# Роза без шипов

Cagliostro

Закулисье встречает нового одинокого странника. Очередного из многих, что были до него и будут после. Разве что в этот раз в ловушку бесконечных уровней, комнат и коридоров угодил обитатель не совсем нашего мира. Бедняжка Роуз не могла и представить, какое странствие длиной в жизнь ждёт её в этих неизведанных измерениях. Сможет ли маленькая пони понять природу этого места? Сумеет ли выжить? Удастся ли ей найти выход?

Фанфик вдохновлён эстетиками, которые в последнее время набирают популярность. Вообще странно, что эта идея пришла мне в голову совсем недавно. Я обожаю переменчивый лор Закулисья, который каждый интерпретирует по-своему. Меня завораживает сама идея бесконечных лиминальных пространств... И знаете что? Я был бы совсем не против там оказаться. Даже если никогда не смогу вернуться. А пони... Как их можно не любить? С поняшами всегда становится веселее.

Данный фанфик также можно найти на фикбуке.

## 1… Почему ты здесь?

Для лучшей атмосферы я решил вставить в текст картинки.

Прохладный летний ветерок ласково потрепал светло-жёлтую шёрстку мирно спящей на мягкой траве пони. Роузлак лениво промычала что-то сквозь сон и свернулась калачиком, не желая вылезать из сладкой дрёмы. Слабый ветерок вновь нежно пробежался по её чистой и ухоженной шёрстке, кобылка шевельнула ушками от удовольствия и вновь заворочалась на мягкой травяной подстилке, принимая положение поудобнее, но тут в нос ей ткнулась высокая травинка. Из-за внезапной щекотки пони сморщилась и громко чихнула, от чего волшебная дремота вмиг растаяла. Роуз даже немного обиженно протёрла заспанные глаза и тут же защурилась от ярких солнечных лучей. Наконец, кобылка немного пришла в себя, сладко потянулась всем телом, выгибая спину словно кошка, и вытряхнула из глаз остатки сна.

— Где это я… — растерянно пробормотала пони, выпрямившись и оглядевшись вокруг.

Она сидела на небольшой полянке посреди леса, заросшей дикой травой. Со всех сторон поляну окружали высокие, ветвистые деревья. Их могучие ветви вились словно плющ и переплетались между собой, а густая листва чуть слышно шелестела на ветру. Не то чтобы земной пони не нравился этот прекрасный пейзаж… дело в том, что она совсем не помнила, как здесь оказалась. И почему заснула на траве посреди леса? Ох Селестия, зачем она вообще пошла в лес? Роузи вдруг испуганно сжалась в пушистый комочек и заозиралась по сторонам. «А вдруг это Вечнодикий лес?» — мелькнула в голове жуткая мысль. Что же тогда с ней будет… Но спустя пару секунд кобылка всё же взяла себя в копытца и глубоко вдохнула, прогоняя нехорошие мысли прочь. Не стоит паниковать на пустом месте, наверняка, это всего лишь чей-то глупый розыгрыш.

— Разумеется, это просто чья-то неудачная шутка, — успокоила себя пони.

Да и это место совсем на Вечнодикий лес не похоже. Быть может, это Лили и Дейзи решили её разыграть? «Хотя нет», — Роузи мотнула головой. Её лучшие подруги никогда бы так с ней не поступили, да кто вообще мог решить, что это смешно?! Кобылка сердито нахмурила бровки и топнула копытом по мягкой земле. Как Роуз ни пыталась вспомнить хоть что-то, хоть какую-то подсказку, у неё совсем ничего не выходило. Она даже не знала, какой сегодня день недели. Да и вообще вчерашний день пони помнила как-то расплывчато, будто в тумане. Вот она просыпается и, как обычно, идёт открывать свой цветочный магазин, затем они сидят вместе с Дейзи и Лили в уютной кафешке и обсуждают какую-то чепуху, а вот она уже идёт к себе домой, вдыхая по дороге аромат редкого цветка, который подарил ей один знакомый пони… В целом, ничего особенного, самый обычный день в Понивилле — тихий и размеренный. Только странно, что никаких подробностей припомнить не удавалось. Казалось даже, что чем сильнее она напрягает память, тем больше этот день стирается из неё.

— Ладно, такое тоже иногда бывает, — Роузлак похлопала себя копытцами по щекам, — наверное, я вчера слишком заработалась…

В любом случае, нет никакого смысла оставаться на этой поляне. Даже если она и не знает, куда идти, где-нибудь поблизости обязательно найдутся пони, они и подскажут ей дорогу. Ну а ещё ей очень хотелось разыскать того горе-шутника, который решил провернуть с ней этот фокус. «Только бы им не оказался сам Дискорд», — взмолилась про себя земная кобылка и даже вздрогнула от этой мысли. Несмотря на то, что Дискорд, вроде как, уже не пытался захватить Эквестрию и уничтожить гармонию, что полностью является заслугой Хранительниц, многие пони в их городке всё равно побаивались повелителя хаоса. Даже не столько из-за внешности, сколько из-за его весьма… хаотичного нрава. Роуз вздохнула и, поднявшись на ноги, ещё раз осмотрелась вокруг: со всех сторон деревья, и ни указателя, ни намёка на тропинку. Прислушавшись как следует, среди успокаивающего шума листвы светло-жёлтая пони уловила тихое журчание. Направив ушки в сторону источника звука, кобылка вдруг почувствовала, как сильно у неё пересохло в горле. Ей в самом деле очень захотелось пить, а ручеёк, судя по звуку, был совсем рядом. Долго не раздумывая, Роузи двинулась на песенку лесного ручейка. Слух у неё с детства был прекрасным, за что она сейчас в очередной раз поблагодарила природу.

В тени ветвистых деревьев воздух был свежим и отдавал приятной прохладой, как будто недавно прошёл дождь. По земле ползли и переплетались мощные корни, поросшие лишайниками и пушистым мхом, в который приятно погружались копытца. Толстые стволы деревьев зелёной паутиной покрывали лианы, а кое-где из шершавой коры выпирали древесные грибы. Сквозь густую широкую листву тут и там пробивались золотистые солнечные лучи, изредка даря кобылке свои тёплые прикосновения, и где-то вдалеке раздавались заливистые птичьи трели. Свежий лесной аромат и обилие зелёных красок немного успокоили разволновавшуюся пони. Роузи всегда нравилось наблюдать за живой природой. В лесу она, правда, бывала нечасто, ведь в Вечнодикий одной ходить опасно, а других рядом с Понивиллем и не было, только небольшие аккуратные рощицы да яблочный сад Эпплов. «Насколько же я сейчас далеко от дома?» — мысленно вздохнула кобылка. Родник и правда оказался недалеко. Из-под земли сквозь размытую почву бил с тихим журчанием лесной ключ. Чистая вода скапливалась в небольшой ямке, а затем тонким ручейком утекала в заросли высокой травы. Жёлтая кобылка взглянула на свой тёмный силуэт, отражавшийся в прозрачной воде, а затем наклонилась и отхлебнула. Вода в ручейке была холодной и сладковатой на вкус. Конечно, Роуз понимала, что родниковая вода может быть не самой чистой, но пить ей хотелось слишком сильно, а больше воду было взять негде. Наконец, утолив жажду, кобылка вновь задумалась. Кругом густой лес, и никаких намёков на цивилизацию… Пони вдруг заозиралась по сторонам: «А ведь это действительно странно». В лесу не было видно никакой живности, только где-то вдалеке слышалось неритмичное пение птиц. Даже комаров и мелких мошек, которых всегда полно возле воды, здесь не водилось… ну или же они все от неё попрятались, но с чего бы им её бояться?

[Изображение: https://i.artfile.ru/2067x1161_1449936_[www.ArtFile.ru].jpg]

— Нет, это точно не Вечнодикий лес… — задумчиво протянула земнопони. В конце концов, если бы это был Вечнодикий, то её давно бы уже слопал какой-нибудь медведь, а может быть, и кто пострашнее. Но всё же на всякий случай стоит вести себя потише.

Решив не зацикливаться на пугающих предположениях, Роузи двинулась вдоль течения ручейка, который помог ей напиться. Во всяком случае, ничего другого ей не оставалось: кругом заросли, под ногами тоже заросли; а так она, возможно, выйдет к речке, а там уже будет проще сориентироваться. Будто бы она оказалась в сказке про маленькую пони, которая заблудилась в дремучем лесу. Будь она пегаской, ей бы ничего не стоило взлететь и осмотреть местность сверху, но крыльев у жёлтой пони не было, а лазать по деревьям она не умела. Кобылке вдруг вспомнились её домашние цветы, уютная спальня, цветочный магазин… Интересно, как там сейчас Лили и Дейзи? Ищут ли они её? Или подумали, что она проспала и решили не тревожить? «Соберись, Роузлак», — ободрила себя земнопони. Этот лес точно не бесконечен, а значит скоро она найдёт кого-нибудь, у кого можно спросить дрогу, вернётся в родной Понивилль, встретится с девочками, и они вместе посмеются над этой странной историей. Роуз как-то быстро смирилась с тем, что не помнит, как она здесь оказалась, да и где вообще находится это «здесь», хотя вся эта неизвестность и беспокоила её. Когда она вернётся, то обязательно расспросит всех своих знакомых о том, что же вчера делала, и тогда всё сразу станет ясно, но сейчас она вряд ли сможет узнать ответ.

Маленький ручеёк то и дело петлял из стороны в сторону, от камня к камню, периодически ныряя в глухие заросли лопухов и папоротника. Почву всё также выстилал мягкий влажный мох. Жаль только, что тут совсем нет цветов… Кобылка неторопливо шла мимо громадных замшелых стволов. По сравнению с этими гигантами она самой себе казалась маленьким растерянным жеребёнком, и от этого чувства становилось как-то неуютно. Чтобы скоротать время, Роуз взглядом разыскивала на кривых ветвях птиц, но ни одной до сих пор не заметила, только лёгкие порывы ветра шуршали листвой. Вообще странные какие-то эти птицы: вслушиваясь в заливистое щебетание, кобылка никак не могла определить, откуда оно доносится. Иногда громкое чириканье раздавалось прямо у неё над макушкой, но когда пони задирала голову, там уже никого не было. В груди у Роузи постепенно вновь расползался страх. Что-то было не так с этим лесом, но что? Жёлтая пони замерла на месте и настороженно повертела ушками, старательно вглядываяась в каждую мелочь, в каждую корягу и покрытый мхом булыжник, выискивая какой-нибудь подвох, однако ничего особенного в глаза не бросалось, от чего липкое чувство тревоги только нарастало. «Как будто за мной кто-то следит», — пронеслось у кобылки в голове. У неё вдруг возникла мысль громко спросить, есть ли здесь кто-нибудь, кроме неё, но вместо этого Роуз только ускорила шаг. Возможно, ей всё это только кажется. Перебравшись через поваленное поперёк ручейка дерево, кобылка в очередной раз подняла глаза вверх, и взгляд её зацепила одна деталь: форма листьев была ей совершенно не знакома. Роузлак действительно любила ухаживать за цветами, даже свой знак отличия она получила, когда вырастила прекрасную розу в цветочном горшке. Но ещё земнопони считала, что в целом неплохо разбирается в растениях. Ботаника была её давним увлечением, и в детстве она даже мечтала стать учёной, совершать открытия и преподавать в академии… Правда, потом поняла, что продавать цветы вместе с подругами в родном городке ей нравится куда больше, чем писать статьи и сидеть на шумных конференциях. Впрочем, увлечение растениями тоже никуда не делось: Роузи до сих пор почитывала научные журналы и коллекционировала книги по ботанике. «На самом деле странно, что я сразу не заметила», — кобылка внимательно разглядывала тёмно-зелёную листву, пытаясь припомнить, видела ли она раньше что-то подобное, но никаких идей в голову не приходило. «Надо будет взять несколько листочков с собой», — мысленно заключила земнопони, — «и пролистать энциклопедию…» Но тут её носик неприятно ткнулся в грубую кору, прервав поток мыслей. Недовольно хмыкнув, кобылка уставилась на толстое дерево на своём пути, которого, задрав голову вверх, совершенно не заметила, и её внимание неожиданно привлекли глубокие царапины на стволе. Сначала Роузи поёжилась, подумав, что это царапины от когтей, но затем ей стало заметно не по себе: рваные порезы на тёмной коре складывались в цельный узор.

«Почему ты здесь?» — спрашивала небрежная надпись на дереве, а рядом был выцарапан раскрытый глаз.

— Да что же это за шутка такая? — в голос возмутилась кобылка.

Ответа, как и ожидалось, не последовало. Даже невидимые птицы почему-то притихли, и теперь только журчание ручья и тихий шелест листьев нарушали тишину. «А может быть, я всё ещё сплю?» — возникла в голове любопытная мысль. Как-то всё вокруг неестественно, будто не по-настоящему… А впрочем, что за глупости? Неужели она уже не может отличить сна от реальности? К тому же, во сне обычно не задумываешься над происходящим… Роузи до конца не понимала, с чего её вдруг так взволновала эта надпись, ведь пони тут могли быть и до неё, это мог написать вообще кто угодно. Но почему кобылке казалось, что этот вопрос обращён именно к ней? «Нужно просто продолжать идти», — пони осторожно попятилась назад и снова двинулась вниз по течению, но тут заметила, что на другом дереве неподалёку тоже что-то нацарапано.

«Ты заблудилась?» — а рядом такой же глаз, словно с жеребячьего рисунка.

«Вот сено, да куда же меня занесло?» В голове снова возникли мысли о розыгрыше, но зачем же кому-то так заморачиваться только для того, чтобы ввести её в заблуждение? И откуда шутники вообще могли знать, что она пойдёт именно этой дорогой? «Да и что ещё за дурацкие вопросы? Они издеваются что ли?» Взгляд её скользнул на ещё одно дерево, и тут уже по её спине пробежали мурашки: весь его ствол был исцарапан этими странными глазами, а посередине красовалось единственное слово.

«Оглянись».

Роуз оглянулась, и у неё перехватило дыхание: теперь уже все окружающие деревья были исцарапаны глазами и надписями. Даже те, на которых ещё минуту назад не было ничего подобного… Или она просто не заметила этого раньше?

«Всё — иллюзия»

«Привет?»

Сердце часто застучало в груди. Эти деревья… они будто разговаривали с ней, но в то же время в этих фразах не было никакого смысла.

«Мы виделись раньше?»

«Следи за временем!»

Кобылке вдруг показалось, что отголоски этих надписей уже звучат у неё в голове. И это вгоняло Роузи в панику.

«Это не сон», — опережая её мысли, заявила надпись на очередном дереве.

Похоже, это оказался её предел. Бедная пони испуганно пискнула и сорвалась почти что в галоп, продираясь сквозь дикие заросли и взметая в воздух выстилающие землю сухие листья. Она уже и думать забыла про ручей, сейчас её единственным желанием было поскорее скрыться от взгляда этих невидящих глаз. Но теперь вокруг не было ни одного дерева без этих жутких рисунков.

«Беги»

«Ты бывала здесь раньше»

«Проснись!»

Кобылка уже и не пыталась искать в этом какой-то смыл, ей хотелось только, чтобы всё это скорее закончилось. «Сено, если это и правда сон, то он просто ужасен!» Каждое дерево словно следило за ней десятками выцарапанных глаз, и жёлтая кобылка буквально ощущала на себе эти пустые взгляды… Тысячи немигающих глаз смотрели на неё со всех сторон, а сумрак лесной чащи теперь не успокаивал, а давил так, будто вот-вот раздавит. Этот кошмар она точно запомнит надолго.

Так Роуз и бежала, не разбирая дороги и стараясь не смотреть на деревья, будто спасаясь от невидимого чудовища. Постепенно лес начал редеть, светлых пятен становилось всё больше… Вдруг кобылка больно зацепилась копытцем за выступающий из земли корень и кубарем покатилась по траве. Встать и бежать снова Роузи уже не смогла, да и куда, собственно бежать? Пони устало растянулась на земле и пыталась восстановить совершенно сбившееся дыхание. «И куда это я так припустила?» — обратилась Роуз к себе самой, — «это, конечно, было жутко, но надо ли было так мчаться? А может, мне просто голову напекло?» Последнее предположение звучало не очень правдоподобно, учитывая, что почти всё время она была в тени ветвей. Вздохнув, кобылка приподнялась на передних ногах, стряхнула с глаз растрепавшуюся чёлку, в которой запуталось несколько сухих листьев, и погладила ушибленное копытце. Вроде бы ничего серьёзного. В самом деле, чего это она так испугалась? За ней ведь точно никто не гнался. Взгляд земной пони снова задержался на ближайшем дереве: на его коре также была выцарапана пара глаз.

«Ты настоящая?» — спрашивала надпись между ними.

— В жизни не слышала более странного вопроса… — пробормотала себе под нос кобылка, вставая и отряхиваясь.

Но всё же это было вовсе не так страшно. Лили сказала как-то, что она часто паникует по пустякам, и похоже, её подруга в этом, как всегда, права. Роуз снова глянула на то же дерево, но никаких рисунков и надписей уже не обнаружила: просто шершавый, наполовину замшелый ствол. Должно быть, это какая-то неизученная магия, не бредит же она наяву. Для себя Роузи решила, что когда вернётся, то обязательно спросит об этом у Твайлайт Спаркл, если та не будет сильно занята. Уж в вопросах магии принцесса дружбы знает больше, чем любой пони в Эквестрии. Ну или в крайнем случае можно спросить у Зекоры, она ведь в лесу живёт… Может быть, с ней тоже деревья разговаривают? Роузлак даже усмехнулась своим мыслям. Скорее бы уже вернуться домой. Лес уже заметно проредел. Обрадовавшись, что наконец-то нашла выход из этой глуши, земнопони неспешно двинулась навстречу солнечным лучам. «Сейчас бы чего-нибудь пожевать» — Роуз мечтательно облизнулась, глядя на окружающую зелень. Она, конечно, понимала, что тащить в рот что попало — плохая идея. В лесу полно ядовитых ягод, а дикая трава, как правило, ужасно кислая на вкус. Хоть кобылка и не ела с тех пор, как проснулась, всё же она ещё не настолько голодна.

В лицо вновь подул прохладный ветерок, от которого в лесу её защищали могучие кроны. Наконец, пони вышла из тени, и взгляду её предстало просторное поле, пестрящее яркими красками. Это поле было столь обширным, что край его терялся за горизонтом, и только где-то вдалеке виднелась неровная полоска деревьев. Но больше всего Роуз поразило, что всё поле было усеяно цветами самых разных форм и окрасок. Разноцветные бутоны на высоких стебельках волнами колыхались на ветру, напоминая морской прибой. Среди них были и пионы, и розы, и маки, и гвоздики, и ещё десятки других цветов, не менее прекрасных. Казалось, что это вовсе не дикое поле, а какая-то огромная беспорядочная цветочная плантация… Правда, на плантациях обычно цветы аккуратно рассортированы по виду и цвету для удобства, но такого же просто не бывает в дикой природе! Кобылка закрыла глаза и глубоко вдохнула чудесный аромат, от чего даже чуть не чихнула. Нет, аллергии на пыльцу у неё не было, но пожалуй, такой насыщенный запах был перебором даже для неё.

— Девочки мне не поверят! — подпортившееся настроение Роузи стремительно поползло вверх. Вид и правда был завораживающий. Захотелось нырнуть в эти цветы, словно в воду, но пони смогла удержать в себе этот порыв.

[Изображение: https://pp.userapi.com/c621928/v621928454/13329/9y1690ewIIw.jpg]

«А вдруг это и в самом деле плантация?» — эта догадка очень обрадовала жёлтую кобылку. Ведь если все эти цветы кто-то выращивает, то здесь наверняка найдутся пони, ухаживающие за ними. Возможно, они сейчас совсем рядом. Роуз уже изрядно надоело скитаться непонятно где в полном одиночестве. Кобылка вновь окинула взглядом разноцветное поле: никаких построек на глаза не попадалось… Впрочем, какие-то выводы делать ещё рано. Недолго раздумывая, кобылка решила не стоять на месте и плавно погрузилась в цветущее и благоухающее море. Бока и живот защекотали колючие травинки, достающие ей до крупа. Роузи двигалась осторожно и тщательно выверяла каждый шаг, чтобы случайно не повредить какой-нибудь цветок. На своих тонких стебельках они выглядели такими хрупкими и беззащитными, что у кобылки сердечко в груди замирало… «И всё же почему здесь совсем нет насекомых?» — как бы Роуз ни оглядывалась и ни прислушивалась, вокруг не было ни мелких жучков, ни пчёл, собирающих нектар, ни даже бабочек. Странно, что такое огромное поле не привлекает насекомых-опылителей. Что в лесу, что в поле напрочь отсутствовали какие-либо признаки фауны… если, конечно, не считать птиц, но кобылка давно уже никаких птиц не слышала. Как пони ни старалась, этому явлению она объяснений не находила.

— Сплошные загадки, — тихо подытожила Роуз.

Что тут ни говори, но сегодняшний день с самого своего начала был одной большой загадкой. И от этой загадочности действительно становилось не по себе, всё-таки неизвестность всегда пугает. Но в то же время хотелось поскорее найти на все эти вопросы ответы. Пусть Роузи была больше «домашней» пони, и тихие посиделки с друзьями ей нравились больше, чем далёкие походы, головоломки всегда вызывали в ней особый трепет. Порой Роузлак даже с грустью вспоминала свои студенческие годы, когда она увлечённо занималась исследованиями, а заодно подрабатывала в Мэйнхэттенском ботаническом саду… Пожалуй, расставание с ботаническим садом далось ей тогда тяжелее всего, но переносить пыль и шум большого города в определённый момент стало совершенно невозможно. «А может быть, всё же сорвать один цветок и заплести в гриву? Готова поспорить, смотреться будет просто блестяще», — земнопони даже остановилась на минуту в раздумьях. Всё же это точно не плантация, так что вряд ли стоит беспокоиться о том, что это чужие цветы. Но с другой стороны, перед кем ей здесь красоваться? Ни пони поблизости нет, одно только бескрайнее поле. Куда же она всё-таки идёт? Наверное, ей уже стоит всерьёз начинать волноваться… А может быть, лучше вернуться обратно и пойти в другую сторону? Хотя попробуй теперь найди дорогу назад. Махнув хвостом, Роуз сделала ещё один неуверенный шаг, и тут её копытце ткнулось во что-то тёплое и мягкое. Пони задумчиво опустила взгляд под ноги и вздрогнула.

— М-милостивая С-селестия! — испуганно взвизгнула кобылка, отпрыгнув назад.

Прямо у неё под ногами лежала пони! Бледно-жёлтая земная кобылка с алой гривой среднего телосложения лежала на боку, не шевелясь, а грудь её не вздымалась, словно пони не дышала… Словно она была мертва. «Что же делать, что же делать?» — Роузи судорожно пыталась понять, чем же она может сейчас ей помочь, но собраться с мыслями никак не получалось. И чем дольше она рассматривала бедную кобылку, тем сильнее сердце колотилось в груди: тут и там прямо из тела жёлтой пони росли цветы, оплетая жертву своими вьющимися стеблями и впиваясь в её кожу длинными шипами, от чего по светлой шёрстке расплывались кровавые пятна. А когда Роуз взглянула на мордочку кобылки, то её начала бить холодная дрожь. Вся мордочка заросла пышными ядовито-красными бутонами роз, а из открытого рта вылезали окровавленные колючие стебли. Такие же стебли сжимали и пронзали кобылке шею, залезали ей в уши и опутывали ноги крепкой паутиной. Крупные красные розы словно пили кровь несчастной жертвы, угодившей в их ловушку, от чего всё больше набухали, но никак не могли насытиться. Они вгрызались своими шипами и корнями в мягкую плоть, сжимая в смертельных объятьях уже бездыханное тело, которое на глазах становилось всё бледнее и бледнее. Насколько же ей было больно в последние мгновенья своей жизни… Живое воображение мигом нарисовало картину отчаянно кричащей и зовущей на помощь кобылки, которую всё туже затягивают зелёные путы, в кровь раздирая шипами кожу.

— Н-нет-нет-нет-нет… — забормотала пони, пытаясь унять дрожь и мыслить трезво, но ужас захлестнул её с головой, не давая даже сдвинуться с места.

Роуз просто не могла поверить в то, что видит. Ведь это же невозможно! Цветы не пьют кровь и не едят пони. Взгляд её тем временем скользнул на круп кобылки, и тут уж у Роуз окончательно спёрло дыхание: знак отличия несчастной был точно таким же, как и у неё. Алая розочка на коротком стебельке теперь была окроплена свежим пятном крови, впитавшимся в шёрстку. «Неужели… Неужели это я?» — эта мысль могла бы показаться полным безумием раньше, но теперь Роуз это видела: пони, угодившая в жестокую ловушку была её точной копией. Тот же цвет шерсти и гривы, форма ушек, телосложение… Всё было точь-в-точь как у неё! Вдруг кобылка почувствовала лёгкое прикосновение к задней ноге. Развернув голову так резко, что чуть было не свернула шею, Роузи увидела, как из высокой травы к ней тянется вьющейся колючий стебель. Не раздумывая больше ни секунды, земнопони рванула прочь. Она неслась так быстро, как только позволяли ей силы, топча цветы, красотой которых ещё совсем недавно восхищалась. Сердце стучало в висках, в бешеном ритме перекачивая кровь по телу, а сзади всё громче раздавалось шуршание травы. Когда пони лишь на миг оглянулась, глазам её предстала поистине сюрреалистичная картина: цветы со всех сторон тянули к ней длинные стебли, покрытые тонкими шипами и извивающиеся словно змеи, а раскрывшиеся бутоны обернулись к ней, будто сверля взглядами своих сердцевинок. В воображении уже всплывали чудовищные картины, на которых уже она сама становится жертвой кровожадных растений, её опутывают шипастые стебли, на теле прорастают цветы, она кричит от боли, и крик её постепенно слабеет… Копыта уже едва касались земли, но Роузи почти не удавалось убежать от преследования. Эти проклятые цветы были повсюду, а их щупальца пытались обвить её ноги при малейшей возможности, оставляя на коже глубокие порезы. «Почему они хотят убить меня?» — мысленно взмолилась Роуз, — «что я им сделала? Что это за ужасное место?» Она бежала не разбирая дороги совсем как тогда, в лесу, но теперь за ней действительно гнались, и эти цветы были гораздо хуже любого хищника, ведь убежать от них практически невозможно. Кобылка уже выбивалась из сил, лёгкие жгло от недостатка кислорода, а по шёрстке стекали крупные капли пота, перемешиваясь с кровью от царапин. Вот длинный стебель ухватил её за ногу, от чего Роузи чуть было не споткнулась, а в следующий миг другой стебель дёрнул её за хвост, увлекая назад. Пони постепенно теряла скорость. Ей хотелось бы верить, что всё это кошмар, но таких реалистичных кошмаров просто не бывает. Нет, она не могла умереть вот так… «Селестия! Луна! Пони-будь, пожалуйста, спасите меня!» И словно какие-то высшие силы всё же услышали её зов и сжалились над злосчастной кобылкой. Высокие хищные цветы вдруг расступились, и Роузи с разбегу вылетела на широкую грунтовую дорогу посреди поля, затормозив крупом по земле. Стебли цветов с тихим зловещим шуршанием потянулись за ней, но затем резко замерли и отдёрнулись, прячась, в траве, будто что-то обожгло их. Жадно и сбивчиво втягивающая в себя воздух Кобылка рассеянно смотрела на океан цветов, ещё до конца не понимая, удалось ли ей спастись. Одно Роуз знала точно: убегать она больше не в состоянии, она и встать сейчас не в силах. Цветы по какой-то причине больше не тянулись к ней, хотя пони не сомневалась, что им ничего не стоило её достать. Однако они лишь смотрели на Роузи с обеих сторон дороги, склонив в её сторону пышные бутоны, и трудно было сказать, что выражает этот взгляд. Но тут по полю волной прошёлся ветер, легко их всколыхнув, а когда порыв затих, то цветы снова поднялись к солнцу и больше не шевелились, словно утратили к добыче всякий интерес.

Роуз уселась на круп посреди дороги, прижав передние ноги к задним, восстанавливая дыхание и пытаясь успокоить неистово колотящееся сердце, а тело всё ещё била мелкая дрожь. Кобылке не было дела до многочисленных царапин от шипов, она только что едва не погибла. Земная пони боялась даже шевельнуться, чтобы снова не пробудить этих жутких хищников. Нет, Роуз не знала, что это за цветы, не понимала, как такое вообще возможно. Она в жизни бы не подумала, что цветы могут быть настолько жестокими и кровожадными, ведь Роузи любила их всей душой. И что это была за пони, неотличимая от неё самой? Вспомнив ужас, который ей довелось лицезреть совсем недавно, кобылка лишь измученно вздохнула и прижала ушки. Она уже не сможет ей помочь… Никто не сможет. Эти розы буквально поглотили её, словно паразиты проросли в её теле. На глаза наворачивались слёзы, к горлу подкатил ком, мешающий дышать. Тело кобылки вдруг сильно содрогнулось, и Роузи разразилась всхлипами и рыданиями. Она тихо плакала, свернувшись на земле в комок и уткнувшись мордочкой в передние ноги. В груди ещё теплилась надежда, что всё это просто кошмар, и сейчас она проснётся, сейчас пони-будь подойдёт, обнимет её, ласково взъерошит гриву, словно жеребёнку, и скажет, что всё хорошо… Хотя нет, она тут одна. Совсем. Глупо надеяться на обратное. С другой стороны, Роуз была скорее рада, что никого из друзей с ней сейчас нет, ведь иначе им пришлось бы пережить то же, что и ей. «Ну почему всё это происходит именно со мной, чем я это заслужила?» Кобылка возвела мокрые глаза к небу в жесте мольбы, и тут внутри неё будто треснуло что-то, удивляться уже просто не осталось сил. На небе было две луны. На голубом дневном небосводе среди редких облачков застыли два огромных круглых спутника, покрытых узорами из кратеров. Каждая из этих лун заметно превышала по размерам обычную, ночную луну, причём одна была на порядок больше второй, и обе они имели такой же белый оттенок, как и облака. «Это не Эквестрия», — заключил внутренний голос, — «это не моё небо! Во имя Селестии, где я?!» Теперь Роуз видела: даже цвет неба был другим. Вместо привычного светло-голубого оно отдавало насыщенной лазурью, и чем выше от горизонта, тем становилось темнее. Кобылка протёрла глаза, смахивая слёзы и вновь уставилась вверх. И как она могла не замечать этого раньше? Пони вдруг почувствовала себя такой маленькой и беззащитной…

— К-куда мне теперь идти? — всё ещё всхлипывая, проскулила Роузи, — почему я здесь?

Несильный порыв ветра, словно в ответ, снова взлохматил спутавшуюся гриву. Кажется, на том дереве было написано то же самое… Да только какой всё это имеет смысл? Если подумать, то вся ситуация выглядит как несмешной и очень злой анекдот. Полный хаос! Может, это действительно всё Дискорд подстроил? Хотя принцессы за ним хорошо приглядывают, вроде бы, чтобы тот ничего не натворил, но ведь могли и проглядеть. А может, они только так говорят? Впрочем, какое это имеет значение? Роуз потерянно вертела головой из стороны в сторону: изогнутая дорога, на которой она оказалась, уходила куда-то вглубь цветочного поля. «Реальность таит в себе немало загадок, но на каждую найдётся ответ. Главное — продолжай искать и не сдавайся в середине пути», — внезапно прозвучал в голове голос Тайма Тёрнера. Роузи иногда помогала этому энергичному жеребцу с исследованиями, просто потому что ей самой это нравилось, и когда Тайм особенно увлекался, то начинал говорить с ней словно профессор со студенткой. Хотя Роуз таких профессоров в жизни не встречала. Трудно было сказать, почему именно сейчас ей вспомнился забавный поучительный тон Доктора Хувса, но эти мысли немного подбодрили её.

— Вот же сено. — Выругалась пони в пустоту.

Доктор ведь прав, нельзя сдаваться на середине пути. Раз другого ей не дано, то она выяснит, что здесь происходит… Как-нибудь. И найдёт дорогу домой… Если это возможно. «Да что за глупости! Я сюда как-то попала, значит точно так же и вернусь». Стараясь думать только о хорошем (хотя и получалось не очень), земная пони встряхнула гривой и встала на ноги. Прохладный ветер засвистел в ушах, приветствуя её порыв решимости. Кобылка ещё раз глянула вверх: две большие луны всё так же безразлично смотрели на неё с лазурного небосклона; а затем взглянула за горизонт, и бескрайняя цветущая равнина ответила ей тихим шелестом. Роузлак всё равно было, в какую сторону двигаться, лишь бы не оставаться на месте.

## 2… Кто улыбается во тьме?

Опасайтесь темноты. Кто знает, что там скрывается…

Роуз уже совершенно потеряла счёт времени. Она всё шла и шла, а дорога всё тянулась, уходя в бесконечность. Ветер время от времени взлохмачивал кобылке гриву и с тихим шелестом раскачивал пышные бутоны на тонких стебельках, а сверху припекало солнце, которое совершенно не планировало садиться за горизонт. Царапины и небольшие порезы, оставленные острыми шипами, немного саднили, но это было вполне терпимо. Роузлак старалась держаться строго посередине дороги, чтобы цветы не дотянулись до неё своими стеблями. Хотя сейчас, похоже, жёлтая пони их вовсе не интересовала… Или же они только притворялись, чтобы она потеряла бдительность? Похоже, что мысли о хищных цветах уже не особенно удивляли. Кроме того, кобылка даже заметила, что невольно задумывается над устройством этих маленьких чудовищ. Как пони, увлекающаяся ботаникой, Роузи знала о существовании хищных растений. Однако такие растения, как правило, росли на болотах. Почвы там скудны на запасы минералов, необходимых растениям, поэтому они вынуждены ловить мелких насекомых для пропитания. И едва ли эти цветы были похожи на обыкновенную мухоловку или росянку. Всё цветочное поле в момент словно превратилось в единый организм, который обнаружил чужака… «Прямо как Вечнодикий лес», — мысленно вздохнула кобылка. Возможно, следовало бы куда-нибудь записывать свои мысли, как это делаю учёные и первооткрыватели? Хотя, у неё с собой не то что записной книжки, даже пера нет. Роуз вновь подняла задумчивый взор на две дневные луны. Те ответили ей лишь безразличным молчанием. «Возможно, это какая-то оптическая иллюзия? Или принцесса Луна решила от скуки сделать ещё одну…» — терялась в догадках земная кобылка. В небесных телах она вообще разбиралась плохо. Но даже если это всего лишь редкое природное явление, Роузи всё равно не имела ни малейшего понятия, насколько далеко она от дома. К глазам вновь начали подкатывать слёзы жалости то ли к её подругам, которые, наверное, очень за неё переживают, то ли к самой себе. Бывали ли здесь вообще пони до неё? По телу пробежала мелкая дрожь. Стоило только немного успокоиться, как ужасный образ мёртвой кобылки вновь встал перед глазами. Набухшие кроваво-красные бутоны, потемневшая от пятен крови шёрстка, израненное шипами и оплетённое стеблями тело… Роузи всхлипнула. Сердечко жёлтой пони буквально разрывалось от жалости к несчастной жертве цветочного поля, но в то же она была благодарна судьбе, всем принцессам и даже Дискорду за то, что её не постигла та же участь. Однако ещё одна мысль всё никак не давала ей покоя. Почему эта кобылка так сильно была похожа на неё. Конечно, Роузи тогда охватила паника, поэтому она могла чего-то и не заметить, но даже знак отличия этой пони был точь-в-точь как у неё. Разве бывают такие совпадения? У близнецов и то метки всё равно разные. Талант каждого пони уникален от природы. Да и у Роуз, к тому же, никогда не было ни братьев, ни сестёр.

— Милостивая Селестия, где бы вы ни были, прошу вас, спасите меня, — тихо взмолилась земнопони, остановившись посреди дороги, и подняв глаза к солнцу, — п-пожалуйста… — но никто так и не ответил на отчаянный зов кобылки.

От сухого грунта под ногами поднималась пыль. Солнце, до сих пор стоявшее в зените, беспощадно припекало голову. По гриве и шёрстке кобылки ручьями стекал пот, и до ужаса хотелось пить. А бескрайняя цветущая равнина всё также безмятежно колыхалась на ветру. Будто это были самые обыкновенные цветы. Роуз в очередной раз проверила, не отошла ли она случайно к краю дороги. Она не знала, как долго она уже идёт. Привал устраивать кобылка боялась: быть может, эти дискордовы цветы только того и ждут. Чего им стоит, когда земнопони в очередной раз зазевается, незаметно оплести её копытца и утащить прямо в заросли! Да и тени нигде не было, а солнце будто бы каждую минуту становилось всё жарче и жарче. Ноги бедной кобылки уже чуть ли не подгибались от каждого шага, а слипшаяся от пота чёлка то и дело лезла в глаза. Роузи пыталась обмахиваться хвостом, но это почти не помогало. Сколько она уже прошла? По ощущениям она идёт уже целый день, но в то же время солнце за всё это время так и не сдвинулось с места. Сено, да она сама словно и не сдвинулась ни на шаг. Дорога не кончается, и вокруг всё те же цветы, совершенно ничего не поменялось! «Может быть, надо было всё-таки идти в другую сторону…» — обречённо подумала кобылка. Хотя какая теперь разница? Рано или поздно она всё равно выбьется из сил, упадёт на пыльную дорогу, и кровожадные растения, опутают её ноги, прорастут в её теле и прервут её недолгую жизнь. Может быть, Роузи уже получила солнечный удар, но ей вдруг показалось, что разноцветные бутоны вновь зашевелились. Не от ветра, а сами по себе. И снова кобылка почувствовала на себе жуткий невидящий взгляд. Эти цветы не хотели утруждать себя бессмысленной погоней. Вскоре их жертва сама упадёт без сил и уже не сможет сопротивляться своей судьбе. Из груди жёлтой пони вырвался обречённый стон. Копытца болели от долгой ходьбы, пересохшее горло изнывало от жажды, голова потяжелела, а бесконечная дорога, уходящая за горизонт, расплывалась перед глазами. Напрасно она думала, что смогла сбежать. «И зачем меня только потянуло к этим цветам?», — вздохнула Роузи, глядя в землю, — «сидела бы себе дальше в лесу. Там и вода была, и деревья от солнца защищали». Из зарослей донёсся слабый шелест. Постепенно он становился всё громче. Перед расплывчатым взором кобылки стебли цветов нестройно закачались, шелест теперь доносился уже со всех сторон, а из высокой травы на дорогу начали заползать змеящиеся побеги.

— Н-нет, только не снова, это… это же неправильно, — сбивчиво забормотала Роузи. Она уже убежала от них, неужели они от неё не отстанут? Она ведь ещё столько всего хотела успеть в своей жизни… Она даже на свидании ни разу не была!

Сердце болезненно сжалось. Кобылка сделала шаг вперёд. Кажется, ей хватало сил пробежать ещё немного, но что потом? Ещё один шаг… но почему-то в этот раз её копытце не встретило опоры, а затем и вторая нога куда-то соскользнула… И вот пони уже куда-то падает, неуклюже болтая ногами на лету. Роузи даже вскрикнуть не успела. Шелест травы стих, в ушах засвистел холодный ветер, а уже в следующий момент что-то сильно ударило её в бок, выбив воздух из лёгких.

* * *

Роузлак зашлась в приступе кашля, судорожно пытаясь вдохнуть, но ушибленная грудная клетка никак не хотела слушаться свою хозяйку. Падала пони не слишком долго, но удар оказался весьма жёстким, и только каким-то чудом она не переломала себе все рёбра. Наконец, кобылка смогла кое-как перевести дыхание и осмотреться: она распласталась посреди пещеры… Хотя нет, никакая это была не пещера. Серые бетонные опоры поддерживали такой же серый бетонный потолок. С потолка помещение с тихим гулом освещали белые люминесцентные лампы. Череда массивных столбов уходила вдаль и растворялась в густом свинцовом тумане. Роузи замерла, боясь пошевелиться. Это место нагоняло необъяснимый страх на маленькую кобылку. Промокшую шёрстку непрерывно обдувал прохладный сквозняк, неподалёку доносилось ритмичное постукивание падающих капель. Пони вдруг почувствовала, что лежит на чём-то мокром и холодном… Взглянув вниз, она обнаружила, что растянулась в большой луже на бетонном полу. С тихим вздохом Роуз попыталась подняться на ноги, но тут же плюхнулась обратно в лужу. После падения всё тело болело, а особенно правое переднее копытце. Пони внимательно осмотрела свои конечности, пытаясь понять, не сломала ли она себе ничего… «Вроде, всё в порядке», — подытожила про себя кобылка, — «насколько это вообще сейчас возможно». Но всё-таки, как она сюда попала? Подняв взгляд вверх, кобылка обнаружила в потолке дыру с ровными прямоугольными краями, через которую можно было увидеть чистое лазурное небо. «Хотя бы здесь всё ясно, хотя и странно, что я её не заметила. Правда, я всё равно не понимаю, откуда под землёй могло взяться… это». Валяться в луже Роуз больше не собиралась. Со второго раза ей всё-таки удалось подняться на три копытца. Четвёртое же приходилось поджимать, становиться на него сейчас было слишком больно. Прихрамывая на одну ногу, пони всё-таки смогла отойти на сухое место.

[Изображение: https://backrooms.ru/images/b/b0/Level-1.jpg?20220616181014]

Теперь она заметила: лужи были повсюду, а низкий бетонный потолок, к которому были подвешены какие-то трубы, во многих местах протекал. Роузи вдруг вспомнила, как сильно ей хочется пить. Но не лакать же ей прямо из лужи, словно она собачка какая-нибудь… С другой стороны, в горле совсем пересохло, да и вода выглядит чистой. Долго себя пересиливать кобылке не пришлось, естественный позыв оказался сильнее голоса разума, и уже через минуту она блаженно облизывала губки, ощущая на языке приятную прохладу. «Пить из лужи, как выяснилось, не так уж и страшно», — улыбнулась кобылка своим мыслям. Да и другой возможности здесь могло и не представиться.

— Ну и где я теперь? — задала жёлтая пони вопрос в пустоту. Ответило ей лишь слабое эхо.

Тусклый свет люминесцентных ламп белыми отблесками отражался в лужах, обзор ограничивал туман, такой же серый, как стены, пол и потолок. Несмотря на жёсткое приземление, Роузи всё же была рада, что упала сюда. Эти жуткие цветы теперь точно её не достанут, да и умереть от жары и жажды ей больше не грозит. Кроме того, тут наверняка есть пони, ведь не могло же всё это образоваться само по себе? Роузлак даже просияла от этой мысли. Наконец-то она спасена! Надо только найти кого-нибудь, и ей сразу помогут… Но всё же какое-то чувство неестественности, опасности никак не оставляло её в покое. Слишком сильно контрастировали эти бетонные стены с тем, что находится сверху.

— Тут кто-нибудь есть? — крикнула кобылка, хотя получилось тише, чем она ожидала. И вновь на её вопрос ответило лишь гулкое эхо. — Кто-нибудь слышит меня?! — на этот раз она вдохнула полной грудью и крикнула так громко, как смогла. И снова ничего. Насколько вообще большое это помещение?

Рассеянно махнув хвостом, прихрамывая на одну ногу, Роуз двинулась вдоль квадратных бетонных столбов. Она уже так долго ни с кем не разговаривала… Ещё немного, и она точно начнёт болтать сама с собой. Пони поникла головой, вновь вспоминая Лили и Дейзи, родной Понивилль, свой уютный цветочный магазинчик. Здесь было холодно и сыро. С потолка в лужи на полу то и дело падали крупные капли. Да и этот туман… Такого тяжёлого тумана Роузлак в жизни не видела. Как бы хотела она сейчас оказаться в мягкой кроватке под тёплым одеялом. «А ещё лучше, чтобы всё это оказалось простым кошмаром», — невесело усмехнулась пони про себя и широко зевнула. От постоянной беготни кобылку действительно потянуло в сон… а ещё в животе урчало от голода. «Снова я иду неизвестно куда», — мысленно заключила земнопони. Сквозняк, который дул здесь непрерывно, уже порядком надоел. Так ведь и простудиться можно. Кобылка вдруг чуть было не споткнулась обо что-то. Взглянув под ноги, она обнаружила опрокинутый дорожный конус. Оранжевый с белыми полосками. Такие конусы используются в крупных городах, вроде Мэйнхэттена, чтобы регулировать движение кэбов на дорогах, но как он мог оказаться здесь? Пони ткнула ногой странную находку, но, не найдя в ней ничего интересного, побрела дальше. Внезапно мерное гудение ламп прервалось, и свет с пронзительным треском замигал. Кобылка испуганно заозиралась, прижав ушки к затылку, и в следующий момент уткнулась лбом во влажную бетонную стену. Лампы перестали трещать и вновь засияли призрачно-белым светом, и пони обнаружила, что стоит рядом с огромной, слегка приоткрытой железной дверью. Даже до её ручки Роузи смогла бы достать, только встав на задние копыта. За дверью простирался широкий коридор с белыми стенами. Здесь было сравнительно сухо и не было противного сквозняка, поэтому Роуз, наконец, решила сделать остановку. Кобылка села на прохладный пол, прислонившись к стене, и попыталась привести в прядок перепутавшиеся мысли.

— Нет, мне здесь определённо не нравится, — вздрогнув, проговорила Роузи, — совсем.

В этом коридоре тоже было холодно, а ещё это ощущение нависшей угрозы… Будто что-то важное находится не на своём законном месте, будто какая-то тень притаилась у неё за спиной, и в любой момент она готова поглотить несчастную кобылку… Это чувство никак не оставляло жёлтую пони. В такой опасности, как сегодня, Роузи, пожалуй, ещё никогда прежде не бывала. Сначала говорящие деревья, потом цветы-вампиры, а теперь что? Кобылка ещё раз осмотрелась: белые стены кое-где были покрыты чёрным налётом. «Плесень?» — мелькнуло в голове. Довольно вредная и противная вещь, особенно чёрная. Завестись она может запросто, а вот избавиться от неё — задача крайне сложная. Роуз как-то самой приходилось иметь с ней дело, и опыт этот ей запомнился надолго. «Впрочем, неудивительно, что в таком сыром месте растёт плесень, а мне тут точно делать нечего». Вот только куда ей идти? В какую сторону? Кобылка совершенно не представляла, где находится, не знала даже, как можно назвать это место… подвал? подземелье? Нет, никаких пони она точно здесь не встретит, кто вообще в здравом уме захотел бы здесь оставаться? Глаза жёлтой пони снова стали намокать.

— Я же… — Роузи тихо всхлипнула, — я просто хочу домой…

Она лежала, свернувшись калачиком и прислонившись к бетонной стене, и почти беззвучно плакала от безысходности. В душе ей хотелось кричать, звать на помощь в надежде, что хоть кто-нибудь услышит и спасёт её. Однако что-то словно подсказывало кобылке — это плохая идея. Всё больше она ощущала чьё-то присутствие. «В коридоре ведь точно стало холоднее…» В горле у Роузи встал ком. Теперь она почувствовала это каждой клеточкой своего утомлённого тела. Пронизывающий до костей холод… и тьма. Сверху что-то треснуло, и свет замигал. Сердце ухнуло куда-то вниз, холодный липкий страх не давал пошевелить даже копытцем. Люминесцентные лампы вспыхивали всё реже, и тьма всё больше окутывала окоченевшую пони. Это была какая-то неправильная, инородная тьма. Чернее ночи, но будто светящаяся сама по себе… Она шуршала и скрипела, пробираясь Роузи в самую душу. Свет мигнул ещё пару раз и потух, но в кромешной тьме вдруг вспыхнула светящаяся улыбка. Пара сияющих глаз и зловещий оскал острых белых зубов. Пони не могла пошевелиться, не могла даже сделать вдох, словно вовсе забыла как дышать. Этот оскал намертво приковал её взгляд к себе, и чем дольше она смотрела в эти неживые глаза, тем больше у неё болела голова. Кажется, сквозь шипение тьмы послышался смех… Хотя больше это походило на звон металла или завывание метели. Улыбка подбиралась ближе, вытесняя все мысли, оставляя только ледяной ужас. Она ярко вспыхивала, становилась всё шире и шире, гипнотизировала кобылку, и смеялась всё громче. В голове словно звенел колокол. А шершавая тьма ощупывала её шёрстку и сдавливала грудную клетку. Улыбающаяся пасть уже подобралась почти в плотную к мордочке Роузи, но тут раздался треск, и вновь заискрились электрические лампы, тьма пошла рябью и вмиг растаяла вместе с улыбкой.

[Изображение: https://i.ibb.co/HhGDg92/Screenshot-20221218-175610-Browser.jpg]

Словно утопающая, пони шумно вдохнула, задыхаясь и давясь влажным воздухом. Окоченение прошло и копытца задрожали от пережитого ужаса. Зубы застучали, и сердечко заколотилось в груди. «Что… Сено, что это было?» У Роуз просто не находилось слов, чтобы описать произошедшее только что. Всё что она ощущала — страх и холод. Будто сама смерть секунду назад дышала ей в затылок. Хотелось просто потерять сознание. «Такого не бывает!» — голова гудела, мысли путались, — «это какая-то злая магия, просто иллюзия, просто кошмар, это всё не по-настоящему…» Но попытки себя утешить не помогали Роузи успокоиться, унять дрожь во всём теле. «Как же холодно». Кобылка взглянула на стену, пытаясь отвлечься, и ужас охватил её с новой силой. Эта плесень… Она теперь была повсюду: стены и потолок теперь были покрыты чёрными разводами, словно кто-то их испачкал. И кажется, плесень даже шевелилась, постепенно всё больше разрастаясь. «Нужно уходить отсюда». Жёлтая пони поднялась на подрагивающих копытцах и направилась по коридору быстрой, шатающейся походкой. Ушибленное копытце болело уже не так сильно, хотя всё ещё давало о себе знать. Куда она идёт? Да какая разница! Куда-нибудь, где безопасно, где тепло и нет чёрной плесени.

— С-соберись,— твердила себе земнопони, — ты скоро найдёшь выход отсюда. Ведь должен же он где-то быть, в конце концов.

Но из глаз почему-то текли слёзы. Коридор завернул вправо, затем влево… Всё такой же белый заплесневевший коридор. Взгляд пони зацепил странный рисунок: размашистыми чёрными мазками на стене был намалёван какой-то силуэт… Или это просто плесень? Судороги немного отступили, и Роузи ускорила шаг. Снова поворот коридора, одна из ламп прямо над головой кобылки заискрилась и потухла. Ещё один поворот… «Стоп, тут что-то не так» — Роуз заозиралась. «Коридор уже в третий раз заворачивает влево, но я ведь не проходила никаких развилок». Пони взглянула вперёд: Прямой коридор убегал вдаль, растворяясь в сером тумане. «С пространством тут явно что-то не так», — задумалась земнопони, — «опять магия?» Но она ведь до сих пор не встретила тут ни одного единорога, да и не была уверена, что простой единорог на такое способен. Кобылке снова вспомнился Доктор Хувс со своими экспериментами. В последнее время он то и дело повторял что-то о пространственных аномалиях. Правда, Роузлак особо не вникала, ей своих забот было вполне достаточно, а теперь даже немного жалела об этом. «Может, мне просто показалось?» Пони сделала пару шагов назад… Коридор теперь вообще заворачивал в другую сторону. Совсем не туда, откуда она пришла. «Ничего не понимаю» — Роузлак застыла в растерянности, бессмысленно глядя в стену, но затем вспомнила, что пытается найти выход. За поворотом обнаружилась металлическая тележка с большой картонной коробкой. Да и вообще все стены в этом ответвлении коридора были обставлены рядами коробок. Они были беспорядочно навалены друг на друга, на многих были заметны значки, маркировки и надписи на незнакомых языках. Некоторые были вскрыты, другие замотаны изолентой… «Это что, склад?» — недоумевала кобылка. Из любопытства она заглянула в ближайшую открытую коробку: стопка каких-то бумаг. В остальных тоже не было видно ничего интересного. Бумаги, упаковки, рулоны прозрачной плёнки, чёрные мешки и куски пенопласта. От коробок пахло пылью, как от старых книг, которые давно никто не открывал. Тут кобылка поняла, что сырость из воздуха куда-то делась… И плесени на стенах больше не видно. На сердце стало немного спокойнее. «Может быть, это место меняется само по себе?» — мелькнуло в голове предположение. На самом деле думать об этом сейчас не очень хотелось. Скитания, погони и ужасы слишком измотали кобылку за день… Хотя трудно сказать, сколько времени прошло, ведь часов у Роуз с собой не было. А ещё с самого пробуждения она так ничего и не ела, и желудок то и дело напоминал о себе ноющей болью.

За очередной башней из коробок оказалась дверь. Войдя в неё, пони оказалась в гигантских размеров помещении, тесно заставленном высокими железными стеллажами с тысячами коробок, упаковок, самых разных хозяйственных товаров… Глаза разбегались от масштабов этого склада. Стеллажи были сравнимы по высоте с пятиэтажными домами и упирались прямо в бетонный потолок, с которого ярко светили длинные электрические лампы. «Как тут может быть такой высокий потолок, если сверху было цветочное поле?.. Вроде как». Хотя теперь Роузи уже ни в чём не была уверена. Выставленные в ряд гигантские стеллажи вплотную доходили до стен склада. Между некоторыми из них коробки образовывали настоящие завалы. Они были разбросаны и по полу… Так много коробок пони ещё никогда в своей жизни не видела. Вдруг на ближайшем стеллаже Роузи заметила что-то яркое. На самой нижней полке, вровень с её ростом, были разложены… упаковки печенья? При мысли о еде в животе снова заурчало. Пони почти что подскочила к полке и жадным взглядом впилась в заветную пищу, которую она уже и не рассчитывала найти. Жёлтые, зелёные, розовые и оранжевые коробки, на которых были нарисованы тонкие прямоугольные крекеры. Но тут кобылка одёрнулась. «А разве могу я брать это?» Ведь порядочные пони определённо не воруют печенье со складов… Хотя и ситуация явно выбивается из обыденности. «В моём положении проблемы лучше решать по мере их поступления», — успокоила себя земнопони и вскрыла зубами первую упаковку.

Роузи настолько проголодалась, что опустошила коробку печенья за несколько минут. И даже успела приступить к следующей. Томящая пустота в желудке начала отступать, хотя в мышцах ещё ощущалась слабость. На вкус оно было не то чтобы сладким, но слегка напоминало яблоко. «Вероятно, оно было сделано с добавкой яблока или чем-то вроде того. Жаль, что я не понимаю этого языка», — пони покрутила в копытцах зелёную упаковку с изображённым на ней надломленным крекером и крупной надписью. Похоже, она начала улавливать некоторые закономерности в этих ни на что не похожих буквах. Вот они уже на её глазах стали складываться в слова и предложения, хотя смысла этих слов кобылка всё равно не знала. «А ведь от эквестрийской письменности это не сильно отличается». На самом деле не сказать, что Роуз была довольна таким обедом… или всё-таки завтраком? Но из съедобного на полках было одно лишь печенье. Когда пони откусила первый раз, то подумала, что это, пожалуй, вкуснейшее печенье, которое она пробовала. Но наверное, причиной тому был голод, а в самих крекерах ничего особенного не было. Роуз поднесла к губам следующую печенюшку и откусила. «На вкус действительно самые простые крекеры. Только с яблоком. А те, что в розовых упаковках, должно быть, клубничные». Махнув хвостом, кобылка потянулась к розовой коробочке, а затем также зубами вскрыла. «И правда клубника, по крайней мере, по вкусу». Конечно, можно было бы поискать здесь ещё что-нибудь съедобное… Но этот склад такой огромный, и здесь чего только нет! На соседней полке, например, были расставлены полиэтиленовые упаковки с рулонами салфеток, а рядом с ними — коробки, судя по рисункам, с электрическими утюгами и чайниками. И вообще она тут явно незваный гость, значит, вполне можно сказать, что, подъедая на чужом складе печенье, кобылка занималась мародёрством. Хотя сейчас эта мысль казалась Роузи просто нелепой. Чудовищный бардак, царивший в этом месте, создавал ощущение, что это место заброшено уже лет десять, только свет до сих пор горит. «Правда, это ещё одна причина быть со здешними продуктами поосторожнее». После трапезы, состоявшей исключительно из крекеров, кобылку вновь потянуло в сон. Всё-таки впечатлений было слишком много за сегодня. Никогда ещё Роузи не приходилось засыпать в таком странном месте, но может быть, на свежую голову проще будет сориентироваться? В окружении стеллажей и коробок кобылка почему-то чувствовала себя в безопасности… относительной. «Наверное стоит подстелить себе какую-то картонку», — пони пробежалась взглядом по ближайшему стеллажу. Не спать же ей на холодном полу… Слух кобылки уловил вдалеке приглушённый грохот. Ушки Роуз мигом встали торчком. «Что это было?» — кобылка завертела головой, пытаясь понять, откуда донёсся звук, — «может, просто показалось?» Но грохот повторился вновь. Пони встало на ноги и настороженно двинулась на звук.

— Может быть, ещё кто-нибудь заблудился здесь?

Роузи вдруг вспомнила зловещую улыбку в темноте… Если, конечно, это был не сон. «Нет, это точно не она». Хотя на всякий случай кобылка перешла на почти беззвучный шаг. Нескончаемые полки с коробками уходили далеко вверх, и оставалось только надеяться, что в следующий момент какая-нибудь из них не свалится ей на голову. «И всё-таки, как их вообще возможно оттуда достать. Наверное, тут бы только пегасы управились, хотя им бы здесь было ужасно тесно», — размышляла пони на ходу. Наконец, Роуз вышла в широкий проём между стеллажами и чуть было не натолкнулась на небольшой трактор. В недоумении она уставилась на неожиданную находку. «Нет, на трактор это не похоже. Наверное, какая-то складская техника». Может быть, погрузчик? Кобылка слышала, что они используются на фабриках, но вживую не видела ни разу. Погрузчик был покрашен в жёлтый цвет, впереди было устройство для переноски ящиков, а в кабине возвышалось чёрное сидение. «Такой машиной, наверное, жутко неудобно управлять», — подметила Роузи. Сиденье слишком высоко, да и до руля не каждая пони дотянется. Размышления прервал вновь раздавшийся грохот. Пони обернулась на шум, внимательна рассматривая стеллажи и изо всех сил надеясь, что кого-нибудь встретит. Со стеллажа неподалёку посыпались коробки. От неожиданности кобылка прижала ушки. Постояв ещё немного в нерешительности, земнопони всё же направилась к стеллажу тихо цокая по бетонному полу. Снова грохот. Теперь совсем рядом. Роузи напряглась. С верхней полки попадали все коробки, зацепив за собой нижние и образовав очередной завал. Даже сам стеллаж зашатался, от чего Роуз испуганно попятилась. А затем снова воцарилась тишина. Рядом определённо никого не было. Должно быть, коробки просто были плохо закреплены. Роузи начало казаться, что она тут совсем одна. Не только на складе, но и во всём мире. Что нет больше никакого Понивилля, нет её друзей и родственников, нет даже самих принцесс, которые больше не придут к ней на помощь ни наяву, ни во сне. Осталась только она, Роузлак, и бесконечный склад…

— Что за глупости? — пробормотала кобылка, понимая, что всё больше начинает нервничать, — мне просто нужно продолжать искать выход…

Снова раздался грохот, свет вдруг замигал, и лишь на одну секунду у дальней стены мелькнула белая мерцающая улыбка. И Роузи поняла, что нужно бежать. И она понеслась вдоль ряда стеллажей, перепрыгивая разбросанный под ногами хлам. Мигающий свет становился всё тусклее. А шум падающих коробок не прекращался, и теперь к нему прибавился оглушительный лязг металла. Оглянувшись, Роузи взвизгнула и пустилась в галоп: гигантские стеллажи, словно пластинки домино, падали друг на друга, коробки и ящики сыпались вниз, с треском разлетаясь в разные стороны, а зубастая пасть то и дело мелькала в тёмных углах, каждый раз всё ближе и ближе. Склад грохотал и рушился за её спиной, грозя просто раздавить маленькую кобылку грудой хлама. Но даже сквозь невыносимый звон было слышно злобное, шипящее хихиканье. Эта улыбка не была ни сном, ни иллюзией. Она была реальна и хотела сотворить с Роузи нечто ужасное, нечто куда хуже смерти. И потому, забыв про всякую усталость, пони продолжала бежать. Добежав до стены, кобылка нырнула в тёмный дверной проём и оказалось в сумрачной, тесной комнате, плотно заставленной коробками.

[Изображение: https://cdna.artstation.com/p/marketplace/presentation_assets/000/119/230/large/file.png?1554003507]

Пробираясь через картонный лабиринт, Роузи чувствовала спиной ту ледяную тьму, с которой уже столкнулась в сыром заплесневевшем коридоре. Больше она ей не поддастся! Но тьма догоняла. Она шуршала, и смеялась. Словно кошка, играющая со своей добычей. Ещё один коридор с коробками, затем дверь и опять коридор… Лёгкие кололо, сердце стучало, но страх всё нёс её вперёд. Теперь единственное, что имело значение — убежать от улыбающегося чудовища. В коридоре было темно, и только мигающие красные лампочки и неоновые таблички освещали дорогу. Кажется, на них было написано «выход»… По ушам бил звук сирен и жужжащий смех. Сзади сгущалась тьма, то и дело пытаясь ухватить её за хвост или копытце. Роузи не оглядывалась, оглядываться было нельзя! Она просто знала это. Вдоль коридора тянулись запертые двери… В темноте она чуть не натолкнулась на какую-то арматуру. В боку резануло, на глазах выступили слёзы. Но сейчас это было не важно. Слева мелькнуло пятнышко света. Не раздумывая, Роуз ворвалась в открытую дверь… В конце узкого коридора стены озарял серебряным светом лифт. Кобылка ощутила на затылке холодное шершавое прикосновение и из последних сил бросилась к своему шансу на спасение. Что-то потянуло её назад, но пони вырвалась и на всей скорости, пыхтя как грузовой состав, влетела в кабинку лифта и принялась, что было мочи, барабанить копытцем по кнопкам, встав на задние ноги. Смех раздался над самым ухом, но двери начали закрываться. Наконец, створки лифта захлопнулись, и пони почувствовала, что куда-то движется. Без сил она рухнула на пол, безуспешно пытаясь отдышаться. С потолка струился холодный свет, а до слуха доносилась играющая в лифте спокойная мелодия.

Лифт всё ехал и ехал. Кое-как кобылке всё-таки удалось вернуться в чувства… В последний раз ей приходилось ездить в лифте, когда она жила в Мэйнхэттене, но таких Роуз ещё не видела. Все поверхности в кабинке были выполнены из серебристого металла, а напротив двери висело огромное зеркало, из которого на неё смотрела растрёпанная и перепуганная жёлтая кобылка с красной гривой. Никогда бы Роузи не подумала, что умеет так быстро бегать. Она и сама не верила, что снова умудрилась улизнуть. Смерть будто преследует её шаг за шагом, а она то и дело ускользает. В боку вспыхнула боль, от которой Роуз согнулась пополам.

— С-селестия! — пискнула земнопони, осматривая свою шёрстку, — да я же кровью истекаю!

В боку и правда была рваная рана, из которой медленно сочилась на пол тёмная кровь.

— К-как же так случилось… Должно быть, пока я бежала… Что же теперь делать? — запаниковала Роузи, но быстро себя одёрнула.

Дома, в Понивилле она могла позволить себе панику, но не здесь. Кобылка уже поняла, что это место враждебно к ней, и если она хочет вернуться домой, то ей нужно хотя бы остаться в живых для начала… Жить ей хотелось. «Наверное, именно так сказал бы Балк Бицепс, будь он на моём месте», — усмехнулась про себя Роузлак, вспоминая мускулистого белого пегаса с довольно резким характером. «Так, сосредоточься, Роуз, нужно понять, что делать с этой раной». Кровь и не думала останавливаться сама по себе. Пони не знала, насколько рана была глубокой, но каждое движение отзывалось режущей болью.

— Нужно сделать перевязку, — вспомнила Роуз, как в институте её учили оказывать первую помощь пострадавшему.

Пытаясь придумать, где же ей сейчас взять бинты, кобылка заметила валяющуюся в углу лифта сумку, из которой вываливался какой-то продолговатый прямоугольный предмет. Притянув сумку за ремешок, кобылка принялась рыться в ней копытцем и действительно нащупала пару смотанных бинтов… А ещё вату и пару пузырьков с зелёнкой. Да тут целая аптечка. Было до жути неудобно, а от боли пришлось прикусить губу, но она всё же смогла наложить на рану довольно тугую повязку, остановившую кровь. У любой медсестры это, наверняка, вышло бы намного лучше, но вряд ли поблизости была больница. Рассчитывать сейчас можно только на себя. «Стоит взять эту сумку с собой, всё-таки полезная находка». После пары неудачных попыток Роузи всё же смогла надеть сумку на шею, перекинув через плечо, и закрепить вторым ремешком на поясе. Прямоугольный предмет оказался весьма тяжёлым, хоть и сделан был из пластмассы. Когда Роузи нажала на какую-то защёлку, раскрылся, словно книжка. На одной стороне был побитый чёрный экран, как у телевизора, а на другой — несколько десятков кнопок, слишком мелких для её копыт.

— Странная штуковина… — пони закрыла неизвестный предмет и вернула туда, где взяла.

Никогда прежде она не видела подобных устройств. Лифт вдруг издал короткий писк и остановился. Створки раздвинулись, и перед кобылкой открылся белый коридор с блестящим паркетом. Судя по всему, больше никуда ехать лифт не собирался. Вновь взглянув на себя в зеркале, Роузи лишь коротко вздохнула: насколько измотанной и жалкой она сейчас казалась… Кобылка медленно вышла из лифта, и двери закрылись за её спиной. Внимание её привлекло прямоугольное окно в стене. За стеклом открывался вид на белый крытый дворик пятиугольной, вроде как, формы с такими же окнами. А рядом с окном стоял белый диван. Роузи, пересиливая боль, взобралась него и растянулась на мягком и упругом покрытии. «Мне просто нужно немного отдохнуть». Кобылка огляделась: в коридоре царили тишина и покой, освещение было приглушённым, поэтому глаза жёлтой пони начали слипаться, и уже через минуту раненая и измученная Роузи провалилась в беспокойный сон.