# Грехи Прошлого: Отблески 2

MrTaNk667

Время в Эквестрии идёт, но заманчивый вопрос "Что, если?" остаётся. Твайлайт задается вопросом "что, если", пытаясь вести Эквестрию к светлому и процветающему будущему. Каденс задается вопросом "что, если", когда видит, как растёт её дочь.

Возможность спросить "что, если" снова соблазняет, но действительно ли маленькие пони готовы к ответам?

[Изображение: https://cdn-img.fimfiction.net/story/qtq9-1630271317-502114-full]

Девятая, и, на данный момент, последняя часть Грехов Прошлого.

Предыдущая часть

Список всех частей:

Первая часть: «Грехи прошлого»

Вторая часть: «Грехи прошлого: Найтмер или Никс?» (будет написано что перевод не завершен однако он полностью закончен)

Третья часть: «Грехи прошлого: Побрякушки»

Четвертая часть:«Грехи прошлого: Первые часы» или «Грехи прошлого: Рождение»

Пятая часть: «Грехи прошлого: Зимние колокола»

Шестая часть: «Грехи прошлого: Дорога домой»

Седьмая часть: «Грехи прошлого: Отблески»

Восьмая часть: «Грехи прошлого: Падение Кантерлота»

Девятая часть: «Грехи прошлого: Отблески 2»

## Вариация первая - Глубины

От переводчика: Данная глава посвящена фанфику Into The Deaths, за авторством того же Pen Stroke, его перевод можно прочитать здесь

Что, если Грехи прошлого и Into The Depths существовали бы в одной вселенной?

__________________

Винтер Висп наблюдал, как единорог аккуратно распаковывал свой чемодан, раскладывая вещи определённым образом на кухонном столе. Для него было так странно находиться в подобной ситуации. Связаться и доверить совершенно незнакомому пони что-то настолько важное и такое... нервирующее, пугающее и личное. Было так много слов, и ни одно из них, казалось, не могло описать ситуацию.

Набор аккуратно сложенных листов, идеально выравненных по столу. Чернильница и перо девственно белого цвета. Эти предметы, которые принёс единорог, были обычными, но затем начали появляться и более специфические. Он положил компас и его стрелка закачалась, быстро выравниваясь в сторону севера. Крошечный колокольчик на крошечной подставке, похожий на тот, что можно купить в комплекте с крошечным игрушечным городком. И медальон с шестью маленькими драгоценными камнями по краю и изображением скалистого дерева.

— Мистер Висп.

Винтер Висп вздрогнул и поднял глаза. Жеребец уже закончил распаковывать свой чемодан, а Висп был так увлечён изучением странных вещей единорога, что не заметил этого. Сам же единорог был таким же, как и любой другой. Он был тусклого красного цвета, как тлеющий уголёк в камине, среднего роста и телосложения. — Простите, мистер Харт. Просто... отвлёкся.

— Можно понять. Судя по письму, сейчас у вас довольно трудные времена. Пожалуйста, просто чтобы я услышал это лично от вас, не могли бы вы рассказать мне, как всё происходило?

Висп кивнул, его глаза снова обратились к маленькому компасу. Он выглядел новым, снаружи всё ещё отполированный и до блеска начищенный. В отблесках он даже смог разглядеть себя и свой окрас, напоминающий зиму и подходящий для пегаса с его именем.(прим. Winter Wisp — Зимний Огонёк) Вместе с мистером Хартом, они были как огонь и лёд.

— В этом доме жил мой дядя, прежде чем скончался. Был большой семейный спор о том, кто унаследует его. Бывшая жена моего дяди и её семья ожидали заполучить его. Когда они развелись, моя... "тётя" попыталась получить больше, чем заслуживала. В какой-то степени, она преуспела, но дядя держался за этот дом и поклялся, что та никогда его не получит. Что ж, это обещание не ушло вместе с ним. А потому в завещании было чётко прописано, что его бывшая жена и её семья не могли завладеть этим дом, и не важно, кто бы его в итоге получил.

Глаза Виспа блуждали по ближайшему окну. — В конце концов, было решено, что дом станет моим. Я был в восторге. Такой дом, да в Кантерлоте? Это была мечта, ставшая явью для моей семьи. Моя жена смогла найти здесь работу получше. Теперь она шеф-повар и пытается проложить себе путь в Седельный Ряд. И школы здесь, в Кантерлоте, такие хорошие. Моя маленькая кобылка, Спринг Степ, чувствует себя так хорошо. У неё появились новые друзья, и она любит своего учителя.

— Но... — начал мистер Харт.

Этот тон... да, Висп знал, что ходит вокруг да около, пытаясь не сказать то, что звучало так безумно. Он сглотнул, собрался с духом и отвернулся от окна, чтобы снова взглянуть на своего гостя. — Но в последнее время происходят странные вещи. Всё началось, когда зашла бывшая жена моего дяди. Она принесла подарок на новоселье. Я был так удивлён. Такой хороший жест. Я подумал, что она пытается наладить отношения.

— В подарке была кукла, и Спринг Степ сразу же влюбилась в неё. Она назвала её мисс Чашка и даже начала разговаривать с ней. Я не задумывался об этом. Все жеребята представляют свои игрушки живыми. Так было и со мной, когда я был жеребёнком. Она просто игралась, и всё было просто... нормально.

— Пока не стало ненормально, — сказал мистер Харт, используя свою магию, чтобы написать несколько заметок на бумаге перед ним, хотя саму стопку он не двигал. Страницы оставались идеально выравненными.

— В один день, Спринг Степ отправили домой из школы за то, что она ударила другого ученика. Она никогда не поступала так, и уж тем более из-за какой-то мелочи. Она была так зла и стала закатывать истерики. Не помню её такой с тех пор, когда она ещё была жеребёнком. Я понимаю, что иногда всё меняется по мере взросления, что жеребята проходят через разные этапы, но, как я уже написал в письме, однажды я попытался отправить Спринг Степ в её комнату, а она просто смотрела на меня. Она смотрела на меня глазами, в которых была... пустота.

— Нет... пустота — не то слово. Словно... кто-то другой смотрел на меня, изучал меня. Моя жена так смотрит на помидоры, пытаясь выбрать лучший. Только теперь, помидором был я. Словно меня оценивали.

Висп слегка сглотнул. Воспоминание об этом моменте заставило его напрячься и расслабить крылья, в попытках избавиться от неприятный ощущений. — После долгого молчания Спринг Степ тогда сказала: "Мисс Чашка заставит тебя пожалеть." — Висп вздрогнул, повторяя слова, от которых у него по спине пробежал холодок. — Проблема не в том, что она сказала, а в том, как она это сказала — с абсолютной твёрдостью в голосе. Она угрожала мне тем, что её кукла, кукла её тёти, заставит меня пожалеть... и я поверил. Я почувствовал, что это была реальная угроза... от моей маленькой кобылки.

— А потом начались "происшествия"?

— Я думал, что это я просто неуклюжий. Что-то упало со стола на кухне. Я был уверен, что просто поставил неудачно. Но потом моя жена порезалась во время готовки. Как я уже сказал, она опытный шеф-повар. Может быть, она и могла бы порезаться, но то была глубокая рана. Она бы никогда не совершила такой ошибки. Ей понадобилось пять швов, целебное зелье, и два выходных, чтобы восстановиться, настолько порез оказался глубоким. Затем по ночам начались звуки.

— Я считал, что это Спринг Степ идёт в ванную, но звуки были слишком громкими. Шаги копыт были слишком тяжелыми. Думалось мне, что кто-то вломился, но мы с женой обыскали весь дом и ничего не нашли. Сейчас это происходит как минимум раз в неделю. Иногда по ночам мне кажется, что всё это плохие сны. Что мой мозг всё выдумывает, потому что я беспокоюсь о Спринг Степ. Но прошлой ночью дверь в нашу комнату открылась сама по себе.

Мистер Харт кивнул, продолжая делать заметки. — И это проиходило после того, как вы поговорили с полицией и обратились в МБР?

Висп решительно кивнул. — Да, да. Мы поговорили с полицией после первой же ночи. Они всё осмотрели и не смогли найти признаков взлома, но мы же в Эквестрии. Существует магия и телепортация, поэтому они сказали мне обратиться в Магическое Бюро Расследований. И ещё раз спасибо вам за то, что пришли разобраться во всём, мистер Харт.

— Это моя работа, сэр, хотя я должен признать, что не смог найти никаких признаков телепортации внутрь дома или наружу. Магическое пространство вокруг дома довольно стабильно и находится в пределах допусков.

Висп почувствовал, как его сердце упало. — Значит... вы ничего не можете сделать?

— Я этого не говорил. Вся ситуация, которая, я полагаю, вызвана более хаотичной магией, находится в пределах юрисдикции МБР.

— Хаотичной магией? — Спросил Висп, никогда раньше не слышавший подобного подбора слов. Этот подбор, казалось, только усугубил тревогу, сжимавшую сердце Виспа.

— Эквестрийцы много знают о магии единорогов и о тех артефактах, которые можно создать с её помощью. Эквестрия также является лидером в магии зелий. Но в мире есть много видов магии, сэр. Я верю вашим опасениям о происходящем в доме, но мне нужно ещё немного разобраться в ситуации, чтобы быть уверенным в её природе.

— П-пожалуйста, скажите, что я могу сделать.

Мистер Харт набросал ещё несколько заметок, прежде чем постучать пером по чернильнице. — Могу ли я увидеть эту куклу, эту мисс Чашку?

Висп кивнул, вставая со своего места за столом. — Д-да, конечно. Минутку. — Висп быстро выбежал из комнаты и направился наверх. Открыть дверь в комнату Спринг Степ было легко, так как на ней не было замка. Мисс Чашка сидела там же, где и всегда, прямо в центре кровати Спринг Степ. Спринг Степ всегда очень аккуратно ставила куклу на одно и то же место каждый день перед тем, как идти в школу.

Висп схватил куклу, держа её в своём крыле, и побежал обратно вниз. Кукла была довольно милой, Висп должен был это признать. Маленькая розовая пони с гривой из жёлтой пряжи и улыбкой на лице. Похоже, она была сделана вкопытную, но, как бы мило она ни выглядела, странный запах всегда ударял в нос Виспа, когда он прикасался к ней. Будто Спринг Степ уронила её во что-то неприятное, и запах оставался независимо от того, сколько раз игрушку стирали.

И тот же самый запах едва коснулся носа Виспа, когда он достиг нижней ступеньки лестницы. Он вернулся на кухню и положил куклу на стол. — Вот она, — сказал он, глядя на мистера Харта.

Мистер Харт кивнул и некоторое время молча наблюдал за куклой. Висп увидел, как его нос сморщился. Он учуял тот же запах? Виспу стало легче на душе от того, что он был не единственным, кто мог чувствовать этот запах. Он не понимал, как его дочь никогда не жаловалась на это.

Жеребец-единорог ещё несколько мгновений понаблюдал за куклой, царапая заметки, которые Висп не мог прочитать с того места, где стоял. Затем мистер Харт взял компас и поднес его поближе к кукле. Стрелка компаса продолжала указывать на север, независимо от того, как жеребец позиционировал компас. Он ждал что что-то произойдёт? Не уж то думал, что в кукле спрятан магнит?

Затем жеребец позвонил в маленький колокольчик, осторожно постукивая по нему копытом, в то время как его магия удерживала компас рядом с куклой. У маленького колокольчика был очень приятный звук. Несмотря на свой небольшой размер, он напоминал Виспу колокольчики, которые иногда висели над дверьми магазинов. Приятный, чистый, резкий звук, который было легко услышать.

Динь... Динь... Динь... Мистер Харт звонил в колокольчик через равные промежутки времени и делал это довольно долго. Висп, сам того не желая, начал считать, сколько раз прозвенел звонок. Восемь... девять... десять... он начинал чувствовать беспокойство. Такое поведение было странным. Что могло бы... но затем его глаза увидели что-то, проблеск движения. Винтер Висп сфокусировал своё зрение и задался вопросом, не мерещится ли ему.

Каждый раз, когда мистер Харт звонил в колокольчик, стрелка компаса дёргалась, ненадолго поворачиваясь в сторону куклы, прежде чем снова указать на север.

Наконец, позвонив в колокольчик несколько десятков раз, мистер Харт положил компас обратно и нацарапал несколько дополнительных заметок. Пока писал, он левитировал медальон. Тот был прикреплён к тонкой верёвочке, и мистер Харт позволил ему болтаться на ней, поднос тот поближе к кукле. Медальон лениво вращался, раскачиваясь взад и вперед, пока верёвочка пыталась раскрутить саму себя.

И всё же Висп заметил, что драгоценные камни на медальоне немного светились. Каждый из них светился с разной интенсивностью, за исключением одного камня, который не стал загораться вовсе. Мистер Харт, похоже, тоже обратил на это внимание, поскольку набросал схему медальона в своих заметках и записал детали о каждом камне там же.

Затем мистер Харт убрал медальон и начал собирать свои принадлежности, включая заметки, чернильницу и перо.

Висп несколько раз переводил взгляд с куклы на мистера Харта. — П-подождите, это всё? Я имею в виду... ладно, у меня были свои подозрения насчёт куклы, но вы знаете, что происходит? Что-то вообще происходит? Кто-то что-то сделал с ней?

Мистер Харт закончил укладывать всё обратно и закинул вещи на спину. Затем он левитировал и надел шляпу на голову, его рог быстро нашёл отверстие в ткани. — Мои первые предположения заключаются в том, что с этой куклой и, соответственно, с вашей дочерью было сделано что-то магическое. И хотя обычно я бы остался и продолжал заниматься расследованием, мои предположения так же указывают и на то, что тут потребуется помощь специалиста.

Мистер Харт повернулся, чтобы уйти, и в панике Висп быстро побежал за ним. — Н-но что насчёт Спринг Степ? С моей дочерью всё будет в порядке?

— Я обещаю вам, сэр, с вашей дочерью всё будет в порядке. — Мистер Харт остановился в дверях. Его магия потянула за ручку и открыла дверь, когда он обернулся, чтобы посмотреть на Винтер Виспа. — Бюро отправит кое-кого сегодня вечером, чтобы помочь вашей дочери. Ожидайте её ровно через час после захода солнца. Пожалуйста, сообщите вашей жене, но ради вашей дочери постарайтесь соблюдать приличия. Будет лучше, если она поверит, что всё нормально.

— А эта пони... она сможет помочь?

— Если это та, о ком я думаю, я обещаю вам, сэр, она лучшая пони для этой работы.

~~~

Позже тем же вечером Висп смотрел на часы, наблюдая, как минутная стрелка медленно ползёт, сокращая дистанцию до момента, когда должен был прибыть агент МБР. Он взглянул на свою жену, Грин Гарниш. Они сидели вместе на диване. Он держал книгу крылом, в то время как Грин Гарниш, как земная пони, держала свою копытами. Они, как пара, обычно проводили вечера, разговаривая и читая книги вместе, в то время как Спринг Степ играла в гостиной.

Спринг Степ выглядела так, будто всё было нормально. Она играла в какую-то игру, в которой участвовали мисс Чашка и несколько других её игрушек. По расположению игрушек Висп не мог точно понять, что происходит, но мисс Чашка, как обычно, была в центре внимания.

И всё же, пока их дочь весело играла, ни Висп, ни Гарниш не могли сосредоточиться. Они почти не разговаривали. Сам Висп сидел на одной странице последние полчаса, и мог точно сказать, что у Гарниш дела обстоят не намного лучше.

Ещё один взгляд на часы, и минутная стрелка отсчитала очередную минуту. Время пришло, и в ту же секунду раздался вежливый стук в дверь.

Висп чуть из шкуры не выпрыгнул. Да, он ждал этого момента. Он с тревогой ждал, но внезапность стука всё же испугала его. Спринг Степ и Грин Гарниш тоже были застигнуты врасплох, и теперь вся семья смотрела на дверь.

— Я открою, — сказал Висп, пытаясь обрести голос. Он встал с дивана и, используя свои крылья, подлетел к двери. Он поставил копыто на дверную ручку, но не открывал, чтобы собраться с силами. Как собака стряхивает воду, он попытался стряхнуть свою нервозность, прежде чем всё таки открыть дверь. Он посмотрел прямо перед собой.

Там, где ожидалось увидеть морду пони, вместо этого он увидел белый воротничок и королевский фиолетовый галстук.

— Винтер Висп, я полагаю.

Глаза Виспа переместились вверх. Ему пришлось сделать шаг назад, чтобы не сломать шею. Кобыла на его крыльце была высокой, как принцесса, и чёрной, как сама ночь. Помимо воротничка и галстука, на ней также были квадратные очки. Её волосы были собраны в пучок на затылке, и на первый взгляд Висп мог бы подумать, что эта кобыла — принцесса библиотекарей.

"Принцесса" было довольно точным определением. Ведь когда Висп рассмотрел кобылу получше, он заметил, что у нее есть и рог, и пара крыльев. Аликорн, один из эквестрийской шестёрки. И без лишних слов Висп знал, кто перед ним стоит.

— Д-да, — сказал он, наконец, осознав, что не ответил на вопрос кобылы.

— Агент Спаркл, МБР. Я полагаю, вы ожидали моего прихода.

— Д-да, — снова сказал он, быстро отступая назад, когда кобыла подтвердила его подозрения относительно своей личности. Из-за своей высоты ей пришлось пригнуться, чтобы пройти в их дверь, и, встав в полный рост, она чуть не задевала потолок своим рогом. И всё же она ступала осторожно, как будто совершенно привыкшая находиться в местах, предназначенных только для пони нормального размера.

Висп почувствовал, как его жена подошла к нему, и теперь они оба смотрели на эту гигантскую пони. — Спаркл... она только что сказала "Спаркл"? — Спросила Грин Гарниш тихим шёпотом. — Ты же не думаешь...

— Кто ещё это может быть!? Как ты думаешь, сколько аликорнов в Эквестрии? — Висп ответил, пока они оба не сводили глаз с аликорна. Никс Спаркл, возрождённая и искуплённая Найтмер Мун, была в их доме. Они видели в газетах, что дочь их нынешнего правителя, принцессы Твайлайт Спаркл, работала в МБР вместо того, чтобы управлять королевством вместе с матерью. Но Висп никогда бы не подумал, что она окажется в их доме.

Никс закрыла дверь и осторожно сняла сумки со спины. Сглотнув большой комок в горле, Висп сумел снова обрести дар речи. — Не желаете ли чего-нибудь?

— Нет, нет, спасибо — Ответила Никс, оглядывая комнату, пока её взгляд не остановился на Спринг Степ, смотревшую на Никс с широко раскрытыми глазами. — Должно быть, это ваша дочь.

— Д-да.

В одно мгновение суровое и серьёзное поведение Никс растаяло. Она осторожно опустилась вниз, ложась животом на пол. Учитывая длину её шеи, голова всё ещё была близка к уровню глаз Виспа и Гарниш, но она старадась опустится так низко, как только могла, чтобы обратиться к Спринг Степ.

— Привет, Спринг Степ. Меня зовут Никс.

— Ты высокая, — сказала Спринг Степ. Висп чувствовал себя немного смущённым из-за того, что его дочь позабыла все манеры, но и винить её не мог. Всё таки обстоятельства были крайне странными.

— Да уж, наверное это так, но я надеюсь, что ты не боишься меня. Похоже, тебе очень весело. Что ты делаешь?

— Принцесса Чашка правит своим королевством, а я ей помогаю! — сказала Спринг Степ, гордо протягивая куклу передними копытами. Спринг Степ унаследовала черты матери, отчего была земной пони.

— Что ж, похоже, у неё много счастливых подданных и впечатляющее королевство. — Рог Никс начал светиться, а её седельные сумки дёрнулись, когда она их открыла. Из сумки она достала другую куклу, намного старше и уже повидавшую виды. В некоторых местах были заплатки, а серая ткань выглядела потёртой и выцветшей. — Будет ли принцесса Чашка согласна принять дипломатического гостя из другой страны, мисс Смарти Пэнтс?

— Конечно! — только и сказала Спринг Степ, прежде чем быстро поднести свою куклу к уху. Спринг Степ кивала головой, как будто внимательно слушала. Висп наблюдал за происходящем, чувствуя себя словно во сне. Аликорн была в его гостиной, играясь в куклы с его дочерью? Он точно не бился головой обо что-то?

— Эм... вообще... принцессе Чашке не очень нравится мисс Смарти Пэнтс, — в конце концов сказала Спринг Степ, прижимая мисс Чашку к груди.

— Какая жалость. Я всегда считала Смарти Пэнтс таким хорошим другом, — сказала Никс, глядя на Смарти Пэнтс, прежде чем снова сосредоточиться на Спринг Степ. — Принцесса Чашка не сказала, почему ей не нравится Смарти Пэнтс?

— Сказала только то, что она ей не нравится. Говорит, что "он лжец".

— Может быть, попробуешь поиграть со Смарти Пэнтс сама? Так ты сможешь узнать, насколько она дружелюбна. Может нам стоит обменяться, чтобы и я могла познакомиться с мисс Чашкой?

— Нет!

Висп вздрогнул, крик оказался громче, чем он ожидал. Никс просто попросила посмотреть куклу, а Спринг Степ ощитинилась, будто её собрались отнять. Поведение, которое просто не поддавалось объяснению. — Спринг Степ, это не...

Никс прервала его. — Всё в порядке, — сказала она, подёргивая крылом, чтобы остановить приближение Виспа. Затем Никс поднесла Смарти Пэнтс к уху и коротко “послушала” её, прежде чем опустить ту обратно на землю. — Моя дорогая принцесса Чашка, я приношу извинения за то, что, возможно, обидела вас, но я приехала издалека, чтобы обеспечить вашу безопасность. Я слышала ужасные новости о том, что вы, возможно, поражены ужасной болезнью.

Никс говорила глупым, более высоким тоном, чем её обычный голос, и использовала магию, чтобы заставить Смарти Пэнтс расхаживать по полу, как будто та была живым существом. И снова Висп задался вопросом, не снится ли ему просто какой-то дурной сон. Это не могло происходить взаправду.

— Нет, она не больна! — Крикнула в ответ Спринг Степ, её голос становился всё громче. Она была в ярости, и Висп чувствовал, что его дочь была на грани настоящей истерики.

— Принцесса Спринг Степ, я знаю, как глубоко вы заботитесь и тесно связаны с принцессой Чашкой, но я должна выразить свою озабоченность, — продолжила Никс, всё ещё говоря своим дурацким голосом Смарти Пэнтс и заставляя куклу ходить. — Мой друг — очень хороший кукольный доктор. Она просто хочет помочь.

— Нееееееееееееееееееет! — Спринг Степ кричала, громко и болезненно. Висп поморщился и сделал шаг вперед, чтобы угомонить свою дочь. Никс вытянула крыло, остановив его, несмотря на то, что его дочь продолжала кричать. В какой-то момент Виспу показалось, что что-то треснуло, но он не смог понять, что именно.

В конце концов, у Спринг Степ закончился воздух. Она была вынуждена сделать глубокий вдох, держа куклу, словно от этого зависла её жизнь. Никс осторожно пролевитировала Смарти Пэнтс обратно в свои сумки, прежде чем, используя магию, взяться за один край своих очков. Она сняла их.

Трещины на линзах напоминали паутину. Винтер Висп задаться вопросом: крик его дочери сделал это? Он знал, что некоторые оперные певцы могут разбить стекло, но для этого требовалось долго удерживать определённую ноту. Крик его дочери точно не был столь определённым.

— Так много очков уже испортила, — сказала Никс, оглядываясь на пару. Висп почувствовал, как его сердце на мгновение пропустило удар. Круглые зрачки, которые были у кобылы, когда та вошла в дом, исчезли, теперь их заменяли узкие вертикальные. — Есть ли место, куда я могу это выбросить?

Мозгу Виспа потребовалось мгновение, чтобы вернуться к реальности, прежде чем он смог отвести взгляд от этого пронзительного взгляда и указать на кухню. — Д-да, вон там стоит мусорное ведро.

Никс даже не потрудилась встать. Она просто использовала свою магию, чтобы левитировать разбитые очки в другую комнату и выбросить их в мусорное ведро. Затем она снова сосредоточилась на Спринг Степ. — По всей видимости, я пришла вовремя. Сущность всё ещё привязана к кукле.

Висп взглянул на Гарниш, и они обменялись озадаченными взглядами, прежде чем Гарниш посмотрела на Никс и заговорила. — Сущность? О чем вы говорите?

Никс поднялась на копыта, снова возвышаясь над всем и вся в комнате. — Я объясню позже. А пока, я думаю, следует уложить Спринг Степ в постель.

— Мисс Чашка говорит, что это хорошая идея. Она не хочет быть рядом с вами или вашей вонючей старой Смарти Пэнтс, — твёрдо сказала Спринг Степ. она быстро подбежала к Виспу и вцепилась в его ногу. Висп рефлекторно попыталась успокоить свою дочь. Он положил копыто ей на плечо и почувствовал, как то было напряжено. Спринг Степ не боялась. Она не дрожала. Вместо этого она сжалась и напряглась. Словно змея, готовая к нападению.

— Тогда... ладно, давай... ложиться спать, милая. — Висп и Гарниш повели Спринг Степ наверх, в то время как Никс следовала на несколько шагов позади. Это было немного жутко, но Висп не мог заставить себя сказать что-либо. Он просто пошёл укладывать свою дочь в постель, пока Гарниш наполняла стакан водой из раковины в ванной. Всё было по-нормальному. Пожелания спокойной ночи и много поцелуев, но за всем этим неловко наблюдала Никс, которая маячила в дверях.

Вскоре всё, что осталось сделать — это выключить лампу и закрыть дверь, но именно в этот момент Никс вытянула крыло и мягко похлопала Виспа по плечу. Она жестом пригласила его и Гарниш присоединиться к ней в коридоре, пока Спринг Степ лежала в постели и закрывала глаза.

— Не позволяйте ей выходить из комнаты.

Висп моргнул, взглянув на Гарниш, затем на Спринг Степ, а затем обратно на Никс, пытаясь переварить слова, которые только что слетели с её губ. — Что?

Никс повторила свои слова, они были твёрдыми, несущими в себе неоспоримый авторитет, присущий агентам МБР. — Я могу помочь вашей дочери, но только если вы не позволите ей выйти из комнаты, пока я не скажу. Вы должны пообещать мне это.

— Но что вы..?

— Пообещайте мне.

Висп сделал тревожный шаг назад, страх шевельнулся в глубине его живота. Но... он взглянул на Гарниш, затем снова на Никс. Его слова прозвучали неуверенно, но он кивнул головой. — Мы обещаем.

Никс кивнула, и её рог засветился. Всё произошло так быстро, что Виспу было трудно всё это осознать. Одним быстрым движением Никс дотянулась своей магией до мисс Чашки и схватила её. Затем она вытащила куклу из комнаты. Спринг Степ проснулась в тот же момент, когда почувствовала, что мисс Чашку уносят. Маленькая кобылка села в кровати и закричала. Она попыталась выбраться из кровати, вернуть свою, теперь уже украденную, куклу, но Никс плотно закрыла дверь в спальню.

— Не дайте ей выйти, — снова сказала Никс. Её магия обернулась вокруг Гарниш, передвигая крепкую кобылу земную пони и поставив её копыта на дверную ручку. Висп уже слышал, как его дочь колотит в дверь и дёргает за ручку, пытаясь выбраться. Тем не менее, на данный момент, магия Никс гарантировала, что дверь не сдвинется с места.

— Но...!? — Гарниш пытался протестовать, но Никс уже уходила, направляясь вниз.

— Не дайте ей выйти! — Никс исчезла из поля зрения, когда Висп оглянулся на Гарниш, которая теперь использовала свою силу и вес, чтобы держать дверь закрытой. Их дочь кричала с другой стороны двери, колотила в неё и причитала. Это была полномасштабная истерика.

— Что она собирается сделать!? — Гарниш спросила в полном недоумении.

Висп посмотрел на лестницу, затем снова на свою жену. Вся ситуация явно начинала надоедать Гарниш. И, честно говоря, Виспу тоже. Никс только что украла игрушку их дочери!? — Я... Я просто... Я пойду спрошу, просто... не выпускай её.

— Так ты на её стороне!?

— Всему должна быть причина, просто дай мне минуту. — С этими словами Висп взмыл и улетел вниз. За это короткое время, Никс успела раздвинуть мебель и убрать ковры, чтобы освободить место на полу. Теперь она рисовала мелом на деревянном полу. Висп приземлился, на мгновение потеряв дар речи, поскольку мог только смотреть на то, как аликорн... разрисовывает его пол!

— У вас есть вопросы, мистер Висп? — Сказала Никс, не отрываясь от своей работы, но признавая его присутствие. Она продолжала рисовать мелом различные формы и символы, и всё это вокруг куклы.

Хотя правильнее сказать "кукол". Мисс Чашку держала в удушающем хвате кукла Никс, Смарти Пэнтс. Ни одна из кукол не двигалась. Было похоже на то, что кто-то поставил их таким образом, но в то же время Висп не мог понять, как куклы сделанные только из ткани могли оставаться в подобной позе.

— Несколько, и первый должен быть очевидным. Зачем вы украли куклу моей дочери?!

— Потому что она одержима.

Одержима? От этого слова Висп встал в ступор. Крики его дочери наполняли дом, и его родительские инстинкты, требующие забрать куклу обратно, боролись с желанием логической части его мозга понять, что происходит. Одержима... одержима... это слово да в таком контексте... его мозг обратился к единственному, о чём можно было подумать.

— Чем-то вроде призрака?

— А вы проницательны, мистер Висп, — сказала Никс, продолжая свою работу. Она закончила рисовать на полу и теперь достала из сумки деревянные миски и закупоренную стеклянную бутылку. Никс расставила чаши по кругу и начала насыпать в каждую чашу содержимое бутылки, которое представляло собой какой-то странный блестящий порошок.

— Вы хотите сказать, что нас преследует призрак!? Вы с ума сошли? — Он шагнул вперёд, но почувствовал, как магия Никс мягко оттолкнула его назад.

— Не пересекайте линии, — сказала она, когда несколько искр слетели с её рога. Чаши с порохом загорелись, светясь синим пламенем, и начали наполнять комнату едким дымом. Пахло смесью лаванды и жжёного сена. — И нет, не призрак, а сущность.

— Что!?

— Мне не нужно напоминать вам, мистер Висп, что в этом мире полно разной магии. Большая часть этой магии исходит из естественного мира и естественного порядка вещей. Но некоторые виды магии, которые придерживаются своих собственных хаотичных правил, черпают силу из духов. Дискорд является ярким примером этого. И хотя он есть и всегда будет хаотично уникальным, он не единственный дух, способный влиять на мир нетривиальными способами.

— Тысячу лет назад принцесса Луна использовала книгу, чтобы связаться с подобными сущностями и получить силу Найтмер Мун. Не так давно эти сущности пытались не один, а два раза получить свою часть сделки, придя в наш мир. Теперь же, мы на войне, мистер Висп, тихой войне, идущей в тенях и тьме.

Висп откашлялся. В комнате становилось туманно из-за дыма горящих порошков, но, даже так, он видел, что узор на полу светился. — И я боюсь, что ваша бывшая тётя перешла на вражескую сторону, — продолжила Никс. — Думаю, она была так зла из-за наследства, что была готова на всё, лишь бы заполучить этот дом. И вот мы здесь.

Крики Спринг Степ становились всё громче и злее, а удары в дверь всё более сильными. Они начали слышать трески и грохот, как будто она крушила свою комнату. Висп слышал, как Гарниш пытается успокоить их дочь, но через мгновение она повысила голос, чтобы закричать. — Висп, что у вас там происходит!?

— Просто... продолжай держать дверь! Я... мы... делаем всё, что в наших силах!

— Делайте быстрее!

Висп вздрогнул от гнева в голосе своей жены, уловил его и перенаправил на Никс. — Быстрее можно?

— Быстрее некуда, мистер Висп. Эти сущности придерживаются своих собственных странных правил, но одно из наиболее распространённых и чётких заключается в том, что они должны быть привязаны к чему-либо. Эта сущность привязалась к кукле и со временем перешла бы на вашу дочь. Мне нужно разорвать связь, чтобы уничтожить сущность.

Туман в комнате рассеивался, но только потому, что дым концентрировался в единое густое облако, которое парило над двумя куклами. Затем Никс шагнула вперед, подняла копыто и погрузила его в облако... и то не вышло с другой стороны. Вместо этого её копыто погружалось всё глубже и глубже в облако, словно в воздухе внезапно образовалась дыра.

Висп был так сбит с толку, что почти не заметил, как в доме воцарилась тишина. А затем... плач. Он повернул голову и посмотрел на лестницу, его сердце защемило. Звучало так, будто Спринг Степ устала кричать и теперь просто умоляла вернуть её игрушку.

— Милая, всё хорошо. — Висп услышал, как Гарниш говорит наверху.

— Мистер Висп, не дайте ей открыть эту дверь! — Приказала Никс, её передняя нога теперь полностью погрузилась в облако.

Виспу пришлось покачать головой, возвращаясь к странности всей ситуации, когда он посмотрел на Никс, а затем снова на лестницу. — Ч-что?

— Сущность сопротивляется. Это попытка обмануть вашу жену. Не дайте ей открыть эту дверь!

Разум Виспа наконец начал приходить в себя. Спринг Степ прекратила истерику. Теперь она плакала. Первым инстинктом родителя было бы утешить плачущего ребёнка. Это было бы первым, что он сделает. Именно это хотела бы сделать его жена. И если это действительно...

— Ну же!

Крик Никс, наконец, заставил Виспа взять себя в копыта. Он взлетел обратно по лестнице, пытаясь добраться до двери. Добравшись до верхней ступеньки, он повернулся и посмотрел вдоль коридора. Гарниш уже повернула дверную ручку и теперь открывала дверь.

То, что вырвалось из комнаты, было рёвом, глубоким и первобытным. Дверь распахнулась внутрь с такой силой, что сорвалась с петель. Вместе с ней вперед улетела и Гарниш. Она ударилась лбом о дверной косяк и осталась лежать на полу.

Они так и не выключили свет в комнате Спринг Степ, и всё же теперь за дверным косяком не было ничего, кроме тьмы чернее чернил. Висп почувствовал изменение в движении воздуха. Тот проносился мимо него, как будто дверь в комнату его дочери была пастью огромного зверя, который вдыхал в себя воздух. Это был один долгий вдох, и пока ветер проносился мимо, он учуял аромат горящего порошка.

В момент всё остановилось, замерло. Дом, воздух, стало тихо, как на кладбище. Затем раздался ещё один рёв, похожий на хор звериных криков. Тьма вырыалась из комнаты его дочери. Разум Виспа изо всех сил пытался осознать то, что видел. Это было похоже на поток воды, внезапно обрушившийся на него, и он мог поклясться, что увидел в нём блеск зубов. Тьма поглотила и захлестнула его, он почувствовал боль. Его топтал какой-то хищный зверь, царапал когтями, которых Висп даже не мог увидеть.

Тьма прошла через него. Она скатилась с лестницы и врезался в горшок с растением внизу. Затем издала ещё один рёв, зубы и когти торчали из темноты, ужасающие и запятнанные. Тем не менее, прежде чем смертоносная масса смогла сделать ещё хоть одно движение, внезапный яркий свет появился из гостиной, где, как знал Висп, была Никс.

Затем что-то разбилось, словно стекло. Чёрная масса взревела. Этот крик был настолько громким и болезненным, что Висп был вынужден закрыть глаза и заткнуть уши. А затем... ничего. Так, словно кто-то снял иглу с пластинки. В доме снова стало спокойно и тихо. Всё, что Висп мог слышать — тиканье часов в гостиной.

Затем плач. Его дочь плакала. Висп открыл глаза и посмотрел дальше по коридору. Он увидел, как Гарниш поднимается с пола, а Спринг Степ цепляется за шею своей матери и плачет ей в гриву, бормоча слова, распознать которые ему не удалось.

Висп почувствовал облегчение. На сердце у него стало легче. Он поднялся на копыта и сделал несколько шагов вниз по лестнице. Он увидел Никс, стоявшую в гостиной. Её грива развевалась. То, что было тугим пурпурным пучком у нее на затылке, теперь превратилось в струящуюся магию, похожую на тусклую звёздную ночь. Никс собиралась с мыслями, собирая волосы назад в пучок, после чего воткнула серебряную иглу для волос на положенное ей место. В момент, когда игла соприкоснулась с гривой, та снова стала похожа на обычные волосы.

Никс посмотрела на Виспа и ободряюще улыбнулась. — Всё закончилось.

Висп больше не задержался ни на мгновение. Он должен был сказать спасибо, но всё, что он мог сделать, это взбежать обратно по лестнице и воссоединиться с Гарниш и Спринг Степ. Он обнял свою дочь со слезами на глазах. Всё закончилось. Что бы это ни было, оно закончилось.

~~~

Никс поправила галстук, спускаясь по тропинке, которая вела обратно на улицу, оставляя дом позади. Пока она шла, её седельные сумки дёрнулись, когда из них высунула голову Смарти Пэнтс. Кукла хлопнула двумя своими маленькими ручками вместе, и раздался щелчок.

В мгновение ока рядом с Никс появился Дискорд в своем собственном стильном костюме. — Это было близко, не правда ли?

— Не настолько, насколько могло бы, — сказала Никс, вытаскивая какие-то бумаги из своей седельной сумки. — Но я бы хотела, чтобы они всё таки прислушались к моим инструкциям. Если бы я так и не разорвала связь, всё переросло бы в смертельную битву.

— Какая жалость, что ты не распутываешь свои волосы почаще, — сказал Дискорд. — И всё же, как такая мерзкая штука попала в эту милую маленькую куклу?

— Мистер Харт подтвердил наши подозрения. У тёти была копия Малого Ключа Гармонии.

— Это уже вторая за этот месяц, так ведь? — Сказал Дискорд, когда они продолжили идти по тёмной улице. — Этот Спелл Нексус действительно доставил нам много хлопот, как считаешь?

Никс вздохнула и кивнула головой. — Да, но в то время он был так же одержим.

— Ты всегда так быстро встаёшь на его защиту, — сказал Дискорд, пожимая плечами. — Опять же, я отлично знаю, кто, по твоему мнению, действительно несёт ответственность за всё это, но я так же отлично знаю, что лучше, чем пытаться пробиться через твоё ослиное упрямство. А именно бахнуться в кровать. Увидимся завтра, партнёр.

В этот момент Дискорд сделал именно то, о чём сказал: бахнулся, как воздушный шарик, оставляя после себя странные волокнистые кусочки самого себя.

Никс остановилась и уставилась на эти кусочки. Всякий раз, когда всё это впутывало молодых пони... её разум, стремился к мысли о том, как она докатилась до такого. Как сделка Луны с сущностями Тартара тысячу лет назад привела ко всему этому.

Эквестрия подверглась вторжению Тартара. То, что началось с нескольких инцидентов, один из которых произошел в катакомбах старого замка, а другой — в Кантерлотском замке на вечеринке в честь Ночи Кошмаров, было всего лишь прелюдией. Как только Спелл Нексус нашёл, скопировал и распространил Малый Ключ Гармонии среди многочисленных Детей Найтмер, война началась всерьёз.

Теперь по всей Эквестрии существа тоже подвергались искушению. Они открывали двери. И тьма проникала.

Никс на мгновение вздрогнула, переводя взгляд с кусочков Дискорда на улицу впереди. В квартале от неё был уличный фонарь, который изо всех сил старался не потухнуть. Никс не отрывала взгляда от света этой лампы, чувствуя, как что-то смотрит на неё оттуда в моменты, когда лампа гаснет.

Она точно не знала, действительно ли она увидела его тем вечером. Это вполне могло быть её собственной паранойей и воспоминаниями, прокручивающимися в памяти. Даже если бы оно было там, оно ускользнуло бы прежде, чем она смогла приблизиться. Тем не менее, её разум поверил в то, что увидел, хоть и на мгновение. Тьма чернее чернил. Существо с её ростом, её глазами и ртом, полным клыков.

— Однажды я тебя достану, Благословение, — прошептала Никс. — Вопрос времени, когда мы тебя поймаем. И в следующий раз моя молния сожжёт тебя дотла. — Никс ещё раз поправила галстук и достала из сумки новую пару квадратных очков. Она надела их на нос, и её глаза снова превратились в более добрые, круглые лошадиные глаза. Затем она расправила крылья и улетела в ночь, не оставив после себя ничего, кроме тихой улицы.

## Вариация вторая - День

Что, если Дэйбрейкер была бы младшей сестрой Никс?

__________________

Это была очередная тихая сельская община в Эквестрии. Во многом как Понивилль, дом, который она так хорошо знала, но также совершенно уникальная. За место садов и овощных ферм Понивилля, здесь были ряды сахарной свеклы. Поля были похожи на волнующиеся океаны грубой зелёной листвы, которая скрывала сытные корнеплоды, скрывающиеся в мягкой почве.

Шугар Бэйсин, один из крупнейших производителей сахара в королевстве Эквестрия, был городом, с которым Никс слишком хорошо познакомилась за последние несколько лет. Хотя она и была не более чем частым гостем, она уже успела познакомилась с некоторыми местными дружелюбными лицами, а также с общей планировкой улиц и магазинов.

Так печально, что самой распространённой причиной, по которой она появлялась — это разобраться с кое-кем.

Осторожно накренившись в сторону, Никс начала спуск. Ей было легко найти устроенный беспорядок. Несколько местных стражников окружили вход в магазин, прячась за колесницами, в которые запрягались пегасы. Стандартная баррикада, стандартная процедура, хотя, возможно, немного небрежнее, чем обычно. Должно быть, для некоторых это была первая встреча с кое-кем.

Никс осторожно приземлилась, но даже такое, довольно грациозное появление, напугало некоторых из стражников. Единороги уже приготовили заряды магии, а другие подняли копыта, готовые дать отпор. Тем не менее, все расслабились, когда поняли, кто прибыл. По правде говоря, Никс, вероятно, выглядела более неухоженной, чем обычно. Она отдыхала дома, когда рядом с ней появился свиток, и не стала утруждать себя переодеванием. Её грива была распушена, но в остальном не уложена. На ней был один из её любимых уютных свитеров и, конечно же, на ней были маскирующие очки.

Никс открыла рот, чтобы задать несколько обычных вопросов. Что на этот раз? Всё ли ещё она внутри? Реальности же слишком не терпелось ответить, прежде чем это смог бы сделать кто-либо ещё. Никс увидела вспышку огня внутри магазина. Пламя виднелось через окна и вырвалось через входную дверь. Казалось, будто магазин удостоился славной драконьей отрыжкой.

Вздохнув, Никс посмотрела на стражников. — Я позабочусь об этом. Извините, ещё раз. Ваше начальство знает, куда отправить счёт за ущерб.

Взмахнув крыльями, Никс перелетела через полицейскую баррикаду и направилась к магазину. Это была кондитерская, и воздух был приторно-сладким, когда Никс вошла внутрь. Несколько тошнотворная смесь растопленного шоколада, жжёного сахара и смеси фруктов, которые на самом деле не слишком хорошо сочетаются друг с другом. Никс оценила ущерб, вздыхая и качая головой.

— Что ты здесь делаешь?

Внимание Никс привлёк конец коридора прямо перед ней. Оттуда на неё смотрел единственный золотой, мерцающий шарик. Единственный глаз, который светился, как бушующий огонь, с соответствующим зрачком в форме пламени.

— А ты как думаешь? Ты знаешь, что я первая, кого вызывают, когда ты закатываешь истерику.

Владелица глаза придвинулась ближе, в конце концов показавшись из темноты. Белая аликорн, возможно, чуть выше Никс, но более худая. Её волосы были жарким пламенем, а шерсть была обжигающе белой, похожей на раскалённое добела железо. Результат работы очередного культа, считающего, что они смогут преуспеть там, где потерпел неудачу Спелл Нексус. Культ, подстрекаемый сбежавшей Коузи Глоу, которая только и хотела увидеть, как Эквестрия сгорит под копытами самой подходящей для этого пони. Культ, вдохновившийся Старлайт Глиммер, которой уже никогда не забыть кошмар, выжженный в её душе.

Младшая сестра Никс, задиристая Хелия Спаркл, Дэйбрейкер, была рождена в этом мире.

— Всё в порядке. Теперь всё под контролем, — прошипела Хелия сквозь стиснутые зубы, пристально глядя на Никс обоими глазами.

— Это определенно не выглядит и не звучит как "под контролем", — сказала Никс, оглядывая горящее, сахарное побоище, которое окружало её. — Владельцы аж стражников вызвали.

— Ой-ой, простите меня, неужели я их напугала? "Помогите, помогите, большая и плохая Дэйбрейкер слишком угрожающе там стоит". У них был шанс избежать всего этого, но они решили встать на сторону ведьмы, которая всё это начала.

— Всегда начинает кто-то другой. — Никс потёрла лоб. Разрешение этих проблем уже начало вызывать у неё головную боль. Хотя, возможно, это был жжённый сахар, ударивший в нос. — Однако, материальным ущербом заканчиваешь ты. Может, теперь ты успокоишься?

— Не говори мне успокоиться, — прошипела Хелия, её крылья беспокойно зашевелились. — Ах да, важная-бумажная Никс уверена, что я просто слишком остро среагировала. "О нет, Хелия опять за своё. Никс — старшая сестра, и должна явиться сюда, чтобы разобраться со всем". Дискорд побери, это не моя вина! Не я это начала!

Никс начала хмурить брови. — Но ты это закончила, что само по себе проблема, но даже тогда не остановились. Если бы Пинки Пай увидела всё это, она бы объявила национальный день памяти шоколада, чтобы мы никогда не забыли это сахарное побоище.

— И ты даже не спросишь мою версию истории?

— Не раньше, чем ты успокоишься.

Хелия зарычала и двинулась вперед. Она даже не смотрела на Никс. Её взгляд был сосредоточен на входной двери прямо за Никс. — Забей. Если ты просто собираешься осуждать и говорить свысока, то я не собираюсь выслушивать.

Никс расправила крыло, блокируя попытку Хелии пройти мимо. — Ты не можешь просто пронестись мимо, как шторм.

— А ты не можешь указывать мне, что делать. — Хелия попыталась использовать свою магию, чтобы убрать крыло Никс с пути, но та воспользовалась своей. В течение нескольких секунд это была маленькая магическая перепалка. Хелия, с её магией цвета золота, пыталась схватить или оттолкнуть крыло Никс в сторону. Магия Никс же, в её более холодных и синих тонах, наоборот блокировала ту или создавала щиты. С каждой секундой импровизированной магической дуэли брови Хелии хмурились всё сильнее, а челюсти сжимались всё крепче.

Никс не заметила приближения копыта. Хелия вскипела, и левый апперкот появился из ниоткуда, ударив Никс по голове и сбив её с копыт. Она упала на ближайший прилавок. По дороге она задела кассовый аппарат, и тот, отзвонив в свой звоночек, открыл кассу, как раз в тот момент, когда Никс упала на пол.

Она полежала там ещё мгновение, прежде чем почувствовать что-то тёплое и липкое. Никс потрогала голову. О нет, не могла же она... не-а. Она не порезалась или что-то в этом роде, но вместо этого приземлилась прямо в лужу растопленного шоколада. Поморщившись от боли в плече и крыле, Никс встала на копыта и посмотрела на Хелию.

Поначалу выражение лица Хелии было озабоченным, как у жеребёнка, который понял, что зашёл слишком далеко и теперь его ждут серьёзные неприятности. Но затем уголки её рта приподнялись в улыбке. Она отвела взгляд, попытавшись, но не сумев, сдержать смех. Никс не нужно было смотреть в зеркало, чтобы понять, что она была запачкана растопленным шоколадом и, вероятно, присыпана сверху конфетами и грязью с пола.

Даже мысль о том, что Хелия смеётся над ней, нервировала Никс. Она быстро обошла прилавок и снова сблизилась с Хелией так, что они оказались нос к носу. — Что, смешно?

— Да, очень, — ответила Хелия, даже не потрудившись скрыть свою улыбку или смешок в голосе.

— Что ж... мама всегда говорила: "с младшей сестрой надо делиться". Знаешь, что? Думаю, мне стоит прислушаться. — С этими словами Никс крутанула головой и её, покрытая шоколадом, грива ударилась о лицо Хелии. Огненная аликорн отшатнулась, отругавшись и качая головой. Никс эффектно покрыла всё вокруг растопленным шоколадом, а коричневая дрянь особенно хорошо выделялась на Хелии.

Грива Хелии вспыхнула. Температура в магазине поднялась на несколько градусов от жара этого пламени, прежде чем Хелия взревела и бросилась в атаку. Она прыгнула на Никс, оставив той всего несколько драгоценных мгновений, чтобы провести магическую контратаку. Она шагнула в сторону и охватила Хелию своей магией. Одним вращением Никс перенаправила прыжок Хелии и отправила ту обратно в другой конец магазина.

К сожалению для Никс, Хелия тоже была быстра на реакцию. После того, как Хелия была брошена, Никс почувствовала прикосновение магии на своих бёдрах. Внезапно её тоже бросило, и, уже вдвоём, они полетели навстречу стеллажам. Банки с конфетами накренились и упали, различные лакомства теперь были рассыпаны повсюду, пока два аликорна валялись на пол.

Никс застонала, переворачиваясь и возвращаясь на копыта. Дезориентация дала о себе знать. Так, куда делась Хелия?

— Привет, сестрёнка, выглядишь напряжённо. Не хочешь конфетку?

Никс оглянулась через плечо, увидев, что Хелия теперь левитировала целый арсенал конфет позади себя. Похоже, это были разнообразные мармеладки и другие леденцы, несколько мгновений назад рассыпанные по полу. Хелия улыбнулась и начала бросать конфеты в Никс. Та едва успела поднять барьер, и конфеты начали рикошетом отскакивать от его поверхности. Звучало как сильный град, бьющий по металлической крыше, но барьер Никс всё ещё держался, пока сахарная атака продолжалась.

Тем не менее, Никс знала, что не может просто продолжать использовать свои щиты и барьеры, было очевидно, что Хелия уже пытается найти брешь в обороне. Со зловещей ухмылкой Хелия подняла с земли одну из самых больших зубодробилок, которую Никс когда-либо видела. Она была размером с теннисный мяч. Такая зубодробилка, запусти её с достаточной силой, могла действительно пробить защиту Никс.

Это было то единственное, в чём сёстры всегда отличались друг от друга. Никс преуспела в барьерах. Хелия же была гораздо более талантлива в левитации.

Хелия запустила зубодробилку, и Никс была вынуждена среагировать. Без какого-либо плана или намерения она вывернула свой барьер. Как зонтик из-за сильного ветра, вогнутый барьер превратился в выгнутый, и теперь Никс пыталась поймать им приближающуюся смертельную зубодробилку.

В итоге, последняя врезалась прямо в барьер. Но вместо того, чтобы отскочить, зубодробилка проехалась по внутренней части и, в конечном итоге, выстрелила в обратном направлении. Прямо в Хелию.

Смертельная зубодробилка ударила Хелии в лицо. От шока и боли Хелия отшатнулась назад. Затем её копыто наступило на леденец, и тот выскользнул из-под него. С грохотом, она приземлилась на спину, в результате чего несколько ближайших полок затряслись.

Никс опустила свой барьер и сделала несколько быстрых шагов вперед. Её непосредственным беспокойством было то, что она только что серьёзно ранила Хелию. Она собиралась спросить, всё ли в порядке, но её младшая сестра зашевелилась. Хелия села, схватившись копытом за правую сторону лица. Она посмотрела на Никс, а затем убрала копыто. Глаз в её правой глазнице треснул и раскололся.

Сказать, что Хелия прошла через бОльшие трудности в победе над собственным культом — ничего не сказать. Финальная конфронтация с Коузи Глоу оставила неизгладимый шрам. Хелия потеряла свой правый глаз в том бою и в течение многих лет использовала магически усиленный протез, чтобы заполнить пустую глазницу.

Стеклянный глазной протез был разбит смертельной зубодробилкой.

Хелия хранила гробовое молчание. С помощью магии цвета имбиря, она достала разбитый стеклянный глаз, кладя осколки на копыто. Она долго смотрела на них своим вторым, здоровым глазом. Никс тоже молчала, не в силах подобрать слов. Наконец, Хелия посмотрела на Никс, нахмурив брови и стиснув зубы так сильно, что те могли треснуть.

Никс вздрогнула и отшатнулась, произнося единственные слова, которые пришли на ум. — Прости.

~~~

— Мама будет так зла.

— Ага.

Никс и Хелия сидели на облаке, на приличном расстоянии от центра города. Под ними они могли видеть бардак, оставшийся от кондитерской. Ситуация между сёстрами быстро накалилась, и крыша решила высказаться на этот счёт. Риск её обвала помог кобылам охладить битву. Хелия была той, кто телепортировал их прочь. Однако эта телепортация оставила их болтаться в воздухе.

Никс была рада тому факту, что смогла быстро опомниться и помочь Хелии сделать то же самое, прежде чем они вместе нашли облако, на которое можно было бы приземлиться.

Они оставались на этом облаке, и их пыл быстро остыл, пока они наблюдали за постоянно растущим числом стражников, а теперь ещё и репортеров, внизу. Никс медлила с возвращением туда, используя облако и воду, содержащуюся внутри него, чтобы попытаться смыть растопленный шоколад. Её свитер, однако, останется в пятнах, пока она не отдаст его в химчистку. Хелия же просто увеличила температуру своего тела, пока весь шоколад не сгорел, и теперь сидела чистенькая и красивенькая, хотя её пламенная грива теперь было намного холоднее и спокойнее.

— Итак... что же всё таки случилось? — Спросила Никс, чувствуя, что они обе достаточно остыли, чтобы, наконец, обсудить ситуацию.

Хелия, теперь постоянно моргающая, чтобы держать правую глазницу закрытой, а левый глаз открытым, взглянула на облака, плывущие чуть выше них. — Я просто ходила по магазинам. Хотела купить леденцовые палочки, в шоколаде. На полке было всего три коробки, поэтому я схватила их все, думая, что мне повезло. Оказалось, я опередила какую-то другую кобылу, и после этого она начала ныть.

Хелия изменила тон своего голоса, повысив его на октаву и выдавливая слова через нос, придав им гнусавости. — “Тебе не нужно столько конфет. Они нужны мне для моего маленького жеребёнка. Мой маленький жеребёнок будет так разочарован. Что за монстр может заставить маленького жеребёнка плакать". — Хелия позволила своему голосу вернуться к норме. — Серьезно, она слишком сгущала краски. Но ты знаешь, мы с тобой уже имели дело с виной королевских масштабов. Так что, это было ничто по сравнению с тем, что могла бы сделать мама, и я сказала этой кобыле отвалить.

— Но она этого не сделала, — предположила Никс. В конце концов, если бы на этом всё закончилось, стражу бы не вызвали.

— Она исчезла, а я продолжила свои покупки, но затем она вернулась с менеджером. Она рассказала ему какую-то слезливую историю, в которой я украла конфеты из её корзины, а затем угрожала ей. И ты знаешь, как часто менеджеры встают на мою сторону? Он потребовал вернуть конфеты, а я ответила "нет", ведь я получила их честно и справедливо. Менеджер пригрозил вызвать стражу.

Хелия вздохнула и медленно лягла на спину, всё ещё глядя на облака, а не на город и беспорядок, который они вдвоем устроили. — Я сдалась. Я отказалась от конфет. Я пыталась быть более взрослой кобылой, но потом эта ведьма решила, что хочет чувствовать свой триумф чуть подольше. "Ты приняла правильное решение. Тебе, на самом деле, не нужны эти конфеты. О, мой жеребёнок будет так счастлив".

— Я сказала ей, что взяла эти конфеты для своих кобылок. Она посмеялась надо мной. "Ну, если они хоть чем-то похожи на тебя, им, вероятно, они тоже не нужны. Монстры не должны получать конфет".

Никс закрыла лицо передними копытами. — О, нет...

— О да. Эта ведьма решила вырыть себе могилу поглубже. После этого были пламя и гнев, и гневное пламя, и просто... Я как раз пыталась взять себя в копыта, когда появился ты.

Никс вздохнула, её глаза уставились на руины кондитерской. — Ты всё ещё позволяешь своему характеру брать верх над тобой, но... Я знаю, что ты просто защищаешь своих дочерей.

— Именно. Не стоит связываться с мамой-медведицей.

Никс сделала еще один глубокий вдох и, взглянув на Хелию, решила занять аналогичную позицию. Она лягла на спину, немного погрузившись в облако, и начала смотреть на то же спокойное небо, на которое сейчас смотрела Хелия.

— Знаешь, у тебя не было бы таких проблем в Понивилле.

— Я знаю, — ответила Хелия.

— Знаешь, Эпплджек могла бы дать тебе работу, или ты могла бы просто начать получать стипендию, которую мама пытается отправить тебе целую вечность.

— Я знаю, — снова повторила Хелия.

Никс на мгновение заколебалась, пытаясь подобрать слова. — Ты... из-за меня не хочешь быть там?

— Ты знаешь, что это не так. — Хелия сделала глубокий вдох, а затем осторожно выпустила немного дыма — результат того, что она использовала самое слабое из своего огненного дыхания. — Мы зарыли топор войны много лет назад.

— Значит это...

— Мама, — сказала Хелия, кивнув.

Никс закрыла глаза, мысленно возвращаясь к тому, как они докатились до такого. После неудачной попытки Коузи уничтожить Эквестрию, Твайлайт решила взять ответственность на себя. Возможно, она была слишком самоуверенна, что, вырастив одну приемную дочь, сможет справиться со второй. И поначалу всё было хорошо. Никс немного ревновала, но они с Хелией сели и всё обсудили. Никс делала всё возможное, чтобы быть старшей сестрой.

Их должно было быть четверо. Мама Твайлайт, старший брат Спайк, старшая сестра Никс и младшая сестра Хелия.

Но всё пошло наперекосяк примерно через год после того, как Хелию приняли в семью. Первый серьёзный спор между Твайлайт и Хелией был из-за её маскировки. До этого момента Хелия делала так же, как и Никс. Она скрыла свою более устрашающую сущность. Она носила очки, чтобы скрыть глаза, и заколку для волос с милым цветком, чтобы скрыть огненную гриву. Но Хелия не хотела этого делать. Хелия хотела быть настоящей со своими друзьями и отпугивать хулиганов в школе.

После того первого спора Хелия снимала маскировку всякий раз, когда ей это сходило с копыт.

С годами ситуация только обострилась, ведь они стали подростками. Хелия бегала с друзьями, которым нравилось попадать в неприятности и валять дурака. Её оценки падали, поскольку она превратила отказ от учебы в акт восстания против Твайлайт.

Высшая точка этого всего была достигнута, когда, после того, как они закончили школу и стали совершеннолетними, Твайлайт захотела, чтобы Хелия записалась в её Школу Дружбы. Хелия же закончила делать то, что ей говорят и приняла решение съехать.

Оглядываясь назад, Никс задавалась вопросом, могло ли всё сложиться лучше, если бы Хелию забрал кто-то другой. Может быть, Рейнбоу Дэш подошла бы больше, или, может быть, Эпплджек. На самом деле, поскольку эти двое поженились, вероятно, всё закончилось бы тем, что она была бы с обеими, независимо от того, с кем бы была сначала.

— Мама часто спрашивает меня о тебе, — сказала Никс, возвращаясь к реальности и понимая, что они обе молчали некоторое время. — Она хочет знать, как у тебя дела. Она хочет знать, как поживают твои кобылки. Я знаю, что говорила тебе это раньше, но... она действительно жалеет, что до сих пор не смогла лично встретиться со своими внучками.

Хелия снова выпустила дым из ноздрей, вытянув переднее копыто и слегка покрутив его. — Упси дубси, какая жалость.

— Ты и дальше хочешь, чтобы всё так оставалось? Мы — аликорны, Хелия. Мы живем долго, и ты можешь вечность держать обиду.

— Что ты хочешь, чтобы я сказала, Никс? Я становлюсь "раздражённой" рядом с ней. — Хелия использовала свои копыта, чтобы показать кавычки. Это была методика, с которой Никс была слишком хорошо знакома, поскольку Хелия заменяла чем-то менее оскорбительным то, что действительно хотела сказать. — И не похоже, что она будет в хорошем настроении, когда услышит об этом.

— Позволь мне побеспокоиться о сегодняшнем. Я была той, кто накалил ситуацию... особенно когда я разбила твой глаз. Извини за это, ещё раз. Я возмещу.

— Всё в порядке, просто скажи мне, что у тебя всё ещё есть тот запасной, который я просила тебя сохранить.

— Да, он всё ещё у меня, — сказала Никс, ещё больше погружаясь в облако. Напряжение спадало, и теперь это был обычный разговор двух сестёр.

Хелия выпустила ещё немного дыма, на этот раз сделав им кольцо. — Даже если ты возьмёшь вину на себя, мама всё равно узнает, что я начала всё это. Она поймет, что ты прикрываешь меня. И тогда она просто подумает, какая же ты замечательная кобыла и какая же я ужасная. С тенью, которую ты отбрасываешь, иногда трудно справиться, Никс.

Никс задумалась над этими словами, и уже ничего не смогла с собой поделать. Она усмехнулась. Мысль промелькнула у неё в голове, и она просто не смогла устоять перед абсурдностью этого. Усмешка превратилась в хихиканье, пока она попыталась подавить желание по-настоящему рассмеяться.

Хелия повернула голову, глядя на Никс своим единственным здоровым глазом и изогнула бровь. — Что тут смешного?

— Найтмер Мун появилась, потому что Луна ревновала к Селестии. Потому что Луна была в тени Селестии. Теперь же Дэйбрейкер жалуется на то, что находится в тени Найтмер Мун. Это просто... абсурдно, насколько странная у нас семья.

Хелия моргнула, но затем улыбнулась. Она начала хихикать, а затем снова посмотрела на небо. — Не абсурднее того случая, когда я подделала подпись мамы на свидетельстве о смене имени.

Никс прикрыла лицо копытами, теперь смеясь по-настоящему. — Солнце и луна, я помню это. Ты была так горда на следующий день, когда показывала свидетельство Чирайли, и тебе пришлось представиться классу заново. Я всё еще не могу заставить себя называть тебя так.

— О, это не так сложно, Никс, — сказала Хелия с зубастой улыбкой. — Это твоё имя, но с другой первой буквой. Я могу произнести его по буквам специально для тебя.

— Не-не-не, я не хочу это слышать. Ла-ла-ла, я тебя не слышу. — Никс пропела слова, прижимая копыта к ушам. Но потом пара дружно рассмеялась. По правде говоря, со стороны звучало так, будто какие-то страшные злодейки замышляют что-то. Когда они вдвоём смеялись, в их голосах звучали маниакальные нотки, которые ни одна из них не могла подавить.

Никс была первой, кто сдержал её смех, пока осторожно вытирала слёзы с глаз. Она ещё несколько мгновений полежала на спине, прежде чем вытянуть ноги и крылья. Затем, перевернувшись на живот, она посмотрела на город внизу. — Я думаю у нас не получится игнорировать беспорядок внизу и дальше.

— А я думаю получится, — сказала Хелия, продолжая лежать на спине.

— К счастью, мама сейчас за границей. Она уехала на Гору Айрис. У нас есть несколько дней, чтобы разобраться с всем этим, прежде чем она вернется. Я поговорю со Спайком завтра утром, и мы продумаем наш следующий шаг. А пока, как насчет того, чтобы забрать твоих кобылок и отправиться ко мне в Понивилль. Я приготовлю ужин, ты сможешь забрать свой запасной глаз, и мы купим девочкам что-нибудь из Сахарного Уголка на десерт.

Хелия медленно перевернулась и встала на копыта, расправив крылья и вытянув шею. — Только если ты позволишь мне рассказать тебе о жеребце, который, я думаю, должен тебе понравится.

Никс тоже встала, стряхивая несколько кусочков облака, которые прилипли к ней. — Я снова под угрозой очередного ужасного свидания? Клянусь, ты специально пытаешься свести меня с худшими жеребцами из возможных. Жеребцы, которые ожидают плохую девчонку вроде тебя, а получают книжного червя в виде меня.

— Нет, не в этот раз, — сказала Хелия со смешком. — Я думаю, тебе действительно понравится этот жеребец. Он работает в офисе на заводе по производству сахарной свеклы. Он действительно "милый" парень. Однажды прикрыл меня, когда я опоздала на дежурство. Ладно, ещё я думаю, у него пунктик по поводу высоких кобыл. Но выше нас он не найдёт, не так ли?

Никс закатила глаза, но на её лице всё ещё была улыбка, когда она взлетела с облака. Хелия сделала то же самое несколько секунд спустя. Они обменялись ещё парой слов, уточняя детали, пока наворачивали ленивые круги над городом. Затем, когда всё было решено, Никс полетела вниз, чтобы успокоить стражников и пони у развалин, которые когда-то были кондитерской. Хелия полетела в другом направлении, направляясь к жилой части Шугар Бейсин.

Это был настоящий бардак, который ещё предстояло убрать, но Никс надеялась, что в этот раз им удастся сделать больше и наладят отношения в семье.

## Вариация третья - Сны

Что, если Никс не оправилась бы от нападения монстров на Понивилль?

__________________

Найт Вотч рассматривал себя в зеркале, прихорашивался, настраивался и готовился. Его первый рабочий день. Он должен был произвести наилучшее впечатление, какое только мог. Белый воротничок с лунно-синим галстуком, завязанным надлежащим полным виндзором. Воротничок также был специально изготовлен с двумя маленькими квадратными запонками с драгоценными камнями в серебряной оправе с левой и правой сторон. Последний штрих в настоящее время покоился на его лбу: официальная, выпущенная правительством маска для сна.

Напоследок улыбнувшись своему отражению в зеркале, Найт Вотч вышел из ванной и оказался в своей уютной маленькой квартирке. Это была студия со всеми удобствами в одной комнате. Единственным исключением была небольшая отдельная ванная комната. Тем не менее, для такого новичка, как он, квартира была практически идеальна. Но теперь ему действительно нужно было приступить к работе.

Найт Вотч подошёл к входной двери своей квартиры и положил копыто на дверную ручку. Тем не менее, вместо того, чтобы открыть её, он просто покрутил ей. Он убедился, что дверь заперта, а затем с улыбкой развернулся и отошёл. Он направился в дальний угол своей комнаты, к своей кровати. Посмотрев на простыни, он взбил и поправил верхние одеяла, чтобы всё выглядело как можно более презентабельно.

Затем он осторожно лег, стараясь занять удобное положение и при этом не помять одеяла. Он взглянул на прикроватные часы и увидел, что они показывали ровно девять часов. Извиваясь от возбуждения, он протянул копыто и натянул маску на глаза. Он лежал, слушая тиканье часов. В любой момент... в любой момент...

Тук Тук Тук

Найт Вотч открыл глаза и обнаружил, что его маска для сна пропала. Одно это заставило его широко улыбнуться, потому что это означало, что всё работает так, как задумано. Он немедленно вскочил со своей кровати, которая, казалось, сопротивлялась тому, чтобы быть смятой его буйным манёвром. Затем побежав к своей входной двери, он отпер замок и открыл дверь.

— Мистер Вотч?

Найт Вотч быстро поднял копыто, чтобы отсалютовать. — Мэм, так точно, мэм. Рядовой Найт Вотч прибыл на службу в Стражу Снов.

Несмотря на попытки сохранить жёсткое и правильное приветствие, Найт Вотч не мог не наклониться немного в сторону. Кобыла перед ним была одета так же, как он. Она была пегасом, светло-серого цвета с бирюзовой гривой, и всё равно на ней были те же воротничок, галстук и запонки. — Добро пожаловать, рядовой Найт Вотч, я сержант Флаффи Клауд, и я буду вашим наставницей. А теперь идёмте, ночь не будет длится вечно.

— Мэм, есть, мэм.

Флаффи Клауд отступила в сторону, позволяя Найт Вотчу переступить порог своей двери. Тем не менее, он оказался не в узком, грязном коридоре, который обычно находился за пределами его квартиры. Нет, вместо этого он ступил на лунно-голубой ковер, который плыл в бесконечном ничто. Ковёр был мягким на ощупь, как свежая зеленая трава на весеннем поле. В воздухе витал тонкий запах лаванды и сирени. Словно где-то рядом, за пределами видимости, был цветочный сад. И повсюду вокруг ковра были шары, маленькие светящиеся сферы. Они плыли и перемещались по всеобъемлющей пустоте, как бесконечная стая биолюминесцентных медуз в глубинах какого-то великого океана.

Картина, которая висела на стене его дома, изображающая это место, не совсем чтила местные виды.

Найт Вотч осматривался, вертя головой влево-вправо, пока пытался впитать всё это. Он, Флаффи Клауд и много кто ещё шли по лунно-голубому ковру, который плыл, без какой-либо поддержки, в пустоте. Пока они шли по этому ковру, различные двери появлялись и исчезали у его краёв. Схоже одетые существа выходили из этих дверей и присоединились к растущей толпе.

Перед ними было то, что Найт Вотч мог описать только как царственный, но современный замок, с более плавными линиями и изгибами по сравнению с обычным кирпичом, из которого были построены такие места, как замок Кантерлота. И в правду, никакая современная строительная техника не смогла бы создать такую причудливую и изящную конструкцию, но ведь в этом и был смысл, не так ли?

Конечно, это же была главная штаб-квартира — Замок на Краю Снов!

Флаффи Клауд продолжала идти впереди по ковру, а Найт Вотч послушно следовал за ней, пока пытался осмотреть каждую мелочь. Они достигли конца плывущего ковра и прошли под большой аркой. Эту арку, с обеих сторон, охраняли настоящие драконы, но даже драконы носили ту же форму, что и все остальные существа.

Пройдя через главные ворота, Найт Вотч и Флаффи Клауд оказались в защищённом внутреннем дворе. Вокруг них голубые стены образовывали барьер между замком и множеством плавающих шаров снаружи. В центре круглого пространства стояла единственная грандиозная башня, монолитная конструкция, которая делала весь замок снов похожим на солнечные часы.

Вокруг этого центрального шпиля плавали облака. Они были тёмно-синими, почти штормовыми, но в то же время выглядели более привлекательно, чем любая кровать. Другие существа, проходящие через различные входные арки, быстро подхватывались и поднимались вверх этими облаками, лениво кружа вокруг центральной башни, пока приступали к своей работе.

Тем не менее, Найт Вотч и Флаффи Клауд продолжили движение вперёд, достигнув основания центрального шпиля. Там они увидели кобылу, работающую за столом, возможно, наименее причудливым из всех окружающих вещей. Кобыла была единорогом и имела чёрную шерсть и фиолетовую гриву, коротко подстриженную, но аккуратно уложенную.

— Мадам Секретарь, — сказала Флаффи Клауд. Она остановилась перед столом.

Секретарь оторвала взгляд от бумаг, которые читала, посмотрев сначала на Флаффи Клауд, а затем на Найт Вотча. — Точно, день новобранца. Новолуние всегда подкрадывается ко мне незаметно. — Секретарь использовала свою магию, чтобы выдвинуть ящик из-под стола. Она несколько мгновений рылась в файлах, прежде чем вытащить одну из папок и открыть её.

— Рядовой Найт Вотч.

— Так точно, мэм! — Он заставил себя отдать честь. Конечно, если его наставница называла эту кобылу только по титулу, то и ему следовало относится к ней с уважением.

— Добро пожаловать в Стражу Снов, — сказала секретарь, будучи сердечной, но при этом сохраняя всё строго по-деловому. — Как я вижу, вы получили очень высокие оценки в тестах на профпригодность. Талантливые новобранцы нам нужны.

— Благодарю вас, мэм.

— Хотя новобранцам также стоит быть слегка попроще. С дисциплиной у нас не так жёстко, как в Королевской Гвардии.

Найт Вотч вздрогнул и опустил копыто, которым всё ещё отдавал честь. — Простите, мэм... Просто я так взволнован. Ещё будучи жеребёнком я мечтал попасть в Стражу Снов.

Секретарь ненадолго отключилась от реальности, но сразу же вернулась и выдавила смешок. — Должно быть, прошло действительно много времени с момента запуска программы, чтобы кто-то успел вырасти вместе с ней.

— Мы охраняем сны Эквестрии и за её пределами уже более двух десятилетий, госпожа Секретарь, — сказала Флаффи Клауд.

— Верно, верно, да... Конечно. Простите, я просто иногда забываю, как много времени уже прошло. В любом случае, рядовой Найт Вотч, первые несколько месяцев вашей службы вы будете под наставничеством сержанта Флаффи Клауд. Она покажет вам, как мы охраняем сны Эквестрии, не вторгаясь в частную жизнь существ больше, чем это необходимо.

Секретарь стукнула копытами, и Найт Вотч почувствовал, как его копыта мягко отрываются от земли. Он посмотрел вниз и увидел, что одно из темно-синих облаков мягко удерживает его над землей. — Это облако — ваш рабочий стол и ваш транспорт. Пожалуйста, постарайтесь относиться к нему бережно.

Найт Вотч улыбнулся, перебирая копытами в облаке, прежде чем сосредоточиться на нём. Затем он улыбнулся, когда облако отреагировало на его мысли, мягко подняв его немного выше над землей, пока из него начали появляться различные формы. Часть облака сформировалась в кровать вместе со столиком, на котором стояла ваза с цветами.

— Флаффи Клауд покажет вам, где вы будете находиться, и начнёт обучение, как только вы освоитесь. Ещё раз, добро пожаловать в Стражу Снов.

— Спасибо, мэм! — Найт Вотч снова отдал честь, инстинктивно, а затем быстро посмотрел на Флаффи Клауд. Сержант закатила глаза, но осторожно постучала по одному из своих передних копыт. С неба над ними спустилось ещё одно облако. Флаффи быстро ступила на это облако. Затем она мягко махнула головой, прежде чем улететь в небо.

Найт Вотч кивнул, быстро призывая свое облако следовать за ней и испытывая при этом трепет. Он летал, но вскоре мог сделать гораздо больше. Стража Снов охраняла сны. Они помогали бороться с ночными кошмарами, но также заботились о психическом здоровье нации. Это была одна из самых престижных должностей, которую можно получить в эквестрийской армии, но настолько же, насколько она была крута, она была важна.

В конце концов, с уходом принцессы Луны на пенсию, кто-то должен был охранять царство снов, и теперь Найт Вотч был частью этого.

Это был самый лучший день в его жизни! Хотя, скорее, ночь.

~~~

Несколько часов спустя в реальном мире начало светать. Толпа различных существ, которая прибыла несколько часов назад, теперь сочилась из Замка на Краю Снов. Даже драконы-охранники у ворот начали расходиться, двигаясь по лунно-голубым коврам, простирающимся в пустоту, чтобы ускользнуть в свои собственные двери снов. В замке стало тихо, даже слишком, поскольку все души ушли, кроме двух.

Одна из душ была новоприбывшей, дверь её снов была сразу снаружи замка. Принцесса Твайлайт Спаркл ступила на ковер, задержавшись на мгновение, чтобы сориентироваться, прежде чем направиться к замку. Она глубоко вдохнула, расслабляющий аромат, которым было пропитано это место, всегда был тем, чего она с нетерпением ждала по утрам. За годы, прошедшие с момента её коронации, она становилась всё выше и выше, пока не стала такого же впечатляющего роста, как принцесса Селестия. Даже её грива теперь струилась в воздухе, и казалась данью уважения ныне ушедшей в отставку принцессе солнца.

Твайлайт быстро заметила ещё одну душу, всё еще находящуюся в замке — секретаря, которая ответственно заполняла несколько последних бумаг за столом. С приближением Твайлайт, кобыла постучала несколькими последними страницами по столу, аккуратно сложив стопку, прежде чем положить ту в папку. Сама папка была после убрана в картотечный шкаф, а затем и картотечный шкаф, и весь стол начали погружаться в пол. Твайлайт подошла к столу как раз в тот момент, когда он полностью исчез из виду, оставив её и секретаря.

— Доброе утро, Никс, — сказала Твайлайт.

— Доброе утро. — Никс опустила голову и затрясла всем телом. Твайлайт это всегда напоминало то, как собака встряхивается, когда промокает. Тем не менее, вместо того, чтобы стряхивать с себя влагу, Никс стряхивала свою рабочую форму. С каждым встряхиванием она становилась выше. По мере того, как Никс росла, у неё появились крылья. Сначала они были в виде маленьких отростков, но вскоре стали соответствовать росту Никс.

Последним штрихом стали глаза Никс, зрачки которых растянулись и сжались до их узкого вертикального состояния. По правде говоря, Никс была одной из немногих пони, которым Твайлайт могла смотреть в глаза, не наклоняясь. Тем не менее, Твайлайт также не могла не заметить, что Никс в форме аликорна была тощей, если не сказать хилой. Казалось, что даже ветерок смог бы сдуть Никс.

— Ты хорошо спала? — Спросила Никс, когда закончила смену облика.

— Думается мне, если бы это было не так, ты бы узнала первой, — сказала Твайлайт. Она и Никс шли вместе, быстро выходя через ворота замка. В тот момент, когда они вышли, Замок на Краю Снов начал расплетаться. Нити магии, которые связывали замок, скручивались спиралью и исчезали в бездне снов. Вскоре они остались только вдвоем, идущими плечом к плечу по лунно-голубому, парящему в пустоте ковру.

Однако, как только замок исчез, начало формироваться кое-что ещё. Впереди, в конце ковра, прорастало драгоценное воспоминание, общее для них обоих.

Всё началось с округлого травянистого холма знакомой улицы Понивилля. На том холме было молодое деревце, но оно росло с каждым их шагом. Его листья тянулись к небу, а ствол утолщался и скручивался. Тем не менее, даже когда впечатляющее дерево обрело форму, начали появляться и другие вещи.

На коре стали появляться двери и окна. Дверь была ярко-красного цвета и на ней было изображение зажжённой свечи в подсвечнике. Маленький нарисованный огонек, казалось, махал рукой, словно нетерпеливо приветствуя двух кобыл.

Поперёк окон и с некоторых верхних ветвей кованое железо росло подобно виноградной лозе, изгибаясь и скручиваясь в гладкие, привлекательные формы. Из одного окна вырос длинный железный рожок, на котором, как спелый плод, вырос фонарь. Балконы и крыши из мягкой травы последовали его примеру.

Последним штрихом было несколько красных палочек, которые выросли из земли и быстро превратились в толстые брёвна. Они росли вместе и в конечном итоге сформировались в форму симпатичного маленького красного знака. На этом знаке было изображение открытой книги — единственная и простая картинка, которая указывала на назначение этого места.

Когда Никс и Твайлайт поднялись на крыльцо, Библиотека Золотой Дуб предстала перед ними во всей красе. Дверь открылась сама по себе, приветствуя их.

— Спайка сегодня не будет? — Спросила Никс.

Твайлайт первой переступила порог, чувствуя, как её тело меняется. Исчезла её величественная форма принцессы. Теперь она была такой, какой была когда-то — только недавно ставшей аликорном, которая выросла максимум на сантиметр или два. Той, у которой не было проблем с дверными проходами. Оглянувшись назад, Твайлайт увидела, как вошла Никс и приняла схожую, более нормального размера, взрослую форму. Тем не менее, несмотря на её уменьшенный размер, она всё ещё выглядела худой и с недостатком веса.

— Он "исполняет обязанности королевского советника", как он любит говорить, хотя на самом деле играет в О&П с Дискордом и Биг Маком, — сказала Твайлайт, когда пара перешла на кухню. Твайлайт начала использовать свою магию для приготовления еды, разбивая и взбивая яйца в миске, пока доставала муку, сахар, молоко и некоторые другие ингредиенты.

— Ты встречалась с моими тётями недавно, так ведь? Как у всех дела? Я видела Рарити прошлой ночью. Ей приснился кошмар об очередной морщинке, — сказала Никс. — Она хоть и утверждает, что стареет изящнее всех моих тётушек, но тем не менее драматичнее всего реагирует на новую морщинку или седой волос.

— Она не была бы Рарити, если бы не была капельку драматичной. — Твайлайт начала разогревать сковороду и немного масла на плите. — Эпплджек принесла немного молнияблочного джема. Звучит неплохо для сегодняшнего завтрака, хм?

Позади себя Твайлайт услышала звуки стаканов, вилок и ножей, которые занимали своё место на столе. Её хорошая девочка, как обычно, накрывала на стол. — И правда неплохо. О, я встретилась с Литл Чиз не так давно. В ту ночь у неё был первый кошмар — что-то о потере праздничной пушки Пинки Пай. Она такая милая маленькая кобылка.

Твайлайт рассмеялась и посмотрела через плечо на Никс. Та только что разложила последние столовые приборы и теперь плюхнулась на свою любимую подушку за столом. Она сидела, как кобыла, которая только что прошла десять километров, несмотря на то, насколько короткой была прогулка от замка. — Должно быть, это было примерно в то время, когда Пинки Пай действительно потеряла свою любимую праздничную пушку. Она написала мне, спрашивая, не буду ли я её помощником в расследовании, пока она будет искать улики. Признаюсь, искушение было сильным, но я так никогда больше и не слышала ничего об этом. Я думала, что услышу историю целиком сегодня, ведь я ставлю на то, что именно ты была той, кто разрешил всю эту ситуацию.

— Ну, ты меня знаешь, я просто пытаюсь внести свой вклад. — В этот момент Никс повернулась и закашлялась, прикрыв рот копытом. Твайлайт сделала шаг, чтобы отойти от плиты, но Никс использовала другое копыто, чтобы отмахнуться. — Всё в порядке. Я в порядке. Ночью было новолуние, и пришло много новеньких. Ты же знаешь, как день новобранца выбивает меня из колеи.

— Что ж, тогда хорошо, что сегодня в меню у нас блинчики. — Твайлайт вернулась к плите, выливая тесто на горячую, смазанную маслом сковородку. Пространство внутри кухни сразу же начало наполняться приятными запахами.

— Если и было что-то, чему Селестия хотела тебя научить, я рада, что это был её рецепт блинчиков.

— Самое безумное, я получила письмо о том, что она начала посещать кулинарные курсы. Она говорит, что планирует придумать ещё более лучший рецепт блинчиков и хочет поделиться им с нами, как только он будет готов. — Твайлайт использовала магию, сформировав в воздухе лопатку из своих мистических энергий и используя её, чтобы перевернуть блинчик на сковороде. — Можешь ли ты представить, что её блинчики будут еще вкуснее? Они были бы настолько хороши, что мне, возможно, пришлось бы объявить их вне закона.

— А как поживает принцесса Луна?

— У неё всё хорошо. — Твайлайт перевернула первый готовый блин со сковороды и начала готовить следующий. Из воздуха появилось еще несколько сковородок, и Твайлайт начала использовать каждую, чтобы ускорить готовку. — Она начала составлять компанию Селестии в некоторых её авантюрных вещах. Они, по-видимому, планируют экскурсию вглубь одних джунглей. Надеюсь, они не начнут ожесточенную вражду с Ауисотлем, как это было с Дэринг Ду.

— Приятно слышать, что она стала более активной после того, как перестала охранять сны.

— Знаешь, она предложила тебе снова взять отпуск, если ты хочешь. — Твайлайт переворачивала блины на многочисленных сковородках, сладкий шипящий звук и пузырящееся тесто выглядели аппетитно.

— Это очень мило с её стороны, но мы ведём дела не так, как она привыкла. Мне потребовалось много времени, чтобы набраться выносливости и связывать столько пони в течение ночи. Мне кажется, что если бы я взяла выходной, мне нужно было бы убедиться, что и у каждого существа в Страже Снов выходной.

— О чём стоит задуматься. Отгул для всех сотрудников — это на 100% то, что нужно, — сказала Твайлайт, пока перекидывала блинчики со сковороды на две тарелки. Затем она выключила плиту и повернулась, неся тарелки с блинами к столу с помощью своей магии.

— Может быть, когда-нибудь, — сказала Никс, используя свою магию, чтобы взять вилку и нож. Она улыбнулась стопке блинов, которая улыбалась ей в ответ яблочными глазками и ртом из молнияблочного джема. — Просто... ты меня знаешь, я не вижу себя без Стражи Снов.

Твайлайт села на своё место, взяла нож и вилку и начала нарезать ими свои блинчики. — Я знаю, но мы не можем позволить себе стать трудоголиками, как Селестия и Луна. Если только мы не хотим внезапно уйти на пенсию через тысячу лет, когда появится ещё один аликорн.

Никс усмехнулась, отправляя в рот кусочек блинчика.

~~~

Твайлайт телепортировалась в реальность некоторое время спустя, солнце взошло как подобает и теперь двигалось по небу. Она вытянула шею и расправила крылья. Всегда было немного странно использовать снотворное заклинание, чтобы снова заснуть после пробуждения, для поднятия солнца, но, честно говоря, выбирать не приходилось.

Она телепортировалась на нижний этаж особой башни. Нижний этаж той был довольно непримечательным, на самом деле просто небольшое фойе. Тем не менее, Твайлайт быстро поднялась по ступенькам, оказываясь в столь знакомом ей месте. Это была частная библиотека, в центре которой стояли гигантские песочные часы. Широкие окна открывали прекрасный вид на большую часть Кантерлота, сохраняя при этом холодные синие цвета в интерьере.

Это место когда-то принадлежало ей. Это было её личное место для обучения, предоставленное ей, когда она была верной ученицей принцессы Селестии.

Это было очень давно, и сейчас библиотечная часть башни скорее была просто украшением. Никто больше не приходил сюда читать книги. Несмотря на то, что теперь у нее была собственная личная ученица, Ластер Дон, это место оставалось зарезервированным для кое-кого другого.

Твайлайт переместилась в конец комнаты, где магическое и научное оборудование, предназначенное для углубленных исследований, было заменено медицинскими аппаратами и больничной койкой. В некотором смысле, это место стало одним из самых передовых, с медицинской точки зрения, во всей Эквестрии. Оборудование различных форм и размеров тянуло провода и трубки к кровати, на которой лежала одинокая фигура.

На кровати лежала Никс. Её, в основном, девственно чистая черная шерсть, была отмечена яркими шрамами. Даже её голова была покрыта шрамами. Эти зажившие раны были хорошо видны, поскольку скальп Никс был выбрит для удобства врачей. Отличительные узоры, следы когтей и зубов, были оставлены на Никс Большой Волчицей, последним противником, с которым она столкнулась при защите Понивилля. Победа, которая не далась Никс легко.

Магия Твайлайт потянулась к медицинской карте. Хотя она и была принцессой Дружбы и экспертом в магии, за последние несколько десятилетий она также начала хорошо разбираться в медицине. Она прочитала несколько нижних строк медкарты, и её лицо поникло, когда она увидела результаты последних тестов.

Никс всё ещё не очнулась.

Никс была жива, но в тот день в ней что-то сломалось. Её тело было в коме, в то время как её разум оставался в ловушке или, по крайней мере, был связан с царством снов. Независимо от того, какие заклинания или лекарства они пробовали, они не смогли заставить Никс вернуться в реальный мир. Хуже того, казалось, что даже тело аликорна не может вечно быть в коматозном состоянии.

Твайлайт почувствовала, как её худшие страхи становились явью. Она повесила медкарту обратно на край кровати. Рядом с ней и Никс был прикроватный столик. На нём лежала стопка писем и карандашных рисунков того рокового дня. Вместе с ними была плюшевая Твайлайт, на которой была милая маленькая шапочка медсестры. Хотя никто больше не знал об этом, эта кукла была зачарована, чтобы настоящая Твайлайт знала, когда проснётся Никс. Хотя, наверное, куклу стоило простирнуть — она выглядела немного пыльной.

Всё это заставило живот Твайлайт скрутиться. Она видела это в царстве снов — ментальная форма Никс, выглядевшая такой истощенной, была всего лишь олицетворением её тела. Её ситуация ухудшалась. В конце концов, им нужно будет разбудить Никс или они рисковали потерять её навсегда.

Или, может быть... Одна-единственная мысль вцепилась в задворки сознания Твайлайт, самая тёмная из мыслей. Та, которая отказывалась уходить, как бы Твайлайт ни старалась её прогнать. Мысль, что... может быть... она уже потеряла Никс в тот день, а всё это просто оттягивало неизбежное.

## Вариация четвёртая - Исправление

Что, если Никс стала бы учителем в Школе Дружбы

Что, если Никс осталась бы взрослой после событий Грехов Прошлого

__________________

— Почему директриса Твайлайт не может просто отменить занятия? — Галлус ворчал, пока он и его друзья покидали то, что должно было стать одной из лекций честности профессора Эпплджек. Однако вместо этого их обучала заместительница — кирин по имени Отом Блейз. Она тараторила со скоростью швейной машинки, и Галлус уже знал, что большинство сделанных им записей будут, в основном, бесполезны.

Смолдер шла рядом с Галлусом, всего на шаг позади. Сильвер Стрим и Оселлус шли позади них, в то время как Йона и Сэндбар замыкали шествие. Смолдер вытянула когти и крылья над головой, хрустнув парой суставов. — Что вообще приключилось на этот раз? Не слышала о том, что Эквестрию нужно спасать.

— Само собой, вы двое опоздали сегодня утром и не слышали объявления Дискорда, — сказала Оселлус. — Директриса Твайлайт и её друзья в Кантерлоте. Селестия и Луна отправляются в отпуск по Эквестрии, а директриса Твайлайт пользуется возможностью попрактиковаться в управлении Эквестрией.

— Это объясняет, почему здесь нет директрисы Твайлайт, но почему все профессора должны быть в Кантерлоте? — Спросил Сэндбар.

Оселлус повернула голову, чтобы посмотреть на него, пока группа продолжала идти по коридорам Школы Дружбы. — Что-то связанное с Королевским Лебедеславлением.

Смолдер закатила глаза. — Даже по меркам пони, это звучит глупо.

— Йона не знает, о чём спорят друзья. Йоне нравятся учителя-заменители! — Йона подскочила — от её приземления задрожали полы. Галлус, однако, воспринял землятрясение спокойно, как и все его друзья. Все они слишком привыкли к компании Йоны. — Больше всего Йоне понравились Меткоискатели, рассказывающие о том, как они помогают существам найти свое предназначение!

Сэндбар кивнул. — Это было довольно круто, хотя моей любимой была лекция доброты с Зекорой. Увидеть, как делаются зелья было так здорово.

Галлус усмехнулся и бросил взгляд в сторону Оселлус. — Моя это та, где король Торакс рассказывал нам о верности... в основном из-за того, насколько это тебя смущало.

— Есть у меня чувство, что если бы внезапно преподавать начал Дедушка Граф, ты бы справился не намного лучше, — ответила Оселлус с надутыми щеками. — По крайней мере, урок был о его брате, Фаринксе. Я всё ещё не могу поверить, что он рассказал историю про ”хватит себя бить".

Сильвер Стрим хихикала и подпрыгивала от восторга. По сравнению с Йоной, она приземлилась как пёрышко, и Галлус сомневался, что заметил бы её прыжки, если бы не оглядывался на остальных. — Ну, а я не могу дождаться, когда начнётся лекция смеха. Её будет вести заместитель директора — Дискорд собственной персоной. Это будет так весело!

Смолдер кивнула, когда они завернули за угол. Они приближались к месту назначения — большому атриумному классу, где Твайлайт Спаркл часто читала лекции по истории. — До сих пор не могу поверить, что его поставили на эту роль. Почему не Старлайт Глиммер?

— Она тоже уехала на выходные, — сказала Оселлус. — Так гласит табличка у неё на двери, которую она оставила несколько недель назад. Директриса Твайлайт, вероятно, просто не хотела заставлять Старлайт менять планы. А ещё, возможно, Старлайт лично выступила за то, чтобы Дискорду дали второй шанс после того, что произошло в прошлый раз.

Галлус замедлился и остановился. Группа находилась всего в нескольких десятках шагов от класса. Он оглянулся на своих друзей, все они остановились вместе с ним. — Эй, кто хочет поспорить?

— На что? — Спросил Сэндбар.

— Давайте поспорим на то, кого Дискорд назначил преподавать в классе истории дружбы директрисы Твайлайт, — сказал Галлус, используя одну из своих передних лап, чтобы указать на класс.

Остальные оглядели друг друга, начиная улыбаться и кивать. — Ооооо, что ставим на кон?

— Права хвастаться будет достаточно?

Остальные кивнули, и Йона подняла копыто. — Йона считает что это будет... Старсвирл Бородатый. Йона знает, как сильно директриса Твайлайт любит Старсвирла. Она бы без проблем позволила ему преподавать в её классе.

Сэндбар улыбнулся и кивнул. — Это хорошая догадка, Йона. Хотя, мы должны помнить, что не Твайлайт выбирала себе замену. Это сделал Дискорд. Так что выбор может быть не идеальный. Я думаю, это будет Дедушка Графф.

Галлус взмахнул хвостом и уставился на Сэндбара. — Да неужели?

— Почему сегодня только Оселлус должна смущаться? К тому же, Дедушка Графф хорошо знает историю.

— Да, но не так уж и много о дружбе, — сказала Оселлус, прежде чем выражение её лица немного прояснилось. — О, может быть, это принцесса Селестия или принцесса Луна. Я знаю, что они в отпуске и занимаются чем-то весёлым. Но, может быть, кто-то из них посчитает, что преподавать тоже весело, а поэтому захочет провести пару лекций здесь.

— Что, если это будет Дискорд? — Сказала Сильвер Стрим, взмахнув передними лапами в воздухе для драматического эффекта. — Я имею в виду, я знаю, что он проводит лекции смеха, но, может быть, он также будет преподавать историю! Он же может быть не в одном, а в нескольких местах сразу.

Смолдер усмехнулась. — Да, это было бы странно. Но я думаю, что если бы Дискорд и сделал так, то по всей школе бы ходили одни Дискорды. Ставлю на то, что это будет Факел, наш предыдущий повелитель драконов!

— Разве он не больше, чем всё это здание? — Спросила Оцеллус.

— Поэтому моя догадка и работает — никогда не ожидаешь такого!

Оселлус закатила глаза, пока Сильвер Стрим, Сэндбар и Йона захихикали про себя. Тем не менее, теперь все взгляды были прикованы к Галлусу. — Раз ты начал этот спор, то у тебя и догадка должна быть хорошая, — сказал Сэндбар. — Кто, по-твоему, это будет?

Галлус повернулся и продолжил свой путь к лекционному залу. — Скорее всего, это будет адмирал Темпест. Она или какой-нибудь другой злодей, побеждённый силой дружбы.

Остальные двинулись вместе с Галлусом. Дверь в лекционную и интригующая правда становились всё ближе. — Это было бы здорово, — сказала Смолдер, — но... сколько ещё злодеев, кроме Дискорда, которые теперь дружны с Эквестрией?

Глаза Оселлус блуждали по земле, её взгляд был прикован к полу, а выражение лица стало сосредоточенным. — Тирек и Коузи Глоу в Тартаре, и я сомневаюсь, что они захотят прийти и научить нас чему-нибудь. Мы не знаем, где королева Кризалис, и я сомневаюсь, что она бы исправилась без ведома короля Торакса. Стикс определенно соответствует тем же критериям, что и Темпест. Точно не Старлайт, иначе она была бы директрисой сегодня.

Галлус и Смолдер повернулись, чтобы войти в класс, пока Оселлус продолжала рассуждать. — До Старлайт был Тирек. До него случилось первое вторжение чейнджлингов. До этого был Дискорд, а перед ним была...

Оселлус во что-то врезалась. Она вздрогнула и отшатнулась назад, к счастью, её поймала Йона. Она оглянулась через плечо и сверкнула улыбкой своей крепкой подруге, а затем снова посмотрела вперед. Галлус и Смолдер остановились, как вкопанные, у двери. Оселлус быстро двинулась вперед, как и Сильвер Стрим, Сэндбар и Йона, делая всё возможное, чтобы заглянуть в комнату через Галлуса и Смолдер.

Там они увидели её, стоящую на небольшой учительской сцене атриума. Слова вырвались изо рта Оселлус, заканчивая предложение, которое было так внезапно прервано.

— Найтмер Мун.

~~~

— Приветствую всех, добро пожаловать на лекцию истории дружбы. Сегодня я буду заменять Твайлайт. Меня зовут Никс. — Никс написала своё имя на доске, прежде чем оглянуться на учеников, заметив их смущённые глаза и тихие перешёптывания. — И я предпочитаю именно это имя, хотя многие из вас могут знать меня как Найтмэр Мун.

Шёпот среди учеников уменьшился, так что Никс, по-видимому, избавилась от основного источника замешательства. Большинство местных учеников были родом из других городов или даже из других стран, и не знали тонкостей её личной жизни.

— Итак, если я правильно поняла, Твайлайт собиралась рассказать вам о первых дружеских отношениях и союзах Эквестрии за её пределами, когда королевство только было основано. Но... тут также лежит записка от Дискорда, на которой написано: "Учу тому, что я знаю". — Никс показала записку классу — это был довольно подробный рисунок Дискорда, изображающий Никс с дурацкой шапочкой.

— Итак, я полагаю, чтобы начать лекцию, мне нужно задать несколько вопросов. Во-первых, рассказывала ли директриса Твайлайт о Первом пришествии Найтмер Мун?

Все ученики на мгновение притихли, но храбрая душа подняла дрожащее копыто. Это была ученица-чейнджлинг. Никс пришлось быстро взглянуть на дощечку, в которой были фотографии и имена учеников, но она смогла довольно быстро определить ученицу. — Оселлус?

— Да, она рассказывала, — ответила Оселлус, опустив копыто. — Это была одна из наших первых лекций о том, как её познание силы дружбы помогло ей и её друзьям спасти Эквестрию. Это должно было показать нам, что, изучая дружбу, мы сможем совершать великие дела в мире с её помощью.

— Осмелюсь предположить, что это главная миссия школы, — сказала Никс, кивнув. — А рассказывала ли Твайлайт о Втором пришествии Найтмер Мун?

Никс выждала мгновение, сканируя глазами учеников. Коллективное покачивание головами ясно дало понять, что Твайлайт избегала этой темы. — Что ж, тогда, я думаю, довольно ясно, почему Дискорд оставил мне эту маленькую записку. Кто-нибудь знает о Втором пришествии Найтмер Мун больше, чем я?

Одна лапа была поднята — орлиный коготь с синими перьями. — Так что... типа, вы не принцесса Луна?

Никс почувствовала, что немного сдулась. — Значит, нам придётся вернутся настолько далеко. Скорее всего, Спелл Нексус мог бы дать более полное и правильное объяснение того, как именно у него получилось. Но в последнее время я использую простую аналогию.

Никс использовала свою магию, пока перешла на другую сторону сцены. Её грива распушилась, увеличиваясь, заполняя всё пространство. Тусклые, но мерцающие звезды в этой гриве начали смещаться, очищая пространство, прежде чем несколько из них собрались вместе в характерный образ дерева. В качестве последнего штриха между звёздами стали видны линии, что сделало его похожим на диаграмму созвездия из учебника.

— Возможно, Эпплджек рассказывала вам на одной из своих лекций о том, что не все сорта яблок дают потомство. Некоторые яблоки, полученные в результате гибридизации, способны приносить плоды, но из семен такого яблока не вырастет новая яблоня. Поэтому единственный способ получить новые деревья конкретного сорта яблок — это техника, называемая прививкой. Проще говоря, вы берёте ветку дерева и прививаете её к новому саженцу другого, совместимого сорта дерева. Затем, при надлежащем уходе, этот привой вырастет в совершенно новое дерево.

— Это то, чем являюсь я. Я — то, что осталось от настоящей Найтмер Мун, привитое и собранное воедино, в цельную пони. Во мне есть что-то от настоящей Найтмер Мун, но мне пришлось вырастить и заменить всё, что оставила Луна, когда была очищена Элементами Гармонии.

Никс снова оглядела класс, убедившись, что все успевали за ней, а после продолжила. — Директриса Твайлайт и её друзья одержали много побед, где сила дружбы или даже любви привела их к победе над ужасающими врагами. Однако то, как злодеи были побеждены, не всегда было одинаковым.

— Таким образом, мы подходим к сути того, что, как я чувствую, станет сегодняшней лекцией, к тому, в чём я более всего подкована: критический анализ и обсуждение искуплённых злодеев. Как доказали Дискорд, Старлайт и я, это более долгий и сложный путь по сравнению с простой победой и заточением злодея. И всё же, несмотря на риск рецидива, я считаю, что такое решение намного лучше в долгосрочной перспективе.

— Проще говоря, сегодняшняя лекция будет заключаться в том, что вы не можете просто взрывать все свои проблемы радугой.

Несколько студентов засмеялись, и Никс улыбнулась этому нежному звуку. Это было немного, но это был признак того, что ей удалось разрядить обстановку в комнате, и теперь они могли полноценно работать.

~~~

Некоторое время спустя ученики выходили из класса, обсуждая лекцию. Никс смотрела им вслед, кивая тем, кто смотрел ей в глаза. В конце концов, в лекционном зале осталась только она одна, хотя это одиночество продлилось недолго, ведь она услышала характерный щелчок, когда кое-кто появился.

— Ну и ну, ещё один очарованный класс, — сказал Дискорд с усмешкой. — Уверена что у тебя нет природного дара учителя?.

Никс закатила глаза, когда подошла к доске и начала стирать то, что было написано там в течение урока. — Я думаю, это скорее из-за предмета, а не моих преподавательских способностей. Кажется, мама избегала рассказов о моём нападении на Эквестрию в рамках своих лекций.

— Что ж, возможно, это был её первый полу-провал подобного масштаба, — сказал Дискорд, когда подплыл и плюхнулся туда, где обычно сидят ученики. — Маленькая кобылка, о которой она заботилась, несмотря на всю её любовь и заботу, всё равно захватила Эквестрию, когда к ней вернулись воспоминания. Да, в конце концов ты вернула Эквестрию, но...

Никс повернула голову, чтобы посмотреть на Дискорда. — Но Эквестрия всё ещё помнит недели вечной ночи.

— Жаль, что принцесса Луна не смогла вернуть те частички своей магии, которые в тебе были. Я полагаю, что для тебя и Твайлайт всё сложилось бы намного лучше, если бы ты снова была кобылкой. — Дискорд щёлкнул когтем и превратился в милую детскую версию самого себя. — Существа гораздо более снисходительны, когда у тебя милые маленькие щёчки, за которые можно потискать.

Дискорд снова щёлкнул когтем, возвращаясь к своему обычному виду. — Я имею в виду, почувствовать вкус детства только для того, чтобы больше никогда к нему не вернуться. И правда, как по мне — это уже достаточное наказание.

— Будет ли какая-то мораль или продолжишь сыпать мне соль на раны? — Сказала Никс, закончив стирать с доски. — Или просто хвастаешься тем, что у тебя всё так хорошо, несмотря на то, что помогал Тиреку? Что можешь просто так появляться и исчезать где угодно, пока я настолько занята, что едва ли могу посещать Понивилль?

— Прости, видимо, нервы у тебя не железные. — Дискорд заставил появиться маленький медицинский молоток, который взмахнул, чтобы ударить по одной из его ног. Всё тело Дискорда, в этот момент, содрогнулось в конвульсиях, в то время как сама нога оставалась совершенно неподвижной. — Хотя... ты же понимаешь, что очень напряженное турне “получаю по заслугам” частично является твоей виной. Полагаю, это облегчает чувство вины, но, на самом деле, нужно стремиться к балансу между работой и личной жизнью.

— Я буду разрешать свои проблемы так, как считаю нужным, Дискорд, — сказала она, выходя из комнаты. — Я оставлю записи с моей лекции на твоём столе, чтобы ты передал их директрисе Твайлайт, хотя я не думаю, что она захочет опрашивать своих учеников по этой теме.

С этими словами Никс покинула комнату, оставив Дискорда и его раздражающее подколки позади. Она прошла по коридорам к ближайшему выходу и оттуда взлетела. Её чёрные крылья легко несли её, пока она взлетала всё выше и выше, становясь не больше, чем тёмное пятнышко в небе над Понивиллем.

Через час для Никс начнётся комендантский час, поэтому ей нужно было успеть в Кантерлот. Это было очередное ограничение, на которое она согласилась, чтобы успокоить население Эквестрии, хотя она довольно громко высказывалась, что это начинает раздражать её. Тем не менее, она была свободна в течение часа. Магия засияла вокруг рога Никс. Это не было какое-то реальное заклинание, а вместо этого просто вспышка света. Свет заметили и быстро среагировали. Никс почувствовала, как её охватило заклинание телепортации, и вскоре окружение резко изменилось.

Место было тёмным и мрачным — странное логово, созданное в естественной известняковой пещере. Корни болотных деревьев наверху свисали сверху вместе со мхом. Мутная вода болота наполняла пространство затхлым запахом. Всё было залито тёплым светом хрустальной сферы с козлиным глазом, которая находилась в центре.

Вокруг этой сферы заседал тёмный совет — те, кто обладал злыми умами и душами, стремившиеся ни к чему иному, как к господству и разрушению Эквестрии. Присутствовали Королева Кризалис, Тирек, Коузи Глоу и лидер группы Грогар.

Когда Никс прибыла, все взгляды обратились к ней, нахмуренные и настороженные. Никс подошла и встала на своё место за столом. Затем из глубин её гривы появился зазубренный кристалл. — Как и было обещано, фрагмент магической карты из замка Твайлайт.

Губы Грогара скривились в лёгкой улыбке, когда его магия подняла осколок кристалла и медленно перевернула его. — Очень хорошо. Приятно найти хоть кого-то способного после того, как эти трое так эффектно провалились с защитой моего колокольчика.

Осторожно двигаясь, Грогар опустил осколок в свой хрустальный шар. Кристалл медленно погрузился в мистический глаз и слился с ним, а через несколько мгновений в нём чётко стал виден тронный зал Замка Дружбы. Грогар махнул копытом над хрустальным шаром, и стал виден другой зал. Ещё пара жестов, и ухмылка Грогара превратилась в широкую зубастую улыбку.

— Да, теперь мы можем не только видеть Твайлайт в любой части её замка, но и должны быть защищены от этой проклятой карты. Независимо от того, как будут продвигаться наши планы, мы можем не бояться, что Твайлайт Спаркл и её друзья ворвутся, чтобы остановить нас, прежде чем мы будем готовы. Да, очень хорошо, Найтмер Мун. С тобой, заменившей этого дурака Сомбру, наш успех более чем гарантирован.

Грогар помахал копытом над хрустальным шаром, отчего стал снова виден светящийся козлиный глаз. Он отвернулся от стола и направился к выходу из пещеры. — Тебе следует вернуться в Эквестрию, пока тебя не хватились. Я призову тебя снова, когда будет завершена следующая фаза нашего плана.

Никс вместе с остальными смотрела, как Грогар ушёл. Напряжение покинуло комнату, и вскоре Тирек, Коузи и Кризалис приблизились к Никс. — Теперь перейдем к более важным вопросам, — сказала Кризалис. — Что насчёт другой твоей миссии?

Из своей гривы Никс извлекла новый предмет. На этот раз это была книга. Коричневая с золотой отделкой, а на её поверхности был орнаментированный узор, изображающий колокол. Никс заметила, как глаза трёх других злодеев загорелись восторгом при виде книги. Коузи быстро среагировала, выхватив книгу и открыв её.

— Мне пришлось отправить своих клонов в библиотеку на пять ночей, а затем потребовалось ещё три, чтобы взломать замок. Но я сомневаюсь, что в ближайшее время пропажу заметят, — сказала Никс.

Тирек заглянул через плечо Коузи. — И ты уверена, что в этой книге есть информация о колокольчике Грогара?

— Если нет, то мы просто поищем информацию в другом месте.

— Нет, я чувствую, — Коузи закрыла книгу и обняла. — Эта книга как раз то, что нам нужно, чтобы убрать этого старого козла с пути. И с силой его колокольчика Эквестрия будет нашей.

— Просто помните о нашей сделке, — сказала Никс, глядя на трёх злодеев.

— Ты сможешь делать всё, что захочешь с Твайлайт Спаркл и Спайком после нашего триумфа, — сказала Кризалис. — В конце концов, приятно иметь сообщника с такими... низкими амбициями. А пока, к Грогару стоит прислушаться. Тебе лучше не оставаться здесь надолго. Мы сообщим тебе, как только убедимся, есть ли в этой книге то, что нам нужно.

— Я буду ждать. — Никс мягко взлетела и, развернувшись, полетела к выходу из пещеры. Но прежде чем уйти, она осмелилась остановиться и оглянуться. Эти трое кружились вокруг книги, их глаза жаждали власти, которую она им обещала. Никс задержалась, чтобы понаблюдать за ними ещё мгновение. Затем она повернулась и улетела.

~~~

Никс осторожно приземлилась на одном из балконов Кантерлота. Солнце должно было уже сесть, но Никс заметила, из-за чего произошла такая задержка. На том же балконе стояла Твайлайт, держа в руках странный магический амулет и вертя его в копытах. Звук шагов Никс поблизости привлёк внимание Твайлайт, заставив её покраснеть и быстро спрятать безделушку.

— Никс... рада тебя видеть, — сказала Твайлайт, натягивая улыбку.

— Как ты, мама? — Никс ответила почти холодно, сделав несколько шагов вперед. — Немного странно, что ты приветствуешь меня вместо принцессы Селестии, но я полагаю, что обязанности принцесс как моих надзирателей перешли к тебе, пока те в отпуске. Мне казалось, что смена дня и ночи тоже должна была стать твоей обязанностью.

— Да, просто... принцессы на самом деле не оставили инструкций о том, как этим пользоваться. Я имею в виду, я использовала их магию до этого, чтобы перемещать солнце и луну, но... всё это кажется... подожди, ага! Я поняла! — Магия Твайлайт, кажется, наконец-то смогла активировать амулет, и солнце наконец начало двигаться... в обратную сторону. Затем оно начало качаться и вилять в разные стороны, пока луна поднималась из-за горизонта, наворачивая петли.

— Позволь мне. — Никс расправила крылья и зажгла свой рог, когда направила свою волю к небу. Внезапно солнце и луна замерли, зависнув на мгновение, прежде чем быстро вернуться к правильному движению. Солнце начало опускаться за горизонт, пока Никс сосредоточивала свою магию. В этот момент зажёгся ещё один рог. Рог Твайлайт светился немного ярче. Стороннему наблюдателю, скорее всего, показалось бы, что Твайлайт пытается помочь и при этом понять, как двигать солнце и луну.

Но в действительности, Твайлайт накладывала защитное заклинание, гарантируя, что никто не услышит, о чём они говорят. Заклинание, кроме того, накладывало иллюзию, чтобы скрыть тот факт, что их губы двигались. Для любого, кто увидел бы их, казалось, что эти двое стояли в тишине, пока Никс вела солнце за горизонт.

— Ты отдала их им? — Спросила Твайлайт.

— Отдала, — сказала Никс, её крылья медленно опустились, когда солнце скрылось за горизонтом. — Ты была права насчёт фрагмента стола. Они использовали его, чтобы обойти защитные заклинания замка и видеть, что происходит внутри.

— Они заметили контрзаклинание?

— Не заметили. Ты можешь использовать ту же связь и, с той же лёгкостью, просматривать их логово.

Твайлайт улыбнулась, вздохнув с облегчением. — Очень хорошо. Не очень весело знать, что кто-то может шпионить за мной в любое время. Я рада, что недавно наложила дополнительные защитные заклинания на некоторые комнаты. Надеюсь, они ничего не заподозрят.

Твайлайт вздохнула и осторожно убрала амулет, который дали ей Селестия и Луна. — Что насчёт остального?

— Кризалис, Тирек и Коузи явно хотят сместить Грогара. Они чуть ли не с копытами вырвали эту книгу у меня.

— Они так и не дали тебе увидеть колокольчик?

Никс покачала головой. — Нет, я всё ещё не смогла его увидеть. Они слишком настороженно ко мне относятся, вероятно, потому, что Грогар слишком счастлив от того, что я преуспеваю в своих миссиях. Но я абсолютно уверена, что колокольчик у них.

Солнце село, и Никс перенаправила свою магию, чтобы начать поднимать луну. Твайлайт наблюдала за луной, её глаза следили за медленным восхождением той. — Они верят, что ты на их стороне?

— Я думаю, стали доверять мне больше. Кризалис даже зашла так далеко, что сказала, как приятно иметь союзника с такими "низкими амбициями". Они действительно думают, что я с ними, чтобы защитить тебя и насолить всей Эквестрии.

— Я бы не стала винила тебя, если бы ты действительно этого хотела, — сказала Твайлайт, опустив уши. — Ты так старалась, чтобы вернуть всеобщее доверие, и если что-то пойдёт не так, они снова возненавидят тебя. Они будут думать, что ты помогала этим злодеям в захвате Эквестрии.

Луна вышла на половину, её бледный свет уже заливал Эквестрию. Никс продолжала наблюдать за луной, чтобы убедиться, что её восход был плавным. — До этого не дойдёт. Мы знаем, что у них есть колокольчик, и неточности, которые ты внесла в эту книгу, замедлят их. Это даст нам время на прочтение оригинала и придумывание контрмер.

Твайлайт кивнула. — Так странно, быть по другую сторону всего этого. Попытки маскировок и уловок очень действует на нервы.

— А как, ты думаешь, я себя чувствую? Я помогаю им захватить Эквестрию... чтобы не дать им захватить Эквестрию.

— Я знаю, это было тяжело, но всё скоро закончится. И я обещаю, как только главной стану я, мы снова будем семьёй. Меня не волнует, что скажут другие, включая тебя. Если Дискорд может просто так разгуливать, то и ты тоже. Во имя Селестии, да я готова своим первым указом сделать тебя своим соправителем.

— Я смотрю ты решила в первую же неделю снизить свою популярность. — Сказала Никс со смешком. — Давай на чистоту, ты просто хочешь, чтобы я был рядом и могла двигать солнце и луну, пока ты сосредоточишься на дружбе в Эквестрии.

— Знаешь, это было бы неплохим распределением обязанностей, — сказала Твайлайт со усмешкой, прежде чем перевести взгляд на амулет. — И я ничего не хочу сказать, но... само существование этого амулета кажется мне довольно опасным. К тому же, у тебя так хорошо получается.

Луна уже полностью взошла, и рог Никс начал гаснуть. — Что ж, думаю, на сегодня наше время закончилось.

— Да, но скоро у нас будет столько времени, сколько мы только захотим. — Твайлайт начала убирать своё защитное заклинание. — Будь осторожна, хорошо? Если что-то пойдет не так, убирайся оттуда. Мне всё равно, если тебя раскроют. Просто убирайся как можно скорее.

— Я обещаю, со мной всё будет в порядке. И передай Спайку привет. — Никс позволила последним словам сорваться с её губ, прежде чем она снова нахмурила лицо. Защитное заклинание Твайлайт было убрано, и ей снова пришлось сыграть роль рассерженной злодейки. — Ты стала лучше в перемещении солнца и луны, мама. Я уверена, что Селестия, Луна и королевский двор будут недовольны тем, что ты позволила мне использовать магию.

— Не волнуйся, я с ними разберусь. Тем не менее, давай проведём тебя внутрь и в твою комнату. В конце концов, комендантский час уже настал. — Твайлайт развернулась и направилась обратно в замок Кантерлот, а Никс следовала за ней на несколько шагов позади.

~~~

Дискорд усмехнулся, развалившись у себя дома на потолочном диване и глядя на свой напольный кофейный столик. На нём была круглая шахматная доска с несколькими уникальными фигурами. Белые фигуры изображали Твайлайт Спаркл, её подруг и других принцесс. Чёрные фигуры, которых было меньше, изображали Тирека, Коузи Глоу и Кризалис. И одна, серая, изображала Никс.

Всё это был его маленький план, и он шёл как по маслу. Никс делала именно то, на что он надеялся, сливая лакомые кусочки информации Твайлайт. Это ещё больше помогло бы Твайлайт вырасти морально и поверить, что она действительно способна править Эквестрией. А ещё, он чувствовал, что это будет хорошим пиаром для Никс. Ну правда, пара ещё и поблагодарит его, когда узнает, насколько всё таки блестящим был его план.

Жаль, конечно, что Тирек, Коузи и Кризалис не смогли заполучить колокольчик. Всё было бы почти идеально, если бы они просто справились с этим маленьким поручением. И всё же, если он не мог скорректировать свои планы из-за мелких хаотических неудач, то какой же из него тогда лорд хаоса.

Да, план был безупречный. Ну в самом деле, что может пойти не так?

## Вариация пятая - Наследие

Для контекста: Глава была написана в августе 21ого

Что, если Никс осталась бы последней?

__________________

Солнце взошло, поднявшись над диким лесом и начав свое движение по небу. Никс наблюдала за этим, как и множество раз до этого, направляя шар своей магией. Взаправду, это был самый мягкий толчок, минимум усилий. Тем не менее, усилий было достаточно, и Никс повернулась, чтобы позволить солнцу продолжить движение самостоятельно, пока она возвращалась к своей кровати.

Она очень возненавидела лето во многих отношениях. Ночи были самыми короткими в это время года, из-за чего ей было необходимо строго относиться к своему распорядку, чтобы солнце и луна придерживались своего графика. Комплексное расписание, которое составила её дорогая мама, чтобы сезоны могли сменять друг друга самостоятельно.

Это было, несомненно, великолепно, и она любила долгие зимние ночи. Но лето... лето, которое она ненавидела со всей силы. Короткие ночи, жаркие дни, с её то чёрной шкурой. Слишком много причин для несчастья.

Тем не менее, Никс попыталась забыть про это, пока выходила из спальни и начала идти по залам своего замка. Да, это был не Замок Кантерлот и не Замок Дружбы. Это был её замок. Это был замок, вырезанный из камня алмазными псами, а затем перенесённый её магией. Это был Замок Ночной Камень, хотя... возможно, не такой мрачный и угрожающий, каким был однажды.

Так же, как лес окружал замок, он пытался и поглотить его. Когда Никс проходила мимо небольшого балкона, рядом с одним из главных коридоров, она увидела знакомое дерево. Оно нашло небольшую трещинку в камне и выросло до впечатляющего дуба, который прислонялся к перилам. Честно говоря, место было одним из её любимых, где она сидела и читала — ствол дерева образовывал естественное, удобное место для сидения.

Это дерево, однако, не было одиноким. Виноградные лозы, кустарники, мох и другие деревья пустили корни в небольших трещинах камня и щелях в кирпичной кладке. Но Никс знала, что замок был домом не только для флоры. Крошечные существа, в худшем случае досадные, нашли укромные уголки и щели, чтобы сделать свои норки. Если бы Никс действительно захотела, она, вероятно, могла бы очистить всё с помощью нескольких хороших заклинаний, но лес помогал скрывать замок. Да и к тому же, было приятно знать что в замке она была не одна.

Но речь не об этом. Мысли Никс невольно вернулись к состоянию её замка, когда она шла по коридорам, после ночного сна. Ощущение было, как если пожелать доброго утра хорошему другу, а потом обратить внимание на необычность одежды или новую причёску. Так много в замке могло измениться, и всё же так много в нём могло остаться прежним.

Одной из частей замка, которая изменилась давным-давно, и теперь менялась чаще всего, была территория вокруг замка. Когда-то бывшее местом для марширующих солдат теперь было плотно забитым садом — первая остановка Никс каждое утро, когда она ходила за завтраком и ухаживала за множеством растений.

Никс не остановилась, чтобы осмотреть сад, пока выходила на улицу. Вместо этого она быстро переместилась вправо от парадных дверей замка. Там, как очевидное незапланированное дополнение к мрачному и великолепному замку, стояла каменная платформа, на которой был старый металлический водяной насос и несколько сложенных рядом вёдер и корзин.

Одним взмахом рога Никс заставила старый водяной насос ожить. Ручка поднималась и опускалась сама по себе, скрипя и постанывая, прежде чем начать качать воду глубоко из-под земли. Ещё один взмах рога, и вёдра взлетели, выстраиваясь в ряд. Ведро наполнялось водой, а затем уплывало, чтобы полить какую-нибудь часть сада. Это был восхитительный танец, который стал для Никс таким же привычным, как и дыхание.

Доверив магии уход за садом, Никс принялась копытами собирать урожай. Она взяла ртом плетённую корзинку, её зубы провалились в уже успевшие появиться углубления. Затем она начала ходить по саду, осматривая его, как на рынке. Всякий раз, когда её глаз подмечал какой-либо овощ или фрукт, она останавливалась и рассматривала тот повнимательнее. Чаще всего, после этого плоды быстро срывались. Часть из них попадала в её плетеную корзину. Остальные же выбрасывались в компостное ведро, расположенное возле главных ворот замка.

Пройдя по саду, Никс перешла от листовой зелени к ярким ягодам и корнеплодам. Её последней остановкой была небольшая группа могучих яблонь, находящаяся дальше всего от входа в замок. Никс посмотрела на ветви, двигаясь среди деревьев, прежде чем остановиться возле одного. С отработанной эффективностью, она приподняла одну ногу, а затем дёрнула ту назад, лягнув ствол дерева. Ветки загремели, и с дерева на мягкую траву упало несколько яблок. Никс подобрала яблоки, немного смахнув их, прежде чем улыбнуться и кивнуть деревьям.

К этому времени водяной насос перестал качать воду, а ведра сами собой стали складываться в стопку. Сад был ухожен, и Никс возвращалась в замок, чтобы разложить еду на день и решить, что ей приготовить на завтрак. Затем нужны было возвращаться к работе.

~~~

Солнце взошло, поднявшись над диким лесом и начав свое восхождение в небо. Никс слегка нахмурила брови, потирая основание своего рога. В это утро солнце казалось особенно тяжёлым, таким же вялым, как Никс, когда той не хотелось вставать с кровати. Возможно, её магия решила взять отгул.

Отступив с балкона своей спальни, Никс отправилась заниматься своими обычными делами. Она вышла в сад, взмахнув рогом у водяного насоса... и снова... что-то было не так. Ручка насоса как-будто заржавела. Ей пришлось влить в него больше магии, чтобы заставить воду течь. Вёдра, обычно так легко выполняющие свои обязанности, шатались из стороны в сторону. Как будто их тоже только разбудили. Никс нахмурилась, но продолжила собирать еду себе на завтрак. Благо с растениями всё было в порядке. Зелень, плоды, всё это росло как обычно. Растения были здоровы, и компост, несомненно, вонял так же сильно, как и обычно.

Подойдя к яблоням, Никс обнаружила что те блистали, как и всегда. Она подошла, чтобы сбить с них яблоки, но... это утро ничем её не наградило. Ветви загремели, но ни одно яблоко не упало. Никс решила попробовать несколько других деревьев, но и они ей отказали. Последнее дерево она лягнула обоими ногами. И наконец-то упало одно яблоко. Оно было спелым и отменным. Вроде бы и хорошая новость, но, тем не менее, количество затраченных усилий казалось неправильным.

~~~

Теперь Никс была уверена в этом. Магия покидала Эквестрию. Она знала, как это происходит. Пусть и медленнее — в течение нескольких недель, а не дней, но, тем не менее, это было слишком похоже на то, что однажды пыталась провернуть Коузи Глоу. Теперь Никс приходится по-настоящему напрягаться, чтобы перемещать солнце и луну. Она боялась, что ещё через несколько недель полностью утратит эту способность. Конечно, у неё был и запасной вариант. В крайнем случае, можно было использовать один древний амулет, если бы она вспомнила, куда его дела.

Уход за садом стал более хлопотным, занимая значительную часть утра Никс. Она набирала и разливала воду копытами, а яблоки приходилось срывать по одному. Казалось, что и сам сад тоже страдал. Начали появляться разные вредители и болезни, к которым растения должны были быть устойчивы. Никс действительно беспокоилась о потере яблонь, хотя на данный момент они стояли крепко.

Выйдя из сада, Никс должна была быстро позавтракать, а затем отправится прямо в библиотеку замка. Та, на самом деле, никогда раньше по-настоящему не впечатляла. Она была создана для хранения содержимого библиотеки Кантерлота, и для того, чтобы стать пристанищем эквестрийского правительства.

Пусть и c условностями, но это стало единственной задачей замка, которая была выполнена.

У Никс были книги со всей старой империи. Замок Кантерлот, Замок Дружбы, Кристальная Империя, Гора Айрис и даже дальше. Книжные полки были переполнены, некоторые книги просто пришлось оставить лежать стопками на полу. Это было единственное место, где Никс усердно старалась сдерживать вечно наступающий лес. Хотя, за последние несколько недель, держать здесь порядок она не старалась.

Никс переняла тактику своей матери, когда дело доходит до поиска неизвестных магических явлений. Шаг первый: попробовать самые очевидные книги. Шаг второй: попробовать неочевидные книги. Шаг третий: попробовать действительно неочевидные книги. Шаг четвертый: перевернуть всё вверх дном и надеяться на лучшее. Никс глубоко ушла в четвёртый шаг, и объяснения всё ещё не было.

Подойдя к столу, который Никс превратила в своё рабочее место, она оглядела свои усилия с прошлой ночи: заклинание, основанное на том, что когда-то даровало ей жизнь. Это была её последняя попытка, заклинание, призванное действовать как компас и указывать, куда уходит магия. Но даже когда Никс смотрела на него, она боялась, что оно не сработает, как и многие другие заклинания до этого.

Эквестрия словно высыхала. Магия как будто просто испарялась под жаром летнего солнца. Эквестрия становилась менее магической, но Никс знала, что это не может быть правдой. Должна же была быть причина, верно? Магия должна была куда-то уходить, либо, по какой-то причине, Эквестрия потеряла способность генерировать магию.

Никс вздохнула и покачала головой, почувствовав, что что-то не так. Она повернула голову и увидела проблеск белого. В отчаянных поисках зеркала Никс закончила тем, что смотрела на своё искаженное отражение в одном из декоративных доспехов соседнего коридора.

Магия покинула её гриву, оставив только волосы белые и бледные, как лунный свет. Прошли столетия с тех пор, как Никс видела свои настоящие и естественные волосы, свободные от магии. Сначала это был просто шок. Она почти слышала, как Рарити судорожно вздохнула, хотя прошло так много времени с тех пор, как кто-то слышал голос этой кобылы. Тем не менее, другие детали начали проясняться. Аликорны обычно не стареют, и всё же её грива была белой. Теперь же, когда она впервые за долгое время внимательно посмотрела на себя, Никс начала замечать "гусиные лапки" вокруг глаз и складки в уголках рта.

Магия Эквестрии испарялась, и её бессмертие улетучивалось вместе с ней.

~~~

Позже тем же вечером Никс зашевелилась. Она провела остаток дня, пытаясь закончить одно из последних заклинаний. Осознание того, что её собственная жизненная сила вытягивается вместе с магией, зажгло в ней огонь и, возможно, привело к тому, что она слишком сильно напряглась. Она остановилась только на ужин и чтобы поднять луну. После этого она, должно быть, заснула. Сейчас была ночь, её слюна капала на свиток, над которым она работала.

Со стоном и хрустом вытянув шею, Никс смирилась с тем, что должна лечь спать по-нормальному. Словно кто-то открыл шлюзы и её разум захлестнуло понимание, что каждое маленькое и необычное раздражение её тела за последние несколько недель было связано с возрастом. Странная острая боль в суставе без видимой причины. Ноющие ноги и просто растущая тяжесть усталости. Это было разрушительное воздействие возраста, наконец-то давшее о себе знать.

Тем не менее, она не могла позволить ничему из этого замедлить её. Она должна была найти решение, даже если признавала, что ей нужно немного поспать. Она аккуратно спрятала свою работу и быстро выскользнула из библиотеки. Никс почти слышала как кровать зовёт её, и уже страшилась вставать завтра утром, чтобы поднять солнце.

Она зевнула, задаваясь вопросом, заметит ли Эквестрия, если солнце немного задержится, но... затем она замерла. Она проходила мимо парадных дверей замка. Библиотека была на первом этаже, а её спальня находилась в одной из башен. Самый быстрый путь между ними — пройти через главный вход и подняться по длинной лестнице, которая вела прямо в её спальню. Каждое утро она выходила из этих дверей, чтобы набрать еды, а затем закрывала их за собой.

Но сейчас, когда она стояла там, Никс увидела, что двери были открыты. Кроме того, она могла судить, что их кто-то открыл. Двери должны были быть зачарованы и устойчивы к проникновению, но Никс могла только догадываться, что и эта магия исчезла. Вся защита стала слишком слаба, чтобы сдержать кого-либо.

Затем Никс услышала... вздох, визг... трудно было сказать, но это определенно звучало непривычно. Она попыталась что-то наколдовать, но даже самые простые заклинания были сравнимы с поднятием чего-то тяжёлого. Тем не менее, Никс не потерпела бы, чтобы в её замок вторгались. Она призвала свою силу, черпая её из всё больше истощающегося источника своей магии, чтобы сотворить одно из своих старейших и наиболее практичных заклинаний. Никс превратилась в облако магии и начала обыскивать замок.

Она перемещалась из комнаты в комнату, из коридора в коридор. Она начала слышать голоса и быстро сосредоточилась на них. Тронный зал. Она не была в своём тронном зале десятилетиями, но звук исходил именно оттуда. Она начала двигаться быстрее, нырнув в окно и облетя замок снаружи, прежде чем вернуться внутрь через старый вход для слуг.

В течение минуты магическое облако, которым была Никс, проскользнуло в тронный зал. Она кралась по краю, прячась в тени. Когда-то детализированный витраж, на котором была изображена огромная и страшная Найтмер Мун, давно был заменен более абстрактными и геометрическими рисунками. Тем не менее, стёкла этих окон всё ещё пропускали лунный свет.

И там, в лунном свете, Никс увидела пять фигур, стоящих вокруг трона.

— Это так захватывающе. Я имею в виду, посмотрите на отделку. Интересно, был ли это чей-то заказ, но тогда кто бы оставил её здесь? И где у неё крылья?

Одна из пони говорила, стоя рядом с троном. Она что-то держала, и Никс почувствовала, как начала гневаться, когда поняла, что это было. Это было её мягкое, плюшевое воссоздание Твайлайт. Куклу-мишень, ставшую игрушкой для объятий в натуральную величину, оставили занимать трон в комнате. Никс сохранила её там по множеству причин, ни одна из которых не применима к текущей ситуации.

Мало того, что в замке были нарушители, они еще и трогали её вещи.

Никс больше не колебалась ни мгновения. Она расширила своё облако, перекрыв главный выход из комнаты. Её форма потрескивала молниями и гремела громом, заставляя нарушителей подпрыгнуть и быстро повернуться к ней лицом.

— Кто посмел вторгнуться в мой дом?! — Никс взревела и... почувствовала себя странно. Её голос был более хриплым, чем она помнила. Конечно, она не слишком много разговаривала сама с собой, хотя читала вслух, чтобы заполнить пустоту. Но она была так сосредоточена на попытке решить проблему, что неделями не произносила ни слова. Тоже имеет смысл, что её голос просто стал старым и сухим. Тем не менее, ярость в её словах всё ещё звучала правдиво.

Пять пони собрались вместе, несколько двинулись вперед, в то время как остальные держались сзади. Теперь, когда она вышла из тени, Никс могла лучше рассмотреть их. При первом же взгляде можно было заметить двух пегасов, двух земных пони и единорога. Именно одна из земных пони взяла куклу Твайлайт, та, что с оранжевой шерстью и розовато-фиолетовыми волосами.

Тем не менее, это так же была та пони, та кобыла, которая отошла от других, выдвинувшись вперёд. Она цеплялась за куклу Твайлайт, как будто это придавало ей смелости.

— Я... Санни Старскаут. Мы пришли... потому что магия исчезает из этого мира. Всё началось с единорогов, таких как моя подруга Иззи, но сейчас и пегасы попадают под влияние.

Никс оставалась в форме облака, нависая над ними всеми. — Друзья... земные пони, единороги и пегасы не были друзьями на протяжении веков.

Вышедшая вперед кобыла, Санни, вздрогнула от громкого голоса Никс, но... затем её глаза посмотрели на куклу Твайлайт. Она снова посмотрела на Никс, твёрдо упираясь копытами в пол. — Они мои друзья, и я собираюсь сделать всё, что в моих силах, чтобы помочь им. Мы пришли в поисках Древа Гармонии. Мы думаем, что оно может исправить то, что происходит.

— Дерево... ты знаешь о дереве? — Гнев Никс успокаивался, её облачная форма смягчилась. Молнии исчезли, и она стала больше похожа на бушующий ливень.

— Мой папа рассказывал мне истории о нём, о том, как оно помогло Твайлайт Спаркл и её друзьям спасти Эквестрию. Мы верим... мы надеемся, что и нам оно поможет тоже. — Санни полезла в свои седельные сумки и что-то вытащила, что-то незнакомое Никс. Это был деревянный амулет с вырезанным копытом, но на нем было кое-что безошибочно узнаваемое: кьютимарка её матери.

Никс на мгновение замолчала, продолжая нависать. Она спряталась после катастрофы, выполняя указания своей матери, чтобы гарантировать, несмотря ни на что, что хоть какое-то существо останется, чтобы двигать солнце и луну. И всё же в этот самый тёмный час, когда она чувствовала, что потерпела неудачу в своей задаче... группа друзей пришла к её двери в поисках дерева, которого больше не существовало.

Никс не смогла удержаться от смешка, вспомнив начало собственной истории Твайлайт. Шесть друзей, столкнувшихся с бедой и ищущих Элементы Гармонии. Неужели прошло так много времени, что история начала повторяться? Она не могла отрицать, что ей было любопытно, но Никс не могла рисковать, разоблачая себя. Новости о живом аликорне в Эквестрии... Она не могла подвергать риску движение солнца и луны.

— Вы близки к тому, что ищите, — ответила Никс, позволяя своей облачной форме отступить назад. — Двигайтесь один день на запад, в самое сердце Вечнодикого Леса. Спуститесь в ущелье под замком, более древним, чем этот. Там вы найдёте то, что осталось от дерева.

С этими словами Никс выскользнула, покинув тронный зал и отправляя свою облачную форму наружу. Она порхнула и полетела к балкону своей спальни, возвращая себе физическую форму. Никс почувствовала, как задрожали её ноги, и услышала, как несколько суставов хрустнули. Казалось, что она только что забрала у себя пару лет — своеобразная плата за столь незначительный магический трюк. Тем не менее, Никс опёрлась на перила балкона своей спальни и посмотрела вниз на двор замка внизу. Прошло всего несколько мгновений, прежде чем пятеро нарушителей вышли из замка, некоторые явно стремились сбежать поскорее. Никс могла только представить, что они уверили в то, что в замке водятся призраки, и, возможно, это было к лучшему.

Тем не менее, пока остальные четверо уходили, оранжевая на мгновение задержалась у ворот замка. Она обернулась, чтобы посмотреть на замок, и её глаза следили за поднимающимися башнями, пока её взгляд не встретился с взглядом Никс. Она задержала этот взгляд на мгновение, затем нерешительно помахала копытом. Никс не помахала в ответ, продолжая просто наблюдать, пока Санни не повернулась, чтобы последовать за своими друзьями обратно в лес.

— Новое поколение... будет интересно посмотреть, что они собираются делать, - сказала Никс, посмеиваясь, и развернулась, чтобы отправиться спать. Хотя, перед этим она хотела бы проверить одну вещь.

Она хотела убедиться, что эти пони не украли её плюшку Твайлайт.

## Основная глава - Неприятности будущего

— Сначала.

Никс тяжело дышала, пот капал с её лба. Было раннее утро, солнце едва взошло в тот день, который должен был стать очень важным. И всё же она была здесь, как и в течение последних нескольких лет — вставала на рассвете, выполняя упражнения. Она только что закончила полосу препятствий, которую, как она чувствовала, могла бы преодолеть и с закрытыми глазами. И всё же, одно слово и бежать ей снова.

И Никс подчинилась, качая головой и устремляясь к первому препятствию. Это была серия из шести наклонных платформ, каждая под углом 45 градусов. Техника проста: прыгать между каждой платформой быстро и точно, пока не достигнешь самой высокой точки. Никс сделала первый прыжок, держа крылья сложенными. Возможно, когда она начинала эту полосу препятствий, она нуждалась в них, и ей разрешали использовать их для поддержки. Но сейчас, на этой части, она могла полагаться только на силу своих ног.

Первая платформа, вторая, третья. Она совершала каждый прыжок с отработанной эффективностью. Её глаза перемещались между приближающимися платформами, но она не могла не заметить и то, что было на периферии. На земле была её наставница: Темпест Шедоу, которая не отставала и наблюдала. Никс знала, что каждое её движение и каждый шаг оценивается.

Четвёртая, пятая, шестая. Она оставила наклонные платформы позади и оказалась на вершине круглого бревна, которое держалось на высоте пары метров над землей. Приземлятся сюда было опасно: жердь едва подошла бы и для пегаса обычного размера. Тем не менее, Никс должна была удержаться. За прошедшие годы она превратилась в кобылу, которой когда-то была: аликорн царственного роста и стати. Единственное, что отделяло её от первоначальной формы Найтмер Мун — её кьютимарка и грива, последняя из которых не превратилась в магическое облако тёмного космоса. Это всё ещё были её натуральные фиолетовые волосы, хотя она постригла их до скромной длины.

Было неэффективно и непрактично бегать полосы препятствий с гривой, которую часто ожидают от принцесс-аликорнов.

С вершины этого бревна Никс прыгнула и расправила крылья, оседлав восходящий поток воздуха от вентилятора снизу. Она контролировала свой быстрый подъём, стараясь оставаться на том же месте в воздухе, пока её несло ввысь. Вскоре она попала на воздушную часть трассы: набор облачных колец. Одним большим взмахом крыльев Никс толкнула себя вперед, начав вращаться и проходить сквозь плотно установленные обручи. Бочки и крутые повороты, а в конце, сложив крылья, Никс пикировала вниз на наземную часть полосы препятствий.

Никс прошла через обручи без единого отлетевшего пёрышка, но осмелилась взглянуть на горизонт, как только начала пикирование. Вдалеке возвышалась Кристальная Империя — сверкающие здания и замок, который был домом Никс последние несколько лет. Она жила со своей тётей, дядей и двоюродной сестрой, полностью посвятив себя тренировкам с Темпест Шедоу.

Никс спикировала и приземлилась, не теряя инерции, когда перешла на спринтерскую часть трассы. Её копыта грохотали под ней, пока она мчалась к следующему настоящему препятствию, и в этот момент её мысли вернулись к тому судьбоносному дню на стадионе Кристальной Империи. Она думала о том дне, когда попросила Темпест Шедоу стать её наставницей. Какое-то время это был простой ежемесячный визит. Ей давали тренировочную программу, которую она должна была выполнять, живя с Твайлайт в Кантерлоте и посещая школу, а затем она возвращалась в империю на интенсивные тренировочные выходные и оценку Темпест.

Но спустя годы, когда Никс закончила школу, она обратилась к своей матери, Твайлайт Спаркл, с просьбой. Твайлайт надеялась, что Никс получит высшее образование, проходя университетскую программу в Школе Селестии для одаренных единорогов. И, честно говоря, Никс тоже этого хотела, но только после того, как добьётся другой цели.

Она, наконец, призналась, что тренируется с Темпест Шедоу, а Твайлайт, в свою очередь, призналась, что уже знала об этом. И всё равно потребовалось убеждение. Стало довольно очевидно, что Твайлайт хотела отправить Никс в школу Селестии, чтобы та могла остаться в Кантерлоте, получая высшее образование. Тем не менее, в конце концов, Твайлайт согласилась.

И таким образом Никс оказалась здесь, сегодня, пробегая полосу препятствий, лишь возможно, в последний раз. Потому что сегодня был день её выпускного теста, и какой же это будет дурацкий тест.

Никс добралась до конца спринтерской части и сменила фокус внимания, перейдя к магической части трассы. Сначала появились распылители воды. Они постоянно лили воду, превращая твёрдую землю в грязь. Никс использовала заклинания щита: пузыри и плоские квадраты. Пузыри окружили распылители, блокируя поток воды, в то время как Никс побежала вверх по лестнице из квадратных щитов. Всё это привело к круглой платформе шириной в добрых шесть пони. Никс достигла центра платформы и нажала кнопку. Под ней механическое чудо, которое было платформой, начало с шипением оживать.

Начали появляться деревянные мишени, изображающие красные силуэты разных существ. Обычно в такой ситуации единорог мог бы поразить противников магией. Никс, однако, начала формировать больше защитных пузырей. Они были размером с мячи, и вскоре Никс развернулась и изгибала своё тело, чтобы пинать сферы энергии.

С той же изнурительной эффективностью, которую Темпест однажды продемонстрировала, бросая сферы с проклятием в королевскую семью Эквестрии, Никс пинала свои щиты пузыри по целям, сбивая те. Но она не могла бить во все подряд, так как среди целей были и такие, которые нужно было оставить нетронутыми. На них были изображены счастливые, радостные лица братьев Флима и Флэма, ныне прославленных изобретателей Эквестрии, которые собрали эту конкретную часть полосы препятствий для Никс.

Тем не менее, Никс поразила каждую цель в быстрой последовательности, и, как только она сбила двенадцать, она спрыгнула с платформы обратно на землю. Это была финишная прямая полосы препятствий, и Никс мчалась по ней. Но, в то же время, магическая часть курса не была завершена.

Темпест уже ждала на финишной линии, её рог искрился энергией. Она откинула голову назад, а затем наклонила вперед, выпустив волну своей дикой, неукротимой магии.

Никс быстро создала перед собой барьер, и шар магии разбился о него, пока Никс продолжила бежать вперёд. Темпест смягчила снаряд только тогда, когда Никс была в нескольких шагах от неё, отошла в сторону и позволила аликорну на полной скорости пересечь финишную черту.

Как только полоса была пройдена, Никс быстро замедлилась и, в конце концов, остановилась, снова опустив голову и начав тяжело дышать, пока пот свободно капал с её лба. Не смотря на тяжёлое дыхание, она слушала. Её уши оставались навострёнными на случай, если Темпест скажет одно единственное слово, которое заставит Никс отправится на очередной круг.

— Достаточно.

Никс почувствовала, что её ноги немного подкашиваются. Она осторожно позволила себе наклониться в сторону, перевернувшись на спину. Она дала своим ногам свободно висеть в воздухе, а крыльям расправиться под ней — прохладная земля была такой приятной.

Темпест подошла, чтобы посмотреть на Никс сверху вниз. — Ты немного медлила на спринтерских участках.

— Плохо спала прошлой ночью, — ответила Никс, стараясь говорить ровно, даже пока пыталась отдышаться.

— Нервничать — это естественно. Вот почему я выбрала Игры в качестве твоего последнего теста. Тебе нужна ситуация с реальными ставками, чтобы доказать, что ты можешь применить всё, чему я тебя научила, когда это важнее всего.

Никс медленно перекатилась на копыта и приняла сидячее положение. Она посмотрела на Кристальную Империю, мерцающую вдалеке, и уже могла видеть пегасов и других крылатых существ, порхающих в воздухе. Ей казалось, что сквозь ветер она слышит шум толпы на стадионе.

— А ещё я знаю, что ты, на самом деле, не очень любишь быть в центре внимания.

Никс усмехнулась, сухой смех смешался с хныканьем. Пока она была на полосе препятствий, она не могла думать об этом, не могла сосредоточиться на этом. Но теперь, когда она смотрела на стадион вдалеке, он как будто преображался у неё на глазах. Место радости и веселья для Эквестрии превращалось в монстра, с которым ей придётся столкнуться лицом к лицу.

Никс почти что предпочла бы снова встретиться с Большой Волчицей.

— Всего лишь три соревнования. Три соревнования на Играх Дружбы, — сказала Никс, пытаясь убедить себя, что на самом деле не о чем беспокоиться. Притворная уверенность мало что делала для того, чтобы придать ей настоящей уверенности.

— Разбивание тарелочек, чтобы продемонстрировать твои магические и атакующие приемы, воздушный дуатлон, чтобы показать твой полет, и наземный триатлон для твоей физической ловкости.

Никс попыталась встать, отряхивая ноги. Стоя рядом с Темпест, она не могла не нависнуть над своим наставником. Тем не менее, Темпест, с её сильной личностью, всегда казалась более чем способной смотреть Никс прямо в глаза, даже несмотря на её более низкий рост. — Всё еще не могу поверить, что ты убедила их позволить мне соревноваться.

— С широким спектром существ на Играх, единственной заботой мисс Харшвинни было ограничение твоей магии, и для этого есть заклинания. Кроме того, если бы мероприятие было бы в выставочном формате, это свело бы на нет нашу цель.

Темпест двинулась вперёд, рысью направляясь обратно к городу. Никс слишком хорошо знала, что это способ Темпест для восстановления — должная прогулка обратно в город с их тренировочных площадок на окраине. — Я не могу бросить тебя в настоящую битву, где на кону стоят жизни. Всякий раз, когда ты столкнёшься с такой ситуацией в первый раз — это будет настоящим последним испытанием всего, чему я тебя научила. Но для того, чтобы я была уверена, что ты готова к выпуску, мне всё равно нужно, чтобы ты прошла тест, в котором есть реальные ставки.

— Честь Эквестрии на первых Играх Дружбы кажется довольно уместной.

Никс снова засмеялась, пытаясь скрыть нервный стон. — Как же мне повезло, что мама решила начать такую благородную традицию в тот же год, как я закончила школу.

~~~

Шум толпы был нескончаемым, пока команда стадиона выполняла свои задачи. С отработанной эффективностью препятствия для воздушной эстафеты двигались и убирались, расчищая поле для следующего соревнования. Кристальный стадион Кристальной Империи был переполнен, и, чтобы удовлетворить спрос, были установлены дополнительные места для сидения на облаках, которые парили в небе.

— Далее у нас финал по разбиванию тарелочек.

По всему стадиону раздавались радостные крики и голоса, принадлежащие пони, грифонам, гиппогрифам, чейнджлинги, якам, драконам и многим другим. Все были приглашены на Игры Дружбы. Да, освящённая веками традиция Эквестрийских Игр теперь была расширена. Существа со всего мира приезжали, чтобы соревноваться и наблюдать, а сами игры разрослись, поскольку были введены новые мероприятия с ориентировкой на спорт и традиции других стран.

Игры стали ярким примером надежд и мечтаний Твайлайт о будущем Эквестрии.

Твайлайт стоило бы наслаждаться этим побольше. Она сидела рядом с Каденс в королевской ложе, в окружении лидеров стольких дружественных стран. Все, существа любого размера и вида, наслаждались представлением. Газеты возвещали об Играх как об одном из величайших событий, которые когда-либо происходили, и все, казалось, стремились к продолжению традиции. Каждый день соревнований проходил под эффективным руководством мисс Харшвинни, которая взяла на себя дополнительную ответственность за международное спортивное мероприятие так, будто это было легче паренной репы.

Твайлайт стоило бы быть счастливой ещё и потому, что Игры были не единственным, что шло хорошо. Дипломатические встречи, которые происходили во время Игр, тоже проходили гладко. На каждой из конференций Твайлайт ещё больше укрепляла узы дружбы между Эквестрией и её многочисленными союзными нациями.

Твайлайт стоило бы столько всего, но всё, что она чувствовала прямо сейчас, это нервозность, которая исходила из её материнских инстинктов.

Хотя это и не был последний день Игр, сегодня был последний день теста Никс. До сих пор её дочь показывала себя превосходно. В воздушном дуатлоне и наземном триатлоне Никс добралась до финала. В итоге она не стала медалисткой, но для этих двух соревнований выход в финал был планкой, установленной Темпест.

Однако в разбивании тарелочек Темпест установила планку повыше. Никс должна была завоевать медаль в этом соревновании, чтобы пройти тест.

Разбивание тарелочек было адаптацией драконьего времяпрепровождения, которое состояло из разрушения камней огненным дыханием. Версия, используемая в Играх, повысила сложность, используя механическое устройство для подбрасывания глиняных дисков в воздух, которые участники должны были разбить одним попаданием из одной позиции. В финале было несколько участников драконов, но другие страны также составили сильную конкуренцию. У Эквестрии было несколько единорогов, которые дошли до финала. Были также абиссинец и птица, которые использовали специально разработанные арбалеты. Была даже як, которая впечатляюще грубо пробилась в финал, швыряя головой большие камни через всё поле, чтобы разбивать тарелочки.

Стадион наполнился небольшим музыкальным сопровождением, указывающим на прибытие участников. Твайлайт встала со своего места, вытянув шею, чтобы посмотреть вниз на поле и понаблюдать за приближающейся процессией.

Несколько лет назад попытаться разглядеть что-то сквозь толпу было бы гораздо труднее. Теперь же, однако, Твайлайт действительно начала пожинать преимущества вертикальности того, что она была аликорном. За десять лет, прошедших с момента её коронации, она сильно выросла. Теперь она была выше прежнего роста Каденс на несколько сантиметров, но и сама Каденс тоже выросла и сейчас имела такой же царственный рост, как принцесса Селестия и принцесса Луна.

Правда, несмотря на её новый рост, Твайлайт всё ещё была самой низкорослой из аликорнов Эквестрии, за исключением школьницы Фларри Харт.

Но сравнение её роста с другими не имело никакого значения в тот момент, когда Твайлайт увидела Никс, выходящую на поле. Никс шла позади одного из драконов, выглядя очень сосредоточенной. Темпест Шедоу была рядом с Никс в качестве её официально зарегистрированного тренера, с таким же суровым выражением лица.

Даже с этого расстояния Твайлайт увидела, как повлияло обучение с Темпест. Помимо того, что Никс достигла роста, которого можно было ожидать от аликорна, её телосложение было спортивным и сильным. Твайлайт знала, что она и Каденс, в сравнении, выглядели... по-королевски избалованный, мягко говоря. Их длинные, струящиеся королевские гривы также резко контрастировали с короткой, эффектной гривой, которую носила Никс.

Хотя, если быть откровенной, Твайлайт была просто благодарна Никс за то, что её грива не была ирокезом.

И всё же, какой бы серьёзной не была ситуация, Твайлайт ничего не могла с собой поделать. Материнские инстинкты и нервы взяли верх над ней. Она подняла передние копыта в воздух, удерживаясь в вертикальном положении с помощью задних копыт и крыльев, и стала махать всем своим телом! — Ты сделаешь это, Никс! — крикнула она. Она не использовала Кантерлотский Королевский Голос или какое-либо усиление голоса, но это не помешало ей получить несколько удивленных взглядов от существ, сидящих возле королевской ложи.

И на короткое мгновение Твайлайт увидела, как Никс взглянула на королевскую ложу. Она не могла сказать, какое выражение было у Никс на лице, но от одного взгляда её дочери Твайлайт почувствовала себя немного лучше. Хотя Твайлайт также знала, как нервничала Никс. Они говорили об этом прошлой ночью, и, по правде говоря, это только усилило нервозность Твайлайт.

Это же был последний тест последнего теста Никс. Это был последний тест в квадрате!

— Твайлайт?

— А! — Твайлайт вздрогнула и, спотыкаясь, вернулась на своё место, плюхнувшись на подушку. Она быстро посмотрела в направлении существа, которое её коснулось. Она увидела переднюю ногу на своём плече и переднее копыто, прикреплённое к ней. Тем не менее, она не могла увидеть эту пони. В основном потому, что её раскрытые крылья ударили ту по голове.

Когда Твайлайт смогла убрать своё крыло, она увидела слегка испуганное лицо своей невестки, принцессы Каденс. — Прости.

— Всё в порядке, — сказала Каденс, убирая копыто с плеча Твайлайт. — Ведь я знаю, как сильно ты хочешь, чтобы Никс сегодня прошла свой тест. И плюс, я знаю, что происходит между тобой и тестами.

— Можно подумать, что я уже покончила со всем этим, но ведь теперь уже моя дочь сдаёт свой собственный выпускной тест. Вдобавок ко всему, это происходит в такой оживлённой обстановке. Это навевает воспоминания о том, как впервые появилась Кристальная Империя.

— Ну, по крайней мере, задачи Никс более ясны, чем были твои, — сказала Каденс, оглядываясь на поле. Твайлайт тоже посмотрела вниз и увидела, что первый участник приближается к линии. Это был единорог из Мэйнхэттена. Хотя рога единорогов обычно блокировали на поле, конкретно для этого соревнования каждый участник мог выбрать одно заклинание по своему выбору. Единорог из Мэйнхэттена использовал базовый заряд магии, что было довольно распространенным явлением для любого единорога, участвовавшего в этом соревновании.

— И я уверена, что Никс справится так же хорошо, — продолжила Каденс. — Кроме того, не похоже, что в этот раз судьба Империи висит на волоске.

— Судя по моей нервозности, именно так и есть, — сказала Твайлайт, пытаясь успокоиться. Первый участник закончил, и следующий вышел вперед. Это была як, которая привезла с собой тележку, полную камней, готовых для удара головой. — Я не могу дождаться, когда она вернется в Кантерлот.

— Нам с Шайнингом будет её не хватать. Было очень приятно узнать её получше за эти несколько лет. Помогло нам всем почувствовать себя больше как семья.

Твайлайт повернулась и хмуро посмотрела на Каденс. — О, давай-давай, побольше мне соли на раны.

— И ты просто обязана была увидеть нас на День Согревающего Очага и на Фестивале Двух Сестёр.

— А тебе всё мало, — захныкала Твайлайт.

Каденс подняла копыто, пытаясь скрыть крошечный приступ смеха. — Что ж, думаю, что Никс тоже хочет закончить своё обучение. Я знаю, что она выложится по полной.

Твайлайт кивнула, поднося копыта к лицу и нежно похлопывая себя по щекам. — Знаю-знаю, и я помню, что мои друзья уже повторяли мне, что всё это часть её взросления. Что, несмотря на то, что я хотела бы, чтобы Никс получила высшее образование в Кантерлоте, для неё было лучше, чтобы я отпустила её и дала ей сосредоточиться на тренировках с Темпест. Что всё в порядке. Что мои родители прошли через то же самое со мной, когда я переехала, чтобы сосредоточиться на учебе с принцессой Селестией. Но, Каденс, повтори-ка мне ещё раз, как моя приемная дочь, которая любила учиться и задавать вопросы, превратилась в стражника-негодницу, как мой брат?

— Эй, я вообще-то замужем за этого стражника-негодника, — сказала Каденс, ткнув Твайлайт крылом в плечо. — Тем не менее, я поняла, что ты имеешь ввиду. Мы не можем контролировать, кем вырастут наши дети. Мы можем только направить их, и я знаю, что ты гордишься тем, как далеко продвинулась Никс. Если бы это было не так, ты бы не стала столько нервничать.

— Наверное. Но теперь я беспокоюсь о том, что будет с ней дальше. Я имею в виду, как только она закончит своё обучение, что она будет с этим делать? Я знаю, что мы обсуждали её поступление в колледж в Кантерлоте и переезд в замок ко мне и Спайку, но я не думаю, что она знает, что хочет изучать. А если она больше не захочет учиться, что она будет делать тогда? Просто слоняться по Эквестрии и сражаться с монстрами? Это не совсем безопасно, и уж точно не похоже на полноценную работу. Даже спасение мира мной и моими друзьями стало не таким частым явлением.

— Уж не знаю, но я точно помню кое-кого, кто однажды тоже была не уверена насчёт своего будущего. И я думаю, что я, Селестия и Луна дали бы Никс тот же совет, что мы дали тебе. Знай, её время придёт, и как солнце с луной взойдёт, покуда в сердцах любовь да дружба, твоя дочь будет там где нужно. (прим. S4E25)

Твайлайт улыбнулась, её разум вернулся в прошлое. — Кажется, это было так давно. Думаю, даже принцессам время от времени нужно напоминать об уроках, которые они усвоили.

— Для этого и нужны друзья и невестки.

— Следующая участница — Никс Спаркл за Эквестрию! — Голос комментатора раздался из динамиков, привлекая внимание Твайлайт обратно к полю. Твайлайт почувствовала укол вины. Она полностью упустила выступления других участников. Тем не менее, толпа на стадионе аплодировала. Они болели за Никс, и одно это успокаивало Твайлайт.

В то время как некоторые таблоиды стремились напечатать заголовки о “Возвращении Найтмер Мун”, большинство новостей ставили под сомнение справедливость участия аликорна в играх. Тем не менее, Харшвинни заверила, что способности Никс будут проверены и ограничены, если выясниться, что они выходят за пределы способностей пони или других участников.

Но на данный момент всё это было в прошлом. Все эти трудности Никс уже прошла. Теперь же остался только последний тест последнего теста.

— Для тех, кто не видел отборочных, — сказал комментатор, — Никс Спаркл будет использовать другое заклинание, нежели другие единороги. Вместо этого она будет использовать заклинание щита-пузыря.

Никс шагнула вперед на стрелковую позицию, расслабляя своё тело взмахивая крыльями и разминая шею. Официальный представитель игры надел металлическое кольцо на её рог, и Никс попробовала сделать пару заклинаний. Она смогла создать различные пузырьковые сферы, появляющиеся вокруг неё, а затем исчезающие. Когда официальный представитель игры был удовлетворён, он отступил назад. Секундная пауза, и Никс наступила на кнопку возле копыта.

Кнопка была соединена несколькими проводами с метателями тарелочек, изобретениями Флима и Флэма, которые щёлкали и жужжали с почти харизматическим качеством. Где-то внутри устройства таймер вёл обратный отсчет. Затем одно из устройств издало громкий щелчок, дерево и металл работали вместе, чтобы запускать глиняные тарелочки в воздух.

Никс сформировала свой щит-пузырь, прыгнула и крутанулась. Одно из её задних копыт задело щит-пузырь. Этот мощный удар отправил тот вперёд, отправив его через поле, где он начисто уничтожил глиняную тарелочку.

Твайлайт заметила какое-то движение краем глаза и посмотрела в сторону Каденс. Хотя её глаза вскоре вернулись к Никс, она всё еще говорила. — Всё в порядке?

— Просто вспомнилось, как Темпест запускала подобные сферы тёмной магии на первом Фестивале Дружбы. Я знаю, что Никс приложила много усилий, чтобы смешать атакующие приемы Темпест со своими защитными заклинаниями, но... эти приемы были, пожалуй, самыми страшными из арсенала Темпест.

— Оу, я помню, — Твайлайт сама слегка вздрогнула, когда темнота того дня всплыла из её воспоминаний. — Темпест удалось попасть в Луну, пока та улетала. Я просто рада, что смогла поймать Луну до того, как она упала на землю.

— И что от предназначенной тебе сферы тебя спасла та храбрая почтовая кобыла. Трудно представить, что случилось бы, если бы тебе и твоим друзьям не удалось сбежать.

Твайлайт кивнула, даже когда смотрела, как Никс аккуратно разбила ещё две тарелочки. — Всякий раз, когда я думаю о том дне, я не могу не думать о том, что этого можно было избежать, если бы дела у Темпест были лучше. И я не имею в виду, если ли бы она не сломала свой рог. Нет, я имею в виду, что если бы она знала, что у неё есть друзья, которые помогут ей пережить такой травмирующий опыт. Король Шторм, скорее всего, всё ещё собрал бы армию, но Темпест была очень важной частью его успеха. Просто одна маленькая кобылка, без дружбы, почти захватила Эквестрию.

— Впрочем, я думаю, то же самое можно сказать и о Старлайт Глиммер.

Ещё одна партия тарелочек была стёрта из реальности. До сих пор Никс выступала, по крайней мере, наравне с другими участниками. Всё свелось к последним нескольким этапам, где количество тарелочек и сложность заметно возрастали. Твайлайт медленно придвинулась вперёд, вытягивая шею и пытаясь получше разглядеть происходящее, даже несмотря на то, что королевская ложа была одним из лучших мест на стадионе.

Довольно скоро начался финальный этап. Пять тарелочек запускались одновременно, с разной высотой, скоростью и вращением. Никс призвала пять сфер и начала лягать их в сторону тарелочек. Одна тарелочка была разбита. Вскоре после этого развалилась на части ещё одна, а затем ещё одна. Осталось две. Никс метнула в сальто очередную сферу, и очередная тарелочка пала. Но теперь же пятая тарелочка приближался к концу своего полёта. Время было на исходе.

Никс пнула ещё одну сферу. Она плыла по воздуху, в надежде поразить цель, но небольшая ошибка в траектории становилась очевидной по мере приближения. Щит-пузырь лишь задел тарелочку, поменяв её направление, но не разбив должным образом. Никс быстро призвала ещё одну сферу и запустила её через всё поле, в этот раз сломав тарелочку начисто. Тем не менее, с трибуны донеслись стоны разочарования.

— Это было тяжко. Идеальное выступление Никс Спаркл было омрачено небольшим промахом на последней тарелочке. Она восстановилась, но эта дополнительная сфера вполне может стоить ей медали. И всё же, это было впечатляющее выступление, — сказал комментатор. Этим словам удалось переубедить толпу и вызвать аплодисменты, пока Никс покидала мероприятие.

Твайлайт была на ногах, упёршись передними копытами в ограждение, которое отделяло королевскую ложу от остальной части стадиона. Она смотрела, как Никс покидает поле вместе с Темпест, следовавшей на несколько шагов позади, затем быстро оглянулась на Каденс. — Подожди, что происходит? Она прошла или нет?

— Я не знаю. Я полагаю, это зависит от того, как выступят остальные участники. Я имею в виду, что даже с идеальным счётом Никс могла проиграть, когда дело дошло бы до тай-брейков (прим. разрешение ничьей дополнительным раундом). Для неё это будет... — Каденс замолчала. Затем она опустила голову и махнула копытом. — Просто иди уже к ней. Я тебя прикрою.

Твайлайт рванула и обняла Каденс крыльями. А затем исчезла. Твайлайт двигалась так быстро, как только позволяли её копыта, когда она покинула королевскую ложу и начала двигаться по коридорам стадиона. Обычно она просто телепортировалась, но даже королевским особам приходилось ограничивать свою магию, чтобы не было нечестной игры. Мисс Харшвинни была очень строга в этом плане.

~~~

— Она может объяснить!

Никс подпрыгнула, изогнулась всем телом и встала на копыта, пока её рог вспыхнул магией. Она была не единственным существом, которое попрыгнуло. Многие другие участники, тренеры и существа в раздевалке теперь смотрели на двери. Двери, которые распахнулись, когда в комнату ворвалась принцесса Твайлайт Спаркл.

Никс почувствовала, как напряжение быстро покидает её тело. Она рассеяла магию, которую собиралась использовать. — Мам, Темпест здесь даже нет.

Твайлайт моргнула и начала оглядываться на всех существ, которых она так основательно напугала. Она сверкнула улыбкой и прочистила горло. — Извините, прошу прощения... просто... дела государственной важности.

Эти слова, казалось, удовлетворили большинство. Они вернулись к своим делам, а Твайлайт быстро пересекла комнату. Прежде чем Никс смогла отреагировать или возразить, Твайлайт обняла её передними копытами.

— Мама, мама, всё в порядке! — Сказала Никс, хотя и не пыталась сбежать. Конечно, она была выше и сильнее из них двоих, но Никс знала, что бесполезно пытаться сопротивляться объятиям её матери.

Твайлайт, наконец, выпустила Никс, но осталась рядом. Беспокойство на её лице было очевидным. — Но что насчёт твоего теста?

Никс подняла полотенце, которое она уронила на землю, когда появилась Твайлайт, используя свою магию, и начала вытирать пот с затылка. Это было простое действие, но даже это помогало Никс отвлечься от мыслей о тесте. — Темпест на стадионе, смотрит оставшуюся часть финала. Она собирается вернуться, как только мероприятие закончится... или как только трём другим существам удастся побить мой счет.

— Значит, тот факт, что она ещё не вернулась, это хорошо, верно? Это значит, что три существа всё ещё не победили тебя! — Твайлайт повернула голову и вытянула шею, пытаясь смотреть на каждую дверь, которая вела в раздевалку и из неё.

— Да, наверное так.

Твайлайт оглянулась на Никс. — Ты... очень спокойна.

— Потому что сейчас я уже ничего не могу сделать, — сказала Никс, закончив вытираться полотенцем. Она взяла бутылку с водой и сделала глоток. — Тест пройден. Я тоже беспокоюсь о результатах. И очень стараюсь не мерить шагами пол. Но сейчас уже ничего не изменить. Мне просто... нужно ждать.

Твайлайт подняла переднее копыто и опустила его. Она нервно переступила с ноги на ногу, прежде чем вздохнуть и кивнуть головой. — Ты права, права. — Она поднесла переднее копыто к груди, втягивая воздух. Затем она выпустила его, медленно вытянув переднее копыто перед собой. — Прости. Я просто... когда ты пропустила последнюю тарелочку, и комментатор начал говорить о том, что ты не получишь медаль, я...

— Ты твайлировала?

— Я может и правитель Эквестрии, но это не значит что мне нельзя твайлировать по поводу собственной дочери, — сказала Твайлайт, нахмурив брови. Тем не менее, выражение её лица вскоре смягчилось в улыбке, когда она вернулась к Никс и заключила её в ещё одно объятие. — Но всё равно, ты так здорово справилась. Даже выход в финал Игр Дружбы — достижение. Я так тобой горжусь.

Никс подняла копыта и обняла Твайлайт в ответ, чувствуя, как часть её собственных всё ещё кипящих нервов начинает исчезать. — Спасибо. Тьфу, я до сих пор не могу поверить, что промазала по последней тарелочке. Если бы я допустила подобную ошибку на полосе препятствий, Темпест заставила бы меня пробежать её ещё раз пять.

— Что ж, я думаю, это доказывает, что Темпест была права. Игры Дружбы стали отличным испытательным полигоном и заставляли тебя выступать под давлением. И я всё ещё считаю, что ты отлично справилась. Если бы я была той, кто оценивает тебя, я бы сказала, что ты с честью сдала.

— Но ты не та, кто её оценивает, принцесса Твайлайт. Оцениваю здесь только я.

Никс отвернулась от своей матери, глядя на кобылу, медленно приближающуюся к ним. Лицо Темпест было непроницаемым. Никс не могла сказать, улыбалась она или хмурилась, и, таким образом, она не могла разглядеть подсказку к своей судьбе. Всё, что она могла сделать, это встретиться лицом с истиной. — И какая же моя финальная оценка, Темпест?

Темпест переводила взгляд с одной на другую, несколько раз поводив глазами взад и вперед, прежде чем заговорить. — Золотая медаль достанется Марте Тамблетосс, алмазной псине. Она победила Фаервинга, дракона в финальном тай-брейке после того, как они оба набрали максимальное количество очков в первом раунде финала.

Никс почувствовала, что Твайлайт заковывает её в очередные объятья. Это было не столько утешительное объятие, сколько нервное сдавливание. Твайлайт держалась за Никс, готовясь к результатам, и, честно говоря, Никс чувствовала, что это помогает ей сохранять спокойствие. Независимо от результата, её мать собиралась быть рядом с ней.

— А бронзовая медаль достанется существу, которое набрало почти идеальный счёт и победило остальных участников, у которых было по крайней мере две или более ошибок.

Никс улыбнулась, когда осознала правду, которую Темпест мучительно медленно раскрывала. В то же время она почувствовала, как объятия Твайлайт становятся всё крепче. Она могла только догадываться, что это было потому, что Твайлайт осознавала тоже самое. — Это означает...

— Никс Спаркл, ты прошла свой последний тест, — сказала Темпест, её губы, наконец, растянулись в улыбке.

— Ты прошла! — Твайлайт повеселела. Она отпустила Никс и начала скакать вокруг, её голос становился всё громче и громче. — Она прошла! Она ПРОШЛА!

Темпест схватила Твайлайт за хвост, дёрнув её назад. — Да, прошла, а теперь перестань делать из нас дураков.

Твайлайт покраснела, даже когда скользнула обратно к Никс, даруя ей очередное объятие. — Верно, прости, но она ведь прошла!

Темпест закатила глаза и покачала головой, прежде чем снова сосредоточиться на Никс. — Да, прошла, и я горжусь тем, что мне довелось обучать её. Я знаю, что ты планируешь вернуться в Кантерлот после этого, и я уверена, что твои тренировки, скорее всего, никогда не будут такими же интенсивными, как за последние несколько лет. Но я надеюсь, что ты будешь тренировать, оттачивать и совершенствовать всё, чему я тебя научила, и используешь это для защиты других.

— Безусловно, и ещё раз спасибо тебе, Темпест. Я бы обняла тебя, но, похоже, я уже занята. — Никс посмотрела на свою мать, всё еще гордо сжимающую её хваткой мамы-медведицы.

— Вместо благодарности, сделай одолжение.

— Какое?

Темпест подняла переднее копыто, указывая на Твайлайт. — Попытайся избежать фигуры ”королевского аликорна", которую твоя мать и тётя унаследовали от Селестии и Луны.

— Эй! — Сказала Твайлайт, ослабляя хватку на Никс, чтобы посмотреть на Темпест.

Никс усмехнулась. — Что ж, может быть, я смогла бы сделать обратное и помочь маме с физическими упражнениями.

Улыбка Темпест стала шире, и она начала смеяться. Никс тоже начала смеяться, лёгкими смешками, которые только заставили Твайлайт сильнее надуться. — Это не моя вина. У меня много бумажной работы, а шеф-повар готовит такую вкусную еду! И вы хоть знаете, сколько конкурсов тортов мне пришлось продолжить, потому что они стали традициями, начатыми принцессой Селестией?

Протесты Твайлайт только заставили Никс и Темпест смеяться немного громче, и вскоре даже Принцесса Дружбы смеялась вместе с ними. Смех уносил нервозность, которая накопилась за последние дни и даже недели.

На сегодня Никс прошла свой тест.

~~~

— Як всё ещё считает, что в Играх Дружбы для крушений должно быть больше одного соревнования.

— Вы и так на третьем месте в медальном зачёте. Я думаю, что ваши яки чувствуют себя просто отлично, хотя мне бы стало некомфортно. Завта мои драконы собьют вас на четвертое место.

— Это если только команда Горы Айрис не налетит и не взлетит на первое место. Завтра состоится одно из наших лучших соревнований. Дорогая, мы будем грести золотые медали лопатой.

Фларри Харт стояла рядом со своей матерью, улыбаясь и слушая, как принц Резерфорд, повелитель драконов Эмбер и королева Ново рассказывали о том, как выступали их команды. Несмотря на её улыбку, Фларри чувствовала, как у неё затекает шея, пока она смотрит на более высоких существ. Королева Ново и принц Резерфорд были, по крайней мере, в разумных пределах. Сколько Фларри их знала, они были размерно одинаковыми. Её мать выросла, соответствуя им, но не пошла дальше этого.

Повелительница драконов Эмбер, напротив, всегда казалась выше каждый раз, когда Фларри Харт видела её. Эмбер была на три головы выше всех остальных в комнате. Попытка Фларри вообще поговорить с ней закончилась разговором с голенями Повелителя Драконов.

Хотя Фларри не стала бы отрицать, было интересно, как драконы НЕ становились такими чудовищно большими, какими они обычно бывали. Она могла бы поспорить, что это было из-за того, что они переключили внимание на дружбу, а не на жадное накопительство. Размер дракона зачастую зависел от количества богатства, которым он обладал, и от того, насколько яростно он стремился его охранять. Честно говоря, на следующей неделе ей должна была прийти новая книга о драконах, в которую ей не терпелось погрузиться.

Тем не менее, по мере продолжения разговора Фларри позволила своим глазам блуждать, а улыбка на её лице ослабла. Было так много важных существ, лидеров и высокопоставленных лиц, которых она знала так или иначе. Другие кобылки и жеребята её возраста могли бы счесть это ошеломляющим, но для неё это была просто очередная дипломатическая вечеринка. Очередная рутина.

Сегодня вечером состоялось последнее крупное дипломатическое мероприятие перед окончанием Игр Дружбы, последняя возможность познакомиться. Присутствовали лидеры разных королевств, а также лучшие спортсмены. Хоть это и считается дипломатической встречей не меньшей, чем остальные, Фларри могла точно сказать, что эта была, скорее, шансом для высокопоставленных лиц отдохнуть от более уединенных дипломатических встреч. На этой вечеринке они могли просто поговорить о самих Играх Дружбы.

Оглядев комнату, Фларри увидела разные группы существ, которые просто болтали. Сёстры алмазные псы королева Амброзия Маффинбанс и королева Катерина Праудпавз беседовали с супружеской парой принцессой Осипете и принцессой Селено. Две их страны сыграли вничью и заняли 4-е место в разбивании тарелочек, и, похоже, сравнивали свои наблюдения по технике стрельбы из арбалета своих спортсменов.

За фуршетным столом делегации Абиссинии и чейнжлингов, кажется, обменивались знаниями по другому вопросу. Каппер, действующий дипломат в Эквестрии для своих кошачьих собратьев, пытался продать Фаринксу, принцу чейнжлингов, какую-то небылицу, которая требовала много пантомимы. В то же время коллега Каппера, дипломат и друг детства, двухвостая абиссинка женского пола по имени Шедоу, вроде как, разговаривала о магии с Королём Тораксом. Абиссинское Королевство восстановило свою магию только десять лет назад, и многие из них всё ещё стремились узнать всё, что могли.

В последней большой группе Фларри увидела тётю Твайлайт, её отца, свою кузину Никс и делегацию гриффонов. Хотя Фларри не слышала, о чём говорилось, но по языку тела своей тёти она могла судить, что та всё ещё восторгалась тем, что Никс "выпустилась". Совет грифонов ответственно слушал.

Эту делегацию возглавляла Гильда, которая сыграла ключевую роль в омоложении Гриффонстоуна силой дружбы. Фларри даже слышала от своих мамы и папы, что были разговоры о попытке восстановить монархию грифонов с Гильдой в качестве новой королевы. Однако в данный момент Гильда, казалось, просто изо всех сил старалась выглядеть внимательной, пока Твайлайт продолжала распинаться.

В целом, Фларри могла назвать это очень дружеской вечеринкой, и социальные трансакции продолжались, как и следовало ожидать. Сама она надеялась, что сможет незаметно подойти и поговорить с тётей Твайлайт. Она бы поздравила Никс с медалью в разбивании тарелочек, а потом, может быть, могла бы попросить у тёти Твайлайт совета по поводу магического заклинания, которое она пыталась освоить.

Хотелось надеяться, что Твайлайт не спросит, почему Фларри пропустила финал по разбиванию тарелочек, но Фларри была уверена, что её тётя поймёт, что она просто увлеклась учебой.

После этого Фларри, определённо, хотела бы пойти поговорить с мисс Шэдоу, абиссинской делегаткой. Кошачья магия, которую они заново открыли, была сама по себе захватывающей. Кто бы мог подумать, что наличие двух хвостов будет признаком магии? Это было так странно по сравнению с тем, чтобы просто иметь рог во лбу, хотя, возможно, и более нежно.

А потом, может быть, после этого...

— Фларри?

Фларри вздрогнула. Кто-то разговаривал с ней, а она не слушала. Фларри повернулась и запрокинула голову, глядя на свою мать и других ближайших лидеров. — Простите, я просто заметила, как счастлива моя тётя Твайлайт. О чём вы спрашивали?

— Я просто хотела узнать, сколько тебе лет. Боюсь, я сбилась со счёта, — сказала королева Ново.

— Мне одиннадцать, — ответила Фларри. Она прекрасно знала, как вести светский диалог. — Большое спасибо, что спросили. А как поживает ваша дочь, королева Ново?

— О, Скайстар, как всегда, полна энергии, хотя я признаю, что она немного завидует своей кузине Сильвер Стрим. Я бы никогда не подумала, что она закончит Школу Дружбы Твайлайт, а затем останется в ней, чтобы стать одним из её новых профессоров.

— Ого, это так замечательно. Я уверена, что она сможет помочь многим существам, будучи профессором в школе. У неё появится ещё больше друзей. Тогда эти друзья, в свою очередь, могут помочь ей с её карьерой. Может быть, когда-нибудь она сможет открыть дополнительный кампус школы Твайлайт на Горе Айрис!

— Эм, ну что ж... да, я полагаю, всё это может случиться, хотя я думаю, что Сильвер Стрим просто счастлива там, где она сейчас.

— Да, я уверена, что Сильвер Стрим просто счастлива помогать другим существам изучать магию дружбы. — Каденс сделала шаг вперед, улыбаясь и смеясь, как будто Фларри только что отпустила шутку. Хотя затем Каденс быстро переключила своё внимание на Резерфорда. — Тем не менее, я слышала, что у Йоны тоже всё хорошо, принц Резерфорд. Вроде как, на следующей неделе она запускает многонациональную линию одежды с Рарити.

Фларри узнала тактику своей матери. Доброе слово, заверение, а затем смена темы. Фларри вздохнула и снова начал отключаться от разговора. Был риск, что придётся "поговорить" с мамой о том, что она только что сказала позже, но, учитывая, что это был ранний вечер, Фларри надеялась, что всё это просто забудется.

Не то чтобы она сказала что-то не так.

~~~

— Твайлайт?

Каденс постучала в дверь гостевой комнаты, которую Твайлайт использовала во время пребывания в Кристальной Империи. Каденс надеялась, что Твайлайт не спала. Было уже довольно поздно, и вечеринка успела закончиться. Тем не менее, Каденс не могла найти себе места. Её разум вертелся и кипел, не давая ей поспать.

Дверь стояла тихо и неподвижно, и Каденс начала волноваться, что Твайлайт уже спит, но в этот момент, наконец, она услышала движение внутри. Ручка повернулась, и дверь открылась, показывая Твайлайт, стоящую с другой стороны. Каденс знала свою золовку достаточно хорошо, чтобы сразу понять, что что-то не так. Её грива была растрёпана, а позади неё комната была завалена книгами, которые Твайлайт, вероятно, стащила из библиотеки замка.

— Каденс, всё в порядке? — Спросила Твайлайт, потирая передним копытом глаз.

— Я собиралась спросить тебя о том же самом. — Каденс указала на стопки книг. — Что-то произошло на Играх?

— Нет... Но это произошло из-за Игр. Честно сказать, было бы неплохо обсудить об этом с кем-нибудь ещё. — Твайлайт отступила назад, пропуская Каденс в комнату, прежде чем закрыть дверь. — Хочешь чаю? Персонал замка только что его принёс.

Каденс посмотрела на чайный сервиз, рядом с которым, наряду с горячим чаем, стояла тарелка с печеньем. Каденс не могла этого отрицать, предложение было слишком заманчивым, чтобы отказаться. — Да, хочу.

Твайлайт закрыла дверь и прошла через комнату, её магия потянулась и начала наводить порядок. Стопки книг убрались со стола и были расставлены у одной из стен. Чайный сервиз с тарелкой печенья остановился в центре стола, в то время как Твайлайт и Каденс уселись каждая на одну из мягких подушек. Каденс разливала чай, пока Твайлайт расставляла блюдца и тарелки.

— Итак, что происходит? — Спросила Каденс, как только чай был должным образом разлит.

Твайлайт повернула голову обратно к стопке книг, используя свою магию, чтобы выудить одну папку и положить её на стол. — Никс подождала окончания вечеринки, чтобы рассказать мне. Тут говориться о магических испытаниях, которые она прошла, чтобы участвовать в Играх. Мисс Харшвинни поделилась с ней результатами.

Каденс взяла папку у Твайлайт и открыла её, просматривая верхнюю страницу внутри. Хоть и было много цифр, которые она сама не понимала, графики, казалось, указывали на то, что параметры Никс была выше среднего. — По-моему, выглядит неплохо.

— Неплохо для обычного единорога, — сказала Твайлайт, взяв печенье с подноса и положив его на свою маленькую тарелку. — На самом деле, это было бы даже потрясающе для обычного единорога, но она аликорн. У неё должно быть больше магии, чем сейчас. Твайлайт достала ещё две папки.

Каденс открыла эти папки, видя, что это были те же тесты, но они были выполнены над другими. Один из них был знаком Каденс. Это был тест Фларри, проведённый несколькими месяцами ранее. Тест был обычной частью отслеживания развития единорога, и Каденс вспомнила, как делилась им с Твайлайт, зная, что её золовка будет очарована цифрами. Результаты были рекордными для единорога возраста Фларри.

В другой папке были результаты тестов Твайлайт. Похоже, она сама прошла тест. Её результаты были ещё более ошеломляющими, превзойдя цифры Фларри. Кое-чего из этого следовало ожидать. В конце концов, Твайлайт была взрослой, а Фларри была всего лишь кобылкой, но это помогло Каденс понять, что было такого ненормального в результатах Никс.

— Думаю, я поняла, что тебя так беспокоит, — сказала Каденс.

— Никс даже не требовалось ограничивать магию, чтобы соревноваться. Она уже находилась в пределах допусков, определенных мисс Харшвинни и её комитетами. Твайлайт сделала паузу, чтобы поднять и сделать глоток чая. Это был очень быстрый глоток. Каденс могла только догадываться, что он была таким из-за нервного состояния Твайлайт. — Я помню, что Луна вернула свою собственную магию после всего, что произошло. Это то, что снова сделало Никс кобылкой, и вернуло её магию к тому, что было бы нормально для кобылки-единорога. Но я не знаю... поскольку у Никс всё ещё есть её рог и крылья, я считала, что к этому моменту она вернёт себе силу аликорна. Наверное, я просто беспокоюсь, что это признак того, что что-то не так.

— Я уверена, мы сможем выяснить, что происходит, — сказала Каденс, пытаясь быть уверенной.

— Да, и я благодарна, что Никс не сказала мне об этом до окончания вечеринки. Я бы себе места не нашла, — Твайлайт откусила кусочек печенки. Она сидела и жевала, но потом её брови нахмурились. Она снова посмотрела на Каденс. — Подожди, как ты узнала, что я не сплю и беспокоюсь об этом?

Каденс снова посмотрела на Твайлайт, затем опустила взгляд на свою чашку. — Честно говоря, я пришла поговорить с тобой о своих проблемах.

— В чём дело?

— Фларри... Я не думаю, что у Фларри есть друзья, Твайлайт.

Каденс услышала стук, и подняв глаза, она увидела, что недоеденное печенье Твайлайт упало обратно на тарелку. — Что?

— Она прекрасно ладит со своими наставниками. Вайс Венд всегда хвалит Фларри за то, как хорошо она справляется и быстро усваивает уроки. И дело не в том, что она злая, невежливая или неблагодарная. Но, лёжа в постели, я поняла, что не могу назвать ни одного существа, которое было бы ровесником и другом для Фларри.

— Мы с Шайнингом устраивали игрища и вечеринки, пытаясь помочь ей завести друзей. Она прекрасно ладит с другими кобылками и жеребятами. На её последнем дне рождения были десятки маленьких существ, и все они, казалось, стремились быть там. Но она никогда не просит навестить их самой. Либо нас приглашают на мероприятие, либо мы приглашаем их. Фларри никогда не хочет просто пойти поиграть с кем-либо по собственной воле, но и никогда не отклоняет приглашения.

Каденс сделала глоток чая, пытаясь позволить его тёплым ароматам и успокаивающему вкусу очистить её разум. Однако это мало чем могло помочь. — Она так сильно напоминает мне тебя, но в то же время... Не то чтобы она не ценила дружбу. Я знаю, она понимает, насколько это важно, но то, как она говорила о дружбе сегодня вечером — просто неправильно. Больше похоже на то, что для неё важна награда. Она говорила так, словно важнее то, что ты получаешь от дружбы, а не сама дружба. Добавь к этому то, что ты упоминала про Темпест и Старлайт и....

Твайлайт вздрогнула. — Прости, я не хотела заставлять тебя волноваться ещё больше.

— Это не твоя вина, ты не знала, что это беспокоит меня, — сказала Каденс, взяв печенье с подноса и поднеся его ко рту. Хоть это и было сделано каким-то пекарем, Каденс могла узнать один из фирменных рецептов Спайка где угодно. Если бы Спайк не был официальным советником по дружбе и послом, Каденс представляла, что у него была бы чертовски хорошая карьера пекаря.

— Что насчёт Никс? — Спросила Твайлайт. — Разве Фларри не дружит с Никс?

— Никс, возможно, самая близкая подруга, которая есть у Фларри, но в той же степени они далеки друг от друга из-за возраста. Я думаю, что Никс пытается быть Фларри старшей сестрой, но Фларри, похоже, не ценит эти отношения. Она просит у Никс совета по магии и иногда наблюдает за её тренировками, но Фларри пропустила финал по разбиванию тарелочкек. И, кажется, даже виноватой себя из-за этого не чувствует. Она весь день была в своей комнате, пытаясь освоить телепортацию на короткие расстояния.

— Телепортация? В её возрасте? Вау, это просто потрясающе. Интересно, может ли её магия всё ещё ограничиваться Смирением Фледжлинга? Телепортация требует довольно сильного всплеска магии, и этот всплеск может быть чем-то, что старое заклинание пытается сдержать и нормализовать. Может быть, мне следует...

— Твайлайт, — прервала её Каденс, не в силах скрыть хмурое выражение лица.

Твайлайт вздрогнула и изобразила извиняющуюся улыбку. — Прости. Это сейчас не важно.

— Я не хочу сказать, что я не признательна ей за её таланты, но, честно сказать, я была бы счастлива, будь она менее одарённой, означай это, что она будет веселиться и играть со своими друзьями.

— Может быть, всё образумиться? — Твайлайт подняла переднее копыто, указывая на себя. — Дружба может расцвести в ней позже, так же как и у меня.

— Может быть, но это слишком важно. Дружба столько раз спасала Эквестрию, и отсутствие дружбы причиняло проблем не меньше. Я просто хочу знать насколько мне нужно волноваться.

— Да, я чувствую то же самое по поводу магии Никс, — сказала Твайлайт.

Пара некоторое время сидела в тишине, потягивая чай и кушая печенье. Каденс просто не знала, что сказать дальше. Её разум метался и цеплялся за любое решение обоих проблем.

— Вообще... есть одна вещь, которая может сработать, — сказала Твайлайт, наконец нарушив молчание. — Но если мы собираемся сделать это, нам лучше вылетать прямо сейчас.

~~~

Твайлайт и Каденс приземлились некоторое время спустя на балконе Замка Дружбы в Понивилле. Это был долгий полёт, даже при помощи магии, но они обе согласились, что оно того стоило. Рог Твайлайт вспыхнул, аккуратно выключив сигнализацию, которая иначе уже сработала бы. Она не хотела будить Старлайт Глиммер только потому, что они с Каденс были параноиками.

Они вошли в замок, направляясь сначала в центральную библиотеку. Они достали кое-какой предмет из витрины, а затем вернулись обратно в сам замок. В течение нескольких минут пара тихо проскользнула в тронный зал замка.

Несмотря на то, что Твайлайт не жила тут уже много лет, тронный зал замка всё ещё был местом для неё и её друзей. Корни Библиотеки Золотого Дуба всё ещё украшали потолок цепочками драгоценных камней, заполненных фотографиями, свисающими вниз в виде сверкающей люстры. По правде говоря, количество цепочек драгоценных камней только увеличилось, когда Твайлайт и её друзья извлекли больше воспоминаний из старых корней библиотеки.

Тем не менее, Твайлайт и Каденс были там не для того, чтобы погрузиться в воспоминания. Вместо этого они пришли за великим магическим артефактом, который покоился прямо под люстрой памяти: магической картой. В течение последнего десятилетия карта продолжала действовать своим таинственным образом, призывая существ со всех концов земли, чтобы решать проблемы дружбы.

Твайлайт подошла к столу и села на трон, на котором была её кьютимарка. Каденс же села на трон Эпплджек, слева от Твайлайт. Когда они устроились, Твайлайт положила предмет, который они взяли из библиотеки замка. Это была дощечка, с кристальной оправой и драгоценными камнями вставленными в неё.

Это был инструмент для активации заклинания, которое Старлайт наложила на карту ещё до провозглашения Твайлайт главной правительницей Эквестрии. Написав простой запрос на дощечке, можно было использовать магию карты, чтобы лишь отблеском увидеть альтернативные реальности. Заклинание было сделано лишь для развлечения, способом компании Твайлайт увидеть некоторые из сумасшедших альтернативных вариантов будущего, которые смогла увидеть Твайлайт, пока пыталась помешать Старлайт остановить Радужный Удар.

И всё же, конечно, с такой удивительной способностью видеть то, что было или что могло бы быть, нельзя было играть. Все они осознали это, когда Эпплджек ворвалась в замок, чтобы попытаться понять, почему карта показала так много альтернативных реальностей, где её родители были мертвы.

Со временем они также поняли, что карта, по-видимому, способна ограничивать или отклонять запросы. Или, возможно, правильнее сказать, со временем карта стала сопротивляться заклинанию Старлайт. Так что карта не всегда отвечала на заданный вопрос, если он был о чём-то серьёзном или о чём-то, что могло повлиять на ближайшие события.

Твайлайт лично считала, что решение принимает сама карта. Что она решала, действительно ли лучше для Эквестрии отвечать на вопрос или нет, так же как она решала, какие существа лучше всего подходят для решения проблемы дружбы.

— Я знаю, что я предложила это, но в действительности у нас может даже не получиться, — сказала Твайлайт, поворачивая голову влево, чтобы посмотреть на Каденс.

— Если это не сработает, я думаю, это станет намёком карты, что нам не нужно беспокоиться. — Каденс поёрзала на своём троне. — Думаю, нам стоит начать с проблемы Никс.

— Хорошо. — Твайлайт пожала плечами, пытаясь избавиться от нарастающей внутри тревоги, когда она взяла дощечку. Она притянула кусок мела, который они принесли с собой из библиотеки, поближе и медленно начала излагать свой вопрос. — Что не так с магией Никс?

Твайлайт знала, что если не сформулировать вопрос как "что, если", то уже был риск того, что карта не ответит. Тем не менее, рамка из драгоценных камней на дощечке начала светиться, и, в свою очередь, светящаяся голографическая карта Эквестрии начала исчезать. Стол был пуст всего на мгновение, прежде чем шесть точек света обрели форму.

Каждая точка света росла и изменялась, каждая в конечном итоге становилась тем, что выглядело как дерево. Каждое дерево включало в себя не только ствол и ветви, но и обширную корневую систему. В корнях каждого дерева прятался маленький шарик света.

Нет, Твайлайт поняла, что это было не совсем точно. Было одно дерево, под которым не было шарика света. И всё же, прежде чем она попыталась размышлять над этим дальше, она увидела, как рядом с каждым деревом начали появляться фигуры пони, пока каждое дерево приобретало цвет. Твайлайт быстро узнала, что ближайшая к ней фигура, которая теперь стояла рядом с лавандовым деревом, была крошечной копией её самой. То же самое можно сказать и о дереве, ближайшем к Каденс. Это было розовое дерево с крошечной копией Каденс, стоящей перед ним.

Оглядев стол, Твайлайт увидела, что были ещё деревья. Каждое дерево сопровождал аликорн. Она могла видеть Селестию, Луну, Фларри и Никс, стоящих возле дерева своего цвета. Она также быстро заметила, что Никс стояла рядом с деревом, у которого не было маленького шарика света под корнями.

— Магия аликорнов.

Твайлайт посмотрела на Каденс, которая произнесла эти слова, затаив дыхание. — Что это значит?

— Твайлайт, Никс не так сильна, как должна быть, потому что она аликорн лишь телом. У неё уже нет магии аликорна, — сказала Каденс, указывая туда, где должен был находиться шарик света в корнях дерева Никс.

Разум Твайлайт быстро уловила теорию Каденс. — Когда Тирек напал на нас в первый раз, ему пришлось украсть магию большинства пони в Эквестрии, прежде чем он смог украсть магию у Селестии, Луны и тебя. Чтобы предотвратить это, вы трое отдали мне свою магию, чтобы попытаться спрятать её.

Когда Твайлайт высказала свои мысли вслух, карта, казалось, отреагировала. Три шарика света, принадлежащие Каденс, Селестии и Луне, переместились и сгрудились под деревом Твайлайт, а оно, в свою очередь, ярко засветилось.

Твайлайт облизнула губы. Её разум уже во всю работал над теориями, и она не могла не задаться вопросом, позволит ли карта подтвердить её опасения, если произнести их вслух. — И... Никс родилась с фрагментами силы Луны, фрагментами её магии. Вот почему она могла перемещать солнце и луну.

Голограмма снова двинулась. Шарики света вернулись к своим владельцам, а затем шарик света Луны распался на кусочки. Некоторые фрагменты перешли к дереву Никс, тогда как её маленькая голографическая версия потеряла свою кьютимарку.

— Но когда Луна превратила Никс обратно в кобылку, она забрала эту силу обратно, — продолжила Твайлайт, и карта отреагировала на это. Кусочки вернулись к шарику Луны, а сама она вернулась в нормальное состояние, вернув голограмму к состоянию до озвучивания теории.

— Так вот почему её магия не так сильна, какой должна быть, — сказала Твайлайт.

— Но ведь это не так уж плохо, правда? — Сказала Каденс с улыбкой. — Я имею в виду, я уверена, что Никс не стала бы сильно разочаровываться, узнав, что она не полноценный аликорн.

— Нет, ты права, я не думаю, что всё так плохо, но... — Твайлайт взяла дощечку, стирая вопрос, который она написала. А карта снова стала показывать географию Эквестрии.

— Но... — Каденс растянула слово, слегка наклонившись к Твайлайт.

— Но... — Твайлайт начала писать на дощечке, произнося вслух то, что она писала. — Что, если у Никс нет магии аликорна?

Рамка дощечки снова засветилась. Карта исчезла, и на её месте снова появились деревья и крошечные голограммы аликорнов. Однако на этот раз было по двое аликорнов и деревьев, и каждый занимал больше места на столе. Это была Твайлайт и её дерево с шариком света снизу, и Никс с её деревом, которому всё ещё не хватало искры магии аликорнов.

Мгновение ничего не происходило, но затем голограмма Твайлайт начала произносить заклинания. Как только она это сделала, листья на её дереве начали увядать и опадать. В конце концов, её голографическая версия рухнула, как будто от перенапряжения. Однако через несколько секунд листья на дереве выросли обратно, и голограмма Твайлайт поднялась.

Теперь уже голограмма Никс начала делать то же самое, напрягая себя и сжигая магию. Листья опадали с её дерева до такой степени, что оно стало безжизненным, так же как и у Твайлайт. Затем Никс рухнула, так же как и Твайлайт. И всё же, именно с этого момента всё было не "так же". Листья на дереве Никс отрастали гораздо медленнее, и Никс снова поднялась, когда, самое большее, вернулась десятая часть листьев её дерева.

Тем не менее, Никс снова начала произносить заклинания. Листья опадали, но на этот раз Никс не остановилась. Как будто она с чем-то боролась и не могла остановиться, чтобы отдохнуть. Голограмма дерева в паре с голограммой Никс стали выглядеть хуже. Ветви начали исчезать, как и некоторые корни, затем раздался слышимый треск.

Дерево, связанное с Никс, треснуло по стволу, опрокинулось и теперь исчезало. Голограмма Никс рухнула и вскоре начала распадаться. Как будто она была сшита из пряжи, нити начали отходить от Никс, части её тела исчезали, пока ничего не осталось.

После этого карта вернулась в нормальное состояние. Тело Твайлайт было неподвижно, как камень, но её сердце бешено колотилось. Она глубоко вздохнула, жадно всасывая воздух, потому что осознала, что перестала дышать. — Нет... — Сказала она, только чтобы встать и начать кричать на карту. — Нет, нет, нет. Этого... этого не может быть...

— Твайлайт, Твайлайт, всё будет хорошо. — Каденс встала со своего места и подошла к Твайлайт, обернув вокруг неё крыло.

— Как, как такое может быть!? — Твайлайт почувствовала, как в её сердце вспыхнула ярость. — Никс просто... распустилась, как какой-то дешёвый шарф!

— Она измотала себя, Твайлайт. Я думаю, об этом нас пытается предупредить карта, — сказала Каденс отработанным, спокойным, обнадёживающим голосом, который Твайлайт так хорошо знала с тех пор, как ещё была кобылкой. — Никс не может и дальше работать на износ, потому что... потому что... — Каденс замолчала. Твайлайт могла сказать, что она пыталась понять, чему они только что стали свидетелями. Пыталась найти логику.

Твайлайт сама ломала голову. Что произошло? С чего бы...

— Заклинание, — сказала Твайлайт. — Никс родилась из заклинания Нексуса. Она живое дышащее существо, но она всё еще была создана с помощью магии. Это объясняет, почему ей было настолько плохо, когда Коузи Глоу украла магию из Эквестрии. Тело Никс всё ещё зависит от этого заклинания, ведь оно держит его вместе на каком-то фундаментальном уровне. Если она слишком сильно напрягается, сжигает слишком много магии... она рискует развалить это заклинание.

— Думаешь, в этом всё дело?

— Я... Я не знаю. Мне нужно будет расспросить Спелл Нексуса. Как бы я ни изучала его работу, всё ещё есть нюансы этого заклинания, которые я до сих пор не до конца понимаю. Во многих отношениях это был его магнум опус как создателя заклинаний. Но... — Твайлайт поспешила снова взять дощечку и быстро написала ещё один вопрос.

— Что, если у Никс есть магия аликорна?

Она пристально наблюдала, пока Каденс всё ещё обнимала её крылом, как карта снова проводила свою маленькую демонстрацию. На этот раз под деревом Никс был шарик света: искра магии аликорна. И на этот раз голограмма Никс действовала точно так же, как и голограмма Твайлайт. Она могла произносить заклинания, пока её дерево не становилось безжизненным. Затем она отключалась, но дерево быстро восстанавливалось.

Твайлайт нашла в этом облегчение, её ноги немного подогнулись, и она прислонилась к Каденс. — Но с ней всё будет в порядке, если у неё будет магия аликорна. С ней всё может быть в порядке. — Твайлайт сделала несколько маленьких шагов назад и плюхнулась обратно на свой трон.

— Это может быть нелегко, но я уверена, что вы с ней сможете найти решение, — Каденс снова села на трон Эпплджек. — Может быть, Луна сможет вернуть Никс часть магии, вернуть всё к тому моменту, когда Никс только родилась? До тех пор Никс просто должна быть осторожна и не использовать много магии.

— Я не знаю, сможет ли Луна "отломить" кусочек своей магии. В первый раз потребовалось быть взорванным Элементами Гармонии, но всё же у нас есть решение. И пока есть решение, у нас всё будет хорошо. — Твайлайт утонула на троне, растворяясь в нём настолько, насколько могла, пользуясь моментом, чтобы выпустить нервы. — Я не чувствую себя хорошо, но определённо лучше.

— "Лучше" уже достаточно хорошо для сегодняшнего вечера, — сказала Каденс.

Твайлайт кивнула и осторожно подтолкнула дощечку к Каденс. — Ладно, твоя очередь.

Каденс посмотрела на дощечку, но не предприняла попытки поднять её. — Я... Я не знаю, может быть, будет лучше если я не стану ничего спрашивать.

— Если так, карта не станет отвечать.

— Верно. — После ещё нескольких мгновений колебаний Каденс взяла дощечку. Она также взяла мел, держа всё магией, и начала писать, произнося слова по ходу. — Что, если у Фларри Харт не будет друзей?

Рамка дощечки засветилась, и карта исчезла. На её месте образовалась скалистая, каменистая сцена в виде голограммы. Там присутствовали два существа: повелительница драконов Эмбер и Спайк. Они стояли рядом друг с другом, и вскоре к столу подошёл кто-то ещё. Это была взрослая Фларри Харт, высокая и царственная... с крыльями, которые всё ещё были смехотворно большими даже для её тела аликорна.

Твайлайт вместе с Каденс наблюдали, как голограмма Фларри Харт разговаривала с голограммой Эмбер и Спайком. Всё было странно. И со временем деталей становилось всё больше. Фларри Харт теперь была единоличной правительницей Эквестрии и пыталась подчинить себе Земли Драконов. Ходили разговоры об отравлении грифонов и пони, поклоняющихся Фларри как богу.

Фларри Харт давила на Эмбер, используя слово "дружба", как будто это был кинжал, чтобы вонзить его кому-то в спину. Эмбер отказывалась, а затем ситуация обострилась. Арбалетный болт появился из ниоткуда. Он глубоко вонзился в стол и задымился неизвестной магией. Фларри произнесла заклинание, призвавшее тёмные кристаллы. Это была магия короля Сомбры.

С убийственным намерением голограмма Фларри взяла арбалетный болт и попыталась использовать свою магию, чтобы запустить его в Эмбер, но другие фигуры бросились вперед. Это были бронированные пони. Фларри сдула их своими крыльями, как будто они были сделаны из дыма. И тем не менее, этот дым закружился и нанёс ответный удар, отбросив Фларри прочь, прежде чем принять более твёрдую форму. Это была Никс, облаченная в бронзовые доспехи. Вскоре пара начала бой, обмениваясь зарядами магии.

— Хватит!

Каденс крикнула в стол, и тот отреагировал. Голограммы исчезли, но прежде чем карта смогла вернуться, Каденс уже снова что-то писала на доске. — Что, если у Фларри не будет друзей?

Она задала тот же вопрос, и карта начала давать тот же ответ. Твайлайт попыталась приблизиться к Каденс, но та выкрикнула ещё одно "нет" и повторила те же действия. Прежде чем она смогла сделать четвёртую попытку, Твайлайт приблизилась вплотную. Она обняла свою невестку передними копытами и использовала магию, чтобы отодвинуть дощечку на дальнюю сторону стола.

— Я уверена, что это просто наихудший сценарий, — сказала Твайлайт, пытаясь успокоить Каденс.

— Но что, если это не так? Твайлайт, что я наделала? Что я сделаю, чтобы вот так подвести Фларри? Это не... нет, это неправильно. Она же просто моя маленькая кобылка. Она бы не сделала ничего из этого.

Твайлайт почувствовала, как Каденс обнимает её в ответ, начиная плакать. Твайлайт не прилагала никаких усилий, чтобы заставить её остановиться, просто позволяя себе быть плечом, на котором Каденс могла поплакать. — Я знаю, я знаю, — сказала Твайлайт, пытаясь быть уверенной, даже если то, что она увидела взволновало её не меньше. Тем не менее, Каденс едва реагировала. Просто плакала и что-то бормотала.

Твайлайт осмелилась оглянуться через плечо и, закусив губу, взяла дощечку. Она осторожно держала её, стирая написанное Каденс, для написания нового вопроса. — Что, если Фларри заведёт друзей в ближайшие несколько лет?

Карта сменилась вновь, и мерцания света было достаточно, чтобы Каденс подняла взгляд. Цвета на мгновение закружились, но затем они увидели пять фигур, стоящих и машущих на каком-то балконе. Твайлайт, теперь высокая, как Селестия, стоит на переднем крае балкона со взрослой Фларри. Фларри была немного ниже, чем любой другой аликорн на этом балконе, но у неё всё ещё были её огромные крылья. Она была в причудливом наряде вместо обычных регалий, но на голове у неё всё ещё была корона.

Позади Твайлайт и Фларри стояли Каденс и Никс. Каденс выглядела так же, как и сейчас, в то время как Никс, казалось, носила какие-то собственные хитрые регалии. Её грива теперь была волшебной и струящейся, даже при том, что всё ещё была коротко подстрижена. Пожалуй, самым удивительным была пятая фигура на балконе, пятый аликорн. Это был Шайнинг Армор, стоящий как самый высокий из них рядом с Каденс, оба они выглядели очень гордыми.

Твайлайт почувствовала, что Каденс почти обмякла. Ей пришлось быстро отложить дощечку и использовать магию, чтобы помочь Каденс встать на копыта. Всё это время Каденс улыбалась сквозь слезы.

— Ещё не слишком поздно, Твайлайт, — сказала Каденс, смеясь и плача одновременно. — Ещё не слишком поздно.

— Не поздно, — сказала Твайлайт, кивая головой, пока боролась с несколькими собственными слезами. — С Фларри всё будет в порядке, как и с Никс. Нам просто нужно выяснить, с чего начать.

Именно тогда Твайлайт услышала знакомый звук, кружащийся, легкий звук магии, который быстро заставил её оглянуться на карту. Стол снова вернулась к отображению карты Эквестрии и окружающих земель. Над этой картой появились два символа. Одним из них была кьютимарка: синий щит, который Твайлайт знала слишком хорошо. На другом было маленькое изображение маленькой пони, в котором Твайлайт сразу узнала Фларри Харт.

Эти два символа двигались вдоль карты, дрейфуя от Кристальной Империи, прежде чем остановиться и начать кружить над определённым местом на карте. Твайлайт почувствовала, что улыбается, когда протянула копыто и обняла Каденс, которая радостно обняла её в ответ.

Они были неуверенны и не знали, чего ожидать. И всё же, именно в этом месте происходит магия. Единственный город, который после одного судьбоносного Празднования Дня Солнца стал местом, где магия дружбы проросла, где она расцвела и где продолжала расти. Где судьбы стольких существ сплелись воедино, чтобы создать прочные узы, которые простирались через народы.

У них всё еще была надежда, потому что дружба всё ещё магия.