, — риторически произнесла Эпплджек, — и что мы будем делать с этой информацией?

Рэрити пожала плечами.

— Перестанем наконец выпендриваться, полагаю? Будем сами собой, и все в таком духе.

Эпплджек откинулась на спинку стула и вновь надела шляпу.

— Наверное. Тем не менее, я настолько вжилась в роль, что это стало частью моей настоящей личности. Например, без шляпы мне как-то неловко.

Пинки хотела было ответить, но отвлеклась на задумчивое выражение мордочки Твайлайт:

— Твайлайт? С тобой все в порядке?

Взгляд вникуда прояснился, и Твайлайт спустилась с небес на землю:

— А? Да-да. Как бы… Просто теперь, когда стало ясно, что я не единственный человек в Эквестрии, многие кусочки пазла начали складываться в общую картину.

— В смысле?

Ничего не сказав, Твайлайт вновь погрузилась в себя, чувствуя, как шестеренки натужно крутятся в ее голове. Они складывали воедино воспоминания о странных оговорках по Фрейду и непонятных манерах.

— Дайте мне Спайка, — произнесла наконец она. — Мне нужно отправить письмо принцессам.

— Оно нам надо? — осмелилась вклиниться Флаттершай. — Вдруг принцессы подумают, что мы спятили?

— Или одержимы?

— Чейнджлинги?

— Или одержимы спятившими чейнджлингами?

Твайлайт покачала головой.

— Если я права, в чем более чем уверена, они не станут нас ни в чем обвинять. Спайк!

Она поскакала по коридору.

— Иду! — разнеслось спустя немного времени, сопровождаясь знакомым клацаньем когтей о кристал. Он повернул за угол с большой тарелкой сэндвичей без корочки. — Этого немного, но хватит, чтобы продержа… О, привет, Твайлайт!

— Спайк, — сказала она с внезапной серьезностью, — мне нужно, чтобы ты ответил на важный вопрос.

— Конечно.

— Был ли ты человеком?

Дракончик замер. Его глаза бегали от одной кобылки к другой. У всех них было схожий настрой.

— Ч-чилавек? Эм, я н-не понимаю.

— Не бойся, Спайк, — сказала Пинки, — Твайлайт тоже была человеком.

— Мы все, — добавила Рэрити.

— Рэрити? — его глаза остановились на ней. — Ты… была человеком?

Она кивнула, и дракон упал на пол. Мгновением спустя он подпрыгнул с вздернутым вверх кулаком.

— Урааа! О, да, наконец-то! — продолжил он, пустившись в пляс. — Больше никакого видового барьера! Ох, ты не представляешь, насколько я счастлив!

— Думаю, немного представляем, — хихикнула Пинки.

Твайлайт лишь закатила глаза.

— Тогда я принимаю твой ответ за «да».

Придя в себя, Спайк прекратил танцевать.

— Что? О, да, раньше я был человеком, — легкий поклон. — Майкл Смит, к вашим услугам.

Твайлайт кивнула:

— Джек Кирби.

— Мэри Браун, — сказала Рэрити.

— Чери Кларк, — добавила Пинки, — но «Пинки» тоже нормально.

— Не помню, — сказала Флаттершай.

— Йоханна Шмидт, — сказала Эпплджек, — можете все еще звать меня по-понячьи.

— Чад Кащак, — произнесла Рэйнбоу Дэш так, будто вручает приз.

— О, так она была парнем, — пробормотала себе под нос Пинки, — это многое объясняет.

Пока подруги снова знакомились, Твайлайт быстренько начеркала письмо и свернула его в трубочку.

— Ладно, доставь, пожалуйста, письмо принцессам.

— Перед этим, — перебил ее Спайк, — раз уж мы делимся секретами, я бы хотел раскрыть еще один. Мне будет намного легче признаться перед такими же людьми.

— Ты что, чейнджлинг? — фыркнула Дэш.

— Ха-ха, ну да, — рассмеялся он, потонув в зеленом пламени, — задним умом мы все крепки.

Вся пачка, испугавшись, то спрятались за тронами, то приняли боевую стойку. Твайлайт оказалась между ними.

— Спайк! — возмущенно крикнула она, — ты – чейнджлинг!

— Ну, вроде? — сказал чейнджлинг голосом Спайка. — Мы как бы договорились, что все всё знают.

— Я же просто пошутила! — воскликнула Рэйнбоу Дэш.

— Как долго ты был чейнджлингом? — требовательно спросила Твайлайт, чьи мысли сместились с человечности на волнение о безопасности близких.

— С самого начала.

— С начала? — это собрало ее в кучку.

— Ага, всегда, — подтвердил он. — Прилетев в Эквестрию, я замаскировался под драконье яйцо, что лежало в кладовке. Несколько часов спустя меня отвезли в экзаменационную комнату. Когда ты пришла, я притворился, будто вылупляюсь из яйца. Кстати, не стоит благодарности. То световое шоу было не легко устроить.

— Так ты всегда был чейнджлингом? — переспросила она для надежности. Этот день был полон невероятных открытий, и для еще одного найдется место. — Получается, дракона Спайка никогда не существовало?

— Я искал, но так и не нашел его следов, — сказал он и хмыкнул себе под нос: — Черт, а я еще думал, что зеленое пламя было палевом.

— Подожди-ка, — встряла Эпплджек с обеспокоенным выражением лица, — а другие чейнджлинги знают? Что ты человек?

— О да, конечно. Коллективный разум, и все такое. Кстати, — он обратился к Твайлайт, — прости за свадьбу Кейденс и за всё, что я учинил тогда. Мне не хотелось бросать тебя в пещеру, но нужно было следовать сценарию, понимаешь.

— Что? — спросила Твайлайт недоуменно. — Но это была Кризалис, не ты.

— Я же сказал: коллективный разум. Одно сознание на множество тел.

— Ты имеешь в виду…

— Я – это все чейнджлинги, — кивнул он, — от Кризалис, до Торакса и Оцеллии. Все они – это я.

— Даже…

— Да, Пинки, даже он, — сказал он с легким румянцем. Пинки же во сто крат превосходила его своим красным, как помидор, пристыженным лицом.

— Что ж… много чего нужно воспринять и проанализировать, — с расстановкой произнесла Твайлайт. — Впрочем, то же можно сказать обо всем сегодняшнем дне, так что погнали! — она подняла свиток. — Не мог бы ты все еще послать письмо?

— Ох, конечно, — вспыхнув, он снова стал драконом, и письмо было отправлено в зеленом пламени.

— Что было в том письме? — спросила Рэрити.

— Понимаешь ли, я вспомнила о странных местах в старом эквестрийском законодательстве и древних дипломатических соглашениях. О многих специфически сформулированных фразах, которые выбивались на общем фоне. Раньше это казалось каким-то космическим совпадением, но теперь я подозреваю, что за этим кроется нечто большее.

— Ты думаешь, одна из принцесс, эм, одна из нас? — с надеждой спросила Флаттершай.

— Возможно, — кивнула Твайлайт, — тем не менее, не понятно, какая из них. Поэтому я послала им кодовую фразу, и если я права, хотя бы одна опознает ее и даст нам знать. А если нет, то я просто отмахнусь, сказав, что оно отправилось случайно.

Рэйнбоу Дэш усмехнулась:

— Не убедила. Ну что вообще можно написать, чтобы обратить на себя внимание?

Выдав лукавую улыбочку, Твайлайт начала рассказывать:

— Космос... Последний рубеж. Это путешествия звездолета Энтерпрайз. Его 5-летняя миссия. Исследовать новые миры. Искать новые формы жизни и другие цивилизации. Сме…

— СМЕЛО ИДТИ ТУДА, ГДЕ НЕ СТУПАЛА НОГА ЧЕЛОВЕКА! — завершила речь Луна Королевским кантерлотским голосом. Она телепортировалась в тронный зал, освещая все вокруг радужными искрами. На ней, вопреки обычаю, не было регалий, но сидела подогнанная униформа – узнаваемая желтая рубашка с манжетами с золотой окантовкой и черные штаны. Она обняла младшую принцессу, как только окончательно материализовалась.

— Ох, Твайлайт, я так рада! Я знала, что кто-нибудь когда-нибудь прочтет наше сообщение, и не иначе как провидение, им оказалась ты!

— Стар Трек? — Эпплджек отнеслась к этому со скепсисом. — Ты заставила ее выдать себя Стар Треком?

Сквозь придавленное лицо, Твайлайт смогла выдавить из себя:

— Тебе бы не помешало прочитать старые дипломатические декларации в свободное время. Они чуть ли не слово в слово были списаны с Первой директивы.

— То же самое с налоговым кодексом, — Луна освободила поняшу. — Там вы найдете куски от Правил приобретения ференги. — Тут же Эпплджек захватили в облачко королевской голубой магии и немногим позднее – в королевские копыта. — Дорогая Эпплджек, и ты тоже? Ты поняла мою отсылку?

— Думаю, почти все мы поняли, принцесса, — подтвердила Рэйнбоу, ухмыльнувшись. — Но я бы предпочла Звездные войны.

— А я – Звездный крейсер «Галактика», — вставила своим мягким голосом Флаттершай.

— Фарскейп! — присоединилась Пинки.

— Как тебе угодно, — возразила Рэрити, — но это все равно переосмысление Бака Роджерса.

Слезинки скопились в уголках глаз Луны:

— Вы… Все вы с Земли?

— Ага, все мы – человеки, — сказал Спайк в перерыве между откусываниями сэндвича.

Она освободила яблочную пони из своей железной хватки и расправила передние конечности, как бы охватывая всю аудиторию.

— Ох, какое чудо! После стольких лет одиночества! Если бы моя сестра…

— СМЕЛО ИДТИ ТУДА, ГДЕ… подожди… Луна! Я же просила тебя подождать! Мне надо было найти пимпочки!

Костюм Селестии был похож на сестринский, только он был красного цвета вместо желтого и имел шесть мелких металлических пимпочек на воротнике.

— И вы, Селестия? — спросила Твайлайт.

— Да, Твайлайт, — сказала Луна загробным голосом. — Прости за откровенность, но твоя драгоценная наставница, — она перешла на громкий шепот, — безнадежная фанатка.

Селестия пихнула сестру:

— Как будто ты такая хорошая, мисс «А-давай-ка-вставлю-отсылки-в-официальные-документы-и-соглашения»!

— Так сработало, не? Узри! — она снова распростерла передние копыта: — Наконец, они – трансформированные люди!

Селестия широко раскрыла глаза:

— Элементы? Все они?

— И я, — добавил Спайк. — Ну или забудьте бедного Спайка. Как всегда происходило в каноне. — Никакой реакции.

Селестия подошла к своей ученице.

— Твайлайт, почему ты не говорила мне, что была человеком?

— И как мне начать подобный разговор?

— Хм, справедливо.

— И что насчет вас! — перевела стрелки Твайлайт. — Как долго вы были Селестией?

— Около, — на лице ее собеседницы появилось задумчивое выражение, — пяти сотен лет, плюс-минус. Я права, Луна?

— Я бы сказала ближе к шести, но это в любом случае прикидки. И нет, мы не знаем, что произошло с Селестией и Луной, которые победили Дискорда и существовали четыре сотни лет после этого.

— И как вы попали в Эквестрию? — спросила Пинки, вытащив очередные угощения-признания из ниоткуда.

Старшие аликорны переглянулись.

— Как мы репетировали?

— Прошли десятилетия с последней репетиции, но конечно.

— Для начала, — взяла слово Селестия, — мы были сестрами еще до всего этого.

— И впрямь. Задолго до нынешних времен, мы были… — она остановилась. — Учитывая обстоятельства, думаю, мы можем опустить часть про людей, Землю и иные реальности.

— Хорошее замечание, — Селестия театрально вздохнула. — Вот к чему приводят столетия подготовки.

— Ладно, это произошло, когда мы с сестрой пошли на конвент.

— Я пропустила семестр в колледже, а у нее были весенние каникулы.

— На конвенте проходил ивент по Стар Треку. Какой-то юбилей, не помню точно.

— Не принимая во внимание бесчисленных актеров и сценаристов, там также были восстановленный оригинальный реквизит и декорации.

— И мы, как преданные фанаты, захотели сфотографироваться на мостике.

— Но очередь была очень длинная, поэтому мы сперва пошли к транспортерам.

— Прямо когда мы начали позировать, а фотограф спросил, готовы ли мы, здание конвента прошила молния.

— Свет ушел, но не на консоли транспортера, которая будто становилась лишь ярче.

— В ослепительной вспышке мы оказались в башне Кантерлотской обсерватории: крылатые, рогатые и копытные.

— То было века назад, — завершила речь Селестия, — и с тех пор мы жили как принцессы.

— Значит, мне не нужно больше звать вас «принцессами»? — спросила Эпплджек. — Ведь на самом деле вы – не они. И из-за нашей близости?

Правительницы пожали плечами.

— Без разницы, вот совсем, — ответила Луна. — На протяжении двух сезонов после коронации Твайлайт мы пытались разучить ее, но годы идолопоклонничества и фанатизма дают о себе знать.

Помещение накрыла тишина.

— И так… — протянула Селестия с необычным для нее не многословием, — мы на самом деле не думали, что будет дальше. У кого-нибудь идеи, как будем поступать теперь, когда правда всплыла наружу.

Никто не осмелился нарушить тишину, обдумывая вопрос, кроме…

— Выпьем? — предложила Пинки, вытащив длинную бутылку из гривы. — У меня есть клубничный шна-а-а-апс~!

— А давай, — согласилась Луна, глазом не моргнув, — я десятилетиями хорошенько так не напивалась.

— Я не против, — расслабилась Твайлайт, — все равно уже нет особого смысла придерживаться канона.

— Похоже, будет вечеринка, — сказал Спайк. — Я затарюсь всякой всячиной в Таверне Берри.

— Спайк! — Твайлайт рефлекторно загундосила. — Ты еще слишком маленький, чтобы пить. Или… эм… уже нет?

— Хех, я наверняка старше тебя.

— Хватит болтать! — пожаловалась Рэйнбоу. — Кинь мне бутылку, Пинкс! Сегодня потрясный день, и я только что узнала, что мои лучшие подруги втайне такие же крутые, как и я! Пришло время праздновать по-человечески: с бухлишком!

Подпитываясь энергией пегаски, остальные поддержали ее. Дэш зубами выдернула пробку из бутылки и принялась глотать из горлышка, как студент-тусовщик, коим ей довелось быть.

## Город беспонный

— Так значит, ты никогда не была на луне? — спросил Спайк, подливая Луне. Выпивка свободно лилась среди не менее чем девяти тортов. Как только тосты были произнесены в несколько раундов, недавно обретенные люди разбились на маленькие группки и начали говорить на более интимные темы.

— Нет, и мне пришлось скрываться. Сохранение временной линии, знаешь ли. Поэтому я научилась магии трансформации и провела несколько веков, путешествуя по миру в поисках приключений под разными псевдонимами, — она подмигнула. — Советую ознакомиться с похождениями знаменитой Неустрашимой Мун. Одно из самого лучшего.

— Очередная фандомная отсылка? — усмехнулся он.

— Конечно, — она щедро отпила из своей кружки – темный стаут из Миноса – и довольно выдохнула: — М-м-м, вкуснятина.

— Спасибо, — Спайк глотнул из своей, — импортировать это тот еще геморрой, но со связями по всей стране – выполнимо.

Охмелевшая Луна покачала головой, не веря:

— Все еще не могу до конца принять, что ты, оказывается, чейнджлинг. Прости, все чейнджлинги.

— Думаешь, притворяться другой пони сложно? — издал смешок он. — Попробуй в одно рыло стать тысячей, и тогда мы поговорим. Хотя возможно, мне действительно стоило «не трогать» экспонаты в том музее, как было написано.

— А ты можешь… эм… — аликорн застопорилась, взболтав свой напиток. Спайк понял ее намек:

— Конечно, мне не в тягость. Кого ты хочешь увидеть?

— К-кризалис… — смутилась Луна, ее щеки порозовели.

Спайк выгнул бровь, но подчинился. Закрутилось зеленое пламя, и вот Луна оказалась мордой к морде, на которой красовалась хищная улыбочка.

— Это то, чего ты хотела? — поинтересовалась королева своим характерным мультитональным голосом.

— О-хо-хо… горячо, — затрепетала Луна, почувствовав покалывание искорок, пробежавших по спине.

Спайк-Кризалис моргнул…а и окинула себя быстрым взглядом.

— Реально? Вот это?

— Эй, поживи с моё и попробуй не обрести необычные вкусы. — Она протянула копыто, как бы желая прикоснуться, но отдернула его в дюйме от цели: — могу ли я?..

— Да, я ведь уже гово… ох! — выдохнула чейнджлинг от медвежьей хватки, сдавившей ее легкие и выпустившей воздух наружу.

— Мхм, ты такая гладкая и прохладная, — практически промурлыкала Луна, потираясь носом о хитиновую грудь.

— Я… рад, что ты рада? — ответил Спайк мужским голосом, от неожиданности возвращаясь к амплуа дракончика.

— Нет, не отходи от роли. Будь холодна со мной.

Собираясь с собой, Спайк отвернулся и выдавил из себя румянец. Он снова заговорил голосом королевы:

— Л-ладно. Обними меня, если хочешь. Не то чтобы мне нравился вкус твоей любви или типа того, б-бака.

— О-хо-хо, да, продолжай.

На другом конце комнаты Твайлайт и Селестия наблюдали за парочкой, держа по бокалу вина.

— Они определенно поладили.

— Согласна, — Селестия сделала глоток, наслаждаясь ароматом. — Жаль, что Кейденс нет рядом. Такой шипперке, как она, роль принцессы Любви подходит очень кстати. Честно говоря, она всегда была сторонницей Крисентри, но Луналис на почетном втором месте.

— И Кейденс тоже? Почему-то я не удивлена. — Твайлайт будто отринула неверие. Сейчас было бы труднее убедить ее, что кто-то из ее друзей не являлся человеком.

— Да, вместе с твоим братом. Как пара, — сказала она, разжигая рог и создавая иллюзию наподобие голограммы. — Она рассказала мне, что они пошли на свидание в Кони-Айленд. Прямо перед тем, как пойти домой, они решили покататься в Туннеле любви. В слегка подозрительный аттракцион вошли люди из Нью-Йорка… а вышли пони, в Пони-Айленд, Мэйнхэттен.

— По крайней мере, они имеют компанию друг друга, — рассудила Твайлайт, мысленно перенесясь в те бессонные ночи, наполненные мрачными мыслями. Как страшно ей было, не видеть и не слышать другого человека сейчас и вовеки веков.

— Никудышные из них конспираторы, — сказала Селестия. – Я раскрыла их за две недели. Шайнинг Армор никогда не смотрел наш мультсериал, ты знала? И они назвали одного из своих питомцев в честь персонажа из Диснея.

— Селес… Кассандра, — перебила ее Твайлайт и тут же поправила себя.

— Можешь звать меня Селестией, — отмахнулась она, — да хоть Селей. Я жила под этими именами несравнимо дольше, чем Кэсси.

— …Селестия, — определилась ученица, не решаясь сближаться настолько сильно, — что нам делать дальше?

— Еще бутылку?

— Нет, я имею в виду – в общем. Шанс того, что все мы тайно люди должен быть микроскопическим.

— Мы – основные персонажи, — указала Селестия.

— Верно, но послушай меня. Если существует несколько людей, то может быть их на самом деле больше?

Это заставило принцессу задуматься. Она опустила бокал.

— Эта мысль отрезвляет. Вдруг вокруг нас живут такие же люди, которые притворяются пони, боясь раскачать лодку.

— Я даже могу прикинуть, кто бы это мог быть, — кивнула единорожка.

— Правда? И кто?

— В-первых, Флим и Флэм. Во-вторых, Винил Скрэтч.

— Что тебе показалось подозрительным?

— В основном, их технологии, — Твайлайт выпрямила спину, инстинктивно переключаясь в режим лекции. — Ты же смотрела мультик. Тебе не показалась странной их сравнительно продвинутая Супер-Скоростная Сидровыжималка в псевдо-средневековом мире? Она работает на магии, конечно, но за исключением поезда, весь остальной транспорт идет на понячьей тяге. Они построили не просто автомобиль, но и целый завод внутри него. И Винил достигла своего в том же духе. Она не только изобрела техно-музыку, но и все оборудование для извлечения такого звука? Переход с виктрол на электрические динамики и цифровые проигрыватели с усилителями не совершается в один присест. Да и зачем придумывать микрофон, когда есть голосовое заклинание начального уровня?

— Очень разумный довод, — вздохнула Селестия, снова наливая себе до краёв, — который пошатнул мою теорию о главных героях. Братья – мелкие злодеи, но Винил по сути фоновая пони. Если это правда, то любой пони может оказаться человеком. Возможности неизмеримы.

— И если тут есть люди, — продолжила свою мысль Твайлайт, — мы не можем оставить их как есть – одинокими и изолированными, как бывшие мы. Даже если их наскребется всего парочка, мы должны найти и помочь им. Организуем хотя бы группу поддержки.

— Я согласна, но как нам найти их? Ты и твои друзья близки как никто другой, и тем не менее, никто не смог уловить отголоски человечности.

Твайлайт встала и пустилась вскач. Отчасти из-за вина, затуманившего рассудок, и отчасти, потому что ритмичное стаккато копыт по кристальному полу служило отличным метрономом, который приводит ее мысли в порядок.

— Нам нужен… наводящий вопрос. Ответить на который сможет любой человек, но ни одна пони.

Селестия следила за ней, проложившей наиболее удобный маршрут от бутылки до тортика.

— Типа кто такой Джордж Вашингтон? Ты это имеешь в виду?

— Нет, мы не должны быть америкоцентричными. В конце концов, Эпплджек очевидно из Германиии, — покачала головой Твайлайт.

— Хм… То, что знает не только каждый человек, но и только человек. Звучит как загадка сфинкса.

Твайлайт продолжила гарцевать, позволяя мыслям вариться в котелке и не выплескиваться наружу. То, что знают только люди. История? Знания о ней разнятся от региона к региону и страдают от качества образования. Язык? То же самое. Универсальный язык мемов? Возможно, но их узнавание затруднено коротким жизненным циклом и общей разношерстностью.

Ее, бьющуюся над проблемой, отвлек шум. Недалеко Рэйнбоу Дэш, Рэрити и два чейнджлинга в форма Спайка спорили о словах в застольной песне. Точнее говоря, «спорили» они, пытаясь спеть свою версию припева громче остальных, как будто так могли подтвердить свою точку зрения.

И тут над головой Твайлайт «зажглась лампочка». Нечто столь объединяющее, столь общеизвестное. Перед чем никакой человек не устоит.

* * *

Жители Понивиля не знали, зачем их пригнали в центр города. Однако здесь предстали обе принцессы и вся шайка Элементов гармонии, потому наверняка дело было важное. К тому же, несколько соседей были странно настойчивыми в своем желании увидеть всех пони на собрании.

— И так, — подытожила Селестия свое вступление, где она слишком уж велеречиво поблагодарила всех за присутствие, — в свете некоторых недавних открытий, мы спрашиваем вас, жители Понивиля. И надеемся на честный ответ.

Принцесса прочистила горло, перепроверила заклинание усиления голоса и глубоко вздохнула:

— Is this the real life? Is it just fantasy?

— Caught in a landslide. No escape from reality, — добавила Луна.

— Open your eyes, Look up to the sky and see… — обратилась Твайлайт.

Внезапно, прозвучал голос из толпы:

— I'm just a poor boy, I need no sympathy, — пропел Тандерлейн богатым тенором.

— Becauthe ith's eathy come, — присоединился голос кобылки Твист, — Eathy go.

— A little high, — вставила Бон-Бон.

— Little low, — закончила строчку Лира с широкой улыбкой, не так уж нежно ударишивсись крупом.

— ANY WAY THE WIND BLOWS, DOESN'T REALLY MATTER TO MEEE... TO MEEEEEE...! — заорал Балк Бицепс.

Когда они добрались до Скарамуша, практически вся толпа слилась в хоре. Молния ударила в нужный момент, и толпа разделилась на две группы, чтобы исполнить часть с призывом и ответом. Это не была ни Песнь сердца, ни Момент гармонии. Никакой невидимый инструмент не присоединился к песне, только одинокая гитара жеребца, который взял ее заранее. Все пони пели, не потому что сила гармонии подталкивала их, но потому что все и так знали слова песни.

Песня подошла к концу, как и должно быть. Свити Бель прекрасно исполнила соло “Anywhere the wind blows”, и тишина опустилась на площадь. Определенно у всех были некоторые мысли насчет того, что именно произошло. Но никто не хотел первым озвучить их, боясь дать неправильное предположение.

— Ладно, — произнесла Луна, ступая вперед и беря инициативу на себя, – теперь вы наверняка подозреваете, что происходит. Пожалуйста, те, кто не был человеком любым образом, поднимите копыто.

Воцарилась выжидающая пауза. Глаза пони напряженно смотрели по сторонам. Одна секунда. Вторая. Третья. Ни одного вздернутого копыта.

— Хорошо… — заметив повешенную челюсть принцессы, Твайлайт перехватила внимание, — вас оказалось больше, чем мы ожидали. Следующий вопрос: пожалуйста, поднимите копыто, если вы знакомы с телепередачей «Мой маленький пони» с подзаголовком «Дружба – это магия».

И тут вырос лес. Не все подняли копыта, но не менее трех четвертей сделали это. Очередная пауза была заполнена осознанием положения… и толпа взорвалась в какофонии хаоса – плотина прорвана.

Бесчисленные обсуждения переливались друг над другом в лавине шока, удивления и блаженного облегчения.

— Ты человек?

— Да! Ну, была человеком.

— Я тоже!

— Так ты не Лотос?

— Нет, мое имя Чарльз, и я не умею делать массаж.

— Ну, мне следовало сказать тебе это.

— Я ненавижу выращивать цветы! Это скучно!

— Тогда почему ты продаешь их?

— Посмотри на меня! Я одна из цветочного трио! Они выращивают цветы.

— И я ненавижу быть продавцом! Нафига попадать в мир магии и чудовищ, чтобы продолжать расфасовывать продукты?!

— Прости, пожалуйста. Я притворялся твоим мужем, но даже не знаю твоего имени.

— Все в порядке, я тоже не знаю твоего.

— Все были людьми и никто ничего не сказал?!

— А что бы я сказала?

— Меня бы приняли за безумца.

— Мне казалось, это сон.

— Параллельная временная линия.

— Альтернативная вселенная.

— Так я не в голоновелле?

— И к тому же, я не хотела ломать канон.

— …менять поток времени.

— …не хотел менять будущее.

— …испортить мультсериал.

Некоторые перешагнули фазу удивления прямо в злость. Первым стал пегий жеребенок Пипсквик, кто выступил вперед и произнес громко, но в то же время по-милому пискляво:

— Мне сорок пять лет, я ветеран и требую пиво!

— Да! — к нему присоединился сверстник. — И освобождения из системы образования! Я не для того поступил в колледж, чтобы вернуться в началку!

Где-то в толпе один безгривый зеленый жеребец в костюме с иголочки с вопросом на лице озвучил свое негодование:

— Вы знали! Я был ходячим мемом в течение четырех лет, и никто, черт возьми, не обратил внимания!

— Хватит делать отсылки на Доктора Кто! — закричал Тайм Тёрнер на группку пони, которые одновременно пытались поговорить с ним. — Я знаю кто это, но никогда не смотрел сериал! Поймите, я обычный спортивный тренер, а не тот самый Доктор!

— Тишина! — заорала Луна, легко утихомирив толпу. — Да, ничто не останется прежним. Много что изменится, когда пони… нет, люди, хватит притворяться, начнут жить будучи не скованными предыдущим порядком. Но нам нельзя скатываться в хаос. Нам нужно скооперироваться. Я задаю вам важный вопрос: что нам теперь делать?

— И нет, Пинки, мы не будем продолжать бухать, — услышав это, розовая кобыла вернула бутылку, наполовину вытащенную, обратно в хвост.

— Принцесса! Принцесса! — в куче кто-то начал толкаться, продвигаясь ближе. Спустя очень долгую минуту пони добралась до первого ряда и упала на землю.

— Да, что такое? — обратилась к ней Селестия. — Ты – Голден Харвест?

— Верно, — отряхиваясь, кобыла встала на все четыре, — однако я бы предпочла зваться Деннис.

— Конечно, Деннис.

— Принцесса, — сказала она, откашлявшись, — я играла роль пони-фермера, но на самом деле, я – инженер-электрик с опытом работы более тридцати пяти лет в области производства электроники. Если вы выделите мне команду и бюджет, я уверена, что смогу продвинуть Эквестрию в Информационную эру в течение пяти лет.

— Принято, — ответила немедленно Луна, — Приезжай в Кантерлот в ближайшие дни, и мы все уладим.

Как облака явили солнце, так и Селестия обрела видение ясное, словно день. Не экстрасенсорное предсказание, которое она периодически симулировала для объяснения знания будущих событий, а скорее идею. Что может произойти, соедини знания человечества и эквестрийскую магию.

— Слушайте меня! — произнесла она на повышенных тонах, чтобы привлечь к себе внимание даже самого рассеянного. — Наша человечность потеряна для нас, оторвана силой или случаем, но это не значит, что мы перестали быть людьми. В каждом из нас сохранилась эта капелька. Музыка и искусство, культура и технологии! Если мы будем работать сообща и объединим лучшее, что делало нас людьми, с тем, что мы больше всего любим в пони, тогда мы сможем отстроиться! Если мы не можем вернуться в родной мир, тогда мы создадим его здесь! Кто со мной!

Громогласный восторг заглушил уши. И пони, и люди любят пафосные и драматичные речи.

Поймав созданную сестрой волну, Луна усилила голос, чтобы быть услышанной в радостном рёве.

— Любой с полезным навыком, талантом иль жизненным опытом, чтобы помочь восстановить нашу прошлую человеческую жизнь, пожалуйста, прибудьте в Кантерлот и оставьте заявку в течение трех дней.

Оставаясь верными человеческой натуре, никто не послушался ее указаний. Поднялся гвалт.

— Я служил в спецназе! — заявила миссис Кейк. — Я могу реформировать и усовершенствовать армию, чтобы подготовиться к ужасным событиям финального сезона!

— Карандаши! — воскликнул другой пони. — Я разработал заклинание, которое превращает древесину и алмазы в карандаши. Подумайте! Никаких чернил! Никаких перьев! Никаких постоянно прилипающих к губам перьев, которых не отлепить без пальцев!

— Я знаю Питон! — закричал походу самый бесполезный пони. — Дайте мне компьютер, и тогда я напишу код для… чего-нибудь!

Это было слишком. Толпа стремительно выходила из-под контроля, а Селестия вот-вот собиралась сорваться на Кантерлотский глас, как заметила какого-то пони рядом с собой. Он подошел абсолютно бесшумно, а по мантии глубокого багряного цвета не сказать, что тот проскользнул сквозь толпу. Мантия и капюшон надежно скрывали хозяина. Вкупе с безмолвием, он источал дурную ауру, которую ощущали не только пони на подмостке, но и первые ряды зрителей, замершие в страхе.

— Принцессы. Элементы. — Ровный, неприметный голос, словно толстый слой снега, ничего не выражал, однако легко различался в шуме толпы. — Нам бы потолковать. Наедине.

Верховные принцессы посмотрели друг на друга так, как могут только давние-давние знакомые. Что бы их взгляд ни значил, Луна тихонько фыркнула и кивнула. Во вспышке света Селестия телепортировала всех, кроме Луны, оставив на нее разразившийся народ. Его надобно разогнать по домам, и может быть, уговорить вернуться в привычное течение жизни, хотя бы временно.

Ей не удалось. Русло привычной жизни поменяло направление. Бесповоротно.

## Страна беспонная

С яркой вспышкой одна принцесса, шесть Элементов и один загадочный незнакомец телепортировались в тронную залу дворца Дружбы. Семеро друзей быстренько дистанцировались от жеребца, хоть его аура и заметно уменьшилась. Он не подал виду, задела ли его тревога окружающих.

— Приношу извинения за устроенную сцену, — сказал он с коротким кивком, обозначающим поклон. — Но этот разговор лучше провести без лишних ушей.

— Тогда кто вы? — Селестия взяла лидерство.

— И чего вы хотите? — поддакнула Твайлайт.

— Все это хорошие вопросы, но позвольте сначала задать свой. — Пауза. Никто не видел его глаз, но у всех возникло ощущение, что он смотрел прямо. — Все это время вы были людьми? Реально?

— Рияльно? — передразнила Дэш. — Ты проспал всё то шоу? И я всё еще считаю, что «Гангнам Стайл» был бы лучше.

— Слишком узконаправленно, — настаивала Твайлайт, явно не в первый раз. — Никто старше тридцати не понял бы. «Богемская Рапсодия» известна в гораздо более обширной выборке по возрастам и странам.

Жеребец ненадолго замешкался, но затем кивнул:

— Ладно, сойдет. Вы точно люди, — хмыкнул он. — Кажется, уже поздно, но традиция есть традиция, так что без лишних слов… Добро пожаловать в Э-э-э-эквестрию!

С драматичным разоблачением, достойным Команды «Ракета», незнакомец снял свой плащ и оказался…

— Брэйбёрн?!

Желтый жеребец приветливо засмеялся.

— Да! Это я, всеми любимый второстепенный персонаж! Но не только! По несчастному случаю, я также Джереми Хиггинс, бывший человек и официальный проводник для новеньких людей в Эквестрии и близлежащих территориях.

Отвлекшись от позирования, он заметил, что публика была в замешательстве.

— Кхм. Обычно меня встречают более бурно.

— Так оно и было бы, не узнай мы секрет ранее, — пояснила Флаттершай.

— Окей, раз это не ваше первое родео. Видите – родео? Ведь я…

— Мы поняли.

Брэйбёрн откашлялся и привел себя в порядок.

— Точно, простите. Иногда я слишком сильно вживаюсь в роль. В прошлом я работал на входе в тематическом парке. Тяжело отбросить старые привычки. Ладно, проехали. Ведь перед вами стоит официальный представитель тайного общества «Красный кулак».

— Культ почитателей Тирека? — спросила Селестия с оттенком удивления и беспокойства, — Я думала, они уже давно распались.

— Ох, они действительно распались, — поспешил он успокоить правительницу. — Как раз в тот момент, когда всамделишный Тирек напал на всех и вся. Мы просто позаимствовали название и логотип. К тому же их плащи реально шик.

— Нам следует проверить его, — рассеянно пробормотала Твайлайт. — В свете последних событий, он может быть жертвой обстоятельств, как и остальные. Спайк, можешь ли…

— Уже работаю над этим, — сказал он не поднявшись с кресла. Несомненно, одно из его тел уже на пути в Тартар. Таково преимущество роевого разума.

— Несмотря на нынешнее название, — сменил тему Брэйбёрн, — Мы есть секретное общество поней со всех концов Эквестрии, и у нас есть нечто общее.

— Что бы это могло быть? — Эпплджек задала риторический вопрос. Учитывая нынешнюю вакханалию, ответ для нее был очевиден.

— Все наши члены раньше…

— …Были людьми? — продолжила за него Пинки. Он многозначительно посмотрел на нее.

— Да. Спасибо.

— Моя взяла! — Дэш прошептала в ухо Рэрити, получив немного битов и брюзжание единорожки.

— Целое тайное общество бывших людей? — уже громче произнесла Дэш, спрятав выигрыш. — Вы типа… понячьи иллюминаты? Контролируете правительство за кулисами и все такое?

Жеребец скорчил гримасу:

— На самом де…

— Не, скорее они как группа поддержки, — снова вклинилась Пинки. — Находят новичков, помогают им приспособиться к новой жизни, подгоняют работенку или просвещают их о важных канонных событиях. Такие вещи.

— А она точно человек? — спросил Брэйбёрн, ни к кому конкретно не обращаясь. Он мазнул по розовой пони подозрительным взглядом. — Потому что она ведет себя прямо как настоящая Пинки Пай.

— Ага! Стопроцентно натуральный человек, выращенный с любовью! — ответила Пинки. — Или может его пятьдесят процентов. Или десять? Насколько мозг определяет тебя? В ином случае мы считаем только душу, и тогда я без понятия сколько весит душа!

— Я ручаюсь за нее, — Рэрити шагнула вперёд. — Просто… она от природы в духе персонажа.

— Быть Пинки так весело, — согласилась она. — Будь у вас выбор, разве отказались бы стать ею?

Приняв информацию во внимание, Брэйбёрн раздражённо выдохнул.

— Ладно. Пофиг. Просто перестаньте перебивать меня. Вернемся  к нашим баранам. Существует как минимум две секретные организации, но мы давно не получали вестей от…

— Принцесса! — вклинился новый голос. Это была серая пегаска, смачно пробывшая собой дыру в окне. Дерпи Хувс появилась на сцене.

Подобно Брэйбёрну в красной мантии, Дерпи носила униформу, состоящую из позолоченной кепки почтальонши с желтым треугольником на козырьке и жилета того же стиля с каймой, украшенной треугольным орнаментом.

— Здравствуйте, Принцесса, или кто вы там на самом деле, — сказала она радостно. — Я здесь, чтобы представить вам тайное общество пони, бывших людьми.

— Ну конечно, — пробурчал Брэйбёрн, — у них был свой агент неподалеку.

Селестия осторожно встретилась взглядом с Твайлайт. Они недооценили масштаб последствий, расхлебать это становилось всё менее реально. С другой стороны, их проблема вызвалась объявить себя самостоятельно.

— И как называется ваша группа?

— Мы…

— Начинается, — скривился Брэйбёрн.

Дерпи встала на задние конечности, размахнулась локтями и соединила копыта над головой.

— Иллюми-не-пони!

Брэйбёрн ударил себя по лицу, как и Твайлайт.

— Реально? — спросила она, — Реально?

— Эй, это не я придумала, — пожала плечами Дерпи, упав на все четыре. — Так нас обозвал основатель более ста лет назад.

— Что доказывает, — презрительно фыркнул жеребец, — несостоятельность вашей группировки как секретного общества с самого начала.

— Ага, но мы же в Эквестрии! — настояла она, — Почему бы и не пожить немного? Вы настолько помешаны на «соблюдении канона», что совсем не веселитесь.

— Ваши группировки не ладят, я так понимаю? — вклинилась Селестия, более чем привыкшая иметь дело с перепалками.

— Все они душнилы, — подтвердила Дерпи слова правительницы.

— У них ни грана уважения, ни нормального названия, — огрызнулся Брэйбёрн.

Кем бы кто ни был, Твайлайт чуяла знакомые нотки назревающей проблемы дружбы:

— Н-но вы оба бывшие люди. У вас должно быть много общего. — Они кивнули.

— Ох, конечно, — начала Дерпи, усевшись, — мы оба ищем новоприбывших людей, помогаем им…

— Проще говоря, как и предположила Пинки, — прервал Брэйберн. — Конкретно мы поощряем наших членов действовать как можно ближе к канону во избежание страшных изменений в характере персонажей, которых мы любим и ценим. К тому же нас попросту больше.

Несмотря на внешнюю невозмутимость пегаски, одно ее крыло дрогнуло, а глаз вперился в соперника.

— Ну а мы поддерживаем людей в их желании начать жизнь с чистого листа и исследовать прекрасные вещи, которые были невозможны на Земле. И мы определенно больше.

— Здрасти-мордасти. Мы имеем систему верификации в двадцать пунктов для обнаружения трансформированных людей с феноменально высоким уровнем успеха.

— Настолько феноменальным, — хмыкнула серо-золотая пегаска, — что вы успешно проворонили весь Понивилль?

Он, быстро осознав резонность нападки, стер нахальную ухмылку с лица.

— Я уверен, что на самом деле людей немного. А остальные подхватили их из-за Песни Сердца.

— Это не Песнь Сердца, — огорчила его Селестия, — я наложила подавляющее заклинание.

Он беспорядочно искал глазами спасительную зацепку. Никто не пожелал встретиться с ним и взглядом, а особенно Дэш и Пинки. Заскучавшие кобылы играли в блэкджек на бутылки с пойлом на донышке. Не найдя поддержки, Брэйбёрн предпочел перевести тему.

— Как бы то ни было, как почетный второй уровень нашей организации, я имею право голоса в сценарии класса XZ.

— В сценарии чего? — спросила Эпплджек.

— «Конца пути», — попытался объяснить он, — когда, по какой бы то ни было причине, мы вынуждены выйти из тени. Учитывая текущую ситуацию, пути назад нет.

— Как это нет? — вставила Рэйнбоу Дэш свои два бита. — Только Понивиль в курсе дела.

— Как и несколько пижонов из Кантерлота, отдыхающих от столичной суеты. Семьи, которые навестили родню. И бог знает сколько туристов со всех уголков страны. И каким-то образом все они оказались людьми. Нет, поезд уехал. Знание о людях будет достоянием общественности.

— Ой! — вскрикнула Дерпи, — ты напомнил. У меня тоже есть инструкции по такому поводу.

— В качестве жеста доброй воли меж нашим обществом и короной, мы преподносим это, — она вытащила из-под шляпы скрепленный свиток и протянула его принцессе. — Здесь хранится коллекция кулинарных заклинаний, с помощью которых возможно создать еду из Земли. Абсолютно съедобную для пони и в то же время не требующую разумных существ в составе. Конкретно этот свиток содержит гамбургеры, настоящую картошку фри, пиццу с пепперони и куриные палочки.

Пегаска самодовольно посмотрела на жеребца, как будто говоря: «Переплюнь-ка, кулачок». Он не остался в стороне:

— У нас тоже есть подарок для короны, — явил он сапфир размером с яйцо, обрамленное серебряными и золотыми бантиками. — Эта кристальная энграмма содержит в себе более сотни музыкальных композиций. Самых лучших — от Баха до The Beatles, Jackson 5 и Джона Уильямса.

— О-о-о, хотеть, — с этими словами Пинки отобрала камень, — тут есть Nickelback?

— Ну… нет, но…

— А Smash Mouth?

— Нету.

— Скажи мне, ради всего сущего, есть ли хотя бы та самая прогрессивная рок-группа Ayreon.

— …Не слышал о них, на самом деле.

Пинки легкомысленно бросила кристал, заставив земного пони судорожно подсуетиться, чтобы поймать его.

— Фиговенький какой-то плейлист.

— Как раз в стиле Красного кулака, — заявила Дерпи, держа свиток раскрытым для тщательного изучения Рэрити, — взяли классику, но забыли хиты. Стопудово, у вас даже нет ABBA.

— Нет, есть. И благодари за это Сапфир Шорс, одну из нас.

— Всего лишь? Зато у нас Фото Финиш.

— И сколько всего людей у вас обоих в общем? — спросила Селестия в надежде отделить зерна стоящей информации от плевел склочного пререкания.

— Объединяя все ветви, наверное… несколько сотен?

— Вау, — прыснула Дерпи, — ну и малюсенькие же. А нас тысячи!

Аликорны раскрыли глаза от удивления. Ну ладно один Понивилль, но еще вдобавок несколько тысяч по всей стране? Как об этом никто не узнал? Очевидно, некие личности разузнали и соответственно сформировали тайные общества, дабы знание не распространялось.

— Извините за личный вопрос, — сказала Твайлайт, вклинившись телом между спорщиками. — А как сами-то попали в Эквестрию? Мы поделились этим друг с другом, и оказывается, мы попали совсем по-разному.

Ей и вправду было интересно собрать больше историй. Однако в первую очередь она хотела закончить бессмысленный срач. Способ не очень изящный, но вполне действенный.

— Все нормально, — ответила Дерпи, — с того момента прошло достаточно времени, и я смирилась с попаданством. Я с семьей по глупости заночевали в доме с привидениями. Мы проснулись в Замке двух сестер в теле трех пони. К счастью, наши возраст и семейное положение соответствовали правде.

Раз с историей Дерпи покончено, все ждали Брэйбёрна. Он съежился и буркнул:

— Пранк зашел слишком далеко. Не хочу говорить.

Никто не решился нарушить тишину, пока не зазвучало чье-то бормотание:

— Ой-ой-ой, ну пиз…

— Что не так, Спайк?

— Проверяю Тирека, — отреагировал он, вздрогнув, — точно человек. Беды с башкой. Он с огромной радостью учинил катастрофу и учинит снова, будь его воля, — он снова скривился. — Ругается как сапожник, да к тому же стример. Дайте мне… Существует ли вещь сильнее отбеливателя для разума? Создайте это чудо-средство, пожалуйста! Потому что настолько сильно мне надо стереть это из памяти.

С этой неловкой кислой ноткой, витающей в воздухе, Селестия переняла инициативу разговора:

— Дерпи, Брэйбёрн, когда вы сможете мобилизовать свои организации?

— Довольно скоро, — ответила Дерпи горделиво, — ведь большая часть почтовой сети состоит из наших людей. Это хорошая работа для пони без документов, появившихся буквально из ниоткуда.

— Кхм, мы не медленнее, — оставил за собой последнее слово Брэйбёрн, — и можем похвастаться собственной системой связи, очень хорошей.

— Принято. Спайк, подсоби нам, пожалуйста.

Он стряхнул с себя испуг и кивнул:

— Конечно, Пи-Сел, как тебе угодно.

— Хм, интересная кличка, чем-то цепляет. Я рада, что все мы в деле, потому что пора познать глубину этой кроличьей норы.

* * *

Прошло три дня с «Понивилльского разоблачения», как некоторые обозвали то событие, и уклад уже начал меняться.

С помощью Красного кулака, Иллюми-не-пони и Спайка (во всей его тысячеликой ипостаси) Селестия провела импровизированную перепись населения Эквестрии. Им задавали в основном стандартные вопросы, но не обошлось без несколько… щепетильных тем, разумеется в приватной обстановке. К счастью, Красный кулак уже составил перечень вопросов и методик для обнаружения бывших людей. Потому Селестии осталось лишь развернуть перепись на все подвластные земли. Принцесса сидела в своем кабинете и с чем-то возилась, когда ее усилия начали давать плоды.

Тихий стук в дверь предварил появление Рейвен Инквелл с пачкой бумаг, зажатой в ноге.

— Принцесса? Я не помешаю вам с отчетом?

— Ах, Рейвен, замечательно. Иди сюда, — позвала начальница единорожку, коя подчинилась и встала перед антиквариатным столом из красного дерева. Селестия подняла кристалл на обозрение обеим. — Я только что получила это от Денниса из департамента по технологиям и инженерии.

Кварц, или нечто того же рода, размером с домино. При подходящем преломлении света Рейвен едва заметила серебряные нити внутри кристалла, перекрещивающиеся словно паутина, застывшая в молочно-белом янтаре.

— Красиво, — признала она, — но что это?

— Смотри, — положила Селестия кристалл и влила в него слабую вспышку золотой магии из своего рога. Предмет на мгновение засиял, и прямоугольная плоскость магии, с легким звоном и искоркой, возникла над ним в воздухе. На голографической проекции были три фигуры: два палкообразных четырехугольника и намного меньший по площади квадрат. Последний, по воле Селестии, сдвинулся с места.

— Это… это… — не нашла слов Рейвен.

— Понг! — крикнула принцесса, едва не переходя в писк. — Они изобрели Понг менее чем за неделю!

— Ничего себе… — Рейвен потянулась, чтобы дотронуться до экрана, и заметила, как ракетка скользит вверх и вниз одновременно с копытом. — Управление движением?

— Как-то приходится выкручиваться, не имея рук, — объяснила Селестия. — Тем не менее, такими темпами мы догоним достижения прошлого, но и перегоним современные игры за считанные годы!

Секретарша изумленно покачала головой. Она не могла бы назвать себя геймером, но даже так она понимала это.

— Как это возможно? Они же только начали.

— Я сама не вполне понимаю и доверяю суждению Денниса. — Селестия выключила устройство и встала в стойку, более подходящую для лектора. — К несчастью, нам еще далеко до рабочей инфраструктуры, нужной для производства хотя бы самой простой печатной платы. Но в то же время цифровая логика, на которой те платы вычисляют и функционируют, поразительно совместима с магией. Ведь заклинания по сути это программный код, написанной на странном языке. Положения «если-тогда», замыкай «когда», обращайся «туда», преобразуй «сюда»; всё это присутствует. Известные нам «заклинания» в большинстве своем крайне неэффективны с точки зрения программиста. К тому же, матрицы драгоценных камней на атомном уровне настолько же пригодны для хранения цифровой информации, как и традиционных заклинаний. — Она ухмыльнулась. — В общем, мы никогда не знали, но вся школа Зачарований была школой компьютерных наук.

Она запихнула выключенный камень в ящик стола.

— Пока хватит с нас. Ты ведь пришла отчитаться?

— Да, — поправила очки Рейвен и вернула свой профессионализм. Она пролистала несколько страниц и нашла ту самую: — Благодаря рекрутам, предоставленным тайными обществами, данные переписи были собраны гораздо быстрее, чем ожидалось. Из большинства крупных городов опрошено от семидесяти до восьмидесяти процентов горожан, а в небольших и приграничных поселениях – неопределенное количество. Пока специалисты анализируют статистику, у меня есть предварительный отчет. Здесь…

— Рейвен. Хватит канцелярита, мне нужна суть. Что они высчитали? Каково соотношение людей к пони?

Хотя единорожка и понимала, что Принцесса была однажды человеком (как она сама), ей все еще трудно отбросить двадцать лет формальности и протоколов. С неким усилием Рейвен удалось настроиться на более фамильярную беседу:

— Из всех опрошенных пони каждый оказался человеком. Соотношение, следовательно, единица к нулю.

— Никого?

— Совсем.

— Но это невозможно! — крикнула Селестия, сбросив всю претенциозность. — Ну не могут все быть людьми! Кто-то солгал? Чтобы смешаться с новым большинством?

Рейвен покачала головой.

— Вряд ли. Следуя рекомендациям Принцессы Твайлайт, каждый опрос был проведен один на один с чейнджлингом, либо с удостоверенным человеком из того или иного тайного общества. После согласия на анкетирование каждого пони попросили предоставить любое знание о человеческом мире или ответить на серию вопросов о культуре, взятую из методички Красного кулака. В соответствии с указанным возрастом и страной. В итоге, пока никто не отрицал свою принадлежность к роду человеческому.

Рейвен перелистнула на другую таблицу:

— Мы собрали и другую информацию о их прошлой жизни, как только человечность была подтверждена. Имя, пол, возраст на момент перехода, национальность и прочее.

— И-и-и? — ожидательно спросила Селестия, осознавая весомость последующей информации.

— Помните, данные не окончательны. Следуя из них, около семидесяти процентов эквестрийцев были мужчинами старшего подросткового-молодого возраста. К тому же, более восьмидесяти процентов пони были осведомлены о Моих маленьких пони и признались в любви к нему в некоторой степени. — Снова перелистывание. — Самая распространенная профессия – «студент», затем разнообразные компьютерщики и художники.

Она сложила бумаги в правильном порядке и выпрямила осанку.

— Конечно, это всего лишь статистическое обобщение. Интервьюерам попадались люди с каким угодно образом жизни, возрастом и профессией.

Селестия молчала. Рейвен подняла взор и от ее внимания не укрылись ни широко раскрытые глаза, ни скованная поза властительницы.

— Вы услышали что-то важное?

— Рейвен… дорогая моя Рейвен. Подумай-ка над своими словами.

Она поломала голову, образно говоря, пролистав свой внутренний каталог в поисках нечто, способного вызвать подобную реакцию.

— Данные достаточно разнородны, что вы имеете в виду?

— У нас в распоряжении орда волшебников-программистов, а также изобилие кристальных плат, пригодных для программирования.

Рейвен выпучила глаза, сложив два и два.

— Вау.

— Ну конечно «вау», — Селестия сложила копыта в пирамидку, погрузившись в мысли. Как-никак, столетия игры в принцессу позволили обычной девушке обрести навыки управления государством и целой нацией. Ситуация требовала как аккуратного подхода, так и некоторой хитрости, но конце концов именно Селестии решать.

— Достань мне какого-нибудь чейнджлинга, — приказала она, — пришло время всех просветить.

— В смысле?

— Ты не расслышала? Я сказала: всех.

* * *

По всей Эквестрии, в больших городах и малых, группки пони собирались вместе на городских площадях и парках. На первый взгляд, ничто их не связывало. Политики и садовники, домохозяйки и солдаты, и все же они вместе. Приходили земные пони и пегасы, но стояли рядом уже единороги. Прохожие если и замечали вспышки зеленого света, то принимали их за обычную игру света.

Когда все собрались в соответствующих городах, будто по неведомому сигналу, каждый из них по всей стране зажег рог и выстрелил лучом магии в небо.

Теперь пони обратили внимание. Пони отложили свои дела, чтобы видеть странное световое шоу. Лучи соединились, расширились и образовали гигантскую прямоугольную поверхность в небе. Экран заполнился черно-белой мешаниной, словно кто-то в ярости рассыпал соль и перец. Вскоре изображение прояснилось, и перед ними предстала принцесса Селестия, их любимый монарх.

— Приветствую, мои маленькие пони, — озарила она улыбкой своих граждан и огласила подвластные земли, — пожалуйста, выслушайте внимательно эту трансляцию, у меня есть важное объявление, касающееся каждого из нас.

И без вежливой просьбы пони были более чем рады остановиться и стать свидетелем столь странного события. Мэйнхетеннские повозки такси встали посреди улицы, и даже поезда нарушили расписание, чтобы получить сообщение. Подождав несколько минут, чтобы пони как следует сосредоточились, Селестия продолжила:

— Прежде всего, представляю вам первый выход в эфир Эквестрийской Системы Экстренного Оповещения, предоставленный Первым Каналом Чейнджлингов.

Она прочистила горло.

— Чтоб было предельно ясно, объявляю: Эквестрия заключила мир с Империей Чейнджлингов. Все они поклялись в верности нашей стране.

Все как один опустили взгляд на тех пони, которые и наколдовали зрелище. Они стремненько ухмыльнулись в ответ, подсвечивая глаза зеленым для драматизма.

— Предвосхищая ваши вопросы, кто-то мог заметить знакомых среди посредников вещания. Не бойтесь, никто из них не был заменен. Чейнджлинги доказали мне, что все их образы созданы с нуля, и ни один пони не пропал без вести по их вине. Другими словами, если ваш знакомый — чейнджлинг, то вы никогда не знали его как не-чейнджлинга.

Чейнджлинги, как поддерживающие трансляцию, так и скрывающиеся в толпе, почувствовали себя попавшими в сердце бури. Волны напряжения, страха и любопытства то поднимались, то опускались. Временами настолько, чтобы создать давку. Некоторые обрадовались новостям, другие отнеслись к ним настороженно. Следующее заявление принцессы смыло эти эмоции словно водой.

— Также все чейнджлинги являются людьми, — она взяла паузу, чтобы напялить очки толщиной с дюйм. — Возрадуйтесь же! Все вы – люди.

— Что-о-о?! — крикнул кто-то из-за кадра, заставив народ прикрыть уши. — Стоп! Прекратите трансляцию. Спайк, прервись на рекламу или что-то типа такого!

— Эм, принцесса, я не…

«Камера» затряслась, будто оператор хотел сказать «нет», но был проигнорирован. Трансляция продолжилась и представила разъяренную принцессу Луну под суд общественности.

— Ты чего творишь?! — крикнула она на сестру с отчетливо видными каплями слюны. — Ты не должна вываливать это так внезапно!

— Почему нет? — ответила Селестия с озорной улыбкой, — весело же, — поправила очки за дужки с помощью магии. Линзы подпрыгнули сверху вниз, и Луна стянула раздразивший ее предмет. — И вообще, я сказала самую что ни на есть правду.

— Самую что!.. Ну ты могла бы сделать какую-то подводку! Рассказать о существах, которых зовут «люди», затем о том, как иногда они попадают в наш мир, может подразнить, сказав что некоторые пони могут уже знать об этом, а потом…

— Луна, — прервала ее солнечный аликорн, — зачем ходить вокруг да около? Опрос завершен на девяносто девять процентов, с чем мы можем спокойно сказать, что нипони не может не знать о людях, потому что все они однажды были ими.

— Однако! — проявила настойчивость она. — Имей такт, когда делаешь подобные заявления!

Вся Эквестрия наблюдала, раскрыв рты, как две величественные королевские особы – иконы самообладания и учтивости – собачились словно девчонки, не поделившие платье.

Все же Луна сдалась, патетически вздохнув и закатив глаза.

— Да поздно уже. Подготовила ли ты еще какую сенсацию для населения, кою мне следует знать по возобновлению трансляции? Расскажешь, что статистически большинство из них были фанатами того мультсериала, в котором мы сейчас живем? Или что на самом деле я не умею ходить по снам?

— Вообще я хотела дать им разобраться над первым самостоятельно, а второе сохранить в строжайшем секрете.

Луна призадумалась.

— Хм. Ну-у, похоже ты не настолько безнадежна. Так, мы кое-как разобрались. Не следует более заставлять народ ждать. — Принцесса ночи обернулась к «объективу камеры». — Спайк, подожди, пока я не скроюсь из виду, и можешь продолжать съемку.

— Да… Насчет этого… — Камера слегка накренилась. — Все это время мы были в эфире.

В мгновение ока одна кобыла порозовела, а другая – приобрела оттенок фиолетового. Впоследствии народ спорил, кто из них был краше.

— Мы что?

— Если бы я выключил, то нам бы понадобился минимум час для восстановления магии, чтобы вернуться в эфир.

Пронзительно крикнув, Луна поторопилась скрыться за рамками кадра. Раздался звук погрома и нервное: «Я в порядке!».

Селестия оправилась от потрясения, собралась и натянула свою обычную материнскую улыбку, десятилетиями отточенную перед зеркалом.

— Хоть это было неожиданно, зато сэкономило мне время. Все услышанное вами было правдой. Да, все пони раньше были людьми. Да, большинство из вас были фанатами пони, И да, ваша любимая пони тоже человек, и вероятность того, что она на самом деле он, не играет вам на руку.

Три типа звуков раздались по Эквестрии, как морской прилив. Первым был вздох облегчения; пони больше придется прятаться и притворяться. Вторым стало удивленное аханье от тех, кто понимал последствия данного признания. И наконец, огорченное «у-у-у», когда оголтелые фанаты осознали, что бесполезно стучаться в дверь любимым персонажам, ведь те были не более чем теми же фанатами в идеальном косплее, а не объектами поклонения – единственными и неповторимыми.

Селестия выждала момент, пока ее верноподданные не переварят информацию. Она прекрасно понимала, что в ее владении были удивительные секунды в подвешенном состоянии, после которого горожане и другие зрители вступили бы в ярое обсуждение и культурное празднование, как в это было в Понивилле. Впрочем, теперь неважно, продолжат ли они слушать, ведь эти слова повторят во всех завтрашних газетах.

— Таким образом, я прошу каждого пони… нет, каждого человека, считавшего ранее, что застрял в вымышленной книге, фильме, игре, телевизоре, голоновелле или просто напросто спит, не впадать по этой причине в гедонизм. С практической точки зрения, такова наша новая реальность, и бессмысленное распутство не поможет сделать ее лучше.

Чейнджлинг из Филлидельфии подал сигнал, а Спайк передал его жестом. Они уже потеряли один город. Селестия кивнула и Селестия кивнула и прибавила темп.

— Если вас не устраивает ваше нынешнее имя или приписанная личность пони, запросите форму 8675309-J в органе местного самоуправления для подачи заявления на официальную смену имени. Мы надеемся, что это облегчит переход с чисто понячьего на смешанное общество, помнящее и гордящееся людскими корнями.

Спайк составил еще один жест, а вскоре два. Винниаполис потерян, как и Сайрс Холлоу с Рейнбоу Фоллс.

— Добавлю, что… — следующий пункт был прерван синей ногой, которая пихнула в лицо Селестии бумагу. Оное лицо лишь чуть скривилось, и зачитало ее вслух: — Любой «попаданец», желающий приложить свои таланты к лучшему, приглашается в недавно основанную «Лунную Академию для Имбанутых Пони», название временное. Если вы не поняли терминов, то к вам это не относится.

Последовавший поток жестов был настолько стремителен, что принцесса больше не могла различить их. Зрители отваливались, словно плодовые мушки зимой, по мере того, как город за городом кончал слушать взамен радостному открытию человечности в их друзьях и соседях. Пора закругляться.

— Раз уж немногие из вас все еще внимают, я завершу эфир двумя сообщениями. Во-первых, как Принцесса Эквестрии с одобрения остальных королевских особ, настоящим я отменяю канон. Отныне никто не скован ее рамками во имя сохранения временной линии или следования сюжету. Будущее теперь наше, и мы будем делать с ним, что захотим! Во-вторых, я объявляю неделю всеобщих выходных, дабы все свыклись с откровением, а сегодняшнее число становится национальным праздником, когда мы отмечаем конец скрытности и конспирации.

Принцесса Селестия отступила и расправила крылья. Ее действия повторили гигантские копии, будто желая объять ими всю страну.

— Я приветствую вас, каждого человека, всех до единого, на рассвете Эквестрийского Человечества!