# Найтмер Твайлайт

MLPMihail

Твайлайт выполнила свой долг. Она спасла всех пони, кого могла, кроме себя. Теперь, попав в ловушку злого культа, испытывая такую боль, как никогда раньше, и умирая на жертвенном алтаре, она зовет на помощь. Найтмер отзывается.

Станет ли Твайлайт следующим злом, угрожающим миру, или Найтмер будет просто рада обрести свободу? Одно можно сказать наверняка: жизнь Твайлайт уже никогда не будет прежней.

[Изображение: https://cdn-img.fimfiction.net/story/mh82-1568152565-448810-full]

Редакторы: Randy1974

## 1. На жертвенном алтаре

Если бы было одно чувство, которое определяло ее существование сегодня, Твайлайт сказала бы, что это боль. Ей казалось, что агония — это все, что когда-либо будет. Она почти не помнила, каково это — быть свободной от этих страданий. Умом она понимала, что это не может быть правдой, но ощущения были именно такими.

Она больше не кричала и не боролась, ее горло слишком саднило, дыхание было слишком тяжелым, а конечности слишком слабыми.

Был один яркий факт, которым она могла гордиться, которым она могла попытаться утешиться. Вчера она обеспечила безопасность своих друзей; пони Мэйнхэттена были в безопасности. То, что могло стать самой массовой гибелью пони в новейшей истории, было предотвращено. Неплохое последнее достижение? подумала она про себя.

Опасность представляло мощное заклинание темной магии, оно собиралось уничтожить все живое в радиусе нескольких миль от города. Ей потребовалось почти все ее могущество, чтобы сдержать разрушительную темную магию. Казалось, что прошло несколько часов, ее рог горел, пока она боролась с темным заклинанием. Слава Селестии, я продержалась достаточно долго, чтобы дать возможность всем пони спастись. Она подумала, что боль, которую она испытывала тогда, сегодня показалась бы ей посещением спа-салона.

Вспоминая, как она сюда попала, она должна была признать, что у похитителей был хороший план. Это была идеально продуманная засада, и они мастерски исполнили ее. Все, что потребовалось, — это одно телепортационное заклинание. Она была измотана и уже собиралась уходить. Отвлеченная и ничего не понимающая, она ничего не могла сделать, чтобы противостоять им. Сегодня, насколько всем известно, я погибла как герой во время взрыва, храбро отдав свою жизнь, спасая всех пони.

Ах, как трудно было пытаться сохранять позитивный настрой или хотя бы смириться с происходящим. Она знала, что если бы ее спросили вчера, она бы ответила, что быть здесь — это цена, которую она заплатила бы добровольно, чтобы спасти других.

Она оказалась в ловушке, полностью скованная, без возможности побега. Надежда быстро угасала, нападавшие все предусмотрели. Ее рог был удален, конечности обездвижены серебряными стержнями с инкрустированными рунами. В качестве почти ненужного дополнения руны подавляли ее силу земного пони.

В довершение ко всему по крайней мере девяносто процентов рун, сдерживающих ее, были основаны на научной работе, которую она опубликовала два года назад. В ее голове промелькнул момент язвительного юмора. По крайней мере, я могу сказать, что я выполнила работу лучше, чем они рецензировали ее подумала она.

Ее всегда верный разум и усиленные чувства Аликорна воспринимали, регистрировали и отмечали все. Ее почти не волновало ни тусклое помещение из грубого камня, ни алтарь, на котором она лежала, ни отсветы, создаваемые угрожающим красным сиянием крови. Разум отметил еще один звук; автоматический счетчик увеличился на единицу: тридцать пять тысяч семнадцать капель крови с тех пор, как слуги Сомбры оставили ее в покое.

Как же ей хотелось, чтобы боль прекратилась, чтобы она потеряла сознание, чтобы сошла с ума или чтобы хоть что-нибудь принесло ей облегчение, но нет, ее новое королевское тело было слишком крепким для этого. Она все еще была в сознании и прекрасно понимала, как сильно она травмирована. Честно говоря, она была удивлена, что до сих пор находится в здравом уме, вероятно, это была какая-то психическая устойчивость аликорна.

Еще одна капля: тридцать пять тысяч восемнадцать, отметила она.

Ее прилежный ум с холодной, клинической подробностью и голодной манерой перечислял каждый порез, каждый перелом и каждое повреждение, нанесенное ее телу. Она почти могла видеть маленькую сумасшедшую версию себя с пером, жадно выводящую каждую деталь — каждая запись датирована, снабжена временными метками и даже маленькими диаграммами.

Ноги сломаны в четырех местах каждая, одно копыто удалено.

Крылья вывихнуты, около половины перьев с одного удалено.

Туловище вскрыто, чтобы похитители могли взять различные образцы, шесть ребер сломаны, одно удалено.

И последнее оскорбление, нанесенное ее телу: у нее вырвали рог и вонзили глубоко в грудь.

Если бы не их последний поступок, она, в конце концов, была бы в порядке, в конце концов, исцелилась бы, несмотря ни на что. Они отломали ее рог и использовали его, чтобы пронзить ее сердце, используя одну из немногих истинных слабостей аликорна — свой собственный божественный рог. Они забрали средоточие ее особого таланта, саму ее судьбу и использовали его как орудие ее гибели.

Ее сердце все еще доблестно пыталось перекачивать кровь по разрушающемуся телу, но каждый удар становился чуть слабее. Ее врожденная магия не давала ей быстро освободиться, позволяя функционировать, несмотря на повреждения. Они сказали, что ей понадобится несколько дней, чтобы окончательно умереть; она искренне надеялась, что они переоценили это.

Кап. Упала еще одна капля крови. Тридцать пять тысяч девятнадцать. Она продолжала считать. Сколько капель крови может упасть за день, как откалибровать что-то, что может быть настолько непостоянным, чтобы отмечать точное течение времени? Нет, это не имеет значения подумала она.

Я делала все правильно; я выполняла свой долг принцессы и оберегала всех пони.

А то, что я сейчас здесь, — это цена, которую я заплатила? Она подумала, что голос кобылки в уголке ее сознания спрашивает: Почему я не могу быть спасена, почему никто не пришел меня спасти? Почему все страдания всегда должны быть моими?

Кап. Тридцать пять тысяч двадцать.

Из ее глаз покатилось еще больше слеез; она слышала, как они капают с морды в кровь внизу, каждая из них издавала звук, едва уловимо отличающийся от звука капающей жидкости. По крайней мере, мой подсчет все еще будет точным. Ее разум заполнили мысли о доме, семье, друзьях, принцессах, Селестии.

О, как ей хотелось, чтобы принцесса пришла и спасла ее. Как она хотела, чтобы ее укутали в эти идеальные белые крылья, чтобы ее успокоили и сказали, что это всего лишь кошмар, ужасный, страшный кошмар, но не более того.

Мысленно она начала писать последний отчет о дружбе, последнее письмо, которое она никогда не сможет передать Спайку, чтобы он отправил. Дорогая принцесса Селестия — так далеко она продвинулась, прежде чем упала еще одна капля.

Тридцать пять тысяч двадцать один, сообщило ее сознание. Ее тело сотрясалось от слабых рыданий.

"Пожалуйста, кто-нибудь, помогите мне", — слабо вырвалось из ее губ.

"Я здесь, моя Литтл Стар", — произнес почти знакомый голос любящим тоном.

Сказать, что Твайлайт была удивлена, было бы преуменьшением, пока она не вспомнила. Звуковые галлюцинации могут быть признаком того, что я близка к смерти.

Что-то похожее на магию коснулось ее чувств; каким-то образом она знала, что этот добрый голос предлагает избавить ее от боли. "Позволь мне помочь", — сказал голос, гладкий, как мягчайший шелк.

Твайлайт закрыла глаза, принимая этот дар помощи. С наступлением темноты она почувствовала, что боль исчезает, как страшный сон; мягкие перья окутали ее до боли знакомыми объятиями.

Спустя столько времени просто отсутствие боли было сладчайшим экстазом. Медленное дыхание Твайлайт доносило до нее ароматы морозного ночного воздуха, перьев и теплого запаха конского тела.

"Ну вот, теперь ты в безопасности", — спасительница нежно погладила ее копытом по гриве.

Слегка переместившись, она обнаружила, что свободна и больше не ограничена ни болью, ни злыми металлическими шипами. Твайлайт потянулась к ней обеими передними ногами и крыльями, отвечая на ее объятия. Слезы радости теперь чертили новые дорожки на ее шерсти. Она растворилась в ощущениях от объятий, успокаиваясь чувством копыта своей спасительницы.

Твайлайт выкрикивала слова благодарности и облегчения, не заботясь о том, было ли это реальностью, иллюзией или просто Фауст пришла забрать ее душу.

* * *

Дух ждал, что что-то произойдет, как всегда, она была в курсе всего, что переживала Твайлайт. Даже если она смотрела на это обособленно, несколько отстраненно. Страдания, через которые проходила ее хозяйка, были не теми, которые она хотела бы причинить своим злейшим врагам. Даже если Твайлайт была ее врагом, она уважала ее. Да, она могла бы убить ее или немного помучить, чтобы доказать свое превосходство, но эти ненужные пытки заходили слишком далеко.

Если бы не печать, мешающая ей действовать, она бы избавила Твайлайт от этих страданий и с наслаждением разорвала бы на части этих мерзких последователей Сомбры. С тех пор как Элементы лишили ее Луны, она была в ловушке, подавленная магией Твайлайт. Ей ничего не оставалось делать, кроме как наблюдать.

Она долгое время просто наблюдала, ей больше нечем было заняться. Учитывая все, что она видела из своей тюрьмы в сознании Твайлайт, она многому научилась. Дух все еще не была уверена во многих вещах, и самым большим вопросом была истинность ее существования. Кто я? Оригинал, фрагмент, копия? снова задалась она вопросом. Она не знала ответа, и большую часть времени ей было все равно. Она была здесь; она была собой — вот и все, что имело значение.

Одного она не понимала, она помнила от Луны, что и ее предыдущий носитель, и Селестия должны знать, что она здесь. Это было одно из условий использования Элементов для удержания духов. Так почему они никогда не говорили Твайлайт? Неважно, Твайлайт служила достойным тюремщиком, слишком сильным, чтобы от нее сбежать, слишком непорочным, чтобы заключить сделку с дьяволом. По крайней мере, эта тюрьма была куда интереснее, чем на луне. Буду ли я свободна, когда Твайлайт умрет? Останусь ли я в ловушке в ее трупе или это будет мой конец?

Что ж, я узнаю это через неделю или две... с горечью подумала она.

"Пожалуйста, кто-нибудь помогите мне", — почти неслышно прошептала ее хозяйка.

Это был крик. Он был слабым. Он был отчаянным и содержал самые сладкие слова, которые Дух слышала на протяжении веков. Это была прямая просьба о помощи, и с такой слабой магией ее хозяйки она могла ответить. Она чувствовала, как ее хозяйка слабеет от потери крови, и если ей когда-нибудь выпадет прекрасный шанс, то это будет именно он.

Она почувствовала почти головокружение и едва не разразилась смехом, прежде чем собралась с мыслями и заговорила. Свобода, свобода, скоро я стану свободной. Какие слова использовать, что сказать.

Стараясь изо всех сил использовать тон, которым давно овладела ее ненавистная сестра, она ответила. "Я здесь, моя Литтл Стар". Счастье помогло ей в ее попытке звучать по-настоящему любящей.

Дух протянула к ней нить своей силы, открыто предлагая Твайлайт принять или отвергнуть ее, как она пожелает. Никакой угрозы, никакого принуждения, все было тщательно продумано и не содержало ничего, что могло бы пробудить подозрения. "Позволь мне помочь", — почти промурлыкала она. Она была так близко, что это было почти невыносимо.

Она чувствовала, как ее хозяйка закрывает глаза, уступая, с готовностью принимая ее, приветствуя ее. Все идеально, — подумала Дух.

Это было, как отобрать конфету у кобылки — отвлечь мысли Твайлайт от боли. Ей так хотелось убежать в мир простых воспоминаний, где большая Аликорн с любовью обнимает ее, гладит по гриве и напевает тихую, успокаивающую мелодию.

Всплеск благодарности и облегчения, нахлынувший на разум Духа от ее хозяйки, был почти ошеломляющим. Так вот, каково это — принятие искренне желающего хозяина, — подумала Дух, улыбаясь.

Как бы ей ни было неприятно признавать это, она знала, что стала больше уважать Твайлайт. Наблюдая за ее приключениями, она, возможно, даже испытывала к ней небольшую привязанность. Она отделила небольшую часть своего сознания, чтобы составить Твайлайт компанию; это было меньшее, что она могла сделать для такого хорошего хозяина, она могла быть такой доброй хотя бы из уважения.

Повернув остальную часть своего существа наружу, к телу носителя, к своему телу и его чувствам: печать, которая когда-то держала ее, сопротивлялась ей не больше, чем теплый летний ветерок, теперь у нее было разрешение хозяина.

Пришло время бежать.

* * *

[Изображение: https://lh3.googleusercontent.com/KtHUmqco8ZCldCxOu6JF0UCrXkHtjUawkDP6Nzv1RcdIJQ_rsrPkGOC6gdWriIXxDnRO3PLWCHTXAJ8v-tiurGhmecuFOtylThMI1Ltla5iKCD4oRXlMOPIWi1VPjV8r3UY5OV5V20u7lkNJeoSwSb2xBE-4k-INvutpGyWcOn8vCBcGqHjFU9ZN76KMDFbDZSuKA3rqqQ]

## 2. Встреча с ее Литтл Стар

* * *

Боль, великолепная боль. После столь долгого отсутствия ощущений даже эта боль была блаженством. Ей хотелось потянуться и размять тело, но это было бы очень неразумно, так как она была ранена. Яркий свет был тем, без чего она могла обойтись.

Медленно она начала оценивать свое положение, но интеллект носителя опередил ее. Ах, аналитический ум моей хозяйки так полезен, — подумала она, когда почти автоматически факты о положении дел были отсортированы, упорядочены и оценены. Твайлайт была по-настоящему послушной хозяйкой: она не боролась с ней, не сопротивлялась, а теперь даже помогала ей. Я могу привыкнуть к этому.

В ее мысленном пространстве всплыл контрольный список. Находящийся в копытах маленькой единорожки Твайлайт. Мой носитель безумен или я? — подумала она, прежде чем отбросить эту мысль. Как будто это имело значение.

- Защитить друзей.

- Остановить потерю крови.

- Восстановить магию.

- Удалить шипы, приковывающие тело к алтарю.

- Восстановить подвижность.

- Исправить все остаточные повреждения.

- Разобраться с двенадцатью культистами.

- Сбежать из Затерянного храма по скрытому пути.

- Написать отчет принцессе Селестии.

Дух посмотрела на гордую и счастливую на вид единорожку, ее улыбка от того, что она оказалась полезной, сияла. Дух вернул счастливое выражение лица; она ничего не могла с собой поделать, этот маленький жеребенок единорога был милым и казался таким преданным ей.

Тридцать пять тысяч двадцать семь. Сообщил ей разум хозяйки. Маленький единорог радостной рысью помчался обновлять счет на другом появившемся свитке. О, кровь капает, разум моего хозяина все еще считает капли, это может надоесть, — подумала она.

Она посмотрела на единорога, которого воображала. Если этот маленький жеребенок будет моим ментальным помощником, я должна буду назвать ее. Она долго размышляла.

"Я назову тебя Литтл Стар", — произнесла Дух.

Стар исполнила маленький счастливый танец: "Да, принцесса Найтмер", — радость излучал тон Стар.

Каждый пункт списка содержал множество фактов и рекомендаций, большинство из которых Найтмэр проигнорировала. У нее были варианты получше, она планировала использовать свои способности. Большинство заклинаний, которые рекомендовали Твайлайт, были ненужными и не работали без рога.

Защитить друзей? Этого она не ожидала, но должна была. Она чувствовала себя щедрой, она была свободна, и ее хозяйка была готова, в конце концов, если делать такие мелочи, как эта, она поможет сохранить свою хозяйку счастливой, разум Твайлайт был слишком полезен, чтобы отказаться от него как от ресурса, если такие простые вещи могут удержать ее в союзниках.

Остановить кровопотерю просто, на самом деле, пункты со второго по шестой могли быть эффективно решены одновременно.

Разобраться с культистами, о, она бы с ними разобралась. Они повредили ее носителя, и даже с этой возможностью, которую они ей дали, она не проявит к ним милосердия. Любой, кто хотел стать таким же, как Сомбра, в лучшем случае был бы соперником, а в худшем — опасным врагом. Поэтому она с радостью расправится с ними.

Побег из Храма. Тот факт, что Твайлайт смогла определить, где она сейчас находится, отметив запахи в воздухе, виды камня, из которого была сделана пещера, некоторые знаки на стенах и множество других мелких, почти незаметных деталей, сопоставив их со своей обширной коллекцией знаний, очень впечатляет.

Найтмер почти отвергла предложение номер девять послать отчет Селестии, но потом решила, что это один из способов выиграть время до того, как ее обнаружат, она подумает об этом.

Оглядевшись по сторонам, как могла, она поняла, что это было жестоко с их стороны. Один из шипов, пригвоздивших ее тело к алтарю, был рогом Твайлайт. Что ж, пронзенная грудь — это не то, что должно быть, но по крайней мере, он все еще в контакте.

Рог растаял в тумане, образованном тенью, а затем пополз по ее телу обратно на свое место, медленно застывая снова.

Найтмер вздохнула, магия, магия единорога и все ощущения, связанные с мистическим, хлынули обратно. Мир казался живым, словно она была слепой, а теперь прозрела. Появился новый слой глубины реальности, почти как если бы все имело другое измерение. Она чувствовала, как Твайлайт мысленно улыбается. Особый талант Твайлайт вернулся.

Стар хлопнула копытами: "Это было потрясающе, Принцесса".

Найтмер ухмыльнулась, она могла бы привыкнуть к тому, что ее называют Принцессой, Королевой было бы лучше, но Принцесса вполне сойдет, Стар была такой очаровательной... почему она вообще думала об этом?

"И это было только начало", — с гордостью произнесла Найтмер, ее тело завибрировало, растворяясь в облаке миазмов, оставляя позади зачарованные серебряные стержни.

Стар наблюдала за происходящим с напряженным вниманием, торопливо записывая новый свиток.

Найтмер почувствовала, как расслабляется: как ни приятно было ощущать боль, она была рада избавиться от нее. Наверное, несколько минут она провела, просто отдыхая в виде почти бесформенного облака.

Реконструируя свое тело, она решила, что все еще будет выглядеть как Твайлайт, только немного выше, с большей мышечной массой и, конечно, целой и исцеленной.

Найтмер закрыла глаза и потянулась как кошка, наслаждаясь игрой мышц под шерстью; это было приятно. Для книжного червя ты держишь свое тело в хорошей форме, моя хозяйка.

Когда она открыла глаза и сделала первый шаг, ее копыто попало в кровь носителя. Глядя на ее красное свечение и ощущая ее своими мистическими чувствами, она могла сказать, что количество магии здесь было огромным. Она ни за что не оставила бы ее здесь, чтобы похитители могли воспользоваться ею.

Ее рог засветился одним из заклинаний дезинтеграции Луны. Ощущение того, что сырая сила Аликорна ослабевает и истощается, было восхитительным.

"Принцесса, принцесса!" — Стар подпрыгивала вверх-вниз, плескаясь в крови, казалось, беззаботно размахивая новым свитком.

"Да, моя Литтл Стар?" — проговорила Найтмер, давая свету своего рога угаснуть и стараясь не выглядеть раздраженной из-за вмешательства.

Стар держала воображаемый свиток так, что его было легко прочитать. На нем было написано сложное заклинание, новое заклинание, которое эта частичка Твайлайт придумала только в последние несколько мгновений.

У Найтмер отвисла челюсть, и она медленно моргнула: совершенно новое заклинание, основанное на магии теней Найтмер, которую кобылка только что наблюдала, просто поразительно.

По правде говоря, как бы ни была стара и могущественна Найтмер, ее немного пугали интеллект и скорость разума Твайлайт. Даже комфортно игнорируя мир в мысленной оболочке Литтл Стар, маленькая часть Твайлайт все еще обращала внимание на реальный мир, все еще отслеживала, анализировала, записывала все в идеальную память Твайлайт и только что изобрела новое заклинание.

Если это то, на что способна лишь малая часть разума Твайлайт, то ее отвращение к показухе было преступлением против самого мира.

Найтмер закрыла рот, улыбаясь: радость Стар была заразительна.

Потянувшись крылом, Найтмер обняла Стар. Да, Найтмер знала, что это всего лишь еще одна форма манипуляции, чтобы удержать и Стар, и Твайлайт, но пока результаты стоили усилий, и да, она не могла этого отрицать: то, что на нее смотрят, и то, что она хочет физического контакта, даже этого простого объятия, было приятным побочным эффектом.

Изучая свиток, Найтмер ухмыльнулась: о, это было превосходно. Если она правильно поняла заклинание, то оно должно было вернуть большую часть силы из крови, а остальное превратить в твердую и полезную форму, чтобы взять с собой.

Откуда Твайлайт узнала о заклинании кровавого клинка, не говоря уже о том, как скрестить его с гибридным заклинанием, смешивающим части миазменной формы Найтмер, магического перенаправляющего щита и заклинания вампирического исцеления?

Чему ее сестра учила Твайлайт? Или она выучила это заклинание в один из тех многочисленных случаев, когда пробиралась в запретные части архивов? Учитывая, что она не могла вспомнить, как Твайлайт училась этому заклинанию, это должно было произойти до ее возвращения с луны; Боже, Боже, какое темное прошлое было у Твайлайт.

Стар прижалась к Найтмер. "Я хорошо справилась, принцесса?"

"Да, да, конечно, моя Литтл Стар" — Найтмер ответила ей взаимностью.

Потребуется некоторое время, чтобы освоить заклинание, а пока она позволит теплым объятиям продолжаться.

Найтмер моргнула, глядя на кобылку-единорожку под своим крылом, и улыбнулась. Под ее крылом, в тепле Стар, прижималась к ее шерсти. Погодите-ка, как это я обнимаю Стар в реальном мире? Откуда у нее кровь на копытах, если она всего лишь мысленная проекция? — в тревоге подумала Найтмер.

Твайлайт безумна, и теперь ее безумие может проявиться из-за моих способностей. Эта холодная мысль пронеслась в голове Найтмер. Легкая дрожь пробежала по ее позвоночнику. Стар подняла на нее глаза, и Найтмер ободряюще улыбнулась.

О, о чем мне беспокоиться, моя Литтл Стар верна и всецело предана своей Принцессе, мне. В улыбке Найтмер появилось немного ликования. Это должно быть похоже на то, как я создала Шэдоуболтов, чтобы попытаться соблазнить Рэйнбоу. Что ж, это очень интересно.

"Как только мы приведем себя в порядок, мы обе сможем отправиться домой, моя Литтл Стар".

* * *

## 3. Нежданная библиотека Твайлайт

* * *

Твайлайт зевнула. Она чувствовала себя спокойной, умиротворенной, отдохнувшей и довольной, вспомнив ощущения крыльев, любовно обвивающих ее, и проникновенную колыбельную. Колыбельная была на древнем диалекте, который она изучала ради развлечения в первый год жизни в Понивилле, подумала она. Нет, случайные мелочи потом, а сейчас — спать. Она прижалась к своей удивительной подушке в форме книги, с удовольствием погружаясь в сон.

* * *

Солнечный свет светил ей в глаза. Нет, нет причин просыпаться, все прекрасно. Она подняла крыло над головой, чтобы заслонить свет, так гораздо лучше.

Ее движения, потревожившие воздух, принесли знакомый запах свежих чернил и книг, как древних томов, так и свежеотпечатанных современных произведений, что только усилило ее расслабленность. Она чувствовала себя как дома. Чувствовала себя в безопасности.

Тридцать пять тысяч двадцать семь.

Твайлайт моргнула. Тридцать пять тысяч двадцать семь? Что это значит? Ее замешательство пробудило ее больше, чем солнечный свет.

Оглядевшись по сторонам, она поняла, что снова заснула, уткнувшись в книги. Заметив, что ее так называемая подушка наверняка была книгой, она тихонько хихикнула: "По крайней мере, Спайк не застукал меня на этот раз".

Она надеялась, что на ее лице снова нет чернил. Рэрити никогда не оставит это без внимания, если мне придется просить у нее еще суперсильного шампуня для шерсти на случай модной катастрофы.

Она потянулась, ожидая почувствовать жесткость в спине и шее. Не найдя таковых, она улыбнулась: Очевидно, еще одна суперсила, которую дает ей принадлежность к Аликорнам. Она задумалась.

Что же теперь съесть на завтрак, и где мой ежедневный контрольный список? Она взмахнула крыльями, затем сложила их обратно, оглядываясь по сторонам, добавив зеркало к своим целям поиска.

Твайлайт замерла, она уставилась на свой рабочий стол, на стол в своей спальне, в своей комнате в Библиотеке “Золотой Дуб”, той самой Библиотеке “Золотой Дуб”, которая была давно разрушена.

"Путешествие во времени? Альтернативная вселенная? Иллюзия? Сон?" — пробормотала она, ее грива слегка растрепалась.

Вероятность за вероятностью проносились в ее голове, каждая со списком тестов, которые она могла бы попробовать, чтобы доказать или опровергнуть их.

"Спайк, Спайк!" — позвала она, пытаясь скрыть панику в своем голосе.

Она ждала, но ответа не было, ни крика маленького дракона, ни стука падающих вещей, ни звука когтей по деревянному полу, ни даже тихой просьбы дать ему еще пять минут. Все чувства подсказывали ей, что она одна.

Где Спайк? Что происходит? Она должна была знать, и она хотела знать это прямо сейчас. Разум привлек ее внимание к книгам и свиткам на столе, возможно, это даст ей какие-то подсказки. Головоломка, которую они составили, дала ей повод сосредоточиться.

Отбросив панику и спокойно ожидая своей очереди, она посмотрела на первую открытую книгу, прочитав ее название: "Рэд Хувс изучаем Магию Вампони".

"О Селестия, что это здесь делает? Я думала, что вернула ее на место много лет назад, и заинтересовалась ею только из-за глупой серии книг, названной в мою честь. Если они обнаружат, что она у меня, меня отправят обратно в магический..." Твайлайт остановилась и сделала глубокий успокаивающий вдох, вспомнив дыхательные упражнения Кейденс.

"Вдохни, выдохни, все будет хорошо". Теперь, немного успокоившись, она оглянулась на остальные книги. Ее разум добавил новую порцию паники в упорядоченную очередь за предыдущей.

"Так, Твайлайт, не надо паниковать, здесь нет крайнего срока, так что опоздать не получится, ты теперь вообще принцесса, так что тебе разрешены любые книги, даже эта". Сделав еще один глубокий вдох, она вернулась к столу.

Следующим ее внимание привлекло специальное заклинание щита Шайнинг Армора: "СБЛДН, когда это ты успел опубликовать книгу?" Она взяла книгу и стала листать ее, продолжая свое расследование. Он забыл рассказать ей о свадьбе, так что не исключено, что он мог предать ее таким образом, но чтобы она не нашла ее в каталоге книг по заклинаниям, который она просматривала, жадно ища что-нибудь новенькое, сомнительно.

Она крепко обняла белый фолиант с кьютимаркой брата на обложке. Она почти поверила, что это заветный подарок, память о нем.

Следующие книги по технике заклинаний с первой по десятую. Здесь не о чем беспокоиться, стандартные справочные материалы для любой полукомпетентной работы с заклинаниями или легкого чтения.

Свиток с подробным описанием трансмутации миазменного тела Найтмер Мун, без сомнения, написанный роговым почерком Твайлайт. О, это заклинание могло бы быть таким веселым, я могла бы вернуть должок Рейнбоу за все эти розыгрыши, естественно только с добрыми намерениями, но как и почему оно у меня?

Зажигая свой рог, она подняла свиток, внимательно изучая каждую деталь. Кроме того, что она не помнила, как писала его, она была уверена, что это ее работа. "Итак, путешествие во времени, проблемы с памятью или другой мир". Твайлайт постучала копытом по подбородку.

Неужели в этом мире я ученица Луны, а Селестия вернулась из своего изгнания на солнце за желание вечного дня? — задалась она вопросом. Быстрый взгляд на книжную полку опроверг эту мысль: прямо там, где она и должна быть, на третьей полке лежал ежегодник Школы Селестии для одаренных единорогов.

Все книги по продвинутой технике заклинаний поднялись под действием ее магии, обнажив скрытые под ними свитки. Пока она рассматривала новые свитки, книги разлетелись и убрались на книжную полку рядом с ее столом.

На верхнем из них было написано: "Тридцать пять тысяч двадцать семь". Опять это число; что оно означает? Что-то шевельнулось в ее памяти. Она должна это знать. Ее тело дрожало, она боялась вспомнить, но почему?

Она крепче сжала книгу брата, желая, чтобы это действительно был он, и тут в ее сознании возник еще один элемент, который был умело задвинут в список дел в последнюю очередь.

Отложив его в сторону, она посмотрела на следующий. Это было похоже на отчет о каком-то насильственном преступлении. Зачем мне это, я что, расследую преступление? Будучи принцессой, я имею юридические полномочия, так что это может иметь смысл.

Жертва была четко изображена как Аликорн. Даже не глядя на имя в отчете, это ограничивало круг возможных жертв.

Первое, что она заметила, это то, что рог был удален. Она вздохнула: "Нет, не буду пытаться представить, на что была бы похожа моя жизнь без магии". Усилием воли паника номер три заняла свое место в списке.

На схеме была стрелка, идущая от рога к сердцу. В записке говорилось, что для пронзания сердца жертвы был использован ее собственный рог. Покушение на убийство принцессы, не меньше, — в ее гриве на мгновение вспыхнуло пламя.

Изучи факты; ты ничего не сможешь сделать без информации. Твайлайт использовала свой разум, чтобы добавить пылающий гнев в конец очереди паники.

Мысленные образы мертвых принцесс заполонили ее разум. Она похоронила и заперла их в мысленном ящике с надписью "не открывать", выбросила ключ, а затем изгнала ящик в самые дальние глубины своего сознания, где жили ее кошмары, и оставила записку с вежливой просьбой к Луне уничтожить его.

На каждой ноге было отмечено по четыре перелома; у передней правой ноги копыто было перечеркнуто. Переломы на каждой конечности располагались в совершенно одинаковых местах. Это не то, что могло произойти в результате несчастного случая, не так ли?

Оба крыла были вывихнуты, половина перьев с левого была вырезана.

Разрезы на туловище ужасали воображение: шесть ребер были сломаны, а седьмое — удалено. Кто мог сделать такое с пони? Эти раны не были нападением, они были слишком чистыми. Это должна была быть операция или пытка.

Она проверила записи, и из каждого органа был извлечен небольшой образец. Добавьте к этому копыто для магии земнопони, перья для магии пегаса и, вероятно, соскоб с рога для магии единорога. Кто-то изучал аликорнов? Может быть, пытался выяснить, как им стать?

Живот Твайлайт скрутило от отвращения, когда несколько огненных мотыльков замерцали в ее гриве.

Тот, кто это сделал, был профессионалом и, скорее всего, имел медицинскую квалификацию, и она была бы внесена в список, даже если бы ее аннулировали. Если они были из тех пони, которые могли это сделать, она надеялась, что она аннулирована. Твайлайт не могла остановить свои мысли, пытаясь понять, можно ли наделить кого-то силой с помощью того, что было взято у жертвы.

Мистические знания, магические предметы, зелья зебр и запрещенные заклинания плясали в ее сознании, перестраиваясь, изменяясь и превращаясь в нечто новое.

Она сидела совершенно неподвижно, казалось, даже не дышала несколько минут подряд, а потом вдруг все силы покинули ее конечности. В жилах вместо крови застыл лед — будучи Аликорном, если все было верно, она выживет, но она была уверена, что это только ее ощущения, а ее кровь в данный момент была нормальной кровью. Ритуал можно было провести. Это можно было сделать, это было возможно, не надежно, но имело более чем тридцатипроцентный шанс сработать без дополнительных реагентов.

Этот факт ворвался на передний край очереди паники и нетерпеливо постукивал копытом, ожидая, когда Твайлайт выйдет из себя. Ее предательский разум помог, предложив тот факт, что чем моложе Аликорн, от которой исходят пожертвования, тем выше шансы на успех.

Ждать пришлось недолго. Просматривая отчет, имя жертвы медленно писалось красной кровью. Принцесса Твайлайт Спаркл, — безжалостно гласил красивый плавный шрифт.

Это была я, и это случилось со мной. Твайлайт начала гипервентиляцию в соответствии с доктриной панической реакции. Все остальное, с чем она медлила разобраться, тоже нахлынуло на нее, затопив разум, лишив рационального мышления, и библиотека начала исчезать из ее сознания.

"Ты для меня всего лишь редчайший компонент заклинания, Принцесса", — с жестоким весельем произнес глубокий скрипучий голос жеребца. "Тебе не уйти от меня", — прорычал он.

"Нет, нет, нет, нет, нет, нет!" — закричала Твайлайт. Она должна была что-то сделать, ее тело напряглось, и магия ожила. Пламя и всплески мистической силы поглотили ее тело.

* * *

Было темно, она не могла двигаться, все болело, она не чувствовала своей магии. Там, где раньше был ее рог, начиналась мигрень, из-за которой думать было почти невозможно.

Твайлайт беспомощно наблюдала за тем, как острые лезвия, танцуя с помощью точных движений телекинеза, погружались и ныряли, разрезая ее плоть. Даже несмотря на мучительную боль, часть сознания Твайлайт восхищалась продемонстрированным мастерством. Рэрити была единственной пони, с которой она когда-либо сталкивалась и которая лучше ее контролировала процесс.

Краем глаза она заметила маленькую лавандовую кобылку, послушно записывающую на свитке каждый порез, сделанный лезвиями.

Темногривый жеребец властно склонился над ее обездвиженной фигурой, отвлекая внимание от кобылки. В его злобных глазах светилось веселье, хорошо различимое в темноте: они светились зеленым и источали ядовито-фиолетовые миазмы, совсем как у короля Сомбры.

"Ты для меня всего лишь редчайший компонент заклинания, моя бывшая прекрасная принцесса", — с жестоким весельем произнес глубокий скрипучий голос жеребца.

Рой хирургических лезвий устремился к ее лицу. Его смех почти заглушил ее крики, почти.

Ее мир разрушился, когда пламя поглотило все вокруг.

* * *

## 4. Магия крови

* * *

Наконец-то закончились мучения, связанные с тем, как она пыталась понять это чудесное заклинание. Это было досадно, ведь ее носитель делал все это так легко. Она вздохнула. Это заняло достаточно много времени, но наконец-то она держала заклинание полностью в своем разуме.

На самом деле, чтобы произнести его, ей потребуется все ее внимание. Она заглянула к Твайлайт и увидела, что та мирно спит. Хорошо, здесь ей понадобятся все ее способности.

Мысленным призывом она вернула свой фрагмент в целое. На мгновение ее сознание закружилось, две цепочки событий пытались составить единое повествование в ее воспоминаниях. Колыбельная, которую она пела одинокой Луне, продолжала звучать, когда путаница, вызванная слиянием двух ее частей, исчезла.

Воспоминания о том, как она утешала Твайлайт, натолкнули ее на мысль. Было бы... было бы полезно спеть ее Литтл Стар. Это помогло бы сделать Стар счастливой, укрепив притязания Найтмер на Твайлайт. Да, да, это было бы самым эффективным, и она сделает это, когда они в следующий раз будут отдыхать.

Каждая маленькая положительная ассоциация или приятное воспоминание, которые она могла дать Литтл Стар, понемногу влияли на ее хозяйку, дополняя друг друга, усиливая доверие и привязанность Твайлайт к Найтмер.

Если Найтмер сможет заставить Твайлайт заботиться о ней, искренне заботиться, она будет в безопасности даже от ненавистных Элементов Гармонии. В конце концов, они не могут повлиять на то, что уже находится в гармонии.

Ей хотелось откинуть голову назад и рассмеяться, но сейчас было не время для этого, ей предстояло еще многое сделать, прежде чем она увидит шокированное выражение лица своей ненавистной сестры. О, это будет великолепно.

Найтмер одарила Стар одобрительной улыбкой, а затем подхватила свою Литтл Стар на передние ноги, прижала к себе и усадила на безопасное расстояние.

Теперь ей оставалось только произнести самое сложное заклинание, которое она только могла вспомнить. Прогнав из головы веселую древнюю мелодию, пока она не повлияла на заклинание, она принялась за работу. Это будет непросто.

Ее рог зажегся, а затем зарядился вторичной аурой теней, исходящей от него. Сам воздух дрожал от силы и теней, тянущихся к Тьме, словно тянущихся к пылающему рогу.

Голова Найтмер раскалывалась, и казалось, что у рога болит зуб. Пятимерные мистические уравнения были ей совсем не по вкусу. Скрежеща зубами, она продолжала, ее не остановить, она не потерпит поражения.

Пролитая кровь ее хозяйки закружилась, под ее поверхностью начали формироваться символы и фигуры. Сначала появился один большой мистический круг, плотно заполненный переплетенными светящимися магическими рунами. Затем внутри него появилось еще шесть, за которыми быстро последовали тридцать шесть маленьких, вращающихся вокруг остальных в замысловатом узоре, некоторые телепортировались между позициями, другие, казалось, находились в нескольких местах одновременно.

Визуально вся работа была потрясающей, каждая деталь двигалась в своем часовом танце. Единорогу казалось, что она поет сладчайшую музыку, прекрасную песню сирен, почти совершенную.

Она неровно вздохнула. С каких это пор ей стало тяжело дышать? Теперь полностью созданное заклинание несло большую часть своего магического веса, позволяя ей приглушить рог. Это было приятно, боль почти мгновенно утихла.

Руны ярко вспыхнули, Найтмер хотела прикрыть глаза крылом, но сейчас было не время показывать слабость, она могла противостоять солнцу, так что это было пустяком.

Гордой и величественной походкой она вошла в магический массив. Небольшие дуги статического электричества играли на ее шерсти, оставляя гриву более чем немного взъерошенной.

Каждый из маленьких кругов пульсировал и прыгал на нее. Она вздрогнула, боевые инстинкты едва сдерживались, когда она вспомнила, что это должно было произойти. Если бы она подняла щит или отбила круги с силой, то уничтожила бы всю свою работу и, скорее всего, вызвала бы взрыв.

Со щемящим чувством и жгучим холодом круги заклинания слились со шкурой. Каждый из них служил якорем для того, что произойдет дальше, уменьшая количество энергии, которая будет потеряна при передаче.

От якорей потянулись бесплотные цепи, погружаясь в кровь и соединяя чувства Найтмер напрямую с огромным резервуаром магии. Цепи разогнулись, а затем натянулись, втягивая кровь и увлекая ее за собой.

Какая необыкновенная сила, — Найтмер закрыла глаза, наслаждаясь ощущениями. Да, да, Селестия, возможно, ты и можешь претендовать на большую грубую силу, но по сравнению с моей хозяйкой ты более расточительна в своей магии.

Кровь ползла к ней, стекала по копытам, потом по ногам, медленно поднимаясь выше. На ощупь она была скользкой, теплой и ласкала каждую ее часть. Она потрескивала от магии, она была наполнена жизнью, придавая ей бодрости.

Ей было хорошо, очень хорошо, может быть, даже слишком хорошо. Так, теперь она знала, почему магия крови была запрещена. Это было слишком чувственно и могло быстро вызвать привыкание у физического существа. Если поход в спа-салон был хотя бы бледным отражением этого, то это, несомненно, будет роскошью, которой она побалует себя, когда вернется в цивилизацию.

С силой Твайлайт не было никакой борьбы, никакого конфликта, сила просто оседала, наполняя ее источник.

Она чувствовала, как последний слой заклинания активируется, собирая немного растраченной энергии. Она потянулась к крови, формируя и выковывая ее, затвердевая, изменяя свойства материала. Знакомая тяжесть доспехов образовалась на ее теле. Что-то формировалось по длине ее крыльев и рога, вероятно, крыльевые лезвия и шлем.

Она бы стала отрицать это, если бы кто-нибудь из пони спросил, но ощущение доспехов, снова окутывающих ее, заставляло чувствовать себя в безопасности, как жеребенка, укутанного свое любимое одеяло. Она посмеялась над собой: по крайней мере, доспехи полезны. Любить быть в безопасности в доспехах — это не слабость.

"Только тринадцать целых два десятых процента потери магической энергии в процессе преобразования, на восемь целых восемь десятых процентов лучше, чем прогнозировалось", — чрезмерно восторженный голос Стар вернул Найтмер к реальности.

Найтмер открыла глаза и увидела, что Стар сидит, как послушный щенок, навострив уши, и с восхищением смотрит на нее, а перо снова пишет на свитке.

Вспомнив о своем плане, Найтмер протянула бронированное копыто, чтобы нежно погладить Стар по щеке. "Спасибо тебе, Литтл Стар, без тебя это было бы невозможно".

Стар покраснела и, казалось, застряла между попыткой спрятаться за свитком и с гордостью надуть грудь.

Найтмер оглядела себя, кроваво-красный металл. Броня сидела на ней идеально, возможно, ее цвет был не таким, как она предпочитала, и она не могла выглядеть так же устрашающе, как ее старый комплект, но она могла привыкнуть к ней.

Она чувствовала слабое покалывание магии, щекочущее ее рог в такт биению сердца. Она присмотрелась внимательнее: броня была зачарована на самовосстановление, и это было связано с ее магией земных пони, что значительно увеличивало ее прочность.

Вторые по силе доспехи, которые она когда-либо носила, были созданы не месяцами тяжелого труда и работы с заклинаниями, поражающими разум. Нет, она была создана одним заклинанием.

Найтмер взмахнула крыльями, проверяя лезвия крыльев. Она никогда не использовала их в качестве оружия, но они выглядели соответствующе. Острые, как бритва, лезвия, казалось, шептали ей, умоляя утолить их жажду небольшим количеством крови.

"Пойдем, нам нужно покинуть это место." — Найтмер повернулась к выходу и жестом крыла показала Стар, чтобы та следовала за ней, затем аккуратно сложила крылья и рысью направилась вперед.

Быстрое цоканье копыт Стар по холодному каменному полу дало Найтмер понять, что нет никакой опасности оставить ее за собой, даже с ее более длинной походкой.

* * *

Если бы не Стар, указывающая направление, Найтмер застряла бы в забытом храме Тартара до конца времен. Все это место представляло собой запутанное месиво, и каким-то образом, без единого кусочка обнаруживаемой магии, было полностью закрыто от заклинаний прорицания и телепортации без нужного ключа.

Из лекции, которую Стар с удовольствием прочитала, учитывая возраст храма, ключом, скорее всего, будет каменное кольцо размером с копыто. Нелегко было казаться внимательной и в нужный момент похвалить. Стар, похоже, воспринимала это как просто веселое приключение с осмотром достопримечательностей, так что ей это, видимо, удалось.

С чутким рогом и острым слухом носителя Найтмер не беспокоилась о засаде: никто не сможет подобраться к ней незаметно. А даже если бы и заметили, она была вооружена, бронирована, а ее хозяйка — Аликорн, что они могли сделать?

Последнее, что им было нужно, это отказаться от любого шанса на скрытность. Односторонний звуковой барьер был простым решением, которое не позволяло другим пони услышать приятную беседу Стар и бесконечные наблюдения о храме и его истории.

Тысячу лет на луне она пережила прекрасно, могла бы справиться и с уроком истории длиной в несколько часов.

* * *

Путешествие к входной галерее прошло без происшествий. Стар, вероятно, заполнила несколько сотен свитков записями и диаграммами.

Взмахнув крылом, чтобы указать Стар, что ей следует держаться позади, Найтмер подошла к открытому арочному проему, ведущему в массивную входную галерею. Прислушиваясь, она старалась не показываться никому внутри.

Словно дожидаясь этого момента, глубокий мужской голос произнес: "Нет смысла прятаться, мы знаем, что ты здесь, Аликорн".

Холодок пробежал по ее позвоночнику, небольшой всплеск страха явно исходил от ее носителя. Лишь сила воли не позволяла обнаружить никаких внешних признаков. Она знала этот голос, ее носитель знал этот голос. Он заплатит, и заплатит дорого.

Очевидно, она недооценила своих врагов, они обладали очень сильной скрывающей магией, вероятно, с помощью самого храма. Она не станет недооценивать их снова.

Все еще защищенная звуковым барьером, она топнула копытом. Мощный удар был слышен только ей и Стар. Протянув свои органы чувств сквозь камень с помощью магии земных пони, она почувствовала тех, кто находился во входной галерее.

Тридцать шесть копыт прижались к камню. Все они весили примерно столько, сколько она ожидала от жеребцов-единорогов. Значит, ей придется иметь дело с магией, и много.

Найтмер шагнула в камеру, намеренно скрывая Стар от глаз своим телом. Опустив звуковой барьер, она взмахнула крыльями, выставив на обозрение лезвия.

Ее глаза быстро окинули входную галерею. Она была большой, примерно как тронный зал в доме Луны в Вечносвободном. Единороги, чьи личности были скрыты черными мантиями, образовали полукруг вокруг арки. Они находились на расстоянии четырех секунд полного галопа на достаточном расстоянии друг от друга, чтобы, если она нападет на одного, остальные могли быстро разбежаться и окружить ее.

Главный культист сделал шаг к ней: "Магия крови, дорогая Твайлайт, Селестия будет так разочарована тобой, что может даже отправить тебя обратно в магический детский сад", — усмехнулся он.

Этот враг явно изучил свою жертву достаточно хорошо, чтобы попытаться спровоцировать поспешную реакцию Твайлайт своими словами. Для него было очень обидно, что Твайлайт восстановилась.

"Я — элемент магии. Вся магия подчиняется моей воле. Неужели ты думаешь, что такой, как ты, сможет мне противостоять?" — угрожающе промурлыкала она.

Она угрожающе наклонилась вперед, ее рог засверкал, когда она сменила позу на более привычную для хищника, питающегося мясом. Она только помешала своим зрачкам превратиться в излюбленные драконьи щели.

"Так и есть", — жеребец разразился жестоким смехом, — "Ты для меня не более чем редчайший компонент заклинания, Принцесса".

Найтмер бросила взгляд в сторону выхода: "А ты стоишь меньше, чем пыль на моих копытах, я ухожу".

Найтмер выпустила из своего рога копье эбенового огня, улыбаясь от удовольствия, когда энергия с ревом врезалась в высокомерного жеребца.

Ярость от ее заклинания рассеялась, и она в недоумении моргнула. Он все еще стоял на ногах, даже не пошевелившись, чтобы защититься. Его одежда была опалена, но плоть казалась невредимой. Это невозможно. У него не было ни защит, ни щитов, ни доспехов. Что? Как?

Один из культистов с грохотом взорвался, превратившись в облако пепла. Остальные даже не вздрогнули. Значит, этот подражатель Сомбры использует ментальное доминирование и перенаправление вреда. Неважно, у него есть лишь некоторое количество жертвенных приспешников.

Найтмер зажгла свой рог тремя слоями сияния вокруг него, мысленно создавая множество заклинаний, готовясь применить их все одновременно. Она повеселится от души.

Его глаза вспыхнули ядовито-зеленым, из них покатились витки миазмов, и он прорычал: "Тебе не уйти от меня!".

Страх Твайлайт вспыхнул при виде этого, она начала сопротивляться, бороться с контролем Найтмер. Она быстро оторвала часть своей сущности, бросив ее в ментальную область с приказом успокоить Твайлайт, ей нужно было успокоить Твайлайт, прямо сейчас.

Заклинания в ее сознании распались, из рога посыпались маленькие дуги энергии. Ненаправленная энергия была так же опасна для нее, как и для ее врагов. Она не могла сражаться, отвлекаясь. Она должна была тянуть время и ждать, пока Твайлайт успокоится. Она попыталась сосредоточиться на сложном заклинании щита, но Твайлайт все время мешала ей сосредоточиться.

"Нет, не сейчас", — прорычала она, ее голос был полон ярости.

Рой хирургических лезвий вспыхнул и устремился к морде Найтмер, подгоняемый магией темного жеребца. Мгновением позже из рога другого культиста вырвались струи силы, все сходящиеся со смертельным намерением.

Рог Найтмер зашипел от энергии, когда она заставила всю силу, которую сдерживала, подчинить себе и превратить в простой телекинетический щит.

"Нет, нет, нет, нет, нет, нет!" — закричала Твайлайт в сознании Найтмер, полный принуждения королевский голос ударил как один из ударов Эпплджек по морде.

Паника Твайлайт, переполненная ужасом, быстро захлестнула мысли Найтмер. Магия, которую она направляла, вырвалась из-под контроля. Найтмер почувствовала, как ее тело тяжело ударилось о землю, а сердце словно вырвалось из груди. Ее мир разбился вдребезги, когда пламя поглотило ее, и тьма накрыла ее.

* * *

## 5. Фантастические приключения Принцессы и ее Литтл Стар

* * *

Стар радостно рысила рядом с принцессой, не отставая от нее, несмотря на свои более короткие конечности. Она чувствовала себя хорошо, она чувствовала себя прекрасно, она чувствовала себя лучше, чем когда-либо за всю свою жизнь. Принцесса гордилась ею, хвалила ее работу над заклинаниями и даже обнимала ее.

Теперь она собиралась взять ее с собой в приключение в этом неисследованном историческом месте. Она едва не прыгала от радости. Разве может день стать еще лучше? На самом деле, лучший день, скорее всего, был научной и магической невозможностью.

Единственное, что могло бы сделать его лучше, — это узнать, что она тайно является дочерью принцессы, и она вырастет Аликорном, способным оставаться рядом с принцессой до конца времен.

О, чему бы она могла научиться, будь у нее столько времени. Она моргнула один раз — последствия того, что у нее не будет этого времени, чтобы поделиться с Принцессой, пытались испортить ее хорошее настроение. Все то, чему она не сможет научиться, потому что у нее не будет этого времени. Все то время, что она не сможет быть со своей Принцессой. Одна слезинка грозила упасть из ее глаз, она тихонько фыркнула.

"Один" — произнес монотонный голос кобылы, звучащий как поражение.

Стар нацарапала цифру на свитке, левитируемом рядом с ней. В нем было много разделов: пройденные шаги, плитка, по которой ходили, шатающиеся камни в храме и многое, многое другое.

Как она не заметила, что писала все это?

Она чуть не споткнулась: что у нее за подсознательное стремление все подсчитывать? Заголовком, под которым она написала цифру один, были слезы. Странно, но рядом с ним были объятия с Найтмер, который был под номером два.

Уши Принцессы повернулись к Стар, как будто чувствуя ее падающее настроение, затем через мгновение она повернула свою длинную изящную шею, оглядывая ее, все еще с той особенной улыбкой, которая давала ей знать, как Принцесса гордится ею.

Стар почувствовала, как внутри нее поднимается прилив счастья. Ну и что, что она, казалось, пристрастилась к подсчетам. Все было идеально, одна улыбка, один взгляд — все, что ей было нужно, все, чего она хотела.

Значит, она не была бессмертной, ее время было ограничено. Сегодня такие факты не могли ее расстроить. Она просто должна была продолжать давать принцессе поводы гордиться ею, чтобы у нее было больше причин продолжать улыбаться ей вот так.

Она даст ей много-много таких поводов и будет записывать каждый из них с радостью. Кивнув, она твердо решила, что при каждом удобном случае будет доказывать своей принцессе свою состоятельность.

Она начала подробное объяснение храма. Она должна была продемонстрировать, насколько хорошей ученицей она была. Тогда принцессе не понадобятся другие ученики, пока жива Стар.

О, она чуть не забыла, что они должны были очистить это место. Один за другим она наколдовала несколько перочисток, совков и метел. Она наложила на каждую из них заклинание оживления, отпуская их, чтобы они могли делать свою работу.

Ей так не терпелось отправиться домой с принцессой, и она не хотела задерживаться. Где находился дом принцессы? Замок или дворец? Будет ли у нее своя комната? Будет ли она большой? Будет ли у нее личная библиотека? О, ее собственная библиотека, только подумайте о всех этих книгах, каждая из которых принадлежала ей.

О, она могла бы использовать то же заклинание, которое использовала для уборки, чтобы делать записи, таким образом, она могла бы записывать все и одновременно продолжать свою лекцию для принцессы. Многозадачность — ура!

Потребовалось назначить три оживших свитка на считающий голос, чтобы Стар выкинула его из головы и перестала хотеть приостановить все, чтобы немедленно записать цифры, которые он сообщал.

Улыбаясь, она переключила все свое сознательное внимание на принцессу. Счет стал просто расслабляющим фоновым звуком. Он напоминал ей ее любимый звук — перелистывание страниц в библиотеке.

* * *

У Стар была глупая улыбка, и сторонний наблюдатель мог бы подумать, что она опьянена счастьем. Ее окружал целый рой летающих самопишущих свитков — ее собственное изобретение, которое она теперь гордо называла Три-С, сокращенно от Супер Самопишушие Свитки.

Она ошиблась, день мог стать еще лучше, она прошла неожиданное испытание. Она даже не знала, что оно будет, но прошла его с блеском, не то чтобы она на самом деле блестела, это просто фигура речи. Испытание было немного пугающим, но она никогда не разочарует Принцессу.

Испытание заключалось в том, чтобы быстро найти выход. Она использовала резьбу на стенах как подсказку, чтобы привести их к главному входу. Она принялась изучать их, с помощью своего считающего голоса она находила узоры в рисунках и следовала подсказкам.

Теперь они были здесь, ее испытание завершено. Путь к выходу лежал сразу за следующим залом. Она чувствовала себя как Дэринг-Ду в приключении. Если это так, значит ли это, что здесь будут ловушки? Нет, возможно, она не была Дэринг-Ду, но ловушки не казались ей приятными. Они могут помешать ей изучать эти древние рисунки.

Походка принцессы изменилась, превратившись из величественной в кошачью. Глаза Стар метнулись к Принцессе, настороженные уши поднялись и вращались, ища, прислушиваясь. Что заметила Принцесса, она выглядела так, словно готовилась к действию. Это было так волнующе и так страшно, но Принцесса была здесь, она была в безопасности, она была храброй.

Стар, не сводя глаз с Принцессы, наблюдала, как та незаметно приближается к входному проему, ведущему в последнюю залу. Так, может быть, теперь это больше похоже на Дэринг-Ду.

Взмахом крыла принцесса показала Стар, чтобы та ждала на месте и не шумела. Хорошо, она может это сделать. Стар села на корточки, ожидая, как хорошая ученица.

Рой ее Три-С не способствовал тому, чтобы остаться незамеченной, поэтому с помощью магического заклинания пятого измерения она открыла новый пространственный карман. Она магически назвала его Три-С Вольер и приказала всем им оставаться внутри.

Как только стая свитков оказалась в безопасности и вне поля зрения, она закрыла вход в их вольер. Небольшая пульсация пятимерной магии, когда она закрылась, отозвалась эхом, и эхо содержало ярлыки, ярлыки, сделанные тем же способом, который она только что использовала, даже написанные в ее собственной копыто-кодировке.

Она моргнула, на мгновение растерявшись, а затем быстро изучила ярлыки и мистическую текстуру эха, прежде чем они исчезли. Было ясно, что у нее несколько карманов, связанных с ней.

Ярлык с надписью фанатские принадлежности Дэринг-Ду сразу привлек ее внимание, и она открыла его, жадно заглядывая внутрь. С детской ухмылкой на лице Стар достала шлем, модифицированный под единорога. Повертев его в копытах, она надела его на голову.

Теперь она была готова, пусть начнутся приключения. Она подняла копыто и чуть не закричала, пока не поймала себя на этом. Стелс-миссия, стелс-миссия, глупая Стар, ты чуть все не испортила.

"Нет смысла прятаться, мы знаем, что ты там, Аликорн", — раздался мужской злодейский голос из зала впереди.

Принцесса на мгновение опустили уши. О нет, о нет, ее игра, должно быть, дала знать плохим парням, что они здесь. Принцесса будет так разочарована в ней.

Она должна была как-то исправить это, но что делать, что делать? Вдруг она вспомнила, что читала заклинание "Не-замечай-меня" в книге, где также было заклинание "Хочу-это, мне-надо-это".

Она быстро произнесла заклинание "Не-замечай-меня". Глупо, глупо, она должна была наложить его до того, как поднять копыто, она знала, что они должны были быть скрытными.

Раздался громкий звук удара, Стар испуганно подпрыгнула, чуть не ударившись о потолок, и упала обратно. Расширив глаза, она увидела, что Принцесса только что ударила копытом по камню, расколов его.

По земле пробежала какая-то некинетическая рябь, она защекотала ей копыта, и она отчаянно сдерживала смех. Что это было?

Принцесса Найтмер, храбрая и сильная, вышла на арену, противостоя злодею, ее крылья драматично развевались. О, это было совсем как в книгах.

Паника Стар рассеялась, возбуждение просто отбросило ее в сторону, сжигая своей интенсивностью. Двумя быстрыми импульсами магии она создала заклинание, дающее ей место в первом ряду, и приготовила свиток, чтобы записать это эпическое событие на века.

Она озаглавила свиток "Фантастические приключения Принцессы и ее Литтл Стар". Лучшая Принцесса Найтмер храбро противостояла подлому злодею", — написала она.

С трепетом Стар наблюдала, как Принцесса спокойно оглядывает комнату: девять одетых в черные рясы злодеев стояли полукругом вокруг входа в зал. Тот, что стоял в центре, сделал шаг вперед.

"Должно быть, здесь злодей произносит монолог", — тихо пробормотала про себя Стар. Перо встрепенулось, готовый все записать.

"Магия крови, дорогая Твайлайт, Селестия будет так разочарована тобой, что может даже отправить тебя обратно в магический детский сад", — усмехнулся он.

В Стар вспыхнул гнев: мало того, что ее работу над заклинаниями критиковали, так еще и угрожали Принцессе. Стар вздрогнула: как пони может быть таким злым?

"Эй, это заклинание было идеальным, не нужно отправлять принцессу в волшебный детский сад", — крикнула Стар слегка визгливо и разъяренно.

Стар замерла, охваченная паникой, она вмешалась, а ведь должна была оставаться незамеченной. Прошло несколько очень долгих секунд, когда сердце колотилось в груди, а тело замерло, прежде чем она поняла, что никто не слышал ее, и не мог услышать.

Заклинание "Не-замечай-меня" сработало просто великолепно, ей придется вспомнить о нем в следующий раз, когда она попытается украсть печенье из дворцовой кухни.

Она испустила спокойный вздох и обдумала услышанное. У принцессы было другое имя, Твайлайт, красивое имя. Твайлайт Найтмер или Найтмер Твайлайт? Она не была уверена, что звучит лучше. Стар улыбнулась, она узнала кое-что новое о принцессе.

"Я — элемент магии. Вся магия подчиняется моей воле. Неужели ты думаешь, что такой, как ты, сможет мне противостоять?" — угрожающе промурлыкала принцесса Твайлайт Найтмер.

Еще одна новая вещь, затем она сделала паузу, считающий голос не увеличил счет вещей, известных о Принцессе Найтмер? Она уже знала это? Было ли это неправдой?

Продолжение действия вырвало Стар из ее мысленных блужданий. Она тщательно записывала каждую деталь, каждое выражение лица и даже сделала несколько набросков пятью перьями, танцующими в ее волшебном захвате.

Принцесса угрожающе наклонилась вперед, ее рог светился магией настолько, что даже на таком расстоянии от нее рог Стар задрожал. Если бы она не знала, что принцесса здесь герой, Стар сказала бы, что из нее получился бы страшный злодей в своих кроваво-красных доспехах.

"Я говорю", — жеребец издал жестокий смешок, — "Ты для меня не более чем редчайший компонент заклинания, принцесса".

Принцесса бросила взгляд в сторону выхода: "А ты стоишь меньше, чем пыль на моих копытах, я ухожу".

Стар сосредоточила свои магические чувства, пытаясь узнать каждую деталь заклинания, которое собиралась произнести могущественная принцесса Найтмер Твайлайт.

Если судить по заклинанию, то это было толстое спиралевидное копье сжатого эбенового огня, выпущенное из рога принцессы. Мгновение спустя мистический импульс прорвался сквозь ее рог. Стар вскрикнула и упала на землю.

"Арррх, ай, ай, ай", — Стар закрыла глаза, потирая рог. Пытаясь понять, как она ощущает вкус цветов и холод каменного пола, на котором лежала.

"Восемь", — счетный голос должным образом сообщил, сколько секунд она не обращала внимания на заклинание.

"Нет, не сейчас". — Ее Принцесса зарычала, наполненная яростью и паникой.

Это прозвучало плохо, Стар покачала головой, пытаясь привести в порядок свои чувства, прежде чем воспринять голоса и посмотреть назад через заклинание.

Принцесса, ее Принцесса, была в огне, она горела, рухнув на землю, скрючившись от боли.

Счетный голос, казалось, перестал считать все, кроме ужаса, происходящего с ее Принцессой.

"Двенадцать", — кинетические взрывы рассеиваются броней.

"Три", — прямые попадания кинетических взрывов.

"Восемнадцать" — порезы от металлических лезвий.

"Два" — секунды горения плоти принцессы и самого источника.

"Нет, нет, нет, нет", — в ужасе закричала Стар. Этого не может быть.

"Тридцать четыре", — секунды, пока источник принцессы не иссякнет.

"Нет!" — решительно крикнула Стар. Принцесса не могла умереть, она не допустит этого.

Ее разум быстро вернулся к панике, что она могла сделать, она не была героем. Ее мысли вернулись к тому теплу, которое она ощущала под крылом принцессы, к ее гордой улыбке. Нет, она не разочарует принцессу.

"Тридцать три", — монотонный счетный голос, казалось, содержал малейший намек на срочность.

Отбросив страх и нерешительность в сторону, она переключила свое внимание: это был всего лишь тест, всего лишь проблема, которую нужно было решить.

Шаг первый — оцените ситуацию.

- Принцесса обездвижена и горит.

- Пять злодеев стреляют в принцессу силовыми взрывами.

- Один злодей, говорящий, использует телекинетически управляемые клинки для атаки.

- Принцесса в огне!

Ей нужен был план, план действий, что же ей делать. Мысль промелькнула в ее голове, словно доставленная откуда-то из другого места. На одном из ярлыков кармана было написано: "Экстренные планы и заклинания". Это была самая худшая из возможных чрезвычайных ситуаций.

"Тридцать два".

Не теряя времени, рог Стар испустила грубый мощный импульс магии, грубый разрыв пространства, и карман был разорван, разбрасывая свое содержимое, сотни свитков и книг упали на землю вокруг нее.

Она огляделась вокруг, пытаясь понять, как ей найти то, что нужно. Ей нужно было придумать заклинание, чтобы найти заклинания, необходимые для спасения принцессы.

"Тридцать один".

Ужас наполнил Стар, у нее не было времени, что же ей делать. Она чувствовала, как ее тело начинает гипервентиляцию. Это не должно было произойти таким образом.

"Тридцать", — почти мягким тоном произнес счетчик прямо перед Стар.

Стар подняла голову: перед ней стояла серая кобыла единорог. Шесть свитков левитировали в белой ауре. Кобыла держала их перед Стар, как бы предлагая.

На морде кобылы не было никакого выражения, а светящийся золотой ошейник обжигал ее золотой энергией. Ошейник, казалось, пытался противостоять телекинезу, удерживающему свитки.

"Двадцать девять", — произнесла стоявшая перед ней кобыла, голос которой дрожал от боли, но на морде кобылы ничего не было видно.

Стар зажгла свой рог и потянулась магией, принимая свитки. Когда их магия соприкоснулась, вспышки бессмысленных образов, эмоций, запахов, звуков, желаний и отчаяния затопили Стар.

"Стоп", — сказала Стар.

И тут же все образы прекратились, оставив в голове Стар полностью сформированную конструкцию заклинания. Оно было сложнее, чем ее сегодняшнее заклинание. Это было самое сложное заклинание, с которым она когда-либо сталкивалась. Она никогда не видела его раньше, но казалось, что она всегда знала его.

"Двадцать восемь", — одна слезинка начала падать с морды серой кобылы.

У нее не было времени, она должна была действовать сейчас. Вложив всю свою силу в рог, она произнесла заклинание, которое дала ей кобыла.

* * *

Мир разлетелся на шесть одинаковых осколков. Мгновение спустя она тоже разбилась, почти как будто в знак сочувствия.

Кто была она? Нет, кто были они? Где они были и что происходило?

Шестеро из них провели, как им показалось, целую минуту, пытаясь понять, что с ними только что произошло. Каждый из них знал, о чем думает другой, что каждый из них, похоже, ощущает время медленнее и что это заклинание продлится не более одной минуты стандартного времени.

"Двадцать семь", — устало сказала Грей, поворачиваясь, чтобы собрать все разбросанные свитки.

Три цели горели в их умах ярким пламенем.

- Остановить плавление источника Принцессы.

- Защитить Принцессу.

- Сбежать в безопасное место.

Стар Один заметила и проигнорировала тот факт, что Грей, казалось, двигалась на полной скорости, что, скорее всего, было эффектом заклинания или галлюцинацией.

Стар Два сосредоточилась на использовании заклинания скорочтения, чтобы начать изучать содержание свитков.

Стра Три, не выдержав, наложила заклинание пожирания знаний. Буквально заставив объединиться знания из разрушающихся свитков со всеми их умами.

Стар Один была возмущена любым уничтожением знаний, даже если это был свиток, а не книга.

Стар Два пообещала переписать свитки.

Стар Четыре указала, что им следует заняться этим.

Стар Пять пустила их общее тело галопом через арку во входную галерею.

Стар Шесть подтвердила, что заклинание "Не-замечай-меня" все еще в силе, так что у них был элемент неожиданности.

"Двадцать шесть".

Стар со Второй по Шестую приготовили свои заклинания, готовые произнести их, как только возникнет необходимость.

Стар Один зажгла свой рог заклинанием обескровливания Рэд Хувс и бросилась к Принцессе, опустив свой рог.

Стук их копыт казался оглушительным на каменном полу. Их сердце колотилось, заставляя кровь и столь необходимый кислород поступать туда, где они были нужны.

Никто из них не хотел смотреть, но Стар Один была вынуждена, поэтому у всех не было выбора, кроме как наблюдать, как их атака выстроилась в линию с принцессой. Их рог вонзился между пластинами доспехов во все еще горящую плоть принцессы.

Как только рог набрал кровь, Стар Один активировала заклинание "Обескровливания".

Вторая отметила, что сопротивления не было, а Третья порадовалась, что так может быть только в том случае, если принцесса доверилась Стар, чтобы спасти ее.

Они улыбались, несмотря на то, что их грива горела, а кровь стекала по рогу, пачкая их шерсть.

Горящая магия вырвалась из раны и закружилась вокруг рога Стар. Она вырвала жгучую магию с такой силой, чтобы она не смогла сжечь оставшуюся магию принцессы.

Задача номер один выполнена, Принцесса больше не умирает от истощения источника.

"Ха, а ты говорила, что такие заклинания никогда не могут быть использованы во благо..." — Начала говорить Первая, пока не поняла, что не знает, на кого ссылается.

Шестая сухо заметила, что теперь жуткие жеребцы знают, что что-то происходит, и эта тайна может подождать.

Вторая схватила горящую магию и закрутила ее в заклинание отложенной телепортации "ловушки", установив ее срабатывание на тот момент, когда они окажутся за пределами эффекта гашения телепорта. Оставив горящий мистический круг на земле вокруг Принцессы.

Третья переместила свое тело перед принцессой, произнеся заклинание безопасности лаборатории Твайлайт третьей версии. Шар энергии окутал Стар и принцессу, на его поверхности заплясали сложные фиолетовые руны и геометрические символы.

Тепло, быстро уходящее из сферы, вернулось к идеальной комнатной температуре, и мирское пламя, которым горела принцесса, умерло, выдохнувшись.

"Что?" — крикнул злобный жеребец со светящимися зелеными глазами.

Злобный жеребец указал копытом на Стар. Стар Один сглотнула общим телом. Другие культисты зарядили свои рога, и шквал кинетических взрывов устремился к Стар.

Четвертая пустила в ход заготовленное ею заклинание — перенаправляющий магический щит Шайнинг Армора. Поместив его в качестве внешнего защитного слоя, она направила перенаправленную магию в защитное заклинание лаборатории, усиливая его.

Магические заряды ударили в щит, шипя, когда их магия разрушилась, а кванты энергии всосались в защитное заклинание лаборатории.

Первой хотелось прижаться к стене и спрятаться, все это было слишком страшно и происходило слишком быстро. Магическая атака продолжалась.

"Ты моя!" — прорычали зеленые глаза.

Облако из десятков острых металлических лезвий левитировало вокруг него и устремилось к Принцессе.

Он не может нас видеть, подумала Шестая. Он думает, что это делает принцесса. Это заклинание "Не-замечай-меня" — самое лучшее.

Стар Три задумалась о заклинании, которое она произнесла. Заклинание безопасности лаборатории третьей версии было усовершенствовано, чтобы справляться с драками за еду и пони, бросающими в заклинателя предметы. Помимо защиты от целого ряда магических и обычных опасностей, любой снаряд возвращался к отправителю. Перезаряженное заклинание означало, что оно будет возвращать их с гораздо большей силой, о нет.

От удивления у Третьей широко раскрылись глаза, а уши опали. Она заставила их отвести взгляд от Зеленых глаз. Она не хотела видеть того, что должно было произойти.

Облако первоклассных хирургических лезвий, на каждом из которых был выгравирован знак производителей Кантерлота, закружилось по окружности защитного заклинания лаборатории. Они значительно ускорились, прежде чем вырваться на свободу. Воздух раскололся от серии гулких ударов, когда каждый из них преодолел звуковой барьер.

В ушах у Стар ничего не звенело и, к счастью, не было ничего, связанного с последствиями возвращения снарядов.

Стар Один делала все возможное, чтобы отвлечь их от того, что могло произойти, обдумывая, как улучшить звуковую защиту, чтобы сделать четвертую версию защитного заклинания лаборатории.

Задача номер два — защитить Принцессу — выполнена.

Шестая бросилась к Принцессе, обнимая ее. Не обращая внимания на шипящий звук и запах горелых волос, вызванный прикосновением к еще горячим пластинам брони.

Вторая отметила, что защитное заклинание не могло отвести тепло от самой брони.

Пятая произнесла свое заклинание. Молот Луны. Боевое заклинание, предназначенное для разрушения укреплений кинетическим ударом. Яростно подхватив их с Принцессой с помощью сырой магической силы, она вышвырнула их из храма.

Заклинание безопасности, составленное принцессой Твайлайт, защитило их от силы тяжести и титанического удара заклинания, когда они взмыли в ночное небо, оставляя за собой огненный след от горящей телепортационной ловушки.

Благодаря ускоренному восприятию, Стар смогла увидеть, как под ними промелькнула каменная кладка храма, затем горный склон, в который был встроен храм, а затем открытый воздух.

Сверху, отметила Первая, мир был впечатляющим: серебряный лунный свет отражался от извилистой реки далеко-далеко внизу.

Вторая хотела уметь летать, а не просто стильно падать.

Третья думала, что все это слишком страшно, и хотела вернуться домой.

Четвертая мысленно составляла список того, как ухаживать за ранами принцессы.

Шестая была слишком занята своим заклинанием, чтобы беспокоиться о том, чем заняты остальные.

"Три", — слабо произнесла Грей.

Каким-то образом Стар знала, что Грей считает, когда бы она ни считала, она всегда это делала. Странно. Она отсчитывала время до их телепортации.

Шестая наложила свое заклинание, запрещенное заклинание "Гибели магов". Это была разрушающая магию бомба с задержкой в полсекунды. Она разрушит всю магию в радиусе мили и лишит всех шансов на то, что кто-то из пони сможет отследить их телепорт.

"Два".

Первая задалась вопросом, куда они телепортировались.

Вторая не знала, она настроила заклинание точно так, как было написано в свитке.

Третья начала паниковать.

"Дом и один", — ответила Грей на их мысли.

Задача три — бежать в безопасное место, выполнена.

Все еще пылающая магия Аликона взорвалась, озарив ночное небо на многие мили вокруг, и ее громогласный раскат донесся даже до далеких вершин Кантерлота, а затем эхом вернулся обратно.

* * *

[Изображение: https://lh3.googleusercontent.com/kcy7pCRBok9qtdVYb7FD9gVbpsh4oi34RjLGZgkOCxXNd8qvfarELkNhUUYdWtrXHKR_SUEpcYG4UpRdB1Pn9HdPGemZPpakdK44BBCPZEXt07et00r6tdBXW9ZNJugaTrFRhm-WRRbDVIbJqqo11ISLL8oFoe1Ji8Yztb6AKDIZTvYrjVg9rNvLoSYa7vVQ]

Грей

## 6. Прерванный ночной суд

Кантерлот Таймс: Специальный выпуск

Принцесса Твайлайт мертва!

* * *

Вчера Принцесса доблестно пожертвовала собой, обезопасив всех пони в районе Мэйнхэттена. Она доблестно сдержала взрыв, который мог бы уничтожить весь город, вплоть до последнего здания. Пока никто не взял на себя ответственность за использование Темной магии. Следователям придется подождать по меньшей мере луну, чтобы начать поиск улик. Причиной задержки называют сильные магические колебания.

Ожидается, что пройдет не менее двух лун, прежде чем кому-либо из жителей будет позволено вернуться в город (экономические последствия см. на стр. 45). Королевские маги ссылаются на проблемы со здоровьем из-за длительного воздействия магического потока (советы нашего эксперта по здоровью см. на странице 12).

Твайлайт умерла, как и жила, отдав всю себя ради великой Эквестрии. Наши мысли и молитвы обращены к ее друзьям и семье. Пусть ее долго помнят как настоящего героя Гармонии. (см. пятую страницу для информации о нашей кампании по установлению памятника покойной принцессе Твайлайт Спаркл на месте ее гибели).

Эти тревожные вести сломили Элементы Гармонии, нашу величайшую защиту. (см. на странице девять оценку военного положения нашим экспертом по обороне и то, как это изменит отношения с грифонами и драконами).

* * *

"Жадные маленькие стервятники", — мрачно пробормотала Луна со своего трона, бросая газету одному из своих помощников.

"Мы не позволим опубликовать эту ерунду. Судьба нашей принцессы еще не определена".

Ночной страж, доставивший ей газету, заговорил: "Моя госпожа, боюсь, уже слишком поздно".

Луна сузила глаза: "Объяснись".

"Госпожа, они поторопились, желая первыми рассказать об этом. К этому моменту она уже будет распространена и поступит в продажу даже в этот час".

"Значит, первая новость, которую услышат друзья Твайлайт..."

"Да, моя госпожа", — сказал он, покорно опустив голову.

"Неприемлемо, соберите ее друзей и семью. Мы сами объясним правду о ситуации".

Ночной страж поклонился, сделал шаг назад и затем скрылся в тени.

"Пришлите следующего просителя", — объявила Луна Кантерлотским королевским голосом.

Большие двери в тронный зал распахнулись, впуская новую группу пришибленно выглядящих пони. Беженцы, она имела с ними дело всю ночь. Некоторые требовали позволить им вернуться домой прямо сейчас, другие требовали биты, но большинство просто хотели надежды. Судя по виду этой семьи, они относились к последним. Маленький жеребенок держал в копытах самодельную плюшевую игрушку Твайлайт Спаркл и, казалось, делал все возможное, чтобы не заплакать.

Как бы она ни была рада тому, что сотни пони хотят обратиться к ней за советом, ей хотелось, чтобы это было связано с приятной ситуацией.

Луна ободряюще улыбнулась, даже не забыв использовать ККГ[1]: "Мы приветствуем вас, что привело вас к Принцессе Ночи?"

* * *

Луна была в ярости, пытаясь сдержать свою силу; ей не нужно было причинить какой-либо ущерб тронному залу. Она только что буквально вышвырнула отсюда мелкого дворянина. У него хватило наглости потребовать, чтобы беженцев немедленно вывезли из Кантерлота, потому что они мешали вечеринке, которую устраивал эгоистичный жеребенок.

Оставшиеся просители одобрительно закричали, шокировав ее. Гнев Луны мгновенно угас, сменившись чувством глубокого удовлетворения. Она тепло улыбнулась стоящим в очереди пони и склонила перед ними голову. "Следующий", — сказала она, даже не используя ККГ.

Громовой удар разнес окна вдребезги. Луна всем телом ощутила магический импульс, который последовал за ним. Все единороги в комнате вздрогнули.

Подняв копыто, она закрыла глаза, изучая мистическую текстуру магии. Боль, ужас, ярость, отчаяние, решимость и любовь. Все это смешивалось с уникальным глубоким огнем, который мог быть вызван только тем, что какая-то пони сожгла свой источник. Луна хорошо знала это чувство. Это было ценой свободы от Найтмер, дарованной ей Элементами.

Она лично знала всех пони, способных творить магию такого масштаба. Она знала, что все они, за исключением одной, спокойно спали и видели сны в ее царстве.

"Твайлайт?" — вырвалось из уст Луны испуганным шепотом, прежде чем она властно прокричала: "Ночной суд отменяется на неопределенное время, ночные стражи за мной".

Без колебаний, в шквале перепончатых крыльев и всплесках телепортации, дюжина Ночных Стражей выскочила из тени. Каждый из них приземлился в хорошо отработанном строю вокруг своей государыни. Не обращая внимания на панику, которую вызовет ее внезапный уход, Луна собрала свою магию. Тени в комнате, казалось, стали еще глубже, а звезды в ее гриве засияли еще ярче. Едва ли мгновение спустя тени вырвались из ее гривы, собираясь вокруг стражников, вспышка магии и звук перемещающегося воздуха — и они исчезли.

## 7. Открытия в храме

У Темного Мага, конечно, были лучшие дни, но он все еще был жив, несмотря на боль. Он продолжал идти вперед, и такие маленькие сюрпризы, как этот, не помешают ему выполнить свое предназначение. Наконец, спустя, казалось, несколько часов, он прорубил себе путь из своего убежища. Он укрылся под каменным куполом, который ему удалось поднять с пола в последние мгновения перед тем, как падающий потолок раздавил бы его.

Он понятия не имел, что это было за атакующее заклинание, слишком многое произошло всего за несколько секунд. Что бы ни произошло, оно врезалось в стену, разбив ее вдребезги. Один только этот ужасный звук мог бы сломать ему кости и лишить сознания. Если бы не жертва оставшихся слуг, он был бы мертв.

Пошатываясь, он выбрался из ямы и встал на копыта: "Давно я не чувствовал боли, хорошо сыграно, Твайлайт".

Он огляделся: большую часть входной галереи занимали лишь обломки и груды мусора. Магические светильники исчезли, теперь все освещалось только неземным фиолетовым и красным мерцающим огнем, проникающим снаружи. Он чувствовал пламя своим рогом и ощущал, как оно стремится поглотить его, источая магию. Он очень рассердил Твайлайт, если ее магия оставила после себя такой след.

Выжженный пламенем кратер был единственным признаком того места, где лежала Твайлайт, когда она начала свою атаку, любой намек на то, какое заклинание она использовала, был уничтожен тем, кто его произнес.

Все было не так, как должно было случиться. Она была в его власти, полностью скована, без рога. Она была беспомощна, но каким-то образом исцелила себя и нашла время для изготовления полного комплекта кровавой брони. Затем она спокойно подошла и бросила ему вызов, и победила.

Очевидно, его информация об Аликорнах имела некоторые пробелы, большие пробелы. Он полагал, что Селестия в большей степени скрывает информацию. Оставляя достаточно, чтобы он мог думать, что полностью подготовлен. Узнать, что Аликорны могут колдовать без рога. А крики и мольбы были не более чем превосходным актерским мастерством. Чувствуют ли Аликорны боль? Может, она просто тянула время? Если да, то почему? Ему нужно было собрать все, что уцелело, и найти новое место. Он не хотел оставаться здесь, когда вернется Твайлайт.

Мощная волна магии ужалила его рог, и снаружи раздался громкий громоподобный треск. Это было похоже на телепортацию, но настолько громкую, что, должно быть, она была и дальнобойной, и тяжелой. Он проверил цепочку на шее — да, на ней все еще был храмовый ключ. Его рог завибрировал от магии, и он исчез с глаз долой. Он надеялся, что противообнаружительные свойства Храма все еще действуют.

Шесть ночных стражей Луны вбежали внутрь и в считанные мгновения оцепили комнату. Несмотря на свои доспехи, они были бесшумны, как призраки. Его сердце учащенно забилось. Если бы он не спрятался, как только почувствовал телепорт, они бы нашли его.

Снаружи он услышал звук приближающихся бронированных копыт и разговор принцессы Луны и принца Шайнинга Армора.

"Видишь эти языки пламени, как они движутся и как они все еще горят даже на голом камне?" — спросила Луна. По ее вынужденно спокойному тону было ясно, что она подавляет сильный гнев.

"Да, это похоже на драконий огонь. Ты знаешь, что это такое? Твайлайт в безопасности?" — Шайнинг ответил четко и твердо.

Другая группа из шести ночных стражей бесшумно пронеслась мимо первой, даже не потревожив воздух, и направилась дальше в храм.

"Да, я знаю, что это такое", — торжественно произнесла Луна, когда они оба рысью вошли в комнату, окруженные шестью Кристальными Стражами.

Шайнинг смотрел прямо на нее, ожидая ответа. Луна просто выпустила импульс обнаружения из своего рога. Темный маг затаил дыхание. Магический импульс пронесся над ним, не реагируя, он был в безопасности. Он устроился поудобнее, дыша как можно тише, у него было ощущение, что он застрянет здесь надолго.

Луна посмотрела на охранников: "Оставьте нас".

Охранники колебались, пока Шайнинг не кивнул в знак согласия. Охранники отошли за пределы слышимости, устанавливая периметр. Ночные стражники уже ушли, темный маг не заметил их ухода.

"Огонь души" — фатальный результат воспламенения источника чьей-то души. Эти багровые полосы вызваны магией крови. С такой силою он будет гореть много лет". Есть только два варианта, которые могут объяснить это, и, учитывая, что Твайлайт наверняка не была извращенным магом, практикующим магию крови... Я боюсь, что наша дорогая Твайлайт мертва".

"..." нерешительность Шайнинга говорила о многом.

"Шайнинг", — раздался сиплый голос Луны.

"Она... Твайли знала магию крови".

Луна топнула копытом по камню, комната задрожала, и с потолка посыпалась каменная пыль. Ее глаза были ужасающими, на мгновение, превратившись в светящиеся драконьи щели. Хрустальные стражники повернули к ней головы. "Объяснитесь, сейчас же!" — с силой сказала она.

"Она знала магию крови, но воспоминания были запечатаны Селестией", — признался Шайнинг с опаской, махнув стражникам копытом.

Причины разницы в поведении Твайлайт теперь стали очевидны для темного мага: что-то, что он сделал, нарушило ментальную печать. Вместо того, чтобы ослабить ее, он придал ей силы и оставил ей столько причин ненавидеть его. Очевидно, настало время для нового облика, еще одного дела, чтобы вернуться туда, где он был всего несколько часов назад.

"Как?" — Вопрос Луны был холодным, ровным и опасным.

Шайнинг поднял копыто и сделал шаг назад, затем медленно опустил его обратно. "В ее башне была спрятана книга заклинаний. Книга была под мощной иллюзией. Так что никто не знал, что она там. Когда Твайлайт нашла ее, она решила, что ее оставила Селестия в качестве теста, так что... она выучила все содержание книги за неделю".

"Расскажите нам, какой фолиант она нашла".

"Магия крови Ред Хувс, я думаю".

Луна опустила голову, ее тело напряглось, крылья наполовину раскрылись, показывая ее волнение. Глаза темного мага расширились, даже у него не было возможности учиться по этой самой желанной из книг. Он смог заполучить лишь один поврежденный свиток, который якобы был скопирован с нее.

"Я должен спросить, что за чудовищные поступки заставили мою сестру сделать так, чтобы ее ученица забыла о них?"

"Никаких".

"Никаких?" — спросила Луна.

"Она изобрела новое заклинание и продемонстрировала его Селестии".

"И что же это заклинание делало?" — нетерпеливо переспросила Луна.

"Оно действует как две чашки кофе и еда. Одно простое заклинание, а потом снова за учебу. Это причина, по которой она продолжает засыпать за учебой, часть ее ожидает эффекта этого заклинания, несмотря на печать".

Тело Луны резко расслабилось. Она рассмеялась: "Конечно, милая Твайлайт, ты изучаешь самую опасную боевую магию и создаешь с ее помощью нечто совершенно мирное".

Такой уровень контроля над магией крови, клянусь Тартаром, Принцесса Дружбы — мастер магии крови. Если бы не то, что заставило ее отключиться во время их разговора, все пошло бы совсем по-другому. Может быть, ее печать была снята лишь частично, и у нее случился какой-то рецидив? Это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Это все меняет. Она может быть союзником, козлом отпущения или, по крайней мере, отвлекающим маневром. Он подождет, чтобы увидеть, как она теперь будет вести себя, освободившись от ментальной печати, прежде чем решить что-то еще о ней. Если он решит позволить ей сохранить свою жизнь, ему придется быть осторожным, в конце концов, им предстоит разделить вечность.

"Так, Принцесса, почему ты боишься, что Твайлайт мертва?" — мрачно сказал Шайнинг.

"Сначала ответь мне вот на что: может быть, есть еще какие-нибудь странные, магические или запретные секреты о Твайлайт, которые я должна знать?"

Шайнинг кивнул, Луна медленно потерла копытом под рогом. "Пожалуйста, продолжай".

"Я не знаю многого, но через год или около того Селестии пришлось наложить на нее еще одну печать. Учитель в ее школе был недоволен тем, что она вылупила из яйца Спайка. Этот тест должен был проверить, как пони реагируют на неудачу. Чтобы исправить это, он нашел книгу с заклинанием, которое мог произнести только Аликорн".

"Она успешно произнесла заклинание, да?" — перебила Луна, прижав копыто к голове.

Шайнинг кивнула: "Да, и не только она".

"Что?"

Шайнинг пожал плечами: "Ты должна спросить у своей сестры, но я думаю, что был кто-то еще".

"Что-нибудь еще ты помнишь об этом инциденте?"

"Когда мы увидели ее в следующий раз, она казалась замкнутой, более холодной, как будто из нее вынули часть света. Ее работа пострадала, она все еще была блестящей, но уже не такой, как раньше. Не зря ей нужны были уроки дружбы".

"Тиа", — вздохнула Луна, прежде чем продолжить, — "если эта книга та, о которой я думаю, то она не будет иметь никакого значения".

Шайнинг ждал, явно нетерпеливо желая узнать о возможной судьбе своей сестры.

Луна печально продолжила: "Учитывая полное разрушение снаружи, я могу предположить, что она осталась жива только в том случае, если она переполнила своей магией источник другого существа, воспламенила его и использовала как бомбу. Как ты думаешь, твоя сестра из тех пони, которые способны на такое?"

Темный маг знал, что Твайлайт жива, если бы она планировала совершить что-то настолько саморазрушительное, как детонация своего источника, она бы сделала это в храме, чтобы убедиться, что он мертв, а не снаружи. Каким-то образом, о каком бы уровне разрушения ни говорила Луна, это должно было быть частью ее побега, вероятно, чтобы предотвратить ее отслеживание. Немного экстремально, но кто знал, на что способна эта новая Твайлайт.

Шайнинг покачал головой, опустив уши и опустив взгляд: "Нет". Он сделал глубокий вдох, затем решительно поднял взгляд. "Она найдет другой способ. Это будет не первый раз, когда она делает невозможное".

Луна слабо улыбнулась Шайнингу: "Я очень надеюсь, что ты прав", — сказала она.

Группа безоружных пони, несущих ящики с оборудованием, вошла внутрь, прервав откровенный разговор Луны и Шайнинга. Они начали детально осматривать камеру. Очевидно, они были из следователей.

Луна зажгла свой рог узким лучом, чтобы вырезать каменную чашу, затем осторожно копытом зачерпнула немного Огня Души Твайлайт. Его красно-фиолетовое пламя, казалось, успокоилось, когда она двинулась в сторону Шайнинга.

Луна опустила глаза на более спокойное пламя, которое она держала в копытах: "Еще одно доказательство того, что это огонь твоей сестры". Она протянула ему чашу: "Чтобы твоя надежда не угасла, принц Шайнинг Армор".

Ему нужно было пересмотреть свои планы, принимая во внимание все, что он узнал сегодня. Похоже, в ближайшее время он не получит в качестве жертвы Аликорна. Придется довольствоваться множеством более слабых — переселенные пони Мэйнхэттена должны подойти.

"Принцесса", — позвал один из следователей.

Луна и Шайнинг подняли головы и направились к пони. Коричневый единорог в лабораторном халате указал копытом на каменный купол Темного Мага.

"Кто-то прорубил себе путь оттуда меньше часа назад, у нас есть четкий магический след. Он исходит от самца единорога с природным сродством к темноте, земле и неестественным аспектом крови".

Луна прорычала: "Если бы не дражайшая сестра, задержавшая нас, мы прибыли бы вовремя, чтобы предотвратить побег этой мерзости".

Быстро сменив тему, Шайнинг спросил. "Неестественный аспект крови?"

Темный маг прикусил язык, как они могли столько узнать? Ему нужно было посмотреть, какое новое заклинание судебной экспертизы они недавно разработали. Теперь у них было много информации о нем, и они могли бы идентифицировать его с помощью подробного сканирования сродства. Он положил копыто на камень и понадеялся, что их новые заклинания не смогут нарушить его маскировку.

Следователь кивнул: "Да, некоторые заклинания, предметы или методы обучения могут вызвать у пони развитие неестественных аспектов. Они такие же, как и естественные, за исключением того, как они приобретаются и иногда бывают немного нестабильными. Наша текущая теория заключается в том, что Твайлайт была захвачена, каким-то образом вырвалась на свободу, а затем вступила в битву заклинаний здесь". Он обвел жестом комнату. "Затем, когда она уходила..."

"Ее источник взорвался", — торжественно добавила Луна.

Он кивнул: "У нас есть по крайней мере пять мертвых пони под камнями здесь и здесь. Нужно откопать их, чтобы убедиться".

Луна обратилась к Шайнингу: "Шайнинг, ты и твои охранники охраняйте руины, а я буду искать с неба. Давайте посмотрим, сможем ли мы поймать беглеца. Будьте предельно осторожны, если он тот, кто вызвал детонацию источника Твайлайт, он может сделать это и с другими. Выведите его из строя, как только увидите, любым способом, который сочтете нужным".

Шайнинг по привычке отдал честь и отправился в путь, его эмоции теперь были скрыты долгом. Луна огляделась, словно подозревая, что кто-то наблюдает за ней, и пошла к выходу.

"Лучше надейся, что Шайнинг найдет тебя первым", — тихо прорычала Луна, когда ее походка перешла в рысканье, а грива яростно вздыбилась.

Темный маг улыбнулся про себя. Он ждал своего шанса, а затем отправился в секретный туннель. У него все еще были образцы Твайлайт, и теперь он знал гораздо больше. В конце концов, день был не так уж плох, даже если теперь они узнали его магический запах.

* * *

## 8. Книжные крепости и мягкие игрушки

* * *

Укрывшись в любящих крыльях какой-то большой пони, Твайлайт чувствовала себя в безопасности. Здесь ни жгучий огонь, ни жалящие лезвия не могли достичь ее. Вместо этого до нее доносились знакомые запахи бодрящего ночного воздуха, чистых перьев и уникальный запах Аликорна. Она знала, что это не Селестия, нет, это было лучше. Это была ее спасительница.

Она чувствовала, как тело ее спасительницы двигалось с медленным ровным дыханием. Дыхание самой Твайлайт мирно вошло в тот же ритм.

Теперь она вспомнила правду. Отчет о травме был ее собственным, боль в какой-то момент была настоящей. Ее разум пытался защитить себя, спрятаться от боли. Все, чего она добилась, — это вызвала более сильный приступ паники.

Она лениво обдумывала свое положение. Жива ли она вообще? Рог Аликорна может быть использован для убийства, так что это были последние мимолетные мгновения умирающего разума? Если так, то, по крайней мере, это было приятно, подумала Твайлайт, прижимаясь к более крупному аликорну.

"Теперь тебе нечего бояться, моя Литтл Стар, ты в безопасности", — сказал ее спаситель, и Твайлайт знала, что это правда, а остальное просто не имело значения.

Более крупный Аликорн наклонился ближе, по-матерински поцеловав ее рог. Чарующий голос ее спасительницы снова запел колыбельную. Твайлайт уютно прижалась к ней и погрузилась в блаженный сон.

* * *

Осознание вернулось к Твайлайт, и ее впервые встретила успокаивающая мелодия колыбельной. Но на этот раз слов не было, только музыка, исполняемая восхитительной смесью деревянных духовых и струнных инструментов. Твайлайт лежала и пыталась отрицать, что не спит, но в конце концов сдалась, потому что начала напевать.

Медленно она закончила напевать и глубоко вздохнула. В нос ударил запах крови, паленых волос и перегретого рога. Ее сердцебиение участилось, тело готовилось к бегству. Паника начала набирать обороты. Она пыталась открыть глаза и не могла. Несмотря на адреналин в крови, она чувствовала себя слишком слабой, чтобы даже открыть глаза. Паника усиливалась. Неужели она была слишком ранена, чтобы чувствовать боль?

"Ты в безопасности", — казалось, шептал ей на ухо ее спаситель.

Да, она была в безопасности, эти несколько слов разорвали обратную связь паники. Она позволила музыке помочь ей успокоиться. Повторяя в голове колыбельную с таким же усердием, как и формулу нового заклинания, ее сердцебиение пришло в норму.

С каждым вдохом она чувствовала, как к ней медленно возвращаются силы. Через несколько минут она определила, что пройдет час, прежде чем она сможет стоять, и вдвое больше, прежде чем она сможет использовать свой рог для чего-либо. Ощущение ее источника — обычно достаточно сильное, чтобы у единорогов поблизости болел рог — уменьшилось до крошечного медленно разгорающегося уголька.

Не найдя ничего лучшего, она позволила своим мыслям блуждать. Хотя она надеялась, что вся эта боль была кошмаром, она была уверена, что все это было на самом деле. Было ли это частью испытания? Еще одно испытание, чтобы подготовить ее к трудностям бессмертия? Если это так, то она простит Селестию, если только сможет снова увидеть своих друзей.

Ее мысли разбежались. Если она думала, что это еще одно испытание, то какими были другие и почему она не могла их вспомнить? Прошла ли она их? И почему она должна была простить Селестию? Ей стало страшно, в мысли закралось тоскливое чувство. Ее разум скрывал что-то еще.

Словно в ответ на ее беспокойство, что-то сдвинулось под ее крылом. Твайлайт удалось приоткрыть один глаз, но все, что она смогла увидеть за мгновение до того, как он закрылся, — лавандово-белые пятна.

Очевидно, зрение все еще не работало, поэтому она сосредоточилась на чувстве осязания. Она была прижата к чему-то теплому, что-то было под ее крылом. Она чувствовала, что ее ноги и крылья обернуты вокруг этого. Что-то, что, казалось, расширялось и сжималось по предсказуемой схеме, скорее всего, дышало.

Оно, нет, они были мягкими, со знакомой текстурой мягкой шерсти и перьев. Их телосложение казалось женским, так что вероятным выводом было то, что она прижалась к Рэйнбоу или Флаттершай. Нет, теперь она была крупнее, поэтому единственной пони, которая могла бы чувствовать себя такой большой рядом с ней, была бы другая Аликорн, а она была схожего с ней размера, так что, возможно, это была Кейденс?

Кем бы ни был этот загадочный Аликорн, от него явно исходили запахи паленой шерсти и крови. Итак, кем бы они ни были, они, скорее всего, ранены. Она должна была что-то сделать. Она заставила себя открыть глаза, но расплывчатые пятна рассасывались гораздо дольше, чем должны были.

Посмотрев на того, кто находился под ее крылом, она увидела, что она свернулась калачиком вокруг своего клона с тяжелой повязкой. Осмотрев свою копию, которую она решила пока назвать Спаркл-Два, она явно была тяжело ранена. Ее тело было ужасно обожжено. Рог почернел, по всей его длине шли трещины, очевидно, от того, что она направила слишком много силы. Странно, но ее грива не была повреждена, что указывало на то, что в момент ожогов на остальном теле Спаркл-Два она находилась либо в эфирном, либо в элементарном состоянии.

"Чейнджелинг?" — вслух удивилась Твайлайт, ее голос был невнятным.

В целом, Спаркл-Два выглядела более здоровой и, не обращая внимания на раны, в лучшем состоянии. Она была немного выше и выглядела сильнее. Как могла бы выглядеть сама Твайлайт, если бы взялась за физическую подготовку вместе с Рэйнбоу.

Она направила самую малую часть своей магии в рог. Раздалось неприятное шипение. "Ой." — Ей придется подождать еще, чтобы воспользоваться своими заклинаниями.

Твайлайт медленно подняла голову и огляделась, осматривая окружающую обстановку. Она находилась в книжном форте, самом большом книжном форте в истории книжных фортов. Стены были сделаны из книг с заклинаниями по защитной магии и щитам, даже за авторством ее СБЛДН[1].

Вокруг нее была разбросана большая коллекция открытых медицинских книг, как магических, так и обычных. В них были открыты разделы по ожогам, рваным ранам, колотым ранам, ранам, нанесенным рогом, магической усталости и переломам рога.

Спаркл-Два сдвинулась, показав, что она держит что-то в передних копытах. Это был плюшевый пони, жеребенок единорога в натуральную величину, очень похожий на Твайлайт, в обгоревшем шлеме со стетоскопом на шее. На кьютимарке не хватало только маленьких звездочек. Делали ли пони ее плюшевые игрушки, и пользовались ли они таким спросом, чтобы их можно было подделать?

Твайлайт посмотрела на пуговичные глазки игрушки, и ей показалось, что они смотрят прямо на нее. Она не могла отвести взгляд, что-то в нем было таким знакомым. Что-то, что она потеряла.

"Литтл Стар?" — мягко произнес красивый голос снаружи форта.

"Эм... что, привет?" — тихо ответила Твайлайт, не желая будить Спаркл-Два.

"Хорошо, ты проснулась. Не хочешь ли ты выпить со мной чаю и получить ответы на некоторые вопросы?"

"Чай — это прекрасно, спасибо, но я не думаю, что смогу выбраться сама".

Синяя голова пони поднялась над стеной, заглядывая в форт. У нее был длинный рог, длинная струящаяся грива из неземного серебра и самая прекрасная улыбка, которую Твайлайт когда-либо видела. Яркий смех ее спасителя вызвал улыбку на мордочке Твайлайт, да и не могло быть иначе.

"Кажется, он слишком мал, чтобы я могла войти", — с веселой улыбкой сказала ее спасительница.

Более крупная аликорн зажгла свой рог, серебряная магия осторожно подняла Твайлайт над стеной из книг. Она также завернула копию в черное как ночь одеяло, а затем вернула свое внимание к Твайлайт, левитируя ее перед собой.

"Спасибо, что спасла меня, Принцесса".

"Я не принцесса. Меня зовут Свит Дримс, и я всегда рада тебе, моя Литтл Стар".

Свит Дримс подлетела к ней ближе и прижалась. Твайлайт улыбнулась, услышав это имя. Так же, как Селестия называла ее "Верная ученица". С чего бы ей называть ее Литтл Стар? Твайлайт посмотрела на свою кьютимарку. Вот почему она называет меня Литтл Стар? Почему это заставляет меня чувствовать себя такой счастливой?

"Меня... меня зовут Твайлайт".

"Я знаю, но мне кажется, что Литтл Стар звучит мило".

Твайлайт покраснела, а Дримс тихонько засмеялась. "Я перестану, если ты этого пожелаешь".

"Я не знаю", — пробормотала Твайлайт.

Дримс протянула крыло вокруг Твайлайт и обняла ее. Мир Твайлайт снова был наполнен теплом и перьями. Она издала довольный вздох и снова положила голову на грудь Дримс.

"Я умерла?" — спросила Твайлайт, голос был спокойным, несмотря на тему.

Ошеломленная внезапной сменой темы, Дримс ответила: "Не больше, чем ты была после Испытания Шипов".

"Испытания Шипов?"

Дримс наклонила голову и пристально посмотрела на Твайлайт. "Ты действительно не помнишь?"

"Нет..." — Твайлайт вздрогнула. "Почему я так боюсь того, чего даже не могу вспомнить?"

"Мы собираемся выпить чаю, прежде чем говорить о таких вещах", — Дримс подняла книгу заклинаний Шайнинга Армора и протянула ее Твайлайт.

Твайлайт взяла книгу и крепко прижала ее к груди, с тревогой разглядывая кьютимарку на обложке. Дримс обняла ее, тихонько напевая свою древнюю колыбельную. Твайлайт позволила аромату, теплу и песне омыть ее.

* * *

Выйдя из кладовой, где находился книжный форт, Твайлайт увидела, что находится в огромном дереве. Оно было похоже на ее старый дом, но примерно в десять раз больше. Много уровней и так много книг, что она не могла сдержать слюнотечение.

Все еще удерживаемая серебряным сиянием магии Дримс, она левитировала вместе с ним, когда Дримс перепрыгнула через перила и скользнула вниз на первый этаж.

Приземлившись на задние ноги, Дримс закружилась, подняв передние копыта и расправив крылья. "Добро пожаловать в Большую Библиотеку Золотой Дуб!" — радостно объявила она.

"Она огромная", — прошептала Твайлайт, — "столько новых книг!"

Дримс снова издала свой прекрасный смех и перенесла их обеих в уголок для чтения, где уже были разложены мягкие подушки и чайный сервиз.

Твайлайт с нетерпением огляделась вокруг. На первом этаже было относительно мало книжных полок. Вместо них большую часть стен занимали дверные проемы. Свит Дримс проследила за взглядом Твайлайт, объясняя, на что она смотрит.

Первым, что привлекло ее внимание, были пять дверей, на каждой из которых красовался знак одной из ее подруг. Как же она по ним скучала!

"Здесь находятся секции, посвященные твоим близким друзьям, другим Элементам Гармонии. Часть их всегда будет с тобой здесь".

Два дверных проема были почти переполнены магией Селестии. Они излучали силу и явно имели сильное сродство с Солнцем, Астралом и Огнем. Один дверной проем был лишен двери и вместо нее был забаррикадирован скрещивающимися золотыми цепями с бритвенными краями. Цепи были местами испачканы кровью, некоторые старой засохшей, другие еще влажной. Вторая дверь была похожа на дверь камеры и преграждала путь в подвал.

"Печати Селестии. В них содержатся некоторые ответы, которые ты ищешь. Мы поговорим о ее работе здесь, когда у вас будет немного информации о том, что происходит".

Прямо рядом друг с другом, почти соприкасаясь, находились два дверных проема. На одной была метка Луны, а на другой — символ Найтмер Мун, расположенный поверх собственной метки Твайлайт. Твайлайт уставилась на комбинированную метку.

Последний дверной проем был слишком мал, чтобы в него могли пройти взрослые. Знак на нем был похож на знак Твайлайт, но без окружающих звезд, как был как на плюшевой игрушке, которую держала Спаркл-Два.

[Изображение: C:\Users\Mihail\AppData\Local\Microsoft\Windows\INetCache\Content.Word\dek3jtn-8da05b83-00b1-44f8-82bf-3c04267bd3b8.png]

Дримс усадила Твайлайт и взяла свою подушку. Когда она начала подавать чай, Твайлайт задала вопрос.

"Где мы находимся?"

В ответ раздался мягкий смех. "Это твоя Большая Библиотека Золотой Дуб, твой ментальный бастион".

"Значит, я сплю?"

"Это нечто большее. Ты бессмертный Аликорн, и твой разум больше, чем у смертных. Он становится собственным планом существования. Как твои карманы, в которых ты носишь вещи. Твой разум — это пространство, которое нуждается в собственной защите".

"Это удивительно". — Глаза Твайлайт загорелись от удивления.

"У меня так много вопросов, так много экспериментов. Могу ли я привести сюда других? Что будет, если..." — опыто Дримс, прижатое к губам Твайлайт, положило конец потенциально бесконечному потоку вопросов.

"Есть другие вещи, которые мы должны обсудить в первую очередь".

"Например, Испытание Шипов?"

"Да, видишь эту печать?" — спросила Дримс, направляя крылом взгляд Твайлайт. "Именно там хранятся вещи, когда Селестия решает, что ты больше не должна о них знать".

"Она бы никогда... она принцесса Селестия, она..."

"Грей, не могла бы ты?" — воскликнула Дримс.

С другой стороны печати было видно движение. Твайлайт уставилась на серую версию себя в образе единорога. Лицо Грей было совершенно пустым, застывшим в своем невыразительном значении. Однако глаза ее пылали — они были наполнены многолетним презрением и горечью.

На шее Грей висел колючий золотой ошейник. Твайлайт сразу же распознала заклинание — оно явно принадлежало Селестии.

Грей протянула копыто сквозь цепи, держа в нем свиток, не обращая внимания на порезы и царапины, заляпывая их еще больше кровью. Твайлайт все еще была сосредоточена на Грей. Она выглядела так похоже на то время, когда Дискорд исказил ее разум.

Дримс поднесла свиток к себе. "Это твоя память об Испытании".

Твайлайт посмотрела на свиток: "Моя память? Как последний свиток, тот, когда я потеряла свой рог?"

Дримс мрачно кивнула: "Да, похоже, ты научилась помещать то, что не хочешь помнить, по другую сторону печати Селестии".

"О..."

Дримс протянула свиток Твайлайт: "Ты хочешь посмотреть его, или я просто расскажу тебе, что произошло?"

"Если... Я думаю, ты можешь пока просто рассказать мне, я всегда могу посмотреть на это сама позже", — сказала Твайлайт.

Отложив свиток в сторону, Дримс продолжила: "Короче говоря, Селестия решила, что тебе нужны все твои бессмертные силы, если ты хочешь принять участие в ее плане".

"Звучит не так уж плохо..."

"Все зависит от того, как и почему, моя Литтл Стар", — сказала Дримс.

Страх и успокоение боролись в сознании Твайлайт: "Продолжай."

"После всех ритуальных приготовлений она вонзила меч в тебя, пронзив твое сердце", — в глазах Дримс вспыхнул гнев — "бесстрастно глядя на тебя, не двигаясь, пока ты умоляла и извинялась за все, что сделала не так, молила о жизни, о прощении".

Твайлайт чувствовала, что не может дышать, это должна быть ложь, ничего другого быть не могло. По крайней мере, так она думала, пока не встретилась с глазами Дримс. Эти полные слез и заботы глаза были полны гнева за то, что было содеяно с Твайлайт.

"Почему... почему... почему она это сделала... как... как она могла так поступить со мной...", — спросила Твайлайт.

"Она хотела, чтобы ты стала бессмертной. Ей нужна была такая сильная фигура на ее шахматной доске, как ты. Чем моложе ты была, когда она проводила обряд, тем больше шансов, что ты выживешь. Это единственное доброе дело, которое она сделала для тебя, повысив твои шансы на выживание".

Твайлайт приложила копыто к груди и медленно вдохнула и выдохнула несколько раз, успокаивая нервы. Мне нужны факты, психовать буду потом.

Дримс продолжила: "Селестия должна была знать, нужно ли ей готовить замену, если ее вмешательство в твой разум оставило тебя каким-то образом неполноценной..."

"Неполноценной?", — прервала Твайлайт.

"Я начну с самого начала этого печального дела", — Рог Дримс вспыхнул, и в воздухе появилась маленькая мягкая игрушечная версия Твайлайт.

"Однажды жила-была маленькая кобылка, которая хорошо владела магией, настолько хорошо, что Солнечная принцесса взяла ее к себе".

Еще одна вспышка — и появилась игрушечная Селестия, которую Твайлайт заставила радостно подпрыгивать.

"Некоторое время все было прекрасно, пока однажды кобылка не нашла книгу", — Рядом с игрушечной Твайлайт появилась маленькая красная книжка.

"Она была спрятана в комнате кобылки с помощью мощных магических средств, но они не могли сравниться с ее магией и решимостью, которая ею двигала. Зачем это было спрятано здесь? Подумала кобылка. Должно быть, это испытание, тайное испытание, секретное испытание от Солнечной принцессы специально для нее.

Кобылка училась так, как никогда раньше, и осваивала каждое заклинание, какими бы странными они ни казались: "У Принцессы должна быть причина, чтобы она выучила эти заклинания", — говорила она себе. Она училась и училась, и в конце концов закончила.

"Она поспешила показать принцессе, ожидая только похвалы", — Игрушечная Твайлайт подпрыгивала, предлагая книгу Селестии. Грива Селестии запылала, и книга вспыхнула.

"Презрение и ожоги — вот что она получила, но это было еще не все. Теперь она знала слишком много, и нужно было что-то делать". — Игрушечная Селестия поднесла копыто к уху Твайлайт и вытащила из него красную книгу. Перед тем как вернуть книгу на место, она была обмотана золотыми цепями.

"Золотые цепи заперли красную книгу, заперев ее навсегда", — Игрушки двигались друг вокруг друга, казалось, танцуя: "И снова на какое-то время все стало хорошо".

"Кобылка никогда не чувствовала боли от неудачи, боли от того, что не может выполнить задание, которое поставила перед ней принцесса. Ни один простой смертный не должен добиться такого успеха, решила Солнечная Принцесса, поэтому будет проведено испытание, настолько трудное, что, как говорили, его сможет пройти только Аликорн". — Перед Твайлайт появилась книга, на этот раз золотая.

"Как и в прошлый раз, кобылка училась. Она готова на все ради своей принцессы, даже если это кажется невозможным", — Твайлайт поднялась в воздух, сияя. Через мгновение она исчезла, а на ее месте появились шесть новых игрушек".

Каждая игрушка по очереди наклонялась вперед, делая свои представления. Сначала появилась игрушка Грей в мантии с посохом, высокая, благородная и важная. "Грей — леди-маг, честолюбивая, остроумная и стремящаяся к наибольшей эффективности".

Далее белая кобыла с огненной гривой и хвостом, драконьими глазами и клыками: "Нова Страстная, воплощение страсти и силы, как и подобает ее имени".

Затем полуночная синяя кобыла с шипастой черной гривой, одетая в готическое черное платье: "Нарушитель Правил — бунтарка, несокрушимая, добивающаяся невозможного".

За ней следовала высокая темно-фиолетовая кобыла с фигурой супермодели: "Танцовщица — чувственная, эффектная, артистка".

Пятая — кобылка Аликорн Твайлайт с солнечной меткой: "Санчейзер — мечтательница, мечтающая быть похожей на свою принцессу".

Последняя, маленькая кобылка Твайлайт с радостной улыбкой: "Стар — жеребенок, невинный и веселый".

"Они поспешили показаться Принцессе, снова ожидая только похвалы", — Группа танцевала вокруг, каждый в своей уникальной манере. Они обступили Селестию, чья грива снова запылала, и появился пламенный клинок.

"Клинок и огонь", — вот что они получили, но это было еще не все. Ибо теперь она стала слишком большой, и нужно было что-то делать. "Я все исправлю", — объявила Солнечная принцесса, убирая то, что считала ненужным".

Клинок поднялся, клинок опустился. Одна за другой игрушки были разрублены на части.

"Солнечная принцесса была разочарована кобылкой, но что-то еще можно было спасти, что-то еще можно было использовать", — Селестия разобрала на кусочки шесть игрушек и золотой нитью начала сшивать одну кобылку.

"Отвлеченная работой, Солнечная принцесса не заметила, что двое выжили".

Грей, почти целая, лежала неподвижно, пока Селестия отрывала левую переднюю ногу — последнюю деталь, необходимую для завершения новой игрушки.

Нова лежала сломанная, набивка вывалилась, но на нее не обратили внимания.

"Крылья Санчазер она сохранила на случай, если они ей понадобятся, остальное отбросила в сторону."

Появилась золотая коробка, крышка открылась, и все оставшиеся части игрушки и набивка засияли золотым светом. Нова зарычала, выглядывая из коробки, когда крышка, стилизованная под дверь в подвал, закрылась. "Лоскутная кобылка была уже почти готова, оставался лишь последний штрих, чтобы Солнечная принцесса осталась довольна. Она позаботилась о том, чтобы кобылка больше никогда не разочаровывала". Из-за уха кобылки был извлечен золотой фолиант. Селестия открыла его и увидела изображение шести сломанных игрушек.

"Когда золотые цепи начали запечатывать вторую книгу, Грей воспользовалась своим шансом, произнеся простое заклинание, но заклинание, на котором зиждилась ее единственная надежда".

Маленькая и теперь уже трехногая игрушка Грей вспыхнула и исчезла, ее изображение вновь появилось на обложке книги, так же как и спрятанное за ухом лоскутной кобылки.

"И тогда на какое-то время все снова стало хорошо, хотя и было построено на лжи". Дримс закончила свой рассказ, опустив голову. Мгновение — и осталась только лоскутная кобылка, теперь уже с крыльями Санчазер.

Твайлайт знала, что это всего лишь простые мягкие игрушки, и все же, если это было ее прошлое, могло ли оно быть правдой? Она должна была знать. Раздвинув копытом шерсть, она с ужасом увидела аккуратные светящиеся золотые швы, прикрепляющие ее левую переднюю ногу к телу. Она оглянулась на свои крылья, и на них тоже была золотая нить. Она задрожала.

"Я... я...", — Твайлайт схватила лоскутную кобылку с мерцающей магией: "Я".

Твайлайт подпрыгнула от неожиданного удара копытом по ее плечу, ее глаза поднялись вверх по конечности, чтобы найти любящее лицо Дримс. Крылья и ноги сомкнулись вокруг нее, и Дримс крепко обняла ее.

"Я знаю", — сказала Дримс, — "здесь ты в безопасности, моя Литтл Стар".

"Я знаю", — ответила Твайлайт, обнимая ее, — "и спасибо тебе, Свит Дримс".

Твайлайт начала напевать колыбельную. Дримс прижалась к ней и начала петь, хотя песня казалась чуть более мрачной, чем раньше. Твайлайт хотела получить ответы, и она их получит, но сейчас она хотела чувствовать заботу. Под крыльями Дримс она чувствовала себя защищенной и в безопасности.

* * *

[Изображение: Sketches_for_nightclaw]

Нова | Грей

## 9. Неохотный постельный режим Найтмер

* * *

Найтмер пробивалась сквозь успокаивающую темноту, но натыкалась на боль и головокружение. Для нее мир вращался, но ее рог говорил ей, что он выворачивается наизнанку. Чувство земной пони говорило, что над ней находится земля, а чувство пегаса говорило, что она падает, и, все же, она ясно ощущала, что лежит.

Она попыталась пошевелиться, открыть глаза, сделать хоть что-нибудь, но ничего не получалось, ничто не реагировало. В ней вспыхнул гнев. Она не потерпит поражения. Она была сильна, она была могущественна. Она зажгла рог, его треск и шипение заглушил мучительный крик Найтмер.

Звук крика многократно повторялся эхом, забивая ее голову, заставляя подчиниться. Все болело.

Постепенно ей удалось взять себя в копыта. Я сильная, я могущественная, — снова напомнила она себе. Она может противостоять самому солнцу. Она справится с этим, она контролировала свое тело, она исцелится. Ей просто нужно было подождать.

Приближался звук скачущих копыт, сбивчивое дыхание. Затем звук копыт, скользящих по гладкому полу, звон металла и бьющегося стекла.

"Нет, нет, нет, может быть? Нет, эта тоже разбита", — Стар, казалось, запаниковала: "Да", — крикнула она.

Казалось, что Стар придвинулась ближе к ней, и мир слегка сдвинулся. Казалось, что она лежит на кровати и... неужели Стар тоже забралась на нее?

Что-то укололо ее плоть, хотя ее чувства все еще были слишком беспорядочны, чтобы определить, где именно. Нога? Туловище? Кто знает. Были ли они у нее вообще? Неважно. Если нет, они вырастут снова.

"Ну вот, Принцесса, это поможет справиться с болью", — сказала Стар.

Чудесное холодное онемение начало просачиваться сквозь ее плоть. Она могла сопротивляться наркотику, остановить его действие и остановить его распространение, но холод был слишком приятен.

Ее мир снова начал исчезать, но, прежде чем это произошло, она что-то почувствовала. Что это было? Повязка? Нет, это было тепло... это... это Стар обнимает ее?

До нее донесся звук переворачиваемой страницы: "Говорите с пациентом ободряюще", — пробормотала Стар себе под нос. "Все будет хорошо, Принцесса, мы дома. Мы сбежали от плохих пони, и..."

Найтмер не слышала, что Стар собиралась сказать дальше. Обезболивающее затягивало ее в темноту, но ее это не волновало, как не волновала и улыбка на ее лице. Прежде чем она погрузилась в блаженную бессознательность, в ее голове пронеслась одна-единственная мысль. Кто-то заботится обо мне...

* * *

Найтмер это не нравилось, это было унизительно. Она была прикована к постели, да, даже с аликорном в качестве хозяйки. Если бы у нее было достаточно магии, она могла бы просто развоплотиться и возродиться, не пострадав. К сожалению, такой возможности не было — что бы ни случилось после паники Твайлайт, их источник был сильно поврежден.

Ее Литтл Стар отправилась на поиски еды и других припасов. Она надеялась, что та была в безопасности, но, в любом случае, не могла сделать ничего, чтобы обезопасить свой актив. Она фыркнула. Что может быть хуже бессилия, — подумала она, — чем заточение?

Лежа на огромной кровати, с бинтами и сильно пахнущими травяными лекарствами, щедро покрывающими ожоги, она мало что могла сделать. По крайней мере, комната, в которой она находилась, была интересной: игра света и тени на хрустальной стене при мерцающем свете магического светильника была весьма привлекательной. Значит, это место настолько неважное, чтобы рисковать отсутствием дневного света?

Поскольку почти все было сделано из хрусталя, Найтмер решила, что находится либо в замке Твайлайт, либо в Кристальной империи. Где еще можно увидеть такую роскошь? Она не узнавала окружение, поэтому, где бы она ни находилась, Твайлайт, скорее всего, никогда здесь не была, или же все изменилось с тех пор, как она была здесь в последний раз.

Она снова попыталась связаться с фрагментом, ухаживающим за Твайлайт. По-прежнему ни ответа, ни отклика. Она чувствовала его присутствие рядом с Твайлайт, поэтому знала, что он все еще там. Найтмер закрыла глаза, переместив свое восприятие в ментальное пространство. Ее охватила мирная темнота и спокойная музыка.

Оглядевшись, она почувствовала, что они оба близки, но просто недосягаемы. Неужели я все еще слишком слаба даже для этого? — с презрением подумала про себя Найтмер.

Лишь бы Твайлайт была счастлива, тогда все будет хорошо. Это было единственное указание, данное ей при создании, и оно должно было стать ее неизбежной целью. Она праздно размышляла, какими они будут, и попытаются ли они отнять у нее контроль над телом, только чтобы сделать Твайлайт счастливой. Нет, скорее всего, Твайлайт будет видеть приятные сны о своих друзьях.

Открыв глаза и снова начав дышать, она сетовала про себя, что дышать с таким количеством ран больно, но это было мучение, которое она должна была вытерпеть. Ее хозяйке не нужно было дышать, но каждый болезненный вдох, которого она избегала, уменьшал количество магии, направленной на восстановление ее источника. Если бы только у Стар было больше той алхимии, которую она использовала раньше, но, увы, больше ничего не было.

Забрав тело, она согласилась разобраться с культом, но так и не сделала этого. Даже в ослабленном состоянии она чувствовала сильное желание встать и пойти за ними. Однако она этого не сделала: Литтл Стар уже однажды уложила ее обратно в постель за то, что она по-жеребячьи полагала, что может просто использовать силу воли, чтобы справиться с жалобами этого тела.

Она не нарушила свою часть соглашения, так что контроль над телом был по-прежнему, даже усилен. Разобраться с культом и защитить своих друзей. Она разберется с ними, но только, может быть, на следующей неделе.

Тысяча лет на луне, а неделя постельного режима почему-то кажется хуже. Найтмер фыркнула. Она закрыла глаза и усилием воли заставила себя заснуть.

* * *

"Принцесса, Принцесса, проснись, пора ужинать", — сказала Стар.

Найтмер проснулась, дезориентированная. Никаких снов? Такое ощущение, что меня заблокировали. Это дело копыт моего фрагмента? Луны? Найтмер размышляла о неожиданном происшествии. Вспомнив слова Стар, она открыла глаза и увидела широкую улыбку и поднос с дымящейся едой, стоящий перед ней.

"Ах, моя Литтл Стар", — улыбнулась Найтмер. Она понюхала воздух, и ее улыбка стала еще шире. "Какой бы пир ты ни приготовила, запах просто божественный".

Стар радостно хлопнула копытами. "Я нашла рецепт в поваренной книге наверху, мне понадобилось всего две попытки, чтобы все получилось". Стар взобралась на кровать, прежде чем начать кормить ее, левитируя ложку, нагруженную едой.

Значит, меня нужно кормить, как жеребенка. Как унизительно. По крайней мере, никто больше об этом не узнает. Она терпела и худшее, потерпит и это. Грациозно приняв еду, она начала есть. Затем вкус поразил ее, заставив Найтмер закрыть глаза и издать довольный стон. О, клянусь Тартаром, это вкусно.

"Хорошо?", — спросила Стар.

Найтмер могла только кивнуть, и на какое-то время ее планы по захвату мира или охоте на культистов исчезли. Все, что существовало, — это ее Литтл Стар и эта самая замечательная еда, каша из яблок и корицы.

Если бы двигаться было не так больно, она бы просто окунула морду в миску и съела все сразу, включая миску.

Покончив с едой, она вскоре снова заснула.

* * *

Найтмер издала сухой смешок, перевернув страницу позавчерашней газеты "Кантерлот Таймс". Очевидно, ее хозяйка была мертва. Это могло бы усложнить дело. Возвращение с того света вызвало бы больше вопросов, чем простое исчезновение на какое-то время.

Должна ли она написать письмо Селестии? Твайлайт так бы и поступила, но что ей это даст? Только небольшое усиление ее контроля над Твайлайт. Это был риск, большой риск. Она знала, что с ее травмами пройдут недели, если не месяцы, прежде чем она сможет противостоять другому аликорну в бою.

Несмотря на это, слишком долго скрываться тоже было бы рискованно, и она с нетерпением ждала поездки в спа. Твайлайт и ее подруги выглядели так, будто им понравилось, и ей хотелось узнать, так ли хорошо это, как магия крови. Было ли это лучше или хуже, похоже или уникально?

Когда бы она ни пошла, ей придется играть роль, притворяться Твайлайт. Труднее всего было бы обмануть Эпплджек, а у остальных подруг Твайлайт были маленькие причуды, которые можно было обратить против них. Однако ей не повезло, что земную пони — Элемент наделил чувством правды, так что лгать было нельзя. Единственным выходом было тщательно контролировать разговор. Она почувствовала, как Твайлайт зашевелилась внутри нее, и в ней зародилась глубокая тоска по друзьям.

Она посмотрела на свою Литтл Стар, мирно спящую рядом с ней. Найтмер с нежностью улыбнулась.

Но как бы она объяснила ей? Прагматичнее всего было бы исключить ее из уравнения. Но, глядя на нее, она не могла даже подумать о том, чтобы пойти на это. Ее Литтл Стар была слишком полезна, слишком ценна возможностью влиять на Твайлайт, слишком способна, — пыталась оправдаться Найтмер, она смотрит на меня, она заботится обо мне, не о хозяйке, а обо мне...

Одна мысль о том, что ее Литтл Стар может пострадать, пробуждала в ее сердце холодную ярость. Она возненавидела бы себя, если бы убила ее Стар. Она никогда не ненавидела себя ни за что, кроме как за то, что ее отправили на луну.

Ее Литтл Стар заботилась о ней, лечила ее раны, даже каким-то образом спасла ее и перенесла в это безопасное убежище. Нет, она не будет такой, как ее предательская сестра. Ее Литтл Стар была верна ей, была предана ей. То, что лишь немногие дарили ей свою верность, не означало, что она не должна возвращать ее, когда она была верна, сказала она себе. От Твайлайт донеслось нечто, очень похожее на одобрение.

"Ты делаешь эту старую кобылу мягкой, моя Литтл Стар", — сказала Найтмер.

Отбросив старую газету, она прижалась к Стар и принялась укладывать спать. Мысли о том, как объяснить миру новую дочь Твайлайт, были последним, что пришло ей в голову, прежде чем сон завладел ею. Кого бы газеты назвали отцом? — размышляла Найтмер, издавая смешок. О, как милая, невинная Твайлайт отреагирует на все эти теории.

* * *

Найтмер проснулась, обеспокоенная тем, что казалось повторяющейся проблемой. Третья ночь, а снов все нет. Ничего, кроме темноты, а потом снова мир бодрствования. Что с ней было не так?

Решив пока оставить все как есть, она потянулась. Боль еще оставалась, но мазь, которую нанесли на ожоги, облегчила ее. Она чувствовала, что может встать, но это было бы неразумно, да и необходимости в этом сейчас не было. День-два, не больше, и она снова станет подвижной.

Записка о том, что Стар отправилась за покупками, лежала на верхушке сегодняшней газеты. Вспомнив, что ее рог завернут в странный лист, и строгие указания Стар даже не думать о магии по крайней мере еще сутки, Найтмер потянулась за газетой копытом.

Кантерлот Таймс

Принцесса Луна все еще недоступна, много вопросов.

> Ночной суд все еще приостановлен после инцидента, когда принцесса Луна сбежала из замка три ночи назад. Ночной стражи в столице заметно не хватает, и многие горожане задаются вопросом, чем она занята.

Именно тогда со мной и случилось то, что случилось, поняла Найтмер. Когда она попросила Стар рассказать ей, что случилось, все, что Найтмер смогла выведать у Стар, пока та не стала слишком эмоциональной, было то, что она горела, свернувшись калачиком на земле, под обстрелом темных заклинаний, и после этого Стар спасла ее от "плохих пони", вытащив их обеих за пределы храма, а затем телепортировалась прочь. И кто бы ни был ее добычей, если он мог нанести такой урон источнику, значит, его нельзя было недооценивать.

Разобравшись со своими мыслями, Найтмер продолжила чтение.

Возможная атака дракона?

> Вслед за трагической гибелью принцессы Твайлайт на нашу мирную страну обрушилось еще одно бедствие. Теперь, в дополнение к хаосу, вызванному ужасным нападением неизвестных на Мэйнхэттен, похоже, жителям Эквестрии придется иметь дело с уничтожением лесов и превращением гор в вулканы.

> Является ли это прелюдией к войне? Было подтверждено, что гора была подожжена фиолетовым и красным магическим огнем, уничтожив вход в исторический до-Селестианский храм. Многие задаются вопросом, не связано ли это с тем, что принцесса Луна телепортировалась из тронного зала с отрядом своей Ночной гвардии той ночью? Наш магический эксперт утверждает, что пламя было заколдовано и будет гореть не менее ста лет. (О последствиях вечно горящего пламени для цен на дрова и нефть читайте на странице 20).

Найтмер моргнула и перечитала это еще раз. Пурпурный огонь? Этот фиолетовый огонь был того же пурпурного оттенка, что и магия Твайлайт? А что касается до-Селестианского храма, то Храм Скрытого Пути, безусловно, подходит под это определение. Что случилось? Вечно горящий огонь... нет, этого не может быть. В голове Найтмер пронеслись воспоминания о том времени, когда она была с Луной.

* * *

Радостно взвизгнув, словно ангел смерти, она схватила свою жертву, и вонзила клыки в ее шею, чтобы послать всплеск темной магии через кровь и в источник. Она угрожающе засмеялась, телепортируя пони в большую группу его друзей. Взрыв желтого пламени размером со здание разразился, когда ее пони, превращенный в бомбу, исполнил свой последний долг перед Королевой Ночи. Однако это было еще не все, и темная магия, которую она вплела в него, выпрыгнула из пламени в виде черных змей, вгрызаясь в других пони, распространяя гибель. Все больше и больше пони взрывались, поглощенные огнем души. С точки зрения Найтмер Мун в небе это выглядело как фейерверк, праздник в ее честь. Как она всегда и заслуживала. Она улыбнулась, и вот Пустоши запылали от огня тысяч душ.

* * *

Найтмер тряхнула головой, прогоняя воспоминания. Огонь души Твайлайт? Но как мы до сих пор живы? После воспламенения не должно быть никакого способа, да что там, нет никакого способа выжить. Что-то внутри нее почувствовало тошноту от такого уровня разрушения. Было ли это ее чувство, или это чувство Твайлайт? Найтмер провела долгую минуту, пытаясь понять и теряясь в догадках, чьи это были чувства. Наконец она просто сказала: "Они были нашими врагами, они заслужили свою судьбу".

Почти как в ответ, воспоминания о побеге набросились на нее, всепоглощающее пламя затягивало ее. Найтмер закрыла глаза, заставляя успокаивающую темноту в ее ментальном пространстве заглушить фантом боли. "Как пожелаешь, Твайлайт, не испепелять армии огнем души", — и пламя исчезло. Еще одно обязательное соглашение было заключено.

"Однако мы не станем дружить с твоими бывшими похитителями", — добавила Найтмер. Слабое ощущение того, что было похоже на согласие, выплыло из сознания ее хозяйки.

Потянувшись, Найтмер попыталась восстановить связь со своим фрагментом или с Твайлайт. Снова ничего, но она чувствовала, что они тоже восстанавливаются, и они были ближе, но она не могла присоединиться к ним или даже увидеть, что они делают в ментальном пространстве Твайлайт.

Она немного повозилась, пытаясь найти более удобное положение. Пытаясь забыть о пламени, она снова обратилась к газете.

Принцесса Луна готовится к войне

> Принцесса Луна, самая воинственная из королевских сестер, заказала новый набор боевых пластин. Наши источники сообщают, что ее видели с оружием, которое считалось утерянным во времени. Ее молот, Звездопад, считался утерянным более тысячи лет назад. Это могучее оружие, о котором ходят легенды, способно одним ударом сразить даже старейшего из драконов. Является ли Ее Высочество той защитницей, которая нужна всем пони в это темное время, или она рискует спровоцировать наращивание военного присутствия других народов? (Ожидаемую реакцию других наций см. на странице 15)

Найтмер медленно покачала головой, с легким недоверием удивляясь, как Луна убедила сестру разрешить такое. Значит ли это, что она намерена уничтожить Кантерлот? Интересно, что останется, если какая-нибудь пони заставит ее прыгнуть и сбросить Звездопад? Будет ли гора все еще стоять? Она знала, что не одна долина, ущелье и озеро все еще остаются на карте того места, где она бросила боевой молот, сделанный из мертвых звезд.

Принцесса Селестия ранена

> Наши источники в королевском дворе подтвердили, что видели принцессу Селестию с кровью на шерсти и сломанной челюстью. С каким противником сражалась наша великая принцесса, когда получила такие травмы, задается вопросом этот автор. Несмотря на это, ожидается, что принцесса полностью поправится, так как никаких изменений в Дневном Суде объявлено не было.

Найтмер усмехнулась. Раненая Селестия — это всегда хорошо. Через мгновение после этого она приостановила свои мысли, ожидая возмущения от носителя. Неопределенность, которую она получила вместо этого, была удивительной, хорошей, но удивительной. Должно быть, ее фрагмент работает лучше, чем она думала. Клыкастая ухмылка Найтмер в тот момент отпугнула бы и меньших пони. Она только жалела, что не может увидеть, что там происходит.

Жилищная программа для пони Мэйнхэттена

> Респектабельный Ноубл Гид, перспективный бизнес-пони, собирается сегодня выступить перед Королевским двором, чтобы продолжить кампанию по оказанию помощи пони Мэйнхэттена. "Кантерлот — сияющая звезда Эквестрии, и мы покажем, что все мы стоим за идеалы Гармонии", — заявил он собранию дворян. Среди других его усилий — создание жилья для переселенцев, и он призывает либо к пожертвованиям, либо к действиям, чтобы помочь пострадавшим.

Она положила газету на тумбочку. Скучно, еще один пони пытается выглядеть хорошо. Скорее всего, это какая-то ловушка либо для пони Мэйнхэттена, либо для казны короны. Найтмер мысленно фыркнула.

Найтмер огляделась в поисках чего-нибудь другого, с чем можно было бы скоротать время. Казалось, что Стар не было очень долго, хотя, не имея часов и связи с луной, она никак не могла этого определить.

Стоит ли ей беспокоиться? Нет, она верила, что та вернется к ней. Вера в кого-то другого? Для этого достаточно было чуть не умереть и чтобы этот кто-то тебя выходил. Она усмехнулась при этой мысли.

Что-то мелькнуло слева от нее, и она повернула голову, пытаясь разглядеть это, только сейчас вспомнив, что не надо зажигать рог. На мгновение она могла поклясться, что увидела Твайлайт, неповрежденную и здоровую. Она моргнула. Она просто смотрела на отражающую хрустальную стену своей комнаты.

Была ли у нее галлюцинация, или Твайлайт училась видеть за пределами своих снов? Она сама так делала, когда соблазняла Луну тьмой все эти годы назад, и Твайлайт была Элементом Магии, так что это не было невозможным.

"Принцесса...", — сказала Стар, прервав тревожные мысли Найтмер о Твайлайт.

Найтмер посмотрела на нее, и увидела, что она входит в комнату опустив уши, слегка сгорбившись и нерешительно ступая. Она выглядела измученной, ее шерсть была в беспорядке, а в гриве даже были веточки и жмых. Что случилось?

Найтмер приглашающе распахнула крыло, Стар отчаянно приняла утешительные объятия. Чтобы скрыть от Стар этот факт, Найтмер незаметно осмотрела комнату в поисках каких-либо мерцаний или изображений в многочисленных отражениях, а затем обратила все свое внимание на Стар.

"Моя Литтл Стар, что тебя так беспокоит?", — Найтмер пришлось лишь немного постараться, чтобы ее тон звучал любящим и обеспокоенным. Возможно, мне и не нужно было стараться. Удивительная перемена, даже если она была... желанной.

После того, как Найтмер поразмыслила над новым событием, Стар заговорила. "Ну..."

* * *

## 10. Литтл Стар идет за покупками

* * *

Как и в последние два дня, она выполняла очередное задание; это была не слишком эпичная история покупок и блужданий по рынку. Стар все еще носила свой верный шлем. Она заколдовала его защитными рунами в кольце по ободу. Чтобы сделать чернила для рун она истолкла в порошок несколько драгоценных камней. Странно, но драгоценные камни она нашла на кухне.

Стар считала, что шлем выглядит круто. Как если бы Деринг-Ду согласилась на помощь чародейки, а не сбежала сама.

Далее она хотела поработать над плащом. Она собиралась зачаровать его для большего удобства, скрытности и как броню. Она думала добавить заклинание оживления, чтобы плащ мог защищать ее.

Она была готова к тому, что если плохие пони вернутся, они больше не причинят вреда Принцессе.

Стар моргнула, глядя на стену, в которую она чуть не врезалась. Ей все еще казалось странным быть всего лишь одной пони в своей голове.

"Шестьдесят пять раз ты думала об этом сегодня", — услужливо добавила Грей.

Хорошо, она была почти одна. Попытки думать о многом одновременно приводили к тому, что она просто отвлекалась. Даже всего одна минута под этим заклинанием, а она уже привыкла к нему. Она привыкла к тому, что кто-то другой может справиться с такими вещами, как, например, не врезаться в стены.

Возможно, она сможет изменить это заклинание так, чтобы ее было только две. Если получится, она сможет использовать его дольше. Может быть, она могла бы сделать его еще проще и использовать его части в качестве основы. Если она смешает его с несколькими заклинаниями обнаружения и частью своего заклинания оживления, у нее получится заклинание "Не-Натыкайся-на-Стены".

Принцесса гордилась бы ею — еще одно новое заклинание. Она приплясывала от радости, думая, какими чернилами написать окончательный вариант заклинания.

"Ай!", — Она посмотрела вниз на дыру, в которую только что угодило ее копыто. Еще одна опасность, за которой нужно было следить с помощью заклинания ходьбы. Если она хочет пройти через это приключение с покупками без вреда, ей придется быть внимательной.

Понивилль был странным местом, но в нем царила приятная атмосфера. Что-то в нем казалось знакомым, как будто она уже бывала здесь раньше. Розовая земная пони все еще бегала вокруг и искала кого-то. Она все время говорила что-то о новом пони, который, как она знала, был здесь, но никак не могла найти. Она занималась этим уже несколько дней, и Стар надеялась, что бедная кобыла достаточно отдохнула.

Она чувствовала себя в безопасности, когда никто не мог ее видеть, так как она не снимала заклинание "Не-замечай-меня". Не так безопасно, как когда она была со своей Принцессой, но она должна была быть храброй.

Переложив несколько вещей из ближайшей рыночной лавки в свои седельные сумки и отсчитав нужное количество монет, она заплатила за то, что взяла. Она не была плохой пони, да и не хотела ею быть, поэтому она меняла предметы на биты нужной стоимости.

Она не была воровкой, говорила она себе, она платила, даже если они ее не видели, так что все было в порядке. Это также было законно, так как не было намерения совершить преступление, верно? Она даже оставила им полный список всего, что взяла, чтобы они знали, чем пополнить запасы. Всегда полезно быть организованным.

Осмотрев небо, она подумала, не увидит ли она снова пегаса с радужной гривой, выделывающего трюки. Вчера за этим было интересно наблюдать. Это было такое представление, за которое пони готовы платить.

Идем к следующей остановке.

* * *

Она вышла с Рынка с радостным настроением. Это была последняя остановка на сегодня.

Ее полные седельные сумки казались тяжелыми и давили на спину. Было бы гораздо проще просто поместить покупки во внепространственное измерение. Но она не могла рисковать, пятимерная и шестимерная магия могла быть замечена каким-нибудь пони, так что телепортация тоже не допустима.

Она посмотрела на свой контрольный список, проверяя, все ли у нее есть.

- Вернуть медицинские книги в больницу, есть.

- Купить газету, есть.

- Купить еду, есть.

- Купить медикаменты, есть.

- Купить больше бумаги, есть.

- Купить больше перьев, есть.

Пора возвращаться домой. Она хотела бы пообщаться с другими пони или поиграть с жеребятами в городские игры. Однако, учитывая, что все плохие пони еще могли быть на свободе, она не могла рисковать — не сейчас, когда Принцесса все еще ранена.

Ну, по крайней мере, день был хороший, солнце грело ее шерсть и в воздухе пахло свежим яблочным пирогом. Напевая песенку на радостный мотив, она довольная направилась обратно.

Яблочный пирог, удерживаемый ее магией, танцевал в воздухе вместе с мешком моркови. Она почти чувствовала вкус этого пирога с фермы “Яблочные акры”, и она просто знала, что Принцессе он понравится.

"Привет, малышка", — раздался теплый материнский голос.

"Привет", — машинально ответила Стар.

Стар замерла, оглядываясь по сторонам. Да, симпатичная белая кобыла с длинной розовой гривой смотрела прямо на нее. Стар быстро оглянулась назад, чтобы посмотреть, нет ли там еще кого-нибудь, но никого не обнаружила.

"Ты меня видишь?", — сказала Стар, пряча яблочный пирог за спину.

Кобыла кивнула: "Да, вижу, впечатляющая работа над заклинаниями для такой молодой кобылки. Кто твой учитель?"

Голос Грей вклинился в речь: Ноль, сколько раз ей можно было доверять.

Грей не любила ее, не доверяла ей, была ли она плохим магом, как те, из храма? — подумала Стар.

Рог Стар уже был зажжен, осторожно она начала формировать узоры заклинаний, скрытые в его сиянии. Она была готова в мгновение ока сплести их во что-нибудь полезное.

Один, раз кобыла изучила твой рог.

Она не могла удержаться от легкого сужения глаз; эта кобыла с самой приятной из улыбок пугала ее. Что-то в ней казалось властным. Сосредоточив все свое внимание на ней, она почувствовала зуд в роге, щекочущее ощущение в копытах и электрический холодок по позвоночнику.

"Ты в порядке?", — спросила кобыла.

"Мне не следует разговаривать с незнакомцами", — сказала Стар, делая полшага назад.

"Меня зовут Сани Дэйс, а тебя — Твайлайт?"

Стар попыталась скрыть любую реакцию, но по изменению в глазах Санни поняла, что ей это не удалось.

Это был тест, просто тест, сохранять спокойствие, оценить ситуацию. Нужен план, нужен план, — подумала Стар.

"Но ты знаешь ее?", — сказала Санни, прерывая мысли Стар.

Стар просто знала, что выдает себя, и каким-то образом эта Санни Дэйс выуживает из нее ответы. Она читает мои мысли?

Один, два, четыре. Восемь... Стар начала строить в уме геометрическую прогрессию, чтобы отвлечь потенциального читателя мыслей.

Она хотела бежать, хотела спастись бегством, но не могла этим ничего добиться. Она была меньше, поэтому была медленнее Санни. Она могла бы бросить свое заклинание "Не-замечай-меня" и бежать в толпу за помощью. Нет, она не могла этого сделать, если Санни была такой же, как другие плохие пони, пони могли пострадать.

Итак, три варианта: поговорить, попытаться уйти мирно или телепортироваться. Разговор не отрицает двух других вариантов, так что сначала поговорим, — рассуждала Стар.

"Привет, Принцесса!", — воскликнул веселый голос сзади Стар.

Стар подпрыгнула и обернулась, чтобы увидеть угрозу. Розовая пони с пушистой гривой выглядела так, словно была сделана из сахарной ваты, и так близко она могла сказать, что и пахнет она так же. На лице розовой кобылы была довольная, почти безумно счастливая улыбка.

"Доброе утро, Пинки", — сказала Санни.

"Ты не видела нового пони? Я искала несколько дней, но она очень, очень, очень хорошо играет в прятки", — сказала Пинки.

"Извини, я не очень хорошо играю в прятки", — сказала Санни.

"Нет? Очень жаль, о, возьми кекс и еще один для своего воображаемого друга". Пинки вытащила из своей гривы два кекса, первый она предложила Санни, а второй каким-то образом оказался во рту у Стар.

Как? Стар, запаниковав, попыталась вытащить кекс, но потом почувствовала вкус. О, это вкусно, — подумала Стар. Она начала жевать. Ну, это было отвлекающе, вкусно, но отвлекающе.

"Пока, надо найти новую пони и подготовить вечеринку: Ты все еще жива", — сказала Пинки, а потом наклонилась ближе к Стар и прошептала: "Не позволяй им говорить тебе, что ты не настоящая, только потому, что ты в фанфике".

Пинки Пай подмигнула, а затем отскочила, явно бросая вызов гравитации.

"Что?", — сказала Стар. Ее разуму требовалось больше, чем несколько мгновений, чтобы собраться с мыслями.

Должно быть, она бескрылый пегас. Но что это за странный звук каждый раз, когда она подпрыгивает? Звуковое движение на основе магии, исходящее от земного пони или бескрылого пегаса? Мой рог был зажжен. Почему я не применила защитную магию, когда она набросилась на меня с этим вкусным кексом? Мысли Стар неслись в поисках объяснения.

Она все еще следила за Розовой кобылой, моргнула, и Пинки исчезла. Как? Она тоже может телепортироваться? Она что, замаскированный аликорн? Стар смотрела на это с недоумением.

Санни спрятала мягкое хихиканье за копытом: "Пинки делает замечательные кексы, не так ли?"

Стар повернулась к ней лицом и медленно кивнула, доедая угощение: "Да, но кто... кто она?"

Санни засмеялась; это был прекрасный смех. Солнечный свет казался немного ярче, немного теплее. Эмоциональная магия? — подумала Стар.

"Это просто Пинки, которая Пинки, так бы сказала моя верная ученица". Санни внимательно наблюдала за Стар, словно ожидая реакции.

Стар все меньше волновалась, но все больше смущалась. Этот кекс действительно был лучшим из того, что она когда-либо ела. Она подумала, что Пинки Пай работает в здании, которое выглядело так, будто было сделано из кекса, и ей надо будет как-нибудь в другой раз принести оттуда угощения, у Принцессы должны были быть такие же. Хватит думать о кексах, их можно достать позже, — подумала она.

"Так вы учительница? А что вы преподаете?", — спросила Стар.

"О, немного это, немного то, но в основном магию и историю".

Ей казалось, что она знает эту кобылу, она почти могла вспомнить, как сидела в комнате и слушала ее идеальный голос. Стар чувствовала, что ее тянет в разные стороны, и первая часть хотела подойти ближе к Санни Дэйс, устроиться рядом с ней и продолжить разговор. Как в старые добрые времена, — добавила она.

Стар укрепила свою решимость. Нет, я не могу доверять своим эмоциям. Только моим знаниям, Грей помогла мне спасти принцессу, поэтому я буду доверять Грей. Грей, похоже, ненавидит и не доверяет Санни; следовательно, Санни — плохая пони, даже если она не похожа на нее, даже если часть меня размышляет о том, как приятно было бы обнять ее прямо сейчас.

Ей нужно было уходить, и уходить прямо сейчас. Тогда третий вариант, — решила она.

Стар позволила частичным формам заклинаний в своем роге распасться, отбрасывая те, что не нужны для телепортации, и подгоняя остальные под нужный формат. Это было небрежно, поспешно, и это было все, на что у нее сейчас было время. Самое ужасное, что в лучшем случае это было бы на четыре с минусом. Она содрогнулась при мысли о плохой оценке.

* * *

Появившись рядом с Сахарным Уголком, она глубоко вздохнула. Почему я здесь? О нет, я опять думала о кексах, — сокрушалась Стар.

Она должна была вернуться к Принцессе, она должна была предупредить ее, но она не могла привести к ней этого плохую пони. Ведь она все еще не может использовать магию. Ей придется быть осторожной.

Одно за другим она создавала вокруг своего рога основные массивы заклинаний, каждый из которых вращался и танцевал вместе. Они образовали замысловатый узор из рун по всей длине рога. Это было самое чувствительное заклинание для обнаружения магии, которое она знала.

Она начала идти к Сахарному Уголку. Санни Дэйс было присуще совершенно особое чутье. С помощью этого заклинания она почувствовала бы, если бы подошла поближе.

Там что-то было, что-то добавляло слабую вибрацию к ее рогу. Она почувствовала ноту магии, слишком низкую, чтобы ее можно было заметить без трехслойного самонастраивающегося фильтра, исключая высокое усиление.

Была ли она в зоне действия заклинания? Силы? Всегда ли это было здесь? Она никогда не проверяла. Была ли она параноиком? Она свернула в тенистый переулок, стараясь не попадаться на глаза. Ощущения прекратились. Стар моргнула. Странная магия прекратилась, когда она оказалась вне прямого солнечного света после разговора с необычной кобылой по имени Санни Дэйс? Скрининг на основе солнечного света?

Три секунды, пока она не поймает тебя, — добавила Грей.

Только знакомый голос Грей остановил ее от того, чтобы просто выскочить обратно на свет на полном скаку. Мне нужно куда-нибудь в темное место, где меня будет трудно выследить, — подумала Стар. Она посмотрела на Вечносвободный лес: "Идеально".

Две

Ее рог вспыхнул заклинанием Твайлайт "Лабораторная безопасность". Затем она влила в рог всю силу, на которую была способна за одну секунду, готовя заклинание телепортации. Она добавила все возможные средства защиты, которые только могла придумать, и настроила заклинание на любую область нестабильной магии в лесу.

Одна

Стар закрыла глаза и отпустила заклинание, стараясь не думать о всех опасностях слепой телепортации, о которых она читала.

* * *

Яркая вспышка света пробилась мимо закрытых глаз Стар, и она подняла копыто, чтобы защитить их. Через несколько секунд свет потускнел до более приемлемого уровня. Она почувствовала, как от ее рога поднимается дым.

Открыв глаза, она обнаружила, что находится в идеальном сферическом пространстве, освещенном светящимися панелями заклинания "Лабораторная безопасность". Стены ее тюрьмы казались сделанными из уплотненного и обожженного дерева, она посмотрела на окружающие ее защитные экраны, теплозащитные светились.

Она вслепую телепортировалась в твердый предмет и выжила. Вытащив Три-С из своего хранилища, она принялась все записывать. Надежный способ телепортации в другие твердые предметы может оказаться полезным. Ей пришел в голову план: для начала она могла бы произвести революцию в производстве пончиков.

Воздуха осталось на четыре минуты, — сообщила ей Грей.

"Спасибо", — ответила Стар.

Она отсчитала секунды до двух минут, давая рогу время остыть после издевательств, которым она его подвергла. Еще несколько секунд она обдумывала свои варианты. Ей нужно было лишь небольшое отверстие, чтобы впустить воздух. Подойдет простое, агрессивное очищающее заклинание. На самом деле это было заклинание дезинтеграции со встроенными предохранителями, которые Стар легко удалила. Ее новое разрушительное заклинание будет единственным инструментом, который ей понадобится. Зажигая рог и формируя заклинание, она тщательно сфокусировала его узким лучем. Стар выпустила заклинание, один импульс энергии, и все в радиусе четырех рогов от луча мгновенно превратилось в пыль. Теперь нужно было сделать второе отверстие, чтобы воздух мог выходить. Еще одна вспышка энергии, и она почувствовала, как воздух вокруг нее начал становиться более свежим.

Немного тусклого зеленого света и свежий воздух с земляным ароматом ворвались внутрь. Стар знала, что не сможет вернуться, пока не сядет солнце. Она не могла рисковать тем, что ее снова засечет это заклинание. Так что у нее было несколько часов, чтобы чем-то заняться. У нее будет более чем достаточно времени, чтобы прочитать путеводитель по Вечносвободному лесу.

Оглядевшись вокруг себя, она магически сгустила вокруг себя древесину из Вечносвободного леса. Это был материал, с которым никто еще не работал. Она начала вырезать образцы и прикидывать, сможет ли она сделать из него какое-нибудь снаряжение для приключений. Может быть, я даже смогу сделать себе питомца? — подумала она.

* * *

"И вот что произошло. Я убедилась, что за мной не следует плохой пони". Стар сидела там, ее Принцесса вычесывала ее, а небольшая кучка веток, листьев и прочего мусора лежала в стороне.

"Такая смелая, моя умница, Литтл Стар". — Принцесса крепко обняла ее, и начала гладить по гриве. Кажется, что принцесса больше не хотела ее отпускать.

Она выглядит немного грустной. Я знаю, приступаю к плану "Яблочный Пирог". С помощью простого магического движения на столе появился еще теплый яблочный пирог с фермы “Яблочные акры”.

"Смотри, что у нас на десерт, Принцесса", — с веселой гордостью сказала Стар.

Ее Принцесса тепло улыбнулась ей.

* * *

## 11. Санни Дэйс

Принцесса Селестия, царственная, всезнающая, всемогущая правительница Солнца, сидела на своем троне, или, по крайней мере, сидело ее тело. Ее мысли были где-то в другом месте, лишь изредка обращая на себя внимание. Ее Маска разбиралась с надоедливыми дворянами, следовала заданным правилам, изображая из себя идеальную правительницу. У Селестии было не меньше часа, прежде чем они перейдут к делу, поэтому она решила использовать время более продуктивно.

В своем ментальном пространстве, в залитом солнцем саду, Селестия села на подушку, пытаясь расслабиться. Теплые ароматы ее любимых цветов прекрасно сочетались с чаем и пирогом. Звук нежного ручья и звон ветра дополняли мирную атмосферу. Она сидела перед двумя столиками, с одной стороны которых стояла белая мраморная колонна, а с другой — стеклянная витрина.

И она сказала: "Если нам придется изгнать Твайлайт, ты тоже окажешься на Луне!". Селестия продолжала рассказывать Филомене, своему домашнему фениксу, которая кивала ей во всех нужных местах.

Селестия откусила еще кусочек от пирога, ее челюсть все еще подрагивала. Почему ты должна была ударить меня с такой силой, Луна? — подумала она. Даже здесь, несмотря на давно зажившую рану, последствия удара все еще ощущались. Да, она настояла на том, чтобы не идти одной исследовать магический импульс. Она даже использовала свою собственную грубую магическую силу, чтобы преодолеть и перенаправить первый телепорт Луны.

Селестия запила пирог глотком чая, и посмотрела поверх чашки на кобылу, с которой пила чай. Кобыла, которая выглядела почти как она, если бы не горящая грива и разрез глаз. Дэйбрейкер, ее Военный Разум, сидела напротив, наслаждаясь чаем, и казалась расслабленной, несмотря на золотой колючий ошейник, приковывающий ее к мраморному столбу в центре сада.

[Изображение: https://lh5.googleusercontent.com/KRbS-AKcznJ9uhHaGPfmcTj76m2-LFxmi-aPDHPOLX4JPL6FiczpDr2oyIRbmcHe4LyKq9-wLTIqvzaCLBycDSBjlSboghCn9jM_lyzLi5a5nJyLnzca4C5yNQm8fksJA00ElHuKE-bbbaQCeF8VV98NUBoFcVt9JlmKnhIqhv6A506swasytFsfM6_7kk6MsXpi_tb1ag]

"Она не будет такой непослушной, если ты позволишь мне сломать ее", — сказала Дейбрейкер, на ее морде появилась клыкастая улыбка.

Селестия окинула ее холодным взглядом. Мысленно проклиная вмешательство Старлайт, которая, казалось, добавила немного остроты в ее боевой характер. "Мы любим нашу сестру, и тебе стоит помнить об этом". Слова Селестии заставили ошейник ярко засветиться.

Дэйбрейкер стиснула зубы, и склонила голову: "Да, Ваше Сиятельство".

Взгляд Селестии изменился, став теплым и приветливым. "Ну, вот, разве не лучше?" — благожелательно улыбнулась она, — "Чем быстрее ты откажешься от образа Дэйбрейкер, тем быстрее мы сможем вернуться к нормальной жизни".

Все еще с опущенной головой: "Я буду вести себя достойно вашего Сияния, пожалуйста, позвольте мне остаться такой, какая я есть".

Селестия посмотрела на каменную арку в дальнем конце сада. В ней виднелся тронный зал. Ее Маска все еще сидела там с безупречно внимательной улыбкой номер четыре, слушая этого безмозглого пустозвона. На ее лице на мгновение мелькнуло разочарование.

"Это я должна хотеть все поджечь", — сказала Дейбрейкер.

"Ты же знаешь, что это не то, что я предначертала для дворянства", — ответила Селестия.

Дейбрейкер бросила на Селестию острый взгляд. "Тогда исправь это, у тебя есть власть, у тебя есть вес закона и, даже, справедливая причина для половины из них, если твоим агентам можно доверять".

"Эквестрия не выдержит такого масштаба разрушений, которые это вызовет, по крайней мере, не сейчас".

Взмахом копыта Дейбрейкер подняла фигурку Твайлайт с игровой доски на втором столе. "И вот мы возвращаемся к твоей пропавшей верной ученице". Она повернула ее лицом к Селестии: "Придется ли мне снова стать твоим мечом?"

Крылья Селестии опустились: "Я надеюсь, что в этом не будет необходимости, я верю, что она будет, по крайней мере...", — ее голос дрогнул, "...ее можно спасти".

Она искренне переживала за Твайлайт, и боялась, в каком состоянии она ее найдет. Она знала, что Твайлайт еще слишком хрупка, и не привыкла к боли и жертвам, которые могут потребоваться от нее. Она не готова к истинным мучениям, которые могут быть причинены той, кто не может умереть. Если бы только у меня была еще сотня лет, чтобы все подготовить".

Мордочка Дейбрейкер дернулась, но Селестии было ясно, что она не смеет смеяться. "А если Найтмер освободиться или Печати Твайлайт будут сняты?"

Ужас и упреждающее сожаление кольнули сердце Селестии при мысли о том, что может потребоваться. "Тогда ты будешь делать то, что я прикажу, и ничего больше", — ее голос был холоден, как пустота.

"Да, Ваше Сияние".

Глаза Селестии мерцали влагой, когда она перевела взгляд на полку с витриной. Ряд за рядом игровых фигурок, каждая из которых была идеально выточена ее собственным копытом в подобие ее друзей, врагов и любимых инструментов.

Ее золотая магия охватила маленькую фигурку желтого единорога с двухцветной гривой и солнечной меткой. Притянув ее ближе, она поднесла ее к лицу.

Дейбрейкер перекинула крыло через спину Селестии: "Наш долг, наши пони на первом месте... все остальное вторично".

Селестия кивнула и закрыла глаза, уткнувшись в тепло Дейбрейкер. Она ничего не могла сделать, чтобы изменить прошлое, только рысить вперед, продолжая ставить одно копыто за другим на бесконечном пути.

"Как всегда мы будем делать то, что должны. Когда тебе понадобится, моя сила будет рядом", — сказала Дейбрейкер, прижимаясь к Селестии.

Теперь я ищу утешения в объятиях своего орудия войны, подумала Селестия, почти смеясь. Ей нужно будет потратить больше времени, чтобы выяснить, насколько изменился ее Военный Разум после того, как она попала в хаотический домен Луны.

Вспышка золота отвлекла ее от размышлений: на столе появился отчет. Селестия бросила взгляд на арку. Рейвен только что передала ей какие-то бумаги, и Маска сочла их достаточно достойными, чтобы потратить немалое количество магии на отправку сюда физических объектов.

Вспышка рога, и она медленно подошла к столу, пока Дейбрейкер вернулась к своему чаю.

Селестия посмотрела вниз на отчет: мелкая кража. Единственной причиной, по которой такой пустяковый отчет был отправлен сюда, был тот факт, что он пришел из Понивилля. Она пролистала его, удерживая каждый предмет в своей золотой магии. За последние два дня предметы были украдены и заменены их точной стоимостью в битах. Но самое важное, что делало отчет срочным, — это дополнительная информация от ее агентов. Пинки Пай искала новую пони и не смогла найти.

Ее золотая магия вытащила одну из улик, аккуратно написанный чек, что-то в нем было знакомым, она сузила глаза на роговой почерк. Этого не может быть.

Зажигая рог, она усилием воли потянулась к физическому миру. Яркая вспышка, и набор свитков из ее личных покоев был втянут в ее ментальное пространство.

Сделав глубокий вдох, чтобы успокоиться после напряжения, она открыла ящик. Она вытащила несколько старых школьных проектов Твайлайт, и положила их рядом с уликами, ее взгляд метался туда-сюда между ними. Это роговое письмо было почти идентично Твайлайт до того, как та была запечатана. В нем было много намеков на восторг и нетерпение, чего не хватало в ее более поздних работах.

Мягкая улыбка пересекла ее мордочку. Это было в духе Твайлайт — платить за то, что она крадет. Она покачала головой: Твайлайт еще предстояло выучить не один урок.

Она собиралась отправиться в Понивилль.

* * *

Полет по воздуху всегда приносил освобождение. Селестия не могла сдержать ухмылку; она собиралась найти Твайлайт, и все будет хорошо. Если бы не тот факт, что ее скрывало лишь заклинание невидимости, она могла бы испустить радостный крик.

Сейчас, насколько можно было судить, она все еще находилась в тронном зале и вершила суд. Филомене было обещано много лакомств, чтобы заставить ее остаться там и служить якорем для заклинания иллюзии. Она чувствовала, как ее Маска управляет фальшивкой так же, как она управляла ее телом, когда она отступала от нее.

Дейбрейкер прервала ее. Ты знаешь, что ты будешь делать?

"Конечно, я найду ее", — ответила Селестия вслух.

Странно, что она не связалась ни с кем из пони, ни со своими друзьями, ни даже с тобой? откликнулись мысли Дейбрейкер. Селестия чувствовала подозрения Дейбрейкер. Она всегда думала о возможных угрозах, опасностях и о том, как покончить с ними как можно эффективнее и навсегда.

Селестия держала себя ниже скорости соник рейнбум, несмотря на внезапную потребность уже быть там.

* * *

Прибыв за город, она преобразилась. Старинная магия окутала ее, уменьшив ее форму до обычного единорога с белой шерстью и розовой гривой.

Селестии мир внезапно показался огромным, некогда почти игрушечный мир сменился полноразмерным. Кивнув сама себе, она поскакала в город — она получит ответы на свои вопросы, она найдет свою верную ученицу.

Понивилль изменился за эти годы, но каким-то образом сохранил атмосферу маленького городка, основанного семьей Эппл, несмотря на то, что теперь здесь был замок Твайлайт. Ее пони занимались своими делами. Если бы только она могла почаще выходить и просто наблюдать. Она вдохнула воздух, наполненный запахами городка без всякой утонченности изысканных ароматов Кантерлота. Такие места кажутся более честными, более настоящими.

Направляясь к центру города, она увидела двух Элементов: Эпплджек на рынке, продающую яблоки своей семьи, и Рейнбоу Дэш, спящую на облаке.

"Этот город, расположенный прямо рядом с кишащим монстрами Вечносвободным, почти беззащитен", — вклинилась Дейбрейкер.

"Ты знаешь, почему это так", — ответила Селестия.

"Значит, ты собираешься использовать его для другого испытания?"

"Все шесть элементов были усилены здесь, это оказалось полезным местом для укрепления дружбы и закалки героев".

Селестия рысила по городу, обмениваясь приветствиями, прислушиваясь к разговорам на заднем плане. После такой долгой жизни ей даже не нужно было думать о светских беседах. Даже без помощи Маски это было так же автоматически, как дыхание.

Для каждого встречного пони она могла мысленно вспомнить десятки их предков. В ее мысленном саду до сих пор хранился полный список всех родословных и их качеств. Часть ее сознания ломала голову над тем, кого с кем спарить, чтобы вывести самых сильных пони.

По крайней мере, она заставила Кейденс согласиться с тем, что если все равны в родительской любви, то продвигаться будет та пара, которая даст самых сильных жеребят. Всего через несколько поколений она могла бы вернуть большинство древних линий воинов, готовых к службе.

Неудивительно, что о Твайлайт ходило много домыслов, в основном обсуждалось, действительно ли она умерла или нет. Именно в такие моменты ей очень не нравились принятые ею законы, позволявшие прессе свободно печатать такую ложь.

Она спросила об украденных вещах и узнала, что сегодня пропало еще больше вещей. Ее разум просто впитывал полученную информацию, отмечал, кто это сказал, и двигался дальше. Казалось, исчезающие предметы стали превращаться в аттракцион, в головоломку. Можно было получить небольшой денежный приз, если кто-то из пони сможет разгадать, как это делается. Селестия держала свое магическое чутье начеку в поисках этого так называемого необнаруживаемого вора.

Находясь здесь, среди своих пони, под согревающим солнцем, она чувствовала себя как на празднике. Даже несмотря на все, что произошло, просто быть вдали от дворца было желанным глотком свежего воздуха.

Она использовала свой рог для левитации, чтобы скрыть, что сканирует всех пони, которых могла. Ни у кого из местных жителей не было никаких признаков ментальных манипуляций или внешнего контроля. К счастью, она не нашла и следов темной магии.

Селестия обменяла несколько бит на сэндвич, а затем рысью направилась к следующему торговцу в своем списке. Селестия заметила, что кивает головой в такт древнему мотиву, который проносился в ее голове.

Мир вокруг нее поблек, сменившись воспоминаниями о более простых временах. Посмотрев в сторону, она увидела прекрасное поле цветов, по которому бежала жеребенок Луна, зовя сестру поиграть.

Она почувствовала, как мягкая улыбка пересекла ее мордочку, когда ее голос вежливо поздоровался с тем, с кем она разговаривала. Она так много потеряла за эти годы, но приобрела много сокровенных воспоминаний. Ей нужно было быть осторожной, чтобы не теряться в них слишком часто.

Она вернула свою сестру, она найдет и спасет Твайлайт. Селестия позволила себе насладиться песней, звучащей в ее голове из прошлого, песней, которую она, вероятно, никогда больше не услышит в реальности.

Селестия... ты не просто вспомнила эту песню. Мысли Дейбрейкер были нетерпеливы.

Воспоминание оборвалось, и она быстро переключила внимание, повернув уши, на источник песни. Это была реальность, кто-то из пони пел одну из песен ее матери. Песню, которую никто из пони, кроме нее и Луны, не мог знать. Гнев, смятение, радость и даже надежда столкнулись в ней. Мать? — прошептала часть ее сознания. Нет, голос неправильный.

Оглядевшись, она увидела, что никто не поет, никто не слышит звук. Она должна была найти их, она должна была узнать, откуда они знают эту песню.

Там, — Селестия почувствовала, как Дейбрекер направляет ее взгляд, фокусируя немного своей магии Аликона, усиливая их.

Маленькая лавандовая кобылка-единорог, точная копия Твайлайт прошлых лет, радостно скакала рядом, напевая песню, скрытая очень ограниченным заклинанием. Особое заклинание "Не-замечай-меня", и за последние двести лет только одна пони видела книгу, в которой оно было записано.

Твайлайт — хотела воскликнуть она, но Дейбрейкер удержала ее мордочку, позволив ей передумать.

Селестия на мгновение замерла, следя глазами за кобылкой. Она почти забыла дышать. Эта песня и кобылка Твайлайт — ее опытному уму потребовалось несколько секунд, чтобы смириться с этим и решить, что делать.

На Твайлайт был пятнистый, слегка обгоревший шлем и перегруженные седельные сумки. Левитируя рядом с собой пирог и мешок с морковью, танцующий в воздухе в счастливом паттене, удерживаемый знакомой пурпурной аурой.

Прежде чем она поняла, что происходит, ее копыта подтолкнули ее тело ближе. Она нашла Твайлайт, небольшое несоответствие в возрасте казалось несущественным.

Посмотри на ее метку — Дейбрейкер, казалось, рычала в ее сознании.

Селестия приостановилась, и сделала это, ее Военный Разум всегда был более наблюдательным, чем она сама, в конце концов, она создала ее именно такой. Лишь через мгновение она увидела, что мелкие звезды пропали, но в остальном перед ней была та самая радостная кобылка, что и все эти годы назад. Возможные последствия того, что метка Твайлайт была другой, и что это могло означать для Элементов Гармонии, она пока отбросила.

"Привет, малышка", — сказала Селестия, подойдя к кобылке и остановившись на подобающем приличиям расстоянии.

"Привет", — ответила кобылка, но тут же замерла. Она быстро оглянулась на Селестию. "Ты меня видишь?"

Кобылка медленно передвинула яблочный пирог позади себя, как бы защищая его от Селестии. Она почувствовала, как пытается хихикнуть: Твайлайт защищала от нее пирог, а это был даже не торт.

Селестия кивнула: "Да, я могу, впечатляющая работа над заклинаниями для такой юной кобылки, кто твой учитель?".

Что-то мелькнуло в глазах кобылки, намек на беспокойство, смешанное с подозрением и расчетом.

Будь осторожна, — добавил Дейбрейкер, обращая ее внимание на множество частичных узоров заклинаний, скрытых в сиянии рога кобылки. Такой способ наложения заклинаний, обычно, используют только дуэлянты или убийцы.

Она чувствовала, как Дейбрейкер готовится к бою. Она размышляла, понадобятся ли заклинания, или простого удара по рогу, усиленного силой земной пони, будет достаточно, чтобы покончить с угрозой.

Легкое сужение глаз кобылки дало Селестии понять, что ее наблюдение не осталось незамеченным. Впечатляющие способности к наблюдению.

На мгновение кобылка вздрогнула. Может ли она почувствовать, что планирует Дейбрейкер? — подумала Селестия.

"Ты в порядке?" — спросила она, опустившись ниже и смягчив голос.

"Мне не следует разговаривать с незнакомцами", — сказала кобылка, делая полшага назад.

"Меня зовут Санни Дэйс. А тебя — Твайлайт?"

У кобылки отлично получилось скрыть свою реакцию. Все-таки, нельзя пройти через тысячи лет политики, не научившись очень, очень хорошо читать пони. Каждое легкое движение, каждый взгляд, изменение дыхания — все это анализировалось с опытом всей ее жизни. Эту кобылку явно не звали Твайлайт, но она знала ее, и знала хорошо.

"Но ты знаешь ее?" — сказала Селестия, стараясь говорить спокойно, она чувствовала, как в ее груди зарождается надежда.

Селестия изучала реакцию кобылки. Легкое изменение позы, движение ушей, напряженное выражение мордочки. Похоже, ее чувства сосредоточены на Селестии, а не на возможных путях отступления, что добавляет страха, но не за себя. Она очень защищает Твайлайт и не горюет. Селестия задумалась.

Значит, Твайлайт жива, как же нам теперь ее найти? — подумала Дейбрейкер.

Они оба смотрели друг на друга, ничего не говоря и не делая, и так тянулось долгое мгновение. Селестия моргнула, и вдруг позади кобылки появилась Розовая Пони. Селестии потребовалось лишь мгновение, чтобы узнать Пинки Пай.

"Привет, Принцесса!", — сказала Пинки, подпрыгивая со своей обычной радостью.

Кобылка подпрыгнула, крутясь вокруг себя, словно ожидая нападения. Селестия приготовилась прикрыть Пинки щитом, если кобылка пустит в ход заклинания.

"Доброе утро, Пинки", — сказала Селестия, не позволяя своим приготовлениям изменить ее дружелюбный тон.

"Ты не видела нового пони? Я искала несколько дней, но он очень, очень, очень хорош в прятках", — сказала Пинки.

"Извини, я не очень хорошо играю в прятки", — сказала Селестия, глядя прямо на кобылку, Пинки, казалось, не заметила.

"Нет? Очень жаль, о, возьми кекс и еще один для твоего воображаемого друга". Пинки вытащила из своей гривы два кекса, первый был предложен Селестии, который она приняла своей золотой магией. Кекс дал ей не угрожающую причину зажечь рог.

Пинки затолкала второй кекс в рот кобылке. На мгновение показалось, что она запаниковала, а затем начала жевать кекс, слегка улыбаясь. Селестия сделала изящный укус, да, это был хороший кекс.

"Пока, надо найти новую пони и подготовить вечеринку: “Ты все еще жива”, — сказала Пинки.

Пинки наклонилась ближе к кобылке и прошептала слишком тихо, чтобы Селестия могла разобрать сказанное за звуками города.

Пинки Пай подмигнула, прежде чем отскочить со своим обычным пренебрежением к правилам реальности. Спасибо, Пинки, — с благодарностью подумала Селестия.

"Как?", — сказала кобылка, доев свой кекс, выглядя несколько ошеломленной.

Селестия спрятала легкий смешок за копытом: "Пинки делает замечательные кексы, не так ли?"

Кобылка повернулась к ней лицом, и медленно кивнула, доедая угощение: "Да, но кто... кто она?".

Селестия не могла удержаться от смеха: "Это просто Пинки, которая Пинки, так бы сказала моя верная ученица".

"Так ты учительница? Чему ты учишь?"

"О, немного этому, немного тому, но в основном магии и истории".

Она видела, как смягчается язык тела кобылки, как исчезает страх. Казалось, что она придвинулась ближе, немного поерзала, как обычно делала Твайлайт, прежде чем обнять или прижаться к ней.

Селестия тепло улыбнулась, почти, как будто она была в прошлом, разговаривая со своей верной ученицей. Возможно ли, что ее печать сломалась, и она вернулась в тот возраст, когда она была впервые применена? Забыла ли она свое имя?

Селестия едва заметно сдвинула собственное тело, намекая инстинктам кобылки, что объятия будут приняты, что она будет в безопасности, под защитой.

Дейбрейкер завладела ее магической силой, произнеся заклинание самоукрепления. Ослепительная вспышка и волна магии ударили по ее чувствам, на долю секунды лишив ее способности что-либо воспринимать. Когда она снова смогла видеть, кобылки уже не было.

Ее Военный разум был недоволен, но в ее мыслях звучало уважение. Она сформировала частички заклинания в телепорт, а оставшиеся фрагменты каким-то образом превратила в дезориентирующий импульс. Если бы мы были обычным единорогом, то лежали бы на земле беззащитными не меньше минуты.

"Она впечатляет не меньше, чем Твайлайт, если не больше в этом возрасте", — сказала Селестия.

Потянувшись к солнцу, Селестия посмотрела вниз с этой высокой точки обзора. Поиск цели не занял много времени. Все, чего касался ее солнечный свет, она могла обнаружить. Кобылка была возле дома Пинки. Селестия рысью направилась туда.

Она заметила, что кобылка строит необычайно сложное, но маломощное заклинание. Оно было похоже на одно из творений Твайлайт, одно из заклинаний, которые она придумала для своей лабораторной работы.

Значит, она либо Твайлайт, либо обучалась у нее, — добавила Дейбрейкер.

Почему ты так думаешь? — ответила Селестия. Несмотря на согласие, она хотела знать доводы своего Военного Разума.

Кто еще стал бы использовать такое сложное заклинание, когда для того, чтобы избежать нас, было бы достаточно простого усилителя осознания?

Двигаясь, чтобы прервать путешествие кобылки, она продолжала наблюдать за ней с помощью своего заклинания. Кобылка только что скрылась в переулке от прямых солнечных лучей. Почувствовала ли она каким-то образом, что ее вычислили? Селестия на всякий случай ускорила шаг.

Она чувствовала на себе взгляды своих пони, ведь нельзя скакать галопом без причины. По крайней мере, учитывая, что это был Понивилль, лишь немногие пони отреагировали на нее иначе, чем с легким любопытством.

Перепрыгнув через пони, который внезапно вышел на ее дорогу, она добралась до переулка. Селестия поспешно обогнула угол.

Бум, треск, вспышка. Мощная вспышка света и обжигающая пульсация пространственного искажения. Она почувствовала, как дуги магии заплясали по ее телу. Магия казалась дикой и ненаправленной, но, сконцентрировавшись на чувствительности рога к мистическому воздействию, она сосредоточилась.

Это был мощный эффект телепортации, без определенного места назначения, просто с набором условий, в какие места может попасть заклинатель. Потребуется всего несколько мгновений, чтобы расшифровать условия выхода.

Вспышка уникальной, мощной пегасьей магии и шум крыльев дали ей знать, что прибыла Рейнбоу Дэш. Магия пегаса развеяла следы магии единорога, лишив возможности отследить телепорт.

"Твайлайт?" — резким голосом позвала Рейнбоу Дэш, и посмотрела на замаскированную Селестию.

Селестия покачала головой, и посмотрела на Рейнбоу. Она несколько раз топнула копытом, чтобы избавиться от искр затянувшейся магии. Селестия чувствовала гнев Дейбрейкер из-за того, что шанс последовать за потенциальной Твайлайт был упущен.

"Боюсь, мы обе, просто разминулись с ней", — сказала Селестия, не скрывая разочарования в своем тоне.

"Кто ты, ты не Твайлайт", — сказала Рейнбоу, указывая на нее копытом.

Селестия склонила голову: "Санни Дэйс, приятно познакомиться с вами, мисс Рейнбоу Дэш, обладательница Элемента Верности".

Дэш оглядела переулок: "Это была магия Твайлайт, что случилось? Почему ты ищешь Твайлайт?" — потребовала она, ткнув Селестию в грудь, и приняла агрессивную позу.

"Я работаю на принцессу Селестию, и меня попросили попытаться найти ее".

Рейнбоу недоверчиво сузила глаза: "Докажи это".

Рейнбоу появляется как раз вовремя, чтобы вмешаться, что-то здесь не так, — добавила Дейбрейкер.

Селестия зажгла свой рог, и достала свиток из своего ментального сада, обернув его заклинанием против чейнджелингов и иллюзий. Она протянула его Рейнбоу, пока ее разум направлял солнечное сканирование на все расширяющийся поисковый участок.

Рейнбоу выхватила свиток из воздуха, сломав печать: "Бла-бла-бла. Королевские штучки, настоящим разрешаю, больше бла", — Она подняла голову: "Так ты следователь, работающий на принцессу Селестию?"

Селестия кивнула, отметив, что заклинания на свитке ничего не дали, так что, вероятно, она имела дело с настоящей Рейнбоу.

"Так где же Твайлайт?" — потребовала Рейнбоу.

Вот в чем вопрос, подумала она. Ей придется что-то рассказать Элементам. Как лучше поступить?

"Сначала скажи мне, что привело тебя сюда?"

Рейнбоу помахала копытом. "Я увидела, как ты скачешь как бешеная, а потом вспышку магии Твай".

Интересно, что никто больше не мог видеть ее магию. Неужели она бросила свое заклинание, чтобы привлечь внимание Верности? — задалась вопросом Селестия.

Наша добыча хитра, — промурлыкала Дэйбрейкер.

Она либо контролирует верность, либо очень хорошо ее знает, — ответила Селестия.

Жеребенок — игрок или просто фигура?

Последнее, я подозреваю...

Голубая передняя нога Рейнбоу помахала перед мордочкой Селестии: "Привет, есть тут кто-нибудь из пони?"

Да, Верность очень нетерпелива, — подумала Селестия.

"Да, простите, мисс Дэш, я раздумывала, как лучше вам ответить. Пока что знайте, что, как полагают, Твайлайт прячется здесь, в Понивилле".

"Что! Если она здесь, то где она, почему она не вернулась к нам?"

"Мы не знаем...", — сказала Селестия, прежде чем ее прервали.

"Как вы можете не знать...", — копыто Рейнбоу уперлось в грудь Селестии.

Легкое движение силы аликорна заставило Рейнбоу задуматься и придало словам Селестии командный оттенок. "Мисс Дэш, не могли бы вы собрать остальных Носителей в Картографическом зале через час после захода солнца, пожалуйста".

"Конечно... мы будем там, и лучше бы вам ответить на наши вопросы". Ударная волна, выпущенная Рейнбоу, еще больше нарушила магию.

Селестия закрыла глаза, испустив усталый вздох. Сегодня будет долгий день.

* * *

## 12. Взаимосвязи и последствия

* * *

Звук безостановочно пишущих перьев Грей и шелест свитков наполняли Твайлайт ностальгией. На ее лице появилась грустная улыбка. Все то время, когда она еще не знала, что такое дружба. Все то время, когда все, чего она хотела, — это остаться одной и спокойно читать.

Теперь, когда у нее это было, все, чего она хотела, это чтобы отвлекающие факторы вернулись. Рэйнбоу, врывающаяся в окно. Пинки и ее вечеринки-сюрпризы. Если бы только я могла выйти через парадную дверь и увидеть своих друзей, — мечтательно подумала она.

Она посмотрела вверх, ища глазами Дримс. Ей так хотелось снова оказаться в этих идеальных крыльях. Но нет, она еще не вернулась. Она ушла, чтобы приготовить для нее ванну. Она должна была признать, что одна мысль об этом казалась ей божественной.

Она вспомнила многочисленные походы в спа-салон, который посещала вместе с девочками. Так ли это будет через несколько сотен лет? Она, совсем одна, скучающая по своим друзьям, по своей семье? Нет, я не поверю, что таков план Гармонии для меня.

Отбросив мрачные размышления, Твайлайт медленно оглядела Большую Библиотеку Золотой Дуб, вбирая в себя все вокруг. Ее библиотека была идеальной, в ней было больше книг, чем она могла сосчитать, каждая деталь словно была сделана специально для нее. Она тихо рассмеялась. Целый план существования, только для меня.

Она провела копытом по полу, прислушиваясь к звуку и ощущая текстуру дерева. Все казалось настоящим, ни единого изъяна. На что похож Бастион Кейденс? И почему никто не говорил мне, что он у меня есть? Сколько еще сюрпризов я найду, став аликорном? Она задумалась, нахмурив лицо.

Она смотрела на двери, на своих друзей, на те части, которые Селестия заперла, и на другие. Маленькая дверь с одной лишь звездой, как она догадалась, имела отношение к первоначальной Твайлайт. Ее внимание сосредоточилось на двух последних. Зачем ей крыло библиотеки, посвященное Луне? Если то, что сказала Дримс, правда, это значит, что у нее есть связь с Луной.

Ее взгляд вернулся к дверям ее подруги. Может ли она использовать эти связи для отправки сообщений? Может ли она проследить за своими друзьями, и узнать, как у них дела? Может ли она использовать свою магию, и привести их сюда? "Групповые объятия были бы сейчас как нельзя кстати", — сказала Твайлайт сама себе.

Ее глаза остановились на самой тревожной двери и сузились. Символ ее метки был закрыт символом Найтмер. Что это значит? Меня когда-нибудь захватывала Найтмер? Это одно из воспоминаний, которые Селестия скрыла от меня?

После купания ей предстояло много читать, а когда ее магия восстановится, настанет время экспериментировать. Одна мысль о том, что она сможет узнать, вызывала дрожь предвкушения.

Внезапное движение за печатью привлекло ее внимание: похоже, на цепях появилось еще немного свежей крови. Она посмотрела на Грей. Та была не слишком разговорчива, видимо, не умея говорить.

Твайлайт посмотрела на кровь. Жалея себя, я ничего не добьюсь. Она ругала себя. Решение помочь не заняло много времени, а на разработку плана действий ушли считанные мгновения.

На мгновение задумавшись о последствиях того, что она собиралась сделать, она пожала плечами. Это был ее разум, она могла делать то, что хотела. Ничье разрешение ей не требовалось.

Она тщательно проверила свое тело, мышцу за мышцей. Медленно растягивая, скручивая, поворачивая себя, она пришла к выводу, что вполне годится для ограниченной деятельности. Она поднялась на копыта. Все еще слабая, но двигающаяся, она улыбнулась.

Поискав и найдя немного древесины, которая не была частью самого дерева, она пришла к выводу, что маленький столик — лучший вариант. Она зажгла рог и принялась за работу.

Она будет использовать простые маломощные заклинания, которые, честно говоря, никогда не думала, что будет использовать снова. Или я использую их в первый раз? — подумала Твайлайт, глядя на лоскутную игрушку.

Что подумают ее родители, что подумает Шайнинг? Ее взгляд остановился на белой книге. Являются ли мои родители моими бабушкой и дедушкой? Ей предстояло провести много долгих бесед со многими пони. Селестия должна была знать, но осмелится ли она ей противостоять?

Еще неделю назад мысль о том, что по некоторым определениям "Селестия — ее мать", наполнила бы ее сердце радостью. Теперь же она чувствовала себя преданной и напуганной. Что сделает Принцесса, если узнает, что я знаю, не говоря уже о том, что я практически отдала свое тело?

Твайлайт покачала головой, возвращаясь к своему занятию. У нее будет достаточно времени, чтобы разобраться с остальным позже.

Она вырезала, придала форму и переделала его в деревянную трубу. Она была достаточно велика, чтобы через нее можно было протиснуть книги. Если бы она была больше, Твайлайт бы сомневалась, что смогла бы это сделать. Она могла быть аликорном, но не думала, что находится в одной лиге с Селестией. Так что, ей придется действовать с умом.

Теперь, если я смешаю этот усиливающий массив с частями заклинания, разрушающего щит, то перенастрою его на работу против печатей. Теперь нужно специализировать его против солнечной, астральной и огненной магии.

"Спасибо, Старлайт". Кто бы мог подумать, что наши еженедельные магические дуэли окажутся полезными здесь.

Направив рог на свое новое творение, Твайлайт выпустила тонкий луч магии. Это была гениальная модификация заклинания очистки поверхности, превратившая его в луч дезинтеграции. Когда я это придумала? — подумала она.

Долго тренируясь в прицеливании и контроле, она провела лучом по деревянной поверхности, выжигая мистические руны в замысловатых узорах. Улыбаясь во время работы, Твайлайт начала напевать колыбельную Дримс. Эта мелодия и работа над достижением цели чудесным образом поднимали ей настроение.

"И, готово".  Взмахнув копытом, Твайлайт запустила свое творение в магическую ауру.

Она подошла к печати Грей, держа в своей магии только что созданный подарок. Грей подняла на нее глаза, и перья на мгновение замерли в воздухе. Твайлайт встретилась с ее напряженным взглядом, и, стараясь не поддаться горечи, которую она увидела в нем, улыбнулась в знак приветствия.

"Это для тебя, ты не должна причинять себе боль только за то, что помогла мне", — Твайлайт передвинула дерево к цепям с помощью своей пурпурной магии.

Грей указала копытом на свой рог, и покачала головой. Твайлайт остановилась, широко раскрыв глаза. Передняя нога Грей была сделана из дерева, она была выкрашена под цвет ее шерсти. С такого расстояния ее невозможно было принять ни за что другое, кроме как за протез.

Твайлайт посмотрела на свою собственную переднюю ногу, украденную у нее. Она чувствовала, как ее тело начинает дрожать. Нет, я не сломаюсь, у меня есть работа, — сказала она себе. Намеренно сделав вдох и вспомнив колыбельную Дримс, она успокоила свое тело.

Твайлайт подняла голову: "Значит, никакая магия не коснется печати?"

Грей кивнула, и она приступила к работе без магии. Взяв деревянную трубу передними копытами, Твайлайт поднялась на дыбы, используя крылья для равновесия, и подошла ближе. Она начала проталкивать ее между цепями, поворачивая то так, то эдак. Руны светились, вбирая золотую энергию, но лишь едва ослабляли цепи. Было так тяжело, словно она толкает Тома, глыбу, что Рэрити принимала когда-то за бриллиант, без помощи силы земнопони.

Ее конечности горели, задние ноги были не в восторге от того, что она выдерживает такой большой вес, не говоря уже о том, чтобы проталкивать что-то через печать. Ее усилия раздвигали цепи на самое малое расстояние. Она сделает это. Она выдержала все испытания, выпавшие на ее долю, и это ее не остановит.

Рычащее проклятие вырвалось из ее уст, когда она надавила сильнее. Внутри нее что-то закрутилось, сила хлынула в напряженные мышцы, придавая им бодрости. Магически укрепленное дерево скрипело под усилившейся хваткой. Она приложила все свои силы и почувствовала, как пол трескается под ее задними копытами.

Труба внезапно поползла вперед, и острые лезвия цепей впились в ее плоть. Она зашипела от боли, но продолжала наступать, она была так близка, еще немного, и с этим будет покончено.

Грей потянулась к печати, свежие порезы заставили ее кровь смешаться с кровью Твайлайт. Грей схватилась за цепи, раздвигая их, хотя бы немного. С последним рывком все было сделано.

Странная сила, укрепляющая ее, больше не была нужна. Твайлайт попятилась, устало опустившись на четвереньки.

Она очень надеялась, что свежие следы крови — это последнее, чем им придется заплатить. Ее взгляд остановился на многочисленных порезах на передних ногах, но все равно было очень интересно наблюдать, как ее плоть идеально срастается. Если бы только оно могло очистить кровь с моей шерсти.

Теперь проход был готов, Грей сделала шаг назад, и кивнула. Она подняла копыто, изобразив на своем лишенном выражения лице подобие улыбки. Ответная улыбка Твайлайт была лучезарной, и тепло наполнило ее грудь. Она снова помогала пони. Она наполовину ожидала, что ее метка засверкает, означая еще одну хорошо выполненную работу, еще одну завершенную миссию.

Ее внимание привлек звук хлопающих копыт позади нее. Твайлайт, испугавшись, быстро оглянулась, но тут ее неожиданно обняли теплые крылья Дримс.

"О, моя Литтл Стар", — сказала Дримс, прижимаясь к ней, с прекрасной радостной улыбкой на мордочке.

Твайлайт покраснела, объятия были приятными. Это усилило растущее тепло внутри нее. Все было лучше, когда крылья Дримс окружали ее.

Грей помахала копытом, и вернулась к своей задаче, горечь в ее глазах исчезла. Дримс посмотрела на нее внимательней. "Так вот как она выглядит, когда счастлива?"

Твайлайт рассмеялась, по крайней мере, в этот момент она была счастлива. Она прижалась к телу Дримс, возвращая объятия.

"Ванна готова, до нее надо немного пройтись, так что...", —  Дримс озорно улыбнулась, ее серебряная аура приподняла Твайлайт.

"Эй".

"Вода будет холодной к тому времени, как мы доберемся туда, если я позволю тебе идти". Дримс положила Твайлайт на спину — ноги свисали по обе стороны ее тела.

"Я не жеребенок".

"Ты ранена, каждому пони нужна помощь, когда они выздоравливают, и ты, маленькая мисс Элемент Магии, ничем не отличаешься", — сказала Дримс, высунув язык.

Видеть, как Дримс ведет себя как жеребенок, было слишком, и Твайлайт рассмеялась.

"Намного лучше".

Дримс пустилась вскачь, направляясь к лестнице. Ощущать под собой движение мышц Дримс было совсем не так, как просто парить в ее магии, это было приятно.

Твайлайт смотрела на дверь с меткой Найтмер поверх своей собственной. Покачав головой, она заговорила: "Дримс, мы можем как-то помочь Нове? Она ведь там, внизу, не так ли?", — Твайлайт указала копытом на пол.

Снизу донеслось рычание. Нова слышит меня? — подумала Твайлайт.

Дримс, похоже, не заметив рыка, ответила: "Нет... Не думаю, если только ты не сможешь победить печать Селестии".

"А как насчет того, чтобы прорезать пол?"

Дримс покачала головой: "Нет, это только навредит тебе и повредит твой источник, пока эта дверь там, другого пути в подвал нет".

"Постучи три раза, если ты меня слышишь", — сказала Твайлайт.

Дримс остановилась, и бросила на Твайлайт озадаченный взгляд. "Что ты..."

Тук.

Тук.

Тук.

Дримс подпрыгнула, прежде чем озадаченно посмотреть вниз.

"Нова, ты помнишь код Морзе?" — сказала Твайлайт.

Последовал ряд стуков.

"Да, у нас есть связь!" — обрадовалась Твайлайт. Если бы не крылья Дримс, державшие ее, Твайлайт могла бы спрыгнуть со своего транспортного средства, исполнив счастливый танец; или упасть на мордочку, учитывая, насколько слабой она себя чувствовала.

"Ну, мисс Нова, Твайлайт собирается принять ванну. Потом можете говорить сколько угодно", — сказала Дримс.

Снизу донесся еще один стук и голодное рычание. Твайлайт покраснела, ее лицо словно горело, но она не могла отвести глаз от Дримс, не с предложениями Новы.

Дримс снова зашевелилась. Теперь Твайлайт лучше понимала привлекательность ее тела и то, как под ней двигаются мышцы. Зачем тебе понадобилось указывать на то, как прекрасно она выглядит? — подумала она, расслабляясь в тепле Дримс. Усталость после того, как она помогла Грей затягивала ее глаза.

Если это моя тюрьма, то, по крайней мере, в ней компания больше, чем на луне, — подумала она, позволяя себе снова заснуть под тепло и утешительный запах Дримс. Она заметила, как магия Дримс подняла что-то с пола, когда они проходили мимо двери Рэйнбоу. Это было похоже на скомканный клочок бумаги, но Твайлайт это не волновало. Я могу прибраться в библиотеке позже, — подумала она, когда на нее снизошел покой.

* * *

Твайлайт была чистой, отдохнувшей и чувствовала себя намного лучше. Теплая ароматная вода и талантливые копыта Дримс вернули жизнь в ее тело, удалив все следы крови с ее шерсти. Она не собиралась в ближайшее время участвовать в "Забеге листьев", но могла свободно передвигаться. Просто, в данный момент ей этого не хотелось.

Она удовлетворенно хмыкнула, осматривая свою ванную — она была огромной. Сама ванна наполнялась подогретым водопадом и была достаточно большой, чтобы в ней могли поместиться по меньшей мере десять аликорнов в полный рост. По правде говоря, это был скорее бассейн, чем ванна. Если не считать декора из дерева и натурального камня, который так хорошо вписывался в библиотеку, то она с радостью вписалась бы в Кантерлотский дворец.

Рэрити бы понравилось это место, — подумала Твайлайт, и ее разум лениво начал составлять заклинание, чтобы перенести ее сюда.

Она посмотрела на Дримс, которая лежала рядом с ней. Дримс потянулась и мягко улыбнулась Твайлайт.

"Так ты снова с нами?" — сказала Дримс с наглой улыбкой.

"Слишком уютно для слов". Твайлайт опустилась в воду, наслаждаясь ее теплом.

"Но пришло время кое-чему научиться", — поддразнила Дримс.

Уши Твайлайт тут же навострились, и она повернулась, чтобы посмотреть на Дримс.

Дримс подняла копыто из ванны, к которому, казалось, прилип шар воды. "Тебе многого не рассказали об аликорнах, моя Литтл Стар".

Глаза Твайлайт остановились на сфере, это явно была не магия единорога. Она наклонилась ближе к ней, рог засветился, произнеся несколько аналитических заклинаний. Ее глаза расширились, когда начали поступать результаты. Что-то блокировало ее магическое сканирование. Нет, не блокировало, а заставляло его огибать вокруг сферы.

"Буп", — сказала Дримс, прикладывая сферу к мордочке Твайлайт.

Твайлайт сморщила мордочку и откинула голову назад, глядя на рябь на воде. "Это просто какой-то эффект б..."

Дримс рассмеялась. "Ну что, ты готова к уроку?"

Урок? И тут же уши Твайлайт навострились и насторожились. "Здесь, сейчас?"

Дримс кивнула: "Да, вода будет полезна". Она подбросила сферу в воздух, поймав ее другим копытом.

"Я не могу вести здесь записи", — сказала Твайлайт, следя глазами за сферой, пока ее разум судорожно пытался прийти к какому-то выводу, как это возможно.

Твайлайт снова встретилась носом с водяной сферой. Она чувствовала это, вокруг воды была какая-то граница. Это была какая-то магия, но не единорога, пегаса или земнопони. Что-то в этом казалось знакомым, но где она встречала что-то подобное?

"Есть по крайней мере пять типов пони, которые составляют аликорна..."

Затем Твайлайт вспомнила, что магия была похожа на ту, что она испытала в Кристальной Империи. Ее глаза расширились, а жажда знаний стала очевидна. Она наклонилась ближе, почти морда к морде, к Дримс. "Значит, я частично Фестрал и Кристальная пони?"

"Именно так, моя Литтл Стар", — сказала Дримс. Ее единственной реакцией была небольшая ухмылка.

Твайлайт усмехнулась. Похвала была пьянящей сама по себе. Даже больше, чем прекрасный аромат Дримс. Соберись, Твайлайт, соберись. Нужно было учиться. Размышления о том, как сексуально выглядит Дримс, или о том, что они были так близко, что почти целовались, она оставила на потом.

Она отступила назад, усаживаясь поудобнее и принимая вид внимательной ученицы. "Итак, какие особенности есть у аликорнов от этих двух?"

Дримс подняла сферу с водой. "Это магия Кристальных пони. Считай, что это улучшение поля сцепления, которое все пони создают своими копытами, только гораздо более универсальное. У кристальных пони оно струится по телу, действуя как броня. Чтобы причинить им вред, нужно сначала разрушить эту защиту, а как ты видела на примере водяной сферы, пробиться сквозь нее с помощью магии бывает непросто. Если напрактиковаться, ее можно использовать для разрезания твердой материи и даже для улавливания заклинаний".

Дримс подтолкнула сферу воды к Твайлайт. "Попробуй поднять ее одним копытом".

Твайлайт протянула копыто, приложив его к сфере. Она почувствовала охлаждающую магию кристалла, и ее хватка, казалось, просто соскользнула с него, как и сканирующее заклинание.

Твайлайт сузила глаза: она могла почувствовать эту магию и взаимодействовать с ней. Крепко прижав копыто к сфере, она потянулась к Кристаллической магии.

Шар взорвался, вода разлетелась повсюду. Твайлайт моргнула и посмотрела виновато.

"Не то, чего я ожидала, но это потрясающий прогресс, моя Литтл Стар".

"Но у меня не получилось..."

"Посмотри на свое копыто", —  Дримс кивнула на копыто.

Копыто и голень Твайлайт были покрыты мерцающим пурпурным кристаллом. Она согнула ногу; все двигалось правильно. "Вау."

"Как только ты установила кристаллическую броню, для ее поддержания не требуется ни усилий, ни концентрации, у кристаллических пони она регенерирует сама по себе, а у нас, аликорнов, мы должны намеренно ее восстанавливать".

"Значит, отдельные племена имеют преимущества перед аликорнами?" — сказала Твайлайт, нахмурившись и покачивая копытом.

"Скорее, у них есть преимущество в своих способностях, и, учитывая, что у них есть только одна...".

"Они могут потратить больше времени, чтобы овладеть ею". Твайлайт поставила передние копыта вместе и натянула Кристаллическую броню. Кристаллы растворились в свете, перетекая на другое копыто, а затем вновь сформировались. "Как мне избавиться от этого?"

"Протяни копыто", — велела Дримс.

Твайлайт подчинилась и стала ждать. Пятно движения и сильный удар врезался в ее копыто. Раздался звук бьющегося стекла, и осколки упали в воду.

Она ожидала боли, она ожидала чего-то. Единственное, что она почувствовала, это удар и отбитое копыто. Твайлайт подняла голову и увидела, что Дримс явно ударила ее. Она моргнула, не зная, что сказать.

"Пока ты не освоишь эту способность, тебе, вероятно, придется разбить броню, чтобы освободиться от нее".

"О, это немного расточительно".

"Как и телепортироваться туда, куда можно было бы легко дойти пешком".

"Я хочу, чтобы ты знала, что я экономлю по крайней мере четыре часа в неделю, сокращая время на дорогу с помощью телепортации на короткие расстояния".

"Если ты ценишь свое время больше, чем накопление магических резервов, то да, это лучше".

"Вот почему Селестия так сильна? Она просто копит свою магию год за годом, почти не используя ее?"

Дримс кивнула: "Да, чем больше магии ты пытаешься удержать, тем медленнее она будет восстанавливаться. С другой стороны, постоянное использование усиливает магию и позволяет восстанавливаться быстрее".

"Но это все равно меркнет по сравнению с аликорном, который хранит свою магию сотни лет?" — спросила Твайлайт.

Дримс кивнула. "Может, продолжим урок?"

"Итак, фестралы?" — спросила Твайлайт.

"Да, фестралы, ты должна уметь свободно переключаться между чертами пегаса и фестрала. Как, по-твоему, Луна может иметь клыки или менять глаза, когда она сердится?"

"Покажи мне".

Дримс показала, изменение происходило медленно, на ее ушах появились кисточки, а зрачки стали вертикальными. Твайлайт прикусила губу, ей нравилось то, что она видела. Эта ночная красавица с серебряной гривой не была Найтмер. Это была темная искусительница во всей красе.

Отчаявшись скрыть свою реакцию, Твайлайт схватила Дримса за плечи, и закричала: "Научи меня!". Она моргнула, а затем продолжала стыдливым шепотом: "Пожалуйста".

Недолго думая, Дримс ответила: "Конечно, моя Литтл Стар".

"Фестральную магию лучше оставить до тех пор, пока ты не почувствуешь ее вкус". Дримс тепло улыбнулась. "Твое домашнее задание по этому предмету — сделать первый шаг самостоятельно. Все, что тебе нужно сделать, это направить немного своей силы аликорна через глаза. Затем попытайся заставить себя видеть в темноте. Когда все станет светлее, значит, у тебя получилось и ты готова учиться дальше".

Твайлайт подняла копыто, как на уроке. "Как я могу сознательно направить свою силу аликорна?" Глаза Твайлайт сверкнули интересом. Новая магия и домашние задания, все становилось лучше и лучше.

Дримс нахмурилась. "Еще одна вещь, которую она от тебя скрывала". Она с гордостью улыбнулась Твайлайт. "Тогда ты, действительно, удивительна, раз можешь быть такой могущественной, даже не зная этого". Она сделала паузу, приняв задумчивый вид. "Что ты можешь рассказать мне о силе аликорна?"

"Не много". Твайлайт пожала плечами, сейчас она была слишком сосредоточена на уроке и своей сексуальной учительнице, чтобы даже думать о том, что Селестия скрывает от нее еще что-то. "Только то, что она является основным фактором, делающим аликорнов бессмертными".

"Верно, но она гораздо больше, чем это. Магия аликорна в чистом виде не делает почти ничего, кроме того, что заставляет пони казаться внушительным. Ее истинная сила появляется в сочетании с другими видами магии. Она утверждает и усиливает все, с чем ее смешивают".

"Значит, если я направлю ее в свой рог при произнесении заклинаний, это усилит их", — сказала Твайлайт, удобно устроившись в ванне. Отсутствие возможности вести записи было неприятно, но роскошь с лихвой компенсировала это.

Дримс кивнула: "С момента твоего вознесения все твои заклинания были пропитаны лишь толикой силы аликорна. Этой капельки было достаточно, чтобы, по крайней мере, удвоить их силу".

Твайлайт вспомнила, как помогала Грей: она закрыла глаза и направила свои чувства внутрь в поисках ядра силы, которая давала ей стойкости. Это была одна из первых медитаций, которым научила ее Селестия.

Ее источник все еще был истощен и не сбалансирован, но он неуклонно восстанавливался. Потребовалось несколько мгновений, чтобы найти три вида магии, к которым она привыкла.

Магия единорога пылала, как пурпурная звезда. Магия земнопони и пегаса почти терялась на фоне ее блеска.

Оглядываясь вокруг, она искала что-то еще. Она нашла несколько слабых шепотков по крайней мере трех других магий, но ничего похожего на то, что она искала, только огромное море пустого пространства.

Пространство между! Она поняла, что все пространство в ее источнике больше не было пустотой, как тогда, когда она была единорогом. Нет, теперь все оно было заполнено слабым, ранее не замечаемым свечением ее магии аликорна. Она связывала все различные виды магии вместе, позволяя им сосуществовать, не разрушая друг друга.

Она потянулась к нему, втягивая в себя самое малое количество, распределяя его по всему телу, крыльям, рогу, копытам.

Твайлайт открыла глаза, и ее встретила довольная улыбка Дримс. Тело Твайлайт ощущалось живым и сильным. Она потянулась, она могла сказать, что все еще ослаблена. Но физически она чувствовала себя сильнее, чем когда-либо с тех пор, как в ней была объединенная магия всех остальных аликорнов.

"Вот так, моя Литтл Стар". Дримс притянула ее в объятия.

Твайлайт прильнула к ней, пряча от Дримс свой румянец. Сила аликорна, наполнявшая все ее тело, не просто укрепляла мышцы, она усиливала чувство прикосновения, Дримс прижималась к ней, тепло, исходящее от нее, казалось просто прекрасным.

Она могла бы оставаться так вечно; к сожалению, Дримс отстранилась от объятий, чтобы продолжить урок.

"Из всех видов магии, магия аликорнов больше всего подвержена влиянию эмоций, они будут искажать магию, изменяя ее, чтобы она соответствовала намерению, которое ты хранишь в своем сердце. Другие пони, которые находятся рядом с тобой, могут быть эмоционально затронуты, когда ты используешь магию аликорна, в зависимости от того, что ты чувствуешь. Обычно это благоговение или ужас, но могут быть и другие реакции".

"Если ты испытываешь слишком много гнева или ненависти к пони, ты не сможешь исцелить или защитить их, если не откажешься от использования магии аликорнов. На самом деле, если твоя ненависть достаточно сильна, ты можешь даже навредить им, пытаясь это сделать", — предупредила Дримс.

На лице Твайлайт промелькнуло беспокойство: она не хотела случайно причинить вред кому-нибудь из пони, тем более, когда пыталась им помочь. Несколько моментов, когда она злилась или расстраивалась из-за своих друзей, промелькнули в ее голове. Может ли она по ошибке причинить им вред, если снова почувствует себя так? Несмотря на расслабляющую обстановку, в ее груди начала нарастать паника.

Волна воды обрушилась на Твайлайт. Она зашипела, вытирая воду из носа и рта. "Зачем ты это сделала?"

"Это нарушило твою цепь мыслей, верно?"

Твайлайт задумалась, потом кивнула: "Спасибо", — сказала она полусерьезно.

"Тебе не о чем беспокоиться. Все, что тебе нужно сделать, это направить силу аликорна от твоего рога, когда ты будешь колдовать, и она будет действовать как обычная магия единорога".

"Итак, вернемся к тому, что я уже освоила". Твайлайт кивнула, чувствуя себя теперь гораздо спокойнее. У нее были варианты, и она знала, как избежать проблемы.

"Следующий урок довольно приятный, но ты не можешь поделиться им ни с кем, кроме другого аликорна".

Твайлайт подняла бровь.

"Для аликорна это так же важно и необходимо, как причесываться. Для обычного пони это было бы болезненно и даже, возможно, смертельно. Ложись и расправь крылья", — сказала Дримс, направляя Твайлайт в мелкую ванну.

"Теперь, как аликорн, ты обладаешь всеми внутренними лей-линиями других племен. В отличие от других племен, неправильная энергия, протекающая через них, не вредна".

"Значит, я могу направлять магию земных пони через свой рог?"

"Да, это стандартный прием в фехтовании рогом аликорна. Теперь будь внимательна, так как я единственная, на ком ты можешь практиковаться, и я бы не хотела сегодня испытывать слишком сильную боль".

Дримс подняла копыто, и Твайлайт почувствовала начало магии. Она сосредоточилась на ней, когда воздух завибрировал. Переключив чувства, она увидела магию: казалось, что зеленая магия стихий танцует с синей магией ветра. Все это скреплялось серебристым сиянием магии аликорна Дримс.

[Изображение: https://lh5.googleusercontent.com/teIb4T0SD9iarpIqgZiMHMqTkvQVmB0STABb4J4vKLriBpWo2d1RRe0q3F4_An-SWlrsF8PVx1E29S3iqXrpLf6K_QAiwjTiJoF37hpVChdF_uCfkm6skHRgvS2Fa1myKmf_xozmIqjLxh4997HnIfzWcORsQI_lanJCzKuZoSDqfC4kQzOi2uGJXGW4iIlutwokbuGz5Q]

"Смесь должна быть из равных пропорций. Соединяя часть смеси с лей-линией, на которую нужно воздействовать, ты заставляешь ее открыться. Затем противоположная энергия может очистить лей-линию от остатков".

"Остатки?" — в замешательстве спросила Твайлайт.

"Если аликорн не имеет полного контроля и сосредоточенности, в каждой лей-линии течет немного всех видов магии. Это приводит к накоплению остатков. Это приводит к отсутствию чувствительности и тонкого контроля. Поскольку ты ранее была единорогом, да еще и могущественным, на всех твоих лей-линиях будет огромное количество остатков магии единорога. В идеале, это нужно делать еженедельно для идеального здоровья".

Почему Селестия или Луна не сказали мне ничего из этого? — со злостью подумала Твайлайт. Хранить секреты — это одно, а рисковать здоровьем — совсем другое.

"Теперь никаких мрачных мыслей, моя Стар". Копыта Дримс опустились на крылья Твайлайт.

Смешанная энергия влилась в ее лей-линии. Твайлайт вскрикнула, ее крылья онемели и в то же время вспыхнули от ощущений. Она задрожала, пытаясь понять, что она чувствует. Боль, удовольствие, прикосновение или тепло? Казалось, все чувства просто кричали, не оставляя ничего, кроме непонятного шума.

Постепенно все успокоилось, и наступила ясность, она могла чувствовать каждое перышко, каждое легкое движение воздуха вокруг нее. Твайлайт издала довольный стон, когда Дримс мастерски продолжила работать над ее крыльями. Она чувствовала, что ее пегасья магия течет намного лучше. Проклятье, еженедельно? Кто бы не хотел этого ежедневно? — подумала она.

По какой-то прихоти она подергала перышко, пропуская через него пегасью магию. Перо сверкнуло молнией. Да. Она никогда не могла заставить это сработать. Кто бы мог подумать, что это связано с обычной проблемой здоровья аликорнов. Когда вернусь, я устрою Рэйнбоу взбучку.

Дрим надавила сильнее, и спина Твайлайт выгнулась дугой. Все мысли о гонках пони, которых она могла бы поучаствовать, вылетели у нее из головы. Это было божественно, хотя бы раз в жизни, и у нее возникло искушение попросить то небольшое дополнение, которое превратило бы этот массаж из самого лучшего в мире в нечто большее. Она просто знала, что если она попросит об этом, Дримс не откажет ей. Нет, мне есть чему учиться, это все еще урок.

Дримс переходила от одной линии к другой, меняя состав магии, необходимой для каждой из них. Твайлайт запомнила каждое указание, сколько магии нужно использовать, каждое наблюдение и каждый совет. Единственным сюрпризом стало то, что ее лей-линии единорога были в основном чистыми, потому что этот аспект ее личности был сильнее остальных.

К тому времени, как все закончилось, Твайлайт была совершенно беспомощна и почти мурлыкала. Она не замечала окружающего мира. Когда чувства и разум Твайлайт восстановились, она обнаружила себя лежащей рядом с Дримс, которая наслаждалась чашкой чая.

"С возвращением", — сказала Дримс.

"Это было самое удивительное, что я когда-либо чувствовала", — сказала Твайлайт, ее глаза медленно сфокусировались на Дримс.

"Так ты помнишь урок?" — спросила Дримс, ложась и расправляя свои крылья.

Твайлайт позволила своим глазам блуждать, восхищаясь телом Дримс, она была совершенна. Каждая ее черта была продумана до мелочей. С тех пор как Нова прокомментировала это, ей стало трудно удержаться от желания просто протянуть копыто и прикоснуться к ней. Она перебралась на Дримс, чтобы получить доступ к крыльям более крупного аликорна.

Она прижала копыта к летным мышцам Дримс, позволяя смеси магии земнопони и пегаса проникнуть в лей-линии Дримс. Дримс зашипела и слегка вздрогнула. Чувство вины пронеслось в Твайлайт, и она быстро перестроила свое поле. Легкий стон Дримс дал ей понять, что она правильно подобрала и смесь, и силу.

Был ли Дримс Найтмер? Есть ли разница? Она позвала на помощь, и ей ответили. Твайлайт вспомнила, как сила протягивала к ней копыта, как предлагала помощь и как она ее приняла. Если бы существовал суд, который рассматривал дела о злых духах-одержимых, это было бы вполне очевидное дело. Ее нынешнее положение было бесконечно лучше, чем лежать на Алтаре, истекая кровью и медленно умирая.

"Дримс", — сказала Твайлайт.

"Хм", — ответ Дримс был затуманен удовольствием.

"Почему ты так добра ко мне?"

Оглянувшись через плечо, Дримс ответила: "Это делает меня счастливой, и мне нравится, какой милой ты бываешь", — в ее глазах на мгновение появилось странное выражение: "Особенно когда ты краснеешь".

Дримс напрягла свое тело во всех нужных местах, расправила крылья, демонстрируя свое великолепное оперение, наклонила рог так, чтобы поймать свет, и теперь смотрела прямо в глаза Твайлайт.

Твайлайт покраснела, тяжело дыша. Довольное мурлыканье Новы вибрировало в груди Твайлайт. Она сидела на спине самой красивой кобылы, которую когда-либо видела, и от одного этого взгляда она почувствовала себя желанной, она почувствовала желание.

Если Дримс была Найтмер, то Твайлайт не ожидала, что соблазнение тьмой будет таким буквальным. Она чувствовала себя персонажем одной из книг Рэрити.

"Моя драгоценная Стар, этого ли ты хочешь", — хриплый голос Дримс послал мурашки по позвоночнику Твайлайт, ее крылья внезапно расправилось. Она чувствовала, какую позу принимает ее тело — смесь ухаживаний единорога и пегаса. Рог поднят, крылья расправлены. Какая-то часть ее сознания подсказывала ей, как смешно она должна выглядеть.

"Да", — почти прохрипела она, — "Нет... может быть", — прохрипела Твайлайт.

Дримс закончила свое представление, потянулась вверх, медленно повернулась и перекатилась на спину, чтобы положить копыто на щеку Твайлайт. "Тогда мы подождем, моя Литтл Стар".

"А если я не захочу?" — мурлыкнула Твайлайт. Откуда это взялось? Она наклонилась, прижав к себе более крупного аликорна, и провела рогом по шее Дримс, пуская струйку силы.

Дримс закрыла глаза, принимая ее ухаживания, и издала негромкий стон удовольствия. "О, клянусь звездами!"

Что я делаю? Это на меня не похоже, подумала Твайлайт. Потом до нее дошло. Я только что открыла связь с частью себя? Бывшей собой? Матерью? Ахх, это так запутано. Эта часть известна своей страстью, и я определенно чувствую страсть прямо сейчас.

Она чувствовала, как в груди разгорается огонь, и впервые это было не от ярости. Если она не сможет контролировать себя, контролировать Нову, она точно знала, что будет делать в течение следующих нескольких часов. Она прочитала множество книг на эту тему, особенно книгу об аликорнах, которую Кейденс подарила ей после вознесения. У нее даже был подготовлен контрольный список на всякий случай, даже если он был занесен в раздел "никогда не понадобится".

Это то, что побуждает других пони к физическим отношениям? Это часть того, что я упустила? Твайлайт думала, поражаясь себе, что она все еще может мыслить так ясно.

С Новой, подталкивающей ее, тот факт, что у нее не было опыта, не был такой уж непосильной помехой, как она думала раньше. Она хотела этого, она нуждалась в этом, она получит это. Грива и хвост Твайлайт мерцали, то развеваясь, то превращаясь в теплое пламя.

Толчок аурой единорога здесь, удар копытом, пропитанным магией земнопони и пегаса, там. Дримс превращалась в податливый пластилин в ее копытах.

То, что она делала, приводило ее в восторг, а тот факт, что она ничего не контролировала, пугал ее как ничто другое. "Нова, прекрати", — приказала Твайлайт. Но ничего не произошло. По мере того, как ее способность мыслить начала угасать, ее уменьшающаяся часть запаниковала: "Пожалуйста..." — умоляла она, почти всхлипывая.

В один момент ее дыхание успокоилось, а сердце замедлилось. Желание, стремление, потребность все еще были там, но отдаленно, словно в ожидании. Огонь в ее груди утих, а грива пришла в норму. Сделав глубокий вдох, Твайлайт подняла голову и увидела обеспокоенную Дримс.

"Ты... ты в порядке, моя Литтл Стар?" — сказала Дримс, все еще тяжело дыша. В считанные мгновения исчезло поведение соблазнительной кобылы, и она снова превратилась в обеспокоенную мать. Даже если ей с трудом удавалось взять свои крылья под контроль.

Знакомый комфорт начал заменять большую часть горячих желаний, которыми одарила ее Нова.

"Конечно, я в порядке, я в полном порядке", — лепетала она. "Я просто хочу поговорить со своим другом и спросить, что мне делать с самой красивой кобылой, которую я когда-либо видела, и с тем, что она живет в моем сознании, не забывая о том, что я никогда раньше не интересовалась ничем подобным. Здесь нет ничего странного, совсем нет!" — Твайлайт нервно рассмеялась.

"Ты думаешь, я красивая?" — улыбнулась Дримс.

Твайлайт покраснела. "Очень".

"И единственная причина, по которой ты остановилась, это то, что Нова влияла на тебя?"

Твайлайт рассеянно кивнула, это было все, что она могла сделать, прижатая пристальным взглядом Дримс.

"Тогда нам лучше позаботиться о том, чтобы связаться с твоими друзьями, моя драгоценная Стар. Если существует хоть один шанс в Тартаре, что ты хочешь продолжить начатое. Тогда я помогу тебе переместить Солнце и Луну, чтобы это произошло".

Твайлайт посмотрела в глаза Дримс, они казались слегка прищуренными, в них пылали решимость и надежда.

Найтмер пыталась вызвать вечную ночь, потому что она была одинока, а ты только что предложила той пони, которая могла бы стать ею, шанс на отношения. Что я только что выпустила? — подумала про себя Твайлайт. Она не знала, испытывать ли ей ужас или восторг. Урчание Новы дало ей понять, что именно может сделать с ней высвобожденная Дримс. Она закрыла глаза, дрожа от предвкушения, она была определенно возбуждена.

Мощная сила окутывала ее. "Йип", — открыла глаза Твайлайт. Она была окутана серебряной аурой Дримс и двигалась, ее со скоростью тащило по воздуху.

Дримс вышла из воды, прилив силы и тепловой магии, и они оба были сухими, хотя и немного пушистыми на вид. Сделав это, Дримс поскакала галопом, Твайлайт следовала за ней, паря в магическом поле.

"Осторожно, стена!" — вскрикнула Твайлайт, закрывая лицо передними копытами.

* * *

Они вернулись в главную комнату библиотеки, и Твайлайт не ударилась ни об одну стену, хотя с поспешностью Дримс это было почти невозможно.

"Так, вот твои связи с друзьями", — сказала Дримс, указывая крылом на отмеченные двери. "Если нам повезет, это должно быть так же просто, как войти и переброситься парой слов с твоими друзьями".

Твайлайт нуждалась в романтическом совете, и, поскольку у нее не было возможности связаться с Кейденс, Рэрити была лучшей пони для этой цели. Поэтому она осторожно толкнула открытую дверь в крыло Рэрити и вошла.

Это была еще часть дерева, но все было украшено в безупречном стиле Рэрити. Огромное крыло простиралось насколько хватало глаз, разветвляясь на изысканные гостиные, рабочие кабинеты и Селестия знает, что еще. Куски ткани, платья и другие предметы одежды занимали место между книгами с драгоценностями и фотографиями всех пони, которых знала ее подруга.

Твайлайт позволила своим глазам задержаться на групповой фотографии, где были изображены она и все ее друзья. Она очень скучала по ним.

Внезапное движение привлекло ее внимание. Она повернулась и увидела, что на красивом, инкрустированном драгоценными камнями пюпитре лежит раскрытая книга, а перо пишет.

Твайлайт подошла к открытой книге, читая слова, пока лавандовое перо царапало по странице. Она заметила, что это было одно из ее перьев.

> Рэрити заговорила: "Ты уверена, что нам нужно так спешить, дорогая?" Вся эта спешка просто убивает мою гриву.

> "Речь идет о Твайлайт, она здесь, в Понивилле", — сказала Рейнбоу.

> Все заботы о моде покинули мысли Рэрити. "Твайлайт", — прошептала она, почти не смея поверить в то, что только что услышала.

Я дома? Или, по крайней мере, мое тело... Погоди-ка, эта книга записывает то, что происходит сейчас с точки зрения Рэрити, даже ее мысли. Твайлайт улыбнулась; она общалась со своими друзьями, но это было таким нарушением доверия. Будут ли они счастливее, зная или не зная, что вся их жизнь записывается здесь?

Твайлайт осмотрела книги, которые она могла видеть в этом крыле. Некоторые из них были учебными, по крайней мере две по заклинаниям, сотни по моде и огранке драгоценных камней. Все ее навыки записаны на века, — подумала она с благоговением.

Большинство книг были похожи на дневник, который она сейчас вела. Она быстро подсчитала скорость письма, количество страниц и число дневников. Это тянется, по крайней мере, с момента нашей победы над Найтмер Мун. Я понимаю, что имела в виду Дримс, говоря, что часть моих друзей всегда будет со мной.

Выдернув одно из своих перьев, она создала собственное перо. Зарядив его магией, она написала в текущем дневнике.

> Рэрити, слышишь ли ты меня, дошло ли до тебя это сообщение?

> "Это почти как будто она уже с нами, я просто не могу дождаться, когда все это закончится, и мы сможем расслабиться в спа вместе", — сказала Рэрити, и на ее лице появилась улыбка. Почему-то она знала, что с Твайлайт все в порядке.

> Рэрити галопом помчалась к замку, полная надежды больше, чем когда-либо. Если бы не тот факт, что это было бы неподобающе леди, она могла бы хихикать, глядя на ошеломленное выражение лица Рейнбоу, когда она резко сменила темп.

Так что некоторый эффект есть, но недостаточный для прямого общения. Твайлайт постучала копытом по подбородку. Итак, мои варианты — проверить крыло Луны на предмет хождения по снам или Найтмер на предмет "других" вариантов. Она оглянулась через открытую дверь туда, где Дримс все еще ждала в главной библиотеке. Царство снов — это владения Луны, и я пока не знаю, могу ли я рисковать, сообщая ей об этом. Так что остается только один выход. Она приняла решение.

"Моя Дрим". — Твайлайт улыбнулась. Она определенно могла бы привыкнуть к такому обращению к Дримс. "Спасибо, что ты здесь для меня", — сказала она, подходя к Дримс.

"Не за что, моя Стар". Дримс почтительно склонила голову.

Твайлайт придвинулась ближе, обхватив Дримс своими крыльями. Она осторожно приложила копыто к ее щеке. "Я собираюсь исследовать крыло Найтмер... Найду ли я там что-нибудь о тебе?"

Дримс замерла, даже дышать перестала. А вот и мой ответ, — подумала Твайлайт.

"Да", — голос Дримс был слабым и дрожал, когда она опустила голову.

"Пожалуйста, объясни", — сказала она, сохраняя мягкость голоса, когда обняла Дримс, ее копыто все еще покоилось на щеке Дримс, направляя ее взгляд к себе.

Дримс сделала долгий вдох. "Как ты знаешь, Элементы Гармонии не могут ничего разрушить. Они могут только заточить. Ты была ее тюремщиком, моя Звезда. Она была заперта и не могла ничего сделать, только наблюдать за твоими приключениями".

Твайлайт просто спокойно принимала все происходящее и наблюдала. Она чувствовала, как Нова вышагивает внизу, ожидая, не зная, будет ли это желание или месть.

Дримс продолжила: "Сначала она была озлоблена, сердита, она бушевала, ей даже удалось немного ослабить печати Селестии, но она ничего не смогла сделать с теми, что наложила сама Гармония". Дримс ласково улыбнулась. "Так что она наблюдала за тобой, узнавая о тебе все, что могла. В конце концов, она даже стала по-своему уважать тебя. Ты годами преподавала Найтмер уроки дружбы".

Минуточку, я преподаю Найтмер уроки дружбы? Мысли Твайлайт чуть не застопорились.

"Ты знаешь, что она сделала после того, как стала свободной?"

"Да, она защищала жеребенка. Она спасла тебя из плена, сражаясь с культистом, который тебя ранил. Она даже согласилась на твои условия, чтобы защитить твоих друзей".

"Свит Дримс, ты — Найтмер?".

"Это не имеет значения. Ты сделала меня частью себя. Привязала меня к своей библиотеке и дала мне новую цель. Спасибо тебе. Моя Литтл Стар".

Дримс наклонилась ближе, шепча на ухо Твайлайт. "Цель, которая мне очень, очень нравится, моя Литтл Стар. Позволь мне поблагодарить тебя".

Дримс надавила копытами на ее полетные мышцы, нагнетая в них магию земли. Наэлектризованное перо погладило кончики ее крыльев, и эти две энергии взорвались ощущениями там, где они встретились.

Вздох Твайлайт слился в протяжный стон. Ее глаза закрылись, а спина выгнулась дугой. Нет, я должна оставаться сосредоточенной. Это было трудно. "Пожалуйста... пожалуйста, остановись".

Дримс сделала паузу, все еще находясь на ней. "Как пожелаешь, моя звезда".

"Пожалуйста, ответь мне, ты — Найтмер".

"Уже нет, я так не думаю. Когда-то я была ее частью, как Нова и Грей были частью оригинальной Твайлайт Спаркл". Дримс напряглась: "Я — ее дар тебе", — Дримс заметно попыталась расслабиться, сделав успокаивающий вдох. "Это место и твои желания сформировали меня. Позволили мне так много чувствовать. Быть намного большим, чем раньше". Дримс наклонилась и прижалась к ней.

"Я была здесь с тобой, моя Стар, пока Найтмер была снаружи, перенося твою боль, сражаясь в твоих битвах, защищая твоих друзей".

"Почему?" — сумела спросить Твайлайт.

"Думаешь, ей нравилось быть монстром? Быть использованной только для того, чтобы придать силы кому-то из пони? Ты освободила ее и лишь попросила защищать твоих друзей в качестве платы".

Найтмер Мун использовали? Кто? Как? Почему? В голове Твайлайт роились вопросы.

Сейчас она лежит в постели, оправляясь от ужасных ран, и все еще пытается ухаживать за юной кобылкой.

Мысли Твайлайт перескочили к Спаркл-Два. "Моя копия, ожоги, поврежденный рог и мягкая игрушка".

"Да".

"Могу я ее увидеть?"

"Конечно", — улыбка Дримс была такой приятной. "Я знаю именно ту книгу, которая тебе нужна".

"Спасибо..." — Твайлайт замолчала, когда Дримс поцеловала ее. От поцелуя распространилось тепло, и она почувствовала, как в ее гриве заплясали языки пламени.

Пол задрожал от довольного урчания Новы. Она моргнула, оглядываясь по сторонам: Дримс уже ушла, направившись в крыло Найтмер.

Дримс поцеловала ее. Что она чувствовала при этом? Было приятно, очень приятно. Ее телу это явно нравилось.

Она повернулась, чтобы посмотреть, как Дримс непринужденно рысит прочь. У нее такие красивые бока, прекрасные теплые крылья и элегантный рог. Она вспомнила все эти объятия. Даже не задумываясь о том, что она могла бы сделать со своими "оздоровительными" процедурами.

Было ли все это обманом? Она уже безвозмездно отдала свое тело Найтмер после того, как ее чуть не замучили до смерти. Так имело ли это значение? Ее друзья будут защищены. Она чувствовала, как соглашение, словно активное заклинание, дает Найтмер власть над ней. Это было похоже на цепь на ее шее, почти нерушимую, пока Найтмер держала свое слово.

Ей нужен был совет, но она не могла поговорить со своими друзьями. Она обвела взглядом комнату: здесь были две пони, у которых она могла бы спросить. Ее братья и сестры, родители, доноры?

Твайлайт проверила, не находится ли Дримс все еще в крыле Найтмер. Убедившись, что все чисто, она заговорила. "Вы двое доверяете ей?" Твайлайт посмотрела на Грей, а затем вниз, на Нову.

Грей начала писать на свежем свитке, пока Нова отстукивала ее ответ. Свиток был передан через трубу, которую она создала сегодня утром.

Она посмотрела вниз, где чувствовала Нову. "Значит, она тебе нравится, и ты хочешь дать ей шанс". Затем Твайлайт использовала свою ауру, чтобы поднести к себе свиток и прочесть.

Плюсы,

#1 В данный момент наши цели совпадают.

#2 Чем дольше она будет отделена от Найтмер, тем большей частью этого царства она станет, а значит и твоей.

#3 Она полезный инструктор.

#4 Она нравится Нове.

Против,

#1 Она, скорее всего, была послана сюда, чтобы умиротворить тебя.

#2 Она тебя привлекает. Это отвлекающий фактор.

#3 Она нравится Нове.

То, что она нравится Нове, — это хорошо или плохо? Твайлайт задумалась. "Значит, больше плюсов, чем минусов, значит, мы хотя бы предварительно согласны ей доверять?"

Грей чопорно кивнула, а затем вернулась к своему бесконечному письму. Нова просто ответила "да".

"С тех пор, как я получила эти крылья, все становится только безумнее", — сетовала Твайлайт, рысью направляясь к уголку для чтения, который они использовали раньше.

Чайный сервиз все еще был там, и она, не задумываясь, поручила своей магии очистить его и начать готовить новый чайник и три чашки.

Лоскутная игрушка все еще была там, она подняла ее в своей ауре и встретилась с ней взглядом, размышляя обо всем, чему научилась за последние несколько дней.

* * *

Быстрый стук копыт по деревянному полу вернул ее к реальности. К ней скакала Дримс, в серебряной ауре за ней следовала книга, капающая тенью.

"Почему ты скрывала, кто ты, моя Дримс?" — спросила Твайлайт.

Дримс остановилась, приближаясь к ней: "Я думала, ты возненавидишь меня, если узнаешь".

"Вместо этого ты рисковала навсегда потерять мое доверие".

Дримс, казалось, сжалась под холодным взглядом Твайлайт. "Здесь, с тобой, у меня впервые появился друг".

"Мы обе были использованы Селестией, обе пострадали от тех, кому доверяли. Мы обе были созданы, чтобы быть инструментами". Дримс сделала паузу, борясь со своей нерешительностью. "Даже если ты ненавидишь меня сейчас, спасибо тебе за шанс стать чем-то большим, чем инструмент. Спасибо за мою свободу".

Книга опустилась на пол рядом с Твайлайт, а Дримс повернулась и пошла прочь. Твайлайт наклонила голову и посмотрела вслед Дримс. Она не хотела отказываться от единственного физического контакта с другим пони. Пока копыта Дримс стучали по полу, сигнализируя о ее удалении, Твайлайт думала о каждом разговоре с ней.

"Свит Дримс", — прозвучал командный голос Твайлайт.

Дримс замерла, оглядываясь через плечо. "Да, Твайлайт?"

"У меня было достаточно секретов на всю жизнь. Могу ли я верить, что между нами их больше не будет?"

Кивок был ответом, и в глазах Дримс зажегся огонек надежды.

Я не представляю, как Пинки сможет добиться этого, но… прежде чем заговорить, подумала Твайлайт. "Пинки клятва?"

"Через сердце на луну, кексик в глаз себе воткну!", — сказала Дримс, повторяя слова.

"НАВСЕГДА!" — эхом отозвалось крыло Пинки.

Обе кобылы на мгновение посмотрели на дверь. "Теперь, когда это позади". Твайлайт похлопала по подушке рядом с собой. "Чаю?" — спросила она.

"Было бы неплохо, спасибо". Дримс медленно подошла рысью, и уселась на свое место.

Аура Твайлайт поднесла третью чашку Грей, и поставила ее в туннель. "Ну что, моя Дримс, друзья?" — сказала она, протягивая копыто. Дискорд, Старлайт и теперь, по крайней мере, часть Найтмэр, кто следующий?

Дримс притянула Твайлайт в костедробительные объятия. "Да, моя Звезда, да".

Твайлайт использовала немного аликорновой магии, чтобы усилить свою земную прочность, и улыбнулась. Тело Дримс прижалось к ее телу, их шерстка сплелась. Она расслабилась, наслаждаясь ощущением тепла и обволакивающих крыльев Дримс.

Нова сделала предложение, и Твайлайт потребовалось лишь мгновение, чтобы принять решение. На этот раз поцелуй был другим. Он был более глубоким, более интенсивным. На этот раз Твайлайт начала, а Дримс ответила. Из гривы и хвоста Твайлайт распространилось безвредное пламя, охватив обеих кобыл.

Послышался неповторимый звук деревянного копыта, наносящего удар по морде.

* * *

## 13. Подозрения Луны

* * *

Луна прохаживалась по своим покоям. "Чем ты сейчас занимаешься, сестра?" — Что-то явно произошло, она не оставила бы иллюзию управлять двором, если бы это не было необходимо, несмотря на то, как бы ей этого ни хотелось.

Дворянам всегда удавалось провести что-то мимо Маски ее сестры, когда она была без присмотра. На то, чтобы исправить один день, уйдут годы, Тия, — мрачно подумала она.

Она зажгла свой рог, и потянулась к ней с помощью магии. Потребовалось лишь мгновение, чтобы заклинание исполнилось. Нет, ее сестры не было в городе.

Единственным преимуществом ее изгнания было то, что она чувствовала себя более свободной в применении магии. Без колоссального запаса магии, к которому она привыкла, она могла восстановить свою магию полностью за несколько дней, а не за годы, потратив лишь малую ее часть.

Сейчас ей требовался всего один час отдыха, чтобы восстановить магию, потраченную на то, чтобы не спать в течение недели. Несмотря на то, что она была слабее, чем до пребывания на луне, она чувствовала себя молодой, сильной и очень живой. Восстановление после заклинания обнаружения по всему городу заняло бы всего несколько минут.

Это "преимущество" позволило ей сделать гораздо больше, чтобы помочь своим пони, и у нее оставалось более чем достаточно сил для развлечений. В отличие от сестры, где каждая трата магии должна была соизмеряться с тем, сколько времени потребуется на восстановление и насколько это задержит увеличение общего запаса.

Каждый час действия иллюзии занимал у сестры не меньше недели. То, что сестра тратила свою магию так сравнительно свободно, беспокоило Луну.

Луна только сейчас почувствовала легкое присутствие в комнате рядом с ней. Трое, каждый из которых нес в себе частицу ее силы. Улыбка коснулась ее мордочки. Они становятся лучше, — с удовлетворением подумала Луна.

Она повернулась, чтобы посмотреть на них: каждый из них был совершенен в ее глазах, каждый был созданием ее ночи.

"Повелительница". — Три капитана ее Ночной гвардии отдали честь.

Луна обратилась сначала к своему Отмеченному ночью единорогу. "Докладывай", — приказала Луна.

"Да, моя государыня. На пути от комнаты отдыха Солнечной принцессы до балкона третьего этажа обнаружены следы магии невидимости уровня аликорна. Предполагается, что она улетела, используя силу своих крыльев. Она ограничила свою скорость, поэтому никаких магических следов до места назначения проследить не удалось".

Затем Луна повернулась, чтобы посмотреть на Отмеченного ночью Фестрала. "Докладывай".

"Да, моя государыня. Мы опросили всех пони, которые взаимодействовали с ней, пока не убедились, что была наложена иллюзия. Единственное, что стоит отметить, это то, что была специальная доставка от агентов Солар". Солнечная принцесса немедленно телепортировала отчет и объявила перерыв всего через две минуты. Поскольку нам не разрешено напрямую расспрашивать агентов Солар, мы изучили способ, которым доклад попал во дворец. Мы уверены, что отчет пришел из Понивилля".

Луна перевела взгляд на слишком большую тень в углу, где, как она чувствовала, прятался Отмеченный ночью земнопони. "У нас есть отряд на месте?" — спросила она с надеждой.

"Да, моя государыня, они на месте. Наблюдают с помощью зачарованных шпионских очков с дальнего расстояния, чтобы избежать обнаружения".

"Хорошо, держите меня в курсе", — сказала Луна, отстранив их всех взмахом копыта.

"Государыня", — произнесли они как один. Последовала вспышка телепорта, движение крыльев и смещение теней. Луна снова осталась одна.

"Я сделаю из вас больше, дети мои". Луна улыбнулась: ей очень нравилось, что она может тратить свою магию более свободно. Ей потребовалась лишь малая толика ее магии аликорна, чтобы она могла примешивать черты Фестрала к другим племенам. Обряд был тщательно разработан и навсегда привязывал благословленных пони к ней. Для своих Фестралов она добавляла еще немного магии аликорна, чтобы усилить то, что у них уже было.

Просто возможность чувствовать их на краю своего разума в какой-то степени компенсировала одиночество в ее ментальном бастионе. Единственная попытка обойти печать, наложенную на нее Селестией, привела к появлению Тантабуса. Это было скорее домашнее животное, чем вечный спутник, полезное, но не то, о чем она мечтала. По крайней мере, у меня еще есть сны, о которых нужно заботиться.

"Тия, что ты делаешь?" — Луна испытывала искушение отправиться в Понивилль. Если бы она это сделала, сестра обнаружила бы ее, и возникли бы вопросы. Лучше пусть мой Избранный ночью будет моими глазами.

Она была слишком обеспокоена, чтобы превращаться и отправляться на поиски соблазнительного жеребца или кобылы, чтобы скоротать время. Она издала разочарованный рык.

Шайнинг Армор и Кейденс здесь для их защиты... Хм, может, я смогу заняться чем-нибудь продуктивным и заодно спортом? — подумала она.

Потребовалось мгновение, чтобы заново наложить заклинание обнаружения на новые цели. Это было проще простого — использовать магию фестрала, войти в тень и стать с ней единым целым.

* * *

Выглянув из тени, Луна увидела, как Шайнинг Армор и Кейденс наслаждаются простым обедом. Не желая мешать чему-то слишком личному, Луна вышла из теней.

Тут же вокруг супружеской пары возник мощный куполообразный щит. Шайнинг успел выхватить меч, прежде чем Кейденс испуганно вскочила на копыта.

Свет, который он излучал, почти ослепил ее адаптированные к тени глаза, и она на миг закрыла их. Теперь она позволила своим глазам снова стать неприятными, адаптированными ко дню. Луна наклонила голову. "Мои комплименты твоим рефлексам, Принц Консорт".

Шайнинг склонил голову в ответ, возвращая клинок в ножны.

"Тетя, не пугай нас так. Вы заставили меня думать, что на нас напали".

"В этом и был смысл, дорогая племянница. Если бы это было нападение, если бы не твой консорт, ты была бы моей добычей", — сказала Луна, облизывая губы.

Кейденс отступила назад, ее крылья расправились, готовые взлететь. "Тетя Луна..."

Шайнинг вежливо кашлянул. "Принцесса Луна, есть новости о моей сестре?"

Луна посмотрела на Шайнинга. "Пока нет, есть зацепки, которые ищут мои ночные стражи... Селестия улетела звезды знают куда. Так что, я могу только предположить, что она занимается своим собственным расследованием", — сказала она. И опять ничего мне не говорит. Луна не стала добавлять это вслух.

"Если дело не в Твайлайт, то почему вы здесь, тетя?" — спросила Кейденс, ее самообладание теперь восстановилось.

"Пропал один аликорн, но все может стать еще хуже". Луна ожесточилась, глядя прямо на Кейденс. "И судя по тому, как ты отреагировала на мое появление, ты будешь легкой мишенью".

Единственной реакцией Шайнинга было то, что его глаза слегка сузились. Кейденс, с другой стороны, выглядела так, словно могла расплакаться.

Луна начала кружить вокруг Принцессы Любви. "Я намерена обучить тебя. Шайнинг Армор не всегда будет рядом с тобой, дорогая Кейденс".

"Я не покину ее, пока мы не убедимся, что все в безопасности", — заявил Шайнинг. Не понимая, что Луна имела в виду. Печаль в глазах Кейденс дала Луне понять, что она поняла, что он смертный.

"Я знаю, что моя сестра упустила некоторые важные вещи в обучении Твайлайт, и все же она отправила ее в бой. Насколько больше она упустила в подготовке дипломата?" — сказала Луна.

Луна направила свои мысли к разуму Кейденс. Ты хотя бы прошла через свое испытание?

"Итак, мы должны начать с базовой защиты и с того, какие у тебя есть возможности как у аликорна", — сказала Луна вслух.

Кейденс незаметно кивнула, чтобы Шайнинг не заметил. Она ответила мысленно. Испытание Пути, так потом объяснила тетя Селестия.

"Я уверена, что Шайнинг сможет меня обучить", — ответила Кейденс на вопрос Луны.

Луна подняла бровь. Мысленно она послала сообщение. В самом деле? Что ж, тебе должно быть повезло со звездами, мало кто выживает без подготовки. Вслух она сказала: "Он не аликорн, иначе он был бы принцем Тии", — поддразнила она.

Пока Шайнинг неловко двигался, мысленный разговор продолжался.

Думаю, она собиралась оставить это до тех пор, пока Шайнинг не уйдет... — с грустью в глазах ответила Кейденс.

А он знает? Луна перевела взгляд на Шайнинга.

Кейденс слегка покачала головой, но это было незаметно для любой пони без усиленных органов чувств. Это был один из убийц королевы Кризалис. Селестия все скрыла и велела мне никому не рассказывать, даже Шайнингу.

[Изображение: https://lh5.googleusercontent.com/sq0Jh5KKNkx4GremG7EMfSk462_oVyNPxJfn4XR53MIJFIJ_GvS-5JrdS7cTXtrVK1htcUeBXpBozH14SOdKQN4grD30_UTxTcSqRT7srKRbZS3ZM7rwscYzuAuRSspu2N_eCDoPksfKr2bEo--829uVmpq-05gdwOTANpOM2ngkx4S9u_cy00XdwTWEiuNhHFKrO0lPsA]

Ты знаешь, что Твайлайт тоже прошла через свое Испытание?

Нет, я не знала, она никогда мне не рассказывала.

У нее были ужасные кошмары по этому поводу, и какое-то время она боялась моей сестры.

Шайнинг прервал их. "Так если это случится, то как это будет сделано? Я не позволю вам избивать мою жену до крови, как вы делаете это со своими охранниками".

Он такой милый. Луна ответила, прервав мысленную связь. "Мое обучение работает, и те, кто его проходит, становятся намного сильнее".

"Я буду в порядке", — ответила Кейденс, прежде чем Шайнинг успел что-либо сказать.

Луна направила все свое внимание на Шайнинга, приложив немного силы аликорна. "Если ты хочешь быть полезным, попробуй узнать у Солнечной гвардии, где находится моя сестра и каковы ее цели".

"Если есть хоть какая-то зацепка насчет Твайли, можете не сомневаться, они мне расскажут", — сказал он, прежде чем выйти из комнаты.

"Тебе обязательно было так влиять на него, тетя?"

"Это было более эффективно. Так он будет чувствовать себя полезным, вместо того, чтобы плакать каждый раз, когда я заставляю тебя истекать кровью".

Кейденс сглотнула. "Неужели я никак не могу отговорить тебя от этого?"

"Да, не сможешь. Но я знаю, что ты на это не согласишься". Глаза Луны стали щелевидными и полными вожделения.

Оглушительный удар попал Луне между глаз. Она несколько раз моргнула, проясняя зрение.

"Нет, плохая тетя", — сказала Кейденс, держа в своей ауре свернутую газету.

Луна рассмеялась, на ее морде появилась широкая ухмылка. "Высший балл за скорость этого оглушающего заклинания, и только проходной балл за его силу", — выражение ее морды вернулось к нейтральному. "Тебе нужно лучшее оружие, чем газета. Я найду тебе его". Улыбка вернулась. "Ты, ведь, знаешь, что мы не родственники?" Она даже не моргнула, когда импровизированное газетное оружие врезалось в ее морду.

Да, это был правильный выбор, это будет так весело.

Тени в комнате прыгнули к двум кобылам, когда Луна телепортировала их на выбранное ею тренировочное поле.

* * *

Луна обошла Кейденс кругом, наблюдая, как затягиваются последние раны на ее боках. "Сделать что-то немедленно всегда лучше, чем сделать идеальную вещь с опозданием", — наставляла она.

Прошло несколько часов, прежде чем Кейденс стала уверенно замечать атаки с боков или сзади. Странно, но у нее не было проблем с обнаружением атак сверху или снизу. Она смотрела на кровь, заливающую каменный пол камеры без окон, и размышляла о способностях своей ученицы.

Кейденс была приемлемым бойцом, если бы не два непростительных недостатка. Первый — она не могла полностью посвятить себя атаке с намерением причинить вред, второй — она плохо справлялась с неожиданностями. Против обычной атаки, которую она могла предвидеть, она могла ударить оглушающим зарядом или поднять щит в мгновение ока. Она прекрасно справлялась с молниеносным наложением маломощных заклинаний.

"Твайлайт бы взорвала меня или телепортировалась. А ты перестала думать", — пожаловалась Луна.

"Ради звезд, ты же аликорн. Если что-то неожиданно выскочит на тебя, просто ударь. Или отпрыгни в сторону, если тебе хочется проверить, действительно ли это угроза, прежде чем атаковать".

"Готова ли ты попробовать напасть на меня, дорогая Кейденс?" — спросила Луна.

Кейденс кивнула, ее рог зажегся, а крылья расправились.

"Ты знаешь одно правило, да?"

"Не бить моим рогом".

"Хорошо, тогда, когда ты будешь готова".

Она прыгнула с такой силой, что камень захрустел под ее копытами. Взмахнув крыльями, Кейденс заняла свое законное место в воздухе. Ударная волна магии воздуха скрыла все в облаке каменной пыли.

Луна оставила свою копию стоять на месте, отступив в тень и наблюдая за происходящим.

Из рога Кейденс вылетел стремительный шквал оглушающих зарядов. Во время взмаха ее крыльев вверх перья покрылись кристаллическими дротиками, которые при мощном взмахе вниз полетели в копию Луны. Розовая принцесса перевернулась в воздухе, уклоняясь от ожидаемой контратаки. Она подняла вокруг себя пузырь щита, зависнув на месте, ожидая, пока осядет пыль.

Каменный пол был разбит и испепелен, десятки метровых хрустальных дротиков наполовину вонзились в землю. Копия Луны стояла там, не впечатленная.

Луна одобрительно топнула копытом. "Вот это уже больше похоже на правду", — с удовольствием сказала она.

Кейденс посмотрела на нее. "Селестия учила меня никогда не использовать подобные вещи, а ты говоришь об этом как о чем-то хорошем".

"Я могу понять, что она учила тебя сдержанности. Но оставлять тебя уязвимой, это почти как если бы она оставила тебя слабой только для того, чтобы она могла испытать Твайлайт". Луна посмотрела на разбитую землю, размышляя, может ли это быть правдой. "Неважно, ты должна быть способна на большее. Теперь продолжай".

Получив несколько болезненных порезов за нерешительность, Кейденс начала действовать немедленно. Ее рог вспыхнул второй короной, она вытянула копыта, прижимая их к щиту.

Интересно, — подумала Луна.

Щит Кейденс превратился в твердый кристалл и упал с воздуха. По его поверхности заплясали молнии энергии, которые потянулись за дротиками.

Что это? Луна пыталась понять, что происходит.

Каждый дротик взорвался, превратившись в мелкий порошок, и разлетелся по комнате. Затем произошла яркая вспышка.

* * *

Луна проснулась, что было странно, она не помнила, как заснула. Она потянулась к своей Луне. Четыре секунды, подумала она. В течение четырех секунд она не осознавала, что ее окружает.

Постепенно ее чувства начали обретать смысл. Она лежала на земле, как будто ее туда уронили. Из ушей текла кровь, тело восстанавливалось и от перегрева, и от сильного удара. Глаза еще не зажили, поэтому она не могла видеть. Тогда она потянулась к близлежащей тени, и всмотрелась в нее.

Что-то прижалось к ее шее, и, выглянув из тени, она увидела, что к ее шее прижалось лезвие кристалла в ауре Кейденс.

Она все еще не могла слышать, но могла говорить. "Молодец, Кейденс, молодец". Она улыбнулась, направляя больше своей магии аликорна, чтобы сначала вылечить слух.

"... все в порядке?" — Она уловила только конец того, что сказала Кейденс.

"Как ты произвела этот взрыв, используя так мало магии?" — с искренним интересом спросила Луна.

"Трюк, который я переняла, когда нянчилась с Твайлайт".

"Что за нянька сидит и занимается подобными вещами?" — недоверчиво спросила Луна.

Кейденс рассмеялась, убирая лезвие с шеи Луны, теперь тренировка казалась законченной. "Это было из ее книг и экспериментов. Очевидно, все, что превращается в мелкий порошок, может взорваться. Это обычный риск при хранении муки, и я могу использовать это в своих целях с помощью магически заряженных кристаллов".

Луна поджала копыта, и встала, моргая недавно исцеленными глазами. "Похоже, я тебя недооценила". Луна отвесила неглубокий поклон Кейденс. "Мои извинения".

Кейденс обняла Луну. "Я знаю, что ты сделала это, потому, что тебе не все равно, и это было полезно".

Луна обняла ее в ответ. "Тебе не помешало бы принять ванну".

"Нам обеим не помешало бы".

"Вы что-то предлагаете?"

"Нет".

"Пройдет несколько сотен лет..."

"В твоих мечтах".

"А вот это идея".

"Ты бы не стала".

"Нет, я серьезно отношусь к своему долгу. Я бы сделала это только с твоего согласия", — мрачно сказала Луна, но затем ее тон сменился на игривый. "Но мне весело дразнить тебя".

Луна телепортировала их обеих в Королевские бани.

* * *

Когда Шайнинг Армор догнал их, они обе отдыхали, счастливо болтая. Кейденс укладывала их гривы и хвосты.

"Вы что-нибудь узнали, Принц Консорт?"

"Только то, что Селестия отправила много сообщений своим агентам".

"Значит, ничего особенного, насколько я знаю, она ходит по Понивиллю и разговаривает с пони. Кроме одного случая, когда она скакала галопом, словно ее хвост был в огне, больше ничего не произошло".

"Как ты думаешь, она увидела курицу?" — спросила Кейденс, хихикая.

"Возможно, это объяснило бы ее реакцию", — сказала Луна.

"Значит, мы ничего не знаем, а вы двое весь день отдыхали?"

Взгляд Кейденс потемнел, но прежде чем она успела заговорить, Луна ответила вместо нее. "Да, нет ничего лучше спарринга с применением клинка и магии, за которым следует приятная расслабляющая ванна".

"Приятно видеть, что ты более мягко обращаешься с моей женой, чем с вашими гвардейцами".

Луна громко и сильно рассмеялась. "Именно твоя жена — самая жестокая".

Ничуть не впечатленное выражение лица Шайнинга говорило, что он не хотел ей верить. "Как скажешь, принцесса".

Луна посмотрела между ними. "Не хотите ли вы, движимые опасениями за друзей Твайлайт, нанести им визит, и посмотреть, что вы найдете в Понивилле?"

"Это звучит как план", — сказала Кейденс, улыбаясь.

"Если Твайлайт там, мы ее найдем", — пообещал Шайнинг.

"Устроим это, когда моей сестры нет дома, она не сможет вам отказать", — улыбнулась Луна.

"Мы отправимся в путь завтра до восхода солнца", — распорядилась Кейденс.

"Тогда мы должны собрать вещи и пораньше лечь спать", — сказал Шайнинг.

Они оба попрощались и ушли. Луна почти ничего не замечала, ей было о чем подумать. Поможет ли этот мой шаг Твайлайт?

"Тия, что это с тобой такое, что ты оставляешь наших младших родственников неподготовленными?" — проговорила она в тишине комнаты.

Дорогая сестра, почему ты не хотела, чтобы я учила их обеих? Мне понадобилось всего несколько часов, чтобы радикально улучшить навыки Кейденс. А что я могла бы сделать, потратив годы на совершенствование Твайлайт?

Она снова закрыла глаза, пытаясь найти Твайлайт в царстве грез. Где ты прячешься?

* * *

## 14. Трудные разговоры

* * *

Найтмер отдыхала, полусонная, рядом со своей Литтл Стар.

"Здравствуй, Найтмер." Сладкий голос ворвался в ее сознание.

"Где ты была?" — спросила Найтмер.

"Составляла компанию Твайлайт". Ее фрагмент радостно захихикал. В его исполнении это казалось неуместным. "Друзья Твайлайт собираются в комнате с картой".

"Как ты узнала об этом, мой Фрагмент?"

"Меня теперь зовут Свит Дримс, и я не твой, а Твайлайт".

"Интересно, я полагаю, это означает, что ты не вернешься ко мне?" — настороженно спросила Найтмер.

"Нет, теперь я сама себе кобыла", — заявила Дримс.

Найтмер позволила своему мысленному тону потемнеть. "Очень хорошо, ты знаешь, что случится, если ты перейдешь мне дорогу?"

"Ты собираешься причинить вред Твайлайт?" — огрызнулась в ответ Дримс.

"С чего бы это?" — с легким недоумением спросила Найтмер.

"Тогда все в порядке", —  произнесла Дримс, после чего раздался звук, похожий на мурлыканье. "Ммм, продолжай делать это..."

"Продолжать делать что?" — раздраженно спросила Найтмэр.

"Прости, Твайлайт опять меня отвлекает", — невозмутимо сказала Дримс.

"Что?"

Дримс снова хихикнул. "Ты не знаешь, что теряешь... У Твайлайт есть просьба. Она хотела бы увидеть своих друзей".

"Знает ли она, кто я?" —  Найтмер почувствовала, как в ее сознание проникает трепет.

"Она догадалась, трудно не догадаться, когда здесь есть целое крыло, посвященное тебе".

"Это неожиданно", — заявила Найтмер.

"Будь с ней поласковее, у нее есть доступ ко всем твоим заклинаниям, ко всем твоим знаниям".  В дразнящем ответе Дримс прозвучало предостережение.

Найтмер побледнела, это было не то, с чем она хотела бы иметь дело. "Итак, наконец-то я нашла минусы в добровольном носителе".

Капризно, мысленным голосом, приправленным соблазнительным шармом, Дримс прокомментировала: "О, я не знаю Найт, она очень благодарна тебе."

"Твоя работа?"

"О да, и всегда пожалуйста", — радостно ответила Дримс, прежде чем ее голос стал темным и угрожающим. "Только помни, Твайлайт — моя, сделай что-нибудь, чтобы причинить ей боль, и ты будешь жить и жалеть об этом".

"Не делай фрагментов в спешке, в беде или в пьяном виде", — пробормотала Найтмер про себя. Это был один из уроков Селестии, который она так и не смогла вдолбить в Луну достаточно сильно. Три простых правила, и она нарушила два из них, создавая Свит Дримс. Ей придется жить с последствиями.

Найтмер сделала спокойный вдох, и потянулась к Твайлайт. Все три кобылы стояли на обсидиановом полу под пасмурным небом. Дримс была выше двух других.

"Найтмер", — сказала Твайлайт с гораздо большей теплотой, чем она ожидала.

"Твайлайт", — вежливо ответила она. В конце концов, не было смысла раздражать хозяйку. "Даешь ли слово, что ты не попытаешься взять под контроль наше тело?"

Твайлайт потянулась к шее, и образ эбенового ошейника на мгновение замерцал. "Я Твайлайт Спаркл..." — поправила себя Твайлайт. "Я, считающая себя Твайлайт Спаркл, обязуюсь не пытаться вернуть контроль над этим телом сегодня до тех пор, пока Найтмер не причинит вреда ни одной пони, кроме как в целях самообороны".

Найтмер наклонила голову. "Странная формулировка... но я согласна. Я не лишу тебя возможности увидеться с друзьями", — она чувствовала, как усиливается ее контроль, и Твайлайт ни за что не смогла бы даже попытаться взять контроль сегодня.

К ошейнику, снова ставшему видимым, добавились кандалы, прикрепленные к ее ногам. Несмотря на это, Твайлайт улыбнулась. "Спасибо".

"Не за что, моя хозяйка", — вежливо ответила Найтмер.

"У меня есть имя, ты знаешь", — Твайлайт фыркнула.

"И мне придется привыкнуть к нему", — сказала Найтмер спокойным тоном.

Рядом с физическим телом Найтмер зевнула и перевернулась Литтл Стар, все еще крепко спавшая. Найтмер переключила часть своего внимания на внешний мир. Она тепло улыбнулась и накрыла ее крылом.

"Кто твой друг?" —  Твайлайт указала рогом на землю.

Найтмер переключила внимание на ментальный ландшафт. Проследив за взглядом Твайлайт, она увидела, что под полом находится реальный мир. "Она моя Литтл Стар", — с нежностью сказала Найтмер.

Твайлайт покраснела, а Дримс упала со смеху. Найтмер была рада, что они находятся в ее ментальном пространстве, и не могут разбудить ее Литтл Стар, как бы громко они ни кричали.

"Что-то, о чем я должна знать?" — спросила Найтмер, приподняв бровь.

"Так она меня называет", — сказала Твайлайт, глядя на Дримс.

"Вот умора, ты называешь свою дочь так, как я называю свою любимую", — сквозь смех сказала Дримс.

"Что! Дочь?" — одновременно сказали Твайлайт и Найтмер.

"Когда аликорн и Найтмер собираются вместе, происходит волшебство, и появляется новая пони... Как еще ее назвать?".

"Но..." — Твайлайт запнулась.

"Ты... не... Я не думаю, что возражаю против этого", — сказала Найтмер, ее физическое тело наклонилось, чтобы погладить Стар.

Твайлайт тепло улыбнулась, глядя на Найтмер. "Ты действительно заботишься о ней, не так ли?"

"Да... она присматривала за мной. Она хотела быть в моей компании. Я была ее принцессой, и она была счастлива просто быть со мной". Найтмер надеялась, что ее голос не звучал так неловко, как она чувствовала себя в этом случае.

"А то, что она просто очаровательна, не помешает, правда?" — добавила Дримс.

Найтмер кивнула. "И это тоже, она спасла нас, понимаешь?"

"Правда?" — сказала Дримс, обращая свое внимание на маленького единорога.

Найтмер с гордостью улыбнулась. "Да, когда я сражался с темными магами, у которых мы были в плену, случилось нечто, что сделало меня беспомощной. Моя храбрая Литтл Стар защитила нас и сумела телепортировать через пол-Эквестрии".

"Она определенно берет пример со своих матери и отца", — сказала Дримс.

"Кто есть кто?" — спросила Твайлайт.

"Ну, Найтмер вселилась в тебя, так что, думаю, это значит, что она — отец", — засмеялась Дримс.

"Может, согласимся, что мы оба — ее матери?" — спросила Найтмер.

Твайлайт кивнула. "Я не хочу добавлять гендерные проблемы ко всем другим проблемам личности, с которыми я сейчас имею дело, спасибо большое".

"Ты знаешь, что у нее есть крыло в Бастионе Твайлайт", — заявила Дримс.

"Я сначала подумала, что она просто часть твоего безумия, проявившаяся с помощью моих сил", — сказала Найтмер, кивнув Твайлайт.

"Возможно ли, что еще один из моей... семьи выжил?" — спросила Твайлайт, глядя на Дримс.

Дримс покачала головой: "Мне жаль, но нет, не в том смысле, на который ты надеешься". Дримс придвинулась к Твайлайт, и обняла ее: "Все будет хорошо, моя Стар".

Твайлайт прильнула к Дримс, и закрыла глаза. "Хотя я никогда не встречала ее, мне все равно больно от осознания того, чего стоила ей моя жизнь".

"Она продолжает жить в твоем добром сердце и чувстве прекрасного", — утешительно сказал Дримс.

Найтмер наблюдала за происходящим, не зная, что сказать по этому поводу. Насколько она знала, все члены семьи Твайлайт были в безопасности. Некоторые в Кантерлоте, остальные в Империи.

"Знаешь, Рэрити будет так зла на нас... ты даже не взяла меня на свидание, а у нас уже кобылка", — сказала Твайлайт, смеясь.

"Ты не можешь заполучить ее". Дримс притянула Твайлайт поближе, и высунула язык в сторону Найтмэр.

Глаза Твайлайт, казалось, мерцали пламенем. "Что, я не могу иметь свой собственный гарем сексуальных кобыл?"

Найтмер почувствовала, как ее щеки слегка потеплели. Она прочистила горло. "Может, нам уже пора навестить наших друзей?" Найтмер переключила большую часть своего внимания на реальный мир, и уложила Литтл Стар под одеяло. Она по-матерински поцеловала ее в рог, прежде чем отправиться к выходу.

* * *

Найтмер поставила копыто на стену, и мысленно попросила Кристальное Дерево перенести ее в комнату с картой. Это все еще казалось странным. Она могла сказать, что Древо помогает только потому, что Стар попросила его об этом. Казалось, Дерево гудело от смеси надежды и страха, причем оба были направлены на нее саму.

Ни вспышки, ни даже ощущения движения, они просто переместились в другое место менее чем за мгновение. "С каких это пор мой замок способен на такое?" — мысленно спросила Твайлайт.

"Откуда мне знать? С такими вещами, как эта, я полагаю, с тех пор, как он был создан", — ответила Найтмер.

Найтмер знала, что друзья Твайлайт находятся по ту сторону дверей, и, поскольку Селестия в городе, ей нужно было поговорить с ними как можно скорее. Ей нужно, чтобы они были на ее стороне, если у ее планов есть хоть какой-то шанс сработать.

Сделав глубокий вдох, она поставила копыта на двери, и толкнула их. Все Элементы были там, сидели за столом, каждый по-своему убивая время.

"Девочки", — сказала Найтмер, добавив в свой тон облегчение Твайлайт. Она чувствовала, как радость ее носителя излучается из ментальной области.

Пять пар глаз повернулись к ней. Их облегчение и счастье были настолько мощными, что это была почти физическая сила.

"Твайлайт!" — воскликнула Пинки за мгновение до того, как столкнуться с ней, как метеор.

Найтмер со стоном рухнула на землю. Как раз тогда, когда я думала, что смогу избавиться от боли. "Привет, Пинки... В следующий раз можешь не трогать мои ожоги, пожалуйста".

"Почему ты пряталась от нас Твай?" — потребовала Рейнбоу, зависая над ней.

"Пряталась? Если бы". Найтмер рассмеялась. "Это первый день, когда я смогла пройти достаточно, чтобы прийти и найти вас".

"О боже", — Флаттершай бросилась к ней, оттеснив двух других в сторону. Переходя от одной перевязанной раны к другой, она проверяла каждую по мере того, как росло ее беспокойство.

Найтмер медленно поднялась на копыта. Она указала на каждую рану по очереди. "Магический огонь, хирургические лезвия, рана проткнутая рогом единорога и, наконец, перегруженный мой собственный рог".

Рейнбоу выглядела впечатленной, как будто она пыталась представить, из какого эпического приключения они были. Рэрити выглядела потрясенной, скорее всего, от того, насколько неженственным был внешний вид Найтмер. Эпплджек просто наблюдала. Наверное, ищет любую ложь, которую я могу сказать, подумала Найтмер. Пинки была просто счастлива, а в плачущих глазах Флаттершай не было ничего, кроме нежной заботы.

Пока все хорошо. Найтмер задумалась, прежде чем заговорить: "Не волнуйтесь, девочки, со мной все будет хорошо, осталось всего несколько дней до полного выздоровления", — она улыбнулась — "Главное, что я вернулась".

"Знаешь, что это значит?" — сказала Пинки, радостно подпрыгивая.

"Веч..."

Вспышка золотого света прервала разговор. Внезапно Селестия предстала перед ними во всей своей красе, но без своих регалий. На ней были только седельные сумки и клинок в ножнах. Она оглядела комнату, и ее взгляд остановился на Найтмер.

"Твайлайт?" — Голос Селестии был полон надежды.

Это слишком рано. Найтмер забеспокоилась. Это была не та встреча, которой она хотела сейчас. Она была не в форме, и если Селестия хоть на миг поймет, что она не Твайлайт, то ей конец. "Прин... Селестия".

"Я так рада видеть тебя целой и невредимой", — сказала Селестия, и ее рог засветился, когда она достала свиток из седельной сумки.

Что-то привлекло ее внимание к рогу Селестии. В том, как он светился, была какая-то неправильность. Она была едва заметна, но она была. Твайлайт пронзила волна тревожного узнавания.

Нет, нет, только не снова. Мысль Твайлайт в панике утонула под нарастающим гневом. Возможные контрмеры затопили разум Найтмер. Твайлайт потянулась к их источнику, явно собираясь что-то бросить.

Найтмер мысленно потянулась к цепям, связывающим ее. Доверься ей, прошептала Дримс в ее сознании. Найтмер колебалась, и это было все время, которое требовалось Твайлайт.

Мерцающий пурпурный кристалл появился над телом Найтмер. Она чувствовала план Твайлайт: теперь ни одно заклинание не могло достичь ее, пока броня не будет разрушена.

Ярость Твайлайт пылала в ней. Она была в ярости, и если бы она контролировала тело, то, скорее всего, напала бы на Селестию. Возможно, собственными копытами, поскольку гнев, вызванный предательством, был безрассуден. Это бы ничем хорошим не закончилось, не в их нынешнем состоянии. Успокойся, Твайлайт, — подумала Найтмер.

Она почувствовала, как Дримс начала действовать, с любовью обнимая Твайлайт и шепча ласковые слова, пытаясь успокоить ее. Легкое чувство ревности пронеслось в голове Найтмер, но она успела прогнать его.

Она не знала, что именно собирается делать Селестия. Тот факт, что по крайней мере половина предложенных Твайлайт контрмер была направлена на то, чтобы остановить ментальное влияние и заклинания удаления памяти, дал ей довольно хорошую идею.

За то время, пока Найтмер размышляла, никто ничего не сделал. Селестия казалась неуверенной; она была на взводе. Если я дам ей шанс составить план, у нее будет преимущество. Найтмер решила быть смелой.

"Ты больше не применишь ко мне магию разума", — прокричала она Королевским Кантерлотским голосом, взмахнув крыльями и агрессивно выпятив грудь.

Сила удара отбросила всех пони, кроме Селестии, назад. Все пони были ошеломлены, никто, даже Селестия, не ожидал ее вспышки.

"Какого тартара ты говоришь, сахарок?" — Эпплджек нарушила молчание, глядя на Найтмэр.

Найтмер пыталась придумать, что сказать, к счастью, различные контрмеры Твайлайт предоставили ей всю необходимую информацию. Указывая на рог Селестии, она прорычала. "Итак, Селестия, почему по крайней мере половина форм заклинаний в твоем роге связана с контролем разума и изменением памяти?"

Глаза Рэрити расширились, очевидно, она была единственной, кто действительно понимал последствия этих скрытых заклинаний. Упоминания о контроле разума было более чем достаточно, чтобы спровоцировать остальных.

"Что за сено?" — воскликнула Рейнбоу. "Мы только что вернули Твайлайт, а ты уже собираешься ударить ее по мозгам?"

"Не глупи, это проделки Дизз, тебе нужны свои уловки принцесса", — небрежно добавила Пинки.

Мысленное присутствие Твайлайт исчезло, сменившись звуком множества перьев, бешено пишущих. Что она сейчас делает? — подумала Найтмер.

Думаю, она пытается послать сообщение своим друзьям. Делает все возможное, чтобы привлечь их на нашу сторону, — ответила Дримс.

Один за другим носители элементов заняли свои места рядом с Найтмэр, готовые защитить своего "друга" от Селестии.

На мгновение маска Селестии дрогнула, но затем вернулась к теплой, заботливой улыбке. "Одна из возможностей, о которой я беспокоилась, заключалась в том, что Твайлайт была поражена темной магией. Я была готова на случай, если кто-то из пони заставит ее напасть на нас, или еще хуже".

"Она не лжет, Твайлайт", — сказала Эпплджек.

"Прости, что я немного на взводе, после всего, что произошло; трудно даже быть уверенной, что все это реально". — Найтмер вернулась к нейтральной позиции.

"Э... Твайлайт, если ты не против, расскажи нам. Что ты имела в виду, говоря о магии разума?" — Голос Флаттершай был таким тихим, но привлек всеобщее внимание.

Найтмер нервно посмотрела на Селестию. "Я не уверена, что должна говорить вам, не думаю, что вы хотите знать", — сказала она друзьям Твайлайт. Найтмер судорожно пыталась придумать, что сказать. Твайлайт ничем не могла помочь, она все еще была в своем собственном мире, и писала своим друзьям.

"Честность — лучшая политика. Ты знаешь это, Твайлайт", — сказала Эпплджек, положив копыто на плечо Найтмер. Мягким шепотом она продолжила, обращаясь к Найтмер наедине. "Мы здесь ради тебя".

О, пожалуйста, позволь мне, — попросила Дримс, ее мысленный голос сочился ядом.

Не имея лучшего выбора, Найтмер мысленно сделал шаг назад, чтобы позволить Дримс на время взять контроль. Тебе лучше знать, что ты делаешь.

Дримс кивнула Эпплджек в знак благодарности: "Девочки, вы никогда не встречали настоящую Твайлайт, она умерла задолго до моего приезда в Понивилль".

Все взгляды были устремлены на Дримс. Селестия, казалось, застыла, даже ее грива не шевелилась.

Что? — подумала Найтмер.

Позже, — отозвалась Дримс.

Дримс указала копытом на Селестию. "Ты убила детей Твайлайт, и использовала останки для создания своей собственной лоскутной кобылки. Твой собственный идеальный инструмент, только чтобы спасти свою сестру".

Ужасающие взгляды теперь распространялись по лицам четырех носителей. Рейнбоу перешла к гневу, шестеренки медленно вращались за ее глазами, пока она пыталась решить, на кого направить его.

"Дети", — с губ Флаттершай сорвалось испуганное хныканье.

Услышав Флаттершай, Рейнбоу перевела взгляд на Селестию.

Найтмер почувствовала, как ее копыто врезалось в хрустальный пол, когда Дримс сделала один шаг к Селестии. "А что, по-твоему, случится, когда я найду свою Библиотеку? Что, по-твоему, произойдет, когда я увижу последствия твоей магии, того, что ты сделала с Твайлайт?"

Не давая Селестии вставить ни слова, она продолжила словесную атаку. "Эти цепи острые, они причиняют боль, но ты этого не знаешь, не так ли? Ты — единственный аликорн, который свободен от них, верно?" — Мотыльки пламени плясали по ее гриве, а глаза смотрели на Селестию, смея заставить ее отрицать это.

"Это был единственный способ спасти Твайлайт..."

"Спасти ее? Спасти ее! Ее уже не было! Все, что ты сделала, это убила ее детей, чтобы сделать копию", — закричала Дримс, дрожа от ярости, когда по ее перьям заплясали молнии.

Найтмер заметила, что остальные застыли на месте; очевидно, шок от того, что они только что узнали, и от магии аликорнов, наводнившей комнату, дошел до них.

"Они все умерли бы через несколько дней!" — крикнула в ответ Селестия. — "Это был единственный способ спасти хоть что-то, спасти хоть какого-то пони, спасти тебя от этой катастрофы". — Она закончила торжественным шепотом, в ее глазах блестели слезы.

"Как я могу верить, что ты говоришь правду?" — спросила Дримс. — "ТЫ, ЗАПУДРИЛА, МНЕ, МОЗГИ!" — С каждым словом она продвигалась на шаг вперед. Ее громовой стук копыт раскалывал пол.

Найтмер не знала, кто был больше ошеломлен: она сама, Селестия или друзья Твайлайт. Она видела боль в глазах Селестии, глубокую обиду, на исцеление которой уйдет много времени. Хорошо, — подумала она про себя.

Теперь два аликорна стояли неподвижно, глядя друг на друга.

"Так вот что ты чувствуешь, моя..." — начала Селестия.

"Не смей!" — огрызнулась Дримс.

"Твайлайт..." — умоляла Селестия.

Дримс прервала ее, еще раз топнув копытом: "Ты говоришь, что быть Принцессой — значит делать трудный выбор, и ты права. Но ты должна помнить, что каждый выбор имеет свои последствия. Мне еще предстоит решить, какими они должны быть для тебя".

В глазах Селестии промелькнуло шокированное выражение: "Что...".

"Не волнуйся, Принцесса". — Она произнесла титул так, словно это было проклятие. "Я все еще буду играть свою роль. Я буду защищать Эквестрию, моих пони и моих друзей". — Дримс повернулась спиной к Селестии, позволяя всем своим проявлениям силы угаснуть. Она пошла прочь, прихрамывая, напряжение в раненом теле Твайлайт набирало обороты.  — "Пожалуйста, уходите". — Дримс закончила слабым удрученным тоном.

У Селестии открылся рот, она была ошеломлена до бездействия. Мгновение спустя и во вспышке магии она исчезла.

Дримс упала на землю, и заплакала. Подруги Твайлайт очнулись от своего шока, и бросились к ней. Через несколько мгновений она была в центре кучи пони, наслаждаясь теплом групповых объятий.

Это было мастерски, хорошо сыграно, Свит Дримс, — подумала Найтмер.

Это было не просто представление. Это была правда, — с горечью ответила Дримс. — Пожалуйста, позволь Твайлайт почувствовать это.

Как пожелаешь. Найтмер потянул за цепь Твайлайт, отрывая ее от того, что она делала, и частично отдала контроль над телом ей. На время этого объятия я освобождаю тебя от сегодняшнего соглашения.

Спасибо, спасибо, спасибо, — подумала Твайлайт, глядя на Найтмер.

"Я люблю вас всех", — впервые за несколько дней произнесла Твайлайт, ответив на объятия.

В ментальном пространстве Найтмер Дримс накрыла ее крылом. Спасибо.

* * *

## 15. Воссоединение семьи

* * *

Кейденс гордо стояла на вершине своего облачного форта. Рядом с ней стоял Шайнинг Армор, её красавец-муж аликорн. В её ауре плавали несколько свернутых газет, а на перьях красовались хрустальные лезвия.

Оглядывая небо, она сузила глаза, чтобы найти цель. Дейбрейкер и Найтмэр Мун пикировали на высокой скорости, не сводя глаз с её Шайни.

Дэйбрейкер держала в копытах любимую закуску своего мужа, Найтмер – библию Огры и Темницы, выпущенную ограниченным тиражом. Обе были одеты в чулки и сексуальное нижнее белье.

Кейденс закричала в бессловесном порыве протеста. Она запустила в них волну за волной своих бумажных ракет, каждая из которых разлетелась на разбитые розовые сердечки.

"Пробудись сейчас", – внушительный голос Луны потряс небо, унося всех пони, кроме неё.

* * *

Кейденс открыла глаза, и её встретил залитый лунным светом потолок комнаты во дворце Кантерлота. Звук дыхания Шайнинга успокаивал её, когда она прижималась к нему. После своего сна она чувствовала себя очень заботливой по отношению к нему.

"С крыльями ты бы выглядел так эффектно", – прошептала она ночному воздуху. Она боролась с мыслями о том, как он умирает, хрупкий и старый, удерживаемый её вечно молодыми копытами.

Одна слезинка упала и брызнула ему на ухо. Оно дернулось. Она медленно закрыла глаза, вдыхая его запах. Я всегда буду помнить тебя, мой Шайни, – безмолвно пообещала она.

Она вспомнила сон и слова Луны, которыми он закончился. Было ли это на самом деле или просто мое усталое воображение? Наконец она вспомнила, что нужно включить свои магические чувства. Холодные следы магии Луны прилипли к ней, она явно использовала свой домен, чтобы заставить её проснуться в полной боевой готовности. Что бы ни происходило, это было важно.

Мощное копыто постучало в дверь, прежде чем её толкнули. Пара ночных гвардейцев Луны стояла наготове, отдавая честь. Они даже не стали ждать, это плохо. Кейденс забеспокоилась.

"Государыня выражает вам свое почтение, колесница готова к вашему немедленному отправлению в Понивилль", – сказал единорог, протягивая свиток.

"Дорогая", – устало, но явно настороженно спросил Шайнинг.

Кейденс взяла свиток в свою ауру, раскрыла его и начала читать.

> Объект Твайлайт Спаркл,

> Подтвержденное местоположение Замок Дружбы.

> Обнаружен высокий уровень активной магии аликорна...

Она остановила чтение и оглянулась, чтобы увидеть, что рог Шайнинга зажжен, вероятно, он был готов в любой момент применить заклинание щита. Мой верный защитник, – с нежностью подумала она.

"Мы отправляемся в Понивилль, сейчас же", – властно сказала она.

Шайнинг отреагировал с давно отточенной выучкой, собрав в своей ауре всё, что ему могло понадобиться, и направился к двери. Сумки, доспехи и оружие нашли свое место на нем, а расческа укротила его гриву.

Кейденс рысью последовала за ним, вспышка ее рога позаботилась о ее внешнем виде, и по пути подхватила крылом свою сумку для ночлега.

"Ведите", – приказала она двум ночным стражам.

Группа двинулась в путь приличным галопом. Ночная стража делала что-то такое, что заглушало звук их многочисленных копыт. Если взглянуть на их копыта, то казалось, что на них надеты башмаки из теней. Тетя, ты выкладываешься по полной, что случилось? – подумала она.

Повернув в проход, ночной страж впереди махнул им копытом, указывая на другой путь.

"Кэди, мне это не нравится...", – тихо сказал Шайнинг.

"Ты ведь доверяешь тетушке Луне, верно?"

"Да... но все же, что-то здесь не так".

Мощный импульс магии Селестии пронесся по зданию. Кейденс едва успела зажмурить глаза от боли, как вокруг маленькой группы образовался щит Шайнинга, давший мгновенное облегчение от властной магии Солнечного Аликорна.

"Селестия", – сказала Кейденс.

"Государыня позаботится о Солнечной принцессе", – сказал один из ночных стражей, указывая копытом на проход для слуг. "Идите".

Твайлайт или Селестия – выбор стоял перед ней. К кому ей идти? Она чувствовала боль, исходящую от Селестии. Взгляд Кейденс метнулся в другую сторону. Магия Шайнинга подняла её, и он понесся галопом, используя все преимущества заглушающего заклинания на своих копытах.

Тетя, пожалуйста, будь в порядке, подумала она, когда выбор был сделан за её копыта.

* * *

Полет был поспешным, и неизвестно, смогли бы Вондерболты доставить их сюда быстрее. Прочитать остаток свитка не было никакой возможности, он бы просто разлетелся, если бы она даже попыталась это сделать.

Кейденс зажгла рог, поправила свои и Шайнинга развевающиеся на ветру гривы и пустилась в галоп, с надеждой устремляясь к Твайлайт. Своим уникальным чутьем она нашла линию, соединявшую её с Твайлайт, и последовала за ней, взмахнув крыльями, чтобы двигаться быстрее. Не только Селестия была в беде этой ночью.

Она слышала, как копыта Шайнинга ударяли в землю, когда он пустился за ней в галоп.

Кейденс приземлилась прямо перед входом. Её рог засветился, магия потянулась к двери. Магия отразилась, словно дверь была зеркалом. Её рог покалывало, и она чихнула. Она в замешательстве посмотрела на дверь, когда Шайнинг подошёл к ней. "Что за заклинание заставляет пони чихать?" – спросила она.

"То, которое используют в качестве основы заклинания розыгрыша. Это безвредный способ не пускать пони и дать им понять, что ты хочешь, чтобы они держались подальше".

Рог Кейденс снова засветился. Раздался хлопок вытесняемого воздуха и пульсация магии. "Подожди", – мгновенно знакомый голос Твайлайт раздался с другой стороны двери.

Сердце Кейденс забилось, Твайлайт была жива, она была здесь. Шайнинг наклонился ближе. "Вероятно, она настроила его так, что если ты попытаешься повторить попытку, то получишь более жестокий розыгрыш".

Над дверью вспыхнул сложный массив заклинаний. Затем он закрутился и исчез. Очень знакомая пурпурная аура окутала двери, когда они распахнулись.

Перед ними предстала Твайлайт, её рог был ослепительно ярким. Ее тело сверкало, поскольку от рога до копыт было покрыто пурпурными кристаллами. Из глаз Твайлайт потекли слезы, они сверкали на свету, стекая по её покрытому кристаллами лицу.

Рог Твайлайт потускнел до комфортного уровня освещения, и Кейденс впервые хорошо рассмотрела Твайлайт. Она выше?

Под своей кристаллической броней Твайлайт была в полном беспорядке как физически, так и эмоционально. Раны на ее плоти казались ничтожными по сравнению с ранами на сердце. Видеть бинты под пурпурным кристаллом было немного сюрреалистично.

"Шайни, Кейденс... Я... я..." – Твайлайт опустила глаза, не в силах продолжать.

"Твайли", – сказал Шайнинг, счастье при виде своей сестры боролось с его шоком при виде ее состояния.

"Она... она прислала тебя?" – Твайлайт спросила, выражение её лица мгновенно ожесточилось.

"Нет, мы здесь, потому что я твой МСЛДН[1]", – сказал Шайнинг, улыбаясь.

Твайлайт заметно расслабилась, она сделала несколько шагов назад, каждый из которых сопровождался стуком хрустальных копыт по хрустальному полу. Взмахом крыла она пригласила их войти. Она замерла, на ее лице появилось выражение ошеломленного осознания, а уши зашевелились.

Твайлайт перевела улыбающийся взгляд на свою бывшую няньку, а затем начала их традиционное приветствие. "Солнце светит, веселье потом. Постучи копытом, покрути хвостом". Кейденс колебалась лишь мгновение, прежде чем присоединиться к ней.

Твайлайт покачивалась на копытах, хихикая. Кейденс тепло улыбнулась и обняла ее. Твайлайт крепко обняла ее, закрыв глаза.

Она чувствовала, что с ее невесткой что-то не так, даже не используя сознательно свои силы. Сердце Твайлайт было слишком переполнено и смятено. Оно было переполнено сильными эмоциями. Они охватывали весь диапазон, от сильной любви до мстительной ненависти. Эти две крайности удерживали тонкий слой счастья над ямой отчаяния. Твайлайт, что с тобой случилось? – подумала она.

Кейденс позволила своему зрению сместиться, чтобы увидеть связи между пони, ей нужно было больше информации. Она должна была сделать все возможное, чтобы залечить душевные раны Твайлайт.

Линии, тянущиеся к ее близким друзьям, были здоровыми. Она видела, как Твайлайт вцепилась в них, держась за них изо всех сил, словно боялась их потерять. От неё к друзьям шла какая-то энергия. Она лишь заставляла связи расти и сиять ярче, так что, что бы это ни было, оно не было вредным. Может быть, что-то связанное с Элементами? – предположила Кейденс.

Четыре новые связи привлекли ее внимание, они, казалось, разворачивались и возвращались к самой Твайлайт. В этом не было никакого смысла. Одна расцвела юной романтической любовью, две – чем-то похожим на семейную любовь, а последняя, возможно, со временем станет дружбой.

Она пошла дальше, связи почти со всеми другими пони были нормальными, было несколько новых, но ничего неожиданного. Была одна связь с семейной любовью, которую она не распознала.

Луны и ее собственная были немного потускневшими, с легкой трещиной со стороны Твайлайт, что означало отсутствие доверия. Это задевало Кейденс, но было достаточно незначительным, чтобы это можно было легко исправить несколькими беседами.

Последние две линии были темными, она почти боялась смотреть на них. Первую она не знала, с кем она связана. Со стороны Твайлайт это был неровный беспорядок ужаса, ненависти и убийственного намерения. Кого бы Твайлайт хотела убить? Единственное, что исходило с другого конца, это легкий интерес и чувство уважения.

Со страхом она посмотрела на последнюю. От линии исходили ужасные пурпурные и ядовитые зеленые цвета. Секреты и предательство, – подумала она со страхом. Она перешла от яркой любви с грустью на дальнем конце к почти черному цвету, искаженному ненавистью. По нему заплясали дуги молний, указывая на мощную ярость Твайлайт. Кейденс могла бы поклясться, что видит книжный форт, защищающий ее, с маленькими бумажными пони, строящими осадные орудия.

Она опустила взгляд, не в силах больше смотреть на это. Ее скрутило от тошноты. Эта линия соединяла ее с тетушкой Селестией. Ей потребовались все уроки дипломатии и многолетний опыт, чтобы не испустить шокированный вздох. О, Твайлайт, что она с тобой сделала? То, почему Луна торопила их сюда, начинало приобретать пугающий смысл.

"СБЛДН[2] как много ты знаешь о том, что Се... Принцесса Селестия сделала со мной, когда я жила во Дворце?" – Твайлайт спросила дрогнувшим голосом, ее тело напряглось, как будто она ожидала нападения.

"Что ты имеешь в виду?" – сказал Шайнинг.

Уши Кейденс метнулись в его сторону. Это был намек на чувство вины? Она перевела взгляд на него. "Шайнинг... что ты знаешь?"

"Твайлайт!" – Голос Рейнбоу ворвался в комнату всего за несколько мгновений до того, как это сделала сама кобыла. За ней последовала мощная волна ветра. "Твай, не исчезай так вот. Мы только что вернули тебя".

Твайлайт потерла затылок. "Я должна была отключить защиту, пока никто из пони не пострадал..."

"Твайли", – сказал Шайнинг легким укоризненным тоном.

"Я волновалась, Сел... Принцесса может вернуться..."

"Твай ввязалась в перепалку с Селестией. О, привет, вы двое", – вмешалась Рейнбоу.

Глаза Твайлайт на мгновение мрачно сузились. "Рейнбоу, возвращайся к девочкам и сообщи им, что всё в порядке, пожалуйста". Она ласково улыбнулась. "У меня есть несколько слов для моего СБЛДН и бывшей няньки. Я скоро вернусь с закусками".

В тот момент, когда Твайлайт заговорила, Кейденс почувствовала слабый прилив магии аликорна. Она использует это? – подумала Кейденс.

Рейнбоу игриво отсалютовала и унеслась прочь со свойственным ей пренебрежением к силе крыльев. Кейденс вздохнула. Теперь у нас три пони продуваемых всеми ветрами, которых мне нужно помирить.

Твайлайт с сожалением высвободилась из объятий и направилась в сторону кухни. Она взмахнула крылом, жестом приглашая их следовать за собой. "Итак, Шайни, Кейденс, хотите ответить?"

Они оба двинулись за ней: "Когда ты была моложе", – сказал Шайнинг, но заколебался.

Кейденс прикоснулась к нему крылом, её перья разошлись по его шерсти. "Продолжай", – сказала она.

"Ты научилась очень опасной темной магии... Селестии пришлось запечатать ее ради твоей безопасности".

"Это то, что она тебе сказала?" – Голос Твайлайт звучал мертво.

Кейденс почувствовала, как связь с ней и Шайнингом усиливается, а связь с Селестией темнеет еще больше. Она использовала старый трюк, переставляя крылья, скрывая дрожь, которая прошла по ним.

Сердце Кейденс екнуло: ни в словах, ни в выражении лица Твайлайт не было сомнений. Случилось что-то ужасное.

Шайнинг кивнул в ответ. "Твайли? Что-то еще случилось?"

Твайлайт просто кивнула. "Я расскажу вам через некоторое время. Мне не хочется говорить об этом больше, чем нужно, и мои друзья тоже заслуживают знать".

В поле зрения появилась дверь на кухню. Рог Твайлайт зажегся, и внутри послышался звук передвигаемых предметов.

Твайлайт открыла дверь и провела их внутрь. Она даже не обратила внимания на удивительное проявление магии, которое она демонстрировала. Она просто направилась к столу, на котором ее аура расставляла бутерброды, горячий шоколад, чай и печенье.

Кейденс замерла в изумлении. Несмотря на свое нынешнее состояние, Твайлайт управляла своей магией в совершенном танце координации. Она делала это без видимых усилий и не обращала на это никакого внимания. Тетя Луна была права, я так далеко от нее отстала... – подумала Кейденс.

Твайлайт посмотрела на Кейденс. "Пойдем, нам нужно о многом поговорить, а мне нужно проверить, как там моя дочь". Твайлайт направилась дальше в свой дом, оставив Кейденс и Шайнинга ошеломленными. "Вы идете?" – спросила она.

"У тебя есть жеребенок?" – спросила Кейденс.

"Да, это она, моя Литтл Стар", – ласково улыбнулась Твайлайт. Кейденс не нужны были её способности, чтобы понять, что там была настоящая любовь.

Рог Твайлайт вспыхнул, и Кейденс почувствовала неприятные спазмы внутри и содрогание в роге, возникающие всякий раз, когда кто-нибудь из пони применял рядом с ней заклинания высших измерений. Она оглянулась на стол и обнаружила, что он пуст. Должно быть, она припасла всю еду, и сделала это одним заклинанием. Кейденс начинала чувствовать себя более чем немощной по сравнению со своей невесткой.

"Сколько ей лет?" – спросила Кейденс.

"Несколько дней или лет, трудно сказать", – ответила Твайлайт.

"Что?" – вклинился Шайнинг.

"Магия", – ответила Твайлайт.

"Это не тот ответ, который тебя обычно устраивает", – заметил он.

Она подергала крыльями, пожав плечами. "Это как-то связано с Элементами Гармонии".

"Элементы могут дать тебе жеребят", – в замешательстве сказал Шайнинг.

"Да, если ты хорошо попросишь, и это способствует Гармонии". Твайлайт хихикнула. "Подожди здесь, я скоро вернусь с ней". Твайлайт рысью скрылась за углом.

Кейденс понизила голос. "Что ты думаешь?"

Шайнинг задумался на мгновение. "Я не думаю, что Твайли нам лжет... Если бы её грива сходила с ума, я бы беспокоился об очередном инциденте с нулевым уроком".

"... Ты знаешь какого-нибудь пони, которого ненавидит твоя сестра?" – нерешительно спросила Кейденс.

"Тирека, пони, которые возвращают книги с опозданием, и тех, кто споилит концовку книг. А что?" – сказал он, пытаясь разрядить обстановку.

Кейденс сделала успокаивающий вдох, прежде чем заявить. "Там есть кто-то, кого она ненавидит настолько, что готова убить".

"... это Селестия?" – с нарастающим ужасом произнес Шайнинг.

"Нет, слава всем звездам", – выдохнула Кейденс. "Есть много темных чувств, но все не так плохо".

Голос молодой кобылки прервал их: "Да, да, да, да".

Твайлайт засмеялась из-за угла. "Теперь есть два пони, с которыми я хочу тебя познакомить". Странный стук ее покрытых кристаллами копыт приближался.

"Они хорошие пони?" – спросила кобылка.

"Да, они два самых милых пони", – ответила Твайлайт. Кейденс услышала теплую улыбку в голосе Твайлайт.

"Ты знаешь, я бы никогда не хотела, чтобы ты встретила больше плохих пони", – продолжила Твайлайт, прежде чем выйти из-за угла с маленькой лавандовой кобылкой, стоящей у неё на спине. Кобылка выглядела точно так же, как и Твайлайт, когда Кейденс начала ее нянчить. На ней был поврежденный огнем шлем Дэринг-Ду с рунами заклинаний по ободу.

"Привет, меня зовут Литтл Стар!" – воскликнула кобылка, помахивая копытцем.

Кейденс улыбнулась, она не могла скрыть радости, которую приносили ей жеребята, просто находясь рядом. "Приятно познакомиться, Стар, я твоя тетя Кейденс". Она указала крылом на Шайнинга. "А это твой дядя Шайнинг".

"Где твои крылья?" – спросила Стар, глядя на Шайнинга глазами, полными невинного любопытства.

Глядя в одну сторону, Кейденс пыталась скрыть печаль в своих глазах. Судя по тому, что уши Твайлайт следили за ней, ей это не удалось.

"Прости, я всего лишь единорог", – сказал Шайнинг, потирая шею.

"Ничего страшного, я уверена, что мама сможет это исправить".

Шайнинг засмеялся и потянулся, ласково погладив Стар по голове.

Кейденс встретила взгляд Твайлайт. "Сможешь?" – тихо произнесла она.

Твайлайт наклонила голову и задумчиво посмотрела на брата. Затем придвинулась ближе, направляя их группу к следующему пункту назначения. "Возможно", – прошептала она на ухо Кейденс.

Рог Кейденс задрожал, и во вспышке света Стар оказалась стоящей на ее спине. "О чем вы говорите?" Стар подняла на них обоих глаза, полные удивления.

"Крылья", – сказала Твайлайт.

"О, хорошо", – сказала Стар.

"Твайлайт, могу я спросить, почему ты покрыта этим кристаллом?" – спросил Шайнинг.

Твайлайт на мгновение застыла. "Он нужен мне для защиты... и единственный известный мне способ избавиться от него – это разбить его".

Кейденс моргнула. "О."

"Это была очень долгая неделя, и чтобы разбить его, нужно приложить много усилий. Я сделаю что-нибудь с этим позже".

"Выглядит красиво", – сказала Стар. Появился свиток и перо, и она начала рисовать свою мать.

Остаток прогулки Стар рисовала всех подряд, телепортируясь от пони к пони.

* * *

"Девочки, я хочу вас кое с кем познакомить", – воскликнула Твайлайт, когда группа вошла в комнату с картой.

"Не глупите, мы уже знаем твоего брата и принцессу Кейденс, мы были на свадьбе... Если только это не очередная фальшивая Кейденс, или фальшивый Шайнинг сейчас, или фальшивая Твайлайт? Разве Твайлайт – подделка?" Бессвязная речь Пинки прервалась, когда со вспышкой пурпурного света у неё во рту материализовался сэндвич.

Мгновение спустя появились остальные закуски, поровну разделенные между всеми пони в комнате.

"Привет, Пинки, спасибо за кекс", – сказала Стар, улыбаясь и привлекая внимание Носительницы к себе.

"Твайлайт, с каких пор есть мини-ты?" – спросила Рейнбоу.

"Позволь представить тебе мою дочь, Литтл Стар", – аура Твайлайт окутала Стар, притянув её к себе и прижавшись к ней. Она повернула Стар лицом к комнате.

Стар радостно помахала копытом: "Они все хорошие пони, да?" – спросила она сценическим шепотом.

"Да, может быть, они немного странные, но всё равно они мне нравятся". Твайлайт усмехнулась.

"Это шлем Дэринг Ду?" – спросила Рейнбоу, подлетая ближе, чтобы посмотреть.

"Да, он был у меня, когда я отправилась в свое первое приключение с мамой. Мы должны были убраться и сбежать из Храма Скрытого Пути".

"Ты взяла своего жеребенка в приключение?" — в голосе Эпплджек звучала злость.

"Скорее “Приключение” нашло нас, ЭйДжей".

"Почему он обгорел, что это за странные знаки?" – сказала Рейнбоу, указывая на руны.

"О, он обгорел, когда я спасла маму от плохих пони. Поэтому, как только я смогла, я добавила к нему несколько защит. Я должна быть готова на случай, если плохие пони снова попытаются навредить маме". Стар счастливо улыбалась.

ЭйДжей смотрела на Твайлайт очень строго. Кейденс видела, что слова будут сказаны, и, наверное, лучше, если маленькие уши не будут их слышать. "Рейнбоу, ты можешь показать Стар коллекцию книг Дэринг Ду Твайлайт?".

Это привлекло внимание обеих. "Наперегонки, на счет…". Рейнбоу произнесла: "Три, два, один, вперед". Она помчалась прочь с небывалой для нее скоростью.

"Пока, все пони". Стар помахала копытом, прежде чем просто исчезнуть.

Кейденс заметила, что единственной, кто не выглядел обеспокоенным, была сама Твайлайт.

Твайлайт на мгновение закрыла глаза, а затем кивнула. "Она только что ушла в библиотеку". Затем Твайлайт рысью подошла к своему трону и немного скованно села.

"Тебе нужно кое-что объяснить", – сказала Эпплджек.

"Для этого мы все здесь и собрались", – ответила Твайлайт.

"Во-первых, почему эта малышка была в опасности?" – воскликнула Эпплджек.

"Потому что именно там она появилась..." Шум голосов прервал Твайлайт.

"Хватит!" Рог Твайлайт засверкал, и внезапно зазвучал только голос Твайлайт. "Сейчас я буду говорить, а вы все будете слушать... Я не хотела вам ничего этого рассказывать, но вы имеете право знать".

Твайлайт глубоко вздохнула. "А теперь, пожалуйста, дайте мне говорить, в конце будет время для вопросов". Твайлайт сняла заклинание.

По комнате раздались кивки и ропот согласия.

"Мне нелегко сказать это..." – Твайлайт смотрела на Шайнинга со слезами на глазах. – "Твайлайт, которую отправили в Понивилль, была не той Твайлайт, которая училась в школе Селестии".

Судя по мягкой реакции друзей Твайлайт, они явно уже знали об этом. Рэрити выглядела несчастной, Флаттершай пряталась за своей гривой, а Пинки оставалась неподвижной, слишком неподвижной для нее. С другой стороны, Эпплджек наблюдала за Твайлайт, изучая каждое ее слово.

"Твайли?" – Голос Шайнинга был слабым.

"Твайлайт, которая вернулась к тебе после того, как магия была запечатана, не была оригиналом. Принцесса... она создала инструмент, свой идеальный инструмент, чтобы спасти свою сестру". Твайлайт опустила глаза, не в силах встретить его взгляд.

Шайнинг опустился, вина и горе соперничали за его сердце. Кейденс показалось, что он чувствует, что часть вины лежит на нем. "Заклинание только для аликорна", – прошептал он так тихо, что только она могла его услышать.

Кейденс помнила время, когда Твайлайт изменилась. Когда она замкнулась в себе и своих занятиях. Время, когда Селестия запретила ей пользоваться зрением, чтобы она могла научиться регулярно общаться с пони.

Твайлайт оглянулась на свои крылья. "Даже эти крылья были частью ее грандиозного плана", – сказала она, расправляя крылья.

Глаза Твайлайт встретились с ее глазами. Кейденс почувствовала беспокойство, сочувствие и отчаянную надежду, что она не стала очередной жертвой.

"Проще говоря, оригинал умер, и принцесса сделала замену... Мне очень жаль". Слезы начали катиться по лицу Твайлайт.

"Это должно быть шутка, дурной сон. Луна, если ты там, это не смешно", – сказал себе Шайнинг.

Только нечто настолько ужасное могло так резко изменить связь между Селестией и Твайлайт. К тому же Эпплджек, Элемент Честности, не уличила ее во лжи. Кейденс просто смотрела в суровые глаза Твайлайт. "Это правда", – прошептала она.

"... Принцесса Селестия даже сказала это..." – Голос Флаттершай был хрупким и пустым.

С могучим взмахом она оказалась рядом с Твайлайт и обняла ее, обернув крылья вокруг своей невестки. "О, Твайлайт", – сказала Кейденс, прижимаясь к ней.

Твайлайт закрыла глаза и прижалась к Кейденс. "Это так много значит для меня, что ты не ненавидишь меня", – прошептала она дрожащим голосом.

"Я никогда не смогу тебя ненавидеть", – ответила Кейденс, подражая ей.

Твайлайт фыркнула и кивнула. Всё еще прислонившись к сестре, она перевела взгляд на брата. Она приглашающе распахнула крыло.

"Семья важна... даже если она немного странная", – сказала Эпплджек, подбадривая Шайнинга. Он посмотрел на Кейденс, затем медленно подошел и присоединился к объятиям.

"Если хочешь, можешь рассказать все это Луне", – мягко сказала Твайлайт на ухо Кейденс, используя объятия как прикрытие. "Я чувствую ее магию на тебе, она разбудила тебя и отправила сюда, да?"

"Мы собирались прилететь утром, она разбудила меня и сказала, чтобы мы прилетели сюда как можно скорее", – призналась Кейденс.

"Тогда, пожалуйста, передайте ей мою благодарность. Было замечательно увидеть вас обоих", – сказала Твайлайт с теплой улыбкой.

"Одна из многих вещей, которым я научилась с тех пор, как..." – она сделала паузу. "Шайнинг, как много ты знаешь об аликорнах?"

Кейденс едва заметно покачала головой. Твайлайт посмотрела на нее, затем снова на Шайнинга. "У меня была возможность взглянуть на заклинания, которые оставила здесь принцесса". Она указала копытом на свою голову. "Это дало мне ответы на многие вопросы".

"Как ты можешь быть такой спокойной по этому поводу?" – спросил Шайнинг.

"Я не спокойна", – она горько рассмеялась. "Я просто очень устала, такое ощущение, что с Мэйнхеттена прошли годы". Твайлайт слабо рассмеялась.

"Ты бы слышала ее перепалку с принцессой", – радостно добавила Пинки, внезапно оказавшись в объятиях.

Кейденс заметила, что Твайлайт, похоже, просто наслаждалась дополнительным контактом. Шайнинг в страхе отскочил назад:  держась на безопасном расстоянии от розовой пони.

"Итак, как у тебя появилась кобылка Твайлайт", – спросила Эпплджек.

"Магия аликорна, Элементы Гармонии и я. Каким-то образом в итоге получилась моя дочь".

"Но как?" – настаивала Эпплджек.

"Я могу создавать неизменные предметы из ничего, используя только сырую магию. Если ты знаешь всё о живом существе, то же самое должно быть возможно", – заявила Твайлайт.

Эпплджек с недоверием в голосе воскликнула. "Ты хочешь сказать, что можешь просто зажечь свой рог и сделать пони?!"

"Ты помнишь, что случилось с Элементами Гармонии, когда некая Твайлайт Спаркл взорвалась", – сказала Твайлайт, странным образом звуча немного похоже на Трикси.

"Да, с тобой все было в порядке сахарок, это все недоразумение", – сказала Эпплджек.

"Более чем хорошо, у тебя появились крылья, ты стала принцессой", – сказала Рэрити.

"Это было страшно, мы все думали, что убили тебя", – кротко добавила Флаттершай.

"Я действительно взорвалась, все мое тело было разрушено и превратилось в магию", – сказала Твайлайт.

"Но это просто то, как работает телепортация, глупышка". Пинки вскочила.

"Нет, это... хм", – остановилась Твайлайт.

"Но ты не можешь просто телепортироваться и стать аликорном, это было бы просто глупо, это должен быть особенный телепорт", – продолжала Пинки.

Твайлайт теперь просто смотрела на Пинки. Глубоко задумавшись. "Сорок пять процентов", – сказала она, прежде чем телепортироваться в магической вспышке.

"Может ли аликорн стать двойным аликорном? Получит ли он четыре крыла, восемь ног и два рога?" – спросила Пинки.

* * *

Твайлайт вернулась со Стар и Рейнбоу как раз вовремя, чтобы никто не отправил поисковую группу. Было проведено много приятных бесед. Собрание постепенно перешло в вечеринку. Пинки в этот раз не использовала свою пушку для вечеринки, но все же успела всё подготовить за удивительно короткое время. Официально это была предварительная вечеринка перед вечеринкой Твайлайт "Рады, что ты жива" и вечеринкой "Стар Добро пожаловать в Понивилль".

Стар изобразила чернилами всех пони, отправив готовые рисунки одной вспышкой магии. Кейденс с радостью приняла рисунок, на котором она и Твайлайт обнимались, в качестве подарка.

Рэрити вышла на минутку и вернулась со всем необходимым, чтобы сделать для Стар несколько предметов одежды. Стар даже удалось уговорить ее сделать накидку в стиле Бат-мэра. Каким-то образом она подошла к шлему Дэринг Ду.

Рейнбоу летала по комнате вместе со Стар, делая трюки и рассказывая историю о том, как она присоединилась к Дэринг Ду. Кейденс никогда раньше не видела кобылку с такими широкими глазами.

Стар увлеклась подробным рассказом Флаттершай о животных из Вечносвободного. Стар, похоже, очень заинтересовали древесные волки и все, что касалось того, как могут существовать животные из дерева.

Эпплджек даже пришла в себя и продемонстрировала несколько трюков с веревкой, которые Стар пыталась и не смогла повторить.

Кейденс наблюдала за окружающими её пони и улыбалась: связи между ними укреплялись, и каждая пони понемногу налаживала связи с Литтл Стар. Какое-то время все было хорошо, Пинки использовала свой талант, чтобы бороться с отрицательными эмоциями и вызывать улыбки на лицах всех пони. Но ничто не длится вечно, время шло, и один за другим пони находили места для сна. Поздний вечер даже догнал энергичную Пинки.

Наконец Кейденс посмотрела на Твайлайт, единственную бодрствующую пони. Она нежно гладила гриву дочери, используя свое крыло как пуховое одеяло. Несмотря ни на что, этот довольный взгляд вселял в Кейденс надежду.

Твайлайт посмотрела на нее, вставая, и подняла Стар в своей ауре. Она встала рядом с ней и медленно обняла ее одним крылом. "Ты знаешь, как ухаживать за лей-линиями аликорнов?" – мягко спросила она.

Кейденс выглядела смущенной, но ответила на объятия. "Обычными исцеляющими заклинаниями, соответствующими типу лей-линии, верно?"

Твайлайт тихо вздохнула. "На что похож твой бастион?"

"Ты имеешь в виду в Империи?"

"Значит, они и от тебя кое-что скрывали", — сказала Твайлайт, грустно улыбаясь. "Я так и предполагала".

Твайлайт отстранилась от объятий и медленно направилась к выходу из комнаты, напевая дочери приятную мелодию.

Кейденс слушала мелодию до тех пор, пока она не стихла в ее ушах. Она напевала мелодию, пытаясь понять, какие слова к ней подходят. Она подняла Шайнинга на копыта, словно он был легким, как новорожденный жеребенок. Она взлетела на крыльях и направилась в комнату, которую Твайлайт обычно отводила для них.

* * *

Кейденс лежала без сна рядом с Шайнингом в одной из гостевых комнат дома Твайлайт. Ее разум был полон вопросов. Те два вопроса, которые Твайлайт задала ей во время их последнего объятия перед сном, всё ещё занимали ее мысли. Что они означали? Почему она их задала? Больше всего она боялась узнать, что она не та, за кого себя выдавала. Она боялась, что может быть просто инструментом, созданным какой-то пони, как и Твайлайт.

Тетушки, что вы от меня скрываете?

Её рог зажегся трехчасовым сонным заклинанием, она выпустила его, и блаженство сна без сновидений прогнало ее страхи.

## 16. Семья Найтмер

* * *

Найтмер улыбнулась, наслаждаясь ощущением крыла Дримс, держащего ее. Луна, ностальгически подумала она. Она посмотрела вниз через отражение физического мира в обсидиановом полу. Твайлайт все еще была в объятиях своих друзей.

Найтмер чуть не захихикала от нахлынувших эмоций. Так вот на что похоже быть пьяной? – задалась она вопросом.

"Ну, выкладывай", – сказала Рейнбоу.

Твайлайт кивнула. "Думаю, будет лучше, если я начну с самого начала".

"Я считаю, что это лучшее место для начала любой истории", – прокомментировала Эпплджек.

"Сначала мне нужно, чтобы ты пообещала Пинки клятвой больше никому не рассказывать".

"Я понимаю, дорогая, я хочу, чтобы это... ужасное происшествие не попало в газеты", – сказала Рэрити.

"Я беспокоюсь о том, что принцесса сделает с любым пони, который узнает", – объяснила Твайлайт.

Флаттершай побледнела и зарылась в объятия, прячась от внешнего мира.

"Нет, мы справимся со всем", – сказала Рейнбоу, полная бравады.

"Я знаю, что она сделала со мной, и то, что она даже смогла заставить себя это сделать, ужасает меня. Ты знаешь, сколько у нее силы? Знаю, я держала ее, чувствовала ее, использовала ее".

"И ты была потрясающая!" – Рейнбоу расправила крылья и взлетела бы, если бы Твайлайт выпустила её из объятий. "Вжух бум, тресь..."

Аура Твайлайт закрыла рот Рейнбоу. "Дело не в этом, дело в том, что единственная причина, по которой я готова рискнуть рассказать вам, девочки, это то, что мы – Элементы Гармонии".

"Глупышка, мы и так это знаем, если это твой сюрприз для нас, то это не очень удивительно", – сказала Пинки.

Твайлайт скорчила рожицу, испуская счастливый смех. "Ну, что я буду делать с тобой, Пинки?"

"Возьмешь меня на вечеринку?" – с надеждой спросила Пинки.

"Хорошо, позже", – добавила Твайлайт.

"Оки Доки Локи", – сказала Пинки, засовывая в свою гриву принадлежности для вечеринки.

Это всё ещё безумие, – мысленно проговорила Найтмер.

Просто Пинки есть Пинки, – ответила Твайлайт.

У нас есть крыло, посвященное ей... – напомнила Дримс.

НЕТ! – решительно заявили и Твайлайт, и Найтмер. Твайлайт напряглась в физическом мире.

В ментальном пространстве Дримс захихикала. Обняв Найтмер, она заключила ее в объятия двух крыльев. Ах, как же с тобой весело, Найти.

"Ты в порядке, сахарок?" – спросила Эпплджек.

"Да... просто вспомнила, как я пыталась понять Пинки-чувство", – сказала Твайлайт, кивнув один раз. "Причина, по которой я готова рассказать вам, заключается в том, что принцесса не может ничего с вами сделать. Без разрушения или, по крайней мере, повреждения Элементов".

"Значит... мы в безопасности?" – спросила Флаттершай, её единственный видимый глаз был полон страха.

"Да, пообещайте мне, девочки, пожалуйста?" – спросила Твайлайт.

Они все послушно выполнили просьбу и произнесли эти глупые, но очень важные слова.

"Спасибо", – сказала Твайлайт, прежде чем начать рассказ. "Я была... Нет, простите. Первоначальной Твайлайт дали выучить заклинание".

"Похоже, это часть твоего обучения", – сказала Рэрити.

Твайлайт кивнула. "Да, но я не думаю, что я должна была уметь произносить это заклинание".

"Да ладно, ты и не сможешь произнести заклинание?" – Рейнбоу рассмеялась.

"Ну, ты права. Она произнесла заклинание", – сказала Твайлайт, и глаза снова начали блестеть от слез.

"Чтооноделает, чтооноделает?" – Пинки вибрировала, заставляя зубы всех пони дрожать.

Твайлайт зажгла свой рог. В воздухе возникло полупрозрачное изображение юной единорожки Твайлайт. Спасибо тебе, Трикси, – подумала Твайлайт, произнося заклинание "Иллюзия" и начиная свой рассказ.

В ментальном пространстве Найтмер посмотрела на Дримс, внимательно изучая ее цвет и стиль гривы. Она пожала плечами и снова обратилась к рассказу.

"Твайлайт Спаркл произнесла заклинание, которое не должна была уметь. И снова потерпела неудачу". Она сделала паузу. "Где Спайк?" – с беспокойством спросила Твайлайт.

"Не о чем беспокоиться, он с твоими родителями", – сказала Эпплджек.

Твайлайт благодарно улыбнулась, прежде чем продолжить. "И снова она потерпела неудачу". Рог на иллюзии  вспыхнул, и она исчезла. На ее месте парили шесть новых пони.

Она указала на каждого из них. "Грей – маг, Нова – страстная, Нарушительница правил – бунтарка, Танцовщица – чувственная, Санчейзер – мечтательница, а это Невинный жеребенок.

Думаю, я рассказываю лучше, но её иллюзии лучше, чем мои игрушки, – размышляла Дримс.

Найтмер присоединилась к друзьям Твайлайт, изучая изображения. Казалось, каждую из них привлекло что-то свое. Флаттершай с нежностью смотрела на Ребенка. Рейнбоу, казалось, была впечатлена Нарушителем правил. Рэрити чуть не упала в обморок при виде красоты Танцовщицы. Наверное, она одевает ее в своем воображении, – весело подумала Найтмер. Эпплджек с недоверием смотрела на Грей.

Наконец Пинки провела копытом по горящей гриве Новы. "Эй, Твайлайт, твоя грива тоже так делает!" – сказала она.

Это ещё не всё, что ты от неё получаешь. Дримс поддразнила Твайлайт. Найтмер улыбнулась еще шире, наслаждаясь дружеским подшучиванием.

Твайлайт слегка покраснела. "Откуда, как ты думаешь, я это получила?"

Твайлайт покраснела ещё сильнее. Замолчи, – мысленно ответила она. Приложив копыто к груди и выполнив дыхательное упражнение Кейденс, она заставила румянец исчезнуть.

"Значит, Твайлайт стала шестью пони?" – с сомнением спросила Эпплджек.

Твайлайт кивнула. "К несчастью для них... Они оказались не теми, кто был нужен принцессе". Несколько пламенных мотыльков плясали по ее гриве, когда она всхлипнула. Найтмер чувствовала, как горе и ярость струятся из Твайлайт.

Все будет в порядке, моя хозяйка, – добавила Найтмер. Дримс с благодарностью кивнула ей.

С друзьями рядом и мысленными словами поддержки Твайлайт вернула себе самообладание.

Пинки провела языком по зефиру. Зефиру, который она каким-то образом поджарила на гриве Твайлайт, и никто этого не заметил. Эта кобыла, – с раздражением подумала Найтмер.

Твайлайт, не обращая внимания на Пинки после долгих лет общения с ней, просто продолжила. "Принцессе нужна была Твайлайт... Или, по крайней мере, пони, которая могла бы стать Элементом Магии. Ей нужен был пони, способный использовать все виды магии".

Лицо Твайлайт потемнело, выражение ее лица стало жестким. "Все дети Твайлайт были разными, у всех были свои аспекты. Принцесса могла получить то, что ей было нужно, только превратив шесть пони в одного".

"Значит, она просто произнесла заклинание и объединила их всех в одного пони?" – с надеждой спросила Флаттершай.

Твайлайт ответила покачиванием головы. "Боюсь, что нет, Флаттершай".

"То, что ты сказала принцессе Селестии раньше?"

Твайлайт кивнула. "Да, дети Твайлайт были... они были донорами эссенции, использованной для создания меня".

"Твой источник", – вздохнула Рэрити.

"Да".

"Кто-нибудь из пони может рассказать нам, что означают эти магические вещи?" – спросила Рейнбоу.

"Твайлайт говорит, что ее душа создана из шести других пони", – ответила Рэрити.

"Теперь ты что-то вроде монстра из Найтмер Найт?" – радостно спросила Пинки.

"Надеюсь, что нет", – угрюмо сказала Твайлайт.

"Не хочу сказать, что я тебе не верю, – начала Рэрити, – но у тебя есть какие-нибудь доказательства? Без них это будет просто твое слово против слова Селестии".

Взгляд Твайлайт опустился. "Я не могу показать ни одной пони".

Рэрити собралась, поправляя гриву: "Дорогая, даже если бы ты это сделала, знаешь ли ты, что произойдет, если это станет известно? Я не имею в виду нас, я имею в виду страну, мир".

Твайлайт с интересом посмотрела вверх.

"Война", – просто сказала Рэрити. "Принцесса Селестия – это икона, она – яркий свет, который направляет нацию, и сила, которая защищает нас от внешних сил".

"Значит, я должна просто принять это и жить дальше?" – спокойно сказала Твайлайт, но искры пламени на ее гриве говорили о другом.

Рэрити покачала головой: "Нет, дорогая, конечно, нет..."

Твайлайт вздохнула: "Я должна думать о своих пони". Твайлайт кивнула сама себе. "Если это было для защиты нации, то, что она сделала со мной... оригинальной Твайлайт и она... То, что она сделала, могло быть совершенно законным. Если бы она оформила нужные бумаги".

Твайлайт поникла, остальные крепко обняли ее.

Знаешь, я не ожидала, что это объятие продлится так долго, – прокомментировала Найтмер.

Спасибо, что позволила мне это, – ответила Твайлайт.

Некоторое время Твайлайт наслаждалась объятиями, а потом переключила свои мысли на Найтмер. Знаешь, теперь, когда мы стали семьей, мы...?

Семья? – вклинилась Найтмер.

У нас есть дочь, и я тоже хочу помочь ее вырастить... если ты позволишь.

Семья... В голове Найтмер пронеслись воспоминания обо всех взаимодействиях, которые она наблюдала с точки зрения Твайлайт на протяжении многих лет.

Твайлайт вскинула голову. Кто активировал защиту? – в панике подумала она.

Я, – сказала Дримс, – на случай, если принцесса вернется, и даже добавила сюрприз, который сработает только для аликорнов.

"Кейденс!" – Твайлайт телепортировалась.

* * *

Объятия закончились, и обезумевшая Твайлайт вновь оказалась скованной цепями своего Пакта. Найтмер внезапно восстановила полный контроль над телом. После того как ее вытащили из области разума, Найтмер потребовалось мгновение, чтобы ее чувства уловили происходящее. Она стояла перед главными дверями. Ее рог улавливал магию единорога, усиленную аликорном, с другой стороны.

Пожалуйста, убедите ее остановиться, скажите ей подождать, не дайте Кейденс пострадать, – взмолилась Твайлайт.

"Подожди", – воскликнула Найтмер. Объясни, быстро, –  подумала она.

Дримс взяла мою безобидную защиту и добавила в нее что-то, что действует только на аликорнов, и это может убить Кейденс. Пожалуйста, не дай этому случиться, – взмолилась ее хозяйка.

Как мне приостановить действие защитных чар?

Твайлайт впихнула в голову Найтмер каждую деталь о защите. Полезные замечания, выделенные цветом, возможные улучшения, все. Глаза Найтмер забегали, она потратила несколько секунд, чтобы найти то, что ей было нужно.

Найтмер зажгла свой рог, он засветился мощной люминесценцией, когда она потянулась и провернула чары, деактивируя их. Вот так отключить защиту... должно показаться, что я их приветствую, – подумала она.

Сделав лучшую попытку спасти ситуацию, она открыла двери своей аурой.

Перед ней стояли брат и невестка ее хозяйки. Он был в частичных доспехах и с двумя мечами, она была одета как для легкого похода по магазинам. Кейденс была аликорном, поэтому к ней нельзя было относиться легкомысленно.

Найтмер начала приветствовать их. "Шайни, Кейденс... Я... я..." –  Огромная волна эмоций обрушилась на неё, взгляд Найтмер поник под их тяжестью. Любовь, счастье, радость, благодарность и так много счастливых воспоминаний.

"Твайли", – сказал Шайнинг.

Найтмер мысленно оттолкнула Твайлайт, подняла взгляд и посмотрела на Шайнинга. "Это... это она послала вас?"

"Нет, мы здесь, потому что ты моя МСЛДН", – ответил Шайнинг, улыбаясь.

Поток эмоций от Твайлайт был успокаивающим. Найтмер отступила от двери и поприветствовала семью хозяйки движением крыла. Семья, – подумала она, и в ее сознании возник образ ее Литтл Стар.

Мы должны выполнить это приветствие, иначе она подумает, что мы чейнджлинг. Твайлайт прервалась, передавая инструкции, как это сделать.

Найтмер замерла. Ты хочешь, чтобы я сделала что? Нет, ты можешь это сделать. Найтмер мысленно отступила на мгновение назад.

Найтмер почувствовала улыбку на ее лице. Когда под звездами началось самое странное приветствие. "Солнце светит, веселье потом. Постучи копытом, покрути хвостом ".

Управление вернулось к Найтмер. Твайлайт снова заиграла эмоциями, заставляя ее почувствовать головокружение. Она захихикала и чуть не упала. Она покачнулась один раз, прежде чем оказалась в объятиях. Ощущение крыльев вокруг нее, она почти могла представить, что это было так давно. Она почувствовала, что ее глаза закрываются, ее собственные чувства смешиваются с Твайлайт.

Медленно приходя в себя, Найтмер разработала план. Элементы были на её стороне. Эти двое были бы ей полезны. Она подумала о своей Литтл Стар, у которой, как оказалось, была вторая мать. Это также избавит Твайлайт от многих страданий.

Как ты называешь его, Твайлайт? – спросила Найтмер.

СБЛДН – это значит "Старший брат – лучший друг навсегда". Значит, ты тоже должна его защищать, – ответила Твайлайт.

"СБЛДН, как много ты знаешь о том, что Се... принцесса Селестия сделала со мной, когда я жила во дворце?" – спросила Найтмер, пытаясь скрыть тот факт, что она была готова к битве. Учитывая состояние ее тела, ей не стоило даже пытаться.

"Что ты имеешь в виду?" – сказал Шайнинг.

Уши Кейденс метнулись к Шайнингу. "Шайнинг... что ты знаешь?"

"Твайлайт!" Рейнбоу привлекла внимание Найтмер. Она приближалась так быстро, что Найтмер чуть не упала, пытаясь поймать ее в свою ауру, чтобы она не разбилась. "Твай, не исчезай просто так. Мы только что вернули тебя".

Почему я снова здесь? О, защита. Найтмер задумалась, прежде чем сказать. "Мне нужно было отключить защиту, пока никто из пони не пострадал..."

"Твайли", – сказал Шайнинг с легким укором.

Он предупредил меня, чтобы я была осторожна с тем, что ставлю в защитные чары, – прокомментировала Твайлайт.

"Я волновалась, Сел... Принцесса может вернуться..." – сказала Найтмер, наблюдая за их реакцией.

"Твай поругалась с Селестией. О, привет, вы двое", – вмешалась Рейнбоу.

Рейнбоу отвлекала ее, в чём она не нуждалась, и если это перерастет в драку, то, если бы она не мешала, она была бы в безопасности. Найтмер направила немного энергии аликорна в свой голос и окружающее пространство. Вместо обычного внушения ужаса она использовала легкое принуждение. "Рейнбоу, возвращайся к девочкам и сообщи им, что все в порядке, пожалуйста". Она ласково улыбнулась. "У меня есть несколько слов для моего МСЛДН и бывшей няньки. Я скоро вернусь с закусками".

Рейнбоу отсалютовала и сделала то, что ей было велено. “Мне действительно нужно еще немного попрактиковаться в полетах”.

Чтобы воплотить свои слова в жизнь, она должна была раздобыть немного закусок. Она отстранилась от теплых объятий, чувствуя, как Твайлайт сожалеет, что объятия закончились. Найтмер в какой-то степени тоже скучала по этому.

Найтмер начала идти, простым жестом приказав родственникам хозяйки следовать за ней. "Итак, Шайни, Кейденс, хотите ответить?"

Они оба последовали за ней. "Когда ты была моложе", – сказал Шайнинг, но заколебался.

Кейденс прикоснулась к нему крылом, ее перья прошлись по его шерсти. "Продолжай", – сказала она.

Найтмер смотрела, как крыло Кейденс возвращается на место, у нее были красивые крылья. Она хотела снова почувствовать их вокруг себя.

"Ты научилась очень опасной темной магии... Селестии пришлось запечатать ее ради твоей безопасности".

Селестия называет убийство жеребят запечатыванием темной магии. Мысли Найтмер кипели от ярости. Она не могла вытеснить из головы образ ненавистной сестры, убивающей ее Литтл Стар.

"Так вот что она тебе сказала?" – сказала она голосом, лишенным всяких эмоций.

В ментальном пространстве Дримс окутала Найтмер своими крыльями, а Твайлайт делилась счастливыми воспоминаниями о Шайнинг и Кейденс.

Шайнинг кивнул. "Твайли случилось что-то еще?"

"Я расскажу тебе через некоторое время. Мне не хочется говорить об этом больше, чем нужно, и мои друзья тоже должны знать", – сказала Найтмер.

В поле зрения появилась дверь на кухню. Я принесу еду, – подумала Твайлайт, проходя мимо Найтмер в ментальном пространстве. В соседней комнате она почувствовала свет своего рога и множество вещей, управляемых ее аурой.

Изумленное выражение лица Кейденс стоило того, чтобы позволить Твайлайт управлять своей магией. Если быть честной с собой, она тоже была впечатлена, просто лучше не показывала этого.

Кейденс – принцесса любви, верно? – спросила Дримс.

Верно, – ответила Твайлайт.

Тогда что может быть лучше, чтобы привлечь ее на нашу сторону, чем показать ей, что мы любим. Расскажи ей о Стар, – заключила Дримс.

Поверь мне, она любит жеребят, в конце концов, она была моей нянькой, – добавила Твайлайт.

Найтмер заглянула в глаза Кейденс, ища в них хоть какой-то намек на обман. Не найдя таковых, она заговорила. "Пойдем, нам нужно о многом поговорить, а мне нужно проверить, как там моя дочь".

И Кейденс, и Шайнинг на мгновение застыли как статуи. Она слышала, как Дримс смеется и катается по полу в ментальном пространстве. "Ты идешь?" – спросила она.

Поколебавшись, Кейденс спросила: "У тебя есть жеребенок?"

"Да, это она, моя Литтл Стар", – сказала Найтмер, чувствуя тепло и счастливые мысли внутри себя.

Ой, чуть не забыла про еду, подумала Твайлайт, прежде чем взять под контроль их рог. Одна вспышка – и вся еда исчезла.

"Сколько ей лет?" – спросила Кейденс.

"Несколько дней или лет, трудно сказать".

"Что?" – вклинился Шайнинг.

"Магия", – ответила Найтмер.

"Это не тот ответ, который тебя обычно устраивает", – ответил он.

Она подергала крыльями, пожав плечами. "Это как-то связано с Элементами Гармонии".

"Элементы могут дать тебе жеребят", – растерянно произнес Шайнинг.

Найтмер сделала паузу, обдумывая все. Если бы Твайлайт не победила меня, если бы она не использовала Элементы и не командовала ими с целью спасти пони, вместо того чтобы наказать меня... Вы, проклятые камни Тартара, вы это спланировали. Ее мысли снова вернулись к ее Литтл Стар. И теперь я даже не могу ненавидеть вас за это.

"Да, если ты хорошо попросишь, и это будет способствовать Гармонии". Найтмер хихикнула, она не могла сдержаться, вся эта ситуация была безумием.

Ты должна пойти и забрать Стар. Дримс мысленно подтолкнула ее, чтобы она двигалась.

"Подожди здесь, я скоро вернусь с ней", – сказала Найтмер, сдерживая дальнейшее хихиканье.

Зайдя за угол, она приложила копыто к стене. Дерево чувствовало себя счастливым и немного забавлялось. Смейся и отведи меня к моей дочери, пожалуйста, – подумала она.

И снова переход был мгновенным. Там перед ней крепко спала ее дочь, ее Литтл Стар. Она была одновременно и величайшим подарком, который когда-либо ей дарили, и лучшей ловушкой, какую только можно себе представить. "Глупые камни", – пробормотала она без всякой язвительности.

Она протянула копыто, поглаживая гриву Стар. Она улыбнулась, зажигая рог, – простое и старое заклинание. Одно из первых заклинаний Луны, которое она действительно придумала сама. Наклонившись, она прикоснулась рогом к рогу Стар, позволяя заклинанию начать действовать.

Стар потянулась и тут же открыла глаза. "Принцесса!" – сказала она, побеждая Найтмер самой мощной из атак, сверкая глазами и обнимая ее.

Найтмер сложила вокруг нее свои крылья. "Моя храбрая Литтл Стар, это последний раз, когда тебе нужно использовать мой титул".

Стар в замешательстве наклонила голову, в ее глазах начало закрадываться беспокойство.

Улыбка Найтмер широко растянулась. "Я обнаружила самую чудесную из новостей". Радость в тоне Найтмер разогнала страх в глазах Стар.

"Ты узнала?" – спросила Стар. Найтмер видела, как в глазах Стар пляшут самые разные идеи, пока она пыталась угадать, что это может быть.

"Да, Дочь моя".

Стар застыла, она была совершенно неподвижна целых две секунды. Найтмер начала волноваться, мысленно потянувшись к заклинанию медицинского сканирования и подготовив его.

Во вспышке света Стар телепортировалась из объятий, бесконечный поток "Да, да, да" исходил от нее, пока она танцевала, кружилась и телепортировалась вокруг Найтмер.

Так вот на что это похоже, – заметила Твайлайт.

Как мило! – добавила Дримс.

"Идем, нам нужно познакомиться с родственниками". Найтмер поймала Стар в свою ауру.

"Мамочка, вырастут ли у меня когда-нибудь крылья, как у тебя?"

Ужасная мысль о том, что она останется без своей Литтл Стар, вторглась в счастливый разум Найтмер. "Да, даже если мне придется самой подарить их тебе", – пообещала она.

Мы все поможем, – сказала Дримс. Найтмер улыбнулась.

"Пойдем, они ждут нас". Найтмер протянула копыто и попросила Дерево забрать их обратно, Дерево с радостью согласилось.

"У меня больше семьи! Лучший. День. Когда-либо", – сказала Стар, продолжая радостно скакать вокруг. "Да, да, да, да, да".

Это приятней, чем вечная ночь? – спросила Твайлайт.

Найтмер не ответила; вместо этого она обратила внимание на свою Литтл Стар. Она не могла удержаться от смеха: "Есть две пони, с которыми я хочу тебя познакомить", – сказала она, начиная идти обратно к Шайнингу и Кейденс. Она снова подняла Стар и посадила ее себе на спину.

"Они хорошие пони?" – спросила Стар.

Ей даже не пришлось задумываться над ответом. "Да, они два самых милых пони. Ты знаешь, я бы никогда не хотела, чтобы ты встретила еще каких-нибудь плохих пони".

Она обогнула угол и впервые позволила другим пони увидеть свою дочь.

"Привет, меня зовут Литтл Стар!" – сказала Стар, махая копытом с усилием, почти достаточным для того, чтобы она упала со спины Найтмер.

Найтмер подставила крылья, чтобы Стар не упала.

На лице Кейденс появилась радостная улыбка. "Приятно познакомиться, Стар, я твоя тетя Кейденс". Она указала крылом на Шайнинга. "А это твой дядя Шайнинг".

"Где твои крылья?" – спросила Стар, глядя на Шайнинга глазами, полными невинного любопытства.

Твайлайт перевела взгляд с Найтмер на Кейденс, которая выглядела опечаленной. Она потеряет его, – подумала Найтмер.

"Прости, я всего лишь единорог", – сказал Шайнинг, потирая шею.

"Ничего страшного, я уверена, что мама сможет это исправить".

Шайнинг рассмеялся и потянулся, ласково погладив Стар по голове.

Кейденс встретилась взглядом с Найтмер. "Сможешь?" – тихо произнесла она.

Найтмер наклонила голову и задумчиво посмотрела на брата Твайлайт. Твайлайт потеряет и его тоже, подумала она. Заставив группу двигаться, она наклонилась к уху Кейденс. "Возможно", – прошептала она так тихо, что только аликорн могла ее услышать.

Во вспышке ослепительного света Стар телепортировалась от Найтмер на спину Кейденс. "О чем вы говорите?" Стар подняла на них обеих глаза, полные удивления.

"Крылья", – сказала Найтмер.

"О, хорошо", – сказала Стар.

"Твайлайт, могу я спросить, почему у тебя есть этот кристалл, покрывающий тебя?" – спросил Шайнинг.

Найтмер застыла на мгновение, ненавидя тот факт, что она не знала, как даже создать броню, не говоря уже о том, чтобы снять ее. "Она нужна мне для защиты... и единственный известный мне способ избавиться от нее – это разбить ее".

Кейденс моргнула. "О".

"Это была очень долгая неделя, и чтобы разбить ее, нужно очень постараться. Я сделаю что-нибудь с этим позже".

"Выглядит красиво", – сказала Стар. Появился свиток и перо, и она начала рисовать свою мать.

Остаток прогулки был полон более радостных вещей, и Стар зарисовывала всех подряд, телепортируясь от пони к пони.

* * *

Когда они возвращались в комнату с картой, Твайлайт спросила, может ли она вести беседу. Найтмер согласилась, это был один из лучших вариантов победить способности Эпплджек.

"Девочки, я хочу вас кое с кем познакомить", – воскликнула Твайлайт, когда группа вошла в комнату с картами.

"Не глупите, мы уже знаем твоего брата и принцессу Кейденс, мы были на свадьбе... Если только это не очередная фальшивая Кейденс, или фальшивый Шайнинг, или фальшивая Твайлайт? Разве Твайлайт – подделка?"

Это было слишком близко к истине, чтобы понравиться Найтмер. Она телепортировала один из сэндвичей в рот Пинки, чтобы заставить ее замолчать. Это была одна из претензий Рейнбоу к Твайлайт.

Твайлайт быстро использовала свою магию, чтобы разобраться с остальной едой, пока Найтмер не успела все испортить. Дримс снова смеялась, как сумасшедшая кобыла.

"Привет, Пинки, спасибо за кекс", – сказала Стар, улыбаясь. Привлекая внимание Носительницы к себе.

"Твайлайт, с каких пор есть мини-ты?" – спросила Рейнбоу.

"Позволь представить тебе мою дочь, Литтл Стар", – аура Твайлайт окутала Стар, притянув ее к себе и потрепав, а затем повернула лицом к комнате. Найтмер чувствовала счастье Твайлайт. Она впервые держит на копытах нашу кобылку, – подумала Найтмер.

Стар радостно помахала копытом: "Они все хорошие пони, да?" – спросила она сценическим шепотом.

"Да, может быть, они немного странные, но все равно они мне нравятся". Твайлайт усмехнулась.

"Это шлем Дэринг Ду?" – спросила Рейнбоу, подлетая ближе, чтобы посмотреть.

"Да, он был у меня, когда я отправилась в свое первое приключение с мамой. Мы должны были убраться и сбежать из Храма Скрытого Пути".

"Ты взяла своего жеребенка в приключение?" – в голосе Эпплджек звучала злость.

"Скорее “Приключения” нашли нас ЭйДжей".

"Почему он обгорел, что это за странные знаки?" – сказала Рейнбоу, указывая на руны.

"О, он сгорел, когда я спасла маму от плохих пони. Поэтому, как только я смогла, я добавила к нему несколько защитных рун, мне нужно быть готовой на случай, если плохие пони снова попытаются навредить маме". Стар счастливо улыбалась.

Найтмер гордилась своей Литтл Стар, она так много сделала для такой юной кобылки. Она даже представить себе не могла, чего та добьется, когда подрастет.

ЭйДжей смотрела на Твайлайт очень суровым взглядом. Кейденс сказала: "Рейнбоу, ты можешь показать Стар коллекцию книг Дэринг Ду Твайлайт?"

Ее Стар одна, с этой склонной к риску пони? Нет, а вдруг с ней что-нибудь случится.

Из ментального пространства донёсся звук разворачиваемого свитка. Она сдержала восемь магов, владеющих тёмной магией, и сама телепортировала нас домой. Я бы больше волновалась за Рейнбоу, – заявила Дримс.

"Наперегонки". Рейнбоу ответила: "Три, два, один, вперед". Она помчалась прочь со свойственной ей скоростью.

"Пока, все пони". Стар помахала копытом, прежде чем просто исчезнуть.

Найтмер почувствовала, как Твайлайт на мгновение закрыла глаза, затем кивнула. "Она только что ушла в библиотеку". Затем Твайлайт рысью подошла к своему трону и немного скованно села. Как ты переносишь боль? – подумала она, обращаясь к Найтмер.

Ты бы почувствовала это в первый день, когда я проснулась. Это было хуже, чем на Алтаре.

"Тебе нужно кое-что объяснить", – сказала Эпплджек, прерывая мысленный разговор.

"Для этого мы все здесь и собрались", – ответила Твайлайт.

"Во-первых, почему эта малышка была в опасности?"

"Потому что именно там она появилась..." – Слишком много пони пытались говорить одновременно, это раздражало.

"Хватит!" – крикнула Найтмер, используя рог Твайлайт для заклинания молчания. "Сейчас я буду говорить, а вы все будете слушать... Я не хочу вам ничего из этого рассказывать, но вы имеете право знать".

Найтмер позволила Твайлайт продолжить. Перед этим она сделала глубокий вдох. "А теперь, пожалуйста, дайте мне сказать, в конце будет время для вопросов". Твайлайт сняла заклинание.

По комнате раздались кивки и ропот согласия.

"Мне нелегко сказать это..." – Твайлайт посмотрела на Шайнинга, из глаз которого капали слезы. – "Та Твайлайт, которую отправили в Понивилль, была не той Твайлайт, которая училась в школе Селестии".

Найтмер наблюдала за Эпплджек, она была недовольна и, казалось, изучала Твайлайт. Что ты заметила? – подумала Найтмер.

"Твайли?" Голос Шайнинга был слабым.

"Твайлайт, которую ты получил обратно после того, как магия была запечатана, не была оригиналом. Принцесса... она создала инструмент, свой идеальный инструмент, чтобы спасти свою сестру". Твайлайт опустила глаза, не в силах встретить его взгляд.

Шайнинг сник, Твайлайт не заметила, но смотрящие в пол ментального пространства Найтмер и Дримс заметили.

Найтмер не могла слышать, что он сказал, но она могла читать по его губам: "Заклинание только для аликорна".

Найтмер встретилась взглядом с Дримс, Дримс кивнула и отступила туда, где она прятала Твайлайт большую часть недели.

Твайлайт оглянулась на свои крылья. "Даже эти крылья были частью ее грандиозного плана", – сказала она, расправляя крылья. Она подняла голову и встретилась взглядом с Кейденс. "Проще говоря, оригинал умер, и принцесса сделала замену... Мне так жаль". Твайлайт снова начала плакать.

"Это должно быть шутка, дурной сон. Луна, если ты там, это не смешно", – сказал Шайнинг.

Я подарю тебе дурные сны, если ты не будешь там, чтобы поддержать ее, тупой жеребец!

Кейденс просто долго смотрела на Твайлайт. "Это правда", – прошептала она.

"... Принцесса Селестия даже сказала это..." – Голос Флаттершай был слабым и тонким.

Кейденс сделала прыжок с помощью крыльев, почти как в учебнике – идеальное боевое движение, а затем притянула Твайлайт в любящие объятия. Найтмер разделила ощущения этих идеальных крыльев, обхватывающих их.

"О, Твайлайт", – сказала Кейденс, прижимаясь к ней.

Твайлайт закрыла глаза и прильнула к Кейденс. "Это так много значит для меня, что ты не ненавидишь меня", – прошептала она дрожащим голосом.

"Я никогда не смогу тебя ненавидеть", – ответила Кейденс, подражая ей.

Найтмер наслаждалась контактом, это было так похоже на то, что было с Луной, слишком похоже. Она включила некоторые из чувств, которые Твайлайт в данный момент не использовала. Вот оно, рядом с ней, два заклинания Луны, первое – то же самое, которое она использовала на Стар, чтобы разбудить ее. Второе – маленькое скрытное записывающее заклинание. Хорошо сыграно, дорогая Луна.

Твайлайт фыркнула, затем кивнула Кейденс, и, все еще прислонившись к невестке, вернула взгляд к брату, распахнув крыло. Шайнинг придвинулся и присоединился к объятиям.

С крыльями он выглядел бы красавцем... – подумала Найтмер.

Нет, ты не будешь так о нем думать, он наш брат!

Прости, я забыла, – смущенно ответила Найтмер.

"Если хочешь, можешь рассказать все это Луне", – Найтмер наклонилась ближе к Кейденс и прошептала ей на ухо, используя объятия как прикрытие. "Я чувствую ее магию на тебе, она разбудила тебя и отправила сюда, да?"

Что? Она? – спросила Твайлайт.

"Мы собирались прилететь утром, она разбудила меня и сказала, чтобы мы прилетели сюда как можно скорее", – сказала Кейденс.

"Тогда, пожалуйста, передайте ей мою благодарность. Было замечательно увидеть вас обоих", – ответила Найтмер.

Твайлайт взяла разговор в свои копыта. "Одна из многих вещей, которым я учусь с тех пор, как..." – она сделала паузу.

Найтмер почувствовала, как Твайлайт что-то придумывает. Шайни был капитаном королевской гвардии Селестии, может, он что-то знает? Твайлайт задумалась, прежде чем спросить вслух. "Шайнинг, как много ты знаешь об аликорнах?"

Кейденс едва заметно покачала головой. Твайлайт посмотрела на нее, потом снова на Шайнинга. "У меня была возможность взглянуть на заклинания, которые оставила здесь принцесса". Она указала копытом на свою голову. "Это дало мне ответы на многие вопросы".

"Как ты можешь быть такой спокойной по этому поводу?" – спросил Шайнинг.

"Это не так, я просто очень устала, такое ощущение, что с Мэйнхеттена прошли годы." Твайлайт слабо рассмеялась.

"Ты бы слышала, как она ругалась с принцессой", – радостно добавила Пинки, внезапно оказавшись в объятиях.

Такое ощущение, что этот мир для нее просто сон, – размышляла Найтмер.

Твайлайт продолжала наслаждаться объятиями, даже когда Шайнинг отпрыгнул от нежданного пони.

"Итак, как у тебя появилась кобылка, Твайлайт", – спросила Эпплджек.

Найтмер взяла управление. "Магия аликорна, Элементы Гармонии и я. Каким-то образом в итоге получилась моя дочь".

Эй! – воскликнула Твайлайт.

Все должно быть сделано правильно, а ты завалишь их подробностями, – ответила Найтмер.

"Но как?" – спросила Эпплджек.

"Я могу создавать неизменные предметы из ничего, используя только сырую магию. Если ты знаешь все о живом существе, то это тоже должно быть возможно".

С недоверием в голосе Эпплджек воскликнула. "Ты хочешь сказать, что можешь просто зажечь свой рог и сделать пони?"

"Ты помнишь, что случилось с Элементами гармонии, когда некая Твайлайт Спаркл взорвалась?" – сказала Найтмер, очень осторожно подбирая слова, чтобы Элемент Честности не уличил ее во лжи.

"Да, с тобой все было в порядке сахарок, это все недоразумение", – сказала Эпплджек.

"Более чем хорошо, у тебя появились крылья, ты стала принцессой", – сказала Рэрити.

"Это было страшно, мы все думали, что убили тебя", – кротко добавила Флаттершай

Найтмер предоставила слова и попросила Твайлайт ответить. "Я действительно взорвалась, все мое тело было разрушено и превратилось в магию".

Я не марионетка. Твайлайт хмыкнула.

Нет, но мы должны быть честны перед дорогой ЭйДжей, да? – рассуждала Найтмер.

"Но ведь телепортация работает именно так, глупышка". Пинки вскочила.

"Нет, это... хм", – остановилась Твайлайт.

Разум Найтмер наполнился цифрами, расчетами, целые библиотеки информации смыли ее мысли. Она запаниковала, было ощущение, что она тонет. Она ничего не могла сделать, она была в ловушке, она кричала, но никто ее не слышал, так как она была погребена под морем знаний. Все исчезло, даже ее собственные мысли. В конце концов, Твайлайт стала единственным, что осталось в живых.

* * *

Найтмер пришла в себя, дрожа от страха, под теплым крылом. Она лежала на чем-то мягком, ей было удобно. Знакомые слова колыбельной, которую она пела Луне все эти годы назад, подкреплялись музыкой, которая идеально подходила к ней, но которую она никогда раньше не слышала.

Она чувствовала, как ее тело расслабляется: это пела Дримс, и, судя по запаху, она тоже была под одним из ее крыльев.

"Проснись, соня". Дримс пощекотала ее нос кончиком крыла.

"Что случилось?" – спросила Найтмер, медленно открывая глаза и осматриваясь. Она лежала в кровати, похожей на кровать Твайлайт из библиотеки Золотой Дуб, только больше, теперь она явно была рассчитана по крайней мере на двух аликорнов.

"Твайлайт снова стала безумным ученым", – устало сказала Дримс.

"Опять?" – спросила Найтмер.

"Да". Дримс кивнула.

"Почему?"

Дримс вздохнула: "У нее есть зацепка по созданию аликорнов, но мне нужна твоя помощь, пока она не сделала что-то необратимое".

"Что она делает?" Найтмер не смогла скрыть беспокойство в своем голосе.

"Сейчас не очень много, она пытается разбить свою Кристальную броню и терпит неудачу из-за наших ран", – сказала Дримс.

Глаза Найтмер сузились. "Зачем она это делает, и что тебе нужно от меня?"

"Она планирует разрезать себя, чтобы получить необходимые магические реагенты. Мне нужно, чтобы ты притащила ее сюда, чтобы я могла отвлечь ее, пока она не успокоится. Затем тебе нужно выйти и вернуться к ее друзьям, пока они не начали сильно волноваться", – проинструктировала Дримс.

Найтмер потянулась за цепями, символизирующими их договор. Она потянула. Твайлайт появилась с взъерошенной гривой, в ее глазах был маниакальный взгляд. Как магически, так и эмоционально она была нестабильна.

Прежде чем она успела заметить изменения в своем окружении, Дримс прижала Твайлайт к кровати и поцеловала безумную кобылу.

Безумная кобыла замерла, ее глаза медленно возвращались в нормальное состояние. Что-то вибрировало в комнате снизу, когда несколько следов пламени заплясали по гриве Твайлайт.

"Спасибо", – сказала Дримс, выталкивая Найтмер из кровати.

* * *

Найтмер снова вернулась к осознанию, контролируя тело. В своей ауре она держала наковальню. Судя по ее виду, она собиралась разбить свою покрытую кристаллами ногу. Она положила ее рядом с собой и медленно осмотрела комнату, в которой находилась.

Она находилась в лаборатории Твайлайт. Сложные уравнения заклинаний и теории на семи разных языках покрывали десятки досок, сотни свитков, стены и даже потолок.

"Как долго я..." – начала Найтмер.

Девятьсот шестнадцать секунд, – ответил ей незнакомый монотонный кобылий голос.

Она еще раз оглядела комнату, обращая внимание на хирургическое оборудование и устройства для сохранения образцов. В очередной раз Найтмер испугалась Твайлайт.

Найтмер приложила копыто к груди и попробовала дыхательный трюк Кейденс. "Мне нужно увидеть мою дочь", – сказала она, рысью выходя из лаборатории.

* * *

Поиск Литтл Стар и Рейнбоу не занял много времени. Заставить их вернуться в комнату с картой было легко, как только Рейнбоу заметила, что Пинки, вероятно, уже устроила там вечеринку. Рейнбоу оказалась права: когда они пришли, вечеринка была уже почти готова.

Было странно снова остаться наедине с собственными мыслями. Завеса, которую Дримс использовала, чтобы не пускать Найтмер, снова была в силе. На вечеринке Найтмер вела себя так же, как и Твайлайт. Она достаточно насмотрелась за эти годы, чтобы скопировать ее.

Только две вещи имели для нее значение. Самое главное, чтобы ее Литтл Стар было хорошо. А еще – сколько времени осталось до окончания записывающего заклинания Луны.

Время шло, и один за другим пони уходили, чтобы найти места для ночлега.

Найтмер сидела, оставив Стар спать под крылом. Она чувствовала себя довольной, умиротворенной, это было странно. Она гладила копытом гриву Стар, гадая, что принесет будущее.

Наконец последняя магия Луны рассеялась, и она могла свободно говорить с Кейденс. Она подняла глаза и увидела, что Кейденс смотрит на нее. Найтмер осторожно встала, с любовью поднимая Стар в своей ауре. Она добавила совсем немного магии, чтобы помочь Стар уснуть. Сладких снов, – подумала Найтмер.

Она медленно подошла к Кейденс и обхватила ее крылом. "Ты знаешь, как ухаживать за лей-линиями аликорнов?" – спросила Найтмер, сажая свое первое семя.

Кейденс выглядела смущенной, но ответила на объятие. "Обычными лечебными заклинаниями, соответствующими типу лей-линий, верно?"

Найтмер вздохнула, она наслаждалась теплом, но, похоже, ее ненавистная сестра опять за свое.

"Каков твой Бастион?" – спросила Найтмер.

"Ты имеешь в виду, в Империи?"

"Значит, они и от тебя что-то скрывали", – грустно улыбнулась Найтмер. "Я этого и ожидала".

Найтмер отстранилась от объятий и медленно вышла из комнаты, напевая что-то своей дочери.

Сестра, что ты делаешь? Если бы я захотела, я могла бы забрать ее себе. Какую пользу ты можешь извлечь, оставив ее такой уязвимой? Она вспомнила, как ей было холодно во время заточения на луне. Ты вообще знаешь, что такое семья?

Она огляделась вокруг, чтобы убедиться, что они одни, затем попросила Дерево отвести их в комнату.

* * *

## 17. Слезы Солнца

* * *

Селестия сидела в своем ментальном саду и смотрела на свою игровую доску. Это была плохая ситуация, Твайлайт не была ее врагом, но на нее больше нельзя было рассчитывать как на непоколебимого союзника, каким она была всего неделю назад. Здесь, где никто не мог ее видеть, она позволила слезам упасть, и их следы все еще были видны на ее шерсти.

Вся тирада Твайлайт не выходила у нее из головы. Последние два слова вонзились в ее сердце, как кинжалы. "Пожалуйста, уходи". Ее тон был таким душераздирающим. Твайлайт не была чудовищем; она была просто обиженной кобылкой, чей мир был разрушен.

Она отправилась в путь в надежде спасти Твайлайт, готовая исцелить ее и боявшаяся, что ей придется покончить с ней. Единственное, к чему Селестия не была готова, – это к здравомыслящей, но разгневанной Твайлайт, которая теперь может возненавидеть ее навеки.

"Ей не суждено было узнать об этом еще как минимум десять лет. Как это могло случиться?" Селестия опустилась на пол, положив голову на стол, несколько игровых фигурок упали и покатились по траве. Годы подготовки прошли впустую. Она оплакивала потерю путешествия за открытиями, которое она планировала для своей бывшей ученицы.

"Даже несмотря на все, что произошло, она все равно отличница", – сказала Дейбрейкер, подталкивая к себе игровую фигурку Твайлайт.

"Как я могу продолжать подводить своих учеников?"

"Это не так; она сильная; она готова противостоять тебе. Она готова и способна защищать своих пони. Она – почти все, что ты хотела", – сказала Дейбрейкер, ее взгляд бросал вызов Селестии, не позволяя ей согласиться.

Селестия смотрела на фигуру Твайлайт, вспоминая каждый разрез, который она использовала, чтобы придать ей форму, каждый взмах кисти, когда она рисовала ее. Ее творение было совершенным, реалистичным в деталях, настоящим шедевром.

Малейший наклон головы – и фигура переместилась, и перед глазами Селестии предстала кобыла, которую она так хорошо знала. Сад померк, когда ее мысли унеслись в прошлое. Она вспоминала каждый урок и каждое доброе слово, все тонко подмеченные намеки и деликатно созданные ситуации. Все было сделано специально, чтобы побудить ее к развитию. Твайлайт была ее шедевром, и она была почти совершенна.

Голос Дейбрейкер разрушил образ. "Тебе все еще нужно узнать о магии крови и о том, как она выжила".

"Это может подождать", – сказала Селестия ровным тоном. Она хотела лишь вернуться к своим воспоминаниям. Маленькая лавандовая кобылка, устроившаяся под крылом, с восторженным вниманием слушала последний урок. Радость, зажегшаяся в глазах Твайлайт, когда она произнесла всего три слова. Моя верная ученица.

"Ты уверена?" – Дейбрейкер была настойчива.

Селестия вздохнула. "Нет... Я попрошу Луну выяснить это, или, возможно, Кейденс повезет больше". Селестия уселась обратно в благородной позе и восстановила положение всего на своей большой игровой доске.

"Помните, никто не учил ее, как создавать Кристаллическую броню, и она продемонстрировала значительное улучшение в контроле своей силы аликорна по сравнению с тем, когда вы видели ее в последний раз. Не говоря уже о той молодой кобылке, теперь мы знаем, что она не Твайлайт".

Оставив Маску разбираться с делами в Кантерлоте, я совершила ошибку, – подумала она. Она знала, что она вела себя слишком эмоционально.

Она найдет ответы на все вопросы, какие только сможет. Взмах копыта, и из земли поднялась каменная арка. В ее пролете повторилась вчерашняя встреча. Селестия наклонилась ближе, наблюдая за ними даже с более отстраненной точки зрения, а не просто вспоминая.

* * *

Селестия смотрела, как из портала появляется ее прошлое "я".

Прошлая Селестия стояла у внешнего входа в комнату с картами в доме Твайлайт. Ее глаза нашли Твайлайт и расширились от надежды. Твайлайт была вся в бинтах, ее рог почернел и имел свежезажившие трещины. То, что аликорн был так долго ранен, говорило о том, что над ним было совершено невероятное насилие.

"Твайлайт?" Голос ее прошлого "я" был полон надежды.

Твайлайт слегка напряглась, ее уши затрепетали, а глаза на мгновение расширились в панике. "Прин... Селестия".

"Я так рада видеть тебя в безопасности, пусть, к сожалению, не невредимой", – сказала прошлая Селестия, ее рог засветился от всех заклинаний, которые, как она боялась, могли ей понадобиться, и она потянулась за свитком в качестве прикрытия.

Глаза Твайлайт слегка сузились, она взглянула на рог Селестии лишь на мгновение, в промежутке между морганиями.

"Ее наблюдательность значительно улучшилась", – заметила Дейбрейкер.

Кристаллическая броня вспыхнула, эффективно защищая Твайлайт от любых заклинаний, которые другие Элементы могли бы пережить, находясь с ней в одной комнате.

Все пони замерли в шоке и удивлении. Прошлая Селестия не знала, что делать, ведь броня только что отвергла большинство доступных ей вариантов, которые позволили бы оставить здание на месте. Лицо Селестии изменилось; она как раз собиралась заговорить.

Твайлайт выступила первой. "Ты больше не будешь использовать на мне магию разума", – прокричала она ККГ[1], расправляя крылья и агрессивно выпячивая грудь.

Голос был усилен силой аликорна и аспектированной магией воздуха. Это оттолкнуло других пони назад, если бы это было сделано только за счет громкости, у всех пони пошла бы кровь из ушей.

"Прекрасный защитный ход, а затем лишение возможности объясниться. Даже тогда она контролировала ситуацию", – сказала Дейбрейкер.

"Учитывая то, что она боялась, что я могу сделать, это была ожидаемая реакция".

"Слишком своевременная, если хочешь знать мое мнение, она пыталась вывести тебя из равновесия, она ослабляла твою позицию и готовилась к тому, что она раскроет позже".

"Насколько ты уверена?"

"Не настолько, насколько мне хотелось бы, чтобы принять меры... но имей в виду, что это вполне реальная возможность".

"Какого тартара ты говоришь, сахарок?"– Эпплджек заговорила первой.

"Итак, Селестия, почему по крайней мере половина заклинательных форм в твоем роге связана с контролем сознания и изменением памяти?"

Глаза Рэрити расширились, как только было упомянуто о заклинательных формах. Остальные отреагировали только тогда, когда речь зашла о контроле разума.

"Что за сено?" – воскликнула Рейнбоу. "Мы только что вернули Твайлайт, а ты собираешься ударить ее по мозгам?"

"Не глупи, это трюк Дизз, тебе нужны свои собственные принцесса", – сказала Пинки.

"Сравнивать нас с Дискордом, как нелестно", – прошипела Дейбрейкер.

"Пожалуйста, оставь свои комментарии по делу".

Элементы выстроились перед Твайлайт, явно в защитную линию. Даже Флаттершай, напуганная до ужаса, держалась стойко.

Прошлая Селестия нацепила обеспокоенную улыбку номер шесть и заговорила. "Одна из возможностей, о которой я беспокоилась, заключалась в том, что на Твайлайт повлияла темная магия. Я была готова на случай, если кто-то из пони заставит ее напасть на нас, или еще хуже".

Эпплджек внимательно смотрела на Селестию, прежде чем повернуться к Твайлайт: "Она не лжет, Твайлайт".

"Прости, что я немного на взводе, после всего, что произошло, трудно даже быть уверенной, что все это реально". Твайлайт вернулась в нейтральную позицию, но движение было замедлено не только ее раненым телом.

"Она все еще ожидала, что ей придется сражаться с тобой, посмотри, как она держит тело". Дейбрейкер указала копытом. "И на линию мышц на ее задней левой ноге".

"Она была готова упасть и откатиться в сторону, поставив стол между нами".

Дэйбрейкер кивнула.

"Почему ты не сказала мне тогда?"

Дейбрейкер пожала плечами. "Я не заметила; я была начеку, ожидая, какую магию она может использовать. В то время я не ожидала чисто физической защиты. Это не то, чему обучена твоя "верная" ученица".

"Хм..."

Твайлайт направила копыто на Селестию. Движение было настолько сильным, что казалось, будто она приказывает атаковать. "Ты убила детей Твайлайт и использовала останки для создания своей собственной лоскутной кобылки. Твой собственный идеальный инструмент, только чтобы спасти свою сестру".

Все Элементы отреагировали с ужасом, а Рейнбоу – с праведным гневом.

"Дети." Флаттершай захныкала и, судя по всему, чуть не упала в обморок.

Глаза Рейнбоу сменились ненавистью, устремленные на Селестию, ее тело напряглось, готовясь к насилию, магия, связанная с ветром, собралась по краям ее крыльев.

"Тебе придется следить за ней; она горячая голова", – прокомментировала Дейбрейкер.

Селестия посмотрела на свой Военный Разум. "Как ты?"

Дэйбрейкер показала клыки. "Да, и если бы она не была потенциальным врагом в данный момент, я бы вернулась к попыткам затащить ее в постель".

"Она смертна", – защищалась Селестия.

Ухмылка пересекла морду Дейбрейкер. "И что? Тебе всегда нравились быстрые летуны, и ты не видишь, чтобы это останавливало Луну".

"Она любит свободные отношения, а я так не могу". Селестия изо всех сил старалась не выдать ни капли сожаления.

"Тогда позволь мне, ты можешь просто наслаждаться опытом". – Дейбрейкер произнесла эти слова с оттенком похоти.

"Нет". – Ответ Селестии был холоден, как морозный север.

"Отлично, тогда мы просто подождем, пока идеальный жеребец аликорн попросит твое копыто и сердце", – сказала Дэйбрейкер, а затем пробормотала: "Не то чтобы жеребцы аликорна были редкостью или что-то в этом роде".

Селестия вернулась к воспоминаниям.

Твайлайт выставила вперед копыто, врезавшееся в пол; звук громко разнесся по комнате. "Что, по-твоему, произойдет, когда я найду свою Библиотеку? Что, по-твоему, произойдет, когда я увижу последствия твоей магии, того, что ты сделала с оригинальной Твайлайт?"

Твайлайт посмотрела на Селестию, в ее глазах полыхало пламя, а по гриве струился настоящий огонь. "Эти цепи острые, они ранят, но ты не можешь этого знать, не так ли? Ты единственный аликорн, который свободен от них, верно?"

"Это был единственный способ спасти Твайлайт..."

Селестия поморщилась от своего слабого ответа, если бы она не была так выбита из колеи, то, возможно, смогла бы контролировать ситуацию. Но ее собственные слова вывели Твайлайт из себя.

"Спасти ее? Спасти ее! Ее уже не было! Все, что ты сделала, это убила ее детей, чтобы сделать копию", – кричала Твайлайт, дрожащие дуги наполненных яростью молний плясали по ее перьям всего в одном действии от того, чтобы бросить мощный взрыв в прошлую Селестию.

"Древнее заклинание молнии пегасов? Я знаю, что Твайлайт много читает, но не становится ли это немного подозрительным, Ваше Сиятельство?" – спросила Дейбрейкер с оттенком презрения.

"Признаюсь, тогда я не заметила легкого изгиба ее крыльев", – сказала Селестия. "Но когда она стала аликорном, она прочитала все книги, до которых смогла дотянуться копытами, и которые имели хоть какое-то отношение к способностям трех племен".

"Остается вопрос о броне", – сказала Дейбрейкер, подкрепляя ее подозрения.

Селестия на мгновение задумалась над фактами. "Она могла прочитать об этом в Империи".

"Нам нужно очистить Библиотеку от всех запрещенных книг", – постановила Дейбрейкер.

"Это трудно устроить".

Дейбрейкер пожала крыльями. "Тогда поручи это Луне и ее ночным стражам. Они лучше всего подходят для этой работы".

Селестия кивнула.

"Они все умерли бы через несколько дней!" – выкрикнула в ответ прошлая Селестия. "Это был единственный способ спасти хоть что-то, спасти любую пони, спасти тебя от этой катастрофы", – закончила она торжественным шепотом, слезы блестели в ее глазах, но не падали.

Селестия посмотрела, выражение лица поникло. "Я не должна была повышать голос... это был мой последний шанс удержать ее".

"Как я могу верить, что ты говоришь правду?"– спросила Твайлайт. "Ты, запудрила, мне, мозги!" С каждым словом она продвигалась на шаг вперед; громовые удары копыт раскалывали пол.

Твайлайт и прошлая Селестия стояли, глядя друг другу в глаза, как будто они были единственными в комнате. Поскольку Твайлайт излучала силу аликорна, это вполне могло быть правдой, ведь никто другой не был способен действовать.

"Так вот что ты чувствуешь, моя..."

"Не смей!"

"Твайлайт..."

Твайлайт топнула копытом, от чего по земле пробежала рябь магии земных пони. "Ты говоришь, что быть принцессой – значит делать трудный выбор, и ты права. Но нужно помнить, что каждый выбор имеет свои последствия. Мне еще предстоит решить, какими они должны быть для тебя".

"Что..."

"Не волнуйся, Принцесса", – с ядом сказала Твайлайт.

Селестия могла видеть ненависть в этих глазах, волна пылающего гнева была видна лишь на мгновение, прежде чем Твайлайт снова взяла себя в копыта. Она продолжила уже более нормальным тоном. "Я все еще буду играть свою роль. Я буду защищать Эквестрию, моих пони и моих друзей".

"Долг превыше всего, несмотря на то, как она может к тебе относиться. Ты должна гордиться ею; ты хорошо ее воспитала", – сказала Дейбрейкер.

Твайлайт отвернулась от Селестии, позволив всем своим проявлениям силы угаснуть. Она пошла прочь, прихрамывая, напряжение на израненном теле Твайлайт теперь было заметно, она выглядела так, словно Бризи могла бы столкнуть ее с места.

"Пожалуйста, уходите". Тон был подавленным, с разбитым сердцем, предательским.

Селестия прервала воспоминания, из ее глаз потекли свежие слезы. Эти последние два слова застряли в ее сердце.

* * *

"Проситель, которого вы хотите видеть, находится здесь, ваше Сиятельство". Голос ее Маски был таким же ровным и безэмоциональным, как всегда в этом ментальном пространстве.

Селестия отвела взгляд от застывшего воспоминания, заметив, что прижалась к Дейбрейкер, укрывшись под ее крылом.

"Иди, тебе нужно работать", – сказала Дейбрейкер, кончиком крыла вытирая оставшиеся слезы с ее глаз.

Селестия кивнула, стоило ей только подумать, и она оказалась в своем тронном зале, вновь контролируя свое тело. Ее Маска управляла языком ее тела и регулировала тон ее голоса в соответствии с ее намерениями.

Она снова была принцессой Селестией, величественной правительницей Солнца. Принцесса заговорила, ее голос был чистым и ясным, в нем звучали тепло и уверенность, которые руководили пони на протяжении тысячелетий. "Ноубл Гид, вы можете подойти. Солнечный трон готов выслушать ваше прошение".

Перед ней стоял красивый, хорошо одетый жеребец-единорог. Его черная грива сочеталась с коричневой шерстью. Его знаком была карта с обозначенными на ней тропами.

Она слушала его речь, впитывая его длинные слова. Прошение Ноубл Гид стало для нее приятным сюрпризом, и поэтому она искала подвох. Его просьба была совершенно бескорыстной. Он хотел построить полупостоянное поселение для пони Мэйнхеттена, а затем сохранить его для возможных будущих нужд. К ее сомнениям добавлялся тот факт, что это было как раз то, в чем сейчас нуждались ее пони.

Его дыхание было спокойным, а выражение лица говорило об искренности. Селестия внимательно изучала его, каждый жест, каждое движение его тела, шевеление ушей и изменение его взгляда. Не было ничего, что дало бы ей повод усомниться в нем. Это слишком хорошо, чтобы быть правдой, – прокомментировала Дейбрейкер, и Селестия согласилась.

По мере продолжения разговора она расширяла свои чувства аликорна, вбирая в себя все, что касалось его. Она чувствовала его источник, изучала саму его душу. Он был чист, свободен как от темной, так и от магии крови. Он был сильно привязан к земле, и, к сожалению, его жизнь угасала. Ему оставалось не более трех лет. Знает ли он? Хочет ли он оставить после себя наследие? – спросила она с ноткой грусти.

Ты должна быть уверена, настаивала Дейбрейкер.

Углубившись в его существо своим мистическим зрением, Селестия заглянула в его разум. По сравнению с разумом бессмертного, его разум был прост. Его разум казался аккуратным, опрятным, упорядоченным. Было бы легко проникнуть внутрь и изменить его по своей прихоти.

Она изучила его намерение; оно было простым и ярким. Он хотел помочь пони по двум причинам. Первая — потому что это было правильно. Селестия велела своей Маске проявить чуть больше рвения. Вторая причина не была неожиданной, но именно она мешала многим ее пони стать великими. Ноубл Гид хотел получить влияние, которое дало бы ему такое достижение. Как жаль, ведь ты почти тот пони, который нужен мне в совете, – подумала она.

Селестия знала, что может изменить его, но не стала этого делать. Он поступал правильно, в основном по правильной причине. У нее не было никаких оснований вмешиваться.

Из мрачного любопытства она проверила еще один факт. Нет, он не знал, что умирает. Она не стала ему говорить, о некоторых вещах пони лучше не знать. Возможно, я назову в его честь благотворительный фонд, это может побудить других последовать его примеру, – подумала она.

Она позволила своей Маске улыбнуться, она одобрила его прошение. Теперь ей оставалось только ждать несколько часов, пока он закончит говорить.

С возрождением надежды на то, что хотя бы некоторые из ее дворян имеют ценность, ей стало немного легче. Ее эмоции улеглись, привычные традиции двора принесли ей некоторое успокоение. Но все равно было скучно, и ей нужно было сосредоточиться на более важных вещах.

Твайлайт, что же мне с тобой делать? – подумала Селестия, удаляясь в свой сад и оставляя Маску снова быть принцессой.

## 18. Утро Литтл Стар в Понивилле

* * *

Рыская по замку своей матери, Стар добралась до кухни. Если предположить, что это реальность, а не просто лучший сон на свете, у нее было задание. Она ущипнула своей магией, но все еще было больно.

"Шестнадцать" раз ты проверяла, не снится ли тебе сон, — добавила Грей.

Часть ее все еще не могла поверить в это, она была дочерью своей Принцессы, она собиралась получить крылья. А еще лучше, что у нее есть тетя и дядя. Прошлая ночь была такой веселой, игры, все эти новые пони. Ее лицо начало болеть от того, как много она улыбалась.

Она провела копытом по хрустальным стенам, и от этого прикосновения она почувствовала себя в безопасности, защищенной, несмотря на то, что была почти одна. Ее мама все еще спала, как и все хорошие пони, которых она встретила прошлой ночью.

Сосредоточив свое внимание на неполной групповой картине всех их, плавающей в ее ауре, она рысью двинулась дальше, не обращая внимания на то, куда идет. Знакомый голос Грей отсчитывал шаги до следующего поворота, чтобы она не заблудилась. Это позволило ей сосредоточиться на линиях, которые она выводила чернилами на бумаге. Ее мать, казалось, была так довольна ими, что она старалась, чтобы это была ее лучшая работа. Ее мать заслуживала подарка за то, что она была лучшей.

Да, она могла бы просто попросить дух дерева отвести ее прямо туда, но она не хотела будить ее, вдруг она еще спит. Что бы дух Хрустального дерева хотел получить в подарок? — задалась вопросом Стар.

"Ноль", — объявила Грей, когда Стар пришла на кухню. Ее магия потянулась к инструментам, необходимым для выполнения ее миссии.

"Восемь" пони, которые будут благодарны, если завтрак будет готов к их пробуждению, — сообщил ей знакомый монотонный голос Грей.

"Тетя, дядя и мамины друзья", — сказала Стар, прикладывая копыто к лицу. — "Было бы подло готовить только для Мамы".

Грей подсчитала, сколько пони захотят то или иное блюдо на завтрак.

"Мы отличная команда, Грей", — сказала Стар, приступая к работе, ее аура окутала большую часть кухонной посуды.

Расхаживая вокруг, она танцевала с множеством предметов, которыми манипулировала с помощью своей магии. Она наслаждалась свободой и радостью, которые давала ей ее магия. Приятно было пользоваться ею, когда не было плохих пони, с которыми приходилось иметь дело.

Она игриво засмеялась, когда белое сияние ауры Грей взяло под контроль несколько предметов, и предметы стали двигаться, блокируя и преследуя ее. Танец быстро превратился в магическую игру. Предметы шныряли и переплетались, цвет ауры ясно указывал на их принадлежность. Несколько предметов было сломано, разбито или помято, но в этом не было ничего такого, что нельзя было бы исправить простыми заклинаниями.

Приготовление завтрака заняло гораздо больше времени, чем предполагалось.

* * *

После эпической битвы с летающими тарелками Стар выполнила еще одно задание, а также навела порядок. Она улыбнулась, доставая из своего внепространственного хранилища несколько кусков сверхконденсированного дикого дерева из Вечносвободного.

Она разложила все на столе, каждый кусок на равном расстоянии друг от друга. Рядом с ними появились два свитка — замыслы ее первых питомцев. Она зажгла свой рог тем же модифицированным заклинанием очистки, которое использовала, чтобы проделать отверстие для воздуха в большом дереве, из которого была добыта древесина.

Она усердно принялась за работу, размечая, измеряя и вырезая куски нужной формы. Это требовало времени и сосредоточенности. О нет, — подумала она, когда один луч дезинтеграции прорезал слишком глубоко, превратив часть столешницы в пыль.

"Пять" секунд до прибытия Кейденс, — услужливо сообщила Грей.

"Спасибо", — ответила Стар. Ее рог засверкал, когда она искривила пространство, раздался легкий щелчок, и появилась тарелка со свежими блинчиками и чашкой чая. Копытом она толкнула один из своих свитков на место в столе. Я могу исправить это позже.

Стар начинало нравиться, что во внепространственных пространствах не нужно включать четвертое измерение. Так что в нем ни для чего не будет течь время. Я так хочу наполнить его мороженым! — подумала она.

Как раз в то время, когда Грей вела обратный отсчет до нуля, Стар внезапно заговорила, поприветствовав Кейденс. "Доброе утро, тетя Кейденс", — радостно сказала Стар, поднимая готовый завтрак в своей пурпурной ауре. "Голодна?"

Крылья Кейденс дернулись, а мгновением позже теплая улыбка украсила ее мордочку. "Доброе утро, Литтл Стар", — сказала она. Она вдохнула, с благодарностью глядя на предложенную еду. "О, спасибо. Ты сама их приготовила?"

Стар кивнула. "Ага".

"А где твой? Маленьким кобылкам нужно есть, чтобы вырасти большими и сильными", — сказала Кейденс, подходя к столу и садясь.

"Вот здесь", — сказала Стар, отодвигая в сторону свою работу с помощью ауры. Движение магии, и еда Стар заняла свое место на столе.

Кейденс слегка вздрогнула, приложив копыто к рогу.

Стар обеспокоенно посмотрела на нее, вспоминая медицинские книги, которые она читала, когда ухаживала за матерью. "Тебе нужен врач?"

Взмахнув копытом и улыбнувшись, Кейденс успокоила Стар. "Ничего страшного, я еще не настолько привыкла к этой штуке, как могла бы". Она указала на древесину из Вечносвободного леса, когда начала есть свой завтрак. "Это очень вкусно, спасибо. Над чем ты работаешь?"

"Я делаю себе питомцев", — с гордостью сказала Стар.

"Делаешь питомцев?" — переспросила Кейденс.

"Да… скорее, умных големов, но я называю их своими питомцами". Она поочередно указала на свитки. "Этот будет Совунья, а этот — Спайк".

Кейденс взяла оба свитка в свою голубую ауру. "Значит, Совунья — сова, а Спайк — собака?"

Литтл Стар кивнула. "Ага".

Кейденс на мгновение стала задумчивой. "Возможно, ты захочешь переименовать Спайка, это может немного запутать, когда Спайк, дракон, которого высидела твоя мама, вернется".

"Мама откладывает яйца? Значит ли это, что я тоже буду откладывать яйца?" Выражение лица Стар было смесью растерянности и беспокойства.

Смех Кейденс был мягким и успокаивающим. "Нет, нет, она просто помогла ему вылупиться с помощью своей магии".

"Это делает его похожим на моего брата?" — спросила Стар с надеждой в глазах. Ещё больше семьи? — подумала она, гадая, со сколькими членами семьи ей еще предстоит познакомиться.

"Тебе придется спросить свою маму", — уклонилась от ответа Кейденс.

Стар сделала пометку на свитке. "Ну что, Торн, подходит для имени?"

"Двадцать одна" секунда до прибытия твоей матери, — сообщила Грей Стар.

Кейденс кивнула. "По крайней мере, это поможет избежать путаницы".

Стар начала освобождать еще одно место на столе. "Мама скоро будет здесь".

Кейденс наблюдала за ней, и что-то в выражении ее глаз заставило Стар забеспокоиться. Что я сделала не так? — подумала она в панике.

Выражение лица Кейденс мгновенно изменилось, в нем внезапно появилась теплая забота и любовь. "Прости", — сказала она успокаивающим тоном. Она указала на свой рог. "Я пыталась выяснить, какое заклинание использовала твоя мать, чтобы сообщить тебе об этом".

"О, у меня есть кое-что… что-то, что подсчитывает для меня, оно позволяет мне знать, когда она будет здесь. Через, пять, четыре, три, два, один". Стар телепортировалась, исчезая во вспышке света, и появилась, обнимая уже начавшую приходить в себя и все еще покрытую кристаллами мать, стоящую в дверях.

"Доброе утро, моя Литтл Стар", — сказала мать, окутывая ее любящими крыльями.

"Я приготовила всем пони завтрак", — сказала Стар, несколько вспышек из ее рога, и они обе сидели за столом, а на тарелке ее матери лежали сенобургеры.

Ее мать улыбнулась, голодные глаза уставились на еду, и она облизала губы.

"Сенобургеры на завтрак?" — спросила Кейденс.

Стар кивнула, но мать, казалось, ничего не заметила. Глаза матери были устремлены на ее добычу.

"Твайлайт?" В голосе Кейденс теперь слышалось беспокойство.

Твайлайт опустила голову и со звериным аппетитом принялась поглощать еду. Пурпурная аура и копыта удерживали ее на месте, не позволяя ничему вырваться, пока красный соус покрывал ее морду.

Кейденс засмеялась и чуть не упала со своего места, Стар присоединилась к смеху. Мамочка такая грязнуля, — подумала она.

Вытащив еще один свиток в физический мир с помощью своей магии, она начала делать наброски, чтобы запомнить это навсегда.

Кейденс наклонилась поближе. "Никогда не вставай между своей мамой и сенобургером".

Стар кивнула в ответ. Это действительно выглядело опасно. Заметка для себя: не трансмутируй ничего и никого из пони, о которых я забочусь, в сенобургер. Она на всякий случай записала это в свиток.

Увидев, что написала Стар, Кейденс издала небольшой смешок. "Твайлайт?" — попробовала она снова.

Твайлайт моргнула и медленно огляделась вокруг, сбитая с толку. Язык и аура очистили ее мордочку, но на шерсти и в гриве все еще оставались красные пятна. "Доброе утро, Кейденс", — сказала она, звуча гораздо более собранно и солидно, чем можно было предположить по ее внешнему виду.

Рог Кейденс засветился, и перед Твайлайт появилась плоскость из отражающего кристалла. "Ты немного промахнулась", — сказала она, изо всех сил стараясь не рассмеяться. Она не издала ни звука, но дрожь в груди выдала ее.

"Они были… Я просто должна была их заполучить", — сказала Твайлайт с виноватым видом.

"Ну, по крайней мере, с этой броней их будет легко смыть", — сказала Кейденс.

"Насчет этого, мне нужна твоя помощь, чтобы избавиться от нее",— сказала Твайлайт.

"Но она выглядит красиво", — пожаловалась Стар.

"Да, в этом есть своя прелесть", — сказала Твайлайт, глядя на свое тело. "Но, как и у всех вещей, у нее есть свои недостатки. Трудно принять полноценную ванну, если вода не доходит до шерсти".

"О", — сказала Стар.

"Что я должна сделать?" — спросила Кейденс.

Стар улыбнулась, глядя на мать. Твайлайт улыбнулась в ответ, как бы говоря, что все будет хорошо, прежде чем повернуться к Кейденс.

"Мне нужна твоя помощь, чтобы сломать эту защиту. Я могла бы попросить Эпплджек, но сомневаюсь, что она согласится применить достаточную силу. В конце концов, она не знакома с тем, насколько прочны мы, Аликорны".

"Ноль" процентов шансов на длительный вред. Грей успокоила Стар, прежде чем та успела забеспокоиться.

Кейденс кивнула.

"Ты побудешь немного одна, моя Литтл Стар?" — спросила ее мама.

"Да, мамочка, я могу продолжать работать над своими питомцами". Стар указала рогом на аккуратно разложенные куски дерева и свитки.

"Очень впечатляет, я с нетерпением буду ждать, когда ты закончишь работу", — сказала Твайлайт и обняла Стар любящим крылом.

"Скоро увидимся", — сказала Кейденс, обнимая ее после того, как Твайлайт закончила.

"Пока", — сказала Стар, помахав копытом и возвращаясь к своим питомцам, — некоторые вещи еще нужно собрать.

Оба Аликорна вышли из комнаты. "О том, что ты сказала прошлой ночью…" Это было последнее, что Стар услышала от них, прежде чем они скрылись из виду.

Она быстро подняла свитки и наложила на стол заклинание починки.

"Один" раз тебе это сошло с копыт. Стар улыбнулась словам Грей. Даже если ее мать уйдет с Кейденс, все будет в порядке.

Вырезание кусков не заняло много времени, и она с удовольствием выжигала руны на поверхности.

Грей считала каждый надрез, каждую метку, сколько раз она использовала каждую руну. Все эти цифры теперь были обычным фоновым звуком ее жизни. Приятно было отличать важные цифры от фоновых.

Взяв одну золотую вилку и серебряную ложку, она подбросила их в воздух, создав вокруг них простое заклинание щита. На внутренней стороне появилось кольцо теплоотражающих щитов.

Свечение вокруг ее рога сменилось ровным светом и превратилось в бушующее пурпурное пламя. Наклонившись вперед, она прижала рог к щиту, желая, чтобы пламя прошло сквозь него. Пламя просочилось сквозь магический барьер, превратившись в сферу в центре. Одна за другой загорались руны на внутренней поверхности щита, отражая жар и слегка усиливая температуру.

"Все компоненты вырезаны, есть. Руны вырезаны, есть. Металлические вставки, пока не готовы, все еще жду, пока металл расплавится. Займусь кровавыми камнями, может, я смогу их сделать вместо того, чтобы просто ждать".

Подскочив, она направилась в сторону кухни, взяла большую миску и самый острый нож, который смогла найти. Небольшая вспышка магии, и она и ее инструменты снова оказались за столом.

Нож висел в воздухе, удерживаемый ее аурой. Ей нужно было совсем немного крови, но это был самый важный компонент для создания ядер големов. Я могла бы наложить заклинание обезболивания… — подумала Стар, прежде чем покачать головой. Нет, это может загрязнить кровь.

Она положила в чашу два алмаза размером с копыто и провела над ними голенью. Стар задрожала, нож выглядел острым, и она знала, что будет больно.

Магия крови может быть использована во благо, и я покажу тебе! Эта мысль с силой пронеслась в ее голове. Как и те слова, которые она произнесла, спасая мать, она не знала, откуда они взялись. Она знала только, что это укрепило ее решимость.

Лезвие опустилось, и в месте точного хирургического удара вспыхнула боль. Ее тело лояльно сообщило, что его только что повредили. Она закрыла глаза, издав тихий хнык. Ее тело дрожало, но передняя нога оставалась совершенно неподвижной.

Потянувшись к своему источнику, она набрала полное копыто своей магии и направила ее в кровь. Сосредоточившись внутри, боль уменьшилась.

Красное сияние пробилось сквозь закрытые веки, и она медленно открыла их, глядя в чашу. Два драгоценных камня жадно пили кровь, приобретая внутреннее красное сияние.

Несмотря на жгучую боль, она улыбнулась. Ну вот, не так уж плохо, — подумала она.

Капающая кровь замедлилась и остановилась. Стар моргнула, глядя на свою переднюю ногу. Ее глаза расширились, когда рана закрылась. Ну, это полезно, — с радостью подумала она, глядя на то, что миска заполнена лишь наполовину. Отлично, теперь мне придется делать это снова.

Стиснув зубы, она позволила лезвию разрезать свою плоть, на этот раз без колебаний. Звуки капающей крови казались очень знакомыми, почти успокаивающими, как и подсчет Грей. Желание самой сосчитать каждую каплю и записать ее в свиток не давало ей покоя. Она проигнорировала это, вместо этого наблюдая за раной и тем, как она затягивается на глазах. Меньше чем через минуту ее как не бывало, и она сделала несколько набросков раны в разных стадиях заживления.

Стар вспомнила, как спасла свою мать, осмотрела ее тело, не обнаружив никаких следов того, что она прижималась к обжигающе горячей броне. Ее шерсть выглядела неповрежденной. Неужели это из-за того, кто моя мама? — подумала она.

"Девяносто две" секунды до прихода гостей. Грей дала ей знать, и она каким-то образом знала, что это означает, что все остальные гости скоро появятся.

Стар посмотрела на чашу, драгоценные камни теперь светились ярким красным светом. Она верила, что Кейденс и, возможно, Рэрити не испортят ее работу. А вот мысль о том, что может сделать Пинки Пай… Лучше перестраховаться. Подумав, она отправила все компоненты, расплавленный металл, только что созданные кровавые камни и даже миску и нож, которыми она пользовалась, в карман.

Еще одна вспышка магии, и на столе появилась еда, каждая с маленькой запиской, в которой было указано, для кого она предназначена. Она посмотрела на свой несколько неряшливый вид. Мне нужно убедиться, что я вся чистая. Не должно остаться ни крови, ни каких-либо следов эпической битвы летающих тарелок, — подумала она.

Тихо, чтобы не разбудить его, если он спал, Стар попросила Дух Дерева отвести ее обратно в комнату. К счастью, Дерево не спало.

* * *

Не прошло и нескольких минут, как Стар вернулась и была уже почти на кухне.

"Пинки!" — раздраженный голос Рейнбоу заставил Стар остановиться.

"Да?" — ответила Пинки, судя по звуку, она прыгала по комнате. Странный звук, который она издавала, все еще заставлял глаза Стар дергаться от невозможности этого.

"Дорогая, я думаю, Рейнбоу хочет сказать, что кто-то из пони явно постарался и составил персональное меню для каждого из нас…"

"И ты все это съела", — ворчала Рейнбоу.

"Но это выглядело так аппетитно".

Вся работа впустую. Сердце Стар екнуло.

"Один" раз Принцессе Кейденс понравилась твоя еда. Грей вмешалась в мрачные мысли Стар.

"Один" раз твоя мать выглядела глупо, поедая твои сенобургеры. Грей продолжила, и Стар рассмеялась, вспомнив это.

"Ладно, значит, не совсем пустая трата времени".

Дядя Шайни выглянул из-за угла. "Привет, доброе утро…" Он был прерван телепортационным объятием Стар.

"Доброе утро, дядя Сонный Шайнинг", — сказала она.

Шайнинг улыбнулся и взъерошил ее гриву, обнимая в ответ. "Не у всех пони есть твоя молодая энергия. Не знаешь ли ты, где тетя Кейденс".

Стар игриво боролась. "Она помогает маме перестать быть такой блестящей".

Розовый цвет заполнил ее зрение. "Не глупи, он — Блестящий, а твоя мама — Искристая"[1].

Стар подпрыгнула, не успев опомниться. Ее глаза сузились, когда она топнула своим маленьким копытцем. "А ты — злая пышка, которая съела еду всех пони".

"Но это было так вкусно". Пинки умоляла о прощении со щенячьими глазами и дрожащей губой.

Выражение лица Стар сменилось на задумчивое. "Ты жеребенок, на которого кто-то из пони наложил заклинание возраста?" — спросила она совершенно серьезно.

Из кухни донесся смех Рейнбоу.

"Пинки — это просто Пинки, Сахарок", — сказала Эпплджек, заходя за угол.

"Четыре" секунды до того, как твоя мама зайдет за угол.

Предупрежденная Грей, Стар выглянула в коридор. "Мамочка!" — сказала она, прежде чем броситься в очередное объятие из телепорта.

Твайлайт рассмеялась и обхватила ее обоими крыльями. "Ну, как ты поживаешь, моя Литтл Стар", — спросила она, наклоняясь и прижимаясь к ней.

Стар должна была признать, что с исчезновением красивого кристалла объятия стали намного теплее. "Хорошо… Я много занималась со своими питомцами. Плохо только то, что Пинки съела всю еду, которую я приготовила для всех остальных пони".

Флаттершай с интересом посмотрела на Стар при упоминании о питомцах.

"Эта кобыла…" — почти неслышно прорычала Твайлайт.

"Тогда нам просто придется есть вне дома, я угощаю", — проговорила Кейденс, стоя чуть позади Твайлайт.

* * *

Выйдя на улицу без заклинания "Не-замечай-меня", Стар захотелось спрятаться. Но она не стала, она будет храброй. Мама здесь, и тетя Кейденс тоже, — подумала она, утешаясь тем, что Аликорны присматривают за ней. Она телепортировалась, укрывшись на спине матери.

Дядя Шайни, похоже, постарается защитить меня, но, как и я, он всего лишь единорог.

Стар махала копытом и улыбалась всем пони, показывая, что она добрая. Но мало кто обращал на нее внимание. Почти все взгляды были устремлены на Твайлайт. Казалось, каждая пони в городе хотела лично поприветствовать ее маму. Все они были рады ее видеть, все были счастливы, что она еще жива. Мамочка — самая лучшая, кто бы не радовался, что она жива? — подумала она, стараясь не думать о плохих пони.

Поскольку их продвижение было медленным, Стар телепортировалась прочь. Ее цель — закупить продукты на следующие несколько дней.

Прибыв в магазин во вспышке магии, она сразу же принялась за работу, подняв в своей ауре намеченные покупки. "Здравствуйте, хороший день. Могу я получить это, пожалуйста?" Торговец подпрыгнул от ее внезапного появления и просто смотрел на нее, ошеломленный. "Хорошо… Вот биты, спасибо, пока", — сказала она, а затем в очередной вспышке света исчезла.

Это намного проще, чем когда мне не нужно прятаться, — подумала она, положив свои новые покупки в карман. Моргнув, она вернулась к группе и уловила конец разговора.

"Насколько она сильна?" — спросил Шайнинг.

"Примерно в два раза сильнее, чем я была до этого", — ее мать взмахнула крыльями, затем посмотрела на улыбающуюся Стар.

Друзья матери смотрели на нее странно, она не знала, что делать: гордиться или прятаться. Еще один телепорт, и Стар снова оказалась на спине матери.

"Тогда ты точно член семьи", — сказал Шайнинг с глумливой ухмылкой.

"И что же ты умеешь делать такого классного?" — спросила Рейнбоу, подмигнув.

"Не так уж много, просто поставить щит над всем Кантерлотом на несколько дней", — ответил Шайнинг.

"Если только чейндж…" — начала Пинки.

"Мы же не хотим портить завтрак, правда, дорогая?" — прервала ее Рэрити.

Кейденс благодарно кивнула единорожке. Пинки посмотрела на Рэрити со смертельной серьезностью. "Это обед, глупышка".

Рейнбоу застонала. "Может быть, для тебя", — пробормотала она.

Когда группа приблизилась и их цель стала понятна окружающим пони, впереди началась суматоха. Стар наблюдала, как персонал ресторана суетится и бегает как сумасшедший. Они явно не ожидали, что в их заведение нагрянет такая группа. Две принцессы, может быть, три, если считать и ее. Принц, Элементы Гармонии, кем бы они ни были.

Весь персонал направил их на свои места, пока к ним присоединились три новых пони, сестры Эпплджек и Рэрити, Эпплблум и Свити Белль соответственно. Последней новой пони была Скуталу, она казалась почти сестрой Рейнбоу.

Младшие пони должны были сидеть все вместе. Стар телепортировалась, чтобы занять место, которое оказалось рядом с мамой, раньше других пони.

"Ты умеешь телепортироваться?" — спросила Свити.

Стар кивнула: "Это легко".

"Ты можешь научить меня?" — обрадовалась Свити.

Стар посмотрела на нее: "Ты знаешь, с чем связана твоя магия?"

Лицо Свити выглядело пустым. "Что?"

"Чтобы уметь телепортироваться, ты должна уметь применять астральную аспектированную магию" — с готовностью объяснила Стар.

"О, а я могу?" — Свити все еще звучала растерянно.

Литтл Стар выпрямилась и приготовилась начать урок магии, она дошла до того, что открыла рот прежде чем ее прервали.

"Хватит болтать о магии, почему ты выглядишь как маленькая Твайлайт?" — заявила Скуталу.

"Она моя мама", — сказала Стар, с гордостью садясь прямее.

"Ты уверена, что ты не какой-то клон, чтобы занять ее место?" Скуталу наклонилась, но была отброшена назад аурой Свити Белль.

"Я не думаю…" — начала Стар.

"Значит, Твайлайт — твоя мать… а кто твой отец?" — подхватила Свити Белль.

"Отец…" — сказала Стар, подумав. Кто мой отец? Она не знала, выражение лица Стар стало грустным, глаза начали слегка блестеть.

"Как ты получила свою кьютимарку?" — спросила Эпплблум, быстро меняя тему.

Стар посмотрела на свой бок. "Она у меня всегда была". Она пожала плечами, все еще звуча немного пустовато.

"Разве это справедливо", — пробормотала Скуталу. Стар подумала, что ее голос очень похож на голос Рейнбоу.

"Так у тебя нет истории про кьютимарку?" — спросила Эпплблум.

Стар покачала головой: "Нет".

Эпплблум взволнованно произнесла. "А ты знаешь, что это значит? Мы трое основали "Меткоискателей", чтобы найти свои кьютимарки. Теперь, когда они у нас есть, мы ходим и помогаем пони найти свои".

"Или помогаем пони, которые нуждаются в совете о том, что означает их метка", — добавила Свити.

"Ты можешь мне помочь?" — Голос у Стар был негромким. У нее не было отца, она не знала, как получила свою метку. Казалось, что глубоко внутри нее была пустота, пустая и жаждущая заполнения.

"Конечно, могу", — сказала Эпплблум,

"И в чем ты хороша?" — спросила Скуталу.

"Магия?" — нерешительно спросила Стар, она чувствовала, как что-то нарастает в ее источнике. "Мой особый талант — магия", — с гордостью сказала она, выпячивая грудь. Она усмехнулась, когда этот факт пронесся в ее сознании. Нежданные слова сами пришли к ней в голову. "Меня зовут Литтл Стар, и мой особый талант — магия. Я собираюсь доказать, что плохой магии не существует".

Странная пульсация магии исходила и от Кейденс, и от ее матери. Это было странно, она не чувствовала ее в своем роге, как будто все ее тело вибрировало. Стар подняла взгляд от своей еды, не обращая внимания на перебранку между другими пони. Это из-за меня? Нет, это исходило от них, — подумала она.

Глаза Кейденс расширились и смотрели прямо на Твайлайт. Она быстро восстановила нормальное выражение лица.

"Добро пожаловать в небольшую часть правды", — сказала Твайлайт так тихо, что никто из пони не отреагировал. Губы ее матери, казалось, не шевелились.

"Ты действительно этого хотела?" — спросила Кейденс. Теперь, когда Стар обратила внимание, она почувствовала магию воздуха, использованную для создания звука. Она была почти полностью скрыта силой их источников.

Твайлайт слабо кивнула.

Кейденс посмотрела на Стар, едва заметно шевельнув глазами. "Ты нас слышишь?" — сказала она так, чтобы слышали только они трое.

Стар скопировала незаметный кивок своей матери. Это прямо как в шпионском комиксе, — подумала она. Ей потребовалось всего несколько мгновений, чтобы понять, как повторить их метод разговора. "Что это было за заклинание?" — спросила она почти беззвучно.

Кейденс подняла бровь, этого было достаточно, чтобы привлечь внимание Шайнинга.

Мать одарила ее особой гордой улыбкой, которую так любила видеть Стар, и обняла ее крылом. "Я научу тебя кое-чему, когда у тебя появятся крылья, моя Литтл Стар".

Новое заклинание! — воскликнул разум Стар. Это было не просто новое заклинание, это было суперсекретное заклинание Аликорнов.

Снова заговорив на нормальной громкости, ее мать спросила: "Ну что, ты завела новых друзей?"

Стар посмотрела на трех пони, с которыми она разговаривала. "Сейчас узнаю", — сказала она матери. "Не хотите ли вы дружить?" — спросила она у Метконосцев.

Несколько громких положительных ответов смешались вместе. Стар улыбнулась. У меня больше друзей, — подумала она. "Мы можем пойти поиграть?".

"У тебя есть шлем?" — спросила ее мама.

В мгновение ока магический предмет оказался у нее на голове.

"Это круто, не так круто, как Рейнбоу Дэш, но все равно круто", — сказала Скуталу.

Твайлайт оглядела своих друзей, Стар наблюдала за реакцией старших пони.

"Будьте осторожны, и постарайтесь вернуться до темноты", — сказала Рэрити.

Стар кивнула: "Будет сделано, пока, все пони", — весело сказала она. Она зажгла свой рог, и во вспышке волшебства Стар и три ее новых друга исчезли.

* * *

Стар потеряла остаток дня, проводя время со своими новыми друзьями. Ей сказали, что телепортация — это жульничество при игре в пятнашки. Очевидно, так же как и использование щитов или превращение в невидимку. Стар действительно собиралась научить Свити большему количеству заклинаний, чтобы они могли играть в магические пятнашки.

Она узнала, как весело можно провести время, творчески используя заклинание "Оживления". К сожалению, она также узнала, как трудно вернуть все под контроль, если следовать указаниям Меткоискателей. Теперь она добавила в свою коллекцию новый свиток с длинным списком того, чего не следует делать с помощью этого заклинания. Первым в списке значилось все, что, по мнению Меткоискателей, будет весело.

Ее последний урок заключался в том, как трудно отстирать с шерсти древесный сок. Это был невеселый урок.

По дороге домой она старательно избегала толпы, ходатайствующей перед мэром о запрете ее любимого заклинания в Понивилле.

Она улыбнулась, глядя на нарисованный тушью рисунок, на котором все они улыбались в групповом объятии, а внизу были подписаны имена всех пони.

Сегодня был замечательный день, — подумала она, и ее аура открыла дверь в замок Кристального дерева.

## 19. Уроки для аликорна

* * *

Проснувшись от трехчасового сна, наложенного заклинанием, Кейденс сразу пришла в себя. Знакомое беспокойное чувство побудило ее искать небо. Прижавшись к все еще крепко спящему Шайнингу, она тихо вышла из комнаты. Убрав частьв своего веса с помощью пегасьей магии, она почти бесшумно ступала копытами. Она намеревалась отправиться в полет ранним утром, и ей не хотелось будить других пони.

Бесшумно она прошла на кухню, направляясь к выходу.

Внезапное движение испугало ее; урок Луны снова врезался в ее сознание. Ее тело напряглось, готовое отпрыгнуть в сторону и ударить, если нападавший последует за ней.

"Доброе утро, тетя Кейденс", — радостно сказала Стар, неся тарелку с блинами в пурпурной ауре. "Голодна?"

Кейденс сдержалась, единственным признаком того, что она почти отреагировала на маленького жеребенка, как на убийцу, было подергивание крыльев.

Она тепло улыбнулась. Она приготовила мне завтрак, какая прелесть. "Доброе утро, Литтл Стар". Она вдохнула аромат еды, он был хорош, почти так же хорош, как у Селестии. "О, спасибо тебе. Ты сама их приготовила?"

Стар кивнула. "Да." Кейденс почти чувствовала радость, исходящую от Стар. Если бы блины были ужасными кусками угля, она бы съела их и сказала, что они самые вкусные на свете, просто чтобы поддержать ее радость.

"А где твои? Маленьким кобылкам нужно есть, чтобы вырасти большими и сильными", — сказала Кейденс, подойдя к столу и заняв место.

"Вот здесь", — сказала Стар, отодвигая своей аурой работу.

По ее рогу пробежала болезненная дрожь. Приложив к нему копыто, она надеялась облегчить это ощущение.

"Тебе нужен врач?" — сказала Стар, ее сердце излучало беспокойство. Стар так искренна, что мне даже не нужно использовать свои чувства, она практически кричит мне о своих эмоциях.

Махнув копытом и изобразив свою лучшую улыбку, Кейденс ответила: "Ничего страшного, я еще не привыкла к этой штуке, как могла бы".

Странные куски дерева и сложные на вид свитки привлекли ее внимание. "Это действительно вкусно, спасибо. Над чем ты работаешь?" — сказала она, указывая копытом на предметы.

"Я делаю себе домашних питомцев", — с гордостью сказала Стар.

Как ты делаешь домашних питомцев? Она задумалась, мысленно пожав плечами. "Делаешь питомцев?"

"Да… скорее, умных големов, но я называю их своими питомцами". Она поочередно указала на свитки. "Этот будет Совунья, а этот — Спайк".

Кейденс взяла оба свитка в свою голубую ауру. Она очень внимательно следила за тем, чтобы на столе под одним из них не было видно отметины. Она знала, что что-то случилось, поскольку все остальное на столе было идеально выровнено, кроме одного свитка.

"Значит, сова — Совунья и пес — Спайк?" Кейденс не могла не знать о выборе имени. "Возможно, ты захочешь переименовать Спайка, это может немного запутать, когда Спайк, дракон, которого высидела твоя мать, вернется".

Кейденс аккуратно положила свитки на то место, где нашла их. Это может стать нашим маленьким секретом — весело подумала она.

"Мама откладывает яйца? Значит ли это, что я тоже буду откладывать яйца?" В выражении лица Стар смешались растерянность и беспокойство.

Смех Кейденс был мягким и успокаивающим. "Нет, нет, она просто помогла ему вылупиться с помощью своей магии".

"Это делает его похожим на моего брата?" — спросила Стар с надеждой в глазах.

Кейденс почувствовала тоску, Стар очень хотела, чтобы она ответила "да". "Тебе придется спросить у своей матери", — сказала она, сделав пометку поднять этот вопрос с Твайлайт позже.

Стар сделала пометку на свитке. "Значит, Торн — подходящее имя?"

Кейденс кивнула в ответ. "По крайней мере, это поможет избежать путаницы".

Магия Стар принялась за работу, освобождая место на столе. "Мама скоро придет".

То, как она это сказала, внезапная радость и уверенность. Как будто кто-то только что сказал ей об этом. Напрягая и концентрируя свои чувства, Кейденс не могла обнаружить никого поблизости. Может, это было какое-то заклинание? — подумала она.

От Стар исходила волна паники, и Кейденс посмотрела на Стар, ласково улыбаясь. "Прости", — сказала она успокаивающим тоном. Она указала на свой рог. "Я пыталась выяснить, какое заклинание использовала твоя мать, чтобы сообщить тебе об этом".

"О, у меня есть кое-что… что-то, что считает для меня вещи, это позволяет мне знать, когда она будет здесь. Через пять, четыре, три, два, один". Стар телепортировалась, исчезая во вспышке света, появляясь и обнимая изумленную и все еще покрытую кристаллами Твайлайт.

Она собиралась что-то сказать какой-то пони. Кэйденс была уверена в этом, она почувствовала беспокойство Стар, когда та изменила свои слова, но не успела сказать, за кого она беспокоится.

"Доброе утро, моя Литтл Стар", — сказала Твайлайт, обнимая ее любящими крыльями.

О, они такие очаровательные, жаль, что у меня нет фотоаппарата! Кейденс мысленно взвизгнула.

"Я приготовила всем пони завтрак", — сказала Стар, несколько вспышек ее рога, и они обе сидели за столом, на котором стояла тарелка с сенобургерами ее матери.

Кейденс изо всех сил старалась скрыть дискомфорт, пронзивший ее рог. Что же мне делать? Они обе так любят свои телепорты и карманные заклинания. Эта проблема начинала ее раздражать, казалось, с каждым годом она становилась все хуже.

"Сенобургеры на завтрак?" — спросила Кейденс, глядя на Стар с легким осуждением.

Стар кивнула, без малейшего намека на сомнения в выборе.

Посмотрев на Твайлайт в поисках комментария, она сделала паузу. Твайлайт смотрела на сенобургеры так, словно она была хищником, а они — ее добычей. На мгновение показалось, что ее глаза слегка прищурились.

"Твайлайт?" В голосе Кейденс теперь слышалось легкое беспокойство.

Твайлайт опустила голову и с дикой свирепостью принялась пожирать еду.

Вид разлетающихся кусочков еды, которые уносились назад, только чтобы быть притянутыми аурой Твайлайт, и красного соуса, забрызгавшего ее морду, был слишком сильным. Кейденс рассмеялась, взмахнув крыльями, чтобы не упасть со стула.

Увидев, как Стар начинает рисовать на свитке, где Твайлайт была записана как "могучая истребительница сенобургеров", она чуть было снова не расхохоталась. Сохраняя самообладание, она наклонилась к Стар. "Никогда не становись между своей мамой и сенобургером", — сказала Кейденс своим лучшим предупреждающим тоном.

Стар кивнула, написав на свитке: "Заметка для себя, не трансмутируй ничего и никого из пони, которые мне дороги, в сенобургер". Кейденс издала небольшой смешок.

Теперь, когда зверь был сыт, она попробовала снова. "Твайлайт?"

Твайлайт моргнула и медленно огляделась вокруг в замешательстве. Язык и аура очистили ее мордочку, все еще оставляя красные пятна на шерсти и в гриве. "Доброе утро, Кейденс", — сказала она, звуча гораздо более собранно и солидно, чем можно было предположить по ее внешнему виду.

Рог Кейденс засветился, и перед Твайлайт появилась плоскость из отражающего кристалла. "Ты немного промахнулась", — сказала она, изо всех сил стараясь не рассмеяться.

"Они были… Я просто должна была их заполучить", — сказала Твайлайт с виноватым видом.

"Ну, по крайней мере, с этой броней их будет легко смыть", — сказала Кейденс.

"Насчет этого, мне нужна твоя помощь, чтобы избавиться от нее".

"Но она выглядит красиво", — пожаловалась Стар, излучая сожаление.

"Да, в ней есть свои прелести", — сказала Твайлайт, глядя на свое тело. "Но, как и у всех вещей, у ней есть свои недостатки. Трудно принять полноценную ванну, если вода не попадает на шерсть".

"О", — сказала Стар.

"Что я должна сделать?" — спросила Кейденс.

Стар улыбнулась, глядя на мать. Твайлайт улыбнулась в ответ, как бы говоря, что все будет хорошо, прежде чем повернуться к Кейденс.

"Мне нужна твоя помощь, чтобы сломать эту броню. Я могла бы попросить Эпплджек, но сомневаюсь, что она согласится применить достаточную силу. В конце концов, она не знакома с тем, насколько мы, Аликорны, прочны".

Кейденс кивнула, она знала, что сильнее Эпплджек, поэтому ожидала, что проблем не будет.

"Ты побудешь немного одна, моя Литтл Стар?" — спросила Твайлайт, с любовью глядя на нее.

"Да, мамочка, я могу продолжать работать над своими питомцами". Стар указала рогом на аккуратно разложенные куски дерева и свитки.

"Очень впечатляет, я с нетерпением жду, когда увижу их, когда твоя работа будет завершена", — сказала Твайлайт и притянула Стар в любящее объятие крыльев.

"Скоро увидимся", — сказала Кейденс, украдкой обнимая ее. Если бы она могла питаться любовью, ей бы не пришлось есть до конца жизни от одного этого объятия. Стар обняла ее со всей силой, как физической, так и эмоциональной.

"Пока", — сказала Стар, помахав копытом, и повернулась к своим питомцам — все еще требовались некоторые приготовления.

Аликорны вышли из кухни. Кейденс подождала, пока они не оказались вне пределов слышимости, прежде чем заговорить. "Я хочу знать, о чем ты говорила прошлой ночью".

Твайлайт посмотрела через плечо на Кейденс. "Твоя тетя говорила тебе о том, что тебе нужно пройти через испытание?"

Кейденс кивнула. "Она сказала, что я не должна говорить об этом ни с кем из пони, она была очень настойчива".

"Поскольку ты здесь, я могу предположить, что ты была… удачлива. Могу я спросить, что за испытание?" — спросила Твайлайт. Что-то в тоне Твайлайт было не так, слишком холодно для ее невестки.

"Испытание Пути, так она его назвала".

Твайлайт повернулась к ней лицом. "В самом деле? Она оставила твое выживание на волю случая", — сказала Твайлайт, гневно сверкнув глазами и опасно сузив их. Закрыв глаза и положив копыто на грудь, она выполнила дыхательные упражнения, которым, как она помнила, учила ее Кейденс.

Успокоившись, Твайлайт продолжила. "Я не ожидала, что она так рискнет со своей племянницей. Ну, а тебе, по крайней мере, сопутствует удача звезд, мало кто выживает без подготовки".

"Селестия выразилась не совсем так, она сказала, что это ворота между смертным и бессмертным Аликорном".

"Она позволила тебе… если бы не…" — рычание покинуло мордочку Твайлайт. "Она оставила тебя в таком положении, что ты могла бы умереть. Что ж… если она не собирается заботиться о тебе, это сделаю я". Ее глаза загорелись решимостью.

"Ты прошла через свое Испытание?" — спросила Кейденс.

"Испытание Шипа", — ответила она, указывая копытом на свою грудь. "Любящая принцесса Солнца вонзила меч прямо сюда".

Кейденс поморщилась: слышать, что ее домен заняла пустота, было больно. Луна сказала, что ты боишься Селестии, но мне бы хотелось, чтобы ты не заменяла этот страх ненавистью.

Пурпурная аура раздвинула шерсть Твайлайт, показав аккуратный шрам. "Она даже оставила мне постоянное напоминание". Твайлайт повернулась, чтобы продолжить путь. "Идем, ты должна кое-что узнать", — скомандовала Твайлайт тоном, не терпящим возражений. Натренированным ушам Кейденс казалось, что Твайлайт изо всех сил старается походить на Луну.

Кейденс некоторое время смотрела ей вслед, прежде чем последовать за ней. У нее даже властная походка Луны. Неужели она теперь сменила образец для подражания?

Она последовала за Твайлайт, сохраняя молчание в течение нескольких минут, и только стук копыт по хрустальному полу составлял ей компанию. Оглядевшись вокруг, она не узнала эту часть замка.

Вспоминая связь, которую она видела между Селестией и Твайлайт, Кейденс знала, что Селестия любит Твайлайт. Что заставило тебя делать такие вещи со своей почти дочерью, тетя? — подумала она.

"Твайлайт?" — спросила Кейденс, надеясь, что не собирается еще больше злить Твайлайт.

"У тебя есть вопросы", — заявила Твайлайт, даже не обернувшись. "Спрашивай".

Обычно Твайлайт так не разговаривает. Она задумалась, задавая свой вопрос. "Зачем нужен суд?"

Твайлайт испустила долгий вздох. "Если мне суждено учить тебя, я не стану начинать с полуправды". Ее рог засветился, и вокруг них обоих вспыхнул барьер, блокирующий звук. "По-настоящему аликорном становятся только после прохождения испытания, а до этого ты просто потенциальный аликорн. Чем дольше твое аликорнство остается в потенциале, тем опаснее оно, и тем больше вероятность, что ты не пройдешь испытание".

В груди Кейденс поднялось тягостное ощущение. "Что случится, если ты провалишься?"

"Еще одна вещь, которую дорогая Селестия никогда бы тебе не сказала, но я скажу. Для нас, аликорнов, не существует загробной жизни. У нас есть либо вечная жизнь, либо истинное забвение. Это ответ на твой вопрос?"

Кейденс кивнула, снова погрузившись в свои размышления. Она не хотела показывать темные одинокие места, куда устремился ее разум. "Значит, если Шайнинг умрет, я никогда не смогу присоединиться к нему".

Твайлайт сделала задумчивую паузу. "Если только ты не настолько глупа, чтобы попытаться проникнуть в загробный мир".

"Ты можешь просто пойти туда?" Кейденс была ошеломлена.

"В Тартар есть дверь, не так ли?" Твайлайт остановилась, повернувшись лицом к участку стены. "Так или иначе, мы здесь".

Кейденс не знала, что и думать об этом откровении. Вместо этого она посмотрела на стену, насколько она могла судить, это была стена. По ее ощущениям, она все еще была похожа на все остальные стены в Замке Твайлайт. Она посмотрела на Твайлайт и подняла бровь.

"Если кто-то из пони ищет секреты в моем замке, как ты думаешь, какого рода маскировку они будут искать?"

"… они будут ожидать магию".

"Да", — сказала Твайлайт, прежде чем ударить копытом по стене в нужном порядке.

Раздался странный чуждый звук, нечто среднее между инопланетным щебетанием и одним из звуков, которые она когда-то слышала от Пинки Пай. С шипением выходящего воздуха и причудливой смесью гудения и скрипа часть стены повернулась, открывая потайной проход.

Твайлайт вошла внутрь, махнув крылом Кейденс, чтобы та следовала за ней. Комната с другой стороны казалась неожиданно нормальной, но, оглянувшись на дверь, оказалось, что к ней прикреплено какое-то устройство.

"Что это?" — спросила Кейденс.

"Электромотор, микрофон и простой компьютер из мира Сансет".

"То, чего никто не ожидал и не знал, как с этим обращаться, если только они не проходили через зеркало". Сказала Кейденс, кивая.

Твайлайт нажала на кнопку, и дверь закрылась. "Комната звукоизолирована, и весь замок защищен от враждебной магии обнаружения, так что ничто не выдаст это место".

"Твайлайт, для чего ты используешь эту комнату?" Спросила Кейденс, мысленно прикидывая темные причины, по которым кому-то из пони может понадобиться такая комната.

"Пока что… прячу подарки к дню согревающего очага".

Кейденс позволила себе небольшую улыбку. Даже со всей этой ненавистью в тебе, ты все еще… Твайлайт, которую я знаю уже много лет, если не та, с которой я нянчилась с самого начала.

Твайлайт заняла уверенную позу. "С твоего позволения". Она кивнула сама себе.

"Доспехи, да. Как сильно ты хочешь, чтобы я ударила по ним?" — немного неловко спросила Кейденс.

"Так сильно, как только сможешь".

"Ты уверена?" — спросила Кейденс с сомнением.

"Сегодня утром я полчаса пыталась ударить по ним наковальней, и даже сколов не осталось".

"О, тогда ладно." Кейденс подошла к Твайлайт, разминаясь и потягиваясь. "Извини, если будет больно". Она припала к земле и сгруппировалась, готовясь со всей силы рвануть вперед. Она чувствовала, как магия земных пони приливает к ее мышцам, и это возбуждало. Кейденс усмехнулась: ей редко выпадал шанс испытать себя подобным образом.

Ударная волна, вызванная титаническим ударом, разорвала ее барабанные перепонки. Она оглянулась через плечо: Твайлайт сползала по дальней стене, за ней по воздуху тянулся след из осколков кристаллов. Ее ухмылка померкла, когда она галопом помчалась к сестре.

"Твайлайт, Твайлайт, ты в порядке?" Она знала, что говорит, даже если не могла этого слышать.

Помутневшие глаза Твайлайт моргнули и медленно сфокусировались на ней. Она кивнула, медленно поднимаясь на копыта. Кейденс обняла ее, укутав своими крыльями.

Твайлайт растаяла в объятиях, расслабившись. Кейденс услышала, как та вздохнула. Хорошо, что мой слух восстанавливается, — подумала она. Она фыркнула. "Твайлайт, тебе действительно нужна ванна".

Твайлайт посмотрела на себя и изучила, ее мордочка исказилась в отвращении. Она отстранилась от объятий. "Ты не против немного подождать?"

"Не стоит", — сказала Кейденс с ухмылкой. Я знаю заклинание, которого не знает Твайлайт. Это была маленькая мысль, но она почувствовала нелепую гордость за то, что может сделать хотя бы одну частичку магии, которую не может сделать Твайлайт. Рог Кейденс вспыхнул дважды в быстрой последовательности. Ее личное заклинание ухода оставило их обеих причесанными, чистыми, пахнущими розами и выглядящими по-королевски.

Кейденс смеялась от радости, а выражение изумления на лице Твайлайт было просто бесценным. "Что ты думаешь о моем изобретении?"

"… Ты понимаешь, насколько сложным было это заклинание, сколько всего нужно было учесть, чтобы оно сработало?" Казалось, Твайлайт была в легком шоке.

"Если ты знаешь, как выполнить каждый шаг своими копытами, то заставить магию сделать это — проще простого". Кейденс улыбнулась.

"Вознесенный земной пони был бы ужасен".

"Или пегас, выросший в деревне земных пони?" — сказала Кейденс со знающим видом.

Твайлайт улыбнулась, наклонив голову в знак согласия. "Да, или пегас, так что начнем твои уроки?"

"Мне более чем любопытно, чему мы будем учиться".

"Первое — как защитить свой разум, прямо сейчас я могу взять под контроль твое тело, и ты ничего не сможешь с этим поделать", — заявила Твайлайт, расхаживая по комнате.

Глаза Кейденс расширились от ужаса: на нее нахлынули воспоминания о том, как Шайнинг Армора контролировали чейнджлинги. Она отодвинула свое прошлое в сторону и внимательно изучила связь Твайлайт с ней, намеренно не обращая внимания ни на что другое. Если бы она снова увидела Селестию, то наверняка сломалась бы прямо на глазах у Твайлайт.

Связь Твайлайт с ней была сильной, здоровой. Ее любовь была чистой, а недостаток доверия более чем исцелен. Кейденс улыбнулась. Странно, но существовала и вторая связь, более тонкая, более свежая, которая тоже была связана с ней. Это была смесь жалости, долга, уважения и желания. Эта новая связь сопровождалась всплесками защитного гнева.

Что это? — подумала она. У пони не бывает двух связей с одним пони. Не бывает у них и связей с самими собой. Она задумалась, вспоминая, что видела в прошлый раз. Единственное, в чем она могла быть уверена, так это в том, что Твайлайт не хотела причинить ей вреда, она любила ее и хотела защитить. Для Кейденс этого было более чем достаточно, чтобы доверять ей.

Твайлайт остановилась, повернувшись к ней лицом, и мрачно кивнула. "Я понятия не имею, почему Селестия оставила тебя такой беззащитной. Но я это исправлю". Что-то во взгляде Твайлайт казалось старше, взгляд столетий придавал вес ее словам.

"Хорошо, что же нам делать?" Кейденс не понравилось, что ее голос прозвучал так тихо, что-то в этом взгляде заставило ее почувствовать себя жеребенком.

Твайлайт произнесла несколько слов на странном языке, каждое слово, казалось, резонировало внутри нее. Кейденс вопросительно посмотрела на нее. Что-то в том, как они звучали, говорило о том, что именно на этом языке должна была звучать песня Твайлайт, она просто знала это.

"Выучи эти слова и выучи их хорошо".

Кейденс кивнула, перекатывая слова во рту. Несмотря на то, что она никогда не слышала их раньше, они казались ей знакомыми. Язык был удобен и легок в произношении. Как будто она говорила на нем всю свою жизнь, даже если знала только эти несколько слов.

"Если кто-то заставит тебя заключить магический контракт или другое соглашение, навязанное мистическим образом, это заклинание заставит обе стороны соблюдать дух соглашения. Это называется "Заклинание-доброй-воли". Добавление его перед вашим согласием изменяет соглашение. Если другая сторона пытается вас обмануть или обхитрить… заклинание ударит по ней". Твайлайт рассмеялась. "Учитывая, какое чувство юмора может проявить Возмездие, я бы почти приписала Дискорду создание этого заклинания".

"Оно действует только на магические контракты? Я не могу использовать его на мирских?" — с надеждой спросила Кейденс.

Твайлайт улыбнулась: "Нет… но я думаю, тебе не составит труда начать заменять обычные на магические для более важных соглашений?"

"Я не знаю, как заключать пакты… Кажется, это так называется".

"Сколько пробелов… Нет, не важно". Твайлайт приблизилась к ней и зажгла свой рог.

"Я собираюсь заявить о своем намерении обучать тебя, взять тебя в ученицы. И что я никогда не буду лгать тебе во время урока, и что все, что случится с тобой во время уроков, я делаю для твоего блага. Кроме того, есть небольшая приписка, что никто из нас не будет воевать друг с другом без официального прекращения этого соглашения. Это позволит мне показать тебе, как защитить свой разум, но до тех пор, пока ты будешь моим учеником, это позволит мне преодолеть эту защиту. Я не буду использовать это для причинения тебе вреда, кроме как для твоего обучения".

Кейденс побледнела, все это звучало очень серьезно. Вторая связь пылала интенсивностью, но в ней не было ни капли нечестности. Она кивнула. "Что мне нужно сделать?"

"Как только я закончу говорить, вызови заклинание и прикоснись своим рогом к моему".

"И это все?"

Твайлайт кивнула. "Это все". Она взмахнула крыльями и приняла царственную позу. Она начала говорить на чарующем языке, каждое слово звучало уникально. При одном только представлении этой песни у Кейденс едва не выступили слезы на глазах, она почти слышала ее.

В словах возникла пауза, Твайлайт подставила свой рог.

Я доверяю тебе, Твайлайт — подумала Кейденс, произнося заклинание, затем опустила свой рог, скрестив его с рогом Твайлайт.

Мир стал белым.

* * *

Кейденс проснулась, ей было тепло и уютно. Знакомая мягкость постели под ней, ощущения от простыней, окружающих ее.

"Шайни, как мы вернулись?" — спросила она, потянувшись туда, где обычно находился он. Его там не было, его сторона кровати была холодной. Она насторожилась и огляделась вокруг.

Я собиралась узнать кое-что от Твайлайт… Как я здесь оказалась? Она забеспокоилась, оглядывая свою комнату. Все было на своих местах. Ее внимание привлекло движение в отражении. В отражении она увидела слуг, которые прибирались в ее комнате, один даже освежил простыни.

Оглядев комнату, она поняла, что в ней кроме нее никого нет. И все же в отражении двое слуг продолжали работать. Что происходит?

В дверь постучали. "Войдите", — сказала она.

Дверь засветилась приятной пурпурной аурой, когда она распахнулась. Твайлайт вошла, радостно улыбаясь.

"Что случилось, почему мы в Империи?" — спросила Кейденс.

Твайлайт прошла в комнату и села в кресло. "Кейденс, в самом деле, ты и есть Империя".

Что? Она задумалась, прежде чем ответить. "Ты ведь не имеешь в виду, что пони говорят, что Селестия — это Эквестрия?"

"Нет, не имею", — ответила Твайлайт, слегка покачав головой. "Мы, аликорны, настолько же выше других пони ментально, насколько физически и магически". Она жестом обвела комнату. "Это твой Ментальный Бастион, в твоем случае он просто связан с физическим миром".

"Значит… мы находимся в моем разуме, и каким-то образом Империя является одной из защитных систем моего разума? Это то, что ты хочешь сказать, верно?"

"Да, и теперь, когда ты побывала здесь, твой разум укреплен ею. Даже Луна не сможет посетить твои сны, если ты не позволишь".

Кейденс указала на слуг в отражении. "И это действительно происходит прямо сейчас?"

Твайлайт кивнула. "Да, ты хочешь пойти и поговорить с ними?"

"Нет, по крайней мере, пока. Каков твой Ментальный Бастион?"

Твайлайт ухмыльнулась. "Ты удивишься, если я скажу, что это библиотека в дереве?"

Кейденс рассмеялась. "Ты всегда предпочитала Золотой Дуб своему замку".

"На другом уроке я попробую показать тебе все вокруг, но не сегодня".

"Так если мы должны быть намного умнее других пони, почему я не могу разобраться в математике, которая тебе так нравится?" — в замешательстве спросила Кейденс.

Твайлайт с усмешкой покачала головой. "Быть аликорном не не значит быть более умным… у нас просто больше места в голове. Наш разум и источники — это… своя собственная плоскость реальности".

"То есть как карманы, которые вы со Стар так любите?"

"Да, точно".

"Так что же нам делать со всем этим пространством?"

"Что хочешь… но поскольку оно связано с физической империей, у тебя есть некоторые уникальные возможности". Твайлайт оглядела комнату. "Я полагаю, что любые изменения, которые ты внесешь в кристаллические стены, будут отражены здесь".

Кейденс посмотрела на стену: "И как же мне ее изменить?"

"Для начала просто приложи к ней копыто, позволь своим чувствам проникнуть в нее и попроси ее измениться".

Кейденс грациозно поднялась с кровати и подошла к стене рядом с Твайлайт. "Значит, физически я все еще в Понивилле?" — спросила она.

"Наши тела в безопасности, и да, они все еще в Понивилле".

Вернувшись к стене, Кейденс нашла ту часть, которую искала. Всегда хотела, чтобы здесь висела какая-нибудь картина, — подумала она, положив копыто на стену.

Под ее копытом заплясали струйки энергии. Прямо как на уроках магии: знай свое намерение, визуализируй свое намерение, проявляй свое намерение, — мысленно произнесла она, закрыв глаза.

Сделав спокойный вдох, она очистила свой разум от всего. Проблемы последней недели померкли, потеряв свою значимость. Еще один вдох, и она сформировала в своем сознании один образ. В ее сознании прояснился образ Шайнинга и его метки, скрепленных прекрасными розами. Она впечатала образ в стену, как будто это было заклинание.

Сила в стене запульсировала, а через мгновение и ее поверхность. Закрыв глаза, Кейденс продолжала удерживать изображение. Она давно усвоила, что нельзя прерывать заклинание, если не знаешь, как это сделать безопасно.

Она чувствовала, как меняется текстура и как части движутся под ее копытом. Постепенно сила угасла, движение прекратилось. Стена снова стала твердой под ее копытом. Через десять медленных вдохов она открыла глаза.

Перед ней было изображение, идеально сформированное в кристалле. Даже цвета были правильными.

"Ура, великолепное представление", — сказала Твайлайт, притянув ее к себе и обняв.

Кейденс обняла ее в ответ, глядя между новым произведением искусства и Твайлайт. Несмотря на то, что она больше не прикасалась к нему, сила стены, ее сердцебиение, похожее на стук сердца, все еще доносились до ее органов чувств.

Она медленно расширила свои чувства, и каждая часть здания отозвалась. "Я все еще чувствую это", — сказала Кейденс, удивляясь ощущениям.

Мы готовы, Ваше Величество. В ее голове раздался хор голосов. Ее мистическое чувство определяло источники. По всему зданию, где обычно стояли охранники, части ее Кристалла имели намерение, у них были голоса.

Обратившись к своей недавней практике ментального общения с Луной, она обратилась к тем двоим, что стояли у входа в ее комнату. Пожалуйста, войдите, — сказала она.

Дверь открылась, Твайлайт повернулась, принимая боевую стойку и прикрываясь крылом. Двое из ее Кристальных стражей в древних, даже для империи, доспехах вошли в комнату, привлекая к себе внимание.

"Кейденс, ты только что создала их?"

"Нет, они уже были здесь", — ответила Кейденс Твайлайт, прежде чем повернуться к охранникам. "Пожалуйста, назовите себя".

"Мы — Вечная Стража, Ваше Величество", — сказали они оба как один.

"Сколько их у вас?" — спросила Твайлайт.

"Сто пони в здании", — ответила Кейденс и закрыла глаза. Выйдя за пределы здания, она направила свои чувства в саму империю. Каждая часть города откликнулась, каждый охранник докладывал ей, когда ее чувства охватывали их. "Еще девятьсот по всему остальному городу".

"Что ж… поздравляю, у тебя самый надежный разум среди всех аликорнов за всю историю", — сказала Твайлайт более чем с легким благоговением. "Тысяча фрагментов-хранителей… кто ты?" Взгляд Твайлайт обратился к Кейденс с оттенком страха.

Кейденс тихонько засмеялась. "Я Кейденс, помнишь, твоя бывшая нянька". Она пожала плечами. "Или принцесса Ми Аморе Каденза, если официально", — сказала она, не находя странным, что у нее так много охранников по ее мысленному призыву.

Твайлайт заметно успокоилась, используя дыхательные упражнения, которым она ее научила. "Ну…" Она выпрямилась и снова приняла благородную осанку Луны. "На сегодня есть еще уроки, но сначала вопрос. Как у тебя с иллюзиями?"

"Не очень хорошо, я могу только менять цвет или вкус вещей", — призналась Кейденс.

"А твоя астральная магия?"

Кейденс безучастно посмотрела на Твайлайт.

"Аликорны состоят из всех типов пони", — объяснила Твайлайт.

"О, я знаю это, но разве фестралы — это не ночные пегасы?"

"Нет…" Она фыркнула, прежде чем нормально продолжить. "Большинство любимых трюков Луны — это фестральная магия".

"Хождение по теням? Мне всегда было интересно, как она это делает, не используя рог", — сказала Кейденс, внимательно изучая Твайлайт.

Эта вспышка гнева вернула ее внимание к связям Твайлайт с ней. Главная сердечная линия к ней почти ни на что не реагировала, только на теплоту от близости с любимым пони, больше ничего. С другой стороны, второе звено реагировало на все.

Твайлайт сделала паузу, чтобы собраться с мыслями. "А еще так она превратилась в Найтмер Мун".

"Значит, я могла отрастить клыки и сделать крылья как у летучей мыши?" — спросила она.

"С легкостью".

"А ты можешь?"

Твайлайт пристально посмотрела на нее. "Обещаешь, что будешь сохранять спокойствие? Я не уверена в своей способности защитить себя от твоих охранников, если ты почувствуешь угрозу".

"Я все еще чувствую, что это ты, Твайлайт, сердце — мой Домен, и ты все еще там", — сказала Кейденс, положив копыто на грудь Твайлайт. Небольшой всплеск беспокойства пробежал по вторичной связи. Кейденс сохранила прежнее выражение лица, скрывая закрадывающиеся сомнения.

Твайлайт кивнула, и через мгновение ее глаза стали кошачьими, крылья — перепончатыми, а на ушах появились кисточки. Она улыбнулась, облизывая свои новые клыки. "Ну, что скажешь?" — гордо сказала Твайлайт, сделав небольшой оборот.

Тело Твайлайт было немного более атлетичным, немного более приспособленным к физической активности. Что-то в том, как она двигалась, заставило Кейденс вспомнить о хищнике. Твайлайт было удобно, как будто она носила это тело много лет.

"В древние времена было нормально быть в таком виде ночью, а с восходом солнца переходить обратно", — объяснила Твайлайт.

И все же она чувствовала, как от нее исходит страх. Что ты скрываешь? Отбросив эту мысль, Кейденс хихикнула, бросив на Твайлайт понимающий взгляд. "Представляю, что ты могла бы выбирать из жеребцов или кобыл фестралов, выглядящих подобным образом".

Беспокойство, которое ощущала Кейденс, исчезло, сменившись смущением и легким вожделением. Что ж, это лучше, чем бояться меня, — подумала она, обнимая Твайлайт крыльями. "Теперь, если тебе нужен совет…" — поддразнила она.

Твайлайт растаяла в объятиях. "Ты почти такая же плохая, как Тиа".

Кейденс похвалила ее за долгие годы работы дипломатом. Твайлайт никогда бы не назвала Селестию Тиа. Ты только-только научилась не называть ее постоянно Принцессой… Я вообще сейчас разговариваю с Твайлайт? Она чувствовала, как ее охранники готовы защитить ее в случае необходимости. Если вообще будет безопасное время, чтобы спросить об этом.

Мысленным приказом она вызвала еще десять охранников, чтобы они ждали снаружи комнаты. "Твайлайт?"

Твайлайт посмотрела на нее, все еще наслаждаясь объятиями. "Да, Кейденс".

"Ты сказала, что никогда не будешь лгать мне во время уроков", — с опаской сказала Кейденс.

"Это был наш договор, да", — ответила Твайлайт, в ее тоне прозвучала нотка воинственности.

"Кто ты?"

Твайлайт застыла. "Я знала, что ты поняла, когда ты упомянула о своем домене…" Она отстранилась от их объятий и села перед ней, больше даже не пытаясь использовать манеры Твайлайт.

"Итак…" — ожидающе сказала Кэйденс.

"Я одна из защитниц Твайлайт и второй родитель Литтл Стар", — улыбнулась Твайлайт. "Можешь звать меня Найт, если хочешь".

Она не упустила случая не сказать, как ее зовут, а только то, как ее называть. Но так называемая Найт не лгала ей. Любовь Найт к Стар была настоящей, никто не мог подделать свои сердечные чувства. И по какой-то причине ты решила защищать меня. Кейденс задумалась, прежде чем спросить. "Где сейчас Твайлайт?"

"Она все еще в Понивилле, сейчас отдыхает… Ты хочешь расторгнуть наше соглашение?" — спросила Найт, ее крылья слегка поникли.

Кейденс на несколько секунд задумалась. "Почему ты хочешь учить меня?"

"Ты важна для Твайлайт, и ты нравишься Литтл Стар". На лице Найт появилась теплая улыбка. "Этого более чем достаточно, чтобы я помогала тебе, чем могу". Выражение лица Найт ожесточилось. "Тот факт, что Селестия оставила тебя необразованной и беззащитной, требует, чтобы я это сделала".

"Ты любишь ее?"

"Я… уважаю ее, и я думаю, что мы можем быть друзьями, возможно, со временем мы станем большим?"

"И все же у вас с ней был жеребенок?" Кейденс изо всех сил сдерживала возмущение в своем голосе.

Найт рассмеялась. "Вини Элементы Гармонии, никто из нас не выбирал. И тем не менее, никто из нас не недоволен тем, как все сложилось".

"Могу я поговорить с ней?"

"Да, мы можем посмотреть, проснулась ли она, когда вернемся в Понивиль".

"Ты можешь разбудить ее сейчас?"

Найт покачала головой. "Не отсюда, продолжим уроки?"

Это была не та ситуация, с которой она ожидала столкнуться. Если бы не тот факт, что она только что узнала, что в ее сознании живет тысяча стражей, она бы немедленно отвергла Найт. Кейденс кивнула. Она узнает все, что сможет, а что делать с Найт, решит позже.

"Учитывая, что твой разум обладает уникальной уязвимостью. Первое, что нужно сделать, — это спроецировать свое "я" изнутри наружу". Она указала на отражение, где двое слуг изучали новое произведение искусства.

"Какую уязвимость?"

"Армия или сильный маг могут сравнять Империю с землей, уничтожив твой разум и отправив тебя в небытие", — сказала Найт со смертельной серьезностью.

"Значит, это первый урок", — ответила Кейденс, изо всех сил стараясь не думать об этой ситуации.

* * *

Кейденс не была способной к быстрому обучению, и на освоение этого так называемого простого заклинания ушли, казалось, часы. Найт была терпелива с ней, но не была лучшим учителем. Это, как ничто другое, подтвердило тот факт, что это не Твайлайт.

Они подождали, пока слуги уйдут, и постарались не напугать их.

Знай свое намерение, визуализируй свое намерение, прояви свое намерение. Она задумалась, подойдя к отражающей стене. Закрыв глаза и представив, что проходит через дверной проем, она продолжила движение.

Тепло, осязание и слух исчезли, и только ощущение движения давало ей знать, что она все еще движется вперед. Могла пройти секунда или год — в этом промежуточном состоянии время не имело никакого значения. Ощущение было такое, как будто телепорт замедлился до ползучего состояния, но без дискомфорта в роге.

Сначала ее органы чувств шагнули в физический мир, и на мгновение она оказалась там без тела. Кристалл поднялся с пола, обволакивая ее, давая ей тело. Даже здесь, снаружи, Кристалл ощущался как часть ее самой, она не была заключена в холодную материю. Нет, это ничем не отличалось от того, как если бы она обернула вокруг себя крыло в холодный день.

Она стояла там, аликорн, созданная из Кристалла, словно что-то из легенд. Она чувствовала, как ее Вечная Стража ждет, и усилием воли могла вытащить их в этот мир. Вращение Кристального Сердца вдалеке менялось, совпадая по ритму с ее собственным сердцем. Она чувствовала каждый импульс энергии, защищающей землю, любовь, изливающуюся в него, в нее саму и в ее подданных.

Кейденс вздохнула, и казалось, что Империя дышит вместе с ней. Я дома, — подумала она. Облегчение, какое она редко испытывала, пронеслось сквозь нее. Взглянув на свою хрустальную сущность, она решила, что хочет рассмотреть ее получше. Она рысью подошла к зеркалу во весь рост.

Взглянув на свое отражение, она изумилась: она знала, что была прекрасна и до этого, а теперь выглядела как богиня. Она расправила крылья, изображая Селестию. Если бы я так выглядела, когда приехала, я бы не сомневалась, что мне суждено стать Кристальной принцессой, — подумала она.

Ее внимание привлек вихрь тьмы. Обычное тело Твайлайт сформировалось из чернильных теней, когда Найт шагнула сквозь отражение. Кейденс посмотрела на нее сверху вниз, понимая, насколько она выше Твайлайт.

Глаза Найт расширились от узнавания, она тут же расправила крылья и изобразила замысловатый поклон, опустив голову к земле. Кейденс мысленно вздохнула. Страх вернулся, Найт почувствовала настоящую угрозу.

"Найт?" — сказала Кейденс, подняв копыто, чтобы привлечь к себе ее взгляд.

"Императрица", — ответила Найт почтительным тоном.

"Это всего лишь я, Кейденс, помнишь?" — сказала Кейденс, поднимая Найт из поклона и тепло улыбаясь.

"Ты выглядишь так же, как она, до того, как Сомбра разбил ее", — слабо произнесла Найт.

Кейденс посмотрела на себя, раздумывая. Да, я действительно похожа на некоторые изображения в архиве. "Что это значит?" — спросила она.

"Ты можешь быть Императрицей или одним из ее вернувшихся фрагментов. Ты могла унаследовать Бастион и силу Императрицы через кровь или через ее душу, овладевшую тобой. Последняя возможность… более темная. Кто-то из пони украл Бастион Императрицы, убив ее, и позже передал его тебе".

"Ты можешь украсть душу кого-то из пони?" — громко спросила Кейденс с тревогой.

"Да, но я никогда не слышала, чтобы кто-то из пони мог сделать это с аликорном", — ответила Найт.

Кейденс выполнила собственную технику дыхания, позволяя ей успокоиться. "Что, по-твоему, наиболее вероятно?"

"Поскольку стражники подчиняются тебе, я бы сказала, что первые два варианта наиболее вероятны. Мои ожидания от Селестии заставляют меня подозревать, что Сомбра украл Бастион, а она каким-то образом даровала его тебе. Я думаю, что организация твоего вознесения — это то, что она могла бы сделать, я знаю, что она организовала Твайлайт".

Ей хотелось, чтобы Эпплджек была здесь, чтобы знать наверняка, какие слова были правдой. Кто я? — подумала она, повторяя вопрос Найт.

Звук движущейся двери заставил ее уши повернуться в том направлении. Один из ее Вечных Стражей сформировался, из пола выросли кристаллы в форме пони.

Три ошеломленных пони стояли, глядя в комнату. Два кристальных пони-слуги и единорог Санбёрст. Оба слуги тут же склонились в поклоне.

"Принцесса Твайлайт, почему я вижу здесь Кристальную Императрицу?" — спросил Санбёрст, проверяя свои очки.

Найт тут же снова сыграла роль Твайлайт. "Это Кейденс, мы просто пробовали заклинание дальней связи, и, учитывая кровное родство Кейденс с императрицей, она проявилась именно так. Похоже, что для проекций используются заранее заданные формы, которые помнит Кристалл".

"Поразительно", — сказал Санбёрст, придвигаясь ближе, чтобы изучить их.

Кейденс почувствовала, как ее страж готов действовать, и усилием воли вернула его на другую сторону. Спасибо за вашу бдительность, он — надежный друг, поэтому сейчас в этом нет необходимости.

"Пони-перья, похоже, мне не удастся спроецировать сюда еще и Шайни", — проворковала Найт.

Кейденс наблюдала, как Найт позволил Санбёрсту говорить, теоретизировать, добавляя лишь несколько слов, чтобы поддержать его. Он не заметил отсутствия вклада Твайлайт: похвала и немного силы аликорна ослепили его, и он не заметил никаких ошибок в ее выступлении.

Кейденс пошла поговорить со слугами, оставив Найт наедине с ее игрой. "Вы можете встать", — сказала она.

Аликорну было бы так легко стать тираном, — подумала она. С моим доменом и убедительностью аликорна что я могу сделать?

Она знала, что может укреплять и восстанавливать линии сердца, а может ли она разрушать их? Может ли она создавать фальшивые? Если бы я стала злой, смогла бы я заставить всех пони полюбить меня? Единственные пони, которые могли бы это заметить, были бы другие аликорны. У меня даже есть армия, которую я могу вызвать одной мыслью.

Луна может управлять снами всех пони, Твайлайт может управлять всей магией мира. Очевидно, Селестия хочет и может заменить пони на инструменты, чтобы соответствовать ее планам. Кейденс задумалась и впервые ужаснулась тому, что она может сделать.

Она не хотела разбираться с этим, она хотела увидеть свою дочь.

* * *

Ее комната исчезла, ее место заняла комната Фларри Харт. Теперь перед ней спала ее дочь. Она понятия не имела, как попала сюда, но сейчас это было не важно.

Она осторожно подняла Фларри и прижала ее к себе, заменив одеяла дочери своими крыльями. На долгий миг ничто больше не имело значения. Я вижу, как жеребенок может изменить пони Найтмер, — подумала она, почти уверенная в настоящей сущности Найт.

Фларри Харт зевнула и открыла глаза. Она улыбнулась и хихикнула, сразу же узнав свою мать, несмотря на другую форму. Фларри очаровательно скорчила свою маленькую мордочку и в мгновение ока исчезла. С диким смехом маленькая аликорн закружилась по комнате, взмахнув крыльями, рог озарил целый рой игрушек, окружавших ее.

Юная энергия Фларри не могла длиться долго, Кейденс с любовью улыбнулась своей дочери и бросилась в погоню.

* * *

Спустя некоторое время Фларри полностью утомилась, играя с ней. Кейденс смотрела, как ее дочь спит, и размышляла, что делать. Она любила каждое мгновение, проведенное с Фларри, но были вещи, которым ей предстояло научиться.

Словно вызванная, из тени вышла Найт. Она оглядела комнату, а затем сосредоточилась на Кейденс и Фларри. На ее мордочке заиграла теплая улыбка. Положив два свитка в сторону, Найт поклонилась и ушла, не сказав ни слова.

Подняв свитки в своей ауре, она открыла их. Еще больше теории магии, которую нужно выучить. Посмотрев на спящую дочь, она убедилась, что та уложена в кроватку, а ее плюшевая игрушка лежит рядом.

С ее помощью я смогу выучить это быстрее. Расширить свои чувства и найти Найт оказалось несложно. Все в империи было так же просто обнаружить, как и Фларри в ее комнате.

Она тихонько вышла из комнаты, чтобы найти Найт.

* * *

Чтобы не создавать лишних проблем, они оба вернулись на другую сторону. Кейденс вернулась к своему обычному размеру и больше не была сделана из Кристалла. Найт вернулась к своим фестральным чертам и лежала рядом с ней, помогая ей учить теорию по свиткам. Трудно было не волноваться за Найт, слегка расстроенную учительницу, даже если она действительно могла быть Найтмер Мун.

Изучение двух последних свитков не заняло много времени. Первый был о том, как по желанию входить и выходить из Бастиона. Очевидно, если она не решила иначе, то теперь, когда она была полностью связана с ним, она будет возвращаться сюда в любое время, когда заснет. Понять эту концепцию было проще простого — нужно было решить, с какой стороны кровати встать.

Последним был вопрос о том, как создавать Фрагменты. Эта концепция пугала ее: отделить часть своей души и выпустить ее на свободу. Даже зная, что моя душа быстро исцелится. Я не уверена, что когда-нибудь буду достаточно смелой, чтобы использовать эту, казалось бы, "естественную" способность Аликорнов, — подумала она.

Как только Найт проверила и перепроверила, все ли она запомнила из свитков, она заговорила. "Теперь последний урок на сегодня". Найт сделала паузу для драматического эффекта. "Здесь и сейчас мы не настоящие Найт и Кейденс. Они все еще в Понивилле".

"Что ты имеешь в виду?" Кейденс поднялась на копыта. В ее сознании промелькнула нить паники. Тогда кто я? — подумала она.

"Я имею в виду, что никто из нас на самом деле не является пони, которыми мы себя считаем. Мы — части их душ, оторванные от них и наделенные определенной целью. В этом случае, действовать так же, как они".

"Ты имеешь в виду… когда это заклинание закончится… я… что мы обе умрем?

"Если бы я хоть на мгновение подумала, что это конец для нас, я бы обняла тебя копытами и поцеловала", — сказала Найт, надвигаясь на нее. Движение было таким же, как у Луны. "Я бы сказала тебе, что единственная причина, по которой я не пытаюсь ухаживать за тобой, это то, что ты связана с Шайнинг Армором".

Кейденс просто уставилась на нее. Это что, какая-то шутка?

"Но мы не расстаемся… мы просто возвращаемся домой. Так что я не получу свой поцелуй". Найт игриво улыбнулась и подмигнула.

Найт притянула ее ближе и обняла. "Не о чем беспокоиться, это просто часть того, что значит быть Аликорном".

Кейденс позволила себе ответное объятие, немного растерявшись, чтобы отреагировать. Мы можем умереть, и ты хочешь сказать, что я должна верить в то, что ты не поцелуешь меня, потому что все будет хорошо?

Найт укусила ее за ухо клыком. "Будь внимательна".

Кейденс прижала к нему копыто и посмотрела на Найт. "Что…" — начала она, но была прервана копытом Найт.

"Если ты не научишься создавать Фрагменты специально, то в итоге будешь делать это случайно. Через несколько лет ты начнешь слышать ответы на свои праздные вопросы, или когда ты будешь разговаривать сама с собой, тебе будет отвечать совсем другая ты. Луна хорошо знает, чем это может обернуться".

Она говорит о том, как появилась Найтмер Мун? Это может случиться с каждым из нас? — подумала Кейденс.

"Помни, что нужно быть осторожной. Знай, зачем ты создаешь Фрагмент. Если ты можешь избежать этого, не создавай фрагменты в спешке, в беде или в состоянии алкогольного опьянения".

"Как и любое другое заклинание", — сказала Кейденс, все еще с нотками страха.

Найт погладила ее по гриве, напевая древнюю мелодию, словно Кейденс была ее жеребенком. Она чувствовала, как паника уходит, а слова песни, слова, которых она никогда не слышала, начинают приходить ей на ум. Она закрыла глаза. Как хорошо.

Найт перестала напевать, и слова исчезли, как туман под солнечными лучами. Кейденс открыла глаза и посмотрела в глаза Найт, она хотела услышать больше.

К сожалению, урок, а не песня, продолжался. "Когда ты создаешь Фрагмент, дай ему роль или имя. Если они нужны для выполнения какой-то задачи или будут нести ответственность, держи это в голове, пока создаешь их".

Найт выглядела извиняющейся. "Если ты этого не сделаешь, то они станут тобой. Это может привести к путанице, если только ты намеренно не пытаешься находиться в двух местах одновременно. Твои стражи — первый тип, у них есть только роль. Они просто стражники, верные, послушные, не имеющие собственной воли. Если ты дашь им имя, они станут такими же реальными, как ты или я".

"Значит, они будут моими детьми?"

"Или твоими сестрами, друзьями или спутниками. Все зависит от того, насколько разными ты их сделаешь".

"А мы безымянны?"

"Да, мы чувствуем и действуем так же, как и все остальные. Для всех целей мы — это они, просто в другом месте".

"Но у меня только одно тело".

"Да, но есть способы обойти это, магические зеркала и магия проекции, которой ты научилась сегодня". Она сделала паузу, выглядя задумчивой. "Если Фрагмент требует имя, позволь ему и поприветствуй своего нового компаньона. Не пытайся заставить их отказаться от него. Это было бы жестоко, и впоследствии это тебе навредит", — предупредила Найт.

"Значит, безымянные и те, у кого есть только долг, могут вырасти в названных?"

Найт кивнула: "Твое домашнее задание — создать Фрагмент, это остановит твое безумие и предотвратит случайные создания".

"Ты даешь мне домашнее задание?"

"Итак, урок окончен… Если ты все еще думаешь, что мы умрем, я буду рада сделать твои "последние" мгновения очень приятными", — сказала Найт хриплым голосом, наклоняясь ближе. Твайлайт выросла из очаровательного жеребенка в прекрасную кобылу. Так близко как сейчас, и она могла видеть все преимущества Аликорнов перед обычными пони.

Горячее дыхание Найт на ее ухе, кончики крыльев и копыт почти переходили в близость, но не совсем. В голове Кейденс плясали противоречивые чувства: гнев, страх, смущение, даже, к ее стыду, небольшой интерес.

Кейденс уперлась копытами, чтобы оттолкнуть Найт. "Прекрати, ты…"

Мир исчез в белой вспышке.

* * *

Кейденс моргнула, ее глаза расширились, вокруг нее разговаривали пони. Эмоции столкнулись первыми, все, что чувствовали обе Кейденс, обрушилось на нее одновременно, оставив после себя путаницу. Так много противоречивых чувств, что на несколько секунд любая реакция стала невозможной.

Кто я, где я, что я, — думала она, пока две цепочки событий не разыгрались в деталях. Я пригласила всех пони поесть, потому что Пинки съела все прекрасные завтраки, которые приготовила Стар.

Кристальная империя — это моя душа, я могу быть перерожденной Императрицей или еще хуже, и я могу разделить себя на части, как будто это пустяк. Я играла со своей дочерью.

Все пони счастливы. Твайлайт жива.

Найт — плохой учитель.

Она замерла, вспоминая. Твайлайт романтически заинтересована во мне? Нет, это неправильно… желание было в той второй связи… В голове у нее щелкнуло. Один из фрагментов Твайлайт романтически заинтересован во мне… Этим фрагментом была Найт, у нее было имя, так что она была реальной, как и любая другая пони.

Подожди, Найт ведет себя как Луна, может, она и есть Найтмер Мун?

Она посмотрела прямо в глаза Твайлайт, нет, в глаза Найт. Теперь она могла видеть разницу. Она могла видеть, какая связь выглядывала из этих глаз, ясно как день. Последнее предложение Найт пронеслось у нее в голове, а потом она вспомнила, какое смятение охватило ее, когда вернулся ее Фрагмент. Сколько в этом было всего, чтобы притупить мой страх, чтобы я не взмыла в небо, как только вернусь? Она задумалась.

"Вот ты и узнала немного правды", — сказала Твайлайт, используя каплю магии воздуха для создания звука.

"Ты действительно этого хотела?" — спросила Кейденс.

Твайлайт слабо кивнула.

Всплеск интереса со стороны привлек внимание Кейденс. Казалось, Стар обратила на них внимание. Как будто она нас слышит. "Ты слышишь нас?" Все еще так тихо, что только Аликорн мог надеяться услышать.

Стар отрывисто кивнула головой и заговорила в том же духе. "Что это было за заклинание?"

Кейденс подняла бровь, она чувствовала волнение Стар. Шайнинг положил свое копыто на ее копыто. "Все в порядке, любимая?" — спросил он.

Она обратила на него все свое внимание. "Все в порядке, я просто подумала, как хорошо, что мы собрались вместе. Мы должны делать это чаще, знаешь ли". По его выражению лица она поняла, что что-то не так.

Дернув ухом и оглянувшись по сторонам, она тихо сообщила ему: "Позже, когда мы будем одни". Он кивнул и вернулся к еде и приятной беседе.

Оглянувшись на Найт, она увидела, что та обнимает Стар. Любовь Найт к этой маленькой кобылке была главной причиной, по которой она рискнула довериться ей. Просто глядя на них двоих, она не могла не улыбнуться. Я снова скучаю по Фларри, — подумала она, и ее улыбка слегка померкла. Нет, подождите, теперь я могу навещать ее когда угодно. Улыбка вернулась полностью.

"Ну что, завела новых друзей?" — спросила Найт у Стар.

Стар посмотрела на Меткоискателей. "Может быть?" — сказала она своей матери. "Вы хотите со мной дружить?" — спросила она у Метконосцев.

Несколько громких положительных ответов смешалась вместе. Стар улыбнулась. "Мы можем пойти поиграть?"

Кейденс слышала, как разрушительно действовали Меткоискатели, и ей было страшно представить, что они могут затеять с жеребенком, вдвое более сильным, чем была Твайлайт до превращения в Аликорна. Нужно ли мне подготовить охрану, пожарную службу, больницу? — подумала она, прокручивая в голове все худшие варианты.

"У тебя есть шлем?" — спросила Найт, явно довольная.

Кейденс на мгновение закрыла глаза, сохраняя спокойное выражение лица, когда ожидаемый дискомфорт от этого вида магии заиграл в ее роге.

"Это круто, не так круто, как Рейнбоу Дэш, но все равно круто", — сказала Скуталу.

Найт оглядела собравшихся за столом, ища возражений или комментариев. "Будьте осторожны, и убедитесь, что вы вернетесь до темноты", — добавила Рэрити.

Стар кивнула: "Будет сделано, пока, все пони", — весело сказала она. Она зажгла рог, и во вспышке магии Стар и Меткоискатели исчезли.

Кейденс зашипела от боли, приложив копыто к рогу. Обеспокоенные взгляды сфокусировались на ней со всего стола, и Шайнинг притянул ее в любящие объятия.

"Простите пони, я в порядке, просто у меня не очень ладится с магией телепортации", — сказала она, прислонившись к Шайни, и помахала копытом в знак того, что с ней все в порядке. Она думала о том, что они могли бы делать вместе, если бы у него были крылья.

Почти беззвучно Найт заговорила с ней. "Тебе нужно почистить лейлинии в роге, попроси Луну, когда вернешься, помочь тебе избавиться от магических остатков в роге".

"Разве ты не можешь помочь?" — ответила Кейденс.

"Я не доверяю себе, что смогу удержать свои копыта подальше от тебя, но если ты хочешь…" Найт ответила, даже в почти беззвучных словах прозвучали желание и приглашение.

"Я спрошу ее сегодня вечером", — ответила Кейденс, прижимаясь к Шайнингу, явно говоря, что она принадлежит ему и только ему.

"Снимите комнату", — прервала их молчаливый разговор Рейнбоу.

Кейденс огляделась, Рэрити наблюдала за происходящим, широко раскрыв глаза от этого романтического зрелища, Флаттершай покраснела, Эпплджек казалась настороженной. Найт смотрела на нее, дразняще улыбаясь. Где Пинки? — подумала она, прежде чем заметила, что Пинки обнимает ее и Шайнинга.

Шайнинг вежливо кашлянул и вырвался из объятий Пинки.

Найт засмеялась. "Ну что, поможем Пинки подготовиться к вечеринке, которую, как мы все знаем, она готовит для моей Литтл Стар?

Группа покончила с едой, и Пинки потащила всех пони за собой, зарядив их энергией.

* * *

## 20. Вечеринка

* * *

Твайлайт ощущала восхитительную боль во всем теле. Каждый вдох был наполнен ароматом ее возлюбленной, а чудесные мягкие крылья Дримс обнимали ее, пока сильные копыта держали ее. Большая часть прошлой ночи прошла как в тумане, но то немногое, что она могла вспомнить, было очень приятным. Низкое урчание Новы в ее груди дало ей понять, что она согласна.

Она удовлетворенно вздохнула, прижавшись к груди Дримс.

"Твайлайт", — прошептал ей на ухо идеальный голос Дримс.

"Ммм", — как можно охотнее ответила Твайлайт.

"Любовь моя, у нас гости".

"Как мило", — сумела пробормотать Твайлайт.

"Пора вставать".

"Слишком удобно", — ответила она, обхватывая Дримс передними ногами, чтобы та не смогла вырваться из объятий.

Одно перышко предупреждающе приблизилось к одному из щекотных мест Твайлайт. "Это твое последнее предупреждение, Любовь моя".

Рог Твайлайт засветился, пурпурная аура пригвоздила перо к месту. Благополучно справившись с угрозой, она позволила теплу вокруг себя убаюкать ее и погрузиться в сон.

Мир взорвался серебристым светом и ужасным, ужасным, раздражающим холодом. Твайлайт распахнула глаза, барахтаясь в ванне с холодной водой, в которую ее только что телепортировали.

"Я ведь предупреждала тебя, Любовь моя", — поддразнила Дрим.

Не обращая внимания на дрожащее тело, Твайлайт зажгла рог. Множество шариков холодной воды поднялось вокруг нее.

* * *

После первой в истории водной битвы уровня аликорнов, две сестры явно позаботились о том, чтобы не сохранилось никаких записей о ней, Твайлайт и Дримс как следует искупались, восстанавливая повреждения, нанесенные их шерсти и гривам их долгой совместной ночью.

* * *

Пара галопом неслась по деревянному коридору в сторону центральной секции библиотеки Твайлайт. Твайлайт пыталась догнать более длинноногую Дримс.

"Кто это?" — спросила Твайлайт.

"Не скажу" — ответила Дримс.

"Скажи мне!" — воскликнула Твайлайт, не сумев скрыть игривость в голосе.

"Ни-за-что!" — ответила Дримс, подыгрывая. Она увернулась от захвата Твайлайт и, набрав скорость, вышла в центральную секцию и перемахнула через перила пятого этажа.

Твайлайт без раздумий последовала за ней. Сканируя, она искала свою цель, но нашла другую пони. Внизу, на первом этаже, ей на глаза попался знакомый розовый аликорн. "Кейденс!" — крикнула Твайлайт, упав на три уровня, прежде чем вспомнила, что у нее вообще-то есть крылья.

Кейденс подняла голову как раз вовремя, чтобы получить мощный удар. Быстро среагировав, она обхватила Твайлайт копытами и крутанула ее вокруг себя, сбрасывая импульс при вращении на задних копытах.

"Твайлайт", — голос Кейденс был полон облегчения. "Ты в порядке".

"Как ты сюда попала?" — спросила Твайлайт с огромной ухмылкой на лице.

"Это моя заслуга", — ответила Найт с подушки в стороне. Твайлайт посмотрела на нее, рассматривая ее новый фестральный облик.

В этом году я пойду на Ночь Кошмаров в таком виде, — подумала она.

"Правитель Кристальной империи попросил аудиенции с тобой… Я способствовала этому", — формальным тоном сказала Найт.

Дримс приземлилась рядом с Твайлайт, и Кейденс бросила на нее заинтересованный взгляд. Твайлайт подняла Дримс в своей ауре и притянула ее ближе.

"Кейденс, я хочу представить тебе Свит Дримс… мою подругу", — Твайлайт произнесла последнее слово так тихо, что его услышали только аликорны.

"Приятно встретиться с вами лицом к лицу, Принцесса", — поклонилась Дримс.

Кейденс кивнула, позволяя Дримс подняться. "Я вижу, что здесь царит настоящая любовь". Кейденс улыбнулась. "Боюсь, уже поздновато спрашивать о твоих намерениях в отношении моей невестки", — сказала она со знающим видом.

Щеки Твайлайт почти засияли от того, насколько они покраснели. "Кейденс", — возразила Твайлайт.

"Ты хотя бы нашла мою книгу полезной?"

Твайлайт спряталась под крыльями, но это не помогло заглушить довольный смех Кейденс.

"В этом нет ничего постыдного, это совершенно естественно, и я рада за тебя", — сказала Кейденс, когда Твайлайт показалась из-под крыльев. "Свит Дримс, я должна спросить, кто и что ты?"

Дримс посмотрела на Найт, и между ними возникла некая невербальная связь. Найт кивнула.

"Я была фрагментом Найт". Она кивнула в сторону своего создателя. "Твайлайт приняла меня и приютила, даровав мне свободу и позволив выбрать имя".

Глаза Кейденс слегка расширились, и Твайлайт не знала, почему. Почему выбор имени — такое важное дело? — подумала она.

"Я принадлежу ей, а она мне, и ничто из того, что ты можешь сказать или сделать, не изменит этого. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы она была счастлива и в безопасности", — заявила Дримс.

Твайлайт вырвалась из объятий и обняла Дримс. "Я тоже люблю тебя, моя мечта", — сказала Твайлайт, и от ее тона по крыльям Дримс пробежала возбужденная дрожь.

Снизу донесся стук, Кейденс выглядела озадаченной.

"Я не скажу ей этого", — сказала Твайлайт в пол.

Кейденс подняла взгляд на Твайлайт. "Так у тебя здесь еще компания?"

"О, где мои манеры, да, я познакомлю тебя с ними". Твайлайт указала на укрепленную золотом дверь подвала. "За этой печатью заперта Нова. Она одна из выживших дочерей оригинальной Твайлайт".

"Приятно познакомиться, Нова", — сказала Кейденс.

Раздался еще один стук. "Нет, я все равно не скажу ей ничего подобного", — сказала Твайлайт, отвечая на непристойный комментарий Новы.

Твайлайт подлетела к золотым цепям, составляющим Печать Грей. Дримс встала рядом с Кейденс. "Нова — страстная и более чем немного одинокая, она — осколок изначальной Твайлайт, запертый Селестией там, внизу, с момента создания моей Твайлайт".

Твайлайт, не желая ждать, просто телепортировала Кейденс к ней. "А вот и Грей, Грей знакомится с Кейденс, Кейденс знакомится с Грей", — сказала Твайлайт. "Она не может говорить благодаря… тому, что произошло, но она может писать".

Грей с ничего не выражающим лицом посмотрела на Кейденс и кивнула. Пепельно-белая аура Грей подняла свиток и передала его через деревянную трубу. Твайлайт подняла его в своей ауре и передала Кейденс, не в силах не прочитать раскрытый свиток, когда он пролетал мимо.

> Впервые я приветствую тебя здесь.

Кейденс склонила голову перед Грей. "Рада познакомиться с тобой, Грей".

"Ты уже как-то знакома с Найт, а я представила тебе пони. Так что все мы здесь счастливая маленькая семья". Твайлайт хихикнула. Она чувствовала, как мрачные мысли хотят захватить ее. Кейденс здесь нет. Я буду счастлива.

Дрим обняла Твайлайт и тихонько начала напевать колыбельную. Твайлайт расслабилась, уткнувшись лицом в грудь Дрим, изо всех сил стараясь скрыть слезы от Кейденс.

Копыто Кейденс на ее плече добавило комфорта.

"Найт, не могла бы ты приготовить чай? — спросила Дримс.

"Я помню, так ты не говорила раньше", — сказала Найт, уходя рысью.

"Кухни вон там", — услужливо добавила Дримс с минимальным количеством хихиканья.

Дримс вернулась к своему мурлыканью. Твайлайт чувствовала себя в безопасности, это было правильно. Она позволила словам колыбельной звучать в ее голове, действуя как успокаивающий бальзам.

Кейденс присоединила свой голос, усилив исполнение. Твайлайт подняла голову и увидела, что Кейденс с закрытыми глазами поет вместе с ней. По ее лицу текли слезы, а мордочку украшала восторженная улыбка.

Звяканье опускаемых чашек разрушило чары, мгновение разбилось вдребезги. Кейденс открыла глаза, оглядываясь вокруг, как потерявшийся и испуганный жеребенок. "Что… что это за песня?" — спросила она, обретая голос и, видимо, снова контролируя свои эмоции.

"Чай подан", — сообщила Найт, жестом указывая на подушки, разложенные вокруг низкого столика.

Собравшиеся пони уселись пить чай, Твайлайт поднесла чашку Грей, которая кивнула, прежде чем вернуться к своей бесконечной писанине.

"Разве это имеет значение? Она старая, и это одна из самых красивых песен, которые я знаю", ответила Дримс.

"Кажется… Мне кажется, что я ее помню".

Твайлайт с интересом посмотрела на свою бывшую няньку. "Ты знаешь ее?"

"Я чувствую, что должна…"

"Перейдем к тому, зачем ты здесь, моя ученица", — сказала Найт.

"Подожди, ученица?" — воскликнула Твайлайт.

"Да… похоже, тетя упустила важную информацию о том, как стать аликорном", — признала Кейденс.

"Ты хочешь сказать, что она оставила тебя беззащитной и оставила тебя в качестве запасного тела на случай, если тело ее сестры будет уничтожено в попытке спасти ее", — почти прорычала Найт.

Грива Твайлайт загорелась, когда она встала. "Она, что?" — проревела она полным Кантерлотским голосом. Только быстрое заклинание щита Кейденс спасло напитки всех пони.

"Ты этого не знаешь", — сказала Дримс, притягивая Твайлайт к себе и обхватывая ее крылом.

"С чего бы ей еще не рассказать племяннице о своем Бастионе? Какая еще причина может иметь смысл?" — огрызнулась Найт.

"Леди",  —прервала Кейденс. "Мы будем сидеть и пить чай, как цивилизованные пони. Сейчас есть много вещей, которые мне нужно обсудить с моими тетушками, но об этом в другой раз". Она посмотрела на Твайлайт, в гриве которой к этому времени плясало лишь несколько искр огня. "Твайлайт, что случилось с тобой после Мэйнхеттена?"

Твайлайт побледнела. "Это неприятно, ты уверена, что хочешь знать?"

Кейденс кивнула. "Я должна знать, и как принцесса, и как твоя сестра".

"Дримс, ты знаешь, куда делся тот свиток?" — спросила Твайлайт.

Дримс посмотрела на Грей, свиток уже подплыл к ней со знакомым медицинским отчетом. Твайлайт взяла его и протянула Кейденс.

"Все нападение было ловушкой, я не знаю, была ли она для меня или просто для любого аликорна, который откликнется", — сказала Твайлайт.

Выражение лица Кейденс стало испуганным, когда она просмотрела отчет.

Твайлайт продолжила. "Для них я должна была стать лишь ритуальным компонентом и, наконец, жертвой".

"Как ты выжила?" — спросила Кейденс.

"Мне помогли". Твайлайт тепло посмотрела на Найт, а они с любовью на Дримс.

"Моя Литтл Стар даже защитила нас и телепортировала домой", — добавила Найт.

Кейденс посмотрела на них троих, прежде чем спросить. "Вы знаете, кто был ответственен за это?"

"Наш противник — единорог-колдун огромной силы, он был мастером ментального доминирования и магии перенаправления вреда", — проговорила Найт.

Твайлайт могла видеть, как Кейденс мучают воспоминания. "Кейденс?" — мягко спросила Твайлайт, опустив на нее крыло.

Кейденс перевела взгляд на Твайлайт, и на ее лице появилась улыбка. Ее все еще беспокоит свадьба, —  подумала Твайлайт.

"Перенаправление вреда? Это как отражающий щит?" — спросила Кейденс.

Найт покачала головой. "Нет, это гораздо эффективнее и безжалостнее. Любой вред, который ты наносишь ему, передается одному из его рабов".

"Так как его остановить?" — спросила Кейденс.

"Возможно, тебе придется убить множество порабощенных жертв", — холодно заявила Найт.

Кейденс побледнела и в отчаянии спросила: "А мы можем их освободить?"

"С его уровнем мастерства… вряд ли, любые попытки убьют их так же наверняка, как и нападение на самого колдуна", — сказала Найт, не заботясь о том, что для этого может понадобиться.

"А что, если мы отправим его в другой мир, где у него не будет магии?" — спросила Твайлайт.

"Ты имеешь в виду зеркало?" — сказала Дримс.

Твайлайт кивнула.

"Это может сработать". Найт улыбнулась, показывая клыки. "Нам нужно будет проверить одного из его рабов и посмотреть, есть ли на них чары, если они потеряют связь с ним".

"Так у тебя есть план, как с ним справиться?" — спросила Кейденс.

"Начало одного", — ответила Твайлайт. "Нам нужно будет установить якорную руну с перенаправлением движения прямо перед зеркалом". На ее мордочке появилась ухмылка.

"Затем одна телепортационная ловушка, и он наш", — мурлыкнула Найт, облизывая клыки.

"Превращение — честная игра", — улыбнулась Дримс.

"Мы должны предупредить Сансет", — сказала Твайлайт.

"И пусть там будет кто-то из пони, готовый с ним разобраться", — мрачно добавила Найт.

Твайлайт улыбнулась, кивнув, а затем спокойно отпила глоток чая.

"Ты знаешь о пламени, горящем вокруг Храма Скрытого Пути?" — спросила Кейденс, бросив на Твайлайт странный взгляд.

Твайлайт покачала головой и оглядела свою странную семью.

"Огонь души", — холодно заявила Найт.

Постукивающий звук доносился со стороны Грей. Ее белая аура постукивала свитком о внутреннюю поверхность деревянной трубы.

Кейденс взяла предложенный свиток в свою голубую ауру и открыла его. Ее глаза расширились от ужаса, когда она прочитала его.

> Десять целых три секунды плавления источника, прежде чем горящая часть была удалена и использована для дальнего Телепорта.

Твайлайт задрожала, прижимаясь к Дримс. "Я думала, что пламя было просто кошмаром".

"Нет, оно было вполне реальным", — сказала Найт с гримасой. "И болезненным".

"Ты знаешь что-то больше, чем это?" — тихо спросила Кейденс.

Найт покачала головой. "Литтл Стар была единственным свидетелем, и даже говорить об этом для нее слишком больно". Она с вызовом посмотрела на Кейденс.

Кейденс подняла копыта. "Я не собираюсь расспрашивать кобылку о чем-то настолько травмирующем".

"Когда Старлайт вернется из поездки с Трикси, мы можем попросить ее помочь с заклинанием просмотра прошлого", — сказала Твайлайт.

"Есть зелье Зекоры…" — упомянула Найт.

"Нет, спасибо, это было бы слишком… напряженно", — заявила Твайлайт.

"Итак, теперь все эти неприятности позади, вы готовы посетить вечеринку вашей дочери?" — спросила Кейденс, улыбаясь.

Твайлайт посмотрела на Найт, которая кивнула. Переведя взгляд на Кейденс, она сказала: "С удовольствием".

* * *

Твайлайт моргнула глазами, но не глазами своего ментального "я" в Библиотеке. Нет, она снова контролировала свое тело. Она лежала в своей постели в своем замке.

Спасибо тебе за это, Найт, — подумала Твайлайт.

Не за что, но за это ты должна благодарить шантаж своей невестки, — ответила Найт.

Она шантажирует тебя? — с тревогой подумала Твайлайт.

Кейденс знает, кто я, ее домен позволяет ей различать нас. Она настояла на том, чтобы я оставила тебе контроль над этим событием в знак доброй воли.

Другими словами, ты делаешь то, что она говорит, или она говорит Селестии?

Да.

Ты доверяешь ей?

Учитывая то, что Селестия не сказала ей… Я верю, что она сохранит наш секрет. Добавь тот факт, что она может чувствовать наши эмоции; она знает кое-что о наших намерениях и хочет защитить ее.

Хорошо.

Твайлайт скатилась с кровати и встала, потягиваясь, как кошка. Выйдя из своей комнаты, она встретила Кейденс и Шайнинга, выходящих из комнаты для гостей.

Кейденс посмотрела ей в глаза, казалось, что она смотрит прямо сквозь нее. "Все в порядке, Кейденс?" — спросила Твайлайт.

Улыбнувшись, Кейденс кивнула, и выражение ее лица смягчилось. "Да, я просто рада, что ты снова с нами, Твайлайт". Взмахнув крылом, она притянула Твайлайт к себе и повела их к месту проведения вечеринки.

"Мы все", — добавил Шайнинг.

"Теперь мне нужно, чтобы вы обе были готовы к заклинаниям щита".

"Зачем?" — спросила Кейденс.

"Пинки устраивает вечеринку-сюрприз. Есть шанс, что моя дочь", — Твайлайт сделала паузу, улыбаясь. Все-таки мысль о том, что у нее своя маленькая кобылка, делала ее счастливой. Все вещи, которым я собираюсь научить тебя, все веселые вещи, которые мы будем делать.

"Шанс на что?" — прервал ее мысли Шайнинг.

"Последние несколько сюрпризов были не очень хорошими", — сказала Твайлайт, бросив взгляд на Кейденс.

"Ну, сейчас самое время создать хорошие воспоминания", — сказал Шайнинг.

Твайлайт кивнула. "Да, но она может слишком остро отреагировать, я не хочу, чтобы Пинки в результате паники получила сильный заряд, который может сравнять это здание с землей".

"Она сделает это?" — с сомнением спросила Кейденс.

"Я так не думаю, но зачем лишний раз рисковать. Если мы все будем готовы, то сможем поймать все, что она может случайно сделать, прежде чем кто-нибудь из пони успеет пострадать".

Мысленный толчок возвестил Твайлайт, что кто-то из пони стоит у двери. Быстрое заклинание, и она поняла, что это не Литл Стар. "Что два ночных стража делают у моей двери?" — спросила она Кейденс.

Кейденс пожала плечами.

"Ну, было бы невежливо заставлять их ждать". Твайлайт зажгла свой рог.

Подожди, отойди от нее, прежде чем телепортироваться, — сказала ей Найт.

Почему?

Ее рог плохо реагирует на магию высших измерений.

Остатки в лей-линии?

Да.

Твайлайт рысью побежала прочь, обогнув угол, прежде чем выпустить свое заклинание.

* * *

Через мгновение она подошла к главным дверям своего замка. Простым усилием своей ауры она открыла дверь. Она держала свою ауру вокруг двери, это давало ей хорошую причину держать рог зажженным на случай неприятностей.

"Здравствуйте", — сказала она с видимым весельем,

Оба почтительно поклонились. "Принцесса Твайлайт, Государыня Ночи просит вас немедленно явиться в Кантерлот".

Ее глаза сузились. "А Луна сказала, почему?"

Они не ответили. "Ну, вы можете сказать ей, что нет, это вечеринка в честь приезда моей дочери в Понивилль, так что, если только не наступит конец света, я останусь здесь".

Твайлайт захлопнула дверь. Что я делаю? — подумала она. Тоска Найт по Луне снова проникла в ее сознание. У Твайлайт появилась идея, которая могла бы подсказать ей, можно ли доверять Луне.

Мгновение спустя она снова открыла дверь. "Если подумать, передайте ей мое приглашение на это мероприятие. Скажите ей, что если она сможет организовать присутствие моей матери, отца и Спайка, я приму это как личное благоволение".

"Ваше сообщение будет передано, ваше высочество".

Твайлайт улыбнулась. "Приятного путешествия".

Звук дыхания пони рядом с ней, где несколько минут назад его не было, не испугал ее. "Да, Пинки, я пригласила Луну на вечеринку". Аромат леденцов подтвердил личность еще до того, как она заговорила.

"Ты в порядке…" — сказала Пинки.

Твайлайт пожала плечами. "Ты пахнешь как леденец, тебя трудно не заметить. Ну что, мы готовы к вечеринке?"

"Агась".

* * *

Пинки собрала всех пони, Стар стояла за дверью. Твайлайт, Кейденс и Шайнинг приготовились на всякий случай. Магия Стар открыла дверь.

"Сюрприз!" — раздалось множество голосов.

Стар сидела и улыбалась всем пони, на ее лице не было ни намека на шок, панику или даже удивление. "Привет всем пони", — сказала она, помахав копытом.

Пинки упала набок. "Ты не удивилась?"

Стар покачала головой: "Прости, Пинки, но ты все еще устраиваешь лучшие вечеринки", — сказала она, прежде чем броситься в телепортационное объятие, прибыв и обняв Твайлайт.

"Мамочка!"

Твайлайт ответила на объятия, прижавшись к Стар. Это было мило — просто наблюдать за ней, а уж за пони — тем более, — подумала она.

"Как прошел твой день?"

"Мы получили массу удовольствия… даже если я не позволю им снова помогать с моими заклинаниями…"

Твайлайт тихо засмеялась, вспоминая весь хаос, который устроили Меткоискатели за годы ее жизни в Понивилле. Погодите-ка, а где же Дискорд? — подумала она, оглядываясь по сторонам в поисках Флаттершай. Вон она, прячется в углу.

"Моя Литтл Стар", — сказала Твайлайт, изо всех сил стараясь не вспоминать все те времена, когда Дримс называла ее так. "Мне нужно поговорить с Флаттершай, не хочешь ли ты пойти и составить компанию своим друзьям?" — сказала она, указывая кончиком крыла на место, где Меткоискатели только что вошли на вечеринку.

После того, как Стар с радостью телепортировала своих друзей, Твайлайт телепортировалась к Флаттершай.

"Флаттершай, ты…"

"Йипп".

"Прости, это всего лишь я, Флаттершай, не стоит беспокоиться".

Она бы волновалась, если бы знала, что мы все тоже здесь, — подумала Найт.

Флаттершай заметно успокоилась. "О, Твайлайт".

"Ты знаешь, где Дискорд?"

"Эм, его нет в городе… он сказал, что происходит что-то, во что ему нельзя вмешиваться".

"Что он сказал?"

"Ну… он сказал, что даже сказать нам об этом было бы вмешательством".

Значит, как обычно, он ничем не помог, — подумала она, возвращаясь мыслями к его "помощи" с хищными лозами.

Сохраняя приятный голос, она продолжила: "Так когда он отправился в путь?"

"Э… примерно за день до того, как Мэйнхеттан подвергся… нападению".

Он знал… каким-то образом он знал, — подумала Твайлайт, начиная чувствовать себя преданной.

Вопрос в том, попытка убийства или попытка вознесения, в которую он не может вмешаться? — мысленно добавила Дримс.

Гнев Твайлайт утих. Это было похоже на то, что Селестия могла бы использовать свои печати на нем, чтобы обеспечить соблюдение правил. Убедиться, что он не сможет помешать никому из пони стать аликорном. Значит, я права, Колдун хочет стать аликорном. И из-за этого она не позволила Дискорду даже попытаться спасти меня. Если бы он мог, он бы спас меня от этого, верно.

Ты уверена? — мысленно спросила Найт.

Кивнув, Твайлайт ответила: Может, иногда он и раздражает, но… Не думаю, что он хотел бы, чтобы кто-то из нас умер. Не хватает хаоса.

А если бы он знал, что ты выживешь? — спросила Найт.

Твайлайт задумчиво хмыкнула. Дискорд, некогда злой повелитель хаоса, и Дискорд, ее хаотичный друг, соревновались в ее сознании, пока она пыталась понять, с кем из них она имеет дело. И она, и Дискорд были бессмертны. Что такое несколько дней страданий для одного из нас?

Вечеринка продолжалась вокруг нее, каждый пони хотел познакомиться с Литтл Стар, поздравляя Твайлайт с рождением такой чудесной дочери. Некоторые умоляли ее держать Стар подальше от Меткоискателей.

Твайлайт улыбнулась: Трио не хотело ничего подобного и утащило Стар играть с другими младшими пони. Усилием воли Твайлайт убедилась, что все защитные и предохранительные заклинания наложены на ее книги, лаборатории и все остальное, что ей было дорого. Она была уверена, что любую проблему, вызванную Меткоискателями, она сможет устранить, по крайней мере, без вреда для здоровья или длительных последствий.

Она позволила себе расслабиться, она была здесь, она была со своими друзьями, ее пони были вокруг нее. "Это приятное чувство, не так ли?" — спросила Кейденс, подойдя к ней, и предложила ей выпить.

"Что именно?" — спросила Твайлайт, глядя на Кейденс, когда та приняла напиток. Он был разноцветным и шипел. Одно из творений Пинки, — подумала она, делая глоток фруктового пунша.

"Иметь пони, которые заботятся о тебе", — ответила Кейденс, положив крыло на спину Твайлайт.

"Да… да, это так", — сказала Твайлайт, прижимаясь к Кейденс.

Она почувствовала, как Кейденс напряглась рядом с ней, а мгновение спустя ее рог уловил мощный телепорт, появившийся совсем рядом с ее замком.

"Наверное, это Луна", — сказала Твайлайт, стараясь не дать своим надеждам или страхам взять верх.

Они обе направились к главным дверям. "Если хочешь, когда вечеринка закончится, я могу помочь тебе с рогом", — сказала Твайлайт.

"Твайлайт, если это будешь делать ты, я доверюсь тебе. Но сначала я посмотрю, что ответит Луна. Это может рассказать нам что-нибудь о том, что скрывает Селестия".

Твайлайт кивнула, когда заклинание двери коснулось ее сознания. Еще одно заклинание, и Твайлайт заколебалась. "Она действительно привела их". Походка Твайлайт перешла в галоп, когда она помчалась к двери, аура едва не сорвала ее с петель, когда она поспешила открыть ее.

"Мама, папа, Спайк!" — воскликнула Твайлайт, ее аура притянула всех троих к себе, и она обняла их. Несколько слезинок упало из ее глаз. Ее сердце полностью игнорировало все раздражающие факты о том, что в этот момент она не была настоящей Твайлайт.

"Я вижу, мой вклад в это событие оценен по достоинству", — с улыбкой сказала игнорируемая Луна.

Твайлайт кивком поблагодарила Луну и жестом крыла пригласила ее войти внутрь. Луна кивнула в ответ и отправилась на вечеринку, прихватив с собой Кейденс.

Все трое, оказавшиеся в сильных объятиях Твайлайт, заговорили одновременно.

"Воздух был бы кстати", — с трудом выдавил ее отец.

"Я так волновался", — сказал Спайк.

"Что это я слышу о маленькой кобылке", — спросила ее мать притворно строгим тоном.

Твайлайт, вспомнив о своей силе земнопони, ослабила хватку. "Я скучала по вам",  — сказала она.

"Может, пойдем в дом, вместо того чтобы торчать здесь?" — спросил ее отец, всегда благоразумный.

Твайлайт кивнула. "Вам нужно встретиться с очень важной пони". Ее аура левитировала Спайка на ее спину, а ее крылья обняли каждого из родителей, Твайлайт направилась на вечеринку, не обращая внимания, как Дримс потянулась своей магией и закрыла за ними дверь.

"Литтл Стар", — позвала Твайлайт.

Мгновение спустя Стар появилась во вспышке пурпурного света. "Да, мамочка?" — спросила она, явно любопытствуя, кто эти новые пони.

"Дорогая Селестия, она уже умеет телепортироваться", — сказал ее отец со вздохом. Это не укрылось от слуха Твайлайт и Стар.

"Это легко, а ты можешь? Хочешь, я попробую научить и тебя?" — пробормотала Стар.

Кто она… Это же Свити Белль, — подумала Твайлайт. Страшно представить, что может сделать Меткоискатель с возможностью телепортации.

"Литтл Стар", — заговорила Твайлайт.

Стар внимательно посмотрела на нее.

"Я хочу познакомить тебя с твоими бабушкой и дедушкой, Найт Лайт и Твайлайт Вельвет".

Стар телепортировалась к каждому из них и обняла их по очереди. "Привет, бабушка Вельвет и дедушка Лайт".

"А это…" Твайлайт начала использовать свое крыло, чтобы указать на Спайка.

"Привет, я Спайк. Помощник Твайлайт номер один".

"Привет, меня зовут Литл Стар. Ты — дракон, которого вылупила Мамочка. Никто мне не говорил, значит ли это, что ты мой брат или нет?" — сказала Стар, с интересом наклонив голову.

"Эээ…" — сказал Спайк.

Он мой ребенок? Нет, он старше меня, — подумала Твайлайт, почти хихикая от того, что Спайк старше ее. Может быть, он мой брат? Я хоть достаточно взрослая, чтобы это пить? — подумала она, взглянув на напиток, которым наслаждалась.

Пусть он решает, — ответила Дримс.

"Ну, все зависит от того, захочет ли он им быть", — сказала Твайлайт и посмотрела на Спайка с любящей улыбкой на лице. "Ты хочешь младшую сестренку?"

Спайк выглядел неуверенно.

Стар телепортировалась, присоединившись к Спайку на спине Твайлайт. "Нет нужды выбирать прямо сейчас, пойдем играть". С еще одной вспышкой пурпурного цвета кобылка и дракон исчезли.

"Она энергичная", — сказал ее отец.

Твайлайт кивнула.

"Она далеко пойдет, а теперь, откуда у тебя кобылка, где ты прятала ее все эти годы, мисс? И где мой будущий зять?" — сказала ее мать с излишним рвением.

"Все не так просто, мама", — ответила Твайлайт.

"Конечно, дорогая, если ты не стыдишься этого".

"Я не стыжусь, это не… О, смотри, Шайнинг и Кейденс", — сказала Твайлайт, копируя любимый трюк дочери, и телепортировала всех троих к паре.

"Помоги", — обратилась Твайлайт к Кейденс.

Кейденс едва заметно кивнула и заставила Шайнинга заговорить с родителями, обсуждая самые важные на данный момент проблемы Эквестрии, выиграв хоть немного времени на размышления.

Ты должна им что-то сказать, — сказала Дримс.

Ну, я не могу сказать им, что Элементы подарили мне жеребенка, отцом которого была Найтмер Мун. Что я просто носила ее с собой в своем источнике, пока меня чуть не принесли в жертву, — в панике подумала Твайлайт.

Мы обе согласились быть матерями, — вмешалась Найт.

Крыло Кейденс скользнуло вокруг нее в утешительном объятии. "Спасибо, а что мне им сказать?" — спросила Твайлайт в их безмолвной речи.

"Ты не можешь рассказать им ничего об аликорнах, так что…" — ответила Кейденс в том же духе.

"Я знаю, знаю, Селестия просто заточит их в тюрьму до конца их жизни, если я скажу им, верно?" — сказала Твайлайт Кейденс, прежде чем ответить на свой вопрос. "Нет, она просто изменит их мысли, чтобы они не помнили, это больше в ее стиле", — закончила она более мрачным тоном.

Кейденс крепче обняла ее. "Все будет хорошо", — сказала она, прижимаясь к ней. Прежде чем вернуться к родителям Твайлайт, она посоветовала оставить некоторые темы для разговора на потом и наедине.

Твайлайт кивнула своей невестке в знак благодарности, уселась на задние ноги и просто наблюдала за происходящим вокруг. Друзья, семья, голоса в моей голове. Что еще мне нужно? — подумала она с улыбкой.

Что я буду делать без вас, девочки? — думала Твайлайт, размышляя о бесконечном ходе времени. Как долго мне придется решать, как вас спасти… и захотите ли вы вообще быть спасенными?

Просто сделай несколько вдохов и успокойся, любовь моя, — сказала Дримс.

Несколько глубоких вдохов, чтобы очистить разум, и она улыбнулась. Это вечеринка Стар, я не могу быть здесь грустной, — подумала она, двигаясь в толпе, чтобы пообщаться с пони. Оказалось, что среди них было больше тех, кого она не знала. Некоторые из них выглядели как репортеры, но Пинки их впустила, так что с ними все должно быть в порядке.

Были смех, объятия и слезы. Она услышала, как всего через несколько часов после Мэйнхеттена газета "Кантерлот Таймс" сообщила о ее смерти. Как они восхваляли ее жертву и говорили, что она олицетворяла все идеалы Гармонии. Было бы так легко просто закрыть глаза, прислушаться к звукам окружающих пони и сделать вид, что последней недели не было.

Улучив момент, она уединилась в укромном месте. Она закрыла глаза, обращая внимание только на свои оставшиеся чувства. Даже сейчас они поражали ее: она чувствовала вибрацию пола, как рябь на пруду. Воздух танцевал вокруг нее, позволяя ей чувствовать каждый вздох, каждый взмах крыльев. Даже под музыку, сосредоточившись таким образом, она могла слышать все разговоры в комнате.

Как обычно, Пинки была повсюду, предлагая еду и напитки, проводя игры и поддерживая вечеринку.

Эпплджек была рядом, когда кому-то из пони нужна была надежная опора или несколько слов честного совета.

Рейнбоу красовалась и пыталась привлечь внимание вон того репортера. Пытается ли она отвлечь их от нас со Стар? Спасибо тебе, Рейнбоу, — подумала Твайлайт.

Флаттершай пряталась за колонной и разговаривала с друзьями-животными.

Рэрити нашла несколько пони, которые, судя по голосу, были из Кантерлота; похоже, они хотели попасть в сферу интересов Твайлайт ради политической выгоды.

Она сосредоточилась на своей семье, используя то немногое, что помнила о них, чтобы отсеять всех остальных пони. Стар играла с Меткоискателями, обсуждая, сколько пони они могут заставить светиться.

Спайк стоял в стороне и с беспокойством наблюдал за ней, поедая драгоценные камни. Взмахнув рогом, она телепортировала к нему коробку из кухни, полную драгоценных камней. Она помахала ему копытом и улыбнулась, даже не открывая глаз.

Шайнинг и Кейденс прижались друг к другу в углу.

Ее родители сидели за столом с едой в той стороне, бормоча о ней и о том, как расспросить ее о случившемся. Луна предупредила их, чтобы они были осторожны, так как она пережила сложный период. Твайлайт подняла голову и открыла глаза.

Она направилась к матери и отцу. Найт направила немного своей силы аликорна. Ее хватило лишь на то, чтобы толпа расступилась вокруг нее, а не втянула ее в свои разговоры.

Ничего не говоря, она обняла их обоих и просто прижалась к ним. Темная мысль о том, что она украла место оригинальной Твайлайт, заставляла ее чувствовать себя виноватой за "украденный" контакт. Что я могу им сказать? Что я должна им сказать?

Казалось, они понимали, что ей просто нужно чувствовать их рядом, ей нужна была уверенность, что они рядом. Она не знала, сколько времени она просто обнимала родителей, а мама гладила ее по гриве, пока их не прервали.

"Твайлайт, почему мы светимся?" — спросил Шайнинг, помахивая перед ее глазами тускло светящимся копытом.

Твайлайт посмотрела на него: да, Шайнинг светился, как и ее родители. Мгновение спустя она заметила, что тоже светится, только гораздо ярче.

Переведя взгляд на магию, она изучила эффект. Затем она перешла в режим лекции. "Это всего лишь заклинание родословной, оно появилось еще до изгнания Луны. По тому, как оно светится, можно определить, в каком родстве с целью находится та или иная пони. Глядя на это, я думаю, что какой-то пони наложил его на Стар. Ты знаешь, что они запретили эту версию в Кантерлоте, слишком сложно отречься от нежелательных жеребят".

"Мамочка, мамочка, я нашла еще одну мамочку!" — радостным голосом воскликнула Стар, хорошо воспроизводя Кантерлотский голос.

В комнате воцарилась полная тишина, все пони повернулись посмотреть, что за переполох. Твайлайт повернулась в поисках Стар. Она находилась на другом конце комнаты, обхватив передними ногами шею Луны. Той самой Луны, которая ярко светилась, как и Твайлайт. Понячьи перья, — подумала она, когда ошарашенные глаза Луны встретились с ее собственными.

* * *

## 21. Неожиданное приглашение

* * *

Стук копыт Луны эхом разносился по длинному залу, единственным источником света был мягкий свет звезд. Ее глаза следили за чертами лиц, изображенных на каждой картине, мимо которой она проходила. Все они были друзьями, членами семьи или доверенными вассалами. Ее лицо украсила теплая улыбка. Ее мысли устремились к любимым, которых она еще увидит. "Когда последняя звезда засияет в последний раз, мы снова встретимся в бескрайних полях", — говорила она.

Она знала, что ждет ее впереди, но продолжала уверенно идти вперед. Она должна была вспомнить, что потеряла, на что способна ее сестра.

Луна подняла голову и посмотрела на десять метров бесплодного искореженного камня. В результате своего превращения она узнала нечто ужасное. Настолько ужасное, что это довело ее до безумия. Луна не знала, что это было за злое колдовство или нечистое заклинание. Она знала только, что даже после того, как Элементы Гармонии вернули ей рассудок, ее сестра все равно должна была сжечь эти знания. Это был единственный способ не дать ей снова впасть в безумие.

Жар от затянувшейся солнечной магии обжег ее копыта, когда она ступила на порог. Дым, поднимающийся от собственных копыт, ее не волновал. Ее взгляд остановился на стенах, где, как она знала, должна висеть картины. Вместо этого там были тени, намеки на то, что могло бы быть. Достаточно, чтобы понять, что она потеряла более сотни дорогих друзей.

Она никогда не сможет восстановить воспоминания, которые потеряла из-за ментального лезвия своей сестры. Все те, кто был ей настолько дорог, что она нарисовала их образ здесь, потеряны для нее. Когда я увижу вас снова, пожалуйста, простите меня. Она молилась усопшим душам. Она давно пообещала никогда не забывать никого, кто был бы достоин найти здесь свое подобие. Ее действия все эти луны назад привели к тому, что обещание было нарушено.

Оставив горящую пустыню, вырезанную в зале воспоминаний, Луна перешла к более свежим образам. Первая Твайлайт и ее друзья. Крошка Пипсквик и некоторые из жеребят, которые помогли ей вновь обрести себя. Каждый из ее Ночной стражи занимал здесь свое место, как и положено всем, кто готов отдать за нее жизнь. Были и другие, а некоторые пустые места ждали тех, кого она добавит позже.

Она вышла из зала, который бесконечно увеличивался с каждым годом ее жизни. Луна вдыхала свежий ночной воздух, глядя вниз со своей башни. Обсидиановые равнины внизу хранили под своей поверхностью звезды и ее луну. Темное небо над головой освещали шары снов, цвет которых определял тип сна.

Она подпрыгнула, балансируя на узких перилах, и села, расправив крылья, наслаждаясь диким чувством воздуха. Потянувшись копытом в свою тень, она достала ярко-синий шарик со звездами на нем. Покачав головой с забавной улыбкой, она бросила его так далеко, как только позволяла ее сила аликорна. "Лови", — скомандовала она.

Тантабус выскочил из ее тени и погнался за мячом.

* * *

В своей затемненной комнате Луна подняла голову, откинувшись на кровати. Перед ней стоял ее Избранный Ночью, только что закончивший докладывать о реакции Твайлайт. То, что Твайлайт отказалась от вызова, было вполне ожидаемо, это был тест, чтобы увидеть, как она отреагирует. То, что она не напала на Ночных Стражей, говорило о ее восстанавливающемся психическом состоянии.

А вот встречное приглашение, с другой стороны, было чем-то непредсказуемым. Она улыбнулась. Гораздо приятнее, когда случается неожиданное. Даже если мы… Мне придется встать раньше, чем хотелось бы. Она задумалась, обдумывая перерыв в запланированных тренировках для своего Тантабуса.

Она по-кошачьи выскользнула из постели, ее живая грива потянулась и зазвенела колокольчиком, созывая личных слуг. Взмахом крыла она отпустила своих Ночных Избранников к их обязанностям.

Ей даже не понадобилось произносить ни слова, когда два ее фестральных слуги вышли из тени и последовали за ней в купальню. Ей не нужна была ванна, но она должна была выглядеть наилучшим образом. Принцесса всегда выглядит наилучшим образом, — с горечью подумала она, жалея, что не может сбросить с Кантерхорна одного или двух своих современных инструкторов. Я могла бы даже попросить Тантабуса "подхватить" их до того, как они упадут на землю, — подумала она с клыкастой улыбкой.

Мысленно она приказала Тантабусу передать необходимые сведения для ее визита. Особенно яркие звезды из ее гривы скользнули в ее тень и исчезли из комнаты.

Луна скользнула в воду, позволяя глазам закрыться, пока она принимала ванну.

* * *

Луна вышла из тени, и вошла в богато обставленный кабинет сестры. Она положила золотой фолиант на стол, и села напротив нее.

"Добрый день, Луна".

Луна посмотрела на лежащую перед ней книгу. "Значит, она, будучи единорогом, выполнила шестистороннее разделение?"

Селестия наклонила голову, как бы говоря: "Откуда ты знаешь?" Луна ответила легкой усмешкой: "У меня есть свои способы, и я не скажу".

"Она показала результат, превосходящий даже то, что я могу сделать за один раз. Она стала шестью полностью реализованными фрагментами, каждый из которых полностью независим. Что еще хуже, у каждого даже была своя уникальная метка", — сказала Селестия и с сожалением посмотрела на фолиант. "Это заклинание всегда смертельно, когда его накладывает смертный, и нет способа его отменить. Не существует способа собрать воедино разбитую душу смертного".

Луна видела, что внимание сестры ослабевает, воспоминания начали заслонять от нее реальность. Луна постучала копытом по столу, и глаза Селестии перефокусировались. Хорошо, что она не прячется за своей маской, должно быть, та снова занимается бумажной работой, — подумала Луна.

"Ты уверена, что она не могла бы прожить достаточно долго, чтобы быть полезной? Возможно, пока она не вознеслась? Это позволило бы ей восстановиться", — спросила Луна.

"Нет… это был худший вариант. Они взаимодействовали друг с другом, росли, разрывая ее разум на части. Ущерб, нанесенный ее источнику, все увеличивался. Ей, им оставалось жить максимум несколько дней, в худшем случае — несколько минут". Глаза Селестии застыли в решимости, посмев не согласиться с Луной. "Я должна была немедленно что-то предпринять".

"Тогда я пришла бы к такому же выводу". Луна серьезно кивнула.

Селестия почувствовала облегчение, как будто с ее крыльев сняли всю тяжесть мира. Первые намеки на грустную улыбку коснулись края ее мордочки.

"Хотя, если бы на кону не стояли Элементы Гармонии, я бы выбрала другое решение".

"И что бы ты сделала в этом менее тяжелом случае?" — спросила Селестия.

"Я бы выбрала наиболее подходящее из творений Твайлайт и оставила ему тело", — ответила Луна.

"А остальные пять?"

"Я бы, конечно, пригласила их в свой Бастион…"

"Это дало бы им всего несколько лет…"

"Да, но я бы позаботилась о том, чтобы это были полноценные, счастливые годы. Когда придет их время, моим прощальным подарком им были бы самые сладкие сны в качестве сопровождения их финальной судьбы".

"Ты могла бы сделать это, одновременно управляя страной в одни копыта и готовясь к возвращению могущественного врага?"

"Не скупись на слова, сестра моя. Ты имеешь в виду мое возвращение. Если бы мне нужно было, я бы создала фрагмент, чтобы ухаживать за ними".

"Ты всегда была слишком свободна в их создании".

"А ты всегда слишком…"

"Мы отклоняемся от темы. Что нужно сделать с Твайлайт", — прервала Селестия.

"Я уже делаю все, что могу, сестра. Из снов ее друзей я знаю, что она страдает, и мне кажется, я знаю, почему. Как только она поймет, чем эта жертва обернулась для Эквестрии, ты удивишься, как быстро она перестанет тебя ненавидеть".

"В который раз я думаю, что это ты слишком оптимистична".

"Возможно. Сестра, задам вопрос, если позволишь. Ты не думала, что она заплатит цену добровольно? Если бы ты, ее наставница, ее принцесса, сказала ей, что ее жертва спасет Эквестрию, смогла бы она отказаться?" Луна посмотрела на сестру. "Я заглянула в ее сны. Она не боится, что ей придется отдать свою жизнь, но она боится за тех, кого она оставит позади. Она сожалеет, что не сможет с ними попрощаться".

"Она лучшая пони, чем мы", — сказала Селестия.

Луна кивнула. "По тому, как наши подопечные оценивают такие вещи, да". Луна подняла книгу копытом. "Ты знаешь, откуда у ее учителя эта книга?"

Селестия покачала головой. "Нет, я думала, что она давно хранится в запретной секции".

"Ты хоть знаешь, почему они приняли такие радикальные меры только потому, что она им не понравилась?"

"Это, действительно, выглядело не в их духе, но не было никаких следов магии разума, и он… решил избежать моего наказания довольно необратимым способом".

"Хм… А тебе не приходило в голову, что это могла быть моя заслуга?" — сказала Луна, убирая книгу в бесплотные глубины своей тени.

"Ты была изгнана на луну".

"И все же я по-прежнему имела доступ к снам, я даже могла влиять на тех, кого отметила моя ночь. На свитке была луна, да?"

"Ты хочешь сказать, что ты вызвала…", — сказала Селестия, температура в комнате повысилась.

"Нет. Я никак не могу вспомнить, не так ли?" Луна посмотрела на сестру. "Я говорю, что могла бы. Все, что мне нужно было бы сделать, это войти в его сны и показать ему нужные вещи. Прошептать нужные слова. И он бы сделал это".

Луна почувствовала на губах Селестии имя "Сансет". Хорошо, может быть, она научится проявлять больше сострадания к своим инструментам, — подумала она. Она обдумала то, что знала о ситуации с Сансет. Возможно, сестра права, подозревая меня в этом.

"Что касается обретения книги, то все, что для этого нужно, — это один из моих стражей и малейшее благословение моей силы". Луна поставила копыта на стол, и надвинулась на сестру, оказавшись мордой к морде. "Что бы ты делала без Элемента Магии? Смогла бы ты даже встретиться со мной в открытом бою, зная, что это только ускорит побег Дискорда?"

Когда рот Селестии начал открываться для ответа, Луна села на место и заговорила первой. "Это был бы такой простой план без всякого риска для меня", — сказала она, бесстрастно махнув копытом.

"Ты так думаешь?" Голос Селестии был слабым шепотом.

"Думаю ли я, что сделала это? Я не знаю". Луна улыбнулась: "Но это похоже на один из моих поступков. Каждый пони получает то, что хочет, и это разрушает его". Ей захотелось улыбнуться, но она сдержалась.

Сестра просто смотрела на нее. Луна почти видела, как за этими древними глазами двигаются игровые фигуры.

"Учитель должен был провести этот глупый маленький тест. Желание Твайлайт найти новый способ произвести на тебя впечатление — выполнено. И наконец, как глазурь на торте, ты получила доказательство того, что Твайлайт — самый могущественный единорог на свете. Ты нашла ту, кому суждено стать Аликорном Магии". Луна позволила своей силе затмить комнату лишь на мгновение. "Все пони получили то, что хотели, но выиграла только я", — сказала она, вложив в последние три слова нотку мурлыканья.

Луна подумала, не показать ли ей клыки — это было бы слишком. Селестия дрожала от страха и гнева.

Селестия махнула копытом, чтобы Луна ушла из ее кабинета. "У меня есть обязанности, которые требуют моего внимания". Луна видела, как напряглись мышцы на шее сестры, когда она сдерживалась от более резкого ответа.

Луна плавно поднялась, и повернулась, чтобы уйти. "Несмотря на то, что ты отняла у меня больше тысячи лет, я, все равно, помогу тебе в этом. Потому что, невзирая на себя, я все еще люблю тебя, сестра".

Даже не оглядываясь, Луна знала, что гнев ее сестры только что испарился. Спи спокойно, сестренка моя, в кои-то веки мне нужно пойти на вечеринку. Мне даже посоветовали идеальный подарок, — подумала она. Улыбка пересекла ее мордочку. И этот подарок сделает больше для сердца моего друга, чем ты когда-либо могла сделать.

* * *

Чтобы уговорить родителей Твайлайт и Спайка присутствовать, потребовалось всего одно слово — "Твайлайт".

У нее всегда улучшалось настроение, когда она оказывалась рядом со своими пони, теми, у кого были знаки, посвященные ее ночи, и знала, что Твайлайт происходит из такого рода. Луна искренне надеялась, что она не была ответственна за смерть ее первого воплощения.

"Так почему же первое, что мы слышим о возвращении Твайлайт, это приглашение?" — спросил Спайк, пока Найт Лайт и Твайлайт Вельвет суетились, готовясь к отъезду.

Был только один ответ, который не мог быть поставлен под сомнение. "Пинки Пай, я полагаю", — это не было ложью. Луна решила направить раньше только Шайнинга и Кейденс из-за возможности возникновения конфликта. Особенно, если Селестия вернулась бы прошлой ночью. Если бы не приглашение, она бы предоставила Твайлайт самой связаться со своей семьей.

Когда все пони были готовы, Луна обратилась к ним. "Будьте внимательны к своей дочери, она многое пережила. Ее плоть, возможно, и поправилась, но ее духу предстоит еще долгий путь. Было бы неразумно давить на нее".

Одним телепортом все они оказались совсем рядом с домом Твайлайт. Радости необремененного источника. Это отбросило бы дорогую сестру назад больше чем на месяц, и это даже не час для меня, с наслаждением подумала Луна.

Луна сделала первый шаг к двери. Впереди нее пронесся всплеск магии, пурпурная аура почти сорвала двери с петель.

"Мама, Папа, Спайк!" — воскликнула Твайлайт, ее аура притянула всех троих к себе, и она обняла их. Несколько слезинок упало из ее глаз.

"Я вижу, мой вклад в это событие оценен по достоинству", — сказала Луна, улыбаясь. Ее сердце согрелось, когда она поняла, как много это значит для ее подруги.

Твайлайт кивнула, благодарность ясно читалась в ее мерцающих глазах. Взмах крыла разрешил Луне войти. Луна кивнула в ответ, проходя в толпу.

Пойдем со мной, — мысленно сказала она Кейденс, которая спустя мгновение последовала за ней. Обе они были достаточно опытны, чтобы ориентироваться в толпе. Встречаясь и здороваясь по мере необходимости, светские беседы слетали с их губ легко, как воздух. Насколько могли судить другие пони, не было и намека на их мысленный разговор. Только два аликорна присутствовали на этой вечеринке.

Тетя… ты знаешь, что Селестия сделала с Твайлайт? — спросила Кейденс.

Знаю.

Как она могла?

Это были шесть обреченных разумов или все живое, которому нужен свет солнца, чтобы выжить. Как она могла не сделать этого?

Кейденс остановилась и посмотрела на нее.

Луна продолжила. Корона никогда не бывает легкой ношей, ты найдешь свои собственные трудности. Надеюсь, они будут к тебе добрее, чем те, что выпали на долю моей сестры.

Кейденс сделала ровный вдох. Она оставила после себя беспорядок.

Луна кивнула. И уборка этого беспорядка ложится на нас.

Она ранила Твайлайт, очень сильно. Пони, которые заботятся о ней, — единственное, что удерживает ее от необдуманных поступков.

Тогда хорошо, что ты здесь. Ты узнала что-нибудь о Мэйнхеттане?

Да… это была ловушка. Взгляд Кейденс застыл, и Луна почувствовала дополнительную силу в ударах копыт, магию земных пони, пульсирующую в земле. Она была… просто посмотри. Кейденс предложила Луне заглянуть поглубже в ее разум.

Луна согласилась, осторожно заглядывая в разум Кейденс в поисках того, что она вспоминала. Она заметила толщину и новую силу ментальной защиты Кейденс, но не сказала ни слова, не желая, чтобы та подслушала.

Свиток читали в деревянной комнате. Все подробности были записаны на свитке, и именно это хотела показать ей Кейденс. По мере того как Луна читала, в ней нарастал гнев, возмущение переполняло ее разум. Это было не просто нападение, они разделали ее, как грифон разделывает мясо. Луна подумала об этом с такой яростью, что Каданс отшатнулась. Когда я доберусь до них своими копытами…

Успокойся, тетя, — вмешалась Кейденс, ткнув ее кончиком крыла.

Луна почувствовала, как от Кейденс и от нее самой исходят вспышки силы аликорна. Впечатляюще и быстро соображаешь, противодействуя моей эманации своей собственной. Она сделала глубокий вдох, чтобы успокоить свои эмоции, укрыв их прохладой ночи. Твайлайт сделана из более прочного материала, чем я думала, если она смогла пройти через все это и после еще написать этот отчет.

Крылья Кейденс переместились, явно скрывая дрожь. Луна убрала часть ледяного покрова со своего мысленного тона. Ты хорошо себя чувствуешь?

Если не считать остатков, скопившихся в моем роге, я в порядке, тетя.

Я хотела спросить, как ты справляешься с этим теперь, когда ты в Империи.

Сможешь ли ты помочь?

Конечно, разве ты не должна обратиться за помощью к моей сестре, как обычно?

… Она никогда ничего не делала.

Настала очередь Луны взять паузу. Она сказала мне, что позаботится об этом… Это еще одна вещь, которой она не научила своего Дипломата?

Кейденс кивнула. Я только сейчас узнала, что именно поэтому мой рог болит, когда пони телепортируются рядом со мной.

Луна обвила крылом спину Кейденс. Тогда, когда мы закончим здесь, я буду ухаживать за тобой, и постарайся не получить удовольствие.

Простите, тетя, кажется, я нужна Твайлайт. Кейденс посмотрела на свою невестку. Глаза Твайлайт остановились на Кейденс. Кейденс направилась к Шайнинг Армору. Рог Твайлайт засветился, собирая силу.

Луна кивнула и двинулась туда, где играли юные пони. Она почувствовала пульсацию магии, когда Твайлайт телепортировала себя и своих родителей прямо к Кейденс.

Используя свою магию, Луна улучшила игры, которые устроила Пинки. Анимируя детали, добавляя иллюзии и опираясь на свои воспоминания о сновидениях малышей, она постаралась, чтобы они хорошо провели время.

Дочь Твайлайт, казалось, избегала Луну. Литтл Стар играла с Метконосцами и Спайком, но даже не пыталась подойти и завязать разговор. Каждый раз, когда они к Луне, Стар направляла их к другому аттракциону или просто телепортировала их прочь.

Твайлайт познакомит нас позже, — подумала Луна, возвращаясь к игре с жеребятами, — они были такими яркими искрами радости. Не зная, каким суровым может быть мир, нужно ценить его, пока есть возможность.

Через некоторое время Луна устроилась поудобнее, наслаждаясь простой, но очень вкусной едой, дополненной тем, что она пила. Внимая урокам Селестии, она позволила времени течь мимо нее, ценя каждый момент, но не задерживаясь ни на одном из них. Возможно, я буду строить свои сновидения на основе этой вечеринки, — подумала она.

* * *

Время шло, и только связь с луной давала ей знать, сколько прошло времени. Без нее она не знала бы, прошел час или год.

Неожиданно она начала светиться, напряглась, сила устремилась к ее рогу. Она заметила, что это было знакомое свечение заклинания рода. Интенсивное свечение указывало на то, что она является родителем или ребенком цели. Луна с недоумением смотрела на свою светящуюся переднюю ногу. Это невозможно,  — подумала она. Нет ни одной пони на свете, на которую можно было бы наложить это заклинание, чтобы я так светилась".

Кобылка, вырвавшаяся из телепорта и обхватившая копытами шею Луны, была либо наименее опасным убийцей, либо дочерью Твайлайт. Если бы это была атака, она была бы повержена. Единственной ее реакцией было движение копытом, чтобы помочь поддержать вес Стар через целую секунду после удара.

"Мамочка, Мамочка, я нашла еще одну Мамочку!" Радостный голос Стар был достаточно сильным, чтобы откинуть гриву Луны назад.

Луна чувствовала, как все взгляды в комнате обратились на нее. Долгие годы жизни позволили ей сохранить самообладание, но они ничего не могли сделать, чтобы скрыть шок, который она испытала.

Посмотрев туда, где, как подсказывали ей чувства, находилась Твайлайт, она встретилась с ошарашенными глазами кобылы. Долгое мгновение обе кобылы просто стояли.

Стар зажгла свой рог, и во вспышке пурпурного света Твайлайт телепортировалась прямо перед Луной, аура Стар притянула ее ближе, чтобы маленькая кобылка могла обнять их обеих.

Младшая аликорн так и застыла, ее единственной реакцией были небольшой тик и подергивания ушами.

"Твайлайт?" — спросила Луна спокойным голосом. Кобыла не ответила. Она в шоке? — гадала Луна.

"У меня две Принцессы-Мамочки!" — радостно воскликнула Стар, обнимая каждую из них передней ногой. Пинки закричала в ответ, прыгая вверх и вниз в толпе.

Луна присела, принимая вес Стар на свое крыло, что позволило энергичной кобылке не так неловко обниматься. Не было и намека на нерешительность или страх, из-за которого Стар избегала ее. Каждая черта очаровательного жеребенка говорила лишь о том, как она счастлива.

Луна шепотом спросила лавандового аликорна: "Твайлайт Спаркл, может быть, у нас была какая-то интрижка, о которой мы не знали? Не то чтобы мы отказали в таком благодеянии одной из наших спасительниц, такой как ты…" — сказала она. Луна вспомнила о своих прогулках, о том, как она принимала другие формы, чтобы на время освободиться от оков своего долга. Если Твайлайт делала то же самое, возможно ли, что мы "встречались" друг с другом и просто не знали об этом?

Слова Луны прорвались сквозь шок Твайлайт. Она покраснела, когда ее глаза встретились с глазами Луны. В ее взгляде было желание, которое она, казалось, отчаянно пыталась скрыть. В ее глазах мелькало множество разных мыслей, в отличие от тщательно передвигаемых Селестией игровых фигур, это больше походило на спор Твайлайт с самой собой.

"Что такое "Интрижка?" — отозвалась Стар". Как единорожка услышала это? — подумала Луна.

Румянец Твайлайт стал вулканическим, а по ее гриве заплясали несколько огненных мотыльков. Она телепортировала словарь к Стар. "Луна… ты случайно не знаешь, насколько надежно это заклинание? Я просмотрела заклинание, и оно кажется довольно грамотным".

"Абсолютно надежно, но меня больше интересует, кто наложил мое заклинание на тебя, Литтл Стар?" — спросила Луна.

"Свити Белль сказала, что оно приносит удачу всем семьям", — Стар начала кротко, но потом ее улыбка вернулась. "Оно сработало!"

"Итак, — сказала Твайлайт.

Кейденс, будь добра, приведи сюда Свити Белль, — Мысленное общение Луны носило командный характер.

"Да, похоже, мы обе являемся родителями этого очаровательного жеребенка", — сказала Луна, тепло улыбаясь Стар. Жеребенок, у меня жеребенок. Она едва могла в это поверить. Она проверила все, что только можно было придумать, чтобы доказать, что она не во сне. Даже на мгновение отступила в свой Бастион.

Рог Твайлайт был зажжен, ее поза была грозной. Ее крылья были готовы к полету, и, если Луна не ошибалась, ее рог был готов к телепортации. "Итак… эмм… принцесса Луна… что", — сказала она.

"Мы скоро поговорим", — сказала Луна и повернулась лицом к приближающимся пони. Кейденс вела Рэрити, а также затребованную Свити Белль. Сияющие аликорны и официальная осанка Луны освободили вокруг них достаточно свободного пространства, чтобы три пони могли присоединиться к ним.

На заднем плане Пинки крутилась вокруг, меняя баннеры для вечеринки, и уговаривала других пони помочь ей. Сестра будет мне завидовать, — с юмором подумала Луна, читая поздравление с рождением кобылки. Ее до сих пор поражало, как Пинки может быть готова к любому событию без предупреждения.

"Принцесса Луна", — сказала Рэрити, поклонившись.

Луна кивнула: "Вы здесь в качестве опекуна юной Свити Белль?

"Да, ваше высочество".

"Будьте спокойны, она не сделала ничего плохого, у меня просто есть несколько вопросов". Луна, сохраняя свою лучшую дружескую улыбку, повернулась к Свити Белль. "Я не видела этого заклинания уже очень давно, могу я спросить, как ты его выучила и почему ты наложила его на свою подругу?" — сказала Луна, кивнув в сторону Литтл Стар, которую все еще держало ее крыло.

"Милый жеребец дал мне это", — сказала Свити, поднимая из своей гривы драгоценный камень, инкрустированный рунами. "Он сказал, что это заклинание на удачу, и чтобы я наложила его на Стар как его подарок на праздник".

Пурпурная аура выхватила драгоценный камень у Свити. "Заклинательный камень", — заявила Твайлайт. Стар телепортировалась к Твайлайт, изучая драгоценный камень, который интересовал ее не меньше, чем ее мать. Луна сдержала улыбку на лице.

"Я читала о таких…" — Стар невозмутимо ответила еще раз на языке Шепота. Мать и дочь продолжали говорить о теории магии, не слышной никому, кроме аликорнов.

"Ты можешь указать на жеребца?" — спросила Луна.

Краем глаза Луна заметила, что Кейденс выглядела рассеянной, она была сосредоточена на чем-то.

Свити огляделась вокруг и покачала головой. "Его здесь нет".

"Ты можешь описать его?"

Свити сделала паузу, затем выражение ее лица стало растерянным. "Он был вроде как… нормально выглядел".

"Должно быть, он использовал заклинание "Я-не-важен"", — сказала Стар, подняв глаза от свитка, на котором писала.

Никто здесь не имеет никаких негативных намерений по отношению к Стар или Твайлайт. Есть две пони в углу, которые вам не доверяют. Но это худшее, я не чувствую здесь никакой угрозы, — мысленно сообщила Кейденс.

Луна всмотрелась в свою тень, собрала все, что только что узнала, в заклинание сна и отдала его своему питомцу. Тантабус покинул ее тень и незаметно унесся прочь, чтобы передать короткий сон своим стражам снаружи.

"Моя умница, Литтл Стар", — сказала Твайлайт, притягивая Стар в объятия. Обе лавандовые кобылы вновь обратили свое внимание на драгоценный камень. Твайлайт заговорила шепотом. "Видишь эти следы здесь и здесь? Это значит, что он был сделан современными инструментами. Они на шесть процентов менее эффективны в использовании самоцвета, но на их создание уходит на четверть меньше времени".

За исключением Пинки, друзья и семья Твайлайт придвинулись ближе, шок от открытия уже давно прошел.

"Знаешь, когда ты сказала, что это не так просто, я ожидала увидеть кого-нибудь из твоих друзей-непони… Не… Не принцессу Луну", — сказала Твайлайт Вельвет.

"Хехе", — попыталась рассмеяться Твайлайт. "Ну…"

Луна подняла одну бровь, глядя на Вельвет.

"Не то чтобы это было проблемой, ваше высочество", — поспешно поклонившись, сказала Вельвет. "Это, это просто неожиданно".

Найт Лайт прижался к боку Вельвет, явно желая поддержать ее, даже если у него не было слов, что-то добавить.

"Вы действительно… другой родитель кобылки Твайлайт?" — спросила Эпплджек.

"Если только это не сон или Дискорд не играет с нами злую шутку, то да", — ответила Луна, улыбаясь, и снова переводя взгляд на Стар. "Но на всякий случай…" Луна зажгла свой рог, развеяла первоначальное заклинание и повторила его сама. Получив тот же результат, она кивнула.

Аура Стар окутала всю ее семью. Луне пришлось бороться со своей боевой подготовкой, когда на нее набросилось множество пони. Они затормозили только в последнюю секунду, в результате чего пони сгрудились в объятиях, сосредоточенных на Литтл Стар.

От смертных пони доносились звуки мелких жалоб и дискомфорта, когда Твайлайт хихикнула. "Тебе нужно быть немного осторожнее, когда делаешь это с не-аликорнами".

"Простите все пони", — сказала Стар.

Пони высвоободились из кучи, заняв более удобные позиции. Стар заняла место между Луной и Твайлайт.

"Как у меня появилась дочь — вот в чем вопрос, Твайлайт".

Кейденс создала звуковой барьер вокруг группы, Луна кивнула в знак благодарности.

"Ну… " — Твайлайт сделала успокаивающий вдох. "Ты помнишь, когда мы…" — Челюсть Твайлайт дернулась. "Ты помнишь, как ты вернулась с Луны?"

"Луна, ты знаешь, как формируются источники у жеребят?" — спросила Кейденс.

"Это происходит от встречи родительских источников во время акта близости", — ответила Луна.

"Что ж… видимо, облучение пони Радугой Гармонии тоже считается", — вклинилась Твайлайт.

Луна почувствовала, как по ее лицу расползается широкая ухмылка. "Так это и есть благословение Гармонии? Неужели я действительно прощена за свои проступки?" Она с благоговением посмотрела на Стар.

"Мамочка Луна", — позвала Стар, набрасываясь на ее мордочку.

Кейденс хихикнула.

"Ты не сердишься?" — спросила Твайлайт.

"Сердимся, сердимся, как мы можем сердиться?" — сказала Луна. "Меня беспокоит то, где вы прятали эту очаровашку?"

Стар хихикнула, когда Луна использовала свою ауру, чтобы пощекотать ее.

"Вы слышали о СМПЖ?" — спросила Каданс.

Луна покачала головой. Что за дела с пони в наши дни и их аббревиатурами.

"Синдром Магически Подавленного Жеребенка", — объяснила Кейденс.

Твайлайт побледнела. "Ты имеешь в виду, если бы я… Если бы я не…" Она замолчала и посмотрела на Стар. Она наклонилась ближе, обняла Стар, прижимаясь к Луне.

Дрожащее и испуганное выражение лица Твайлайт говорило о том, насколько все это может быть серьезно. Луна сдвинула крыло, скрывая от других пони в комнате, что ее подруги находятся в подавленном состоянии. Твайлайт обняла ее, все еще полностью сосредоточившись на Стар.

Кейденс осторожно положила копыто на спину Твайлайт, прежде чем мысленно обратиться к Луне. Это происходит, когда материнский источник слишком силен, чтобы жеребенок мог отделиться от него и вырастить собственное тело. Без правильной медицинской магии душа жеребенка оказывается… поглощенной матерью. Мне пришлось принять зелье, чтобы избежать этого".

Скрывающее крыло Луны притянуло Твайлайт в объятия. Одна мысль о том, что можно стать причиной смерти собственного жеребенка еще до его рождения, была крайне неприятна.

"Луна, как принцесса любви я спрашиваю тебя о твоих намерениях по отношению к Литтл Стар", — сказала Кейденс, приняв свой официальный вид.

Луна потерлась о Стар. "Если она согласится, я с радостью возьму на себя роль ее матери и официально признаю ее своей дочерью".

Кейденс кивнула и повернулась к Твайлайт.

"Ты знаешь мой ответ, как бы сложно все это ни было. Она наша дочь", — сказала Твайлайт, глядя на Луну. В ее глазах быстро сменяли друг друга эмоции.

"Это значит, что я должна буду сообщить Селестии…" — сказала Кейденс.

"Ты должна?" — умоляюще спросила Твайлайт.

"Она старшая принцесса, и из-за того, кем мы являемся. Это государственный вопрос",  — с сожалением сказала Луна.

"Подождите минутку, мне нужно кое-что проверить", — сказала Твайлайт, зажигая свой рог.

В комнату влетел большой юридический фолиант, заставив пони уклониться в сторону, когда он подскочил к Твайлайт и раскрылся. Глаза Твайлайт быстро заплясали от страницы к странице. Книга захлопнулась с гулким эхом.

Несколько прядей из ее гривы взметнулись вверх, и она воскликнула: "Спайк! Спайк!" Заметив звуковой пузырь, она просунула голову сквозь него и попыталась снова. "Спайк! Спайк! Мне нужно, чтобы ты отправил сообщение принцессе Селестии прямо сейчас!"

Спайк прибежал, на его морде еще оставалась пыль от драгоценных камней. В лапе у него был свиток, готовый превратиться в письмо. Аура Твайлайт втянула его в пузырь. "Готов", — сказал он на одну часть с нетерпением, на две части с беспокойством.

Твайлайт продиктовала: "Селестия, я беру все юридические книги из закрытой секции архива. Не стоит беспокоиться". Звук пера Спайка показался слишком громким внутри пузыря.

"PS. Это также доказывает, почему вам нужно обновить свою защиту. Если вы хотите знать, где её нужно улучшить, посмотрите мой отчет об улучшении защиты, версия шесть, страница двадцать три, и действуйте оттуда".

Спайк закончил последнее слово. "Отправляй", — приказала Твайлайт.

Спайк выдохнул свое зеленое пламя, сжигая свиток и отправляя его к Селестии.

Твайлайт освободилась от объятий, отступив на некоторое расстояние, прежде чем ее рог засветился. В воздухе образовались многочисленные массивы заклинаний, вращающиеся вокруг ее рога. Твайлайт начала бормотать цифры и сложные уравнения, глаза быстро двигались, словно она читала что-то перед собой.

Стар телепортировалась на спину Луны, и начала делать заметки, наблюдая за тем, как ее мать колдует.

Это, явно, было заклинание высшего измерения, причем, очень сложное. Луна не осмеливалась прервать Твайлайт, ведь, сила, вливаемая в заклинание, была непомерно велика для любого пони, кроме аликорна.

Заклинание перестало иметь смысл для нее после того, как были добавлены массивы седьмого измерения. Луна посмотрела на Кейденс, и мысленно сказала: Уходи, в твоем состоянии это будет неудобно.

Кейденс отбросила звуковое заклинание, и потянулась к Стар своей аурой. "Но я хочу остаться здесь…" Стар хныкала, но не сопротивлялась, когда ее положили на спину Кейденс.

"Мы можем наблюдать оттуда", — сказала Кейденс, отходя в дальний конец комнаты.

"Пони, было бы разумно дать Твайлайт Спаркл достаточно места", — сказала Луна королевским Кантерлотским голосом.

Казалось, пони Понивиля помнили о событии "урок-ноль". Некоторые скакали галопом, большинство просто рысили к выходу, прокладывая себе путь в безопасное место. Только ее семья и друзья не отступили.

Твайлайт произнесла заклинание, все массивы рухнули в одну точку, и с треском ее рог погас.

"Пятьдесят девять, пятьдесят восемь…" Она отсчитывала секунду за секундой.

Обратный отсчет вывел из комнаты всех, кроме самых храбрых пони. Крики Пинки перед тем, как выбежать из комнаты: "Она собирается что-то сделать!", — возможно, помогли.

Когда отсчет подошел к концу, были слышны только звуки голоса Твайлайт и пера Стар. Точно в такт вспышке телепорта и сопровождающему ее хлопку перемещенного воздуха. Большое количество старых томов телепортировалось внутрь, образуя вокруг Твайлайт стены из книг.

Аура Твайлайт подняла все книги, образовав вокруг нее в воздухе кольцо. Каждая книга открылась на первой странице, и они начали вращаться вокруг нее, продвигаясь на одну страницу за оборот.

Свитки телепортировались вокруг нее, а дюжина перьев принялась за работу, делая заметки.

"Твайлайт?"

"Да, Луна?" — ответила Твайлайт, не отрываясь от своей работы.

"Как ты доставила сюда эти книги?"

"Селестия использует только руны, рассчитанные на защиту от заклинаний, использующих до шестого измерения. Так что это все обычные заклинания телепортации и внепространственного хранения. Я же создала виртуальное одиннадцатимерное заклинание, объединив два заклинания высокого порядка".

Луна расширила глаза, услышав, как Твайлайт непринужденно описывает невозможное заклинание, как будто в этом нет ничего необычного.

"Теперь, когда мое заклинание вступило в контакт с рунами, первые шесть измерений были пойманы ими. Затем эта часть заклинания разрушилась таким образом, чтобы оставить достаточно большую брешь. Таким образом, освободился путь для моего заклинания телепортации с дискриминированием цели в пятом измерении, которое шло следом".

Твайлайт улыбнулась с гордостью. "Все, что для этого нужно, — это несколько продвинутых математических преобразований, примененных к теории гибридного заклинания Транслокации. Теперь ей лучше воспринимать мои отчеты всерьез, а она говорила, что ни один пони на это не способен. Ха".

"Значит, ты использовала цифры, чтобы взломать самую сильную защиту моей Сестры?"

"Да, естественно, ни одна пони не смогла бы пробить грубой силой путь через защиту Селестии".

"Могу я спросить, что ты ищешь?"

"Хм? О, я просто выясняю, есть ли у нас другие варианты, кроме того, что мы поженимся, меня казнят или сошлют", — ответила Твайлайт, прежде чем пробормотать: "Не хочу давать Селестии законную причину убить меня, в конце концов".

"Поженимся?" Луна моргнула. Я замужем? За Твайлайт? Впервые Луна посмотрела на Твайлайт, действительно посмотрела. На ее развивающееся тело аликорна. Мы уже друзья… и она привлекательна. Затем, ее остальные слова дошли до сознания. Она думает, что моя сестра хочет ее убить? — в тревоге подумала Луна.

Твайлайт кивнула и поднесла Луне свои страницы с записями. Луна закончила свои размышления и приняла заметки в свою ауру. Они были очень подробными, даже с подробным описанием юридических аспектов Фрагментов аликорна и того, кто несет ответственность за их действия. Все, что касается того, что по закону должно произойти с двумя неженатыми принцессами с жеребенком.

"Селестия — плохая пони?" — спросила Стар со спины приближающейся Кейденс.

Все взгляды теперь были устремлены на Стар, одна за другой книги были положены обратно на землю, а рог Твайлайт потускнел.

Глаза Твайлайт потемнели, а крыло Кейденс ободряюще легло ей на спину.

"Моя сестра не плохая пони, как ты выразилась… Она просто совершила несколько ошибок".

Твайлайт зарычала, ее грива затрепетала от жаркого пламени. Крыло Кейденс отпрянуло, к счастью, не обгорев. Друзья Твайлайт отступили, но выглядели обеспокоенными. Шайнинг отступил назад, сработала выучка гвардейцев, стоя наготове, его рог был зажжен. Вельвет и Найтлайт отпрыгнули назад, едва не упав, испуганные внезапной вспышкой. Стар спокойно сидела, рисуя и делая заметки.

"Ош…" — начала Твайлайт, но Кейденс прервала ее легким ударом копыта.

"Твайлайт", — ободряюще сказала Кейденс, положив копыто ей на плечо.

Твайлайт глубоко вздохнула, давая пламени угаснуть. "Прости…" — сказала она, глядя на своих обеспокоенных родителей.

"Часть твоего гнева оправдана, но если ты ненавидишь мою сестру, то ненавидь ее за правду, а не за свои страхи", — сказала Луна Твайлайт. Повернувшись к остальным, она продолжила. "Мы, аликорны, скоро вернемся, нам нужно обсудить вещи, которые не для ушей смертных".

Кейденс погладила Шайнинга, и подошла к Луне, ободряюще улыбнувшись родителям Твайлайт. Крыло Кейденс ткнулось в Луну. "Не надо драматизировать, тетя, нам троим просто нужно поболтать наедине".

Луна кивнула: "Мы поручаем заботу о нашей дочери вам до нашего возвращения".

"Стар, ты можешь присмотреть за моими друзьями?" — спросила Твайлайт, наклонившись ближе к своему ребенку, она прошептала. "Я буду чувствовать себя в большей безопасности, если ты будешь здесь, чтобы защитить их".

Стар серьезно кивнула, соглашаясь со своей миссией. Вспышка магии, и на Стар появились шлем и плащ, оба с внушительным количеством защитной магии. "Плохие пони их не достанут", — объявила она.

Твайлайт гордо улыбнулась ей. "Я верю в тебя, моя Литтл Стар". Затем она посмотрела на Луну и кивнула.

Учитывая, насколько сильной и хорошо оснащенной казалась Стар, эта вера была вполне обоснованной. В честном бою она, вероятно, сможет справиться с четырьмя моими ночными гвардейцами, если она знает хоть одно наступательное заклинание, подумала Луна.

Кейденс поцеловала Шайнинга, прежде чем вывести двух других Аликорнов из комнаты.

* * *

Кейденс привела их к унылому участку стены в нигде. "Твайлайт, будь добра".

"Как… О, хорошо", — сказала Твайлайт и постучала по стене в замысловатом узоре. Стена повернулась, открывая тайную комнату. Твайлайт рысью вошла внутрь, телепортировав одеяло на несколько упакованных коробок.

Когда все пони оказались внутри, Твайлайт закрыла дверь.

"Твайлайт, это было причиной конца твоих предков", — сказала Луна, извлекая из своей тени золотой фолиант и используя свою длинную гриву, чтобы предложить его Твайлайт.

Нехотя взяв его в свою ауру, Твайлайт притянула том ближе. Она открыла его и начала читать.

Кейденс просто наблюдала за ними. Судя по тому, что ее взгляд был слегка расфокусирован, она использовала свой дар, чтобы заглянуть в сердце пони.

"Зачем она проверяла меня этим заклинанием?" Твайлайт явно заставляла свой голос быть спокойным, но он получился ледяным. Твайлайт было гораздо легче читать, не имея многолетней дипломатической подготовки Кейденс. Значит, сестра оставила разные пробелы в вашем обучении.

"Она не…"

Твайлайт посмотрела на Луну.

"Мир, мир дорогая, Твайлайт. Слушай, и ты узнаешь правду", — сказала Луна, ложась, ее тень превратилась в подушки.

"Один из твоих преподавателей в школе моей сестры ненавидел тебя. Знаешь ли ты, что тебе не суждено было высидеть яйцо Спайка? Это должно было быть невыполнимое задание, по которому учителя могли бы оценить твою реакцию".

"И это было дано мне как невозможное испытание?"

"Да, он настаивал, что если ты не пройдешь такое испытание, то тебе не место в школе. Что никому, кто не прошел такое испытание, нельзя доверять магию".

"Где он?" — прорычала Твайлайт, ее глаза пылали силой.

"К сожалению, он уже давно ушел из жизни".

"Тогда как ты узнала об этом? Селестия сказала тебе?" — спросила Твайлайт с явным сомнением.

"Кое-что, но я подтвердила это с помощью моей Ночной Гвардии, они были здесь, шпионили и ждали моего возвращения", — сказала Луна, она видела, как острый ум Твайлайт улавливает все последствия.

Твайлайт достала из кармана подушки для себя и Кейденс. Кейденс вздрогнула.

"Прости", — сказала Твайлайт и легла, закрыв книгу. Кейденс устроилась рядом с ней, готовая обеспечить любой необходимый комфорт.

"Заклинание не имеет функции рекомбинации души заклинателя. Оно полагается на то, что души аликорнов могут позаботиться об этом сами".

Твайлайт пролистала несколько страниц назад и вперед. "На самом деле, если бы не связь, это заклинание мгновенно убило бы нас, меня?" Твайлайт покачала головой. "На самом деле не было никакого способа… никакого способа". Твайлайт замолчала, глядя на текст.

"Нет, дорогая Твайлайт, эта книга, этот фолиант древних знаний был отравленной чашей. Это был идеальный инструмент для убийства Элемента Магии".

Твайлайт посмотрела на книгу, открыла ее на первой странице и начала писать.

> Это заклинание — ловушка, его применение убьет любого смертного, когда оно закончится. Все копии этого заклинания должны иметь это предупреждение. По приказу Ее Высочества принцессы Твайлайт Спаркл.

Твайлайт улыбнулась и протянула книгу обратно Луне.

Кейденс накрыла Твайлайт крылом. "Это было очень ответственно с твоей стороны, Твайлайт".

"Моя сестра виновата в том, что печати и ее многочисленные манипуляции не удались. Но что касается смерти твоего первого воплощения, то ее единственное преступление — это небрежность. Она должна была заметить, чему ты учишься, и остановить тебя в те недели, которые потребовались бы тебе для обучения".

"Луна. Я могу кастовать это сейчас. Может быть, несколько мгновений, чтобы убедиться, что я проверила несколько вещей".

"Правда?"

"Да, и по всем признакам мой… оригинал лучше разбирался в магии…"

Луна была поражена. "Я не смогла бы выучить это заклинание даже за целый год обучения".

"Ну, оно не очень хорошо написано. Я могла бы написать его, используя в два раза меньше места, и выучить его было бы в три раза легче". Аура Твайлайт притянула книгу обратно к себе. Свитки и перья появились, и Твайлайт принялась за работу. Задача, стоявшая перед ней, успокоила Твайлайт больше, чем все слова Луны.

Твайлайт начала напевать до боли знакомую мелодию. Ее голова и перо покачивались в такт, а Кейденс добавляла слова.

Луна почувствовала, как на глаза навернулись слезы, и ей потребовалось несколько долгих вдохов, чтобы успокоиться и позволить себе насладиться самым сокровенным воспоминанием. Ощущение любящих объятий матери, кошмары, прогоняемые словами колыбельной.

Спустя несколько минут Твайлайт подняла голову, и предложила усовершенствованную схему заклинания и инструкции. В верхней части первой страницы крупными буквами было написано ее предупреждение.

Сложный и непонятный магический беспорядок был преобразован в четкие и ясные инструкции. Потребуется время, чтобы научиться, но теперь это возможно, — подумала Луна. "Это действительно то же самое заклинание?" — спросила она.

Твайлайт с гордостью кивнула.

Ты знаешь эту песню, — мысленно заявила Каданс, пристально глядя в глаза Луны.

Да… моя мама пела ее.

Звук копыт Твайлайт, совершающих круги по хрустальному полу, возвестил о ее неуверенности. "Ну что, Луна? Что нам теперь делать?" — спросила она.

"Если вы обе хотите признать Стар… тогда будет еще одна Кантерлотская свадьба", — сказала Кейденс.

Твайлайт посмотрела на Луну, за этими глазами снова что-то двигалось.

"Я не против этой идеи", — сказала Луна. "Вы все согласны?" — спросила она, наклоняясь ближе к Твайлайт.

"Что ты имеешь в виду?" — переспросила Твайлайт, отстраняясь от нее.

"Я могу сказать, когда моя сестра беседует со своими фрагментами, а ты гораздо менее искусна в сокрытии таких вещей".

Твайлайт сидела неподвижно добрых десять секунд, глаза расфокусировались, не обращая никакого внимания на внешний мир. "Четверо согласны, один воздерживается".

"Ты знаешь, что будет ожидать нас в брачную ночь?" Луна окинула взглядом фигуру Твайлайт, теперь в ее глазах был голодный взгляд. Дочь и бессмертная невеста, и все это за небольшую цену — тысячу лет на луне и знание боли моих жертв… выгодная сделка, — подумала она, дразня Твайлайт.

"Я с нетерпением жду этого", — промурлыкала Твайлайт, наклоняясь, и нежно покусывая клыками ухо Луны. "Нам не нужно ждать…"

Приглашение Твайлайт было столь же манящим, сколь и неожиданным. Крылья Луны пытались распахнуться, когда манящее тепло проникло в ее плоть, где грива Твайлайт касалась ее шеи.

"Да, это так", — вмешалась Кейденс, раздвигая их крыльями.

По гриве Твайлайт пробежало теплое пламя.

"Что я говорила о том, чтобы позволить Твайлайт оставаться главной?" — сурово сказала Кейденс.

Когда пламя угасло, Твайлайт покраснела. "Я… Нова… просто предложила кое-что", — сказала Твайлайт, изо всех сил стараясь не смотреть на Луну.

Луна посмотрела на Кейденс, а затем на Твайлайт. "Как далеко продвинулись твои уроки по работе с фрагментами?"

"Уроки? Селестия активно мешает нам узнать о наших способностях", — сказала Твайлайт, махнув крылом в сторону Кейденс.

"У тебя пять фрагментов, как?" — спросила Луна.

"Двое… Двое выжили… Нова и Грей. Потом есть я, творение Селестии и…" — начала Твайлайт, но ее прервали.

"Я бы хотела пригласить всех вас в мой Бастион", — заявила Кейденс.

"Это странная просьба, племянница", — сказала Луна, сузив глаза.

"Это единственное место, где может состояться эта встреча", — ответила она.

"Нам обязательно это делать?" — смиренно спросила Твайлайт.

"Вы двое, возможно, собираетесь пожениться, я думаю, она заслуживает знать", — сказала Кейденс.

"Луна… ты, пообещаешь Пинки клятвой не говорить Селестии ничего из того, что узнаешь?" — В дрожащем тоне Твайлайт звучал неподдельный страх.

Луна посмотрела на Кейденс, которая кивнула, что она должна подчиниться. "Как пожелаешь, Твайлайт". Луна хмыкнула, затем выполнила движения и слова.

Кейденс подала свой зажженный рог, Твайлайт прикоснулась к нему своим рогом как раз перед тем, как Луна последовала ее примеру.

* * *

Луна открыла глаза своей мысленной конструкции, обнаружив себя лежащей на большой шелковой кровати, вокруг нее лежали теплые тела множества пони. Долгое время она просто наслаждалась этим. Подняв голову и осмотревшись, она обнаружила, что они находятся в покоях Кейденс, и все они беспорядочно разлеглись на ее кровати.

Там были Твайлайт, Твайлайт с чертами, похожими на черты фестрала, Кейденс, Кристальный пегас и неизвестный красивый серебристо-голубой аликорн такого же размера, как и она.

Твайлайт с крыльями летучей мыши заговорила. "Ты можешь решить, куда мы войдем с помощью этого заклинания, нам всем не обязательно было появляться в твоей постели".

"Ты хочешь сказать, что для тебя это не сбывшаяся мечта, Найт?" Чарующий голос серебристого Аликорна дразнил, он смотрел то на Кейденс, то на Луну.

Найт оторвалась от кучи пони.

"У тебя есть какие-нибудь фрагменты, которые ты хочешь принести, тетя?" — спросила Кейденс.

Что ж, это многое объясняет, — подумала Луна. "Ни одного подходящего", — сказала она, сожалея, что ее единственным фрагментом был Тантарбус.

"Итак, знакомство?" — сказала Кейденс.

"Сначала объяснение", — поправила Твайлайт, поворачиваясь лицом к Луне. "Луна… ты знаешь, что Элементы Гармонии любят исцелять и искупать пони?"

"Да, я прекрасно знаю об этом, Твайлайт, и я всегда буду благодарна тебе за это".

Твайлайт глубоко вздохнула, и под одобрительным взглядом Кейденс и с объятиями крыльев серебристого Аликорна она нашла в себе силы продолжать. "Найтмер Мун была под моей опекой с тех пор, как мы с девочками освободили тебя от нее".

Моя свобода обременяла тебя этим? — с сожалением подумала Луна.

Твайлайт жестом копыта указала на Найт. "Позволь представить тебе бывшую Найтмер".

В стремительном движении Луна скатилась с кровати и зажгла рог, каждый волосок ее тела запульсировал силой, готовясь к битве.

Синяя кобыла двинулась, чтобы защитить Найт вытянутым крылом. "Ты можешь быть искуплена, Дискорд и даже несколько раз чуть не погубившая весь мир Старлайт может быть искуплена одним лишь ударом копыта. Какое право ты имеешь отказывать Найт?"  — сказала она, голос полон праведного негодования, ее собственный рог горит серебряной энергией.

"Пожалуйста, не ссорьтесь. Все это подстроило Древо Гармонии. Заставив меня научить Найтмер Мун ценности дружбы за все эти годы и даже дав нам нашего жеребенка", — сказала Твайлайт, улыбаясь. "Найт — единственная причина, по которой я, вообще, сейчас жива, она спасла и меня, и нашу дочь".

Нашу дочь, — подумала Луна, неужели она обязана жизнью своей недавно обретенной дочери этому чудовищу?

Твайлайт медленно поднялась с кровати, заняв место между двумя готовыми к бою аликорнами. Теперь, имея ясный обзор, Луна могла видеть в этом ментальном пространстве, что форма Твайлайт была иной. Каждая часть тела, казалось, не совсем соответствовала другим. Золотые нити силы Селестии держали ее вместе, как отремонтированную матерчатую куклу.

Одно движение этой силы — и Твайлайт умерла бы до своего вознесения, даже сейчас это покалечило бы ее. Почему, сестра? Неужели ты так сильно боялась Твайлайт? — подумала Луна.

"Вы двое будете вести себя хорошо или мне нужно привлечь стражу?" — спросил Кристальный пегас, поднимаясь и нависая рядом с Твайлайт.

Серебряная кобыла позволила угаснуть свету в своем роге. "Приятно познакомиться с тобой, Лулу, я с нетерпением ждала этой встречи", — грустно сказала она. "Меня зовут Свит Дримс, и я была фрагментом Найт. Теперь я связана с Твайлайт".

Взглянув на Кейденс, которая все еще лежала на кровати и выглядела спокойной, Луна приглушила свой рог. Потянувшись и приняв нейтральную позу, она произнесла: "Я благодарю тебя за спасение Твайлайт и моей дочери…"

"Нашей дочери", — поправила Найт.

"Все гости Твайлайт заботятся о Литтл Стар. Тетя, тебе придется принять их всех, если ты хочешь, чтобы Твайлайт и Стар были частью твоей жизни", — заговорила Кейденс.

"С юридической точки зрения аликорн и принятые им фрагменты — это одна личность", — тихо сказала Твайлайт.

Луна села на круп. Принять Найтмер? Выйти замуж за Найтмер? — с недоверием подумала она.

Дримс придвинулась ближе. "Лулу, ты хотела любви, восхищения, чтобы тебя ценили. Знаешь ли ты, сколько всего этого можно найти во взгляде одного маленького жеребенка?"

Найт рысью подбежала к Дримс. "В течение многих лет я могла наблюдать только за жизнью Твайлайт, и это дало мне гораздо больше поводов для размышлений, чем наше время на Луне, когда мы замышляли месть", — сказала Найт.

Твайлайт подошла к Луне. "Ты доверяешь мне?" — мягко спросила она.

Луна кивнула: "Готова доверить даже собственную жизнь".

Твайлайт улыбнулась: "Тогда доверься мне, Найтмер представляет угрозу только для тех, кто хочет навредить нашим близким. Найт и Дримс — мой меч и щит".

Твайлайт придвинулась к Луне, обхватив ее крыльями, насколько позволял ее маленький размер. "Мы все станем семьей", — сказала она, прижимаясь к ней.

"А мне нужно написать письмо", — сказала Кейденс.

"Как бы я хотела увидеть реакцию Тии, когда она прочтет об этом". Дримс засмеялась.

Лицо Луны дернулось, она не смогла удержаться и присоединилась.

* * *

## 22. Тайные приготовления

* * *

Хорошо одетый Ноубл Гид сидел в зале заседаний. Перед ним на столе лежало несколько тысяч страниц планов строительства, взаимосвязей и снабжения. Солнечная принцесса попросила о поздней встрече с ним, потому что хотела, чтобы ситуация разрешилась как можно скорее.

Несмотря на это, Селестия опоздала. Селестия никогда не опаздывала, если только не наступал конец света или не было вторжения. К счастью, он оставался в своем наркотическом спокойствии, пока его разум решал головоломку. Он ничего не приводил в движение, поэтому у него было две теории. Первая — что это вернулся еще один изгнанный враг. Вторая — что Твайлайт, мастер магии крови, делает свой ход.

Эта встреча должна была пройти успешно, он не мог двигаться дальше, пока не получит все необходимые официальные бумаги. Почему я не оставил нескольких своих рабов следить за Твайлайт? Он снова ругал себя. Все его нынешние страдания можно отнести на счет его самоуверенности.

Он сидел и ждал, мысленно возвращаясь к прошедшей неделе и пытаясь понять, не сделал ли он чего-нибудь такого, что могло бы выдать его.

* * *

В воздухе тускло освещенной комнаты витал дымный ладан, два мангала горели зеленым пламенем, окрашивая все цвета в комнате. Темный маг в одеянии медленно вошел в комнату, настороженно ожидая какого-нибудь подвоха. Чтобы добиться этой встречи, ему пришлось изрядно потрудиться и сжечь двух своих знакомых. Все должно пройти правильно, иначе его судьба будет отброшена на годы назад.

Перед ним на шелковых подушках, каждая из которых была такой же черной, как ее шерсть, лежала высокая, элегантная кобыла-единорог, с которой ему предстояло встретиться. Движением головы она отбросила в сторону свою яркую, почти ядовито-зеленую гриву. Она перевела взгляд на Темного Мага, но это был не взгляд пони, в ее глазах был голод, желание охотника. Она раздумывала, будет ли он ее едой этой ночью.

Она наклонилась вперед. "Итак… чего ты хочешь, маленький пони?" Ее чувственный голос сочился самым манящим медом.

Он почувствовал, как магия коснулась его разума. Я здесь не для того, чтобы меня соблазняли паразиты,  — подумал он, укрепляя свой разум. Призвать темную магию было проще простого — магия разума натолкнулась на прочную стену ненависти. Он укрепил свою защиту решимостью и защитил ее хитростью.

Его морду украсила неприятная улыбка. "Я здесь, чтобы торговать, а не становиться одной из твоих марионеток, Чейнджлинг".

"Для пони ты хорошо осведомлен", — сказала она, прогоняя все намеки на соблазнительность.

Темный маг почтительно склонил голову.

"Я спрашиваю снова, чего ты хочешь?" — спросила Чейнджлинг, теперь уже деловым тоном.

Он рысью вошел в комнату и без приглашения уселся на подушку напротив нее. "Мне нужны три вещи. Во-первых, я хочу заполучить личность некоего пони для себя. Во-вторых, использование некоторых ваших безделушек для подавления только магии крови и темных аспектов. И в-третьих, мне нужны твои выдающиеся навыки убеждения, чтобы убедить некоторых пони, нуждающихся в доме, переехать туда, куда я хочу".

"И это все?" — фыркнула она. "И что, по-твоему, ты можешь мне предложить, что может стоить всего этого, пони?"

Он достал из мантии пузырек с густой красной жидкостью, и протянул его на копыте. Ее взгляд сузился на нем. "И что это у тебя там?" — спросила она.

Трудно было сдержать ухмылку на его морде. Он видел, как голодно следили за ним ее глаза. "Свежая кровь одного из аликорнов, Твайлайт Спаркл". Он ненавидел отдавать некоторые из своих незаменимых ресурсов, но у него их было более чем достаточно.

"Предполагаю, что она подлинная, и как бы впечатляюще это ни было. Но все равно нужно больше".

"Если вы согласитесь, я предоставлю вам образец из ее яичников", — ответил он с дикой ухмылкой. "Все идеально сохранено, как и кровь, в магическом стазисе".

Соблазн был очевиден в ее глазах. Он знал, что играет с огнем, предлагая такое благо для Королевы Чейнджлингов, он рисковал. Ему придется иметь дело с более могущественным выводком, когда он займет свое законное место.

Ее рог засветился зеленой магией, и соответствующая аура охватила флакон. "Если это уловка, ты не выйдешь отсюда живым".

"Я знаю, не принимай меня за жеребенка".

Она вытащила пробку, поднесла флакон к губам и позволила одной капле упасть на ее вытянутый язык. Ее глаза закрылись, казалось, она смакует жизненную жидкость, словно изысканное вино. Ее сияющие глаза открылись и уставились на него. "Так кем же ты хочешь быть?" — промурлыкала она.

* * *

Новый Ноубл Гид оглядел свой дом, свое поместье. Долгие поиски часто лишали его прежних удобств. Он запил болеутоляющие таблетки оставшимся бокалом вина. Он должен был принимать их каждый день до своего вознесения. Невелика цена, — подумал он.

Гид потянулся, он все еще не привык ко всем тонким различиям в своем новом теле. Он потянулся, захватив своей аурой еще одну страницу с информацией из стопки. Когда чейнджлинги обещают получить все, что знает пони, они действительно имеют в виду все.

Страница за страницей он узнавал все, что мог, о первоначальном Ноубл Гиде. Он не был плохим пони, его единственной ошибкой было то, что он занимал полезную должность. Он занимал полезную должность, которая гораздо лучше послужила бы новому Ноубл Гиду.

Он откинулся на плюшевую ткань своего кресла и стал смотреть на прекрасные башни Кантерлота. Это была приятная перемена по сравнению с пыльными храмами и древними руинами, которые он называл своим домом последние десятилетия.

Взяв в копыта единственный лист бумаги, он изучил свои новые контакты. Да, стоит сказать этим жеребятам нужные слова, и они будут есть у меня из-под копыт.

Встав, он поднялся на копыта. Легкое вздрагивание было единственным внешним проявлением того, что его копыта все еще болят. Чего бы я только не отдал, чтобы иметь Астральный аспект. Счастливчики даже не представляют, каково приходится тем из нас, кто никогда не сможет телепортироваться.

По крайней мере, его цель находилась всего в нескольких комнатах от него. Заставив себя идти нормально, он принял царственный вид, как и подобает благородному пони. Ему нужно было писать письма и поработить слуг.

* * *

"Кантерлот — сияющая звезда Эквестрии, и мы покажем, что все мы стоим за идеалы Гармонии", — сказал Ноубл, заканчивая свою речь перед некоторыми из наиболее достойных дворян города.

Несколько обещанных бит — это все, что потребовалось, чтобы заставить какого-то бесполезного дворянина уступить свое место для завтрашнего разговора с Селестией.

Он взглянул на репортера "Кантерлот Таймс", который все еще писал в своем блокноте. Да, они были бы весьма полезны.

"Доброго вам дня, — почтительно склонил голову Гид перед пегасом. Все было бы гораздо проще, если бы я мог использовать свою темную магию, но это может быть обнаружено,  — с сожалением подумал он.

"И вам того же, Ноубл Гид". Он протянул копыто для приветсвия. "Мое имя Хедлайн".

Гид приветственно ударил его своим копытом. "Если завтра моя встреча с принцессой Селестией пройдет успешно, у меня будет для вас отличная статья". Он увидел, как в глазах репортера мелькнули искорки. "Хотите эксклюзивное интервью, без гонорара?"

"Я не вчера родился, в чем подвох".

"Как я вижу, вам не пустить пыль в глаза. Хорошо, вы сделаете это". Гид улыбнулся. "Я планирую помогать перемещенным пони Мэйнхеттана. Могу заплатить за рекламу, чтобы распространить новости, а могу предложить вам бесплатный эксклюзив и распространить информацию без затрат для меня. На мой взгляд, это выгодно нам обоим и служит доброй цели", — сказал он. Только не той, о которой я вам говорю,  — добавил он в уединении собственного разума.

* * *

Нобл Гид уставился в зеркало в ванной, он все еще не привык к своему отражению. Его ухоженная черная грива гармонировала с безупречной коричневой шерстью. Его взгляд привлек новый знак, но все его чувства кричали ему, что что-то не так. Новая метка представляла собой карту с обозначенными на ней тропами. Она не сильно отличалась от свитка, который был у него раньше, и все же от одного ее вида у него все внутри перевернулось.

Переведя взгляд на свои глаза, он сосредоточился. Все его непосредственные приготовления были завершены. Всего через час он предстанет перед бессмертной солнечной богиней. Прошло много лет с тех пор, как он видел ее, не говоря уже о том, чтобы находиться в ее непосредственном присутствии. Он содрогнулся: даже несмотря на то, как далеко он зашел, он все еще был всего лишь насекомым перед ней. У тебя есть план, ее самоуверенность станет ее гибелью, — подумал он, пытаясь успокоить себя. "Я перехитрил ее однажды… Я смогу сделать это снова", — сказал он с большей уверенностью, чем чувствовал.

Его аура подняла небольшую металлическую коробку, скальпель и пузырек с темной жидкостью. Открыв коробку, он обнаружил три предмета. Первые два — два маленьких кусочка разбитого трона королевы, на каждом из которых были светящиеся надписи чейнджлингов. Каждый из них блокировал один из аспектов магии, один — кровавый, другой — темный. Подняв их копытом, он отложил их в сторону.

Последний предмет, самый важный. Один драгоценный камень, настолько темный, что по сравнению с ним даже глубокая ночь казалась яркой. Его глаза смотрели в бесконечную бездну, казавшуюся бесконечной. Когда он впервые нашел драгоценный камень, в нем было небольшое количество темной силы Луны до ее изгнания.

Силы в этом магическом дневнике хватило ненадолго. Ему пришлось воспользоваться ею, чтобы сбежать из Кантерлота после ошибки, допущенной им много лет назад. Но после того как он почувствовал вкус силы, после того, как он так естественно овладел ею, он понял, какова будет его судьба.

Еще важнее было знание, которое он хранил: аликорнами не рождаются, ими становятся. Один этот факт изменил его жизнь, определив его курс к своей судьбе. Это было не все, но лишь самое важное. Кроме того, в нем хранились образы, неполные планы и частичные воспоминания Аликорна Ночи.

Даже лишенная силы, информация все равно оставалась. Ему удалось начать свой путь, приобретая заклинания и артефакты, которые Найтмер Мун и ее слуги спрятали как страховку от ее поражения.

Когда он вступил в конфликт с другим колдуном, могущественным магом разума, он обнаружил истинную силу Темного самоцвета. Заклинание мага должно было поработить его. Вместо этого оно ничего не сделало. Его противник начал что-то бормотать, но слова были знакомы. Нападавший видел воспоминания Луны. Пока Темный Камень находился в контакте с кем-то из пони, любая магия разума притягивалась к драгоценному камню, а заклинатель ничего не знал.

Поэтому в рамках своего плана он очистил Темный Камень от воспоминаний Луны, заменив их фальшивым разумом. На это ушло несколько часов, но шаг за шагом он создавал то, что можно было ожидать найти в сознании оригинального Нобл Гида. За эти годы он вторгся в сознание, сломал и извратил достаточно умов, чтобы знать, какие детали и недостатки необходимы для правдоподобия.

Его аура искусно управляла хирургическим лезвием, рассекая его плоть, как и было задумано. Пустяковое усилие его магии крови не позволило пролиться ни единой капле. Подняв Темный Камень, он ввел его в рану. Его лицо исказилось, а зубы сжались. Даже благодаря ежедневным дозам обезболивающего, рана все еще болела.

Когда он поправил его положение, чтобы никто не заметил, что он спрятан под плащом, он что-то почувствовал. Тихий шепот в его голове, и, следуя ему, он обнаружил содержимое камня, словно продолжение его разума. Проверив его, он наложил на себя заклинание принуждения.

В самоцвете он увидел, как заклинание закручивается и берет под контроль фальшивый разум. Он знал, чего хочет от него заклинание, но оно не имело над ним власти. Он улыбнулся. Неужели это и есть истинное предназначение драгоценного камня? Ему всегда было интересно, как Луна в тайне подняла восстание против Селестии, владеющей магией разума. Теперь он знал: она создала идеальное средство против чтения мыслей.

Его взгляд обратился к двум артефактам чейнджлингов, улыбка спала. Это будет больно, — подумал он, приступая к работе по их имплантации.

* * *

Принцесса сидела на своем троне, неизменная и вечно прекрасная. Ее древние глаза казались добрыми, заботливыми и мудрыми. Он знал лучше, он знал из воспоминаний Луны, что все, что пони видели в Селестии, было притворством, ложью. Пони были для нее всего лишь игровыми фигурами, она играла в настольную игру под названием "Эквестрия", пытаясь набрать высокий балл для общественного одобрения.

Он чувствовал себя слабым и беззащитным, поскольку две его самые сильные магии были запечатаны. Тот факт, что его еще не арестовали и не сожгли, означал, что артефакты чейнджлингов делали свое дело. Он был благодарен зелью, которое приобрел на черном рынке, за то, что оно работает как заявлено. Несмотря ни на что, он не чувствовал страха. Он знал, что в течение следующих нескольких часов он будет неспособен на страх.

Богиня посмотрела на него и сказала: "Ноубл Гид, ты можешь подойти. Солнечный трон готов выслушать твое прошение". Ее голос был ясен и чист, в нем звучали тепло и уверенность, которые наставляли пони на протяжении тысячелетий.

Он двинулся вперед, и поклонился, выполняя все предписания придворного этикета. У них обоих был сценарий, и он придерживался своего. Он начал с подготовленной им речи о строительстве нового поселения для размещения пони Мэйнхеттана, а после — о поддержании его для будущих нужд.

Прошло совсем немного времени, прежде чем он почувствовал ее, мощную, но сдерживаемую силу. Внутри самоцвета, казалось, золотой свет освещал узкую дугу. Он продолжал свою речь, это был единственный выход, который у него был. Уловка Найтмер либо сработает, либо я умру здесь и сейчас,  — подумал он, удивляясь, насколько спокойным сделало его лекарство.

Селестия проникала все глубже и глубже. Но она играла свою роль в разговоре, и ни разу не засветился ее рог. Внутри драгоценного камня свет поиска превратился в усики, тянущиеся вокруг, собирающие части фальшивого разума, а затем осторожно возвращающие их туда, откуда они пришли. Это создавало впечатление, что осьминог читает книги в библиотеке.

Улыбка Селестии, казалось, стала более теплой, более радостной, когда ментальный зонд отступил. Она подавала все признаки того, что согласна. Теперь оставалось только пройтись по остальной части представления.

* * *

Несколько пожертвований в виде драгоценных камней для газеты "Кантерлот Таймс" — это все, что было необходимо, чтобы получить полный доступ ко всем их секретным файлам. Они не дали ему ничего по-настоящему запрещенного, только несколько вещей, которым закон был не очень рад. Ноубл не знал, что они с ними делают, да его это и не волновало.

Теперь у него было более чем достаточно потенциального материала для шантажа, если возникнет такая необходимость. На его столе лежали папки с информацией. У него было так много вариантов, он всегда знал, что у Кантерлота есть темная сторона. Я окажу Селестии услугу, если убью половину из них, — подумал он.

Это будет непросто, все его первые варианты были слишком сильно связаны с полезными схемами. Он не хотел вмешиваться ни в одну из них. Они нарушили бы правление Селестии гораздо больше, если бы им позволили продолжать беспрепятственно.

Может быть, я делаю все это неправильно? — подумал он, глядя на файлы по Элементам Гармонии. Может быть, если я смогу заставить некоторых пони делать то, что мне нужно, по доброте душевной? Он улыбнулся, когда план начал формироваться.

* * *

Звук приближающихся металлических копыт вернул Ноубла в настоящее. С тех пор как он имплантировал драгоценный камень, его разум стал острее, а воспоминания больше напоминали переживание момента, а не простое воспоминание.

Шаги копыт приближались. Он узнал бы статный ритм Селестии где угодно. Он знал, что она может двигаться бесшумно, но предпочитала этого не делать, чтобы не наводить панику на своих маленьких пони.

В зал заседаний вошла сама белая кобыла, выражение ее лица сменилось с прежней нежной улыбки на искренне довольное. "Добрый вечер, Ноубл Гид", — приветствовал его ее идеальный голос.

Ноубл встал и почтительно поклонился. Быть почтительным к аликорну было несложно, просто нужно было не сопротивляться тому, к чему приучило его тело.

Даже в этой дружеской встрече каждое действие, каждое слово было просто танцем формальностей. Светская беседа, чай и вежливые комментарии, пока они кропотливо просматривали бумаги, страницу за страницей. Когда он займет это место, он определенно собирался избавиться от большей части бумажной работы.

Три порции чая, две тарелки печенья и час, потерянный на бумажную волокиту, спустя, в комнату вошел дымный след, сформировавшийся в свиток со вспышкой зеленого пламени. Золотая магия Селестии поймала его еще до того, как он начал падать.

Должно быть, его прислал домашний дракон Твайлайт, — подумал он.

Селестия открыла его, и начала читать. Он не мог разобрать, что там было написано, только то, что это было очень длинное письмо, написанное изящным почерком Кейденс.

"Прошу прощения за прерванное общение", — спокойно произнесла Селестия, ее магия усилилась, и свиток выскочил из небытия.

Глаза Принцессы посмотрели на оставшиеся бумаги. Подняв все это в своей ауре, она начала быстро пролистывать их.

Внутри самоцвета Ноубл мог видеть, как сила Селестии перебирает созданные воспоминания. Она проникла внутрь и создала светящиеся копии всех случаев его работы над документами, лежащими сейчас перед ней.

Каким-то образом она заставила даже это бешеное заполнение бумаг выглядеть спокойным и изящным. Страницы промелькнули мимо, несколько из них были вырваны, когда требовались комментарии, исправления или подписи.

Она просто притворяется, что читает это. Он понял, что она вытащила информацию из его сознания и теперь только действует.

"Да, кажется, все в порядке", — сказала она, решительно кивнув. "Я благодарю вас и выражаю благодарность от всей Эквестрии за преданность, которую вы проявили при выполнении этого задания".

"Спасибо, принцесса", — сказал он, склонив голову, принимая комплимент.

Ее аура достала из ящика дорогой лист тончайшей бумаги, и золотым почерком начала писать. Несколько секунд спустя, вспышка ее магии, и на бумаге появился светящийся знак.

Она поднесла бумагу к нему, и заговорила официальным тоном. "Ноубл Гид, мы назначаем тебя следить за благополучием пони Мэйнхеттана".

"Для меня это большая честь, ваше величество", — поклонился он.

Она кивнула, демонстрируя свою слишком идеальную улыбку. "Теперь, боюсь, у меня есть другие дела, которые нужно решить. Приятного вечера", — сказала она, и телепортировалась из комнаты в золотой вспышке.

Ноубл уставился на то, что теперь держал в копытах. Бумага с печатью Селестии была не совсем карт-бланшем, но достаточно близка к этому. Если он будет осторожен, то сможет сделать все, что задумал. Он улыбнулся, выходя из комнаты. Спасибо, Кейденс, — с ликованием подумал он.

* * *

## 23.1 Вызов

* * *

Селестия зажгла свой рог, и в ее сознании возник образ замка Твайлайт. Вскоре за ним последовал массив заклинаний, необходимый для телепортации туда.

Ну же, Селестия. Ты хочешь, чтобы мне пришлось блокировать твою магию согласно правилу двести четыре? — прервал ее мысленный голос Дейбрейкер.

Она приглушила свой рог, убедившись, что ее Маска полностью контролирует выражение лица, пока она шла из своей комнаты.

Селестия обдумала предупреждение Дэйбрейкер, и та снова оказалась права. Как бы ей ни хотелось телепортироваться прямо в Понивилль, она не решалась: она знала, что там есть шпионы из других стран. Каждый из них внимательно следил бы за каждым ее заклинанием. Учитывая, насколько свободной она была в последнее время, не стоило создавать впечатление, что она больше не в состоянии вынести приговор любой стране, которая жаждет войны с ее пони.

Слова из письма Кейденс не выходили у нее из головы, пока она шла по коридорам своего дома. Могущественный колдун, каким бы плохим он ни был, все же не был чем-то таким, с чем она не сталкивалась раньше. То, что у Твайлайт родился жеребенок, было немного неожиданно, но она могла с этим справиться. А вот то, что она родила жеребенка вместе с Луной… Вот что действительно потрясло ее мир. Как? Когда? — подумала она.

Если бы не нынешнее отношение к ней Твайлайт, это была бы радостная новость. То, что Луна нашла счастье в копытах её верной ученицы, могло бы прекрасно сработать ещё лет через двадцать-тридцать. Теперь же она рисковала вызвать раскол с сестрой, когда нация была под угрозой.

С ее длинными ногами путь до места назначения не занял слишком много времени. Ее гвардейцы, хорошо обученные и эффективные, были готовы. Даже не объявляя о намерениях, команда пегасов стояла наготове у ее колесницы.

Она кивнула им, шагнув вперед. "Понивилль", — скомандовала она.

И вот они уже были в воздухе, направляясь к дому Твайлайт, отвечая на призывы трех других Принцесс.

* * *

Полет прошел так гладко, как она только могла пожелать. Слегка наклонив голову, Селестия оставила своих охранников у колесницы. Появление с вооруженным эскортом не способствовало бы тому мирному образу, который она хотела здесь изобразить.

Приближаясь к месту назначения, она увидела, как по поверхности Хрустального замка пляшут многочисленные руны. Если Дейбрейкер позволит ей, она сможет преодолеть их, но сначала она попробует постучать.

Металлическим копытом она трижды постучала в большую дверь. Мгновение спустя с другой стороны двери послышался отчетливый хлопок воздуха, вытесненного телепортом. Примечательно, что она не почувствовала пульсации магии, вызванной этим. Ее оценка защитных механизмов повысилась на порядок.

"Кто ты?" — раздался знакомый голос кобылки. Селестии понадобилась лишь доля секунды, чтобы вспомнить, что это не голос юной Твайлайт из ее воспоминаний, а скорее той, кого она теперь знала как дочь Твайлайт и Луны.

Селестия не могла вспомнить, когда в последний раз кто-то из пони спрашивал ее об этом. Прежде чем она успела ответить, голос заговорил снова. "Ты плохая пони?"

"Я принцесса Селестия, как ты думаешь, я плохая пони?"

Последовала долгая пауза, а затем она наконец ответила. "Да". В голосе звучала такая уверенность, такая решимость, что казалось, будто судья выносит приговор.

Лишь ее Маска не позволила Селестии выразить шок на лице. "И что заставляет тебя так говорить?" — спросила она.

Последовала еще одна долгая пауза, прежде чем дверь озарилась светло-голубой аурой, показав Кейденс, стоящую внутри. Молодой кобылки не было видно.

"Тетя, я так рада, что ты смогла прийти", — приветствовала ее Кейденс дружелюбным тоном, но язык ее тела был настороженным, поза слегка напряженной, как будто она была готова к неожиданному развитию событий.

Селестия кивнула головой, проходя вперед, чтобы войти. "Я рада снова видеть тебя. Я надеюсь, что Твайлайт готова поговорить со мной еще. Мне ужасно жаль, что наша последняя встреча так закончилась. Я искренне надеюсь, что у меня будет шанс все обсудить с ней и ее друзьями". Она была дипломатична, но в ее голосе звучала печаль, чтобы Кейденс почувствовала себя спокойно.

На этот раз ее Маска поможет ей, а не будет отсутствовать. Если бы она была с ней в прошлый раз, разговор мог бы пойти гораздо более в ее пользу и не так сильно оттолкнуть Твайлайт.

"Луна дала тебе шанс. Пожалуйста, не упусти его", — предупредила Кейденс.

Переступив порог, она почувствовала, как мастерски созданные Твайлайт ментальные щиты нанесли серьезный ущерб ее отношениям с бывшей ученицей. Потребуется год или два энергии, чтобы прорваться сквозь эти щиты,  — заговорила Дейбрейкер, постоянно оценивая тактическую ситуацию.

Это не станет битвой,  — ответила Селестия.

"Я не стану. Обещаю. Кейденс, она мне очень дорога, ты знаешь это. Я знаю, что она чувствует с прошлого раза, и я могу сказать, что она на грани и защищается даже сейчас, учитывая ментальную защиту, которую я чувствую. Я нисколько не виню ее за это. Она имеет полное право защищаться, учитывая то, через что ей пришлось пройти. Я лишь хочу помочь ей". На этот раз в ее голосе прозвучала искренняя печаль.

Кейденс оглянулась, ее взгляд на мгновение задержался на Селестии. Ее глаза были слегка расфокусированы, что в данном случае означало, что она оценивает свои владения. Кейденс смотрела в самое ее сердце, на ее эмоции. То, что ее Маска никак не могла от нее скрыть. Несмотря на разницу в силе, этот талант Кейденс всегда заставлял Селестию чувствовать себя немного уязвимой, ее слои контроля, щит ее Маски были сняты.

Кейденс провела Селестию через весь замок, проходя мимо комнаты, где был устроен праздник. Знамена поздравляли Твайлайт и Луну с рождением маленькой кобылки. Пара аликорнов прошла через следующую комнату, и все Элементы, за исключением Твайлайт, сидели в комнате и смотрели на Селестию, когда она приблизилась.

Несмотря на то, что она не хотела заглядывать в их разум, простое отсутствие такой возможности подпитывало паранойю Дейбрейкер.

Глаза Рейнбоу были жесткими и оценивающими, когда Селестия проходила мимо. Атлетичное тело Рейнбоу напряглось, ее крылья засеребрились, излучая силу, готовую в любой момент броситься в бой. Селестия чувствовала, как Дейбрейкер продумывает варианты защиты в случае атаки Рейнбоу. Не причиняй им вреда,  — приказала Селестия.

Не волнуйся, они останутся живы, даже если им хватит глупости напасть на нас,  — ответила Дэйбрейкер со скрытым презрением. — Они должны совершить что-то действительно ужасное, чтобы твои правила заставили меня покончить с ними.

Уши Флаттершай были опущены, и она пряталась за своей гривой. Она выглядела грустной и не хотела встречаться взглядом с Селестией — добрая смотрительница животных боялась ее. Это был не первый раз, когда ее боялись, но, все равно, сердце ее замирало.

Рэрити выглядела безупречно, как всегда, даже в сложных ситуациях она выглядела на все сто. Она вежливо поклонилась, явно воздерживаясь от суждений и не желая проявлять неуважение в данный момент.

Суровый и уверенный взгляд Эпплджек из-под полей ее любимой шляпы содержал мягкий упрек. Ее твердая осанка была оборонительной, а уши внимательными. Она явно оценивала Селестию, но пока воздерживалась от суждений.

Пинки улыбалась и махала копытом как ни в чем не бывало. Это по-своему настораживало.

Выйдя из комнаты, она услышала, как они начали разговаривать, но Селестия проигнорировала их, обратив свое внимание на причину, по которой она здесь оказалась. Луна и Твайлайт сидели бок о бок, наблюдая за Селестией, когда она вошла в комнату. Взгляд Луны был приветливым, а взгляд Твайлайт — настороженным. Кейденс велела Селестии присесть, а сама обошла стол и села рядом с Твайлайт.

Пурпурная аура закрыла дверь за Селестией, а рог Кейденс засветился синим светом, защищая комнату от подслушивающих.

Три другие принцессы Эквестрии сидели, держась единым фронтом. Луна сидела с гордым и благородным видом, как будто председательствовала при дворе. Ближайшее к Твайлайт крыло подергивалось, едва уловимое движение означало ее желание обернуть его вокруг Твайлайт. Ее дыхание было спокойным, и на мгновение Селестия увидела слабую улыбку. "Все будет хорошо, сестренка", — говорила она с присущим ей многолетним опытом.

Безупречная осанка Кейденс выдавала интенсивность ее эмоций. В ней не было ни капли естественной грации и спокойствия, которые она обычно демонстрировала. Каждый жест точно контролировался. Это было не так эффективно, как маска Селестии, но близко.

Глаза Твайлайт были жесткими, в них то и дело появлялись маленькие искорки пламени, но тут же гасли. Даже с потускневшим рогом и без активных заклинаний она излучала силу. Твайлайт была готова через мгновение превратить все это в битву. Кристалл под ней начал трескаться от силы, с которой она вдавливала в него копыта, пытаясь сохранить царственную осанку.

"Спасибо, что так быстро откликнулась на наш призыв, Селестия", — сказала Твайлайт, сопровождая это имя почти неслышным рычанием.

"Я не могла бы сделать ничего меньшего для своих коллег, особенно для тебя, Твайлайт".

Твайлайт дернулась, ее уши на мгновение откинулись назад. Кейденс положила копыто на плечо младшего аликорна.

"Спасибо, тетя", — сказала она, тепло улыбаясь. "Я так понимаю, ты прочитала весь отчет?"

Селестия кивнула, и посмотрела на свою сестру и бывшую ученицу. "Поздравляю и желаю вам счастья, которое вы сможете обрести вместе".

Луна склонила голову, принимая комментарий. Твайлайт кивнула, по крайней мере, делая вид, что думает, что Селестия имеет в виду то, что сказала.

"Спасибо", — сказала Твайлайт чем-то похожим на свой обычный голос, но напряжение челюстных мышц и линия шеи говорили о том, как трудно ей было оставаться вежливой.

Селестия вернулась к объяснению из свитка, присланного Кейденс, если бы не серьезность остальной информации в отчете, она бы подумала, что это часть бесконечной войны между ней и ее сестрой.

Кейденс и Луна переглянулись, явно как-то разговаривая. Это не может быть ментальным общением, может быть, это какой-то заранее заготовленный код? — подумала она, заметив, что защитные щиты Твайлайт все еще не сняты.

"О расследовании?" — спросила Кейденс.

"Я одобряю использование магии времени для расследования нападения".

Твайлайт кивнула: "Могу я получить это в письменном виде?"

Селестия вызвала свиток, который она написала, прочитав об их планах, и поднесла его к Твайлайт в своей золотой ауре. Недоверие, вызванное такой просьбой, все еще жгло, даже если она не была неожиданной.

Твайлайт приняла свиток, быстро просмотрела его, прежде чем положить перед собой. Она наклонила голову и дернула ухом.

"А о нашей дочери, сестра?" — спросила Луна, по-хозяйски положив свое крыло на холку Твайлайт.

Твайлайт напряглась, когда быстрый голодный взгляд, промелькнувший в ее глазах, дал понять, что она более чем довольна контактом. Изгнав похоть из глаз, Твайлайт сосредоточилась на Селестии. "Ты нас поддерживаешь?"

Селестия была искренне рада, что ей не о чем беспокоиться. С Луной и Твайлайт, объединившимися в пару, ни одной из них не придется снова ощущать боль от потери смертного супруга. Ее глаза обратились к Кейденс, она действительно боялась за то, кем она станет, когда Шайнинг Армор покинет свою смертную оболочку. "Конечно, это будет трудная битва, чтобы провести это через некоторых дворян, но я буду рядом с тобой". Селестия тепло улыбнулась своей сестре и Твайлайт.

Твайлайт посмотрела на Кейденс, которая кивнула. В этот момент тело Твайлайт расслабилось, и она позволила себе прислониться к боку Луны.

"Значит, ты не разочарована, сестра?" — сказала Луна, глядя в глаза Селестии, в ее знакомом выражении было заметно поддразнивание, когда она начала покусывать ухо Твайлайт. Твайлайт закрыла глаза, прижимаясь ближе к Луне. Казалось, она совсем забыла, что находится в комнате не одна, а со своим новым женихом. По гриве Твайлайт заплясали огненные блики, но они не причинили никакого вреда Луне или окружающему пространству.

"Разочарована — нет, удивлена — да. Кроме того, я была бы признательна, если бы вы оставили свои… дела при себе". Она пытается заставить меня ревновать? — задалась вопросом Селестия. По крайней мере, это утихомирило гнев Твайлайт.

Кейденс взмахнула крылом, одним движением ударив обеих кобыл по рогам. Пара отшатнулась, обе повернулись к Кейденс. "Не раньше, чем вы поженитесь", — отчитала она их, слегка ухмыляясь.

Луна усмехнулась, Твайлайт потерла свой рог и проворчала.

"У вас есть какие-нибудь доказательства, признаваемые судом?" — спросила Селестия.

"Мое заклинание Родословной", — ответила Луна.

"Каким бы надежным оно ни было, ты знаешь, что оно было запрещено в Кантерлоте", — с сожалением сказала Селестия.

Наклон головы Луны и сужение ее глаз дали Селестии понять, что ее сестра изменит этот закон, как только сможет.

"Я не позволю какому-то придворному магу, подчиняющемуся высокородному дворянину, брать образцы крови", — угрожающе заявила Твайлайт.

"Нам нужен пони, которого примут дворяне, и которому мы сможем доверять", — сказала Кейденс.

"Найдите пони, которому вы можете доверять, а я займусь процессом утверждения", — предложила Селестия. Это было бы достаточно просто.

Луна двигала головой то в одну, то в другую сторону, ее взгляд был благодарным, но в то же время обеспокоенным. Ее сестра разрывалась между благодарностью за поддержку и сомнениями в том, что она будет делать, чтобы предоставить предложенную помощь.

Селестия позволила сестре заметить небольшое изменение в выражении ее лица. "Все будет хорошо", — сказала она.

Аура Кейденс начала притягивать к себе чайный сервиз из боковой части комнаты. Вскоре в воздухе поплыл аромат небесной заварки.

"Сестра, это расследование отвлечет меня и Твайлайт от наших обычных обязанностей", — сказала Луна. "Даже Кейденс скоро придется вернуться в Империю. Сможешь ли ты справиться с возросшими обязанностями, которые это на тебя наложит, сестра?"

"Я справлялась с этим и раньше", — ответила Селестия, радуясь, что Луна не отреагировала плохо на косвенный намек на ее изгнание.

Кейденс улыбнулась, блеск в ее глазах, который она не смогла скрыть, выдавал в ней слишком большую осведомленность. "Я могу остаться и помочь, я доверяю пони, которых оставила за старших".

Что она знает? Чему она научилась? Селестия снова почувствовала искушение и нынешнюю неспособность просто заглянуть в разум племянницы. Позволила ли я себе слишком полагаться на эту способность?

Если у тебя есть преимущество, было бы жеребячеством не использовать его, — посоветовала Дейбрейкер.

Кейденс приняла игриво-угрожающий вид. "А если ты думаешь, что я уеду до свадьбы?"

Селестия улыбнулась: "Кто посмеет удержать Аликорна любви от этой свадьбы?"

* * *

Через некоторое время Селестия покинула зал заседаний, в голове у нее было полно дел, которые нужно было привести в действие. Все прошло не так уж плохо, — подумала она, собираясь уходить.

Эпплджек преградила ей путь: "Нам нужно поговорить, принцесса".

* * *

## 23.2 Дружеский разговор

* * *

Эпплджек сидела, вся эта ситуация была не похожа на то, с чем ей приходилось сталкиваться раньше. Эта Твайлайт, ее Твайлайт, Твайлайт, с которой они прожили все эти годы, не была оригиналом. Ее глаза следили за принцессой Селестией, когда Кейденс вела ее в зал заседаний.

В каком-то смысле она была копией, такой же, как зеркальные клоны, но созданной с помощью магии Селестии. Если бы Селестия не призналась в этом прямо перед ней, Эпплджек бы не поверила. Но она также не лгала, говоря, что это единственный способ спасти Твайлайт.

Между двумя принцессами было много боли — это было очевидно.

Как только дверь в зал заседаний закрылась, Рейнбоу Дэш бросилась к двери, прижав к ней ухо. Она раздраженно вскинула копыта. "Они снова используют этот звуковой пузырь".

"О, пузыри, я люблю пузыри", — сказала Пинки.

Бросив на Пинки косой взгляд, Рейнбоу Дэш покачала головой. "В любом случае, мне очень не нравится, как это происходит, — сказала она с досадой, — я серьезно. Кто так поступает с пони? Разрезает и нарезает кубиками их душу? Я знаю, я бы не хотела, чтобы так поступили со мной".

Эпплджек слегка обиделась на эту вспышку: "Погодите, черт возьми, Селестия уже сказала нам, что это было сделано для спасения ее жизни. Она не знала другого способа спасти ее".

"Как бы то ни было, дорогая, мы действительно знаем, что это правда?" — сказала Рэрити, по ее лицу было видно, что она не хочет, чтобы ее друзья ссорились.

Эпплджек кивнула головой: "Я знаю, что она, по крайней мере, верит в то, что это правда. Но я не могу сказать, были ли другие варианты. Я ничего не знаю о том, что возможно с вашими рогами".

Рейнбоу, казалось, на мгновение опешила. "Так ты действительно веришь, что это была неотложная операция?"

Флаттершай выступила вперед. "Я знаю, что если бы я была на ее месте, я бы не хотела, чтобы кто-то из моих животных умер. Я бы сделала операцию, если это возможно, чтобы спасти их".

Возбуждение Рейнбоу на мгновение утихло. "Да, хорошо, я согласна, но мы говорим не о том, чтобы зашивать пони после пореза. Она взяла и, фактически, создала душу ФранкенПони из детей оригинальной Твайлайт. Это просто неправильно. Я имею в виду, что вы не пойдете и не убьете пять других жеребят, чтобы спасти одного. Ты даже не сделаешь этого, если все шесть жеребят умирают".

"Вообще-то, есть пересадка органов, мы вроде как делаем это", — возразила Флаттершай.

На лице Рейнбоу появилось выражение легкого ужаса: "Так, я этого не знала. Это довольно странно".

Эпплджек слегка повысила голос. "Ладно, послушайте, ребята. Если бы она не сделала то, что сделала, то у нас, вообще, не было бы Твайлайт. Это я точно знаю. Теперь у нас есть хотя бы та Твайлайт, которую мы знаем. Единственное, что мы можем сделать, это быть рядом с ней".

"Жаль, что старая Твайлайт так и не смогла прийти ни на одну из наших вечеринок, но, разве, новая Твайлайт не остается нашим другом?" — сказала Пинки, изо всех сил стараясь даже сейчас смотреть на светлую сторону.

"Конечно, Твайлайт все еще наш друг", — заявила Рейнбоу, расправляя крылья.

"Дорогуши, где бы был мир без Твайлайт? Найтмер Мун, Дискорд, Старлайт и Тирек. Только подумайте, какой беспорядок они бы устроили", — сказала Рэрити самым серьезным тоном.

"Ты думаешь, она поступила правильно?" — обвинила Рейнбоу.

"Что, по-твоему, любой из нас мог бы сделать против них без Твайлайт, без Элементов?"

Рейнбоу нахмурилась: "Мы могли бы их победить".

Эпплджек вспомнила все их приключения, все случаи, когда они спасали Эквестрию. Все времена, когда Твайлайт вела их, направляла, помогала им. Она вспомнила все те неприятности, к которым привело ее упрямство, пока Твайлайт не заставила ее принять помощь. Когда Твайлайт привела их в чувство после того, как Дискорд помутил их рассудок. Мир нуждается в Твайлайт,  — подумала она.

Эпплджек посмотрела на Рейнбоу. "Ты, конечно, можешь попробовать… но неужели ты думаешь, что сможешь победить, Сахарок?". Она видела, что подруга хотела сказать "да", но уроки, которые она усвоила, заставили ее придержать язык.

Рейнбоу опустила глаза, выражение ее лица признавало поражение.

"Даже я не помню “оригинальную” Твайлайт. Я был слишком мал, когда это случилось. А вот Шайнинг Армор, думаю, помнит". Спайк поднял голову. "Учитывая это, я не думаю, что это, действительно, тот вопрос, который вас волнует".

Флаттершай вскочила. "Спайк прав. Дело не в том, друг ли она нам, а в том, как мы относимся к тому, что с ней случилось, и как это меняет наше отношение к Селестии. Я думаю, что, возможно, то, что сделала Селестия, было необходимо. Но в том, что она не сделала, она сильно ошиблась". Она заметила растерянность на лицах своих друзей, и продолжила: "Она не сказала Твайлайт, а ей следовало бы. Если бы она знала тогда, то не злилась бы сейчас на Селестию за то, что та заморочила ей голову".

Несколько взглядов среди собравшихся друзей показали, что они обдумывают ее слова, и потребовалось всего пять секунд, чтобы они согласились. Кивнув, Эпплджек сказала: "Тогда, если мы хотим помочь залечить разрыв между ними, нам нужно заставить Селестию понять, что она ошиблась, и захотела исправиться".

Не видя несогласия со стороны остальных, она продолжила. "Дело в том, что с таким возрастом, как у нее, она может быть немного не готова к переменам. Не то, чтобы у меня не было собственного опыта в этом. Я уверена, что она считает свои действия вполне оправданными, и, честно говоря, так оно и есть, даже если с эмоциональной точки зрения нам это не нравится. Но разговаривать нужно, иначе раскол не затянется. Что скажете, кобылки? Посидим с нашей Солнечной принцессой?".

Рейнбоу, обрадованная перспективой все уладить, сказала: "Да, звучит неплохо. Мы можем просто устроить засаду на ее пути к выходу".

"Правда, Рейнбоу? Мы не будем на нее набрасываться. Просто, будем настаивать, чтобы мы сели и поговорили",  — сказала Рэрити.

* * *

Спустя некоторое время Эпплджек сидела в расслабленном ожидании. У нее были дела на ферме, но быть здесь ради Твайлайт было важнее. Разговор был окончен, и теперь каждая из ее подруг убивала время по-своему.

Рейнбоу представляла собой клубок беспокойства, постоянно находясь в движении.

Рэрити рисовала новые эскизы, и, взглянув на них, Эпплджек увидела, что некоторые из них предназначены для Литтл Стар.

Пинки Пай то и дело убегала и возвращалась. В прошлый раз она вернулась с подносом закусок, а в этот — с настольной игрой. Как всегда, ее подруга была такой непредсказуемой.

Флаттершай просто лежала неподвижно, ее грива скрывала ее мысли от остального мира.

Гул магической ауры возвестил о том, что наконец двери в зал заседаний открылись. Эпплджек посмотрела в их сторону, краем глаза заметив, как Рейнбоу теперь парит, ее бесконечные полеты туда-сюда приостановились.

Кейденс вышла из комнаты первой, улыбаясь. Она тепло кивнула Эпплджек и остальным Элементам, после чего свернула в коридор, ведущий вглубь замка.

Менее чем через минуту Селестия вышла из комнаты, повернувшись к Элементам, и направилась к выходу.

Рейнбоу заглянула в комнату, где сидела Твайлайт, уютно устроившись под крылом Луны. Эпплджек заметила, как глаза Твайлайт на мгновение проследили за Селестией, прежде чем ее пурпурная аура закрыла дверь, блокировав попытку Рейнбоу войти, заставив пегаску раздраженно зарычать.

Эпплджек встала на копыта, и преградила путь Селестии: "Нам нужно поговорить, принцесса", — сказала она твердым тоном.

"Конечно, о Твайлайт, я полагаю?" Тон Селестии был спокойным и дружелюбным, когда она грациозно уселась рядом с остальными Элементами.

В мгновение ока Рейнбоу столкнулась мордой к морде с Селестией. "Почему ты так поступила с Твайлайт?"

Укоризненный взгляд Рэрити дал Рейнбоу достаточную паузу, чтобы принцесса смогла ответить.

Селестия вздохнула: "Как бы меня это ни огорчало, но это был единственный жизнеспособный способ спасти любую из них от того, что, скорее всего, было почти успешным убийством".

Рейнбоу почти свалилась на пол, почти.

Эпплджек чувствовала на себе взгляды друзей. Она кивнула, подтверждая, что там не скрывается ложь. Только жизнеспособные, какие еще были варианты? — подумала она, все еще с некоторым подозрением. Вспомнив, что Твайлайт обвинила Селестию в том, что та создала ее как инструмент.

"Кто бы мог попытаться убить маленькую кобылку?" — спросила Флаттершай. На лицах Элементов промелькнуло выражение ужаса.

Успокаивающий голос Селестии ответил: "Есть много угроз для Эквестрии, которые предпочли бы, чтобы Элементы Гармонии никогда не были восстановлены".

"Единственный жизнеспособный вариант? Это подразумевает, что были и другие способы. Какие еще были способы?" — спросила Эпплджек.

"Немногие, у которых едва ли был бы шанс спасти хоть что-то из того, кем была Твайлайт. Я использовала тот, который позволил мне сохранить большую часть той, кем была Твайлайт. Осколки, на которые она была разделена, распались бы максимум за несколько дней, в худшем случае — за несколько секунд". Она сделала паузу, и грусть проступила на ее лице. "И это был единственный способ защитить Эквестрию".

И снова Эпплджек поняла, что Селестия говорит правду. Рэрити, казалось, мрачно признала ее необходимость. Грива Пинки слегка распушилась, когда она увидела, что Селестия грустит. Флаттершай была на удивление спокойна.

"Отлично! Какого Тартара ты ей не сказала? Если бы ты сказала, она бы не была сейчас на грани эмоционального срыва и не сидела бы в этой комнате, ненавидя тебя". Рейнбоу Дэш почти кричала.

"Теперь успокойся немного, Сахарок, дай ей выговориться", — наставительно сказала Эпплджек.

"Спасибо, Эпплджек", — сказала Селестия, склонив голову в знак благодарности, а затем продолжила мрачным тоном. "Я так и планировала. После того, как у нее появится шанс жить как можно ближе к нормальной жизни. Я хотела позволить ей жить так, чтобы это не висело у нее над головой, хотя бы какое-то время. Я подготовила все так, чтобы она узнала об этом лет через десять".

"Через десять лет? Ты должна была рассказать об этом пять лет назад", — сказала Рейнбоу еще более раздраженно, чем раньше.

"С какой целью? Чтобы она знала, что она не совсем полноценна? Чтобы она знала, что она — главная цель покушения. Чтобы она постоянно беспокоилась об этом? Вы видели, как она вела себя, когда думала, что опоздала с отчетами о дружбе. Можете ли вы представить, какой бы она была, если бы на нее была вероятность покушения? Как бы она могла завести друзей, если бы постоянно опасалась за свою жизнь?" — сказала Селестия.

Рейнбоу на мгновение посмотрела на нее сузившимися глазами. "Она была аликорном пять лет назад. Она не была бы так уязвима, как тогда, когда была единорогом. Кроме того, она бы справилась с этим, с нашей помощью. Мы уже были ее друзьями. В любом случае, все это не имеет значения".

"Как это все не имеет значения? Я что-то упускаю?" — спросила Селестия.

"Очевидно, да". Разочарование на лице Рейнбоу Дэш все еще было видно. "Неважно, какие у тебя были причины не говорить ей. По вашим собственным законам о процедурах спасения жизни, она имела право знать. Это не то, что врач может утаить от пациента".

Рейнбоу придвинулась ближе к Селестии: "Это было сделано с ней без ее согласия. Да, это спасло ей жизнь, но по вашему собственному закону, который вы ввели, вы обязаны были сказать ей об этом. Я могу понять, что нужно подождать, пока она не станет достаточно сведущей, чтобы понять, но ты не можешь сказать, что, будучи аликорном, она не знала достаточно, чтобы понять".

Селестия подняла копыто, останавливая Рейнбоу, которая нетерпеливо сложила передние ноги. "Семье Твайлайт рассказали все, что им было позволено знать по закону. Что с Твайлайт произошел магический инцидент, и я должна была спасти ей жизнь. Что она научилась запретной магии, и эти знания должны быть запечатаны. Если бы печати не сработали, по закону она должна была бы быть заключена в тюрьму или изгнана — две вещи, которых я не хотела, чтобы случились с Твайлайт".

"Ладно, хорошо, это оправдывает то, что ты не сказала ей, пока она была единорогом. Однако все эти ограничения исчезли, когда она стала аликорном. В тот день, когда она вознеслась, ты все еще была юридически и, по крайней мере, по моему мнению, морально обязана рассказать ей. И если бы ты это сделала, она бы не сидела там и не ненавидела тебя за то, что ты с ней сделала",  — сказала Рейнбоу, оглядевшись вокруг и заметив, что все ее друзья кивают в знак согласия с ее мнением.

"Вот почему я собиралась сказать ей об этом, когда она освоится в своей новой роли. Я искренне верила, что она была бы счастливее в долгосрочной перспективе без этого знания, если бы не произошли недавние события", — заявила Селестия с искренним сожалением.

"Учитывая это, я понимаю твою точку зрения относительно юридической стороны и твою точку зрения, что если бы я это сделала, она не была бы в том эмоциональном состоянии, в котором находится сейчас", — сказала Селестия, и опустила голову. "Так как же нам действовать дальше? Я буду искренне признательна за любую помощь в исправлении ситуации с Твайлайт".

"Я думаю, тебе стоит написать отчет о дружбе", — ответила Эпплджек с дружелюбной ухмылкой на лице.

* * *

## 23.3 Бдения Литтл Стар

* * *

Литл Стар бдительно следила за пони, которая не нравилась Грей, с помощью своего заклинания наблюдения. Наконец Селестия покинула зал заседаний.

Стар облегченно вздохнула, позволяя подготовленным заклинаниям исчезнуть из ее рога. Она была готова телепортироваться и спасти своих родителей при первых признаках беды. Из ее остывающего рога поднялась струйка пара.

Заклинание разделилось на две части, одна из которых по-прежнему была направлена на зал заседаний, а другая следовала за Селестией.

Стар достала из кармана еще один Три-С, поручив ему записать все, что можно увидеть из второго окна. Она наблюдала, как Селестия разговаривает с друзьями своей матери, как строчки текстов заполняют самоожившие свитки.

Звуки голосов родителей привлекли ее внимание к первому окну, и она, не сводя глаз с Селестии, продолжила наблюдение.

Твайлайт опустилась на пол и сделала длинный успокаивающий вдох. Очевидно, она была рада, что Селестия ушла. "Итак, как ты думаешь, мы можем ей доверять?"

"Моей сестре?" Луна выглядела задумчивой, затем выражение ее лица потемнело. "По большей части, я знаю, что она заботится о тебе, Твайлайт, и всегда делает то, что считает нужным… Меня беспокоят ее суждения".

Твайлайт заколебалась. "Ты думаешь, то, что она сделала со мной… было правильным поступком?"

Луна крепче сжала свое крыло вокруг Твайлайт. "Для Эквестрии — да…" — торжественно ответила она. "Судьба отметила тебя как слишком важную. Если бы ты была любой другой пони, если бы ты не была Элементом Магии, были бы варианты. Если бы это было не так, я бы призвала свою сестру к ответу за жестокость ее действий".

Что она сделала? — подумала Стар. Чем больше она узнавала о Селестии, тем меньше она ей нравилась.

"В отличие от моей сестры, я бы, по крайней мере, сообщила им, что происходит, дала бы им время обрести покой и выслушала все их последние просьбы. Они бы знали, что их жертва спасет Эквестрию. Я бы оказала им честь за это, а не просто разрешила ситуацию как можно быстрее", — сказала Луна, укутывая Твайлайт своими крыльями, предлагая утешение.

"Я тоже не останусь в стороне. Ты мой друг, я буду рядом с тобой в дружбе и даже больше, если ты этого хочешь", — сказала Луна, слегка покусывая другое ухо Твайлайт.

"Луна… как бы это ни было приятно", — сказала Твайлайт, глядя на обернутые вокруг нее крылья. "Мы еще даже не были на свидании, а ты уже обгладываешь мое ухо в присутствии своей сестры".

Стар в замешательстве уставилась на Луну. Зачем ей есть ухо? Она быстро проверила, на месте ли уши Твайлайт. К счастью, они оба были целы и невредимы. Стар вспомнила свою собственную регенерацию, и в ее голове возник ужасный образ Луны, поедающей уши Твайлайт по мере их отрастания.

Ноль это случалось и не случится никогда, — успокоил ее мысленный голос Грей.

"Ну, ты не возражала", — сказала Луна, улыбаясь.

Твайлайт замерла, когда румянец разлился по ее лицу, а огонь заплясал по ее гриве. "Не слишком ли быстро мы движемся?" — заикаясь, произнесла она.

"Правда?" — прошептала Луна на ухо Твайлайт.

"Ты бы заинтересовалась мной, если бы не Стар?"

"Твайлайт, ты была моим самым близким другом с той первой Найтмер Найт, от которой ты освободила меня…" Глаза Луны на мгновение слегка потемнели, глядя вдаль. Вернув взгляд к Твайлайт, она продолжила. "Единственная причина, по которой я не рассматривала тебя раньше, это то, что я думала, что ты должна быть с Селестией".

"Селестия? Со мной?" Твайлайт отстранилась, и уставилась на Луну. "Как? Ч-что? Она была моим Учителем!"

"Как ты думаешь, через две или три сотни лет это будет иметь значение?"

Твайлайт сделала паузу, выражение ее лица изменилось на задумчивое. "Хотя, почему, я, ведь, ничем особенным не выделяюсь?"

"Быть слишком скромной — это порок.  Ты привлекательная, сильная и, определенно, одна из самых умных пони, которых я когда-либо знала", — сказала Луна, наклоняясь ближе. "Даже не будучи аликорном, ты очень желанная кобыла".

"До недавнего времени я никому не была интересна, и… благодаря тому, как Селестия создала меня, я смогла… оценить такие вещи лишь несколько дней назад".

"Это объясняет, почему все твои ухажеры за последние годы оказались безуспешными в борьбе за твое копыто".

"Какие ухажеры? Единственное отдаленно похожее, что я помню, это один жеребец, который поцеловал меня, будучи смелым, а я не заинтересовалась… Я была так удивлена, что случайно запустила его через живую изгородь". Она сделала паузу на мгновение. "Кажется, он был оранжевым пегасом. Хотя, вспоминая, я помню, как его друзья падали со смеху".

"Это было бы очень забавно увидеть". Луна усмехнулась: "Обычно пегасы летают только благодаря своей силе".

Луна посмотрела на Твайлайт так, словно та была сенобургером. Стар снова приготовила свою магию, она знала, как опасна Твайлайт, когда у нее такой взгляд. Она была готова спасти Твайлайт, если понадобится.

Вместо того, чтобы попытаться съесть Твайлайт, Луна заговорила. "Но я рада, что все сложилось именно так. Так я получу тебя".

"Хорошо, это объясняет влечение, я полагаю, но почему ты готова перейти от отсутствия романтического интереса к согласию на брак менее чем за двадцать четыре часа?" — спросила Твайлайт.

"Наша дочь, мы признаем ее перед судом. Это может произойти только в том случае, если мы поженимся. Если только ты не хочешь отказаться от своих связей с ней" — спросила Луна, тоном, подразумевающим ожидаемый ответ "нет".

Стар была в ужасе, она приготовилась телепортироваться в комнату, чтобы отстаивать свое право оставить обоих родителей.

"Конечно, нет", — прорычала Твайлайт, сузив глаза на Луну. "Она наша дочь", — заявила она.

Стар позволила своему полусформированному заклинанию угаснуть, вся эта ситуация сбивала с толку. Взрослые все сумасшедшие, — подумала она. Она на мгновение перевела взгляд на другое окно: Селестия говорила, и все пони были живы.

Стар хотела еще немного поработать над созданием своих питомцев, но не решалась, пока большая белая пони не покинет здание.

Луна улыбнулась. "Так ты все еще хочешь на мне жениться?"

Движение в другом окне привлекло внимание Стар.

"Я думаю, тебе стоит написать отчет о дружбе", — сказала Эпплджек с дружеской ухмылкой на лице.

"Это разумная мысль, спасибо. Боюсь, мне пора уходить и возвращаться в Кантерлот". Сказала Селестия, склонив голову перед друзьями матери, и направилась к выходу из замка. Наконец, Селестия добралась до главных дверей и покинула здание. Стар отпустила заклинание, не желая рисковать тем, что его обнаружат.

Грей начала считать секунды, прошедшие с момента ухода Селестии. По мере того как число увеличивалось, Стар чувствовала себя спокойнее: опасность миновала, ее семья была в безопасности.

Стар обернулась к первому окну, и увидела, что две ее матери целуются, а грива Твайлайт горит. Прежде чем Стар успела сформировать массив для третьей версии заклинания безопасности лаборатории Твайлайт, Грей вмешалась. Ноль, опасных пожаров в той комнате.

"О боже". Голос Рэрити раздался сзади Стар. Оглянувшись, она увидела, что Рэрити прижимает копыто ко рту, наблюдая за происходящим через заклинательное окно.

Твайлайт чуть отстранилась, глядя в глаза Луне. "Это ответ на твой вопрос?"

"Привет, Рэрити", — сказала Стар, поворачиваясь обратно к окну.

Рэрити придвинулась ближе, с интересом рассматривая Три-С, ее глаза быстро сканировали слова на них.

"Тебе очень понравится наш медовый месяц", — промурлыкала Луна. "И это будет полная луна".

Твайлайт задрожала от предвкушения, ее грива ярко пылала. Ее тело напряглось, готовое наброситься на Луну. Внезапно она влепила себе пощечину, звук разнесся эхом. Пламя угасло, когда она покачала головой.

Рарити вздрогнула от удара. "Что ты делаешь, Литтл Стар?"

"Слежу за своими мамами, чтобы они были в безопасности. Я должна следить, чтобы мамочка Луна не съела мамочку Твайлайт, как сенобургер".

По какой-то причине Рэрити сильно покраснела. "Ты в порядке?" — спросила Стар.

"Ты не знаешь, что ты только что сказала", — сказала Рэрити, плохо имитируя тихую речь матери.

"Я точно знаю, что я только что сказала", — сказала Стар, держа в копытах свиток, на котором был записан весь разговор между ней и Рэрити. "Вот видишь", — добавила она, и это тоже было точно записано на свитке.

Рэрити почему-то покраснела, казалось, она не ожидала ответа. Зачем она задала вопрос, если не была готова к ответу? — подумала Стар. Взрослые просто странные, очень странные.

"Я говорю не о буквальных словах или определениях из учебника. Иногда слова имеют большее значение. Фраза, которую ты сказала, может быть воспринята очень… по-взрослому".

"Взрослые сбивают с толку", — прокомментировала Стар.

"Подглядывать за пони, нередко, считается грубым".

"Хорошо", — сказала Стар беззаботно.

"Ты знаешь, что это может быть расценено как шпионаж за ними?"

Стар повернулась, чтобы посмотреть на Рэрити. "Я не шпионю. Я защищаю их".

"Использование заклинания наблюдения — это шпионаж. Если бы ты их защищала, ты бы находилась в той же комнате".

Стар задумалась на мгновение, и начала зажигать свой рог заклинанием.

"Подожди", — взмолилась Рэрити.

Стар приостановила заклинание. Пять секунд до прибытия Эпплджек? — сообщил ей мысленный голос Грей. "Хорошо", — сказала она Рэрити, мысленно отсчитывая время.

"Привет, Эпплджек", — сказала Стар, помахав копытом.

Рэрити повернулась, и посмотрела на Эпплджек, чувствуя себя немного виноватой за то, что снова показалась странной. Эпплджек огляделась вокруг, ее взгляд метался между окошком и Рэрити.

"Рэрити, ты шпионишь за двумя принцессами. Есть законы, запрещающие это, ты знаешь?" — сказала Эпплджек.

"Я, точно, не шпионила", — сказала Рэрити, слегка покраснев.

"Тогда, будь добра, объяснись".

Рэрити посмотрела на Литл Стар, которая ответила. "Я следила за тем, чтобы Селестия не причинила им вреда, а теперь я слежу за тем, чтобы мамочка Луна не съела мамочку Твайлайт".

На мгновение Эпплджек была ошеломлена, ее щеки слегка покраснели, но потом все прошло. "Правильно, тебе нужно усвоить смысл личной жизни. Прекрати это заклинание прямо сейчас, и пойдем со мной", —  сказала Эпплджек голосом, отточенным за годы работы старшей сестрой.

"Но…" — начала Стар.

"Они не собираются причинять друг другу вред, Сахарок. А теперь, пойдем", — сказала Эпплджек, почти увлекая за собой Стар.

## 24. Временное расследование

* * *

Старлайт постепенно начала понимать, что осознает себя, она парит в наполненной звездами пустоте. Я была с Трикси, что-то делала… — подумала она, пытаясь собрать все воедино.

Тот факт, что она парила без помощи магии и что перед ней стояла голубая аликорн из Снов и терпеливо ждала, предоставил ей всю необходимую информацию. "Значит, я сплю".

"Проницательное наблюдение.  Ты пришла к этому осознанию с большей готовностью, чем большинство", — похвалила Луна.

"Не обижайся, принцесса, но почему ты здесь?"— спросила Старлайт. "Не то чтобы это было неожиданно, но ты здесь", — стыдливо добавила она, обращаясь к единственному существу, обладавшему в этом мире полной властью.

"Нам нужны твои услуги. Приготовься к моему скорому прибытию", — заявила Луна почтительным, но твердым тоном.

Никакой просьбы, это был приказ Принцессы Ночи. Она не хотела видеть, что произойдет, если она откажется. Старлайт кивнула. "Да, принцесса".

"Тогда, пробудись и приготовься". Рог Луны вспыхнул.

* * *

Старлайт открыла глаза, обнаружив себя внутри повозки Трикси. Она была в полном сознании, от сонливости не осталось и следа. Приказ Луны был ясен в ее сознании, как будто она использовала какую-то магию, чтобы его запомнить.

В маленькой повозке она старалась собрать все, что могло пригодиться, не имея ни малейшего представления о том, что от нее потребуется. Если ее услуги понадобятся, то это будет связано с магией. Там были и другие могущественные единороги, так что, скорее всего, это будет то, в чем она хороша. Это задание будет связано с манипуляцией временем, контролем разума или кьютимарками. Она была уверена в себе. Других причин, по которым она могла бы понадобиться, просто не существовало.

Она почувствовала беспокойство, но не от того, что не может помочь. Нет, она беспокоилась, какая опасность подстерегает Эквестрию, если понадобилось использовать один из этих трех способов. Она начала собирать свои вещи, изо всех сил стараясь вести себя тихо.

Наполовину проснувшись и явно желая прекратить шум, Трикси чуть не превратила Старлайт в чайную чашку. Вместо этого, благодаря своим быстрым рефлексам, той удалось отразить заклинание. К сожалению, теперь одна из книг Старлайт поплатилась за это, и теперь вместо нее была чайная чашка.

"Трикси!" — воскликнула Старлайт.

"Кто посмел пробудить ото сна великую и могущественную Трикси?"

Прежде чем она успела ответить, импульс магии телепортации возвестил о прибытии Луны. Он был настолько мощным, что Трикси упала с кровати, держась за свой рог. Старлайт, привыкшая к тому, что Твайлайт то появляется, то исчезает, выработала более чем достаточную терпимость, чтобы не обращать на это внимания.

Высунув голову из повозки, Старлайт была ошеломлена тем, что увидела. Луна была не одна. Перед Старлайт стояли две принцессы-аликорна, обе экипированные для войны. Луна в черном костюме с многочисленными кинжалами, закрепленными на боках. Твайлайт в кроваво-красном одеянии, крылья которой были украшены острыми лезвиями.

Шесть бронированных фестралов из Ночной стражи усилили тоскливое чувство, нараставшее в груди Старлайт. Они быстро заняли позиции, охраняя поляну, на которой стояла повозка.

"Старлайт, ты готова к отъезду?" — спросила Луна, явно ожидая положительного ответа.

"Ты не можешь оставить Трикси здесь одну", — сказала синяя кобыла, высунув голову из повозки.

Твайлайт наклонила голову, казалось, глядя прямо сквозь Трикси. "Она обрела Амулет Аликорна, возможно, она сможет что-то подсказать".

"Тогда мы приведем ее и воспользуемся ее незаконно приобретенным опытом", — постановила Луна.

Трикси покраснела, издав легкий писк. Старлайт заметила, что сценическая личность Трикси вот-вот покажется, и быстро использовала свою ауру, чтобы удержать морду синей кобылы закрытой. "Мы будем готовы через мгновение, принцесса", — почтительно сказала она. Она использовала смесь своей ауры и телепортации, чтобы собрать все, что им обеим понадобится.

Трикси добавила свои принадлежности для магического шоу к своему костюму с помощью своей ауры, когда она прошептала Старлайт: "Я только что собиралась сказать: "Великая и не совсем могущественная Трикси к вашим услугам". Не было необходимости затыкать мне морду".

"Прости, не могла рисковать", — извинилась Старлайт.

Подошли Луна и Твайлайт. Когда Луна зажгла свой рог, Старлайт хотела поднять щит, чтобы отразить силу магии Аликорнов.

Ночная гвардия высадилась вокруг них плотным кольцом, и мир потемнел, когда тени сомкнулись. Звезды в гриве Луны пылали ярким светом, в то время как остальная часть ее всасывала свет.

Телепорт был похож на падение в бесконечную бездну.

* * *

Вырвавшись из темноты, Старлайт обнаружила себя и Трикси высоко в воздухе, подвешенными в ауре Луны. После стольких тренировок ей потребовалось всего несколько мгновений, чтобы окутать себя собственной магией. Как только ее магия оказалась на месте, аура Ночной Принцессы исчезла.

Оглядевшись вокруг, она увидела, что под ними на многие мили раскинулось море пурпурного пламени с малиновыми пятнами, которое гипнотически танцевало. Если бы не деревья и горы вдали, Старлайт могла бы подумать, что попала в другой мир.

У ее лучшей подруги Трикси были плотно закрыты глаза. Это был самый странный телепорт в истории, но все не так уж плохо,  — подумала Старлайт. "Отважная и бесстрашная Трикси собирается открыть глаза?" — дразняще спросила она.

Как только Трикси открыла глаза и смогла осознать, что они находятся на большой высоте, она закричала и замахала ногами. Крики оборвались, когда магия Твайлайт окутала ее пузырем тишины.

"Это?" — спросила Твайлайт.

Луна кивнула. Твайлайт огляделась вокруг и указала на точку в пространстве. "Это, должно быть, центр взрыва".

"Так много… уже одного этого достаточно", — сказала Твайлайт.

Луна перевела взгляд на Старлайт. "Нам нужно посмотреть, что произошло здесь шесть дней назад в четвертый час нашего владычества".

Старлайт неуверенно посмотрела на Твайлайт. Ее подруга кивнула, затем махнула копытом на огонь внизу. "На меня здесь напали… вот результат. Нам нужно…"

"На тебя напали?!" — в недоумении спросила Старлайт. Масштабы пожара внизу выглядели словно последствия боя Твайлайт с Тиреком.

Старлайт посмотрела на Трикси, которая уже успокоилась и вместо того, чтобы паниковать, теперь выглядела немного несчастной. "Не могли бы вы дать Трикси сказать, пожалуйста?"

Твайлайт на мгновение задумалась о Трикси, а затем отпустила звуковой пузырь.

Путешествие оставляет желать лучшего, — пробормотала Трикси про себя.

Старлайт заметила, как одно ухо Твайлайт дернулось в сторону ее подруги: неужели она это слышала? Но ответа не последовало, и она принялась за дело.

Обратив свое внимание на указанную область пространства, Старлайт первым делом произнесла целый ряд заклинаний обнаружения, усиления чувств, записи и анализа. Твайлайт могла обладать энциклопедическими знаниями почти обо всем магическом. Но другие, такие как Старлайт, были достаточно умны, чтобы иметь возможность обойти это ограничение другими способами.

По мере того, как слой за слоем магии складывались в целое, мир становился все ярче и яснее. Некоторые заклинания, в основном заклинания Твайлайт, добавляли ярлыки на вещи в ее видении. Заклинания Старлайт просто передавали знания прямо в ее сознание. Одно из многих преимуществ магии разума, которое она обнаружила, заключалось в том, что ее использование не считалось злом.

Закончив подготовку, она перешла к заклинанию ограниченного времени, которое попросила ее придумать Твайлайт. Я могу просматривать только прошлое, без возможности взаимодействия, без возможности увидеть будущее. Все в полной безопасности на временной линии, нет шансов покончить с миром или снова удалить важные дружеские связи, — успокоила себя она.

Вокруг группы сформировалось слабое заклинание щита, внутренняя поверхность которого была похожа на рябящее зеркало. Когда его поверхность начала успокаиваться, время во внешнем мире, казалось, помчалось быстрее, шесть дней словно откатились назад, а на небе несколько раз в минуту мелькали ночь и день.

Твайлайт не беспокоилась, она помогала с заклинанием, хотя бы в плане безопасности. Луна выглядела впечатленной. У Трикси просто отвисла челюсть. По крайней мере, на такой высоте жук не залетит ей в рот.

За все это время огонь не изменился, он все еще горел в настоящем так же, как и тогда, когда только образовался. По мере того как время обращалось вспять, все пламя, казалось, взвилось в воздух, сходясь в той точке неба, которую указала Твайлайт.

Не взрываясь, пламя превратилось в сложный набор заклинательных рун, выгравированных в небе пурпурным огнем, вращающимся вокруг лежащей без сознания Твайлайт в ее доспехах, выглядевших ужасно обожженными, с кровоточащей раной на шее и рогом, потрескавшимся и почерневшим.

Трикси вздохнула, Старлайт не хотела встречаться взглядом с Луной, если бы взгляды могли убивать, гора впереди превратилась бы в дымящееся кратер.

Старлайт внимательно осмотрела прошлую Твайлайт, она находилась под действием по крайней мере двух защитных заклинаний, оба сложные и связанные вместе, вероятно, усиливающие друг друга.

"Нам нужно следовать за ней обратно в храм, Старлайт, если ты не против продолжить наше путешествие в прошлое", — сказала Луна.

Хотя Старлайт и хотела бы получить больше времени для изучения заклинаний, под действием которых находилась Твайлайт из прошлого, она не собиралась заставлять сердитую принцессу ждать.

Они проследили за полетом Твайлайт обратно к храму, скрытому в склоне горы. Во время путешествия Старлайт провела несколько подсчетов: при той скорости, с которой летела Твайлайт, без помощи заклинаний или крыльев, она не могла понять, как Твайлайт не превратилась в кровавое пятно, летящее по воздуху. Количество силы, необходимое для того, чтобы отбросить ее почти на милю от Храма, было просто умопомрачительным. Конечно, Старлайт могла бы взорвать пони с такой силой, но на это ушло бы от десяти до двадцати процентов ее доступной магии.

Когда они приблизились, ее заклинания обнаружения уловили ультразвуковую болтовню между ночными стражами. Каждый из них следил за определенным направлением, докладывая друг другу обо всем. Казалось, они были сосредоточены на поисках любой пони в округе, а не на главной достопримечательности.

* * *

Не имея больше необходимости находиться в воздухе, группа, перед тем как войти в храм, снова опустилась на копыта. Во входной части храма царил беспорядок, одна сторона комнаты находилась в процессе разрушения, когда прошлая Твайлайт вплыла обратно, в результате чего оказалась лежащей на полу, свернувшись калачиком.

Когда она переступила порог, более половины заклинаний обнаружения Старлайт перестали сообщать что-либо полезное. Значит, это место скрыто магией, — подумала единорожка.

Когда древний камень поднялся и встал на место, в сторону Твайлайт полетела серия снарядов, указывая цель. Высокий жеребец в мантии со злыми светящимися дымчатыми глазами.

Из рога Твайлайт вырвался треск неконтролируемой магии, нарушив заклинание просмотра времени. Ее тело замерло, глаза расширились. Казалось, что у нее начинается гипервентиляция, наступала классическая для Твайлайт паническая атака.

Старлайт сделала несколько шагов к Твайлайт, намереваясь утешить подругу. Ее рог был наготове, чтобы сдержать еще один случайный выброс магии.

Глаза Твайлайт закрылись, она глубоко вдохнула и снова открыла глаза. От спокойного, но опасного взгляда в них по позвоночнику Старлайт пробежала дрожь, и она остановила свое движение к ней.

Она заметила, как Луна остановилась и посмотрела на Твайлайт. Старлайт отвернулась от принцесс, она не хотела смотреть в эти глаза больше, чем должна была. Она начала исследовать комнату, готовясь повторить заклинание просмотра времени.

Малейшая пульсация магии коснулась рога Старлайт, а через мгновение заклинание подслушивания, которое она наложила, чтобы слушать фестралов, неожиданно перешло в речь.

> "Твайлайт вернулась в Золотой Дуб".

> "Найт?"

> "Да, теперь мы займемся этим, Лулу? Я поклялась разобраться с нашими врагами, и не только мои клинки жаждут их крови".

Старлайт почувствовала, что выражение ее лица застыло, она была очень рада, что не смотрит ни на одну из них. Пакты? Она смогла только мысленно вскрикнуть. Пакты должны были быть нерушимыми магическими контрактами. Единственная причина, по которой она не изучала их, заключалась в том, что они требовали согласия обеих сторон… Контроль разума не имел такого ограничения, поэтому она сосредоточилась именно на нем. Должна быть веская причина, почему Твайлайт называет Луну Лулу, и что она заключила договор, чтобы "разобраться" со своими врагами.

Покачав головой и закрыв глаза, Старлайт воссоздала заклинание времени и позволила образам снова начать течь в обратном направлении.

"Старлайт, задержи его здесь, пожалуйста", — попросила Луна, рысью приближаясь к застывшему изображению жеребца, уклоняясь от залпа снарядов, в мгновение ока попавших в него.

"Сестра сообщила мне, что он мертв", — прорычала Луна, обходя его кругом. Ее глаза на несколько ударов сердца превратились в светящиеся драконьи щели. "Познакомься с лицом своего убийцы". Луна указала копытом на жеребца. "Этот парень — тот, кто дал тебе книгу заклинаний".

Книга заклинаний? Убийца? Старлайт подумала, что она просто запуталась, но решила не задавать лишних вопросов.

Луна посмотрела на свою тень. "Посмотри внимательно". В тени открылась пара глаз.

Трикси теперь прижималась к боку Старлайт, успокаиваясь тем, что она рядом, и, кстати, укрываясь от Луны за ее спиной.

Луна продолжала говорить с существом в своей тени. "Теперь сообщи остальным членам нашей стражи, кто их добыча". Глаза исчезли, что-то в гриве Луны изменилось, но Старлайт затруднилась бы сказать, что именно.

"Начни с двух минут назад, и пусть события развиваются вперед", — приказала Твайлайт тоном, очень похожим на голос Луны. У Старлайт не было иного выбора, кроме как подчиниться.

Когда Твайлайт шагнула в палату, звуковой барьер стекал с нее, как с плаща, она взмахнула крыльями, демонстрируя бритвенные кромки лезвий. Это был устрашающий вид, Старлайт представила себе, как эти голодные лезвия рассекают ее плоть, и содрогнулась.

Глаза Твайлайт быстро окинули зал с видом профессионального солдата. Это была Твайлайт — принцесса-воин, а не Твайлайт — любящая книги принцесса дружбы. Старлайт задумалась о том, насколько иначе прошла бы ее собственная встреча, если бы она встретила эту версию, а не ту, которая помогла ей выйти на свет дружбы. Я не уверена, что пережила бы это.

Жажда насилия, сверкавшая в глазах Твайлайт, пугала Старлайт. Найтмер Твайлайт была не нужна никому из пони. А без Элементов ее вообще можно бы было остановить?

Прошлая Твайлайт спокойно оценила единорогов, выстроившихся полукругом вокруг нее, и, похоже, сочла их неубедительными. У Старлайт сложилось впечатление, что Твайлайт считала, что превосходит их числом один к девяти.

Центральная фигура подошла к Твайлайт и сказала с презрительной усмешкой: "Магия крови, дорогая Твайлайт, Селестия будет так разочарована тобой, что может даже отправить тебя обратно в магический детский сад".

Старлайт вопросительно посмотрела на присутствующую Твайлайт, которая заговорила. "Да, я знаю много запрещенных заклинаний, и, будучи принцессой, я могу использовать их, если того требует ситуация".

Старлайт не знала, должна ли она быть впечатлена вновь обретенной практичностью Твайлайт или раздражена лицемерием.

В ответ на это Твайлайт ответила, ее голос угрожающе мурлыкнул: "Я — стихия магии. Вся магия подчиняется моей воле. Неужели ты думаешь, что такой, как ты, сможет противостоять мне?". Она угрожающе наклонилась вперед. Ее рог засветился, когда она сменила позицию. Было ясно, что она здесь главная, и она не сомневалась, что одержит верх.

"Так и есть", — жеребец разразился жестоким смехом, — "Ты для меня не более чем редчайший компонент заклинания, принцесса".

Старлайт почувствовала, как Трикси дрожит рядом с ней, и неуклюже обняла ее передней ногой. Неуклюжая или нет, но она оказалась эффективной.

Твайлайт бросила взгляд в сторону выхода. "А ты стоишь меньше, чем пыль на моих копытах, я ухожу".

Из рога Твайлайт вылетело заклинание, которого Старлайт никогда прежде не видела, — копье эбенового огня. То, что она улыбалась от радости, разбрасывая то, что, несомненно, было смертельным заклинанием, повергло ее в шок. Каким-то образом цель осталась невредимой, единственным эффектом было повреждение его мантии.

Выражение недоверия промелькнуло на лице Твайлайт за мгновение до того, как другой пони в мантии взорвался, оставив после себя облако пепла. Шокированное выражение сменилось задумчивым, а затем голодной ухмылкой. Рог Твайлайт засветился трехслойным сиянием.

Глаза главного культиста вспыхнули ядовито-зеленым, из них покатились витки миазмы, и он прорычал: "Тебе не уйти от меня!"

Заклинания Твайлайт не получались, из ее рога вырывались маленькие струйки энергии, опасно разлетаясь и опаляя ее плащ. С болезненным выражением лица Твайлайт почти удалось направить энергию на создание заклинания щита, почти.

"Нет, не сейчас", — прорычала она, ее голос был полон ярости.

Рой хирургических лезвий вспыхнул и устремился к лицу Твайлайт, подгоняемый магией темного жеребца. Мгновением позже из рогов другого культиста вырвались мощные разряды, все сходящиеся в смертельном намерении.

Твайлайт только успела вложить магию в худшее подобие щита, которое Старлайт когда-либо видела. Атаки начали попадать. Ее тело рухнуло на пол, она начала гореть изнутри. Она свернулась калачиком, трясясь от боли, не в силах действовать.

Через несколько секунд она уже ничего не могла сделать, чтобы защитить себя, даже когда на нее обрушивались атака за атакой. Атаки замедлились, а затем прекратились, но пламя продолжало разгораться. Культисты в одеяниях немного приблизились, главный из них выглядит немного озадаченным, как будто он думает, что все прошло слишком хорошо.

Он медленно начал приближаться к поверженной Твайлайт. Внезапно из ее шеи вырвалась горящая кровь, которая начала кружить в воздухе, по спирали спускаясь вниз и превращаясь в горящие руны, которые сдетонировали снаружи.

"Что!" — только и успел ответить вожак в мантии, делая шаг назад, и его замешательство сменилось яростью. Он направил копыто на Твайлайт, и атака возобновилась.

Ее охватило какое-то защитное заклинание, состоящее из сложных фиолетовых рун и геометрических символов, танцующих вокруг с точностью часового механизма. За ним быстро последовало второе — бледный, слабый на вид щит с магическими усиками, протянувшимися назад и впившимися в участки первого заклинания.

Магические разряды ударили первыми, разбиваясь на осколки и проникая в первое заклинание, а их энергия уходила на усиление внутренней защиты, которая светилась все ярче.

Следом появился рой металлических лезвий, прошедших сквозь внешний защитный слой, как будто его там и не было. Достигнув второго слоя, они отклонились в сторону и закружились вокруг Твайлайт, быстро набирая скорость. От каждого снаряда исходили многочисленные ударные волны, и каждое из них старалось быть быстрее, чем Рейнбоу Дэш.

Старлайт замедлила воспроизведение, чтобы увидеть, что произошло дальше.

Каждый осколок металла был усилен собственным силовым полем, и они устремились обратно к тому, кто их бросил. Ударной волны, прошедшей через воздух, хватило, чтобы сотрясти комнату. Удар впечатал лидера в стену, разбив ее и многие окружающие опоры.

Повреждения были слишком велики, чтобы храм остался целым, потолок начал разрушаться.

Огромный взрыв магии выбросил Твайлайт прямо из храма, разбив камень вокруг нее и причинив еще больше вреда строению.

Луна подошла к груде обломков и устремила на нее свой взгляд. "Сделай так, чтобы следующий час прошел за несколько минут", — приказала Луна. Старлайт так и сделала: ее глаза устремились в ту точку, на которую смотрела Луна.

В обломках образовалась дыра, и Старлайт замедлила воспроизведение до нормальной скорости. Кто-то использовал грубую магию, чтобы вырезать или сформировать путь наружу. Это снова был убийца, его мантия была изорвана настолько, что была видна часть его метки. Похоже, это был открытый свиток.

Пошатываясь, убийца встал на копыта и огляделся. "Давненько я не испытывал боли, хорошо сыграно, Твайлайт". Произнес он своим глубоким зловещим голосом.

Жеребец вскинул голову и посмотрел в сторону выхода. Подняв копыто к каменному кольцу, висевшему у него на шее, он исчез не только из поля зрения, но и из всех органов чувств Старлайт.

Луна раздраженно топнула копытом и посмотрела на вход, чтобы увидеть, как в него входят прошлая версия ее самой, Шайнинг Армор и несколько охранников, как Ночных, так и Кристальных. "Теперь ты можешь закончить свое заклинание", — спокойно сказала Луна.

Трикси, казалось, пробормотала про себя: "Это тот… магазин… в?" Старлайт посмотрела на нее, выполняя просьбу Луны.

Твайлайт внезапно обернулась к Трикси и заговорила опасным тоном. "Откуда ты знаешь этот артефакт?"

"Иип", — дрожащая Трикси, казалось, пыталась спрятаться от мира под шляпой и плащом.

Луна подошла и провела крылом по бронированной спине Твайлайт, Старлайт не могла понять, был ли этот жест упреком или привязанностью, скорее всего, это была смесь того и другого. "Трикси, тебе нечего бояться", — почти прошептала Луна.

Трикси замерла и подняла голову, ее страх сменился настороженностью.

"Не могли бы вы рассказать нам, откуда вы знаете о Ключевом камне?" — спросила Луна.

"Ключевой камень? Если вы имеете в виду тот камень, который висел на шее Большого плохого и противного, то он был в продаже там, где Трикси сделала свою худшую покупку".

Старлайт посмотрела на нее в недоумении. Ты можешь просто купить высасывающие душу злые артефакты, которые усиливают магию?!

"Как только мы закончим здесь, мы собираемся нанести им визит". Старлайт услышала, как Луна и Твайлайт заговорили одновременно.

Это совсем не жутко, — с сарказмом подумала Старлайт.

Твайлайт повернулась, и углубилась дальше в храм. "Идем, есть еще одно место, где нужно заклинание времени".

Старлайт поманила Трикси за собой, а Луна пошла следом.

* * *

Путь был длинным и запутанным, со множеством поворотов и даже несколькими тайными проходами, но Твайлайт ни разу не замешкалась. Стены храма были украшены резьбой, изображавшей что-то древнее. Трудно было оценить историческую ценность этого места, находясь между двумя самыми могущественными существами в Эквестрии. Особенно когда, по крайней мере, одно из них, казалось, было в плохом настроении.

Наконец они вошли в место назначения — комнату, в центре которой стоял алтарь с четырьмя серебряными шипами, вделанными в него. Они были расположены таким образом, что если пони случайно ляжет на алтарь, то они будут по одному на каждую конечность. Даже при свете рога пятна на его поверхности более чем достаточно говорили о его темном предназначении.

Луна последовала за ней, спустившись в комнату, оставив Трикси смотреть на нее из дверного проема.

"Это…" — начала спрашивать Старлайт.

"Добро пожаловать в наименее удобное жилье, которое у меня когда-либо было", — сказала Твайлайт со злым сарказмом.

"Ты хочешь…" — начала Старлайт с ужасом в голосе.

"Вам не нужно смотреть, нам просто нужно ваше заклинание", — добавила Луна, ее голос был успокаивающим, но выражение лица холодным.

"Семь дней, два часа и тридцать шесть минут назад — вот с чего вам нужно начать". Голос Твайлайт звучал призрачным шепотом.

Старлайт зажгла свой рог, она услышала цоканье копыт Трикси, отступившей за угол, и тихое "Я буду здесь". Очевидно, она не хотела видеть больше ужасов на сегодня.

Крики Твайлайт заставили Старлайт поднять взгляд. Она тут же пожалела о своих действиях. Сцена перед ней была ужасающей, пони никак не могла пережить то, что она видела, не говоря уже о том, что она все еще кричала и пыталась освободиться от своих оков.

Одетый убийца направлял рой хирургических лезвий и извлекал части Твайлайт на алтаре. Не задумываясь, Старлайт произнесла самое мощное заклинание против тошноты, которое знала, а тот факт, что у нее будет сухость во рту в течение следующей недели, даже не рассматривался. По крайней мере, она будет хорошо гидратирована.

Оторвав взгляд от сцены и прижав уши к голове, чтобы заглушить звук, она посмотрела на двух аликорнов в комнате. Твайлайт, похоже, просто застыла, а Луна, казалось, никак не реагировала. Мощные колебания магии говорили о другом, и нахождение рядом с ними более нескольких часов в таком состоянии могло вызвать долгосрочные проблемы со здоровьем.

Отступив назад, насколько это было возможно, и сохранив заклинание времени, она наложила на дверной проем блокирующую звук стену, заперев ужасные звуки внутри комнаты. Хныканье Трикси заставило ее порадоваться, что она не просто подавила свой собственный слух.

Протянув свою ауру, она обняла Трикси. Им обоим сейчас нужен был контакт, и, скорее всего, сегодня вечером им понадобится помощь Луны.

* * *

## 25. Бумажный завал

* * *

Нечасто случалось, чтобы в Разведывательной Службе Королевской Гвардии все старшие члены присутствовали на одной встрече. Было неслыханно, чтобы это совещание проходило в тронном зале. Невероятно было и то, что эта встреча проходила вместо первой половины дня суда.

Пейпер Пушер был очень рад, что его не оказалось в первом ряду. Он надеялся, что его бледно-серая шерсть будет хорошо сочетаться с белым цветом тронного зала, а его бордовую гриву, возможно, примут за часть знамени или ковровой дорожки.

В отличие от многих пони здесь, Пейпер Пушер был всего лишь прославленным организатором, и он знал это. Убедиться, что нужные бумаги попадают туда, куда нужно, было частью его таланта. Только поэтому он и получил свою работу, ведь он был одним из немногих с достаточно высоким уровнем допуска, чтобы даже видеть бумаги, которыми он управлял, не говоря уже о том, чтобы читать их.

Принцесса Селестия говорила ровным тоном со своим обычным спокойствием и любовью, но это ничуть не уменьшило чувство ужаса, которое он испытывал. Все пони в комнате знали, что она недовольна.

Судя по всему, главная угроза, которую РСКГ объявила мертвой более десяти лет назад, была обнаружена живой и невредимой. Эта угроза также оказалась ответственной за почти катастрофу на Мэйнхеттане и покушение на жизнь принцессы Твайлайт.

Интересно, сколько из нас получат досрочную пенсию, — подумал он, окидывая взглядом своих коллег. Некоторые были расстроены тем, что разочаровали принцессу; другие были раздражены тем, что на них возложили ответственность за ошибки их предшественников.

По крайней мере, в комнате сохранялась нормальная температура. Если истории о том, как Принцесса могла вспылить, когда ее раздражал один из ее предыдущих учеников, которого совсем недавно исключили из списка пони, представляющих интерес, были правдой, то, по его мнению, здесь могло быть довольно жарко.

Мысленно он видел, как растет гора бумажной работы, которую нужно будет проделать. Принцесса говорила о том, что ни один камень не должен остаться незамеченным и что все предположения, все выводы за последние десять лет должны быть пересмотрены в свете того, что Колдун все еще разгуливает на свободе.

Ни одному пони не удалось уловить даже малейшего намека на то, что Мэйнхеттан подвергнется нападению, так что в настоящее время нигде не было безопасно.

Одной из хороших новостей были дополнительные биты, выделенные РСКГ, но они им еще понадобятся. Принцесса, похоже, хотела разместить полевых агентов сразу во всех уголках Эквестрии. В настоящее же время агентов не хватает даже на четверть этих планов.

Для бессмертного существа она довольно нетерпелива, — подумал он в безопасности своего отдаленного положения.

Взгляд Селестии остановился на Пушере, и он замер. Казалось, она смотрела прямо сквозь него. В тот самый момент, если бы он мог провалиться сквозь пол, он бы так и сделал. Ее взгляд устремился дальше, и никто больше, похоже, не знал, что он чуть не умер от сердечного приступа.

* * *

Пейпер Пушер быстро принял душ, прежде чем проложить себе путь через море паникующих пони из РСКГ. По пути в свой кабинет почти каждый пони, мимо которого он проходил, вываливал на него все новые и новые файлы и папки. Его мозг пытался понять, как он сможет рассортировать всю эту бумажную работу и закончить ее к началу прошлой недели.

Синий единорог номер шесть спорил с зеленым земным пони номер четыре. Белый пегас номер девять и желтый пегас номер три, имевший грамоту за доблесть в бою, висели неподалеку, обсуждая шансы на то, что дело дойдет до драки.

Пейпер Пушер знал, что так далеко дело не зайдет, потому что розовый единорог семь на этой неделе был в отпуске. Поэтому он продолжил свой путь.

Он не прошел и половины пути до места назначения, а у него уже болели и рог, и спина. Одна мысль о лестнице заставляла его ноги подумывать о забастовке.

Он приостановился, раздумывая. Была только одна кобыла, которая могла обработать столько бумаг и быстро получить ответы. Одна из немногих пони, имена которых он мог вспомнить без проверки документов. Он повернулся и сменил направление. Он был рад, что ее кабинет находился на том же этаже, где он был.

За неприметной дверью скрывалась одна из самых странных кобыл во всем РСКГ. Она была гибридом пегаса и какого-то крупного крылатого древнего пони или, может быть, руха? Но каково бы ни было ее происхождение, она была очень хороша в своем деле.

Он постучал в дверь и толкнул её, открывая, проверяя на её столе, на месте ли анти-Дискордовские пончики. Это даже смущало его, но по какой-то причине, когда они пропадали или превращались в другой вид пищи, это означало, что Дискорд где-то в здании.

Подтвердив свою безопасность от другого бессмертного, он сказал в кабинет. "Кэндис, думаю, тебе придется отменить свой отпуск на ближайшие несколько лет". Позади него в комнату вплыла первая из нескольких стопок бумаг размером с пони.

Каждый раз, когда он смотрел на нее, его мысли останавливались. Она не вписывалась ни в одну из его мысленных категорий. Он просто не знал, куда ее отнести. Он не мог удержаться от того, чтобы не вглядываться в каждую ее деталь, как будто видел ее впервые. Сегодня первое, что привлекло его внимание, были ее хорошо развитые маховые мышцы и то, как они соединялись с ее ненормально большими крыльями. Она слегка расправила их, и вокруг первых косточек крыльев у ее тела появилось почти флуоресцентное белое свечение ее магии.

Каждый раз, когда он видел, как она использует магию, он делал двойную проверку, проверяя, есть ли рог на ее голове. Сегодняшняя проверка показала, что рог по-прежнему отсутствует. На самом деле он все еще был уверен, что она либо тайное дитя любви Селестии, либо часть какой-то отмененной программы по созданию аликорнов, которая пошла не так.

Если бы не приверженцы единорогов и не презрение, с которым они относятся к пони-гибридам, ее белоснежная шерсть и крылья, и серебряный отлив вокруг копыт, перьев и ушей были бы предметом зависти многих кобыл в Кантерлоте.

[Изображение: https://lh3.googleusercontent.com/IozK71BIbTbODUKayeGhxgRcUJij-V8QwYCt41z_GRs2vAcxYooncGxhRkdR1OxIEkn-1uasyGwnhFZ3Yy-I2NEwO_lA1yMG4WprcIEq8Mx7CKwE2bScaLZep5BbBASnlqk60BeRjZu7ogjffDwQZecBnKMh6Yv8gQJZrugp_OzJGV46LiUigbHiByERAfvvL3EZ2B8upA]

Ее лимонно-желтые грива и хвост были уложены длинно, но естественно. Лишь пара заколок удерживали все это на месте, но, по его мнению, ее можно было сравнить с моделью. Тот факт, что у нее были видны хвостовые перья у основания хвоста, заставил бы пони подумать, что она какая-то первобытная пони. Она была родом из тех времен, когда магия полета еще не была достаточно сильна, чтобы стабилизировать полет без них.

Ему не раз приходилось отклонять просьбы знати, которая хотела убрать ее за то, что она плохо трансмутированная шпионка или еще за какую-нибудь ерунду. Самым нелепым было утверждение, что она — пришелец из другого мира. Если бы это было так, она бы прошла через зеркало, о котором никто не должен был знать, а оно слишком хорошо охранялось для этого.

Ее флуоресцентно-белое магическое свечение удерживало несколько досок и различных других предметов, которые можно найти в классной комнате. Когда он вошел, плавающие предметы встали на свои места, готовые к выполнению следующего задания.

Посмотрев на него через плечо, Кэндис ответила с явным юмором в голосе: "Все не так уж плохо. Дай-ка я посмотрю, что у тебя там, Пейпер". Выражение веселья исчезло с ее лица, как только она заметила стопку бумаги высотой с нее саму. "Это займет пару дней, по крайней мере". Она полностью развернулась и сложила крылья на спине, их кончики пересеклись прямо над хвостом.

Он изо всех сил старался улыбнуться, но был уверен, что это получилось как сочувственная гримаса. "Это только указатель, остальное все еще снаружи", — сказал он, кивая своим рогом на открытую дверь.

"Что ж, заноси остальное. Посмотрим, что нас ждет", — решительно сказала она.

Он кивнул и принялся за работу, занося стопки по одной за раз. Он был уверен, что стопок было по крайней мере на полторы больше, чем когда он поставил их снаружи. Он расставил стопки по порядку. К тому времени, когда он закончил, казалось, что комната держится больше на бумаге, чем на камне.

С помощью своей магии он добавил ярлыки к каждой стопке, комментируя их по ходу дела. "Здесь у нас все финансовые отчеты преподавателей школы Селестии для одаренных единорогов. Далее — все абитуриенты этой школы и все, что о них известно до этого момента. В этой стопке — основные отчеты по каждому инциденту, связанному с темной магией, с которым РСКГ имел дело за последние десять лет. Следующие несколько стопок — по десятилетию за раз".

Он сделал паузу, недовольно глядя на последнюю стопку, помеченную печатью принцессы. Он терпеть не мог, когда дела подшивались неправильно. "А остальные — это неотсортированные файлы, присланные из дворца, которые могут быть полезны… или нет".

Он увидел, как она смотрит на каждую стопку, и мел поплыл к одной из досок и начал писать, пока он говорил. Заметки о содержимом каждой стопки были начертаны на доске. "Спасибо, Пейпер. Мне понадобятся некоторые особые условия для этой работы. Как долго мне придется фильтровать все это?" — спросила она его.

Он достал записку из одной из стопок. "Принцесса Селестия хочет, чтобы все было завершено к этому времени на прошлой неделе, а принцесса Луна будет ждать от вас отчета меньше чем через неделю, если вы справитесь".

Он увидел, как она еще раз окинула взглядом стопки бумаги. "Реально я могу подготовить отчет через месяц или два. Если они хотят получить его за неделю, мне понадобится небольшой склад и недельный запас стимулирующих зелий от Луны. Хорошо, что для этого у меня есть заклинания временного ускорения. Это выжжет меня дотла, и мне придется взять выходной, чтобы выспаться. Тогда я смогу представить отчет".

Он мысленно сделал паузу, когда она назвала Принцессу Луну просто Луной. Стоит ли мне делать ставку на то, что она — ребенок Луны? Или она просто такая рассеянная? — подумал он.

"Думаю, у нас есть немного сверхкрепкого кофе, который был конфискован у Элемента Смеха, в надежном хранилище", — шутливо предложил он. Поворачиваясь, чтобы уйти, он на мгновение приостановился. "Может, мне захватить и зелья зебр?"

"Я не уверена, что смогу пережить то, что Пинки Пай сумела приготовить на этот раз", — ответила Кэндис, серьезным взглядом показывая, что она не шутит. "Последнее, чего я хочу, это сердечный приступ, вызванный кофеином".

"Ну, по крайней мере, он не взрывоопасен, как позапрошлая партия".

"Я думала, что в тот раз она делала заряды для своей вечериночной пушки. Я ошиблась?" — спросила Кэндис.

"Нет, просто, похоже, она все пытается обойти общенациональный запрет на употребление кофеина", — сказал он.

"Я также не должна рисковать Зебровыми зельями. Мне нужны гарантии безопасности уровня аликорна".

Он нацарапал на листке бумаги требуемые пункты и попросил ее подписать. "Если они не отправили начальника хозяйственного снабжения на задание, и если принцесса Луна одобрит, вы получите их через несколько часов".

"Спасибо, Пейпер Пушер. Надеюсь, что остаток твоего дня пройдет лучше, чем он прошел до сих пор", — сказала Кэндис, когда он вышел. Странно, но он всегда могла рассчитывать на уважительное обращение с ней. Может быть, поэтому я не возражаю против того, что она не вписывается ни в одну из моих ментальных рамок, а может быть, ей просто нужны свои собственные, — думал он, пока очередная пони выгружала на него более срочную бумажную работу.

* * *

## 26. Солнечная, знакомьтесь Лунный: Расследование

* * *

Мунстоун Страйкер мог оценить запах соли в воздухе и отдаленный шум волн. Он закрыл глаза, похожие на глаза фестрала, позволяя своим острым хохолкам улавливать звуки.

Открыв глаза, он позволил рогу потемнеть, когда вокруг него закружились тени. Как бы он ни отличался от того, что было раньше, он был очень полезен для скрытных миссий. Магия теней осела вокруг его глаз. Для него твердая материя казалась лишь легким туманом, только живые существа и магия казались неизменными. Взглянув сквозь стену, он увидел, что его текущей целью было трио пони, по одному из каждого "принятого" племени. Они неуклюже собирались и готовились к отъезду.

Он устроился в ожидании, ему нечем было заняться, пока они не уйдут, так как в данный момент он был один. Он не мог даже пошутить со своими товарищами из Ночной гвардии, так как все до единого были на задании. Четверть из них охраняли Твайлайт, Литл Стар и Элементы Гармонии.

Сидя в тени, скрытый темным плащом, он наблюдал за жизнью города, и никто не догадывался о его присутствии. Он размышлял о своем положении и о том, как он стал тем, кем является сегодня. До того, как он поступил на службу к Луне, он был никем, жизнь в преступности и мелком насилии была его единственным влиянием на мир.

Селестия лишь неодобрительно посмотрела бы на него. Луна увидела, кем и чем он был, и сказала ему, что он может быть полезен, несмотря на его недостатки, он все еще может помочь сделать Эквестрию лучше. Он улыбнулся воспоминаниям, обнажив клыки.

Она протягивала копыто многим преступникам и неугодным, указывая на то, что никто не совершенен, что пони совершают ошибки, но они определяют тебя, только если ты позволяешь им совершаться. Некоторых она помиловала, другим даже даровала совершенно новую личность.

Он знал, что служить государыне — все равно, что быть в культе. Большинство ее слуг почитали ее. Селестия производила впечатление далекого и сурового, но любящего учителя или приемного родителя. Луна глубоко заботилась о каждом из своих слуг, она бушевала, когда кого-то обижали, а наедине с каждым достижением выражала одобрение.

Почти треть слуг Луны составляли пони, чьи жизни она спасла либо от нападения монстров, либо от самоубийства.

Почти всё общение Луны с её вассалами было гораздо более личным, чем всё, чем Селестия делилась с кем-либо из пони, за исключением, пожалуй, её ученицы Твайлайт.

Количество нападений на Твайлайт, которые им приходилось предотвращать, было абсурдным. Все они были совершены только из-за ревности, которую Селестия вызвала у некоторых представителей знати Кантерлота.

Большинство из Ночной гвардии, так или иначе, любили Луну. Она была их наставницей, их сувереном, их целительницей, их доверенным лицом. Каждую ночь она заботилась о снах каждого из них. По крайней мере, когда эти сны не превращались в самые кошмарные тренировки, какие только можно себе представить.

Он потерял счет всем ужасным и страшным способам, которыми он был ранен или убит во время обучения во сне. Как бы они ни пугали его. В те несколько раз, когда это было слишком тяжело, Луна обнимала его, как обнимала любого, кто нуждался в утешении. Она тихонько шептала ему: "Это был всего лишь сон", позволяя своей магии смягчать самые тяжелые травмы, пока они не проходили. Уроки были усвоены, навыки сформированы, а воспоминания об этом событии смягчились.

Ни у кого из членов Ночной стражи, ни у кого из фаворитов Луны не было посттравматического стрессового расстройства, что бы с ними ни случилось. Луна гораздо больше заботилась о духе и разуме тех, кто посвятил себя ей, чем о простых пони. Ночная гвардия знала, что у них не может быть секретов от их суверена. Луна видела каждое желание, каждое стремление, каждую извращенную фантазию и никогда не осуждала никого из них. Лишь поступки каждого заслуживали либо похвалы, либо возмездия.

Он жалел Солнечную гвардию за всю ту волокиту, через которую им приходилось проходить. В Ночной гвардии все было по приказу Луны, и свод правил гласил: не делай плохих вещей хорошим пони, спасай Эквестрию и делай то, что говорит Луна.

Наконец те, кого он ждал, вышли на улицу. Что-то в том, как они двигались, было неправильным. Как будто они хотели куда-то идти, но копыта не позволяли. Поскольку культ, на который он охотился, по слухам, использовал контроль над разумом, это могло быть серьезной зацепкой.

Скользя от одной тени к другой, играя с ними в салочки словно жеребенок, он оставался незамеченным. Ему очень нравилась фестральная магия, которой его благословила Луна. Если бы совет благородных узнал, что Луна использует свою магию для эффективного создания гибридных пони, они бы просто взбесились. Он почти хотел сказать им об этом, чтобы посмотреть, как они отреагируют. Из-за одного гибрида в РСКГ дворяне даже ходатайствовали о закрытии всего отдела, но Селестия даже не позволила этому вопросу попасть в повестку дня.

Когда он следовал за ними, было видно, что Ванхувер был в полном беспорядке со всей Солнечной гвардией в нем. Даже когда они старались быть незаметными, жеребцы в своих золотых доспехах были видны почти повсюду. Они были слишком слепы, чтобы понять, сколько страданий они причиняют. Не позволяя пони, которые выглядели нежелательно или немного сомнительно, заниматься своей обычной повседневной жизнью, некоторым из них стало трудно даже достать еду. Если пони имел несчастье быть бедным или быть замешанным в нескольких мелких преступлениях, это не означало, что он плохой пони. Но так думали святоши, поклоняющиеся Селестии, думая о Солнечной гвардии. Он видел лишь двоих из Солнечной гвардии, которые хотя бы заступились за Ночную гвардию, когда о них говорили гадости. Гибрид из РСКГ была одним из них. Интересно, подумает ли Государыня Луна о приобретении ее для Ночной Стражи?

Только за первый день своего расследования он видел, как трое низкооплачиваемых работников потеряли работу из-за опоздания, поскольку Соляры задержали их на контрольно-пропускных пунктах. Он сделал мысленную пометку, чтобы кто-нибудь из пони проверил их и убедился, что с ними все в порядке. Он расскажет о происходящем Луне, когда будет спать в следующий раз.

Его цели остановились у кофейни и сделали такой же большой заказ, как и вчера. Получив более чем достаточно для двадцати пони, они продолжили путь. В отличие от вчерашнего дня, они остановились у сенобургерной, собрав еще один большой заказ на дорогу. Поскольку в обоих местах заказы были уже готовы, они, должно быть, заранее договорились об этом. Дополнительная еда означала, что пони будет больше.

Несмотря на то, что эти пони были явно под контролем, Соляры просто пропустили их. Еще один пример того, насколько бесполезны они были, как они могли не видеть, что что-то не так с этими пони? Неужели они обучают их чему-то другому, кроме как выглядеть внушительно и стоять на месте? — подумал он.

К сожалению, магия на их доспехах не позволила ему увидеть, с кем он имеет дело, только те, у кого были солнечные доспехи, могли по-настоящему разглядеть личности пони под чарами униформы. Даже его заколдованные глаза не могли видеть дальше этого эффекта.

За то время, что ему пришлось слушать, никто из гвардейцев не назвал ни одного имени, поэтому он только мог сказать, когда и где он их видел, и он обязательно сообщит об этом.

Его цели двигались дальше, направляясь к жилому дому, у которого стояла пара громоздких земнопони, стоящих на страже. Учитывая, что в здании не было ничего особенного, охранники выглядели неуместно. Неужели эти жеребята пытаются попасться?

С помощью зрения он обследовал все места и искал способы пробраться незамеченным, в здании находилось около сорока пони, его внимание привлекла вспышка золота. Сфокусировавшись на ней, он увидел, что один из пони в здании лежит на полу в небольшой комнате. Судя по неудобному положению, он был связан.

Вспышка золота снова появилась изнутри пони, это был скрытый маркер, используемый для идентификации агентов Солар под прикрытием. Что ж, это делает ситуацию более интересной, как этот жеребенок дал поймать себя?

Ему было интересно, сколько прав на хвастовство получит Ночная Гвардия, вытащив этого агента из огня, в который он сам себя загнал.

Чтобы попасть внутрь небольшого шкафа, достаточно было сделать простой теневой шаг. Затем он выскользнул в комнату. Переключив зрение на заклинание, позволяющее прекрасно видеть в темноте, он осмотрел ее более подробно. Она действительно была связана и находилась в довольно неудобном положении. Без света в маленьком помещении он не мог определить, какого она цвета, но мог различить каждую деталь ее фигуры.

Освободив ее от уз, он, по крайней мере, привел идиотку в более удобное положение. Однако его попытки разбудить ее не увенчались успехом. После минутного раздумья он подумал, не было ли это своего рода уловкой или проводимой операцией. Надо бы проверить, прежде чем спасать ее.

Он приложил свой рог к ее лбу и произнес заклинание, которому его лично научила государыня. Он должен был использовать его для инструктажа на миссии и передачи отчетов между Ночными Стражами, но здесь его можно было использовать, чтобы выяснить, как и почему она здесь.

Заклинание завершилось, и бодрствующий мир померк, когда он вложил в ее сознание вопрос: "Почему ты здесь?"

* * *

Рейвилин Лайт, агент РСКГ номер семь была в плохом настроении. Обычно, отсутствие возможных зацепок — единственное, что тормозило расследования. Пейпер Пушер запер свою гибридную подружку в кабинете со всеми досье, которые когда-либо удалось собрать РСКГ. Теперь, когда вся бумажная работа выходила из этого запечатанного офиса, проблема была обратной. Было слишком много зацепок, слишком много, и Селестия хотела, чтобы все они были расследованы, прямо сейчас.

К сожалению, из-за всех возможных вещей, которые могли быть там, какая-то яркая выскочка нарушила порядок. Это заставило всех крыс уйти под землю, в некоторых случаях буквально. Казалось, что дворяне делают все возможное, чтобы усложнить жизнь агентам. Поскольку все Солнечные Гвардейцы, облаченные в зачарованные золотые доспехи, были повсюду, плохие парни и большинство информаторов РСКГ ушли на дно. Вы думаете, они понимают, что пластинчатая броня не является дискретной.

Даже пони, продававшие сомнительные журналы, закрыли свои магазины и отправились за город.

После того как ее остановил очередной патруль стражи, у агента РСКГ дважды проверили документы. Ей сказали сделать новую фотографию, так как она выглядела намного старше, чем на фотографии в удостоверении личности. Единственная причина, по которой она выглядела старше, — это морщины под глазами из-за стресса.

Наконец, ей удалось вернуться в ночлежку, которая, к счастью, не было занесена ни в одну книгу, а то бы уже дюжина Солнечных гвардейцев использовала ее в качестве гарнизона.

Она проскользнула в потайную комнату в задней части, испустив многострадальный вздох при виде ожидавшей ее работы. Стопка мест, которые ей предстояло исследовать до конца дня, была, по меньшей мере, такой же толстой, как ее копыто. Но работа должна была быть сделана. Иначе ее бы ей не прислали.

На каждое из них должны были уйти недели тщательного проникновения и налаживания связей. Однако, из-за давления сверху, приходилось идти короткими путями.

Прочитав и запомнив каждое место, она сожгла бумагу, оставив лишь пепел. Она добавила его в камин, чтобы он выглядел так, будто им пользовались.

С информацией о дюжине мест, которые, по ее мнению, она могла бы исследовать, она проверила свой внешний вид. Посмотрев в зеркало, она увидела свою маскировку: шерсть была выкрашена в бледно-голубой цвет, а грива — в прекрасный фиолетовый. Ее кьютимарка была изменена и теперь выглядела как куст с голубыми ягодами, а не как обычный луч света, пронзающий мрачное небо.

Если бы у нее было время, она могла бы взять на себя разные личины для каждого места, но сегодня, к сожалению, ей придется уничтожить эту личину. Невозможно было бы скрыть, что за один день она посетила столько сомнительных мест.

Она оглядела то, что было ее домом в течение последних нескольких месяцев, и некоторые из этих мест ей даже нравились, и у нее здесь были, по крайней мере, несколько пони, которые считали ее своим другом.

Она, как и многие агенты, завидовала агенту Свити Дропс. Агенту, который мог оставаться на одном месте годами, подружившись почти со всеми пони в городе, где жил Элемент Магии. Как много из этого было запланировано? — подумала она. Поставила ли она себя в такое положение, чтобы быть известной Элементу Магии, только для того, чтобы другим пони было сложнее заставить ее двигаться дальше?

Посмотрев на единственную фотографию со своими бывшими друзьями, она начала собирать остальные фотографии, воспоминания и маленькие сувениры, складывая самые ценные в сумку. "Жизнь агента никогда не бывает скучной",  — сказала она одной фотографии, заправляя ее в свою гриву.

Иллюзия на ее роге на мгновение померкла, когда она использовала заклинание уменьшения, чтобы все ее сувениры поместились в небольшой мешочек, который она закрепила в своей гриве.

Наконец, готовая, она вышла из своей комнаты и направилась в главную часть недорогого многоквартирного дома. Это будет последний раз, когда Блю Берри увидит это место. Она сокрушалась о том, что ей предстоит потерять.

В здании все еще работал администратор. Она поблагодарила его и улыбнулась. Положив на стол мешочек с монетами, она оставила чаевые, зная, что это будет последний раз, когда она разговаривает с шахматным мастером, с которым она иногда проводила время. Каждому пони есть что скрывать. Она вспомнила, как он смущался своего мастерства в игре и как он был бы очень расстроен, если бы она рассказала кому-нибудь из пони о его способностях.

Последние десять лет он, сам того не подозревая, играл в шахматы по почте с Принцессой Солнца, никогда не зная, с кем играет. Она догадалась об этом, когда увидела записи об игре на столе принцессы.

Оказалось, что принцесса играла во множество подобных игр, выбирая, похоже, по одному пони для игры в каждом поселении. С некоторыми она общалась через бумаги, с некоторыми — письмами, совсем не похожими на ее роговой почерк. Один или два, по-видимому, даже смогли узнать, кто их противник, и обратились к Селестии по поводу игры.

Она часто задавалась вопросом, не было ли это своего рода тестом. Ходили слухи, что по крайней мере один из аналитиков в Кантерлоте был завербован за хорошую игру. Возможно ли, что именно по этой причине в РСКГ пустили пони-гибридов? Несмотря на то, что у них не было возможности следовать правилам униформы?

Получит ли однажды администратор письмо с приглашением сыграть с ним в Кантерлоте? Он бы умер от шока, — подумала она, с трудом скрывая смех.

Блу Берри помахала копытом, прежде чем выйти через дверь во внешний мир.

* * *

Первые места в списке оказались пустышками, это были места, где могли произойти ужасные вещи. Но благодаря работе РСКГ все было сведено к минимуму. Эти места были пусты, как будто их владельцы приложили некоторые усилия, чтобы скрыть себя.

Следующим местом, куда ей предстояло заглянуть, был большой двор. Увидев состояние здания, она вспомнила, что мать хотела, чтобы она сделала более нормальную карьеру. Обычная карьера не давала особых поводов для прогулок и поиска скрытых вещей. Как она собиралась отправиться на поиски приключений или сделать что-то, что действительно могло бы помочь обеспечить безопасность в Эквестрии, если бы она так поступала?

Повернув за угол, она увидела в периферийном зрении большого земного пони с меткой в виде черепа под железным копытом, охранявшего дверь. Что за пони имеет такую метку? — подумала она.

Агент двинулась дальше, не подавая признаков того, что хочет задержаться. Намеренно игнорируя затаившегося охранника, она словно не замечала мощный арбалет, спрятанный за мусорной корзиной, но все еще находящийся в пределах досягаемости. Оружие, которое определенно не предназначалось для самообороны. Это место защищено лучше, чем я думала. Но почему? — подумала она.

Она двинулась дальше, и ей пришлось долго идти, чтобы никакие другие охранники не могли застать ее врасплох. Она должна была вернуться позже и попытаться понаблюдать, прежде чем предпринимать какие-либо действия. Она подумала, что у нее аллергия на арбалетные болты.

Соленый воздух помогал скрыть любые другие запахи. Если бы она не рыскала одна по плохой части города, то могла бы назвать эту прогулку расслабляющей.

"Все было гораздо проще, когда…" — начала говорить она про себя.

Звук копыт позади нее прервал ее слова.

"Что такая красотка, как ты, делает здесь?" — сказал тот самый крупный земнопони, который, очевидно, следовал за ней.

Она улыбнулась и медленно подошла к нему. "Вопрос в том, достаточно ли у тебя бит, чтобы это выяснить?" — спросила она, придав своему голосу соблазнительное мурлыканье.

Он замер на мгновение, язык его тела смягчился. Он явно больше не видел в ней угрозы. Хорошо, так будет проще, — подумала она.

Он придвинулся ближе: "У меня более чем достаточно для тебя…" Он начал наклоняться ближе.

Она зеркально повторила движение, приближаясь к нему, словно для поцелуя. Она обхватила его ногу, притягивая их ближе. Брошенное в упор нокаутирующее заклинание с шипением пронеслось по воздуху, опалив его плащ. Он попятился назад, ошеломленный, но устоявший на ногах.

Резко выдернув его ноги из-под себя, она ударила копытом в сбоку его головы, после чего последовала еще пара нокаутирующих заклинаний. В Тартар земных пони с их выносливостью, — подумала она, задыхаясь. Прошло всего несколько секунд, но ее сердце колотилось. Она была настоящим шпионом, следователем, а не каким-то секретным агентом из комиксов. Все должно было пойти не так.

С помощью своей магии она наложила заклинание связывания, скрепила все четыре его ноги и потащила его к большому мусорному контейнеру в переулке. Посмотрев на мусорный бак, она сдалась и просто затащила его за него — она никак не могла затащить такого большого пони в мусорный бак.

Чтобы выиграть немного времени, она заткнула ему рот и завязала глаза. Она надеялась, что оставшиеся здесь ничтожества не сделают большего, чем ограбят его, но у нее не было времени брать его в плен.

Она наложила на себя заклинание невидимости, достала из седельных сумок мягкую обувь и надела ее. Глухой стук копыт по мостовой, когда она скакала галопом, был вполне достаточен, чтобы слиться с фоновыми звуками города.

Не теряя времени, она использовала заклинание взлома замка и начала обыскивать здание, которое охранял бандит. Другие защитники, находившиеся снаружи по другую сторону здания, не обращали на нее внимания, продолжая беседовать о хуфболе.

К счастью, ее особым талантом было находить спрятанные вещи, а также те, которые, по всей видимости, были сокрыты. Поэтому у нее хорошо получалось находить вещи, спрятанные в секретных отсеках, находить тайные проходы и укромные места. Хотя, как кто-то из пони думал, что сможет спрятать все контрафактные магические предметы под половицей, это еще вопрос. Чтобы найти их, достаточно было бы подобраться к ним с рогом.

Она собрала все, что могла, в свой пространственный карман. Теперь он был полон украденной еды, инструментов, оружия, свертков с множеством вещей, о которых она не имела ни малейшего представления. Некоторые из них будут возвращены владельцам, остальные окажутся в хранилище улик. Скорее всего, их заберет Ночная Принцесса и запишет как очередное "исчезновение" в хранилище улик.

Последние найденные предметы заставили ее задуматься: это была коллекция магических записей, от одного взгляда на которые ее бросало в дрожь. Несмотря на всю ее подготовку, найти магические тексты, написанные кровью на изодранной шкуре пони, было не тем, что можно просто проигнорировать.

Она не была экспертом в этом виде магии, но могла понять, что это плохие новости. Судя по тому, насколько сложными они были и насколько большим должен был быть массив заклинаний, это, вероятно, была еще одна атака, подобная той, что произошла в Мэйнхеттане.

Легкая пульсация магии прошла над ней, она напряглась и переместилась в укрытие, несмотря на то, что была невидима. Ее талант находить укромные места также помогал ей находить места, где можно спрятаться самой.

"Где Скалл Крашер?" — раздался голос внизу.

Агент Семь осторожно и медленно пробиралась к окну, оно было немного наклонным, но это была самая верная возможность скрыться.

Она слышала топот копыт внизу, и если уши ей не врали, то один из них приближался к лестнице.

Она зажгла рог и, используя свою ауру, медленно начала открывать окно. Магический импульс снова пронесся над ней. Она не узнала заклинание, но не нужно было быть Твайлайт Спаркл, чтобы понять, когда тебя заметили с помощью магии.

Черт возьми, — подумала она, перепрыгивая через несколько ступенек и пикируя на все еще закрытое окно. Кинетический взрыв вырвался из ее рога, разбил его, отправив стекло в ночной воздух, за которым вскоре последовала бескрылая пони.

Когда земля устремилась к ней, она вспомнила о своих тренировках, подготовила большой кинетический взрыв и позволила ему стать размытым по краям.

Она слышала, как пони внутри здания скачут и кричат. Они направлялись в комнату, которую она только что покинула. Если только у них не было крыльев, ей нужно было только добраться до следующей улицы, и она была бы в безопасности.

Заведомо неисправное заклинание кинетического взрыва вырвалось из ее рога, ударилось о землю и разлетелось обратно рассеянной волной силы.

Она повернула свое тело и начала перебирать копытами, чтобы после приземления взлететь галопом, надеясь, что правильно рассчитала силу заклинания. Она ненавидела физическую часть своих тренировок.

Неведомый магический импульс повторился, но на этот раз он, казалось, осел на ней, ее конечности стали тяжелыми, сердце сжалось, как будто, сколько бы оно ни билось, оно не могло перекачать достаточно крови.

Она пыталась бороться с заклинанием с помощью собственной магии. Пытаясь заставить свое тело двигаться, она чувствовала, что с каждой попыткой у нее внутри что-то разрывается. Прежде чем она успела впасть в отчаяние и проверить, не разорвет ли ее на части от слишком сильных попыток, она удалила свое заклинание.

Влияние размягчающего заклинания было подобно падению в желе, если бы оно было сделано из теплого воздуха, но все же замедляло тебя. Проваливаясь сквозь него, теперь совершенно не в силах двигаться, она была очень рада, что это была магия, а не десерт. Утонуть в желе было бы очень неловко.

Она улеглась на бок в очень неудобной позе. Она даже не могла пошевелить хвостом, чтобы сохранить свою скромность от пони, которые, как она слышала, подходили к ней сзади. Она хотела бежать, хотела ударить своей магией, но не могла даже вздохнуть.

Мир начал темнеть, прежде чем знакомый звук разрывающего воздух оглушающего заряда дал о себе знать, что ускорило ее падение в темноту бессознательного состояния.

* * *

Страйкер моргнул, отпрянув от стоящего перед ним агента. Он не ожидал, что видение будет настолько интенсивным. Он положил копыто на сердце, все еще чувствуя боль от магии крови, сжимающей кровоток агента. Он лишь хотел знать, не помешает ли ее спасение ее миссии. Прочувствовав все, что ей пришлось пережить, с точки зрения первого лица, он теперь знал.

Заклинания, которые она держала в кармане, были гораздо важнее, чем разборки со здешними пони. У него не было способа добраться до них без ее согласия, так что спасательная операция состоится. Пора изображать из себя лихого героя и надеяться, что она не ударит меня по лицу, пытаясь сбежать от моей попытки спасения.

Сделав глубокий вдох, чтобы успокоиться, он приготовился тенью выйти оттуда. С пассажиром всегда было намного сложнее. Он не хотел использовать дополнительный резерв магии, которым его благословила Государыня. Это было нужно в экстренных случаях, а это было просто неприятным моментом.

Позволив своей силе накопиться, он обхватил агента конечностями. Закрыв глаза, он почувствовал, как мир уходит у него из-под ног, и они оба провалились в тень, оставив комнату и культистов далеко позади.

* * *

Его тело все еще дрожало от недостатка магии. Он многое использовал, чтобы добраться сюда. Он спрятался в сломанной часовой башне. Все эти механизмы делали это место похожим на логово злодея из комиксов.

Он завернул агента в одеяло и сел как можно дальше от нее, ожидая. Ему нужно было поспать, чтобы сообщить своей Государыне о случившемся, но, зная его удачу, если он это сделает, она проснется и либо убежит, либо нападет на него.

Его аура потянулась, доставая манго из коробки рядом с ним. С тех пор как он изменился, эти фрукты стали слишком вкусными. Его клыки впились в сочную мякоть. Он предпочитал использовать свои клыки на фруктах, а не на пони. Это было слишком личное. Использовать в бою копыта — это одно, а рот… он решил, что привыкнет, ведь он уже много раз видел, насколько эффективными могут быть клыки фестрала в бою.

Он наблюдал за своей солнечной гостьей, поедая манго за манго, радуясь, что он единорог. С тем количеством энергии, которое пони мог сжечь, используя заклинания, это давало ему всевозможные оправдания для того, чтобы есть фрукты.

Медленно агент Солар начала шевелиться, с ее губ сорвался стон.

"Добро пожаловать обратно в страну свободных, Лайт", — сказал он, надеясь, что его приветствие успокоит ее.

Она медленно огляделась. Он заметил в ее глазах страх, но он был усмирен ее тренировками. Она уже заметила два выхода из комнаты и небольшую кучу его оружия и доспехов в углу. Хорошо, я надеялся, что она их заметит, — подумал он, зная, что это придаст уверенности в том, что он — Ночной Страж. Не то чтобы она не заметила его ночные черты.

"Откуда ты знаешь имя, Любовник Ночи?" — спросила она, пристально глядя на него.

Раздраженно дернув ушами, он уставился на нее своими прищуренными глазами. "Так это благодарность за то, что я спас тебя?"

"Я…" — начала она, прежде чем он прервал ее.

"Что мне нужно, так это взглянуть на те магические записи, которые ты забрала у моих целей. Я знаю, что ты спрятала их в своем кармане, а без них я не могу продолжать расследование".

"Как я могу верить, что ты не в постели с культистами?"

"Ради Луны, мы не секта Найтмер Мун", — сказал он, пылая гневом. По крайней мере, уже нет. — добавил он про себя. "Послушай, ты хочешь спасти этот город или позволить ему сгореть в огне, если ты не заметила, Твайлайт Спаркл здесь нет, и если мы не узнаем, где они собираются делать это… что бы они ни собирались делать, нам, возможно, придется обновить карту Эквестрии".

Она сделала успокаивающий вдох, и он увидел, как она пытается его прочитать. Большинству пони было сложнее распознать эмоции и честность фестралов. Ему было интересно, как много из этого передалось ему.

"Отлично", — сказала она, выхватывая своей аурой из коробки одно из его манго. "Итак, кто ты?"

Он проследил глазами за украденным фруктом, и ему потребовалось больше усилий, чем он хотел признать, чтобы не применить к ней оглушающий заряд, чтобы спасти свое угощение. Он взял еще один фрукт из коробки и откусил от него кусочек, пока соблазн не стал слишком велик.

Небрежно отсалютовав копытом, он ответил. "Страйкер".

Она кивнула, и язык ее тела перешел в хорошо отработанную профессиональную манеру. С ней будет невесело, но, по крайней мере, если она останется вежливой, мы сможем работать вместе.

"Так откуда ты знаешь мое имя?"

"Ты ведь знаешь, что Селестия повесила метки на своих агентов, не так ли?" Он спросил, надеясь, что она не спросит, есть ли на этих бирках имена.

Выражение замешательства на ее лице сказало ему, что он в безопасности, она явно не знала о них.

"Послушай, чтобы Ночная Гвардия не… причиняла неудобств тем из вас, кто находится под прикрытием, она позаботилась о том, чтобы все вы были помечены. Это одна из тех вещей, которые мы должны проверить, прежде чем делать что-то серьезное".

Ее уши слегка опустились. Значит, она еще одна, кому не нравится то, что мы делаем.

"Итак, заклинание?" — спросил он.

Она зажгла свой рог, и на пол легли куски затвердевшей шкуры пони. Она, казалось, отшатнулась от них, мордочка сморщилась от отвращения.

Страйкер подошел и внимательно посмотрел на них. "Итак, что ты знаешь об этих штуках?" Он указал копытом на заклинания.

"Не много, у меня не было времени изучать их до… до моего маленького вынужденного сна", — сказала она, встала на копыта и подошла, обратив свой взор к тексту заклинания, держа лицо как маску. "Я знаю, что для размещения этого внешнего кольца рун понадобится, по крайней мере, небольшой склад". Она указала на секцию.

Он проследил, куда она направила его внимание. Он сетовал на недостаток образования, хотя знал заклинания, которые умел произносить, очень хорошо. Луна даже похвалила его за владение двумя из них. Но когда дело дошло до магической теории, он практически ничего не знал. Его взгляд уловил изъян на поверхности кожи пони, на которой была сделана надпись. Он зажег свой рог, позволяя магии улучшить его и без того острые глаза, и отпечаток слов стал четким.

> Три-один-девять Восточная улица. Не забудьте взять с собой вещи, все может быть готово через десять дней.

Он усмехнулся, показав клыки: жеребята написали записку, лежащую поверх текстов заклинаний, и оставили адрес.

"Что?" — спросила она с раздражением, глядя на его ухмыляющееся лицо.

"Я знаю, куда они направляются", — ответил он, пряча клыки, но сохраняя ухмылку.

"Как ты могла узнать это из этого заклинания?"

"Они записали адрес поверх него".

Она моргнула, он увидел, как ее копыто начало подниматься, и понял, что она чуть не сделала фейсхуф. "Итак… меня захватила кучка дилетантов".

"Они злые культисты, которые поклоняются Сомбре, а не агентам. Ожидай безумную магию и полное отсутствие здравого смысла".

Она медленно кивнула. "Так что ты хочешь делать теперь?"

"Я рад, что ты спросила. Мы собираемся заглянуть и посмотреть, что мы сможем увидеть".

"Только мы вдвоем?" — спросила она в недоумении.

Он наклонил голову, и посмотрел на нее: "Ты хочешь пойти одна?"

"Нет… нам нужно подкрепление, чтобы справиться с чем-то подобным",  — настаивала она.

"Как только мы посмотрим и увидим, как далеко они зашли, мы поймем, сколько и какое подкрепление нам нужно".

Она все еще выглядела сомневающейся: "Почему ты думаешь, что мы, вообще, справимся?"

"Пробираться незамеченными — вот что лучше всего получается у Ночной стражи…"

"Они смогли найти меня, когда я была невидимой", — прервала она.

"Значит… мне нужно беспокоиться о каком-то магическом обнаружении?" — спросил он, уже зная ответ из ее воспоминаний.

"Да, это был импульс энергии, который я не распознала, они использовали его каким-то образом, чтобы парализовать меня".

Страйкер кивнул, "Спасибо, это будет полезно. Ты заметила, какой у него радиус действия?"

Она покачала головой. "Я не была достаточно близко, чтобы сказать, как далеко он пролетел".

Он направился к ней и начал надевать свою броню. "Итак, ты идешь?"

* * *

## 27. Знамения

* * *

Прошла неделя, прежде чем Луна разочаровалась настолько, что обратилась к своему самому мощному, но наименее надежному методу получения информации. Она парила в воздухе своего Бастиона над дюжиной сфер снов. Она втянула их в свой Бастион, чтобы использовать способность, о которой никто из пони и не подозревал. Все души, которые она видела, обладали одной способностью — чувствительностью к ветрам судьбы, которые иногда можно было почувствовать в царстве снов.

Но всегда было досадно, что как только пони узнавали, что у них есть эта способность, они ее теряли. Пока Луна не обнаружила свою способность, ее бормотание во сне много раз использовалось для предсказания будущего. Она сделала небольшую паузу и подумала, могла ли Литтл Стар унаследовать этот дар. Будет ли неправильным или правильным держать ее в неведении, чтобы сохранить эту способность, если она проявится?

Она взмахнула копытом, все шары, кроме одного, сложились в узор, и нити магии Луны образовали между ними паутину, создав ловец снов, ее Ловец Пророческих снов.

Луна рассмотрела белую сферу последней кобылы. Это была интересная кобыла, одна из немногих гибридных пони, переживших раннее жеребение. Ее талантом было находить закономерности в, казалось бы, хаотичных вещах и использовать их для решения всевозможных головоломок. За эту способность ее и завербовали, чтобы она помогала агентам Селестии.

Судя по тому, что видел ее охранник, эта кобыла иногда проявляла удивительно хорошие инстинкты. Возможно, она постепенно осознавала свою способность. Луна гадала, сколько времени пройдет, пока она не убедится в ней настолько, что она перестанет работать. Ей не хотелось думать, сколько авантюристов, оракулов и пророков погибло из-за того, что их "удача" закончилась.

Эта Кэндис практиковала магию и единорога, и пегаса, имея два отдельных источника. Возможно, это было связано с душой ее близнеца, которая слилась с ней в утробе матери. У нее было два полных набора лей-линий, которые не соприкасались, а закручивались друг вокруг друга. Она могла быть создана намеренно, но поскольку в ней не было следов магии аликорна, это было крайне маловероятно. Если только это не дело рук Дискорда… что могло бы объяснить его интерес к ней. Но если это правда, то она упала далеко от древа хаоса.

Дискорду доставляло удовольствие разыгрывать ее и доставлять ей неприятности. Хотя кобыла казалась довольно стойкой и просто принимала это как должное, даже умудряясь подшучивать над ним в ответ. В итоге она держала в столе пончики специально для Дискорда. Учитывая ее талант находить порядок в хаосе, это имело смысл: она была естественным врагом Дискорда. Если бы не его исправление, он, скорее всего, убил бы ее или даже хуже. Именно из-за его интереса Луна всегда так настороженно относилась к тому, чтобы включить ее в состав Ловца Пророческих снов.

Она покатала сферу по копыту и по прихоти добавила ее в Прорицатель. Паутина обхватила ее и засветилась, когда она активировалась.

В мгновение ока перед Луной возникла кричащая морда кобыльего скелета, облаченного в золотой кристалл, с глазами пурпурного пламени, горящими яростью.

Несмотря на вспышку страха, прокатившуюся по ее венам, Луна была слишком опытна, чтобы замереть. Ее защита мгновенно встала на место. Она успела лишь увидеть, как изображение померкло, даже не долетев до нее. Как же она надеялась, что это всего лишь еще один из так называемых "прыжковых испугов" Дискорда.

Она провела долгую минуту, приводя себя в порядок, прежде чем перейти к следующей задаче. Не стоит допускать, чтобы ее дары были осквернены.

Луна поцеловала каждую сферу, когда помещала их обратно в небо своего Бастиона, возвращая их в царство грез, благословленное самыми сладкими снами за их неизвестные заслуги.

Когда она помещала сферу Кэндис, она мельком взглянула на сон. Желание обладать принцессой — не редкость, но и я, и Твайлайт? Она амбициозна, — подумала она с забавной ухмылкой. По крайней мере, у нее хороший вкус.

"Ну, если это та мечта, что она жаждет", — сказала Луна, позволяя своей магии скорректировать сон, благословляя воображаемых Луну и Твайлайт своим многолетним опытом.

Она взглянула на небо Бастиона, и ее улыбка угасла, а глаза превратились в щели, когда она снова сканировала небо в поисках сна убийцы Твайлайт.

* * *

Спустя много часов Луна оставила свои поиски в царстве снов. Теперь она пила чай с Кейденс, которая сидела напротив нее. Луна использовала магию, чтобы игнорировать потребность своего тела во сне. Это замедляло скорость восстановления ее сил, но в данный момент это не было большим недостатком.

"Так ты все еще не можешь его найти?" — спросила Кейденс.

Луна покачала головой. "Я боюсь, что он знает о моих талантах и как-то скрывает себя".

"Что ты собираешься делать, тетя?"

"Эта охота еще не закончена. Моя ночная гвардия охотится за ним. Он будет найден", — заявила она.

"Что ты собираешься делать, когда найдешь его?"

"Тебе лучше не знать", — сказала Луна ровным холодным голосом.

Кейденс скрыла свой дискомфорт, отпив из чашки и сменив тему. "Как дела у Твайлайт?" — спросила она.

"Они… интересные".

Кейденс подняла бровь: "И это твой ответ?"

"Это правда".

Игривый взгляд розового аликорна побудил Луну продолжать.

"Мы разговаривали, я думаю, она что-то планирует, но она не хочет мне говорить и категорически запретила мне пытаться это выяснить".

Кейденс выглядела задумчивой. "Значит, она относится к этому серьезно", — она хмыкнула, прежде чем продолжить. "Даже если то, что она организует, окажется пустышкой, постарайся оценить это".

"Я думаю, она справится со своей задачей. Теперь у нее в помощницах моя бывшая “спутница”. Она знает мои предпочтения лучше, чем кто-либо другой", — сказала Луна, пытаясь скрыть небольшое беспокойство, которое она испытывала всякий раз, когда думала о том, что Найт — одна из спутниц Твайлайт.

"Ты можешь ей доверять", — сказала Кейденс, положив утешительное копыто на копыто Луны.

"Ты уверена?"

"Это мой талант и моя сфера деятельности. Я знаю любовь и могу заглянуть в их сердца".

"Возможно, это просто моя ревность, мой бастион был таким одиноким местом после моего возвращения", — размышляла Луна.

"Так может, тебе стоит посетить их бастион или пригласить их в свой?"

Луна кивнула. Это была очень личная просьба, но учитывая, что они собирались пожениться… Это была привлекательная идея, но она все еще немного беспокоилась о том, как отреагируют Твайлайт, Найт и Дримс.

Кейденс прервала ее размышления. "Есть мысли о том, что ты будешь делать, чтобы завоевать Твайлайт? И я не имею в виду просто пощипать ее за ухо, пока она не растает на твоих копытах".

"Я могу сделать гораздо больше, чем это", — поддразнила Луна.

Свернутая газета поднялась в ауре Кейденс, прежде чем она продолжила, как будто она не угрожала Ночной Принцессе. "Я не сомневаюсь, что если ты хочешь, чтобы это продолжалось долго, тебе нужно сначала разобраться с эмоциональной стороной, прежде чем приступать к физической. Я знаю, что ты была бы счастлива в чисто физических отношениях, но как только Твайлайт преодолеет новизну этой стороны своей жизни, она захочет большего".

Луна изо всех сил старалась думать и не смеяться. Оружие Кейденс было таким глупым. Луна знала, что Твайлайт очень дорожит всеми своими друзьями, но не могла заглянуть в ее сны с тех пор, как пробудилась ее плотская сторона. Скорее всего, это происходило потому, что она не знала, как пропустить других через свою защиту Бастиона.

"Что бы ты посоветовала мне делать?"

"Найди то, что нравится Твайлайт, и всегда помни, что нужно быть собой. Ты не можешь…" Кейденс сделала паузу на мгновение, прежде чем серьезно посмотреть на Луну. "Ты не должна строить отношения любого типа на лжи, надевая маску или играя роль, попытка быть кем-то другим только навредит".

"Племянница, я более чем уверена в себе, мне не нужен такой обман".

"Помни, что Твайлайт тебе ровня, а не одна из твоих пони, и у тебя все получится", — предостерегла Кейденс.

"Теперь, кажется, я обещала позаботиться о твоих лей-линиях".

Кейденс нервно передернулась. "И ты бросила мне вызов, чтобы я не наслаждалась этим".

Взмахнув крылом, Луна приказала нескольким теням развернуться, превратившись в роскошные подушки. "Ложись и расправь крылья, я обещаю, что не сделаю ничего такого, чего бы ты сейчас не одобрила".

Кейденс осторожно подошла и улеглась, расправив крылья, как было велено. "Чего мне ожидать?"

Луна подошла к ней, сохраняя свою обычную дразнящую натуру. Это была простая задача, такая же обыденная, как ежедневное омовение. Как бы она ни была довольна, научив Кейденс, какое удовольствие можно получить, она не стала этого делать.

Луна протянула одно перышко, зарядив его смесью магии земнопони и пегаса. Кейденс проследила глазами за пером, явно почувствовав используемую магию.

"Тетя, пока я не забыла, ты должна научить меня делать это", — сказала она, устраиваясь поудобнее в уютных подушках.

"Конечно", — сказала Луна, позволяя заряженному перу провести вдоль главной лей-линии в крыле Кейденс. Луна наблюдала, как напряглись мышцы ее спины, а затем расслабились, когда с губ племянницы сорвался удовлетворенный возглас.

"О, это приятно, но у меня бывали массажи и получше, это не…"

Луна протянула второе крыло и положила одно перо на прекрасный рог Кейденс. "Приготовься", — предупредила она.

"Почему?" — спросила Кейденс.

Луна точно знала, что делает: в роге Кейденс скопилось огромное количество остатков кристаллической магии, и это потребует много сил. Она медленно переместилась на Кейденс, прижав ее к себе.

"Тетя?"

"Будь спокойна, мне просто нужно быть в состоянии держать тебя неподвижной и противостоять любой магии, которую ты можешь выпустить, когда твой рог будет очищен".

Кейденс сделала успокаивающий вдох, и Луна увидела доверие в глазах племянницы. Благодаря тому, что она могла знать сердца всех пони, она могла быть абсолютно уверена, что ей нечего бояться.

Нависнув над Кейденс и поставив свой рог напротив рога племянницы, она начала.

Тренировки Ночной стражи в стоическом самообладании подверглись испытанию, когда Кейденс отреагировала. Луна знала, что она увидит в некоторых из их снов, когда они будут спать.

* * *

Час спустя Луна посмотрела на распростертую Кейденс. Она все еще мурлыкала, но крылья трепетали от каждого легкого дуновения ветерка, а из рога сыпались маленькие искры. Заметив, что конвульсии прекратились, она использовала магию теней, чтобы завернуть Кейденс в одеяло и укрыть ее.

Привлекательная форма розового аликорна, лежащего в таком виде, немного отвлекала. Если бы не охота за пропавшим учителем и не тот факт, что она скоро выйдет замуж за Твайлайт, у нее было бы большое искушение использовать вместо одеяла свое собственное крыло. Несколько слов, несколько нежных прикосновений клыками, и Луна знала, что сможет заставить Кейденс хотя бы на секунду задуматься о замене Шайнинг Армора.

Луна вернулась к своей картине, над которой она работала, чтобы скоротать время. Это была картина жизни Кейденс, в ее нынешнем состоянии, запечатленная в изысканных деталях. Она могла бы использовать магию, чтобы просто создать образ, но ей больше нравилось работать с крыльями, копытами, ртом и гривой. Так она чувствовала себя более материальной.

Тантабус проскользнула внутрь, выйдя из своей тени. "Не везет?" — спросила Луна.

Казалось, что творение Луны закручивается само по себе. Луна отложила кисть и протянула копыто, ободряюще поглаживая гриву Тантабусу. "Все будет хорошо", — сказала она теплым тоном, не позволяя себе ни гнева, ни разочарования. Тантабус могла подумать, что по крайней мере некоторые из эмоций были направлены на нее.

"Покажи мне отчет".

Тантабус подошла ближе, положив свой рог на рог Луны. В ее голове пронеслись сведения, собранные ее ночной гвардией в Филлидельфии. Было найдено много менее важных проблем, но ничего такого, что нужно было бы решить в эту луну и, возможно, даже в следующую.

"Хорошая девочка", — ласково сказала Луна, снова поглаживая гриву Тантабуса. "А теперь иди и проведай нашу семью в Клаудсдейле". Луна продолжала посылать мысленный образ и ме́ста, и назначенного туда Ночного Стража.

Тантабус кивнула и сделала один шаг назад, а затем снова скрылась в тени Луны.

Луна вздохнула. Ей хотелось разбить что-нибудь или, точнее, кого-нибудь из пони, которого она не могла сейчас обнаружить. Она посмотрела в сторону Кейденс и через мгновение скопировала ее технику дыхания. Что ты знаешь? — подумала она, чувствуя, как напряжение покидает ее.

Она вернулась к своей картине, размышляя: "Теперь… как закончить картину… сделать ли ее произведением искусства или розыгрышем?"

"Не смей…" — пролепетала Кейденс, все еще опьяненная всеми ощущениями, которые она испытывала.

"Или что?" — поддразнила Луна.

Кейденс потратила огромное количество усилий, чтобы тщательно подобрать следующие слова: "Я, расскажу, Твайлайт".

Выражение Луны поникло. "Ты победила".

Кейденс прижалась к окутывающей ее ткани, казалось, что она снова погружается в дрему.

* * *

Некоторое время спустя, закончив свою последнюю работу, Луна почувствовала, что кто-то движется в тени в ее крыле замка. Небольшое усилие воли — и она увидела пони, о которой шла речь. Кэндис приближалась с гораздо большей поспешностью, чем ожидалось, в ее ауре левитировало прискорбное количество бумаг. Луна подумала, что было бы разумно хотя бы намекнуть, что ей не нужно носить их с собой, поскольку ее ночной страж уже получил копию. Увы, она не была одной из своих, она была одной из Селестии, так что определенная доля театральности была ожидаема.

Кэндис огляделась по сторонам в поисках охранников, затем подошла к двери и постучала копытом.

Решительнее, чем большинство, — подумала Луна, используя свою магию, чтобы открыть дверь как раз перед тем, как копыто должно было стукнуть.

Луна понимала, что разыгрывает театральность, но такие вещи были и ожидаемы, и забавны. Единственное, что могла видеть кобыла в темной комнате, — это светящиеся глаза Луны.

Кэндис почти не дрогнула, оправившись от неожиданности с такой быстротой, что большинство пони вообще не заметили бы паузы. Она вошла в комнату спокойная и профессиональная, но, казалось, что-то скрывала.

Луна, почему здесь есть кобыла, которая испытывает к тебе чувства? И почему я застряла за стеной теней? — мысленно обратилась Кейденс к Луне.

Она — один из инструментов Селестии, которая просматривала для меня все файлы РСКГ.

Позволив сиянию своих глаз угаснуть, она приглушила свет, исходящий от магии Кэндис. Луна закрыла дверь и окутала комнату полной темнотой, чтобы ее гостья вообще ничего не смогла разглядеть.

Меня интересует не это… подожди, я знаю ее, именно ее я собиралась подтолкнуть к Твайлайт, пока не узнала, насколько твоя будущая жена не заинтересована в каких-либо отношениях.

Луна подняла бровь. Воистину? Значит, если бы не вмешательство моей сестры, моя Твайлайт была бы с этой кобылой? — обратилась она к Кейденс, стараясь, чтобы удивление по поводу прорицательских способностей Кэндис осталось при ней.

Кэндис продолжала идти в темноту, словно точно знала, куда идет. Подергивание ушей выдавало, как она ориентируется. Луна углубила темноту, поглотив все звуки, оставив пространство в полной тишине. Кэндис, несмотря на тишину, продвинулась почти до нужного места перед своим столом для отчета. Она положила стопку бумаг на пол рядом с собой.

Луна наблюдала за своей гостьей, ожидая ее реакции. Большинство пони не могли долго находиться в полной тишине, даже не слыша собственного дыхания или сердцебиения.

Тело Кэндис расслабилось, на ее мордочке появилась довольная улыбка. Луна моргнула, такой реакции она никогда не видела ни от кого, кроме как от спящих фестралов.

Почему ты с ней играешь? — спросила Кейденс.

Ты думала, что она достойна Твайлайт. Мы узнаем, — ответила Луна.

Луна… — предупредила Кейденс.

Если я сломаю ее, я ее и починю.

Кэндис подождала несколько секунд, прежде чем ее профессиональная поза вернулась. "Лейтенант Кэндис, докладываю, как приказано, ваше высочество", — сказала она, все еще не слыша звука собственного голоса.

Луна на мгновение задумалась, прежде чем усмехнуться. Она склонилась над своим столом, заняв позицию и закрыв глаза. Ее магия протащила Кэндис сквозь тень и поставила жертву прямо перед ней, почти морда к морде.

Крылья Кэндис частично раскрылись, уловив легкий ветерок, ноги опустились достаточно низко, чтобы смягчить приземление.

Вдруг она открыла свои светящиеся глаза-щели, отбрасывая достаточно света, чтобы Кэндис смогла разглядеть очертания морды Луны. Луна была слегка раздражена отсутствием удивления на лице своей жертвы, вместо этого у нее был стоический вид пони, сдающей тест.

Луна с помощью своей магии отодвинула стол в сторону и обошла Кэндис, проведя одним пером по ее спине. Луна видела, как мышцы боролись друг с другом, пока Кэндис заставляла свои крылья оставаться неподвижными. Она изменила темноту, чтобы их голоса были слышны друг другу.

Хмм, в кои-то веки твоя жертва, похоже, наслаждается твоим представлением так же, как и ты. Но это не повод не быть с ней осторожной, — добавила Кейденс.

Прижав мордочку к уху Кэндис, Луна прошептала. "Ты не будешь возражать, если я случайно украду тебя?"

Кэндис тихо, но уверенно ответила: "Для чего бы я тебе ни понадобилась, я не буду против". В ее голосе слышалось любопытство.

"Это довольно бессрочное предложение", — сказала Луна, в ее голосе смешались чувственность и опасность.

Легкая ухмылка на мордочке Кэндис сказала Луне, что она может воспринимать это как пожелает. Хотя легкая дрожь желания не осталась незамеченной.

"Ты смелая малышка", — сказала Луна, позволяя себе голодную ухмылку с намеком на клыки. Она провела крылом по спине Кэндис и снова взмахнула крыльями.

Будь осторожна, ты играешь с ее сердцем! — предупредила Кейденс.

Я знаю, я прекрасно знаю, о чем она мечтает.

Кэндис посмотрела прямо на Луну: "Никто никогда не добивался успеха, будучи робким. Ну, за исключением Флаттершай". Затем она выпрямилась, снова став профессионалом.

Луна придвинулась ближе, почти прижавшись боком к Кэндис, выгнув шею и подставив мордочку почти вплотную для поцелуя. "Почему ты вообще в Солнечной гвардии?" — промурлыкала она. Попытка сломать ее профессиональную маску оказалась по-своему забавной.

Луна наблюдала, как Кэндис медленно вдыхает запах Луны. "Я служу в Солнечной гвардии только потому, что Ночная гвардия в то время была недоступна. Если бы Ночная гвардия обратилась ко мне, я бы, наверное, согласилась".

Луна легким взмахом крыла заглушила внезапное сверхвысокочастотное стрекотание скрытых Ночных стражников.

"Какая ты странная", — сказала Луна, обнимая Кэндис своим крылом и продолжая смотреть ей в глаза. Она увидела, что на лице Кэндис появилась искренняя улыбка. "Ты бесполезно тратишь время на мою сестру", — сказала Луна, ведя ее дальше в затемненную комнату.

Кэндис легко позволила себя провести, похоже, ее вполне устраивало то, как все происходило. "Правила и бюрократия напрасно тратят много пони. По крайней мере, я все еще могу принести пользу, так что я не была полностью растрачена, за исключением пары случаев", — ответила она.

"Ты бы оценила возможность сделать больше?" — серьезно спросила Луна, не показывая своего нетерпения, но в голосе ее прозвучали нотки соблазна.

Тебе не разрешается переманивать пони из Солнечной гвардии. Ты ведь это знаешь? — Кейденс мысленно сделала Луне замечание.

Моя сестра должна мне подарок, так что да, я могу.

Кэндис посмотрела на Луну: "Я была бы очень признательна за такую возможность. Я так понимаю, ты можешь освободить меня от Солнечной клятвы?" — спросила она с надеждой в глазах.

"Это всего лишь мелочь", — непринужденно сказала Луна.

Кэндис улыбнулась, а затем спросила: "Правильно ли я понимаю, что сначала будет тест, чтобы убедиться, что я соответствую требованиям, а затем обучение?"

Луна посмотрела на Кэндис: "Почему ты думаешь, что будет только один?" — сказала она с веселым блеском в глазах.

"Единственное, что я могу тебе пообещать на данном этапе, это то, что я буду работать на пределе своих возможностей", — ответила Кэндис.

"Я не сомневаюсь, что так и будет, если ты хочешь избежать шрамов", — сказала Луна с приятной улыбкой.

С ноткой игривости в голосе, Кэндис ответила: "Ты бы предпочла меня без шрамов?"

"Заслуженные шрамы рассказывают историю, шрамы от тренировок могут преподать уроки, а шрамы от глупости — это просто знак того, что звезды решили оставить тебя в живых", — сказала Луна, подумав о том, сколько шрамов было бы у нее, если бы не ее регенерация.

"Это чистая правда, у меня их довольно много, но мне удалось свести их к единичным".

Луна позволила своим глазам блуждать по телу Кэндис, выбрав самый большой шрам, она провела пером по нему от левого плеча до самого хвоста. "Скажите на милость, что это?"

Кэндис с нежностью вспомнила: "Это от того, что я вытащила жеребенка из-под падающей телеги. Мне тогда было четырнадцать. Меня порезало углом телеги, когда я выскользнула из-под нее. Это было повреждение мышц, разрыв кожи и сломано несколько ребер".

Луна снова задумчиво погладила шрам, гадая, как он зажил. "Значит, есть пони, которым есть за что тебя благодарить, ты все еще поддерживаешь с ними контакт?" — спросила она с любопытством.

Выглядя опечаленной, Кэндис ответила: "Нет, не поддерживаю. Он умер через несколько лет после того, как я его спасла. Его отец сидит в тюрьме из-за халатности, приведшей к смерти. Скажем так, это была не единственная тележка, которая упала на его складе".

Луна сделала паузу, ей никогда не нравилось слышать о гибели жеребят. У смертных пони был такой короткий срок в этой жизни, что сократить его было трагедией. "Я тебе сочувствую", — сказала Луна, и все намеки на игры и испытания исчезли, сменившись торжественным тоном.

Кэндис кивнула и уделила жеребенку минуту молчания. После этого она сказала: "Меня это затронуло. Некоторые из моих первых расследований были связаны с делами о преступной халатности. В итоге законы были ужесточены, а контроль за их исполнением возрос. По крайней мере, из этого вышло что-то хорошее".

Луна убрала некоторые тени в комнате, обнажив несколько подушек в удобном углу. Убрав крыло с Кэндис, она грациозно уселась. "Итак, есть ли у тебя что-то, что ты хочешь узнать? Это последний шанс отказаться от моего предложения", — сказала она и протянула свое крыло, приглашая Кэндис устроиться поудобнее.

Кэндис легла лицом к Луне. "Я знаю, что ты и Твайлайт вместе. Ты, кажется, делала мне тонкие приглашения. У меня есть желание заняться этим, но меньше всего я хочу вставать между вами и вашим счастьем. Я боюсь, что может случиться, если я последую своему желанию. Стану ли я причиной разрыва между тобой и Твайлайт?" На ее лице появился первый намек на беспокойство.

Это был не тот вопрос, которого ожидала Луна. Бросив взгляд в ту сторону, где пряталась Кейденс, она увидела выражение ее лица. На одну часть она была самодовольна, потому что была права, а на две части обеспокоена тем, что может произойти дальше.

Луна снова перевела взгляд на Кэндис. "Учитывая твои мечты и то, как я… поощряла тебя, я не ожидала, что ты спросишь об этом. У тебя светлая голова и сердце, готовое прислушаться к голосу разума", — сказала она, наклонившись ближе.

Кэндис наклонила голову в любопытстве, жестом приглашая Луну продолжать.

"Итак, если бы не было последствий, каковы были бы твои намерения по отношению к моей Твайлайт?"

Со спокойной уверенностью Кэндис ответила. "Видеть, что она счастлива, это все, чего я хочу для нее. Я надеюсь, что смогу приумножить ее и твое счастье. Если мне удастся этого добиться, я буду очень рада. Если нет, то я все равно буду желать счастья вам обеим".

Она честна? — спросила Луна, несмотря на то, что была почти уверена, что это правда.

У тебя появится еще один из твоих любимых Ночных стражей, который будет влюблен в тебя. Да, она честна, даже ты не можешь быть настолько глупой. Ее сердце слишком самоотверженно, чтобы рисковать навредить другому, пытаясь получить желаемое,  — легкомысленно заметила Кейденс.

"Ты уверена, что хочешь быть одной из моих, а не одной из Кейденс?" — дразняще спросила Луна.

Тетя!

Кэндис слабо улыбнулась на этот вопрос. "Честно говоря, я бы предпочла быть и твоей, и Твайлайт, но я не знаю, есть ли такая возможность. Я бы даже была рядом с Литтл Стар в этом идеальном случае".

"Естественно, после заключения брака наши гвардейцы станут разными подразделениями в одном отряде. Поскольку у Твайлайт нет своей гвардии, значит, моя Ночная гвардия будет ответственной и обязанной нам обеим".

При этих словах Кэндис слегка приподняла голову, ее надежда возросла еще немного. "Я готова без колебаний присягнуть вам обеим. Я могу только надеяться, что Твайлайт согласится".

"О, я думаю, она согласится, но ты можешь оказаться подопытной в ее лаборатории с твоей уникальной природой".

"На самом деле я буду рада этому. Мне нравится узнавать о том, как устроен мир и даже мое собственное тело. Это была одна из моих идей для свидания. Спросить, не хочет ли она вместе со мной узнать что-то новое о магии". В голосе Кэндис снова появилось волнение и желание.

"Думаю, по крайней мере, в интеллектуальном плане ей понравится твое общество", — сказала Луна, положив голову на копыта. "Ты можешь стать для нее охранником, которого она захочет держать рядом. Она будет наслаждаться всеми разговорами и экспериментами, которые вы двое можете затеять". Луна пожала плечами. "Только время покажет, будет ли у нее интерес к тебе помимо этого. Сможешь ли ты принять это? Быть так близко к желанной пони и всегда получать отказ?"

"Да, смогу, я готовилась к такой возможности годами. Если все, чего я смогу добиться, это искренней дружбы с ней, то мне этого будет достаточно. Если все, что я могу получить, это должность охранника, тогда я могу оставить эти чувства. Если она проявит интерес, могу ли я ответить ей взаимностью?"

"Я бы только попросила тебя не принимать ее ухаживания, если ее грива горит. Дай ей остыть и потом проверь еще раз".

Тебе действительно стоит делиться всем этим? — мысленно вмешалась Кейденс.

Если в самом маловероятном случае Кэндис окажется ненадежной, она будет жалеть, что не дожила до этого. Так в чем же проблема? — ответила Луна, чувствуя, как Кейденс отшатнулась от смертельно холодного ментального тона.

Кэндис слегка наклонила голову. "Я обещаю следовать твоим советам, хотя меня это смущает. Это из-за особенностей аликорна?"

Луна задумчиво посмотрела на нее. "У нее есть сродство с огнем, что иногда приводит к тому, что страсть или гнев берут над ней верх".

"Понятно. Надеюсь, тогда я смогу придумать, как быстро ее успокоить. Что-нибудь посоветуешь?" — спросила Кэндис.

"Это то, что я все еще открываю для себя. Пока что лучшее, что я обнаружила, — это вразумлять ее, пока она не овладела собой".

Вся дрожь, которую испытывала Кэндис, словно испарилась с ее лица. "Тогда это будет хорошим началом. Я хорошо умею рассуждать".

Как долго ты собираешься держать меня здесь в ловушке? — поинтересовалась Кейденс.

Ты можешь просто телепортироваться, — сказала Луна, немного озадаченная.

Прошло много времени, прежде чем Луна почувствовала пульсацию телепортации уходящего аликорна. Селестии еще предстояло за многое ответить, и Луна даже не подумала о том, что Кейденс может почувствовать себя в ловушке. Ей пришлось сдержать ухмылку, когда она заметила, что Кейденс взяла подушки, которые создала Луна.

Кэндис на мгновение повернула голову в ту сторону, а затем снова посмотрела на Луну, на ее лице не было явного беспокойства.

Луна достала из тени папку Кэндис, на которой было четко написано "не выносить из штаб-квартиры РСКГ". Медленно она пролистала ее.

Кэндис издала небольшой смешок и ухмылку. "Не стесняйся спрашивать обо всем, что тебе нравится. Я с удовольствием отвечу".

"Почему ты так спокойна в моем присутствии? Не кланяешься, не унижаешься, не боишься, что я прикончу тебя даже за кажущееся оскорбление? Как будто ты думаешь, что я обычная пони", — спросила Луна, приподняв бровь.

Кэндис чуть громче захихикала в ответ на вопрос. "Прости. Это потому, что я доверяю тебе, а ты — нормальная пони. Я могу рассказать подробнее, если хочешь". Луна жестом копыта указала Кэндис продолжать. "У тебя все те же потребности, что и у обычных пони. Ты все еще чувствуешь стресс и можешь совершать ошибки. Я также думаю, что ты оценишь пони, который может говорить с тобой как с тем, кто ты есть, а не как с тем, что ты есть. По крайней мере, в непринужденной атмосфере".

"Ты понимаешь, что я могу арестовать тебя за неуважение к короне?" — Луна прервала его строгим голосом, ее глаза сверкали озорством.

"Понимаю. Но я не думаю, что ты действительно считаешь мои слова неуважением", — спокойно ответила Кэндис.

"Неужто?" — дразняще спросила Луна. Она знала, что те из ее охранников, которые могли это слышать, скорее всего, делали ставки на то, как отреагирует Кэндис.

"Если бы ты была из тех, кого это откровенно не устраивало, не думаю, что ты стала бы меня "подбадривать". Кстати, что именно ты имела в виду?" — спросила Кэндис.

Луна улыбнулась, роскошно потягиваясь. "Ты меня раскусила", — сказала она, доставая перо из тени позади Кэндис, и соблазнительно потащила его по тому же пути, который прочертило ее собственная маховое перо. "Вот пример такого поощрения". Она переместила эбеновое перо, чтобы коснуться носа Кэндис.

На мгновение взглянув на перо, Кэндис перевела взгляд на Луну: "Понятно. Так информация о "очистке" твоих лей-линий действительно верна? Я думала, что это просто мое воображение".

Луна оценила стоящую перед ней кобылу, гадая, было ли это ее предвидением или каким-то озарением, полученным от приятного сна, который она ей подарила. "Значит, ты мечтаешь сделать это со мной, коронованной принцессой?" — сказала она, сохраняя нейтрально приятный тон, стараясь не выдать, насколько ее заинтересовала эта идея. Команда смертных пони, работающих вместе, не могла сравниться с одним аликорном, как бы они ни старались отточить свою координацию. Кэндис становилась все более заманчивой. Как моя сестра еще не взяла ее себе в личные слуги?

Кэндис кивнула: "Если сон точен, то это не обычная реакция, а скорее очень чувственная. К тому же это связано со здоровьем аликорнов. Хотя, если инструкции, которые я получила, были реальными, то я могла бы заниматься только твоими лей-линиями пегасов и единорогов".

Луна мысленно выругалась, когда ее крылья непроизвольно поднялись над спиной, слегка расправившись в приглашении. Уже будучи обнаруженной, она взмахнула одним крылом перед собой, предлагая его Кэндис: "Не хочешь продемонстрировать?" — дразняще спросила Луна, возвращая себе контроль над разговором.

Кэндис только кивнула, поднимаясь. Луна чувствовала, как в ее перьях заряжается пегасья магия, а за ней — сила единорога. Расслабившись от ощущения противоположной магии в крыльях, она задумчиво хмыкнула: "Ты уверена, что не хочешь стать одним из моих личных слуг, а не Ночным стражем?"

В то же время Луна заметила, как Кэндис произносит заклинание, и только через мгновение поняла, что это не атака и направлена она на саму Кэндис. Вскоре после этого Луна почувствовала, как хорошо натренированные копыта массируют ее спину и мышцы крыльев. Для смертного у нее это неплохо получается. Мысленно пожав плечами, она издала негромкий довольный звук.

Кэндис продолжила массировать крылья Луны, затем перешла к ее рогу. "Я могу делать и то, и другое, если ты так хочешь", — мягко, но в основном профессионально сказала она на ухо Луне. "Ночной страж все же будет моей главной ролью".

Луна притворно вздохнула. "Тогда, в качестве наказания за твои ужасные действия, за это нападение на мое существо, похоже, у меня не будет выбора, кроме как призвать тебя".

Всплеск силы распространился по лей-линиям Луны, и она почувствовала, как Кэндис напряглась. Луна выгнулась дугой, из нее вырвался довольный вздох, но она сделала над собой усилие, чтобы к нему не присоединился даже намек на стон. Этот экзотический гибрид обладал большей силой, чем можно было предположить из его официального послужного списка, и Луна была благодарна, что сейчас она не скрывает ничего из этого.

Она не ожидала такого развития событий, но Луна не жаловалась. Она не ожидала, что Кэндис получит что-то полезное от сна, который она ей подарила.

Луна перевела взгляд на Кэндис и увидела на ее лице выражение спокойного удовлетворения. Показав клыки, Луна вдруг зашевелилась. Перекатившись и прижав Кэндис к подушке своим более крупным телом, она заговорила угрожающим тоном: "Итак, ты так и не сказала, почему ты готова мне доверять". Придвинув морду ближе, она почти коснулась ею шеи Кэндис. "Расскажи, пожалуйста".

Копыта Кэндис уперлись в основание передних ног Луны. Луна почувствовала, как сердце ее маленькой пони начало биться быстрее, хотя никаких признаков страха не проявилось. Крылья Кэндис слегка коснулись ее бока, но не прижались к ней.

Луна наслаждалась теплом кобылы под ней, вдыхая ее уникальный запах, чистый воздушный запах пегаса, смешанный с легким ароматом магии единорога, создающий нечто совершенно свое.

Кэндис заговорила на ухо Луне: "Я прочитала, что ты делала после возвращения. У тебя было личное время, чтобы восстановиться и набраться сил, но все, что ты сделала с тех пор, было в интересах пони. Ты даже вышла и помогла многим пони напрямую. Треть, может быть, половина твоей Ночной Гвардии, я думаю, это пони, которых ты спасла от гибели. Не благодаря помощи других стражников, а благодаря тому, что они, кажется, почитают тебя, я бы сказала, что ты спасла их лично". Разум Кэндис, казалось, сдерживал явную тягу ее тела.

Луна облизнула клыки, усмехнувшись, когда Кэндис взглянула на них. "Ты очень хорошо информирована… Ты шпионишь за мной?" — спросила Луна, наклонив голову, расправив крылья, впечатляюще демонстрируя себя. "Не могла оторвать глаз от своей принцессы?" — продолжила она, прежде чем игриво укусить Кэндис за горло.

С небольшой заминкой в голосе: "В данный момент нет", — сказала Кэндис, когда Луна заняла все ее поле зрения, — "Но на самом деле, я вовсе не шпионила. Это связи, которые я видела, выполняя свою работу в РСКГ. Информация просто не имела отношения ни к одному из моих отчетов, поэтому она не попала ни в один из них", — сказала Кэндис, предоставив фактам говорить самим за себя.

Значит, моя сестра шпионила за мной, — подумала Луна, зная, что если что-то интересное придет в голову Кэндис, Селестия может просто быстро взглянуть и найти это. Она использовала природу своего сотрудника, чтобы найти то, что ей нужно, вместо того, чтобы оставлять бумажные следы. Классическая Селестия.

"Ты разочарована, что я до сих пор не спасла тебя?" — спросила Луна, ее голос был опасным с намеком на мурлыканье, и она подняла голову, чтобы посмотреть Кэндис прямо в глаза.

Кэндис немного сникла, ее голос звучал слегка расстроенно: "Я никогда не хотела привлечь твое внимание таким образом. Я больше беспокоюсь о том, что мне придется спасать тебя и Твайлайт", — сказала она, похоже, очень желая, чтобы она в чем-то ошиблась.

"Еще даже не присягнула, а ты уже так серьезно относишься к своим обязанностям", — весело сказала Луна, но ее мысли омрачились результатами Прорицания.

Кэндис, казалось, не заметила интонации в голосе Луны. На ее глаза навернулись слезы, когда она что-то вспомнила. "Я люблю вас обеих. Я не хочу потерять…", — всхлипнула она. Обняв Луну за шею, Кэндис несколько секунд просидела с закрытыми глазами, на которых выступили слезы.

Любовь? Она не хочет нас потерять? Что за видение она увидела? — подумала Луна, глядя на расстроенную кобылу. Кончиком крыла она осторожно вытерла ей слезы. Луна посмотрела в глаза Кэндис, когда та открыла их, своими, полными беспокойства. Страх Луны, что в будущем ее ждет что-то ужасное, был надежно спрятан за стенами ее Бастиона.

Кэндис печально посмотрела в глаза Луны. "Прости, мне все время снится сон, в котором Твайлайт атакует мощный энергетический взрыв. Ты тоже пострадала, и от вас обеих остались одни скелеты".

Луна замерла, даже ее дыхание прекратилось. Выражение ее лица стало холодным и бесстрастным. Луне потребовалось усилие воли, чтобы сдержать свою магию. Ей нужно было не повредить того, кто был под ней. Образ кричащего кристаллического скелета с глазами, горящими от магии Твайлайт, пронесся перед ней.

"Я надеюсь, что это не будет похоже на другие мои сны, которые продолжают сбываться. Я так надеюсь, что это всего лишь кошмар… Ты в порядке?" — спросила Кэндис с внезапным беспокойством на лице.

"Да, мы в порядке, и благодарим вас за заботу", — заявила Луна, вставая, и теперь она выглядела как настоящая принцесса, а не как игривая дразнящая кобыла, которой она была раньше. Она чувствовала, как прячется за старым образом.

Кэндис использовала свои крылья, чтобы сесть. Сидя перед Луной, она положила свое копыто на копыто Луны, несмотря на свою печаль, она все еще предлагала утешение и поддержку.

При внезапном движении из дальнего конца комнаты Луна вскинула голову и мгновенно вскочила на копыта, а копыто Кэндис отдернулось. Ее чувства подтвердили, что это был один из ее Избранных, за мгновение до того, как ее сила вырвалась бы наружу.

Избранный Ночью Мунстоун Страйкер вышел из тени и двинулся вперед, не обращая внимания на то, что Кэндис была в комнате. "Они собираются нанести удар по Ванхуверу",  — сказал он, запыхавшись. Луна чувствовала, что он исчерпал запас энергии, который она ему дала. Поскольку он был здесь, а не в Ванхувере, он, вероятно, использовал ее, чтобы перенести себя через пол-Эквестрии.

Предыдущие печали Кэндис, казалось, мгновенно забылись. Долг призывал ее к вниманию.

"Где?" — односложно ответила Луна. Ее голос сотрясал саму комнату.

Страйкер протянул Луне свой рог. Приложив свой рог к его рогу, она использовала свою магию, чтобы просмотреть подготовленный им отчет. Страйкер на мгновение покачнулся, словно на мгновение заснул. В ее сознании возникли образы Ванхувера, ощущение темной магии и точное место, которое Страйкер рекомендовал для ее прибытия.

Луна обратила суровый взгляд на своего нового начинающего Ночного Стража. "Кэндис, ты со мной".

Кэндис кивнула и быстро отошла в сторону, все мысли о предыдущем разговоре исчезли из ее головы.

Луна подошла к стене, и она растворилась в тени, отступив, открывая оружейную. Луна махнула крылом в сторону стеллажей с оружием и доспехами. "Бери, что хочешь", — сказала она, переходя в свою личную секцию.

Осмотрев комнату за секунду, взгляд Кэндис на мгновение остановился на хорошо сделанных клинках. "Мне достаточно самой себя. Большинство предметов я не умею использовать, а те, что умею, только замедлят меня". Ее голос был быстрым от спешки.

Луна кивнула Кэндис, а затем топнула копытом — звук эхом разнесся по комнате, и дюжина ночных стражей вбежала внутрь. Они не были самыми опытными, но это были все, кто остался в замке, так как остальные ушли на охоту.

Им хватило одного взгляда на нее, чтобы понять, что что-то случилось. Не говоря ни слова, все они быстро собрали оружие и доспехи. Несколько из них взглянули на неожиданно появившуюся кобылу, но ни один из них не сделал ни единого замечания.

Луна переместила свое тело в тень и переформировалась в доспехи, телепортировав стойку с доспехами с дороги. Ее аура выхватила дюжину клинков и сунула их в ножны на боках. Копытом она открыла большой зачарованный сундук. Ниспадающей грива достигла ее любимого молота — Звездопада.

Она покрутила оружие, проверяя его вес. Его серебряная форма излучала слабый свет. Это движение заставило всех и каждого, кроме Луны, отступить на несколько шагов.

Ночная стража быстро пришла в себя и заняла позицию рядом с Луной, глаза Кэндис немного расширились, на мгновение задержавшись на Звездопаде, а затем переместились в сторону Луны.

Луна оглядела группу, укрывая Звездопад в своей тени, чтобы избежать осложнений, связанных с его внезапным прибытием в Ванхувер.

На мгновение она подумала о том, чтобы связаться с Твайлайт. В этот момент она решила сделать все возможное, чтобы уберечь Твайлайт от опасности.

Используя свою силу, Луна окутала комнату тьмой, разорвав пространство, она телепортировала группу в Ванхувер.

* * *

## 28.1 Темный ученик

* * *

У Темного Ученика был, в целом, неплохой день. По крайней мере, до тех пор, пока он не понял, что пленница исчезла. Это было двадцать минут назад. Его аура распахнула перед ним дверь на склад. Пони-марионетка уже передал сообщение о том, что нужно спешить к бомбе из темной магии. По крайней мере, он не был разочарован, когда увидел серебряный круг и то, что он близок к функциональному завершению.

Осмотрев его, он увидел, что он не идеален, он и не приблизился к этому, но достаточно хорош, чтобы удержать то, что у них было или, по крайней мере, будет еще через полчаса. "Ты, собери всех марионеток. В любой момент к нам может прийти королевская гвардия. Возможно, у нас есть несколько часов, но мы не можем рисковать". Он чувствовал необходимость причинить всю боль и страдания, на которые был способен, всем, кто служил Селестии.

Он направился к кругу, и провел следующие полчаса, помогая плавить серебро и заливать его в вырезанные каналы. Когда они выполнили свою задачу, он послал магический импульс через круг, чтобы проверить его целостность. Едва ли он достаточно прочен, для предстоящего, но он должен работать. У нас нет времени на исправление недостатков, — подумал он, призывая остальных собраться вокруг.

У них было около ста пятидесяти пони, связанных заклинаниями принуждения, которых заставляли делать что-то по городу. Еще пятьдесят пони были непосредственно марионетками культистов, которые добавляли свою силу к пяти единорогам, собравшимся направить энергию в круг.

Это тоже было не самое простое занятие. Направлять чужую силу, одновременно контролируя свою собственную, и поддерживать для этого мысле-форму заклинания — все это требовало немалых усилий. К счастью, в конечном счете, это не имело значения. Потому, что их жертва даст Сомбре больше энергии. Их же выживание не важно.

"Все пони на месте?" — спросил Ученик, когда остальные выстроились вокруг круга. Каждый единорог на одинаковом расстоянии друг от друга. Один пегас и один земной пони позади каждого из них, добавляя свою энергию. Все они кивнули. "Тогда давайте начнем. Лорд Сомбра, мы приносим тебе эту жертву, чтобы ты мог вернуться на свое законное место".

Сила начала течь по мере того, как миазмы темной магии просачивались из их глаз. Зеленое свечение немного осветило серебряный круг.

* * *

Час спустя, казалось, все шло хорошо. Королевские гвардейцы не появлялись, энергия все еще текла, одна из марионеток все еще ходила вокруг, передавая остывшие гамбургеры.

Внезапно их накрыла мощная волна магии. Все пони вздрогнули, их магия на мгновение замерцала. Передача мгновенно прекратилась. "Что за сено!?" — воскликнул Ученик, пытаясь понять, что только что произошло. Темное присутствие было где-то снаружи. Он чувствовал угрожающую силу и гнев, исходящие от аликорна. Только через мгновение он понял, что это может быть только принцесса Луна. "Вернитесь к работе! СЕЙЧАС ЖЕ!" — приказал он.

Казалось, каждая тень таила в себе голодных монстров с острыми когтями, каждый из которых только и ждал, когда кто-то из пони отвернется, чтобы нанести удар. Ученик надеялся, что это всего лишь эффект страха, но даже если это не так, его цель была предопределена.

Они все бросились к нему. Вливая столько энергии, сколько могли, так быстро, как только могли. Скорость потока теперь не имела значения. Слишком большое количество маны могло повредить их рога, но им было все равно. Времени у них было в обрез. Они начали жертвовать жизненной силой, лишь бы получить больше энергии. Марионетки начали занимать оборонительные позиции вокруг склада.

Страх перед тенями рассеялся. Очевидно, это была какая-то визитная карточка, приглашающая пони сдаться. Он взглянул на собранную магию, прикидывая, как быстрее всего взорвать ее, если они попытаются уничтожить всю его работу.

Взрыв потряс склад. Его чувства напряглись. Внутрь полетели обломки, словно взорвалась часть наружной стены. Пытаясь сориентироваться после вспышки и вглядываясь сквозь пыль, он вздрогнул, когда болезненная вибрация пронеслась по его рогу, отрезая его магию. Что за Тартар? Он посмотрел на круг, и увидел, что магия рассеяна. Большая часть энергии, которую они вкачивали в него последний час, была потеряна. В центре стояла белая кобыла с золотыми гривой и хвостом. Аликорн расправил крылья и светился силой.

Магические помехи исчезли, высвобождая его магию. УБИТЬ. Одно это слово билось в его сознании и заставляло его действовать. В его голове промелькнула небольшая коллекция заклинаний, прежде чем он выбрал одно, и начал его произносить. Часть его мозга отметила, что один из пегасов-культистов ранен и лежит без сознания.

Он спешил изо всех сил, но она оказалась быстрее. В тот момент, когда он уже собирался завершить заклинание, часть круга окутала ее белая аура. Он начал потрескивать от статического электричества, а затем взорвался, уничтожив немалую часть круга. Потребуется несколько часов, чтобы устранить повреждения. Взрывная волна отбросила его немного в сторону, и к тому времени, когда он смог снова применить заклинание, его цель уже исчезла.

Оглядевшись, он увидел, что все марионетки внезапно упали на пол, их нити оборвались, прямое управление разумом пропало, поскольку поддерживаемые связи были нарушены. Хуже того, прямо в центре круга возник мощный магический поток. Никто не сможет надежно колдовать в этой области, пока она не будет очищена. Как эта кобыла так быстро исчезла?

Он почувствовал, как один из его спутников протягивает к ней заклинание обнаружения крови, и, отметив хорошую идею, он поступил еще лучше. Он начал произносить заклинание удержания крови, сохраняя течение силы, пока не нашел свою добычу. Пара вспышек движения в тени, и еще два культиста были сражены.

УБИТЬ!

С садистской ухмылкой и усилием воли он начал использовать ее кровь, чтобы раздавить ее сердце. Но как только он почувствовал, что захватил его, заклинание тут же оборвалось. Слабое эхо этого деструктивного звона разнеслось от того места, где она находилась.

Нападавшая была видна лишь на мгновение, прежде чем она, вдруг, что-то бросила, а затем снова исчезла из виду. Остальные стреляли в нее кинетическими разрядами, чтобы выявить ее местоположение в тени, хотя ни один из них, казалось, не мог попасть в нее.

Кто она? Может быть, она какая-то БэтКобыла?

Один из оставшихся единорогов заряжал особенно неприятное темное заклинание, призванное взорвать любую пони, в которой не было темной магии. Но не успел он начать его накладывать, как перед ним появилась белая кобыла. Она ударила его копытом по рогу, отчего заклинание оборвалось, а его коллега-культист потерял сознание. Значит, она не собирается убивать. Она слаба. Быстрая, но слабая, — подумал он, решимость и надежда наполнили его сердце, когда он обнаружил слабость.

Как только рог единорога ударился о рог его товарища, другой наложил на нее заклинание удержания крови. Он решил удвоить атаку и тоже использовал заклинание марионетки разума. Он не почувствовал никакой ментальной защиты, когда заклинание коснулось ее. С ней покончено. Теперь нам осталось разобраться с Принцессой Ночи. Подождите, как она сопротивляется? Он видел, как неоформленная магия заливает его цель, когда заклинание разума было подавлено тем, что выглядело как техника заклинания жеребенка. Она просто бросала много магии на проблему и надеялась, что это чего-то добьется. К сожалению, это сработало. Даже если у нее было много силы, после этого ей придется стать слабой.

От нее снова исходила хаотичная пульсация магии. Он стиснул зубы от воспоминаний о боли. Отлично, она снова использует этот магический поток, — подумал он, его гнев нарастал.

Кобыла поднялась на задние ноги, поддерживая поле потока и сводя на нет темные щупальца магии, готовые схватить ее. Схватить меня, серьезно? Сколько трюков у этой кобылы!? Остальные отменили свои заклинания, когда их культисты из пегасов и земнопони двинулись на нее.

Он увидел, как они сделали выпад, и в мгновение ока двое земнопони рухнуло на землю. Один был ранен в глаза пером, а другой лежал на земле без сознания. Третья, которая продвинулась вперед, сейчас летела по воздуху к двери склада. Несмотря на свое мастерство в боевых искусствах, она все-таки допустила ошибку. Она позволила своему вниманию ограничиться только копытопашной схваткой.

Увидев удобный случай, его слуги, не теряя времени, телекинетически обрушили на нее потолок. Когда потолок рухнул, одна из пегасок попала под обломки и упала. Вспышка белого света, и вторая пегаска замерла, в то самое время как обломки упали на пол, где должна была находиться эта чертова белая кобыла.

Что почти так же выводит из себя, как ее драка, так это то, что она не произнесла ни слова. Ученик увидел, что он и три его единорога… точнее, два его единорога все еще стоят на месте. И снова она внезапно оказалась рядом, и выбила почти полностью готовое заклинание из рога его товарища. Теперь она, казалось, двигалась с обычной скоростью. Похоже, у нее окончательно закончилась энергия. Но, что бы она ни использовала для создания потока, он все еще продолжает течь. Я не могу ничего создать, находясь в нем. Он решил покинуть зону действия этого эффекта так быстро, как только могли его ноги. Когда он оглянулся, один из двух оставшихся культистов был повержен, а белая кобыла вступала в схватку с другим. В нем вспыхнули разочарование и гнев. Эта кобыла разрушила всю операцию. Он не мог этого допустить. Она должна умереть.

УБИТЬ. Команда в его сознании ревела как Королевский Кантерлотский голос. Последнее заклинание заполнило весь его разум. Он хотел ухмыльнуться, хотел рассмеяться, но времени не было. Его магия крови обратилась внутрь, заряжая его тело взрывной силой. Магия единорога трансмутировала его кости, закаляя их и ломая в зазубрины, чтобы добавить больше шрапнели к взрыву. Он почувствовал, как его тело начало разбухать, когда сила стремилась выйти, а кровь превратилась в лезвия, раздирающие его внутренности. Боль была неописуемой, но это не имело значения, она должна была умереть. "УМРИ!" Он использовал свой последний миг существования, чтобы зарычать на нее. Звук больше передавался его магии, чем просто воздуху.

БУМ!

* * *

## 28.2 "Интервью" Кэндис

* * *

Кабинет Луны исчез, ощущение падения снова появилось, так как Луна тенью шагнула к ним из своего кабинета прямо в Ванхувер. На этот раз Кэндис удалось не расправить крылья, но они, все равно, хотели бороться с ощущением падения. Правда, она немного раздвинула копыта, готовясь к предстоящему приземлению.

Тени разлетелись в стороны, открывая горизонт Ванхувера и крышу, на которую они приземлились. Запах соленого воздуха внезапно ударил ей в ноздри.

Внезапное появление разъяренного аликорна никогда не было хорошей приметой. Небо потемнело, и собрались грозовые тучи. Из-за одного промаха Луны местный метеорологический патруль будет работать несколько часов. Хотя, если бы им помогла Рейнбоу Дэш, это заняло бы всего десять минут.

Дюжина ночных стражей скрылась в тени, ожидая команды, незаметно для всех проходящих мимо пони. Синяя кобыла, одетая в мягкую броню и оснащенная некоторыми приспособлениями, с которыми могли играть агенты Солнца, издала вздох. Глаза агента расширились, и она отвесила поклон.

Несмотря на маскировку и покраску, Кэндис узнала кобылу: это была Рейвилин Лайт, один из лучших агентов РСКГ. Кэндис вспомнила, что ее послали исследовать эту местность в результате одной из обнаруженных ею связей, в которых были признаки Темной магии.

"Принцесса", — почтительно сказала Лайт.

"Я же говорил, что у нас будет достаточно подкрепления", — самодовольно сказал Страйкер.

"Вставай, сейчас нет времени на такие вещи", — сказала Луна, не отрывая взгляда от здания напротив.

Когда она поднялась, глаза Лайт остановились на Кэндис, выражение ее лица ясно говорило: "Какого черта ты здесь делаешь?".

Кэндис повела глазами в сторону Луны с намеком "она привела меня".

Луна посмотрела на Кэндис, выражение ее лица было спокойным, несмотря на бурлящую магию, которую можно было почувствовать внутри нее. "Мы хотим, чтобы эта проблема была решена", — сказала она с вызовом в глазах.

Кэндис увидела вызов, и кивнула. Это может быть прекращено ею в одно мгновение. Она хочет посмотреть, смогу ли я это сделать и как я это сделаю. Вызов принят. Она немного отдалилась от Луны. Заметив, что Лайт смотрит на нее с шокированным беспокойством, Кэндис ободряюще улыбнулась ей.

Страйкер закинул копыто на спину Лайт. "Все будет хорошо, сиди и смотри шоу".

Несколько ночных стражей стали достаточно заметны, чтобы показать свое нетерпение, оскалившись в предвкушении.

Кэндис закрыла глаза, и сосредоточилась внутри себя, успокаивая и упорядочивая свои мысли, отодвигая эмоции и чувства на второй план. Она чувствовала, как мир становится лишь холодным уравнением. Она остановилась, оставив в себе лишь стремление к успеху, заботу о невинных и страсть к хорошо выполненной работе. Это было вовсе не заклинание, а просто техника, призванная заставить ее сосредоточиться и отбросить все отвлекающие факторы.

Мгновение спустя она открыла глаза. Семьдесят таумов магии единорога, семьдесят таумов магии пегаса. Я могу преобразовывать магию пегаса в единорожью со скоростью пять таумов в секунду. Ладно, посмотрим, что у нас тут есть. Кэндис начала колдовать. Энергия сформировалась в плавающий заклинательный круг с четырьмя светящимися шарами в форме тетраэдра, вращающимися вокруг него. Она могла видеть сигнатуры всех источников магии в радиусе квартала от ее местоположения. Сразу же она увидела, что склад перед ней был закрыт, а энергетические сигнатуры внутри были сильно приглушены. Она настроила анализатор так, чтобы он чувствовал только темную магию, и отрегулировала чувствительность, чтобы учесть наличие защитных экранов. Она была благодарна своему наставнику за то, что он достал ей копию этого заклинания, несмотря на то, что оно было выше ее ранга.

Выхватив из своей тени Звездопад, Луна осторожно положила его на крышу, лишь слегка расколов ее. "Посмотрим, сможешь ли ты остановить его, прежде чем я буду вынуждена это сделать".

Кэндис кивнула, принимая вызов. Выражение ее лица выражало спокойную решимость.

При виде оружия массового поражения в виде молота и угрозы его применения глаза Лайт расширились настолько, что казалось, они скоро займут все ее лицо.

На складе Кэндис увидела не менее шестидесяти пяти источников. Только пятнадцать из них действительно использовали темную магию, остальные были затронуты темной магией. Хм. Нелетальные заклинания — приоритет. Там есть невинные. Она также увидела массивное скопление темной магии в центре. Это моя первая цель.

Кэндис бросила сенсорное заклинание, и начала формировать перед собой щит, похожий на копье длиной примерно в четыре пони. Под ее крыльями появились два цилиндрических щита, центры которых светились. В мгновение ока она исчезла, в стене склада внезапно образовалась дыра. Она приземлилась прямо в центр заклинательного круга. Удар даже не был ощутим, так как щиты поглотили энергию столкновения. Выполнив свою работу, она позволила щитам рассеяться.

[Изображение: C:\Users\Mihail\AppData\Local\Microsoft\Windows\INetCache\Content.Word\28-2.png]

Один для магического сенсора, три для щита, один для ракет. Пять, три на полет. Итого шестьдесят пять, шестьдесят семь. Она начала передачу магии пегаса, преобразуя ее в магию единорога между своими источниками.

Не теряя времени, Кэндис активировала свою способность "Резонансный поток". Два разных и противоречивых резонанса излучились из ее крыльев. Эффект повреждения круга и пятнадцати окружающих культистов был мгновенным, так как все формы заклинаний разрушились. То же самое произошло и с заклинаниями контроля разума, которые они наложили на остальных пятьдесят пони вокруг склада. Пятьдесят начали падать, их разум теперь находился в коматозном состоянии после снятия контроля. Использовано десять, компенсировано магией пегасов, минус пять. Итого все еще шестьдесят и шестьдесят два.

Увидев круг, она зажгла свою ауру на его участке. Произносимое заклинание классифицировалось как заклинание дезинтеграции. На самом деле, это была защитная магия от воздействия электричества, но без каких-либо ограничений. Из-за этого все электричество в зоне действия заклинания немедленно вытеснялось за пределы маленькой зоны. Тем не менее, это заклинание поразило ее в первый раз, когда она использовала его, когда оно разрушило то, на что было направлено.

Статический заряд вышел из зоны, и все, что осталось, — это элементарная пыль, вырвавшаяся из нее, когда она увеличилась в несколько сотен раз по сравнению с первоначальным объемом. Тем не менее, это было всего лишь облако газа и пыли, так что оно лишь немного оттолкнуло культистов.

Еще два, ментальная резкость, еще один, замедление времени, еще два. Пять и три для полета. Итого пятьдесят пять, пятьдесят девять, — мысленно подсчитала она, произнося соответствующие заклинания.

Казалось, время вокруг нее замедлилось. На самом деле оно ускорялось для нее, но для них оно оставалось прежним. Ее разум теперь работал с удвоенной скоростью, позволяя ей обращать внимание на вдвое большее количество вещей одновременно.

Временное ускорение было на порядок выше, его эффекты усугублялись ее ментальным заклинанием. Ее тело, казалось, двигалось с половинной скоростью, но все остальное двигалось со скоростью в одну двадцатую от нормальной для ее нового восприятия. Использование подобной магии в бою было гораздо более интенсивным, чем при работе с бумагами.

Мощно взмахнув огромными крыльями, она взмыла вверх и скрылась в тени. Пора выбирать цели. Начнем с физических. Один уже упал после входа. Осталось четырнадцать. Она выбрала пару пони, которые заряжали единорогов для ритуала. Они даже не заметили ее приближения. С ее нынешней скоростью, они были легкой мишенью. Они даже не успели среагировать, как ее копыта точно врезались в них, лишив врагов сознания. Осталось двенадцать противников.

Культисты колебались недолго. Единороги начали стрелять в нее оглушающими заклинаниями или, может быть, кинетическими разрядами. У нее не было времени проверить. От них удавалось увернуться, когда она настигла следующую цель.

Она вдруг почувствовала, что какая-то магия захватывает ее кровь, утяжеляя ее. Саму ее кровь использовали как инструмент, чтобы причинить ей вред. По ее ускоренному восприятию, оно медленно захватывало ее кровь и распространялось, боль начинала нарастать. Остальные тоже не двигались. Какое-то заклинание удержания крови. Очень хорошо. Она снова зажгла свой Резонансный поток, уничтожив заклинание удержания крови, но ее собственные заклинания тоже не сработали. Еще десять, компенсация из магии пегаса — пять. Итого, пятьдесят, пятьдесят четыре.

Время для нее внезапно ускорилось. За то время, что ей потребовалось, чтобы выйти из зоны своего потока и использовать ускорение, культисты продвинулись к ней. Она увидела, что ее противники снова замедлились, так как время подчинилось ее воле. Еще два использовано, но еще пять вернулось после переброса. Еще шесть использовано на ментальное и временное ускорение. Итого сорок семь, сорок девять. Плавными отработанными движениями она соединила их черепа толчком, быстро свалив двух пегасов, которые были рядом с ней. Осталось десять противников.

Она заметила, что один из единорогов заряжает заклинание. Нельзя этого допустить. Никаких подзарядок круга для тебя. Если это то, что ты делаешь. Ее положение внезапно изменилось, когда она произнесла заклинание молниеносного шага и приземлилась прямо перед единорогом, который собирал заклинание. Три, но компенсировано. Итого, сорок девять, сорок четыре. Ее копыто ударило его в основание рога, намеренно использовав лишь достаточную силу, чтобы разрушить заклинание. Искры магии заплясали по его рогу, а обратная связь взорвалась в его мозгу. К счастью для него, он был мгновенно нокаутирован собственной магией, что избавило его от сильной боли, вызванной такой обратной связью. Минус четыре. Итого сорок пять, сорок четыре. Осталось девять противников.

На этот раз они снова попытались применить заклинание удержания крови, но в это же время другое заклинание ударило ее по голове. Она почувствовала, как второе заклинание стремительно проникает в ее разум, пытаясь контролировать ее тело. Тревога охватила ее, и она направила магию против угрозы, усиливая ее намерением и силой воли, надеясь, что этого будет достаточно. Без ментальных защит бороться с этим было нелегко. Примерно четверть всей оставшейся магии прошла через ее тело, когда она послала не сфокусированную магию через себя. Она едва успела. Слишком близко.

На мгновение она полетела, уклоняясь, и поставила земнопони и пегасов между собой и единорогами. Она также заметила несколько темных щупалец, тянущихся к ней. Нет, минус еще десять, снова передав магию пегаса. Итого, неизвестно, — подумала она, снова активируя поток, на этот раз поддерживая его достаточно сильным, чтобы дотянуться примерно на четыре-пять пони от нее. Темные щупальца, тянущиеся к ней, распались, когда достигли зоны потока вокруг нее. Единороги сохранили свою энергию и позволили остальным приблизиться, так как они уже были на подходе.

Три земнопони-культиста двинулись вперед. Один пегас оставался в воздухе прямо над ними, казалось, ожидая возможности. Другой взлетел и, похоже, собирался схватить что-то, чтобы бросить в нее.

Без ее заклинаний ускорения враги будут представлять большую угрозу. Кэндис встала на две ноги. Ее крылья были расправлены за спиной для равновесия. Ее поза показывала, что она готова к копытному бою.

Центральный земной пони пошел вперед, быстро нанося мощный удар. Кэндис уклонилась от удара, и он упал на живот, лишившись цели. Уклонившись от первого удара, она ударила крылом по глазам второго земнопони. Он не потерял сознания, но боль в его глазах нельзя было игнорировать. Завершив движение, она опустила заднее копыто на затылок первого. Удар пришелся ему в висок, и он потерял сознание. Осталось семь противников.

Третий воспользовался отвлечением, чтобы нанести удар передним копытом по ее ребрам. Он нанес сильный удар и, очевидно, ожидал, что она упадет, когда понял, что не обладает силой земной пони. Ее подтянутое атлетическое тело смогло поглотить болезненный удар и остаться в бою. Даже будучи укрепленной, она все равно почувствовала бы это на утро.

Его глаза были полны ярости, когда он дико кинулся на нее, но на этот раз она схватила его за переднее копыто и крутанула его, используя его собственный импульс, чтобы отправить в полет в дверь. Удар выбил его из колеи, так как теперь ему не помогала его магическая стойкость. Еще двадцать таумов на поток по десять на каждой, общее число все еще неизвестно. Осталось шесть противников.

Она услышала треск над собой, и тут же взмахнула крыльями, чтобы помочь уйти себе из-под удара. В полете она осмотрела себя. Сейчас у меня двенадцать таумов магии единорога и девятнадцать таумов магии пегаса. С момента ментальной атаки я израсходовала пятьдесят восемь таумов общей магии. Значит, восемнадцать и десять ушло на защиту от нее. Это было огромное количество энергии источника, потраченной ею. Она отметила, что в том месте, куда земной пони успел ударить, у нее еще и ушибленные ребра.

Мысленно оценив себя, она подняла голову, все еще отходя от "медленно" падающего потолка. Кэндис увидела, как пони, которая готовилась кидаться вещами, вдруг разбилась о потолок. Пони-перья, я не смогу ее спасти. Кэндис немного опечалилась из-за потери. Она ненавидела видеть смерть любого существа. Посмотрев в сторону обломков, она увидела другого пегаса, парящего там, но успешно уворачивающегося от падающей конструкции. Она произнесла еще одно заклинание, отвлекая его внимание, и он замер, не успев ничего почувствовать. Еще три таума из моего источника, компенсирую. Итого, двенадцать, девятнадцать. Осталось четыре противника, все единороги.

Увидев, что еще один начал готовить заклинание, она сделала один молниеносный шаг, и ее копыто встретилось с рогом. На этот раз заряд был значительно больше, так как заклинание не просто рассыпалось, а взорвалось прямо на ее копыте. Она почувствовала, как ударная волна прошла по ее передней ноге. На мгновение она оцепенела, так как ее отбросило назад. Быстрый осмотр показал, что ее копыто, несмотря на то, что было обожжено неконтролируемой магией, все еще работает. Если она не вылечит его, то на следующий день будет мучиться от боли. Два израсходовано и еще три на полет. Итого, четырнадцать, четырнадцать. Осталось три противника.

Она быстро подошла к оставшимся трем и отбросила заклинания, снова воспользовавшись Резонансным потоком. Еще минус десять, пегасья магия компенсирует потери. Итого, двенадцать, одиннадцать. Это отключило трех заклинателей, в то время как они вздрогнули. Мир вернулся к нормальной скорости, но обмен был более чем оправдан. Она была сильной, ловкой и хорошо обученной, а они были типичными культистами-единорогами, единственным умением которых было произнесение заклинаний.

Не теряя времени, она взмахнула копытом. Она ударила одного в висок, прежде чем он успел опомниться и вздрогнуть от испускаемого ею потока. Осталось два противника.

Второй неожиданно оказался более ловким. Он принял стойку с задними копытами и начал приближаться к ней. Ей действительно потребовалось усилие, чтобы защититься. Этот единорог отказался от защиты в пользу скоростного нападения. Удары наносились со стремительной свирепостью. Ее блоки и уклонения были столь же быстрыми. Бой один на один длился всего две с половиной секунды.

Ее противник врезался в нее, подталкиваемый каким-то взрывом, исходящим из-за его спины. Пара упала на землю, спутавшись. Резкие вспышки боли вырвались из его тела, когда что-то пронзило ее плоть. Теплая жидкость полилась на нее, покрывая ее шерсть, а в нос ударил насыщенный медный запах крови. Резонансный поток спадал. Это отняло еще десять таумов, пять — снова пегасьей магии. Итого, семь, шесть.

Глядя на умирающего врага, она видела, как длинные шипы костей проходят сквозь него и впиваются в ее собственное тело. Хорошо, что она старалась держать своих нынешних противников между собой и другими потенциальными бойцами.

Только это спасло ей жизнь. Практика принесла свои плоды: другой единорог, вышедший за пределы ее сферы потока, внезапно взорвался. В результате взрыва область, в которой он находился, превратилась в кровавое месиво, напоминающее сальсу быстрого приготовления. Земля была пронзена копьями костей и лезвиями крови. Количество жидкости, разбросанной вокруг Кэндис, дало ей понять, что ее защита резонансным потоком уменьшила лезвия, которые направлялись к ней, до безвредной жидкости.

У Кэндис не было медицинских навыков или заклинаний, чтобы спасти ему жизнь, но у нее было кое-что, что могло бы удержать его от смерти до прибытия медиков. Используя свою ауру, она прижалась к его телу, тщательно предотвращая вытекание крови, но это была лишь временная мера. Тем не менее, это было лучшее, что она могла сделать с ее ограниченными оставшимися силами.

Ее "вечно благодарный" пациент наклонил голову и попытался проткнуть ее своим рогом в самой неэффективной атаке, которую она когда-либо видела. Каждая его попытка только усугубляла его раны. Вскоре он потерял сознание. Осталось ноль противников. Осталось два таума магии единорога, один таум магии пегаса. Это было на грани.

И тут она заметила, что все стены вдруг покрылись тенями, все двери и окна заблокированы. Она не чувствовала никакой магии, не ощущала ничего, прежде чем это появилось. Уже одно это говорило о том, что это дело копыт либо Луны, либо Дискорда, а это было не в стиле Дискорда.

Луна вышла из тени, и направилась к ней. От нее отходили чернильные линии тьмы, струящиеся и стекающие по комнате. Она бросила взгляд на раненого культиста. Этого было достаточно, чтобы ночной страж, несущий мешочки с медикаментами, начал оказывать ему помощь. Кэндис сбросила с него свою ауру, чтобы медик мог сделать свою работу. У каждого источника осталось по одному тауму.

Кэндис заметила свои раны и решила пока не обращать на них внимания. Она посмотрела на принцессу Луну, села прямо и отсалютовала все еще ноющим копытом. "Миссия выполнена, я полагаю". Затем она опустила копыто на землю, и села в позу внимания.

Она оставила свою боевую медитацию, заметив, что тяжело дышит после всего этого испытания. Истощение и боль в теле внезапно дали о себе знать. Отстранившись от боевой медитации, она почувствовала, как на нее обрушился эмоциональный удар от смерти пони. Печаль от того, что она не смогла спасти их всех. Она взывала к своему прагматизму и настаивала на том, что каждый из тех, кто остался жив, не был бы спасен, если бы принцессе Луне пришлось действовать.

Появилось еще больше Ночных Стражей, расположившихся по краям комнаты, и одна ошеломленная Рейвилин Лайт была полузатащена Страйкером в комнату.

"Кто она, во имя Селестии?" — шепотом спросила Лайт у Страйкера.

К большому дискомфорту Лайт, Луна ответила. "Она такая же, какой была всегда, только больше не связана цепями моей сестры". Она улыбнулась, показав намек на клыки. Лайт, к счастью, лишь на мгновение вздрогнула от пристального внимания Луны.

Принцесса Ночи в полном вооружении остановилась прямо перед Кэндис. Долгое мгновение Луна смотрела на нее, это было такое же сильное желание, как и раньше, но это было чем-то другим. "Что вы думаете?" — спросила Луна, оглядывая собравшихся Ночных Стражей.

Страйкер ответил: "Мы можем оставить ее?".

Пока все выглядит благоприятно, — мысленно отметила Кэндис.

Земной пони Избранный Ночью вышел из тени рядом со Страйкером, заставив Лайт подпрыгнуть. "Ты не забудешь покормить ее?"

Кэндис ухмыльнулась. Она использовала почти всю свою оставшуюся силу воли, чтобы не упасть от смеха. Только тяжелое дыхание скрывало ее смех. Наконец-то, группа пони, которые не воспринимают каждую вещь с предельной серьезностью. Я могу привыкнуть к этому. Хотя она по-прежнему сидела во внимательной позе.

Луна наклонилась ближе к Кэндис, ее клыкастая улыбка выглядела в равной степени довольной и голодной. "Тогда, я думаю, мы заберем ее", — казалось, она угрожающе мурлыкала. Кэндис только улыбнулась.

"Она не может быть серьезной, вы что, издеваетесь? Ты использовала это как своего рода тест?"

Затем она замерла, заметив, что только что в одиночку напала на Принцессу Ночи в комнате, полной ее охраны.

Все глаза ночных стражников были устремлены на Лайт. Страйкер исполнил фейсхуф.

Кэндис посмотрела на Рейвилин Лайт. Слегка наклонив голову в знак того, что ее это нисколько не беспокоит, она заявила: "Между прочим, я проходила мимо. Я бы сказала, что принцесса Луна довольно хорошо осведомлена о моих способностях. Не так ли? Кроме того, для них все закончилось гораздо лучше, чем если бы принцессе Луне пришлось вмешаться. Ее сила, просто, убила бы их всех. Я лично очень благодарна ей за то, что она дала мне этот шанс. Таким образом было спасено много невинных жизней".

Луна провела пером по спине Кэндис, и легкое покалывание магии пробежало по ее позвоночнику. Ее шерсть потемнела, сливаясь с обычными цветами Ночной гвардии. Она заставила себя не реагировать, несмотря на приятные ощущения, продолжая смотреть на Лайт.

"Да, конечно, спасать пони — это правильно", — слегка заикаясь, произнесла Лайт, глядя на Кэндис с беспокойством за ее здоровье. Судя по тому, как глаза Лайт блуждали по телу Кэндис, ее явно беспокоили многочисленные раны, из которых все еще сочилась кровь. Она поклонилась Луне. "Мои извинения, принцесса" — закончила она, вернувшись к формальностям.

Луна махнула копытом, как будто извиняться было не за что. "А теперь беги, маленькая пони, приведи стражу моей сестры для охраны места, мы сами заберем пленников".

Страйкер вывел Лайт из здания.

Как только Лайт вышла из здания, Кэндис опустилась на живот. Изнеможение наконец достигло такой степени, что его уже нельзя было скрыть или побороть.

Луна посмотрела вниз, оценивая ее. Ее глаза на мгновение стали холодными. "Я не вижу серьезных повреждений… И все же я думаю, что помогу тебе… у тебя сейчас гораздо более серьезная задача". Она подняла Кэндис в своей голубой ауре, а ее грива потянулась к открытым ранам.

Встретиться с Селестией лицом к лицу или быть принятой в Ночную гвардию? — подумала Кэндис, даже ее собственный внутренний голос звучал устало.

Кэндис почувствовала, как ее кровь снова захватили, на этот раз вместо того, чтобы замедлить или попытаться навредить ей, она вытянула все загрязнения из ран. Затем она захватила плоть, стягивая раны, затем сместилась. Она почувствовала сложный эффект трансмутации, когда струйка крови изменилась, превратившись в полоску кроваво-красного заменителя плоти, запечатывающего раны.

В груди стало тепло, и легкое головокружение от недостатка энергии постепенно прошло. "Ну вот, теперь ты сможешь пережить их пиршество".

А, это ответ на мой вопрос. Ночной гвардеец. Примечание: эта магия была бы запрещена, если бы она не была принцессой, — подумала Кэндис.

Голос, который не принадлежал ей, но звучал так похоже, ответил ей. Можешь сказать это еще раз.

Я сейчас отключусь, Инсайт. Спасибо за уроки. Они, действительно, помогли. Затем Кэндис позволила себе погрузиться в беспамятство.

Последнее, что она увидела перед тем, как сон накрыл ее, были глаза Луны, сузившиеся на мгновение при виде Кэндис, а затем она лукаво улыбнулась. Затем ее ночной страж быстро утащил Кэндис в тень.

* * *

## 28.3 Сломанный разум

* * *

Селестия смотрела в свою чашку, пытаясь понять, сможет ли она предсказать будущее по ее жидкой поверхности. Ложка продолжала медленно помешивать. Чай уже был идеально перемешан, но повторяющиеся действия и звук движущейся жидкости успокаивали ее.

Эта чашка была единственной точкой порядка, единственной точкой стабильности в ее нынешнем хаотичном и ненадежном мире. Некоторые пони, которым она доверяла больше всего, подвели ее. Из-за этой неудачи ее верная ученица подверглась пыткам, узнала то, что ей еще преждевременно было узнать, и едва не свернула с правильного пути навсегда.

Она подумала о вмешательстве сестры и о том, что с помощью Кейденс ей удалось вернуть отношения с Твайлайт хотя бы к нейтральным. По крайней мере, ей удалось успокоить остальных Элементов Гармонии.

Температура ее напитка опускалась ниже обычной. По ее рогу пробежала едва заметная волна магии. Она направила свою магию на цель и просто передала ей свое намерение. Никаких заклинаний, никаких массивов, никаких правил. По сути, Селестия, Принцесса Солнца, пыталась творить магию так же, как это делает жеребенок. Чай начал пузыриться, кипящая жидкость бурлила, а из чашки поднимался обжигающий пар.

Она не собиралась так сильно нагревать чай, но, по крайней мере, результат ее магии был в пределах допустимого. Селестия вдохнула пар, наслаждаясь его ароматом, и отпила чай. Она наслаждалась мягким теплом, пока кипящая жидкость скользила по ее горлу. Она сетовала на отсутствие контроля, которое давало ей такое количество магии. Превратить целый город в стекло? Легко. Согреть чай, не взорвав чашку? Вот это было испытание. Сегодня она его прошла.

Она лениво подумала, сколько чайных чашек было принесено в жертву, чтобы сохранить остроту ее магических навыков. Конечно, с появлением новой страсти Трикси эта проблема стала менее актуальной.

После Кризалис ей хотелось иметь больше возможностей, не связанных с убийством всех пони в Кантерлоте, к которым она испытывала даже мимолетную неприязнь.

Ты же знаешь, что это только улучшит страну, — небрежно вклинилась в ее размышления Дейбрейкер.

Оставив свое тело без присмотра, Селестия вернулась к своему Саду. Дейбрейкер сидела за столом рядом с безупречной обликом Маской. Она была похожа на саму Селестию, но без украшений, ее шерсть казалась более чистой, а грива — более аккуратной.

Оба ее фрагмента были заняты бумажной работой. Маска — политической, Дейбрейкер — военной и отчетами об угрозах.

Даже не поднимая глаз, бледно-золотая аура Маски занялась приготовлением чая для Селестии.

"Пришла присоединиться к нам?" — презрительно спросила Дейбрейкер, откладывая в сторону очередной лист бумаги, края которого слегка подпалило пламя.

"Часто бывает приятнее говорить лицом к лицу", — ответила Селестия с улыбкой.

Ее Маска не ответила, ей не дали задания и не обратились напрямую, так зачем ей это.

"Тогда, во что бы то ни стало, присаживайся и чувствуй себя как дома, ваше Сияние", — язвительно поприветствовала Дейбрейкер.

Как бы ни раздражал ее Военный Разум, Селестия обнаружила, что с каждым днем все больше и больше наслаждается их беседой. Да, она была назойливой и провокационной, но она заставляла ее думать. Она бросала вызов ее разуму и была для нее ближайшим подобием равного, с которым она имела возможность иметь дело. Твайлайт и Кейденс были слишком молоды, а ее сестра… Дорогая Луна все еще была слишком склонной к риску. Как бы Селестия ни любила свою сестру, она все еще была единственной, кто с наибольшей вероятностью мог стать жертвой фрагмента, превратившегося в монстра, которого нужно было остановить.

Селестия подошла к ним, и заняла свое место за столом, принимая чашку с чаем. Ее взгляд задержался на ней: она была так похожа на ту, из которой она пила в физическом мире. Даже после стольких лет ее по-прежнему удивляло одно: насколько реальным было все в ее Саду. Если бы она не помнила, что это всего лишь ментальная конструкция, было бы так легко просто пройти сквозь брешь в стене и никогда не возвращаться к своим бесконечным трудам.

Она вздохнула, и отпила глоток чая. Он был превосходен, как всегда. "Спасибо", — сказала Селестия своей Маске.

"Всегда пожалуйста, Ваше Сияние", — ответила ее Маска ее же собственным идеальным голосом. Ответ прозвучал пустотой, он был слишком идеальным, фальшивым. Это был всего лишь жесткий автомат, созданный самой Селестией.

Селестия задержала взгляд на своей Маске, но та никак не отреагировала. Любая другая пони что-то сделала бы, что-то почувствовала, как-то отреагировала, но не ее инструмент, не ее идеальная Маска.

"Думаешь дать ей имя?" — спросила Дейбрейкер, в ее голосе слышалось негромкое мурлыканье.

Селестия посмотрела на Военный Разум и увидела, что та даже не подняла глаз от газеты, которую читала.

"Возможно…" — ответила Селестия, обдумывая все плюсы и минусы такого поступка. Она задумчиво хмыкнула, и сделала еще один глоток своего слишком идеального напитка. "Возможно. Я подумаю над этим".

Глаза Дейбрейкер метнулись к каменной арке. Селестия посмотрела вслед за ней, и увидела, как ее собственное тело отталкивает Луну. Теперь ее сестра летела в дальний конец комнаты с впечатляющей скоростью.

"Что случилось?" — спросила Селестия, быстро возвращая контроль над своим телом.

Луна лизнула нам ухо, — ответила Дейбрейкер голосом, полным юмора.

"Луна!" — Селестия произнесла вслух невыразительным голосом.

"Сестра", — ответила Луна, вновь обретя самообладание после того, как ее швырнули через всю комнату. Она аккуратно сложила крылья и выглядела довольной собой, несмотря на вынужденное движение.

Селестия провела копытом по влажному уху, позволяя нарастающему теплу ее тела испарить с него влагу.

"Кто-то из вас должен хотя бы немного внимания уделять физическому миру", — отругала ее Луна с игривой ухмылкой.

Селестия вздохнула, усаживаясь за свой стол и глядя на разбитую об пол чашку. Она даже не поставила ее на стол, прежде чем войти в свой Сад. Когда Дейбрейкер защищала ее от самого унизительного "нападения", которое нанесла ей сестра, ее Военный Разум не обратила внимания на простую чашку.

Подняв осколки с пола, застеленного ковром, она сосредоточилась на том, чтобы собрать их вместе, как пазл.

Луна потянулась копытом в свою тень, и вытащила оттуда сильно забинтованного единорога, уронив его на ковер с глухим стуком. Его рог был обмотан кольцом супрессора, и он явно находился под действием одного из мощных сонных заклинаний Луны.

"Сестра… почему ты только что уронила этого пони на мой пол?" — спросила Селестия.

"Подарок, сестра".

Селестия раздраженно подняла бровь.

"Это один из пони, которые были… психически изменены и использованы для попытки повторения инцидента в Мэйнхеттане, на этот раз нацелившись на Ванхувер".

Селестия почувствовала, как ее глаза сузились, а комната начала нагреваться. Она оторвала свою Маску от бумаг, и приказала ей приступить к своим обычным обязанностям. Когда она начала управлять своими реакциями, она почувствовала, что ее тело и магия успокаиваются.

Луна ухмыльнулась, очевидно, заметив, что сделала Селестия. "Опять прячешься за ней?" — спросила Луна, подойдя и рассматривая различные подушки по всей комнате. Через мгновение она отвергла их все и создала из тени свою собственную.

"Просто предосторожность, не все из нас могут так свободно распоряжаться своими силами, как ты, дорогая сестра".

Луна наклонила голову, не обращая внимания на это замечание. "Тебе нечего бояться, я позаботилась о том, чтобы ситуация разрешилась".

"Почему ты не сообщила мне тогда?" — Селестия почувствовала, что ее лицо стало спокойным, а глаза подстроились так, чтобы отображать лишь вежливый вопрос. Вместо сердитого раздражения, которое она действительно чувствовала.

"Не нужно прятаться за своей Маской со мной, сестра. Я не сообщила тебе, так как не было времени, да и ты мало что могла сделать". Луна легко взмахнула копытом. "Когда ситуация была улажена, не было необходимости спешить, поэтому я подождала, пока ты освободишься".

Селестия спокойно кивнула. То, что говорила ее сестра, имело смысл. Селестия села рядом со своим столом и с помощью своей ауры принесла чайный сервиз. Она добавила в чайник нужное количество листьев и, произнеся хорошо отточенное заклинание, поставила чай завариваться.

Уделив ему немного внимания, она заглянула в сознание жеребца. Это была пустошь, столбы тьмы хранили нечистые заклинания. Центральный алтарь Сомбры, и шепчущие голоса, мечтающие о насилии над всеми, кто будет служить Солнечному Тирану.

Такая дилетантская работа, — с презрением подумала Селестия, прежде чем ее разум обратился к сожалениям. Они ничего не оставили о нем. Ей придется выяснить, кто он такой, у других.

Не успела она моргнуть глазом, как снова перевела взгляд на осколки разбитой чашки. "Спасибо, что уберегла наших пони". Селестия была очень рада, что ее Маска заменила слово "моих" на "наших".

"Ты знаешь, что это не то, за что нужно благодарить сестру".

"Я знаю, но это не значит, что получение похвалы не ценится?"

Селестия заметила мягкую улыбку на мордочке Луны. "Верно", — ответила Луна. "Раз уж ты заговорила о благодарности, я хочу потребовать тот должок, который мне причитается".

Воспользовавшись своей золотой магией, она левитировала один из следующих фрагментов чашки. "И что же ты желаешь от меня, сестра?" — спросила Селестия, используя вспышку магии чтобы превратить золотую монету в расплавленную.

"Это пустяковое дело, я хочу, чтобы ты освободила одного из своих младших слуг от клятвы".

Если Луна сказала, что дело незначительное, то это не так. Если она сказала "младших слуг", то это относилось только к их официальному рангу. Сейчас она не смела делать ничего, что могло бы оттолкнуть Луну или Твайлайт. Она перебрала в уме всех пони, которых, по ее мнению, могла иметь в виду ее сестра, и ни один из них не был действительно жизненно важным.

Селестия кивнула: "Как хочешь, так и будет, сестра. Кого я должна отвергнуть?" — спросила она, в то время как ее магия превратила жидкое золото в безумный узор, образовав сетку в форме разбитой чашки. Один за другим она вставляла осколки на свои места, используя золото вместо клея или простого заклинания ремонта.

Магия Луны вспыхнула, и нити тьмы подняли из тени слегка испуганную Кэндис и уложили ее на пышный ковер.

Не зная, как гостья Луны отреагирует на то, что на первый взгляд может показаться трупом на полу, Селестия просто спрятала жеребца. Она наложила идеальное заклинание невидимости, прежде чем Кэндис успела его увидеть. Селестия не могла допустить, чтобы ее сестра попыталась в шутку пустить слух о том, что она случайно убивает пони, не заботясь о том, какой вред это может нанести всей Эквестрии.

Если ей повезет, Луна лишь заявит, что это был ее божественный "ветер", а не что-то более зловещее. Дэйбрейкер усмехнулась при мысли о том, что все дворяне убегут со двора только потому, что Луна снова положит на трон подушку-пердушку.

Через мгновение Кэндис быстро осмотрела комнату. Она быстро приняла позу внимания. На кратчайшее мгновение ее взгляд остановился на чашке с чаем. Ее брови начали подниматься, но их удерживал на месте многолетний профессионализм.

Луна придвинулась к Кэндис и положила свою голову на ее голову. Кэндис расслабилась, прижавшись к Луне, казалось, что Луна совершенно спокойно относится к ее непочтительному отношению.

"Итак, могу я ее взять?" — голодно спросила Луна.

На лице Кэндис появилось довольное выражение. Желание и готовность принять ее сестру были очевидны как день.

"Похоже, ты уже претендуешь на нее", — заявила Селестия, ее голос был спокоен благодаря Маске. Кэндис была полезным инструментом, без нее РСКГ стала бы менее эффективным.

Глаза Луны встретились с глазами сестры, явно говоря: "Смотри, что есть у меня, чего нет у тебя". Луна обхватила Кэндис сзади крыльями, и соблазнительно прошептала ей на ухо: "Похоже, ты останешься у меня".

Селестия хотела фыркнуть или хотя бы взмахнуть крылом в досаде, но Маска не позволила ей сделать ни того, ни другого. Блеск в глазах Луны означал, что она все же что-то заметила.

Кэндис, казалось, наслаждалась пернатыми объятиями. Незаметно откинувшись назад, она усилила контакт и потерлась головой о Луну.

В голове Кэндис было полное открытое принятие, смешанное с легкой дымкой предвкушения и любопытства под маской профессионализма. Она была немного смущена ситуацией, но подыгрывала Луне из доверия.

Она могла сказать, что Кэндис была предана Эквестрии и гордилась тем, что сделала на службе. Она, просто, хотела сделать больше и испытывала желание к Луне… Желание, от которого Селестия поспешно отвела свой мысленный взгляд. Несмотря на это, она чувствовала, как Дейбрейкер с интересом смотрит на нее.

Заглянув чуть глубже, она увидела, что у нее тоже есть желания к Твайлайт. Тот факт, что одной из ее главных целей было сделать их обоих счастливыми, говорил о чистоте ее любви к ним обеим. Нужно будет попросить Кейденс исследовать кобылу.

Ты позволишь Луне получать все удовольствие, — мысленно сказала Дейбрейкер, вызывая в памяти воспоминания о том, как Кэндис очищала лей-линии пегаса Луны. Селестия почувствовала, как в ней разгорается нешуточная зависть, но не потому, что у Луны были партнеры, а потому, что она не могла позволить себе очистить свои лей-линии. Она должна была уметь сдерживать свою огромную силу, и это было частью жертвы за возможность делать это.

"У тебя всегда был вкус к уникальному", — сказала Селестия, и перевела взгляд на Кэндис. "Просто, позаботься о том, чтобы она не наскучила тебе слишком быстро".

Кэндис стало любопытно, что Селестия имела в виду. Но она была уверена, что Луна ей не надоест, а если и надоест, то она знала, что сможет отпустить ее без всяких обид. Она не боялась, что ее бросят, как игрушку, но надеялась, что этого не случится. Она хотела, чтобы ее чувства к Луне были ответными.

Крылья Луны закрыли Селестии вид на Кэндис. "Довольно об этом, дорогая сестра".

"Как пожелаешь… Лейтенант Кэндис, хотите ли вы отказаться от своей клятвы?" — сказала Селестия, ее голос был все еще теплым и спокойным.

"Я бы не отказалась от своей клятвы служить Эквестрии. Я бы просто изменила параметры, в которых я ее выполняю. Это потребует освобождения от моей нынешней клятвы, чтобы впоследствии ее можно было принять снова с новыми параметрами".

Селестия кивнула один раз, позволяя Кэндис увидеть намек на уважение. "Да будет так".

Она на мгновение перевела взгляд на Луну. Селестия была раздражена тем, что ее сестра забрала Кэндис. Тем не менее, она могла бы уважать честность Кэндис, если бы не ее желание обладать ее сестрой.

Луна опустила крылья, позволяя Селестии сделать то, что требовалось. Селестия видела, что ее сестра была готова в мгновение ока снова взмахнуть ими, если она попытается что-то сделать.

Отменить клятву было легко, но не убить при этом пони было немного сложнее. Она была уверена, что успеет сделать это до свадьбы Кейденс и Шайнинг Армора. Обернув своей волей маленькую частичку собственной силы, скрытую в Кэндис, и отделив ее от источника своего прежнего гвардейца, она потянулась к ней.

Из Кэндис вырвалась маленькая частичка золотой магии и закружилась вокруг крыльев Луны, а затем вернулась к Селестии. Кэндис с интересом следила за сферой, пока та двигалась. Селестия заметила, как подергиваются мышцы ее челюсти, когда она сделала неглубокий вдох, и увидела, что Кэндис хотела что-то спросить, но придержала язык.

"Ты снова вольна идти своим путем, пусть твой выбор будет мудрым", — торжественно сказала Селестия.

Кэндис склонила голову. "Спасибо, принцесса Селестия. Я искренне чувствую, что выбираю правильный путь. Будет ли этот путь верным или нет, может быть только вопросом перспективы".

Селестия бросила на Луну многозначительный взгляд.

Луна сказала официальным тоном: "Кэндис, пожалуйста, займись своими делами. Выполни все задания, которые сочтешь необходимыми, чтобы уменьшить последствия твоего ухода из РСКГ".

Затем Луна наклонилась ближе, и заговорила прямо в ухо Кэндис. "Не забудь обновить свое завещание и будь готова за час до восхода луны", — сказала Луна садистским шепотом.

Кэндис кивнула, и сразу же направилась к двери. Ее глаза загорелись интересом.

Селестия чуть было не приказала Маске закатить глаза. Ей никогда не нравились игры, в которые Луна любила играть со своими игрушками. Казалось, что Кэндис может получить удовольствие от некоторых из них, вместо того чтобы умереть от ужаса.

Как только дверь была закрыта, Селестия заблокировала ее от проникновения звуков. "Ты хоть знаешь, кто он был?" — спросила Селестия, снова посмотрев на жеребца, позволяя невидимости исчезнуть с него.

Луна потянулась в свою гриву, и передала Селестии папку. Селестия покачала головой на слова в верхней части. ”Документ РСКГ не выносить из главного офиса” Луна никогда не заботилась о правилах и не следовала им.

На мгновение Селестия подумала, как было бы здорово просто сбросить все законы с вершины горы и просто править железным копытом. Заставить глупых, недальновидных пони делать то, что для них лучше. Если бы не ее Маска, она бы вздохнула. Нет, она не могла, не хотела этого делать. Им нужна была хотя бы иллюзия выбора, ощущение того, что их жизнь, действительно, имеет значение для Вселенной, хотя на самом деле так мало для кого из них.

И снова она подумала о том, сколько счастья было у среднестатистических пони только из-за того, чего они не знали. Того, что Селестия намеренно не давала им узнать.

"Доброго дня, сестра, если тебе понадобится больше, остальные пленники в подземелье", — сказала Луна.

Селестия кивнула сестре. "Спасибо тебе, и еще раз спасибо за помощь с Твайлайт".

Луна лишь встретила ее взгляд, и скрылась в тени. "Когда-нибудь я научу ее пользоваться дверьми", — вздохнула Селестия.

Возможно, она не сможет вернуть жеребца, но она может вернуть маленьким кобылке и жеребенку их отца, вернуть кобыле ее мужа. На ее мордочке заиграла теплая улыбка, она могла сделать хотя бы это.

Ей нужно было вызвать его семью и использовать их воспоминания о нем, чтобы воссоздать разум. Поскольку Дейбрейкер не поднимала вопроса, это было вполне в пределах допустимого магического бюджета на неделю. Даже несмотря на все плохое, она, все равно, могла сделать жизнь своих пони лучше.

Она рассматривала теперь уже целую чашку, по которой пробегали золотые прожилки, отчего она казалась еще немного красивее. Шрамы от металла добавляли характер, рассказывали историю.

Она добавила чашку к своему обычному чайному сервизу, гадая, кто-нибудь из пони осмелится прокомментировать это, а если и не осмелится, то задастся вопросом. Она могла бы наслаждаться их безумными идеями, даже если бы они никогда их не озвучивали.

На свитке она записала все заклинания и приказы Темного Жреца. Закончив, она с помощью своей магии удалила их из сознания. Она оставила пустой разум, идеальный чистый холст, чтобы она могла применить свои навыки, воссоздав любимого отца.

* * *

## 28.4 "Восторг" Ноубла

* * *

Ноубл Гид, как ни парадоксально, был одновременно и в хорошем, и в плохом настроении.

Хорошая новость заключалась в том, что самый способный аналитик в РСКГ теперь была освобождена. Очевидно, теперь она была не более чем игрушкой для Луны.

Плохой новостью было то, что дворяне, которыми он пытался манипулировать, притащили его с собой на импровизированное празднование избавления от этой мерзости в Солнечной гвардии Селестии.

По крайней мере, ему удалось направить их туда, где пони не будут рассказывать о его присутствии. Благодаря своим связям с газетами, он мог контролировать любые слухи, которые пыталась распространить пресса.

Он размышлял о том, стоит ли ему попытаться сорвать процесс согласования свадьбы Твайлайт и Луны или лучше помочь им.

Если он помешает им, то может настроить общественное мнение против них и доставить множество мелких хлопот всем принцессам. Если же он им поможет, то сможет убрать их обоих с его пути по крайней мере на месяц, и это может стать золотой возможностью.

Если бы он мог как-то создать впечатление, что Селестия затягивает события, он бы так и сделал. Он слышал о перепалке, случившейся в Понивилле, хотя ни одна из газет не осмелилась ничего об этом опубликовать. Понадобился всего один печатный станок, превращенный в шлак, чтобы убедить остальную прессу и близко не подходить к этой истории.

Твайлайт все еще оставалась неизвестной. Она не сделала ничего, что могло бы продемонстрировать весь масштаб ее магии крови. Если он не сможет настроить ее против Селестии, то будет безопаснее держать мастера запретной магии как можно дальше во время последних моментов его плана.

Блюблад сказал что-то глупое. Конечно, он сказал. Это сопливое дворянское отродье только думало, что обладает властью. Единственное, что у него было, это почти бессмысленный титул, доставшийся ему из-за того, что он оказался прямым родственником принцессы Платины. О, как бы он хотел навести порядок среди знати. Но, увы, их коррупция и отвлечение внимания были слишком полезны для его планов.

Другой дворянин поднял бокал за Ноубл Гида. Он лениво пригубил его, когда дворянин сказал, что доволен тем, что избавился от гибрида, но посетовал, что не сумел довести до конца требование об удалении ее крыльев.

Он бы лучше изучил ее. Конечно, крылья могли бы быть удалены в процессе, но это было бы для пользы знаний, а не для того, чтобы просто изуродовать бедную кобылу.

Он не мог понять, почему Селестия держит этих бесполезных пони рядом, не говоря уже о власти, должно быть, это какой-то трюк, какая-то ловушка для худших типов. Единственная альтернатива заключалась в том, что она просто ленива, а лень не позволяет полностью контролировать страну на протяжении более тысячи лет.

Ими правит аликорн, самый совершенный из гибридов. Однако, они, похоже, без проблем забывают об этом факте, когда хотят мучить всех гибридов, считая их низшими из низших пони. Он мог только представить, что подумают или сделают дворяне, если ей удастся добиться реальной власти над ними. Возможно, будут попытки покушения или даже открытое восстание. Может быть, мне стоит устроить это для отвлечения внимания. Нужно будет следить за возможностями.

Один из других дворян подлизывался к Блюбладу. Это было почти тошнотворно. Этот Джет Сет и его жена Аппер Краст были двумя из главных пони, которые были против любой власти для любого пони, не являющегося единорогом. У них, по крайней мере, хватило ума не выставлять свои убеждения на всеобщее обозрение. Если я преуспею в своих планах, то вы двое будете одними из первых, кто исчезнет. Размышления об этом помогли ему решить, стоит ли помогать Твайлайт и Луне. Было бы очень выгодно, если бы они на месяц исчезли из поля зрения. То, что это поможет ему определить, каких дворян следует убрать после прихода к власти, тоже было преимуществом.

После нескольких часов, проведенных на этом "празднике", Ноубл Гид удалился. Ему нужно было еще кое-что спланировать. Он произнес свои реплики, как если бы он был актером на сцене, а затем удалился к себе домой.

* * *

## 28.5 Трудности становления Ночным гвардейцем

* * *

Кэндис была охвачена волнением и любопытством. Перед ней открывалось новое будущее. Двадцать два года она занималась одним и тем же, ее ограничивали начальники, пренебрегали ею и оскорбляли за спиной. Переход от этого к, казалось бы, гораздо более приемлемой Ночной гвардии казался ей захватывающей сменой темпа. Так оно и было до сих пор.

В ее голове пронеслись мечты о Луне и Твайлайт, к которым добавились воспоминания о реальности, когда она оказалась прижата к более крупной кобыле, а ее шея была искусана клыками. Так много возможностей, как профессиональных, так и не очень.

Солнечная стража открыла двери. Пара из них, казалось,неодобрительно смотрела на нее из-под анонимности своих доспехов.

Покинув замок, она вышла на солнце, воздух стал немного холоднее, солнечный свет грел ее меньше. В ее груди было ощущение, что чего-то не хватает. Что-то, о чем она даже не подозревала, исчезло навсегда.

Кэндис на минуту позволила своим мыслям блуждать вокруг того, что она чувствовала. "Это ужасно тонкая форма манипуляции", — отметила Кэндис, получив первые данные о манипуляциях Селестии. "Интересно, смогла бы я хотя бы на мгновение засомневаться, пока Клятва не была снята?" Мысленная заметка спросить Луну о манипуляциях.

Кэндис посмотрела на свое удостоверение личности: на нем жирными красными буквами было написано "аннулировано" с маленькой версией метки Селестии. Обычно такое случалось только перед тем, как пони приговаривали к казни за измену. Было странно осознавать, что она — всего лишь вторая пони в истории, освобожденная от Солнечной клятвы. Она не знала, как относиться ко всему тому вниманию, которое это привлечет к ней. Может, спросить об этом у Шайнинг Армора?

* * *

Она прошла путь от главного замка до офисов РСКГ. Два охранника преградили ей путь, оба они были скрыты. Один — жеребец-единорог, второй — кобыла-пегас.

"Привет, ребята, я перехожу в Ночную стражу, меня освободили от присяги. У меня есть приказ, чтобы облегчить передачу обязанностей, и мне нужно сдать свое снаряжение" — заявила Кэндис, указывая на свои седельные сумки.

То, что ее остановила охрана, мимо которой она беспрепятственно проходила все эти годы, было странно, но не неожиданно.

На лице одного из них она увидела предательское выражение.

"Вы не имеете права находиться здесь, уходите" — сказал другой свирепым непреклонным тоном. Он потянулся, чтобы взять у нее седельные сумки своей аурой.

Ее Нулевое поле разрушило его ауру. "Мне нужно получить пропуск для посетителей. Стойка для этого находится внутри. Вы серьезно собираетесь помешать мне пройти в общедоступную часть здания?" — раздраженно сказала она, взглянув на свои седельные сумки. "Там личное имущество и секретные документы, на которые у вас нет допуска, чтобы даже взглянуть. Попробуйте еще раз, и я арестую вас за кражу имущества РСКГ", — пообещала она.

Охранник-пегас вмешался спокойным тоном: "Извините, Кэндис, у вас больше нет полномочий для этого, вы сейчас всего лишь … гражданское лицо".

"Гражданское лицо, которое все еще имеет право подойти вон к той стойке", — заявила Кэндис, указывая копытом на ясно видимую очередь посетителей. "Кроме того, пока я не сдам свое удостоверение личности командиру, у меня, действительно, есть полномочия. Проверьте, положение двадцать три пункт пять, параграф F".

Охранник прервал ее. "Это лазейка, и ты это знаешь. Никто не станет слушать такую предательскую мерзость, как ты. Тебе не место здесь, забудь об официальных документах и уходи".

"Я согласна, что это лазейка. Но это все еще действительная часть правил Солнечной Гвардии. Также, согласно правилам, я не могу передавать вам секретные документы, на которые у вас нет допуска. Если вы посмотрите на мое удостоверение, то увидите, что мой допуск все еще в силе. Теперь пропустите меня, чтобы получить мой пропуск для посетителей, и позвольте мне делать свою работу" — сказала Кэндис с растущим разочарованием.

"Это насмешка, что тебя вообще допустили в охрану, не говоря уже о Кантерлоте. Мир был бы лучше, если бы ты умерла при рождении, как и положено твоему виду".

Второй охранник вздрогнул, сделав полшага назад. Она явно не ожидала ничего столь вульгарного.

Пейпер Пушер подошел сзади, и развернулся ко входу, терпеливо ожидая Кэндис, словно в очереди. С помощью своей магии он записал несколько слов на листе бумаги.

Закончив, он передал жеребцу новый официальный приказ. "Явиться в комнату три-два-четыре и ждать дальнейших указаний", — спокойно сказал Пейпер Пушер.

Жеребец долго смотрел на второго лейтенанта Пушера, затем агрессивно отдал честь, и, повернувшись, зашагал прочь. По сравнению со слегка раздраженным аликорном, он казался не более чем жеребенком, закатившим истерику.

Пейпер Пушер с покорным выражением на морде проводил ее в здание, и прошел через все этапы получения пропусков для посетителей. Фанатик даже не позволил ей получить соответствующее удостоверение и не пускал ее в зал для посетителей.

Кэндис посмотрела на Пейпера Пушера: "Спасибо вам за это. Я думала, что, учитывая, что у меня все еще есть официальные дела в РСКГ, это не будет проблемой. Я ценю вашу помощь".

"Не за что, это меньшее, что я мог сделать после всего, что вы сделали для нас". Он на мгновение приостановил свой шаг, затем сменил направление, и жестом пригласил ее следовать за ним. Кэндис пошла за ним рысью.

Внутри штаб-квартиры РСКГ было немного непривычно. Рунам не нравилось, что она здесь, даже с выданным значком посетителя на шее. Все повороты и коридоры, казалось, находились не в том месте. Казалось, что ее ведут вниз по лестнице, хотя она знала, что ей нужно наверх. Магия, защищавшая здание, явно была направлена на то, чтобы никто из пони, не предназначенных для пребывания здесь, не смог найти дорогу.

"Надеюсь, у тебя все будет хорошо. Продолжай быть хорошим парнем здесь, в РСКГ. Честно говоря, они потеряли бы половину своей эффективности, если бы у них не было тебя. Хотя, дай мне знать, если когда-нибудь захочешь вступить в Ночную Гвардию. Я могу передать рекомендации принцессе Луне", —  сказала Кэндис с игривой ухмылкой.

"Если, хотя бы, десять процентов отчетов о том, через что им приходится проходить, окажутся правдой, не думаю, что захочу стать Ночным стражем. Но спасибо за вотум доверия", — настороженно  ответил он.

Она тепло улыбнулась ему: "Просто, чтобы ты знал, Пейпер, я не упустила твой интерес ко мне". Ее голос звучал слегка утешительно, но, все же, довольно тепло. "Если бы меня интересовали жеребцы, я бы давно пригласила тебя на свидание. Хотя, я благодарна тебе за твой профессионализм все это время".

Пейпер Пушер открыл рот, чтобы что-то сказать, но потом остановился. "Это та часть, где я говорю спасибо, не так ли?" Его выражение лица было смесью растерянности и сожаления.

"Да, если ты хочешь оставаться профессионалом. Если ты считаешь меня настоящим другом, то не стесняйся говорить то, что у тебя на уме",  — сказала Кэндис тоном, который, как она надеялась, был ободряющим.

Он сделал паузу, а затем открыл дверь в кладовую. Дверь, которая мгновение назад казалась лестницей, ведущей наверх. Пейпер Пушер зажег свой рог, его аура потянула что-то изнутри. Это была одна металлическая коробка.

"Я не знаю, что с тобой делать", — сказал он, и задумался на мгновение. "Ты интересная кобыла, которая добивается всего увлекательными способами. Теперь я думаю, что тебе может понадобиться небольшая психическая помощь в связи с желанием вступить в Ночную гвардию". Он поднял коробку в своей ауре и протянул ее Кэндис. "Надеюсь, у тебя все получится и ты не пожалеешь об этом. Двадцать шесть процентов пони, которых принцесса Луна принимает в Ночную стражу, не переживают первую неделю под ее началом".

Кэндис ухмыльнулась его непонятному намеку: "Прости, что твои слова вызвали у меня в голове совсем не тот образ, который ты хотел донести". Приняв коробку, она заглянула в нее. Открыв крышку, она увидела содержимое. Там было полно официальных запросов в РСКГ, главным из которых было требование снять ее с должности за то, что она пришелец из другого мира.

Она замерла на долю секунды, когда в ее сознании промелькнул образ кошмарного существа. Ужасающее черное панцирное чудовище с длинным снабженным лезвиями хвостом, угрожающе нависающим над гладкой черной головой.

Она поймала себя на мысли прежде, чем мысль отразилась на ее лице, и продолжила разговор. "Если они все такие, то это должно обеспечить несколько часов развлечений. Спасибо, Пейпер". Затем она положила коробку в свои сумки, и дружески обняла его.

После долгого мгновения он неуклюже ответил на объятие. "Тебя будет не хватать, и не только мне", — сказал он, похлопав ее по спине.

На ее лице промелькнула язвительная усмешка: "Я знаю. Просто, меня не хватятся некоторые гвардейцы и дворяне. К счастью, мне больше не нужно беспокоиться об их мелочном отношении. Благодаря вам, мне не пришлось сегодня арестовывать ни одного".

Пейпер Пушер кивнул, ведя ее туда, куда ей было нужно. "Ты не хуже меня знаешь, что его семья отмазала бы его даже без предупреждения в официальном досье".

"О, я знаю, но это, все равно, было бы унизительно для него. И не только для него", — уверенно сказала Кэндис.

* * *

Закончив официальную передачу обязанностей со своим предыдущим командиром, Кэндис отправилась в кабинет своего старого начальника, и постучала в дверь.

Кэндис почувствовала как из комнаты донеслось простое заклинание обнаружения — это была магия Рейвилин Лайт. Дверь в кабинет открылась.

В кабинете все было аккуратно и организованно, все находилось под копытом, явно предназначено для его обитателя, не единорога. Кэндис могла видеть внутри и своего предыдущего начальника, Стэдфаст Виджила, и Лайт. Похоже, у них было совещание.

Шерсть Лайт больше не была окрашена: кобыла стала блестящей белой с потрясающей серебристой гривой и глазами. Она была красива и прекрасно выглядела, несмотря на свои приключения прошлой ночью. Стэдфаст был пони, который считался бы красивым в любом другом месте, кроме Кантерлота: со сбалансированным сочетанием суровой жесткости и утонченных линий. Его янтарная шерсть была не такой ухоженной, как обычно — она бы точно не прошла проверку. Очевидно, стресс, вызванный сложившейся ситуацией, не мог не сказаться на нем.

Ее начальник был единственным земнопони в командном звании в РСКГ. Он получил свой шанс только потому, что дворяне были слишком заняты препирательствами. Они спорили, кто из их кандидатов должен получить его должность, и РСКГ удалось проигнорировать их всех. Так что, он был единственным, кто, образно говоря, остался стоять на ногах.

"Говоря о Драконеусе", — сказал Стэдфаст, глядя на Кэндис с ноткой сожаления в глазах. Он пригласил ее внутрь, протягивая бумаги.

"Ты, действительно, собираешься это сделать?" — спросила Лайт, в ее тоне прозвучало легкое обвинение.

Закрыв дверь, она присела перед его столом. "Да. Сегодня вечером я принимаю новую Клятву. Не стесняйтесь задавать любые вопросы. Я уверена, что у вас их много", — ответила Кэндис с неподдельной гордостью в голосе.

Стэдфаст испустил многострадальный вздох. "Больше, чем мне позволено спрашивать".

Лайт повернулась к Стэдфаст, и указала копытом на Кэндис. На ее лице читалось отчаяние и праведное негодование. "Принцесса Луна бросила ее в боевую ситуацию одну, на склад с пятьюдесятью с лишним обладателями темной магии. Нельзя так поступать с такой ценной пони. Мы не оставим это без внимания, не так ли?"

Кэндис посмотрела на нее, слегка наклонив голову. "О, ты заботишься обо мне", — сказала она льстивым тоном, на ее лице появилась ухмылка.

"О тебе заботились бы больше, если бы ты не была такой саркастичной" — ответила Лайт. "Но если серьезно, нам будет не хватать тебя здесь. Это буквально худшее время, которое ты могла бы выбрать для причуд Ночи".

"Те, кому я была безразлична, хотели выгнать меня отсюда, потому что я не подходила под их маленькое определение того, что значит быть пони", — сказала она с ноткой яда в голосе. "Прости, ты этого не заслужила. Мне просто пришлось иметь дело с одним из охранников, который не пускал меня внутрь, чтобы закончить свою работу здесь. Пейпер Пушер заставил его сидеть где-то в комнате и ждать дальнейших инструкций или чего-то в этом роде. Что касается моей “причуды на ночь”…"

Я достаточно знаю о крыльях, чтобы понять, что принцесса Луна не была просто дружелюбной или произнесла заклинание".

Стэдфаст продолжал разбирать какие-то бумаги. Казалось, он просто наблюдал и ждал. Казалось, он не смел прерывать то, что могло перерасти в спор между двумя кобылами, обе из которых были очень искусны в бою.

"Ты меня раскусила. Да, у меня есть чувства к принцессе Луне. Неужели ты думаешь, что она поставит меня в ситуацию, которую не контролирует, если я провалю тест?". В ее голосе слышались забота и благодарность.

Намеренно спокойный голос Лайт ответил: "Она была готова сравнять с землей, как минимум, весь квартал. Ты, ведь, видела Звездопад, не так ли?"

"Не просто видела, я чувствовала массу этой штуки на расстоянии нескольких копыт. Но ей не понадобилось его использовать. Я прошла испытание. Я спасла, возможно, сотню или около того жизней. Шестьдесят, как минимум".

Гнев на мгновение вспыхнул на лице Лайт, прежде чем она сумела придать себе спокойный профессиональный вид. "Я не говорю, что ты не справилась. Ты справилась невероятно хорошо. Я, просто, говорю, что Ночная Гвардия слишком рискует. Они слишком безрассудны и мало заботятся о правилах, надлежащем порядке и жизнях пони, которые встают у них на пути".

"Я могла бы сделать гораздо больше, чем просто указывать на зацепки, которые не видят другие, если бы мне позволили выйти в поле. Политика и мелкий фанатизм держали меня взаперти за столом. Ты видела, что я на самом деле могу сделать. Как ты думаешь, где я должна была быть?" — сказала Кэндис, ее голос был по-прежнему заботливым, но в нем слышался намек на разочарование. Ее крыло взметнулось, чтобы обнять Лайт, если она этого пожелает.

"Ты хочешь…" — начала Лайт.

Стэдфаст вежливо кашлянул. "Я думаю, мы отклонились от темы".

Лайт повернулась к Стэдфасту, стоявшему почти в упор, явно воспринимая его слова как упрек.

Стэдфаст кивнул головой в сторону Кэндис, изо всех сил стараясь не закатить глаза.

Поняв намек, Лайт приняла предложенное объятие. "Пожалуйста, только не убей себя".

"Я сделаю все возможное, чтобы этого не случилось. Принцесса Луна уже намекнула на тренировки, которые помогут в этом. Спасибо, что ты действительно беспокоишься. Здесь так мало таких пони", — с теплотой сказала Кэндис. Объятия Лайт оказались немного крепче и намного теплее, чем она ожидала. Может быть, рядом друг, о котором я и не подозревала?

Через несколько мгновений, которые длились дольше, чем обычно для вежливых объятий, Лайт, казалось, заметила, где они находятся, и отстранилась. Кэндис погладила Лайт по плечу, убирая крылья, когда Лайт закончила с объятиями.

"Обычно, здесь мы оформляем ваши документы… но, очевидно, ваше досье было утеряно. Поэтому мне пришлось составить новый комплект". Стэдфаст пододвинул к ней личное дело.

Глаза Лайт расширились от того, что она увидела в медицинской сводке, она указала на буквы "C/C", отмеченные на листе. "Я думала, ты была оценена как маг класса Е?"

"О, это просто то, что должно было быть в документах из-за политики. Мы должны были убрать это, чтобы РСКГ не потеряла финансирование" — сказала Кэндис.

"Блюблад и его приспешники не согласились бы, чтобы Кэндис была оценена выше, чем знатный маг. Особенно, выше, чем знатный военный, вроде лейтенанта Вилд Флэша," — уточнил Стэдфаст.

"Это только потому, что она гибрид?" — спросила Лайт.

"Ну, Селестия пыталась бороться с трайбализмом, но, к сожалению, гибриды пока не подпадают под эти правила". Стэдфаст вздохнул. "Если бы я включил ее в список с ее истинным рейтингом, мы бы потеряли половину нашего бюджета, и началась бы охота на ведьм за "опасным существом", обладающим слишком большой силой". Он извиняюще посмотрел на Кэндис. "Были даже разговоры о том, чтобы лишить ее крыльев даже за то небольшое количество силы, которое, согласно старым документам, у нее было".

Лайт поморщилась.

Кэндис посмотрела на Стэдфаста, ее лицо приобрело мрачную серьезность: "Простите? Объясните, пожалуйста".

Стэдфаст покачал головой: "Я не скажу вам, кто это начал, но это было остановлено, к сожалению, прежде чем попало на стол принцессы Селестии".

"Как это, к сожалению?" — поинтересовалась Кэндис.

Лайт рассмеялась. "Ты знаешь, что бы она с ними сделала? Представляешь, жеребенок благородного происхождения пытается диктовать принцессе Селестии, что следует делать? Да еще и за такое." Она посмотрела на Стэдфаст: "Сжечь, сбросить с горы или отдать принцессе Луне?"

"Официальных комментариев нет, но я думаю, что его добавят в сад ее статуй", — сказал Стэдфаст.

"Так что же было в этом маленьком требовании и как далеко по цепочке оно продвинулось, прежде чем было раздавлено под копытом здравого смысла?" — спросила Кэндис с легким юмором в голосе.

Он сделал небольшую паузу. "Один из дворян с половиной мозга сумел уговорить остальных отозвать его, так что юридически оно никуда не попало, но все высшие чины здесь знали о нем".

"Значит, это прискорбно, что благородные не дошли до того, чтобы Селестия устроила им дефенестрацию?" Кэндис ухмыльнулась.

"Она, вероятно, выставила бы им счет и за разбитое окно", — добавила Лайт, стараясь не рассмеяться.

Стэдфаст пожал плечами. "Зная нашу удачу, у них будет достаточно денег, чтобы заплатить пегасу, который поймает их до того, как они упадут на землю". Он перевел взгляд обратно на бумаги: "Ну что, закончим? Ты всего лишь вторая пони на памяти живущих, которую вот так просто освободили. По крайней мере, без суда за измену. Ты не будешь счастлива от всех этих дополнительных форм, которые требуются из-за этой небольшой разницы".

"Есть только “небольшая” разница между переводом с Солнечной на Лунную гвардию и судом за измену?" — спросила Кэндис, приподняв бровь.

"Найтмер Мун была единственным другим аликорном, к которому можно было перейти, когда были созданы эти формы", — ответил Стедфаст.

"Ты, ведь, понимаешь, что по закону тот факт, что документы не были обновлены, является личным оскорблением принцессы Луны?" — отметила Кэндис.

Стедфаст достал первую пачку бумаг. Они были старыми и архаичными, дата их печати была более девятисот лет назад. Он перевел взгляд с бумаг на Кэндис. "Это не намеренно, ты же знаешь. Если ты сможешь уговорить принцессу Луну принять участие в следующем заседании по бюджету, чтобы мы могли позволить себе их заменить, я буду рад. До тех пор мы застряли с этим". Он указал на первую стопку бумаг. "Магически неизменяемые формы довольно дороги и требуют единорогов класса В, чтобы сделать их в соответствии с требуемым стандартом".

"Я передам ей это, как только смогу", — заявила Кэндис, беря первую стопку. Она уже начала привыкать к стопкам бумаг размером с пони.

* * *

Спустя пару часов, хорошо и по-настоящему устав от бумажной работы, Кэндис вышла из здания РСКГ. Даже с учетом того, что документы были написаны на старо-поньском языке, это стало утомительным. Она прошла мимо охранников, и направилась прочь.

До решения ее судьбы оставалось четыре часа. Она была благодарна своему заклинанию защиты глаз, которое должно было уберечь ее от слепящих заклинаний или просто от вспышек мощных заклинаний. Незначительные личные чары также отлично выполняли роль солнцезащитных очков, они стоили ей так мало магии, что она старалась не снимать их все время.

* * *

Положив свою последнюю зарплату в Королевский банк Кантерлота, Кэндис впервые за десять лет решила проверить баланс своего счета. У нее никогда не было в этом необходимости, поскольку она жила в офицерских апартаментах на базе гвардии и обходилась минимальными расходами. Восемьдесят процентов ее зарплаты никогда не тратилось, поэтому ей никогда не приходилось беспокоиться об этом.

Когда она увидела на своем счету сумму, на которую можно было купить неплохой дом недалеко от благородного района Кантерлота, это стало для нее шоком. Проценты, которые накапливались на ее капитале, также приумножили ее. Нет нужды говорить, что двадцать три года экономной жизни неожиданно окупились. Если она умрет, то деньги ей не понадобятся, поэтому она отправилась в юридическую фирму, чтобы составить завещание.

Юридическая фирма была хорошей. У них ушло около сорока бит на составление завещания и его обновление. Она просто написала, что в случае ее смерти деньги на ее счету будут поделены поровну между Элементами Гармонии. Она решила, что это будет приятным сюрпризом для них, если с ней что-то случится.

* * *

Когда до окончания срока свободы оставался всего час, Кэндис провела это время в Зверинце, среди ухоженного сада, где звуки животных дополняли умиротворяющую атмосферу.

Лежа на прохладном воздухе под солнцем и произнося заклинание ментальной бодрости, она анализировала свое прошлое. Она пыталась понять, насколько сильно повлияла на нее Солнечная клятва, пыталась подтвердить свою правоту. Насколько ее жизнь была ее собственной, насколько ею манипулировали?

Уровень света изменился, и только ее заклинание дало ей возможность поднять крылья и поймать набрасывающееся существо и перекатиться вместе с ним.

Магия ощущалась как магия Луны, существо казалось сделанным из куска ночного неба, вырвавшегося на свободу и обретшего форму сильной кобылы-единорога со струящимися гривой и хвостом.

Как только они остановились, Кэндис обняла создание. На мгновение создание выглядело озадаченным, но затем оно ласково прижалось к Кэндис.

Кэндис на мгновение смутилась, поняв, что это не Луна. В этом существе не было ни желания, ни соблазнительности Луны. Оно выглядело просто как игривое животное или, может быть, жеребенок.

Очаровательно. Заклинание? Конструкт? Что-то еще? — прокомментировала Инсайт.

Кэндис мысленно ответила: — Ну, это нечто другое, это не уровень Луны. Она играет со своим заклинанием или проверяет меня? Или это что-то другое? В этом случае остается только плыть по течению.

Кэндис начала играть с существом. Кусок ночного неба размером с пони, казалось, любил ласку и немного грубости.

Однако через некоторое время ему стало скучно, и оно исчезло. Когда оно вернулось, в копытах у него был голубой шарик.

Подняв его в своей ауре, Кэндис посмотрела на оживший конструкт: "Поиграем?".

Очевидно, положительной реакции было достаточно. Кэндис окутала мяч заклинанием, чтобы сохранить его импульс по прямой линии. В результате мяч получил несколько дополнительных секунд полета для более дальнего броска.

Тьма взлетела и через несколько мгновений вернулась с мячом.

Примерно на пятый раз существо вернулось не с мячом, а с пони.

Это был не просто пони. Это был принц Блюблад. "Немедленно отцепитесь от меня!" — потребовал он.

Оно притащило не тот бесполезный предмет, что нужно, — сказала Инсайт.

Мяч был отнюдь не бесполезен. Кэндис чуть не потеряла самообладание, но сумела подавить смех. "Это не мяч. Это пони. Ты должен положить его туда, откуда взял". Кэндис не упустила из виду, что мяч был насажен на кончик его рога.

Испуганный Блюблад услышал это оскорбление своего существа, но успел только вдохнуть, прежде чем его усыпили. Существо приставило свой рог к голове Блюблада, и с помощью вспышки теневой магии воспоминания об этом событии разлетелись от него, как пузырьки на ветру. Существо принялось гоняться за ними, лопать их и веселиться.

Кэндис наблюдала за происходящим с легким весельем, но все же отметила про себя, что позже поднимет с Луной вопрос об этичности использования существами магии разума.

Как только последний из них был повержен, оно подошло к Блюбладу. Используя свой рог, оно создало две сферы, наполненные клубящимися образами. В одной Блюблад был аликорном, сидящим на троне и правящим всей Эквестрией, а троны остальных принцесс находились на уровень ниже его величественного положения. В другом случае он был искалеченным земным пони на улице, над которым все остальные пони насмехались, пинали и нападали на него, и все они были аликорнами, большинство из которых выглядели как Рэрити или Твайлайт.

Ночное существо посмотрело между двумя шарами, затем взглянуло на Кэндис, похоже, предлагая ей сделать выбор.

Кэндис на мгновение задумалась, а потом выбрала ту, где Блюблад был аликорном. Может быть, он и был никчемным пони, но даже он не заслуживал того кошмара трайбалисткого обращения с племенем, которое выпало на его долю.

Сфера коснулась головы Блюблада, впиталась, и его сон стал довольно спокойным.

Существо схватило Блюблада и оттащило его туда, откуда оно его забрало.

Кэндис чувствовала магию существа, пока оно работало с Блюбладом. Она заметила, что у существа, сотворенного из Ночи, похоже, был свой источник. Он не был таким сложным, как у Луны, но ощущения были похожи.

Хм… Значит, не эффект заклинания. Какое-то творение, — прокомментировала Инсайт.

Действительно. Еще одна вещь, о которой я должна спросить Луну, — ответила Кэндис.

Существо вдруг словно растерялось. Через мгновение оно набросилось на Кэндис, и она обнаружила, что ее утащили в тень. Сон очень быстро овладел ею, пока она продвигалась вперед.

* * *

Кэндис чувствовала, как колотится ее сердце, как дрожит ее тело, глубокие рваные вдохи вырывались из нее. Тугой металл сковал ее конечности и удерживал в подвешенном состоянии. Все было погружено в полную темноту, только стук пульса в ушах и замедляющееся дыхание были единственными звуками.

Хорошо, что мы доверяем Луне, я бы не хотела, чтобы ты оказалась в таком положении, если бы это было не так, — прокомментировала Инсайт.

Как она сюда попала, что делала до того, как оказалась здесь? Медленно воспоминания о прошедшем дне возвращались в ее сознание.

Одна за другой открывались пары светящихся глаз-щелей, окружавших ее. По их росту и форме она догадалась, что это кто-то из ночной гвардии Луны. Их глаза отбрасывали достаточно света, чтобы разглядеть Луну, стоящую менее чем в длине тела от нее.

Это была не та Луна, которую она видела раньше. Эта Луна была скорее фестралом, чем пегасом. Клыки украшали ее рот, а напряженные драконьи глаза смотрели на Кэндис.

О, театральность Луны, хорошо, — подумала она, ее тело успокоилось, все намеки на страх исчезли. "О, это выглядит забавно", — сказала она с большим энтузиазмом.

Единственным ответом Ночной стражи было небольшое количество ударов копыт. "О, теперь вы ставите на меня?"

Смертоносная Принцесса Ночи во всей своей кошмарной красе закатила глаза. Ее слегка опущенные крылья выдавали разочарование. "Ты знаешь, что тебя ждала самая страшная речь?" — пожаловалась Луна.

Кэндис выглядела искренне сожалеющей о том, что испортила Луне веселье. "Прости, но ты все равно можешь продолжить. Я обещаю, что буду подыгрывать тебе".

Окружающие Ночные стражи были достаточно благоразумны, чтобы ничего не сказать. Но блеск в их глазах достаточно говорил о том, что им весело.

"Ну, теперь, когда настроение испорчено", — Луна бросила насмешливый сердитый взгляд на ночного стража, который прикарманил биты. "Ну что, начнем?" — спросила Луна.

Выражение лица Кэндис, казалось, намекало на то, что она считает эту ситуацию довольно забавной. Она опустила взгляд на свое тело, выставленное на обозрение Луне. Когда она снова посмотрела на Луну, от нее не укрылось выражение желания.

"Знай, что, поскольку Твайлайт должна стать моей женой, все то, в чем ты поклянешься здесь, со временем может связать тебя с ней", — сказала Луна серьезным тоном. На мгновение на ее мордочке мелькнул намек на улыбку. "Надеюсь, это не будет проблемой?" — спросила она.

"Для меня это как раз будет наоборот", — сказала Кэндис.

Луна на мгновение облизала клыки, окидывая взглядом тело Кэндис, во взгляде чувствовалась меланхолия, словно она видит ее в последний раз.

Прошептала, надеясь, что Луна ее услышит: "Я никуда не уйду. Я здесь ради тебя".

Выражение лица Луны застыло, став словно лед, на мгновение полностью лишившись выражения. "Да будет так", — прошептал ее голос рядом с ухом Кэндис.

Луна кружила вокруг Кэндис, медленно, словно голодный хищник. Луна заговорила, ее тон каким-то образом резонировал с силой, каждое слово было произнесено со смертельной серьезностью. "Предлагаешь ли ты мне свое повиновение? Клянешься ли ты в своем повиновении Ночи, своему государю, мне?"

"Да", — был единственный ответ Кэндис.

"Твоя магия — это сокровище, которое может мне понадобиться, обязуешься ли ты служить мне?"

"Подтверждаю", — проговорила Кэндис.

Луна придвинулась ближе, ее бесплотный хвост прошелся по одному из крыльев Кэндис, и Ночная Принцесса глубоко вдохнула, показав свои клыки. "Возможно, мне понадобится пролить твою кровь. Предлагаешь ли ты ее, поклянешься ли ты, что она будет моей, чтобы я тратила ее по своему усмотрению?"

"Определенно", — ответила Кэндис.

Луна была так близко, что Кэндис должна была почувствовать тепло ее тела. Вместо этого от нее, казалось, исходила прохлада. Температура в комнате понизилась, а темнота в ней, казалось, стала еще глубже.

Струящиеся грива и хвост начали закручиваться вокруг Кэндис и цепей. Иней появился в местах соприкосновения. Одно за другим звенья начали разрушаться, осколки металла разлетались в стороны, а Луна начала поддерживать дрожащее тело Кэндис.

"Ты обещаешь мне свою жизнь?" — соблазнительно промурлыкала Луна.

"Да", — сердечно ответила Кэндис.

Луна завершила круг вокруг Кэндис, ее грива и хвост теперь без проблем выдерживали весь вес Кэндис. Она прильнула к ней мордой, глаза сузились и пристально светились. Магия Луны запульсировала, когда она начала гладить Кэндис по шее, заставляя ее откинуть голову назад.

Кэндис почувствовала, как учащенно забилось сердце, зубы Луны провели по ее шее. Стальная сила тела аликорна удерживала ее на месте, а перья ласкали ее. Сердце Кэндис заколотилось, когда она увидела, как ее горячее дыхание затуманилось при соприкосновении с холодным воздухом.

Сначала это было легкое покусывание, клыки царапали ее плоть, прежде чем нашли желаемую точку. Четыре укола боли расцвели, когда Ночная Принцесса сомкнула уста.

Мгновение спустя что-то более сокровенное, что-то более глубокое внутри нее почувствовало, что его укусили. Внезапно она почувствовала, как огромная сила источника Луны прижалась к ней, и их не разделяла ни плоть, ни пространство. Голод Луны, ее желание, ярко пылали в ней. Собственный источник Кэндис словно потянулся к Луне, не просто позволяя ей взять то, что она хочет, но и предлагая ей больше энергии.

Магия Кэндис вспыхнула в ответ, ее мир превратился в блаженство.

* * *

Кэндис обнаружила, что полностью проснулась и осознала, что все ее чувства находятся под ее контролем. Дымка удовольствия рассеялась. Возбуждение от того, что только что происходило, внезапно исчезло. Она осталась спокойной, хотя и немного растерянной.

Она понятия не имела, как она здесь оказалась. Она оказалась одна в длинном темном каменном коридоре.

Из темноты выступила Луна в своем фестральном облике, глаза суровые, но выражение лица доброе.

"Пойдешь со мной?" — тихо спросила она, повернувшись и махнув крылом.

Кэндис посмотрела на нее с легким удивлением и улыбкой благодарности. Впервые она почувствовала, что кто-то действительно принимает ее. Она плавно двинулась за Луной, немного придя в себя после резкого отключения всех ощущений.

Луна казалась более грациозной, чем раньше, но здесь она не была чувственной, она была торжественной богиней, свободно излучающей свою силу. Ее грива развевалась вдали, сливаясь с окружающей природой. Как будто весь мир состоит из нее.

Увидев это, Кэндис благодарно улыбнулась. Она чувствовала себя польщенной. Было очевидно, что очень немногим пони выпадает шанс увидеть Луну такой. Кэндис все еще испытывала физические желания к Луне, но сейчас они были отодвинуты на второй план, погребенные под чувством благодарности и благоговения. Просто находясь здесь, она чувствовала, что ее принимают, что ее приветствует та пони, которую она любит. Впервые в жизни она чувствовала себя так, и это было чудесно.

Пока они шли, стены стали покрываться картинами, на каждой из которых был изображен гордо стоящий Ночной Страж. На каждой был небольшой намек, выдающий их характер. Тот, кто их рисовал, должен был знать их очень хорошо, чтобы уловить эти маленькие черты и увековечить их в красках. Она заметила, как Луна пробежалась глазами по некоторым картинам, но ни малейшего намека на эмоции не промелькнуло в ее чертах.

По мере того, как они приближались, картины изменялись, преображаясь. Некоторые старели, показывая пони на смертном одре. Большинство преобразилось, показывая ужасно раненых пони, некоторые из которых были лишь пятнами крови. Картины продолжали меняться одна за другой, пока они шли дальше. Сначала десять, потом сто, и наконец, после более чем тысячи, коридор закончился.

"Предшествующие Ночные Стражи?" — тихо сказала Кэндис, размышляя о подразумеваемое этими картинами. Их судьба напомнила ей видение нападения на Твайлайт и Луну, воспоминания останках скелетов все еще преследовали ее гораздо больше, чем то, что она видела здесь.

"Да", — тихо сказала Луна.

Кэндис все поняла. Она смотрела на историю, пыталась понять, что Луна видит в них, насколько это было в ее силах. Пыталась понять дар Луны, позволившей ей быть здесь. Проявляя уважение к Луне, на которое она была способна.

На том месте, где должна была находиться последняя картина, стояло зеркало в полный рост. В нем Кэндис могла видеть свое тело, выгнутое от удовольствия, светящееся от ее магии, Луну, обвившуюся вокруг нее, и клыки, глубоко вонзившиеся в ее шею.

"Почему я свечусь?" — спросила Кэндис шепотом.

Луна не ответила, переместившись к зеркалу, ее грива подняла из тени три предмета. Один — кубок был наполнен жидкостью, похожей на ночное небо, второй — богато украшенным ножом, а последний — простой красной лентой.

"Ты уже посвятила себя мне, но я даю тебе последний шанс изменить свою судьбу. Так мало моих слуг умирает от старости, большинство погибает в страшных схватках с более страшными врагами. Умирают в одиночестве. Все, что я могу тебе обещать, это то, что я не потрачу твою жизнь легкомысленно, и она будет потрачена на сохранение безопасности Эквестрии".

Луна посмотрела на ленту. "Все, что тебе нужно сделать, это выбрать свой путь и пройти через зеркало. Возьми ленту, и твои последние мгновения будут самыми приятными из всех, что ты пережила, но ты не доживешь до восхода солнца". Она посмотрела на клинок. "Возьми клинок, и прикосновение к зеркалу станет твоим последним воспоминанием". Луна посмотрела на чашу с намеком на улыбку. "Или ты можешь выпить Ночь и идти вперед на мою службу".

Улыбка померкла, и Луна посмотрела на Кэндис холодными безэмоциональными глазами. "Что бы ты ни выбрала, я получу твою силу, твоя жертва поможет защитить Эквестрию. Никто не будет думать о тебе хуже, если ты захочешь обрести свою судьбу сейчас, а не стоять между нашими подопечными и кошмарами, которые там, снаружи".

"У тебя есть один час, чтобы сделать свой выбор", — постановила Луна.

Кэндис сделала свой выбор без единого сомнения или колебания. Оглядев доступные ей варианты, Кэндис посмотрела на Луну, стоявшую перед ней. "Передо мной три варианта, но когда я смотрю на них, я вижу четыре варианта. Что если я просто выберу тебя?"

Глаза Луны сузились, ни одной другой реакции не было видно, когда она спросила: "Ты уверена?"

"Ты приняла меня полностью такой, какая я есть. Ты первая, кого я могу вспомнить. Я отвечаю тебе тем же. Я принимаю тебя какая ты есть, такой, какая ты есть. Я делаю это безоговорочно. Я люблю тебя. Нет ничего более правдивого, чем это". Кэндис заявила, что ее сердце открыто для Луны.

Улыбка, появившаяся на клыкастой пасти Луны, была поистине дикой, а взгляд ее глаз — восхищенным. Она перевела взгляд на предложенные предметы, один за другим, позволяя им раствориться в тени, и последним был кубок. Она прошла вперед и нависла над Кэндис.

Увидев Луну в таком состоянии, с таким желанием, как у нее, она вспомнила, как Луна начала ласкать ее шею. Желание снова начало давать о себе знать. Некоторое время она оставалась неподвижной, уверенная в своем выборе, даже если она не знала, к чему это приведет. Все, что она могла сделать, — это отдать свое сердце Луне и довериться тому, что она с ним сделает.

Сила Луны вспыхнула вокруг нее, и мир превратился в одну лишь луну и тьму. Луна опустила голову, и ее глаза, сияющие, как две серебряные луны, уставились прямо в глаза Кэндис. "Тогда ты, моя дорогая Кэндис, МОЯ". Резким движением Кэндис оказалась в той же позе, в какой она видела себя в зеркале. Клыки Луны зверски вонзились в ее шею, а мощные крылья обвились вокруг нее.

Как и в прошлый раз, была легкая боль и наслаждение. Неожиданно, повернув голову, Луна рванула ее назад, оставив большую открытую рану. Вместо крови хлынула ледяная тьма.

Несмотря на боль, Кэндис расслабилась, уступая, отдавая Луне каждую частичку себя. Отдавая свою магию, свое тело или, по крайней мере, все то, чем она обладала в данный момент.

Луна вырвала из своей гривы одну звезду. Подняв ее своей аурой, она прижала ее к сердцу Кэндис. Ее масса пылала так сильно, что она не могла понять, горячая она или холодная, так как обжигала ее шерсть. Копыта Луны притянули ее в поцелуй. Кэндис почувствовала медный вкус собственной крови на губах Луны. Кэндис ответила на поцелуй, полностью погрузившись в объятия, и ее крылья обвились вокруг Луны.

Луна, казалось, наслаждалась контактом, углубляя поцелуй. Одна нога любовно обхватила ее туловище, а другая прижалась к звезде. С медленной необъяснимой силой Луна толкнула маленькое горящее пятнышко, и оно растаяло в груди Кэндис.

Кэндис изо всех сил сопротивлялась крику, и те немногие хныканья, которые пытались вырваться, были поглощены поцелуем. Поцелуй, за который она цеплялась, как за спасательный круг.

Боль внутри Кэндис нарастала. Она чувствовала, как ее магия дико колеблется, как внутри нее расцветают новые ощущения. Кэндис, будучи одной из немногих смертных пони с более чем одним источником, обладала уникальной информацией. Она чувствовала, как в ней зарождается еще один, третий источник. Она чувствовала, как часть Луны, часть магии ее любви, становится единым целым с ней самой. Крошечная частичка Луны навсегда останется частью ее самой.

Луна отстранилась от поцелуя, Кэндис прильнула к ее рту на короткое мгновение, любовь и желание ясно читались в их глазах. Кэндис глубоко вдохнула, часть тьмы влилась в открытый рот Луны. Надавив вперед и прижав Кэндис к земле, она возобновила поцелуй, непреодолимая сила лишила ее возможности сопротивляться, да Кэндис и не пыталась.

Она почувствовала, как жидкость скользит по ее горлу, она ощущала ее ужасный болезненный холод, на вкус она не могла описать ничего, но все ее чувства покалывало. По мере того, как она оседала в ней, ощущение холода становилось приятным, а не болезненным, словно что-то изменилось внутри нее. Как тепло солнца было ей приятно, когда она была под властью Селестии, так теперь, похоже, холод ночи стал ее домом.

Серебряные отметины на ее крыльях, копытах и теперь уже хохолки на кончиках ушей пылали энергией и ярко светились в лунном свете.

Вся боль, которую она испытывала, утихла, ее новый источник успокоился, и чудесная жидкость исцелила ее раны. Копыта, крылья и магия Луны начали исследовать тело Кэндис, ставшее теперь Избранным Ночью. Взглянув в зеркало, она увидела, как медленно происходят изменения в ее реальном теле.

Ее новые глаза раздвинули темноту, и она увидела, что Ночная гвардия смотрит на нее с явным благоговением, хотя Страйкер теперь держал в копытах множество бит.

Луна не давала ей много времени наблюдать, так как делала все возможное, чтобы эта ночь стала для нее лучшей в жизни.

Кэндис не стала возражать, зеркало было быстро забыто. Магия снова наполнила ее тело.

* * *

Кэндис медленно просыпалась, окутанная крыльями и копытами сзади. Теперь ее обострившийся слух слышал биение сердца и дыхание пони, державшего ее. Ее тело чувствовало себя прекрасно, она чувствовала себя живой, она чувствовала себя сильной. Ее тело помнило наслаждение предыдущей ночи. Их чистые, легкие, благоухающие ароматы указывали на то, что они обе недавно принимали ванну.

Ей не потребовалось много времени, чтобы понять, что она находится в постели с Луной. Ее государь, ее любовь, глубоко спала, а ее грива казалась почти плоской, словно ее неземная красота была почти утрачена. В комнате было темно, но для ее прищуренных глаз она была светлой, как день. Ее тело обрело новые чувства, и происходящее поразило ее: темнота комнаты теперь была насыщена новыми красками, тени имели столько же уникальных оттенков, сколько звезд на небе.

Кэндис начала небольшой эксперимент. Она собрала свою магию и попробовала послать ее Луне. Она надеялась, что это поможет ей восстановиться немного быстрее. Она почувствовала, как Луна приняла силу, на ее губах появилась улыбка, а затем все вокруг внезапно погрузилось во тьму.

Последнее, что она услышала, прежде чем потерять сознание, был голос Инсайт: "Не похоже, что это была хорошая идея".

* * *

## 29.1 Прогулка по Вечносвободному

* * *

Последняя неделя прошла хорошо. Твайлайт никогда бы не подумала, что совместное использование ее тела может иметь столько преимуществ. Она удобно устроилась в постели, накладывая последние штрихи на заклинание, которое ей понадобится, пока Найт завтракала и присматривала за Спайком. С тех пор, как Кейденс шантажировала Найт, и после откровения с Луной, ее отношения с бывшей Найтмер стали меняться. Теперь Твайлайт чувствовала, что это больше похоже на партнерство.

Закончив заклинание, она закрыла книги, с которыми работала, и позволила своей ауре отправить их обратно в свои дома в библиотеке. Она подула на чернила нового свитка, помогая им высохнуть.

Твайлайт потянулась, наслаждаясь тем, как податливо двигается ее тело аликорна. Она бросила взгляд на спящую рядом с ней Дримс и улыбнулась. Она не была уверена, как официально будут называться их отношения, но знала, что ей это нравится. Наклонившись, она с любовью прижалась к кобыле, своей первой подруге.

Она была очень благодарна Найт за то, что та позволила ей спрятаться здесь, когда она вместе с Луной отправилась посмотреть, что можно найти в Храме Скрытого Пути, это очень помогло. Прошло несколько часов в любящих объятиях Дримс, прежде чем она окончательно успокоилась, увидев только вход.

Какая-то ее часть хотела хихикнуть, а другая, та, что была созвучна Нове, издала нежное мурлыканье. Твайлайт чувствовала себя прекрасно.

Маленькое зернышко сомнения назойливо промелькнуло в ее сознании. Любила ли она Дримс? Она думала, что да, но она была новичком во всем этом, как она могла быть уверена? А то, что Нова смогла взять верх над ее эмоциями и даже мыслями, еще больше все усложняло.

Твайлайт вдыхала аромат Дримс, наслаждаясь тем, какое умиротворение может подарить ей одна простая вещь. Беспокойство о том, как и почему она любит свою кобылицу, улетучилось. Она вспомнила, как впервые встретила Дримс — казалось, что это было так давно, но на самом деле прошло меньше двух недель. Вся ее жизнь, ее цели, даже ее представление о том, кто она такая, — все резко изменилось за это короткое время.

Твайлайт поцеловала Дримс, которая слегка вздрогнула и ответила на поцелуй. "Ты ненасытная", — легкомысленно пожаловалась Дримс, отгоняя сон от своих идеальных глаз.

Твайлайт ухмыльнулась. "Ты же знаешь, что тебе это нравится". Уверенность, которую придавала ей Нова, была почти такой же пьянящей, как и мысли о том, что она может сделать с Дримс. Она пустила в ход копыта, исследуя тело, которое стало для нее таким знакомым. Твайлайт знала, что Селестия будет крайне разочарована своей ученицей за то, что она так ослабила самоконтроль. В конце концов, она намеренно создала свой инструмент, полностью лишенный подобных желаний.

Серебряная аура Дримс удерживала ее на месте, останавливая продвижение Твайлайт. "Моя Стар… как бы мне ни хотелось, чтобы ты продолжила, но сегодня ты должна кое-что сделать".

Твайлайт смущенно улыбнулась, обдумала несколько слов, которые могла бы сказать, но потом вздохнула. В конце концов, у Дримс был веский довод.

"А теперь рысью беги и приводи свой план в действие, мне не терпится увидеть, как отреагирует Луна", — сказала Дримс с улыбкой.

"Еще один поцелуй?" — спросила Твайлайт, проводя кончиком крыла по телу Дримс.

Что-то изменилось в глазах ее подруги. "Да пошло оно всё...", — пораженно сказала Дримс, перекатываясь, прижав Твайлайт к кровати и с силой обхватывая ее идеальными крыльями, притягивая к себе в страстном поцелуе.

* * *

На час позже, чем планировалось, Твайлайт вышла из своей спальни в Золотом Дубе, глубокое чувство удовлетворения наполняло ее от кончика рога до кончика хвоста. Несмотря ни на что, она была счастлива. Удивительно, как легко ей удалось хотя бы в общих чертах забыть о том, что с ней произошло.

Почти смерть на алтаре уже не казалась ей чем-то серьезным. Была ли она в отрицании? Возможно. Волновало ли ее это в данный момент? Нет.

Она проложила себе путь к центральной части. Почему-то она всегда знала, в какую сторону повернуть. В этом был какой-то смысл. В конце концов, все это было ее разумом. Она не могла сдержать ухмылку при воспоминании о том, как ее несло в ауре Дримс, и она чуть не врезалась головой в некоторые стены.

Твайлайт провела копытом по деревянной стене в одном из таких мест, когда проходила мимо. Это место, ее библиотека, казалась ей настоящим домом. Она приведет сюда девочек. Возможно, они могли бы устроить здесь ночевку.

Оглянувшись через перила вниз, в центральную часть, она решила телепортироваться, а не использовать крылья или спуститься по лестнице. Ее тело было слишком расслаблено, чтобы прилагать усилия.

Моргнув в центре первого этажа, она рысью направилась к новому дверному проему. "Доброе утро, Грей", — сказала она, приветственно взмахнув крылом. Открыв богатую дверь из темного дерева, она прошла через нее и оказалась на пороге, который Твайлайт решила назвать своим порогом.

Стук ее копыт зазвучал резче, когда она переступила порог библиотеки, выйдя из уютного дерева на обсидиановую плоскость с грозовым небом. Как и в прошлый раз, когда она была здесь, реальный физический мир был виден внизу в том, что должно было быть отражением в полу. Она задумалась, было ли это ментальное пространство Найт или просто интерфейс с ее физическим телом, потому что Найт была настоящим хозяином этого пространства.

Чтобы выяснить это, ей нужно провести дополнительное исследование. Покачав головой и отложив это на время, она привлекла внимание Найт. "Доброе утро, Найт" — сказала она, наблюдая, как ее тело убирает посуду, а Спайк радостно убегает, держа в когтях драгоценные камни.

"Доброе утро, Твайлайт" — ответила Найт, направляя часть своего внимания в ментальное пространство, ее предпочитаемая форма Твайлайт с крыльями летучей мыши проявилась рядом с Твайлайт. "Ты опоздала", — сказала она со знающей улыбкой.

Твайлайт попыталась побороть румянец, но была уверена, что ей это не удалось. "Извини", — сказала она из вежливости, но на самом деле не чувствовала этого.

Найт посмотрела на нее с ревнивым выражением лица.

"Эй, не будь такой", — сказала Твайлайт, притягивая Найт в объятия своей аурой.

Удивленная Найт на мгновение замерла. Затем расслабилась, прижавшись к Твайлайт, и ответила на объятия своими перепончатыми крыльями. Твайлайт почувствовала, как Нова заурчала от интереса, но отогнала эти мысли. У нее были дела на сегодня, и ей было не до таких отношений с Найт. По крайней мере, пока. Неужели я даже думаю об этом? — с недоверием подумала она.

Чтобы отвлечься, она начала мысленно перечислять все плюсы и минусы объятий пони с фестральными крыльями. Она потерпела неудачу: все последствия того, что она аликорн, что у нее есть фрагменты и Луна, захватили ее мысли.

Она знала, что закон говорит о том, что фрагменты и носитель считаются одним пони с юридической точки зрения. Это означало, что все они женятся на Луне. Твайлайт не была уверена, как она к этому относится. Каждый фрагмент, каждый из ее вновь обретенной семьи и друзей были отдельными пони. Даже если у них был небольшой недостаток — отсутствие собственного тела.

Как у аликорнов могут быть нормальные отношения? Когда нельзя быть уверенным в том, кто смотрит из их глаз? Вот почему Селестия не сказала Кейденс?

Подумав об этом, Твайлайт могла сказать, что в данный момент у нее нет собственного тела, поскольку Найт имела на него договорные права. Твайлайт подняла копыто и провела им по шее, где, как она знала, находились цепи Найт, даже если сейчас она не могла их видеть. В данный момент она чувствовала себя легко, ее связывали только обязательства не действовать против Найт.

Проявление Найт исчезало в тени, все ее внимание теперь вернулось в физический мир. "Я знаю, что ты там, наблюдаешь", — обратилась Найт к особенно глубокой тени.

"Мы готовим сюрприз для Луны, приятный сюрприз. Я бы попросила тебя и твоих сородичей сохранить этот секрет. Ты можешь сказать Луне, что ее суженая готовит для нее сюрприз, если хочешь, но передай мою просьбу, чтобы она ничего не предпринимала для расследования, иначе я буду расстроена".

"Как пожелаете, принцесса" — тихий шепот раздался из тени.

Как давно ты знаешь, что они там? — мысленно спросила Твайлайт.

Они были там с тех пор, как Луна приняла Стар как свою.

О, — ответила Твайлайт, подумав, что ей нужно быть внимательнее.

Найт вглядывалась в отражающую поверхность потолка. Твайлайт показалось, что Найт смотрит прямо ей в глаза из изображения на обсидиановом полу мыслесферы.

"Поскольку это твой план, ты должна сыграть свою роль в его организации" — сказала Найт.

Нити тени мягко схватили Твайлайт. Она чувствовала себя противоречиво. Она сдерживала панику по поводу того, что, как она боялась, они могут сделать, и восторг Новы по поводу того, для чего, как она надеялась, они могут быть использованы.

Она подумала, не придумать ли ей заклинание, которое бы вызывало холодную воду над Новой. Было много случаев, когда было бы неуместно или нежелательно подчиняться прихотям Новы. Ей, очевидно, удавалось забрасывать вещи за печать Грей, когда она не хотела о них вспоминать, насколько сложнее было бы перебросить холодную воду через печать Новы?

Усики потянули ее сквозь пол. Ощущение прохладной и вязкой жидкости, вдавливающейся в ее шерсть по мере погружения, заставило ее вздрогнуть.

Мгновение спустя она уже делила плоть своего тела с Найт. Она подняла физическое копыто перед лицом. Она знала, что Найт может остановить ее в любой момент, когда пожелает. Она просто одалживала тело, но уровень доверия, который проявляла к ней Найт, вызывал на ее лице яркую улыбку.

На мгновение она привстала на месте, отмечая небольшие различия между своим ментальным телом и физическим. Здесь она была немного выше и чувствовала себя сильнее. Впервые с момента посещения храма она действительно уделила время своей фигуре.

Она потянулась, изучая каждый мускул, удивляясь тому, насколько здоровее она выглядит по сравнению со своим ментальным телом.

Твайлайт снова двигала собственным телом. Она чувствовала Найт рядом с собой, разделяя все ее чувства, не позволяя ей натыкаться на вещи, когда она отвлекалась. Честно говоря, ей было трудно вспомнить, как она справлялась сама с собой в своей голове.

Твайлайт направилась к парадной двери своего дома — или второго дома, ее Библиотека была больше похожа на дом, чем хрустальный замок. Она зажгла рог и открыла дверь, выйдя в залитое солнцем утро.

Понивилль казался нормальным. Странно, что после всего, что произошло, он оставался неизменным. Она знала, что это глупо, но именно так она себя чувствовала. Ей казалось неправильным, что мир продолжает жить, несмотря на все те ужасные вещи, которые с ней произошли.

Перестань быть такой мелодраматичной, — упрекнула Твайлайт Найт.

Хорошо, хорошо, — поспешно ответила Твайлайт.

Она начала идти, заметив, что на нее смотрит множество глаз, и Нова зашевелилась внутри нее с низким довольным урчанием. Твайлайт окинула взглядом всех пони, наблюдавших за ней. Она чувствовала, как удлиняется ее шаг, как меняется положение ее тела, когда она почти парит над землей, ее крылья слегка расправлены, рог высоко поднят.

Твайлайт подумала о том, как она двигается, и хотела покраснеть, но Найт ей не позволила.

Ты красивая кобыла, другие это видят. Зачем скрывать это? — ласково укорила Найт.

Потому что Нова разглядывает пони Понивилля, как Пинки конфеты в кондитерской. — смущенно заскулила Твайлайт.

Твайлайт почувствовала, как ее лицо растягивается в улыбку, а из уст вырвался слабый смех. Разве это так уж плохо? — спросила Найт.

Твайлайт окинула взглядом толпу, большинство были просто рады видеть ее на улице, поэтому она махала им копытом и улыбалась. Но у некоторых был взгляд желания, голодный взгляд, который подпитывала ее маленькая демонстрация. Она поймала себя на том, что не успела приглашающе улыбнуться им. Приятно, когда тебя хотят, но из-за Дримс и Луны она не была уверена, стоит ли ей вообще смотреть на других пони.

Слегка раздраженное чувство Новы было всем доказательством того, что Нова с ней не согласна. Твайлайт вздрогнула. Ты не будешь счастлива, пока не получишь шанс на всех пони, не так ли? — подумала Твайлайт, глядя на Нову.

Расслабься, моя Хозяйка, — приказала Найт.

Твайлайт почувствовала, как беспокойство и тревога начинают уходить с ее лица. Она позволила себе улыбнуться некоторым пони, которые проявили к ней интерес. Не настолько, чтобы приглашать, но достаточно, чтобы показать, что она ценит их интерес к ней. Один или два раза она, возможно, дала понять, что может заинтересоваться ими позже, но она не была уверена.

Она почувствовала, что хочет хихикнуть. Она чувствовала себя не в своей тарелке, но было приятно, когда тебя хотят, когда тебя желают. Найт, что ты со мной сделала?

Я просто сказала тебе расслабиться, — игриво сказала Найт.

Это не работает, — полусерьезно запротестовала Твайлайт, ей было трудно раздражаться.

Очень хорошо, я использую свои эмоции, чтобы повлиять на тебя, как ты можешь посылать мне свои эмоции, так и я могу посылать тебе свои. В данном случае, я посылаю тебе чувство спокойствия, чтобы помочь тебе мыслить здраво и получать больше удовольствия.

Как ты можешь так поступать со мной? — потребовала Твайлайт, пытаясь возмутиться и терпя неудачу.

Легко, ты делаешь это со мной с тех пор, как мы заключили наш договор. В прошлый раз ты чуть не утопила меня, когда сошла с ума от науки. Так что все должно быть по-честному, и это делается даже для твоего же блага.

Твайлайт хмыкнула и с удивлением заметила, что Найт позволила ей вести их тело. Несколько пони бросили на нее странный взгляд. Она сделала смущенный вид и отмахнулась от их беспокойства.

Твайлайт повернула голову и увидела элегантную единорожку с черной шерстью и яркой зеленой гривой. У нее не было выбора, кроме как обратить внимание на ее внешность, так как Найт позволила их взглядам блуждать по кобыле.

Только не говори мне, что ты не начинаешь вести себя как Нова! — возмущенно сказала Твайлайт.

Нет, но что-то в ней есть, я почти чувствую, как она стремится к нам, и в ней есть что-то знакомое.

Твайлайт сделала бы фейсхув, если бы Найт не подвела их к кобыле. Глаза кобылы на мгновение расширились, прежде чем на ее прекрасном лице появилась приятная и долгожданная улыбка.

"Не многие пони смотрят так пристально, что я чувствую это с другой стороны улицы, кто-то может подумать, что я тебе интересна", — игриво сказала Найт, закончив словами соблазнения.

Кобыла улыбнулась: "Ну, я Эмеральд Шейд, и мне очень приятно познакомиться с вами, принцесса". — Она понизила голос до шепота. "И это может быть вашим, если вы хотите".

Ты шутишь, да? — прокомментировала Твайлайт. Она добавила невидимый звуковой барьер, чтобы не слишком беспокоиться о том, что могут подумать другие пони.

"А если я захочу?" — промурлыкала Найт. Твайлайт чувствовала, как ее забавляет недовольство Твайлайт.

"Я остановлюсь в двенадцатой комнате на постоялом дворе".

Найт наклонилась ближе, вдыхая ее запах. "Тогда, возможно, мы увидимся позже", — прошептала она и отодвинулась от Эмеральд, позволяя хвосту ласкать ее хвост.

Тебе обязательно было это делать? — спросила Твайлайт.

Нет, но я хотела,.— ответила Найт.

Ты действительно собираешься принять ее предложение?

Может, продолжим твой план? — Найт уклонилась от ответа.

После того, как ты ответишь на мой вопрос, — ответила Твайлайт. Она, конечно же, не собиралась так просто отпускать Найт.

Найт издала радостный смешок. Думаю, я могу.

От одной мысли о том, что подумают ее друзья, ее сердце сжалось от ужаса. Ты не можешь, что подумают пони?

Найт затрепетала крыльями: Тогда я позабочусь о том, чтобы она молчала.

Твайлайт запаниковала, представив, как Найт использует, а потом убьет бедную кобылу.

Не будь таким жеребенком, я всего лишь хотела заставить ее пообещать, что она ничего не расскажет и будет сдержанной в отношении моего визита.

Ох. Единственным ответом Твайлайт было то, что она чувствовала себя немного глупо за то, что слишком остро отреагировала, и немного плохо за то, что так сурово осудила Найт.

А теперь давайте займемся этим? Мы сожжем этот проклятый дневной свет.

* * *

Если она собиралась осуществить свой план, ей нужна была помощь Старлайт. Учитывая, как все прошло в прошлый раз, Твайлайт не была уверена, как это будет.

Старлайт все еще оставалась в повозке Трикси. Избегала ли она замка или просто составляла Трикси компанию?

Твайлайт хотела остановиться, но Найт продолжала идти элегантным шагом, слегка сексуально покачивая боками. Усилием воли Твайлайт взяла себя в копыта и остановила раскачивание. Этого было более чем достаточно для нее. Она направилась к месту, где Трикси припарковала свою повозку.

Знакомый хлопок вытесняемого воздуха, и вдруг Литтл Стар оказалась на ее спине, обнимая ее за шею. "Мамочка, мамочка, можно мне пойти поиграть с моими друзьями?"

Вот так, все плохие чувства, которые Твайлайт испытывала к Найт, исчезли, она чувствовала привязанность Найт к Литтл Стар.

"Пока ты обещаешь использовать только те заклинания, для которых ты освоила правила", — сказала Твайлайт. "И не придумывать заклинания для Метконосцев", — добавила Найт их общим голосом.

Стар мгновение выглядела немного разочарованной, но потом кивнула. Из одного из карманов Стар появился свиток, на котором она записала новые правила безопасности при работе с Метконосцами. Стар убрала свиток и улыбнулась, прижимаясь к Твайлайт.

"А теперь иди и повеселись", — сказала Найт.

Твайлайт не успела ничего добавить, как Стар исчезла во вспышке магии.

Знаешь, мне кажется, она любит телепортироваться больше, чем ты., — игриво подколола ее Найт.

Твайлайт на мгновение задумалась. Возможно, ты права. Она решила начать подсчитывать телепорты Стар и свои собственные, просто чтобы проверить.

Когда они вдвоем, разделяя тело, добрались до места, где Трикси припарковала свою повозку, Твайлайт что-то почувствовала. В роге Твайлайт раздался магический гул, и только через мгновение она догадалась, что Старлайт или, возможно, Трикси установили заклинание обнаружения аликорнов.

Что ж, это выглядит гостеприимно, — сухо прокомментировала Найт.

Пульсация магии Старлайт, и вот уже сама кобыла стоит перед Твайлайт.

"Доброе утро, Старлайт", — сказала Твайлайт дружелюбным тоном, она могла только представить, что та думает о ней сейчас. Судя по тому, что ей рассказывали, Старлайт имела несчастье видеть кое-что из того, что случилось с ней на алтаре.

"Доброе утро, как ты сегодня?" — спросила Старлайт, в ее голосе слышалось беспокойство, словно она ожидала, что с Твайлайт не все в порядке.

Твайлайт улыбнулась: "Я в порядке, спасибо". Она изо всех сил старалась не волноваться о том, что чувствует себя хорошо. Она была уверена, что чувствовать себя хорошо после всего, через что ей пришлось пройти, в одной из книг по психологии считалось очень плохим состоянием. Мысленно пожав плечами, она отбросила эту мысль. У нее были дела.

Старлайт выглядела сомневающейся. Твайлайт все еще видела в глазах подруги легкую затравленность. Дримс подсказывала ей, что Старлайт имела несчастье видеть то немногое, что случилось с Твайлайт на алтаре.

"Ты уверена, что с тобой все в порядке? Не обижайся, но после того, что ты пережила, ты не должна быть в порядке", — надавила Старлайт.

Твайлайт обняла Старлайт передней ногой. "Несмотря ни на что, мне никогда не было так хорошо".

Твайлайт пришлось приложить все усилия, чтобы не хихикнуть, глядя на недоверчивое выражение лица Старлайт. "Действительно, у меня есть дочь, я, вероятно, женюсь на Луне, все мои друзья в безопасности, я спасла всех пони в Мэйнхеттане. Да, то, через что я прошла, было ужасно, но в конце концов это была просто боль".

Старлайт просто уставилась на Твайлайт, даже не моргая в течение долгих секунд.

Думаю, ты сломала ее, — заметила Найт.

"…просто боль… Просто боль, я только видела ее, и то, что я видела, все еще преследует меня. Я не уверена, что я в порядке после этого, как ты можешь быть в порядке? Трикси только слышала это, и каждую ночь ей снились кошмары. Принцесса Луна работала сверхурочно только над нами двумя, а ты упираешься, говоря, что с тобой все в порядке?" — Озабоченность и беспокойство, наконец-то прорвавшиеся из уст Старлайт, утешали, даже если она пыталась придумать, как успокоить подругу.

Как ты думаешь, она взорвется, упадет в обморок или нападет на нас, если мы просто скажем "да"? — подумала Найт, обращаясь к Твайлайт, ее мысленный тон был очень забавным.

Твайлайт просто проигнорировала Найт и крепче обняла Старлайт. "Я аликорн, мы созданы для того, чтобы справляться с подобными вещами и просто восстанавливаться. Со мной все будет хорошо, я больше волнуюсь за тебя и Трикси", — она отстранилась и тепло улыбнулась Старлайт.

"Все будет хорошо", — сказала Найт.

Твайлайт чувствовала, как она направляет часть своей магии аликорна, когда говорила. Старлайт, казалось, успокоилась, ее напряженные мышцы расслабились, и она позволила себе тепло обнять Твайлайт.

Контроль разума? Правда? — Твайлайт мысленно почти кричала на Найт.

Ты же знаешь, что это не так. Это просто влияние аликорнов на обычных пони. Ты делаешь это со всем Понивиллем каждый день с момента своего вознесения. На самом деле, благодаря мне, ты делаешь это реже, чем обычно.

Я никогда не делаю этого намеренно, и это совсем другое чувство, чем просто казаться впечатляющей или ужасающей.

Так что твоя подруга теперь спокойна, приступай к делу.

Твайлайт вздохнула, благодарная, что по крайней мере Нова вела себя прилично. Возможно, это было просто правило, что в любой момент времени один фрагмент должен вести себя плохо. Ей нужно будет получить больше данных, чтобы проверить.

"Старлайт, если ты не против, у меня к тебе просьба", — мягко сказала Твайлайт.

"Хм", — промурлыкала Старлайт, склоняясь в объятиях.

Что ты сделала? — терпеливо спросила Твайлайт.

Ничего такого, о чем ты не знаешь, я думаю, что она просто плохо спала из-за того, что ее подруга постоянно просыпалась от кошмаров.

У нее нет подруги.

Правда? Эти двое слишком близки, чтобы быть кем-то еще.

"Старлайт? Трикси…" — Голос Трикси доносился изнутри повозки. Мгновение спустя, голова синей кобылы высунулась из повозки. "Почему ты обнимаешь Старлайт?" — спросила она, выходя из повозки и приближаясь к ней.

"Великая и могущественная Трикси очень разочарована тем, что ты просто телепортировалась". Трикси направилась к Старлайт. Не получив ответа, она ткнула ее копытом.

"Доброе утро, Трикси", — сказала Твайлайт, улыбнувшись.

"Трикси требует знать, что ты с ней сделала?" — потребовала Трикси.

"Она была просто в бешенстве, я помогла ей успокоиться… Я не ожидала, что это будет так эффективно", — предложила Найт в свою защиту.

Твайлайт чувствовала, как Найт пробуждает свою силу аликорна, вероятно, обдумывая, как использовать ее, чтобы решить проблему, в которую попала Трикси.

Ты никогда не научишься, если будешь полагаться только на это, — Твайлайт отругала Найт. А теперь попробуй использовать то, чему ты научился, наблюдая за мной, чтобы решить эту проблему с помощью одних только слов, — проинструктировала она Найт. Она знала, что должна чувствовать себя немного виноватой за то, что использовала Трикси в качестве урока, но… это была Трикси, и, как бы ей не нравился этот факт, легче было не быть.

Хорошо… Я воспользуюсь твоим методом, — мысленно хмыкнула Найт.

"Ворчливая и раздраженная Трикси требует сказать, что ты собираешься делать, чтобы все исправить, или ей придется превратить тебя в чашку?"

Твайлайт почувствовала, как Найт формирует ментальную проекцию на пороге их дома, просто чтобы упасть со смеху.

Найт изо всех сил старалась тепло улыбнуться и скрыть свое раздражение на кобылу. "Старлайт будет в порядке, единственная причина такой реакции — это усталость".

Найт направила немного магии единорога, но не через свой рог. Твайлайт хотелось вздрогнуть и хихикнуть одновременно. Знакомая энергия наполняла ее тело так, как она никогда раньше не чувствовала. Сила обрела форму. Твайлайт догадалась, что это была странная версия заклинания Трансмутации, чтобы помешать Трикси превратить их в чашку.

Трикси недоверчиво подняла бровь.

Твайлайт заблокировала их магию аликорна, да, она знала, что Найт может это отменить, но это было ей не выгодно.

"Что ты хочешь, чтобы я сделала, или ты ревнуешь, что она обнимает меня?" — фыркнула Найт.

Трикси на мгновение запнулась. Твайлайт хотела выполнить фейсхув, но так ситуацию не разрядишь.

С помощью своей ауры Найт притянула Трикси к себе, заставляя ее присоединиться к объятиям. "Ну вот, разве так не лучше?" — спросила Найт.

"Где…?" — устало спросила Старлайт, прижимаясь к Трикси.

Найт осторожно отстранилась от объятий, позволяя прижавшейся к ней Старлайт обнять Трикси. Ну вот, решение найдено, — мысленно сказала Найт Твайлайт.

Я не это имела в виду, — Мысленный голос Твайлайт был раздраженным.

Найт позволила своему телу радостно улыбнуться двум кобылам. Разве есть проблема? Старлайт выглядит счастливой, а мы сейчас не чашка.

На мгновение насладившись неожиданным объятием, Трикси покраснела и отстранилась. Старлайт медленно приходила в себя. Трикси проверила, все ли с ней в порядке. Она настороженно наблюдала за Твайлайт.

Придя в себя, Старлайт заговорила. "Твайлайт, ты говорила мне, что я не должна использовать магию разума на своих друзьях".

"Я не…" — начала Найт. Увидев недоверчивое выражение на лицах Старлайт и Трикси, она подняла копыто в знак одобрения. Хорошо, я открою тебе секрет, но ты должна пообещать Пинки клятвой не говорить об этом ни единой душе".

Старлайт с сомнением посмотрела на нее, но подчинилась, а Трикси понадобилось еще немного поощрения от Старлайт.

"Это не было контролем разума, это просто часть того, что значит быть аликорном".

"Что ты имеешь в виду?" — потребовала Трикси.

Найт вздохнула: "Аликорны буквально созданы для того, чтобы править пони. Из-за этого мне трудно не влиять на окружающих меня пони, мои слова более убедительны, мои идеи звучат так, будто они мудрее, чем могут быть. Если аликорн появляется на поле боя, все его союзники воодушевляются, а враги дрожат от страха".

"Так ты хочешь сказать, что просто быть аликорном означает, что у тебя есть что-то вроде ауры контроля разума?" — спросила Трикси.

"Не контроль разума, скорее… вдохновляющее присутствие?" — пояснила Найт.

"Так что же со мной случилось?" — спросила Старлайт.

"Я просто сказала, что ты должна расслабиться. К сожалению, ты расслабилась слишком сильно".

"Как ты можешь так поступать с пони, которых называешь своими друзьями?" — спросила Старлайт с упреком в голосе.

"Слушай, ты думаешь, что аликорн поставляется с инструкцией? Это происходит с тех пор, как появились эти штучки", — сказала Найт, расправив крылья. К сожалению, Селестия ничего не сказала своей “верной ученице” об этом".

Все это казалось Твайлайт сюрреалистичным, Найт агрессивно пыталась быть разумной, это было странно, но, по крайней мере, она не пыталась внушить это своим друзьям.

"Это все еще контроль разума, но учитывая, что тебе не хватает практики, я прощаю тебя", — сказала Старлайт. Твайлайт порадовало, что ее ученица зашла так далеко.

"Спасибо. К сожалению, я пока не могу это отключить", — сказала Найт.

"Трикси ожидает какого-то возмещения за это нарушение ее сущности", — сказала фокусница, глядя на Твайлайт.

У Твайлайт заныло в животе, Найт чувствовала себя так, словно ей пришла в голову замечательная идея, от нее исходил легкий намек на ликование.

Твайлайт почувствовала, как Найт быстро отколола фрагмент и отправила его в библиотеку.

Что ты делаешь? — подозрительно спросила Твайлайт.

"Я знаю, чем могу отплатить тебе". Найт использовала свой рог, чтобы создать вспышку, похожую на эффект телепортации: фрагмент из ее тени подбросил копытом книгу. "Вот", — сказала Найт, протягивая книгу Трикси.

Ты не можешь, я еще не дочитала эту книгу… и пони запрещено знать некоторые из этих заклинаний, —  судорожно ответила Твайлайт.

От восхищенного взгляда Трикси Твайлайт чуть не расплакалась. Это была книга первого издания, сборник всех заклинаний иллюзий, известных пятьсот лет назад, включая более чем несколько заклинаний, которые было запрещено знать пони. Она собиралась прочитать ее сегодня позже, если представится возможность.

Найт издала задумчивый звук. "Есть несколько заклинаний, которые я не могу позволить тебе выучить… если ты не хочешь вступить в гвардию".

Итак, Твайлайт, какие из них запрещены?

Аура Твайлайт выхватила книгу обратно, и на мгновение она почувствовала радость от того, что книга снова оказалась в ее копытах.

Вот это. Твайлайт подумала о странице, содержащей первое из запрещенных заклинаний.

Найт потянулась, чтобы вырвать страницу.

Нет! — мысленно закричала Твайлайт, паника и ярость нарастали. Несколько огненных мотыльков появились на гриве.

Ладно, успокойся, это была шутка,  — мысленно успокаивала Твайлайт Найт, ее беспокойство было очевидным.

Мысленный тон Твайлайт был полон раздражения. Ты совсем не такая смешная, как тебе кажется!

Извини, если у меня мало опыта в том, чтобы быть смешной, я думала, что делиться шутками — это то, что должны делать друзья и семья, — ответила Найт.

Не впутывай в это бедные невинные книги, — пригрозила Твайлайт.

Твайлайт поняла, что с любовью поглаживает книгу. Подняв голову, она заметила странные взгляды Старлайт и Трикси.

"Думаешь, она снова сорвалась?" — Трикси прошептала Старлайт, но, по мнению чувств аликорна Твайлайт, она могла бы и крикнуть это.

Твайлайт быстро зажгла свой рог, создавая чистые страницы из ничего, кроме сырой магии. Она была слишком взволнована, чтобы сосредоточиться и открыть один из карманов, поэтому просто бросила силу на решение проблемы. С помощью заклинания копирования она перенесла нужные части книги на свежие страницы, а затем скрепила их обложкой цвета шерсти Трикси. Она даже использовала быструю вспышку от "очищающего заклинания, превращенного в заклинание дезинтеграции", чтобы вытравить на обложке изображение кьютимарки Трикси.

"Ну вот, теперь я прощена?" — сказала Твайлайт, вертя новую книгу и преподнося ее с шиком.

"Трикси признает, это начало", — сказала Трикси, не в силах скрыть улыбку и голодный взгляд, который она бросила на новый фолиант.

Старлайт столкнулась с Трикси и прошептала: "Не испытывай судьбу с аликорном, который признался, что у него бессознательный контроль разума, и чья грива горела минуту назад".

Твайлайт изо всех сил постаралась не улыбнуться и сделала вид, что не услышала шепотом сказанного комментария.

Наступило долгое, тягостное молчание, которое нарушила Старлайт. "Так в чем тебе понадобилась моя помощь?"

"Готовке, точнее, найти рецепт", — ответила Твайлайт.

"Твайлайт, у тебя же есть библиотека, зачем тебе понадобилась Старлайт, чтобы найти рецепт?" — спросила Трикси.

"Ну… рецепт… " — начала Твайлайт, — "вроде как потерян во времени".

"ЧТО?!" — закричали Трикси и Старлайт.

* * *

Твайлайт чувствовала себя спокойно, гуляя по Вечносвободному, ведь она была аликорном. У нее было достаточно силы, чтобы уничтожить весь лес, и ничто в нем не могло представлять для нее угрозы, если только она видела, что оно приближается. С Найт рядом, Твайлайт не беспокоилась ни о чем на свете.

Потребовалось всего несколько минут, чтобы объяснить Старлайт, что здесь не будет никакой опасности, никаких злых алтарей и ничего предосудительного. Попытка оставить Трикси позади заняла минут десять, прежде чем Найт отказалась от этой идеи и взяла ее с собой.

Книга плыла перед ней. Многие годы, проведенные в окрестностях Кантерлота, дали ей седьмое чувство для избегания объектов при чтении. Ну, ладно, это было навигационное заклинание, но она держала этот маленький секрет при себе.

Твайлайт оглянулась на двух других пони, которые были с ней. Старлайт вела себя осторожно, но спокойно, она была сильна и знала это. Она могла использовать свою магию, чтобы преодолеть почти все. А если добавить к этому способность к телепортации, почти такую же, как у самой Твайлайт, то все, что она не могла победить, можно было без проблем бежать.

Трикси, напротив, была параноиком: каждый звук, каждое движение деревьев — возможная угроза. Трикси не была трусихой, по крайней мере, когда ей не противостояла Урса. Ее рог излучал силу, она явно держала его наготове, чтобы иметь возможность использовать свою магию в любой момент. Она держала его чуть ниже уровня, на котором он мог начать светиться.

Твайлайт не могла не заметить, как несколько раз Найт использовала свои глаза для наблюдения за Трикси. Казалось, она оценила более физически крепкого единорога. Очевидно, что тянуть повозку через всю Эквестрию сделало с ее телом что-то такое, что Найт оценила. Поразмыслив, Твайлайт решила, что, возможно, согласна с этой оценкой.

Как ты думаешь, она сможет кастовать сокрытые заклинания? — с интересом спросила Найт.

Твайлайт чуть не пропустила шаг. Покачав головой и направив свое магическое чувство на Трикси, она изучила ее лей-линии.

У Трикси были слабые лей-линии земных пони, а также, какие и полагаются, единорога, и все они были связаны с мощным источником. Она гибрид?

Разве ты не могла определить это по тому, как развиты ее ноги? — спросила Найт.

Тихое урчание Новы добавило ей одобрения. Твайлайт действительно придется выделить время, чтобы поработать над заклинанием "облить Нову холодной водой". Она изо всех сил старалась не обращать внимания на Нову. Должно быть, она приложила немало усилий, чтобы укрепить лей-линию единорога.

Она заметила, что ее спутники снова смотрят на нее. Твайлайт задумалась, сколько времени пройдет, прежде чем они попытаются упрятать ее в мягкую камеру.

Найт снова смеялся в ее сознании. Ты смотришь на них и молчишь последние десять секунд.

Твайлайт улыбнулась. "Прости, я просто задумалась", — сказала она вслух.

Трикси прижалась ближе к Старлайт. Твайлайт видела в их глазах беспокойство и страх за нее. Ей было немного больно видеть это, но она могла это понять.

Найт отвернулась от них и снова начала идти. Ты можешь любоваться своею мини-Дримс позже, — подумала Найт, глядя на нее. Изящным взмахом крыла она показала им, чтобы они следовали за ней.

Низкое рычание и шелест листьев привлекли внимание Твайлайт, и она почувствовала, как ее уши дернулись, поворачиваясь, чтобы определить местонахождение угрозы.

Найт полностью овладела их телом, ее копыта приняли более свирепую стойку, и она повернулась лицом к звуку, выставив вперед рог.

Глаза Старлайт на секунду расширились, а через мгновение она зажгла свой рог, телепортировав себя и Трикси на другую сторону от Твайлайт.

Светящиеся глаза нескольких лесных волков промелькнули в поле зрения, Твайлайт почувствовала всплеск беспокойства, хотя Найт расслабила язык ее тела.

Три мощных кинетических разряда вырвались из рога Твайлайт. Найт прицелилась идеально. "Маломощные" заклинания врезались в волков, отправляя их в полет. Их тела разлетелись на куски от приложенной к ним силы, пробив множество деревьев.

Твайлайт почувствовала ухмылку Найт. Для нее все это было просто игрой. Пыль рассеялась, и на месте разрушений осталось несколько разбросанных останков лесных волков.

"Хорошие рефлексы, Старлайт", — похвалила Найт единорога, оглядываясь через плечо.

Трикси подняла копыто и указала, Найт последовала за копытом, видя, как разбитые фрагменты древесных волков, а также фрагменты деревьев, разрушенных ею, волочатся по земле. Они вновь собрались в одно существо. Огромный древесный волк Альфа выходил поиграть.

Найт радостно хлопнула копытами. "Возможно, ты окажешься интересным соперником".

Может, ты хотя бы ПОПРОБУЕШЬ притвориться мной? — мысленный голос Твайлайт практически кричал на Найт.

"Мы уверены, что хотим быть в этом лесу с сумасшедшей кобылой?" — снова прошептала Трикси.

"Мы не можем просто оставить ее здесь одну, не в таком состоянии", — ответила Старлайт шепотом.

Неужели кобыла больше не может охотиться на монстров? — громко подумала Найт.

Я охочусь за книгами, — с гордостью прокомментировала Твайлайт.

Он сделан из дерева, мы могли бы превратить его в книгу, — игриво настаивала Найт.

Найт был слишком медлительна, чтобы остановить усиленный магией земного пони копытохув, который Твайлайт поставила себе.

Найт мысленно воскликнула "Ай!".

Лесной волк зарычал.

Найт взглянула на волка и прорычала в ответ полным Королевским Кантерлотским голосом: "НЕ МЕШАЙ!". Волка отбросило назад на несколько длин тела.

"…черт?" Из-за звона в ушах Твайлайт не могла понять, кто это сказал — Старлайт или Трикси, но она согласилась.

А теперь ты знаешь заклинание, чтобы превратить эту штуку в книгу, или я буду делать все по старинке?

Зачем мне заклинание, чтобы превратить существо в книгу?

Ну, в какой-то момент ты предпочла книги пони, так что это могло бы быть элегантным решением".

Твайлайт почувствовала всплеск магии Старлайт, мгновение спустя и она была уже в другом месте.

"Мы в безопасности!" — воскликнула Трикси, обнимая Старлайт.

"Твайлайт…" — начала Старлайт спокойным тоном. "Что это было?"

Найт сосредоточилась на Старлайт, Твайлайт держала челюсть закрытой. Найт, поняв намек, лишь прорычала ей: Ты знаешь, как трудно найти спарринг-партнера для аликорна? Я надеялась хотя бы на небольшое испытание, но неееет, кому-то пришлось телепортировать нас, вместо того чтобы просто смотреть шоу.

Твайлайт почувствовала себя очень сильно подавленной, когда Найт, казалось, сделала мысленный шаг назад. "Многое изменилось с тех пор, как я прошла через то, что ты видела и что слышала. Я знаю, что отрицаю, но я справляюсь с этим единственным способом, который знаю. Немного проветриться было бы полезно. Как аликорн, если я не найду способ избавиться от своих темных чувств, они могут проявиться сами по себе".

"В конце концов, посмотрите, что случилось с Луной несколько тысяч лет назад", — добавила Найт за Твайлайт.

Трикси вздохнула. Старлайт сделала несколько шагов к Твайлайт. "Если тебе что-нибудь понадобится…"

"Спасибо." Твайлайт вздохнула: "Думаю, я буду немного не в себе, пока напавший на меня пони не окажется либо в Тартаре, либо в саду Селестии".

"Разве ты не собираешься попробовать перевоспитать его?" — спросила Старлайт.

Твайлайт зарычала, но не успела она поймать влияние Новы, как из ее гривы полыхнуло пламя. Пара кобыл отступила от волны жара. Ужас появился на лице Трикси, когда Старлайт начала готовить заклинания.

Найт схватила ее за ментальный ошейник и оттащила от тела, бросив обратно в ментальный порог.

"Прости", — сказала Найт тоном, не терпящим возражений, когда пламя угасло.

Твайлайт просто лежала на обсидиановом полу в области разума, тяжело дыша.

"Прости", — повторила Найт гораздо более добрым тоном.

"Трикси считает, что будет лучше, если она сейчас вернется в город".

Внимание Найт переключилось на Твайлайт: Ты достаточно спокойна, чтобы согласиться на это?

Твайлайт зажгла свой рог в области разума, потянулась вниз в отражение и окутала Трикси своей магией. Одна вспышка пурпурного света, и фокусница исчезла.

На лице Старлайт появилось выражение страха. Она быстро произнесла несколько сканирующих заклинаний, с каждым разом выглядя все более спокойной.

"Ты сомневаешься в моей способности телепортировать отсюда одного пони обратно в Понивилль?" — заговорила Найт.

"В твоей способности — нет, но я не видела, чтобы твой рог загорелся".

Оопс, подумала Твайлайт, вжимаясь в пол и снова двигаясь, чтобы разделить тело с Найт. Поскольку возражений и сопротивления не последовало, она решила, что все в порядке.

"Это то, что я практикую, называется сокрытое заклинание. Когда я освою его, я смогу научить тебя", — сказала Найт.

"Понятно. Я бы хотела научиться этому, когда ты научишься. Я все еще беспокоюсь о тебе, но, похоже, ты, по крайней мере, можешь взять себя в копыта. Если тебе когда-нибудь что-нибудь понадобится…"

"Спасибо. Так что насчет заклинания просмотра времени?" — нетерпеливо спросила Твайлайт.

Старлайт кивнула.

Найт усмехнулась, подхватила Старлайт копытами и улетела. "На кухню!"

* * *

## 29.2 Видения исторических кондитерских изделий

* * *

Старлайт несли в копытах Твайлайт так, словно она ничего не весила. Трудно было не чувствовать себя игрушкой, когда ее несла аликорн. Она чувствовала, как мощные мышцы двигаются с каждым взмахом крыльев. За все время на лице Твайлайт не появилось ни единого выражения усилия. Она счастливо улыбалась, игриво кувыркаясь в воздухе.

Обогнув угол и сложив крылья, Твайлайт позволила им упасть через дыру в потолке. Когда гравитация взяла верх, Старлайт почувствовала, как нарастает паника, и ей пришло на ум заклинание телепортации. Только доверие к Твайлайт заставило ее не произнести его немедленно.

Внезапно Твайлайт расправила крылья, и одного мощного взмаха хватило, чтобы остановить их падение. Густая пыль разлетелась по комнате, и задние копыта Твайлайт со слабым щелчком опустились на разбитый кафельный пол.

Пыль медленно оседала, открывая взору окружающее пространство. Разрушенная кухня явно видала лучшие времена. Старлайт даже представить себе не могла, как она выглядела в лучшие времена. Сейчас ее едва можно было назвать кухней. Большие камины и рабочие поверхности были завалены обломками с потолка и заросли растениями из Вечносвободного, пытавшимися вернуть здание дикой природе.

Часть счастья улетучилась из Твайлайт, когда она огляделась вокруг. Старлайт почувствовала, как обмякло тело ее учительницы, когда она осторожно опустила ее на свои четыре копыта.

Старлайт не могла понять, почему вид разрушенной кухни вызвал у ее подруги такую меланхолию. Твайлайт подошла к высокой полке и скорбно посмотрела на остатки разбитой банки на полу. С помощью своей ауры она подобрала осколки, медленно собирая их воедино, вращая то, что Старлайт могла видеть, теперь приняло форму банки с печеньем.

Что с тобой происходит? — удивилась Старлайт. Это была слеза в глазу Твайлайт?

Со вспышкой пурпурной магии банка с печеньем снова стала целой. На лице Твайлайт промелькнул намек на улыбку, когда она стала ставить банку на самую верхнюю полку. Она сделала паузу, кивнула сама себе и телепортировала банку прочь.

Старлайт сделала один шаг в сторону Твайлайт, та вскинула голову, и на мгновение с лица ее подруги взглянули глаза с наполненные чужеродной силой. Твайлайт растерянно моргнула, казалось, она забыла о присутствии Старлайт.

"Твайлайт?" — спросила Старлайт, не делая больше ни шагу. Что-то в Старлайт просто знало, что если напугать кобылу, то это плохо кончится.

Странный взгляд Твайлайт потускнел, еще одно мгновение — и Твайлайт вернулась, ее подруга, ее учительница улыбнулась ей в ответ. Чувство опасности отступило, сменившись теплом добрых глаз ее подруги.

"Да? Ты готова?" — нетерпеливо спросила Твайлайт.

Старлайт кивнула, сейчас ей нужно было быть осторожной. Ей нужно было выяснить, что случилось с Твайлайт. Элементы Гармонии хранили тайну с тех пор, как Твайлайт вернулась в Понивилль. Она не знала, в чем дело, и никто не знал. Что-то случилось, пока ее не было. Ходили слухи о размолвке между Твайлайт и Селестией. Добавьте к этому странное поведение Твайлайт сегодня, а также события в храме, о которых она изо всех сил старалась не думать.

Старлайт знала, что ей нужно поговорить с кем-то из пони, но с кем? С принцессой Луной? Принцессой Селестией? Спайком?

"Эквестрия вызывает Старлайт?" — спросил мягкий голос Твайлайт.

Старлайт оглянулась на свою наставницу. "Прости, я на мгновение потерялась в мыслях. Заклинание, верно. Как далеко ты хотела заглянуть?"

"Одна тысяча сто двадцать два года, четыре луны и шесть дней", — сказала Твайлайт, постукивая копытом по подбородку. "Минус три часа".

"Ты хочешь заглянуть так далеко назад?" — спросила Старлайт в недоумении, не только от количества времени, но и от того, насколько точной была цель Твайлайт.

Твайлайт улыбнулась. "Мне просто нужно, чтобы ты произнесла заклинание, я буду обеспечивать большую часть энергии".

"И все же, это очень много магии… ты уверена, что справишься с этим?"

"Да", — уверенно заявила Твайлайт.

Старлайт выглядела немного недоверчиво. "Мы не пропустим ни одну из мер безопасности".

"Конечно, нет, слишком много хорошего произошло, чтобы так рисковать", — согласилась Твайлайт, — "А теперь, пожалуйста, произнеси заклинание".

"Почему мы делаем это снова?" — спросила Старлайт.

"Мы ищем рецепт… некоторых любимых блюд Луны, которые были утеряны во времени", — ответила Твайлайт. Старлайт не могла не удивиться тому, что ее подруга чуть не сказала.

"Значит, в ближайший месяц точно никаких пыток, криков, монстров или того, что потребует помощи Луны?"

Твайлайт подошла к ней, придвинувшись ближе, немного слишком близко для комфорта, с немного странным взглядом в глазах. "Это просто подготовка к празднику. В то время, которое мы изучаем, не будет ничего плохого", — сказала Твайлайт, прижимаясь к ней, когда она начала массировать спину и плечи Старлайт: "А теперь просто сделай вдох и успокойся".

С одной стороны, она не понимала, откуда Твайлайт так хорошо делает массаж, если бы она была в спа-салоне, она бы с удовольствием расслабилась на копытах у Твайлайт. Учитывая, что они находились посреди замка Двух Сестер в глубине Вечносободного, а Твайлайт казалась такой же устойчивой, как одна из пирожных башен Пинки Пай… она была более осторожной.

Старлайт кивнула, все еще немного волнуясь, и начала произносить заклинание. Твайлайт придвинулась ближе, положив копыта на плечи Старлайт, и медленно опустила рог, чтобы рога коснулись друг друга.

Старлайт почувствовала себя маленькой: Твайлайт была физически больше ее, чего она никогда не замечала в повседневной жизни. Теперь же она возвышалась над ней. Осознание того, насколько она физически сильна, заставляло ее дрожать. Силы, излучаемой из источника Твайлайт, было более чем достаточно, чтобы ошеломить меньшую пони.

"Просто сосредоточься на заклинании", — сказала Твайлайт, ее тон был мягким и успокаивающим. Старлайт почувствовала, как страх исчезает: что с того, что Твайлайт ведет себя странно, она все еще была ее подругой. Беспокойство отступило, и Старлайт почувствовала себя в безопасности: ей не о чем было беспокоиться в лесу. Твайлайт была здесь, чтобы защитить ее.

Старлайт на мгновение закрыла глаза, мысленно сортируя и упорядочивая все сложности заклинания. Для нее было второй натурой регулировать все необходимые переменные. Более тысячи лет? Ей почти хотелось смеяться. Твайлайт сказала, что у нее достаточно силы, и не похоже, чтобы она ошиблась в расчетах.

Она направила энергию в свой рог, начиная заклинание. У нее не было достаточно магии, чтобы добраться так далеко назад. Пурпурный свет озарил комнату, когда Твайлайт зажгла свой рог, вливая силу в заклинание.

Так много. Глаза Старлайт становились все шире и шире. Зуд, щекотка, теплая чувственная ласка — она не могла точно определить ощущения, пробегающие по ее рогу. Ей почти хотелось хихикнуть или застонать от этих ощущений, но она не могла понять, что делать.

Твайлайт медленно откинула голову назад, оставив на месте соединяющую их рога яркую магическую линию. На ее мордочке заиграла самоуверенная ухмылка. По мере того как сила заклинания увеличивалась, Твайлайт даже не реагировала на то, что от аликорна исходило все больше и больше энергии.

Может, Старлайт и не умела считать, как Твайлайт, но она знала, когда чувствовала такую силу, что цифры переставали иметь значение. И снова она была благодарна, что "сражалась" с принцессой Дружбы, а не с бронированным аликорном, который, как она знала, мог запросто швыряться смертельными заклинаниями и который сопровождал ее в храм.

Несмотря на успокаивающее присутствие Твайлайт, все более пьянящее ощущение безграничной силы, подчиняющейся ее воле, вызвало в теле Старлайт страшную дрожь. Если что-то пойдет хоть немного не так, она знала, что будет мертва и полностью десегрегирована, прежде чем поймет, что произошло.

Одно крыло обернулось вокруг нее в успокаивающем объятии. Старлайт прильнула к нему, используя физический контакт, чтобы успокоиться.

Отбросив страх, Старлайт обратила внимание на комнату вокруг себя. Вековые разрушения были восстановлены за несколько ударов сердца. От огромного количества энергии, направленной через рог Старлайт, она должна была скорчиться на полу от боли или разбить себе голову, но ничего подобного не произошло.

Потребовалось несколько мгновений, чтобы понять, что большая часть энергии не текла напрямую через лей-линию рога. Вместо этого энергия идеально повторяла узоры, которые она создавала, настолько точно, что любые корректировки, которые делала Старлайт, мгновенно копировались заклинаниями Твайлайт.

Если бы Твайлайт сказала, что она собирается попробовать, или сколько энергии она будет использовать, Старлайт бы отказалась. Она была рада, что не отказалась. Просто вид этой магии натолкнул ее на множество новых идей, которые она могла бы использовать.

Старлайт переключила свое внимание с магии и сосредоточилась на мирских чувствах. Мир прошлого был здесь. Если бы не безопасность заклинаний, она могла бы протянуть копыто и коснуться его.

Пони суетились вокруг, готовясь к какому-то пиршеству. Кое-что из еды казалось знакомым, но о большинстве блюд она не имела ни малейшего представления. Твайлайт подошла рысью и протянула копыто, чтобы взять конфету в форме звезды, но копыто прошло прямо сквозь нее. Твайлайт зарычала, а затем покачала головой.

Твайлайт сидела на корточках и с нежностью оглядывала пони. Казалось, что она их знает. В воздухе вокруг нее вспыхнула дюжина свитков, каждый из которых выбирал пони и сопровождал записывая за ними. Старлайт взглянула на один из них. Он записывал все, что делала пони, даже наброски рисовались сами собой. По мере написания текста свитки становились все длиннее и длиннее.

Твайлайт посмотрела на дверной проем и задумчиво хмыкнула. "Оставайся здесь", — сказала Твайлайт мягким голосом, но приказная интонация была твердой. Старлайт почувствовала, как ее тело не хочет двигаться, несмотря на желание разума последовать за ней и узнать, что задумала ее учительница.

Импульс магии усилил заклинание времени. Возможно, Твайлайт просто ушла дальше? Еще один импульс, и один из магических предохранителей был осторожно разобран. Паника охватила Старлайт, она должна была что-то сделать, но направление такой силы парализовало ее. Она не могла остановить заклинание, если бы Твайлайт не ослабила свою магию. Лучшим результатом был бы взрыв. Планировала ли она это?

Голубая аура окутала банку с печеньем из прошлого и подплыла к окну. Юная принцесса-подросток Луна с огромной победной ухмылкой стащила копытом полную банку злополучного печенья и незаметно вернула банку на верхнюю полку.

Главный повар улыбнулся, бросив взгляд в сторону окна. Остальной персонал изо всех сил старался не рассмеяться, пока аликорн Ночи пробиралась прочь, "по-видимому" незамеченной. "Она опять испортит ужин", — сказал один из них.

Сильный импульс магии заставил Старлайт зажмурить глаза, и прошло несколько секунд, прежде чем она снова смогла что-либо видеть. Она почувствовала, что защитные чары снова на месте.

Твайлайт вошла рысью с книгой, несколькими поддонами с растениями и коробкой, висящей в ее пурпурной ауре. Гордое выражение ее лица слегка спало, когда она увидела недовольный взгляд Старлайт.

"Твайлайт… ты намеренно обошла систему безопасности?"

Твайлайт слегка повесила голову. На ее лице появилось немного стыда. "Да, обошла…"

Выражение лица Старлайт ожесточилось, когда она подняла взгляд на Твайлайт: "Меня не так уж злит тот факт, что ты это сделала, учитывая замкнутый характер того, что я обнаружила. Я больше злюсь из-за того, что ТЫ три года убеждала меня, что система безопасности была критической, чтобы мы НЕ МОГЛИ повлиять на прошлое, а потом ты пошла и воспользовалась этим, чтобы ИЗМЕНИТЬ ПРОШЛОЕ ВСЕ РАВНО!" — крикнула она.

"Ничего я не изменила", — ответила Твайлайт, и в ее голосе прозвучало рычание, прежде чем она сделала длинный успокаивающий вдох. Она продолжила, ее голос был грустным и почти шепотом. "Мне нужны были ингредиенты, которые вымерли несколько сотен лет назад. Рецепт был утерян. Но я ничего не брала из прошлого. Я просто продублировала то, что было. Семена, которые у меня есть, взяты из банки, которая все еще была здесь в настоящем, но семена превратились в пыль. Нет ничего такого, что могло бы что-то изменить".

"Ты говоришь, что ты в порядке после того, что случилось с тобой на этом проклятом алтаре, но чем больше я вижу, как ты себя ведешь, тем больше убеждаюсь, что на самом деле ты НЕ в порядке. Тебе нужна помощь! Если не от меня, то от кого-нибудь другого. Пожалуйста", — тихо закончила свою тираду Старлайт, в ее глазах начали появляться слезы.

На лице Твайлайт боролись несколько напряженных выражений. Раздражение на мгновение одержало верх, а затем грусть взяла верх. "Я сделаю то, что ты просишь, я организую встречу с Луной и Кейденс".

"А почему не с Селестией?" — спросила Старлайт.

По гриве Твайлайт заплясала одна соринка пламени, но тут же угасла. "Разве ты не слышала?" — сказала она, голос звучал пусто.

"Нет", — Старлайт почувствовала, что ее нутро сжалось, на мгновение Твайлайт снова почувствовала опасность.

"Я не в порядке не из-за алтаря, а из-за того, что Селестия сделала со мной".

Пока Твайлайт продолжала объяснять, Старлайт слушала с нарастающим ужасом. Она использовала контроль над разумом, применяла запретную магию, но не для чего-то подобного. Она порабощала пони, но не резала их души. Услышать, что Твайлайт уже готова простить Селестию, было почти невероятно. В основном в случившемся был виноват Колдун, тот самый пони, который убил оригинальную Твайлайт книгой. Если бы не ужас ситуации, она бы посмеялась над тем, что Принцесса Книг была убита одной из них, но все это было не смешно.

Если бы она встретила колдуна, то поговорила бы с ним. Старлайт была уверена, что Твайлайт простит ее за то, сколько запретной магии она применит при этих словах. И все же это будет благое дело.

В конце своего рассказа Твайлайт казалась мертвой и вялой. Вся энергия ушла из могучего аликорна, теперь она была пони, которую Старлайт могла победить. Даже сила, текущая к рогу Старлайт, ослабла, из-за чего мир прошлого вокруг них потерял большую часть своих красок.

Старлайт взяла себя в копыта: "Я не могу заставить себя даже представить, каково это было для тебя. Я не могу даже представить себе, каково это было для тебя. Но для меня это не имеет значения. Ты мой друг, и я буду рядом с тобой", — сказала она, обнимая Твайлайт. Твайлайт закрыла глаза, обхватив Старлайт крыльями. Ребра Старлайт скрипнули. Она закусила губу, собираясь протестовать, но несколько капель теплой жидкости, упавших ей на спину, заставили ее замолчать.

Движение и шляпа, похожая на шляпу Трикси, привлекли ее внимание. Оглянувшись через плечо Твайлайт, Старлайт увидела, как молодой безбородый пони, похожий на Старсвирла просунул голову в кухню и огляделся. Старлайт восприняла это как знак, что пора заканчивать заклинание. Твайлайт без труда уменьшала силу по очереди с ней, пока они снова не оказались перед руинами настоящего.

Старлайт ободряюще погладила Твайлайт по гриве. Странно было чувствовать себя той, кто успокаивает. Она поговорит с принцессой Луной при первой же возможности, если, конечно, она еще сможет дышать после этих объятий аликорна.

* * *

## 29.3 Вызов Рейнбоу

* * *

У Рейнбоу Дэш был хороший день, по крайней мере до тех пор, пока Трикси не появилась в центре Понивилля во вспышке магии Твайлайт. Фокусница выглядела потрясенной, ее колени дрожали, пока она проверяла свою шляпу и плащ.

Рейнбоу вздохнула и, немного поворчав, соскользнула со своего пухового облака и молнией спустилась на землю.

Трикси почти выпрыгнула из плаща. Рейнбоу с трудом сдержала смех.

"Привет, Трикси, откуда ты взялась, я только что видела, как магия Твай принесла тебя сюда, где она?" — весело спросила Рейнбоу.

"Великая и могущественная Трикси может сообщить, что эта кобыла безумна".

"Да, она иногда немного сходит с ума. Что-нибудь новенькое?"

"Она обычно нападает на лесных волков ради забавы и радостно хлопает копытами, когда появляется более крупный?"

"Хм, да, это что-то новенькое".

"Мы добрались до безопасного места через телепорт, а затем Твайлайт телепортировала Трикси обратно сюда. Это последнее, что я видела. Если честно, Трикси не знает, откуда я туда телепортировалась".

"Значит, она в Вечносвободном?" — спросила Рейнбоу.

"А где еще, по-твоему, здесь могут быть древесные волки?"

"Спасибо". Рейнбоу кивнула и улетела,порывом ветра сорвав с Трикси шляпу.

Пегаске не потребовалось много времени, чтобы быстро облететь Вечносвободный лес. Сверху были видны три длинных траншеи, каждая длиной более сотни пони. Слышался вой лесных волков и крики лесных существ, но никаких признаков Твайлайт не было. К счастью, не было ни крови, ни следов волочения — ничего, что могло бы заставить ее думать, что с яйцеголовой случилось что-то серьезное.

Рейнбоу знала, что с Твайлайт многое случилось, очень многое. Травмы, покрывшие ее тело после возвращения в Понивилль, не были поводом для смеха. Удивительно, как она уже выздоровела и могла передвигаться. Любая нормальная пони пролежала бы в больнице не менее полугода с такими ранами, как у неё. Ссора с принцессой была еще одним безумием. А теперь отправиться на поиски неприятностей в Вечносвободный? Это было ненормально. Возможно, ей стоило потратить время на то, чтобы позвать Флаттершай, но времени не было.

Еще раз быстро облетев лес, она не обнаружила никаких следов. "Где ты, яйцеголовая?"

* * *

Час или около того спустя она увидела Твайлайт, радостно рыскающую по лесу вместе со Старлайт. Не было похоже, что что-то случилось. Внимательно наблюдая за ней, она изучала ее движения, Твайлайт двигалась хорошо. Каждое копыто было поставлено именно так, как надо, и она шла ровным и эффективным шагом по неровной лесной местности. "В какой книге она это прочитала?" — сказала Рейнбоу.

Твайлайт посмотрела прямо на нее. Она слышала это? — с недоверием подумала Рейнбоу. Нет, она, должно быть, видела меня.

Чтобы проверить, она отвернулась и сказала: "Старсвирл — худший маг".

Ее мир наполнился пурпурным светом, а потом она стала мокрой, мокрой и холодной. Каким-то образом она оказалась в фонтане Понивилля. "Так, она могла меня слышать. Как, черт возьми, она могла меня услышать?"

"Может, потому что ты кричишь?" — сказала Берри Панч.

Рейнбоу вылезла из воды. Быстрое встряхивание и взмах крыльев — и большая часть влаги ушла. Быстрого вращения в воздухе было достаточно, чтобы избавиться от оставшейся воды. Она быстро оглядела перья, и в основном все они оказались в порядке. Ей нужно было бы тщательно вычистить их, чтобы убедиться, что они в идеальном состоянии, но для ежедневных полетов это было вполне достаточно.

Она направилась обратно в Вечносвободный лес. Она примерно знала, где находится Твайлайт, и, поскольку она шла со Старлайт, они не могли уйти слишком далеко.

Подойдя ближе, она увидела, как в воздух взлетело дерево, усеянное множеством ветвей, и оттуда вырвался поток пурпурной магии Твайлайт. Она схватила облако и придвинулась ближе, чтобы следить за подругой. Она увидела, что Старлайт все еще идет рядом с Твайлайт и обеспокоенно смотрит на разрушения. Через лес была прорезана линия шириной в три пони и длиной в пятьдесят.

Что бы ни использовала Твайлайт, это было бы очень хорошо для прокладывания дорог и других вещей, необходимых земнопони. Вопрос в том, когда она начала использовать такие штуки на существах в Вечносвободном лесу? Флаттершай просто взбесится из-за этого.

Переместив свой облачный насест поближе, она решила еще раз проверить слух Твайлайт. "С каких пор твой слух стал таким хорошим?"

"С тех пор, как я вознеслась", — ответил ровный голос из облака рядом с Рейнбоу.

Рейнбоу крутанулась на крыльях, готовая к действию, и повернулась лицом к ухмыляющейся Твайлайт. Она приостановилась, не до конца войдя в боевую стойку. "Твайлайт?" — спросила она.

"Рейнбоу?" — Твайлайт ответила вопросом на вопрос в дразнящей манере. "А кем еще, по-твоему, я могла бы быть?"

"Почему ты взрываешь части леса? Там же не снимают оригинал Мак Нейн".

Твайлайт посмотрела вниз на лес и пожала крыльями: "Я не хотела, чтобы лесной волк попытался оторвать мне ногу в качестве закуски".

Рейнбоу почувствовала, как у нее скрутило живот, когда она услышала, как пони так свободно говорит о том, что ее съел хищник. Что еще с ней было не так? Она поборола тошноту, вызванную этим мысленным образом, с напускной храбростью.

"Так тебе что-нибудь нужно? И извини, что телепортировала тебя раньше… ты только что сказала что-то плохое о Старсвирле. Это не является преступлением только потому, что Селестия не позволит мне добавить этот закон еще десять лет. Так что в ближайшие девять или около того лет ты можешь сказать о нем все, что хочешь сказать плохого.

Рейнбоу посмотрела на Твайлайт. "Да, конечно, даже я знаю о свободе слова, ты шутишь".

Твайлайт тепло улыбнулась: "Да, я шучу, я вижу, что эти книги идут тебе на пользу".

Старлайт парила в поле зрения, окруженная своей собственной аурой. Единороги, летающие, не заработав крылья, все еще были жуликами в книгах Рейнбоу. "Как долго ты собиралась оставить меня там, внизу, одну?" — спросила Старлайт.

Твайлайт махнула копытом, отбрасывая вопрос. "Я все еще наблюдала за тобой, и даже без меня твоих способностей хватит, чтобы справиться с чем угодно в этом лесу".

"Даже с гидрой?" — спросила Рейнбоу Дэш.

"Она, наверное, сможет убить ее одним-двумя заклинаниями", — спокойно добавила Твайлайт.

Рейнбоу увидела, как ее собственное шокированное выражение отразилось на лице Старлайт, когда они обе повернулись лицом к Твайлайт.

"Что? У меня что-то на лице?" — спросила Твайлайт.

"Твайлайт, с каких пор ты стала такой жестокой?" — спросила Рейнбоу. Она видела, что Старлайт тоже хотела получить ответ на этот вопрос.

Твайлайт вздохнула и легла на облако. "Вы знаете, сколько опасностей таит в себе лес? Я просто учу их, что пони — это не еда".

Рейнбоу выглядела не впечатленной. "Ты ведь знаешь, что Флаттершай не будет счастлива?"

"Ты собираешься сказать ей?" — Твайлайт сузила глаза, глядя прямо в глаза Рейнбоу.

Старлайт сделала несколько шагов назад, даже подняла заклинание светового щита, с опаской наблюдая за Твайлайт.

Совершенно не обеспокоенная вниманием Твайлайт, Рейнбоу ответила. "Ты вроде как взорвала часть леса, она узнает".

Взгляд исчез, и Твайлайт снова тепло улыбнулась: "Не меняйся, Дэш, не меняйся", — сказала она и притянула Рейнбоу в ласковые объятия.

Обниматься было хорошо, лучше, чем взрывать лес или, что еще хуже, Понивилль. Рейнбоу обхватила аликорна крылом, это было немного неловко из-за разницы в размерах, но как будто она собиралась позволить такой мелочи встать на ее пути.

Твайлайт прижалась к Рейнбоу и использовала свою ауру, чтобы притянуть Старлайт в объятия. "Спасибо за заботу".

Рейнбоу с паникой в глазах наблюдала, как Твайлайт без труда отмахнулась от магической защиты Старлайт, словно ее и не было. Это было всего лишь мгновение, но она была уверена, что Старлайт действительно беспокоится о том, что Твайлайт может с ней сделать.

"Я никогда не причиню вреда никому из вас", — сказала Твайлайт, придвигаясь к Старлайт. Старлайт растаяла в объятиях, все ее беспокойство просто улетучилось, как утренний туман под лучами полуденного солнца.

Рейнбоу взглянула на Старлайт, не поворачивая головы. Такая скорость смены эмоций была больше свойственна Пинки. По сравнению со всем тем безумием, которое происходило, и с тем, как Твайлайт перекраивала большие участки леса, это простое объятие было предпочтительнее. Даже если оно было слишком тяжелым для чувств Рейнбоу.

Твайлайт вздохнула. "Мне нужно многое сделать, если я хочу подготовить все к концу недели, вы двое… Нет, я просто телепортирую вас, так будет безопаснее".

"Подожди…" — заявила Старлайт, прежде чем пурпурная магия окутала и ее, и Рейнбоу. Вокруг них появился Понивилль.

"Ну, по крайней мере, она не бросила нас в фонтан". Рейнбоу надулась, ей не нравилось, когда ее бросала подруга. Поднявшись в воздух и быстро заняв позицию, зависнув прямо перед Старлайт, она начала свой допрос. "Итак, Старлайт, что случилось, почему ты была в Вечносвободном с Твай и почему она ведет себя как герой боевика по отношению к древесным волкам?"

Старлайт огляделась вокруг, привлекая внимание Рейнбоу к толпе, которая начала обращать на нее внимание. "Точно, не здесь, я поняла", — сказала Рейнбоу, схватила Старлайт и улетела с ней.

Старлайт опустилась на землю. "Ты же знаешь, что я могу летать сама".

"О, да." Рейнбоу отпустила ее.

У единорожки вырвалось небольшое "эпп", прежде чем она поймала себя магией. Взгляда, которым Старлайт окинула пегаску, было недостаточно, чтобы сдержать ее усмешку.

Рейнбоу огляделась, убеждаясь, что воздушное пространство свободно и никто не услышит. Ну, разве что Твайлайт с ее удивительно хорошим слухом, который, похоже, у нее теперь есть. Но ее здесь не было, так что они были в безопасности. "Ну, выкладывай", — потребовала Рейнбоу, скрестив передние ноги и нависая над Старлайт.

Старлайт была самой приятной некрылатой пони в воздухе, с которой она когда-либо сталкивалась, она тоже сложила передние конечности, глядя на Рейнбоу безразлично. "Послушай, я знаю, что ты скрываешь от меня то, что происходит с Твайлайт, но мне все равно. Она страдает и нуждается в помощи. Ты и остальные девочки должны быть рядом с ней. Я не уверена, что остальные смогут справиться с тем, что я знаю, но я думаю, что ты достаточно сильна".

Крылья Рейнбоу почти не дрогнули, она не ожидала ничего настолько серьезного.

"Ты знаешь, что она была захвачена, да?"

Рейнбоу кивнула: "Или что-то вроде этого".

"Так ты знаешь, что с ней случилось?"

"Да, она вырвалась и спаслась, у нее каким-то образом появилась дочь, и теперь она выходит замуж за Луну". Рейнбоу пожала плечами, все это не имело для нее особого смысла, но пока они были счастливы.

"… Так ты не знаешь, что с ней сделали, пока она была в плену?"

"Просто переходи к делу!" — Голос Рейнбоу был сердитым, это звучало плохо, ей это не нравилось, ее легендарно короткое терпение было давно исчерпано.

Старлайт сглотнула. "Ее прикололи к алтарю металлическими шипами, и… и отрезали ее части. Рейнбоу, ее пытали несколько часов. Нормальная пони никак не могла пережить то, что произошло, не говоря уже о том, чтобы теперь казаться нормальной", — сказала она, прежде чем перевести дыхание, пытаясь скрыть тот факт, что ее тело дрожит.

Первое, что поняла Рейнбоу, когда перестала парить, — это то, что ее схватила магия Старлайт. Это было плохо, ее подруге было больно, так больно, а она не замечала, хуже того, ее не было рядом, чтобы остановить это, спасти ее. Казалось, что в сердце Рейнбоу образовалась глубокая яма.

"Теперь она на волоске. Если она видит угрозу всему, что ей дорого, она готова разбрасываться смертоносными заклинаниями. Такими, которые могут сравнять с землей половину Понивилля, если она промахнется".

Слова Старлайт вернули внимание Рейнбоу, и она с помощью магии полета разорвала хватку Старлайт, вернув себе контроль над крыльями. Гнев, ненависть, отвращение к себе — все это боролось в Рейнбоу за второе место. На первом месте среди ее чувств прочно стояла забота о Твайлайт.

Она твердо решила, что будет рядом с ней, и ничто ее не остановит. После того, что она узнала, она сделает все, чтобы Твайлайт больше никогда не оставалась одна. Ради блага Твайлайт и безопасности всех остальных пони она не хотела, чтобы Пинки Пай заявилась с неожиданным приглашением и была сражена нервным аликорном.

* * *

Твайлайт прилетела в город примерно через час. Рейнбоу не могла не восхититься ее формой. С прошлого раза она стала летать гораздо лучше. Может, у нее новый учитель? Эти движения крыльями, казалось, были сделаны в другом стиле обучения. Некоторые старые техники оказались неэффективными и больше не использовались. Возможно, Луна учила ее устаревшим приемам тысячелетней давности.

Она подлетела прямо к большому чистому участку и начала творить какую-то светящуюся магию. Ничего не взрывалось, и Рейнбоу решила, что это хорошо. Она подумала о том, чтобы спуститься и поговорить с Твайлайт, но та, похоже, была сильно сосредоточена. Вместо этого она устроилась на облаке, чтобы наблюдать и быть рядом, если она понадобится Твайлайт.

Через полчаса подошла Мадам Мэр, выглядевшая задумчивой. Короткий разговор и большой пакет с битами заставили ее поспешно уйти галопом.

Рейнбоу хотелось вздремнуть, но она не стала этого делать, ей нужно было присматривать за подругой.

Твайлайт продолжала заниматься скучными магическими делами.

* * *

Вспышка света снизу разбудила Рейнбоу: "Сено!". Она проклинала себя. Она должна была не спать. Облако оказалось слишком удобным.

Твайлайт теперь прохаживалась? двигалась? танцевала? Потребовалось мгновение, но Рейнбоу поняла, что Твайлайт практикует какое-то боевое искусство, но не то, которое она видела раньше.

Она делала движение, казалось бы, идеально, а через мгновение делала его неправильно, небрежно, медленно. При одном вращающемся выпаде она даже упала. Это просто не имело смысла, как можно в одно мгновение превратиться из профессионала в любителя, а потом обратно.

Твайлайт стояла, взмахнув крылом, и перья вибрировали от электрических разрядов. Она выставила крылья вперед, и тут электричество с силой разрядилось вокруг нее, опалив ее перья. Энергия вырвалась в воздух, рассеялась и заставила ее гриву встать дыбом. Она отпрыгнула назад и оказалась на заднице в очень нелестной демонстрации неуклюжести.

Твайлайт вздохнула, казалось, она была на полпути между смехом и раздражением. Она медленно покачала головой в знак неодобрения. Она грациозно переступила копытами, стоя высоко и мощно, ее грива и хвост распрямились. Ее аура окутала крылья, выпрямляя каждое перо по одному, несколько было отброшено за ненадобностью. По телу Твайлайт прошла мелкая дрожь. Очевидно, она все еще не привыкла сдерживать реакцию, которую может вызвать прихорашивание.

Твайлайт умело приняла хищную боевую стойку, всю грацию и потенциал для быстрого движения. Каждое крыло слегка сгибалось и разгибалось, перья дрожали, когда энергия накапливалась в крыльях и передавалась по каждому перышку. Яркие дуги интенсивных молний заиграли над крылом, образуя вокруг них оболочку энергии.

Она сделала один спокойный вдох, прежде чем начать действовать. Твайлайт подпрыгнула в воздух, и от ее толчка на земле остались две воронки в форме копыт. Она ударила вперед обоими крыльями, и электричество вырвалось из них, словно пара свернувшихся змей. С сильным треском молнии с обжигающе ярким звуком врезались в землю.

От взрыва поднялись мелкие обломки и облака пыли. Когда пыль начала рассеиваться, Рейнбоу увидела, что Твайлайт смотрит на выжженный крестообразный след в центре кратера на земле.

"Это было круто, с каких пор ты стала такой крутой Твай?" — воскликнула сверху Рейнбоу. Прежде чем она поняла, что делает, Рейнбоу уже была там, едва замечая рябь в воздухе, которую она вызвала своим приближением. Наверное, это была магия Твайлайт.

Твайлайт ухмыльнулась, глядя на подругу. Она подняла крыло и подергала одно перо, отчего по нему пробежала молния. "Ты имеешь в виду это?" — дразняще спросила она.

"Да, это". — Рейнбоу полетела вниз, чтобы посмотреть поближе.

"О, значит, тебя это не интересует?" — сказала Твайлайт, взмахнув крылом, отчего из ее крыла вылетела молния и врезалась в магическую защиту. В воздухе вспыхнули пурпурные руны, высветив большой купол, внутри которого находились обе кобылы.

"Эт да" — Рейнбоу теперь висела морда к морде с ухмыляющимся аликорном.

"Вот что я тебе скажу", — промурлыкала Твайлайт. "Ты победишь меня, и я буду учить тебя, я бью тебя, и ты делаешь все, что я тебе скажу, в течение часа. Что скажешь?"

Рейнбоу не могла отрицать, что ей было интересно, очень интересно. От того, что она могла сделать в своих шоу с помощью такого трюка, у нее чуть слюнки не потекли, не говоря уже о том, насколько полезным он может быть в драке. Она встретилась взглядом с Твайлайт. "Так это вызов?"

Рог Твайлайт засветился, появились две стойки с оружием. Клинки для крыльев, копытные лезвия, мечи, кинжалы, дротики, копья и многое другое. "Дуэль".

"Что за сено, я не хочу причинять тебе боль Твай", — запротестовала Рейнбоу.

Твайлайт рассмеялась и взяла со стеллажа клинок. Она улыбнулась, проведя им по передней ноге, и вместо раны на шерсти появилась полоса красного цвета. "Видишь, совершенно безопасно, это тренировочное оружие. Как думаешь, ты сможешь победить в дуэли, первой набрав десять очков?"

Рейнбоу ухмыльнулась. "Конечно, какие-нибудь правила?"

"Не выходить за пределы купола, наносить удары только тренировочным оружием".

"Никакой магии", — настаивала Рейнбоу.

"Естественно, это дуэль пегасов, я буду использовать только свои пегасьи способности, чтобы все было честно". Появился маленький мешочек, из которого Твайлайт достала кольцо для рога и четыре браслета. Она надела браслеты, по одному на каждую ногу. Когда каждый из них защелкнулся, тело Твайлайт, казалось, слегка обвисло, ее грация ослабла, как будто она весила больше. "Это позаботится о моей силе земнопони". Наконец, она поднесла кольцо к своему рогу, вздрогнула, закрыла глаза и позволила кольцу опуститься на рог. Она вздрогнула, как от удара.

Рейнбоу была рядом с ней, обнимая свою подругу. Твайлайт глубоко вздохнула, успокаиваясь и склоняя голову на плечо Рейнбоу. "Спасибо", — прошептала она. Через несколько секунд Твайлайт отстранилась, на ее лице снова появилась уверенная ухмылка. "Теперь мы равны, по сути, я теперь просто пегас".

"Уверена, что тебе не нужна фора?" — заявила Рейнбоу, ухмыляясь.

"О, мне нравится твой настрой, посмотрим, надолго ли его хватит", — промурлыкала Твайлайт, начиная кружить вокруг Рейнбоу.

Рейнбоу просто смотрела, эта чувственная сторона Твайлайт была новой, не такой, какую она видела раньше. Она видела, что грация, которая появилась из-за того, что она была намного сильнее, чем должна быть, исчезла, но она все еще хорошо двигалась. Она казалась опасной, привлекательной и такой пони, которая должна быть в Вандерболтах.

Рейнбоу окинула взглядом фигуру Твайлайт, отмечая каждый мускул. Она была в хорошей физической форме. Когда еще у нее было время на такие физические упражнения, и почему она не привлекла к ним Рейнбоу? "Так как мы это сделаем?"

Твайлайт махнула крылом на один из стеллажей. "Выбирай себе оружие, сколько хочешь, а потом мы пойдем в разные концы арены".

Рейнбоу кивнула и так и сделала. Твайлайт подошла и изучила ее выбор. Клинки для крыльев выглядели круто, но могли помешать полету. После долгого, для нее, раздумья, длившегося три секунды, она сделала свой выбор. Обувь с шипами на все четыре копыта. У нее была практика боевых искусств, так что она могла использовать складные мечи, прикрепленные к передним ногам, чтобы немного расширить радиус действия, и копье для мощного удара.

Оно сгибалась и разгибалась под собственным весом, она могла бы легко летать с ним, но это изменило бы ее аэродинамику.

Пристегивая снаряжение, она оглянулась через плечо на Твайлайт. Рейнбоу замерла: ее подруга была уже экипирована и облизывала губы, глядя на ее с жадностью. Ее глаза были напряженными, и она видела желание, когда взгляд Твайлайт пробежался по ее телу.

Рейнбоу отвела взгляд от Твайлайт и сосредоточилась на выбранном ею снаряжении. Клинки для крыльев были ее основным оружием, и это был хороший выбор, если учесть, что она знала, как ими пользоваться. В каждом крыле было по пять дротиков, спрятанных между перьями. Хитрая яйцеголовая. На ее передних копытах были лезвия, а шлем с длинным клинком, скрывающим ее собственный рог, дополнял ее вооружение.

"Ты готова, моя маленькая Дэши?" — мурлыкнула Твайлайт.

"Я всегда готова, а теперь прекрати пытаться шутить со мной и давай приступим к делу, сегодня я должна научиться использовать молнию".

Твайлайт издала веселый, счастливый смех. "Это будет весело". Она взмахнула крыльями и прыгнула в воздух, отправляясь в полет. В отличие от прошлого раза, когда она тренировалась, ее взлет только вздыбил пыль на земле, новых кратеров не появилось.

Рейнбоу с минуту наблюдала за Твайлайт. Она кружила, как хищная птица, двигаясь лениво, но готовая действовать в любой момент. Она начинала понимать, почему пони вроде Старлайт могла испугаться такой перемены в Твайлайт. Однако Рейнбоу была сделана из более прочного материала.

Ей не потребовалось никаких усилий, чтобы взвиться в воздух, заявив о своем преимуществе в высоте над Твайлайт.

Твайлайт ухмыльнулась и поманила ее копытом, Рейнбоу почти слышала, как она говорит: "Поймай меня, если думаешь, что сможешь".

Рейнбоу Дэш не могла не усмехнуться. Такого рода соревнования она устраивала только с Эпплджек. Никогда она не думала, что будет в воздухе, обвешанная игрушечным оружием, разыгрывать дуэль из древней истории пегасов, тем более с Твайлайт. "Надеюсь, ты готова, Яйцеголовая", — выкрикнула она.

У Рейнбоу было копье, и она собиралась опробовать его. Выжав из крыльев всю силу, на которую была способна, она бросилась к Твайлайт, держа его наготове.

Глаза Твайлайт расширились, она явно не ожидала такой скорости хоть и успела коснуться копья одним из своих копытных клинков, оружие оставило искры, но ничего не сделало, чтобы защитить хозяйку. Копье ударило чуть левее того места, куда она целилась, и от силы удара Твайлайт отлетела по спирали, а в месте удара появился светящийся красный круг. Но, к счастью, обошлось без травм.

"Это один ноль для лучшей кобылы здесь", — поддразнила Рейнбоу, когда Твайлайт наконец-то смогла выровнять свой полет на полпути к земле.

Лицо Твайлайт расплылось в дикой ухмылке. "И это все, на что ты способна?"

"Хочешь лучше — я покажу тебе лучше", — крикнула в ответ Рейнбоу, пикируя на Твайлайт и снова направляя копье. Спускаясь, она атаковала быстрее. Только через мгновение она заметила, что Твайлайт больше нет рядом. Мгновение спустя она столкнулась с небольшой стаей дротиков, и на ее шерсти расцвело множество маленьких красных пятен. Оглянувшись, она увидела, что Твайлайт падает спиной вперед на землю, насмешливо приветствуя ее копытым лезвием. Эта подлая Яйцеголовая, должно быть, оставила их на своем пути, скрыв их своим телом.

"Четыре-один в мою пользу, Рейнбоу Крэш", — поддразнила Твайлайт с игривой ухмылкой. Рейнбоу давно не видела свою подругу такой счастливой, это было удивительно. Теперь она чувствовала себя почти виноватой, ведь она неизбежно должна была победить, несмотря на эту легкую заминку.

Момент, которого так ждала Рейнбоу, настал. Твайлайт расправила крылья, перевернулась и начала восстанавливать контроль над собой. Рейнбоу крутанулась в воздухе, выбрасывая копье, стремясь попасть противнице в спину в то короткое мгновение, когда она смотрела в сторону. Сама Вандерболт устремилась вниз к земле, ее копыта сжались, готовые к удару.

Рейнбоу услышала удар копья за мгновение до столкновения с землей и направила свою силу, чтобы смягчить удар. Она оттолкнулась от земли и посмотрела вверх, ища свою подругу. Она увидела, что Твайлайт попалась на удочку: теперь она смотрела вверх, в ту сторону, откуда была атака, а не вниз, туда, куда сейчас приближалась Рейнбоу. Может, Твайлайт и умна, но она и близко не могла сравниться со скоростью Рейнбоу.

Левое копыто, правое копыто и удар задними ногами отправили Твайлайт в сторону. Она перевернулась в воздухе, едва успев подставить копыта, прежде чем упасть на землю.

"И толпа неистовствует", — воскликнула Рейнбоу, делая победный круг по арене. "Пять-четыре, что ты собираешься делать?"

Твайлайт стряхнула с себя пыль и некоторое время наблюдала за Рейнбоу с земли. Она намеренно потратила время, чтобы переместить два дротика с левого крыла в правое. На мгновение ей показалось, что она собиралась сказать об этом на земле, но поскольку Рейнбоу выигрывала, это было бы равносильно признанию поражения.

Твайлайт пустилась в галоп, кружа по окружности купола, через полкруга она начала летать, поднимаясь по спирали вверх. Она явно использовала стену купола для защиты своего крупа. Ее взгляд был устремлен на Рейнбоу.

Рейнбоу быстро взглянула на копье: если она вернет его себе, то отдаст преимущество в росте Твайлайт. А она этого не хотела. В периферийном зрении мелькнуло движение, Рейнбоу опустила крыло и проскочила под дротиком. Твайлайт воспользовалась ее минутным отвлечением, чтобы попытаться свести поединок вничью.

Обе кобылы кружили, обе были полностью сосредоточены друг на друге. Твайлайт, похоже, уже устала: большая часть ее выносливости, должно быть, приходилась на подавленную магию земных пони. Рейнбоу придется настоять на том, чтобы в следующий раз, когда они будут тренироваться, Твайлайт надела эти кусочки металла.

Твайлайт рванулась вперед, направляясь к Рейнбоу по прямой, но без большого преимущества в скорости, которым обладала Рейнбоу, это был проигрышный план. Поэтому Рейнбоу знала, что у Твайлайт должна быть какая-то хитрость. Рейнбоу на долю секунды задумалась: Твайлайт перехитрила ее, обычно она уклонялась, чтобы получить преимущество в росте. Твайлайт должна была это знать.

В последний момент Рейнбоу заставила себя спуститься на крыльях, перекинув ногу и выпрямив одно из лезвий, она протянула его, и вибрация, пробежавшая по ноге, дала ей знать, что она нанесла верный удар.

Твайлайт метнула два дротика, один вверх, другой влево, куда, как она догадалась, должна была уклониться Рейнбоу. Ее рык разочарования перешел в счастливый смех, когда она перевернулась в воздухе, бросив остальные дротики в Рейнбоу взмахом крыльев.

Всплеск силы крыльев переместил Рейнбоу  вниз и в сторону от дротиков, а сила ее крыльев разбросала их по краям арены.

Она заметила, как Твайлайт перевела взгляд на дротики, а затем она постучала по своему рогу, словно вспомнив, что не может использовать свою магию, чтобы призвать их обратно к себе. Тряхнув головой, она снова сосредоточилась на Рейнбоу.

Было ясно, что даже зависание на месте, как это делала Твайлайт, отнимало у нее силы. Ее дыхание было неровным, она задыхалась, а ее шерсть начала блестеть от пота. Несмотря на это, на ее лице по-прежнему была ухмылка.

Рейнбоу было интересно, думает ли она о книге или у Твайлайт появилась внезапная симпатия к древним видам спорта. Видя, как сильно напрягается ее подруга, она решила покончить с этим побыстрее.

Она следила за глазами Твайлайт, ожидая, когда та моргнет. В порыве призматического цвета она бросилась на Твайлайт. Перевернулась в воздухе, она сделала выпад двумя копытами и остановила свой импульс, направив его на Твайлайт. Два красных отпечатка копыт отметили Твайлайт, когда она понеслась к стене купола, и Рейнбоу видела, как она с болью в глазах отталкивалась крыльями, пытаясь вовремя остановиться.

Купол вспыхнул красным, оставив на Твайлайт еще один красный след. Еще одно очко, и Рейнбоу победит.

Твайлайт потратила почти двадцать секунд, чтобы вернуть себе контроль над ситуацией и направиться обратно к арене. Судороги, пронизывающие ее тело с каждым взмахом крыльев, заставляли Рейнбоу чувствовать себя немного виноватой. Теперь уже издевательская ухмылка не позволяла Рейнбоу броситься к ней, чтобы проверить, все ли в порядке с ее подругой.

Я могу просто зависнуть здесь на несколько минут, и она упадет сама. Рейнбоу задумалась, глядя на измученную кобылу, которая была ее соперницей. Она едва могла правильно двигать крыльями, и все же ей не терпелось продолжить.

Рейнбоу медленно, как ей казалось, подлетела к Твайлайт, она намеренно дала Твайлайт целую секунду на реакцию, желая узнать, что та будет делать. Рейнбоу бросилась вперед, мощно взмахнув крыльями. Замахнувшись одним из клинков, она начала кувыркаться в воздухе, занося заднее копыто для удара.

Лезвие ударило по шлему Твайлайт. Кто использует голову для защиты? — подумала она, когда ее клинок соскользнул со шлема, а крылатый клинок Твайлайт отбросил его в сторону, позволив рогу шлема врезаться в брюхо Рейнбоу.

На тренировках она просто рефлекторно ударила копытом по туловищу Твайлайт, заработав последнее очко. Купол изменил цвет, теперь на нем появилось изображение кьютимарки Рейнбоу, которую мог видеть весь мир.

Твайлайт начала падать с воздуха, и Рейнбоу подхватила ее. "Это было весело", — сказала Твайлайт, обнимая Рейнбоу.

Рейнбоу застыла на месте, глядя на Твайлайт, она никогда не думала, что увидит ее такой довольной от того, что она что-то проиграла. "Твайлайт… ты в порядке?"

"Я в порядке", — ответила она, прижимаясь к Рейнбоу, — "Мы обязательно сделаем это снова".

"Может быть, после того, как ты отдохнешь, но ты молодец", — сказала Рейнбоу, подсчитывая ее очки. "Десять к пяти, неплохо. Ты в половину так же хороша, как и я".

"Ты, несомненно, хороша", — сказала Твайлайт с голодным взглядом в глазах.

На мгновение Рейнбоу чуть не уронила Твайлайт от удивления: "Ты со мною заигрываешь?"

"Ты не будешь возражать, если я скажу «да»?"

"Эээ, мне нужно кое-что сделать…"

Твайлайт осеклась. "Ладно… Не могла бы ты хотя бы отнести меня на землю и помочь мне снять это кольцо для рога?"

Рейнбоу быстро полетела на землю. Твайлайт должна была выйти замуж за Луну, если бы не это… что ж. Она определенно собиралась принять холодный душ, когда вернется домой.

Пошатнувшись, Твайлайт встала на копыта и протянула рог. Если бы ее крылья были в другом положении, Рейнбоу решила бы, что это еще одна попытка, чем бы ни занималась яйцеголовая. Неужели кто-то из пони подшивал некоторые книги Рэрити в нехудожественную литературу?

Потянувшись крылом, Рейнбоу схватила кольцо и сняла его с рога Твайлайт. Твайлайт вздрогнула и почти застонала, когда из кончика ее рога вырвались дуги пурпурной энергии. На мгновение она вздрогнула, затем открыла глаза, зажгла рог, и четыре браслета телепортировались прочь.

Твайлайт сделала один длинный, успокаивающий вдох, и в этот момент она выглядела такой же свежей, как и до начала. Она стояла во весь рост, а ее магия чистила перья и шерсть. Каким-то образом ее грива и хвост выпрямились сами собой, словно каждая прядь знала, где она должна быть, и расположилась там.

Быть аликорном — это жульничество, — подумала Рейнбоу.

"Ах", — счастливо вздохнула Твайлайт, соблазнительно потягиваясь больше, чем следовало. Принцесса не должна делать этого со своими крыльями, особенно с такой сексуальной ухмылкой.

Рейнбоу Дэш повернулась, чтобы уйти. Звук потрескивающей энергии заставил ее остановиться.

"Так ты больше не заинтересована в обучении?" — Удовлетворенный тон Твайлайт говорил о том, что она знала, что только что поймала Рейнбоу.

Рейнбоу опустила глаза: она хотела учиться, конечно. Но она боялась, что сделает эта Твайлайт. Неужели все ее странное поведение объяснялось тем, что с ней произошло? Да, то, что, по словам Старлайт, случилось с ней, было ужасно, но она могла поклясться, что эта Твайлайт была практически другой кобылой.

Рейнбоу обернулась, чтобы полностью встретиться с Твайлайт лицом к лицу. "Итак, с чего мы начнем?"

Твайлайт улыбнулась и пошла вперед, снова почти скользя над землей, ее сила земной пони, казалось, сделала гравитацию и ее собственный вес не более чем просто намеком. Принцессы не должны так раскачивать бока. Она расправила крылья, каждое перышко которых было окружено короной электричества. Со вспышкой рога купол стал непрозрачным, закрыв обзор внешнего мира.

Единственным освещением были голубые дуги энергии. Твайлайт наклонилась ближе. "То, что ты сейчас узнаешь, — это древний секрет, который долгое время скрывала Селестия, ты не сможешь научить этому никого другого без прямого разрешения принцессы".

"Конечно, конечно, я постоянно имею дело с подобными вещами в Вандерболтах", — сказала Рейнбоу, стараясь казаться скучающей. Она старалась не смотреть на аликорна, стоящего перед ней, и на то, как хорошо от молнии выглядят ее крылья. К счастью, у нее была одна хитрость: она начала думать обо всех крутых вещах, которые она могла бы сделать с этой силой, и ее мысли унеслись в страну оглушительных ударов и крутых сражений.

"Хорошо, теперь начнем?"

"Да!" — практически крикнула Рейнбоу.

* * *

## 29.4 Сокрыто в Понивилле

* * *

Элитрон — чейнджлинг, в настоящее время называющая себя Эмеральд Шейд, все еще была в оцепенении. Твайлайт была заинтересована в ней, она чувствовала желание, вожделение. Она даже дала аликорну номер своей комнаты.

Все это превращалось в самый лучший сценарий, настолько маловероятный, что она даже не успела к нему подготовиться. Она позволила своим глазам задержаться на фиолетовом аликорне, когда та уходила. Первые несколько шагов в ее движениях определенно чувствовалось сексуальное покачивание.

Она медленно вдохнула, пытаясь успокоиться. Эмоции аликорна обрушились на нее, как приливная волна. Она знала, что аликорны более могущественны, и не могла дождаться более позднего времени, если только Твайлайт появится. Один вкус ее желания был почти как наркотик. Все ее существо жаждало большего.

Было похоже, что Твайлайт что-то сдерживает, на вкус это было похоже на раздражение. Судя по ее действиям, если у нее и были какие-то сомнения, она решительно отодвинула их в сторону. На лице Элитрон заиграла ленивая улыбка. После сегодняшнего вечера, если, конечно, он состоится, у Твайлайт не останется ни единого сомнения в том, что Элитрон нужна ей в ее жизни.

По сравнению с Твайлайт остальные пони казались серыми и безжизненными. Исключение составляла лишь дочь Твайлайт, телепортировавшаяся и собравшая вокруг себя ходячую катастрофу, известную как Метконосцы.

Повернувшись к лежащей перед ней еде, пони ела ее с видимым удовольствием. Она была в Понивилле с тех пор, как новый Ноубл Гид заключил сделку с чейнджлингами. Здесь происходило слишком многое, и королеве нужно было знать все, чтобы не совершить еще одну ошибку, подобную кантерлотской свадьбе.

Главные и второстепенные миссии были сразу же выполнены. Ни один подменыш не мог телепортироваться так часто, как Литтл Стар, и сохранять маскировку, сколько бы любви его ни питало. Так что занять ее место не было никакой возможности.

Твайлайт была еще одной проблемой: никто не мог заменить ее знания, не говоря уже о ее силе. Если слухи о жарком обмене мнениями между Твайлайт и Селестией были правдой, то ни один подменыш не смог бы занять ее место, не зная гораздо больше. Учитывая ограничения, установленные Кризалис после того, как ее обнаружили под обликом Кейденс, риск был слишком велик, чтобы его допустить. В каком-то смысле она была благодарна за это, ей не хотелось противостоять разъяренной Селестии.

Теперь, когда ее цели казались недостижимыми, Твайлайт просто упала прямо ей в копыта. Она прикусила губу с силой, достаточной для того, чтобы почувствовать боль. Это был не сон. Вопрос заключался в том, как ей воспользоваться этим.

Что ж, как бы там ни было, по крайней мере, она не будет голодать некоторое время.

* * *

Несколько часов спустя она разговаривала с Рэрити о платьях — эта кобыла могла бесконечно говорить о надоедливых предметах одежды. Учитывая элегантную внешность Элитрон, почти не было способа избежать хотя бы примерки некоторых из них. Поэтому, воспользовавшись случаем, она купила несколько более… интересных нарядов на вечер, если Твайлайт навестит ее.

Знающий взгляд Рэрити обещал, что в будущем она обязательно поинтересуется подробностями. В зависимости от того, как пойдут дела, Рэрити может получить больше, чем рассчитывала. Если ей удастся раззадорить ее в ответ или заставить покраснеть, одно только развлечение будет стоить того. Ей было интересно, что подумает Рэрити, если узнает, ради кого Элитрон сделала свой спецзаказ.

Очевидно, ее подруга Флаттершай чувствовала себя одиноко. Одна из ее друзей снова пропустил какое-то еженедельное чаепитие. Судя по всему, она в основном сидела дома, ожидая его возвращения. Если бы ей удалось выяснить, кто это был, это стало бы идеальным вариантом для сбора любви.

Волна возбуждения хлынула снаружи. Она направилась к окну бутика, чтобы посмотреть, что происходит. Мгновение спустя она заметила, что Рэрити присоединилась к ней.

Большинство пони снаружи смотрели на небо. Твайлайт и Рейнбоу Дэш нападали друг на друга с оружием. В мгновение ока произошел обмен ударами.

"О боже", — воскликнула Рэрити с глубокой волной беспокойства и тревоги, скрутившей внутренности Элитрон, как будто она нервничала.

Элитрон изучала двух сражающихся, слегка перестроив глаза, чтобы приблизить то, что она видела. Твайлайт перекувыркнулась назад, на ее лице красовалась глупая ухмылка. Вместо ран на ее теле были тускло светящиеся красные отметины. Что-то вроде тренировочного оружия, такое поведение было для Твайлайт еще одним несвойственным ей поступком. Может быть, существует конкурирующий улей, который уже заменил ее? Она задумалась на мгновение, прежде чем покачать головой: ни один чейнджлинг не мог позволить себе излучать столько эмоций дольше мгновения.

"Прости, Эмеральд, мне нужно идти, прямо сейчас", — сказала Рэрити, используя свою магию, чтобы почти мгновенно закрыть магазин.

Элитрон протянула копыто и положила его на плечо Рэрити. "Не нужно. Видишь эти красные отблески? Это следы от тренировочного оружия. Они смогут навредить себе только если попробуют съесть одно из них и подавятся".

"Как ты можешь быть уверена?" — с сомнением спросила Рэрити. Озабоченность, исходящая от нее, сдерживалась ее более рациональным умом.

Элитрон улыбнулась, подняла в воздух магический экран и расширила его, чтобы увеличить то, что через него видно. "Только посмотри на Твайлайт, она ухмыляется, если только она не Найтмер Мун, она бы не ухмылялась, разрезая свою подругу клинками на крыльях, верно?"

Импульс тревожной паники вырвался из белой кобылы. "Только посмотри, что бедняжка сделала со своей гривой", — сказала Рэрити и бросилась бежать, оставив медицинские принадлежности и захватив инструменты, гораздо более подходящие на случай модной катастрофы.

Элитрон покачала головой и начала укладывать покупки и новое платье в седельные сумки, оставив оговоренную сумму на прилавке.

* * *

Элитрон вернулась на улицы Понивилля. Маленький городок был полон разговоров. Некоторые пони обсуждали битву между двумя кобылами и то, что она может означать. Купол, в котором они сражались, теперь был полностью непрозрачным, и никто не мог заглянуть внутрь. Однако это не помешало возникновению всевозможных безумных слухов: то одна убила другую, то они стали романтическими партнерами.

Розовый Ужас радостно подпрыгивал на месте, покупая принадлежности для вечеринки. Это, вероятно, означало, что она, по крайней мере, считала происходящее хорошим событием. Элитрон вздрогнула, вспомнив свою вечеринку в Понивилле. Розовая кобыла была более чем немного властной. Требовалось время, чтобы привыкнуть к ее высокоинтенсивному счастью, подпитываемому сахаром,.

Лидером города по какой-то бессмысленной причине была обычная земная пони, а не Твайлайт. Сколько бы она ни узнавала о пони, ей не было понятно, почему один из их рабочего класса занимает руководящую должность. Да, у них было мало пони класса лидеров, всего четыре и еще один запасной.

Проходя мимо жеребца-пегаса, она чувствовала особое предвкушение. Она чувствовала жадность и удовольствие, которые, как она поняла, означали, что репортер только что сделал сенсацию, и утром будет интересный заголовок. Привлечение внимания к городу могло быть… проблематичным. Она подумала о том, чтобы просто убить пони или попросить дрона заменить его. Нет, это было бы неразумно, как бы ни было приятно иметь пони, которого можно было бы позволить себе осушить.

Элитрон подумала о том, как прекрасно было бы осушить пурпурную принцессу до состояния пустой оболочки. Она почувствовала, как у нее пересохло во рту, а бесконечная пустота внутри нее затряслась от желания. Это было то, чего ей никогда не дадут попробовать хотя бы мимолетно. В конце концов, энергию Твайлайт будет потреблять Королева, а не ничтожная лазутчица. Неважно, насколько хороша она была.

Решив, что ей понравится любая порция эмоций, которую она сможет получить от Твайлайт, она задумалась о том, как лучше всего заставить кобылу почувствовать себя увереннее.

На магазине напротив нее появилась новая вывеска, извещавшая прохожих, что на следующей неделе он будет закрыт на один день по королевскому указу. Она огляделась вокруг и ей показалось, что каждый магазин, в который заходила Мадам Мэр, вывешивал подобную вывеску.

Если подойти поближе, чтобы разглядеть мелкий шрифт, можно было узнать только то, что все это происходит по приказу Твайлайт.

Впереди Мадам Мэр тащила за собой нескольких строительных пони, указывая копытом на какие-то участки и бурно жестикулируя.

Недалеко от нее лазурная кобылка-фокусница громко грозилась превратить в чашку любого пони, который вздумает сдвинуть с места ее повозку. Если бы принцесса хотела, чтобы ее дом перенесли, она могла бы прийти и попросить об этом сама.

Такими темпами полгорода будет делать что-то по приказу Твайлайт. Что она планировала?

Вкус эмоций от города сменился на смесь между волнением и беспокойством, причем эта смесь была разной у разных пони. Она прошла мимо магазина, изнутри почувствовав легкое подобие своего голода. Скорее всего, это был один из их пони, жадных до денег. Самое близкое к хищнику, что существовало в их слабом виде.

По крайней мере, ей удалось пройти относительно незамеченной. Она воспользовалась этим, чтобы немного пошпионить. Взгляд на бумаги здесь, украденный предмет там. Отвлечение Твайлайт позволило ей достичь более половины целей, которые она ставила перед собой.

По мере продвижения она подслушала разговор двух случайных пони, которые были такими безвкусными по сравнению с Твайлайт; они были почти частью фона.

"Не могу поверить, что Твайлайт так разбрасывается деньгами!" — сказала первая.

"Ей давно пора быть принцессой", — ответил второй.

"Она не может просто так это сделать!"

"Она может, и неужели ты всерьез собираешься отказать ей?"

Элитрон покачала головой и поспешила обратно в гостиницу. После, казалось, очень долгого дня, когда она пыталась влиться и казаться заинтересованной во всем этом безумии, она, наконец, удалилась в свою комнату. Вежливо помахав копытом портье, она наконец-то осталась одна. Сколько бы времени она ни провела с пони, они все равно не имели смысла.

* * *

Элитрон лежала в постели, было уже поздно, но она никак не могла уснуть. Одна мысль о том, что Твайлайт может прилететь, заставляла ее трепетать. Если бы не отсутствие крыльев у ее замаскированной формы, все было бы очень буквально.

Она была одета в белое кружево своей специальной покупки и, закрыв глаза, отдыхала изо всех сил. Длинные чулочки были на удивление удобными, и их было бы приятно надеть на пони с мягкой кожей.

Вдруг она почувствовала, что Твайлайт находится в ее комнате, хотя она понятия не имела, как она туда попала. Открыв глаза, она посмотрела вверх и увидела голодные глаза аликорна, пожирающие ее тело. Тело кобылы кричало о своей потребности, о своей похоти. То, что Твайлайт выбрала ее, было почти невероятно.

"Согласна ли ты, что не проболтаешься ни единой душе о том, что между нами произойдет? Все, что ты получишь от меня или от знакомства со мной, будет принадлежать тебе и только тебе, ты никогда не продашь и не отдашь это?" — интонировала Твайлайт.

"Конечно". — Ответ дался Элитрон легко. Она готова была пообещать что угодно за пир, который ей предстояло получить. Не похоже было, что ей придется хранить его в любом случае.

Всплеск счастья, исходящий от Твайлайт, когда она услышала эти слова, мог бы показаться подозрительным, если бы не то, что произошло дальше.

Это была долгая ночь, и поспать удалось недолго.

* * *

Они лежали, Твайлайт была спокойна, облегченно и расслабленно лежала на кровати, рассеянно проводя кончиками перьев по бокам Элитрон.

Она больше не была сгустком подавленных потребностей и желаний. Вместо этого эмоциональное восприятие Элитрон накрыла волна спокойного мира и удовлетворения. Но даже этот мирный момент был для Элитрон праздником. Казалось, Твайлайт кричала даже о своих самых нежных эмоциях.

"Знаешь, это так утомительно — притворяться тем, кем ты не являешься. Так хочется распустить гриву и просто наслаждаться тем, для чего ты создан". — Твайлайт испустила долгий вздох, — "Но нет, если бы их Принцесса Дружбы вела себя подобным образом, начались бы разговоры. Дворяне приняли бы меры, а остальные Элементы стали бы осуждать. Было бы так хорошо иметь возможность показать себя во всей красе, но, увы, время для таких вещей ушло в историю".

Если бы у нее были только слова, Элитрон не смогла бы понять, есть ли у Твайлайт какая-то тайная сторона или это просто абстрактный способ дать ей понять, что ей крышка.

С чувством тоски, исходящим от Твайлайт, она никак не могла быть нечестной. "Зачем ты мне все это рассказываешь?" — спросила Элитрон.

"Потому что я знаю, что могу доверять тебе, что ты не расскажешь никому из пони". — Твайлайт мягко улыбнулась. "Невозможность просто быть собой оказалась более стрессовой, чем я ожидала".

"Тогда кто ты?"

Твайлайт рассмеялась. "Я знаю, кем я была. Кто я есть… это более проблематично".

"Я понимаю, даже если не могу точно сопереживать. Переход от единорога-библиотекаря к принцессе-аликорну. Единственное, что не изменилось, это твой пол и окрас", — сказала Элитрон, стараясь, чтобы ее голос звучал искренне.

"Достаточно". — Короткие ответы Твайлайт не показали легкой досады, которую она почувствовала на ответ Элитрон. Но это не мешало ей быть очевидной для эмоционального чувства чейнджлинга.

Вместо того чтобы сказать что-нибудь еще, Твайлайт воспользовалась своей магией, чтобы каким-то образом достать бутылку вина и два бокала. Не было никаких мистических вибраций, указывающих на использование телепорта или пространственного кармана.

Твайлайт налила вино обеим, добавив к нему небольшую порцию серебристой жидкости из сосуда.

Заметив явный интерес Элитрон, Твайлайт улыбнулась с дразнящим видом. "Я могу дать тебе попробовать немного, но ты потеряешь следующую неделю".

"Что это?"

"Настой, пропитанный лунным светом. Маленький трюк, которому я научилась у Луны. Вполне возможно, что ты первый смертный, увидевший его более чем за тысячу лет". — Твайлайт сказала это с ласковой улыбкой на лице, все намеки на раздражение исчезли из эмоционального сияния Твайлайт. "Ты все еще хочешь попробовать, не так ли?" — спросила она, ее улыбка приобрела забавный оттенок.

"Это безопасно?"

"Да, похмелье лучше всего описать как самый яркий из снов. Магия, заключенная в нем, гарантирует, что у тебя не будет шансов умереть от жажды или голода до пробуждения".

Что могли сделать алхимики улья с образцом такой мощной настойки. Она никак не могла отказаться от этой возможности. Даже если это окажется странным опытом, по крайней мере, она знала, что чейнджлингов нельзя отравить. Приняв решение, она ответила. "Пожалуйста".

Твайлайт посмотрела на Элитрон долгим взглядом, затем левитировала одну каплю своего собственного напитка и добавила ее в стакан Элитрон.

"Завтра ты сможешь ходить без особых побочных эффектов. Кроме тех, что вызывает вино", — предостерегла Твайлайт.

Одного глотка ей хватило прежде, чем мир начал исчезать в звездах и глубокой ночи.

"Нравится вид?" — Соблазнительное мурлыканье прозвучало на злобно оскаленной морде, а щелевидные глаза, казалось, пронзили ее душу.

* * *

Элитрон сдвинулась, ее одурманенный разум успел взмахнуть единственным красным флажком. Ощущение, что ее панцирь прижимается к чему-то теплому. Панцирь, который она должна была всегда держать спрятанным. Ей удалось открыть глаза, чтобы осмотреть комнату, в которой она находилась. На стенах плясали монстры и цвета, а потолок хотел ее съесть, но это было неважно.

Закрыв глаза и сосредоточившись на своих эмоциональных ощущениях, Твайлайт была спокойна, умиротворена и спала. Элитрон облегченно вздохнула и медленно сменила форму, изо всех сил удерживая пламя своего изменения от контакта с Твайлайт.

Крыло Твайлайт притянуло ее к себе, все еще спящая аликорн прижалась к ней и начала осторожно покусывать ее удивительно острыми зубами.

Тяжесть чего-то огромного навалилась на ее чувства, и сон снова овладел ею.

* * *

Удар по двум чувствам Элитрон прорвал пелену сна. Ее рог сообщил о пульсации прибывающего мощного телепорта. Ее эмоциональные чувства отметили яркое ощущение радости и беспокойства, причем беспокойство победило с большим отрывом.

"Мамочка, мамочка, луна опаздывает, луна опаздывает". — Голос молодой кобылки разрушил последнюю надежду на продолжение мирного сна.

Что-то зашевелилось в кровати позади нее, это была Твайлайт, ее праздные объятия все еще стискивали Элитрон, как мягкие тиски.

"Моя Литтл Стар", — произнес любящий голос Твайлайт. Она была совершенно невозмутима, запах и внешний вид, которые могли бы выдать их занятия, даже не волновали Твайлайт.

"Луна опаздывает, с мамой Луной все будет в порядке?"

Холодный гнев и решимость наполнили комнату от эмоций Твайлайт. Мгновение спустя показалось, что в комнате появилась еще одна пони, замешательство, а затем огромный всплеск страха, защитной любви и ненависти внезапно пронзил Твайлайт. По ощущениям Элитрон, это было похоже на двойную порцию кофе и бросок в зимнее озеро.

Жгучая ярость нахлынула, заглушая все эмоции в комнате. Элитрон хотелось шипеть и рычать, когда ярость начала резонировать в ней.

Жгучая боль прояснила ее сознание, когда из гривы Твайлайт вырвалось пламя, подпалив постель. Она закричала, когда пламя начало сжигать ее шерсть. Твайлайт стремительно повернулась к Элитрон: пламя мгновенно угасло, а два вторых набора эмоций исчезли почти так же быстро. Она осторожно высвободилась из объятий, уделив мгновение осмотру своих ран.

Рог молодой кобылки засветился, и боль мгновенно исчезла, а по ране разлилось ощущение прохлады. Элитрон опустила глаза, и ее тело расслабилось.

"Спасибо, моя Литтл Стар. Возвращайся и охраняй замок", — твердым тоном приказала Твайлайт. "Эмеральд, прости, что ранила тебя, приходи в замок позже, и я все исправлю".

Твайлайт грациозно поднялась и встала. Одно перо нежно провело по ней, избегая ожогов.

Элитрон открыла глаза: перед ней стояла Твайлайт в кроваво-красных доспехах и с крылатыми клинками. Литтл Стар стояла на кровати.

"Солнечная магия на луне…" — Глаза Твайлайт опасно сузились, а ее рог засветился. Принцесса исчезла в огромной вспышке магии.

Элитрон отшатнулась и чуть не упала с кровати. Эмоции, магия — все это было слишком сильно для ее чувств. Когда онемение и охлаждающие чары закончились, она поняла, что может добавить к этому еще и сильную боль.

"Пока, мамин друг", — сказала Литтл Стар и телепортировалась прочь, к счастью, почти без шума, по сравнению с уходом Твайлайт.

Элитрон снова легла на кровать. Прошлой ночью от нахлынувших эмоций у нее кружилась голова, толика любви, которую она впитала, была прекрасна, но от остального ей стало плохо. "Аликорны — сложная и опасная еда".

Она закрыла глаза и мысленно потянулась к улью.

Говори. Мысленный голос ее матери, королевы, ответил ей.

Внутри нее боролись две силы: наставления королевы и что-то еще, что-то новое. Элитрон попыталась ответить, попыталась сообщить своей королеве обо всем, что произошло. Но ни одно слово не сложилось, ни один образ не был послан. Чем больше она пыталась сообщить королеве о своем докладе, тем больше убеждалась, что не может ничего сказать, чем больше пыталась, тем больше отключался ее разум.

Бесполезный дрон. Боль пронзила тело Элитрон, когда физический удар заставил ее биться в конвульсиях, ментальная связь была насильственно закрыта, добавив к ее бедам мигрень.

"Что, черт возьми, со мной не так?" — с ужасом произнесла Элитрон: — "Что она со мной сделала?"

* * *

## 29.5 Проблемы, связанные с опозданием

* * *

Селестия была встревожена, Луна опаздывала. Учитывая растущие отношения сестры с ее бывшей ученицей и все усилия, которые сестра прилагала к поиску тех, кто напал на Твайлайт, она больше не встречалась в их обычном месте, чтобы заняться своими небесными обязанностями.

Селестия смотрела на песочные часы, наблюдая, как песчинки пересыпаются сверху вниз. Это было такое гениальное изобретение для определения времени. Она смотрела, как падают одна за другой все песчинки. Она закрыла глаза, слушая, как они трутся друг о друга и бьются о стекло.

Она вздохнула, Маска не остановила ее, так что, скорее всего, никто вокруг не видел ее проявления недовольства. Время пришло, если она оставит это надолго, пони заметят и начнут паниковать или подумают, что Луна снова стала Найтмер Мун и попытается вызвать вечную ночь.

Ей придется самой разобраться с луной. Ее золотая магия потянулась к луне, но та, казалось, сопротивлялась. Леденящий холод ее магии отпрянул от пылающего тепла Селестии. Пожалуйста, чем скорее это будет сделано, тем скорее я смогу увидеть, как дела у Луны, — подумала она.

На миг показалось, что луна колеблется. Мгновение спустя она торжественно позволила себя опустить. Селестия чувствовала неприязнь луны к ней, казалось, она ненавидела прикосновение ее магии, но ради Луны она смирилась.

Спасибо,  — мысленно послала она луне, искренне радуясь, что ей не пришлось тратить магию на то, чтобы подчинить луну.

Поднять Солнце на свое место было проще простого, горящий шар света был готов исполнить ее просьбу. Теплые лучи его света пронеслись над землей. Селестия позволила своим чувствам плыть вместе с линией рассвета, ее взору открылась вся Эквестрия и то, что за ее пределами.

Она почувствовала, как ее тело издало облегченный вздох, она могла бы с радостью провести весь день, согревая свое тело лучами солнца и занимаясь тем, что ей вздумается. В Троттингеме был запланирован музыкальный концерт на открытом воздухе, который она могла бы посмотреть, а может быть, проследить за семьей фениксов, летящих туда.

Она праздно размышляла, стоит ли ей позаботиться о том, чтобы ее следующий ученик получил яйцо феникса, а не дракона. Фениксы никогда не вырастали такими большими, как драконы, и поэтому их легче было держать во дворце. Она заметила группу кобылок, играющих у озера. Селестия улыбнулась: для них было еще очень рано вставать, но она потратила немного своей силы, чтобы сделать солнечный свет немного теплее, немного комфортнее для них.

Не слишком вежливый мысленный толчок Дейбрейкер вернул ее внимание к своему телу. Моргнув один раз, она сосредоточилась на виде с балкона.

Твоя сестра, — хладнокровно процедила Дейбрейкер.

"Да…" — Селестия вздохнула, снова это был один из тех дней.

* * *

Селестия шла своей величественной походкой, которую практиковала так давно, что ее Маске даже не нужно было корректировать ни одно движение ее тела. Ступив в более общественные места дворца, она почувствовала, как ее Маска взяла в копыта черты ее лица. Должно быть, она нахмурилась — в последний раз, когда пони видели ее такой, это вызвало паническую скупку продуктов и бегство в банки.

Ей хотелось топнуть копытом и фыркнуть в гневе. Смех Дейбрейкер ничуть не улучшила ее настроение. Ты выбрала этот путь, ваше сияние.

Это то, что нужно моим пони.

Дэйбрейкер насмешливо хмыкнула. А что нужно тебе?

Ничего, мой долг поддерживает меня. Селестия почувствовала, как ее Маска усиливает контроль, не давая телу обмякнуть и не позволяя ей волочить копыта.

Признайся, ты завидуешь своей сестре, ты прекрасно знаешь, что она сделала с тем гибридом, на который претендовала.

Как бы то ни было, я не могу позволить этому влиять на меня и мои обязанности.

В один прекрасный день ты поймешь, что пожертвовала всем, а пони будут требовать большего.

Селестия проигнорировала последний комментарий Дейбрейкер, переключив свое внимание на просмотр мыслей окружающих ее пони. Внимая их реакции на нее, их праздным мыслям и ища все, что они знали о текущей ситуации с Луной и Твайлайт.

Было много слухов, идей и безумных теорий. Некоторые считали, что Твайлайт манипулирует Луной, используя ее положение спасительницы, чтобы соблазнить ее. Другие считали, что Луна использовала свою магию снов или какой-то контроль разума, чтобы заманить в ловушку асексуальную книжную кобылу.

Большинство просто радовалось за них, и эта мысль смогла прокрасться мимо ее Маски в виде едва заметной искренней улыбки. Она праздно размышляла, в какую историю превратится завтра эта ее улыбка.

По мере приближения к части дворца Луны она начала получать все больше полезной информации. Гвардейцы Луны стояли по стойке смирно и физически выглядели почтительными военными, но их мысли были заняты совсем другим. Их мысли были заняты событиями прошлой ночи: один Мунстоун Страйкер заработал большие деньги на своих ставках, а Луна возвела Кэндис в число своих благословенных.

Селестия могла бы пропустить шаг, если бы не ее Маска, контролирующая походку. Ночная стража знала, что Луна сейчас в постели со своим новым избранником. В ней вспыхнул гнев: сестра заставила ее волноваться и поднимать луну, потому что хотела еще больше плотских утех? Возмутительно, она даже собиралась выйти замуж за ее Твайлайт.

Дейбрейкер усмехнулась.

Скажи мне, что тебя так забавляет, Военный Разум? — Завуалированная угроза Селестии лишить Дейбрейкер индивидуальности не осталась незамеченной.

Мои извинения, ваше сияние, — искренне извинилась Дейбрейкер. Меня просто позабавило, что характер вашей сестры все еще может вызывать в вас такие реакции. Как долго вы ее знаете? Неужели вы действительно ожидаете, что она изменится?

Селестия направилась к двери в комнату Луны, простой звуковой барьер был еще одной частью недельного магического бюджета, но он был необходим. Подняв копыто, Селестия ударила в дверь, и только магическое укрепление не позволило ей разбиться вдребезги или быть сорванной с петель и брошенной в комнату.

Луна зарычала изнутри. Беспорядочный стук копыт, какие-то ругательства на древних языках и неровный стук в дверь дали Селестии понять, что ее сестра жива.

"Сестра, зачем ты разбудила нас в такой час?"

Селестия вздохнула: "Луна, ты проспала и забыла опустить луну, мне пришлось исполнить твой долг за тебя".

"Тогда я благодарю тебя, дорогая сестра, если это все, я вернусь к своей дреме".

Твайлайт появилась из телепорта, ощетинившись оружием и магией.

Маска Селестии не позволила ей вздрогнуть. Твайлайт только что удалось разрушить все ее чары в этом районе. Сигналы тревоги от заклинаний и мощный магический поток, вызванный появлением младшего аликорна, сами по себе были почти атакой.

Дейбрейкер наблюдала из-за спины Селестии, отмечая каждое заклинание, каждую защиту. Снова и снова ее Военный Разум поднимал уровень угрозы и соответствующее количество магии, необходимое для нейтрализации Твайлайт. Дейбрейкер остановилась на трех вариантах, если дело дойдет до смертельной схватки, и только один из них оставит город в целости и сохранности.

Селестия почувствовала, как Дейбрейкер оценивает Твайлайт, внимательно изучая ее позу, то, как держится каждая часть ее тела. Ее Военному Разуму нравилось то, что она видела, и нравилось, к сожалению, немного слишком сильно, на вкус Селестии.

"Что ты сделала с Луной?" — потребовала Твайлайт, сила заставила слова резонировать, сотрясая мир. Глаза Твайлайт сверкали и светились белым.

Будь осторожна, у нее сейчас больше всего преимуществ, — мурлыкнула Дейбрейкер, дополняя Твайлайт.

"Луна, выйди сюда и скажи Твайлайт, что ты просто проспала", — Селестия говорила спокойно, двигались только ее лицо и голова.

"Зачем? Мне так нравится, когда она приходит мне на помощь. Может быть, если я позову на помощь и скажу, что нахожусь в заточении, она ворвется и спасет меня?" — спросила Луна так дразняще, как только мог звучать усталый голос.

Дейбрейкер мысленно рассмеялась, чувствуя, как надвигающийся конфликт тает в воздухе. В чем твоя сестра превосходит тебя, так это в чувстве юмора.

Это было не смешно, — ответила Селестия.

Да, так и было, и это почти идеально разрядило ситуацию, только посмотри на своего верного ученика, — скомандовала Дейбрейкер.

И тут же все проявления огромной магической мощи ее бывшей ученицы испарились. Теперь вооруженная кобыла выглядела так, словно решила поиграть с родительскими игрушками. Твайлайт выглядела немного растерянной, рассматривая свои доспехи и оружие. "Простите, принцесса". Она издала фальшивый смешок. "Кажется, я слишком остро отреагировала".

Селестия позволила себе тепло улыбнуться: "Довольно, теперь давайте выпьем немного чая перед началом дня?"

Луна тенью вышла из комнаты. Она выглядела ужасно, ее грива была почти полностью распущена. Большая часть ее магии была исчерпана. Селестия чувствовала, как она восстанавливается, через два дня и шесть часов она будет полностью восстановится после благословения своей новой Избранной Ночью.

Отчаянные объятия Твайлайт, обнимавшей ее сестру, определенно были бы смертельны для любой пони, не являющейся аликорном.

* * *

## 29.6 Семья — это странно

* * *

Кэндис медленно просыпалась, чувствуя сонливость и легкую боль. Она лежала в постели Луны и сейчас была одна. Она огляделась, нет ли какой-нибудь записки, приказа или чего-нибудь еще.

Добро пожаловать в страну живых, снова! — прокомментировала ей Инсайт.

"Что случилось? Я просыпалась, а потом вдруг снова проснулась" — спросила Кэндис.

Случилось то, что ты решила неистово исполнить часть своей новой клятвы и попыталась отдать часть своей магии измученной Луне. Она, в свою очередь, зачерпнула остаток из твоего источника и снова выбила тебя из колеи. Постарайся больше так не делать, по крайней мере, когда она спит, — умоляла Инсайт.

"Понятно. Надеюсь, оно того стоило. Насколько тебе понравилось все это мероприятие?" — спросила Кэндис.

Я наблюдала за тем, как ты преображаешься, пока ты мысленно отсутствовала в течение нескольких часов. Хотя я все еще чувствовала наши эмоции, так что я знаю, что все прошло хорошо. Я не знаю, что именно с тобой произошло, для меня это, кстати, в новинку. Просто Луне удалось включить тебя, как будто ты был светлым драгоценным камнем, физически и метафорически. Потом ты пропала почти на четыре часа с эмоциями любви и страсти, а когда вернулась, ты была в отключке. А то, что у тебя появились фестральные черты, произошло сразу после того, как ты начала светиться. Кстати, это эффект повышенной чувствительности. Большинство просто применяет его на рог или что-то еще, чтобы вызвать приятную реакцию. Просто чтобы ты знала, — объяснила Инсайт.

Кэндис немного поразмыслила над этим: "Понятно". Затем она вспомнила, что произошло прошлой ночью. Ее лицо побледнело, когда она вспомнила, что произошло после ритуала. "О нет, я потерялась во всем происходящем. Мне нужно поговорить с Луной. Я не могу позволить этому навредить Твайлайт…" — Она почувствовала, как паника начинает захлестывать ее обычно логичный разум. Намеренно сделав мысленный шаг назад, она взяла себя в копыта. "Подожди. Я спросила ее об этом. Инсайт? Почему я так испугалась?".

Потому что наш страх причинить вред кому-либо из них настолько велик, что это считается фобией, — произнесла Инсайт.

"Мне нужно поговорить с Луной об этом и о тебе" — решила Кэндис.

Оглядевшись по сторонам, она увидела миску с фруктами, на которой лежало манго. Она заметила, что не испытывает обычного отвращения при мысли о манго. В первый и единственный раз, когда она ела манго, она чуть не умерла от этого, так как ее горло начало смыкаться. К счастью, у нее хватило сил держать горло открытым с помощью магии, пока симптомы не прошли. Это был явно не самый приятный опыт, так как она поняла, что если бы у нее не было магии, она бы задохнулась насмерть.

Вытащив свое измученное тело из кровати, она подошла к манго. Она больше не чувствовала ожидаемой тошноты при одной мысли о нем, поэтому она подошла и понюхала его. "Не-а. Пахнет все так же, не буду рисковать". Вместо этого она взяла одно из яблок в миске.

Она нащупала клыки, которые, как она ожидала, должны были быть там сейчас. Эти острые маленькие штучки не были длинными клыками "вампони", которые можно увидеть на иллюстрациях в некоторых книгах. Скорее, это были короткие маленькие штучки, которые она могла легко прикрыть губами даже во время разговора. Хотя они все еще были достаточно острыми, чтобы с легкостью разрезать фрукт. У яблока не было ни единого шанса.

Пока она ела, она чувствовала, как к ней понемногу возвращаются силы.

Увидев себя в зеркале, она оценила новые изменения. В темноте ее щелевидные глаза казались обычными, только сверху и снизу слегка заостренными, как кошачий глаз в темной комнате, когда зрачок полностью открыт. Ее ушки с хохолками ярко-серебристого цвета были новыми. У нее и раньше был серебристый блеск на кончиках, но теперь было похоже, что у нее металлические серебристые шапочки, только если присмотреться, то можно было увидеть, что это мех. То же самое касалось всех кончиков ее перьев, и теперь казалось, что на ней серебряные туфли. Раньше в ее копытах был лишь намек на серебро, а теперь они действительно выглядели так, словно были сделаны из цельного металла, стоило только немного приподнять мех, чтобы увидеть их.

"И что, скажи на милость, что за Инсайт?" — тихо прошептала Луна на ухо Кэндис, внезапно показавшись в отражении, несколько мотыльков тени поднялись от ее шерсти.

Посмотрев влево, она увидела, что глаза Луны заглядывают в ее собственные. Любопытство было очевидным. "Она, я не знаю, как ее описать. Она — это я, но в то же время не я? У нее те же эмоции, что и у меня, но иногда они немного отличаются. Она одновременно мой учитель и в то же время чувствует себя как член семьи. Она разговаривает со мной, но иногда я получаю от нее сообщения только во сне. Чем больше времени проходит, тем больше она, кажется, может говорить. Честно говоря, это одна из загадок, которую я так и не смогла разгадать. Если бы мне пришлось ограничиться одним словом, я бы назвала ее либо другом, либо сестрой. Я прошу прощения, что не рассказала вам об этом раньше. У меня буквально не было шанса после нашего разговора перед "интервью", а Инсайт не любит, когда другие знают о ней. Ты, Твайлайт и Литтл Стар — единственные, кому я могла сказать, что она вообще существует", — объяснила Кэндис.

"Как ты смогла скрыть это от моей сестры?" — спросила Луна, поглаживая горло Кэндис кончиком крыла.

Реакция Кэндис на это прикосновение казалась довольно положительной. "Не думаю, что она реагирует на ментальное сканирование… Инсайт, как тебе удалось пробраться мимо принцессы Селестии?"

Она не так хороша, как ей кажется, — ответила Инсайт с довольно неуважительным тоном.

"Цитата: "Она не так хороша, как ей кажется". Что именно это значит, я не понимаю. Инсайт не часто объясняется, хотя я не уверена, почему она так не доверяет принцессе Селестии", — сказала Кэндис.

Луна сузила глаза. Здравствуй, Инсайт! — раздался голос Луны в голове Кэндис.

Кэндис могла сказать, что шок, который она испытывала, был вызван в основном Инсайт, но немного и ею.

Луна? — потрясенным шепотом произнесла Инсайт. Ее эмоции быстро переходили от шока к отчаянной надежде. Ты слышишь меня? О, пожалуйста, скажи, что ты меня слышишь.

Да, слышу. Однако мне интересно, кто ты? Я могу сказать, что ты не принадлежишь к обычным болезням разума, — послала Луна мысленный сигнал Кэндис.

Кэндис дала мысленный знак Инсайт продолжать, поскольку ей тоже было любопытно.

Я не совсем уверена, кто я сейчас. У меня сложилось впечатление, что я близнец Кэндис с того момента, как наши тела слились в материнской утробе, но я не уверена даже в этом. В основном, эта идея возникла у меня на основании того, что, по словам врачей, скорее всего, произошло, когда они смотрели на ее источники. Думаю, я была единорогом, а она — пегасом. Я верю, что что-то спасло нас, хотя и не знаю что. Такое ощущение, что это то же самое, что дает мне знания, казалось бы, наугад. Кэндис, не могла бы ты дать мне доступ к твоему источнику? Я бы хотела произнести одно заклинание. Это не вредно, но если Луна может говорить с тобой в таком состоянии, то она может получить приглашение. Луна, я обещаю, что это не вредно. Это поможет нам лучше общаться, — сказала Инсайт с надеждой в голосе.

Кэндис, ты доверяешь ей в этом? — спросила Луна у своего гибрида Избранного Ночью.

Я чувствую ее эмоции. Она не сможет причинить тебе вреда больше, чем я, — сказала Кэндис, добавив к эмоциональной смеси свою собственную надежду.

Луна просто кивнула, и Кэндис предоставила Инсайту доступ к источнику единорога.

Мгновение спустя и Кэндис, и Луна получили своеобразный ментальный стук с подразумеваемой просьбой присоединиться к заклинанию.

Кэндис увидела, как комната исчезла, и перед ней внезапно возникла лесная поляна под лунным небом. Однако она все еще чувствовала камень комнаты, в которой сидела. Ощущение ночного воздуха присутствовало, но было не таким сильным, как если бы она действительно находилась там. Заклинание сообщило, что это было мысленное представление, и на самом деле они никуда не ушли. Через секунду появилась Луна. Судя по выражению ее глаз, она получила такой же отчет от заклинания. На лице Луны мелькнула улыбка, когда она рассматривала окружающую обстановку.

С края поляны навстречу им обоим вышла единорожка, похожая на ту, что была бы Кэндис, если бы она родилась с рогом. В ее глазах светился страх, но и надежда. Инсайт закрыла глаза, и Кэндис почувствовала, как от нее исходит решимость. Инсайт осторожно подошла к Луне и на последних шагах обняла ее передними ногами. Из глаз Инсайт потекли слезы радости. "Я никогда не думала, что у меня будет возможность поговорить с тобой", — полувсхлипнула она.

Луна просто обняла Инсайт. Инсайт, со своей стороны, просто растаяла в этих объятиях.

Луна смотрела на Кэндис и, казалось, читала ее. Кэндис, в конце концов, чувствовала эмоции Инсайт. Через мгновение Луна протянула крыло и тоже обняла Кэндис.

Инсайт подошла и поцеловала Луну в щеку. Луна быстро взглянула на Кэндис и ответила на поцелуй своим.

Кэндис просто склонилась в объятиях, она не могла стоять между Инсайт и желаемым, не после целой жизни без собственного тела.

Кэндис чувствовала решимость намерений Инсайт. Она могла сказать, что для Инсайт, если это единственный раз, единственный шанс, который она получила, она собирается им воспользоваться.

Кэндис обхватила копытом Инсайт: "Прости, Инсайт, я не знала, что тебя там нет. Если бы я знала, я бы попросила Луну привести тебя и все ей объяснила".

"Не беспокойся об этом, единственное, чего мне не хватало, это визуального восприятия, но даже это я могу получить из твоих воспоминаний. Я получил все остальное, если бы был там, кроме возможного разговора с Луной. Честно говоря, я сама виновата в том, что так много молчала", — сказала Инсайт  с легким признанием в голосе. Извинения здесь явно не требовались.

Кэндис просто кивнула, оценив объяснение.

"Так что же мы будем с тобой делать?" — спросила Луна Инсайт заботливым тоном.

"Влюбиться и выйти за нас замуж?" — сказала Инсайт невинным и игривым, но обнадеживающим тоном.

"Я могу подарить тебе мечту, но сейчас тебе придется встать в очередь", — сказала Луна с легкой и игривой усмешкой.

"Твайлайт стоит в начале очереди", — ответила Кэндис.

"Я бы тоже не отказалась быть в этой очереди", — ответила Инсайт, чувствуя себя немного игривой.

Луна задумчиво хмыкнула, затем ее рог зажегся в пространстве разума, и различные заклинания омыли Кэндис и Инсайт. Казалось, большинство заклинаний были аналитическими или сканирующими, но другие были совершенно неизвестными.

Мгновение спустя мысленная картина замерцала, затем изменила свой облик. Детали стали богаче и реалистичнее, запахи, небольшие различия в текстурах и все те мелочи, которые большинство иллюзионистов оставляют без внимания, теперь были на своем месте.

"Так гораздо приятнее", — заметила Кэндис.

"Приятнее? Это намного лучше того, что я смогла сделать", — заявила Инсайт, обнимая Луну изо всех сил, на которые было способно ее маленькое тело единорога. Чувства принесли Инсайт еще больше радости.

"Тогда мы позаботимся о том, чтобы ты смогла сохранить это", — сказала Луна, прежде чем повернуться к Кэндис. "Ты бы предпочла клеймо заклинания или просто украшение?"

Кэндис знала, что такое клеймо заклинания. У обоих были свои преимущества. Украшения были более прочными, но их можно было украсть или потерять. Заклинательное клеймо, к тому же запрещенное в настоящее время, могло выйти из строя, если клеймо было срезано во время боя. "Насколько маленьким может быть клеймо? Может ли оно поместиться в моем ухе или в чем-то подобном?" — спросила Кэндис.

Она видела, как Инсайт пытается обнять Луну так сильно, что та пытается стать с ней единым целым. К счастью, аликорны были более чем достойны силы единорога. Возможно, Луна просто приняла то, что для других было бы боевым захватом, за ласку.

"Тогда мне придется быть осторожнее с укусами", — поддразнила Луна.

Кэндис немного пошевелила ушами, слегка подрагивая. Луна метнула голову вперед, как гадюка, поймала одно ушко между зубами и игриво пощипала его кончик. Инсайт восприняла это как сигнал к тому, чтобы оказать ответную любезность Луне, и несколько неумело попыталась схватить за ухо более высокую Луну.

Кэндис заметила, что отсутствие у Инсайт практики работы с телом тоже не способствовало этому, и вместо этого она упала на крыло Луны. Луна тихонько засмеялась: "Итак, моя маленькая пони, что ты хочешь, чтобы произошло в этот момент?"

Кэндис только ухмыльнулась, когда Инсайт не ответила, а просто превратилась в соблазнительный шарик обожания, как только могла.

После того, как Инсайт так долго была лишь бесплотным голосом, она не собиралась отказывать ей ни в чем. Хотя у нее и было искушение присоединиться, она не стала этого делать. Ей все еще нужно было разобраться в своих отношениях с Инсайт. Пока это не будет установлено, она не станет вступать с ней в физическую близость.

* * *

Кэндис была вырвана из области сознания, когда в ее ухе вспыхнула жгучая боль. Ее копыто двинулось к уху, ударив Луну по лицу, отчего боль усилилась, а по уху потекла теплая жидкость.

Ей потребовалось мгновение, чтобы осознать, что только что произошло. "Мне так жаль, Луна. Я не ожидала этого так скоро. Я ведь не причинила тебе вреда, правда?" — сказала она с искренним беспокойством на лице.

Луна рассмеялась: "Тебе придется постараться, чтобы убить меня". Магия крови Луны потянулась к ней, вытягивая кровь из шерсти Кэндис и затягивая рану.

"Если бы у меня и был серьезный шанс убить тебя, то только с помощью удачной шутки. Я уверена, что в бою у меня не было бы ни единого шанса против тебя", — сказала Кэндис с юмором в голосе.

"Хм", — Луна выглядела задумчивой, — "Ядовитая шутка как инструмент убийства… по крайней мере, некоторые неудобства, которые она вызывает, можно считать крайними недостатками, если придется защищаться".

"Я даже не хочу знать, что ядовитая шутка сделает со мной. Возможно, превратит меня в жеребца или что-то в этом роде", — пошутила Кэндис. Ее крылья изо всех сил пытались подняться в небо, пока она боролась с естественной реакцией на то, что Инсайт получила то, что хотела.

"Проблемы?" — спросила Луна, дразняще протягивая свое крыло к крылу Кэндис.

"Да" — односложно ответила Кэндис.

Луна опустила крыло: "Неужели это слишком тяжелое бремя? Я могу предложить тебе спокойный отдых, выполнение долга или подобное отвлечение. У меня самой есть дела, которые я должна выполнить, моя сестра не позволит мне задерживаться после того, как я опоздала с Луной сегодня утром".

"Если ничего другого нет, то это упражнение в самоконтроле. Сколько времени у тебя есть до того, как тебе нужно будет идти? Я надеялась задать несколько вопросов в какой-то момент. Есть еще вопрос о фобии, о которой я только что узнала, прежде чем ты появилась и спросила, кто такая Инсайт", — сказала Кэндис, надеясь, что у нее будет шанс обсудить это с Луной.

"Я смогу изгнать из вас любую фобию, это будет неприятно, но я хорошо в этом разбираюсь", — просто сказала Луна.

"Фобия заключается в том, что и у меня, и у Инсайт есть страх причинить боль тебе или Твайлайт. Не только физически, но и эмоционально. Я чуть не сошла с ума при мысли о том, что мы с тобой сделали после того, как ты согласилась, что я могу причинить боль Твайлайт. Потом я вспомнила, что спрашивала тебя об этом. Тебе удалось развеять мои страхи, поскольку я была так рассеяна, но после этого все вернулось. Мне пришлось вытеснить страх". Кэндис выложила все.

"Тебе нечего бояться. Ты собираешься предать нас? Намерена ли ты напасть на любого пони, о котором я забочусь? И собираешься ли ты подвергнуть опасности Эквестрию? Если нет, то тебе нечего бояться. Неважно, как пройдет твоя попытка соблазнить Твайлайт".

"Ты сказала раньше, что если в ее гриве появится пламя, то ты просишь меня отступить и дать ей возможность передумать. Это прозвучало как разрешение с небольшими предупреждениями. Я правильно поняла? Я не хочу неправильно истолковать то, что ты сказала", — спросила Кэндис с легким беспокойством, но все же просто желая получить разъяснения.

"Да, все верно, хотя если бы ты позволила ей овладеть тобой в таком состоянии, я бы не возражала, но знай, что ею будет управлять страсть, а не разум. Не думаю, что ей было бы все равно, но она могла бы смутиться из-за этого", — закончила Луна с игривой ухмылкой.

"Понятно. Спасибо. Я не думаю, что это будет проблемой на данный момент. Я дам тебе знать, если это окажется неточным", — заявила Кэндис, ее беспокойство, казалось, улеглось.

"Теперь, если это все?" — сказала Луна, собираясь уходить, и как бы невзначай провела крылом и хвостом по спине Кэндис.

Кэндис потеряла контроль над своими крыльями, так как они вдруг получили шанс показать себя во всей красе.

"И последнее?" — спросила Кэндис, игнорируя тот факт, что она только что проиграла битву со своими крыльями.

Луна оглянулась через плечо: судя по тому, как она облизнула губы, если бы ей не нужно было куда-то идти, Кэндис разделила бы участь Инсайт.

Кэндис потянулась вверх и подарила своей государыне прощальный поцелуй. Именно так она его назвала, несмотря на то, что ее тело пыталось превратить его в нечто большее.

Луна ненадолго ответила на поцелуй, но потом прекратила его и впилась клыками в кончик морды Кэндис. Луна вошла в тень за дверью, словно в туннель, и скрылась из виду в его глубине.

Из дальнего конца комнаты донесся голос. "Ты счастливая кобыла", — сказал Страйкер, прислонившись к стене в теневом углу и, казалось, с благодарностью принимая ее демонстрацию.

Потратив минуту на то, чтобы настойчиво объяснить своим крыльям, кто на самом деле контролирует ситуацию, Кэндис повернулась к Страйкеру: "Привет, Страйкер. Рада видеть вас, капитан". Кэндис посмотрела на своего коллегу с улыбкой на лице.

"Что-нибудь хочешь сделать перед вечеринкой?" — спросил он с намеком на интригу, отойдя от стены и подойдя к ней.

Ее тело на мгновение засветилось в телекинезе, когда все следы грязи и посторонних загрязнений были стянуты и отправлены в ванную. "На этом все. Просто нужно было привести себя в порядок. Я уже позавтракала. Если хочешь, можешь съесть манго. У меня все еще аллергия на них".

"Хвастаешься", — сказал он, игриво потрепав ее по плечу. Его рог потемнел от теней, когда манго было поднято в его ауре. "Бедняжка", — почти прошептал он, прежде чем поглотить фрукт.

"Яблоки и апельсины храбро сражались, но в конечном итоге у них не было шансов. Мне просто нужна была поддержка против непреодолимой защиты манго. Я рада, что ты пришел".

Он засмеялся и покачал головой. "Как тебя не уволили и не посадили в тюрьму, пока ты работала на зазнавшихся соляров?"

"Большую часть времени я держала рот на замке. Это и то, что я не интересовалась принцессой Селестией так, как ее сестрой и Твайлайт".

"Ты и примерно половина из нас, надеюсь, ты не из тех, кто ревнует", — сказал он, выводя ее из комнаты.

"Я просто хочу, чтобы она была счастлива. Я не из тех, кто ревнует. Так сколько ты выиграл, поставив на меня?" — спросила Кэндис.

Он пожал плечами: "После того, как мне пришлось заплатить за все напитки прошлой ночью на твоей первой вечеринке, которую ты пропустила, возможно, несколько тысяч бит".

"А, ну я с нетерпением жду “после” вечеринки. Пойдем?" — Кэндис рысила рядом с ним.

"Конечно", — усмехнулся он и повел ее за собой.

* * *

## 29.7 Королевский ужин

* * *

Луна все еще копалась в своих эмоциях, ее жизнь изменилась. В каком-то смысле она никогда не была так счастлива. У нее была Твайлайт, а теперь судьба распорядилась и с Кэндис. Но больше всего ее сердце грела Литтл Стар, ее дочь. Она улыбнулась.

Луна наклонила копыто, критически рассматривая другую сторону монеты, который она получила. Видения… этот горящий скелет Твайлайт. Она боялась, что единственной причиной того, что все идет хорошо, была судьба, давшая ей короткую передышку. Покой и комфорт, которые были у нее сейчас, не продлятся долго. Судьба знала, что позже произойдет что-то ужасное, а настоящее было лишь предварительным извинением для следующего раунда мучений.

От размышлений Луну оторвало нежное ласкающее дыхание, когда Твайлайт прижалась к ее боку, словно проверяя, здесь ли она еще. Луна обхватила Твайлайт крылом и, не стесняясь, захватила зубами ухо ее и начала его покусывать.

Твайлайт тихонько застонала.

"Ну же, я должна вознаградить мою храбрую спасительницу". Луна провела копытом по спине Твайлайт. Она почувствовала, как решимость Твайлайт дала трещину, когда Твайлайт прижалась к ней, закрыв глаза.

Селестия вежливо кашлянула. Луна оглядела стол, встретившись взглядом с глазами сестры, и в ее глазах мелькнул вопрос: "Что?" — в самом невероятном акте невинности.

"Так приятно снова сидеть вот так, Твайлайт", — сказала Селестия, устремив взгляд на Твайлайт, которая не обращала на нее ни малейшего внимания.

Тия потратила время на сбор пони, которые вскоре должны были прибыть. По крайней мере, Луна могла сделать все, чтобы Твайлайт уделила ей хоть немного внимания. "Твайлайт, Селестия смотрит", — прошептала Луна на ухо своей суженой.

Твайлайт внезапно села прямо, вырываясь из объятий Луны, изо всех сил стараясь казаться невозмутимой и совершенно спокойной. Очаровательный румянец и легкое подрагивание крыльев, говорившее о ее желании спрятаться за ними, доказывали, что ей это совершенно не удалось.

Луна была полна надежд: пока что ничего не случилось. Твайлайт, очаровательно пришедшая ей на помощь и пригрозившая Тии, настроила ее на более снисходительный лад, чем она могла бы.

"Да, Селестия?" — спросила Твайлайт. Было приятно видеть, что гнев и ненависть не были первыми, что вырвались наружу. Должно быть, Твайлайт смирилась с тем, что произошло, быстрее, чем она думала.

Селестия отпила глоток чая, прежде чем ответить. "Как дела в Понивилле?" — спросила она с заинтересованным выражением лица. Луна ясно видела, что Маска ее сестры была в игре, но, по крайней мере, казалось, что она уделяет этой встрече все свое внимание.

"Все было… интересно", — начала Твайлайт, в выражении ее лица смешались неуверенность, смущение и приятные воспоминания. Луна ухмыльнулась: Твайлайт могла быть такой очаровательной, когда была такой.

"И?" — спросила Селестия.

"Ну, знаешь… обычные вещи" — тихо проговорила Твайлайт.

Оставив Твайлайт и ее сестру в их танце, когда они тратят много слов, чтобы сказать почти ничего, она обратилась к своей чашке. Луна сделала глубокий глоток своего любимого напитка. В настоящее время кофе был лучшим другом Луны, и она могла бы подумать о том, чтобы выйти замуж за его изобретателя, если бы он был еще жив. Поскольку ее магия была настолько истощена, она не смела просто игнорировать свою усталость.

Она не собиралась делать Кэндис одной из своих избранниц, но когда она выбрала ее… слова, которые она произнесла. Временами она была глупой старой кобылой. К счастью, ее сестра позаботилась о луне за нее, чтобы избежать новых слухов о возвращении Найтмер Мун.

Она засмеялась про себя, Найтмер Мун вернулась, и скоро Луна тоже станет ее женой. Луна оглянулась на Твайлайт, не в силах скрыть улыбку.

Она перевела крыло, чтобы обнять Твайлайт, которая посмотрела на Луну, и разговор с Селестией прервался.

Луна взглянула на сестру и начала теплым голосом: "Приятно слышать, что вы снова так хорошо ладите… но учти, я не позволю тебе вернуть ее", — закончила она с поддразниванием.

"Твайлайт — самостоятельная кобыла, и она давно прошла обучение, она способна принимать собственные решения. Тем не менее, я считаю, что вы обе ясно выразили свои намерения".

"Спасибо", — немного скованно ответила Твайлайт. Странно было видеть, как Твайлайт не падает ниц при малейшей похвале Селестии.

"Надеюсь, вы обе найдете счастье друг с другом", — сказала Селестия.

"Спасибо, сестра", — сказала Луна и улыбнулась ей. "Так когда же мы найдем тебе партнера? Скоро ты будешь единственным неженатым взрослым аликорном" — ласково поддразнила Луна.

"Возможно, в следующем веке", — осторожно ответила Селестия.

"С такими темпами Фларри Харт может выйти замуж раньше тебя, Тия", — пошутила Луна.

Селестия кивнула. "Скорее всего, так и будет", — констатировала она как простой факт.

"Это ужасно", — сказала Твайлайт, выступая вперед.

"Почему?" — Селестия наклонилась вперед, с интересом наблюдая за ее реакцией.

Колебания дали понять, что первые несколько ответов Твайлайт были прерваны еще до того, как был произнесен хоть один слог. "Разве тебе не бывает одиноко?"

"Это то, что нужно от меня нашим пони, и, кроме того, я достаточно довольна своими обязанностями", — совершенно искренне сказала Маска Селестии.

Луна фыркнула, она могла бы остановиться, но решила этого не делать. "Не могу поверить, что ты все еще можешь говорить себе эту ложь".

Глаза Твайлайт заметались туда-сюда между двумя сестрами. Застряв между удивлением и беспокойством, Луна заметила небольшое удовлетворение на кратчайшие мгновения, когда Селестия не смотрела на Твайлайт. Скорее всего, это было влияние Найт, или, по крайней мере, она надеялась, что это так.

"Если бы кто-то относился к своим обязанностям более серьезно, возможно, у меня был бы шанс распустить свою гриву".

"Я более чем предана своим обязанностям, я просто умею получать удовольствие", — выпалила Луна в ответ.

"Как сегодня утром?" — спросила Селестия. В глазах сестры Луна увидела малейший намек на победу.

Луна подняла копыто и снова опустила его: "Это была несколько уникальная ситуация, и она все же имела отношение к моим обязанностям".

"Обязанностям?" — Селестия приподняла бровь.

После минутной паузы, чтобы подумать, Луна ответила. "Да… Я готовилась к обеспечению безопасности Твайлайт, и это оказалось… более утомительным, чем я ожидала".

Твайлайт наклонилась и снова прижалась к Луне: "Тебе не нужно так беспокоиться обо мне, конечно, не настолько, чтобы проспать и пропустить восхождение “твоей” луны".

Луна посмотрела вниз и встретила губы Твайлайт, целующие ее. Она с удовольствием прильнула к ним, чтобы почувствовать вкус губ своей суженой и аромат сладкого чая, который она пила. Твайлайт издала тихое довольное мурлыканье и закрыла глаза.

Селестия выглядела так, словно спокойно наблюдала за происходящим, но Луна знала лучше. Она подняла копыто, показывая, что ее сестра должна подождать.

Слабый гул магии заставил Луну дернуться в сторону дверного проема. Уголком глаза Луна заметила голубую ауру Кейденс. Двери распахнулись, впуская в комнату принцессу и ее мужа.

Розовая принцесса тихонько хихикнула. "Я вижу, что я здесь не нужна".

Твайлайт снова отпрянула назад, на ее щеках заиграл милый румянец. Если бы не крыло Луны, Твайлайт упала бы со стула.

"Кейденс!" — воскликнула Твайлайт, ее громкий голос был наполовину от волнения при виде бывшей няньки, а наполовину от смущения.

"Солнце…" — начала Кейденс.

Твайлайт телепортировалась со своего места и принялась исполнять очень привлекательный танец, покачивая боками. Луна задалась вопросом, знала ли Твайлайт, что именно она демонстрирует остальным в комнате. Не может быть, чтобы Кейденс не знала об этом.

"Солнце светит, веселье потом! Постучи копытом, покрути хвостом!" Два младших Аликорна закончили свое маленькое приветствие, и Твайлайт чуть не набросилась на брата и невестку.

"Твайли, воздух!" — вырвалось из Шайнинг Армора.

Естественно, Кейденс могла бы обнять ее как следует. Луна позволила своим глазам блуждать по Твайлайт. Она с нетерпением ждала, как весело можно будет провести время с другой пони, способной выдержать ее полную привязанность.

Твайлайт с довольно виноватым видом отпустила брата, быстро проверив его на наличие ран.

"С каких это пор ты стала такой сильной?" — сказал Шайнинг Армор, потирая шею, на которой к утру наверняка появятся синяки.

"Ну, знаешь, я частично земная пони и немного тренировалась с Рейнбоу", — ответила Твайлайт.

То, что Луна не знала об этом, было интересно. Надо будет позже выяснить у своей Ночной стражи, почему ее не поставили в известность. Луна на мгновение окинула Твайлайт взглядом, с вожделением представляя, как Твайлайт могла бы выглядеть после многих лет физических тренировок.

"Да, по крайней мере, мне не придется беспокоиться о том, что Кейденс будет брать уроки с Вондерболтами и станет суперсильной", — сказала Шайнинг с ноткой облегчения.

Кейденс встретилась взглядом с Луной и Селестией, ей не нравилась необходимость хранить секреты, например, насколько сильны аликорны на самом деле.

Можно было просто сказать ему правду. Луна спроецировала свои мысли на Кейденс, тепло улыбаясь. Это принесет вам обоим душевное спокойствие.

Кейденс посмотрела на Селестию, которая медленно покачала головой. Селестия снова была главной: мир бодрствования и День принадлежали ей. Луна должна была найти более вескую причину, чем нелюбовь к чему-то, чтобы ослушаться ее в этом вопросе.

Твайлайт использовала свои крылья, чтобы притянуть двух членов своей семьи к столу. "Это были захватывающие несколько дней, и я умираю от голода".

Луна задалась вопросом, сочтет ли Элемент Честности это ложью, ведь аликорны не могут голодать. Или же им хватит гибкости, чтобы понять, что Твайлайт просто сказала, что голодна и еще не до конца привыкла к тому, что она бессмертный аликорн.

Так приятно видеть Твайлайт без этой темной линии, направленной на Селестию, я не думаю, что я когда-либо видела пони, переходящих от почти убийственного намерения к вселяющему надежду нейтралитету, тем более так быстро.

Что я могу сказать, я делаю хорошую работу… но по большей части это благодаря характеру Твайлайт. Как только факты были предоставлены ей, было не так уж сложно ее поддержать. На самом деле, мой небольшой… недосып значительно улучшил ситуацию.

Каким образом?

Луна собрала немного своей силы и подождала, пока Кейденс займет свое место, а затем позволила ей на полсекунды погрузиться в сон. Она позволила ей увидеть, как Твайлайт появляется в военной форме, чтобы спасти Луну, и последующий разговор.

Это было очень хорошо сделано, тетя. Я не уверена, что ты могла бы справиться с этим лучше в плане восстановления их отношений. О, и почему ты опоздала? Я слышала, это было что-то связанное с хорошенькой кобылкой, которую ты украла у своей сестры, — Луна так и представила себе Кейденс со слишком широкой счастливой ухмылкой и огромными глазами.

Луна заметила легкое изменение в глазах Кейденс, которое та так и не научилась скрывать. Она использовала свой талант, чтобы осмотреть свои владения. Прервав возможные комментарии племянницы, она заговорила первой. Да, Кэндис оказалась влюблена в меня… возможно, это оказалось не совсем односторонним. Луна постаралась, чтобы ее мысленный голос звучал нейтрально. Она не хотела давать Кейденс больше информации, чем та, которую она могла собрать, просмотрев ее сердечные линии. Она все еще не знала, что задумала Судьба, и не хотела обременять племянницу такими мрачными мыслями, а также менять все без разбора.

Кейденс фыркнула. Это еще мягко сказано.

"Кейденс?" — сказал Шайнинг Армор, отвлекая Кейденс от мысленного разговора, как и надеялась Луна.

"Да, милый?" — невинно спросила Кейденс.

"Все в порядке?" — сказал Шайнинг Армор, занимая место рядом со своей женой.

Кейденс кивнула и придвинулась, быстро поцеловав Шайнинг Армора. Луна перевела взгляд на Твайлайт. Она тоже хотела поцелуя. Твайлайт не сопротивлялась, и Луне это очень понравилось. Кончики крыльев Твайлайт начали отклоняться немного дальше, чем это было допустимо за обеденным столом. Из ее гривы вырвалось несколько маленьких язычков пламени.

Кейденс смотрела на Луну.

Луна почти переместила свое тело, чтобы Шайнинг Армор не мог видеть происходящее. Как бы ей ни хотелось, чтобы Твайлайт продолжала, она заговорила шепотом. "Твайлайт… у нас компания".

Пламя исчезло, и она выглядела потрясенной, еще более потрясенной, когда ее брат посмотрел на нее.

"Ну, Твайли, как вы двое ладите?" — спросил Шайнинг с легким беспокойством, глядя на выражение лица сестры.

Твайлайт ответила: "Ну, я думаю… Я раньше не делала ничего подобного".

"Ты не читала книг об этом?" — поинтересовался Шайнинг Армор.

"Ну… читала, но меня не спасала Луна, и мне не пришлось бороться с ней, так что они оказались менее чем полезными" — сказала Твайлайт, все еще немного смущаясь.

"Тебе нечего стыдиться", — сказала Луна, проведя пером по спине Твайлайт. Выражение ее лица менялось, меняясь между стыдом и возбуждением. Нравится ли ей эксгибиционизм? После минутного раздумья она решила проверить. Судя по тому, что Твайлайт пришлось наложить заклинание иллюзии, чтобы скрыть свою реакцию, ответ был положительным.

Луна, тебе не стыдно? — мысленно крикнула Кейденс, отвлекая мужа розовой кобылы.

Нет.

Луна едва не зашипела от боли, когда заклинание ухода Кейденс пронеслось по ее телу и удалило все свидетельства того, что только что произошло. С Твайлайт заклинание было гораздо добрее.

Селестия неуловимо распространила свою пегасью магию по комнате и отодвинула от Шайнинга Армора все разоблачающие запахи.

Кейденс все еще смотрела на Луну, так что нужно было отвлечься, и это помогло бы ей осуществить планы на послеобеденное время.

Шайнинг Армор как раз повернулся, чтобы задать Кейденс вопрос. Скорее всего, "что происходит", когда Луна выпалила. "Так когда же ты собиралась сказать Твайлайт, что ты пригласила ее брата в свой гарем?"

Твайлайт и Шайнинг Армор застыли в недоумении. Твайлайт пришла в себя первой, несмотря на свою прежнюю рассеянность. Посмотрев на брата, она с облегчением заметила его растущее замешательство.

"Хаха, очень смешно, Луна", — сказала Твайлайт.

Луна наклонилась к Твайлайт: "Кто сказал, что я шучу? Проверь регистрационные документы для Солнечной клятвы".

"Думаю, я бы заметил нечто подобное" — возразил Шайнинг Армор.

"Серьезно, милый, я думала, ты бы тоже заметил что-то подобное", — сказала Кейденс, обнимая его. "По крайней мере, она никогда не использовала эту часть Солнечной клятвы".

"Что?" — красноречиво ответил Шайнинг Армор.

Твайлайт посмотрела на Кейденс: "Ты знала?"

"Да, я посмотрела контракт, там все написано мелким шрифтом", — просто ответила Кейденс.

"Что именно мелким шрифтом?" — спросила Твайлайт.

"Ты смотрела на него с момента своего вознесения?" — спросила Кейденс.

"Нет…" — Твайлайт запнулась.

"Тогда посмотри еще раз на декоративную рамку внизу", — сказала Кейденс.

"Что за пони-перья?" — Шайнинг Армор сумел вывести себя из оцепенения. "Это незаконно — скрывать юридический текст таким образом".

Твайлайт подняла копыто: "Если только он не написан задом наперед на старом понише".

"Что это за закон?" — Неверие ясно слышалось в голосе Шайнинг Армора.

"Очень старый, я нашла его, когда разбиралась в нашей с Луной… ситуации", — добавила Твайлайт.

"Похоже на закон, который придумал бы Дискорд", — слегка посетовал Шайнинг Армор.

"Он действительно вдохновил его, но нет… это одна из многих моих и сестры шуток, которые в итоге были закреплены в юридическом кодексе", — добавила Луна.

Селестия вмешалась: "Хотя на самом деле он служит полезной юридической защитой. Он существует для того, чтобы дворянство не могло попытаться заставить меня или любую другую принцессу выйти замуж за одного из них, при условии, что принцессы также используют юридический язык".

"Что более важно, это также позволяет нам защищать пони под нашими крыльями. Любой, кто будет нежелательно вмешиваться в дела одного из членов нашего гарема, может быть наказан за измену по усмотрению принцессы", — добавила Кейденс.

"Хотя, честно говоря, я удивлена, что сестра отпустила такой прекрасный экземпляр, как ты", — сказала Луна, глядя на Шайнинга.

"Значит, если я правильно понимаю, если у меня нет стражи или впоследствии гарема, меня могут каким-то образом заставить выйти замуж за дворянина? Как это работает?" — спросила Твайлайт.

"Много-много ворчания и нытья", — сказала Луна, на ее лице было написано презрение к дворянам.

"Нам удалось добиться того, что мы можем выбирать себе потенциальных партнеров из гаремов. Так что если дворянин не захочет стать нашей собственностью, он никогда не женится на одной из нас", — добавила Селестия.

"Так вот почему меня назначили охранником Кейденс?" — спросил Шайнинг Армор.

"Да, для твоей защиты и в знак того, что ты мой" — Кейденс тихонько мурлыкнула Шайнингу на ухо.

"Хотя интересно, что ты планировала сделать с Твайлайт, если она не сможет вознестись", — спросила Луна.

"Подожди, ты интересовалась Твайлайт?" — с удивлением спросил Шайнинг Армор.

"Как может кто-то не интересоваться такой замечательной кобылой?" — спросила Кейденс у мужа.

Луна видела по ее глазам, что Селестия снова разговаривает со своими фрагментами.

Шайнинг Армор оглянулся на жену: "Ты хочешь сказать, что интересуешься моей сестрой?" — поддразнил он.

Кейденс немного покраснела, но все же уверенно ответила: "Да, но только если бы ты не хотел меня". Она парировала.

И все же ты отвергла меня? — обратилась Луна к Кейденс.

Конечно, ты слишком стара для меня. К тому же я уже встречаюсь с Шайнингом, — ответила Кейденс.

Шайнинг Армор просто обнял свою жену и быстро чмокнул ее в щеку.

Твайлайт заговорила: "В любом случае, уже слишком поздно для вас обоих". Затем она подошла и поцеловала Луну, обхватив ее крылом.

Принесли еду. Хорошо обученный официант накрыл стол с впечатляющей сервировкой, учитывая, что для этого не использовались ни пространственные карманы, ни телепортация. Она могла оценить мастерство персонала Селестии, но почти все блюда показались Луне безвкусными.

Один из сотрудников выделялся среди других. Она мечтала о том, что когда-нибудь станет певицей или найдет любовь, когда к ней подойдет знатный пони, когда она будет петь в цветочном саду, выполняя свои обязанности.

Слуги уходили так же быстро, как и приходили, они были почти как саранча, оставляющая обильную пищу везде, где проходила.

"Ну, как дела?" — сказала Кейденс, глядя между Твайлайт и Селестией.

Селестия посмотрела на Твайлайт и, покорно кивнув, предложила Твайлайт ответить.

"Лучше… По крайней мере, немного. Просто со многим пришлось смириться". Твайлайт улыбнулась Селестии почти искренне. "Я… то, что у нас было, потеряно".

Выражение Селестии упало, Маска все еще контролировала выражение лица сестры, так что даже это все еще было манипуляцией.

Улыбка Твайлайт потеплела. "Но я готова посмотреть, что можно построить на новом фундаменте правды".

Селестия улыбнулась в ответ. Блеск надежды и облегчения в ее глазах был совершенно искренним, насколько Луна могла видеть: "Спасибо, Твайлайт". Она протянула копыто Твайлайт, которая через мгновение приняла его.

Луне даже не нужно было спрашивать, что видит Кейденс, ее улыбка показала все, что ей нужно было знать.

Теперь, когда казалось, что главная цель встречи, по крайней мере, была достигнута мирным путем, Селестия предложила всем пони насладиться едой.

* * *

Луна улыбнулась. Твайлайт поглощала еду. Не было ни одного блюда, которое бы она не попробовала. Даже то, чего она всегда избегала. Например, рыбные блюда пегасов, минеральные деликатесы земных пони или единственное дополнение к трапезе от фестралов — невзрачное на вид пирожное, содержимое которого было сделано из небольшого количества крови и мяса. В виде пирога появились даже хрустальные ягоды.

Шайнинг Армор с явным ужасом наблюдал, как его сестра находится на грани превращения в стихийное бедствие. Игривый взгляд, брошенный Твайлайт в ответ, заставил его рассмеяться.

Кейденс спрятала хихиканье копытом. "Осторожно, Твайлайт, ты можешь стать такой же большой, как Селестия, если будешь продолжать так есть".

Твайлайт выглядела немного смущенной, а Селестия бросила на племянницу невеселый взгляд.

"Как говорит современная молодежь: “О, встряхнись, Тия”", — усмехнулась Луна.

Селестия фыркнула и скрестила передние копыта, выглядя на несколько тысяч лет моложе. Луна хихикнула и бросила в нее одну из зефирок из хрустального ягодного пирога. Селестия просто уставилась на летящий снаряд, словно не веря в его существование. Удар оставил небольшое фиолетовое пятно на безупречной шерстке Селестии.

В глазах Селестии что-то промелькнуло. Луна приготовилась защищаться, пока Военный Разум ее сестры готовил свое оружие, примерно четверть оставшихся на столе блюд.

Твайлайт схватила полное копыто своих любимцев и подняла вокруг себя щит. Шайнинг Армор последовал ее примеру как раз вовремя, когда начался первый обстрел.

Луна слышала смех Кейденс, укрывшейся под защитой своего мужа.

Сражение было ожесточенным, и ни один пищевой снаряд не остался неиспользованным.

* * *

Слуги прибыли с десертами и быстро начали убирать комнату. Они не встречались взглядами с пони. Кейденс с помощью заклинания ухода сделала двойную работу, оставив обеих сестер с их обычным безупречным внешним видом.

Луна отвечала сестре взглядом и ухмылкой. Ни одна из них не признавала, что победила другая, так что этот самый нелепый из поединков все еще продолжался.

"Мне придется съесть весь торт", — вмешалась Твайлайт, подмигнув Луне.

"Ты не посмеешь", — крикнула Селестия, посмотрев на Твайлайт и покраснев, хотя бы на долю тона и только на мгновение.

Луна должна была вознаградить Твайлайт, ведь она уже давно не видела, чтобы ее сестра так теряла самообладание. Клянусь звездами, ей нужна была эта разрядка, этот момент веселья.

"Ура", — воскликнула Луна, — "Победа за мной".

"А торт — нет", — Селестия высунула язык, и весь торт повис в ее золотой ауре.

* * *

Трапеза закончилась, и все остальные пони вышли из комнаты. Луна жестом попросила Твайлайт подождать. Как только двери закрылись, Луна осталась наедине с Твайлайт.

Луна обхватила Твайлайт крыльями: "Ну что, кто-нибудь из стражи Селестии приглянулся тебе?"

Луна могла сказать, что Твайлайт была раздвоена. Возможно, между соблазном и предполагаемой неуместностью.

"Нас принимает моя сестра. Если хочешь, ты можешь принять в этом участие". Луна добавила в разговор соблазнение, начав прихорашивать крылья Твайлайт.

Твайлайт ответила на эти ласки: "Почему я не могу просто взять тебя?" — спросила она, глядя в глаза Луне с явным желанием.

Луна слегка отстранилась: "Ах, Кейденс не одобрила бы этого до нашей свадьбы".

"А то, что я возьму в постель стражника, не вызовет неодобрения?" — Твайлайт указала на очевидное.

"Нет, это было бы просто использованием одной из твоих привилегий королевской власти. Кстати, о привилегиях королевской семьи, у меня есть для тебя подарок", — промурлыкала Луна на ухо Твайлайт.

Луна потянулась своими чувствами, чтобы определить местонахождение своего подарка. Ее магия тени потянулась к цели.

Перед Луной и Твайлайт возникла тень. Из нее поднялась самая последняя избранница Луны. Ее экзотически красивое тело было окутано лентами тени.

Глаза Твайлайт пожирали стоящую перед ней пони. Казалось, они вбирают в себя все тело Кэндис и задерживаются на ее связанных, но все еще явно великолепных крыльях.

Мышцы Твайлайт напряглись, желая наброситься на ее подарок. Пламя плясало в ее гриве, и только сила Луны удерживала молодого аликорна на месте.

Кэндис посмотрела вниз, на укутывающие ее путы. Казалось, она расслабилась, когда увидела причину их существования. Затем она подняла голову и увидела, что Луна держит Твайлайт и прихорашивает ее.

"Я предлагаю тебе твоего первого охранника", — сказала Луна, шепнув на ухо Твайлайт: "А мы все знаем, что охранники принцессы являются частью ее гарема". Луна посмотрела на Кэндис, ее глаза говорили ее дару: "Я сделала свое дело, теперь твоя очередь".

Кэндис понадобилось лишь мгновение, чтобы собраться и посмотреть на Твайлайт. "О, привет, Твайлайт. Я думала, что скоро встречу тебя, но все произошло совсем не так, как я предполагала". Кэндис была явно удивлена. Луна чувствовала, как Кэндис пытается дотянуться и снять путы. Она видела, что та не пытается их развеять, а, скорее, просто изменить. Луна протянула копыто и помогла своей Избранной Ночью, зная, что она все еще слишком новичок в владении фестральной магией чтобы справиться с этой задачей. Связки немного ослабли, позволяя ей двигаться. Концы лент теперь развевались на ветерке.

Дверь в столовую вдруг распахнулась с неоправданной силой. В комнату ворвался голос Блюблада. "Тетя, я должен немедленно поговорить с вами…" — Взглянув на представшее перед ним зрелище, он остановился на месте. "Что здесь происходит?" — требовательно спросил он.

Глаза Твайлайт остановились на незванном госте, и она издала низкий рык.

Луна вмешалась: "Это вторжение очень нежелательно". Ее сила — единственное, что сейчас сдерживало Твайлайт.

Блюблад кивнул и, собираясь уходить, сказал: "По крайней мере, вы наконец-то поставили этих гибридов на место. Они все заслуживают того, чтобы их связали и судили за измену природе".

Сила Твайлайт резко возросла, ее рог засверкал. Блюблад исчез во вспышке пурпурного света. Двери закрылись так же быстро, как и открылись, и импульс магии запечатал комнату от звуков и вторжения.

В этот момент Луна только гадала, куда же Твайлайт его телепортировала.

Кэндис, в свою очередь, оглянулась на Твайлайт и Луну. Ее лицо выражало явное отвращение к трайбализму Блюблада. Очевидно, прерванное дело негативно сказалось на ее настроении.

Твайлайт потратила некоторое время, чтобы сделать дыхательную технику и успокоиться. Она пробормотала про себя: "По крайней мере, я его не убила".

"И что же ты с ним сделала, скажи на милость?" — спросила Луна.

"Я сбросила его в фонтан в центре садового лабиринта. Либо туда, либо со стороны Кантерхорна", — заявила Твайлайт. Очевидно, ее очень расстроило вмешательство потенциальной королевской особы.

Луна обняла их обеих. "Надеюсь, что вмешательство не отвлекло тебя от моего подарка. Почему бы тебе не спросить мою последнюю обращенную избранницу о ее квалификации", — предложила она.

Твайлайт посмотрела на Кэндис, когда Луна выпустила ее из своих объятий. Ее взгляд, казалось, прошел по Кэндис, словно вспоминая то, что она увидела в первый раз. Через мгновение Луна увидела, что на ее гриве снова появилось легкое мерцание пламени.

Кэндис, казалось, по крайней мере, оценила оценивающий взгляд Твайлайт. Ее настроение вернулось из ранее подавленного состояния.

Твайлайт прошла вперед, еще раз оглядев каждый дюйм своего "подарка". "Ты действительно охранник?" — спросила она соблазнительным тоном.

Благодарная улыбка на лице Кэндис сказала Луне, что все вернулось на желаемый путь.

Кэндис посмотрела на Твайлайт: "Ночная стража или Избранная Ночью, если хочешь. А также многое другое. Я могу перечислить свои квалификации, если хочешь. И даже продемонстрировать тебе все, что ты выберешь".

"Что угодно?" — Ее грива горела чуть ярче.

"Начиная от магических экспериментов в вашей лаборатории и заканчивая очисткой большинства ваших лей-линий. От обсуждения теории магии до боевой подготовки. Или, если у вас есть какие-то предложения, я, по крайней мере, постараюсь их выполнить". Кэндис сказала это игривым тоном. В нем было достаточно серьезности, чтобы Твайлайт поняла, что она не шутит, хотя Луна отметила, что физической близости в списке не было. Впрочем, это было нормально. Луна знала, что Кэндис не хочет торопить события и пользоваться ситуацией.

При упоминании о чистке лей-линий крылья Твайлайт предательски дрогнули. Она повернулась к Луне и сказала: "Ты знаешь, что подарить кобыле". Все варианты, казалось, заинтересовали ее.

"С чего бы ты хотела начать?" — спросила Кэндис.

Твайлайт выглядела весьма искушенной, но потом отступила и заставила себя взять себя в копыта: "Прежде всего, нам нужно экипировать тебя, познакомить с пони и убедиться, что мои защитные чары не убьют тебя."

"Справедливо. В интересах полного раскрытия информации, моя квалификация — не единственная причина, по которой я была выбрана в качестве подарка для вас. Если быть до конца честным, у меня есть чувства и к вам, и к вашей суженой. Я полагаю, что некоторые из этих чувств отвечают ей, но она прекрасно понимает, что они распространяются и на вас", — призналась Кэндис. Похоже, она не хотела, чтобы у Твайлайт сложилось неверное впечатление.

Твайлайт на мгновение посмотрела на Кэндис, похоже, обдумывая ее слова. "Откуда у тебя уже есть чувства ко мне?"

Луна терпеливо наблюдала за тем, как Кэндис рассказывала обо всем, что было раньше. Ее сны, чувства, которые она испытывала в них, желание не причинить вреда ни одному из них, как фобия. По крайней мере, Твайлайт оценила ее открытость. Казалось, Кэндис было так же комфортно с Твайлайт, как и с ней самой.

Одна вещь, которая привлекла внимание Луны, это то, что Кэндис немного сетовала на то, что выбрала не тот сон, когда ей предоставили выбор, прежде чем она стала Ночным Стражем.

Она даже рассказала о существовании Инсайт. Это привело к тому, что Твайлайт отправилась и провела некоторое время в сфере разума, которую Луна создала для Кэндис. В конце концов, она вернулась в физическую реальность.

Выслушав все, Твайлайт на мгновение задумалась. "Спасибо, Кэндис", — придвинувшись ближе к ней, прошептала она, — "Посмотрим, сможете ли вы двое заслужить от меня такие же чувства". В глазах Твайлайт ясно читалось желание Кэндис, да и Инсайт тоже, принять вызов. Однако это не помешало ей покраснеть от собственных слов.

Кэндис, шепча на ухо, предложила: "У меня есть идея насчет свидания, если тебе интересно. Мы с тобой отправляемся к облакам с едой, блокнотом и твоим телескопом. Ужин и звезды при восходе луны. В пустыне мы расслабляемся вместе с книгой перед камином. Может быть, во время всего этого мы даже будем записывать идеи для экспериментов. Здесь также нечего стесняться, моя Страстно Педагогичная Совершенно Красивая Драгоценная Фиолетовая Пони Принцесса".

"Ты нанята", — сказала Твайлайт, в ее голосе звучало более одного вида вожделения.

Судя по реакции Твайлайт, Луна все хорошо подстроила. Кэндис только что поставила галочки во всех пунктах, которые все фрагменты Твайлайт добавили в свои списки желаний. Судя по тому, как подрагивали крылья Твайлайт, по крайней мере, часть ее думала о том, чтобы очистить свои лей-линии. Луна подумала, что вероятность того, что к концу недели Кэндис окажется запертой в лаборатории или в спальне, очень велика.

"А теперь беги и забери свой подарок с собой", — сказала Луна с нежной улыбкой.

Твайлайт жадно посмотрела на Луну, явно желая забрать и ее с собой. "Просто подожди до нашей брачной ночи", — успокаивала Луна.

Твайлайт подарила Луне еще один страстный поцелуй, после чего зажгла рог и телепортировала и себя, и свой "подарок" прочь. Луна облизала губы, наслаждаясь вкусом поцелуя и нежностью прикосновения магии ее будущей любовницы.

Луна негромко выругалась про себя: она собиралась забрать силу из шелковых уз, в которые нарядила Кэндис. Ну что ж, значит, придется выпить еще несколько чашек кофе, а кофе она любила.

* * *

## 29.8 Внезапно Блюблад

* * *

Ноубл Гид откинулся в зале ожидания. Менее чем через час должно было состояться очередное заседание Дворянского совета. То, что эти события происходили так поздно, никак не скрывало их существование от взора Селестии. Тем не менее, это заставило некоторых других дворян поверить в это.

Хлопнула дверь, и в комнату ворвался промокший Блюблад. С его гривы капала вода на изящный ковер. Об этом обязательно расскажут. Он повернул уши, чтобы прислушаться.

Надменный вельможа, имя которого он так и не удосужился узнать, заговорил первым. "Блюблад, почему ты весь мокрый?" Его тон был довольно интересной смесью отвращения и настоящего любопытства.

Высокий жеребец вошел вслед за принцем, очень осторожно избегая мокрых пятен на ковре. "Он оказался в садовом фонтане. Хотя кто его туда телепортировал, я не уверен. Похоже, что магия принадлежала принцессе Твайлайт".

"Да, это была она. Но я не уверен, почему она это сделала" — с горечью ответил Блюблад.

"А что произошло перед тем, как она тебя вышвырнула?" — спросил любопытный.

"Я пошел в столовую, чтобы поговорить с тетушкой Селестией. Я застал там принцессу Твайлайт и принцессу Луну с одним из этих гибридов, связанной. Судя по их лицам, они были очень сердиты на нее. Похоже, они собирались отправить ее в Тартар или что-то в этом роде".

Теперь у Блюблада была аудитория. Каждый пони уделял ему все свое внимание. Он встал немного выше и продолжил, несмотря на свое потрепанное состояние. "Принцесса Луна сказала, что вторжение нежелательно, и поскольку тети Селестии там не было, я просто кивнул и повернулся, чтобы уйти. Я даже похвалил их за то, что они наконец-то что-то сделали с этими мерзостями природы. В этот момент я оказался прямо над фонтаном".

Половина аудитории с интересом смотрит на Блюблада. Другая половина, казалось, пыталась сдержаться, пока одному из них это совершенно не удалось. Остальные вскоре присоединились к ним. Сам Ноубл даже тихонько хихикнул, несмотря на то, что это причиняло ему боль.

Кобыла с желтой шерстью и тремя денежными знаками в качестве метки изо всех сил старалась скрыть ухмылку. "Блуи, дорогой, ты ведь не знаешь о Луне и ее последней стражнице, верно?" — сказала она игривым тоном.

"При чем тут это, Аппер Краст, и почему ты смеешься?" — потребовал Блюблад.

"Блуи. Тот гибрид, которого ты видел, не был под судом или что-то в этом роде. Она — новый избранник принцессы Луны. Скажи мне, она была связана тенями?" — спросила Аппер Краст сладким тоном.

Блюблад с подозрением посмотрел на Аппер Краст, но кивнул.

"И был ли этот пони тем же самым, которого отпустили из РСКГ?" — спросила она, ее предвкушение росло.

Удивительно, но Блюблад не заметил ловушки, в которую загнал себя галопом. Он снова кивнул: "Думаю, да".

"Милый, Луна просто воспользовалась статусом своего охранника в ее гареме. Она была их игрушкой. Если бы они сослали ее куда-нибудь, это была бы одна из их спален, а не Тартар. Как ты можешь быть таким наивным?" — Улыбка Аппер Краст больше подошла бы волку.

Это вызвало еще больший приступ смеха у остальных присутствующих. В кои-то веки он оказался согласен с комнатой, полной дворян. Это было довольно тревожно.

Ноубл Гид должен был отдать должное Блюбладу, он не замер. Вместо этого он начал свою тираду.

"Я НЕ ЗАНИМАЮСЬ ПОДОБНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬЮ. Я УВАЖАЕМЫЙ ЖЕРЕБЕЦ И НЕ СТАНУ ОПУСКАТЬСЯ ДО ПОДОБНЫХ ИГР. МЫСЛЬ О ТОМ, ЧТО ПРИНЦЕССЫ МОГЛИ БЫ ЭТО СДЕЛАТЬ, ПРОСТО СМЕХОТВОРНА" —  закричал он, а затем бросился прочь.

Ноубл Гид только усмехнулся. Блюблад оказался идеальным сочетанием высокомерия, самодовольства, глупости и достаточной компетентности, чтобы никто не смог от него избавиться. Из него получился бы идеальный козел отпущения. Так как он хоть немного развлек Ноубла, то Блюблад даже получит возможность повеселиться в своей предстоящей роли.

Ему нужно было написать несколько писем, но к утру Блюблад получит "подарок".

* * *

## 30. Добро пожаловать в Понивилль

* * *

Секунду назад они были в Кантерлоте, подаренные Твайлайт Луной, а миг спустя — в хрустальных залах Замка Дружбы. Ее зрение все еще было немного затуманено от вспышки магии Твайлайт.

После телепортации Твайлайт ее тело покалывало, несколько мотыльков пламени на мгновение замерцали над ее шерстью, а затем исчезли. Казалось, что Твайлайт с интересом рассматривает ее. Энергия заставила ее почувствовать себя бодрой, живой и возбужденной. Она чувствовала, как Твайлайт хочет сделать с ней самые разные вещи. Начиная с того, чтобы утащить ее в лабораторию, до наброситься на нее прямо здесь. Такое количество эмоциональных переживаний было почти неслыханным. Дело в том, что она не думала, что заклинание телепортации Твайлайт предназначено для этого.

Что ж, это было довольно неожиданно. Ты в порядке, Кэндис? — спросила Инсайт.

Да, я в порядке. Честно говоря, я думаю, что все прошло гораздо лучше, чем мы планировали. Несмотря на этого, Блюдурка. По крайней мере, Луне удалось довольно легко вернуть все на круги своя. Действительно, никаких претензий, — ответила Кэндис.

Учитывая все, что Кэндис чувствовала во время этого импровизированного обмена желаниями, она решила, что ей следует начать с того, что ее действительно интересует. "Итак, заклинание телепортации должно было дать мне представление о твоих желаниях?" — спросила она с простым любопытством.

Твайлайт открыла рот, но потом остановилась. Казалось, вопрос Кэндис не сразу дошел до сознания. Постучав копытом по подбородку, Твайлайт сказала: "Ну, раз ты мой страж, то должна знать кое-что об аликорнах и их магии. Магия аликорна сильно зависит от его эмоций и желаний. Например, если бы ты была Блюбладом, то сейчас была бы более чем немного обуглена или находилась в неловком положении".

"Понятно, что ж, буду считать, что мне повезло, что я чувствовала то, что чувствовала. Хотя это подводит меня к следующему вопросу. С чего бы вы хотели начать? Я знаю свои предпочтения и отвечу, если меня спросят". Кэндис легко взмахнула копытом.

Твайлайт запустила в Кэндис магический разряд. По лицу Твайлайт та поняла, что это была не атака. Он пронесся сквозь нее, а затем вырвался из ее тела и попал в за́мок. От импульса ее снова слегка покалывало, но гораздо меньше, чем при телепортации. Похоже, у тебя теперь есть ключ от за́мка. Возможно, — прокомментировала Инсайт.

Через мгновение Кэндис посмотрела на Твайлайт. Она выглядела более сдержанной, чем в Кантерлоте. "Я так понимаю, что сначала ты установила охранные заклинания и тому подобное?"

"Да, теперь, если я заблокирую за́мок, тебя не будут выгонять насильно", — объяснила Твайлайт довольно деловито. Казалось, она старалась вести себя более профессионально.

"Приятно слышать. Не хотелось бы, чтобы твоего охранника выгнали с поста", — сказала Кэндис с легким юмором в голосе. "Итак, что дальше по списку?"

Поведение Твайлайт изменилось, и она знойно приблизилась к Кэндис на пару шагов. Намеренно остановившись, она покачала головой. В ее гриве замерцали огоньки пламени. "Не сейчас, потом", — пробормотала она про себя, раздражаясь. Она посмотрела на Кэндис и сказала: "Прежде всего, нас ждет Пинки-вечеринка, которую она, вероятно, уже приготовила для тебя".

Кэндис кивнула. "Я полагала, что это произойдет через несколько дней. Она так хорошо знает, когда прибудут новые пони?"

Твайлайт кивнула. "Она лучшая в своем деле", — сказала она с нежной улыбкой.

"И то, что она делает, довольно мило. Так есть ли что-нибудь, что я должна знать об этом на данный момент? Какие-нибудь признаки, на которые стоит обратить внимание, если она вдруг окажется поблизости?" — спросила Кэндис.

Твайлайт только пожала плечами. "Если ты обнаружишь какие-нибудь признаки, пожалуйста, дай мне знать. Единственная причина, по которой я знаю, что вечеринка идет прямо сейчас, это то, что в столовой сейчас находится большая часть населения Понивилля. Или это, или горожане напали на замок, но никто мне пока не сказал".

Кэндис только улыбнулась. "Что ж, похоже, время вечеринки снова наступило, уже второй раз за столько дней. Сомневаюсь, что это будет что-то похожее на вечеринку Ночной стражи".

Твайлайт оглянулась через плечо: "Нет, здесь не будет такого количества телесных утех и сидра", — сказала Твайлайт с ноткой сожаления.

Интересно, переняла ли Твайлайт некоторые предпочтения Луны? — прокомментировала Инсайт.

Похоже на то — ответила Кэндис.

Кэндис приблизилась к Твайлайт, когда та рысила рядом с ней, и ласково потрепала ее по плечу. "Все в порядке, всегда есть место для приватной части.

Твайлайт чуть не сбилась с шага: "Мы всегда можем пропустить вечеринку", — сказала она более хриплым тоном. Заклинание телепортации начало заряжаться в ее роге.

"Как бы хорошо это ни было, я думаю, что то, на что ты намекаешь, было бы поспешным. Это было бы несправедливо по отношению к тем, кто потратил время, чтобы оказаться здесь", — заметила Кэндис.

"Ну, если это так, тогда тебе нужно убрать свой наряд. Не стоит появляться на одной из вечеринок Пинки в таком виде",  — сказала Твайлайт.

"Ах, да". Кэндис использовала свою магию, чтобы снять вызывающий наряд и положить его в свой собственный межпространственный карман. На ее лице появилось выражение легкого смущения.

"Так-то лучше. Хотя мне это понравилось". Твайлайт улыбнулась. Ее глаза, казалось, уже скучали по украшениям с тела Кэндис.

Затем она указала крылом на коридор. "Если ты пойдешь туда, то я встречу тебя там". Она свернула заклинание, затем отпустила его и исчезла в знакомой вспышке магии.

Изменение места назначения массива заклинаний телепортации без необходимости перезапуска заклинания… Ну, некоторые профессора Школы Селестии ошибаются, — заметила Инсайт, впечатленная.

Кэндис пошла по указанному коридору. Ей казалось, что замок наблюдает за ней. Каким-то образом он передавал смутное чувство ожидания, хотя Кэндис совсем не была уверена, как ему это удавалось. Она остановилась на мгновение и приложила копыто и крыло к стене, чтобы проверить, не почувствует ли она еще какие-нибудь детали.

Странно, это похоже на ностальгию, почти как… дом? Я не очень понимаю, — сказала Инсайт.

Кэндис попыталась проверить, была ли связь двусторонней. Она попробовала послать намерение защитить и помочь тем, кто здесь находится, а также свои чувства по поводу своего положения.

Чувство приветствия. Оно говорит, что мы не должны заставлять пони ждать…

"СЮРПРИЗ!!!"

Кэндис молниеносно произнесла перезаряженное заклинание временного ускорения. Она внезапно оказалась в столовой. Как она вдруг оказалась здесь, она не знала. Она не чувствовала ни магии, ни движения. Надо будет это запомнить. Интересно, можно ли это повторить? — подумала она про себя и Инсайт.

Возможно. Теперь я хотя бы немного знаю, как происходит общение, — ответила Инсайт.

За то короткое мгновение, которое потребовалось для этого, она увидела, что пони вокруг нее двигаются в крайне замедленном темпе. Не видя здесь никакой реальной угрозы, она заметила, что Пинки позади нее начала подпрыгивать возле двери. Кэндис мысленно попыталась почувствовать магию розовой пони. Она почувствовала то, что обычно чувствовала у земнопони, но заметила легкий оттенок того, что было похоже на способности Дискорда. Сигнатура, безусловно, была уникальной.

Кэндис отключила заклинание ускорения. На регенерацию у нее уйдет около восьми минут.

Пинки спросила: "Так ты была удивлена?". С присущим ей энтузиазмом, что лишний раз доказывало, почему ей запретили пить кофеин.

Кэндис просто улыбнулась и кивнула, а затем обняла розовую пони. "Спасибо тебе за все усилия, Пинки. Я не ожидала этого так скоро. Да, ты меня удивила". Она отпустила ее и повернулась к остальной толпе, а затем помахала ей копытом.

Пинки вдруг на мгновение обняла ее за спину. Она почувствовала, как скрипнули ее кости, но сила этого была достаточной, чтобы Кэндис проверила себя заклинанием медицинского сканирования, чтобы убедиться, что с ней все в порядке. Когда ее отпустили, Пинки все еще улыбалась самой широкой улыбкой, какая только может быть у пони. Кэндис улыбнулась в ответ. У нее было такое чувство, что лучшего подарка, чем этот, она сделать не сможет.

Она увидела Твайлайт в дальнем конце комнаты, наблюдающую за происходящим. Ее глаза были устремлены на Кэндис с таким любопытством, какого Кэндис в ней еще не видела. Это больше говорило о том, что "мы собираемся поговорить", чем о том, что "я хочу видеть тебя в своей лаборатории", так что она была в безопасности.

Кэндис прошла сквозь комнату с множеством пони. Прохладительные напитки были стратегически расставлены по всей комнате, и ей удалось познакомиться с большинством пони Понивилля. Похоже, что Твайлайт, получившая охранника, была здесь нарасхват и сумела выделить Кэндис. Похоже, использовать анонимность для выполнения своей работы здесь было не очень-то целесообразно. Пора завоевывать репутацию. Неплохой способ начать, по крайней мере, — добавила Инсайт к размышлениям Кэндис.

Она заметила, что транспарант с надписью "Добро пожаловать в Понивилль, Кэндис" — был странной формы. Казалось, что надпись на баннере была гораздо короче, чем было задумано.

Кэндис не понадобилось много времени, чтобы заметить остальных Элементов. В основном они собрались возле Твайлайт.

Эпплджек выглядела так, будто она просто отдыхает и приятно проводит время, болтая с Твайлайт.

Рейнбоу держала кружку сидра и парила над толпой, с любопытством поглядывая на Кэндис.

Флаттершай стояла сбоку от Твайлайт, но не похоже, что она была той замкнутой кобылкой, которую Кэндис впервые встретила во время пикника с Дискордом. Сейчас она выглядела более уверенно. Казалось, в ее чертах было что-то странное. Кэндис еще мгновение понаблюдала за ней. Может быть, это намек на клыки?

Рэрити была грациозна и в словах, и в действиях, но когда она увидела, что Кэндис смотрит на нее, на ее щеках появился легкий румянец. Интересно, отчего это? — удивилась Инсайт.

Мне кажется, что это может быть как-то связано со странным транспарантом. Склонность Пинки знать больше, чем следует, могла рассказать ей что-то о нас и наших отношениях с Твайлайт. По крайней мере, я могу представить, как Рэрити пойдет и уберет это, — ответила Кэндис, продолжая приветствовать пони и медленно пробираясь к месту, где находилась Твайлайт.

Кэндис налила себе кружку сидра из одного из киосков с прохладительными напитками. Несколько более наблюдательных пони заметили свечение вокруг ее крыльев.

Твайлайт с интересом наблюдала за ее приближением. Ее глаза казались глубокими, словно она смотрела на вещи с большим опытом, чем можно было предположить по ее годам. Похоже, кобыла была совсем в другом настроении, чем минуту назад.

В конце концов Кэндис добралась до шести героев Эквестрии, хотя это заняло более двадцати минут. По дороге было пожато множество копыт и состоялось множество обменов приветствиями. Каждый пони здесь был готов приветствовать ее в любой момент. Ни один из них не испытывал ни малейшего беспокойства по поводу того, кто она или что она. Возможно, все изменится, если здесь будет Спойлд Рич, по крайней мере, если сообщения о его позиции верны, — добавила Инсайт.

Твайлайт заговорила, когда Кэндис подошла к ней и ее подругам. "Девочки, я хочу представить вам Кэндис. Она — мой первый охранник", — сказала Твайлайт с дружелюбной улыбкой. "Кэндис, это мои подруги. Эпплджек", — начала она, жестом указывая на каждую из них.

"Здорово", — сказала яблочная фермерша, приподнимая шляпу.

"Рэрити", — продолжила Твайлайт.

"Добро пожаловать, дорогая", — Рэрити сказала это с царственным и спокойным видом, который полностью скрывал ее прежний румянец.

"Флаттершай", — сказала Твайлайт.

"Привет", — сказала пегаска с едва достаточной громкостью, чтобы быть нормально услышанной. Находясь так близко, Кэндис чувствовала, что от нее исходит некий намек на фестральную силу. Это было совсем немного, и если бы ее собственный источник был намного сильнее, она не смогла бы его почувствовать, так как ее собственный источник заглушил бы его, по крайней мере, когда он полностью окрепнет.

"Привет, Флаттершай. Давненько мы с тобой не виделись. Как дела?" — спросила Кэндис, вспомнив, что с последнего пикника с ней и Дискордом прошло около полугода.

"Я просто ужасно волнуюсь за Дискорда, ты его не видела?" — спросила застенчивая кобыла.

"Прости, я не видела его с тех пор, как произошло нападение на Мэйнхеттан. Дай мне знать, если я могу чем-то помочь тебе. Даже если это будет просто дружеская прогулка", — предложила Кэндис.

Флаттершай кивнула на это предложение. Казалось, она искренне оценила его.

"Рейнбоу Дэш", — сказала Твайлайт.

"Привет. Я не знала, что ты уже знакома с Флаттершай". Она помахала копытом, в котором не было по крайней мере второй кружки сидра.

"Да, у меня было несколько пикников с Дискордом и Флаттершай. Мне бы только хотелось, чтобы у Дискорда не было этой привычки не появляться в любое время, когда его помощь может быть действительно полезной", — ответила Кэндис.

Похоже, Твайлайт разделяет наши чувства по поводу Дискорда, — заметила Инсайт, привлекая внимание Кэндис к выражению лица фиолетовой кобылы. Оно исчезло, прежде чем Твайлайт представила следующую пони.

"И ты уже познакомилась с Пинки", — сказала Твайлайт, ее тон был легким, в нем не было ничего от мрачных мыслей, которые приходили ей в голову несколько минут назад.

Пинки Пай только улыбнулась. Казалось, она была довольна, уже считая Кэндис своим другом. Как Пинки Пай не стала принцессой дружбы? — пошутила Инсайт.

"Это мой помощник номер один и младший брат Спайк".

"Йоу", — сказал он, помахивая когтем, продолжая грызть драгоценные камни.

Кэндис заметила, что Спайк смотрит на нее с замешательством. "Тебя что-то беспокоит?"

"Как тебе удается так держать радужку открытой? Это не больно?" — спросил Спайк.

"Нет, я использую заклинание защиты зрения, которым могу управлять. Это как превратить твои хрусталики в солнцезащитные очки". Кэндис отключила эффект, и ее глаза вернулись к своему обычному виду. "Обычно я не хожу в таком виде, потому что большинство пони это пугает. Но для меня это быстро стало символом удобства".

"Чепуха, дорогая. Никто не осудит тебя за то, что у тебя такие уникальные глаза. На самом деле, я знаю идеальный ансамбль, который дополнит их и твою прекрасную расцветку", — сказала Рэрити.

"К сожалению, у меня было несколько случаев, когда пони поступали именно так, и это случилось в мой первый день с глазами фестрала. Я прошу прощения, но мой опыт не согласуется с вашим мнением". Кэндис выглядела извиняющейся за то, что реальность не соответствует романтическим желаниям модницы.

"Ну, здесь ты не найдешь такого отношения к себе",  — вмешалась в разговор Эпплджек.

"Да", — добавила Рейнбоу Дэш. "Подожди, ты пегас, фестрал или единорог?".

"Да?" — ответила Кэндис. "Я родилась гибридом пегаса и единорога, а фестральная часть — это подарок Луны, когда она сделала меня четвертой избранной".

Рэрити раздулась от этого заявления. Рейнбоу Дэш на мгновение удалось принять задумчивый вид.

Сзади нее возникла вспышка пурпурной магии, и вдруг на спине Кэндис появился груз. Гиря заговорила голосом нетерпеливой кобылки: "Мама Луна дала тебе еще один источник?" Молодая кобылка, выглядящая как Твайлайт, зажгла свой рог и произнесла сложнейшее сканирующее заклинание. Множественные массивы заклинаний заплясали над и вокруг ее рога.

"Да, это было после того, как я прошла ее испытания и стала одной из ее Избранных Ночью. Как раз сегодня ночью я была “отдана” твоей матери Твайлайт. Одна из моих обязанностей — защищать то, о чем она заботится", — сказала Кэндис Литтл Стар. В ее голосе звучала гордость.

Флаттершай наполовину спряталась за своей гривой. Кэндис заметила легкую ободряющую улыбку. Она уже знала о чувствах Кэндис к Луне и Твайлайт из их разговоров во время пикников.

Рэрити была ошеломлена на несколько секунд, прежде чем ей удалось прийти в себя. На ее лице появилось выражение вдохновения. Хотя это не было произнесено вслух, Рэрити все же произнесла слово "идея".

"Это значит, что она хорошая пони, которую ты должна слушать и защищать, если до этого дойдет", — сказала Твайлайт своей дочери.

Защитить меня? Кэндис было любопытно. Было ли это просто способом удержать Литл Стар рядом с собой, или это было правдой? Это было возможно, учитывая силу источника, который Кэндис чувствовала от маленького шарика магии, маскировавшегося под кобылку.

Литл Стар подняла копыто. "Это потому, что она Избранный Ночью или потому, что ее подарили тебе?" — спросила Литтл Стар у Твайлайт.

"И то, и другое само по себе означает хорошую пони, а вместе — еще больше", — сказала Твайлайт своей дочери.

"Значит, ты особенная для обеих моих мам?" — спросила Литтл Стар с невинностью юности.

"Я очень надеюсь заслужить это звание", — сказала Кэндис, слегка погладив Литтл Стар.

Литтл Стар обняла Кэндис за шею: "Тогда позаботься о том, чтобы мамочку Твайлайт хорошо кормили сенобургерами, чтобы она не съела мамочку Луну".

Твайлайт слегка покраснела. Рэрити посмотрела на нее с подозрением. Эпплджек осуждающе посмотрела на Литтл Стар. "Ты слишком молода для таких разговоров".

Литтл Стар недовольно посмотрела на Эпплджек. "Почему?"

Эпплджек явно хотела выполнить фейсхув, но не стала.

"Как насчет того, чтобы пойти и поиграть со своими друзьями?" — добавила Твайлайт.

Литтл Стар долго смотрела на свою мать. Она  зажгла рог, и вдруг рядом с ней, шатко сидящей на спине Кэндис, появилась еще одна кобылка.

"Мамочка, ты не могла бы помочь Скуталу летать? Она владеет магией только земных пони, и если мамочка Луна может помочь Кэндис, то сможешь ли ты помочь моей подруге?" — взволнованно спросила Литтл Стар.

"Магия земных пони?" — воскликнула Скуталу, спрыгивая с Кэндис. "Но у меня есть крылья, и я могу ходить по облакам. Какой в этом смысл?"

Литтл Стар посмотрела на свою подругу и приняла сидячее положение для лекции, подняв одно копыто, она начала: "Это потому, что у тебя есть постоянное заклинание хождения по облакам".

"А как же я толкаю самокат?" — воскликнула оранжевая кобылка.

"Ты используешь силу земных пони", — добавила Литтл Стар.

"Значит, я не виновата в том, что не могу летать?" Осознание этого факта начало доходить до нее, так как слезы начали наворачиваться на глаза.

Твайлайт внезапно перевела взгляд на Флаттершай. Через мгновение ее глаза расширились. "Ооо".

"Конечно, я помогу". Твайлайт подняла обеих кобылок в своей ауре и обняла их. Она выглядела счастливой, когда обнимала их обеих. Появление пони, которой она могла помочь, словно переключило Твайлайт, она была полна энергии и жива. Добавьте к этому гордую улыбку, с которой она улыбалась своей дочери, и, казалось, она может не спать целый год.

Кэндис заметила, что в ней промелькнул намек на огромную силу Твайлайт: на ее лице появилось задумчивое выражение. "Может быть, тебе стоит сначала спросить ее опекунов, Твайлайт?"

Твайлайт подняла голову и кивнула. "Похоже, это хорошая идея".

Рог Литтл Стар зажегся, и две довольно удивленные кобылы внезапно оказались перед Твайлайт.

"Что мы говорили о телепортации пони без их разрешения, если только это не чрезвычайная ситуация?" — прошептала Твайлайт, не двигая губами. Это было почти неслышно для усиленного заклинаниями слуха Кэндис.

Литтл Стар пригнула голову: "Но я думала, это чрезвычайная ситуация, моя подруга Скуталу не может летать", — ответила она так же тихо.

Твайлайт поцеловала Литл Стар чуть ниже рога. "Если нет опасности причинить вред, и ожидание не вызовет проблем, безопаснее просто сначала спросить".

Твайлайт подняла глаза на двух кобыл. "Вы знаете о состоянии Скуталу?" — начала она, прежде чем наложить на них заклинание уединения.

Кэндис увидела, как заклинание уединения Твайлайт делает каждое сказанное слово похожим на математические формулы, если пытаться читать по губам. Рейвилин Лайт эта версия заклинания не понравилась бы, — подумала Кэндис.

Инсайт на мгновение призадумалась. Возможно, она попытается выяснить, действительно ли формулы можно перевести обратно в слова, если потратить время на их расшифровку.

Когда вечеринка стихла, Пинки начала действовать, используя свои таланты, чтобы заставить пони веселиться.

Пятно в форме Скуталу пронеслось мимо и врезалось в Рейнбоу Дэш.

Кобылка говорила так быстро, что потребовалось бы заклинание замедления времени, чтобы разобрать сказанное, но слова летать, урок, выходные, ура, пожалуйста, летать, учить, радоваться, летать и тому подобное удалось вычленить из словесного месива.

С новым поводом для праздника вечеринка возобновилась. После этого вечеринка перешла в игры и развлечения. Жеребята веселились, а многие взрослые сидели и разговаривали.

Кэндис смотрела на Твайлайт со смесью гордости и любви. Ее решимость помочь Скуталу была еще одной чертой Твайлайт, которая, как она обнаружила, так ее привлекала.

Через мгновение Твайлайт встретила ее взгляд. На краткий миг она выглядела потрясенной, затем довольной и, наконец, перешла к смущению. "Ничего страшного", — сказала она, стыдливо отводя взгляд.

Переместившись к Твайлайт, Кэндис все еще смотрела на нее. "Похоже, твоя дочь опередила меня в одном из вопросов, который я собиралась тебе задать".

Твайлайт с интересом наклонила голову. "Ты?"

"Я планировала спросить, не подумаешь ли ты о том, чтобы помочь гибридам и магически поврежденным пони, открыв для них свою стражу". Кэндис кивнула головой в сторону перевозбужденной кобылки, которая набрасывалась со словами на Рейнбоу Дэш.

Твайлайт не могла удержаться от довольной ухмылки.

Кэндис продолжила. "Судя по всему, у тебя уже есть все необходимое для этого. Выражение твоего лица, когда ты поняла, что можешь помочь Скуталу, было бесценным и трогательным".

Твайлайт придвинулась ближе и прошептала: "Ты хорошая пони". На ее лице появилось выражение признательности, когда она украдкой поцеловала ее.

Кэндис заметила быстрое движение светло-розового цвета в углу комнаты. Приглядевшись, она увидела, что Флаттершай прекрасно видела поцелуй. Флаттершай, со своей стороны, лишь тихо улыбнулась, что выглядело скорее ободряюще, чем как-то иначе.

Твайлайт проследила за взглядом Кэндис и увидела, что Флаттершай смотрит на нее с той же улыбкой. Затем она бросила на Флаттершай взгляд, который Кэндис не совсем уловила, но ее крылья, казалось, приглашающе шевелились.

Кэндис увидела, как Флаттершай залилась ярким румянцем, но через мгновение она коротко и быстро кивнула головой. Неужели Твайлайт только что сделала то, о чем я думаю? — спросила Инсайт.

Думаю, да, но, честно говоря, я не уверена. Я видела только движение ее крыльев, — ответила Кэндис.

Твайлайт материализовала перед Флаттершай какую-то записку. Когда она прочитала ее, ее румянец усилился. Внезапно она спрятала записку и вернулась к одному из животных, посетивших вечеринку. Оглядевшись вокруг, Кэндис заметила довольно любопытное выражение на лице Рэрити, которая смотрела в сторону Флаттершай.

Кэндис тихо спросила у Твайлайт: "Что это было?".

Твайлайт обернулась к Кэндис с ухмылкой на лице. Перед ней вдруг появилась копия записки.

> Как я узнала сегодня вечером, принцессе разрешено иметь гарем. Тебе это интересно?

Кэндис была немного удивлена, но в хорошем смысле. Она снова посмотрела на Твайлайт с улыбкой, которая говорила о том, что ей нравится эта идея. "Я даже не думала, что ты захочешь рассмотреть такой вариант. Похоже, мне действительно нужно отбросить все предубеждения, которые у меня были на твой счет".

Твайлайт ответила: "Я кое-что переняла от Луны", — сказала она со знающей ухмылкой.

Кэндис заметила, что Твайлайт наложила заклинание иллюзии. Единственное, что Кэндис смогла понять, это то, что оно было направлено на ее гриву и хвост. Что ж, это выглядит многообещающе. Должна сказать, это был ОЧЕНЬ неожиданный поворот событий, — сказала Инсайт Кэндис, а та лишь мысленно кивнула в ответ.

Твайлайт шепнула Кэндис: "Я пойду принесу что-нибудь подкрепиться. Я скоро вернусь".

Твайлайт немного побродила и вернулась с закусками в своей ауре и двумя другими пони на буксире. Иллюзия на ее гриве и хвосте исчезла. "Кэндис, я хочу представить тебе еще одну мою подругу, Старлайт, и ее подругу, Трикси. Старлайт, Трикси, это Кэндис. Она мой новый охранник, Луна подарила ее мне из своей Ночной Стражи".

Потратив мгновение на изучение Твайлайт, Кэндис увидела, что, как и при работе со стихиями, Твайлайт вела себя немного странно. Она что-то сдерживала, вела себя так, как, согласно ее досье, она должна была вести себя.

Твайлайт без труда раздала напитки, Рейнбоу пронеслась мимо и с жадностью выпила половину нового сидра, не задумываясь. "Спасибо, Твай", — сказала она, отправляясь поговорить со Скуталу.

Твайлайт закатила глаза и добродушно улыбнулась выходке подруги. На мгновение ее глаза голодно проследили за полетом кобылы. Она быстро покачала головой и отвела взгляд. Кэндис заметила единственную искру пламени, затушенную магией Твайлайт.

Рэрити незаметно перевела взгляд на Рейнбоу, затем снова на Твайлайт, словно рассматривая кусочки головоломки.

Кэндис слегка покачала головой, глядя на стремительное голубое пятно, а затем вернула свое внимание к Старлайт и Трикси. "Ну, как вы двое поживаете?"

После того, как она узнала о манипуляциях Селестии, трудно было не относиться с опаской к кобыле, которая числилась экспертом по ментальной магии с несколько сомнительным прошлым.

Старлайт сделала небольшую паузу, давая Трикси возможность начать первой.

Взмахнув гривой, кобыла заговорила первой. "Великая и могущественная Трикси и ее подруга Старлайт хорошо себя чувствуют".

"Добро пожаловать в Понивиль", — сказала улыбающаяся Старлайт, протягивая копыто в знак приветствия. Что-то в этой улыбке казалось натянутым.

Кэндис взяла ее копыто и сделала ответный жест. Ты относишься к ней настороженно, Кэндис. Возможно, тебе стоит проверить это, — вмешалась Инсайт.

Кэндис на мгновение задумалась. Мысленно она проанализировала тот факт, что Старлайт исправилась и заслуживает доверия. Из-за того, что Старлайт использовала контроль разума на элементах, это было трудно сделать, несмотря на все ее усилия.

Старлайт посмотрела мимо Кэндис. Подняв бровь, Кэндис огляделась вокруг, проследив за ее взглядом. Твайлайт стояла в стороне и шепталась с Флаттершай.

Старлайт придвинулась чуть ближе, создавая вокруг них невидимое заклинание уединения. "Если ты охранник Твайлайт, то тебе нужно кое-что знать", — сказала Старлайт шепотом.

Крылья Кэндис слегка дрогнули. Она приготовилась в мгновение ока применить свое разрушение, если почувствует магию разума.

Старлайт продолжала нерешительно, ее глаза были полны беспокойства. "Твайлайт многое пережила… сейчас она на взводе. Любой взгляд на нее или на того, о ком она заботится, кажется ей пугающим… ну, один древесный волк был разбросан на нескольких акрах леса… ладно, точнее было бы назвать эту территорию кратером".

Кэндис на мгновение задумалась над ее словами, но после того, как она почувствовала силу Луны, то, что описала Старлайт, не так уж сильно отличалось от ее ожиданий. "Да, похоже на аликорна Магии".

Старлайт только покачала головой. "Она никогда не была такой раньше, она всегда была такой осторожной. Она никогда не использовала заклинания, которые, как я могу предположить, являются боевыми, против вещей, которые можно легко отогнать".

"Ты случайно не использовала на ней магию разума, не так ли?" Кэндис спросила с прямой откровенностью.

Старлайт отпрянула, словно пораженная. "Конечно нет, за кого ты меня принимаешь…"

Кэндис подняла на нее бровь. Ей казалось, что это должно быть очевидно, учитывая то, что сделала Старлайт.

"Ладно. Просто присматривай за ней, иначе тебе придется отвечать передо мной", — в гневе сказала Старлайт.

"Я больше беспокоюсь о том, как отвечать перед собой, а потом перед Луной, если у меня не получится. Ты — не моя забота. Но ты — друг Твайлайт, а это для меня кое-что значит. Я думаю, ты могла неправильно истолковать мой вопрос как осуждение тебя. Это не так. Я хотела узнать, пробовала ли ты использовать магию разума, чтобы смягчить ее душевную травму".

Старлайт задумалась на мгновение. Вздохнув, она ответила гораздо более спокойным голосом. "Я могла бы придумать заклинание для этого, но нет, я этого не делала. Луна — целительница разума, я полагаю, она помогает ей?"

Кэндис ласково посмотрела в глаза Старлайт: "Честно говоря, я не знаю, помогает она или нет. Но я намерена быть рядом с ней, если ей что-то понадобится". Кэндис посмотрела в сторону Твайлайт, на ее мордочке появилось ласковое выражение. "Тебе не о чем беспокоиться, если она будет в безопасности со мной".

"Пока ты ее оберегаешь, у нас не будет проблем", — вмешалась Старлайт.

Кэндис кивнула и продолжила. "Кроме того, я не считаю себя вправе осуждать тебя. Я знаю, что ты сделала, но ты, насколько я могу судить, искупила свою вину. Кроме того, Твайлайт доверяет тебе. Ты — консультант в ее Школе дружбы. Твой гнев на мой вопрос показался мне несоразмерным. Ты бы хотела начать все сначала? Я надеюсь, что смогу подружиться с тобой", — сказала Кэндис, протягивая копыто.

"Хорошо", — сказала Старлайт, стукнувшись копытами с Кэндис. "Только, может быть, не стоит так сильно обвинять пони в контроле разума, особенно рядом с Твайлайт, она может сначала начать действовать, а потом задавать вопросы".

"Понятно. Я знаю, что мне еще многому нужно научиться, чтобы наверстать упущенное. Твайлайт скоро проинструктирует меня. Но пока что я думаю, что твоей подруге Трикси становится скучно", — сказала Кэндис, глядя на лазурную кобылу.

"Я должна вернуться к ней, пока она снова не начала превращать все в чайные чашки". Старлайт сняла заклинание уединения и ушла к подруге.

Кэндис немного посмеялась над этим. Ее опасения по поводу Старлайт потерпели полное поражение, когда Старлайт отреагировала на обвинение. "По крайней мере, цена на чайные чашки в последние месяцы упала", — пошутила Кэндис.

* * *

Спустя несколько часов, когда все участники вечеринки разошлись, Рэрити выскользнула из дома со свертком ткани, который, вероятно, был остатком транспаранта, завернутым в ее магию. Кэндис все еще было немного любопытно, что же там было написано.

Похоже, Твайлайт о чем-то задумалась, пока она вела их вглубь замка. Звук их копыт по кристальному полу был более звонким, он так отличался от мрамора, к которому она привыкла в Кантерлоте.

"Ну и как тебе понравилось присутствие на празднике? Можешь ли ты понять, как это было сделано?" — спросила Твайлайт, улыбаясь.

"Это было неожиданно. Похоже, что Инсайт может разговаривать с замком. Похоже, я могу передавать свои эмоции и намерения. Мы получили от него сообщение типа “не стоит заставлять пони ждать”. Потом мы просто оказались там. Я думаю, что это сделал замок. Если замок является собственным защищенным карманным измерением, то он может просто определять, где что находится внутри".

"Похоже, ты нравишься замку", — сказала Твайлайт с любопытным блеском в глазах.

"Похоже на то. Инсайт говорит, что здесь она чувствует себя как дома", — согласилась Кэндис.

Твайлайт подняла глаза к потолку.

"Странно, что моя комната ни разу не ощущалась так, как я представляю себе дом", — сказала Кэндис.

"Я все равно планировала оставить ее у себя", — почти крикнула в потолок Твайлайт, а затем продолжила под вздох, настолько тихий, что только усиленный слух Кэндис позволил ей его уловить. "Глупые камни".

Кэндис снова подняла бровь, на этот раз на замечание о глупых камнях, и Твайлайт заметила, что ее услышали.

Часть хорошего настроения с вечеринки покинула Твайлайт. "Похоже, ты еще одна пони, подаренная мне Древом Гармонии".

Кэндис на мгновение задумалась: "Прости, я не уверена, что понимаю".

Твайлайт рассмеялась, но, кажется, как-то не так, возможно, немного маниакально.

"Как я могу быть связана с Древом Гармонии?" — продолжала Кэндис.

"То, что дерево-замок говорит с тобой, уже достаточная подсказка. Он разговаривает только со мной и моей Литтл Стар, а теперь еще и с тобой. Дерево любит играть с пони".

"О, я этого не знала".

"Луна была приговорена к тысяче лет на луне только для того, чтобы я использовала на ней элементы, тем самым забеременев своей дочерью…" — сказала Твайлайт, прервав себя коротким вздрагиванием.

"Что-то подсказывает мне, что в какой-то момент я получу полный рассказ", — сказала Кэндис с ноткой беспокойства. Она придвинулась ближе к Твайлайт, по крайней мере, пока они шли, создавая комфорт близостью.

Твайлайт сделала длинный вдох. "Пока что тебе нужно знать, что ему нравится манипулировать пони, как это делает Селестия".

Кэндис снова подняла бровь, сегодня было много причин для этого.

"И самое обидное, что я не могу на него злиться". Твайлайт топнула копытом, отправив в воздух несколько осколков кристаллов. "Я люблю свою Литтл Стар. У меня есть Луна, у меня есть все, чего я когда-либо хотела…" Твайлайт сбилась на тревожную смесь истерического смеха и рыданий.

Что-то во взгляде Твайлайт сломалось, она снова стала почти другой кобылой. Но это не имело значения, ее любовь причиняла боль.

Кэндис могла не понимать, через что проходит Твайлайт, но это было неважно. Она будет рядом с ней. Она крепко обняла свою любовь копытами и крыльями.

Как только крылья Кэндис обхватили ее, Твайлайт успокоилась и растаяла в объятиях.

"Эй, я знаю, что еще не понимаю, через что ты прошла. Может быть, я смогу помочь, когда пойму. А пока я хотя бы рядом с тобой", — прошептала Кэндис на ухо Твайлайт.

Твайлайт ничего не говорила и не делала в течение нескольких долгих минут. Медленно жизнь, казалось, возвращалась к ней. Твайлайт нежно прижалась к Кэндис, завершив поцелуй одним нежным касанием губ. "Спасибо", — прошептала она.

"В любое время. Мне все равно, если я сплю, если тебе нужно, чтобы кто-то просто обнял тебя, я здесь. Тебе нужно выговориться о чем угодно, я здесь. Если ты просто хочешь знать, что тебя любят, я здесь", — тихо сказала Кэндис, глядя в глаза Твайлайт.

Искренняя улыбка и еще одно прикосновение показали, как Твайлайт была счастлива от этих слов.

"Я могу приготовить и приличные блинчики, если они тебе по вкусу", — сказала Кэндис, пытаясь еще больше поднять настроение Твайлайт.

При упоминании о блинах Твайлайт навострила уши: Кэндис знала, что она будет делать по утрам.

"О, я оставляю тебя у себя", — почти промурлыкала Твайлайт.

"Я не против", — сказала Кэндис с юмором, но и с честностью в голосе.

Твайлайт задумчиво посмотрела на нее. Кэндис улыбнулась с любовью, но без всяких ожиданий.

Твайлайт спросила: "Как ты узнаешь, когда влюбляешься? Я новичок во всем этом". На ее лице отразилось явное любопытство.

Кэндис еще немного улыбнулась: "Для меня любовь — это желание, чтобы другой был счастлив, даже если это означает, что я не получу того, чего хочу. Если бы ты попросила меня оставить тебя, потому что это сделает тебя счастливой, я бы сделала это. У меня будет разбито сердце, но я сделаю это, потому что знаю, что так ты будешь счастливее. Я буду рядом с тобой в любой ситуации, в которой ты нуждаешься, в любой ситуации, в которой ты хочешь меня видеть. Все, что тебе нужно сделать, это попросить".

Через мгновение гриву Твайлайт охватило пламя. Пламя не обжигало. Скорее, оно вызывало приятное покалывание кожи Кэндис. Твайлайт соблазнительно, маняще выгибала свое тело. "Ну что, покажешь мне, как сильно ты меня любишь?" На мгновение показалось, что Твайлайт сама удивилась, сказав это. "Прости". Она закрыла глаза, и пламя медленно угасло и потухло в течение нескольких минут.

Кэндис все еще держала ее, пока Твайлайт брала себя в копыта. "Помогает ли это? Знать, что я не воспользуюсь тобой ради собственного удовольствия?"

Твайлайт расслабилась, прижавшись к Кэндис. "Даже если бы ты думала, что пользуешься, это я пользовалась бы тобой, но спасибо тебе".

Кэндис погладила гриву Твайлайт своим крылом: "Ты не можешь воспользоваться мной. Все, что я прошу, это сказать мне, когда ты будешь спокойна, что это то, чего ты хочешь, и что это сделает тебя счастливой. Сделай это, и я буду твоей, как ты захочешь".

Пламя снова вспыхнуло, каждая точка, которой оно касалось Кэндис, словно целовала ее. Сам огонь, движущий Твайлайт, начал возбуждать желание в Кэндис. Твайлайт прижалась к шее Кэндис и спросила "Как я захочу?".

"Да, как хочешь, если только ты сможешь сказать мне, что хочешь именно этого, когда будешь спокойна и без огня в своей гриве. Будь это рядом с тобой в лаборатории или занятие любовью в твоей комнате. Только если это будет говорить мне твоя рациональная сторона, а не твои страсти", — сказала Кэндис, все еще обнимая Твайлайт копытами.

Пламя исчезло, оставив Твайлайт в оцепенении.

Кэндис склонила голову набок. "Ты в порядке?"

"Я думаю, ты только что уговорила мою страсть дать мне ясную голову для этого выбора", — озадаченно сказала Твайлайт, а затем издала короткий искренний смех. Как будто с нее сняли огромный груз. "Хорошо, я могу согласиться на эти условия".

"Хочешь провести некоторое время в лаборатории и посмотреть, что именно Луна сделала с тобой?" — спросила Твайлайт, сверкнув глазами.

Кивок и легкий поцелуй в нос — все, что требовалось Кэндис, чтобы выразить свое согласие с предложением.

* * *

Они направились вглубь замка и достигли одной из второстепенных лабораторий Твайлайт. По пути они миновали тщательно охраняемые двери в главную лабораторию. Казалось, даже аликорну было бы трудно проникнуть внутрь.

Как только двери в малую лабораторию закрылись, обезопасив их расположение, Кэндис спросила: "К вопросу, не могла бы ты наложить заклинание “мысли в голос” и подключить его к Инсайт, чтобы она могла вносить свой вклад без необходимости проходить через меня?".

"Извини, в замке не действуют заклинания разума", — в глазах Твайлайт на мгновение вспыхнул гнев.

"А, дай угадаю, Селестия?" — рассуждала Кэндис, в ее голосе слышались нотки настороженности.

"Да…" — сказала Твайлайт, выпустив длинный затяжной вздох, она снова настроила свой голос и язык тела. "Что Луна рассказала тебе?"

"Не только то, что она мне рассказала, но и то, что я видела сама. Луна сказала, что ее сестра довольно свободно пользуется чтением мыслей. Кроме того, Солнечная клятва магически усилена эффектом, который незаметен, так как действует в течение долгого времени. Несколько моих решений за двадцать два года работы в РСКГ были перекошены в пользу Селестии из-за влияния этой магии на мой разум. Меня бы это не беспокоило, если бы было известно, что это будет частью Клятвы. Нет, это было скрыто, пока она не вытащила ее из моего источника. Однако я подозреваю, что здесь кроется нечто гораздо большее. Единственное, в чем я уверена, так это в том, что в тот день, когда я покинула Солнечную гвардию, мое доверие к Селестии начало угасать". Кэндис закончила свое заявление. Язык ее тела показывал, что она хотела бы, чтобы это было неправдой, но не могла уйти от фактов.

"Ну, скажем так, то, что она сделала со мной, было еще хуже. Она не просто прочитала мои мысли. Нет, она их создала", — сказала Твайлайт.

Пока Твайлайт продолжала объяснять, Кэндис слушала с восторженным вниманием. Она была недовольна тем, что ее опасения насчет Селестии подтвердились. По мере того, как Твайлайт продолжала, гнев Кэндис нарастал. Когда Твайлайт сказала ей, что это было сделано для спасения Эквестрии, гнев Кэндис утих. Он все еще был, но она могла понять, почему Селестия это сделала. Однако она была очень не согласна с методом. Кэндис все еще злилась на то, как это было сделано. Отсутствие объяснений и даже права выбора ее возмущало.

Однако тот факт, что это была вина колдуна, немного смягчил ее чувства к Селестии. Кэндис не упустила тот факт, что Твайлайт неясно выразилась о Храме Скрытого Пути.

Когда Твайлайт вздрогнула, Кэндис просто придвинулась и обняла ее. Никаких слов, просто быть рядом. И снова прикосновение перьев успокоило ее. Не прошло и нескольких минут, как Твайлайт перешла к тому, ради чего они здесь собрались — к исследованиям.

Поскольку Кэндис была добровольным подопытным, они с Твайлайт начали проводить всевозможные тесты и сканирующие заклинания на теле Кэндис. После этого они перешли к просмотру записей о магии и науке.

Твайлайт с интересом наблюдала, как Кэндис творит свои уникальные заклинания. Каждое из ее заклинаний состояло из множества более мелких, связанных между собой таким образом, что для их понимания потребовалась бы докторская степень по магии. Это давало чистый выигрыш в эффективности, но значительно увеличивало сложность. Они также были слабее против сбоев, контрзаклинаний и магического потока.

Время шло, они продолжали исследовать свойства магии и углубляться в тайны вселенной. Честно говоря, Кэндис переживала лучшие времена своей жизни. Она уже начала сомневаться, что все может быть еще лучше.

Через несколько часов Твайлайт пробормотала: "Нет, я не собираюсь превращать ее в книгу".

Кэндис навострила уши в сторону Твайлайт. "Хотя я бы очень хотела, чтобы меня не превращали в книгу, я бы не возражала, если бы ты читала меня как книгу".

Твайлайт голодно посмотрела на Кэндис.

Кэндис посмотрела ей прямо в глаза: "Твайлайт, если это то, чего ты хочешь, тебе нужно только сказать об этом. Ты знаешь мое единственное условие".

"Определенно, какая-то часть меня хочет этого, хочет тебя", — сказала Твайлайт, прижимаясь к Кэндис. Твайлайт провела губами по шее Кэндис. Кэндис прижалась к ней, ища пламя. Ее собственное желание начало серьезно разгораться.

"Ты утверждала, что умеешь обращаться с лей-линиями, сегодня вечером у меня будет хотя бы это", — промурлыкала Твайлайт.

"Как пожелаешь", — сказала Кэндис и поцеловала Твайлайт в ответ.

Твайлайт зажгла рог и впустила свою магию в Кэндис, позволяя ей почувствовать ее желание. Энергия обрела форму, и через мгновение они оба упали на большую кровать Твайлайт в клубок копыт и крыльев, а поцелуй так и не прервался.

Когда они достаточно замедлились, чтобы распутаться, Кэндис подвела Твайлайт к кровати и уложила ее, расправив крылья.

Белая магия покрыла Твайлайт, и все инородные загрязнения были с удовольствием удалены из ее тела и отправлены в мусорную корзину.

После этого она произнесла заклинание для подсветки нервной системы, чтобы видеть, где Твайлайт напряжена. Она сконцентрировалась на этих участках, делая массаж копытами на очень умелом, но и не совсем профессиональном уровне.

Твайлайт закрыла глаза и издала довольное мурлыканье. Напряжение в ее теле начало исчезать.

Примерно через полчаса Кэндис перешла к чистке крыльев Твайлайт. Ее движения были гораздо более нежными и заботливыми. Она уделяла особое внимание тем перьям, которые вызывали более сильную реакцию.

Твайлайт восхищенно дергалась, ей было слишком комфортно, чтобы делать что-то еще, кроме тихого воркования и повиновения каждой ее просьбе поправить крылья.

Произведя впечатление спа-пони, она перешла к тому, что ни одна нормальная спа-пони никогда не сможет сделать. Наклонившись и прошептав на ухо Твайлайт, она спросила: "У меня не так много практики в очистке лей-линий, но я знаю, что у меня, по крайней мере, неплохо получается. Луна, я уверена, умеет намного лучше. Как давно ты не чистила свои лей-линии?".

"Такое ощущение, что прошла целая вечность".

"Хочешь, я сделаю это для тебя?" — спросила Кэндис с легким поддразниванием, все еще склоняясь к уху Твайлайт, слегка поглаживая его, подчеркивая предложение.

Твайлайт застонала: "Ты даже не представляешь".

Кэндис начала медленно, используя свою способность к регенерации, что позволило ей продолжать свои ласки столько, сколько она пожелала. В конце концов, она стала использовать все больше и больше своего источника.

Твайлайт закричала, и очень громко. Кэндис переключила свой слух на защиту: "Я переключила свое слуховое заклинание с усиления на защиту. Если ты собираешься так кричать, я бы посоветовала просто звукоизолировать комнату".

Теневая магия окутала комнату.

"Я вижу, Луна научила тебя некоторым трюкам", — заявила Кэндис с радостной благодарностью в голосе.

После некоторого времени работы с лей-линиями Кэндис покончила с девятью часами накопленной энергии и большей частью оставшихся источников, прорываясь через лей-линии Твайлайт. Кэндис была очень рада, что попросила Твайлайт звукоизолировать комнату, а сама переключила свое заклинание на защиту слуха.

Твайлайт просто лежала там несколько минут, счастливо мурлыча и практически не шевелясь.

Казалось, Твайлайт постепенно обретала способность мыслить рационально. Страница за страницей начала формироваться книга. На это ушло много магии, и Кэндис показалось, что она расходуется впустую. По мере того, как переплет появлялся и затягивался, книга обретала индивидуальную обложку с названием: "Как очистить лей-линии аликорна".

Глаза Кэндис расширились при виде книги. Хотя способность создавать материю из магии была обычным делом для аликорнов, она знала, что наличие этой книги почти приравнивается к государственной измене.

"Спасибо, я обязательно спрячу ее", — поблагодарила Кэндис.

Твайлайт собралась с силами и бросила на нее любопытный взгляд.

"Знание этой информации по закону является государственной изменой. Разве ты этого не знала?" — ответила Кэндис.

Твайлайт покачала головой. Магия Твайлайт открыла фолиант и написала на лицевой стороне книги изящным роговым почерком прощение для Кэндис.

Кэндис положила книгу в карман: "Спасибо. Похоже, у нас одинаковые представления о том, что является хорошим подарком, моя коллега-библиофил. У меня тоже есть подарок для тебя, но мне понадобится немного времени, чтобы его закончить", — завершила Кэндис.

Аура Твайлайт нежно сжала Кэндис в объятиях. Через мгновение по магии пробежали маленькие искорки пламени Твайлайт. "О, я могу подумать о другом подарке, который ты могла бы сделать". Взгляд в глазах Твайлайт не казался ей родным. Кэндис не хотела, чтобы на нее смотрели, как на объект, неважно, насколько желанный. Она хотела настоящих отношений, а не быть просто игрушкой.

"Ты знаешь, что тебе нужно сделать, чтобы получить это". Кэндис посмотрела на нее ровным взглядом.

Твайлайт прорычала: "Кто ты такая, чтобы диктовать мне?". Магия, удерживающая Кэндис, сжалась сильнее, голод в глазах Твайлайт теперь буквально пылал.

Кэндис запустила свой дезинтегрирующий эффект. На это ушло много ее оставшейся магии, но магия Твайлайт зашипела: "Кто-то, кто не позволит тебе отказаться от того, о чем мы договорились раньше". На ее лице было выражение разочарования.

Кэндис видела, что во взгляде Твайлайт что-то боролось, но пламя, казалось, не хотело отпускать ее.

"Насколько сильно Селестия тебя обидела? Или это то, что случилось с тобой после Мэйнхеттана? Или и то, и другое?" — спросила Кэндис с искренним беспокойством в глазах.

Твайлайт на мгновение истерически рассмеялась, но потом похоть угасла, и выражение ее лица перешло в убийственную злобу. Пламя в ее гриве подожгло постель, и от кобылы исходила волна сильного жара.

Взмахнув крыльями, Кэндис отлетела назад, подальше от Твайлайт. Теперь она сидела на другом конце комнаты, и на ее лице было написано беспокойство. Она посмотрела на свои копыта и заметила пожелтевший мех на ногах, под мехом также были легкие ожоги.

Твайлайт подняла голову и увидела Кэндис, сидящую возле двери. Она посмотрела вниз на копыта Кэндис и увидела повреждения меха. На лице Твайлайт появилось выражение вины, и пламя погасло. Твайлайт вернулась к нормальной внешности.

Кэндис посмотрела на Твайлайт: "Ты очень нестабильна и, похоже, взрывоопасна. Я не могу вступать с тобой в какие-либо отношения, если ты в таком состоянии. Я вернусь к Луне, если это необходимо". Кэндис начала поворачиваться к двери.

"Мне жаль", — голос Твайлайт был слабым, как у жеребенка. "Часть меня все еще ненавидит Селестию". Магия Твайлайт потянулась к ней, и холодная волна успокоила ожоги.

Кэндис остановилась и снова оглянулась на Твайлайт. По выражению ее лица было ясно, что ей нужны объяснения, иначе утром ее бы здесь не было.

"Да, я знаю, что я сломана, больше, чем ты сможешь когда-либо узнать".

Кэндис тихо сказала: "Я могла бы знать, если бы ты решила рассказать мне".

Твайлайт испустила долгий протяжный вздох: "Когда Селестия создавала меня, она оставила те части, которые посчитала ненужными для будущей принцессы дружбы. Теперь я больше не просто ее марионетка. У меня есть части меня, с которыми я не знаю, как справиться, но они знают, как справиться со мной". Она жестом указала на обгоревшую кровать: "Все это не было намеренно, но… я просто немного вышла из-под контроля. Думаю, это одна из причин, по которой Луна подарила мне тебя, чтобы защитить от меня других". Замечание о том, что я чуть не убила Блюблада, не было шуткой. Какая-то часть меня была готова просто превратить его в пепел". Она встретила ровный взгляд Кэндис.

"Я не могу быть с тобой в отношениях, если у тебя такая эмоциональная зрелость, какую ты продемонстрировала здесь. Ты не готова к этому. Я даже не думаю, что ты готова к этому даже с Луной, но твоя дочь не оставляет тебе выбора. Я готова понять и даже помочь тебе, если смогу, но в ближайшее время это не сработает на романтическом уровне". Кэндис заявила это без упрека, а просто как факт.

"Ты права", — сказала Твайлайт таким тихим шепотом, что даже усиленный слух Кэндис едва уловил его.

Кэндис внезапно оказалась за пределами комнаты в пурпурной вспышке магии. Она обнаружила себя лежащей на спине на полпути по коридору. Она вдруг почувствовала эмоции, которые, как она знала, не принадлежали ей. Это был поток гнева, ненависти к себе, сомнений и множества других вещей, которые Кэндис предстояло просеять, чтобы понять.

Неужели нас просто выбросили? Почему она с нами не разговаривает? — спросила Кэндис у Инсайт. Ощущение того, что ее вот так просто выбросили, было очень сильным.

Я рада, что с нами все в порядке. Я не понимаю, что с ней происходит, но ты, конечно, поступила правильно. У Твайлайт не может быть здоровых отношений с кем-либо, если она такая. Я просто хочу, чтобы она решила поговорить, — сказала Инсайт  с глубокой печалью.

Я знаю. Больно видеть, что с ней случилось именно это. Что-то случилось с ее психикой после инцидента в Мэйнхеттане. Что-то сломало ее, и у меня такое чувство, что если бы "Ее Королевское Высочество, Селестия" не упустила кое-что, когда собирала ее обратно, Твайлайт смогла бы справиться с этими чувствами. Она создала ее и упустила ту часть, которая могла чувствовать самую глубокую дружбу", — констатировала Кэндис, когда ее сердце начало понимать, что любые отношения невозможны, и, что еще хуже, похоже, она больше не нужна Твайлайт.

Кэндис вышла из замка и схватила облако, которое было неподалеку. Она наложила на себя заклинание хождения по облакам, поскольку ее способность ходить по облакам все еще имела раздражающую привычку отказывать, если она переставала обращать на нее внимание. Затем она закрепила его своей магией, чтобы ветер не унес его, пока она спала в холодном воздухе над Понивиллем. Когда она легла спать, слезы начали течь. Когда она наконец заснула, ее ждала первая тренировка с Луной во сне.

* * *

[Изображение: https://lh4.googleusercontent.com/RNFR8EZFuQ-sFFbGUJbpraHvZ5n6nMWiNjceXg0UHYk0vnLOMn-PcKFrsHctYvOpjUd7oyrw9_78qtG2epqu_TqP0I1h1oeSt98UpiBSlRApoQAXLwv4CUj9Lsqrr3Dx2tzO72AbFs12DAaJrNJ13sixRNqUsUcaK0bTwVfPbiuDl5-GvnLyxZYQcI-vZ_88Qh0dBhhgew]

## 31.1 Ночь Луны

* * *

Луна все еще чувствовала усталость от истощения после того, как она выбрала Кэндис.

Двери в ее кабинет открылись. Вошли трое ее ночных стражей. На спине одного из них лежал запечатанный цилиндр с предупреждающими рунами и заклинанием, резко замедляющим время для всего, что в нем находится. Двое других стабилизировали контейнер на спине первого.

Они вели себя так, словно он мог взорваться от малейшего толчка. Учитывая то, что в нем было, он мог так и сделать.

"Отлично сработано", — сказала Луна, не отрывая глаз от своего трофея. Заставить ее Ночную Гвардию достать это из хранилища конфискованных материалов РСКГ было для них всего лишь очередным учебным заданием. Для Луны же это было ее спасением.

Летальная для смертного доза кофеина поразила ее, как Большая Урса. Луна широко раскрыла глаза. Ей пришлось держать себя в копытах, так как по ее телу прошла дрожь.

Луна проснулась.

Она посмотрела на волшебное зелье, которое создала Пинки Пай. Ей нужно было пропитать его своим лунным светом и посмотреть, что получится.

Долгий успокаивающий вдох позволил ей успокоиться. Если она смогла противостоять всем мучениям и удовольствиям, которые могло предложить царство снов, и при этом предстать в своей холодной маске перед Ночным Судом, значит, она сможет контролировать себя и в этом…

Трое ее стражников смотрели на нее с благоговением. После всех подвигов, которые она совершила, она все еще стояла после того, как выпила коктейль Пинки, вот что заставило их смотреть на нее с таким благоговением. Луна рассмеялась. Ладно… возможно, именно безумное выражение ее лица заставляло их так смотреть на нее, а может, это было не благоговение, а, наоборот, немалая доля беспокойства.

Она налила небольшое количество божественного напитка в чашку и выскочила из комнаты. Возможно, ей следовало воспользоваться дверью, а не стеной… ну да ладно, у нее есть пони, чтобы исправить такие вещи.

"ТИА! ТЫ ДОЛЖНА ЭТО ПОПРОБОВАТЬ!" — крикнула она в полный Кантерлотский голос.

* * *

Потребовался строгий разговор с сестрой, час и около сотни кругов вокруг Кантерхорна, чтобы сжечь лишнюю энергию настолько, что она могла быть в основном в здравом уме и в состоянии вести Ночной суд. Ее все еще удивляло, что земная пони сумела приготовить такое мощное варево. Она уже поручила своему Ночному стражу раздобыть рецепт, а если это невозможно, то предложить королевское поручение и помилование, чтобы Пинки приготовила еще.

Несмотря на все ее усилия, она все еще чувствовала желание двигаться, но оно было контролируемым. Сидя на своем троне, она незаметно напрягала один мускул за другим, вместо того чтобы ерзать.

У Луны екнуло сердце, когда она увидела, что первый проситель — один из слуг Блюблада, посланный к ней по его поручению и потому сумевший миновать очередь. Трусишка даже не пришел сам… лучше бы это было извинением.

Слуга подошел и выполнил все формальности, которые полагались бы при более официальном дворе ее сестры. Луна была бы более чем счастлива простому поклону и уважительному отношению, чтобы не тратить время.

"Говори словами своего господина", — раздраженно огрызнулась Луна. Отлично… кофе все еще делает меня импульсивной.

Слуга поспешно выпрямился, открыл свиток и начал читать: "Его Королевское Высочество принц Блю…".

Луна постучала копытом по земле с силой, достаточной для эха. "Ближе к делу".

Слуга быстро пробежал глазами текст, бормоча про себя. Это означало, что Луне придется выслушать каждое слово из прошения Блюблада, но, по крайней мере, так все закончится гораздо быстрее.

Слуга сглотнул. "Принц Блюблад просит вас возместить ему стоимость одного пакета сухого очищения, двух бутылок целебного вина и расходы, связанные с прерыванием его праздника под открытым небом из-за ваших полетов по городу".

"Можешь расслабиться… Я не стану наказывать гонца за слова его хозяина. Ты не оказал мне никакого неуважения", — сказала Луна.

Слуга поклонился с облегчением.

Луна протянула копыто сквозь тьму, к которой она так хорошо привыкла, и призвала к себе свиток. Она подняла его из своей тени и начала писать на нем пером, сделанным из одного из ее собственных перьев. Когда она закончила писать, на ее лице появилось подобие дикой ухмылки. Она запечатала свиток своим рогом, а затем, используя свою ауру, вручила его слуге.

"Нам будет приятно, если ты передашь мой ответ своему господину", — сказала Луна. Она почувствовала, как ее пристальный взгляд вызвал легкий страх у пони, стоявшего перед ней. "Вы свободны".

Слуга скрылся, торопливо отвешивая нелепые поклоны и расшаркиваясь, когда уходил. С этого началась ее ночь, и она не ожидала, что события в физическом мире станут еще более увлекательными.

"Следующий", — крикнула Луна.

* * *

Как только она почувствовала, что Кэндис вошла в царство снов, Луна поняла, что что-то не так. Переключив внимание на свой бастион, она посмотрела вверх. Звезда Кэндис была клубящейся массой темных одиноких эмоций. Луна подлетела к ней и коснулась ее, войдя в ее сон.

Кэндис стояла на пустынной плоскости, не обращая внимания на окружающее. Все было смертельно тихо. Медленно, чтобы не испугать подругу, Луна позволила ей осознать свое присутствие.

Луна спросила нежным тоном: "Что случилось?".

Тишина длилась недолго. "Она выбросила меня", — сказала Кэндис, ее голос был тихим и почти без эмоций. Обманчивое спокойствие ее тона не скрывало обиды, которая доминировала в ее эмоциях. После паузы она добавила. "Бросила нас".

В царстве снов такие мелочи, как расстояние или движение, были несущественными. Луна внезапно оказалась рядом, заключив Кэндис в утешительные объятия. Она нежно прижалась к Кэндис и погладила ее по гриве.

Если кто и должен был оставить Кэндис разбитой сегодня, так это сама Луна с ее суровыми тренировками, которые она запланировала. Ее день с Твайлайт должен был сблизить их, и она ожидала, что они будут счастливы, будут наслаждаться друг другом, а не тем, что Кэндис будет разбита.

"Что случилось?" — спросила она, утешая ее. Голос Луны был мягким, излучающим уверенность. Она знала, что использует свою власть над царством снов, чтобы манипулировать Кэндис. Тем не менее, ее обязанностью было заботиться о душах всех пони, а этой пони было больно.

"Твайлайт, она нас бросила. Вместо того чтобы поговорить, она просто телепортировала нас. Сейчас мы спим на облаке над Понивиллем", — сказала Кэндис, ее голос был почти монотонным.

"Могу я посмотреть?" — спросила Луна мягким голосом, приложив свой рог ко лбу Кэндис.

Кэндис лишь молча кивнула, что лишний раз говорило о том, как ей больно. Казалось, что большая часть ее характера, ее личности решила отдохнуть этой ночью.

Получив разрешение, она прикоснулась рогом ко лбу Кэндис. В голове Луны пронеслись образы, звуки и запахи последних часов жизни Кэндис. Цепь событий выстроилась перед ней. Это было нехорошо.

Сосредоточившись на окружающей действительности, Луна увидела, что оцепенение ошеломленной, почти сломленной кобылы испаряется, а на смену ему, стремительно нарастая, приходит гнев. Она чувствовала, как кобыла в ее объятиях дрожит от ярости.

Кэндис начала низким тоном, который по мере того, как она говорила, неуклонно повышался. "Я знаю, что она должна была спасти ее, но какое право она имела оставлять какие-то детали без внимания? «О, тебе не нужны романтические привязанности, тебе не нужно беспокоиться о похоти или романтической любви. Это не те вещи, которые тебе нужны, чтобы быть моим инструментом». КАКОЕ ПРАВО ТЫ ИМЕЛА, ЧУДОВИЩЕ, ПРИНИМАТЬ ТАКИЕ РЕШЕНИЯ ЗА НЕЕ?!" Она закончила криком в пустоту царства снов, направив свою боль не на Луну, а на Селестию.

Луна почувствовала, как ее глаза превратились в светящиеся щели, тело замерло, а выражение лица стало ледяным. Долгие тренировки в управлении своими эмоциями, чтобы не дать магии выплеснуться наружу, были единственным, что позволяло ей казаться спокойной. Сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, Луна крепко обняла ее. "Я сломала сестре челюсть, когда узнала", — проговорила Луна на ухо Кэндис.

Никакой реакции на это не последовало, лишь легкое подергивание ушей дало Луне понять, что Кэндис услышала.

Сомнение в себе наполнило голос Кэндис. "Какой смысл было спасать наши жизни и манипулировать нашими эмоциями с помощью снов, если ты не позволила нам спасти ее тогда? Зачем заставлять нас влюбляться в несуществующую кобылу? ПОЧЕМУ ТЫ НЕ МОГЛА ПРОСТО ДАТЬ НАМ УМЕРЕТЬ, ЕСЛИ СОБИРАЛАСЬ ТАК С НАМИ ПОСТУПИТЬ?"

Кэндис была в смятении, эмоции, которые в данный момент не были направлены, обращались против нее. Ей нужно было многое пережить. Луна знала, что Кэндис может оправиться от этого, если она сможет заставить ее сосредоточиться на чем-то. Вопрос был в том, на чем?

"Потому что у судьбы еще есть роль для тебя", — с горечью сказала Луна, прижимаясь к Кэндис, поглаживая ее и просто находясь рядом с ней. Обеспечивая столь необходимый физический комфорт в заботливых объятиях. Она начала ухаживать за Кэндис. Видя тех, о ком она заботилась, она всегда проявляла свою материнскую сторону.

"Неужели что-то подобное вызвало Найтмер Мун? Селестия тоже сделала с тобой что-то подобное?" — сказала Кэндис. Казалось, она успокаивается, ее более рациональный ум берет верх. Так что это, скорее всего, означало, что разговор будет опасным.

"Я не помню", — сказала Луна, тщательно обдумывая свои следующие слова. Ей нужно было что-то еще, о чем она могла бы подумать. Луна выбрала свои следующие слова и приготовилась к реакции, которую они вызовут. "Она забрала большую часть моих воспоминаний о том времени".

"Значит, она уничтожила твои воспоминания, чтобы ты не злилась на нее?" — спросила Кэндис, придя в полный ужас.

Она чувствовала, как гнев на сестру снова начинает стремительно расти. Если для смертного пони возможно превратиться в "Найтмер", то Кэндис, похоже, была на пороге этого. Хорошо, что Кэндис не была связана ни с одним из разрушительных элементов. Твайлайт бы уже сожгла ее.

"Мир", — был ее односложный ответ, — "Ты не можешь изменить прошлое. Если бы у меня были мои воспоминания, я бы все еще была монстром".

После нескольких секунд раздумий Кэндис сказала: "Я не могу не задаться вопросом, не думаешь ли ты так, потому что она тоже хочет от тебя".

"Откуда мне знать?" Луна весело рассмеялась. Ей нужно было быть веселой, иначе она знала, что рискует погрузиться в мрачные мысли, а в данный момент это было совсем не нужно.

Кэндис погрузилась в молчание. Прошло несколько минут, и гнев утих, а еще через пару минут Кэндис и Инсайт просто расплакались и зарыдали.

Луна посмотрела туда, где на полу бессознательно лежала Инсайт, и тоже зарыдала, не привлекая к себе внимания. Кобыла-единорог все еще была немного не уверена в том, что у нее есть тело, даже если это всего лишь аватар из сна.

Тени образовали мягкие, как шелк, подушки и притянули Инсайт в объятия Кэндис. Луна поцеловала каждую из них в лоб. "Позвольте мне предложить луч надежды".

Обе сестры теперь слушали ее, и каждая из них дергала ухом в ее сторону совершенно одинаково. Это было мило, но сейчас было не время говорить о таких вещах.

"Твайлайт не выбросила тебя… Она тебя ясно поняла. Сейчас у нее война с самой собой… И это может быть не совсем метафора", — сказала Луна, проверив, что оба обратили на нее внимание. Так и есть, они оба смотрели на нее.

Луна продолжила: "Твайлайт, которую вы ищете, здесь… Но она — один голос среди многих. Думаю, утром вы найдете ее спящей в другой комнате. Сомневаюсь, что в ее прежней комнате что-то уцелело".

"Как Селестия могла оставить ее настолько уязвимой, чтобы она была так сильно повреждена тем, что случилось после Мэйнхеттана?" — спросила Кэндис.

Луна пожала плечами. "Она рассчитывала, что еще несколько столетий ее исправят".

"Она якобы так хорошо знает пони. Как она могла допустить такую оплошность? Собрать ее обратно и намеренно упустить основные части того, что значит быть пони?" — высказалась Инсайт.

"Моя сестра… Она пони, которая хотела бы, чтобы у нее иногда не было таких чувств. Я верю, что она искренне считала, что это лучше подготовит Твайлайт к тому, чтобы стать бессмертной".

"Лишив принцессу Дружбы способности чувствовать самую глубокую форму дружбы?" —сказала Кэндис  тоном, который мог бы заморозить землю, если бы за ним стояла магия.

"Она хотела оградить ее от глубочайшей боли. Пусть она спокойно смотрит, как смертные пони проходят мимо". Луна махнула копытом. "Она рассматривает Кейденс и Шайнинга как ошибку, которая может закончиться Кошмаром потерянной любви".

"И что, аликорны не должны любить?" — возмущенно спросила Инсайт.

"Если ты спросишь мою сестру… Нет… Если только других бессмертных…" — Луна позволила своим объятиям стать более нежными и любящими: "Вот с этим я категорически не согласна".

Луна была немного застигнута врасплох, когда Кэндис и Инсайт просто прильнули к ней и заплакали. Луна могла сказать, что в основном им было больно за Твайлайт. Они обе хотели, чтобы она была цельной и счастливой. Но ни одна из них не могла понять, как Твайлайт может быть такой, учитывая то, что Селестия сделала с ней.

"Я не знаю, как это исправить. Я чувствую, что мне не хватает основных частей головоломки. Что я упускаю, Луна?" — спросила Кэндис со слезами и отчаянием в голосе.

Мечты Кэндис о будущем с Твайлайт держались на волоске. Луна знала, что ее ответ на этот вопрос либо приведет к примирению Кэндис с Твайлайт, либо мысль об этой ночи не принесет ей ничего, кроме отвращения и кошмаров.

Присутствие Кейденс было бы очень кстати. Луна догадалась, что если Кэндис хочет восстановить прежнюю связь с Твайлайт, ей придется рассказать ей хотя бы немного о том, что происходит.

Луна слегка отстранилась от объятий: "Ты понимаешь, что аликорны не такие, как смертные пони. У нас есть способности, которые выходят за рамки простого обладания всеми объединенными силами разных племен".

Они оба только кивнули.

"Эти силы, эти… различия распространяются и на психику".

Близнецам было любопытно, Луна могла видеть едва заметный проблеск надежды на понимание.

"Возьмем в качестве примера мою сестру. Она создала себе два фрагмента. Первый, ее Маска, может гарантировать, что ее слова и поведение будут именно такими, как задумано. Известно также, что Селестия оставляет ее контролировать свое тело, если суд становится слишком скучным для нее".

"Это похоже на отлынивание от работы", — фыркнула Кэндис.

Луна не смогла удержаться от смеха, который вырвался у нее. "Она бы назвала это делегированием".

"Ей это сходит с копыт, потому что другие об этом не знают? Полагаю, из-за этого были проблемы", — предположила Инсайт.

Луна чувствовала, как она представляет себе, каково это — оказаться в ловушке в сознании Кэндис, если бы она была такой же, как Селестия. Это был бы еще один кошмар, которого ей пришлось бы опасаться.

"Проблема только в том, насколько жестко она контролирует свою Маску. Ей приходится следовать всем правилам Селестии. Похоже, что она превратила свой фрагмент не более чем в прославленную мозаичную панель, бусинки которой щелкают туда-сюда, основываясь на магическом юридическом справочнике".

Инсайт вздрогнула, но промолчала. Кэндис протянула крыло, чтобы успокоить ее.

Луна продолжала, несмотря на страдания Инсайт. "Второй из фрагментов моей сестры — Военный Разум. Он холодный, расчетливый и безжалостно эффективный. Его держат на поводке гораздо крепче, чем Маску. Если вы столкнетесь с моей сестрой в бою, вы также столкнетесь с Военным Разумом. Если моей сестре нужно сделать что-то, что она считает… неприятным, она часто поручает это Военному Разуму, а сама мысленно отходит в сторону и позволяет этому произойти, отступая от мира, если для нее это слишком тяжело".

"Что ей может потребоваться, чтобы она отступила?" — спросила Инсайт.

"У нее никогда не было желания устраивать массовую резню или причинять вред тем, кто ей дорог", — спокойно ответила Луна.

Инсайт просто смотрела вниз в раздумье. Кэндис спросила: "Когда бы ей пришлось причинить вред той, о ком она заботится? Например, когда ты вернулась?" Кэндис была еще молода и до некоторой степени наивна, она думала, что Селестия, использующая магию разума для улучшения жизни других, нападает.

Луна на мгновение сделала задумчивый вид, стараясь не показать никаких признаков своего мрачного юмора. "К счастью, Элементы сработали, поэтому ей не нужно было пытаться убить меня. Если бы они не сработали, тогда да, ее Военный Разум стоял бы передо мной".

"Это просто звучит неправильно. Как может кто-то из пони не позволить состраданию руководить своими действиями в подобном случае?" — спросила Инсайт.

"Если ставки достаточно высоки, то легко. Сострадание было бы эгоистичной попыткой заставить себя чувствовать себя лучше вместо того, чтобы делать то, что необходимо. Способность моей сестры превратить целый континент в расплавленное стекло — единственная причина редких войн. Множество существ прячется от ее света, и если бы не эта угроза, пони были бы всего лишь вариантом еды в меню".

Кэндис, казалось, вспомнила часть своего прошлого: "Я знаю, каково это, когда на тебя охотятся. Когда тебя рассматривают как еду или, в лучшем случае, как игрушку". Ее настроение снова изменилось в худшую сторону.

"Я сказала, что дам тебе луч надежды", — сказала Луна, прижимаясь к Кэндис. "Твайлайт — тоже аликорн, только еще не понявшая, что это значит на самом деле".

"Там есть не одна она? Как я и Инсайт?" — с любопытством спросила Кэндис. Мечты и кошмары боролись в ней. Ей хотелось надеяться, она ненавидела тот факт, что ее чувства к Твайлайт были разрушены. Казалось, она хотела восстановить их. И она боялась, что то, что она видела, и есть настоящая Твайлайт. Она боялась, что всю оставшуюся жизнь она будет лишь игрушкой, игрушкой, которую можно выбросить.

"Да…" — сказала Луна, колеблясь. Она все еще не знала, как сильно ей нужно утешить Кэндис. Она должна была быть осторожной. Тиа и так будет недовольна тем, как много она открыла "простому" стражнику.

Кэндис посмотрела на Луну, ее глаза умоляли дать ей больше информации. Казалось, она не осуждала ни Луну, ни Твайлайт.

Луна бросила кости и надеялась, что Судьба одобрит, а не рассердится. "У тебя есть Твайлайт, о которой ты мечтаешь. Копытом моей сестры, сейчас раненой, ослабленной и, как я думала, исцеляющейся. У тебя есть два брошенных изделия из копыт моей сестры, удаленные части, теперь это полноценные пони. И наконец, у вас есть часть меня, подаренная Твайлайт Элементами. У каждого из них свои мысли, своя воля…"

"Часть тебя?" Она задумалась на мгновение. "Единственный раз, когда Элементы взаимодействовали между тобой и Твайлайт, это когда ты вернулась. Что-то передалось. Ты была освобождена от Найтмер Мун. Если это так, то у Элементов был план на этот случай. Была ли Найтмер Мун передана Твайлайт?" — спросила она, все еще не высказав никакого суждения.

"Твой разум — самое опасное оружие…" — Луна потерла копытом свой лоб под рогом. "Меня попросили дать ей шанс… Она много лет училась у Твайлайт. Насколько я понимаю, до инцидента в Мэйнхеттане, Твайлайт даже не знала о ее существовании… Она была просто ее тюрьмой".

"Так как же она выбралась?" — спросила Кэндис. Удивительно, но она все еще не осуждала ее.

"Она спасла Твайлайт", — сказала Луна.

Кэндис наклонила голову, показывая свое любопытство.

Луна на мгновение сосредоточилась, вспоминая битву в Храме Скрытого Пути. Она расширила свой контроль над сном и создала сцену. Твайлайт стояла высокая и властная, облаченная в кроваво-красные доспехи, перед кольцом темных магов. Твайлайт выглядела так, словно от нее веяло уверенностью и смертоносностью. Луне нравилось, как Твайлайт выглядит в доспехах, и, очевидно, Кэндис тоже.

"Она пробилась через ряды темного культа и сбежала", — объяснила Луна. "Чтобы Найтмер смогла вырваться из оков, Твайлайт должна была быть полностью лишена магии, беспомощна, беззащитна и… Да… Похоже, все это было планом элементов… Дать ей дочь, которая любила ее… наконец-то победила Найтмер Мун".

"Спасибо. Это многое объясняет. У нее бывают моменты, когда она ведет себя больше как ты. Это и есть Найтмер?" — простодушно спросила Кэндис.

"Да… Прости, что скрывала это от тебя… Одно из правил моей сестры…" — сказала Луна.

Инсайт быстро посмотрела вниз и в сторону, фыркнув. "Еще одна вещь, которую она сделала, чтобы причинить боль".

"Хотя, думаю, в данном случае это вполне объяснимо. Держи информацию об аликорнах в секрете, чтобы она не могла быть использована против тебя", — сказала Кэндис.

Луна заметила, что обе кобылы значительно успокоились. Надежда была восстановлена, Луна только надеялась, что не заплатила за нее слишком дорого. "Ты была бы счастлива, если бы мы управляли тобой, зная то, что ты теперь знаешь? Что для нас множественные личности — это нормально, и если мы их не формируем, то сходим с ума?"

"Я бы стремилась понять. Зная это, я могу хотя бы попытаться помочь. Сначала мне нужно поблагодарить Найтмер и примириться с Твайлайт. Хотя, когда она сказала "Кто ты такая, чтобы диктовать мне". Кто это был?" — спросила Кэндис.

"Я не знаю. Думаю, я была бы более сговорчивой. С огненной гривой, я думаю, это была бы одна из брошенных, либо сама по себе, либо управляя Твайлайт".

"Я вижу. Спасибо, любовь моя. Думаю, мне нужно еще немного все обдумать. Может, начнем обучение?"

"Сначала я хочу попросить тебя не говорить о том, что ты узнала об аликорнах, ни с кем, кроме одной. И приказать тебе никогда не допускать, чтобы моя сестра узнала, что Найтмер больше не в заточении".

Кэндис просто посмотрела в глаза Луне и сказала: "Тебе не о чем беспокоиться с этим приказом. Она — часть и тебя, и Твайлайт. Я бы не сделала ничего, что могло бы навредить ни одной из вас, не говоря уже о вас обеих". Чтобы доказать свою правоту, она наклонилась и поцеловала Луну со страстью, которая подтверждала истинность ее слов. Инсайт придвинулась и обняла Луну, показывая, что и она не нарушит приказ.

Луна ответила на поцелуй, поглаживая Инсайт кончиком крыла, разделяя с ней этот момент. "Таким образом, у тебя будет защита от того, что может заставить тебя раскрыть информацию. А теперь… мы займемся твоим обучением или ты хочешь отдохнуть на ночь?"

Луна чувствовала, что кошмары в основном отступили. Надежды на то, что ей никогда не придется беспокоиться о том, что ее любовь к Луне будет разбита вот так. Мечты о счастливой жизни с Твайлайт возвращались. Теперь, когда они знают, они могут понять. А поняв, они смогут снова любить. Надеюсь, Селестия не узнает об этом.

Кэндис кивнула головой. В ней все еще был гнев, направленный на Селестию. Возможно, было бы неплохо дать ей возможность сжечь часть этого гнева во время тренировок. Добавить Селестию в тренировочный сон было проще простого.

Кэндис исчезла в тренировочном сне. Луна посмотрела на Инсайт: "Так что мы будем с тобой делать?"

"Ты все еще можешь выйти за нас замуж", — пошутила Инсайт, пытаясь разрядить обстановку.

"Я могу подарить тебе сон об этом, если хочешь?" — сказала Луна с ноткой игривости.

"На самом деле провести время с тобой гораздо лучше, чем какой-то приятный сон, который я видела раньше", — сказала Инсайт, прижимаясь к Луне.

Луна наклонилась и поцеловала Инсайт: "Я — кобыла снов, так что это вполне естественно", — самодовольно сказала Луна.

Отчасти побуждаемая любовью, отчасти нуждаясь в разрядке после ночных эмоциональных потрясений, Инсайт начала свои энергичные, но неспешные соблазнения. "Мне бы не помешало другое обучение". Луна удовлетворенно вздохнула и начала урок совершенно иного типа, чем у Кэндис.

* * *

В сфере грез она по-прежнему наслаждалась общением с Инсайт и следила за обучением Кэндис. В физическом мире она председательствовала на своем Ночном суде. Она хвалилась своими многолетними тренировками, занимаясь другими делами и имея дело со всевозможными сновидениями.

Не имея никаких фрагментов, она не могла расколоть свой разум. У нее был один интеллект, чтобы контролировать все и чувствовать все. Мышцы ее крыльев слегка напряглись, но они послушно держались рядом с ней. Инсайт оказалась быстрой ученицей.

Луна слушала сухой доклад усталого клерка по снабжению. В то же время один из ее ночных стражников находился рядом с ней, не замечая его, и шептал ей на ухо свой доклад.

"Моя государыня, стражники в Понивилле заметили нечто странное. Черное существо, похожее по форме на аликорна, было замечено покидающим замок Твайлайт. Они попытались выследить его, но потеряли, когда оно направилось в Вечносвободный".

Луна едва заметно кивнула своему охраннику. Прежде чем ответить тоном, недоступным для нефестрального слуха: "Оставь все как есть, скорее всего, Твайлайт расправляет крылья, чтобы успокоиться… у нее была напряженная ночь. Немедленно сообщите мне, если она начнет создавать проблемы в самом Понивилле. Кроме того, если она решит уничтожить половину леса, просто позаботься о том, чтобы уберечь пони".

"Да, моя государыня". Это был его единственный ответ, после чего он снова скрылся в тени.

О радость, клерк перешел к вопросу о том, сколько запасных простыней есть у стражников.

* * *

В комнате сновидений Кэндис Луна смотрела из глаз тела своей сестры. Кэндис нужен был кто-то, на ком она могла бы выплеснуть свой гнев, свою ярость, свое эмоциональное потрясение. Гораздо лучше, чтобы это было во сне, вместо того чтобы ненавистная магия накапливалась до тех пор, пока не случится что-то печальное.

У смертных пони не было такого преимущества: эта часть просто отрывалась, оставляя основную личность целой. Когда смертный пони ломался подобным образом… последствия могли быть необратимыми, их магия становилась движущей силой зла. Для сильных пони это было проблемой. Король Сомбра — один из самых ярких примеров.

Было бы легко победить Кэндис, обладая даже малой толикой силы ее сестры, но дело было не в этом. Кэндис, движимая своими эмоциями, казалось, не могла использовать свою магию на уровне, близком к тому, который она продемонстрировала во время теста. С другой стороны, ей, похоже, больше хотелось размозжить лицо сестры голыми копытами.

Луна подтолкнула ее, дав ей увидеть раздраженную ухмылку Тии. Холодные глаза Военного Разума и слишком идеальные манеры Маски. Переключаясь между ними тремя, она прекрасно дразнила и подначивала Кэндис.

Кэндис издала неистовый звук, едва не сломав копыто, врезавшееся в лицо Луны из сна. Техника была хороша, хотя и немного поспешна из-за сложившейся ситуации. Луна ударила белым крылом, отбросив Кэндис в сторону. Ее глаза горели солнечным огнем и смотрели на Кэндис. Она произнесла с садистской насмешкой голосом Тии. "Это все, на что ты способна, “Моя маленькая пони”?"

Кэндис медленно поднялась на копыта и, казалось, успокоилась, делая глубокие рваные вдохи. Если бы все это было на самом деле, она бы выложилась до предела. Она простояла так несколько минут, прежде чем смогла набрать воздух в легкие и заговорить. С каждым вдохом Кэндис выдыхала все больше остатков гнева, и ей удалось немного успокоиться.

"Вряд ли, но это все, что мне нужно сделать. Думаю, я эмоционально перегорела, так что спасибо тебе, Луна. Это было очень полезно", — сказала Кэндис гораздо более спокойным и даже благодарным тоном.

"Так ты можешь теперь посмотреть на мою фигуру и не пытаться напасть на меня?" — подчиняясь Луне, спросило тело ее сестры.

"Да, хотя я не думаю, что в реальном мире я была бы настолько глупа. Скорее всего, я бы просто не смогла скрыть свой гнев", — ответила Кэндис, теперь ее голос был ровным.

"Ты не собиралась быть настолько глупой. Если бы ты держала гнев в себе достаточно долго, то либо ты, либо он начал бы действовать", — сказала Луна, позволяя себя сбросить облик сестры. Алебастровые перья и плащ осыпались, как осенние листья, танцуя на ветру.

Кэндис спокойно подошла к Луне, ее глаза были устремлены на нее. Объятия не были неожиданными, поцелуй был желанным. Действие было более любовным и менее похотливым, чем привыкла Луна, но это не умаляло его. Луна ответила на медленный, более нежный поцелуй.

"Я знаю, вот почему…"

Луна заставила Кэндис замолчать еще одним поцелуем, она была более чем рада прервать разговор. Луна притянула меньшую кобылу к себе, окутав все ее чувства теплыми объятиями перьев и своего ночного голубого покрывала. Позволив сну раствориться вокруг них, она вернулась вместе с Кэндис на плоскость за стеной своего бастиона.

Кэндис уткнулась в шерстку Луны и заговорила. "Так ты хочешь массаж, очистку лей-линии, и то, и другое? Я придумала новую технику для увеличения силы очистки, на которую я способна".

Маг класса С, накапливающий энергию часами или днями только ради удовольствия одного Аликорна. Селестия впала бы в ярость от такого расточительства. Луна почувствовала ее дикую ухмылку. "О, мы оставим тебя у себя".

Кэндис благодарно улыбнулась в ответ. "Только если я тоже тебя заберу". Кэндис копытом притянула морду Луны для поцелуя. Ее огромные крылья ласкали тело Луны с заботой и граничащей с чувственностью. Это натолкнуло Луну на прекрасные мысли, ведь в другом сне она все еще наслаждалась вниманием Инсайт, а сегодня ночью ее двор был мучительно скучен.

Ласка Луны не была чем-то пограничным, ее действия заставляли тело Кэндис танцевать от ее прикосновений. "До тех пор, пока ты будешь принадлежать мне", — промурлыкала Луна.

"А вечность — это достаточно долго?" — спросила Кэндис желающим тоном.

Луна искренне рассмеялась, но не смогла сдержать меланхолию в глазах: "Мы можем попробовать".

"Тогда мне нужно будет обсудить с Твайлайт некоторые исследовательские идеи…" Кэндис остановилась, заметив что-то. "Ты в порядке?" — спросила она с легким беспокойством за Луну в голосе.

Луна тихонько вздохнула и сделала выражение лица таким, как у дружелюбного любовника, о котором мечтали многие пони. "Мои извинения, просто призраки старых времен нанесли визит".

Кэндис лукаво посмотрела на нее. В изменении настроения Луны чувствовалось осуждение или неприязнь. "Эти призраки — то, что ты хотела бы прогнать, или это воспоминания, которыми ты дорожишь?"

"Возможно, и то, и другое, в зависимости от моего настроения", — ответила Луна, позволив своей усталой тоске проявиться.

Кэндис выглядела гораздо более счастливой от ее откровенности. "Тогда, что бы ты ни пожелала, я постараюсь это обеспечить".

"У бессмертного может быть много спутников, по которым он скучает", — сказала Луна, гладя гриву Кэндис. "Однажды ты станешь лишь воспоминанием и картиной в моем зале" — скорбно прошептала она.

"Я могу себе представить. Но от этого я не чувствую себя менее особенной. И если то, что я считаю возможным, окажется на самом деле возможным, тебе не придется беспокоиться о том, что ты потеряешь меня, по крайней мере, от старости", — сказала Кэндис, и в ее голосе звучала надежда.

Луна сдвинулась и посмотрела в глаза Кэндис, в них теперь преобладали интерес и намек на озорство. "Лишь бы ты не стала нежитью. Я бы не отказалась кормить тебя душами, чтобы ты оставалась здесь, но они, как правило, меньше интересуются некоторыми видами досуга", — сказала Луна, одарив Кэндис заманчивой клыкастой улыбкой.

Кэндис посмотрела в глаза Луне: "Не беспокойся об этом, но я начинаю сбор данных о деградации моего источника. Если я смогу выяснить, что вызывает деградацию смертного источника, тогда я смогу понять, как это остановить. Если мне это удастся, то тебе не придется беспокоиться о моей потере, а Кейденс сможет остаться с Шайнинг Армором".

"Я думаю, Твайлайт тоже была бы очень рада этому…" — Луна на мгновение задумалась, положив голову на макушку Кэндис. "В таком случае, я думаю, у меня есть курс обучения для Инсайт. Одна из моих… обязанностей — заботиться о тех, кто никогда не проснется".

Раздался голос Инсайт. "Что ты хочешь от меня, Любовь моя?"

Луна забыла, что теперь, когда Кэндис закончила обучение, связь между близнецами больше не была подавлена. Значит, они снова обменивались информацией.

Луна протянула свою бесплотную гриву и, спустившись с небес, обняла Инсайт. Инсайт легко растаяла в этом новом объятии, как будто падение с неба в объятия аликорна не было чем-то особенным. Посмотрев в ее глаза мрачным взглядом, она произнесла. "Не хочешь ли ты стать другом для тех, кто видит свой последний сон? Помочь облегчить путь в загробный мир как старым душам, так и тем, кто трагически погиб молодым?"

Кэндис на мгновение показалось, что ее захватили собственные воспоминания.

"Да, я делал это дважды, но они не спали. Мы с Кэндис мысленно соединялись с умирающими молодыми пони. Мы успокаивали их боль. Это было все, что мы могли сделать. Оба раза заклинание накладывала на жеребенка Кэндис", — ответила Инсайт, ее тон был тихим, печальным шепотом.

Луна с любовью обняла близнецов с довольной и грустной улыбкой. "Принимая чужую боль, ты проявляешь много сострадания". Луна выглядела задумчивой: "Тогда, если вы обе согласны, Кэндис, я буду обучать тебя как своего чемпиона. Инсайт, я научу тебя быть моим пастухом".

Кэндис и Инсайт одновременно зашевелились и прижались к ней, с энтузиазмом подтверждая свой выбор.

Луна посмотрела на своего чемпиона в процессе обучения. "Это будет трудно, будет боль, страдания и мучения. Тренировки сломают тебя, но пока ты жива, я буду здесь, чтобы собрать тебя воедино".

Кэндис кивнула в знак понимания с выражением решимости на лице.

Затем она посмотрела на Инсайт. "Твое обучение будет и более добрым, и более травматичным. Ты увидишь секреты, которые не сможешь рассказать никому, даже своей сестре. Жизни наших пони, их души будут принадлежать тебе. Ты будешь их доверенным лицом, хранителем их секретов, исполнителем их воли и их последним спутником во всем, что им потребуется. Ты научишься бороться с кошмарами, демонами из самых черных снов и сражаться с ужасами, которые невозможны, которые просто слишком злы, чтобы существовать в реальности. Готова ли ты встретиться со всем этим во имя меня?"

Кэндис посмотрела на Инсайт с выражением гордости за свою сестру, очевидно, уже зная ответ. Инсайт торжественно кивнула, в ее глазах читалась решимость, а в сердце — сострадание.

"Тогда так тому и быть…" — Голос Луны, казалось, сотряс реальность, когда она начала их обоих вести к их новым судьбам.

* * *

## 31.2 Ночь Новы

* * *

Пэчворк была милой пони, Пэчворк позволяла Нове все чувствовать, она делилась с ней, как и положено хорошей кобылке. Пэчворк напоминала Нове ее куклу, Смарти Пэнтса. Нова скучала по Смарти Пэнтсу. Пока Пэчворк не заговорила с ней, она была одна, ни с кем.

С тех пор, как они впервые поговорили с помощью стука и рева, Нова с нетерпением ждала их общения. У нее болела голова, когда она пыталась запомнить этот код. Что означали стуки и далекое воспоминание о белом жеребце, который заставлял ее чувствовать себя в безопасности, обучая ее. Нова считала, что боль от воспоминаний о более спокойных временах стоит того, что она имеет сейчас.

Вскоре после того, как Нова начала говорить, Пэчворк стала позволять Нове видеть за пределами клетки. Теперь ей достаточно было закрыть глаза, чтобы увидеть то, на что смотрела Пэчворк. Иногда зрение сопровождалось другими ощущениями.

Нова, должно быть, была хороша, Пэчворк разделила ее время с поющим Милым Монстром. Это было приятно, гораздо приятнее, чем просто слушать пение. Нова пожалела, что не может вспомнить песню, чтобы спеть ее самой. Тогда ее клетка стала бы не такой пустой.

* * *

Нова не понимала Пэчворк. Пэчворк видела то, что хотела, но не брала это. Это сбивало с толку.

Она также не реагировала на опасность. Солнечная кобыла была вон там, Нова чувствовала жгучую солнечную магию. Защитное крыло Лунной кобылы, единственное, что не давало раскаленному клинку снова разрезать ее. Нова была готова к тому, что когда солнечная кобыла нападет, она нанесет ответный удар.

Она чувствовала, как Лунная кобыла пощипывает ее за ухо — так, что у Новы все внутри сжалось и затрепетало. Нова издала низкий звук удовольствия. Она закрыла глаза, чтобы лучше видеть. Закрыв глаза, она увидела фиолетовую мордочку, которая была у нее раньше. Казалось, она заменила белую мордочку со шрамами.

Все было хорошо, пока она снова не увидела Солнечную Кобылу.

Лунная Кобыла все еще отвлекала ее, то, что она делала с ухом Пэчворк, было так приятно, но когда появилась Солнечная Кобыла, Нова не могла поддаться, она должна была следить за Солнечной Кобылой. Солнечная Кобыла была злой. Солнечная Кобыла была самым злым из зол. Солнечная Кобыла должна была сгореть.

Нова расхаживала взад-вперед по своему логову, останки ее братьев и сестер были разбросаны по полу. Кроме отпечатков ее горящих копыт, единственным источником света здесь были ее горящие грива и хвост. Она с голодом смотрела на груды костей и куски плоти. Она ненавидела то, что ей приходилось делать, чтобы выжить, ненавидела то, что заставляла ее делать Солнечная Кобыла. Она ненавидела Солнечную Кобылу и ее горящий меч.

Нова была достаточно умна, чтобы понять, что Солнечная Кобыла сильна. Ее будет трудно победить, трудно убить. Если ей суждено нанести удар, она должна нанести настоящий удар. Ее огонь был голоден, но Пэчворк была спокойна. Почему-то она не боялась Солнечной Кобылы… Может быть, она ее не узнала?

Взгляд Пэчворк повернулся, и в поле ее зрения попали белый и розовый пони. Розовый заинтересовал Пэчворк больше. Белый жеребец заставил сердце Новы забиться. Воспоминания о том, как она была маленькой и укрывалась рядом с ним, заполнили ее разум. "Шайни", — сказала она, хотя ее никто не услышал. Слишком быстро он исчез из виду, а Пэчворк сделала какое-то странное движение — она танцевала с красивой розовой кобылой?

"… покрути хвостом", — закончила Нова, опередив их слова. Откуда она узнала большую розовую кобылу? Она ударилась головой о стену своей камеры, добавив еще несколько вмятин и ожогов на ее стены. "Думай, думай, думай!" — пыталась она вспомнить, но это было так трудно. Казалось, что воспоминание было хорошим, но было недоступно, сколько бы она ни билась головой о место воспоминания, ничего не получалось.

Даже с учетом того, что здесь была Солнечная Кобыла, Нова чувствовала себя немного безопаснее, увидев только Сияющего Жеребца[1]. Ей хотелось подойти к нему, прижаться к нему, вдохнуть его запах и почувствовать себя защищенной. Воспоминания о куполе пурпурной магии, отгоняющем боль. Он мог защитить ее, он защитил бы ее. Она протянула к нему копыто, но тело Пэчворк не отреагировало.

"Шайни", — прошептала она. Мгновение спустя она топнула копытом, произнося его имя. Она делала это снова и снова, но Пэчворк не замечала, она снова была глуха.

Лунная Кобыла провела пером по спине Пэчворк, остановив ее бешеный бег. Это было приятно, она закрыла глаза и позволила ощущениям захватить ее. Может, Пэчворк и была сегодня глухой, но она все еще разделяла это. Она все еще помнила Нову.

Лунная Кобыла сделала больше, и ей стало легче. Она позволила себе рухнуть на пол, не обращая внимания на кости, с которыми делила его. Пол дрожал от ее урчания.

Ощущения прекратились, Нова слегка зарычала: там, где жила Пэчворк, они снова разговаривали. Зачем они разговаривали, если могли делать то же самое, что и минуту назад? Она хотела зарычать, закричать, чтобы заставить Пэчворк продолжить начатое, но нет… это было бы нехорошо. Нова была хорошей, Пэчворк делилась с ней, так что Нова подождет… или, по крайней мере, попытается.

Она поднялась на копыта и снова начала вышагивать, жгучая потребность, которую она только недавно научилась удовлетворять, нарастала с каждым мгновением.

Пришла еда. Нова хотела есть. Она выглядела так аппетитно, но не чувствовала ни вкуса, ни запаха, только вид. Судя по тому, как Пэчворк вгрызался в еду, это, должно быть, была самая вкусная еда на свете. Нова грызла кость, пытаясь сдержать голод. Ее острые зубы выцарапывали новые следы на ее поверхности. ’Поделись едой’, — отстучала копытом Нова.

"Пожалуйста, потише", — крикнула сверху Милый Монстр. Нова ворчала и старалась не обращать внимания на пир, которого ей очень хотелось. Милый Монстр иногда пел, Нове нравилась эта песня. Расстроенный Милый Монстр не пел.

* * *

Желания Пэчворк снова позвали Нову, пробуждая ее от беспокойного сна. Лунная Кобыла начала что-то делать с ее спиной. По позвоночнику Новы пробежали толчки удовольствия. Она выгнула свое тело дугой и мурлыкнула. Она чувствовала, как ее силы притягиваются к Пэчворк. Ощущения усилились, и стало почти как в Твайлайт. Постепенно комната вокруг них обрела смысл, когда мысли и воспоминания Пэчворк, нет… Твайлайт присоединились к воспоминаниям Новы.

Лунная Кобыла, Луна расправляла свои крылья, и это было божественное ощущение. Тело Новы в ее клетке было забыто. Она хотела поблагодарить Твайлайт за то, что та поделилась с ней, хотела дать ей понять, как сильно она ценит эти подаренные мгновения.

Твайлайт ответила на вопрос Луны: "Почему я не могу просто присоединиться к тебе?".

Да, подумала Нова, когда Твайлайт заставила их посмотреть в прекрасные глаза Луны.

Луна слегка отстранилась: "Ах, Кейденс не одобрила бы этого до нашей свадьбы".

Нове было все равно, кто такая Кейденс, Нова хотела Луну прямо сейчас. Она чувствовала, что Твайлайт чувствует то же самое, но Твайлайт ничего не сделала, кроме как задала вопрос. "И мое принятие стражи не вызовет неодобрения?"

"Нет, это было бы просто использованием одной из твоих привилегий королевской власти. Кстати, о привилегиях королевской власти, у меня есть для тебя подарок". Луна соблазнительно мурлыкала, Нове понравилось, как это звучит. Она могла бы подождать подарка, который бы так звучал.

Нова использовала глаза Твайлайт, чтобы поглотить пони перед ней. Экзотически красивое тело было соблазнительно окутано лентами тени. Нова чувствовала, как желания Твайлайт усиливают ее собственные. Твайлайт сосредоточилась на крыльях. Нова заметила, что у кобылы нет рога, но остальные особенности с лихвой компенсировали этот недостаток.

Нова попыталась сделать шаг навстречу этой прекраснейшей из пони. Тело Твайлайт шевельнулось. Луна обхватила ее крылом, удерживая на месте. Она напрягла мышцы, пытаясь вырваться, но Луна была слишком сильна. Она чувствовала ее силу, ее пламя, свободно распространяющееся по ее телу. Ее магия в Твайлайт чувствовала себя волнующе.

Луна продолжала ласкать ее, а Нова издала стон удовольствия. Все это было игрой, самой чудесной из игр. Она позволила чувствам захлестнуть ее, позволила пламени нежно лизать форму Луны. Луна дразнила ее, она намеренно вызывала ее желания.

Нова наблюдала, как кобыла смотрит вниз, на укутывающие ее путы. Подняв глаза, она расслабилась и увидела, что Луна удерживает Твайлайт и прихорашивает ее. Кобыла была заинтересована, искра в ее глазах отражала часть голода Новы.

"Я предлагаю тебе твоего первого охранника", — сказала Луна, шепча на ухо Твайлайт: "А мы все знаем, что охранники принцессы — это часть ее гарема". Луна посмотрела на прекрасную кобылу. Потребовалось лишь мгновение, чтобы Твайлайт поняла, что это значит, и Нова начала осмысливать это. Луна сделала ей этот подарок. Она будет дорожить им, это было даже лучше, чем Смарти Пэнтс. Ей подарили живую, дышащую пони, которая будет принадлежать только ей.

В голове Новы пронеслось множество вещей, которые она хотела бы сделать с ней прямо сейчас. Твайлайт добавила свои собственные идеи. Некоторые из них были скучными, но другие, другие становились первыми в списке Новы.

Ее подарок улучил момент и посмотрел прямо на нее. "О, привет, Твайлайт. Я думала, что скоро встречу тебя, но все произошло совсем не так, как я предполагала". Что-то произошло, а затем путы немного ослабли, позволяя ей двигаться. Концы лент теперь развевались на ветру. Украшения только усиливали эффект и от того, что Дар выглядела еще более желанной.

Дверь в столовую с силой распахнулась. В комнату ворвался белый жеребец, Не Шайни, с криком. "Тетя, я должен немедленно поговорить с вами…" После долгого мгновения он остановился на месте, вглядываясь в окружающую обстановку. "Что здесь происходит?" — потребовал он.

Глаза Новы остановились на прервавшем его раздражителе, и она издала низкий рык. Ее пламя хотело сжечь его, испепелить. Если бы у нее были клыки, она могла бы просто вырвать ему горло.

Луна заговорила прежде, чем Нова успела что-то предпринять. "Это вторжение очень нежелательно".

Нова не одобряла подавляющую силу Луны. Не дававшую ей сделать то, что она хотела.

Слабая добыча кивнула и начала уходить: "По крайней мере, ты наконец-то поставила этих гибридов на место. Они все заслуживают того, чтобы их связали и судили за измену природе", — сказал он.

Его слова не имели смысла, что такое гибрид, и как они могли пойти против природы. Гнев Твайлайт разгорелся, и присутствие Новы подлило масла в огонь. Смысл того, что имел в виду этот отброс плоти, ударил Нову как удар, она зарычала, напряглась, почти вырвавшись из копыт Луны.

Магия Твайлайт всколыхнулась, осветив их рог. Не Шайни исчез во вспышке пурпурного света. Нова пожалела, что вместо этого он не превратился в дымящуюся кучу мяса.

Твайлайт применила еще больше магии, защищая комнату.

Настроение у Дара стало не таким чувственным и более мрачным. Это лишь добавило Нове еще больше причин сжечь Не Шайнинга.

Твайлайт взяла под контроль свое тело и сделала несколько каких-то странных вдохов и выдохов, они как-то успокоили сердцебиение и заставили Твайлайт, по крайней мере, почувствовать себя спокойнее. Твайлайт пробормотала: "По крайней мере, я его не убила".

Нова задумалась, почему это хорошо. Этот пони сделал бы мир лучше, если бы умер.

"И что же ты с ним сделала?" — спросила Луна.

Твайлайт ответила, гнев Новы придал ее голосу вкус. "Я уронила его в фонтан в центре садового лабиринта. Либо туда, либо со стороны Кантерхорна".

Луна обняла их обоих. Это было хорошо, так Нова была ближе к своему Дару.

"Надеюсь, что вторжение не отвлекло тебя от моего подарка. Почему бы тебе не спросить мою последнюю обращенную избранницу о ее квалификации", — предложила Луна.

Нова посмотрела на Дар, когда Луна отстранилась от объятий. Да, кобыла по-прежнему была красива, сексуальна и желанна. Серебряные акценты на ее теле только добавляли ей привлекательности. Нова почувствовала, что Твайлайт тоже согласна.

Дару нравилось, когда на нее смотрят, скоро Нова узнает, как ей нравится, когда к ней прикасаются. Она прошла вперед, позволяя своим глазам рассмотреть каждую часть ее подарка. Если бы у нее был рог, она была бы идеальна.

"Ты действительно стражник?" — спросила Нова соблазнительным тоном. Она не знала, от кого исходит этот вопрос — от нее или от Твайлайт.

"Ночной страж или Избранный Ночью, если хочешь. А также многое другое. Если нужно, я могу перечислить свои квалификации. И даже продемонстрировать тебе все, что ты выберешь", — сказала Дар.

"Что угодно?" — сказала Нова. Она почувствовала, что ее грива горит немного ярче.

"Начиная от магических экспериментов в твоей лаборатории и заканчивая очисткой большинства твоих лей-линий. От обсуждения теории магии до боевой подготовки. Или, если у тебя есть какие-то предложения, я, по крайней мере, постараюсь их выполнить", — сказала Дар игривым тоном.

Плохой Монстр побуждал к действию, ее желание заставило крылья Твайлайт расправиться. Большинство ощущений угасло, и она почувствовала, как ее разум ускользает от нее, когда Плохой Монстр повернул свое тело к Луне. "Ты знаешь, что подарить кобыле".

* * *

Нова снова оказалась в своей клетке, она ревела и снова и снова билась о дверь. Не обращая внимания на синяки и кровь. Плохой Монстр не делился. Нова хотела быть с Пэчворк, Нова хотела чувствовать, думать, быть. Нова хотела уйти.

Наконец, спустя часы, дни, недели, годы, появилась маленькая трещина.

"Ты нанята", — услышала Нова через щель слова Пэчворк.

"А теперь беги и забери свой подарок с собой", — сказала Лунная Кобыла.

Нова как раз дотянулась до Пэчворк, только-только начав видеть внешний мир. Она видела, что взгляд Пэчворк был устремлен на Лунную Кобылу.

Нова чувствовала голод Пэчворк, ее желание, ее потребность в Лунной Кобыле. Нова с голодом смотрела на Луну, явно желая взять ее с собой. "Просто подожди до нашей брачной ночи", — успокаивала Луна.

Пэчворк что-то сделала со своей магией, и все стало слишком запутанным, Нова ушла в свою клетку, чтобы попытаться остановить вращение мира.

Что бы ни случилось, ей это не нравилось.

* * *

Пэчворк, смотрящая на Дар, снова привлекла внимание Новы к внешнему миру. Ей пришлось зажмурить глаза и надеяться, но это сработало. Не было ужасного кружения, когда мир вошел в фокус, Дар была прекрасен и находился рядом. Что-то оттолкнуло ее, погасив пламя и заманив обратно в темноту клетки.

Нова хныкала. Она рычала. Она бушевала. Она билась. Она снова и снова билась о стенки клетки. Используя копыта, рог и просто вес своего тела, она пыталась выбраться наружу. Все, чем она была вознаграждена, — это несколько незначительных травм, царапина или две на дверце клетки.

Ее Дар была снаружи, а она была здесь. Это было несправедливо.

Она сделает эту трещину больше.

* * *

Ощущение поцелуя коснулось ее губ. Чувства Новы переключились на окружающее. Короткий поцелуй закончился слишком быстро. Она оглядела комнату, полную пони. Дар и желтый пегас с розовой гривой были теми двумя, кто в данный момент приковывал внимание Твайлайт. В комнате было еще много тех, кого хотела Нова, но она была бы более чем счастлива начать с тех, кого хотела Пэчворк.

Нова чувствовала здесь Плохого Монстра, но он делился с Пэчворк, так что Нова тоже могла быть здесь. Пэчворк что-то сделала со своей магией, скрыв пламя Новы и позволив ему никого не касаться. Это не имело смысла, но Нову не заставили вернуться в клетку. Поэтому она ничего не сделала с этим ограничением.

Пэчворк пробиралась все дальше и дальше, постукивая копытом в определенной последовательности всякий раз, когда замирала. Нове потребовалось три повторения, чтобы понять это. Пэчворк использовала их кодовый стук, чтобы поговорить с ней. "Нова, веди себя хорошо, время для веселья позже, а сейчас время для разговора".

Нова не понимала, почему Пэчворк так любит разговаривать, но она делилась с ней. Нова знала, что нужно быть милой, вежливой и благодарной тем, кто делится с тобой тем, что ты хочешь. Нова очень хотела получить свой Дар, поэтому она вела себя хорошо, она была хорошей кобылкой, в конце концов.

* * *

Нова сидела в своей клетке и играла в игры с костями своих братьев и сестер, она пробовала складывать их в стопки. Перекатывала их друг другу и даже использовала их в качестве барабанов. Разговоры были скучными, но она была хорошей кобылкой, или так ей говорили. Поэтому она ждала. Это было трудно, но она все равно это делала.

Страсть Пэчворк и слова ее Дара вернули ее внимание к внешнему миру. "Я буду рядом с тобой, как бы я тебе ни была нужна, как бы ты ни хотела меня видеть. Все, что тебе нужно сделать, это попросить".

В голове Новы заплясали все возможные варианты, которые это могло означать. Она с нетерпением ждала этого. Возможно, не все разговоры были плохими.

Страсть и желание Пэчворк открыли путь к силе Новы. Через мгновение гриву Пэчворк охватило пламя. Она почувствовала, как ее пламя самым приятным образом проникает в кожу Дара. Нова изгибала свое тело соблазнительно, маняще. "Ну что, покажи мне, как сильно ты меня любишь?" — сказала Нова или Пэчворк. Нова не была уверена, кто именно.

"Прости". Пэчворк закрыла глаза, — Пожалуйста, Нова, подожди.

Пэчворк была вежлива, а мама всегда говорила, что нужно слушать вежливых пони. Это было важно, даже если она не могла вспомнить, кто ее мама и как она выглядит.

Разговор был далеким воспоминанием, но она могла слышать его небольшие фрагменты.

Пэчворк расслабилась, прижавшись к Дару. Ощущения были достаточно приятными. Пэчворк сказала то, что считала важным: "Даже если бы ты думала, что пользуешься преимуществом, это я бы пользовалась тобой, но спасибо тебе".

Нова погладила гриву Дара своим крылом: "Ты не можешь воспользоваться мной. Все, что я прошу, это сказать мне, когда ты будешь спокойна, что это то, чего ты хочешь, и что это сделает тебя счастливой. Сделай это, и я буду твоей, как ты захочешь".

Пламя Новы снова вспыхнуло. Время ожидания закончилось. Нова прижалась к шее Дара и спросила: "Как я захочу?".

"Да, любым способом, если только ты сможешь сказать мне, что хочешь именно этого, когда будешь спокойна и без огня в гриве. Будь это рядом с тобой в лаборатории или занятие любовью в твоей комнате. Только если мне это скажет твоя рациональная сторона, а не твои страсти", — сказала Дар, все еще обнимая Пэчворк.

Дар хотел, чтобы Пэчворк покончила с собой, это было подло. Нова знала, что Пэчворк хочет Дар, а Пэчворк, в отличие от Плохого Монстра, делился. Бросив последний голодный взгляд, Нова снова скрылась в своей клетке. Нова не собиралась быть жестокой к Дару, даже за это.

Она была хорошей кобылкой и начинала ненавидеть этот факт.

* * *

Нове было скучно, Пэчворк занимался тем, что ее не интересовало. Может быть, Смарти Пэнтс понравилось бы это занятие. Она всегда любила книги и то, что происходит, когда их много. Нова ничего не понимала, она только знала, что Пэчворк и Дар счастливы.

Нова тоже хотела быть счастливой.

* * *

Легкая дрожь удовольствия пробежала по спине Новы. Она бросилась к двери своей камеры. Прижавшись к маленькой щели, она смогла разобрать, что происходит.

Плохой Монстр контролировал ситуацию, Плохой Монстр не хотел делиться с Новой. Она делилась с Пэчворк, Пэчворк старалась изо всех сил, но этого было очень мало. Дар делала что-то чудесное, что-то такое, что даже малая часть этого наполняла Нову потребностью испытать все в полной мере.

Она не должна была остаться в стороне, она не должна была быть отвергнута. Она была хорошей, она была терпеливой. Плохой монстр был эгоистом, его заставят поделиться.

* * *

Все закончилось прежде, чем Нова смогла пробиться ближе к Пэтчворк. Теперь она лежала рядом, разделяя глубокое чувство удовлетворения. Пэчворк просто лежал рядом, счастливо мурлыча. Нова чувствовала, как такое же мурлыканье раздается у нее в груди.

Нова скучала по тому, что заставляло Пэчворк чувствовать себя так. Пэчворк зажгла свой рог, не потрудившись пошевелиться или посмотреть. Рядом с Даром появилась книга.

Пэчворк и Дар заговорили, но было трудно разобрать, о чем идет речь. Книга выскочила из бытия в серебряной магии. Дар заговорила снова, на этот раз слова были четкими, Нова была ближе. "Спасибо. Похоже, у нас одинаковые представления о том, что такое хороший подарок, мой друг-библиофил. У меня тоже есть подарок для тебя, но мне понадобится немного времени, чтобы его закончить", — закончила Дар, когда растущее вожделение Пэчворк позволило Нове проскользнуть в сознание Пэчворк.

Нова снова узнала, кто такая Пэчворк, и их разумы начали смешиваться. Аура Твайлайт мягко сжала Кэндис в объятиях. Нова почувствовала, как ее сила сливается с силой Твайлайт. Через мгновение по магии пробежали маленькие лучики пламени Твайлайт. Нова почувствовала Дар, ее магия окутала кобылу, которую она так хотела, кобылу, которую подарила ей Луна.

После столь долгого ожидания у Новы едва не потекли слюнки от предвкушения. Она подняла глаза на Дар. "О, я могу подумать о другом подарке, который ты можешь сделать".

"Ты знаешь, что тебе нужно сделать, чтобы получить его", — возразила Дар и посмотрела на нее с укором.

Не так должна была вести себя Дар. Дар принадлежала ей, Дар была соблазнительной кобылой, затянутой в тень Луны, бросающейся на Нову. Что Плохой Монстр сделал с ней?

Плохой Монстр попытался оттолкнуть Твайлайт, Нова ничего не могла с этим поделать. Дар вела себя плохо, Монстр вел себя плохо. Нова зарычала, она не собиралась быть отвергнутой, не после того, как Плохой Монстр не поделился очисткой лей-линии, которая явно была так хороша.

"Кто ты такая, чтобы диктовать мне?" Нова и Твайлайт говорили, все их эмоции были неразделимы. Они были рассержены, они были нуждающимися, и Дар была бы у них прямо сейчас. Они крепко обхватили Дар своей магией, притягивая ее ближе.

Что-то произошло, магия отказала, и Дар упала на землю. "Кто-то, кто не позволит тебе отказаться от того, на что ты согласилась раньше". Она выглядела разочарованной.

"Насколько сильно Селестия ранила тебя? Или это было то, что случилось с тобой после Мэйнхеттана? Или и то, и другое?" — спросила Дар с грустными глазами.

Мана выплеснулась из Твайлайт, она вывернулась из хватки Монстра и истерически засмеялась. Все, что произошло с Твайлайт на Алтаре, обрушилось на Нову, соединившись с воспоминаниями о том, как Селестия разрезала ее своим горящим клинком. Ярость и пламя затопили все вокруг.

Через некоторое время Нову встретил запах пепла и паленого воздуха. Твайлайт смотрела на копыта Дара и ожоги. Сердце Новы сжалось, она никогда не хотела причинить вред Дару. Она отступила назад в свою клетку, в основном, из-за нее все стало еще хуже.

"Ты очень неуравновешена и, очевидно, взрывоопасна. Я не могу вступать с тобой в какие-либо отношения, если ты в таком состоянии. Я вернусь к Луне, если это необходимо", — Сказала Дар, поворачиваясь к двери.

Нет, Нет, Простите, Простите, Останьтесь, Пожалуйста! — взмолилась Нова, но ее услышал только Пэтчворк.

"Мне жаль", — голос Пэчворк был слабым, как у жеребенка. "Часть меня все еще ненавидит Селестию".

Магия Твайлайт потянулась, что-то делая. Дар, слишком медленно, сделала паузу и оглянулась на Твайлайт. Дар собиралась уходить. Как и Смарти Пэнтс, она уходила.

"Да, я знаю, что я сломана, больше, чем ты можешь когда-либо узнать", — сказала Пэчворк.

Дар молчала, молчать было плохо. Спустя, казалось, несколько часов она заговорила. "Я смогу узнать, если ты решишь рассказать мне".

Твайлайт, если бы ты не была таким жеребенком, мы бы наслаждались дорогой Кэндис прямо сейчас, — сказал Плохой Монстр.

Пэчворк испустила долгий протяжный вздох: Пожалуйста, пока помолчи, Найт, — ответила Пэчворк, а затем громко обратился к Дару.

"Когда Селестия создавала меня, она убрала те части, которые посчитала ненужными для будущей Принцессы Дружбы. Теперь я больше не просто ее марионетка. У меня есть части меня, с которыми я не знаю, как справиться, но они знают, как справиться со мной". Она жестом указала на обгоревшую кровать.

Нова посмотрела на состояние кровати — это сделал ее огонь. В своей клетке Нова дрожала. Она могла убить Дар. Нова была плохой. Нова заслуживала того, чтобы быть запертой. Нова свернулась калачиком на полу. Может быть, она была чудовищем.

* * *

Крики привели Нову в полную боевую готовность. Спустя мгновение гнев Пэтчворк вспыхнул. Он был горячим, страстным, настолько сильным, что Нова не могла ничего сделать, кроме как быть втянутой в него.

Нова находилась на черной плоскости под грозовым небом. На мгновение она отвлеклась и просто лежала там. Это было что-то новенькое.

"Ты думаешь, я хочу, чтобы так было?" — крикнула Пэчворк Плохому Монстру. Пламя Новы пробежало по телу Пэчворк. "Ты думаешь, я бы сделала это, если бы могла остановиться?"

"Может быть, мне стоит затянуть твою цепь?"

Злой Монстр держал Пэчворк в цепях? "Нет", — прорычала Нова, набрасываясь на монстра. С треском пламени столкновение произошло гораздо раньше, чем ожидала любая пони, даже Нова.

Обе кобылы только начали поворачиваться к ней лицом, как Нова врезалась в Монстра, придавив его к земле. Пламя Новы сжигало ту, что осмелилась заковать в цепи милую Пэчворк.

Нова кусалась и била копытами во все места, до которых могла дотянуться.

Что-то оторвало ее от добычи, Монстр смотрел на Нову, беспомощно висящую в воздухе, окруженную пурпурной аурой. Нова ревела и отмахивалась, пытаясь нанести последний удар по монстру.

Монстр оскалился, вытирая копытом кровь со своей морды.

"Достаточно", — сказал Монстр, ее голос был холоден как лед. Монстр ударил копытом по туловищу Новы. Это было больно, очень больно. Хныканье Новы переросло в дикий крик ярости.

Милая, добрая, хорошая Пэчворк схватила монстра, тот отвлекся и аура, удерживающая Нову, потускнела.

Как только копыта Новы коснулись земли, она снова бросилась на Монстра. Она удовлетворенно улыбнулась, когда глаза монстра расширились.

На шее Пэчворк снова появился черный ошейник, цепь вырвалась из расстояния и соединялась с ним. Нова была почти у самого монстра.

Цепь натянулась, и кричащую и брыкающуюся Пэчворк потащили вдаль. Нова хотела помочь ей, но в этом был виноват Монстр, во всем виноват Монстр. Ей нужно было остановить монстра, прежде чем помочь.

Нова остановилась, в груди что-то сжалось. Монстр насмешливо помахал копытом. Мир помутнел, и Нова полетела в бесконечную тьму.

Нова зарычала от разочарования.

* * *

Нова ходила уже несколько часов, она и не подозревала, насколько глубока ее клетка, эта темная камера, подвал под владениями Пэтчворк. Единственными звуками были стук ее копыт по земляному полу и огонь, обжигающий его поверхность.

Почему Пэчворк защищала Плохого Монстра? Это было бессмысленно. А Плохой Монстр прогнал их обеих. Плохой Монстр был почти таким же плохим, как Солнечная Кобыла.

Наконец она вернулась к привычному. Разбросанные кости и давно высохшие шкуры ее братьев и сестер, какими бы уродливыми они ни были, казались ей домом.

Она устало подошла к двери камеры. Она была обгоревшей и потрепанной, но целой. Единственная трещина теперь была заделана. Вся энергия была потрачена, а она все еще была в ловушке. Нова почувствовала, как ее ослабевшая сила поднимается, как гнев восстанавливает ее. Тусклые угли ее гривы снова запылали с ужасающей силой.

Она собиралась снова броситься к двери, но ее внимание привлекло мерцание огня. Нова повернулась, чтобы посмотреть, что это за новое существо.

На нее смотрела грязная, мощно сложенная белая кобыла. Ее тело было покрыто ужасными шрамами, похоже, что в свое время ее рассекли от шеи до хвоста и плохо прижгли раны. Глаза кобылы смотрели в ее глаза. Нова зарычала, ее огненная грива дико затрепетала. Ее противник повторял движение за движением.

Что-то зашевелилось в глубине ее сознания, что-то в этом было. Нова затихла, кобыла тоже. Нова подняла левое копыто, она подняла правое, полностью повторяя ее движения. И тут ее осенило: это было зеркало, здесь было зеркало, и она смотрела на свое отражение.

Нова повернулась в одну сторону, затем в другую, впервые она действительно увидела себя. Она выглядела намного старше, чем думала. Большая ее часть говорила, что она должна быть маленькой и фиолетовой.

Она медленно подошла к зеркалу, ее пламя угасло до небольшого мерцания, и она положила копыто на его поверхность.

Изображение завибрировало и появилось в другом месте. Она увидела лавандовые передние ноги и хрустальный пол. Она попыталась дотянуться до зеркала, но нет, оно было твердым. Она двигалась то в одну сторону, то в другую, пытаясь рассмотреть все, что можно, из этого окна.

Казалось, что она смотрит с шеи Пэчворк. Казалось, что тело Пэчворк спит. Ее грудь опускалась и поднималась в ритме. Изображение было четким и не требовало от Новы никаких усилий.

Нова посмотрела на раму зеркала: она была пурпурной, как и магическая аура Пэчворк. Нова улыбнулась: теперь в ее камере было окно. Она опустилась на корточки и просто наблюдала за происходящим в полном надежды благоговении.

Нова почувствовала, как по ее лицу скатилась слеза. Пэчворк подарила ей это. Она прижалась к поверхности стекла, надеясь, что Пэтчворк сможет почувствовать ее чувства.

## 31.3 Ночь Найт

* * *

Найт оглядела пепелище, в котором она была частично погребена. Ее сердце колотилось, а боль пронизывала всю ее сущность. Эта… эта… шлюха. Это была первая мысль, пробившаяся сквозь боль. Эта огненная кобыла сожгла ее, каким-то образом выжгла часть ее источника простым нападением. Это не должно быть возможно для простого удара, пламенное тело или нет. Ментальная оболочка или нет.

"Ты хоть знаешь, кто…" — Найт начала гневную тираду и была прервана приступом мучительного кашля. Пепел и дым, висевшие в воздухе, жгли легкие, поэтому она просто потратила немного магии, чтобы больше не дышать.

Внутренний конфликт в ментальной сфере каким-то образом вылился в адское пламя. К счастью, защитная магия, которую Твайлайт наложила на комнату, чтобы не пустить Селестию, почти не дала разрушениям распространиться за пределы комнаты.

Найт, пошатываясь, поднялась на копыта. Почему ты не дала мне наказать эту дьяволицу? Она попыталась обратиться к Твайлайт, но ответа не последовало.

Она встала на ноги и осмотрела следы ожогов. Они показались ей знакомыми. У Найт не сразу возникло подозрение. Возможно, это был не тот Темный маг, который пытался убить меня, поджигая наш источник…

Найт предстояло провести дополнительное расследование. Ее источник был только поврежден, но не подожжен… Возможно, то, что произошло в храме, было лишь цепью событий. Возможно, что-то, сделанное магом, помешало тому, что пыталась сделать огненная кобыла, и все пошло ужасно не так. Сочетание двух разных видов темной магии всегда было непредсказуемым. Гордость и презрение Темного Мага и яростная магия маленького демона Твайлайт.

Боль не уменьшалась, она была душевной, в буквальном смысле слова. Так похоже на атаки, призванные полностью уничтожить врага, если их будет достаточно. Очень похоже на методы сестры… Что ж, в конце концов, это часть ее ученика.

Сконцентрировавшись и наложив на себя темную иллюзию, она убрала боль. Найт знала, что она все еще была там, просто она больше не чувствовала ее. В конце концов, ей пришлось бы выпустить боль, но самое лучшее в этом заклинании было то, что она могла выпустить ее на других… вся эта накопленная боль, выплеснутая на пони, ощущалась в один миг.

Она вспомнила, как копила все свои боевые раны во время боя и передавала их пони, чтобы посмотреть, как они умирают от шока прямо на месте. Ах, хорошие времена, подумала она, позволяя себе почувствовать былое ликование.

Ожидаемой реакции от Твайлайт не последовало, не было чувства отвращения, несогласия или возмущения. Просто ничего. Если бы не тот факт, что она знала, что Твайлайт все еще находится внутри ментального плана, в своем бастионе, Найт легко могла бы принять отсутствие ощущений от своего носителя за ее смерть.

* * *

Найт решила принять долгий душ в одной из комнат для гостей, успокаивая нервы и прогоняя последние воспоминания о боли. В течение месяца она должна была снять это заклинание. Оставалось надеяться, что она найдет достойную цель, иначе заклинание будет напрасно потрачено на животное из Вечносвободного.

Найт казалась странной. Она размышляла, пока вода смывала пепел и сажу с ее шерсти. Единственными звуками были вода, стук ее копыт, когда она меняла положение, ее дыхание и биение сердца. Больше ничего не было, ни голоса в ее голове, ни комментариев, ни намеков или предложений. Все остальные пони покинули замок, кроме ее Литтл Стар, которая крепко спала.

"Одиночество", — удивленно прошептала она. "Я справилась с тысячей лет на Луне, а здесь прошло меньше часа, и вот я уже…" Она прислонилась головой к хрустальной стене, позволяя воде, как дождю, падать на ее спину и крылья. "С каких пор я стала такой слабой?"

Найт посмотрела на черные пятна на крыльях и застонала. Чтобы очистить все эти перья, понадобится целая вечность.

Она подумала о том, чтобы подойти к дочери и обнять ее. Вероятность разбудить ее не стоила того утешения, которое это могло бы принести Найт.

Можно позвать еще кого-нибудь, они отвлекут ее, но это хотя бы на время заполнит ощущение пустоты. Найт посмотрела на свои крылья, помощь в их очистке тоже не помешает.

Она потянулась к своей силе, нащупывая связь, которую недавно создала. "Приди ко мне", — прошептала кобыла.

* * *

"Найт." Прохладный ровный голос Твайлайт разбудил ее. Найт лишь через мгновение поняла, что голос звучит не в ее голове, а в физическом мире.

Она открыла глаза и оценила ситуацию. Как и ожидалось, она была обхвачена Эмеральд Шейд. Она вспомнила свою слабость. Поддавшись своей потребности в компании, Найт позвала ее.

По тому, что она никак не отреагировала, было ясно, что на Эмеральд наложено мощное заклинание сна. Найт хорошо знала этот эффект. Не было сомнений, что это магия Твайлайт, использующая одно из заклинаний Луны.

Подняв взгляд, чтобы встретиться взглядом с той, кого она ожидала увидеть, — Твайлайт, она замерла. Белые светящиеся глаза смотрели на нее из формы самой темной ночи. На теле существа были слабо светящиеся пурпурные отметины, медленно перемещающиеся внутри, оно имело форму пони, но не было физическим существом.

Твайлайт проявила свою магию в физическом мире очень реальным образом. Это было не то же самое, что заклинание теневого клона Найт. Это тело было создано из силы, как будто часть источника Твайлайт была проявлена. Больше всего беспокоило то, что Найт не имела над ней власти.

"Нам нужно поговорить", — сказала Твайлайт.

Вспышка магии, и Эмеральд осталась одна в комнате.

* * *

## 31.4 Ночь Твайлайт

* * *

Переходя от чистого блаженства, когда Кэндис чувственно очищала лей-линии ее крыльев, к пылающему инферно убийственной ненависти Новы к Селестии, Твайлайт хотелось свернуться в дрожащий клубок и просить песню Свит Дримс утешить ее.

"Ну, это была катастрофа, которую тебе удалось предотвратить из того, что должно было стать очень приятным завоеванием", — усмехнулась Найт и насмешливо хлопнула копытами в знак аплодисментов.

Твайлайт отвернулась от драконьих глаз, сверлящих ее. Она была не в лучшем месте для этого разговора, и она знала это. Ее разум все еще был на волоске.

Ее мысли, когда влияние Новы было наиболее сильным, были совсем не похожи на ее собственные. Она была высокомерной, жестокой, она брала то, что хотела, и в Тартар последствия. Она знала, что Нова была добрее, она знала, что сама никогда бы так не поступила. Что же такого было в том, чтобы соединить их двоих вместе, что все стало намного хуже?

Вспомнив выражение лица Найт, Твайлайт почувствовала, как ее наполняет пылающее тепло ярости. Ей так хотелось превратить высокомерную усмешку на лице Найт в кровавое месиво.

Найт начала открывать рот, но Твайлайт заговорила первой. "Ты думаешь, я хочу быть такой?" Она чувствовала, как пламя пробегает по ее телу. Оно заставляло ее чувствовать себя сильной, оно заставляло ее быть уверенной в себе. Она ненавидела эту ложь почти так же сильно, как ненавидела выражение лица Найт. "Ты думаешь, я бы сделала это, если бы могла остановиться?"

"Может, мне стоит затянуть твою цепь?" — небрежно предложила Найт, сузив смертоносные глаза.

Твайлайт почувствовала, как пламя на ее теле пульсирует в ярости: "НЕТ" — раздался гневный рев.

Твайлайт повернула голову как раз вовремя, чтобы увидеть, как пламя в форме пони врезается в Найт. Вместо того чтобы обжигающий жар причинил ей вред, она почувствовала, как пламя питает ее саму. На мгновение Твайлайт захотелось напасть на Найт. Она хотела присоединиться к нападению и снова и снова врезаться горящими копытами в лицо Найт, смеясь все время, пока она убивала своего тюремщика.

Твайлайт почувствовала, как у нее начинают формироваться клыки, когда она приблизилась к Найт. В ее сознание ворвался образ Найт, с любовью гладящей Литтл Стар. Ярость пыталась отмахнуться от него, но Твайлайт вцепилась в образ, как в спасательный круг. Это не я, — отчаянно прорычала она в своем сознании.

Твайлайт споткнулась, тяжело дыша. Да, она могла злиться на Найт, да, возможно, когда-то она была злой и, по правде говоря, все еще нуждалась в некоторой работе. Она также была одним из родителей Литтл Стар, одной из кобыл, с которыми она согласилась воспитывать жеребенка. Твайлайт положила копыто на грудь и глубоко вздохнула, стараясь не обращать внимания на все, что происходило вокруг. Пытаясь отбросить всю ненависть, весь гнев в сторону, отбросить все это.

И снова дыхательная техника Кейденс творила чудеса. Либо она стала лучше сопротивляться Нове, либо вдали от коктейля гормонов и потребностей ее физического тела стало легче сохранять контроль.

Твайлайт моргнула и прислушалась к своим ощущениям: она все еще стояла на обсидиановой плоскости. В физическом мире она видела, как огонь охватывает ее комнату. Ей было грустно осознавать, что так много сокровищ будет уничтожено, но в данный момент она ничего не могла сделать, чтобы спасти их.

Звуки пламени, ударов копыт по плоти и рычания нарушили спокойствие Твайлайт и заставили ее переключиться на проблему.

Посмотрев в сторону схватки, она увидела, что живой огонь, которым могла быть только Нова, имеет преимущество. Она была яростна, ужасающа. Она кусалась, пиналась и даже терзала рогом. Твайлайт чувствовала гнев, ярость, почти как свои собственные, но она держала их на краю своего сознания. Она сопереживала ему, но не управляла им.

Под всем этим огнем скрывалась потребность в защите, глубокая забота о ней. Ее осенила мысль: Нова думает, что она защищает ее.

Твайлайт наблюдала за боем, ожидая удобного случая. Она не хотела причинять боль ни одной из них. Найт спасла ее, а Нова была либо ее частью, либо одним из ее родителей.

Нова поднялась, чтобы нанести мощный удар, и Твайлайт начала действовать. Пурпурная аура схватила Нову и подняла ее в воздух.

Найт некоторое время лежала на земле, тяжело дыша, пока Нова ревела и металась в воздухе.

Найт провела тыльной стороной копыта по окровавленной морде, вытирая ее. Взглянув на Нову, она поднялась на копыта. "Хватит", — сказала Найт, ее голос был холоден как лед, и она вогнала копыто, окутанное тенью, в туловище Новы.

Звук удара заставил Твайлайт вздрогнуть, она не ожидала такого звука от пони, что ударяла пламенем. Нова заскулила и упала на землю.

Найт отпрянула назад для нового удара. Что, по мнению Найт, она делает? Нова была обездвижена, беспомощна и, что еще важнее, не в состоянии нанести удар, Твайлайт отпустила Нову, позволив огненному элементалю упасть на землю.

Твайлайт не думала, что она делала. Она повалила Нову на землю еще до того, как та заметила ее движение.

Нова издала дикий крик ярости. Твайлайт слышала, как разъяренная кобыла приближается к ней. "Стой!" — крикнула она, но ни Найт, ни Нова, казалось, не слышали ее.

На шее Твайлайт сомкнулось давящее кольцо, она чувствовала, как сила Найт захватывает ее через границы их договора. "Подожди!" Она попыталась крикнуть, но это вырвалось в виде задыхающегося крика. Что-то дернуло, отрывая ее от Найт. Твайлайт оказалась в воздухе, ноги и крылья двигались, но ничего не делали, чтобы повлиять на ее путь.

Твайлайт услышала рев Новы, прежде чем пролетела сквозь дверь и влетела в свой собственный Бастион. Она упала на пол. Звук ломающихся костей возвестил о резком завершении ее непроизвольного полета, когда она ударилась о стену.

Звук падающих на пол книг был для нее более болезненным, чем ее израненное тело. Твайлайт издала стон, закрыв глаза, и постаралась не реагировать, пока ее тело восстанавливалось. Раздробленные кости и израненная плоть возвращались в свою правильную конфигурацию.

Она почувствовала, как ее лицо исказилось в улыбке: это было совсем не так больно, как она помнила. Либо это, либо ее представление о том, какой может быть боль, было пересмотрено.

"Твайлайт?" — с беспокойством спросил прекрасный голос Дримс.

Твайлайт слышала мягкий стук копыт своей подруги, ее теплое дыхание на лице за мгновение до нежного поцелуя. Твайлайт протянула копыта и заключила Дримс в объятия.

Аромат Дримс подействовал на Твайлайт своей обычной успокаивающей магией. Если бы не тот факт, что Твайлайт знала о только что произошедшем бардаке, она была бы совершенно довольна просто лежать рядом с Дримс.

Открыв глаза, она посмотрела туда, откуда вошла. Непроглядная чернота запечатала дверной проем, Найт заперла ее внутри.

"Моя Мечта, ты можешь разрушить это?" — спросила Твайлайт.

"Да… но знаешь ли ты, что ты будешь делать, когда я это сделаю?" — ответила Дримс.

Твайлайт оглядела свою Библиотеку, ее взгляд остановился на двери Луны. "Мне нужно провести небольшое исследование".

Дримс поцеловала Твайлайт, Твайлайт вернула поцелуй, закрыла глаза и удовлетворенно хмыкнула. Дримс разорвала поцелуй и встала, протягивая Твайлайт копыто. Она согласилась и принялась за работу.

Она решит эту проблему так же, как решала многие другие — с помощью книг.

* * *

Скрывающая завеса окутывала Твайлайт, ползущую от дверей Библиотеки во владения Найт. Та же магия, которую Дримс использовала, чтобы не пустить Найт в Бастион, сделала Твайлайт необнаружимой для чувств бывшей Найтмер.

Твайлайт на мгновение остановилась. После всего произошедшего она предпочла бы остаться в любящих крыльях Дримс.

Она глубоко вздохнула и бесшумно вышла из уютного дерева своего дома. Когда она ступила на холодную обсидиановую плоскость ментального порога, по позвоночнику Твайлайт пробежала дрожь.

Твайлайт напрягла все чувства, ее уши дергались то в одну, то в другую сторону. Отсутствие каких-либо черт на кажущейся бесконечной плоскости не позволяло Найтмер спрятаться где-либо, кроме как над грозовыми тучами.

Твайлайт опустила глаза к земле, вглядываясь в физический мир сквозь ее отражающую поверхность. Вид ее собственного тела, обнимающего  другую пони, дал ей ответ на вопрос, почему Найт не было рядом. Скорее всего, бывшую Найтмер не было здесь потому, что в данный момент она была полностью поглощена физическим миром. Найт выглядела умиротворенной, но в выражении ее спящей мордочки был намек на грусть.

Она направила свою фестральную силу, как ее много часов учила Дримс. Пурпурный туман беззвучно испарился из Найт. Он закружился по спальне. Твайлайт потянулась к нему, и туман сгустился. Он стал похож на миазмы и, сгущаясь, стал превращаться в форму аликорна.

Она прошла по обсидиановому полу, так что смотрела прямо вниз на свое творение. Форма выглядела как нечто среднее между ней и тантабусом, в ней плясали вихри и магические символы. Она улыбнулась: даже несмотря на все, что произошло сегодня, она не могла не почувствовать удовлетворения от того, что овладела новой способностью.

Она опустилась на обсидиановый пол и потянулась к отражению. Как и раньше, оно расступилось, словно жидкость, пропуская ее. Она влилась в магическую конструкцию, ощущение было похоже на смесь падения и попытки влезть в тесное платье.

Ощущения переполняли ее, когда она сливалась с ним. Воздух, казалось, обдувал ее насквозь, она чувствовала себя голой, как будто с нее сбрили шерсть. Это было одновременно и волнующе, и пугающе. Ее душа была открыта, ее больше не защищала плоть.

Твайлайт глубоко вдохнула воздух, в котором не нуждалась. Воздух взвился внутри нее и мягко рассеялся, выходя через ее плоть. Было щекотно, она почти смеялась над тем, что было бы невозможным ощущением, если бы она все еще была в своей собственной плоти.

Она исследовала каждое свое ощущение. Казалось, что каждая ее часть, внутри и снаружи, обладала полностью развитым чувством осязания. У нее все еще было острое магическое чувство, которое она ожидала от рога, но оно больше не было локализовано. Как будто все ее тело теперь было ее рогом.

К этому нужно привыкнуть, — подумала она.

Твайлайт ожидала мысленного комментария от какой-нибудь пони или непристойного предложения от Новы о том, что она могла бы испытать или сделать в таком состоянии, но ничего не было. Впервые за несколько недель она была одна в своих мыслях.

Она скучала по Свит Дримс, но была более чем счастлива быть свободной от Новы и Найт.

Она открыла свои новые глаза и оглядела себя. Добавив себя к созданной форме, она потемнела до бездонного черного цвета. В глубинах своего существа она могла видеть магические руны, танцующие в мистических узорах. Это было прекрасно. Твайлайт всмотрелась в себя, это было так же захватывающе, как наблюдать за меняющимися звездами в гриве Луны.

"Красиво", — прошептала она в благоговении.

Она посмотрела на свое тело в постели, обнимающее Эмеральд Шейд, пони, которой заинтересовалась Найт. Она не знала, как к этому относиться. С одной стороны, Найт контролировала их тело, и, согласно их договору, она не делала ничего плохого. С другой стороны, она чувствовала себя использованной. Я просто как платье, которое Найт носит, или она чувствует, что мое тело — ее собственное?

Твайлайт была благодарна, что ее нынешняя форма не имеет обоняния, это позволяло ей хотя бы пытаться игнорировать то, чем занималась ее собственная плоть. Вопрос о фрагменте и пакте сильно мутил воду. Насколько она имела право обижаться?

Без влияния Новы ничто не заставляло ее тянуться к привлекательной кобыле. Разум Твайлайт оставался спокойным. Она могла понять, почему почти любая пони заинтересовалась бы почти слишком совершенным телом Эмеральд. Она улыбнулась, так же просто, как ставит книгу обратно на полку, и все желания, которые она испытывала, были проигнорированы.

Твайлайт работала со своей магией как можно тоньше, накладывая заклинание оповещения, которое должно было дать ей знать, если одна из кобыл проснется.

Эмеральд зашевелилась, зажегся рог Твайлайт, и тяжелое заклинание сна легло на голову кобылы. Движения прекратились, и она погрузилась в глубокий сон. Должно быть, у нее очень чувствительный рог, раз ее разбудила такая незаметная магия…

Твайлайт подошла ближе к кобыле, подозрительно разглядывая ее. Она казалась вполне нормальной, ее рог был привлекательным, но не имел характерных структур, необходимых для такого уровня чувствительности. С его гладкостью и тонким изгибом, он больше подходил для интимной близости, чем для магии. Опять же, без Новы это был просто еще один факт, а не отвлекающий раздражитель.

Одно за другим она подвергала Эмеральд сканирующему заклинанию за заклинанием. Ничего не было, она была обычной кобылой во всех отношениях, о которых мог рассказать ее рог.

Что ж, мой рог не годится для анализа кристаллической магии… Твайлайт протянула копыто и положила его на туловище Эмеральд. Закрыв глаза, она расширила свои чувства.

Странная вибрация, едва уловимый зуд, потребность потянуться по утрам — все это смешивается с голодом до мозга костей. Что это? Она могла притянуть эту странную магию, взять ее в себя… но она понятия не имела, что это даст.

Она сделала шаг назад. Так что же ты за пони? Твайлайт на мгновение задумалась, постукивая себя по подбородку.

Закрыв глаза и отыскав свой источник, она рассмотрела отдельные племенные ядра магии. Каждое из них немного отличалось друг от друга. Сосредоточившись на ощущениях от магии Эмеральд она нашла одно подходящее. Оно было самым маленьким и обладало лишь шепотом силы. Без усиления магии аликорна она сомневалась, что сможет что-то с ней сделать.

Твайлайт долго смотрела на спящих Найт и Эмеральд. Эта тайна может подождать… — подумала она.

Решительно кивнув самой себе, она направилась к балконной двери. Одна мысль о том, что она собирается сделать, заставляла ее чувствовать головокружение и легкий страх. Ей нечего было бояться, она была бессмертной. Тот факт, что она не кричала от боли и не была уже мертва, доказывал, что ее душа способна существовать в физическом мире без оболочки.

Твайлайт оглянулась на свое тело — оболочка, вот и все, чем оно было на самом деле. Пока у нее есть что-то или кто-то, привязывающий ее к этому миру, она всегда сможет создавать эту нынешнюю форму.

Она улыбнулась. Она представила себе, что это могло показаться ужасающим, если бы кто-нибудь из пони увидел ее.

Твайлайт даже не сбавила шага, когда сплющила свою форму и проскользнула между двумя дверьми. Никакого дискомфорта не было, только легкое ощущение давления и на мгновение исказившееся зрение. Щель была меньше, чем ее глаза, так что это имело смысл.

Она окинула взглядом потемневшую землю и вгляделась в богатый гобелен теней. Новые умбральные оттенки и цвета эбена. Твайлайт захотелось взять несколько свитков и записать, ей пришлось бы придумать совершенно новые слова, чтобы описать то, что она видела.

Холодный ночной ветер обдувал ее, она дрожала. Простое полезное удовольствие, воздух, взаимодействующий с ее пегасьей магией. Не имея настоящего тела, она чувствовала себя живой. Она расправила крылья. "Ну, я же собиралась прогуляться…"

* * *

Полет по воздуху был расслабляющим, даже если она оставляла свое тело позади, она все еще могла чувствовать свой Бастион, свой настоящий дом. Простым усилием воли она могла растворить свою нынешнюю форму и вернуться в Библиотеку в одно мгновение. Она могла бы сделать это позже, просто чтобы выпить горячего шоколада с Дримс.

Проходящий сквозь нее воздух давал ей ни с чем не сравнимое ощущение воздушных потоков, а поскольку она была тверда только там и тогда, где хотела быть, полет не требовал усилий.

Ночь была тихой, когда она летела над Вечносвободным. Она видела, какие разрушения оставила ее магия в лесу. Она знала, что должна чувствовать себя виноватой, но это чувство не приходило. Они были угрозой, и она с ней справилась. Она не была уверена, что ей нравится ход ее мыслей. Насилие никогда не должно было быть ответом… но даже против Тирека… она не сдерживалась. Даже тогда она наслаждалась использованием своей силы в бою.

Все уроки дружбы, все правила общения и использования магии, на которых настаивала принцесса. Зачем они ей были нужны? Оглядываясь назад, можно сказать, что все они были тем, что другие пони просто знали.

Она оглянулась на лес внизу, на разрушения и увидела, как можно было бы действовать более эффективно или более действенно. С помощью правильной комбинации заклинаний она могла бы просто уничтожить всех древесных волков прямо сейчас. При желании она могла сделать это, не повредив ни единой травинки.

Ощущение всей этой силы и удовлетворение, которое она испытывала бы, используя ее. Даже без пламени Новы она могла бы уничтожить все, что почувствует. Она повернула голову в сторону Кантерлота. Почти все. Но зачем ей уничтожать Селестию, как бы ни было больно осознавать, что она собой представляет, Селестия поступила правильно для нации.

Она сомневалась, что оригинальная Твайлайт была бы настолько эгоистична, чтобы ценить свою собственную жизнь дороже целого мира.

Она поднялась в воздух, набирая высоту. Может, мне стоит полететь к звездам, чтобы посмотреть, каково там? — с тоской подумала она.

Твайлайт перевернулась на спину и уставилась в ночное небо. В ее глазах, наделенных магией фестралов, оно внушало благоговение. Она позволила себе упасть, мысленно прослеживая все свои любимые созвездия. Закрыв глаза, она наслаждалась ощущением свободы.

Ее разум точно следил за временем. По нему можно было определить, как далеко она упала. Даже не открывая глаз, она перекатилась и распахнула крылья, выгнув тело дугой, выгнув крылья и пульсируя своей пегасьей магией.

Ее курс выгнулся дугой, стремительно поднимаясь вверх. Она почувствовала, как изменилось давление воздуха, когда создаваемые ею воздушные потоки нашли землю и поднялись обратно в воздух. Вытянув одно копыто, она почувствовала, как оно на секунду прочертило след по земле, прежде чем она начала менять горизонтальную скорость на высоту. Твайлайт издала короткий смешок. Она никогда раньше не решалась на столь безрассудные поступки. "Выкуси, Рейнбоу, все это сделано ночью с закрытыми глазами".

Твайлайт снова открыла глаза и посмотрела на небо над головой. Следующий пони, который скажет, что ночное небо тусклое или что Луна работает с ним без вдохновения, будет вынужден смотреть им в глаза, пока они не увидят.

Нет, это было бы неправильно. Она вздохнула, махнула крылом и направилась к своей цели.

* * *

В пещере, где находилось Древо Гармонии, было до боли светло. Твайлайт сузила глаза, прищурившись, когда приблизилась.

"Почему?" — спросила Твайлайт. В этом вопросе было десятилетие любопытства и открытая боль.

Ответа, конечно же, не последовало. Она медленно шла вперед, и казалось, что Древо наблюдает за ней. Если только Твайлайт не ошибалась, Древо чувствовало себя настороженно. По изменениям в его магии было похоже, что оно готовится к защите.

"Сегодня я не ищу насилия и клянусь, что если ничего не будет предложено, то ничего и не будет получено", — сказала Твайлайт, запечатав свои слова силой аликорна. Обычно клятвы и магия пактов были ограничены, но Твайлайт это не волновало. Она была принцессой и не причиняла вреда. Она даже могла оправдать это: во-первых, она использовала ее на себе, а во-вторых, она помогала Древу чувствовать себя в большей безопасности.

Как и ожидалось, магия Древа успокоилась, от него исходило чувство горько-сладкой радости.

Она положила копыто на его кристаллическую поверхность и почувствовала его силу. Если бы она захотела, то могла бы потянуть его к себе. Тряхнув головой, чтобы прогнать эту мысль, она посмотрела на свой знак на Древе.

"Все, что произошло, было моей судьбой, верно?" — спросила Твайлайт.

Как и ожидалось, Древо ничего не ответило. Твайлайт вздохнула и прислонила голову к его прохладной поверхности.

"Что мне суждено сделать?" — прошептала она.

Раздался звон хрусталя, и сияние Древа усилилось. Чувства нахлынули на Твайлайт. Тепло от объятий. Радость от улыбки Литтл Стар. Облегчение от осознания того, что ее друзья в безопасности. Утомительная радость от одной из вечеринок Пинки. Намек на удовольствия, которые Луна доставила ей. И, наконец, чувство удовлетворения, которое она испытывала, когда выполняла задание по дружбе.

"Так что, наслаждаться моей жизнью и налаживать отношения с Найт?"

Древо заиграло.

"Типично… Ну, по крайней мере, ты хоть что-то ответило". Твайлайт сделала небольшую паузу. "Ты скажешь мне, где находится Темный маг?"

Древо ничего не ответило.

"Ты знаешь, что он убил первоначального носителя Элемента? И что он убьет еще?"

Древо слабо сверкнуло.

"И все же ты ничего не делаешь!" — воскликнула Твайлайт.

От Древа исходила волна грусти, беспомощности и сожаления. Твайлайт задрожала, она знала, что если бы она была здесь в обличье пони, то слезы залили бы пол.

Твайлайт пошатываясь отступила назад. Значит, тебе не все равно… просто ты не можешь или не хочешь помочь, — подумала она.

Ей хотелось рычать, хотелось ударить копытом в землю, она даже подумывала о том, чтобы взорвать Древо своей магией. Она терпеть не могла, когда кто-то вмешивался в ее мысли или, в данном случае, в ее эмоции.

Она села на корточки и несколько минут выполняла дыхательное упражнение Кейденс. Древо не нападало на нее, оно не влияло на ее разум. Просто это был единственный способ общения.

"Спасибо, что ответило, что смогло", — вежливо сказала Твайлайт. Она поклонилась и повернулась, чтобы уйти.

Древо пульсировало один раз. Почему-то Твайлайт знала, что оно прощается. В этом было что-то странное, как будто это было их последнее свидание. Неужели Древо Гармонии исчезнет, как исчез Дискорд?

"Спасибо тебе за Литтл Стар и моих друзей", — тихо сказала она, направляясь обратно в лес.

* * *

Полет обратно в замок был не таким приятным, как ее причудливое путешествие. Что-то в ответах Древа не оставляло ее в покое. Что-то в нем тревожило ее. У нее не было достаточно информации, чтобы что-то предпринять, поэтому она намеренно отложила этот вопрос.

Твайлайт еще предстояло разобраться с Новой и Найт. Древо не дало ей никаких ответов, значит, она была предоставлена сама себе.

Она надавила на себя сильнее, молниеносно рассекая воздух. Понивилль и ее замок быстро появились в поле зрения. Облетев его, она приземлилась на перила одной из незанятых комнат для гостей.

Для разнообразия она проскользнула под дверями, а не между ними, когда входила в комнату.

Его аура охватила все в комнате и раздвинула в стороны, освобождая пространство. Она посмотрела на свое рабочее место — голый хрустальный пол. Замок был создан Древом, поэтому он мог помешать ее планам.

У нее был выбор: она могла полностью связать Нову и запереть ее. Это было бы самым простым решением, но это было неправильно. Одна мысль о том, чтобы сделать что-то, что добавит кобыле еще больше страданий, вызывала у Твайлайт отвращение к самой себе. Нет, даже если бы это было "лучшим" решением, она бы так не поступила.

Оставались только другие варианты. Она могла попытаться слиться с Новой и надеяться, что ее собственная сила воли победит страсть Новы.

Другим вариантом было зачаровать что-то, что могло бы привлечь влияние Новы. Предмет, который бы сдерживал огонь Новы, но все же позволял ему течь. Из двух вариантов этот казался более безопасным, меньше шансов, что в итоге получится огненная полубезумная Твайлайт, терроризирующая Понивилль.

Приняв решение, она зажгла рог своим маленьким заклинанием дезинтеграции. Она колебалась, считать ли замок частью Древа? Она потушила рог и уперлась копытом в пол. Твайлайт закрыла глаза и представила себе массивы заклинаний и магические круги, которые ей были нужны.

Твайлайт надеялась, что это сработает, пытаясь спроецировать свои мысли на замок. Чтобы все исправить, мне нужно это, но я бы не хотела причинить тебе боль, вырезая это в тебе. Не могла бы ты… Сдвиг пола прервал ее просьбу.

Медленно, в течение получаса, появились нужные символы. Она могла бы сделать это быстрее, если бы вырезала их сама, но так было правильно.

Когда все приготовления были закончены, оставалось только забрать свое тело. Мысли снова вернулись к недавнему разговору с Древом. Ей также нужно было поговорить с Найт. Хотя это было необходимо, она не ждала этого с нетерпением.

* * *

"Найт", — властным тоном произнесла Твайлайт. Она видела, как слегка напряглось тело и почувствовала, как затрепетала магия Найт.

Найт открыла глаза и четко оценила ситуацию. Она переместила ногу и крыло, словно проверяя, на месте ли Эмеральд. Она слегка расслабилась, и Твайлайт показалось, что Найт находится в противоречии, испытывая одновременно и облегчение, и разочарование.

Найт подняла шею в элегантной манере, которая больше подходила к росту Луны или Селестии, чем к росту Твайлайт. Как только ее взгляд заметил нынешнюю форму Твайлайт, Найт замерла, расширив глаза.

Какая-то часть Твайлайт хотела злобно усмехнуться. Вызвать такую реакцию у бывшей Найтмер было в новинку. Найт выглядела почти испуганной.

"Нам нужно поговорить", — заявила Твайлайт. Она была здесь главной, и Найт должна была ее выслушать.

Твайлайт позволила себе почувствовать драматизм. Она подкрепила свои слова, телепортировав пару в центр ритуального круга в гостевой комнате.

"Я впечатлена, Твайлайт", — промурлыкала Найт, все еще оставаясь в лежачем положении. "Я не думала, что ты так быстро научишься". Она старалась выглядеть уверенной и соблазнительной. Ей это не удалось, она видела нервозность в глазах Найт. Ее мышцы хотели взорваться.

"Мы здесь не для того, чтобы обсуждать мои способности к магии". Твайлайт хлопнула копытом по голове Найт. "Что, черт возьми, ты делаешь? Приглашаешь Флаттершай в мой гарем? Что тебе дает на это право?"

"Ну, ты же…" — Взгляд Твайлайт прервал Найт.

Твайлайт могла видеть интенсивность своего собственного взгляда по отбрасываемому им свету. Она чувствовала, как нарастает ее гнев. Ни пламя, ни необходимость разбить копытом лицо Найт. Нет, этот гнев был ее собственным, он был цельным, настоящим и даже приятным. "Мы должны были попытаться стать семьей".

"Да…"

"А семья не делает таких вещей друг с другом".

"Но ты же хотела ее…"

"Мне нравилось, как она выглядела, так что у меня могли быть какие-то мысли, но это не значит, что я хочу завалить любую пони, которая может показаться мне привлекательной", — сказала Твайлайт, чувствуя, как в ней нарастает гнев.

Твайлайт наклонилась мордой к морде Найт. "Ты не Нова, ты больше, чем двухмерный, эмоционально поврежденный фрагмент. Перестань вести себя как осколок".

Найт, казалось, опешила. Хорошо. Твайлайт знала, что была несправедлива к Нове, но ее слова дошли до Найт.

Твайлайт надавила, заставив Найт прижаться к земле. "Я могу, и я все усложню, если ты не прекратишь это. Мне кажется, я была более чем… уступчива, и я благодарна тебе за то, что ты спасла мне жизнь".

"Я думала, мы поладили?" — Найт наполовину зарычала, но Твайлайт могла сказать, что Найт просто позирует. Найт казалась напуганной. Как бы Твайлайт это ни ненавидела, этот факт взволновал ее. Одна из самых больших угроз для Эквестрии была напугана маленькой кобылкой.

Отступив назад, Твайлайт начала кружить вокруг Найт. "А потом ты начала относиться к моей жизни… к нашей жизни как к каникулам. Пони здесь не только для того, чтобы служить твоему счастью".

"Ладно…" — сказала Найт, все еще пытаясь сохранить свою браваду. "Но я оставляю себе Эмеральд, ты получаешь Дримс, так что это справедливо."

Твайлайт открыла рот, но потом закрыла его. Она кивнула. "Это кажется справедливым…" — признала она, как бы ей это ни было неприятно.

"А Кэндис?" — добавила Найт, по мере продолжения разговора страх угасал.

"Мы оба знаем, что она, скорее всего, была создана специально для того, чтобы быть привлекательной для нас…." — Твайлайт задумчиво проговорила.

"Да, и она была подарком Луны…" — начала Найт.

Твайлайт сузила глаза. "Это настоящие пони из плоти и крови, а не игрушки. Даже если ее чувства были навязаны ей Древом, для нее они настоящие".

"Так ты хочешь сказать, что мы должны играть с ней в милые и романтичные игры…" — Найт почти насмехалась.

"Я не знаю, что я говорю", — призналась Твайлайт. Она опустилась на землю рядом с Найт. "Я никогда не хотела ничего из этого".

"Ничего из этого?" — соблазнительно спросила Найт.

Твайлайт зажгла свой рог и с силой отбросила Найт назад.

"Злюка", — засмеялась Найт, вставая на копыта.

Твайлайт прикрыла глаза копытами. Как Найт так быстро превратилась из испуганной в такую? Это был какой-то странный метод психологической борьбы? Или просто способ Найт восстановить свое эго?

"Я понимаю… Я думаю", — успокаивала ее Найт, приближаясь к ней: "Я никогда не хотела причинить тебе боль".

Твайлайт подняла голову и увидела, что Найт стоит рядом с ней, встретившись с ней взглядом.

"Тебе было отказано в части себя, и теперь ты должна смириться с тем, что это переопределило все в тебе. Я была заключена в тюрьму более тысячи лет без каких-либо физических ощущений…" — Найт сделала паузу и задумалась на мгновение. "Никто из нас сейчас не в лучшем положении, чтобы принимать рациональные решения".

Найт рассмеялась и уселась рядом с Твайлайт. "Так что же все это значит?" — Найт махнула копытом в сторону массива заклинаний.

"Эта маленькая штучка?" — жеманно ответила Твайлайт. Этот разговор показался ей гораздо более приятным, чем она ожидала. Да, вначале были споры, но сейчас Найт проявляла понимание. Можно даже сказать, что она пыталась быть дружелюбной.

Найт приподняла одну бровь. Жест выглядел точно так же, как у Луны. Странно было видеть его на своем собственном лице, даже если в данный момент оно находилось под контролем Найт.

Твайлайт начала сложное магическое определение. Найт позволила ей произнести только десять слов, прежде чем ее копыто закрыло ей рот. "Какова цель этого чрезвычайно сложного заклинания?" — спросила Найт.

"Это для того, чтобы облегчить более дружеские отношения и контроль над Новой", — раздраженно объяснила Твайлайт. У нее была прекрасно продуманная презентация всего массива заклинаний, а Найт просто хотела все пропустить. Может быть, Кэндис захочет послушать, если она решит вернуться. По крайней мере, теперь она могла сказать, почему Найт заинтересовалась Рейнбоу — это было то, чем бы тоже занялась атлетичная кобыла.

Найт кивнула. "Так что нужно сделать?"

"Ничего особенного, мне просто нужно активировать его, а остальное сделает магия".

"И что же она сделает? Вкратце, если можно" — спросила Найт.

Твайлайт посмотрела на свою работу, ей хотелось дать полное объяснение, но Найт либо заснет, либо просто забудет, так что смысла не было. Она вздохнула. "Это создаст артефакт, который привлечет силу Новы, если она попытается взять меня под контроль, вместо этого она будет смотреть на мир изнутри. А не заставлять меня прыгать на первую попавшуюся кобылу". Твайлайт не просила и не пыталась убить Селестию.

"Тогда давай покончим с этим?"

Твайлайт кивнула и прикоснулась рогом к массиву, вливая в него магию. Круги загорались один за другим, а в воздухе над ними появлялись новые. Твайлайт чувствовала, как магия замка откликается, добавляя к ней свою собственную силу. Что-то в этой магии было немного не так, но сейчас у Твайлайт не было возможности понять это или даже что-то предпринять.

Она приготовилась, если только замок не изменил работу ее заклинаний, но это было немного неприятно.

Магия вырвалась из формы Твайлайт, в то же время она вырвалась из Найт, и все это было втянуто в руны заклинания.

Вспышка магии, ощущение было такое, будто у нее вырвали часть души. Внезапно Твайлайт почувствовала себя слишком обессиленной, чтобы даже думать, не говоря уже о том, чтобы действовать.

Найт закричала, и все вокруг стало черным.

* * *

## 32.1 Сказка Литтл Стар о потерянной мамочке

* * *

Литтл Стар проснулась, и в этом не было ничего необычного для нее. Она уже начала привыкать ко всем этим снам и пробуждениям. То немногое, что она могла вспомнить о своих снах, было связано с огнем и насилием. Скорее всего, она вспоминала, как спасала свою мать из храма. Поэтому она отогнала последние остатки сна в сторону. Как бы ни была она счастлива, что смогла спасти свою мать, ей не хотелось вспоминать подробности.

Сосредоточившись на физическом мире, она зевнула и потянулась, потянувшись всеми своими органами чувств.

Что-то было не так, чего-то не хватало. Она огляделась, осматривая комнату, которую делила со своей матерью Твайлайт. Она была одна, ее матери здесь не было. Она зажгла свой рог, пытаясь найти ее. Обычно она сразу же получала результат, но в этот раз ничего не было.

С нулевой вероятностью принцесса спала здесь сегодня ночью, — услужливо добавила Грей.

Это была уже вторая ночь, когда ее мать спала в другом месте. Какая-то часть ее души расстроилась, но она не прислушалась к этому. Стар знала, что у ее матери часто бывают важные дела, в конце концов, она была принцессой, но ей всегда было немного одиноко, когда она просыпалась одна. По крайней мере, с ней все еще была Грей.

Серая аура взяла щетку и начала ухаживать за гривой Стар. Она улыбнулась, подчиняясь движениям щетки.

Используя собственную магию, Стар подняла щетку и принялась приводить себя в приличный вид — по словам Рэрити, это было необходимо. Слушая успокаивающий звук ровного голоса Грей, считающей каждый взмах щетки, она задумалась. Где была ее мама? Оглядев комнату, она не обнаружила ни записки, ни заклинания.

Она задумчиво постучала себя по подбородку. Если бы случилось что-то плохое, Грей дала бы ей знать, но все же что-то не давало ей покоя. Она просто знала, что что-то не так, что-то изменилось. Но она никак не могла понять, в чем дело.

Возможно, она была слишком далеко. Ее мать умела телепортироваться, так что она могла находиться почти в любой точке мира. Она помнила, как разбудила свою мать, чтобы сообщить ей, что луна задерживается. Может быть, она была со своей новой подругой, Эмеральд, черной кобылой с зеленой гривой.

Отложив щетку, Стар снова зажгла рог, на этот раз посылая импульс обнаружения на другую цель. Магия вернула результат через несколько мгновений: Эмеральд была наверху. Стар использовала простое заклинание, не обращая внимания на упреки Эпплджек по поводу шпионажа за пони. Я не шпионю, я ищу мамочку Твайлайт, — подумала она, чтобы оправдать себя.

Оранжевая кобыла, похоже, была очень недовольна разумным использованием магии. Но все же она была одной из подруг ее матери, так что где-то в этой чепухе должен быть зарыт здравый смысл.

Заглянув в магическое окно, Стар увидела, что Эмеральд растянулась на кровати в глубоком сне. Стар наклонила голову: что-то в этом сне казалось неестественным.

С помощью магии Стар оказалась в комнате для гостей. Она могла сказать, что это комната для гостей, потому что в ней была только одна книжная полка. Она снова телепортировалась, пролетев небольшое расстояние, и теперь стояла на кровати рядом с Эмеральд. На нее явно действовало заклинание сна, причем мощное, рассчитанное на год.

Что ж, пора было вставать, так что, скорее всего, она просто промахнулась с установкой переменных заклинания на год вместо одной ночи. "Не бойся, ведь я здесь!" — сказала Стар, изображая позу героя комиксов. Она прочитала тринадцать комиксов Спайка с тех пор, как он познакомил ее с ними.

Заклинание было мощным, но не имело защиты. Стар зажгла свой рог, отщипнула часть заклинания и скрутила его. Пурпурные искры наполнили комнату, когда заклинание безвредно угасло. Это было похоже на фейерверк. Стар улыбнулась, наблюдая за зрелищем. Она создала свиток и принялась за работу, записывая, как можно использовать этот эффект для создания нового заклинания.

Осталось "две" секунды до пробуждения Эмеральд, — подсказала Грей.

"Раз, два". Стар считала шепотом. "Доброе утро!" Стар с энтузиазмом подпрыгнула на кровати.

Эмеральд начала действовать. Крутясь, она быстро перебирала копытами и осветила свой рог пульсирующей зеленой магией.

"Доброе утро?" — спросила Стар с виноватым видом, стоя на месте. Она не собиралась пугать ее ни капельки. И уж точно не хотела напугать ее настолько, чтобы наложить на рог опасное разрывающее заклинание.

Поза Эмеральд расслабилась, когда она осмотрела окрестности, позволяя своему рогу угаснуть.

"Ты знаешь, где мама?" — спросила Стар, голос ее был полон надежды.

Она посмотрела на впадину в кровати. Стар отметила, что это не та впадина, в которой она лежала. Теперь Стар, по крайней мере, знала, где спала ее мать. Эмеральд провела копытом по отпечатку, выглядевшему странно противоречивым.

Эмеральд покачала головой: "Я знаю только, где она была, Литтл Стар".

"О… Спасибо" — ответила Стар, стараясь звучать бодро. Она уже начала сомневаться, что плохие пони смогли ее поймать. "Где ты, мамочка?"

Сто четыре длины тела. На северо-северо-востоке, — ответила Грей.

Радость наполнила ее сердце, когда Стар зажгла свой рог, чтобы телепортироваться. Вспышка света, и она уже готова была обнять свою маму. Комната выглядела точно так же, как и та, в которой она была раньше. В этой "новой" комнате была даже Эмеральд, которая смотрела на нее с недоумением.

"Что?" — спросила Стар в замешательстве. Это длилось недолго, ее телепорт, должно быть, отразился. Это было сделано так плавно, что она даже не почувствовала этого. Стар удивленно улыбнулась: надо было попросить маму научить ее этому заклинанию. Она галопом помчалась к двери, телепортируясь на длину тела, чтобы не пришлось останавливаться и открывать ее.

"Какая странная маленькая кобылка", — услышала Стар слова Эмеральд, направляясь к своей цели.

* * *

Стар мчалась по коридорам, ее маленькие копытца стучали по хрустальному полу на прямых участках и почти неуправляемо скользили по углам. За мгновение до того, как врезаться в стену, она телепортировалась и вышла из зала, направив свой импульс в новое направление.

Ее магия и регенерация давали ей уверенность в том, что она может экспериментировать. Она смеялась, добавляя все более сложные маневры и магию к простой задаче перемещения по замку. Наверное, бег по потолку, чтобы избежать груды книг, был немного экстремальным, но было забавно видеть все вверх ногами. Конечно, она могла бы просто лечь на спину и перевернуться, но где в этом было приключение?

Она добралась до места назначения, небольшие травмы, нанесенные ее безумным рывком, давно зажили. Отсыревшая шерсть и неухоженная грива были совсем другой историей, но ее это не волновало. Она хотела увидеть свою мать, хотела показать ей заклинание ходьбы по стене, которое она придумала по дороге сюда.

Подойдя к комнате для гостей, она постучала. Эпплджек гордилась бы ею, она не телепортировалась внутрь. С широкой счастливой улыбкой она стала ждать.

Через тридцать шесть секунд она снова постучала.

Еще двадцать две, и она снова постучала. Неужели мамочка сделала звукоизоляцию в комнате? В голове Стар пронеслись всевозможные эксперименты, для которых нужна звукоизоляция.

Стар начала вышагивать. Через сто шесть секунд она уже не могла больше терпеть. Она должна была знать, что происходит по ту сторону двери.

Она зажгла свой рог, произнеся знакомое заклинание подсматривания, она была полна решимости получить ответ.

Окно с заклинанием просто повисло в воздухе, ничего не показывая. Полностью бесцветная пустота, висящая в воздухе и блокирующая видимость, была в новинку, которую Стар изучит позже. Самое главное, что ее заклинание не сработало, она не могла заглянуть в комнату.

Она произнесла вторую копию заклинания, сосредоточившись на Эмеральд. Окно вспыхнуло. Казалось, она разговаривала с подругами своей матери, включая Эпплджек. Они казались взволнованными, но сейчас это было неважно. Она отменила заклинание, не желая снова раздражать эту кобылу.

Итак, ее заклинание сработало, а значит, комната была заперта. Она прижала рог к двери. Множество, сложных узоров заклинаний пробежали по ее поверхности. Это была магия ее матери, и она была гениальна. Стар могла часами изучать ее, чтобы понять, как она работает. Функции скрытности и маскировки в массиве заклинаний были потрясающими.

"Десять" минут с начала обследования. В ровном мысленном голосе Грея послышался веселый упрек.

"Упс", — сказала Стар, поднимая рог от двери. Она начала расхаживать взад и вперед перед закрытой дверью. "Значит, я могу сломать защиту за несколько секунд… но я не знаю, что делает мамочка".

Мысль о том, чтобы прервать деликатный эксперимент только ради объятий, казалась нехорошей. Свиток вспыхнул, и она отметила еще один пункт в разделе "почему Эпплджек была неправа насчет наблюдения".

"Нет, мне нужен другой план". План за планом и заклинание за заклинанием проносились в ее голове. Все они зависели от вариантов, которые ей пришлось отбросить, просто потому что она не знала, что происходит в комнате. Она не могла использовать их из-за того, что они могли повлиять на неизвестную магию, которая могла происходить в комнате. Просто было слишком много возможностей.

Она перестала вышагивать, постукивая копытом, и посмотрела на хрустальную стену. Ей хотелось ударить копытом в лицо, она с благодарностью принимала помощь дружелюбного замка с тех пор, как прибыла сюда. Она слишком отвлеклась, пытаясь решить проблему самостоятельно.

Стар улыбнулась и подошла к стене. Положив копыто на стену, она мысленно обратилась к замку. Если это безопасно, отведи меня к маме, пожалуйста, я хочу ее обнять.

Как и каждый раз, когда замок переносил ее, никаких ощущений не было. Мир вокруг нее просто изменился менее чем за мгновение.

Ее органы чувств воспринимали изменения, но почти все игнорировали. Ее мать лежала на полу. Стар не чувствовала почти никакой магии, исходящей от нее. Паника вонзила в нее свои клыки, и она чуть не телепортировалась.

"Ноль" раз было бы разумно телепортироваться, когда защита еще функционирует, — сказала Грей.

Стар потушила свой рог, отменив телепортацию, которую собиралась использовать, чтобы телепортироваться к матери, и вместо этого пошла к ней. Она сглупила, но, как и все другие вещи, эту можно было разбить на мелкие проблемы с простыми шагами для их решения.

"Мамочка?" — Голос Стар был слабым. Никакой реакции на звук. Она отметила это в своем мысленном списке. Она подошла ближе и прижалась к матери. "Мамочка, проснись, пожалуйста", — взмолилась Литтл Стар. Никакой реакции на легкий физический контакт. Она клинически отметила это в своем сознании. Несмотря на то, что ее разум оставался ясным, она чувствовала, как на глаза наворачиваются слезы.

Протянув копыто, она положила его на плечо матери и потрясла ее, но ответа не последовало. Сердце екнуло, Стар легла рядом с ней и зажгла рог, произнеся несколько лечебных заклинаний.

Она была рада, что прочитала все медицинские тексты, а не только те разделы, которые были нужны ей для лечения ран матери. В каждом из них были свои контрольные списки и заклинания, которые она могла использовать.

Дыхание слабое, но здоровое, пульс стабильный, давление в норме. Никаких внутренних повреждений, никаких ядов или токсинов. Физически все в ее теле было почти идеально здоровым. Ей еще предстояло немного восстановиться после Храма.

Стар отрегулировала фокус своих заклинаний. Ментальная активность и уровень магии были тревожно, но не опасно низкими. В ее источнике не было никаких новых дегенеративных процессов, никаких признаков того, что кто-то из пони пытается нанести вред ее душе или разрушить ее разум.

Стар издала дрожащий вздох. Ее мать была жива, и не было никаких шансов, что это внезапно изменится. Но оставался вопрос, почему она не просыпается, и как она оказалась в таком состоянии.

Паника исчезла, сменившись легким беспокойством и сосредоточенностью, которая возникала при попытке решить проблему. Стар начала прислушиваться к своим ощущениям и к составленным спискам, которые Грей старательно вела для нее.

Ее внимание привлекло красивое ожерелье из толстого металла с большим драгоценным камнем, внутри которого плясало спокойное пламя. Что было странно: подавитель огненного аспекта с огнем внутри. Стар наклонила голову, глядя на огонь, и пламя, казалось, наклонилось в ответ. Огонь, казалось, мигал, что-то в нем выглядывало?

Она потянулась к нему, коснувшись его копытом, Стар ахнула. Все это было сделано из сверхконденсированной магии, завернутой в стабильную матрицу. Даже представить страшно, сколько энергии на это ушло. Куда делась магия ее матери, теперь было ясно. Вопрос заключался в том, как, почему и что с этим делать.

Вся мебель и предметы в комнате были аккуратно расставлены к стенам. Это было сделано намеренно, если не сказать с особой тщательностью. Так что если это была работа ее матери, то она не была в панике, но, возможно, немного торопилась.

В освободившемся пространстве на полу, казалось, был создан сложный массив заклинаний. В его центре лежала ее мать. Он занимал почти всю комнату, поэтому, когда появилась Стар, она тоже оказалась в нем.

Поглядев на него несколько секунд, Стар поняла, что именно из него было создано новое ожерелье ее матери. Но она все еще не знала, зачем и для чего это ожерелье. Все, что она могла сказать, это то, что оно имеет какое-то отношение к перенаправлению и хранению энергии, а также связи с высшими измерениями.

Стар встала на копыта и начала ходить по кругу, на массиве были заметны некоторые искривления. Очевидно, его использовали. Через него было проведено много магии.

Это была не совсем чрезвычайная ситуация, но она чувствовала себя не в своей тарелке. Ей нужна была помощь, ей нужен был взрослый. Она перебрала всех пони, которых знала, всех, кому доверяла ее мама.

Кристалл пола словно завибрировал. Он словно говорил: "Позволь мне помочь". Воспоминание о встрече с охранником ее матери, гибридом Избранным Ночью, пришло к ней. "Мама Твайлайт и мама Луна доверяют ей. Не могла бы ты привести ее сюда?"

С обычной беспроблемной внезапностью Кэндис оказалась на месте. Как и тогда, когда она прибыла на вечеринку, она быстро оценила ситуацию, но, в отличие от прошлого раза, не произнесла ни одного заклинания. Стар на мгновение взглянула на крылья Кэндис — ей хотелось увидеть, как она колдует с их помощью магию единорога.

Взгляд Кэндис остановился на матери, а затем снова обратился к Стар. "Что происходит, Литтл Стар?"

Взглянув на лицо Кэндис, Стар изучила то, что увидела. Ее выражение было смесью беспокойства и облегчения. Следы слез на ее лице и мордочке говорили о том, что она плакала в какой-то момент ночью.

"Мама не просыпается", — ответила Стар, стараясь не выдать дрожь, закравшуюся в ее голос. Она умела решать проблемы, и она решила эту проблему. Не нужно было плакать. С ее матерью все будет в порядке.

Кэндис ободряюще накрыла маленькую Стар крылом, осматривая комнату. Стар заметила, что она обратила особое внимание на магический массив и новое ожерелье матери. Пламя казалось взволнованным, но Кэндис, казалось, не замечала этого.

После нескольких минут изучения вещей Кэндис вытянула второе крыло, и часть его окуталась серебристым светом.

Кэндис на мгновение задумалась и посмотрела вниз на Литтл Стар. Кэндис зажгла оба крыла, и перед ней образовалась сложная искривленная реальность.

Стар посмотрела на него: это был худший пример заклинания гибели-магов, который она только могла себе представить. Конечно, казалось, что оно может накапливать много энергии, но оно не взрывалось. Она моргнула и перевела взгляд на него: это было не боевое заклинание. Конечно, оно было похоже по концепции, но вместо того, чтобы производить каскадный взрыв, оно стабилизировало энергию, которую хранило.

Если она правильно смотрела на него, оно даже имело пространственный шунт. Это означало, что если он взорвется, большая часть энергии безвредно рассеется в одном из высших измерений.

"Литтл Стар, ты не поможешь мне зарядить это?" — спросила Кэндис.

Стар несколько раз посмотрела между заклинанием и Кэндис. "Зачем? Как это поможет маме?"

"У нее просто очень мало магии, ей нужно только…" — начала Кэндис.

Стар, поняв, о чем идет речь, зажгла свой рог и приготовилась влить магию в свою маму.

"Стар, подожди!" — быстро рявкнула Кэндис.

Стар недоуменно посмотрела на Кэндис. "Если все, что ей нужно — это магия, то это будет легко".

"Теоретически, да, но с аликорнами нужно быть осторожными, когда они без сознания. Если они не осознают, то будут активно истощать и заклинателя", — сказала Кэндис, казалось, что она немного смущена.

"Отсюда и необходимость в хранилище… маны".

Кэндис кивнула.

Стар обратила внимание на рябь в воздухе и снова зажгла свой рог. Она начала медленно, проверяя, насколько прочна форма заклинания. Когда ничего не сломалось, она увеличила скорость потока. Она остановилась на том уровне, когда рог стал теплым, но не дымящимся.

Кэндис отпрянула, Стар посмотрела вверх. Воздух, по которому струился луч магии, казалось, пульсировал, почти как будто мог разорваться. Все это было совершенно нормально для такой плотности магии.

Стар наклонила голову и вопросительно посмотрела на Кэндис. "Этого недостаточно?" — серьезно спросила она.

Кэндис ошеломленно молчала.

"Единожды" это было просто уморительно,  — прокомментировала Грей.

* * *

Стар наблюдала, как очередное хранилище магии было опустошено в ее мать. Вещи разрушались каждый раз, когда она отделяла сырую магию, удерживающую их вместе, и поглощала ее, как и содержимое.

Первым изменилось дыхание, оно стало глубже и мощнее. Следующее, что изменилось, — это уши, двигающиеся то в одну, то в другую сторону. Они успокоились, по одному указывая на каждого пони в комнате.

"Мамочка", — Стар перестала заряжать магическое хранилище и прыгнула к матери, обнимая ее лицо и шею.

"Эррр… воооу… что случилось?" — Мать медленно открыла глаза с тяжелыми веками. Она подняла голову, казалось, не замечая повисшей на ней Литтл Стар.

Кэндис придвинулась, обхватив мать крыльями и помогая удержать вес Литтл Стар. "Не торопись, Твайлайт. Я здесь для тебя".

Медленно в глазах матери появился свет понимания. Она прижалась к Стар, расслабившись в объятиях крыльев Кэндис.

"Не стесняйся, Твайлайт, но мне интересно, что ты сделала", — заявила Кэндис.

Мать подняла копыто и обняла Литтл Стар. Посмотрев вниз, она сосредоточилась на своем новом украшении. Она поднесла копыто к ожерелью. "Похоже, я перенапряглась". Она слабо рассмеялась.

"Это сдерживает твою страсть?" — спросила Кэндис.

Это был странный вопрос, это был предмет для подавления магии, связанной с огнем, а не эмоциональной магии.

Кэндис продолжила. "Это лучшее, что я могу предположить из того, что я видела в круге".

Мать посмотрела на драгоценный камень в его центре. "Я так думаю, или, лучше сказать, я надеюсь, что так и будет", — сказала мама, снова поглаживая Стар. Мать подняла голову и изучила лицо Кэндис. Было видно, что она сосредоточилась на следах слез.

Слегка покачав головой, она использовала свои большие размеры и силу, чтобы переместить Кэндис и начать ухаживать за ее шерстью. Каждая порция внимания стирала еще один след печали.

Стар изо всех сил старалась не рассмеяться. Видеть, как со взрослой пони обращаются как с маленьким жеребенком, было просто глупо.

"Все будет хорошо", — сказала мама Кэндис, поглаживая копытом гриву Стар, давая ей понять, что она не забыта.

"Надеюсь, что так", — с тоской сказала Кэндис, а затем продолжила более нейтральным тоном. "Теперь я знаю, почему это произошло прошлой ночью. Твоя страсть взяла верх. Как бы ты ее ни называла, или она сама себя называла, она контролировала ситуацию, а не ты".

Это звучало плохо, эмоции просто могли взять контроль. Это был рецепт катастрофы.

Кэндис посмотрела на ожерелье. "Вот что такое пламя на самом деле. Она, она — твоя страсть, а пламя — это она".

Глаза матери на мгновение сузились. "Как?" — спросила она спокойно. Но в ее языке тела чувствовалось беспокойство, крылья напряглись.

Кэндис все еще была там: "Я была разбита прошлой ночью, серьезно разбита. Я не знала, что делать с тобой. Я почувствовала, что мои чувства к тебе разрушились, когда ты телепортировала меня, вместо того чтобы поговорить со мной. Я подумала, что ты выбросила нас с Инсайт".

Кто такая Инсайт? — подумала Стар.

"Ты посвятила себя мне. Только предательство заставит меня отбросить тебя", — ответила мать.

Кэндис прижалась к матери, прижимаясь к ней. Похоже, она очень переживала по этому поводу. Стар подумала, что она тоже расстроилась бы, если бы подумала, что мать бросила ее.

"Я ненавижу Селестию", — продолжала Кэндис. "Я ненавижу то, что она сделала с тобой. Я ненавижу то, что она сделала тебя такой уязвимой для всех этих вещей. Я ненавижу, что она решила, какой ты должна быть, и ненавижу, что ты страдаешь из-за этого". У нее снова начали наворачиваться слезы.

Стар знала, что была права, не доверяя Селестии. Она внимательно слушала, стараясь не прерывать разговор.

"Луна помогла мне прошлой ночью. Я даже не спала в замке. Я была на облаке снаружи. Но Луна помогала мне почти всю ночь. Она попросила меня дать ей посмотреть, что случилось. Я чувствовала себя потерянной. Я кричала на Селестию, я кричала на того, кто нас спас. Я думал, почему меня спасли и заставили полюбить тебя, если я не мог спасти тебя от страданий. Потом Луна рассказала мне о разуме аликорнов. Вот откуда я знаю. И поэтому я так благодарна Найтмер, что она спасла тебя. Найтмер Мун, спасибо тебе. Твайлайт, я все еще люблю тебя. Вот почему мне было так больно".

Найтмер было всего лишь еще одним из имен матери. Что все это значит? — подумала Стар.

Мать наклонилась и прижалась к Кэндис. "Мне так жаль", — прошептала она.

"Теперь я знаю, что произошло. Я могу принять все как есть. Я могу принять и тебя, всех вас, даже Луну, или Найт, или как она там себя называет".

Мама улыбнулась: "Ты действительно не знаешь, во что ввязываешься". Она слегка поцеловала Кэндис в щеку.

"Теперь я, по крайней мере, лучше представляю", — сказала Кэндис. На мгновение она замешкалась, прежде чем продолжить. "Есть ли шанс, что я смогу поговорить с ней? Луной, Найт, как бы она себя ни называла?"

"Ты и так уже это делаешь", — ответила мама.

Кэндис поцеловала маму и обняла ее. "Спасибо тебе. Спасибо, что спасли ее. Спасибо за все, что ты сделала, чтобы помочь ей". Она поцеловала ее еще раз, прежде чем слезы снова начали падать.

Стар наблюдала, и на этот раз слезы не казались грустными.

Мама наклонилась и прижалась к Стар со счастливой улыбкой. "Тогда ты также должна поблагодарить мою Литтл Стар. "Мать кивнула головой в сторону Литтл Стар. "Она сама многое сделала для спасения".

Стар почувствовала, как внутри нее разгорается гордость: да, она спасла свою мать. Она почувствовала, как одно из больших крыльев Кэндис заключило ее в объятия.

"Спасибо, Литтл Стар", — сказала Кэндис.

Проблема была решена, и все будет хорошо.

Мамочка посмотрела на Кэндис и Литтл Стар: "Не знаю, как вы, а я умираю с голоду. Может, поедим чего-нибудь?"

Мама встала, положив Литтл Стар на спину. То, что Стар снова оказалась на спине у матери, было еще одним подтверждением того, что все будет хорошо.

Мама направилась к двери. Ее магия потянулась к двери комнаты. Защита была отменена после того как она ударила по всем нужным точкам. Когда она открыла дверь, Литтл Стар услышала крики где-то в конце коридора.

Она услышала голос Рейнбоу Дэш: "Какого черта ты сделала с Твайлайт?".

* * *

## 32.2 Кое что о Твайлайт

* * *

Эпплджек не хотела покидать ферму, но Старлайт настаивала, что это важно. С тех пор как повозка Трикси была телепортирована обратно в город, кобыла стала относиться к Твайлайт почти настороженно. Добавьте к этому воздушную схватку с Рейнбоу, и даже Эпплджек пришлось признать, что книжная кобыла ведет себя не так уж и книжно.

Она поправила корзину с яблоками на спине, прежде чем толкнуть дверь на кухню замка. Ее приветствовал Спайк, занятый работой.

"Привет, ЭйДжей", — поприветствовал ее Спайк.

"Доброе утро", — ответила Эпплджек, подойдя к нему и одним движением тела поставив корзину на рабочую поверхность. "Есть какие-нибудь признаки Твай?"

Спайк ответил, не отрываясь от своей работы: "Нет, ни от нее, ни от Литл Стар пока ничего не слышно. Думаю, они снова спят".

"Хорошо, надеюсь, Рэрити не заставит нас всех ждать слишком долго со своими “модными опозданиями”", —  сказала Эпплджек, собираясь помочь Спайку с приготовлениями.

Вскоре появилась Рейнбоу Дэш, ворвавшись в комнату так, словно наступил конец света. От нее все еще пахло грозовыми тучами и честной тяжелой работой. Очевидно, она спешила сюда и даже не остановилась, чтобы "освежиться", как выразилась бы Рэрити. Эпплджек не возражала, но ей было интересно, как модница попытается тонко намекнуть на этот факт, или у нее просто найдется какое-нибудь причудливое очищающее заклинание, чтобы обойти эту проблему.

Рейнбоу помахала копытом уселась на стул, раскачивая его взад-вперед и снова читая книгу о последнем приключении Дэринг Ду. Эпплджек могла бы пожаловаться на лень Рейнбоу, но в данном случае было гораздо безопаснее обойтись без ее "помощи", ведь они собирались приготовить хороший обед, а не просто оздоровительный напиток.

Эпплджек не знала, как и когда появилась Пинки, но вдруг она оказалась рядом и поставила противень с кексами в духовку. Пинки начала петь песенку о выпечке. Покачивая головой, Эпплджек продолжала работать, не переставая постукивать копытом в такт.

Разговоров было очень мало, просто расслабляющее чувство покоя в присутствии друг друга. Это было похоже на работу на ферме с Биг Маком, только с веселой песней в качестве подкрепления.

Время шло, запах еды становился все более привлекательным. До готовности еды оставался час, а до назначенной встречи — всего несколько минут.

Треск магии возвестил о прибытии единорога с помощью телепортации. Эпплджек оглянулась — как и ожидалось, это была Старлайт. "Доброе утро". Кобыла рысью подошла к столу и заняла свое место.

"Привет", — ответила Эпплджек.

Рейнбоу только помахала крылом, не поднимая глаз от книги. Кто бы мог подумать, когда Рейнбоу переехала в Понивилль, что она когда-нибудь сядет читать книгу. Еще один пример того, что Твайлайт принесла пользу.

Пинки поставила кекс на стол перед Старлайт, и они вернулись к работе. Старлайт некоторое время смотрела на кекс.

Вернувшись к своей работе, Эпплджек улыбнулась кексу, который Пинки каким-то образом поставила перед ней с другого конца комнаты. Он пах яблоками и сверху был украшен ее меткой.

Старлайт выглядела так, словно хотела что-то сказать, но держала язык за зубами. Видимо, ждала, пока они все соберутся. Примерно через десять минут Старлайт встала и начала ходить по комнате, проверяя, все ли готово.

Она целеустремленно подошла к Эпплджек.

"Сядь на место, мы справимся".

"Я только собиралась предложить помощь". Старлайт выглядела немного похожей на побитого щенка.

"Я знаю, и спасибо тебе, сладенькая", — сказала Эпплджек своим самым дружелюбным тоном. Она, конечно, не могла полностью доверять кобыле в том, что она всегда знает, что хорошо, а что плохо, но, по крайней мере, в эти дни ее сердце было на правильном месте. "Но если ты не нашла способ вместить несколько уроков кулинарии в промежуток между всеми занятиями по магии и дружбе…".

"Намек поняла". Старлайт рассмеялась, возвращаясь на свое место.

* * *

Наконец дверь на кухню снова открылась. Рэрити и Флаттершай оживленно беседовали.

Флаттершай, казалось, пряталась за своей гривой больше, чем обычно, но в ее шаге было нехарактерное подпрыгивание, когда она радостной рысью вошла внутрь.

Рэрити выглядела так, будто снова сплетничала, причем обсуждала такие сплетни, о которых она могла бы судачить несколько дней.

Эпплджек покачала головой, она никогда не поймет, как эти двое могут так весело болтать о всякой ерунде. Она отбросила эти мысли и помахала копытом в знак приветствия. Всегда приятно видеть своих друзей счастливыми, даже если в этом нет никакого смысла.

Все девочки заняли свои места. Рейнбоу даже отложила книгу, а Пинки сидела совершенно неподвижно. Рэрити незаметно села так далеко от Рейнбоу, как только позволяли хорошие манеры. Если бы сегодня было групповое объятие, она бы поспешила в спа-салон, как только закончится эта маленькие посиделки.

Старлайт оглядела собравшихся пони, встречаясь взглядом с каждым. "Полагаю, вам всем интересно, зачем я позвала вас сюда".

"Не совсем", — перебила Эпплджек. "Ты сказала, что нам нужно кое-что узнать о Твайлайт, так не могла бы ты перейти к делу? Некоторым из нас нужно зарабатывать на жизнь".

Старлайт на мгновение выглядела обиженной, но потом кивнула. "Ладно, ладно. Ну… ситуация с Твайлайт сложная… она находится в щекотливом положении…" — начала Старлайт.

"Без шуток", — добавила Рейнбоу Дэш, ее крылья слегка подергивались, словно ей было трудно держать их под контролем.

Старлайт сделала паузу, с интересом глядя на Рейнбоу. Она подождала несколько секунд. Рейнбоу больше ничего не сказала, поэтому она продолжила. "Твайлайт сейчас слишком вольно обращается с разрушительной магией, если что-то пугает ее или угрожает тому, что ей дорого. Следите за этим, мы же не хотим, чтобы она сравняла с землей половину Понивилля, потому что увидела божью коровку или что-то в этом роде", — сказала Старлайт, ее взгляд снова сфокусировался на Рейнбоу.

Щеки Рейнбоу приобрели легкий оттенок красноты. "Кроме того… она может попытаться… подойти к тебе… с тех пор, как она… чуть не умерла, она… слишком стремится наслаждаться жизнью".

"Что значит, она чуть не умерла?" — недоверчиво спросила Эпплджек, сосредоточившись на этой части. Она заметила, как облегченно вздохнула Рейнбоу от того, что она не спрашивает о другом предмете. Она также заметила, как Рэрити лукаво подмигнула Флаттершай.

"Ты же видела, как она была ранена, ранить аликорна очень трудно". Старлайт признала, что, возможно, слишком много знает на эту тему.

Эпплджек хотела спросить, как именно она это выяснила.

"Хватит мрака и уныния, как мы собираемся сделать Твайлайт счастливой?" — в разговор вклинилась Пинки.

"Пинки, проблема не в том, что она несчастлива. Проблема в том, что она отрицает, игнорирует то, что с ней произошло. Она никогда не переживет это, если будет продолжать в том же духе",  — сказала Старлайт.

Вечериночная кобыла, казалось, сдулась, в ее глазах появилась грусть.

"Я не уверена, что хоть одна пони сможет пережить то, через что она прошла", — пробормотала Старлайт, и Эпплджек уловила это только сейчас, скорее по губам, чем на самом деле услышав слова.

Тяжелый взгляд Эпплджек, брошенный на Старлайт, требовал большего. Пристальный взгляд заставил всех остальных кобыл в комнате обратить свои взоры на ученицу Твайлайт.

Старлайт покачала головой, обводя взглядом остальных кобыл. "У Луны достаточно работы со мной и Трикси, я не хочу увеличивать ее нагрузку".

"Дорогая, разве может быть все так плохо?" — спросила Рэрити.

Старлайт сделала что-то причудливое со своим рогом. Казалось, что по нему пробегает рябь. Это было заклинание или какой-то секретный код единорога?

Рэрити широко раскрыла глаза: "И этого мне вполне достаточно", — поспешно сказала она, чуть не упав со стула.

Рог Старлайт потускнел, и она извиняюще посмотрела на Рэрити.

"Это… это было… бедняжка". Рэрити задрожала, используя копыто, чтобы скрыть выражение ужаса на своем лице. "Кажется, я тоже увижу Луну…" — сказала она про себя.

Эпплджек не нравилось, к чему все идет. Сначала неразбериха с принцессой, а теперь вот это. Когда еще в Понивилле будет нормальный день?

Флаттершай притянула Рэрити в объятия. "Что мы будем делать?" — спросила она, глядя на всех остальных пони.

Рэрити спряталась под крылом Флаттершай, пытаясь скрыть слезы из глаз.

Старлайт поднялась со своего места и присоединилась к объятиям. Выражение ее лица было полно сожаления и беспокойства.

"Я не знаю, но что бы с ней ни случилось, это превратило Твай в крутую", — добавила Рейнбоу с ноткой гордости в голосе.

"Что вы все имеете в виду?" — спросила Эпплджек.

Дэш высоко сидела на своем стуле, жестикулируя копытами и крыльями. "Вы видели, насколько улучшился ее полет за ночь?" Рейнбоу медленно оглядела всю группу. "Она как другая кобыла. Теперь она может победить большинство Вондерболтов в воздушном бою один на один". Махнув копытом, она пожала плечами. "Да, выносливость у нее хреновая, но как можно превратиться из книжного червя в профессионального бойца без всякой подготовки?"

"Это удивительно хороший вопрос", — заявила Старлайт.

"Эй!" — ответила Рейнбоу. "Я могу задавать хорошие вопросы".

"Мы знаем, дорогая, Старлайт просто была как всегда слишком прямолинейна". Рэрити попыталась стать посредником.

"Да, именно так", — ответила Старлайт. Эпплджек могла сказать, что это была, по крайней мере, небольшая ложь, скорее всего, она была действительно удивлена, что у Рейнбоу есть хороший полезный вопрос. По крайней мере, Старлайт в эти дни была лучшей пони, даже если она не всегда была честной.

"Может быть, она проходит суперсекретную подготовку ниндзя теперь, когда она стала аликорном, в дополнение ко всем их суперсекретным способностям?" — спросила Пинки.

"Если это суперсекретно, зачем ей устраивать тренировочную арену на виду у всех?" — спросила Рейнбоу.

"Так вот что это за бельмо на глазу?" — спросила Рэрити.

Рейнбоу кивнула, предвкушающе ухмыляясь. "Она похожа на ту, в которой тренируются маги из стражи, только у Твай она больше и лучше".

"А я знаю, когда пони веселятся… Деши очень, очень понравилось играть с Твайлайт в воздушные пятнашки", — сказала Пинки, практически подпрыгивая на месте.

Рейнбоу покраснела: "Ха, ха. Вы знаете, как я люблю летать. А то, что одна из вас заставила меня даже вспотеть, просто потрясающе!".

Дверь была окружена зеленым сиянием. Все пони повернулись посмотреть, разговоры стихли. Дверь медленно отворилась, явив элегантную кобылу в черном шерсткой с характерной ниспадающей зеленой гривой. Это была та самая шикарная кобыла, которая не так давно переехала в город.

"Эмеральд Шейд?" — спросила Рэрити.

Эмеральд настороженно оглядела комнату. Казалось, ее пугала вся эта группа. Она бросила взгляд на Рэрити. "Доброе утро, Рэрити". Она улыбнулась, прежде чем формально поклониться. "Доброе утро, Носители Элементов".

Рэрити и Флаттершай обменялись взглядами. Флаттершай выглядела смущенной, а глаза Рэрити почти сияли. Все мысли о том, что случилось с Твайлайт, исчезли из ее головы, и теперь Рэрити была в режиме поиска сплетен.

"Не нужно нам кланяться, мы обычные пони", — сказала Эпплджек.

"Что ты здесь делаешь?" — спросила Рейнбоу, вися в воздухе в неудобной близости от Эмеральд. Эпплджек могла сказать, что Рейнбоу просто хотела знать, но любой пони, который ее не знал, мог подумать, что она собирается на них напасть.

Причудливо выглядевшая кобыла испуганно сделала шаг назад. "Я… я искала выход", — сказала Эмеральд правду.

Эпплджек уже собиралась оттащить Рейнбоу назад, но Рэрити дружелюбно захихикала.

"Рейнбоу Дэш, оставь дорогушу в покое". Рэрити подошла рысью с довольной ухмылкой на лице. "Эмеральд, дорогая, я так рада видеть тебя снова".

"Ты знаешь ее?" — спросила Рейнбоу, глядя между ними двумя.

Рэрити кивнула Рейнбоу, но не сводила глаз с Эмеральд. "Ты должна рассказать мне все, произвел ли наряд желаемый эффект?"

"Я… ну, я не уверена, что любая принцесса была бы счастлива, если бы обсуждались подобные вещи", — ответила Эмеральд.

Хитрая довольная улыбка на лице Рэрити говорила либо о неприятностях, либо о множестве платьев, которые будут сшиты в ближайшем будущем. "Знаешь, если бы я знала, что моя работа предназначена для королевского представления, я бы сделала что-то действительно подходящее для принцессы…"

Рог Эмеральд зажегся, и зеленое свечение, слегка захватившее мордочку Рэрити, на секунду закрылось. "Пожалуйста, оставь это при себе", — сказала она так тихо, что Эпплджек пришлось читать по губам.

"Что ты пытаешься сохранить в тайне?" — спросила Рейнбоу.

"Это не та вещь, которую раскрывает Леди", — ответила Рэрити, откинув гриву и посмотрев на Рейнбоу.

"Почему?" — потребовала Рейнбоу.

"Рейнбоу, Рейнбоу, Рейнбоу… если бы ты только читала книги с актуальной культурой". Рэрити покачала ухоженной головой.

Эпплджек обратила внимание на остальных пони в комнате. Флаттершай полностью спряталась за своей гривой. Очевидно, она была не единственной, кто обратил внимание на слова Рэрити. Эпплджек не знала, что и думать по этому поводу. Твайлайт должна была выйти замуж за Луну, а не заигрывать с этой новой кобылой. Все это казалось немного странным.

Эмеральд попыталась отойти от Рэрити. Осторожно, шаг за шагом копыто за копытом, она удалялась. Разумный ход для любой пони, не желающей часами стоять на месте и суетиться. Эпплджек краем глаза наблюдала за ее уходом: эта кобыла хорошо двигалась. Она подумала, не может ли она быть кем-то вроде воровки. Возможно, это грация танцовщицы.

Старлайт тоже наблюдала за Эмеральд, казалось, она не знала, что сказать об этой кобыле. По крайней мере, головоломка отвлекала ее от раздражения по поводу прерванной встречи. Эпплджек не хотела видеть, что может сделать Старлайт, если ей взбредет в рог попытаться использовать магию, чтобы вернуть встречу в прежнее русло.

Пинки вернулась к печке и занялась чем-то другим. Скорее всего, каким-то тортом. Это было трудно, но Эпплджек избегала стучать копытами в ритм песни Пинки.

Спайк грыз какие-то кристаллы, помешивая что-то в кастрюле на плите. Судя по запахам, исходящим от него, еда будет стоить ожидания. Естественно, она не будет так хороша, как домашняя стряпня Грэнни Смит.

К этому моменту Эмеральд уже наполовину пересекла комнату. По мере того, как ее свобода становилась все ближе и ближе, кобыла, казалось, становилась все увереннее в своих движениях.

Рэрити повернулась, чтобы прокомментировать Эмеральд, и заметила, что та пытается уйти. "Ах, ах, ах, ты никуда не уйдешь, пока мы не поговорим". Магия Рэрити без труда собрала необходимые ингредиенты, воду и чайный сервиз и начала вековой ритуал заваривания хорошей кружки. "Присядь с нами", — предложила она.

Рэрити поставила дополнительный стул рядом с тем местом, где сидели она и Флаттершай.

Уверенность Эмеральд, казалось, испарилась. Она повиновалась, но все еще настороженно наблюдала за Рейнбоу.

Рэрити сначала убедилась, что Эмеральд сидит, и поставила перед ней дымящуюся чашку чая. Наклонившись вперед с почти хищной серьезностью, она заговорила. "Итак… что впервые заинтересовало тебя в Твайлайт?"

"Ну… я впервые услышала о ней от своей матери", — совершенно искренне ответила Эмеральд. Что-то было немного не так в том, как она сказала "мама", но Эпплджек не могла поставить на это копыто.

"О, так она нарисовала такой светящийся образ, что ты просто обязана была прийти и увидеть ее своими глазами?" Милый тон Рэрити показался Эпплджек опасным.

"Да… Я просто не могла остановить себя, я просто должна была увидеть ее своими глазами", — ответила Эмеральд, слегка улыбнувшись. И снова кобыла говорила правду, каждое слово было правильным. Эпплджек сузила глаза, она почти чувствовала намек на нечестность за ее словами, даже если не было произнесено ни слова лжи.

Рейнбоу выглядела растерянной, раздраженной, подозрительной и немного преданной. Эта смесь не имела никакого смысла, учитывая текущую ситуацию. Что-то произошло между Рейнбоу и этой кобылой или это все из-за того, что Твайлайт пыталась за ней приударить?

Флаттершай что-то прошептала Рэрити. Мгновение спустя Рэрити притянула к себе и Эмеральд и начала тихий разговор. Слова были слишком тихими, чтобы Эпплджек могла их услышать, и как бы ей ни хотелось узнать больше об этой странной кобыле, она не собиралась вторгаться в их личное пространство.

Рейнбоу стало скучно, и она вернулась к своей книге, заглядывая в нее, чтобы "незаметно" подглядывать за разговором.

Старлайт встала, покачала головой и вышла из комнаты. Она явно не собиралась продолжать их маленькую встречу, раз Рэрити превратила ее в возможность получить еще больше сплетен.

"Ты должна мне что-то сказать?" — сказала Рэрити немного громче, чем намеревалась. Ее умоляющий взгляд сменился смущенным, когда она заметила, что все пони смотрят на нее.

Радуга захлопнула книгу и подлетела к группе сплетников, приземлившись на стол перед ними. "Почему ты думаешь, что достаточно хороша для нашей Твайлайт?" — резко сказала Рейнбоу, указывая копытом на Эмеральд.

Рэрити выглядела потрясенной, Флаттершай была готова защищать Эмеральд. Кобыла, о которой шла речь, отпрянула назад.

"Рейнбоу Дэш! Ты не можешь так разговаривать с Эмеральд. А теперь извинись", — потребовала Рэрити.

"Нет, если она думает, что достаточно хороша для Твайлайт, то ей лучше быть готовой доказать это", — ответила Рейнбоу, прежде чем снова повернуться к Эмеральд. "Так почему ты достойна ее?"

Эпплджек раздражали вопросы Рейнбоу, но тот факт, что она не доверяла Эмеральд, удерживал ее язык.

"Я не знаю". Из глаз Эмеральд начали капать слезы. Эпплджек могла сказать, что они были фальшивыми.

Почему ты, манипуляторша… — подумала Эпплджек, уединившись в своей голове. Неужели она просто какая-то золотоискательница из Кантерлота, приехавшая сюда, чтобы подцепить принцессу?

Флаттершай обхватила ее крылом, защищая от Рейнбоу. Обхватив крыло, Флаттершай уставилась на Рейнбоу. Эпплджек была рада, что это был всего лишь взгляд, а не "ВЗГЛЯД".

"Это не очень хорошо, Рейнбоу". Спокойный и мягкий тон Флаттершай все еще был эффективным упреком. "Не нам говорить, кто достоин нашего друга. Это дело Твайлайт".

Рейнбоу посмотрела на Флаттершай, застряв между злостью на то, что ее предали, и стыдом за то, что ее подруга была права. "Прости", — пробормотала она, прежде чем улететь, схватив свою книгу, и вылетела из одного из верхних окон.

В комнате снова стало спокойно, Флаттершай и Рэрити утешали манипулирующую Эмеральд. Эпплджек решила позже поговорить с Твайлайт о ее новой подруге.

Вместе с Пинки и Спайком Эпплджек занялась приготовлением еды, чтобы хватило на несколько гостей. Один уже был, а в старом добром Понивилле все всегда было просто.

* * *

Все успокоилось, еда была почти готова. Спайку удалось убедить всех пони сыграть в карточную игру, чтобы скоротать время.

Скоро настанет время послать кого-нибудь из пони за Твайлайт. Эпплджек заканчивала этот раунд, а потом оправдывалась. Оказалось, что она не умела блефовать, чтобы спасти свою жизнь, но всегда знала, когда это делали другие. Это делало игру довольно скучной для нее.

В комнате раздался внезапный гул, когда двери с силой распахнулись, расколов хрустальные стены. Радужное пятно пронеслось над столом, разбросав все карты.

Различные звуки тревоги, паники и падающих пони наполнили воздух.

Сила земной пони Эпплджек позволила ей не пострадать от ударной волны. Она огляделась: все сидевшие за столом кобылы упали со стульев, кроме Флаттершай, которая прижалась к поверхности стола, спрятавшись под крыльями. Эмеральд просто исчезла.

"Что за тартар?" — первой воскликнула Эпплджек, но не только она.

"Что, черт возьми, ты сделала с Твайлайт?" — крикнул резкий голос Рейнбоу.

Эпплджек вскинула голову. Рейнбоу держала Эмеральд, прижатую наполовину к стене, ее крылья трещали от силы. Рейнбоу выглядела готовой причинить кобыле серьезный вред.

"Воу, сахарок, давай все обсудим", — сказала Эпплджек, пытаясь успокоиться.

Рейнбоу проигнорировала ее: "Говори", — потребовала она, угрожая снова впечатать Эмеральд в стену.

Эпплджек была ошеломлена тем, что ее подруга так жестоко обошлась с беззащитной пони. Да, она могла быть немного задиристой стервой, но это не повод вести себя так, пока она не вышла замуж.

"Я не сделала ничего, что могло бы послужить причиной для этого!" — крикнула Эмеральд в ответ в странной специфической защите. В ее глазах горел огонь ненависти.

"Тогда что ты делала? Расскажи нам!" — потребовала Рейнбоу.

"Я не могу вам сказать", — сказала Эмеральд Шейд, теперь уже почти крича.

"Почему?" — надавила Рейнбоу.

"Я тоже не могу вам этого сказать", — снова закричала Эмеральд, ее слова кипели от разочарования.

Эпплджек могла сказать, что та говорит правду, она не солгала ни разу, пока Рейнбоу давила на раненую кобылу.

"Сахарок, я думаю, тебе стоит оставить ее в покое", — предостерегала Эпплджек.

"Она может попытаться похитить Твайлайт или еще что похуже", — настаивала Рейнбоу, выражение ее лица было серьезным.

"Пожалуйста, вы думаете, что я пытаюсь похитить или убить ее, принцессу Твайлайт? Ты хоть представляешь, что она может со мной сделать, если я даже попытаюсь? Она выходила один на один со взбесившимся Тиреком. Что я должна быть в состоянии сделать с ней?" — сказала Эмеральд, задыхаясь от гнева.

Рейнбоу зарычала и откинула копыто. Она открыла рот, чтобы крикнуть в ответ.

Из центра комнаты раздался громкий взрыв, и воздух вспыхнул пурпурными искрами, каждая из которых разрывалась, как маленький фейерверк. Все взгляды обратились на звук.

Эпплджек увидела Твайлайт с каменным лицом, ее стоически выглядящего Охранника и чрезвычайно гордую Литтл Стар, стоящую с выпяченной грудью на спине своей матери.

"Можете уделить внимание?" — спросила Твайлайт ровным тоном, когда магическое представление угасло.

* * *

## 32.3 День Твайлайт

* * *

Чистый аромат Дримс и тепло ее перьев были для Твайлайт новым миром. Она чувствовала себя такой усталой, что не могла припомнить случая, когда бы она чувствовала такую усталость раньше.

Дримс снова пела эту чудесную колыбельную, поглаживая копытом гриву Твайлайт. Медленно в ее сознании всплывали ночные события и работа над заклинаниями. Возможно, я немного просчиталась с количеством магии, которое должно было понадобиться, — подумала она, перебирая в уме свои математические выкладки в поисках ошибок.

Песня зазвучала ближе, и Дримс прислонилась к ее спине. Мгновение спустя удовольствие пронзило ее крылья. У Твайлайт было как раз достаточно времени, чтобы начать выражать свое удовлетворение. Ощущения прекратились, и песня затихла.

"То, что ты сделала, было безрассудством". Голос Дримс был сердитым. "Я знаю, что у тебя была веская причина сделать то, что ты сделала, но в следующий раз будь осторожнее. Если ты еще раз выкинешь подобный трюк и не для того, чтобы спасти мир, ты больше не почувствуешь ничего подобного".

Твайлайт никогда не хотела никого волновать, и уж точно не Дримс.

"Ты тревожишь меня", — нежно прошептала Дримс. Твайлайт хватило одного взгляда, чтобы увидеть мерцающую влагу в глазах Дримс.

Твайлайт перевернулась и обняла Дримс. "Прости, но я должна была что-то сделать. Я начала причинять боль окружающим меня пони".

Дримс вздохнула и погладила Твайлайт по гриве. "Я не забочусь о них так сильно, как о тебе".

Твайлайт улыбнулась и поцеловала Дримс. "Я знаю, и я тоже тебя люблю". Твайлайт слегка отстранилась. "Но ты знаешь, что я никогда не смогу жить с собой, если случайно причиню боль кому-то из пони, а ведь я могла бы сделать что-то, чтобы не навредить другим".

"Именно это и делает тебя хорошей пони", — сказала Дримс, возвращаясь к приятному прихорашиванию. Это была одна из лучших вещей в обретении крыльев.

Тук, тук, тук.

Твайлайт застонала. "Неужели я не могу передохнуть?"

"Это может быть важно", — сказала Дримс, помогая им обоим встать на копыта.

Твайлайт испустила многострадальный вздох.

* * *

Гостья постучала еще дважды, прежде чем они добрались из спальни Твайлайт в главную комнату.

Дверь открылась, Найт поднял копыто, чтобы постучать снова.

"Найт", — прохладно поприветствовала Твайлайт. Несмотря на вчерашний разговор, вмешательство все еще раздражало. Тем не менее, стук в дверь был гораздо приятнее, чем то, что ее притащили к Найт по пакту.

"Твайлайт… Кажется, возникла ситуация, которую мы должны решить всей семьей", — сказала Найт.

Твайлайт снова застонала. "Что ты сделала на этот раз?"

"Я? Ты судишь меня слишком строго". Найт указала копытом на дверь. "Просто посмотри".

Твайлайт посмотрела мимо Найт на обсидиановую землю у порога. В глубине отражения она увидела свою подругу Рейнбоу, прижавшую Эмеральд Шейд к стене. "Что за сено?"

"Именно так я и думала, а теперь хочешь помочь или доверишься мне, чтобы я правильно воспитала твою подругу?"

Найт повернулась и начала идти обратно на равнину. Внизу под ними Твайлайт могла видеть, как угасает впечатляющий магический фейерверк, она могла видеть, как ее дочь выглядит гордо, а Кэндис — стоически.

"Становятся ли твои друзья неумелыми жеребятами, когда тебя нет рядом?" — небрежно спросила Найт, пробираясь к месту, где стояло их тело.

Дримс кивнула вслед Найт, ее глаза говорили, что Твайлайт будет не хватать.

Твайлайт поцеловала Дримс на прощание, а затем поскакала за Найт, прибыв туда как раз в тот момент, когда кобыла опустилась на пол. Она споткнулась и упала на пол, который, казалось, забыл, как быть твердым. "Найт!"

* * *

Ощущения ее тела из плоти и крови казались слишком тесными и стесняющими. Прошлой ночью полет в ее обнаженной душе избаловал ее. Она с нетерпением ждала возможности сделать это снова.

Твайлайт почувствовала, как ее тело зашевелилось, ее взгляд окинул всех пони в комнате. "Я привлекла ваше внимание?" — произнес ее голос под руководством Найт. Она чувствовала, что, хотя Найт и действует, она ни в коем случае не блокирует Твайлайт.

Вес ее нового ожерелья сдвинулся, напоминая ей о его присутствии.

"Рейнбоу, — огрызнулась Твайлайт, — почему ты угрожаешь моей гостье?" Она чувствовала себя виноватой за то, что была так резка со своей подругой, но та напала на пони без причины.

Твайлайт пошатнулась назад, и только через мгновение она поняла, что почти плачущая Рейнбоу теперь обнимает ее. "Ты жива".

А почему бы и нет? — подумала Твайлайт. С помощью крыла она отмахнулась от любого ответа Кэндис.

Откуда мне знать? — ответила Найт.

Твайлайт обхватила подругу крылом, нежно поглаживая ее по спине. "Вот, вот, все будет хорошо, Дэш". Она обвела взглядом комнату, ища у остальных друзей ответы, которые ее синяя подруга сейчас не могла дать.

Этот неожиданный жест прервал несколько хороших лекций, которые она была готова прочитать. Несмотря на это, она не могла держать зла. Было слишком приятно знать, что Рейнбоу так заботится о ней.

Эмеральд Шейд осторожно опускали на землю в белой ауре Кэндис. Бедная кобыла выглядела так, будто утром у нее будет много синяков. На стене, к которой ее прижимали, появились трещины, что говорило о силе, с которой она ударилась об нее.

Твайлайт снова обратила внимание на Рейнбоу — именно она, скорее всего, совершит сегодня что-то, вернее, что-то еще необдуманное. Ее рог почувствовал, как магия Кэндис перешла от телекинеза к сложному, но не требующему больших затрат энергии исцеляющему заклинанию. Твайлайт слегка улыбнулась. Возможно, дело было в тренировках стражников, но первым инстинктом Кэндис было желание помочь Эмеральд, и это говорило о ней хорошо, по мнению Твайлайт.

"Конечно, мамочка жива, глупышка", — сказала Стар, телепортируясь на спину Рейнбоу.

"Но комната…" — начала Рейнбоу.

"О, это…" — начала Твайлайт. Она подняла копыто к своему ожерелью и тонко постучала по сообщению. "Доброе утро, Нова".

Рейнбоу подняла глаза и встретилась взглядом с Твайлайт. "Да, это… что, по-твоему, я подумаю, если найду твою комнату в таком виде?"

"Я…" — вздохнула Твайлайт и подошла к столу: "Давайте все сядем и спокойно поговорим". Твайлайт тепло улыбнулась и обняла Рейнбоу, прежде чем легонько подтолкнуть ее к столу. Атлетичная кобыла еще мгновение подержала ее в объятиях, а затем прошмыгнула на свое место.

Найт провела их мимо Кэндис, которая все еще залечивала синяки Эмеральд. Они напали на одну из моих пони, и с этим нужно разобраться. Это то, что мы должны решить вместе, они твои друзья, но Эмеральд — моя пони, я не могу оставить это без ответа.

Золотое ожерелье как будто немного нагрелось, оно вибрировало на ее шее. “Пэчворк, спасибо тебе”.

Твайлайт вспомнила о брошенной игрушке, которая все еще лежала в ее библиотеке. В каком-то смысле это имя подходило ей больше, чем Твайлайт.

Я не позволю тебе напасть на них — ответила Твайлайт Найт.

"Присоединяйся ко мне", — сказала Найт, протягивая по крылу над Кэндис и Эмеральд.

При соприкосновении Твайлайт не почувствовала ничего неожиданного, только ощущение их тел под ее крыльями. Ощущалось все еще активное исцеляющее заклинание и тепло их плоти. Она могла сказать, что они обе были кобылами, которые показались ей привлекательными, но это было все. Ни одна из похотей Новы не проникала в ее сознание. Ее грива оставалась нормальной, ни единого огонька. Ожерелье работало, она чувствовала его тепло на своей шее.

Эй, это не слишком фамильярно? — мысленно спросила Твайлайт, но ничего не сделала. Она была слишком рада, что ее мысли все еще принадлежат ей, чтобы по-настоящему раздражаться.

На нее только что напали, так мы показываем, что нам не все равно, и даем понять остальным, — защищалась Найт.

Когда они заняли места за столом, Твайлайт заметила, что все пони наблюдают за ней со смесью интереса и беспокойства. Глаза Рэрити блестели от предвкушения, изредка перебегая на Кэндис или Эмеральд.

Глаза Флаттершай были прикованы к глазам Твайлайт. О да, приглашение, что я буду делать, если она примет его? — подумала Твайлайт.

Нова радостно выстукивала кодом свои мнения о пони. Твайлайт начала отстукивать сообщение о том, что у пони тоже есть свои желания, и что они тоже должны хотеть "этого".

Хорошо, но теперь мы обязаны согласиться, иначе мы можем сломить ее драгоценный дух, — ответила сдержанным тоном Найт.

Все пони расселись, и тишина стала затягиваться. Если они не скажут что-нибудь в ближайшее время, возникнут вопросы. Твайлайт открыла рот, чтобы заговорить, не зная, что сказать. Найт использовала свои крылья, чтобы погладить по спинам обеих пони, а затем элегантно сложила крылья. Оба пегаса — Носители Элементов в комнате были очень внимательны.

Ожерелье завибрировало от одобрительного мурлыканья Новы.

Найт… — подумала Твайлайт.

Я отвлекла их, так что говори уже свою маленькую речь, — послала ответ Найт. Мягкое, ободряющее прикосновение крыла Кэндис, казалось, почти подчеркнуло мысль Найт.

Твайлайт сосредоточилась на Рейнбоу. "Мне очень жаль, что я напугала тебя, Рейнбоу, я в порядке". Она подарила ей улыбку, которой, спустя мгновение, поделилась с комнатой.

Казалось, Рейнбоу быстро успокаивается, ее уверенный характер и военная подготовка вновь дают о себе знать. "Что случилось, Твайлайт?" — спросила она почти нормальным тоном, но не сделала никакого движения, чтобы выйти из объятий.

"Я… у меня произошел небольшой несчастный случай с моей магией. Никто не пострадал, но, возможно, я испустила разрушительный всплеск магии, находясь в своей комнате. Мне пришлось провести ночь в комнате для гостей", — ответила Твайлайт. Она чувствовала Найт за своими глазами, наблюдающей за реакцией пони.

Рэрити широко раскрыла глаза, явно думая о том, что может сделать неконтролируемая магия. Флаттершай проследила за реакцией белой кобылы, а затем вернула еще более обеспокоенный взгляд на Твайлайт.

Кэндис провела копытом по обгоревшей шерсти на ноге. Рэрити, ориентированная на детали пони, явно заметила это. "Прости", — прошептала Твайлайт, зная, что благодаря постоянно действующим заклинаниям, улучшающим слух Кэндис, и ее милым фестральным ушкам она сможет услышать. Уши Флаттершай дернулись.

"Все в порядке, мы можем поговорить об этом позже. Я прощаю тебя", — Кэндис выдохнула так тихо, что, если бы не ее чувства аликорна, Твайлайт бы не услышала. Это было не так тонко, как шепот, но это была отличная попытка добиться похожего эффекта.

Литтл Стар запрыгнула на стул рядом с Кэндис и прижалась к ней, изучая пожелтевший мех. "Все будет хорошо, я изучила медицинские книги, пусть доктор Стар посмотрит". Литтл Стар говорила шепотом и с гордостью за то, что она может помочь.

Кэндис посмотрела вниз на Литл Стар, ее глаза были достаточно широко раскрыты, чтобы показать удивление чувствами аликорна Твайлайт. Она была явно удивлена тем, что Литтл Стар смогла ее услышать. В том же тихом чревовещании, которое она использовала ранее: "Все в порядке, ожоги уже зажили, просто мех обгорел. Но все равно спасибо". Кэндис улыбнулась и протянула свое мягкое крыло, ласково погладив Литтл Стар по щеке.

Твайлайт улыбнулась, видя, что Кэндис так хорошо ладит с ее дочерью. Это могло бы решить всевозможные проблемы с нянечкой для жеребят в будущем.

Она добавила свою ласку, поглаживая гриву дочери. Или, может быть, это Найт сделала это действие, Твайлайт не могла сказать точно. Было приятно ощущать полное согласие в чем-то. Нова добавила свою мысль о том, что она хочет "насладиться" прикосновениями Кэндис. Твайлайт позволила себе задуматься на мгновение.

"Дорогая…" — начала Рэрити, явно волнуясь. И остальные в комнате это уловили.

Твайлайт подняла копыто. "Тебе не о чем беспокоиться, — она указала на свое ожерелье. Я уже позаботилась о том, чтобы это не повторилось".

Облегчение на лице Рэрити было очевидным.

Твайлайт воспользовалась короткой паузой, чтобы ответить Нове. Поразмыслив, она не стала бы отказываться или препятствовать Найт или Нове испытать радость от того, что их лей-линии очистит обученный пони, даже если это будут только лей-линии единорога и пегаса. "Да, позже", — отстучала она.

Ухо Кэндис дернулось в сторону ожерелья. Мысли Твайлайт на мгновение прервались.

Она же обученный охранник, конечно, она знает этот код, — саркастически добавила Найт.

"Как модное украшение на шее может решить проблему?" — спросила Эпплджек.

"Прошлой ночью я создала это, чтобы мое пламя не причиняло вреда другим", — заявила Твайлайт.

"Твое пламя?" — спросила Флаттершай, немного обеспокоенная.

Твайлайт колебалась. "Да… Помнишь, когда я пыталась расследовать дело Пинки, я стала совсем белой, а моя грива превратилась в пламя?"

"Точнюсеньки", — сказала Пинки, внезапно подпрыгнув на своем сиденье, чтобы привлечь внимание. "Это было круто".

"Ну, как аликорн, если я сделаю это… это будет иметь гораздо больше последствий", — серьезно сказала Твайлайт.

"Так вот почему в твоей комнате только дымящаяся дыра?" — спросила Рейнбоу.

Твайлайт скорбно кивнула. Она не стала добавлять, что теперь, когда Рейнбоу была в комнате, и вероятность того, что она прилетела сюда на большой скорости, и разрушительное воздействие всей ее магии полета, все шансы на то, что она восстановит какие-либо из разрушенных предметов, исчезли. Ее подругу побудило к этому беспокойство за нее, она не хотела добавлять к этому чувство вины.

"И… после недавнего опыта, мой… самоконтроль уже не тот, что раньше", — призналась Твайлайт. Она видела, как все ее друзья смотрят на нее с заботой и вниманием. Это согревало ее сердце. Она почувствовала легкую влажность в глазах.

Твайлайт никогда бы не узнала, кто первым пришел в движение, она оказалась в центре кучки любящих пони. Все ее друзья были здесь, она чувствовала их тепло. Объятия каждой из них были немного разными, что соответствовало их характеру.

Эмеральд Шейд хихикнула, почти пьяно. Твайлайт почувствовала, как перо смахнуло слезы с ее глаз, по запаху это была Кэндис.

Твайлайт потянулась к Кэндис, обняв ее своей магией в знак благодарности.

Литтл Стар телепортировалась, присоединившись к объятиям. К счастью, вместо того, чтобы произошел несчастный случай, связанный с телепортацией, она немного сместила Пинки.

Она как-то лучше владеет телепортацией, чем ты, — заявила Найт, ее мысленный голос звучал потрясенно.

Обнимаемся сейчас, сложные магические разговоры о том, откуда наша дочь знает такие вещи, будут позже, — ответила Твайлайт, наслаждаясь объятиями. Мысленно она поправила ожерелье, позволяя лишь намеку на силу Новы проникнуть внутрь. В остальное время ее конечности были заняты, и она использовала свою магию, чтобы коснуться ожерелья. Это просто дружеские объятия, никаких сексуальных штучек", — проговорила она, стараясь, чтобы Нова поняла ее.

Тепло Новы наполнило ее тело, укрепляя ее, она почувствовала, как сила объятий немного увеличилась, а температура ее тела немного повысилась.

Волна благодарности и детской радости хлынула в нее от Новы, когда "спасибо" повторилось несколько десятков раз, и энтузиазма Новы хватило, чтобы встряхнуть ожерелье.

Твайлайт позволила себе мурлыкать, закрыв глаза и просто наслаждаясь тем, что ее друзья были рядом.

* * *

Твайлайт не знала, как долго она пробыла в объятиях, и, честно говоря, ей было все равно. Единственное, что ее беспокоило, — это возможность израсходовать все жизни своих друзей, прежде чем найти решение этой конкретной проблемы.

Аликорн Твайлайт уловила приближающиеся шаги копыт снаружи комнаты. Стук копыт по хрустальному полу прекратился. Послышался гул магии и звук петель, когда дверь немного приоткрылась.

Пони вдохнула, затем раздался уверенный тон голоса Старлайт. "Твайлайт, ты здесь?" — Твайлайт представила, как Старлайт заглядывает в комнату. "Ох" — сказала она. Прежде чем раздался нерешительный стук одного копыта и легкое шарканье другого. Старлайт повернулась, чтобы уйти, вероятно, чувствуя себя покинутой.

Твайлайт почувствовала, как рог Литтл Стар засветился, и ее аура окутала Старлайт пурпурной магией, телепортировав ее в групповое объятие.

Мгновение спустя Кэндис и Эмеральд были телепортированы в центр объятий.

Твайлайт чувствовала, как Найт старается держаться в стороне, но у нее ничего не получалось. Она чувствовала меланхолию от того, что любовь направлена не на нее, и радость от ощущений, которые она испытывала. Почему все, что связано с тем, что она аликорн, должно быть таким сложным? Или она была просто особым случаем и ей досталась вся прелесть интересной жизни?

Твайлайт позволила счастливому хихиканью вырваться из нее и прижалась к Стар. Прошло совсем немного времени, и она снова погрузилась в мирный сон.

* * *

Ее разбудил голос Спайка, раздавшийся в соседней комнате. "Литтл Стар, тебе нужно убрать со стола, еда уже готова".

"Хорошо", — осторожно отозвалась Стар.

Твайлайт заснула в середине одного из лучших объятий в ее жизни. Судя по запахам и звукам уникального дыхания и ритмам их сердец, некоторые из ее друзей уже ушли.

Рейнбоу была там со своим вечным ароматом бури. Ее мощное сердце билось медленнее всех, почти не затрачивая усилий на поддержание кровотока в спящем теле.

Флаттершай пахла смесью запахов разных животных и чего-то особенного из Вечносвободного. Теперь, когда она знала об этом, она могла уловить слабый намек на запах фестрала, который обозначал ее как гибрида. Ее сердце звучало мягко, как и у самой кобылы, и билось быстро. Она нервничала и была взволнована. Твайлайт чувствовала вокруг себя крылья кобылы, они не собирались отпускать ее в ближайшее время. Твайлайт не знала, что с ней делать. С юридической точки зрения, из-за небольшого фестрального источника, который она имела благодаря магии Твайлайт, ее можно было определить как одну из ее избранных. Все избранные аликорна были частью его гвардии. Это означало, что Флаттершай вполне реально могла считаться частью гарема Твайлайт.

Запах Пинки Пай выдавал в ней сахарного элементаля, который, может, разок-другой обнять пони. Ее сердце, казалось, играло счастливую мелодию. Если бы это была любая другая пони, она бы немедленно телепортировала ее в больницу, опасаясь проблем с сердцем. Но для Пинки это была обычная непостижимость.

Кэндис была интригующей смесью: будучи избранницей Луны, она пахла немного как Луна. Широкие перья, которые Твайлайт ощущала на себе, несли в себе явную примесь мистической магии единорогов, добавляя немного ноток к смеси пегаса и фестрала. В целом, это был экзотический и манящий букет. Тот факт, что он легко вызывал в ее голове мысли о приятных занятиях, был еще одним доказательством того, что Кэндис буквально рождена для исполнения ее желаний. Судя по ровному сердцебиению и дыханию, она явно бодрствовала и осознавала происходящее, но не привлекала к этому внимания.

Она все еще чувствовала магию Рэрити, Эпплджек и Старлайт в столовой, а также Спайка и Литтл Стар. Эмеральд не было, и ни один из органов чувств Твайлайт не подсказывал, где находится кобыла. А жаль, она надеялась с ней поговорить.

Твайлайт услышала цоканье копыт в соседней комнате и звук телепортации. Ее рог определил место прибытия за мгновение до того, как Литтл Стар снова появилась в пространстве.

"Мамочка, мамочка, мамочка. Еда готова".

Твайлайт переключила свои чувства с внимания на окружающих пони на восхитительный аромат стряпни Спайка. Глубоко вдохнув, она позволила себе на мгновение насладиться им.

"Мамочка!" — снова позвала Стар.

Улыбаясь, Твайлайт открыла глаза и посмотрела на свою дочь. "Доброе утро, моя Литтл Стар", — сказала она.

"Пэчворк поделись едой", — то ли попросила, то ли потребовала Нова. Без тона или интонации она просто не могла понять. В этом и заключалась проблема их нынешней формы общения. Твайлайт не нравилось, когда ее называли Пэчворк, но это было точное описание того, кем она была.

’Обещай вести себя хорошо’, — постучала Твайлайт.

’Обещаю’, — немедленно ответила Нова.

Сначала крылья Кэндис мягко отошли в сторону, когда объятия начали распадаться. С таким количеством конечностей это заняло бы немало времени, чтобы решить проблему без того, чтобы кто-то из пони не получил вывих или растяжение. Рейнбоу продолжала спать, а Флаттершай прижалась к Твайлайт.

Найт наклонилась и прижалась к желтой кобыле. Флаттершай замерла на мгновение, а затем сделала ответный жест. Тепло, которое почувствовала Твайлайт, означало, что Нова одобрила ее, но она ничего не сделала, даже не прокомментировала.

"Еда готова, нам пора вставать". Твайлайт подумала об этом: поцелуй был дружеским, но мог означать гораздо больше. Она хотела знать, о чем думает Флаттершай. У нее была магия, чтобы просто посмотреть и узнать, но она никогда бы не воспользовалась ею, она не Селестия.

Стар подпрыгивала на месте, похоже, пытаясь подражать Пинки, и ждала, пока Флаттершай и Твайлайт встанут на копыта.

Рейнбоу все еще крепко спала, прижавшись к крыльям Кэндис. Найт протянула к ней крыло, подергала перо, чтобы по нему заплясали огоньки.

Найт? — мысленно спросила Твайлайт.

Ты же знаешь, что это не причинит ей вреда — игриво ответила Найт.

Кэндис переместила свое крыло на место, чтобы заслонить Рейнбоу.

"Отлично, тогда разбуди ее", — сказала Найт, повернулась и рысью направилась в столовую.

Твайлайт наблюдала, как Флаттершай благодарно улыбнулась Кэндис, а затем последовала за ней. Литтл Стар, сгусток энергии, неоднократно телепортировалась между спинами Твайлайт и Флаттершай. Магия Кэндис создала еще одну копию заклинания усиления слуха, но на этот раз применила его к Рейнбоу. Технически, наложение заклинания усиления на безвольную пони можно считать мелким преступлением, но никто никогда не выдвигает обвинений, если только это не было сделано со злым умыслом.

Рейнбоу подтвердила свой титул чемпионки сна, не обращая внимания на усиленные звуки. Твайлайт чувствовала, как магия пегаса Рейнбоу распространялась на область вокруг нее, заглушая звук, не давая ему распространяться по воздуху. Внезапно все усилия, затраченные на то, чтобы разбудить кобылу за эти годы, обрели гораздо больший смысл.

Кэндис, казалось, восприняла это как некий вызов, вспыхнув собственной магией, пытаясь нарушить контроль Рейнбоу над воздухом вокруг них.

’Еда’ — стукнула Нова.

Твайлайт рассмеялась, отвлеклась от странной магической дуэли, о которой она слышала, и телепортировала Стар, Флаттершай и себя мимо дверей в столовую. Ей нужно было еще попрактиковаться в телепортации, в конце концов, она должна была догнать свою дочь.

Рэрити, Эпплджек и Старлайт сидели за столом в обеденном зале, вокруг них висел звуковой пузырь. Очевидно, они разговаривали и принимали меры предосторожности, чтобы их не подслушали.

Скорее всего, они говорят обо мне, не так ли? — подумала Твайлайт.

Если учесть, что Рейнбоу знает, какой у нее острый слух, то да.

Сам стол был завален всевозможными яствами, это была не еда, а пиршество. Поскольку связь с Новой все еще была открыта, она чувствовала голодное урчание Новы.

’Помни о наших манерах за столом’, — проворковала Твайлайт.

’Нова хорошая кобылка’ — был ответ.

Литтл Стар телепортировалась на пол, а самый маленький в мире древесный волк бросился на нее и был поднят ее магией и заключен в объятия. Маленькое деревянное существо было покрыто магическими рунами, каждая из которых светилась пурпурной магией Стар. В основе существа лежал небольшой пучок самоподдерживающихся заклинаний.

Похоже, не только ты практиковалась в зачаровании — подумала Найт.

"А кто твой маленький друг", — спросила Флаттершай, сразу заинтересовавшись тем, что оказалось домашним животным.

"Это Торн", — ответила Стар, полная гордости.

"Очень впечатляющая работа, моя Литтл Стар" — сказала Найт.

Флаттершай выглядела смущенной. "Работа?" — спросила она.

"Я сделала Торна", — улыбнулась Стар и немного попрыгала.

"Литтл Стар собрала его, как пазл. Похоже, у нее талант к творчеству", — радостно сказала Рэрити.

Старлайт продолжила: "А потом он ожил. Возможно, ты захочешь научить свою дочь ответственному использованию магии". Старлайт сузила глаза на Твайлайт, все еще раздраженную поездкой в Вечносвободный. "Создавать нечто, похожее на лесного волка, в комнате с фермерской кобылой — не самое мудрое решение. Эпплджек чуть не разбила маленького голема, когда он начал бегать вокруг".

Твайлайт некоторое время изучала маленькую конструкцию. Каждая часть существа была зачарована отдельным заклинанием "оживления". Все они были связаны с центральным ядром, которое наделяло его подобием интеллекта. "Ну, если бы мне пришлось оценивать это, я бы поставила тебе пятерку. Твоя работа поистине удивительна".

Если бы счастье от похвалы могло позволить пони вознестись, Литтл Стар просто вознеслась бы. Она излучала достаточно радости, чтобы начать бросать вызов Пинки.

"Но", — сказала Твайлайт, и Стар замерла. "Ты должна убедиться, что другие, находящиеся с тобой в комнате, знают, что ты делаешь. Ты также должна предупредить их, прежде чем делать что-то, что может их отвлечь или встревожить. Это не просто хорошие манеры, это также помогает обезопасить всех пони от несчастных случаев и ошибок, которые могут быть вызваны недопониманием."

Литтл Стар на мгновение задумалась, а затем кивнула. В воздухе вспыхнул свиток с надписью "Правила использования магии". Новый урок, который дала Твайлайт, был добросовестно записан. Твайлайт гордо улыбнулась ей.

"А теперь давайте, наконец, поедим", — сказала Твайлайт, подхватила Стар и ее нового питомца в свою ауру и направилась к столу.

* * *

Одним из главных преимуществ постоянного использования небольшого количества магии аликорна для того, чтобы придать себе сил, было то, что она также усиливала ее чувства, включая чувство вкуса. Здесь она определенно собиралась воспользоваться этим преимуществом.

Еда была превосходной, и даже Пинки, казалось, была впечатлена тем, сколько съела Твайлайт. Рэрити пришла в ужас. Но ей было всё равно, это был подарок Нове, как и наслаждение для чувств самой Твайлайт.

Найт была той, кого она должна была сдерживать, Твайлайт догадалась, что тысяча лет на Луне дала пони большое понимание таких простых вещей, как еда.

Некоторое время не существовало ничего, кроме простых радостей хорошей еды и веселого общения с друзьями.

Твайлайт уже съела, казалось, четыре порции, когда к ним решили присоединиться две последние пони.

Кэндис вошла вместе с немного смущенной Рейнбоу Дэш. Кэндис с интересом посмотрела на Торна, а затем направилась к своему месту. Она улыбнулась Литтл Стар, показывая свое одобрение творению.

Рейнбоу, как ракета, нацеленная на еду, присоединилась к пиршеству. Твайлайт поставила несколько слабых щитов над едой своих друзей, чтобы крошки и тому подобное от парящей Рейнбоу, наслаждающиеся пиршеством, не испортило еду другим.

"Ну, сахарок, а я то думала, что Биг Мак может много съесть", — сказала Эпплджек.

Твайлайт издала довольный вздох и улыбнулась своей подруге. "Ну, просто все такое вкусное, а я все-таки растущий аликорн". Твайлайт хихикнула. "Ты не хочешь знать, сколько тонн торта уходит на дворец".

Эпплджек, казалось, искала шутку или ложь, и когда она поняла, что это не так, ее глаза расширились. "Мы больше никогда не предложим принцессе шведский стол, где можно есть все, что угодно".

"Хорошо сказано", — сказала Твайлайт, заталкивая в рот еще больше еды. Твайлайт могла представить, что у нее внутри печь, превращающая пищу прямо в таумы магии. Довольное урчание Новы и сообщения, которые она получала, прося Твайлайт попробовать то-то и то-то, удерживали ее за столом, и она ела дольше, чем все остальные.

Хорошо, что Нова могла интересоваться чем-то, кроме насилия и секса. Нова, желающая попробовать всевозможные блюда, была похожа на жеребенка в магазине сладостей. В данном случае жеребенок был тем, кто никогда не почувствует себя плохо и сможет съесть весь магазин.

Учитывая, что она была аликорном, что делало ее частично земной пони, она, скорее всего, могла бы начать есть и стены магазина, будь то деревянные или каменные. Не то чтобы это был особенно приятный опыт.

Разговоры продолжались. Рейнбоу Дэш, похоже, очень заинтересовалась тем, как Кэндис летает с ее огромными крыльями и настоящими хвостовыми перьями. Это привело к тому, что Кэндис стала предлагать мастеру как демонстрации, так и уроки. Правда, уроки, похоже, были больше по боевой подготовке, чем по полетам.

Рэрити и Флаттершай обсуждали приглашение, которое раздала Найт. Если бы не чутье Твайлайт, она бы не уловила ту маленькую деталь, что Флаттершай заинтересовалась предложением, и не только на одну ночь.

Пинки говорила с каждой пони о чем угодно, раз или два в результате причудливого стечения обстоятельств пони, с которой она разговаривала, понимала, о чем идет речь. Каждое ее слово было наполнено чистым неразбавленным счастьем. Это было по-своему заразительно. Трудно было не ухмыльнуться, когда Пинки рассказывала одну из своих шуток или выполняла, казалось бы, невозможный трюк.

Старлайт выглядела так, словно Твайлайт была главной подозреваемой в преступлении. Это нервировало. Старлайт явно знала, что что-то не так, но не могла понять, что именно. Возможно, она просто догадывалась, потому что что-то почувствовала. Если это так, то она просто забыла об этом. Что она могла подумать о том, что сделала Твайлайт?

Твайлайт хотела оставить этот осуждающий взгляд позади. Тут Твайлайт осенила мысль. Учитывая, что Кэндис была подарена ей, а они только что телепортировались сюда, она сомневалась, что у Кэндис есть даже своя зубная щетка, не говоря уже о чем-то другом.

"Организована ли доставка ваших личных вещей?" — спросила Твайлайт у Кэндис.

"Нет, у меня еще не было времени на это. Учитывая то, как я попала к вам на службу, меня не предупредили, чтобы я могла подготовиться", — сказала Кэндис, и в ее голосе не было даже намека на недовольство этим вопросом.

"Тогда как насчет того, чтобы просто заскочить в Кантерлот и забрать твои вещи прямо сейчас?" Твайлайт зажгла свой рог, позволяя своей силе нарастать.

"А как же Литтл Стар? Ей хорошо здесь одной?" — спросила Кэндис.

Твайлайт посмотрела на свою дочь. "Не могла бы ты снова охранять замок и присматривать за моими друзьями, моя Литтл Стар?"

Вспышка пурпурной магии, и вот уже Литтл Стар облачена в шлем с рунами по ободу и плащ, украшенный магическими символами.

Некоторые из ее заклинаний нужно записать, она защищена лучше, чем элитная гвардия — прокомментировала Найт.

Твайлайт лишь улыбнулась в ответ.

"Отличная работа над шлемом, Литтл Стар. Похоже, там заклинания безопасности из лаборатории твоей мамы", — прокомментировала Кэндис.

"Спасибо", — сказала Литтл Стар Кэндис, когда Твайлайт взяла ее на копыта и прижалась к ней.

"Увидимся позже, доченька", — сказала Твайлайт.

"Пока, мамочка, пока, Кэнди", — сказала Стар. Это привело к тому, что Кэндис слегка взъерошила гриву маленькой Стар от умиления.

Твайлайт улыбнулась и наконец выпустила заклинание телепортации.

Они исчезли.

* * *

Кэндис и Твайлайт расстались после телепортации в Кантерлот. Кэндис отправилась собирать свои вещи. Сама Твайлайт как раз хотела взять несколько вещей из замка. Рыскать по коридорам, которые она давно запомнила, было почти бездумным занятием.

Она чувствовала, что Найт готова к неприятностям.

Завернув за угол, она наткнулась на одного из последних пони, которых хотела увидеть.

Блюблад просто уставился на нее. Твайлайт чувствовала, как дрожит ее ожерелье, как трепещет огонь внутри. В этот раз Твайлайт была более чем счастлива согласиться с мнением Новы, даже если бы она никогда не предприняла никаких действий против него.

Как раз когда она собиралась пройти мимо него, он заговорил. "Мне жаль, принцесса. Я приношу свои извинения за свое поведение. Это было неподобающе моему положению". Блюблад почтительно поклонился.

Твайлайт замерла. Она собиралась сказать: "Повтори?" или "Что?", но Найт заставила ее замолчать.

Найт повернула их тело лицом к нему и устремила на него царственный взгляд. "Твое положение племянника Селестии, возможно, оградило тебя от последствий". Найт улыбнулась. "Тем не менее, спасибо, я принимаю твои извинения".

Они начали уходить. "Боюсь, у меня есть дела. До следующей встречи, принц Блюблад".

Почему мы так легко отпустили его? Ты знаешь, что он за пони? — мысленно спросила Твайлайт.

Конечно, моя хозяйка. Я в этой игре дольше тебя. По тому, как он поведет себя дальше, мы будем судить о нем. Мы увидим, перевернул ли он новый лист или был просто запуган твоим проявлением магии.

В голове Твайлайт промелькнули воспоминания о ее злости на него, о желании покончить с ним. Это не я.

Твайлайт? — спросила Найт, в ее мысленном голосе звучало искреннее беспокойство.

Твайлайт почувствовала, что ее тело хочет вздрогнуть, но Найт парировала каждое движение.

* * *

Собрав несколько нужных ей вещей и держа перед мордочкой парящую в воздухе книгу, Твайлайт направилась к месту встречи с Кэндис. Благодаря ее чувствам аликорна ей было даже легче, чем раньше, ориентироваться, не глядя, куда она идет.

Если она внимательно прислушивалась, то могла даже составить мысленную картину окружающего мира по тому, как звуки ее копыт, стучащих по земле, отражались от стен и других поверхностей. А благодаря тому, что она могла слышать биение своего сердца и других пони, она могла избегать даже неподвижных пони.

Она отфильтровывала большинство их разговоров и других звуков, которые могла слышать. Ей не нужно было знать все случайные сплетни, но она знала, что ее разум все это запишет.

Почти дойдя до места встречи, она услышала голос Кэндис, привлекший ее внимание, он шел с другого направления, а не с места встречи.

"Ты только что оскорбил принцессу Луну? Кажется, так и было, сержант". Она услышала, как Кэндис обращается к охраннику.

Похоже, кто-то из пони только что согласился стать нашим развлечением, — прокомментировала Найт.

Твайлайт поняла, к чему все идет, и сунула книгу, которую сейчас читала, в карман.

"Есть только одна настоящая принцесса", — заявил голос соляра.

Расширив свои органы чувств, она легко определила местонахождение Кэндис и жеребца, с которым та разговаривала. Направившись к цели, Твайлайт телепортировалась за единорогом Солнечной гвардии. Твайлайт чувствовала одобрение Найт, когда та прошептала с угрожающим мурлыканьем: "И кем же я стала?"

Единорог крутанулся на месте, готовый защищаться от неминуемого нападения. Взглянув на Твайлайт, он отшатнулся, его рот на мгновение ощерился, казалось, он пытался сказать пять разных вещей одновременно. По крайней мере, четыре из них выглядели так, будто собирались оскорбить.

"Почему ты задерживаешь моего Стража?" — сказала Найт опасно спокойным голосом.

"Она не имеет права находиться здесь… Принцесса". Стражник заикался.

Ты не возражаешь против того, что случится с этой шавкой? — спросила Найт у Твайлайт.

К сожалению… возражаю, — ответила Твайлайт, удивляясь собственным чувствам. Она не была так встревожена, как, по ее мнению, должна была быть, при соблазнительной мысли поставить этого стражника на место. Освободившись от оков Селестии, она начала задумываться, кем же она становится?

’Он плохо относится к Дару. Могу я сжечь его? Пожалуйста?’ Нова постучала копытом по ожерелью. Ожерелье, казалось, хотело наброситься на непочтительного стража с каждым ударом.

Твайлайт увидела, как Кэндис вдруг посмотрела на ожерелье Новы, ее глаза заметно расширились. "Она защищает, не так ли?" — спросила Кэндис тихим чревовещанием, которое она использовала ранее.

Твайлайт спокойно ответила: "Ну, если это только вопрос разрешения, то я разрешаю ей быть здесь".

Почему ты должна делать это скучным? — сокрушалась Найт.

"Простите, принцесса, но вы не находитесь в системе моего подчинения. Я не могу принять от вас этот указ", — сказал стражник, ничуть не извиняясь.

Кэндис вмешалась: "Вы не читали книгу правил за последние пять лет, не так ли? Положение 78.289 гласит, что ВСЕ принцессы имеют право издавать подобные указы, когда речь идет об их собственной охране. Я — ее охранник".

"Простите, гражданин, но это постановление было оспорено Советом дворян. Чтобы сохранить ясность, мы вернулись к своду правил пятидесятивосьмилетней давности", — самодовольно сказал охранник.

Для смертного храбрость этого охранника превосходит только его глупость, — прокомментировала Найт. Твайлайт могла сказать, что Найт планирует, как показать ему его глупость в препятствии аликорну.

Твайлайт наклонилась: "И когда это случилось?" — в ее голосе прозвучало намерение.

"Вчера" — просто ответил стражник.

Блюблад —  подумала Твайлайт.

Вряд ли он стал бы извиняться, если бы это зависело от него. Если только что-то не заставило его внезапно изменить свою точку зрения, — прокомментировала Найт.

Твайлайт на мгновение постучала копытом по подбородку, вспоминая тот самый текст.

Что ты задумала? — спросила Найт.

Увидишь, — ответила Твайлайт, усмехаясь.

Ухмылка Твайлайт была такой же угрожающей, как у Найт. "Тогда я приказываю тебе доставить все тексты о хм… Стражах, которые были наказаны за недовольство принцессой, которые вы можете найти в библиотеке, и два лучших торта из лучшей пекарни города".

"Вы не можете командовать мной, принцесса", —  стражник сказал ровным тоном.

"Нет, не как ваша принцесса, но как бывший личный ученик Селестии, я могу. Проверь страницу четыреста двадцать семь, второй абзац", — сказала Твайлайт, только что наколдовав текст целиком с помощью своей магии.

Не пытайся переплюнуть Принцессу Книг, — со смехом добавила Найт.

Жеребец читал предложенные страницы с нарастающим ужасом.

Кэндис, со своей стороны, просто смотрела на него, словно наблюдая, как кто-то из пони осознает, насколько сильно он только что облажался.

Текст гласил, что любой пони, занимавший должность личного ученика принцессы, может поручить любому слуге короны достать книги и/или пирожные. Если только они не выполняют задание, критически важное для безопасности принцессы.

"А теперь беги, миньон", — сказала Найт.

"Ты не можешь этого сделать", — сказал стражник.

"Я считаю, что только что сделала", — продолжала Найт.

Он тупо продолжал: "Стража критически важна для ее безопасности. Жилые помещения критически важны для охранников. Таким образом, жилые помещения важны для безопасности принцессы".

"Поскольку ты не поклонился мне с должным уважением, я могу посадить тебя в тюрьму на неделю, начиная с этого дня." — пригрозила Найт.

Он поклонился, выглядя так, словно ел что-то мерзкое. "Мои извинения, принцесса", — Твайлайт не думала, что ей доводилось слышать, чтобы ее титул звучал так грубо.

Нова постучала копытом, настаивая на своем жестоком предложении.

В голове Твайлайт сформировался план действий, одна только мысль о том, чтобы применить свою магию в такой публичной демонстрации, вызвала на ее мордочке улыбку предвкушения.

"Какая квартира твоя?" — небрежно спросила Твайлайт, поджигая свой рог магией, достаточной, чтобы повалить жеребца на землю.

Ее новая охранница слегка покачала головой в сторону жеребца. "Верхний этаж. Третий слева с этой стороны здания. Он упомянул, что “личные вещи культиста Найтмер Мун считаются уликой”, прежде чем ты появилась", — сказала Кэндис, указывая крылом на здание, возле которого она находилась.

Жеребец на земле вздрогнул, когда Кэндис сообщила ей о том, что он сказал.

Я знала, что у нее хороший вкус, —  подумала Найт.

Не думаю, что он хотел сказать комплимент, —  добродушно добавила Твайлайт.

"Что, по-твоему, ты делаешь?" — потребовал охранник, с трудом выговаривая слова под магическим давлением.

С угрожающей ухмылкой Твайлайт ответила: "Да так, небольшая городская перепланировка и, видимо, передача улик".

Она почувствовала, как ее ухмылка стала немного злее, когда Найт начала понимать ее план.

Визуализировав цель и захватив ее магией, Твайлайт тривиально произвела в уме необходимые расчеты. Она с трудом сдерживала смех. Это будет здорово.

Найт направила магию пегаса через свои крылья, захватывая воздух, чтобы уменьшить ударную волну, которую должен был вызвать такой большой перемещенный объем. Не заботясь о Страже, она защищала только Твайлайт и Кэндис.

Раздались две ослепительно яркие вспышки пурпурного света и грохот вызова телепорта.

Ветерок, вызванный появлением чего-то огромного, привел гривы и хвосты всех пони в полный беспорядок. Твайлайт почувствовала жеребячье ликование, когда медленно вращала аппартаменты Кэндис появившиеся в воздухе перед ними.

Это слышали, наверное, все пони в Кантерлоте. Она тщательно сформировала границы эффекта телепортации, чтобы он был громким, но не разбил ни одного окна.

Испуганный трепет охранника только добавил ей радости. Она использовала свой особый талант, и ее мастерство было признано. Этого было достаточно, чтобы сделать счастливой любую пони.

Кэндис окинула взглядом парящую комнату. Она была не массивной, как Звездопад, но все же больше. "Ты же не собираешься уронить ее на него?" — спросила Кэндис с едва уловимым оттенком шутки.

"Я бы не хотела испачкать твои вещи его кровью", — ответила Найт.

Твайлайт наблюдала, как Страж слегка дрожит, она не знала, слышит ли он еще что-нибудь или только читает по губам.

Притворившись, что задумалась на мгновение, Кэндис ответила: "Справедливо".

Твайлайт почувствовала, как вибрирует ее ожерелье. Это было очень похоже на смех.

"Ну что, Кэндис, хочешь перекусить или мы пойдем домой?" — спросила Твайлайт, уходя рысью, унося с собой секцию здания так непринужденно, словно это был пакет с покупками.

Твайлайт чувствовала себя немного смущенной, но Найт не позволила ей показать этого, поскольку все больше пони выглядывали из своих окон или выходили на улицу, чтобы понаблюдать за происходящим. С каждым шагом ее смущение сменялось чувством выполненного долга. Она могла сказать, что и Найт, и Нова одобрили ее.

Кэндис посмотрела на кусок здания: "Ты могла бы просто забрать мои вещи и оставить здание нетронутым. Я как раз собиралась пойти и забрать все это, так как у меня буквально всего несколько вещей, которые поместились бы в седельную сумку".

"Это больше похоже на заявление", — ответила Найт тоном, не терпящим возражений.

"Хватит домогаться до своего нового охранника?" — спросила Кэндис, подняв бровь.

"И единственная причина, по которой они не раздавлены под властью железных копыт, от которой они никогда не смогут сбежать, это потому, что мы решили править доброжелательно", — ответила Найт.

Твайлайт на мгновение с сомнением бросила взгляд в сторону дворца. Шепотом она сказала: "Или, по крайней мере, я надеюсь, что это правда".

Кэндис ответила: "Я тоже на это надеюсь. Однако я не могу отделаться от мысли, что это может быть просто приятным наваждением".

Звук скачущих копыт и лязг доспехов заставил Твайлайт подергать ушами. Она заговорила шепотом: "Похоже, у нас появился небольшой фан-клуб. Целый отряд солнечных гвардейцев направляется сюда. Они будут с нами через несколько минут".

Почти так же тихо Кэндис спросила: "И что ты собираешься с этим делать?". Ее тон казался забавным.

"Я размышляю над тем, стоит ли позволить Ночной страже, следующей за нами, разобраться с ними", — сказала Найт, кивнув головой в сторону одной из близлежащих теней.

"Или мы можем просто поговорить с ними или просто телепортироваться домой", — добавила Твайлайт. Она знала, что охранники Луны будут защищать ее, если она попросит. Если бы это было несколько дней назад, она, возможно, позволила бы им. Теперь же, когда отношения с Селестией понемногу улучшались, она не хотела устраивать слишком большую сцену. Она мысленно проанализировала то, что только что сделала. Возможно, я и хочу устроить сцену, но не конфликт. Она задумалась.

Пока ты не начнешь называть себя великой и могущественной, все будет в порядке, — игриво прокомментировала Найт, прежде чем перевести взгляд на Кэндис и произнести вслух. "Что думаешь?"

"Ты — принцесса, хотя если дать им возможность высказаться, то потом будет легче. Может быть, даже отремонтировать здание, с которым ты вообще-то не должна уходить, если нет чрезвычайной ситуации третьего уровня или выше", — ответила Кэндис.

Я почти уверена, что разгневанный аликорн считается гораздо хуже", — сказала Найт, почти сдерживая усмешку в голосе.

"Да, но это применимо только в том случае, если ты реагируешь на чрезвычайную ситуацию, а не вызываешь ее", — возразила Кэндис.

"О, хорошо. Я поняла твою мысль. В следующий раз я просто казню их за неуважение", — ответил Найт. Если бы не тот факт, что Твайлайт чувствовала, что Найт шутит, она бы прокомментировала. Вместо этого она просто наблюдала за тем, что будет делать Кэндис.

"Это совсем не то, к чему я клоню. Ты знаешь это", — ответила Кэндис безэмоциональным тоном.

"Найт, не будь такой", — сказала Твайлайт вслух, решив, что должна подавать хороший пример. Кроме того, у нее была идея. "Все, что нам нужно сделать, это подать нужные бумаги к концу недели, и все будет в порядке".

Мысленно насмехаясь, Найт ответила: "Ты и твои документы". Твайлайт проигнорировала ее.

Кэндис на мгновение посмотрела на Твайлайт. Ее лицо выражало признательность за поддержку. Она видела, что Кэндис все еще привыкает к мысли о том, что несколько разумов контролируют их общее тело. Как обычно, Кэндис быстро адаптировалась.

Твайлайт достала из кармана несколько свитков и начала заполнять формы. За сорок секунд, оставшихся до прихода стражи, она успела использовать двадцать перьев. Твайлайт не могла сравниться с Рэрити в точности контроля, но, сделав шаг назад от управления своим телом, она смогла приблизиться к этому.

Найт посмотрела на Кэндис и сказала шепотом, взяв тон, в котором звучало чуть больше Найтмер и чуть меньше Твайлайт. "Эти Солнечные Стражи жалкие. Если бы я действительно хотела причинить им вред, половина города уже исчезла бы".

Кэндис ответила: "Да, но Солнечная гвардия не обучена и даже не предназначена для борьбы с угрозами уровня аликорна. Они должны были выводить гражданских из-под удара, а не бросать свои жизни на произвол судьбы, пытаясь остановить аликорна".

"Значит, они были плохо обучены, либо так, либо моя… Селестия не хотела, чтобы существовали силы, которые могли бы иметь шанс остановить ее", — ответила Найт.

"Скорее всего, последнее. Луна готовит меня стать ее чемпионом. Я еще не знаю, насколько способной я окажусь в итоге", — добавила Кэндис.

Перо на мгновение замерло. "Может, вы двое перестанете жаловаться на аликорна, которая управляет этим городом, она может вас услышать?" — прошептала Твайлайт, прежде чем вернуться к своим бумагам.

Найт глубоко вдохнула, и Твайлайт вернула свое внимание к чувствам тела, чтобы понять, что привлекло ее внимание. Это был безошибочный запах сеногамбургеров и другой нездоровой пищи.

Найт начала величественную, но быструю прогулку к своей новой цели.

За углом перед ними в полном порядке огибали угол бронированные фигуры трех десятков пони. Твайлайт видела, что их строй был четким и официальным. Даже Твайлайт могла сказать, что они должны были находиться на парадном плацу, а не вблизи реальной угрозы. Дюжина более умных, лучше оснащенных единорогов, которые занимали позиции на крышах окружающих зданий, скорее всего, представляли большую угрозу.

Когда-то эта ситуация могла бы обеспокоить ее, либо из-за смущения, либо из-за страха. Но теперь ее разум спокойно оценивал ситуацию, составляя план действий из различных заклинаний и вариантов боя.

Твайлайт мило улыбнулась. "Здравствуйте, джентльмены, я не просила сопровождения для такого незначительного поручения, но я благодарю вас за ваше усердие".

Твайлайт слышала, как Найт смеется в ее голове. Когда они работали вместе, все складывалось как нельзя лучше.

Стражники остановились, как будто наткнулись на стену. Твайлайт представила себе, что это, должно быть, было очень красивое зрелище — видеть принцессу аликорнов, прогуливающуюся с частью здания, и добавить к этому ее дружеские слова. Интересно, это так близко к тому, чтобы вызвать у пони такую же реакцию, какую иногда провоцирует Пинки?

Даже не думай об этой кобыле, иначе ты можешь вызвать ее, — предостерегла Найт.

Для этого нужно произнести ее имя вслух… обычно, — слабо закончила Твайлайт, вспомнив, что услышала Пинки после того, как в ее ментальной библиотеке было дано обещание Пинки.

Твайлайт поднесла заполненные бумаги к явному лидеру стражников. Они просмотрели каждый лист по очереди. Охраняемые вооруженные пони выглядели беспокойными. Очевидно, они ожидали неприятностей, ожидали драки, но ничего не нашли.

Кэндис, со своей стороны, просто села и заняла довольно непринужденную позицию охранника рядом с Твайлайт.

"Итак, если больше ничего нет?" — сказала Найт.

"… Кажется, все в порядке", — сказал лидер отряда.

"Сэр, вы же не всерьез?", — спросил один из лейтенантов.

"В законах сказано, что принцессы могут делать все, что захотят, с принадлежащими им домами, и любые дополнения должны соответствовать местным постановлениям… там ничего не сказано об удалении элементов".

"Она забрала всю квартиру", — в отчаянии сказал лейтенант.

Твайлайт сохранила на лице милую улыбку и двинулась мимо них. Протянув свою магию, она забрала всю квартиру из физического мира, поместив ее в новый карман. Что ж, это было удивительно легко, — подумала она.

Найт снова взяла управление в свои копыта, направив их прямо к ближайшему гамбургеру.

На этот раз мысленно смеялась Твайлайт. Сегодня был отличный день.

* * *

"Ааа, привидение!" — пони убежал при виде Твайлайт. Это была не та реакция, которую она обычно получала. Остальные покупатели теперь были сосредоточены на ней.

Кэндис только сделала фейсхув: "Видимо, кто-то из пони не читал опровержение".

Пони расступились перед ними, когда они вошли внутрь. Очередь отошла в сторону. Твайлайт благодарно кивнула тем, кто пропустил ее вперед. Как только они подошли к стойке, Найт заказала тридцать сенобургеров.

Как только их язык ощутил вкус, Найт, казалось, потеряла способность думать. Да, они были вкусными, но не настолько.

"Хочешь?" — спросила Твайлайт, поглощая пятый бургер. Кто бы мог подумать, что Найтмер Мун можно победить простой тарелкой сенобургеров, — подумала Твайлайт. Найт не ответила.

"Я могла бы съесть парочку", — ответила Кэндис.

Твайлайт указала крылом Кэндис, чтобы та села и отведала. Найт все еще наслаждалась вкусом и не замечала, что теряет часть своих желанных сенобургеров.

Кэндис заплатила и взяла себе напиток. Работники, видя, с кем она пришла, не высказали никаких претензий.

Еще три сенобургера погибли.

"Так это считается свиданием?" — в шутку спросила Кэндис.

"Хм?" — еще один сенобургер безвременно погиб, когда Твайлайт наложила невидимое заклинание уединения. "А ты бы хотела, чтобы это было так?"

Кэндис посмотрела на Твайлайт: "Я бы хотела пригласить тебя на свидание, показать тебе несколько мест, которые я нашла во время путешествия по Эквестрии, поделиться историями. Провести ночь в звездном небе с хорошими книгами перед камином. Что скажешь? Звучит неплохо?"

Твайлайт долго смотрела на Кэндис. Перед ней стояла кобыла, которая была проклята или благословлена тем, что была создана только для нее. Отказываться от нее было бы все равно, что пытаться сказать рыбе, что она может избавиться от привычки дышать водой. Тот факт, что эта кобыла была почти так же привлекательна, как Дримс, и могла бы стать еще привлекательнее, если бы приложила немного больше усилий к своей внешности, не сделало ситуацию менее сложной.

Твайлайт кивнула: "Думаю, мне бы этого очень хотелось… Я просто не уверена, когда будет время… И я не уверена, что некоторые из моих друзей будут рады, если я буду стараться выкроить побольше времени".

Заклинание уединения изменилось, добавив к нему эффект иллюзии, и Твайлайт протянула крыло и провела им по крылу Кэндис. Кэндис улыбнулась. "Было бы здорово узнать тебя получше… Ты, кажется, знаешь меня лучше, чем я тебя, да, ты рассказала мне свою историю, но это не одно и то же", — сказала Твайлайт.

Кэндис, все еще улыбаясь: "С удовольствием. Мы могли бы немного поболтать, чтобы с помощью Луны провести больше времени. Пообщаться в царстве снов".

"Извини… Это то, что не сработает… Я больше не вижу снов", —  ответила Твайлайт.

"Как это? Луна видит", — возразила Кэндис.

Твайлайт была любопытна, но и немного обеспокоена: "Будучи аликорном… Я оказываюсь там, где моя… другая семья. Я не знаю, как много Луна рассказала тебе… И как много я должна говорить".

"Может быть, нам стоит поговорить об этом с Луной. Возможно, ты просто что-то упускаешь. Луна — аликорн, и мы разговариваем в царстве снов, так что я знаю, что это возможно", — добавила Кэндис. Она надеялась, что сможет быть ей действительно полезной.

"Она — аликорн снов…" — сказала Твайлайт.

"Да, а значит, ее лучше всего спросить об этом. Стоит попробовать. Если “ничего нельзя сделать”, то ты ничего не потеряла. Или ты можешь узнать что-то новое об аликорнах, и если это что-то новое, то мы оба выиграем время вместе", — добавила Кэндис.

"Она уже давно бы заметила и не поднимала этот вопрос", — сказала Твайлайт, стараясь не обнадеживать себя.

"Это не значит, что не стоит спрашивать, возможно, она просто ждет, пока ты привыкнешь к чему-то. Стоит ли потенциальная выгода того, чтобы спрашивать об этом своего суженого?" — заметила Кэндис.

Твайлайт написала на свитке и передала его одному из теней Ночной Стражи, находившемуся неподалеку.

Кэндис выглядела так, словно у нее были годы историй, которыми она могла бы поделиться с Твайлайт. "Не хочешь ли ты пока послушать о моих прошлых приключениях? Обычно я нечасто рассказываю о себе другим, но ты заслуживаешь знать, через что мне пришлось пройти".

"Знаешь, было бы проще, если бы ты просто превратила ее в книгу", — Найт дразнила вслух, чтобы Кэндис могла слышать.

"Я не против, чтобы ты читала меня, как книгу, но я бы предпочла не превращаться в нее", — сказала Кэндис с улыбкой на лице.

"Хм, на какую полку мне тебя поставить?" — задумчиво спросила Твайлайт.

"Возможно, нужна новая полка, это зависит от того, кто читает. Для одних это будут приключения, для других — драма. Для тебя, я надеюсь, секции магии/науки и романтики", — дополнила маленькую игру Кэндис.

"Или, может быть, секрет, полный тайных удовольствий?" — спросила Найт.

"Я дам тебе все удовольствия, какие ты только пожелаешь, тебе нужно только сказать мне, что ты этого хочешь. Это касается всех вас. Мне неловко за то, что случилось с Новой. Я бы хотела когда-нибудь загладить свою вину перед ней", — заявила Кэндис немного мрачным голосом.

"Дар хороший" — ожерелье выстукивало слова.

"Я очень рада, что ты придумала это ожерелье, оно не просто гениально, оно удивительно и полезно не только в одном смысле". Кэндис провела пером по кристаллу. "Ты чувствуешь это, Нова?"

Нова ответила "Нет".

Кэндис привлекла внимание Твайлайт. Она заметила, что Найт и Нова тоже слушали с интересом.

"Чего хочет каждый из вас? Как далеко вы хотите зайти? Что я могу сделать, чтобы угодить каждому из вас?" —  спросила Кэндис.

"Ты хочешь, чтобы Нова что-то почувствовала?" — спросила Твайлайт.

"Было бы неплохо", — просто ответила Кэндис.

"Тогда нам нужно пойти в другое место", — заявила Твайлайт.

"Зачем?" — спросила Найт, махнув крылом в сторону толпы. "Они ничего не могут обнаружить".

"Лучше в другое место", — добавила свой голос Кэндис.

Найт быстро кивнула и зарядила рог Твайлайт теневой магией. Вспышка магии, и они исчезли.

* * *

## 32.4 День Блюблада

* * *

Блюблад чувствовал, что у него кружится голова. Каким-то образом он обнаружил себя стоящим перед зеркалом в ванной. Глаза его отражения были усталыми, шерсть — неухоженной, а грива выглядела так, словно больше подходила фермерскому пони или кому-то еще. Потребуется время, чтобы все исправить.

Он попытался вспомнить, как он здесь оказался, почему именно сейчас стоит перед зеркалом. Он не мог, но другие мысли плясали перед его мысленным взором. Он вспомнил, что, возможно, слишком много выпил после получения письма Луны. Наглость этой кобылы, диктовавшей ему такие условия, была неприемлемой. Хотя чем больше он думал об этом, тем меньше понимал, почему он был настолько недальновиден, что спровоцировал двух аликорнов. Было похоже на то, что его мозг работал с какими-то слепыми пятнами, чтобы он сам навлекал на себя неприятности.

"Принц Блюблад, для меня большая честь наконец-то познакомиться с вами". Чарующий голос кобылы звучал властно и благородно.

Блюблад поднял голову, даже в таком состоянии он сохранил самообладание и грацию. Он не паниковал и не торопился. Они обращались к нему правильно, и в их тоне не было злобы, так что опасность, скорее всего, не грозила.

В зеркале он увидел другую пони. Она была красива, ухожена. Элегантность, которой многие никогда не могли достичь, сколько бы денег ни потратили на заклинания улучшения и частные уроки. Ее идеально ухоженный вид только подчеркивал нынешнее положение Блюблада. Ее шерсть была тончайшего платиново-белого цвета, а сапфирово-синяя грива была уложена так, что даже он мог сказать, что на уход за ней уходят долгие часы.

Со вкусом подобранные украшения только подчеркивали ее красоту и говорили о том, что пони в его положении не должны стыдиться своего присутствия. Но все это не объясняло, почему она оказалась здесь, в его ванной, именно в этот момент.

Он уже собирался выдать резкий комментарий, но потом передумал. Она была здесь, минуя всех его охранников, минуя все охранные заклинания. Она была либо очень могущественной, либо приглашенной. Учитывая, что он даже не мог вспомнить, что делал до того, как оказался здесь, он придержал язык. Лучше промолчать, чем оказаться дураком.

Он встретил ее взгляд в зеркале, сохраняя ровное самообладание. Его взгляд требовал ответа. Слегка изменив выражение лица, он понял, что просьба может превратиться в требование, но пока не было необходимости быть таким грубым.

"Я Платинум Чек", — заявила кобыла в зеркале. Казалось, она изучала его, ожидая, когда он сделает выбор.

Ему хотелось узнать больше, но он почти знал, что не может показаться слабым или неосведомленным. Такие вещи только повредили бы его положению с этой кобылой, какой бы ни была правда об их положении. "Доброе утро, Платинум Чек. Могу ли я спросить, почему ты искала меня до того, как я приготовился встретить день? У тебя что-то срочное?"

"Срочное? Да. Но не в том смысле, о котором вы подумали. Я слуга принцессы Платины. Я проверяю и подтверждаю право пони на первородство. Если оно подтверждается, то я помогаю им". Она говорила изящно и ровным тоном.

Блюблад впустил в свой голос намек на классическое благородное презрение. "Ты принимаешь меня за дурака? Ты не аликорн, как ты можешь стоять здесь и утверждать это, и ожидать, что я поверю, что ты служила принцессе Платине?"

"Я давно пожертвовал своим телом и магией. Мой разум здесь. Мое тело давно разложилось". Она сказала это с той же бесстрастностью в голосе.

Он оглянулся, собираясь прокомментировать. Кобылы там не было, остальная часть комнаты лишь своей роскошью делила с ним пространство. Он несколько раз моргнул и покачал головой. Неужели я схожу с ума? — подумал он, возвращая взгляд к зеркалу. Ему действительно стоит что-то сделать со своей внешностью.

"Нет, его забрала у тебя Селестия много лет назад", — заявила она, в ее голосе звучало искреннее раскаяние.

Он замер, снова раздался этот голос. Подняв взгляд, он увидел идеально ухоженную белую шерсть, царственный рог и лучистые серебряные глаза.

Эти глаза заворожили его, что-то в них притягивало его. Ее сожаление по поводу своих слов было либо правдой, либо она была одной из лучших в игре лжи и манипуляций, которые часто практиковали дворяне. "Могу ли я попросить тебя объяснить это?" — спросил он. У него было много вопросов, на которые он должен был получить ответы, прежде чем довериться словам того, что могло быть заблуждением. Возможно, это одна из манипуляций тетушки Луны со снами, данная в качестве наказания или розыгрыша за мои необдуманные слова, которые привели к тому, что я неожиданно искупался в фонтане.

"Конечно, и ты мудро поступил, не поверив мне сразу, хотя это и не сон. Селестия запечатала твою силу, когда ты был еще маленьким жеребенком. Ей не нужна была твоя сила, поскольку она представляла для нее угрозу. Если бы ты обрел свое право первородства, то аликорном стал бы ты, а не ее рабыня, Твайлайт".

В зеркале его отражение изменилось, показывая то, что могло бы быть, — высокого царственного жеребца перед ним.

Сон был привлекательным, он снился ему уже много раз. В тот раз, когда он рассказал его тетушке Селестии, он не мог отделаться от ощущения, что она смеется над ним.

"Ты вспомнил об этом только сейчас, потому что я сняла блок с этого воспоминания. Селестия поставила его, чтобы помешать тебе узнать то, что должно было стать твоей судьбой".

На мгновение он снова стал маленьким жеребенком, стоящим в затемненной комнате перед большим зеркалом. Он с благоговением смотрел на отражение стоящего перед ним высокого жеребца-аликорна. Он знал, что это зеркало предсказывает будущее, что оно означает, что он особенный, что он будет править. Чувство радости наполнило его. Он сможет сделать мир лучше под своим правлением и составить компанию своей тетушке. Ей, должно быть, так одиноко.

Селестия вздохнула. "Ты не тот, кого я ищу… такая потеря".

Белая кобыла зажгла свой рог. Блюблад закричал, когда муравьи заползли в его разум, пожирая его.

Боль пронзила Блюблада, когда он, спотыкаясь, отступил от разбитого зеркала. В его разбитых осколках он все еще мог видеть испуганного жеребенка, смотрящего на надвигающуюся Селестию. Он боролся, пытаясь успокоить недостойное дрожащее дыхание, он был благородным, он был принцем. Он был выше этого.

Одно за другим зеркала встали на свои места. Платина теперь стояла перед ним, как будто зеркало было просто дверным проемом или окном.

"Теперь ты видишь? Понимаешь ли ты, что эта белая кобыла украла у тебя?" — спросила Платинум Чек, голос которой был полон презрения и злости на действия, предпринятые против него.

Блюблад осторожно поднялся на копыта, стоя во весь рост. Несмотря на видение, его разум был ясен. С четкой дикцией и контролируемым, но уважительным тоном он ответил. "Я вижу только то, что может быть дешевым салонным трюком. Если я хочу в это поверить, мне понадобится нечто большее, чем простая иллюзия или заклинание ментального образа".

Тот небольшой факт, что он знал о таких заклинаниях и даже о том, как их произносить, заставил его задуматься: он не мог вспомнить, чтобы его когда-либо им обучали. Это был еще один факт, углубляющий тайну.

В ее голосе не было упрека: "Я и не жду от тебя этого. Я сочла бы тебя дураком, если бы ты так поступил. Я бы научила тебя видеть эти вещи самостоятельно, но ты уже знаешь. Ты можешь найти печати, которые она там поставила. Почувствуй ее подпись сам. Но не снимай печать своей магией. Она узнает и убьет тебя, если ты это сделаешь".

Блюблад хотел насмехаться. Он никогда не мог войти в медитативное состояние, позволяющее ему увидеть свой источник, ему просто не удавался этот фокус. Или, по крайней мере, то, что он думал, было правдой, но медленно то небольшое понимание, которого ему не хватало, просто проплывало в его сознании, как будто он всегда это знал.

Закрыв глаза, он позволил своим чувствам обратиться вовнутрь. Перед ним сидел его источник, маленький и жалкий на вид. Из-за него он был вынужден использовать свои копыта для переноски тяжестей. Один только вид его возмущал его. Как мог пони с его выдающейся родословной быть таким слабым?

Он чувствовал, что медитация не удается. Сделав успокаивающий вдох и мысленно перефокусировав себя, он подождал, пока видение перед ним стабилизируется. Платина сказала искать сигнатуру Селестии, это должно быть просто, он сталкивался с ней почти каждый день.

Медленно он осознал, что рядом с ним находится горящая масса. Посмотрев в ту сторону, он почти ослеп. Огромное яркое ядро магии было окутано золотыми цепями. Каждый раз, когда его глаза пытались сфокусироваться на одном из участков, инкрустированных рунами, он на несколько секунд забывал, что делает.

Мало того, что большая часть его силы была запечатана, печать была заколдована так, что даже если бы он нашел ее, то забыл бы о ней. Вопрос был в том, почему он вспомнил именно сейчас?

"Потому что я не даю воспоминаниям быть запертыми", —  сказала кобыла, в ее голосе чувствовалась напряженная концентрация.

Он отвернулся от большей части своей силы и цепей солнечной магии. Он даже не пытался понять, как ему удалось так легко определить аспект магии, связывающей его силу. Ему нужно было сделать одно испытание. Здесь можно было сделать то, что голос не мог подделать.

Он подошел к тому, что считал своим источником. Осторожно он опустил к нему свой рог. Подключение к собственному источнику обычно не делалось, так как это могло привести к трате большого количества энергии, но это был единственный тест, который он мог придумать.

Его внимание вернулось в реальный мир, рог болел. Магическая сфера умеренного размера медленно распадалась, ее дикое и нестабильное свечение заливало комнату чужим светом. Без этого трюка с посредничеством и его действий он никак не смог бы удержать столько магии на своем роге.

Он потратил по меньшей мере полминуты, размышляя о последствиях: за то время, пока он размышлял, испарилось более трех четвертей его магии. Вот почему этот метод почти никогда не использовался. Первая четверть магии, удерживаемой таким способом, терялась в первые несколько секунд. Он помнил, как Селестия учила его на уроках, которых, как он думал, у него никогда не было.

Он быстро втянул всю магию, на которую был способен, обратно в свой рог, заставив ее вернуться в источник. Он не мог позволить себе тратить ее впустую. Он просто надеялся, что у него осталось столько таумов, сколько нужно для оттиска политических бумаг, которые он должен был сделать сегодня.

Значит, по крайней мере, то, что Селестия запечатала мою магию, правда, — подумал он про себя в непривычной аналитической манере.

"Ты можешь найти печати и на своих воспоминаниях. Я могу снять их, но, думаю, ты узнаешь больше, если сделаешь это сам", — посоветовала Платинум Чек.

"Господин, ваша карета здесь", — позвал голос одного из его слуг.

Сегодня он должен был посетить встречу с некоторыми дворянами и Селестией, и если он не уедет в ближайшее время, то опоздает.

И снова ему захотелось, чтобы его магия была достаточно сильна, чтобы просто произнести одно из заклинаний груминга, чтобы все сделать в мгновение ока. Не было времени собирать подходящих пони, чтобы причесаться и привести себя в надлежащий вид. Ему пришлось бы спешить, а это привело бы к тому, что он выглядел бы не лучшим образом.

Не принадлежащая ему магия начала его приводить в порядок: грива и хвост легли на место, шерсть стала идеально расчесанной.

* * *

Поездка в карете во дворец была очень познавательной. Было так много мелких деталей о внешнем мире и пони, которые он обычно не замечал. Был ли он просто слеп раньше? Может быть, его слишком отвлекали другие вещи?

Платинум в основном молчала, предоставляя ему возможность самому решать, но он все равно чувствовал ее присутствие. Как будто она была рядом, заглядывая ему через плечо, всегда готовая прокомментировать или высказать свое мнение.

Единственное, что она сказала во время поездки, запомнилось ему. "Если тебе нужны доказательства моих утверждений, просто побудь рядом с Селестией подольше. Я защищу тебя от ее магии разума, но ты все равно ее увидишь".

С этим прекрасным и совершенно обнадеживающим заявлением он покинул карету. Перед ним предстал внушительный и идеально ухоженный дворец.

Пегасы-охранники, как всегда, расступились перед ним, и даже на их лицах читалось презрение. Казалось, ничто не отличалось от обычного, так неужели они всегда так на него смотрели?

Да, Селестия сделала тебя слепым к некоторым вещам. Это привело к тому, что ты совершил критические ошибки, — дополнила его мысли кобыла в его голове.

Обойдя стражников, он ответил: "Похоже, она хочет, чтобы я стал посмешищем".

Это соответствует ее планам. Тебе не нужно говорить вслух. Я слышу твои мысли. Если ты обратишься ко мне, я отвечу, — слегка назидательно сказала она.

Ты ведь знаешь, что подобная магия разума запрещена? — прокомментировал Блюблад, просто чтобы увидеть ее реакцию.

Конечно, Селестия — единственная, кому разрешено ее использовать. Она держит своих маленьких пони под контролем. Не верь мне на слово. Посмотри сам, когда увидишь ее в суде. Посмотри, как часто она случайно использует ее для просмотра воспоминаний ради собственного развлечения. — ответила Платинум. Ее отвращение было очевидным.

Следующая группа охранников, оба единорога, почтительно склонили головы и открыли перед ним дверь. Блюблад автоматически кивнул в ответ, и ему даже не пришлось прерывать шаг.

Он почти вырос во дворце, и ориентироваться в его сложных залах и переходах было для него простым делом. Если то, что вы говорите, правда, то как ей это сходит с копыт? Наверняка маги призвали бы ее к ответу за злоупотребление магией?

У них такие же шоры, как и у тебя, пока я не сняла их с тебя. Они не видят этого, потому что она не дает им этого увидеть, — Платинум почти шипела.

Он сделал паузу, обдумывая свой ответ. Его рог начал чесаться, что было несколько странным ощущением. Еще несколько шагов, и он почувствовал давление, как будто что-то с огромным магическим весом двигалось к нему. Он не мог припомнить, чтобы раньше чувствовал что-то подобное.

Сначала за углом появилась книга в пурпурной ауре. Вскоре за ней последовала лавандовая аликорн, которая читала эту книгу. Она оторвала взгляд от страниц, только раз заметив его присутствие, а затем проигнорировала его, словно он был ниже ее внимания, как насекомое.

С учетом того, что ты сделал в прошлом, извинись, она нужна тебе на твоей стороне. Она испытывает очень сильную неприязнь к Селестии. Сделай это правдоподобно, — быстро сказала Платинум. В ее голосе звучала убежденность, не оставляющая места для спора.

С каждым движением копыт, приближающим ее, он чувствовал, как усиливается магическое давление. Она сдерживала свою силу, и все же находиться на расстоянии десяти шагов от нее было как-то неуютно. Если она соприкоснется с ним рогами, он мог только представить, какую боль испытает.

Зачем она нам нужна?

Она освободилась от ментальных манипуляций Селестии. Она может помочь тебе, и она уже не тот инструмент, которым была раньше. Я вижу в ней гнев на Селестию, а если ты собираешься выступить против аликорна, тебе нужен аликорн на твоей стороне, — сказала Платинум.

В голову пришла тысяча возражений о том, что принцесса из простонародья не нужна, или о том, как смеет недостойный быть вознесенным на такую высоту. Большинство его жалоб теперь казались ему глупыми или даже жеребячьими. Аликорн есть аликорн, и неважно, кто его родители. Твайлайт получила лучшие баллы по магии в школе его тети, а потом вознеслась. У нее было больше власти, чем у всех остальных дворян вместе взятых. Она была ходячей силой природы, и он это чувствовал.

Блюблад просто уставился на Твайлайт. Как он был настолько недальновиден, что рискнул оттолкнуть аликорна? Она будет существовать гораздо дольше, чем он, и может разрушить любое его наследие всего несколькими словами.

Она приближалась все ближе и вот-вот должна была пройти мимо него. Ее запах был насыщен запахами маленького города и других пони. Из-за этого и отсутствия одежды или королевских регалий любую другую пони выгнали бы из замка, но ей это, похоже, шло больше. Она не была далекой и величественной правительницей, которая только и делает, что сидит на своем троне. Она была кобылой действия, которая много раз спасала мир.

Это было еще одним доказательством того, насколько он был глуп. Один только факт, что она спасла мир, должен был принести ей немалое количество внимания от него самого и других дворян.

Он почти упустил время. В тот момент, когда она уже собиралась пройти мимо него, он заговорил. "Мне жаль, принцесса. Я приношу свои извинения за свое поведение. Это было очень неподобающе для моего положения", — Блюблад почтительно поклонился.

Твайлайт на мгновение замерла, прежде чем элегантно повернуться к нему лицом. Это была не кобыла из маленького городка, не книжный библиотекарь. Перед ним стояла принцесса с царственным взглядом. "Твое положение племянника Селестии, возможно, оградило тебя от последствий". Твайлайт улыбнулась. "Тем не менее, спасибо, я принимаю твои извинения". Она начала уходить: "Боюсь, у меня есть дела. До следующей встречи, принц Блюблад".

Молодец. Возможно, на данный момент это было политикой, но это первый шаг. Твой комментарий о гибридах принес тебе то, что ты заслужил, но это не должно так оставаться, — заявила Платинум.

Но гибриды неестественны. Если бы это было не так, с чего бы их собственная магия пыталась их убить? — он спросил из интереса, а не из слепого трайбализма. Для него они казались лишь проклятием, приносящим боль и страдания их семьям. Мертворожденный или искалеченный жеребенок — это не то, чего заслуживает любой пони.

Гибриды ближе к тому, чтобы стать аликорнами, чем другие пони. Та, которую вы и другие дворяне все время пытались изгнать из РСКГ? Она на самом деле функциональный гибрид и доказательство того, что это может работать. Что бы ни руководило развитием пони, похоже, что с ней оно наконец-то пошло правильно. То, что остальные не смогли работать, не означает, что они — отродье, просто симптом болезненного роста вида. Я не удивлюсь, если врачи имеют какое-то отношение к тому, что они не выжили, — она сказала это с растущим отвращением.

То есть ты хочешь сказать, что что-то пытается и терпит неудачу в попытках произвести больше аликорнов, а вся эта боль и страдания, причиняемые гибридам, — всего лишь последствия, о которых не заботятся?

Да. И тот факт, что для достижения одного успеха потребовалось так много гибридов, указывает на то, что им что-то мешает. Сейчас это не так важно, но я готова поспорить, что если бы ты проработал в больницах достаточно долго, то увидел бы, как врачи неправильно лечат гибридных жеребят. У меня нет ничего, кроме моего опыта, но если ты действительно заинтересован в том, чтобы помочь им, может быть, тебе стоит проверить больницы и посмотреть, что происходит, когда врач лечит гибрида. Это зависит от тебя.

Учитывая, как серьезно благородные семьи относились к своей родословной, такая вещь имела смысл. Иметь гибрида в такой чистокровной семье было бы позором. В них не должно быть крови других племен, по крайней мере, так гласила их родословная. Если бы родился гибрид, его, скорее всего, заставили бы тихо исчезнуть.

Не будет никаких больниц, только тихий визит ночью, и "проблема" будет решена. Существовала большая вероятность того, что большинство гибридов, предназначенных для усыновления, были просто выброшены, возможно, даже из благородных семей. Тогда понятно, почему заклинания, позволяющие определить родословную, были полностью запрещены.

Блюблад рысью направился к месту назначения, он слишком долго стоял на месте, и ему повезло, что он не опоздал.

* * *

Зал заседаний был прекрасен. Блюблад всегда воспринимал его как нечто само собой разумеющееся. Казалось, что он видит это впервые.

В каком-то смысле так и есть. Впервые без шор на глазах, — добавила Платинум.

Он успел занять свое место как раз вовремя, чтобы услышать отчетливые голоса стражников, объявляющих о присутствии его тетушки. Блюблад все еще был в замешательстве: с ним что-то сделали, и, похоже, это была магия Селестии, но он не мог быть уверен.

Селестия вошла в комнату, ее магия была теплой и успокаивающей, но почти удушающей. Он чувствовал себя так, словно счастливо утонул в удобной постели, если такое вообще возможно. Телом она была идеальной пони, белая шерсть, грива развевается на невидимом ветру. Все в ней казалось идеальным. От самого привлекательного в мире рога на ее голове до крыльев, которые явно были красивыми, так что даже такой единорог, как он, мог увидеть их привлекательность.

Если бы не вечная материнская улыбка на ее лице, она считалась бы более желанной, чем Кейденс. Как могла кобыла, выглядящая как она, сделать что-то настолько плохое, как предполагала Платинум?

Преамбула и все представления к суду заняли гораздо больше времени, чем, вероятно, было необходимо. Это была всего лишь быстрая встреча, а не полноценное заседание. Блюблад мог припомнить не один случай, когда более четырех часов уходило на выбор бутербродов для следующей встречи или другие бессмысленные вопросы.

Он почувствовал, как внимание Платинум на мгновение переключилось на окно.

На полуслове рог Селестии вспыхнул. Вдоль одной стены возник барьер из золотистого света, закрывший окна.

Селестия встала на копыта, и комната наполнилась ее магией. Некоторые из парящих в воздухе массивов имели смысл, но было трудно думать из-за боли в роге и магического давления, прижимающего его к земле.

Солнечная принцесса холодно подошла к окну, не обращая внимания на панику других дворян. Неужели они не видели, что на принцессу напали? О чем они думали? Пытались встать у нее на пути и замедлить ее реакцию?

Блюблад уловил холодное бесстрастное выражение лица Селестии. Она выглядела так, словно могла растоптать любого пони, который не уберется с ее пути. К счастью, ее рог без вреда убирал тех, кто оказывался на ее пути. Рогу Блюблада показалось, что магия разочарована тем, что ее приходится сдерживать.

Через несколько секунд магия Селестии начала ослабевать. Сила, прижимавшая его к земле, потеряла свою хватку. Блюблад не мог не подойти поближе и не посмотреть.

Снаружи, недалеко от благородного района, в воздухе парила часть здания, окруженная пурпурной аурой. Это была магия Твайлайт.

"Почему моя бывшая ученица была вынуждена предпринять такие действия?" — Селестия окинула взглядом комнату. Это не был взгляд любящей материнской кобылы, к которому он привык, управляя страной. Этот взгляд был намного суровее, он заставил его почувствовать себя жеребенком перед ней.

Голоса благородных зазвучали громче, желая знать, что происходит, требуя ответов. Некоторые даже осуждали ее за то, что она разговаривает с ними таким образом.

"Тихо". Селестия не повысила голос, но все повиновались. По очереди она окинула взглядом каждого из них.

Когда ее глаза встретились с глазами Блюблада, он почувствовал ее присутствие, проникающее в его разум. Его восприятие сместилось, и он увидел, как Платинум держит в копытах прекрасный драгоценный камень и смотрит на него, пока Селестия просматривает коллекцию его воспоминаний.

Очевидно, не найдя ничего интересного, Селестия перевела взгляд на следующего дворянина. Ментальное присутствие исчезло, к его облегчению.

Так продолжалось еще с тремя дворянами, пока ее взгляд не превратился в горящий оскал, остановившись на Ласт Ворд. "Почему ты сочла нужным сделать это? Ты пытаешься заслужить гнев моей сестры?" Она задумчиво хмыкнула. "Я разберусь с тобой позже". В очередной вспышке золотого света жертва Селестии исчезла.

Селестия подошла к своему трону. "Теперь все пони, пожалуйста, займите свои места".

"Принцесса…" — снова начала взывать толпа.

Произошла еще одна вспышка магии, и все вернулись на свои места.

Блюблад чувствовал, как магия Селестии окутывает всех пони в зале одновременно. Мысленно он видел драгоценный камень, который держала Платинум. Воспоминания последних десяти минут испарились, и начали формироваться новые образы. Образ того, чего не было, когда Ласт Ворд извиняется и покидает комнату под властью собственной силы, а не телепортируется Селестией.

Выражение лица Селестии снова стало совершенно безмятежным. Медленно дворяне начали говорить, каждый играл свою роль, следуя тому, что, как был уверен Блюблад, было фальшивым воспоминанием.

Он только что видел, как Принцесса использовала запрещенную магию. Минимальное наказание, которое она должна понести, — изгнание, а она использовала ее только для того, чтобы одержать победу в споре?

Остаток встречи прошел как в тумане. Он знал, что подвел некоторых своих союзников, забыв упомянуть о них или не подружившись с ними так, как следовало бы, но он был просто ошеломлен случившимся.

Когда пришло время уходить, он был искренне рад этому.

* * *

Блюблад только и мог, что не скакать галопом к своему поместью, делая шаг за шагом в той же царственной походке, к которой его приучили с самого рождения. Это сработало только потому, что стало второй натурой, благодаря долгим годам привычки.

После того как он перестал ощущать присутствие Селестии, в его голове снова зазвучал голос Платинум. Это произошло быстрее, чем я думала. Вся эта сила, и она использует ее для такой банальной вещи, как поддержание своего идеального образа. Представь себе, что еще она с этой силой сделала. Чьим воспоминаниям можно доверять?

Ему хотелось сглотнуть, все это все больше напоминало дурной сон. Я бы предпочел, чтобы ты лгала мне, и все это было неправдой… — ответил он. Учитывая то, что он чувствовал и видел, он не мог сомневаться в ее словах.

Мне очень жаль, что это не ложь. Я искренне желаю, чтобы твоя тетя была той, за кого ты ее принимаешь. Это моя работа, сама причина моего существования — заботиться о потомках принцессы Платины. Даже если бы это было не так, я бы хотела быть рядом с тобой. Я обещаю, я буду защищать тебя. Я буду рядом, — сказала Платинум  с явной печалью и решимостью.

Он почувствовал, как его обхватили копыта. Он не сразу понял, что его обнимают. Тепло от прикосновения было приятным, успокаивающим. Он не чувствовал этого уже целую вечность. Объятия были даже ласковыми.

Он приостановился, проверяя, нет ли кого-нибудь поблизости. Увидев, что он один, он ответил на объятия невидимой кобылы. Его глаза сфокусировались на отражении в золотом украшении, и он смог различить фигуру Платины, обнимающей его.

Его уши дернулись, услышав отдаленные шаги копыт. Он вздрогнул, разрывая контакт. В короткой панике он начал рысью возвращаться домой, вместо того чтобы ждать свою карету. Путь был недолгим, он мог добраться туда за несколько минут. Он задумался, зачем ему вообще понадобилась карета.

Мне так жаль, что она украла у тебя все, — сказала она, едва не разбив себе сердце.

Что нам делать? Кому мы можем рассказать? Если она так использует магию разума, то любой, кому мы расскажем, будет в опасности.

Твайлайт свободна от нее. Она использует руны защиты от магии разума, я чувствовала это. Думаю, она единственная, с кем можно безопасно поговорить, — предположила Платина.

Блюблад хотел сделать фейсхув. В памяти всплыли воспоминания о прошлом Гала. Он был таким занудой по отношению к белой кобыле, которая была ее подругой.

Думаю, придется потрудиться, прежде чем она захочет меня выслушать.

Тогда я предлагаю извиниться перед Рэрити. Это было бы хорошим началом. Если ты сможешь переубедить ее, то это поможет убедить принцессу Твайлайт оказать тебе доверие. Ты очень обидел эту кобылу, когда все, чего она хотела, это чтобы с ней обращались как с Леди. Если ты и вправду ее переубедишь, она, возможно, даже даст тебе еще один шанс. Если ты этого захочешь, — сказала Платинум с надеждой.

Охранники у его поместья были удивлены, увидев, что он рысит без кареты. Но быстро среагировали и открыли ворота, а затем и следующие двери. Все его охранники были единорогами, это была вопиющая брешь в его безопасности. Почему он так поступил?

Возможно, из-за трайбализма, привитого Селестией, — вмешалась Платинум.

Он на мгновение прервал свой мысленный разговор, чтобы обратиться к одному из своих охранников. "Пожалуйста, пошлите гонца в замок и сообщите каретной команде, что я в целости и сохранности дома и не буду нуждаться в них до конца дня", — сказал Блюблад официальным голосом.

Стражник выглядел потрясенным, но поклонился и повиновался. Блюблад пошел дальше. Но она утверждает, что против этого и даже написала законы, которые наказывают за это, — слабо запротестовал Блюблад. В этот момент он не удивился бы, если бы Селестия придумала Найтмер Мун, чтобы просто манипулировать пони или, возможно, в качестве испытания для своей драгоценной верной ученицы.

Войдя в свой дом и пройдя мимо кланяющихся слуг, он направился в свой кабинет.

И все же она до сих пор не устранила проблему в своей собственной Солнечной Страже. Это хорошо для общественного имиджа, но в местах, где безопасность действительно важна? Один гибрид, который был в ее Солнечной гвардии, в итоге ушел в Ночную гвардию Луны. Она служила в РСКГ в качестве делопроизводителя и аналитика данных, если твои воспоминания верны, — возразила Платинум.

Блюблад закрыл за собой дверь, направляясь к своему столу. Два листа бумаги были разложены на столе, чтобы он мог писать.

И все же посмотрите, что произошло, как только она оказалась под властью Луны. Она получила право стать четвертым избранным. Селестия растратила ее таланты. Луна — нет, и если то, что мне кажется, я видела в окне, верно, этот гибрид теперь личный охранник Твайлайт. Я не знаю наверняка, но все это указывает на то, что Селестия не хочет, чтобы гибриды были рядом. Я думаю, они могут представлять для нее какую-то угрозу. Нам нужно провести исследование, чтобы быть уверенными. Может быть, в Королевском архиве? — спросила Платина.

Блюблад положил на стол еще два чистых листа бумаги. Похоже, некоторые пони будут получать письма, которых они никак не ожидали получить, особенно от него.

* * *

## 32.5 День Элитрон

* * *

Элитрон казалось, что ее почти шатает на ходу. Она была переполнена слишком большой любовью, слишком сильными эмоциями. То, что хотя бы часть из них была направлена на нее, только усугубляло ситуацию. Забота и привязанность Литтл Стар к любому пони, который нравился ее матери, была совершенно искренняя, как у большинства жеребят. С тех пор как ее разбудил приказ королевы, у нее не было иного выбора, кроме как двигаться.

Только долгие тренировки и тренировки с использованием отвлечения не позволили другим пони заметить, что с ней что-то не так. Ну, кроме нового охранника Твайлайт, очевидно, она что-то выяснила. Однако, к счастью, она, похоже, считала Эмеральд одной из предательниц, а не верной и преданной улью.

Тут ей на помощь пришло ее обучение социальным манипуляциям. Она обдумала весь ущерб, который она могла бы нанести репутации Твайлайт, дав общественности понять, для чего она использует чейнджлинга. Это никогда не сработает. Магия Твайлайт слишком крепко держала ее язык.

Элитрон улыбнулась и помахала копытом окружавшим ее пони, стараясь не выдать своего выражения лица. Нельзя было допустить, чтобы они увидели, насколько изможденным может стать чейнджлинг, если дать ему слишком много эмоций.

Приказ королевы все еще не давал ей покоя. Шаг за шагом она шла к тому, что, по ее мнению, могло стать ее гибелью. Она хранила в себе столько любви, и Королева хотела ее получить. Это было бы проблемой, но что бы ни сделал с ней Твайлайт, это не защищало ее от приказа идти куда-то.

Часть ее разума быстро приходила в себя, теперь источники сильных эмоций были более отдаленными. Эта часть решила, что хочет запаниковать. Она не сможет ничего объяснить, а если слова принцессы все еще связывают ее, то она не сможет отдать любовь так, как должна была.

В памяти всплыло ощущение того, как Рейнбоу Дэш врезалась в стену. Если бы она была в своей истинной форме, то сейчас бы точно пыталась залечить трещины на своем панцире. Поскольку целительная магия пони была направлена на лечение их мягкого тела, она могла попасть в беду, пытаясь залечить трещины.

Если они узнают, кто она и зачем пришла, трещины в ее естественной броне будут наименьшей из ее проблем.

Оглядевшись, она заметила двух чейнджлингов, которые, как она знала, следовали за ней. Очевидно, королева не собиралась рисковать. Она несла достаточно любви, чтобы кормить весь улей по меньшей мере месяц.

Они там просто охраняют меня, или Королева уже сомневается во мне? — подумала Элитрон. Это проклятие, наложенное на нее Твайлайт, действительно станет ее погибелью.

* * *

Она незаметно для обычных пони проскользнула между двумя зданиями и скрылась в боковой двери. Поскольку Принцесса Дружбы была одним из самых могущественных магов на свете, почти все обычные уловки чейнджлингов не могли быть безопасно использованы. Это была простая маскировка: простая цветная ткань закрывала обзор сверху, а ящики и бочки укрывали от посторонних глаз.

Дверь быстро привела к лестнице, спускающейся в подвал. С каждым шагом она чувствовала, как нетерпеливые умы чейнджлингов внизу становятся все ближе.

Более крупный земной пони, очевидно, занимался организацией поставок здесь, внизу. Элитон знала, что он просто переставляет одни и те же коробки туда-сюда каждый день, и только кажется, что он чем-то занят.

Замаскированный охранник долго смотрел на нее, едва не пуская слюни. Несомненно, он чувствовал, сколько любви она несет в себе. Она помнила, как была юным чейнджлингом в процессе обучения, и каким событием было возвращение сборщика любви даже с четвертью этого груза.

За все свои два долгих года жизни она никогда не ожидала, что будет настолько успешной. Если бы не то, что сделала с ней Твайлайт, она могла бы получить почти бесконечную жизнь за свою службу, а не каждый месяц по прихоти королевы.

Она знала, что в главном улье есть по крайней мере дюжина яиц, готовых к тому, чтобы через несколько недель из них вырастили замену ей. Ей хотелось думать, что они будут не так хороши, как она, что она имеет достаточно ценности, чтобы ей позволили продолжать жить. Если бы она была пони, она могла бы заплакать. Но поскольку она не была пони, она отчаянно пыталась придумать что-нибудь, хоть что-нибудь, что можно сделать, чтобы выбраться отсюда живой.

Пони, как и большинство хищных видов, не знали, как легко им живется в их защищенной жизни.

В ее голове мелькнула мысль о том, что ее могут разрезать, чтобы любовь вытекла наружу. О, как она надеялась, что так оно и будет. Если бы Королева использовала свою магию, чтобы вырвать из нее любовь, это было бы намного, намного хуже. Она все еще помнила крики лазутчика, которого она заменила.

Ей хотелось повернуть назад и бежать, но это было невозможно. Предательские ноги заставляли ее двигаться дальше. В дальнем углу ее ждала дверь-ловушка, ведущая к ее судьбе.

Что-то толкнуло ее снизу. Ее встретила незамаскированная голова чейнджлинга. В отличие от ее собственных, более изящных линий, эта ченджлинг выглядела более грузной и почти полноватой. Она была создана как перевозчик любви — новый вид чейнджлингов, который королева создала теперь, когда на них велась успешная охота. Способность быстро собирать и перемещать большие запасы любви была крайне необходима. Принц Шайнинг Армор возглавил крестовый поход пони, чтобы выследить всех и каждого нереформированного чейнджлинга.

О тех, кого ловили, больше ничего не слышали. Кто бы ни говорил, что Эквестрия — страна любви и терпимости, он не знал, как они разят своих врагов мечом.

Отдавать любовь никогда не было приятным занятием, всегда казалось, что ты отказываешься от чего-то ценного, от того, что тебе нужно, чтобы остаться в живых. Все это было правдой, но это был ее долг перед ульем. Маленькая струйка, которую ей удалось выпустить, была жалкой. По сравнению с тем, что она несла, то немногое, что правила Твайлайт позволяли ей отдать, не было даже запасом на несколько дней для улья.

Перевозчица смотрела на нее оценивающим взглядом. Элитрон была здесь невольной предательницей своего улья, и в любой момент перевозчик мог связаться с Королевой, и тогда это ужасное давление проникнет внутрь и раздавит ее разум.

Перевозчица вцепилась в нее и, используя свою силу, попыталась "поощрить" любовь, чтобы она начала течь. Это было бесполезно, ни один перевозчик не мог извлечь любовь из лазутчика или даже коллекционера, если только это не было разрешено.

Когда внимание Королевы сосредоточилось на ней, Элитрон чуть не рухнула под тяжестью своего отчаяния. Даже не произнеся ни слова, Элитрон чувствовала себя сломленной, бесполезной и растратившей любовь, необходимую для ее порождения. Инфильтратор, немедленно откажись от своей любви, — многоголосый голос Королевы вбивался в ее сознание.

Она не могла повиноваться, она должна была повиноваться. Боль затуманила ее мысли, и она рухнула на землю.

Бесполезный лазутчик. Что с тобой не так? Делай то, что я тебе приказываю, — требование королевы запечатлелось в ее сознании.

Стонущая на полу Элитон ответила: Моя Королева, я не могу.

Ты не можешь, не можешь?! — мысленный голос Королевы ревел. Казалось, он собирался сотрясти душу Элитон.

Прости… — слабый ответ был почти хныканьем. Она не была слабой пони, как Твайлайт, одними своими словами, вызвала столько бед. Она начала биться головой о пол подвала, надеясь, что удары каким-то образом очистят ее разум от того, что ее связывало.

Бесполезная! — одно это слово королевы вынесло Элитрон смертный приговор, она чувствовала это. Теперь ее не спасти, любовь будет вырвана у нее за ее предательство.

Тяжелые шаги копыт стражника, замаскированного под земного пони, приближались к ней. Каждый шаг приближал ее казнь.

Твайлайт могла поработить ее, но после того, как случайно причинила ей вред, она исцелила ее. Она пригласила ее в свой дом и позволила ей питаться эмоциями, полностью осознавая, что она собой представляет. Она знала, что ее мысли обозначат ее как неполноценного чейнджлинга, предателя улья. Хотя ее неподчинение уже обозначило ее как таковую, но она не хотела умирать.

"Почему?" — спросила перевозчица, ее голос был полон печального разочарования.

"Я не могу тебе сказать", — ответила Элитрон, глядя в ее оценивающие глаза.

"Все, что тебе нужно сделать, это отказаться от любви, вот и все", — голос перевозчицы был таким нежным, каким только может быть голос честного чейнджлинга. В нем чувствовалось что-то вроде "пожалуйста, сделай это, чтобы мне не пришлось тратить силы на то, чтобы убить тебя".

Если бы Королева все еще смотрела, она была бы разочарована перевозчицей даже за намек на милосердие. Или это было нежелание тратить силы? В таком случае, прагматичность можно оправдать, даже если она выглядит как слабость.

"Если бы я могла, я бы сделала", — крикнула она.

"Это бессмысленно", — сказала перевозчица.

"Я знаю", — засмеялась Элитрон.

"Бесполезно, она сошла с ума", — с окончательностью заявил охранник позади нее.

На что она готова была пойти, чтобы жить? Эти двое чейнджлингов были здесь по приказу Королевы. Они выполняли свой долг. Может ли она причинить им вред? После минутного раздумья она поняла, что может. Ее учили быть безжалостной в достижении своих целей, а она хотела жить.

Она чувствовала внутри себя, что любовь должна быть переварена, чтобы быть действительно полезной. Для немедленного использования у нее было то, что ей охотно давала Твайлайт и ее дочь. Эмоции аликорна не были тривиальной вещью. По правде говоря, ей было и немного тревожно, и очень интересно посмотреть, как оно покажет себя в сравнении с тем, что было собрано у меньших пони.

Приняв решение, она собрала свою магию. Как только ее рог загорелся, воля Королевы снова вернулась.

Она моя! Элитрон представился образ черного как ночь аликорна, ухмыляющегося, когда огромная масса клыкастых теней обрушилась на Королеву.

Ты! Нет! АААААААААААА, — закричала Королева, прерывая связь и освобождая Элитрон из удушающей хватки.

Двое других чейнджлинга в комнате рухнули, держась за головы. Элитрон ошарашенно смотрела на них. Какого черта?

Вскочив на копыта, она побежала. Она не могла придумать, что еще можно сделать. Да, она могла бы убить своих собратьев, но не стала тратить на это время. Она проклинала себя, если она действительно это делала, то должна была сделать. Таким образом, у Королевы оставалось больше ресурсов в этом районе.

Стук копыт позади нее лишь указал на ее ошибку. Охранник быстрее всех пришел в себя и пустился в погоню. Элитрон была создана для скрытности, для проникновения, для того, чтобы оставаться незамеченной. Охранник был создан для физических способностей, выносливости и скорости.

Это не могло закончиться хорошо.

Она побежала в густонаселенную часть города, надеясь, что охранник хотя бы попытается сохранить хоть какую-то незаметность.

Двое сборщиков, сопровождавших ее, были впереди, на земле, за ними присматривала небольшая толпа пони. Что бы Твайлайт ни сделала с Королевой, похоже, это подействовало по крайней мере на местных чейнджлингов.

Боль ударила в бок. Магический удар отбросил ее в переулок. Кувыркаясь в воздухе, она с размаху ударилась о землю, ее шерсть была местами вырвана.

Огромная кобыла-единорог надвигалась на нее, шагая вперед по переулку, вокруг вспыхивали заклинания безмолвия и фильтрации восприятия. Зеленый отблеск ее рога говорил о том, что перед ней другой чейнджлинг.

От одних только используемых заклинаний кровь Элитрон леденела. Это был один из убийц королевы. Вероятно, его поставили на позицию, чтобы нанести удар по Элементам Гармонии, но теперь послали за ней. Она встала на копыта и наложила заклинание щита. Может, она и не очень хороша в них, но с такой любовью она должна была продержаться довольно долго.

Она отступала шаг за шагом, сосредоточившись на защите. Если бы она только смогла выйти из зоны действия фильтра, кто-нибудь из пони увидел бы ее, кто-нибудь позвал бы Твайлайт.

Сзади раздался мрачный смешок. Она оглянулась через плечо: преследовавший ее охранник преградил ей путь.

Внезапно раздался громкий удар молнии и порыв ветра. Во вспышке цвета радуги охранник ударился о стену дальнего здания, проломив ее. Его бессознательное тело бесцеремонно упало на землю, а его форма вспыхнула зеленым светом и вернулась к его бронированному облику чейнджлинга. Она посмотрела на убийцу: ее мощное и смертоносное, но все же тело лежало на земле, и от ее обгоревшего хитина шел дым от электричества.

Триумфально парящая в воздухе Рейнбоу Дэш ухмыльнулась: Элитрон никогда не думала, что будет так рада видеть эту самоуверенную кобылу.

Она просто сидела неподвижно, не шевеля ни единым мускулом, ей нужно было несколько секунд, чтобы вновь обрести манеру поведения Эмеральд.

Фильтр восприятия отпал, так как магия в нем истощилась и больше не питала его. Другие пони смотрели на нее, она теперь была полностью вне миссии и поэтому теперь чисто импровизировала.

Играя роль спасенной жертвы, разыгрывая спектакль, дрожа от страха, она со слезами на глазах обратила благодарные глаза к своей неожиданной спасительнице. "Спасибо, Рейнбоу, спасибо", — сказала она, ложась, чтобы унять дрожь.

Рейнбоу приземлилась и теперь сидела над раскрытым бессознательным охранником, героически позируя.

Элитрон притянула Рейнбоу в благодарном поцелуе. Крылья синей кобылы распахнулись, а глаза расширились. "Спасибо, спасибо, спасибо".

Ее спасительница, проницательная и поспешная Вондерболт, теперь была растерянной и смущенной кобылой. С ней было гораздо легче работать.

Что-то сдвинулось в тени. Элитрон зажгла свой рог, потратив немало сил на то, чтобы сделать его цвет отчетливо розовым, а не зеленым. Рейнбоу повернулась лицом к новой угрозе.

Сначала показались щелевидные глаза. Мгновение спустя из тени вышел бескрылый фестрал, у которого, как оказалось, был рог.

Она знала, что стражники Луны хороши, но это было крайне тревожно. Как долго он там был, как много он видел? Ей не нужно было изображать беспокойство, которое она испытывала.

"Немного поздновато для спасения", — сказала Рейнбоу.

Единорог явно Избранный Ночью взглянул на двух чейнджлингов, а затем на Рейнбоу и Элитрон. "Не моя работа… но я все равно пришел проверить", — пожал он плечами. "Но хорошо сыграно". Он показал клыкастую улыбку.

"Так ты здесь, чтобы забрать этот мусор?" Рейнбоу указала на бессознательных и, скорее всего, довольно раненых чейнджлингов.

"Нет. Для этого у меня есть пони", — сказал Избранный Ночью, когда из тени двух чейнджлингов появились копыта и втянули их в землю.

Шокированное выражение лица Рейнбоу только усилило ухмылку Избранного Ночью.

"Нам пора в замок…" — Избранный Ночью повернулся, чтобы уйти. "Меня зовут Страйкер".

* * *

Прогулка к замку была незабываема: сопровождение одного из грозных стражников Луны придавало важности и таинственности обычной прогулке.

Страйкер попытался открыть двери с помощью своей теневой магии, но дверь осталась закрытой.

Вспышка пурпурного света — и Элитрон оказалась внутри замка рядом с растерянной Рейнбоу Дэш.

Литтл Стар, одетая в свое нелепое, хотя и восхитительное военное снаряжение, обрадовалась, увидев их. Она суетилась вокруг них, проверяя, нет ли у них ран. Засветив свой маленький рог, жеребенок начал колдовать над ней.

В главную дверь замка постучали.

Литтл Стар небрежно открыла окошко и посмотрела на главную дверь. Страйкер спокойно стучал в дверь.

Литтл Стар посмотрела на Рейнбоу, затем на Элитрон, похоже, не зная, кого спросить.

"Он с нами, малышка", — сказала Рейнбоу.

Стар посмотрела на Элитрон, которая кивнула в знак согласия.

Еще одна вспышка магии телепортации — и Страйкер стоял перед ними.

"Ты знаешь, что большинство пони просто открыли бы дверь", — сказал Страйкер.

"Да", — прямо и невозмутимо ответила Стар. "Кто ты?"

"Имя Страйкер, я работаю на твою мать".

"Как Кэндис? Мама Луна тоже подарила тебя маме Твайлайт?" — невинно спросила Стар.

"Нет, к сожалению, нет, я просто должен держаться твоей мамы Луны", — шутливо ответил он.

Литтл Стар обняла его. "Ничего страшного, обе мои мамы замечательные, так что не грусти".

Страйкер не знал, что делать, когда его обнимает жеребенок, который искренне пытается его утешить. Рейнбоу Дэш только рассмеялась. Элитрон позволила мягкой улыбке украсить ее мордочку.

Страйкер посмотрел на Рейнбоу. "Нам нужно поговорить, не могли бы мы пойти в более удобное место…"

Не успел он договорить, как Стар телепортировала их в уютную комнату, полную диванов, кресел и, конечно, множества книг.

Рэрити испуганно вскрикнула, а Эпплджек бросила на них слегка разочарованный взгляд. "Знаешь, сахарок… большинство пони используют двери".

"Я знаю", — сказала Стар, словно узнавала случайные мелочи, которые она уже знала. Элитрон почувствовала легкий всплеск сдержанного веселья, когда Стар подумала, что Эпплджек — глупая пони. Она радостно подбежала к книжной полке и достала огромный фолиант.

"Итак, Эмеральд Шейд… почему за тобой охотилась пара специализированных чейнджлингов? И почему ты была страшно удивлена?" — спросил Страйкер непринужденным тоном. Все, что имеет клыки и прорези для глаз, могло творить чудеса с непринужденным тоном, чтобы казаться угрожающим.

Это привлекло внимание всех пони в комнате, смотревших прямо на нее, кроме Литтл Стар, которая, казалось, ничуть не волновалась.

"Чейнджлинги, здесь?" — Эпплджек поднялась на копыта. "Я думала, они все уже хорошие, кроме Кризалис".

"Дорогая, правильно ли будет предположить, что этот ужасный монстр совершил больше своих “преступлений против моды” здесь, в Понивилле?" — добавила Рэрити.

Несколько книг телепортировались вокруг Литтл Стар, а несколько свитков мягко порхали в воздухе, заполняя собой текст.

Рэрити посмотрела на Литтл Стар. "Знаешь ли ты заклинание для выявления чейнджлингов?"

Литтл Стар покачала головой. "Нет, но я знаю, где оно". В очередной вспышке магии она исчезла.

"Зачем у этого единорога вообще ноги, она все равно никогда ими не пользуется", — пробормотала про себя Эпплджек.

Это будет очень неприятно, она знала, что Эпплджек распознает каждую ложь. Страйкер был еще одним хищником, и, скорее всего, хорошо обученным Луной.

"Так зачем они тебя преследовали?" — спросил Страйк, его лицо было дружелюбным, но глаза напряженными.

"Они пытались убить меня".

"Почему?" — спросила Рейнбоу, полная своей наглой озабоченности.

"Потому что я кое-что знаю о них, и они не хотели, чтобы я сбежала с этим знанием".

"Это звучит как-то подозрительно", — вмешалась Эпплджек. "Откуда такая блудница, как ты, знает что-то о чейнджлингах?"

На ее лице появилось выражение недоверия, когда она посмотрела на Эпплджек. Я — полностью обученный лазутчик, один из лучших, которых когда-либо производил мой улей, а не какая-то обычная блудница, ты, помешанная на яблоках деревенщина, — подумала Элитрон и очень хотела бы сказать это вслух.

Литтл Стар снова появилась в комнате и передала свиток Рэрити, которая начала медленно читать его. Судя по заинтересованному выражению лица Стар, она была в курсе всего, что говорилось в ее отсутствие. Вероятно, жеребенок еще больше подсматривал.

"Так что же ты выяснила?" — спросил Страйкер, пытаясь успокоиться.

"Я выяснил, что заброшенный склад в восточной части города — это тайное убежище чейнджлингов", — заявила Элитрон. Если ее Королева пыталась убить ее, она не собиралась просто лечь и умереть. Она должна была дать отпор. Придется найти новых союзников и инструменты, чтобы защитить себя.

Рейнбоу Дэш была внимательна, похоже, их маленький инцидент в начале дня развеял все подозрения голубой кобылы в ее адрес.

С другой стороны, Эпплджек все еще не доверяла ей, а Страйкера было сложнее понять. Даже его эмоции были почти неразличимы. Эпплджек собиралась что-то сказать, но Страйкер перевел взгляд на нее. Она отшатнулась.

Несмотря на то, что пони могут говорить, что примут любого пони, дело в том, что это всего лишь "любой пони", а не любое существо. Если бы ты не была пони, они могли бы осуждать тебя сколько угодно.

Даже не будучи испорченными, чейнджлинги могли бы с радостью научиться жить среди пони, не причиняя им ни малейшего вреда. Но нет, их сформировала их королева Селестия, чтобы они уничтожали все, что могло угрожать ее власти. Именно поэтому на чейнджлингов охотились до тех пор, пока их не превращали в покорных рабов.

Она должна была признать, что после долгих столетий жар шел в обе стороны. Королева Кризалис скорее умрет, чем уступит шанс убить Селестию и недавних пор Старлайт Глиммер.

"Что ты там делала?" — спросил Страйкер.

На этот вопрос ей предстояло отвечать осторожно. Она не могла лгать, но и не должна была. "Как будто что-то звало меня туда, я думаю, они хотели схватить меня, чтобы выкачать из меня всю мою любовь, а потом оставить меня засохшим уродливым трупом".

"Тогда тебе придется остаться здесь, ты доказала, что уязвима для их магии разума. Этот замок имеет самые сильные защиты от магии разума во всей Эквестрии", — заявил Страйкер. Никаких разногласий быть не могло. По правде говоря, Элитрон не хотела ничего возражать. Ей придется поговорить с Твайлайт, да и кто будет настолько безумен, чтобы попытаться проникнуть в замок Элемента Магии.

"Прежде чем она останется здесь, нам нужно кое-что проверить. Единственная проблема в том, что я не могу его наложить", — сказала Рэрити.

Литтл Стар втянула свиток обратно в свою ауру и просмотрела его. "Это просто, хочешь, я его наложу?" — сказала Литтл Стар с видом жаждущей помощи.

"Пожалуйста, сделай", — сказала Элитрон, полная уверенности. Она была лазутчиком, все в ней должно было пройти проверку, даже против магии. Даже если ее убьют, она останется в той форме, в которой была в тот момент.

Литтл Стар зажгла свой рог. Вместо обычного волшебного заряда выросла сфера, которая стала расширяться и вскоре устремилась сквозь стены замка.

Как только магия коснулась ее, Элитрон вздрогнула и чуть не упала. Малышка снова продемонстрировала, насколько она сильна. Была большая вероятность того, что импульс магии достигнет Кантерлота.

"Стар… в следующий раз, дорогая, постарайся вложить в свои заклинания поменьше силы", — добавила Рэрити, потирая рог.

"Хорошо… почему?" — спросила Стар.

"Это немного неудобно для тех из нас, кто…" — начала Рэрити.

"Ты очень сильный единорог, и если ты не будешь осторожна, даже твои простые заклинания могут быть болезненными или даже вредными для других единорогов", — сразу перешел к делу Страйкер.

Литтл Стар на мгновение выглядела потрясенной, затем ее рог засветился, и по комнате пронеслось медицинское заклинание. Она  осматривала пони за пони, выглядя все более и более успокоенной.

Элитрон чувствовала, что Стар все еще волнуется, и, вероятно, собирался проверить всех пони, которые могли пострадать от ее заклинания. "Стар?"

Литтл Стар подняла на нее глаза, приостановив свое заклинание.

"Ты знаешь, что сила любого расширяющегося сферического магического поля уменьшается с квадратом его радиуса?"

Стар снова кивнула. Меньше чем за полсекунды ее эмоции успокоились. "Значит, все остальные пони в Понивилле будут в порядке".

Элитрон кивнула. "Да, Литтл Стар… если только они не чейнджлинги, и тогда их вынудят вернуться в их истинную форму". Опустившись на одну из кушеток, она продолжила. "Ты действительно удивительная кобылка, Литтл Стар. Твои матери гордились бы тобой".

Радость, наполнявшая воздух, и счастливые объятия, переданные через телепортацию, уже творили чудеса, восстанавливая любовь, которую она использовала для самозащиты.

* * *

Убивать время в замке — не то, как она планировала провести день, но она не смела уйти, пока не смела. Ей нужно было поговорить с Твайлайт и выяснить, что именно она сделала, кроме того, что пометила ее на смерть от себе подобных. Пока что Твайлайт точно знала, кем она была, и Кэндис знала часть этого.

С таким же успехом она могла посмотреть правде в глаза. По всей вероятности, она лишь променяла одного хозяина на другого, хотя этот кормил ее лучше и, казалось, заботился о ее самочувствии.

Кризалис никогда бы не стала защищать ее от Рейнбоу и так публично демонстрировать свою поддержку. Твайлайт не любила ее, но заботилась, и этого могло быть достаточно. Тем более, что эмоции аликорна были очень сильны.

Она постаралась быть настолько полезной, насколько могла, на кухне, помогая Спайку. Она прочитала Стар несколько книг, даже издавала глупые голоса, которые так нравились жеребенку.

Ласка была слишком вкусной, чтобы не удовлетворять любое требование Стар. Эта кобылка могла прокормить целый улей в одиночку в течение нескольких месяцев, прежде чем она иссякла бы.

Большинство сомнений Эпплджек в ней рассеялись, когда она увидела, как та ведет себя рядом с маленькой Стар. Как всегда, семья и яблоки были ключом к ее дружбе.

Рэрити все еще была удивлена всем произошедшим, но она старалась не показывать этого. Только вкус ее эмоций выдавал ее. Добавленная интрига и волнение заставили Элитрон подумать, что она уверена в том, что это какой-то заговор из плохого романтического шпионского романа.

* * *

Элитрон вернулась в комнату к остальным, только что уложив Литтл Стар спать. Правда, в комнату и обратно ее телепортировала сама Литтл Стар, но все равно главное — мысль.

"Где, черт возьми, эта кобыла?" — спросила Эпплджек. "Она сказала, что просто отправилась в Кантерлот. Мы все знаем, что она может телепортироваться туда и обратно раньше, чем Дэш сможет долететь до моей фермы".

"Дорогая, успокойся, скорее всего, для этого есть веская причина", — сказала Рэрити.

"Уж лучше бы она была, мне уже надоело постоянно беспокоиться о том, что с ней могло случиться".

"Если вам двоим нужно идти, идите. Я могу присмотреть за Литтл Стар, а Ночная стража окружила это место. Я не удивлюсь, если один из них все еще находится в этой комнате", — сказала Элитрон.

"Но разве они не ушли несколько часов назад?" — сказала Эпплджек.

"Ты можешь быть уверена? Я все еще вижу здесь тени, и в любой из них может быть Ночной Страж", — сказала Элитрон, возвращаясь на свое место.

"О боже", — сказала Рэрити, слегка покраснев.

Эпплджек огляделась вокруг, немного параноидально.

"Не волнуйтесь, вы — Элементы Гармонии, вы лучшие друзья принцессы Твайлайт Спаркл, суженой Луны. Я уверена, что у них есть охрана, которая следит за вами круглосуточно", — сказала Элитрон своим самым обнадеживающим тоном, а ее глаза озорно блестели.

Рэрити покраснела еще сильнее.

"Ну, мне пора возвращаться на ферму", — сказала Эпплджек. "И, может быть, купить еще свечей", — со вздохом добавила она.

Рэрити подняла голову: "Как бы ни было приятно ваше общество, я должна пойти и забрать свою сестру от Флаттершай. Спасибо, что сделали это для нас".

"Все что угодно для Твайлайт", — совершенно искренне ответила Элитрон. Она знала, что Твайлайт обладает достаточной магией, чтобы просто заставить ее. Поэтому не было смысла сопротивляться тому, что не причинит ей вреда.

Рэрити посмотрела на Рейнбоу, спящую на книжной полке, и покачала головой, после чего присоединилась к Эпплджек, направляясь к выходу.

Наконец-то она осталась одна. События дня все еще висели у нее в голове, но, по крайней мере, благодаря ментальной защите эта позолоченная клетка была в безопасности. Она задержала взгляд на спящей Рейнбоу. Возможно, я все-таки ошибаюсь насчет "предателей".

* * *

## 33. Хранилище Найтмер

* * *

Ощущение погружения в тень стало привычным. Кэндис просто опустила копыта для мягкой посадки. Это оказалось излишним, так как она ударилась о чрезвычайно мягкую поверхность.

Они прибыли в место, где совсем не было света. Ее фестральное зрение включилось, и уникальные цвета темноты встретили ее в месте, похожем на небольшую комнату или хранилище. Посмотрев вниз, она увидела, что они лежат на кровати, которая казалась достаточно большой, чтобы на ней мог спать один аликорн в полный рост или несколько пони обычного размера.

Твайлайт лежала рядом с ней. В темноте она выглядела так же прекрасно, как и при свете дня, только по-другому. Ее глаза имели такой же разрез, как и глаза Кэндис в данный момент. Она отменила заклинание защиты зрения, наложенное на ее глаза, так как здесь оно было не нужно. Кэндис легла рядом с Твайлайт, так близко, что их крылья соприкасались.

Твайлайт провела копытом по холке Кэндис, затем обхватила ее ногой и притянула к себе. Ощущение близости и тепла наполнило ее, когда одно из крыльев Твайлайт стало для нее одеялом.

"Достаточно уединенно для тебя?" Казалось, что Найт говорит игривым тоном с фальшивой насмешкой.

Кэндис лишь слегка улыбнулась и кивнула.

Новое ожерелье Твайлайт, казалось, вибрировало между ними двумя, это было похоже на глубокое мурлыканье крупного животного. На всякий случай, если Нова пыталась поговорить с ней, Кэндис обратила внимание на орнамент, чтобы посмотреть, нет ли там кода, но ничего такого не обнаружила. Вибрации казались достаточно сильными, чтобы быть почти массажным средством.

Кэндис окинула взглядом комнату, расслабившись под теплом Твайлайт. Стены комнаты были заставлены полками, стеллажами и шкафами. Казалось, кровать стояла посреди хорошо организованного гибрида кладовой и оружейной.

Почти все места хранения были полностью заполнены и точно разложены. В двух секциях отсутствовали предметы, которые нарушали узор. В первой из них на стеллаже для оружия не хватало кинжала. В другой секции хранились черные драгоценные камни, аккуратно разложенные на бархатных подушечках вдоль полки. Оказалось, что двух не хватает.

Пока Кэндис осматривала комнату, Твайлайт, похоже, тоже с любопытством осматривалась. Судя по тому, как менялось выражение ее лица, казалось, что она ведет внутренний разговор и не пытается скрыть этот факт.

Для полностью запечатанной комнаты без видимого выхода воздух был чистым. Немного пахло редкими ночными цветами, но приятнее всего в ноздри ударил аромат лаванды от шерсти Твайлайт.

Кэндис сделала глубокий вдох. Основной запах Твайлайт, скрытый под ее шампунем и вечно присутствующей смесью пергамента и чернил, представлял собой слабую смесь пегаса и земнопони. Он создавал впечатление, будто лежишь в траве под деревом, а свежий вечерний ветерок нежно ласкает шерсть. Этот прекрасный и нежный аромат был почти полностью скрыт под резким запахом мощной магии единорога Твайлайт. Для Кэндис он был просто райским. Даже если она была создана для Твайлайт, этот аромат заставлял ее задуматься, действительно ли Твайлайт была создана для нее. В конце концов, она была старшей между ними.

Кэндис просто ждала окончания разговора. Она была терпелива, а Твайлайт стоила того, чтобы подождать.

"Так ты хотела… побыть с Новой?" — спросила Твайлайт, немного нерешительным голосом.

Кэндис переместилась так, чтобы оказаться лицом к лицу с Твайлайт. "Мне жаль, что она пропустила вчерашний вечер. Интересно, если бы она испытала чистку, она бы так отреагировала? Честно говоря, я не очень понимаю, что там происходит. Я не знаю, может ли она чувствовать, что происходит с Найт под контролем или нет. Если это выбор со стороны Найт или с твоей стороны. Мне не хватает слишком много информации, чтобы собрать эту головоломку воедино", — заявила она.

"… Нова — часть меня… вернее, во мне есть ее часть…" — сказала Твайлайт и продолжила, приглушая слова, чтобы Нова их не услышала. Когда я была создана, часть Новы была вырвана из нее и использована для создания меня… так что мы связаны… вот почему без этого, — Твайлайт положила копыто на ожерелье, — она может управлять моими действиями… иногда это может быть весело… иногда это может привести к печальным последствиям".

Кэндис слегка кивнула. В ответ она спросила: "А у Найт есть способность делиться с Новой?"

Твайлайт покачала головой. Тон Найт прозвучал из ее уст: "Нова, даешь ли слово, что ты ничего не сожжешь в этой комнате?"

’Обещание’ было отстукано так быстро, что можно было едва разобрать.

"Ты готова? … Нова может быть… интенсивной", — спросила Твайлайт.

"Я бы хотела сначала поговорить с ней, прежде чем мы начнем что-то делать. Я также хочу убедиться, что это не то, о чем ты будешь жалеть. Я не хочу причинить тебе боль", — ответила Кэндис с беспокойством.

Ожерелье зазвенело: ’Здравствуй, Дар’.

"Она слышит все, что мы говорим". Твайлайт пожала плечами. "Это тело — просто марионетка, которую я использую, чтобы взаимодействовать с миром". Она слегка опустила глаза. "Я избавилась от любых сожалений, которые у меня могли быть, так как Найт… не из тех, кто советуется, прежде чем что-то сделать".

Кэндис кивнула. "Привет, Нова". Ожерелье, казалось, подскочило к Кэндис. "Мне жаль, что ты пропустила вчерашние мероприятия. Я бы хотела загладить свою вину", — сказала она с раскаянием в голосе.

"Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста", — быстро отстукивала Нова в ответ. Ожерелье, казалось, подпрыгивало, как будто Нова подпрыгивала от волнения.

"Думаю, я готова, Твайлайт", — посмотрев Твайлайт в глаза ответила Кэндис.

Твайлайт глубоко вздохнула и закрыла глаза. Она положила копыто на ожерелье и копытом создала замысловатый узор из магии единорогов и пегасов.

Первое, что заметила Кэндис, — тепло, исходящее от плоти Твайлайт. Второе — свет. Сначала грива и хвост Твайлайт, казалось, заискрились, когда по ним покатились угли. Они уловили, как волосы сгорают, сменяясь катящимися полосами теплого пламени.

Ее хватка сжалась, и Нова зарылась головой в гриву Кэндис, глубоко дыша. Везде, к чему прикасалась горящая грива Новы, покалывало, и в Кэндис нарастало почти лихорадочное желание. Очевидно, это была какая-то магия воздействия на эмоции, подкрепленная силой аликорна.

Кэндис произнесла заклинание увеличения силы и прочности. Похоже, оно ей понадобится, если она хочет пройти через это без травм. Она помнила силу объятий Луны и то, как легко она могла быть раздавлена. В сочетании с тем, что произошло с комнатой предыдущей ночью, она не собиралась рисковать.

Глаза Новы открылись, показав горящие радужки и узкие зрачки. Она издала довольный рык. "Дар", — проурчала Нова из оскаленной пасти.

Кэндис крепко обняла ее, обернув вокруг нее свои крылья. Из этого положения она могла бы без проблем провести чистку лей-линии. Учитывая, как вела себя Нова, она была уверена, что огненный элементаль, маскирующийся под аликорна, не собирается останавливаться на достигнутом.

Поцеловав ее, Кэндис принялась чистить лей-линии крыльев Твайлайт. Или теперь они принадлежали Нове?

Нова, казалось, сначала испугалась прикосновения, как будто не знала, что у нее есть крылья. Но это продолжалось недолго, так как они сдвинулись сами по себе, став легкодоступными, и Нова начала мурлыкать. Кэндис была рада такому участию, это облегчало ей жизнь.

Кэндис даже не использовала полную скорость регенерации своей магии для очистки. Это было только начало, и все должно было быть довольно приятно.

"Хорошо, Дар", — мурлыкнула Нова, позволяя своей гриве потянуться за крыльями Кэндис.

Кэндис не слишком беспокоилась об огне, несмотря на то, что накануне вечером обожглась. Тепло было приятным, а не ожог, который случился накануне. В худшем случае, даже если она обожжется и ей придется отращивать перья, она лишится способности летать на несколько дней. Это был бы не первый раз, когда она оказалась на земле и ей пришлось бы использовать свою магию, чтобы вылечить крылья.

"Я рада, что тебе это нравится. Хотя мне интересно, знаешь ли ты мое имя?". Кэндис было любопытно. Она не привыкла, чтобы другие давали ей прозвища.

"Имя?" Нова на мгновение стала задумчивой, казалось, что в ее глазах зажегся огонек интеллекта. "Да… ты Кэндис", — голос Новы все еще звучал властно, но каким-то образом приобрел некоторую культуру и лучшую дикцию, которая пришла с образованием.

"Тогда почему ты называешь меня "Дар"?" — спросила Кэндис.

"Ты — дар Лунной Кобылы… Луны мне… Нам", — ответила Нова.

Кэндис вспомнила кое-что из того, что рассказала ей Луна. Она вспомнила, что часть Твайлайт была разорвана на части, чтобы восстановить ее. "Мне жаль, что ты прошла через такую боль. Я сделаю все возможное, чтобы не причинить тебе ее самой".

"Дар… Спасибо, Кэндис". И снова это было похоже на то, как будто Нова все еще вспоминала, как правильно говорить после того, как долгое время не могла этого сделать.

"Чего ты хочешь, Нова? Я не хочу причинять тебе боль, физическую или эмоциональную. Дай мне знать, чего ты хочешь", — спросила Кэндис.

"Тебя", — страсть в ответе Новы была такой же сильной, как бушующее инферно. Одно это слово было пропитано магией аликона, и даже мыслить ясно было для Кэндис нелегко.

"Сколько в этом Новы, а сколько Твайлайт?" Кэндис хотела убедиться, что не собирается причинять Твайлайт неудобства.

Почти беззвучный рык раздался в груди Новы, но она, казалось, контролировала себя. "Нова… Я хорошая кобылка", — прошептала она себе под нос. Только обостренные чувства Кэндис позволили ей уловить это. Нова встретила взгляд Кэндис, в котором смешались нетерпение, сомнение и задумчивость, а также жгучее вожделение. "Я… Нова… я думаю. Здесь я могу думать, мир имеет смысл, и я знаю, кто такие пони. Нова… думаю я, делится тем, что знает Патч… Твайлайт. Я думаю, мы здесь, но она — меньшая часть".

"Ты хорошая кобылка, Нова", — сказала Кэндис.

Счастливая улыбка, как у жеребенка, украсила лицо Новы.

"Просто расслабься и получай удовольствие. Я обещаю, тебе понравится", — пообещала Кэндис с растущим желанием, приступая к полной очистке лей-линии и позволяя Нове взять ее под свое влияние.

* * *

Часть "просто расслабиться" длилась недолго. Очевидно, Нова не умела просто лежать и наслаждаться. В комнате снова воцарилась комфортная темнота. Пламя Новы погасло более получаса назад, после чего они просто обнимали друг друга. Кэндис была очень рада, что ей удалось повысить прочность, иначе у нее наверняка были бы синяки и, возможно, несколько сломанных ребер только от одного этого объятия.

"Я так понимаю, тебе понравился твой роман?" — спросил голос Найт, ее ухмылка была почти слышна. Ее глаза вернулись к "нормальным" фестральным глазам.

Кэндис посмотрела на Найт. Ее пренебрежительное отношение к Нове было немного обескураживающим. "Это было больше, чем просто увлечение. Она заслужила свою очередь так же, как и ты. То, что ей в этом отказали, неправильно. Не то чтобы у тебя был выбор в этом вопросе". Кэндис не собиралась сваливать все на Найт, когда та этого не заслуживала.

"Моя сестра создала в ней настоящего монстра, надеюсь, ты сможешь ее усмирить", — лениво заметила Найт.

"Если ей позволять время от времени развлекаться, то будет намного легче. Тебе не придется беспокоиться о том, что она будет делать. Особенно теперь, когда я знаю, что "Селестия" — это запретная тема". Кэндис все еще была недовольна тем, что сделала Селестия.

"Она бы сожгла город из-за того, что у них не было в наличии ее любимой закуски", — горько возразила Найт.

"Может, вы двое перестанете спорить?" — пьяно пожаловалась Твайлайт, судя по голосу, очень расслабленная и довольная. Казалось, она очень хотела сохранить это чувство и не иметь дела ни с чем, что посмело бы ему помешать.

"Просто вернись к своей Дримс", — огрызнулась Найт.

"Ладно", — прорычала Твайлайт. Магическое давление в комнате резко уменьшилось. Казалось, что Твайлайт забрала большую часть своей магии. В комнате стало как-то пусто и прохладно.

На лице Найт на мгновение промелькнуло удивление. Казалось, ей потребовалось небольшое усилие, чтобы вернуть свои черты к спокойной, расслабленной улыбке самой сильной кобылы в комнате.

"Думаю, у меня будет возможность поговорить с ней позже", — заметила Кэндис. "Чему ты удивляешься? Она сделала именно то, что ты ей сказала".

"Обычно она слишком вежлива, чтобы захлопнуть дверь перед носом любой пони". Найт бросила в ответ, махнув копытом. "Похоже, она перенимает некоторые плохие привычки".

"Перестань так горевать по этому поводу. У тебя впереди еще много интересного", — сказала Кэндис с легким раздражением в голосе, возобновляя чистку лей-линии.

Найт легла на спину, царственно расправив крылья, как древняя правительница, готовая к тому, чтобы за ней ухаживали слуги. "Я бы не была такой желчной, если бы Нова не сожгла часть моего источника, когда я пыталась помешать ей сжечь Понивилль не так давно". Горечь ушла, сменившись более мягкими тонами приятной расслабленности.

"И что ты делала, что заставило ее напасть на тебя?" — не поверила ей Кэндис.

"Ничего, она решила влезть в наш с Твайлайт разговор после того, как Нова обожгла тебя, напав на меня. Отсюда и состояние комнаты Твайлайт", — сказала Найт.

"И что именно ты сказала Твайлайт перед тем, как Нова напала на тебя?" — спросила Кэндис тоном, не допускающим ничего, кроме фактической правды. Она все еще занималась лей-линиями и приступила ее рогу.

Найт только выгнула спину, делая рог более доступным. Казалось, она не уделяла достаточно внимания разговору, чтобы отвечать.

Кэндис прекратила чистку, не позволяя Найт использовать это как предлог для уклонения от ответа.

Найт застонала: "Тебе обязательно было останавливаться…"

"Ты не ответила на мой вопрос", — резко сказала Кэндис.

"Нетерпеливая смертная…" — наставительно произнесла Найт. "Тогда как хочешь. Мы говорили о свободе, которую я позволяю Твайлайт, и не ошиблась ли я, позволив ей так много".

"Слово в слово, Найт. Я пытаюсь кое-что выяснить, а твои отговорки не помогают". Раздражение Кэндис начало нарастать.

"Ты думаешь, у меня идеальная память Твайлайт? Дай мне минутку ". — Она вздохнула, закрыла глаза и выглядела так, будто глубоко задумалась. "Кажется, я сказала: “Ты должна лучше контролировать себя, ты аликорн, а не какой-то обычный смертный единорог”".

Найт немного подумала. "Затем Твайлайт сказала “Ты думаешь, я хочу быть такой? Ты думаешь, я бы сделала это, если бы могла остановить это?”"

Найт сделал паузу на мгновение. "Мои следующие слова были сказаны до того, как мы пришли к… более дружественному соглашению между собой". Казалось, она не решалась продолжать.

Кэндис ничего не сказала, просто ожидая, что Найт продолжит.

"Я спросила: “Может быть, мне стоит затянуть твою цепь?” Мне показалось, что позволить Твайлайт, а значит, и Нове разгуляться было неразумно", — сказала Найт, защищаясь.

Кэндис лишь слегка покачала головой, прежде чем заговорить: "А тебе не пришло в голову, что подобные слова могут подстрекать Нову к попытке убить тебя? Особенно после того, что только что произошло?"

"Мы были одни, и там, где Нова не должна была почувствовать, а тем более достичь", — резко ответила Найт.

"Ты все еще угрожала Твайлайт. Ты знаешь, что они связаны. Ты не думала, что фрагмент может путешествовать по тем же местам, где и ты?" — Кэндис спросила то, что должно было быть очевидным для тех, кто знает о фрагментах.

"Не с силой … ты знаешь, чья печать удерживает ее. То, что она сделала, должно было быть невозможно, особенно для того, что по сути является душой смертного".

"Ну, это еще одна вещь, которую можно списать на то, что она — Элемент Магии. Похоже, они и правда не следуют правилам, которые должны соблюдать остальные". Кэндис задумалась о том, что может сделать Литтл Стар. Похоже, это было либо наследственное, либо свойство Элемента Магии. "Я так понимаю, ты не повторишь эту ошибку?"

"У меня есть необходимые средства защиты, спасибо за заботу", — ответила Найт.

"Тебе бы не понадобилась защита, если бы ты просто проявила такт", — заметила Кэндис.

Найт поднял крыло, чтобы заставить Кэндис замолчать, но она уже остановилась. "А почему, по-твоему, вообще произошло сегодняшнее? Как я уже сказала, был разговор. Это не значит, что я дура, что-то снова приведет Нову в движение. Мы можем только надеяться, что кто-то из нас сможет остановить ее, прежде чем что-то слишком серьезное будет сделано с чем-либо или с кем-либо из пони, о которых мы заботимся".

"Ты права, но тебе не помешало бы научиться такту. Это может помочь тебе в общении с самой Твайлайт и другими", — терпеливо сказала Кэндис. На данный момент она искренне пыталась помочь Найт. Но она, похоже, не знала, что такое пони. Если она хотела работать с Твайлайт и не навредить ее репутации, ей придется научиться вести себя хорошо.

"Возможно…" — почти промурлыкала Найт, — "но Твайлайт беспокоится больше, чем я. Ты видела, как она ведет себя теперь, когда она больше не “верная марионетка” моих сестер?"

Кэндис улыбнулась. Она не ждала чудес, но, по крайней мере, это был прогресс. "Да, я видела. Я рада, что она больше не задушена этим менталитетом. Я искренне думаю, что она выкарабкается. Нужно время, чтобы оправиться от травмы. Не то чтобы я знала, через что именно она прошла. Я понимаю достаточно… я думаю".

Выражение лица Найт потемнело. "Ты хочешь знать?"

Кэндис посмотрела на Найт. "Да, я хочу быть в состоянии помочь ей. Чем больше я буду знать о том, через что она прошла, тем лучше я смогу помочь. Возможно, я даже смогу больше помочь тебе", — серьезно ответила она.

"Ты уверена?" — тон Найт был убийственным.

Кэндис была невозмутима, ее решимость помочь Твайлайт не позволила бы ей отступить.

"Очень хорошо, зажги свой рог… крылья…" — начала Найт, пробормотав что-то на древнем языке, прежде чем продолжить. "Когда ты пожелаешь, чтобы кошмар закончился". Она опустила свой рог к голове Кэндис. "Готова?"

Кэндис кивнула.

Мир померк, и в одно мгновение она оказалась в другом месте. Она находилась в древнем каменном строении. Она чувствовала рог на своей голове и ощущение странной магии, укрепляющей ее тело с каждым шагом. Присутствие Луны было рядом с ней, она чувствовала знакомый источник, но с гораздо большим количеством деталей. Все ее чувства казались острее.

Ее взгляд остановился на запятнанном кровью каменном алтаре в центре комнаты. Что-то было сказано, но слова казались неважными и не имели для нее никакого значения в этом видении.

Мир вокруг дрожал и разрывался, но потом успокоился. Все ее чувства, кроме зрения и слуха, были спутаны. Какое бы магическое действие ни было только что совершено, ее разум никак не мог его восстановить.

Твайлайт оказалась приколотой к алтарю серебряными шипами, вокруг нее собралось несколько фигур в темных одеяниях. Твайлайт дернулась один раз, и мучения начались.

Кэндис чувствовала, как гнев переходит в ярость, но что бы она ни чувствовала, тело, в котором она находилась во время этого видения, оставалось пассивно неподвижным.

Если она когда-нибудь встретит темного мага, Кэндис позаботится о том, чтобы он не успел среагировать, прежде чем она расправится с ним, хотя ей хотелось бы иметь средства, чтобы причинить ему боль Твайлайт.

Прошло несколько часов, и Твайлайт должна была быть мертва уже много-много раз. В конце концов, от нее осталась лишь истекающие кровью ошметки пони. Ее сердце теперь было пронзено ее собственным рогом. Аликорн перед ней не могла даже хныкать, не могла даже дернуться от боли. Кэндис не могла даже представить, что она чувствовала. Ни разу Твайлайт не упала в обморок и не потеряла сознания, даже потеряв по меньшей мере в четыре раза больше крови, чем должно было быть в ее теле.

Видение померкло в темноте комнаты, и напряженные, холодные глаза Найт посмотрели в ее собственные. "И теперь ты знаешь", — сказала она, ее голос был лишен каких-либо эмоций.

Голос Кэндис был холодным и решительным. В нем не было места даже мысли о том, что Темный маг может хоть немного заслуживать сочувствия. "Если я найду его, ничто не помешает мне положить конец его существованию. Единственное, о чем я сожалею, так это о том, что у меня нет возможности сделать с ним то же, что он сделал с Твайлайт".

Найт мрачно усмехнулась. "Если это твое единственное сожаление, то тебе очень легко угодить".

Кэндис с любопытством наклонила голову.

"Что, я заинтересовала тебя?" — жеманно поддразнила Найт.

Кэндис посмотрела на нее с укором. Она не реагировала на поддразнивания, но слегка кивнула.

Найт поднялась, впечатляюще расправив крылья. "Я — Королева Тьмы, я — Найтмер, которая почти уничтожила солнце. Я думаю, что причинение "небольшого" количества страданий вполне в моих силах… но они не совсем то, что можно назвать… законными, чтобы даже знать о их существовании, не говоря уже о том, чтобы применять".

"Я знаю много магии, за которую Селестия меня убьет, если узнает, что я могу ее применять. Добавление еще одной к этому списку никак не изменит степень моей опасности". На данный момент Кэндис не интересовало, законно ли все это. Просто знать о фрагментах аликорна означало, что ее сознание изменилось бы, как минимум, если бы об этом узнал лицемерный солнечный аликорн.

"Итак… у меня появился еще один ученик?" — спросила Найт с забавной ухмылкой на лице.

Кэндис кивнула. "Я уже связана обязательствами с Луной и Твайлайт, а ты — часть обеих. Я уверена, что ты как-то подходишь под это, так или иначе, так что я уже в некотором роде твоя ученица".

Найт слегка вздохнула. "Значит, это уроки магии". В ее голосе звучало явное разочарование.

"Я сделаю так, что это будет стоить твоего времени", — сказала Кэндис с ухмылкой.

"Тебе лучше знать", — ответила Найт. "Самое простое из этих заклинаний — это вариант заклинания иллюзии. Оно позволяет заклинателю игнорировать боль, приберегая ее на потом. Ограничение в том, что заклинание должно быть разряжено, чтобы опустошить его запас. Всю боль, которую ты в него вложила, цель почувствует через мгновение, хотя для жертвы она может ощущаться гораздо дольше". Найт усмехнулась, показав клыки. "Иногда этого может быть достаточно, чтобы победить противника или даже убить его".

"Очень хорошо". Кэндис была больше в режиме обучения, почти медитации. Информация и факты были вещью, которую нужно было просто поглощать. Эмоции в данный момент не играли никакой роли.

Найт наклонилась и подняла копыто Кэндис, чтобы поцеловать его. Но вместо этого она наклонила голову вперед и глубоко вонзила клыки в копыто Кэндис.

Боль и ощущение крови, вытекающей из раны и пачкающей шерсть, ворвались в ее сознание. Мгновение спустя в ноздри ударил металлический запах ее крови. Более животная часть ее мозга хотела, чтобы она бежала и спасалась бегством. Но тренировки стражников давно лишили это желание способности контролировать свои действия. Не говоря уже о том, что, спасая жеребенка, она испытывала гораздо худшие ощущения, чем сейчас, и это меркло по сравнению с тем, что ей предстояло пережить, став избранницей Луны. Она даже не вздрогнула, лишь слегка напрягла мышцы, чтобы не шевелиться. Маленькая фестральная часть ее почувствовала голод от запаха крови.

Найт откинула голову назад, облизывая губы и клыки, явно наслаждаясь происходящим. Она встретилась взглядом с глазами Кэндис, которая была одновременно впечатлена и раздражена отсутствием реакции.

Найт зажгла свой рог заклинанием, массивы были сложными, архаичными, а в некоторых местах просто бессмысленными. "Это более продвинутая форма заклинания". Половина частей отпала, оставив то, что большинству пони было бы трудно выучить из-за того, насколько оно было непривычно для современного заклинания.

Найт посмотрел между двумя крыльями Кэндис. "Обычно я помещаю это вокруг рога ученика… но с тобой я в некотором замешательстве… ты можешь скопировать это?"

Кэндис кивнула, и ее магия зажгла крылья.

* * *

Найт оказалась не самым лучшим учителем. На изучение заклинания ушло, казалось, несколько часов. Хотя этот урок также служил тренировкой терпимости к боли. Она попросила Найт подтолкнуть ее к этому.

Причинять боль — это то, в чем Найт оказалась чрезвычайно талантлива. От простого разрушения заклинания, скрывающего боль, до того, что она могла сделать с помощью своего рога, копыт, крыльев и клыков, ее можно было считать художником.

Для усиления заклинания ей удалось приспособить более чем несколько современных разделов мистических наук. Она знала, что если оно разрушится, то вся боль, хранящаяся в нем, выльется на заклинателя, а не на цель. Она не хотела, чтобы это произошло, если она полагается на это заклинание.

"Значит, наконец-то ты сможешь наложить его без грубых ошибок", — промурлыкала Найт. Она, как выяснилось, была немного садисткой и любила причинять боль. Неудивительно, учитывая ее прошлое.

"Да, хотя над твоими методами обучения нужно поработать. Очевидно, что у тебя не так много опыта в наставничестве. Спасибо, дополнительное обучение было весьма полезным". Кэндис сказала это с искренней благодарностью.

Найт раздраженно фыркнула. "Не у всех из нас была тысяча лет, чтобы растолстеть, поедая пирожные и учась преподаванию. Если ты хочешь научиться владеть оружием и сражаться в бою, я могу научить, и научить хорошо", — сказала она, явно пытаясь поднять свое эго.

"Я собираюсь принять твое предложение", — ухмыльнулась Кэндис. "Луна уже готовит меня к тому, чтобы я стала ее чемпионом. Я с нетерпением жду этого". Ее тон был честным и многообещающим.

"Тогда, возможно, мне придется вооружить тебя несколькими сюрпризами, чтобы потом подловить ее". Найт улыбнулась, явно представляя себе это, а затем вернула свое внимание на Кэндис. "Но сначала, я полагаю, ты сказала, что сделаешь так, чтобы это стоило моих усилий?"

"Я действительно должна выразить тебе благодарность", — сказала Кэндис, набросившись на Найт и почти мгновенно подчинив ее, очистив ее лей-линии.

* * *

Кэндис понадобилось заклинание восстановления крови, наложенное на нее во время тренировки и еще раз во время их близости. Найт доказала, что не вся запретная магия является злом. Если бы не одно заклинание магии крови, ей пришлось бы лечь в больницу.

Найт открыла несколько шкафов, достала несколько бутылок с жидкостью и предложила Кэндис выпить. В первой был какой-то фруктовый сок, во второй, похоже, просто вода, но она помогла Кэндис почувствовать, что ее тело не так сильно измучено.

Найт заснула в ее объятиях, а Кэндис вскоре последовала за ней с надеждой, что Луна еще потренируется с ней.

* * *

Кэндис разбудило какое-то движение рядом с ней. Машущее копыто стукнуло ей в грудь. Казалось, оно что-то искало. Слабое пурпурное свечение начало заполнять комнату.

Кэндис обняла Твайлайт крыльями и притянула ее к себе. "Доброе утро, я думаю. Здесь трудно сказать".

Твайлайт склонилась в объятиях и спокойно улеглась. "Доброе утро, Д…" Твайлайт остановилась на мгновение, выглядя озадаченной. "Доброе утро, Кэндис", — сказала она, прижимаясь к груди Кэндис.

"Я более чем счастлива быть твоим “Даром”, ты знаешь", — сказала Кэндис с теплом в голосе.

"Я знаю, подушки и одеяла не разговаривают", — игриво сказала она, наслаждаясь объятиями.

"Я более чем счастлива быть такой в любое время, когда ты захочешь. Хотя, учитывая, как я наслаждаюсь твоим запахом и тем, что обнимаю тебя вот так, я думаю, не создана ли ты для меня. Я старше, — поддразнила Кэндис в ответ, в ее голосе ясно слышался юмор.

"Ну, даже Древо Гармонии считает, что я должна просто наслаждаться этим, так что я больше не буду с этим бороться". Твайлайт наклонила голову и поцеловала Кэндис, очень кротко для такого смелого заявления.

Кэндис поцеловала ее в ответ. Ощущения были совсем другими, чем когда рядом была Нова. Это было мило и нежно, но, на удивление, не так неопытно, как она ожидала. "Если я создана для тебя, то ты хотела бы увидеть меня более подробно?" — спросила она.

Твайлайт навострила уши. "Ну, я хотела провести над тобой исследование".

Кэндис откатилась назад и встала с расправленными крыльями в позу, которую можно было бы принять в кабинете врача. "Есть ли у вас в наличии какие-нибудь штангенциркули и блокноты?" — спросила она вполне дружелюбным тоном.

Твайлайт выглядела искренне оскорбленной. "С кем, по-твоему, ты имеешь дело?" Комната вдруг оказалась наполовину заполнена различными измерительными приборами и инструментами науки. "Прости", — кротко извинилась она мгновение спустя.

Кэндис прижалась к ней. "Тебе не за что извиняться. Я не знаю, что ты хранишь в этих своих пространственных карманах. Хотя я должна была этого ожидать".

"У меня есть список…" — сказала Твайлайт смущенно.

"О, могу я взглянуть? Знание твоих запасов избавит от многих вопросов в будущем", — с энтузиазмом сказала Кэндис.

Твайлайт предложила лупу и свиток, который, вероятно, мог растянуться от Кантерлота до Понивилля. "Это мой последний аудит двухмесячной давности".

Кэндис наложила заклинание временного замедления и заклинание ментального ускорения. Чтение с ее точки зрения заняло некоторое время, но с внешней точки зрения это заняло бы всего минуту. Закончив, она передала список и лупу обратно Твайлайт. "Впечатляющий список. Хотя, если он составлен два месяца назад, тебе стоит его обновить".

Твайлайт была приятно удивлена тем, что Кэндис сказала что-то положительное о списке. Как будто она ожидала какого-то негативного комментария.

"Я знаю. Я просто не могу себя заставить, мне кажется, что это не стоит того, чтобы тратить на это время. Это то, что я бы сделала раньше… но сейчас, какая разница? Мне нет". Твайлайт пожала плечами.

"Я думаю, что с изменением ситуации изменились и твои приоритеты. Ну что, приступим?" — спросила Кэндис, снова принимая позу для осмотра, явно не стесняясь показать Твайлайт все, что она хотела увидеть.

Кэндис почувствовала, как взгляд Твайлайт прошелся по ее телу. Небольшие всплески энергии исходили от нее всякий раз, когда она замечала что-то интересное. Кэндис использовала эти сигналы, чтобы показать то, на что Твайлайт смотрела в данный момент.

Большинство инструментов и приборов были убраны обратно в карманы Твайлайт, когда она надвигалась на Кэндис с блокнотом и пером наготове, чтобы делать записи.

Некоторое время был слышен только звук магии Твайлайт и быстрое царапанье бумаги. На какое-то время все прекратилось, и Кэндис почувствовала, как сила Твайлайт на несколько мгновений изменилась. Кэндис на мгновение взглянула на Твайлайт, чтобы убедиться, что с ней все в порядке.

Твайлайт улыбнулась и, казалось, набралась храбрости. Придвинувшись ближе и глубоко вдохнув аромат Кэндис, она позволила своей магии окутать одно из ее маховых перьев. Она достала измерительные инструменты и записала каждую деталь.

Она переходила от пера к перу, и с каждым разом ее манипуляции становились все более искусными, все более чувственными. Когда она перешла ко второму крылу, Твайлайт даже не пыталась скрыть, что делает, это была прелюдия, замаскированная под физический осмотр.

Кэндис начинала чувствовать себя довольно приятно, когда за ее крыльями ухаживали так чувственно. Твайлайт, похоже, все еще нервничала, поэтому она позволила ей действовать в своем собственном темпе. Она все еще представляла все, что Твайлайт хотела изучить, для осмотра.

Твайлайт сделала еще один глубокий вдох и удовлетворенно хмыкнула. "Еще несколько перьев, и можно переходить к другим вещам".

Твайлайт сосредоточила внимание на одной из уникальных особенностей Кэндис — ее хвостовых перьях. Ее пурпурная магия ушла на расправление хвоста, а копыта и мордочка Твайлайт занялись изучением первого хвостового пера.

Прошло совсем немного времени, прежде чем научный подход Твайлайт начал изучать "другие вещи", о которых она упоминала ранее.

* * *

Да, Твайлайт делала заметки, вернее, заметки делались сами собой.

Твайлайт была комочком удовлетворенности и счастья, свернувшись калачиком под крыльями Кэндис и держась за ее копыта. Твайлайт почти не дышала, но все еще была теплой и живой, изредка прижимаясь к ней. Кэндис не скоро получит свои крылья или переднюю ногу, хотя она ничуть не жаловалась на это. Ни разу не появилась Нова, не прервал ее и Найт. Впервые казалось, что она просто была Твайлайт.

Инсайт удовлетворенно обнималась со своим маленьким кусочком Найт, который был оставлен для нее во время вчерашнего интимного сеанса. Кэндис сообщила Найт о том, что Инсайт хочет присоединиться. Найт решила оставить подарок.

Кэндис же потерялась в объятиях Твайлайт. Она поцеловала ее под рогом и прижалась к ней в ответ на полученные ласки. "Мне очень понравилось, Твайлайт. Спасибо тебе. Надеюсь, я сделала твое время таким же приятным".

Твайлайт наклонилась к ней, явно избегая рога, которого там не было.

Кэндис, забавляясь, лизнула рог Твайлайт. "У меня такого нет".

Что бы Твайлайт ни собиралась сказать, она потеряла дар речи под довольный стон.

"Ладно, это было более чувствительно, чем я думала. Может, я что-то упускаю, раз у меня нет рога", — полушутя сказала Кэндис.

Твайлайт на мгновение взяла себя в копыта: "Это только потому, что я не сдерживаю себя здесь. Тебя, кажется, не беспокоит моя сила, и, поскольку эта комната блокирует даже мои чувства, я могу… растянуться и расслабиться без того, чтобы каждое малейшее колебание магии в радиусе мили беспокоило меня".

Это значило для Кэндис больше всего. Тот факт, что Твайлайт чувствовала, что может полностью расслабиться и быть собой рядом с ней, был глубоко трогателен. "Твоя магия на самом деле очень приятна для меня. Как будто я окутана тобой, даже когда обнимаю тебя физически".

Ощущение, казалось, стало теплее и каким-то образом передало счастье Твайлайт, когда она нежно прижалась к Кэндис, обнимая ее.

"Приятное ощущение, как будто меня обнимает твоя магия. Я рада, что у тебя есть место, где можно расслабиться. Ты заслужила это, особенно после того, через что тебе пришлось пройти. Я уверена, что от моих чувств к тебе Эмеральд могла бы опьянеть от любви", — мягко сказала Кэндис Твайлайт, все еще держа ее в крылатых объятиях.

"Ты говоришь о ней, как о Кейденс или Рэрити…" — сказала Твайлайт.

Кэндис недоуменно посмотрела на Твайлайт. "Нет, я имею в виду, что она будет наполнена энергией любви до такой степени, что будет пьяна, как вчера после группового объятия".

Твайлайт подняла голову, чтобы повернуться лицом к Кэндис. "Если это какой-то намек, то я ничего не делала с ней в том объятии… это было бы просто странно, а Найт — единственная, кто делала с ней что-то в любом случае. Физически, здесь, в этом мире, ты была первой пони, с которой я сделала что-то подобное".

Кэндис была тронута тем, что она была первой у Твайлайт. Она была рада, что сделала все возможное, чтобы сделать это для нее особенным. Хотя она должна была спросить об этом уточнении позже. Но сейчас было время для чего-то более важного. "Тебе и не нужно было. Любовь, которая была в куче пони, была поглощена ею. Она пыталась не притворяться пьяной, но ей явно не удавалось это скрыть. Разве ты не знаешь, что она чейнджлинг?" — спросила Кэндис с явным беспокойством.

"Чейнджлинг?" — Твайлайт выглядела обеспокоенной. "О, Торакс напишет очень несчастное письмо, когда узнает об этом… Найт практически сделала ее своим питомцем". Твайлайт поникла.

Кэндис поцеловала Твайлайт и крепко обняла ее. Твайлайт таяла в объятиях, пока Кэндис говорила. "Все в порядке. Я лично не против, если она будет физически вовлечена. Хотя я бы хотела поговорить с ней о безопасности и тому подобном. Есть шанс, что вы сможете организовать для меня встречу с ней?"

"Тебе нужно будет поговорить об этом с Найт. У нас есть соглашение… Эмеральд принадлежит ей", — сказала Твайлайт с ноткой стыда в голосе.

Кэндис подняла голову Твайлайт, чтобы встретиться с ней взглядом. "Поверь мне, Твайлайт, тебе нечего стыдиться. Я даже не знаю, почему ты сейчас так себя чувствуешь", — сказала она, а затем сменила тон на юмористический. "Я приказываю тебе поверить мне в этом". Она улыбнулась, чтобы убедиться, что смысл сказанного донесен.

Она прижалась к Кэндис. "Да, При…" — Твайлайт поймала себя на том, что не успела сказать больше. С сожалением, но осознанно она вырвалась из объятий и села чуть поодаль от Кэндис. "Я постараюсь… но я не знаю, говорила ли я Найт, что законы о порабощении других видов были отменены более восьмисот лет назад".

"О чем ты говоришь? Зачем Найт поработила ее? И как?" — Кэндис была обеспокоена, и это ясно читалось в ее голосе. Хотя она мысленно отложила тот факт, что Твайлайт чуть не назвала ее принцессой, на потом.

"Питомец… Я просто подумала, что это термин привязанности. Теперь, когда я знаю, что она чейнджлинг…" — пробормотала Твайлайт.

"Это тревожно, мы должны поговорить с Найт и все прояснить. Она должна освободить родственницу Торакса от того, что та с ней сделала". Кэндис не нравилась идея рабства, и она не собиралась стоять в стороне и позволять этому случиться.

Тело Твайлайт обвисло, падая вниз, как будто ее нити были перерезаны.

Похоже, все эти слова о марионетках вовсе не метафора, — сказала Инсайт, все еще очень спокойным голосом.

Похоже на то, — ответила Кэндис.

Это только потому, что у нее недостаточно практики, чтобы контролировать тело… пока она занимается другими делами, — добавил усталый голос, звучавший очень похоже на смесь Найт и Инсайт.

Добро пожаловать в страну живых. Так что там насчет порабощения Эмеральд? — спросила Кэндис крайне серьезным тоном.

Спроси ее, — сказал новый голос.

Глаза Твайлайт распахнулись, открыв щели, в которых на мгновение вспыхнул гнев. "Я отдыхала…" — Глаза встретились с жестким взглядом Кэндис. "Если бы ты хотела… Чего ты хочешь?" — Голос Найт начался с раздраженного тона, но закончился спокойным и оценивающим.

"Что это значит, что ты поработила одного из чейнджлингов Торакса?" — безэмоционально спросила Кэндис.

Найт выглядела озадаченной. "С чего бы мне это делать? Даже я знаю, что они союзники Эквестрии, даже если они как марионетки моей сестры".

"Эмеральд Шейд?" — напомнила ей Кэндис.

"А что насчет нее?" — спросила Найт.

"Она чейнджлинг, которую ты поработила…" — начала Кэндис.

"Да, и что?" — Найт выглядела одновременно скучающей и озадаченной. Она потянулась и оглядела комнату.

"И она у тебя в рабстве. Как ты не можешь сложить два и два? Порабощение других видов было объявлено вне закона восемьсот лет назад", — Кэндис почувствовала, что начинает показывать свое раздражение.

"О… ты думаешь, что она одна из тех слабых дурочек короля Торакса. Нет, я поймала ее, когда она шпионила и пыталась воспользоваться аликорном. Она была одной из посланных Кризалис в Понивилль".

"В Понивилле есть чейнджлинги?" — спросила Твайлайт, снова взяв контроль над своим ртом.

"Конечно есть, они повсюду. Неужели ты их не чувствуешь?" — недоверчиво спросила Найт. "Хотя некоторых из них гораздо труднее выследить, чем других, но если бы не Эмеральд, питающаяся от нас, думаю, я бы ее упустила".

"Если ты можешь их чувствовать, тогда это объясняет, почему ты думала, что Твайлайт уже знает". Кэндис все еще была недовольна тем, что ей не сказали. "Так почему же ты тогда не сказала мне?"

"Ты была с нами меньше двух дней, и ты ожидаешь, что я доверю тебе все свои секреты. Я не знаю, не подстроила ли моя сестра так, чтобы ты попытаешься убить меня при удобных обстоятельствах с помощью своих ментальных манипуляций",  — презрительно сказала Найт.

"Я твой охранник. Я ожидаю, что мне сообщат о потенциальной угрозе безопасности! Я также избранная Луны. Если бы там была какая-то магия разума, она бы ее нашла. Не стесняйся, посмотри сама, если тебя это действительно беспокоит". Кэндис была в ярости.

"А если бы она была, я бы тебе сказала", —многозначительно заявила Найт. "Я знаю, что моя сестра слишком искусна в магии разума. Она могла бы провести что-то мимо меня, и я предполагаю, что единственная причина, по которой Луна разгуливает на свободе, заключается в том, что на ней какая-то магия, заставляющая ее", — объяснила Найт с вынужденным терпением.

"Этот ментальный хирург не смог бы пронести заклинание разума мимо Твайлайт в замке. Попробуем еще раз?" — ответила Кэндис.

Найт вздохнула. "Нет, но изменение могло уже произойти. Насколько я знаю, слова “Ночь будет длиться вечно” могут превратить тебя в солнечного фанатика".

"Может, вы оба будете благоразумны?" — взмолилась Твайлайт. Это выглядело странно, выражение лица переходило на другое всякий раз, когда переключался говорящий.

"Найт, Твайлайт. Инсайт никогда не была обнаружена Селестией. Если бы она ее нашла, то убила бы, и моя память о ней была бы удалена. Тот факт, что она все еще там, доказывает, что Селестия не искалечила мой разум", — сказала Кэндис.

"Дело не в этом. Дело в Эмеральд Шейд", — возразила Твайлайт.

"Да, это лучше, чем говорить о возможной, но маловероятной угрозе. Я бы предпочла не доказывать, что она реальна", — ответила Найт, глядя на Кэндис с ноткой беспокойства.

Кэндис покачала головой. "Если это все еще возможно, я бы предпочла, чтобы это было исключено. Впрочем, это можно сделать позже. Как ты связала Эмеральд?" — спросила Кэндис, очевидно, все еще раздраженная тем, что перспектива того, что она может быть подброшена Селестией, либо не отпала, либо не исключена.

"Мы пришли к соглашению". Найт улыбнулась. "Она явно была плохо информирована об аликорнах. Мы можем кого угодно заставить соблюдать любые соглашения, которые он заключит с нами".

"Ты использовала на ней магию пактов?" — встревоженно спросила Твайлайт.

"Селестия хотя бы научила тебя, как не использовать ее при заключении сделок, в которых ты заинтересована?" — спросила Найт, явно начиная раздражаться из-за отсутствия у Твайлайт знаний об аликорнах.

"… нет", — ответила Твайлайт, выглядя обеспокоенной.

"Есть большая вероятность, что есть пони, которых ты случайно поработила своим прихотям, даже если это касается незначительных вещей", — категорично заявила Найт.

Магическое присутствие Твайлайт, казалось, отступило, а Найт — расширилось. Казалось, что Твайлайт уступила место. Ощущение магии, покрывавшей Кэндис, изменилось, а затем угасло. Магия аликорна перед ней снова была ограничена. Она больше не могла просто чувствовать, кто говорит, но язык их тела все равно выдавал их. Даже когда Найт играла роль Твайлайт, она выдавала себя тонкими намеками.

"Тебе не нужно этого делать, когда есть только я. Кажется, на меня не влияет случайное использование этого. Кроме того, я знаю, когда используется эта магия, и ты никогда не использовала ее на мне", — заверила Кэндис Твайлайт.

"Нет, не использовала, пока нет. Что она сделала, так это оказалась менее искусной в убеждении пони, чем думала. Она неосознанно использовала убеждение аликорна и инстинктивную магию пакта, чтобы все шло в ее пользу". Тон Найт был мягким. Казалось, она пыталась заверить, что это не так уж важно.

Кэндис почувствовала, что дело не такое уж и незначительное: "Очевидно, Твайлайт еще многое предстоит узнать о том, как стать аликорном. Я бы посоветовала пересмотреть с ней все, что ты знаешь об аликорнах. Не упускай ничего. Я буду рада учиться вместе с тобой, Твайлайт, если ты на это согласна. Я уже знаю достаточно, чтобы Селестия убила меня, если узнает, что я знаю. Для меня это ничего не изменит, и я искренне считаю, что чем больше я буду знать, тем лучше смогу помочь тебе".

"Селестия не убьет тебя", — перебила Твайлайт. "Она не такая уж плохая, да, она сделала несколько… вещей. Но она не… плохая пони, она просто совершила ошибки… много ошибок".

"Если бы она узнала, что я знаю, что Найтмер Мун больше не в заточении, меня бы убили за предательство", — категорично заявила Кэндис.

Твайлайт выглядела потрясенной. "Правда? Я знаю, что она не очень хорошо воспримет это, но убить тебя только за то, что ты знаешь?"

"За то, что знаю и не сообщила, да. За большинство других вещей, таких как Магия Крови, она бы все равно удалила знания хирургическим путем", — отметила Кэндис.

Твайлайт сардонически рассмеялась. "И что, по-твоему, она сделает, когда узнает, что я вроде как продала свое тело Найт?"

"И это очень хорошее тело, да еще и по отличной цене", — игриво рассмеялась Найт.

Кэндис не могла удержаться от легкого хихиканья. "Во-первых, я должна согласиться с Найт насчет прекрасной части. Я не знаю, какова была цена, но я многого не знаю о ваших соглашениях. Во-вторых, ты — Элемент Магии. Она, вероятно, вырвет ее у тебя, затем преодолеет твою защиту и восстановит тебя снова. Ты слишком важна для нее, чтобы взять и убить. Если бы ты не была Носителем Элемента, тогда она просто убила бы тебя, потому что ты была бы слишком уязвима для влияния Найтмер. Это моя честная оценка".

"Она не убивала Луну… так что, я думаю, ты ошибаешься", — сказала Твайлайт с отчаянной надеждой.

"Нет, она просто отредактировала ее воспоминания до такой степени, что она снова стала хорошей младшей сестрой. Луна лишилась, вероятно, столетие памяти", — с сожалением констатировала Кэндис.

"Это для нее так же просто, как сказать, привет", — беспомощно добавила Найт. Очевидно, там были какие-то недомолвки.

"Послушай, Селестия пытается помочь. Пытается все уладить. Я действительно думаю, что она исправляется. Я…" — Твайлайт запнулась, словно у нее закончилось желание защищать свою бывшую наставницу.

"Селестия сняла печати, которые наложила на твой разум? Она хотя бы извинилась за то, что вообще это сделала?" — спросила Кэндис.

"Нет… и я бы никогда не впустила ее в свой разум, чтобы сделать это", — вызывающе заявила Твайлайт.

"Но она даже не предложила и не извинилась. Это не исправление. Это просто делает то же самое, что и раньше. То, что она делает с магией разума, неправильно. Ее случайное использование и то, что она сделала с тобой, было неправильным. Она решила за тебя, что уберет жизненно важные части тебя. Те части, с которыми, если бы они были, ты бы сейчас не боролась. Потому что она чувствовала, что Принцессе Дружбы не нужно уметь чувствовать самые глубокие формы дружбы", — тихо сказала Кэндис, придвигаясь ближе, чтобы обнять Твайлайт.

Твайлайт прижалась к Кэндис, казалось, застряв между гневом и слезами. Через несколько секунд слезы победили. "Это должно было быть сделано, она должна была это сделать. Мир должен был быть спасен. Я видела заклинание, которое было использовано, чтобы убить меня, ее. Как только она произнесла его, это было все. Миру нужен был Элемент Магии".

Крепко обнимая ее своими крыльями, Кэндис заговорила еще мягче. "Да, возможно, она это сделала, но она не должна была делать выбор относительно твоей личности и твоей способности чувствовать любовь или вожделение к другим. У нее не было такого права, только власть", — утешила ее Кэндис.

"Пони для аликорна, с ними они поступают по своему усмотрению. Таков путь мира", — холодно заявила Найт. "Селестия была воспитана, чтобы править ими в соответствии со Старыми Традициями. Будь очень благодарна, что она позволила большинству из них отойти на второй план".

"Это может быть правдой, Найт, но это не меняет того факта, что это неправильно. У нее была сила, да, неоспоримо. Но у нее не было права. Ни одно существо не имеет права навязывать свою волю другим. Но это не останавливает их от попыток". Кэндис чувствовала, что говорит о том, что должно было быть само собой разумеющимся фактом. То, что Найт не видела этого, лишь показывало, насколько длинным был путь, который еще предстоит ей пройти.

"А если у тебя есть воля, мнение или желание, то это навязывает их другим, хочешь ты этого или нет?"— спросила Найт.

"Тогда научись контролировать это. Убедить кого-то логикой аргументов — это прекрасно. А заставлять их изменить свое мнение с помощью магии — нет. Понятно, если пони учится контролю. Твайлайт все еще нуждается в этом контроле, и Селестия не должна была утаивать информацию о ее способностях. Если Твайлайт случайно сделала что-то не так, то это преступление Селестии за то, что она не обучила ее", — тихо ответила Кэндис.

"Сдерживание силы таким образом сделало бы нас слишком легкими для убийства, почти все усиления, которые есть в наших телах, ослабли бы, наше исцеление замедлилось бы. Просто обладание магией аликорна вызывает это. Ты даже влияешь на окружающих с ее помощью", — сказала Найт, оставляя тело Твайлайт наслаждаться объятиями. Теневая форма Найтмер Мун уселась на кровать рядом с Твайлайт. "Выбор только в том, активно ли внушать им это или просто оставить все как есть".

Чувства Кэндис могли сказать, что форма была лишь проекцией, просто сильной иллюзорной магией. Найт все еще была внутри Твайлайт.

"Мы монстры?" — удрученно спросила Твайлайт.

Кэндис прижала ее к себе еще крепче. Она не хотела, чтобы Твайлайт так о себе думала. "Только если ты этого хочешь. Влияние на пони с помощью пассивной магии аликорнов можно контролировать. Только не выплескивай ее за пределы своего тела. Ты не теряешь защиты".

"Это только ограничивает ее эффект, и именно это я помогала Твайлайт делать", — добавила Найт. "Но каждое заклинание, каждый взмах крыла позволяет высвободить еще больше".

"Только не надо активно управлять разумом других. Старлайт пришлось преподать этот урок. Я уверена, что ты тоже это знаешь. Ты научила ее этому. Но это было активное использование. А то, что делаешь ты — нет. Они все еще вольны выбрать другой путь. То, что сделала Селестия, полностью лишило их выбора, как когда Старлайт наложила контроль над разумом на твоих друзей", — продолжала Кэндис утешать Твайлайт.

"Есть еще кое-что, Кэндис", — серьезно сказала Найт. "В конце концов, ты просишь нас не чувствовать".

"Я вовсе не прошу об этом. Просто не надо использовать это для контроля разума и лишения выбора", — спокойно ответила Кэндис.

"Магия аликорнов отвечает только на эмоции и желания. Если бы Твайлайт попыталась исцелить ненавистного ей пони, она бы его убила", — холодно сказала Найт.

Твайлайт вздрогнула. Иллюзия Найт положила крыло на Твайлайт, пытаясь утешить ее.

"Если только ты просто не используешь магию аликорнов, когда исцеляешь их", — отметила Кэндис. "Всегда есть выбор. У меня тоже есть магия аликорна. Я не использую ее повсюду, но все равно чувствую все очень сильно".

"Да, но ты не аликорн", — промурлыкала Найт. "У тебя есть только прикосновение, самое маленькое прикосновение. Этого недостаточно, чтобы что-то сделать. У полноценного аликорна есть только прикосновение к магии низших пони". Найт сделала паузу, делая успокаивающий вдох, похоже, пытаясь скопировать технику дыхания Твайлайт. "Как ты думаешь, почему Кризалис победила Селестию? Она пыталась использовать только свою магию единорога. Поскольку она, вероятно, не хотела восстанавливать это место из нового “расплавленного стеклянного вида”, который оно получило бы".

"У Твайлайт сейчас более сильный источник единорога, чем когда она была единорогом. Заявление “просто прикосновение” не соответствует действительности. Об остальном я могу только догадываться", — уступила Кэндис.

Твайлайт зажгла свой рог, и комната наполнилась бледным пурпурным свечением. Она использовала заклинание иллюзии, очень качественное, но не для того, чтобы обманывать.

Рядом с Твайлайт парил шар фиолетовой мистической магии размером с пони, а вокруг него вращался шар размером с копыто синей магии пегасов и зеленой магии земных пони. Рядом с ними танцевали еще три точки энергии, слишком маленькие, чтобы определить их тип в этих ложных цветах.

"Найт не лжет". Твайлайт огляделась вокруг. "Вот что я вижу, когда медитирую и ищу свой источник. Пурпурный — это магия Аликорна".

Кэндис зажгла свои крылья и произнесла похожее заклинание. Рядом с заклинанием Твайлайт было такое же, но в исполнении Кэндис. Два колодца одинакового размера, один голубой, а другой фиолетовый, были соединены мостом из лей-линий. Рядом с ними находился гораздо меньший серый фестральный источник с небольшими повреждениями, полученными в результате действий Ночи накануне вечером. Меньшее ядро медленно генерировало магию аликорна и вливалось в другие. "Вот как выглядят мои".

"Я знаю", — виновато ответила Твайлайт, — "Я смотрела, когда ты только приехала в мой замок".

Кэндис поцеловала Твайлайт, не желая, чтобы она чувствовала себя виноватой за свое любопытство. Твайлайт продлила поцелуй и обхватила Кэндис передними ногами.

Кэндис чувствовала благодарность Твайлайт за то, что ее простили, ее желание быть счастливой и оставить все эти разговоры о конфликтах и трудностях позади. Это было желание, которое могло бы побудить и не выбранную пони. Найт поймала взгляд Кэндис, который говорил "смотри". В ответ она ответила взглядом, который говорил "тренируйся".

"Не за что даже винить, моя любовь. Я бы поделилась с тобой всем, что я есть. Я думаю, что практика в использовании твоих способностей должна быть приоритетной. Хотя для меня самой, знать, что ты чувствуешь в связи с этим, полезно и ценно". Сказала Кэндис, ее голос старался быть спокойным и успокаивающим для Твайлайт.

"Значит, я могу оставить своего питомца, да?" — лениво спросила Найт.

"У тебя есть контроль над вражеским агентом. Я думаю, это подходит под пункт об освобождении от ответственности за тайную войну", — сказала Кэндис, хотя ей это все еще не нравилось, она должна была признать, что в данном случае это не было незаконным.

Найт улыбнулась. "Хорошо, мне бы не хотелось убивать ее".

Твайлайт бросила взгляд на Найт, но та лишь спокойно посмотрела в ответ.

Кэндис поняла позицию Найт. "Я хочу знать, каков ее договор, и я бы хотела хорошенько ее допросить. Я должна быть в состоянии выполнять свою работу должным образом. Я бы также хотела, чтобы ты сообщила мне, если приобретешь что-нибудь еще. Это приемлемо?"

"Пакт также может предложить защиту от магии разума и других манипуляций. Согласна ли ты принять пакт о том, чтобы не говорить Селестии?" — спокойно спросила Найт, сузив глаза, казалось, глядя в душу Кэндис.

"Да, я все равно не собираюсь ей ничего рассказывать. Я не отчитываюсь перед ней. А моя просьба?" — сказала Кэндис.

"Я смилостивлюсь над тобой и позволю тебе поговорить с моим питомцем, что же касается остального, то посмотрим", — ответила Найт.

"Спасибо, Найт", — ответила Кэндис.

"Ты не расскажешь Селестии или ее агентам ничего обо мне или моих действиях. Это будет приемлемым договором?" — спросила Найт.

"Без проблем, у меня уже есть такой договор от Луны. Просто сформулирован немного по-другому". Кэндис улыбнулась.

"Тогда защита будет удвоена!" — Найт позволила себе небольшой смешок.

Найт позволила своему смеху угаснуть, встала и приняла вид царственного правителя. "Кэндис, Первая из Вечерней Стражи. Я связываю тебя. Ты не расскажешь Селестии или ее агентам ничего обо мне и моих действиях", — властно заявила Найт, и казалось, что сам мир слушает ее. Не оказывая никакого сопротивления, каждое слово, казалось, укрепляло ее решимость следовать им, вместо того чтобы казаться связывающими цепями.

"Принимается", — заявила Кэндис. Она почувствовала, как эффект усиливается, когда она принимает договор.

"Теперь", — начала Найт. "Возвращайся к своей задаче — обнимать". Найт указала назад на Твайлайт. Слабая ухмылка, казалось, могла бы превратиться в хихиканье у менее контролируемой пони.

И одними объятьями Кэндис не ограничилась.

* * *

## 34.1 Морозный прием

* * *

Несмотря на то, что ей снова пришлось сдерживать свою магию, Твайлайт чувствовала себя прекрасно. Она не могла сдержать ухмылку. Если судить по ощущениям, излучаемым Найт, та тоже чувствовала себя довольной. Бесконечные тихие вибрации ожерелья — казалось Нова мурлычет во сне.

Не чувствуя необходимости спешить, она решила не телепортироваться, а полететь обратно в Понивилль. По правде говоря, просто покинуть хранилище Найтмер было усилием воли. Она могла бы с удовольствием провести там целый год вместе с Кэндис. Когда-нибудь ей нужно будет спросить о предметах, которые Найт хранила в его тени.

После столь тщательного и многократного ухода за лей-линиями каждая мелочь воздушных потоков была для нее очевидна. Ощущение воздуха на ее перьях было не просто приятным отвлечением.

Она то и дело закрывала глаза, наслаждаясь движением и ощущением воздуха над каждым перышком.

Телепортация по-прежнему была самым быстрым способом перемещения, и она могла использовать свой талант. Полет, с другой стороны, был гораздо более расслабляющим, он позволял ей любоваться видами и заставлял ее тело чувствовать себя живой. Она знала, что ей будет приятнее сбросить свою марионетку из плоти и подняться в воздух с обнаженной душой, но что подумает любой пони, который увидит ее?

Странно, как мало ее волновало то, что с тех пор, как она прошла Испытание Шипов, ее тело было только этим. Марионеткой из плоти. Если только не использовать особые методы, не было способа убить ее или даже нанести ей постоянный вред с помощью чего-либо, что только можно было с ней сделать.

Она открыла глаза и позволила им проследить за прекрасной фигурой своей спутницы в этом полете. Танцы в воздухе с Кэндис стали прекрасным утренним занятием. Иногда их полет превращался в игру в пятнашки.

Кэндис пролетела мимо достаточно близко, чтобы коснуться ее. Ее внимание привлек прекрасный аромат. Твайлайт улыбнулась, вспомнив множество причин, по которым они так задержались.

Прошлая ночь доказала, что Кэндис была создана для нее, или она была создана для Кэндис. Твайлайт на мгновение закрыла глаза, вспоминая совместные удовольствия.

Губы Кэндис, встретившиеся с ее губами, были гораздо более ярким напоминанием, чем просто воспоминания. Твайлайт открыла глаза и увидела Кэндис, вверх ногами летящую под ней с влюбленной улыбкой на лице. Твайлайт задумалась о том, как много они могут сделать в полете. В одной из самых рискованных книг Рэрити была сцена падения с небес. До недавнего времени она видела только опасность, но не то, насколько привлекательной может быть сама мысль о том, чтобы пройти через это.

Кэндис одарила ее любящей улыбкой, которая быстро сменилась ухмылкой. Мгновение спустя, она расправила крылья и стала стремительно пикировать, увеличивая расстояние и скорость.

Часть сознания Твайлайт запаниковала: Кэндис падала. Мгновение спустя она хотела сделать фейсхув. У них обеих были крылья. Иногда в ее мысли все еще закрадывался тот факт, что она не родилась с крыльями.

Кэндис не падала навзничь, их игра продолжалась. Ей захотелось посмеяться над собой.

Твайлайт покачала головой и повернулась вниз, чтобы нырнуть. Кэндис с ее большими крыльями обладала лучшей подъемной силой и способностью планировать. Хотя ее крылья были медленнее, менее проворными и, что более важно, создавали большее сопротивление. Даже с учетом задержки из-за паники, она смогла бы поймать ее.

Кэндис просто падала под действием силы тяжести. Она даже не использовала свою пегасью магию и просто стабилизировалась хвостовыми перьями, как дротик. В предвкушении Твайлайт почувствовала, как в ее крыльях разгорается пегасья магия. Она сделала один мощный взмах крыльями и устремилась вниз, добавляя ускорение к ускорению, вызванному гравитацией.

Она молниеносно рванула, в ответ на ее нетерпение сила аликорна, которую она направляла, придала ее крыльям гораздо больше силы, чем она ожидала. Твайлайт едва успела моргнуть, прежде чем пролетела мимо.

Оглянувшись назад, Кэндис показалось, что она преследует ее. Твайлайт улыбнулась: быть преследуемой тоже может быть весело. Она намеренно уменьшила количество магии аликорна, текущей в ее крылья. Ей нужно было больше контроля, она хотела, чтобы это было весело, а не просто легкая победа.

Кэндис летела по медленной изящной дуге, сохраняя всю возможную скорость, намеренно стремясь к перехвату.

Твайлайт оценила ситуацию. Если бы она попыталась подняться, у Кэндис был бы шанс поймать ее, да, у нее оставался бы шанс уклониться, пока они мчались друг мимо друга, но это зависело бы от ее летных навыков, а Кэндис родилась с крыльями. Кроме того, хвостовые перья давали ей дополнительный контроль и маневренность. Казалось, она даже могла значительно изменить курс, сложив крылья. Почему не у всех пегасов есть хвостовые перья? — подумала она.

Если ты собираешься устроить погоню, тебе лучше что-то сделать, а не быть "яйцеголовой" — лениво прокомментировала Найт.

Твайлайт оглянулась, ее глаза расширились. Кэндис почти настигла ее.

Твайлайт взмахнула крыльями, но намеренно свернула перья на одном из них. Дисбаланс направил ее курс в бешеную спираль. В тот момент, когда Кэндис уже собиралась ее поймать, Твайлайт сделала мощный взмах.

Если бы она все еще была единорогом, то не понимала бы, где находится и что вверху. Мир вращался, а земля стремительно приближалась. Единственное, что удерживало ее от рвоты, это то, что ее пегасьи чувства могли все это понять. Но даже при этом от увиденного у нее немного кружилась голова.

Она переключила свое внимание на воздушные потоки и плотность воздуха. Почувствовав ветер и восходящие потоки, она наполовину расправила крылья и подправила каждое перышко. Она выскользнула из кружения таким движением, что Рейнбоу не оскорбилась бы, если бы разделила с ней небо.

Для любителя это было довольно хорошо сделано, — похвалила ее Найт. Странно, что в мысленном голосе не было ни капли сарказма или насмешки. Тебе нужна помощь?

Не помощь, а совет, пожалуйста. Я хочу посмотреть, что я могу сделать. — ответила Твайлайт.

Как пожелаешь. Кэндис, похоже, тоже хочет проверить себя. Так что это дает нам больше вариантов. Ты захочешь свернуть вправо, а через три секунды взмахнуть крыльями.

Твайлайт начала мысленно считать. Как проверить себя?

Она ограничивает использование своей пегасьей магии и, похоже, пытается показать, как мало ей нужно махать крыльями, — пояснила Найт.

Твайлайт выполнила рекомендованное Найт уклонение. Кэндис пронеслась мимо нее с полностью сложенными крыльями, снова используя хвостовые перья для управления. Твайлайт заметила радостную улыбку на ее лице, когда она пролетала мимо.

Кэндис расправила свои огромные крылья, приспосабливая их, чтобы поймать восходящий поток и снова набрать высоту.

Если она и дальше будет так летать, у меня будет преимущество в скорости подъема, мобильности и максимальной скорости. Похоже, она не воспринимает меня всерьез, — мягко возмутилась Твайлайт.

С чего бы это, это же игра, а ты не очень-то умеешь летать, — сказала Найт.

Твайлайт скрестила копыта и надулась.

Если ты все еще хочешь играть, набирай высоту прямо сейчас.

Магия пегаса сделала ненужным поиск восходящих потоков. Обогнать Кэндис оказалось проще простого. Твайлайт наблюдала за ней. Широкие круги, которые термальные потоки заставляли ее делать, когда она поднималась по спирали. Она выглядела грациозной в своих консервативных движениях, особенно по сравнению с энергичным полетом самой Твайлайт.

Кэндис, казалось, забросила игру и теперь лениво порхала туда-сюда. Казалось, что она пытается просто покрасоваться. Не то чтобы Твайлайт не нравилось наблюдать за Кэндис, но она не ожидала такого развития событий. Неужели Кэндис сдалась?

Когда Кэндис перестала набирать высоту, она вдруг развернулась и бросилась прочь.

Ты собираешься ее преследовать? — давила Найт.

Твайлайт начала неглубокое пикирование на предполагаемый перехват. Взмахивая крыльями, она прибавляла скорость. Она не знала, во что играет Кэндис, но собиралась ее догнать.

Кэндис начала набирать высоту примерно на полпути в сторону восходящего потока. Ее курс привел к тому, что она выровнялась не намного выше земли, но на довольно высокой скорости. И все же, поскольку она продолжала воздерживаться от использования своей пегасьей магии, это было очень медленно для пегаса и чудовищно медленно по сравнению с тем, что могла сделать Рейнбоу.

Ты ведь понимаешь, что она направляется к другому потоку, да? Ты захочешь опередить ее и отрезать, — посоветовала Найт.

Желая максимально использовать свои возможности, Твайлайт остановилась и прибавила скорость. Кэндис было легко обогнать, когда она так летела. Возможно даже, что обычная скорость полета Флаттершай была быстрее. Но, может быть, и нет, она же не записывала их скорости.

Она обдумала, что ей делать. Почти каждое решение, которое приходило на ум, было заклинанием. Самым простым способом победить было бы скопировать свою дочь и сделать телепортационный захват.

Твайлайт покачала головой. Это игра в полет, я должна перестать все время думать своим рогом. Она задумалась.

Закрыв глаза, она ощутила все своими пегасьими чувствами, позволяя им расширяться, пока все небо не стало казаться ей кожей. Каждое легкое движение касалось отдельных частей ее шерсти. Оказавшись достаточно далеко впереди Кэндис, она решила попробовать кое-что сделать.

Твайлайт перевернулась в воздухе, выписывая кривую траекторию полета. Если все пойдет так, как задумано, она налетит на Кэндис спереди и сверху, снижаясь под углом в сорок градусов.

Рассекать воздух с закрытыми глазами казалось опасным, но она знала, что это не так. Она отслеживала все, что находилось в воздухе в радиусе мили от нее. Даже если случится худшее, и она рухнет, она, вероятно, сумеет избежать этого. А если нет, то не факт, что простое падение сможет ее убить.

Кэндис держала путь прямо и верно. След, который она оставляла в воздухе, был похож на стрелку, указывающую на место назначения, по мнению Твайлайт.

Твайлайт завершила петлю и теперь направлялась прямо к Кэндис, явно нацеливаясь на лобовое столкновение, все еще с закрытыми глазами.

Пока они стремительно сближались, Кэндис ничуть не изменила направление.

Твайлайт должна была все правильно рассчитать, она не хотела рисковать столкновением, поэтому не стала превращать это в игру в салочки. За полсекунды до столкновения она взмахнула крыльями с помощью пегасьей магии, чтобы захватить воздух на десятки длин тела вокруг себя. Они протестовали и кричали от боли, но по сравнению со всем остальным, через что ей пришлось пройти, это едва ли стоило внимания. Она остановилась почти полностью, подняв крылья для очередного взмаха, который должен был столкнуть ее с Кэндис. В тот же момент Кэндис решила нырнуть под нее.

Твайлайт развернулась и бросилась в попытке захвата. Кэндис перевернулась на спину. Передние ноги Твайлайт обхватили Кэндис за мгновение до того, как удар отправил их обеих в кувырок.

Кэндис прижалась к ней, когда Твайлайт обняла ее. Крылья Кэндис сложились, а затем расправились, упираясь в воздух и стабилизируя полет. Твайлайт прижалась к Кэндис и почувствовала, как теплые губы встретились с ее губами.

Твайлайт открыла глаза. Аналитический взгляд на вещи сменился быстро становящимся знакомым чувством желания. Глаза Кэндис были закрыты, так как она наслаждалась поцелуем, длившимся несколько секунд. Твайлайт сложила крылья, чтобы уменьшить сопротивление. Поцелуй в воздухе под другой кобылой — это, безусловно, незабываемое ощущение.

Кэндис с улыбкой открыла глаза после поцелуя. Большие крылья тянули их вверх, в тепло. Скорость вперед превратилась в импульс вверх. Когда они по дуге поднялись вверх и потеряли скорость, Кэндис выпустила Твайлайт из объятий, продолжая держать ее за копыта. Они перешли в вертикальный полет и оказались друг напротив друга копыто в копыте. Вертикальный импульс исчерпал себя, и Твайлайт на мгновение почувствовала себя невесомой. Кэндис легонько отпустила ее. "Потанцуем?"

Найт просто разразилась смехом в голове Твайлайт.

Что? — раздраженно подумала Твайлайт.

О, я просто не думала, что ты случайно убьешь Кэндис здесь своими "танцевальными" способностями. — Пошутила Найт.

Я умею танцевать! — запротестовала Твайлайт.

Мы можем танцевать, если ты позволишь мне научить тебя. — Найт легко взяла управление на себя, это было такое тонкое прикосновение, что Твайлайт почти не могла сказать, что действия были не ее собственными.

"Мы оба принимаем твое приглашение", — сказала Найт.

Сначала Твайлайт не могла поверить в красоту и грацию движений, которые совершало ее тело. Воздух был их партнером, как и Кэндис. Вихри и ветры, создаваемые их крыльями, были похожи на пары, танцующие под одну и ту же музыку.

Твайлайт не знала, сколько времени они провели в воздухе, танцуя и подыгрывая движениям друг друга. Найт сделала шаг назад, сглаживая и корректируя движения Твайлайт, но позволяя ей самой контролировать себя, направляя ее несколько хаотичный танец.

Уникальная магия Рейнбоу взорвалась, как звезда, когда она подлетела ближе. Твайлайт повернула голову, чтобы посмотреть, приостановив танец.

Магия радужногривой кобылы взвилась в воздух, когда она мгновенно остановилась, и ее инерция была брошена в окружающий воздух. Это вызвало достаточную турбулентность, чтобы гривы Твайлайт и Кэндис разлетелись во время кратковременного шторма.

"Где вы были?" — потребовала Рейнбоу. "Рэрити, когда увидит вас, надерет вам бока, и если бы я не была так рада видеть, что с вами всё в порядке, я была бы второй на очереди".

Невозможно было скрыть тот факт, что она, скорее всего, видела многое из их танца. Твайлайт оглядела весь пустой воздух вокруг себя. Любая пони с телескопом или достаточно хорошим заклинанием улучшения зрения в Понивилле или Кантерлоте могла бы увидеть все это представление.

"Ну…" — начала Твайлайт.

"Ты сказала, что это будет быстрая поездка. Быстрая поездка? Я знаю, что мои представления о том, что такое быстро, могут быть немного… ну, слишком быстрыми для большинства пони, но даже я знаю, что опоздание более чем на день — это не быстрая поездка", — сказала Рейнбоу.

"Возможно, мы немного отвлеклись", — признала Твайлайт.

"Твайлайт, ты выглядишь так, будто пытаешься соблазнить своего охранника, и, очевидно, твои танцы хреново получаются только на земле", — сказала Рейнбоу.

Хэй! — попыталась сказать Твайлайт, но Найт придержала язык.

В свое время ты станешь лучше, — ответила Найт.

"Я по закону являюсь частью ее гарема", — поддразнила Кэндис.

Рейнбоу, казалось, почти покраснела. "Дело не в этом, пони подверглись нападению чейнджлингов, мне пришлось спасать твою “гостью” от пары из них. Я подумала, что они могли схватить тебя".

"Спасибо, что спасли мою Эмеральд", — сказала Найт.

"Ситуация разрешилась?" — спросила Кэндис.

Рейнбоу прижала копыто к груди. "Да, я разбила одного из них и испепелила другого, Рейнбоу “Опасность” Дэш снова пришла на помощь". Она сделала небольшую паузу. "Там было еще кое-что, Литтл Стар поколдовала и раскрыла еще несколько, а потом “самоуверенный единорог с ушами летучей мыши” заставил копыта подняться с земли и утащить чейнджлингов. Я могу сказать, что это было что-то вроде Найтмер Найт".

"Но все ли пони в порядке?" — спросила Твайлайт.

"Ну и ну, думаешь, я бы тут болтала, если бы они не были в порядке?" — сказала Рейнбоу.

Твайлайт улыбнулась.

"Не похоже, что у тебя было много обучения как стражника, так что я бы не стала делать предположение о твоем понимании протокола", — сказала Кэндис легким тоном.

"Кому нужны эти чурбаны, я — Вондерболт, мы гораздо круче, чем любые стражники"— с гордостью заявила Рейнбоу.

"Да, ты прямо-таки выпендрежница. Хотя ты лучше любого Вондерболта, которого я видела" — согласилась Кэндис.

Твайлайт почувствовала, что ей хочется сделать фейсхув. Все складывалось точно так же, как раньше между Рейнбоу и Эпплджек.

Гнев на мгновение вспыхнул на лице Рейнбоу, но тут же застыл. Ее выражение стало более холодным и нейтральным. Рейнбоу, в мгновение пегасьей магии, оказалась перед лицом Кэндис с самодовольной улыбкой на лице. "И не забывай об этом". Она выглядела довольной, а затем ткнула копытом в грудь Кэндис. "Только не надо пренебрегать Вондерболтами, может, я и самая радикальная из всех, но они — лучшее, что есть".

Кэндис лишь коротко улыбнулась: "Если говорить о том, кому пришлось спасать их во время конкурса “Лучшие молодые летуны”, то я могу удовлетворить твою просьбу".

"Хм" — Твайлайт выглядела задумчивой. Она посмотрела на Кэндис и шепотом сказала: "Знаешь, это бессмысленно. Рэрити может быть физически здоровой для единорога, но она никак не может нанести достаточный кинетический удар, чтобы вырубить пегаса, прошедшего боевую подготовку… Думаешь, это было подстроено Селестией, чтобы “подтолкнуть” Рейнбоу к исполнению соник рейнбум?".

Рейнбоу посмотрела на Твайлайт, а затем вернулась к Кэндис. "Да, да, у каждой пони может быть плохой день. Они не ожидали, что Рэрити нападет на них". Рейнбоу улыбнулась. "Но я сделала так, что спасение выглядело потрясающе". Намек на беспокойство, пробившийся сквозь браваду в глазах радужногривой кобылы, позволил Твайлайт понять, как она благодарна за то, что Рэрити осталась жива.

Взмахом уха Твайлайт дала понять, что кивок Кэндис был адресован не только Рейнбоу, но и ей. Говоря шепотом, Кэндис ответила. "Очень высокая вероятность. А как же проблема быстрого роста Спайка? Тогда они тоже не были более эффективными".

Рейнбоу позировала, очевидно, более чем довольная тем, что все пони признали ее "потрясающие" способности.

Твайлайт задумалась на мгновение, ей нужно было проанализировать все, что делали другие вокруг них. Чтобы выяснить, не было ли других случаев, когда другие резко отставали, чтобы дать носителям Элементов шанс блеснуть. Насколько сильно Селестия двигала нас, как игровые фигуры?

Скорее всего, вы все еще на ее доске, — ехидно заметила Найт.

Скоро нам придется сойти с доски и превратиться в самостоятельных игроков, — подумала Твайлайт.

Ты учишься, — ответила Найт. По ее тону было ясно, что она ухмыляется.

"Так ты сказала, что испепелила одного из чейнджлингов?" — спросила Найт.

Рейнбоу кивнула: "Да, это было просто потрясающе!"

"Значит, тебе нравится мой маленький подарок?" — дразняще спросила Найт. "Ты знаешь, что я могла бы научить тебя многому другому…" — Найт бросила пылающий взгляд на Рейнбоу.

Рейнбоу покраснела, но проигнорировала его. "Она… она поджарила того чейнжлинга, как в микроволновке".

Найт… — предупредила Твайлайт.

В голове Твайлайт раздался игривый смех. О, расслабься, Твайлайт. Это просто забава, если ты собираешься критиковать меня за это, тебе придется арестовать Рэрити за то, что она делает, — сказала Найт.

Твайлайт оглядела маленькую группу. Все они просто стояли и разговаривали. Очевидно, она сильно опоздала. Вспомнив, как она раньше реагировала на одну только мысль об опоздании, она рассмеялась.

Рейнбоу посмотрела на нее. Твайлайт представила, что та подумала, будто смех вызван мыслью о том, что чейнджлинга бьёт током.

"Так откуда мне знать, что ты не чейнджлинг?" — спросила Рейнбоу.

"Если у тебя нет рога, то никак", — ответила Твайлайт. Она на мгновение постучала себя по подбородку. В парящей позе было гораздо легче принять правильную задумчивую позу. "Ну, есть способ, но я не позволю тебе вырубить меня или попытаться убить, чтобы проверить, сброшу ли я маскировку".

Кэндис заставила свои крылья на мгновение засветиться. "Не уверена, что чейнджлинг может это имитировать".

"Я могу телепортировать тебя в Кантерлот? Если это поможет", — добавила Твайлайт.

"Твайлайт… что ты сказала мне, когда закончила учить меня?"

Твайлайт на мгновение посмотрела на Кэндис. Прежде чем придвинуться ближе к Рейнбоу. Наклонившись так близко, как только позволяли их хлопающие крылья, она начала шептать Рейнбоу на ухо.

Вспышка пурпурной магии и радостный возглас Стар: "Мамочка", — прервали момент.

Твайлайт замерла, и если бы не Найт, ее крылья перестали бы хлопать. Ее разум собрал все воедино.

Факт первый: Ее рог почувствовал сигнатуру быстрого телепорта с помощью магии ее дочери.

Факт второй: ее дочь звала ее.

Факт третий: Голос Стар быстро удалялся.

Факт четвертый: Литтл Стар, ее дочь, падала на землю к своей смерти, не имея крыльев.

Факт пятый: Она должна была что-то сделать.

Твайлайт вынырнула из ментального паралича и обнаружила, что ее тело уже движется — Найт не дала им потерять ни доли секунды. Даже Нова проснулась и насторожилась, стуча по ожерелью.

Кэндис уже формировала свою магию единорога, чтобы телекинезом схватить Стар.

Ее собственное тело распалось на тени, а затем мгновением позже восстановилось. Твайлайт не могла понять, что произошло.

Быстро кружась и ища свою дочь, она нашла ее в безопасности в копытах Рейнбоу и окутанной магией Кэндис.

Литтл Стар хлопнула копытами: "Еще раз, еще раз". Она телепортировалась на двести длин тела прямо вверх.

Лицо Рейнбоу выражало целую новеллу на тему "что за фигня". Не имея рога, она не могла почувствовать, куда телепортировалась Стар.

Твайлайт, мне кажется, вся эта семья сошла с ума, — заявила Найт.

Думаю, ты права, — ответила Твайлайт, глядя на исчезающую вспышку магии и падающую дочь.

Кэндис использовала свою магию и, как показалось Твайлайт, прочертила в воздухе пылающий след, словно молния, а копыта устремились за Литтл Стар.

Уголком глаза она заметила, что Рейнбоу тоже смотрит вверх, и как раз вовремя, чтобы увидеть, как Литтл Стар телепортируется в объятия Кэндис.

"Хватит на сегодня. Потренируемся позже", — немного назидательно сказала Кэндис, как разочарованная учительница.

На мгновение Твайлайт подумала о том, как Селестия использовала подобные тона и насколько разрушительным это могло быть. Ей нужно будет позже проведать дочь, чтобы узнать, не нужно ли ей мороженое.

"Оу, но это было весело. Я даже увидела два новых трюка", — пожаловалась Стар.

"Верно, но ты также подвергла себя опасности, не проверив, куда ты телепортировалась. Этим ты также напугала всех нас. Ты могла легко пораниться", — сказала Кэндис, поглаживая Литтл Стар.

Твайлайт и Рейнбоу поднялись вверх, пока Кэндис сбрасывала высоту. Она поняла, что парить с большими крыльями должно быть неудобно и утомительно для физического тела.

Литтл Стар погладила Кэндис в ответ. "Прости, я просто была так рада, что мамочка Твайлайт вернулась".

"Я знаю. У тебя не будет неприятностей, я не думаю. Просто нужно научиться понимать, что уместно, вот и все", — успокоила ее Кэндис.

"Эй, малышка, не могла бы ты повторить заклинание поиска чейнджлингов?" — спросила Рейнбоу.

"Конечно", — Литтл Стар зажгла свой рог и пустила из него магическую сферу, расширяющуюся, словно от взрыва. Это было отличное заклинание, поскольку обычная форма заклинания в виде молнии сменилась сферическим взрывом.

Как только заклинание омыло Твайлайт и Кэндис, Рейнбоу почувствовала облегчение. "Спасибо", — сказала она, взъерошив копытом гриву Стар.

"Мамочка, замок в безопасности, никакие плохие пони не проникли внутрь. Эмеральд и еще один Избранный Ночью присматривают за ним" — Стар смотрела на Твайлайт проникновенными глазами, полными гордости за то, что она сделала, и желая, чтобы ее похвалили.

Твайлайт подлетела достаточно близко, чтобы наклониться и погладить Литтл Стар. Это получалось только потому, что Найт управляла их крыльями, чтобы не нарушить воздух для Кэндис.

"Моя храбрая Литтл Стар", — сказала Найт, ее голос был полон нежности.

Кэндис протянула Стар к Твайлайт, и в мгновение ока она оказалась на спине Твайлайт, держась за ее гриву.

Найт изменила форму крыльев, заставив их использовать немного больше пегасьей магии, чтобы компенсировать это.

Твайлайт начала летать и делать несколько простых трюков. Восторженные крики Стар звучали громче, чем рев толпы.

"Она слышала меня, когда я сказала, что она опаздывает?" — спросила Рейнбоу, глядя на Кэндис. "Потому что это не похоже на ее обычное сумасшествие… Она в порядке?"

"Она через многое прошла, и я думаю, что она пересматривает свои приоритеты. Дай ей время, я думаю, все наладится", — объяснила Кэндис.

Твайлайт почувствовала движение воздуха, когда Рейнбоу кивнула, прежде чем ответить. "Если она не исправится и не начнет летать как надо, Рэрити… Я не знаю, что сделает Рэрити, но думаю, что это будет плохо. Она разозлится сильнее, чем Эпплджек, если ты попытаешься сорвать несколько ее яблок".

Кэндис кивнула в ответ: "Твайлайт, Рейнбоу права. Нам действительно пора возвращаться в замок", — сказала она. "Спасибо, Рейнбоу".

Неужели все действительно так плохо? — подумала Твайлайт, думая о манипуляторше. "Так, приготовьтесь к телепорту".

Твайлайт дала всем пони досчитать до трех, прежде чем телепортировать их прямо в свой замок.

* * *

Переход от парения на открытом воздухе к попыткам сделать это внутри здания всегда вызывал проблемы. Твайлайт просто перестала махать крыльями и позволила себе опуститься на пол, благо было невысоко. Она услышала стук своих копыт по хрустальной поверхности за мгновение до того, как это сделала Кэндис.

Литтл Стар телепортировалась, и вдалеке послышалось: "Мамин дом, мамин дом".

Рейнбоу умело поддерживала стабильное парящее состояние с помощью ленивых движений крыльев. Это было удивительное мастерство управления, которое обычно известно только тем, кто обучен прибывать на места боевых действий с помощью телепортации.

Найт повернула голову к одной из теней: "Спасибо, что помогли защитить мой дом".

Один из стражников Луны? — спросила Твайлайт у Найт.

Да, и они весьма искусны в этом деле, — ответила Найт.

Во вспышке  пурпурной магии вернулась Литтл Стар. "Ты готова помочь Скуталу? Она должна быть здесь через час".

Это сегодня? — с растущей тревогой подумала Твайлайт. "Конечно, мне только нужно взять несколько вещей".

Твайлайт телепортировалась из этой комнаты и посетила множество других, быстро пытаясь собрать все, что ей было нужно или могло понадобиться для этого. Она даже не успела написать информационный справочник для Скуталу.

Она перенеслась обратно в главную комнату и увидела, что остальные разговаривают. Тут ее осенила идея, и она снова исчезла.

Твайлайт быстро создала несколько заклинаний копирования, чтобы сделать дубликаты книг и свитков, которые были ей нужны. Твайлайт вздрогнула, она поклялась, что никогда не воспользуется подобным заклинанием, но это была крайняя необходимость.

Как только копии были сделаны, она телепортировалась в Вечносвободный лес. После того, что она там сделала, местная фауна уже научилась оставлять ее в покое. Она чувствовала, как животные и магические существа отступают.

Улыбаясь от удовлетворения, рог Твайлайт засветился темной магией. Как она постоянно повторяла, в темной магии нет ничего плохого, только в большинстве пони, которые ее используют. Она не была большинством пони. Она была Элементом Магии и принцессой аликорном. Селестия скрывала от них так много магии, так много знаний, которые можно было бы использовать, чтобы сделать мир лучше. Все эти годы она осуждала пони, лишала их знаний, необходимых для спасения.

Твайлайт высвободила заклинание, в это же время несколько слезинок упали из ее глаз. Это были всего лишь копии, которые она сделала сама сегодня, но дело было не в этом. Она, выдающийся библиотекарь и принцесса книг, только что уничтожила то, что, должно быть, составляло половину коллекции ее библиотеки.

Воспоминания давно умерших пони, которые записали их своими словами, казалось, формировались в ее сознании. Она знала, что это всего лишь часть заклинания "Пожирание знаний".

Сделав это, она телепортировалась обратно в главную комнату.

Не слишком приятный голос Рэрити потребовал ее внимания. "Не смей больше телепортироваться, дорогуша!"

Теперь все взгляды были устремлены на Твайлайт. Рэрити, Эпплджек, Флаттершай, Эмеральд, Кэндис и Литтл Стар стояли и смотрели прямо на нее.

Твайлайт помахала копытом. "Привет, Рэрити".

Холодное выражение лица подруги заставило сердце Твайлайт остановиться. Что она наделала, что случилось?

"И сколько сейчас, по-твоему, времени?" — спросила Рэрити решительно ледяным тоном.

"Эээ… Одиннадцать-двадцать два?" — смущенно ответила Твайлайт.

"И девять секунд", — добавила Литтл Стар в своей очаровательной, услужливой манере.

Рэрити посмотрела на Литтл Стар. "И ты оставила свою дочь одну, не поручив никому присмотреть за ней? Не то чтобы мы возражали против присмотра за малышкой… но небольшое предупреждение не помешало бы".

Литтл Стар выглядела немного растерянной. Твайлайт ободряюще похлопала Стар крылом.

"Простите, ребята. Задержка произошла по моей вине. Я отвлекла Твайлайт после того, как мы разобрались с солярами-трайбалистами. Я предложила Твайлайт заняться наукой и учебой, чтобы попытаться расслабиться, а потом мы обе потерялись во времени", — Кэндис извинилась, ее взгляд был направлен в пол.

"Так вот в чем дело?" — спросила Рэрити, поднося газету. На обложке была изображена Твайлайт с парящей в воздухе над ней квартирой, когда ей противостояла целая толпа стражников Селестии.

Найт почувствовала самодовольное удовлетворение, и Твайлайт была вынуждена согласиться, но было немного досадно, что они не сделали более удачную фотографию для газеты.

Эмеральд с явным интересом смотрела на Кэндис и Твайлайт.

Твайлайт улыбнулась: "О, это… Я просто помогала Кэндис переехать домой. Я все еще не знаю, куда ее поставить, может, я могла бы просто дать ей комнату, достаточно большую, чтобы в ней можно было разместить всю квартиру?"

"Я была бы не против просто забрать свои вещи из квартиры и закончить с этим. Ее стандартный солнечный дизайн мне больше не по вкусу", — ответила Кэндис.

"Значит, то, что ты напала на целое подразделение королевских гвардейцев и нанесла серьезный структурный ущерб, по меньшей мере, двум зданиям, не ложь?" — воскликнула Рэрити.

Твайлайт посмотрела на Кэндис: "Не думаю, что помню, чтобы я причинила какой-либо ущерб… Кэндис?"

"Нападения на стражников не было. Они столкнулись с ней, и она передала им документы, чтобы забрать квартиру. Тому, кто нам мешал, просто напомнили, что я действительно все еще стражник, хотя сейчас нахожусь под командованием Луны и Твайлайт. Никто не пострадал, а демонтаж одной части здания не нанес ущерба и был полностью законным, по словам командира Солнечной гвардии, который был там", — объяснила Кэндис.

"И что же ты так сосредоточенно изучала на этот раз?" — спросила Рэрити, ее зоркие глаза, сосредоточенные на деталях, требовали информации.

"А это имеет значение?" — спросила Рейнбоу. "Она могла бы изучать пустые тротуары в мертвых городах и была бы счастлива до конца своих дней".

Найт совершенно не стеснялась того, что они "изучали". И это было хорошо, так как она продолжала контролировать лицо Твайлайт.

Спасибо, — подумала Твайлайт. Хотя она не знала, благодарить ли ей Рейнбоу за вмешательство или Найт за самоконтроль.

Мы пытаемся быть семьей, помнишь? А семья заботится друг о друге, — ответила Найт.

До чего докатился мир? Она чувствовала себя совершенно спокойно, разделяя свое тело с бывшей Найтмер, и мысль о том, что придется снова увидеть Селестию, наполняла ее раздражением, оттененным страхом и гневом.

Куда подевались надежда и одобрение после того прекрасного ужина, который они все вместе разделили. Ведь на самом деле ничего не изменилось, не так ли?

Была ли Кэндис права насчет того, что Селестия сделает?

Голос Найт, прозвучавший как в ее голове, так и снизу, вывел ее из задумчивости. "Теперь, когда у меня есть стража, им нужна форма. Полагаю, ты не знаешь, где принцесса может найти пони, способного справиться с таким рискованным поручением?"

Будь внимательна, это твои друзья, и я не буду нести ответственность за неверный шаг, если ты будешь их игнорировать, — мысленно прокомментировала Найт.

Твайлайт огляделась. Она бродила по владениям Найт, обсидиановой плоскости за пределами ее Библиотеки.

Что случилось? Неужели она так отвлеклась, что просто ускользнула обратно в свой бастион? Или она искала безопасности под любящими крыльями Дримс? В любом случае, это не имело значения.

Она бросилась туда и снова погрузилась сквозь вязкую мембрану в свое тело.

Чувства ее марионетки из плоти снова охватили ее.

Рэрити выглядела где-то между радостью и обидой. Твайлайт могла видеть искушение, играющее в ее глазах. Форма королевской гвардии будет существовать, пока правит принцесса. А поскольку никто из остальных не знал о ее планах попытаться спасти их от смерти, это станет частью ее наследия.

Твайлайт улыбнулась противоречивой моднице. "Я искренне извиняюсь за опоздание. С тех пор как… Мэйнхеттан…"

Грань раздражения Рэрити испарилась, мгновенно сменившись глубоким сочувствием и легкой тошнотой.

Твайлайт вздохнула, слегка опустив взгляд. "Просто мне так трудно уделять внимание своему расписанию. Как будто каждый момент — это подарок, которым нужно наслаждаться. Слишком легко было попасться на удочку импульса и просто забыть обо всех своих заботах и планах".

Рэрити подбежала, издала мелодраматический вздох и обняла Твайлайт.

Твайлайт склонилась в объятиях, прижимаясь к Рэрити. У нее не хватало крыльев, но поскольку это была ее подруга, она позволила обнять себя за эту небольшую особенность.

"Пожалуйста, прости меня?" — пробормотала Твайлайт.

"Конечно, дорогая", — без колебаний ответила Рэрити.

Кэндис бросила на нее взгляд, который говорил: "Поговорим позже". Твайлайт отметила, как быстро Рэрити пошла навстречу ее желаниям. В сердце Твайлайт закралось тоскливое чувство. Она контролировала своих друзей, и даже не намеревалась этого делать.

"Спасибо, — ответила за нее Найт, крепко обнимая ее. Перестань, — заявила она холодным мысленным голосом.

Твайлайт почувствовала, как на ее лице появилась улыбка, а тело отстранилось от объятий и повернулось, чтобы выйти из комнаты.

* * *

Эмеральд Шейд остановила Твайлайт в коридоре. Используя свой рог, она очень медленно и явно создала звуковой барьер вокруг них, позаботившись о том, чтобы исключить Кэндис.

"Итак, теперь, когда ты со мной расправилась и подставила меня в ловушку для Королевы, что теперь?" —  Эмеральд посмотрела на Твайлайт. "Они хотят моей смерти… они не прекратят попыток, пока не добьются успеха".

"Хорошо, всегда легче, когда моя добыча сама приходит ко мне", — Найт наклонилась, показывая клыки и прищуренные глаза. "Ты можешь стать моей, и я буду защищать тебя, или ты можешь уйти и рискнуть… дай мне знать к концу дня".

Эмеральд собиралась ответить, но магия Твайлайт зажала ей рот и с почти презрительной легкостью развеяла звуковой барьер.

"Сейчас мне нужно дать небо кобылке, мы можем поговорить об этом позже", — сказала Твайлайт. Она была твердо намерена не опаздывать.

"Можешь оставаться в замке, пока не решишь. О, и ты можешь обращаться с Кэндис, как будто она — это я. В конце концов, она моя", — сказала Найт и бесстыдно украдкой поцеловала Кэндис. "Присмотри за ней, ладно?"

Кэндис кивнула.

Найт вела их по коридору, полураскинув крылья и соблазнительно покачиваясь.

"Кто заменил Твайлайт?" — спросила Эмеральд.

"Она просто наконец выздоравливает", — сказала Кэндис, следуя за Твайлайт с Эмеральд рядом с ней.

"Кого она теперь будет пытаться соблазнить?" — спросила Эмеральд.

"Нас, я полагаю. Получается?" — сказала Кэндис игривым тоном.

Твайлайт почувствовала тепло. Ей было неловко, но она чувствовала себя счастливой. Она чувствовала их взгляды, следящие за ней, и это заставляло ее чувствовать себя хорошо.

Я могу быть сексуальной? — подумала Твайлайт, почти с благоговением. Странная смесь гордости и удовлетворения начала подниматься в ней.

Найт продолжала смеяться целую минуту.

* * *

## 34.2 Первый полет Скуталу

* * *

Невероятное возбуждение от того, что должно было произойти сегодня, прогнало всякую надежду на сон. Каждая минута ночи проходила мучительно медленно. Наконец, после тысячи лет ожидания, первые лучи света пробрались в ее комнату. Она почувствовала, как крылья быстро зажужжали по бокам. Наконец-то ей разрешили встать. Это будет последняя суббота, когда она не сможет летать.

Вскочив с постели, она разбросала крыльями одеяло и подушки и бросилась вон из комнаты.

Она позавтракала, почистила зубы, умылась и сделала все, что требовали от нее тетушки перед тем, как выпустить ее в мир. Тетушки сказали что-то об удаче и о том, что увидят ее там, но, прежде чем были произнесены последние слова, она уже ушла.

Рысцой она вышла на улицу со своим верным самокатом в копыте. Ее шлем был готов к тому, что, возможно, станет ее последним днем использования вида транспорта, который определил ее жизнь.

Скуталу уже давно перестала удивляться внезапному появлению Стар или тому, что она случайно узнала, когда она готова начать день. Казалось, что она постоянно шпионит за ней. Этого не могло быть, у дочери Твайлайт наверняка были свои важные дела.

Торн, домашний лесной волк Стар, ну, точнее, лесной щенок, бегал вокруг ног Стар и выглядел более чем счастливым, что оказался на улице.

"Ты ведь знаешь, что не сможешь взять его на ферму, верно?" — спросила Скуталу.

"Я знаю, Эпплджек уже пыталась разбить его однажды". Стар опустила глаза. "И я научилась предупреждать пони, когда использую магию, которую они могут не ожидать. Не знаю, как они этого не ожидали, ведь они все видели, как я работала над его созданием".

Скуталу положила переднюю ногу на холку Стар: "Все будет хорошо".

"Я знаю, у него теперь есть щит", — Стар улыбнулась своей довольной улыбкой, которая появлялась у нее всякий раз, когда она делала что-то крутое, или что-то, чего никто из Метконосцев не понимал, с помощью своей магии.

"Ты имеешь в виду, как Твайлайт иногда ставит вокруг своей библиотеки?"

"Это делает мама?"

Скуталу кивнула. "Да, он весь светится и не пропускает почти ничего".

"Ты готова?" — спросила Скуталу, надевая шлем и занимая свое место на одноименной тележке. Стар телепортировалась на место, и ее шляпа Дэринг Ду со светящимися рунами оказалась у нее на голове.

"Готова!" — Стар указала копытом вперед.

Они помчались за остальными друзьями.

* * *

Эпплблум застряла за работой по дому, но она пообещала, что будет там вовремя, чтобы посмотреть, как Скуталу обретает способность летать. С другой стороны, оказалось, что за Свити Белль присматривала Флаттершай, которая позволила ей пойти с ними, или, по крайней мере, ничего не сказала против, прежде чем Стар телепортировала их прочь.

Было странно, что Стар просто знает такие вещи. Заклинания облака и ходьбы по облакам, заменили обычную тележку в то время как Скуталу буксировала их на скорости за собой. Но если Твайлайт была всезнайкой, то вполне логично, что и Стар тоже.

Три кобылки пробирались по улицам. Магия Стар позволяла им делать гораздо больше, чем Скуталу могла сделать сама. Они прыгали через препятствия и делали такие трюки, которые в обычных условиях были просто невозможны.

Лилли, Дейзи и Роузлак, сестры-цветочницы, вышли на улицу перед ними.

При виде нового препятствия Стар зажгла свой рог. "Быстрее", — радостно крикнула она.

Скуталу повиновалась, смирившись с тем, что Стар может решить с помощью своей магии все, кроме проблем, созданных ее магией.

Пурпурная энергия вспыхнула между ними. Скуталу узнала трамплин, когда увидела его. Она колебалась недолго и изо всех сил замахала своими недоразвитыми крыльями.

Радостный крик Стар присоединился к крику Скуталу, когда они понеслись по воздуху.

"Простите", — обратилась Свити Белль к ошеломленным пони внизу.

Их колеса ударились о землю примерно в тридцати длинах тела пони от потерявших сознание кобыл, и Скуталу, резко развернув свой верный скутер, остановилась. Облако послушно последовало за ней и через мгновение тоже встало.

Пони с кожистыми крыльями, одетый в доспехи Найтмер Найт, приземлился рядом с тремя кобылами на земле. Быстро осмотрев их, он перенес их с середины дороги и устроил поудобнее, после чего скрылся в тени.

"Как он это сделал?" — спросила Свити Белль. Скуталу тоже хотела это знать.

"Это просто хождение по теням, это способность фестралов", — ответила Стар, словно читая из книги.

"Что такое фестрал?" — в замешательстве спросила Свити.

"…Не-хорошие-пони называют их бэт-пони, но это не то, чем они являются", — объяснила Стар.

"Как Флаттершай наряжалась несколько Найтмер Найт назад?" — спросила Свити Белль.

Стар на мгновение выглядела озадаченной, а потом кивнула. "Да, как тогда, но настоящие".

"Спасибо, Литтл Стар", — раздался голос жеребца из тени под ними.

Скуталу удалось получить впечатляющий разгон даже без пегасьей магии. Свити Белль приложила копыто к груди и, казалось, решала, стоит ли изображать Рэрити.

"Здравствуйте, мистер Страйкер", — сказала Стар и помахала копытом своей тени.

Стар ничуть не вздрогнула. На самом деле, она даже выглядела счастливой, разговаривая со своей тенью.

"У тебя есть кое-какие способности, странно, что твоя кьютимарка не скутер", — сказал Страйкер.

Скуталу захотелось принять эффектную позу и сделать пару трюков.

"Здравствуйте, мистер Страйкер", — сказала Свити, явно стараясь быть похожей на свою старшую сестру.

"Приятно познакомиться с тобой, и с тобой тоже, Скуталу. Кажется, я помню, что здесь должна быть еще одна из вас, и если вы вместе, то нужно вызвать пожарную команду?"

"Не-а, это только если Свити готовит", — добавила Скуталу.

Свити топнула копытцем: "Эй, я умею готовить!"

Скуталу наклонилась ближе. "Это был апельсиновый сок… как можно сжечь апельсиновый сок?"

Страйкер засмеялся.

"Я могу составить для этого заклинание", — с гордостью заявила Стар, разворачивая свиток и перо.

Страйкер, казалось, просто потерял дар речи от смеха.

"Эпплблум скоро закончит с делами и подойдет", — сказала Стар, убирая свиток туда, куда единороги кладут подобные вещи.

"Но у нее еще целый час", — сказала Свити.

"Да, но Эпплджек только что отпустила ее пораньше", — серьезно сказала Стар.

Скуталу приготовила свой самокат.

Голос из тени перестал смеяться. "На этот раз постарайся ехать немного медленнее, пожалуйста".

Скуталу заворчала, но решила ехать на просто безумной скорости, а не на глупо безумной скорости.

"Но ты же здесь. Откуда ты вообще это знаешь?" — спросила Свити Белль.

"Моя… магия", — сказала Стар.

"Но ты ничего не колдовала", — возразила Свити.

"Я произнесла заклинание, чтобы предупредить нас, когда она закончит", — Стар не умела врать, и она явно лгала, но только о том, что не имело смысла.

"Почему ты не хочешь нам рассказать?" — спросила ее Скуталу.

"Они не доверяют вам… они думают, что вы расскажете своим сестрам", — с грустью в голосе ответила Стар.

Скуталу притормозила, остановившись на полпути между Понивиллем и фермой. "Но ты ведь доверяешь нам, правда?"

Стар кивнула.

"Тогда ты знаешь, что нам можно доверять, верно?" — заупрямилась Скуталу.

Стар на секунду отвела взгляд. "…Они говорят, что я могу рассказать тебе, но ты должна согласиться на магическое обещание".

Скуталу начала повторять слова обещания Пинки. Копыта Стар протянулись и схватили ее, остановив движение.

"Только не это, это то же что сказать, что Розовая невероятность…" — Глаза Стар на мгновение оглянулись вокруг, прежде чем остановиться на своих друзьях. "Вы знаете, может быть, она замаскированный аликорн?"

"Почему ты думаешь, что она аликорн?" — спросила Свити Белль.

"Она может телепортироваться, она земнопони, у нее много эффектов, которые были бы невозможны без магии единорога, и она может парить в воздухе, что указывает на магию пегаса", — объяснила Стар.

"Нет, это просто Пинки, которая Пинки", — сказала Скуталу, и весь город понял это.

"Ну, вы готовы согласиться на магическое обещание?" — спросила Стар.

"Хорошо", — сказала Свити Белль, а Скуталу просто кивнула.

Стар зажгла свой рог, и что-то произошло. Скуталу понятия не имела, что именно, но что-то произошло. Через несколько мгновений двое бэт… Фест-чего-то там? Появились, выйдя из тени близлежащего куста. "Куда она делась?" — сказал первый.

Стар подпрыгивала вверх-вниз, но ни один из фестралов, казалось, не замечал этого.

"Как они нас не видят?" — Свити посмотрела на себя: "Мы не невидимы".

Стар покачала головой. "Нет, это заклинание Не-Замечай-меня, они не смогут нас заметить, что бы мы ни делали".

Скуталу обошла вокруг одного из них и ткнула его копытом. Он отреагировал не сразу, а через мгновение уже потирал ногу в том месте, куда его ткнула Скуталу.

Перо Стар снова писало.

"Может, сначала позовем Эпплблум?" — спросила Свити Белль.

Стар зажгла свой рог, и в мгновение ока Эпплблум оказалась рядом с ними. Однако фестралы ничего не предприняли.

"Что ж, это избавит меня от необходимости бежать за вами", — сказала Эпплблум. "Что случилось с этими двумя?" — добавила она, глядя на фестралов.

"О, я думаю, они ищут меня", — ответила Стар.

"Но ты прямо здесь," — сказала Эпплблум, указывая на Стар, — "они что, слепые?"

"Магия", — одновременно сказали Скуталу и Свити Белль. Стар кивнула в знак согласия.

Стар сотворила свиток светящейся магией со сложной магической тарабарщиной на нем. "Это магическое обещание, на которое ты должна согласиться, если хочешь узнать мой секрет".

"Стар, может, ты и умеешь делать все эти причудливые магические штучки, но я не думаю, что кто-то из нас сможет это прочитать", — пожаловалась Скуталу.

Свити подняла копыто. "Я могу прочитать несколько символов".

"О, хорошо". — Стар произнесла над свитком заклинание. Слова изменились и стали обычным эквишем.

> Те, кто связал себя этим договором, могут иметь знания о _ _ _ _ _ , но никогда не откроют их никому, кроме Стар и тех, кто связал себя таким образом.

"Это просто причудливый способ сказать, что мы не собираемся никому из пони рассказывать о чем бы то ни было?" — спросила Эпплблум.

Стар кивнула.

В Скуталу нарастало любопытство, хотя и не такое сильное, как ее волнение от того, что скоро она сможет летать. "Мы можем побыстрее с этим покончить?"

Стар протянула светящийся свиток: "Все, что тебе нужно сделать, это прикоснуться к нему и сказать: “Я согласна”".

"Ты уверена, что это хорошая идея, ты же помнишь, что случилось в прошлый раз, когда мы играли с магией", — предупредила Свити Белль.

Стар улыбнулась: "Это безопасно, мама постоянно использует такие вещи, но она лучше меня, поэтому ей нужно только говорить, свиток ей не нужен".

Два фестрала взлетели и полетели в разные стороны, следуя схеме поиска.

Скуталу схватила свиток в свое крыло. Как только она коснулась его, пустая часть заполнилась именем Грей. "Ну, это было менее ярким и светящимся, чем твои обычные вещи, Стар", — сказала она, почти разочарованно протягивая свиток Эпплблум.

Эпплблум и Свити одновременно ткнули в него копытом.

"Я не чувствую никакой разницы", — сказала Эпплблум.

"Нет ничего особенного, это просто более взрослая версия Обещания Пинки", — радостно сказала Стар. "Теперь я могу рассказать вам о своей подруге Грей, она помогает мне. Она даже помогла мне спасти маму от плохих пони".

"Так у тебя есть еще один друг?" — Свитти улыбнулась.

"Зачем все эти обещания и тайны, если это просто друг?" — спросила Эпплблум.

Стар улыбнулась: "Ну, Грей не такая, как большинство друзей".

"Что ты имеешь в виду?" — спросила Скуталу.

"У нее нет тела", — сказала Стар.

"А Грей — это призрак?" — спросила Эпплблум. Свити Белль в страхе отпрянула.

"Нет, наверное, это настоящий воображаемый друг", — сказала Скуталу.

"Нет, она не призрак. Просто у нее нет тела, вот и все", — объяснила Стар.

"Ты сказала, что в этом нет ничего страшного", — сказала Скуталу.

"Ну… может быть, я могла бы сделать тело для Грей". Стар радостно хлопнула копытами. "Мне просто нужно будет раздобыть еще немного дерева".

В очередном всплеске магии она исчезла.

Скуталу посмотрела на двух других метконосцев. "Мне кажется, или она становится все более сумасшедшей?"— двое других кивнули в ответ.

* * *

Ходить по городу, когда тебя никто не видит, было не так весело, как ожидала Скуталу. С тех пор как Стар телепортировалась, они втроем пытались решить, что делать. Но им приходилось постоянно избегать того, чтобы на них не наступили или не толкнули пони, которые просто не могли их видеть.

"Как долго это будет продолжаться?" — в сотый раз спросила Эпплблум.

"Меньше часа", — ответила Свити Белль.

"Откуда ты знаешь?" — спросила Скуталу.

"Может, я и не знаю, как работает заклинание, но я чувствую, как расходуется его энергия", — ответила Свитти.

"О, хорошо, и что же нам делать до тех пор?" — спросила Эпплблум.

* * *

Они целый час обсуждали, что им делать, это было похоже на одну из тех встреч, которые они проводили, когда решали, что делать, чтобы получить свои кьютимарки все те годы назад. Или, по крайней мере, несколько лет назад.

Скуталу встала. "Пойдем в Сахарный Уголок?"

"Давай", — закивала Эпплблум.

Скуталу и Свити быстро побежали за ней. Криков и протестов пони, с которыми они чуть не столкнулись, было более чем достаточно, чтобы понять, что их могут снова увидеть.

Скуталу знала, что у нее был молочный коктейль и по крайней мере кекс, но она почти не помнила об этом. Она знала, что разговаривала и смеялась со своими друзьями, но и это не имело значения. Время, когда она сможет летать, становилось все ближе. Она посмотрела на небо. Остался всего час. От одного этого факта молочный коктейль Свити чуть не упал, так как ее крылья зажужжали слишком восторженно.

По мере того как приближалось время отправляться в путь, Скуталу просто не могла усидеть на месте. Они отправились в путь, чтобы она могла подвигаться и немного развеяться от волнения.

То тут, то там в тени стояли еще несколько круто выглядящих Фесррр… ов, как их называла Стар, пони, выглядевших неуютно в лучах раннего утреннего солнца.

Те, что были в доспехах и стояли неподвижно, были в основном скучными. Самое большее, чего Скуталу удалось добиться от одной из них, — показать язык, когда никто не смотрел.

Те немногие, что сняли доспехи, наслаждались быстрой едой в одном из кафе, они были гораздо охотнее разговаривали с окружающими их пони.

Большинство пони в Понивилле были настороже и насторожены. Из-за того, что здесь были обнаружены чейнджлинги, не милые, а изрытые дырами жуки, которые нападали на пони, никто не чувствовал себя в безопасности.

Не один пони бросал тревожные взгляды друг на друга, явно задаваясь вопросом, кто из пони может оказаться чейнджлингом. Стар сказала им, что ее заклинание нашло всех, кто представлял проблему, так что они будут в безопасности. Благодаря этому метконосцы оказались одними из наименее беспокойных пони в городе.

У них оставалось еще пятнадцать минут до того, как они должны были оказаться в замке, который находился прямо напротив. Один из стражников-фестралов был неподалеку, вероятно, чтобы присматривать за ними.

"Так кто вы такие, ребята? И почему "бэт-пони" говорят не очень хорошие пони?" — спросила Скуталу.

"Я не знаю, пони-птичка, как ты думаешь, почему?" — спросил стражник.

"Хороший ответ", — признала Скуталу.

"Теперь, если вы хотите знать, кто мы такие, мы просто еще одно племя пони", — сказал стражник.

"Значит, вы не просто ночные пегасы?" — спросила Свити.

Стражник улыбнулся, показав лишь кончик клыков. "Нет, мы гораздо круче, чем может быть любой пегас".

Невозмутимая Скуталу выстрелила в ответ. "Ты не такой крутой, как Рейнбоу Дэш".

"Не такой быстрый, не спорю, но гораздо круче", — сказал стражник.

"Нет, не круче", — сказала Скуталу, полностью уверенная в своих словах.

"Может ли Рейнбоу Дэш…" — стражник на мгновение огляделся вокруг. "Вы же не хотите опоздать, принцесса оказывает вам большую честь", — сказал стражник, махнув им в сторону замка.

Заметив время, она поспешила к замку и своему будущему.

* * *

Этим утром хрустальный замок, дом Твайлайт, казался другим. Теперь это был дом всех надежд, которые она когда-либо питала. К концу дня она должна была летать. Одна мысль об этом заставила ее подпрыгнуть в воздух и захлопать крыльями. Ей удалось лишь немного замедлить падение, но скоро, ох как скоро, все изменится. Она собиралась стать лучшей летуньей на свете, следуя за своим кумиром, Рейнбоу Дэш.

Во вспышке пурпурного света показалась Стар. Кобылка заключила ее в восторженные объятия. Как всегда, когда Стар двигалась с помощью магии, объятия были быстрыми и сильными. Скуталу схватила Стар и закружилась с ней, подпрыгивая и жужжа крыльями.

"Ты волнуешься?" — спросила Стар.

Стараясь быть похожей на Рейнбоу, она ответила: "Еще как!".

Большие двери в замок открылись, окутанные пурпурной магией. Из них вышла сама Твайлайт со своей большой крылатой стражницей и черно-зеленым единорогом.

Мир изменился, когда Стар телепортировала их обоих. В следующее мгновение Скуталу поняла, что ее обнимает Твайлайт вместе со Стар. Аликорн улыбнулась им и с помощью своей магии легко подняла обеих кобылок, не разрывая объятий.

Группа продолжала идти, и тут заговорила новая стражница Твайлайт. "Я очень горжусь тобой, Твайлайт, я буду с тобой, если тебе это понадобится. Чем я смогу тебя отблагодарить?"

Они направились к магическому куполу, который недавно сделала Твайлайт и в котором у них была эпическая дуэль с Рейнбоу. Твайлайт, казалось, не ответила на вопрос своей стражницы, но та лишь кивнула и заняла позицию рядом с черной единорожкой с зелеными гривой и хвостом. Если бы не остальные звуки, Скуталу могла бы подумать, что оглохла.

Она не знала, что такое купол, но знала, что Рейнбоу и Твайлайт использовали его, чтобы устраивать крутые игровые бои.

"Так ты готова, Скуталу?" — серьезным тоном спросила Твайлайт. Таким тоном старшие пони говорили, когда считали что-то важным. Учитывая, что на этот раз она собиралась получить способность летать, старшая пони была права.

Скуталу энергично кивнула головой. "С рождения".

Новая стражница Твайлайт повернулась к черной единорожке: "Хочешь увидеть, как маленькая кобылка взорвется от радости и счастья?"

Скуталу огляделась. Казалось, при появлении Твайлайт и Скуталу собралась целая толпа. Время события не было тайной. Весь город знал, что произойдет. В своем волнении она сама сказала всем пони по меньшей мере шесть раз.

Она надеялась, что не взорвется или даже не взорвется дважды, как, по мнению Пинки, могло случиться, но она была счастлива, так счастлива, как никогда не была. Небо, воздух, облака — скоро она будет летать.

Они пересекли купол, и Твайлайт взмахнула крылом, чтобы жестом попросить стражницу подождать снаружи. Никто из толпы не вошел под купол. Твайлайт посмотрела на Литтл Стар. "Ты можешь подождать снаружи и обеспечить безопасность Кэндис и Эмеральд для меня, моя Литтл Стар?"

Стар отдала честь, ее шлем Дэринг Ду выскочил из воздуха, был искусно раскручен и надет ей на голову. Во вспышке пурпурного света Литтл Стар исчезла, другая вспышка возникла рядом с тем местом, где ее ждала стражница Твайлайт.

Яркое сияние магии Твайлайт окутало Скуталу, погрузилось в нее и заставило ее излучать мягкий пурпурный свет всем телом, а затем по ней начало ползти покалывание. Это выглядело круто, но было бы на двадцать процентов круче, если бы она была цвета радуги.

Твайлайт стояла во весь рост, расправив крылья, как это часто делала принцесса Селестия. "У принцессы-аликора много обязанностей. Защищать своих пони, направлять их, чтобы они стали лучше, ставить их нужды выше своих собственных. Сегодня я стою здесь перед вами, чтобы исправить магическое состояние, которое было решаемо на протяжении сотен лет".

"Нерожденные гибриды могут быть спасены от риска того, что их магия обратится против них самих. Для более старших гибридов, таких как Скуталу, то, что было потеряно, может быть восстановлено без риска и опасности.

"Знайте, что я знаю, как решить эту проблему, и я сделаю это для всех, кто попросит. Мои единственные условия — вы должны стараться быть хорошими пони, и если вы понадобитесь Эквестрии, вы ответите на мой зов".

Твайлайт взмахнула крыльями. От них отделились два видимых вихря ветра и закружили Скуталу, медленно поднимая ее в воздух.

"Скуталу уже служит гармонии, она и ее друзья, Метконосцы, из кожи вон лезут, чтобы помочь пони, которые сбились с пути и нуждаются в проводниках, чтобы найти то, что подсказывают им их Кьютимарки".

Два маховых пера Твайлайт отделились от ее крыльев и закружились вокруг кобылки.

"И поэтому я с радостью отдаю себя, чтобы подарить тебе небо, мой друг". Улыбка Твайлайт была подобна восходящему солнцу.

На копыте Твайлайт образовалась сфера энергии, трещавшая молниями и клубившаяся бушующими грозовыми тучами. Сфера поднялась в воздух и остановилась перед Скуталу.

Из глаз Твайлайт потекли слезы, ее била дрожь.

Сфера медленно приближалась, прижимаясь к ее груди, она была теплой и щекочущей. Это было странное ощущение, она чувствовала, как что-то внутри нагревается, смещается, меняется.

Скуталу посмотрела на Твайлайт. Она видела, что принцессе больно. Обеспокоенная, она хотела спросить, все ли с ней в порядке.

"Все хорошо, малышка", — сказала Твайлайт самым успокаивающим голосом, который она когда-либо слышала.

Конечно, все было хорошо, это были слезы радости, а она просто много работала. Вот почему она дрожала.

Ей показалось, что на лице Твайлайт мелькнуло чувство вины, но, должно быть, ей показалось.

В толпе прекрасная кобыла с черной шерстью и зеленой гривой выглядела болезненно, а новая стражница Твайлайт, казалось, наблюдала за толпой и не спускала с Твайлайт глаз.

Скуталу недоумевала, что с ними, но с ними все будет в порядке.

Сфера, которая теперь полностью находилась в ее груди, увеличилась и охватила ее. Во всем мире для Скуталу остались лишь молнии, ветер и свет.

* * *

Сознание Скуталу медленно приходило в норму, мир начал обретать смысл. Каждая часть ее тела ощущалась по-другому. Это был совершенно новый мир ощущений. Щекочущая энергия, казалось, танцевала в ее груди, готовая взорваться в движении.

Она опустилась на землю, ее копыта направляла невидимая сила.

Тут же ее схватила Эпплблум и заключила в объятия. Стар не отставала. Свити Белль вела себя более сдержанно, рыся рядом с ними, пока магия Стар не схватила ее и не притянула в объятия.

"У тебя перья моей мамы", — сказала Стар, немного озадаченная.

Внешняя часть каждого из ее теперь уже полноразмерных крыльев была лавандового цвета, как и кончики остальных.

Твайлайт взмахнула крылом, посылая ветерок над группой кобылок. Скуталу вздрогнула. Она чувствовала это, ветер, воздух, она ощущала его движение, и не только когда он касался ее. Ощущение воздуха вокруг нее, то, что пыталась объяснить ей Рейнбоу, то внутреннее чувство воздуха, которое она должна была обрести, прежде чем научиться летать.

Вырвавшись из кучи пони и своих друзей, она бросилась обнимать Твайлайт. Слезы текли по ее лицу от радости, но она не возражала. В этот раз ей было все равно, видят ли другие ее слезы.

Твайлайт обняла ее в ответ.

"Спасибо", — сказала Скуталу, все еще чувствуя, как слезы бегут из глаз. Спасибо — это почти ничто, но это было все, что она могла предложить кобыле, подарившей ей небо.

Придя в себя, Скуталу вытерла глаза и заметила, что на нее смотрит не очень великая Трикси. Неужели в ее глазах надежда? — подумала она с замешательством, которое длилось недолго, когда Твайлайт прошептала ей на ухо, заставив все мысли о Трикси исчезнуть. "Есть одна радужная пегаска, которой не терпится дать тебе урок полета".

Взмахнув крылом, Твайлайт наклонила голову Скуталу, чтобы та посмотрела прямо на Рейнбоу Дэш. Флаттершай ликовала рядом с Вондерболтом. Вся толпа за пределами купола, казалось, либо ликовала, либо тупо таращилась.

Тусклый пегас землистого цвета с камерой на шее как раз взлетел и быстро направился в сторону Кантерлота.

"Готова к настоящим полетам, малышка?" — спросила Рейнбоу.

* * *

Урок был трудным, но ей было все равно. Она собиралась летать, она не разочарует ни Рейнбоу, ни себя, ни Твайлайт.

"Еще раз", — сказала Рейнбоу, полная энергии, паря перед ней. "Ты можешь это сделать", — добавила она тихим тоном, предназначенным только для ушей Скуталу.

Я смогу, я сделаю это, — подумала Скуталу.

Она сделала один глубокий вдох, собирая новую силу внутри себя и крепко ее удерживая. Направив покалывающую энергию на крылья, она замахала изо всех сил.

Земля под ней метнулась в сторону, увеличивая расстояние. Издавая радостный крик, она повторяла это снова и снова. Конечно, ее полет не был грациозным, но она летела. ЛЕТЕЛА!

Она начала падать. В панике она захлопала крыльями, и энергия заплясала по ее перьям. Новая магия устремила ее вперед гораздо быстрее, чем ей когда-либо удавалось проехать на своем скутере. За ней тянулся светящийся след.

Каждое легкое движение, каждый небольшой изъян в ее технике бросал ее курс то в одну, то в другую сторону. Она не знала, что делать. Мир вращался, это были хаотичные американские горки. Если бы она прекратила махать крыльями, она бы упала. Если она продолжит, то врежется во что-нибудь. Она пожалела, что на ней нет шлема.

Одно из ее крыльев судорожно сжалось, и вдруг в нескольких секундах от нее появилась стена. Скуталу протянула копыта, надеясь смягчить удар. Закрыв глаза, она надеялась, что это не будет слишком больно.

Внезапно она почувствовала себя легче, движение прекратилось. Открыв глаза, она увидела Рейнбоу Дэш, ухмыляющуюся ей. Ее держали в копытах. "Это было потрясающе, Скутс. Нужно немного поработать над управлением, но все равно, однажды это станет отличным трюком для Вондерболтов".

Мозг Скуталу услышал эти слова, но потребовалось несколько секунд, чтобы осмыслить их. "Что, что я сделала?" — сказала она.

Рейнбоу усмехнулась. "Всего три потрясающие вещи. Первое — летала. Второе — летала с сумасшедшей маневренностью и молниями, вылетающими из твоих жужжащих крыльев. Третье — сбрасывала свой импульс, как профессионал".

"Так ты не спасла меня?" — спросила Скуталу, все еще с явным замешательством.

"Я была готова, но ты сама спасла себя от крушения. Все, что мне нужно было сделать, это остановить твое падение, когда ты решила перестать махать крыльями". Сказала Рейнбоу с вызывающей ухмылкой. "Даже я не настолько хороша, чтобы просто парить в воздухе, ничего не делая своими крыльями".

Раздался радостный возглас, привлекший внимание Скуталу. На вершине соседнего облака сидели Эпплблум, Свити Белль и Стар и прыгали вверх-вниз, аплодируя.

Рейнбоу игриво подбросила Скуталу на облако, и подруги обняли ее.

"ЛУЧШИЙ ДЕНЬ В ЖИЗНИ!" — заявила Скуталу на весь мир.

[Изображение: https://lh6.googleusercontent.com/My8i-8ihgLVULNr0EctRuMI_Lsjd-62dTZhUA4vPptCWNkn73j_KxFVHFmp03eyBLT43FSy92n4Pd9T9tZRHRVaXS8y9Xp53bkOyOYDQHF45LOgY4KOtmdVhVBuN4cPHmBQW1NUltav_0eGJPB4QLA]

* * *

## 35.1 Новый игрок

* * *

Дейбрейкер беспокойно сидела, прикованная в ментальном саду Селестии. Вечно настороженная, она наблюдала за всеми, кто находился в пределах досягаемости чувств ее хозяина. Каждое движение, каждое микровыражение и свечение рога были замечены и оценены. За последний час ее внимание привлекли всего шесть действий. К сожалению, все они оказались ложной тревогой.

Ее разум размышлял о том, кто и что она есть. Дейбрейкер была благодарна Старлайт за то, что ее импульсивное использование магии закончилось тем, что она обрела имя. Свобода иметь собственную волю, чувства и эмоции компенсировали издержки. Она провела копытом по ошейнику на шее, и воспоминания о боли заплясали в ее сознании.

Она вздохнула и положила голову на копыто. Она не могла избавиться от мысли, что была создана для какой-то цели, что для Селестии она была не более чем инструментом. Возможно, со временем она сможет это изменить.

Даже под расслабляющими ароматами любимых цветов Селестии и в безмятежной обстановке Дейбрейкер не могла по-настоящему расслабиться, да и никогда не сможет.

Единственный раз, когда она сможет обрести покой, это когда ее подозрения подтвердятся, и она сможет действовать, чтобы поразить врагов Селестии.

Огонь, месть и воздаяние постоянно взывали к ее душе. Не слишком ли многого я прошу, чтобы иметь возможность делать то, для чего я была создана? Дейбрейкер думала достаточно громко, чтобы Селестия услышала. Она позаботилась о том, чтобы придать этим словам тон ленивого отчаяния. Вместо безумной смеси скуки и беспокойной энергии, которая текла по ее венам.

Я знаю, что эти дворяне могут иногда досаждать, но я не могу позволить тебе просто сжечь их, — ответила Селестия.

Как хотите, Ваше Сияние, — прокомментировала Дейбрейкер, усаживаясь поудобнее.

Она вернулась к простым кусочкам камня, лежащим на столе перед ней. Каждый из них она выбирала с особой тщательностью. Она протянула копыто и выбрала тот, который больше всего подходил для ее нужд.

Ее поделки были грубее, чем у Селестии, но она не обращала на это внимания. Эти игровые фигуры предназначались для другой доски, над которой она начала работать, как только Селестия прочитала утреннюю газету.

Она посмотрела на маленький грубый столик, который она смастерила и поставила рядом с основной игровой доской. На нем лежала новая доска, выполненная в цвете шерсти Твайлайт — лавандовом дереве с розовыми и индиговыми плитками для квадратов.

Своей аурой она подняла игровой элемент Твайлайт, тот самый, который с любовью создала сама Селестия. Сузив глаза, она всмотрелась в точную копию. "Ты хитрый враг, не так ли… встань на нашем пути на свой страх и риск", — промурлыкала она.

Она не ожидала, что Твайлайт вступит в открытый конфликт с Селестией, но всегда можно было надеяться. От одной мысли об этом вызове у нее внутри все потеплело, а на лице появилась клыкастая ухмылка. Было бы забавно поставить Твайлайт на место и подчинить ее воле Селестии. Селестия потом поблагодарит ее за это.

Закрыв на мгновение глаза, она успокоила свои желания и бушующий разум. Не стоит привлекать внимание Селестии к своим мыслям.

Даже с закрытыми глазами она наблюдала за глупцами, которые хвалились, умоляли и хвастались. Каждый из них жаждал внимания своей госпожи. "Слабые, жалкие глупцы", — прошептала она, выдыхая. Убедившись, что Селестия уловит только ее обычное презрение к дворянам.

Текстура камня, заключенного в ее ауре, изменилась, когда бесконечно острые лезвия раскаленного воздуха отслаивали и отрезали ненужный материал. До ее слуха донеслось шипение влаги в траве. Раскаленный камень оставлял свой след в саду.

Когда форма начала проявляться в процессе работы, она потянулась своей аурой и схватила несколько цветных камней. С помощью своей магии она измельчила их в мелкий порошок.

Пожухлая трава и разрушенные камни не были теми разрушениями, к которым она была готова, но от этого ей стало немного легче.

Осторожно расплавив только поверхность своего нового творения, она вдавила в него ярко окрашенную каменную пыль, добавляя цвета и доводя свое творение до завершения.

Открыв глаза, Дейбрейкер посмотрела на только что вырезанную фигурку. Оранжевая кобылка с лавандовыми кончиками перьев.

Небольшое чувство гордости, которое она испытала, заставило ее обратить на себя внимание. Она наклонила голову и задумчиво посмотрела на свое последнее творение. Было ли это все только для того, чтобы оправдаться перед Селестией? Или у нее появилось хобби?

Даже став самой собой, она обнаружила, что может получать небольшое удовольствие от питья здешнего чая, и это не имело ничего общего с войной. Подумав об этом позже, она намеренно вернулась к Лавандовой Принцессе, которая так много значила для Селестии.

Твайлайт сделала мастерский ход, поставив себя в идеальное положение, чтобы собрать армию и продать ее общественности как лекарство. Не было никакого способа противостоять этому, чтобы Селестия не выглядела плохо.

Сколько в этом было ее собственной паранойи, ожидания, что все вокруг — атака? Она была создана для того, чтобы смотреть на мир в таком негативном свете.

Она села на корточки и задумалась. Она чувствовала гордость за то, что Твайлайт, ее ученица, стала такой компетентной. Она предвкушала конфликт, игру, которая могла бы разыграться между ними.

Что делала Твайлайт? Было ли это преднамеренное нападение? Или просто раздражение Твайлайт на Селестию и ее добрый характер, которым она была наделена?

Она использовала свою магию, обернув и подняв фигурку Твайлайт с главной доски, и поставила ее перед доской поменьше, усадив на место, словно генерал, оценивающий свои войска.

Она опустила фигурку Скуталу перед фигуркой Твайлайт.

Дэйбрейкер задумчиво хмыкнула, выбирая новые куски камня. По одному для каждого из гибридов в Понивилле.

"Ты можешь делать это не чаще одного, может быть, двух раз в день. Учитывая, что в переписи числится более тысячи четырехсот гибридов, это займет годы… и оставит под твоим контролем неслыханное количество избранных".

Она посмотрела между белыми и синими камнями. "Итак, кто из вас будет ее вторым стражником?"

Оглянувшись назад, Селестия увидела арку, сквозь которую виднелся Королевский двор. В нем все еще не хватало ни горящего пламени, ни солнечных символов.

Сегодня Блюблад не сделал ничего, что могло бы привлечь ее внимание. Этого само по себе было достаточно, чтобы вызвать у нее глубокое чувство подозрения.

Селестия уловила эмоции и то, на кого они были направлены. Лишь мгновение спустя ее сила потянулась к нему и исследовала его разум и память.

Шок и возмущение, которые испытал Блюблад, погрузившись в воду вокруг фонтана, вызвали улыбку на морде Дейбрейкер. Она бы многое пережила, лишь бы увидеть это.

Ужас, охвативший его вчера, когда он получил довольно сильное письмо, написанное Луной, заставил Дэйбрейкер рассмеяться. Ее подозрительность к бесполезному жеребцу улетучилась, а настроение улучшилось.

Оставался только Ноубл Гид, но в его голове ничего не находилось. Она просто не была по-настоящему счастлива, да и не могла быть. Всегда существовал шанс, что любой пони может стать врагом. Ей приходилось постоянно быть начеку, чтобы не пропустить даже самых маловероятных нападающих. Она должна была быть готова мгновенно отреагировать решительной силой, чтобы покончить с любой угрозой для Эквестрии или, что более важно, для Селестии.

Дэйбрейкер хмыкнула, и занялась синим камнем и начала вырезать другого пони. У этой была остроконечная шляпа.

Она почувствовала всплеск гнева Селестии. Закатив глаза, она полностью переключила свое внимание на внешний мир.

"Вы не можете спустить ей это с копыт!" — заявил один дворянин, которого она хотела испепелить, размахивая утренней газетой.

Селестия лишь подняла бровь. "О, и что же ей сошло с копыт?" — спросила она.

Шли секунды, и Дейбрейкер наблюдала за происходящим снаружи с растущим чувством предвкушения. В один прекрасный день Селестия выйдет из себя и освободит ее, и она избавится от всех, кто стоял на их пути.

Она возбужденно постукивала копытами, наблюдая через плечо Селестии в то время как возобновила свою резьбу.

"Что она натворила?" — Дворянин выглядел так, словно его маленький смертный разум на мгновение не смог понять вопрос. "Что она натворила? Она оскорбила корону, оскорбила вас и проводит несанкционированные медицинские эксперименты без лицензии!" — дворянин почти кричал.

Дэйбрейкер не нужны были результаты чтения мыслей Селестии, чтобы понять, что последним пунктом будет "помощь гибридам".

Просто сожги его, так будет намного проще, — предложила Дейбрейкер. Она надеялась, что хоть раз Селестия будет действовать.

"Нет", — твердым тоном ответила Селестия и Дэйбрейкеру, и дворянину.

"Нет?" — спросил дворянин, выглядя ошеломленным.

Селестия покачала головой. "Нет, она не делала ничего из этого".

"Но… просто посмотрите, что она сказала". — Дворянин протянул ей бумагу.

Просто сожги его, — прорычала Дейбрейкер.

Не искушай меня, — приказала Селестия.

"Я прекрасно знаю, что там написано", — ровным тоном заявила Селестия.

"Тогда как вы можете бездействовать?" — спросил озадаченный дворянин.

"Действовать? Какая замечательная идея". Селестия посмотрела на придворного писца. "Пожалуйста, напишите официальное объявление, в котором я восхваляю то, что Твайлайт делает для наших пони, удивляюсь тем магическим подвигам, которые она совершает, и желаю ей всего наилучшего в ее начинаниях".

Дейбрейкер чувствовала, как Маска Селестии сдерживает почти дикую улыбку на лице Селестии, когда она наносит ответный удар бесполезным дворянам, которые были бичом ее существования.

Дворянин не выглядел счастливым. К сожалению, у него, похоже, еще хватало ума, чтобы не сделать ничего такого, что могло бы помешать Дэйбрейкер повеселиться.

Дэйбрейкер чувствовала почти дикое ликование Селестии от того, что она может сделать что-то, что угодно, чтобы поставить своих дворян на место. Ее Маска сдержала лишь небольшую улыбку на лице, когда Селестия сделала свой ход. "Кроме того, мне нужно подготовить документы для нового указа. Мы собираемся разрешить бесплатный проезд на любом общественном транспорте, чтобы добраться до дома Твайлайт для получения такого лечения, и бесплатное жилье, пока они ждут приема".

Более чем несколько дворян, казалось, замерли. Дейбрейкер могла сказать, что примерно через десять секунд от них раздастся громкое возмущение и много громкого жеребячьего хныканья.

Дейбрейкер обдумала, чего только что добилась команда Селестии и ее Маски всего несколькими словами. Это был идеальный ответ на публичное заявление Твайлайт. Таким образом, Твайлайт должна была оказаться сильно ослабленной и представлять меньшую угрозу. Поглощенная теми, кому она обещала помочь. Если она действительно делала это, чтобы помочь пони, она должна быть рада помощи. Если же нет, то это займет ее надолго.

Хорошо сыграно, ваше Сияние. Помогая ей таким образом, ты хорошо выглядишь, а она остается либо слабой, если она честна, либо опозоренной, если это просто уловка. — Дейбрейкер намеренно рассыпалась в похвалах, скрывая свое раздражение тем, что это сделает конфликт менее вероятным.

Селестия напряглась бы, если бы не ее Маска, не дававшая ей расслабиться, и не изящный поворот шеи, чтобы окинуть взглядом собравшихся дворян. — И снова ты ищешь преимущества.

Я та, кем ты меня сделала, — холодно заявила Дейбрейкер, прежде чем закончить гораздо более теплым тоном. — Просто в последнее время я более активна в своих предложениях и помощи.

Она чувствовала, как Селестия взвешивает многие факты и события прошлого. Разум принцессы пришел к выводам, о которых Дейбрейкер знала. Что Дейбрейкер была более ценной и более полезной, чем ее Военный Разум, даже несмотря на "раздражение" от наличия личности.

Можешь ли ты вообще предложить что-нибудь полезное? Если нет, я бы попросила тебя, пожалуйста, помолчать, — принудила ее Селестия, пусть и очень вежливо.

Дейбрейкер на мгновение задумалась, как сказать то, что она хотела. Только этот Ноубл Гид, несмотря на то, что вы видите в его разуме, кажется слишком совершенным, — почти прорычала Дэйбрейкер, сделав паузу и глубоко вздохнув, она продолжила уважительным тоном. Даже если он такой, каким кажется, я бы не спускала с него глаз, поскольку другие просто используют его добрые дела, чтобы скрыть свои не слишком благородные замыслы.

Один из дворян пробормотал "вы не можете этого сделать", если бы только у него хватило духу сказать это на самом деле. Другая пара быстро обменивалась письменными заметками. За этими тремя нужно было следить, но не так сильно, как за двумя сзади, которые вдруг стали выглядеть более внимательными и почтительными, несмотря на то, что их сердцебиение и дыхание участились. В их мыслях чувствовалась срочность. Дейбрейкер переключила внимание Селестии на них, когда в комнате разгорелся спор.

Двое сзади были Фат Кэт и Уппер Скейл. У супружеской пары была проблема с дочерью, а именно то, что их дочь должна была родить гибридного жеребенка. Видимо, у нее хватило наглости влюбиться в пегаса. Они собирались сделать так, чтобы с жеребенком случилось какое-нибудь несчастье.

Дейбрейкер ненавидела тот факт, что ей не позволили принять меры против такой ненавистной траты материи. Они бы гораздо лучше послужили Эквестрии в качестве живых свечей или удобрений для полей. Очевидно, пока кровные линии продолжали укрепляться, дворянам сходило с копыт в буквальном смысле слова убийство.

Дейбрейкер отложила частично завершенную фигурку Трикси и начала писать записку. Может, она и не сможет сама уничтожить этих пони, но, по крайней мере, она могла дать двум влюбленным птичкам фору.

Мысленно поклонившись Селестии, она протянула записку. Как и ожидалось, Селестия одобрила ее и даже в физическом мире слегка кивнула, когда записка проявилась и была передана одному из королевских магов, чтобы тот организовал незаметную доставку.

Спасибо, не могла бы ты написать послание для Твайлайт? Сообщить ей об этом новом указе и о том, что ей следует ожидать активного сопротивления со стороны тех, кто не очень хорошо относится к гибридам. — Теплая благодарность, которую Селестия излучала в адрес Дейбрейкер, была приятным сюрпризом.

Дейбрейкер улыбнулась, она могла использовать это, она будет использовать это. Конечно, ваше Сиятельство.

Ей нужно было тщательно подобрать слова. Письмо должно было заставить Твайлайт увидеть Селестию в лучшем свете, а также сделать ее политически и лично слабее по сравнению с Селестией, и в то же время укрепить нацию.

Поднеся перо ко рту, она задумчиво смотрела на чистый лист пергамента.

Вернувшись в физический мир, Селестия встала, расправив крылья. Это заставило замолчать большинство глупцов, которые кричали друг на друга во время спора. Ведь они не смели повышать голос на Селестию. Тем не менее, они были рады использовать друг друга в качестве доверенных лиц, чтобы донести свою точку зрения, чтобы она могла их услышать, и чтобы у Селестии не было причин официально их порицать.

Около полудюжины были слишком глупы, чтобы понять, что любое проявление недовольства со стороны Правительницы Солнца — это плохо.

"Вы должны помнить, что занимаете свои должности по моей милости, и что ваши усилия должны укреплять Эквестрию, а не ослаблять ее. Теперь, когда ко мне вернулась не только моя сестра, но и возвысилась Твайлайт, у меня гораздо больше времени, чтобы лично заниматься любыми вопросами, которые привлекают мое внимание".

Селестия окинула взглядом шестерых, которые не умолкали в спорах, пока Селестия говорила. Она мысленно выделила те вопросы, о которых они меньше всего хотели бы, чтобы она знала, и заставила их задуматься над ними, когда напряженные глаза принцессы встретились с их глазами. Все они содрогнулись при мысли о том, что Селестия может сделать, если узнает.

С точки зрения Дейбрейкер, дворян следовало сжечь или заменить, но Селестия настаивала, что они приносят пользу Эквастрии в целом.

Наконец, в комнате воцарилась тишина.

"Теперь я даю вам всем полчаса, чтобы вы подготовили свои советы о том, как я буду выступать перед прессой по этим вопросам сегодня", — сказала Селестия своим материнским голосом. Она кивнула один раз и грациозно вышла из безмолвной комнаты.

Как только за ней закрылись двери, споры возобновились с удвоенной силой.

Одно огненное заклинание, и они все исчезнут, — мурлыкнула Дейбрейкер, и Селестия почувствовала, как она накрывает ее крылом и заговорщически шепчет ей на ухо.

Селестия покачала головой, но Дэйбрейкер могла сказать, что эта идея понравилась какой-то части Принцессы, даже если она не хотела признавать существование этой части. Дэйбрейкер на мгновение задумалась о том, что когда-нибудь эта часть вырвется на свободу и станет непреднамеренным фрагментом.

Дэйбрейкер улыбнулась этим приятным мыслям и вернулась к письму и резьбе.

Селестия рысью пробиралась по своему личному коридору, направляясь в личную кладовую, куда ее зазывали пирожные. Она планировала выпить несколько чашек не совсем законного чая, чтобы успокоить свой ум и темперамент.

* * *

## 35.2 Неожиданное письмо

* * *

Рэрити расслабилась, сидя за своим столом. Чайная чашка, наполненная ее любимой изысканной смесью, и карандаш, медленно делающий пометки на бумаге, парили перед ней в магической ауре. Медленно она сделала глоток напитка, позволяя травяной смеси подействовать и оживить ее разум и тело.

С манерным вздохом она отложила карандаш. Она посмотрела в окно, любуясь Понивиллем, все еще почти таким же, каким он был десять лет назад, за исключением замка. Ее жизнь стала бесконечно сложнее с тех пор, как она впервые встретила Твайлайт все эти годы назад. Казалось, что это была совсем другая жизнь.

Ее взгляд вернулся в комнату и остановился на фотографии в рамке, на которой была изображена она и остальные Элементы. Все многочисленные воспоминания, все, что она делила со своими друзьями. Да, ее жизнь была сложнее, но она не променяла бы ее ни на что другое.

Она осмотрела себя в переносном зеркале, она была все той же прекрасной кобылой, что и тогда, но даже она могла заметить некоторые незначительные изменения, улучшения. У нее еще будет много лет, пока она не начнет выглядеть по-настоящему старой.

Маленькое зеркальце было аккуратно отложено в сторону, и она положила его именно туда, куда хотела, когда десятки лоскутков ткани и катушек ниток начали танцевать вокруг нее.

На ее лице появилась улыбка. Может, она и не обладала такой силой, как Твайлайт, но в тонком контроле у нее все же было преимущество.

Пытаясь вернуться к работе, она взглянула на свой эскиз. Несмотря на свои планы, ей было трудно сосредоточиться. Ее мысли постоянно блуждали, вспоминая недавние события.

Вчера был один из самых странных дней, которые Рэрити могла вспомнить. Вчерашний день был более хаотичным, чем все, что не было вызвано Дискордом, Пинки Пай или древним злом, угрожающим миру.

Это были последствия нападения чейнджлингов и все запаниковавшие пони, которых ей нужно было успокоить. Потребовалось несколько часов ободряющих разговоров и успокаивающего чая, прежде чем сестры-цветочницы смогли снова успокоиться.

После этого Твайлайт опоздала и, казалось, ничуть не переживала по этому поводу. Это, как ничто другое, дало ей понять, что с ее подругой что-то глубоко не так. Даже если бы у нее не было "озарения", которым поделилась Старлайт, о том, что пережила Твайлайт, она бы все равно волновалась. С это понимание пугало ее.

Рэрити на мгновение задумалась над предположениями Рейнбоу о том, что Твайлайт пыталась соблазнить ее. Выражение лица Рейнбоу не позволяло ей сомневаться в успехе этой попытки. Затем было приглашение Флаттершай в гарем. Это не было похоже на действия кобылы, которую она знала, но так мало из того, какой она была в эти дни, казалось ей соответствующим.

Приемы ее ремесла были настолько укоренившимися, что даже когда ее разум был занят, аура и чувства продолжали работать. Она отбросила большую часть выбранного материала как недостойный ее планов и начала группировать то, что осталось, в зависимости от того, для какого наряда они подойдут. Лавандовая ткань и пурпурная с металлическим отливом нить привлекли ее внимание.

При мысли о новых перьях Скуталу Рэрити не могла не вспомнить, как Твайлайт проводила свой ритуал. Твайлайт использовала свою магию, чтобы Скуталу наконец-то смогла летать. Даже она могла сказать, что многое из увиденного было просто показухой, явно использованной для того, чтобы скрыть, какую магию она использовала на самом деле.

Острый ум Рэрити обратил внимание на то, что Твайлайт все делала на этой убогой арене, которую она создала. Она легко блокировала любые магические чувства, не давая им понять, что произошло. Возможно, Рейнбоу Дэш и сделала бы там что-нибудь, чтобы похвастаться, но не Твайлайт, у нее всегда была причина, план. Было что-то в этой магии, чего она не хотела, чтобы заметили другие, но почему?

Она закрыла глаза, заново переживая этот момент. Трепет, который она испытывала, наблюдая за подругой, снова нарастал. Твайлайт была похожа на богиню, протягивающую изящные нити магии, когда она изменяла, нет, исцеляла Скуталу.

Так вот что такое аликорн на самом деле? Что бы я чувствовала сейчас, если бы ощутила магию, которую она использовала? — подумала Рэрити.

Если бы она была художником, она бы увековечила эту сцену в красках. Вместо этого она набрасывала новые эскизы в своем блокноте для идей. У нее было так много замечательных идей, платьев, которые восхитительно смотрелись бы на Твайлайт. А также несколько платьев, которые могли бы выдержать выходки большинства приключений Метконосцев. Кто бы мог подумать, что многолетнее общение с ними окажется таким полезным.

Ее мысли вернулись к Скуталу. Она искренне боялась, что бедная кобылка никогда не сможет летать. Узнать, что она гибрид и никогда не сможет летать, было очень тяжело. Она искренне считала, что ей придется посоветовать Свити Белль, как утешить свою подругу.

Открыв глаза, Рэрити вернулась к своей работе. Помимо вдохновения, ей пришлось бы потратить некоторое время на разработку формы гвардейцев Твайлайт, а также на подготовку к предстоящему мероприятию Твайлайт. "Так много идей, так мало времени", — возвестил миру ее элегантный голос.

Рэрити держала ткань наготове, чтобы начать, но она колебалась. "Мне действительно нужно снять новые мерки с Твайлайт, она, кажется, выросла с прошлого раза".

Она положила все свои материалы и инструменты на пол. Сделав глоток чая, она поморщилась. По рассеянности она позволила чаю остыть ниже приятной для питья температуры. Она встала и направилась на кухню. Повторно подогретый чай никогда не был вкусным, даже если это было бы пустяком. Ей всегда нравилось все в лучшем виде.

Выплеснув остывший чай, она принялась заваривать другую чашку. Она пообещала себе, что будет наслаждаться им, пока он еще идеальной температуры. Оставив напиток завариваться, она посмотрела на часы. Уже давно прошло время, когда ее сестра должна была встать.

"Свити Белль", — позвала Рэрити, проецируя свой голос так, чтобы его можно было услышать наверху.

Не получив ответа, она направилась вверх по лестнице в комнату Свити. С каждым ударом копыт по лестнице она все больше беспокоилась о том, что с ее сестрой. Постучав один раз, она снова позвала. "Свити, пора просыпаться".

Не получив ответа, она осторожно толкнула дверь. Постель была пуста и застелена, на ней лежала записка. Крупный почерк был хорошо виден от двери.

> Ушла играть со Стар, вернусь позже. Не волнуйся, мы будем в безопасности.

Рэрити вздохнула. С тех пор как Стар начала играть с ее сестрой и их друзьями, их стало почти невозможно застать на месте. "Не завидую Твайлайт и Луне, когда Стар станет подростком".

Громкий официальный стук прервал ход ее мыслей. "Что теперь сделали Метконосцы?" Она вздохнула в довольно неизящной манере, прежде чем позвать своим обычным певучим голосом: "Иду".

Она рысью спустилась по лестнице и быстро направилась к входной двери. Не стоит заставлять пони ждать слишком долго. Переведя дух и убедившись, что ее грива в порядке, Рэрити открыла дверь.

Увидев незнакомого пони, она уже собиралась начать свое хорошо отрепетированное приветствие для клиента, но тут ее остановила одежда. Перед ней стоял высокий жеребец-единорог, одетый в характерную курьерскую форму. Их услугами пользовались только для сообщений чрезвычайной важности, где оплата услуг одного из немногих пони, способных телепортироваться на большие расстояния, давала уверенность в том, что сообщение никогда не будет перехвачено. Это или дворяне, которые были слишком привержены своиму трайбализму, чтобы позволить копытам пегасов осквернить их переписку, — поправила себя Рэрити.

Кто-то потратил кучу денег, отправляя этого гонца. В голове Рэрити пронеслась мысль: кто или что могло означать, что она получит сообщение таким образом. Это не имело никакого отношения ни к одной из принцесс. Они либо телепортировались сами, либо передали сообщение через Спайка.

В ее голове заплясали все возможные варианты. Журнал мод? Принц из другой страны, очарованный рассказами о ее красоте? Другой богатый дворянин, которому нужен ансамбль для светского мероприятия, предложит ей комиссионные за лучший наряд на мероприятии?

"Леди Рэрити, Элемент Щедрости", — сказал жеребец с культурным кантерлотским акцентом.

"Действительно", — ответила Рэрити, стараясь не выдать надежду в голосе.

Жеребец хорошо отработанным жестом достал из пространственного кармана металлическую шкатулку со свитком. Он протянул его ей в своей янтарной ауре, намеренно оставив половину свободной от своей магии, чтобы их энергии не соприкоснулись.

Почти не задумываясь, она зажгла свой рог, и ее аура охватила голую часть футляра со свитками. Даже если она считала это глупым, она все равно не собиралась нарушать этикет, позволяя их аурам смешиваться.

Жеребец высвободил свою магию и формально поклонился. "Добрый день, леди Рэрити". Сделав ровно шесть шагов назад, он зажег свой рог и через четыре секунды исчез во вспышке телепортации.

"Сразу же ушел, думаю, ответа не предвидится", — подумала она про себя.

Не в силах сдержать любопытство, она даже не стала дожидаться, пока полностью вернется внутрь, прежде чем открыть его. Печать Блюблада — это все, что ей нужно было увидеть. Легким движением своей ауры дорогостоящее послание было помещено в надлежащее место. В корзину для мусора.

Рэрити вульгарно фыркнула. "Серьезно, Блюблад прислал мне послание? Он думает, что после того, как он со мной обошелся, я стану даже думать о письме от него?"

В ней проснулось чувство удовлетворения. Это было не так приятно, как выбросить Блюблада в мусорное ведро, но тоже неплохо.

С улыбкой на лице она вернулась к своей работе, представляя, как он отреагирует на такую участь. Трудно было не рассмеяться при мысли о том, что он не сможет освободиться от столь недостойного положения. Если бы он постучался в дверь прямо в этот момент, Рэрити не уверена, что смогла бы воплотить задуманное в жизнь.

* * *

Глаза Рэрити снова метнулись к мусорному ведру. Уже в третий раз за этот час. Письмо, казалось, требовало ее внимания. Она издала протяжный неподобающий леди вздох. "Будь оно неладно. Это будет грызть меня. Я не смогу сосредоточиться на работе, не говоря уже о сне, если не прочту его". Она надулась и сердито зашагала, но точно не топала, к мусорной корзине. "Что ему могло понадобиться? Зачем он прислал мне письмо?"

Ее аура яростно схватила письмо с мелодраматическим размахом, и она начала читать. С каждой строчкой ее глаза становились все шире и шире.

"Я не могу в это поверить. Извинения? От Блюблада?" — почти вскрикнула она. "Неужели мир сошел с ума? Либо это так, либо он пытается манипулировать мной. Неважно, я расскажу об этом Твайлайт и все улажу".

Повесив на дверь табличку "вернусь позже", она рысью направилась к замку Твайлайт, изо всех сил стараясь не выдать своего волнения. Леди всегда должна играть роль, подумала она, следуя собственному совету во время своего короткого путешествия.

Глаза нескольких пони смотрели на нее дольше обычного. Она надеялась, что это потому, что она выглядела так, словно направлялась куда-то целенаправленно, а не потому, что ее подвело самообладание.

* * *

Увидев свирепого вида ночных гвардейцев, прикрывающих двери Замка Дружбы, она все еще была потрясена. Еще недавно он был оплотом дружбы, и любой пони мог просто войти туда. Теперь он стал больше походить на Кантерлот. Легкое движение, возникшее наверху, вероятно, означало, что где-то на вершине замка находится пост охраны. По крайней мере, Твайлайт и Литтл Стар теперь должны быть здесь в безопасности, — подумала она, сожалея об утраченном невинном очаровании этого места.

Один из охранников был суровым серым жеребцом-фестралом, а другой — довольно лихой полуночно-синей кобылой-единорогом. Оба они выглядели так, словно были персонажами, которые могли бы сразить принцессу наповал в одном из ее романов. На мгновение она задумалась, что бы она сделала, если бы жеребец подошел к ней с романтическими намерениями. Она была так зациклена на своей мечте, а потом потеряла ее. Сможет ли она быть счастлива с обычным пони?

Из рога кобылы вырвалась вспышка магии. Рэрити даже не успела переступить порог, как над ней пронеслось заклинание обнаружения чейнджлинга. На мгновение ей показалось, что ее шерсть сделана из проволоки, впивающейся в плоть при каждом движении. Кому-то нужно поработать над своим мастерством, — с горечью подумала она.

Прошло целых шесть секунд, прежде чем стражники, казалось, обрадовались, что она на самом деле была собой, а не самозванкой. Не говоря ни слова, они открыли главные двери и позволили ей войти.

"Спасибо", — сказала Рэрити, элегантно склонив голову перед стражами, когда проходила мимо них. Надеюсь, Твайлайт найдет себе стражников, ведь она ни за что не допустит, чтобы они были настолько некомпетентны в магии. Она старалась не вздрогнуть при одной мысли о том, как ощущается это заклинание обнаружения. Ей понадобится по меньшей мере час в спа-салоне, где ей приведут в порядок шерсть, чтобы забыть о травме.

Двери с грохотом захлопнулись за ней, едва не задев ее хвост. Она посмотрела на закрытые двери — это был довольно некрасивый вид. И с манерами получше, — прокомментировала она про себя, радуясь, что ее красивый хвост остался цел. Возможно, она готова пожертвовать им ради спасения от Найтмер Мун, но ей было бы неприятно потерять его из-за того, что какой-то дурак-охранник захлопнул за ней дверь.

Она вошла в замок прогулочным шагом. Почему-то мысль о том, чтобы скакать рысью или галопом только из-за письма Блюблада, казалась ей неправильной.

Едва она сделала дюжину шагов, как услышала впереди разговор.

"Трикси, ты уверена, что хочешь это сделать? Ты знаешь, чего это будет стоить". Голос Старлайт доносился из-за угла вместе со стуком копыт по хрустальному полу.

Трикси и Старлайт вышли из-за угла и появились в поле зрения. Старлайт кивнула Рэрити, но Трикси была слишком увлечена и не замечала никого из пони. Только ее подруга и ее собственное эго, казалось, существовали для этой кобылы.

"Трикси снова станет великой и могущественной! Она покажет миру, на что она должна была быть способна", — воскликнула Трикси. Пройдя мимо Рэрити, даже не заметив ее присутствия, фокусница продолжила: "Великая и могущественная Трикси ослепит даже тебя", — закончила она, приняв драматическую позу, от которой ее плащ развевался на искусственном ветерке позади нее.

Рэрити смотрела им вслед, пока они направлялись к выходу. Старлайт поймала ее обеспокоенный взгляд.

Старлайт обернулась к Трикси, на ее лице появилась слегка фальшивая улыбка поддержки. "Только, пожалуйста, будь осторожна, Трикси, не стоит становиться между аликорнами".

Трикси зажгла рог, чтобы открыть дверь, но Ночная Гвардия опередила ее. Должно быть, они услышали их приближение, — подумала Рэрити, вспомнив, что некоторые газеты со сплетнями нанимали для подслушивания фестралов, поскольку у них отличный слух.

Двое ночных стражей закрыли дверь с той же внезапностью, что и раньше. Массивные панели теперь скрывали пару от посторонних глаз и лишали Рэрити возможности услышать ответ Трикси.

Встать между аликорнами? Неужели между Селестией и Твайлайт произошло что-то еще? — Рэрити забеспокоилась, надеясь, что это неправда.

Тряхнув головой и прогнав эти мысли из головы, она продолжила путь.

Она вошла в замок, гадая, не следит ли за ней кто-либо из пони. Во-первых, была Литтл Стар, которая была более чем способна незамеченной подглядывать за обеими своими матерями. Затем была сама скрытность во плоти — Ночная стража. Казалось, за ее действиями наблюдали. Обычно она не возражала против зрителей, но ей нравилось хотя бы знать, что они есть.

После недавнего замечания Эмеральд трудно было не видеть в каждой тени потенциального ночного стража. Добавьте к этому магию подглядывания и другие заклинания, и у пони появилось слишком много способов шпионить за ней, которые она не могла ни обнаружить, ни сделать что-нибудь, чтобы противостоять.

Тихо вздохнув, она изобразила приятную улыбку. Ей придется смириться с тем, что за ней наблюдают, когда бы она ни находилась здесь. Твайлайт действительно была принцессой и уже начала собирать стражу и слуг, которых требовало ее положение. На мгновение Рэрити задумалась, насколько изменится Понивилль. Станет ли он больше похож на Кантерлот, переедут ли сюда дворяне, подхалимы и слуги. Не исчезнет ли деревенское очарование этого места под влиянием того, что Твайлайт действительно примет свою королевскую власть и все, что с ней связано?

Рэрити оглядела замок — это действительно был замок. Красивое и уникальное сооружение, подаренное Твайлайт Древом Гармонии.

Изучая хрустальную стену, она заметила собственное отражение. Она знала и могла легко заметить, что для единорога ее фигура была почти совершенной, уступая лишь лучшим моделям.

Для поддержания красоты Рэрити требовались часы работы. Но даже несмотря на это, ей пришлось признать, что она не так совершенна, как природная красота Флаттершай. Возможно, именно поэтому ее пригласили в королевский гарем.

Хотя, возможно, это было потому, что Твайлайт знала ее. Рэрити предпочла бы роман с принцем, который привел бы к королевской свадьбе и превращению ее в принцессу.

Она помрачнела. Она проследила взглядом за письмом, которое прислал ей бесполезный жеребец. Блюблад разрушил ее мечты на том роковом Гала. Сколько времени пройдет, пока она смирится с этим?

В каком-то смысле было бы лучше, если бы она никогда не присутствовала на том Гала, если бы она никогда не узнала, каким ужасным жеребцом он был. По крайней мере, тогда она могла бы предаваться приятным мечтам. Она издала страдальческий вздох.

Она бросила взгляд назад, в хрустальное отражение. В ее голове мелькнула мысль о том, как бы все сложилось, если бы вместо Твайлайт возвысилась она. Она наверняка смогла бы сделать черты аликорна поистине божественными, в отличие от тех, что были у всех четырех взрослых аликорнов.

Пока Твайлайт не возвысилась, она думала, что это может быть только мечтой. Стать принцессой-аликорном было лишь несбыточной фантазией. Раньше был только один аликорн, а потом их стало два, три, больше. Где бы это остановилось? Сколько будет аликорнов, и кто станет следующим?

Рэрити продолжала идти, размышляя. Ей не потребовалось много времени, чтобы понять закономерность. Каждый аликорн был напрямую связан с Селестией. Луна, ее сестра. Кейденс, ее племянница. Твайлайт, ее ученица. Кто же остался?

Она уже почти добралась до места назначения, когда ее осенило. Следующим аликорном будет либо Рейвен Инквелл, либо Сансет Шиммер, — подумала она с разочарованием.

Прибыв на место и не обнаружив охранников, она почти подумала, что ошиблась комнатой. Но нет, она знала, что это та самая комната. Она была полностью уверена в этом. Она задумалась. Как я узнаю, что это та самая комната? Хотя весь свой путь по замку она просто шла, словно уже знала, в какой комнате находится Твайлайт.

Оставался только один способ узнать это. Рэрити подняла копыто, чтобы постучать в дверь. Не успело оно коснуться двери, как ее окутала слегка флуоресцирующая белая аура.

Раздался шорох множества свитков, пергаментов и книг, аккуратно сдвинутых в сторону, и теплый голос Твайлайт позвал Рэрити, но, казалось, немного издалека.

Двери полностью открылись, явив трех пони в комнате. Твайлайт, Кэндис и Эмеральд.

Внутри комнаты раньше был оборудован небольшой приемный зал. Теперь она была несколько преобразована. Теперь она была оформлена в ночной тематике. В центре стоял большой удобный шезлонг. Твайлайт лежала, словно императрица, за которой ухаживали слуги. Если бы Кэндис держала в копытах виноград, а не блокнот, то образ мог бы сложиться.

Твайлайт лежала, широко раскинув крылья. За одним из них умело ухаживала аура Эмеральд, а ее копыта массировали мощные полетные мышцы Твайлайт. Вот так, с величественными крыльями наперевес, Рэрити могла видеть, что Твайлайт больше не была той спокойной книжной библиотекаршей, какой была раньше. Ее тело было подтянутым и сильным.

Если бы не явные следы боли на морде Твайлайт, Рэрити могла бы подумать, что попала на довольно интимную сцену.

Глаза Твайлайт изменились, став более теплыми. Все выражения боли исчезли, сменившись обычной дружелюбной улыбкой Твайлайт. "Что я могу для тебя сделать?" — спросила она, ее голос казался каким-то более знакомым.

"Твайлайт, дорогая, с тобой все в порядке?" — спросила Рэрити, озабоченность отразилась на изящных линиях ее мордочки.

Твайлайт только улыбнулась с ленивым довольством. "Да, Рэрити, я в порядке, спасибо".

Рэрити на мгновение замешкалась. "Ты выглядела так, будто тебе больно".

Твайлайт кивнула: "Немного. Это лишь небольшой побочный эффект от помощи Скуталу, тебе не о чем беспокоиться".

"Я никогда не видела, чтобы заклинание так влияло на тебя", — голос Рэрити был полон беспокойства.

"Обычно я не отдаю часть своего источника", — пошутила Твайлайт.

"Что ты сделала?! С тобой все будет в порядке, мне нужно позвать Луну?" — спросила Рэрити в нарастающей панике. Любое повреждение источника пони обычно приводило к летальному исходу.

Аура Твайлайт, окутывающая ее, была теплой и заботливой, и она осторожно притянула ее, а затем Твайлайт обняла ее передней ногой. "Рэрити, я в порядке. Я — аликорн".

"Но твоя душа?" — в недоумении спросила Рэрити.

Твайлайт улыбнулась своей лучшей ободряющей улыбкой. "Все будет хорошо, она исцелится. Для меня это не более чем немного болезненное переливание крови".

Кэндис неуловимо шевельнулась, привлекая внимание Рэрити, которая поддержала заявление Твайлайт улыбкой и простым подтверждающим кивком.

"Это очень щедро с твоей стороны", — сказала Рэрити, пытаясь смириться с этим новым фактом о своей подруге.

"Я училась у лучших", — сказала Твайлайт, прижимаясь к Рэрити. "Хочешь чаю?"

Рэрити кивнула: "Это было бы замечательно, дорогая".

Твайлайт посмотрела на Эмеральд, которая кивнула и вышла из комнаты. Как и в прошлый раз, зеленогривая красавица буквально скользила по комнате с почти неестественной грацией. Она делала это так легко, как будто была рождена для этого.

Как только дверь закрылась, Рэрити заговорила. "Приятно видеть, что ты позволяешь другим пони заботиться о тебе".

Твайлайт кивнула. "В моем положении есть некоторые преимущества, которые я действительно должна была использовать в течение многих лет. Сейчас у меня так много обязанностей, что у меня просто нет времени все делать самой".

Кэндис подняла глаза на Твайлайт, в них искрилась привязанность и, возможно, даже настоящая любовь.

"Это и организация фестиваля к следующей неделе", — прокомментировала Рэрити, решив не комментировать взгляд Кэндис.

"Ты справишься со своей ролью?" — спросила Твайлайт.

"Должна", — немного неуверенно начала Рэрити. "Это много работы, но я справлялась и в более сжатые сроки", — закончила она, звуча уверенно.

"Если тебе нужно больше средств, чтобы нанять больше помощников", — предложила Твайлайт.

"Я буду в порядке, спасибо", — сказала Рэрити.

Твайлайт лениво встала и потянулась, выгибаясь, как Опал, и испустила облегченный вздох. "Итак, Рэрити, что привело тебя сюда? Это то письмо, которое ты несешь?"

Рэрити посмотрела на упомянутую корреспонденцию: "Да, я немного не уверена, что с ним делать".

"От Блюблада?" — простодушно спросила Кэндис.

"Да… он написал, чтобы извиниться передо мной, ты можешь в это поверить?" — с недоверием воскликнула Рэрити.

Кэндис кивнула. "Раздосадованные аликорны могут быть неплохим источником мотивации".

"Я только телепортировала его к фонтану". Твайлайт помахала копытом, как будто такие вещи были пустяком.

"А потом улетела с частью здания", — ухмыльнулась Кэндис.

"По крайней мере, я не уронила его на него", — сказала Твайлайт слишком небрежно и с нотками сожаления.

"Твайлайт, разве это не перебор? Я знаю, что он, возможно, не самый популярный пони, но не слишком ли далеко зашло, уронить на него здание? Ты говоришь так, будто хотела причинить ему боль", — спросила Рэрити, вспомнив некоторые предупреждения Старлайт.

Твайлайт опасно сузила глаза: "Пока он ведет себя хорошо, нам никогда не придется это узнать".

Кэндис хихикнула.

Может, Старлайт и права, что с Твайлайт что-то не так… Звук открывающейся двери снова отвлек Рэрити от ее мыслей.

В комнату вошла Эмеральд с чайным сервизом. Твайлайт вдохнула аромат незнакомой смеси листьев. Казалось, он успокоил Твайлайт. К ней вернулась улыбка, и она попросила Эмеральд сначала обслужить Рэрити. "Ты должна это попробовать, это мое недавнее открытие, и я думаю, что оно действительно превосходно", — с гордостью сказала Твайлайт.

Эмеральд ловко подняла чайник и налила первую чашку, изящно протянув ее Рэрити, когда Твайлайт удобно устроилась в кресле.

Рэрити взяла чашку в свою ауру и вдохнула ее сложный аромат. Она не могла определить ни один из ингредиентов. Он был фруктовым, как ягоды, слегка приправленным специями и навевал мысли о прохладном ночном бризе и спокойствии после бури.

Твайлайт ободряюще улыбнулась.

Рэрити сделала один глоток в изысканной женской манере. Странный фруктово-пряный вкус ласкал ее язык, и небольшое количество энергии, казалось, разошлось по всему телу. Приятная прохлада, казалось, распространялась по телу, замедляя сердцебиение и дыхание. Беспокойство о состоянии Твайлайт, о том, что задумал Блюблад, и даже о недавнем нападении чейнджлингов исчезло. Знания все еще были, и она могла предпринять действия на их основе, но причин для беспокойства, паники или стресса не было.

Улыбка пересекла мордочку Рэрити, когда она улеглась на шелковую подушку, которая, казалось, была создана специально для посетителей. Каждая часть ее тела, казалось, расслабилась, напряжение в мышцах спало само собой. Это было бы прекрасным дополнением для массажа или просто для того, чтобы успокоиться после долгого рабочего дня. Рэрити задумалась. "Что это за замечательный эликсир?"

На лице Кэндис появилась небольшая улыбка. Это явно говорило о том, что она уже пробовала его и знает, что чувствует Рэрити.

Твайлайт засияла: она явно надеялась, что ей зададут этот вопрос. "Это нечто, что я приготовила на основе тысячелетнего рецепта и некоторых ингредиентов, которые считались вымершими. В него добавили немного звездного света и немного другой аспектированной магии".

Рэрити улыбнулась: "Если предположить, что это законно, смогу ли я получить запас?"

"Конечно, тебе придется подождать, пока будет сделано больше и пока некоторые ингредиенты вырастут, но да, я думаю, мы справимся", — сказала Твайлайт, принимая свою чашку из копыт Эмеральд. Вдохнув, она сказала про себя. "Надеюсь, Луне это понравится".

"Дорогая, я уверена, что ей понравится", — сказала Рэрити. Единственные две пони, которым, по ее мнению, это могло не понравиться, были Пинки Пай и Рейнбоу Дэш.

Твайлайт улыбнулась: "Надеюсь, ты права".

Кэндис сказала: "Я думаю, ты слишком беспокоишься об этом. Если то, что она дала мне в помощь, чтобы я за неделю выполнила трехмесячную работу с документами и исследованиями, то ей это не просто понравится, она будет в восторге".

"Так что именно Луна дала тебе?" — спросила Рэрити.

"Жидкий стимулятор, который позволил мне не спать все время. Я проспала шестнадцать часов после того, как все закончилось, я понятия не имею, что в нем было", — ответила Кэндис.

Твайлайт задумалась на мгновение: "Может, мне сделать что-то еще, чтобы пони были бодрыми и активными, а не расслабленными?"

"Может быть, проверить законы о том, что законно, а что нет. А потом иметь что-то, что может уравновесить это, если будет принято слишком много. Не хотелось бы, чтобы пони впадали в кому", — посоветовала Кэндис.

"Если я буду пытаться продать его, законы станут проблемой… И, естественно, он должен быть более сильным, чтобы воздействовать на аликорнов…" Твайлайт выглядела задумчивой. "Возможно, мне придется поговорить с Пинки, если я хочу сделать что-то достаточно мощное, чтобы повлиять на аликорна. Она сделала тот кофе, который Селестия сочла достаточно опасным, чтобы запереть его в хранилище РСКГ".

Рэрити постаралась не выдать тревоги на своем лице. "Дорогая, разве это не тот кофе, который чуть не уничтожил Сахарный Уголок? И если бы не твоя магия, удерживающая его в стазисе, он бы вызвал огромный взрыв?"

Твайлайт кивнула. "Так что мне нужно будет достать кое-что из моего лабораторного оборудования, чтобы безопасно хранить его. Может быть, если я покрашу некоторые контейнеры, мы сможем сделать их похожими на чайный сервиз?"

"Твайлайт, подавать Луне напиток, который может буквально заставить ее взорваться, — это не то, и я повторюсь, не то, что ты можешь делать в любовных отношениях". Рэрити была поражена, что ей удалось сохранить спокойствие.

"В этом Рэрити права. Как я уже сказала, нужно что-то уравновешивающее. Только не то, что склонна делать Пинки", — слегка упрекнула Кэндис, хотя на ее лице был оттенок юмора.

"Я попробую сделать противоядие". Твайлайт выглядела немного подавленной, казалось, не замечая юмора.

Рэрити улыбнулась Твайлайт. "Это один из лучших чаев, если не самый лучший, который я когда-либо пробовала. Если он сделан из растений, которые считаются потерянными во времени, возможно, он напомнит Луне о счастливых временах до Найтмер Мун?"

"Скорее всего, я могу только представить, что она еще могла забрать, учитывая то, что она позволила мне", — сказала Кэндис.

Твайлайт приподняла одну бровь и вернулась к чашке, стоявшей перед ней. Она снова медленно попробовала чай, на этот раз, кажется, более аналитически. После минутного размышления сомнения и беспокойство исчезли. Она кивнула сама себе, а затем снова обратила внимание на Рэрити, ее глаза стали чуть более настороженными, чем раньше.

Хм, после этого она немного насторожилась. В будущем мне придется следить за тем, как я подвергаю критике ее выбор. То, через что она прошла, похоже, повлияло и на ее чувствительность, — подумала про себя Рэрити, в очередной раз задаваясь вопросом, насколько все должно быть плохо, чтобы так сильно повлиять на ее подругу.

После нескольких приятных минут, наполненных дружеским молчанием, когда они обе медленно уменьшали количество жидкости в своих чашках, Рэрити заговорила. "Итак, дорогуша. Думаешь ли ты, что Блюблад искренен в своем письме?"

"Возможно", — Твайлайт на мгновение посмотрела на Кэндис поверх своей чашки. "Возможно, нет, но я верю, что это его новая публичная позиция, по крайней мере".

Рэрити кивнула. "Значит, мы не знаем, действительно ли он изменился, или это ход в политической игре?"

"Или ход в игре на выживание? Такое ощущение, что кто-то из пони с ним поговорил", — добавила Кэндис.

Было странно видеть Кэндис здесь, когда она разговаривает со своей подругой, но Твайлайт была принцессой, которую чуть не убили. Поэтому вполне логично, что она всегда была начеку.

Твайлайт зажгла свой рог, ее аура окутала несколько букв. "Со мной он казался более многословным. По сути, это попытка навести мосты между нами".

Пурпурная магия представила ей корреспонденцию. Первое, что заметила Рэрити, — тот же роговой почерк и знаки подлинности, означавшие, что нет никаких сомнений в том, что это настоящее.

Два письма привлекли ее внимание больше всего. Первое — официальное, но сдержанное извинение за выражения и слова, не подобающие его положению, в адрес Кэндис. Другое указывало на то, что, поскольку Королевская гвардия Твайлайт, пусть и состоящая всего из одного пони, обязана иметь капитана.

Краем глаза она заметила, что одно письмо было намеренно оставлено в стороне. Это письмо было похоже на один из свитков, которые Селестия послала через Спайка. Оно было открыто, так что это было хорошо. Свиток рядом с ним с одним словом на нем, вероятно, был началом ответа. То, что Селестия и Твайлайт хотя бы пишут друг другу письма, было, надеюсь, хорошим знаком.

"Он пытается тебе помочь?" — с сомнением спросила Рэрити, решив пока проигнорировать письмо от Селестии.

Кэндис пожала плечами, и эти движения подчеркнули, насколько велики ее крылья. Очевидно, она хотела что-то добавить, но профессионализм не позволил ей сказать лишнего.

Вместо нее ответила Твайлайт. "Да, но вопрос в том, почему".

Рэрити кивнула сама себе, меняя тему. "Итак, Кэндис, если ты собираешься стать капитаном гвардии Твайлайт, еще важнее, чтобы ты пришла в мой бутик и сняла с себя мерки, чтобы я могла начать шить для тебя самую лучшую форму".

"Если у меня будет свободное время, я с радостью приду", — сказала Кэндис.

"Или ты можешь взять свои вещи и измерить ее здесь?" — спросила Твайлайт.

"Твайлайт, я могла бы, но… мой бутик — это место, где я делаю свою лучшую работу", — почти надулась Рэрити.

Твайлайт вздохнула и что-то пробормотала: "Можешь взять ее на час, я телепортирую вас обеих обратно ровно через шестьдесят минут".

Глаза Рэрити слегка расширились. Чай оказался очень хорошим средством от паники. Когда Твайлайт зажгла свой рог, Рэрити взяла чашку и поднесла ее поближе.

Кэндис коснулась Твайлайт крылом. "Это займет больше времени, кроме того, это должна быть надлежащая процедура".

"Отлично, просто приведи ее обратно, когда закончишь", — сказала Твайлайт с явно притворно раздраженным тоном, глядя на множество бумаг.

Произошла вспышка пурпурного цвета, когда магия Твайлайт овладела ими обеими. Последнее, что она услышала в замке, было тихое хихиканье Твайлайт, после чего она снова оказалась дома, внутри бутика "Карусель".

Чувства Рэрити поплыли от телепортации. Грубая сила Твайлайт заглушила ее магическое сознание и на несколько секунд заставила ее рог чесаться. Ее органы чувств начали осознавать окружающую обстановку. Вокруг нее открылась знакомая обстановка ее рабочего кабинета. Моргнув, она потрясла головой, пытаясь прочистить ее.

Рэрити огляделась вокруг и увидела, что Кэндис выглядит совершенно спокойно. Казалось, она первой оправилась от телепортации.

"Ну, это было неожиданно", — заявила Кэндис с легким весельем.

"Вполне. Итак, Кэндис…" — начала Рэрити, наклонившись ближе к кобыле. "Какие именно отношения связывают тебя с нашей дорогой Твайлайт?"

Кэндис криво улыбнулась: "Многогранные".

"Да, дорогуша…" — сказала Рэрити, отчаянно желая перейти к реальной информации. "Но как насчет деталей? Как ты познакомилась и почему она тебя заинтересовала? Какова твоя цель? И ты же знаешь, что она должна стать суженой Луны?"

Улыбка Кэндис приобрела оттенок счастливого воспоминания. "Луна буквально подарила меня ей. Так мы и познакомились. Хотя я была одета в тени Луны, когда она это сделала".

"Тени Луны, ты должна дать мне посмотреть этот материал. Какие чудесные вещи я могла бы сделать из такой ткани", — умоляла Рэрити. Она была поражена тем, насколько спокойной она была. Наверное, чай все еще действует на меня, — подумала она.

Кэндис вытащила из-под крыла теневую ткань. Она, скорее, струилась, чем разворачивалась. Ее почти идеально черная поверхность казалась почти бесконечно тонкой и совершенно не измятой. Это было поистине великолепно.

Рэрити протянула копыто и провела им по материалу. На ощупь он был невероятно гладким и ни разу не помялся. Ткань казалась невесомой, но при этом обладала определенной плотностью. Она подумала, что на ощупь это было бы похоже на облака, если бы их можно было превратить в ткань. Идея, это может сработать. Она задумалась, когда в ее голове возникла линия нарядов только для пегасов, сделанных из разных типов погоды.

Взяв паузу, чтобы собраться с мыслями, Рэрити продолжила. "Значит, Луна просто отдала тебя ей? Ты не против?" — Рэрити сделала небольшую паузу, заглянув в глаза Кэндис и увидев там преданность. "Я знаю, что да, я вижу это в твоих глазах".

"Изначально я была одним из аналитиков разведки принцессы Селестии. Луна оказала мне услугу и освободила меня от Солнечной клятвы. Я присоединилась к Ночной Гвардии и вскоре после этого была отдана Твайлайт. Честно говоря, я влюблена в них обеих. Я мечтала о Луне и Твайлайт еще до возвращения Луны. Кстати, спасибо тебе за твою роль в этом".

"Ты имеешь в виду победу над этим монстром, Найтмер Мун? Если да, то всегда пожалуйста. Это была общая работа и то, что объединило всех нас. Ни одна из девочек не была бы там, где она сейчас, если бы не это", — радостно сказала Рэрити, а затем заговорщицки наклонилась к ней: "Могу сказать, что в то время это было действительно страшно, а мой хвост чуть не превратился в огрызок. У меня до сих пор иногда бывают бессонные ночи из-за этого".

"Многое могло бы быть иначе, если бы ты и твои друзья не пришли на помощь. Я просто счастлива быть там, где я есть. Видеть, как Твайлайт делает то, что она делает, иметь возможность помогать ей в исследованиях и, в основном, я просто хочу, чтобы она была счастлива и в безопасности. Если бы у меня была сила сделать мир безопасным, то я бы… извини, это было больше, чем ты спросила, не так ли?"

"Расслабься, дорогая, все в порядке", — сказала Рэрити, продолжая работать с рулеткой.

В отличие от Рейнбоу, Кэндис не сопротивлялась и с удовольствием стояла, когда с нее снимали мерки и прижимали к ее шерсти и гриве различные кусочки ткани. Время от времени ее магия тянулась к куску ткани, словно делая предложение.

Кэндис, казалось, расслабилась. "Мои эмоции не являются государственной тайной. Поэтому, когда другие спрашивают, у меня есть тенденция говорить подробно, если есть интерес. Я поняла, что ты хочешь поговорить с ее стражницей наедине. Это одна из причин, по которой я указала на время для правильного обмера и примерки. Если ты хочешь что-то узнать, и мне будет позволено рассказать, просто спроси, и я поделюсь. Ты — одна из самых близких подруг Твайлайт. Я не хочу, чтобы между нами была стена. Я тоже предпочитаю дружбу и хотела бы дружить с тобой, а не просто быть “стражницей Твайлайт”".

"Она — принцесса дружбы, неужели ты думаешь, что она позволит тебе просто быть ее стражницей? Она заставит тебя есть печенье в Сахарном Уголке еще до конца первой недели, если ты попытаешься быть просто ее стражницей. С другой стороны, мне интересно, не понадобится ли тебе какая-нибудь "специальная" одежда на время твоего пребывания с Твайлайт?" — спросила Рэрити.

"Я уверена, что ты права. Если бы это было так, я бы получила уроки дружбы. Хочешь посмотреть теневой наряд на мне?" — спросила Кэндис в ответ на "особые" наряды.

"Если бы я не знала лучше, я бы сказала, что ты пытаешься соблазнить и меня". Рэрити на мгновение покачала головой. "Да, я бы очень хотела посмотреть, как это выглядит на предполагаемой пони. Я никогда не видела материал, не говоря уже о том, что Луна сама его сделала".

"Ты — художник. Который, как оказалось, работает с тканью. Я бы попыталась соблазнить тебя, только если бы ты заинтересовалась Твайлайт и я подумала, что это сделает ее счастливой. Я готова показать тебе это, потому что ты профессионал", — сказала Кэндис.

Ткань исчезла и снова появилась на теле Кэндис. Ну, это один из способов избежать шоу, и почему я не удивлена, что Луна выбрала стражницу, которая разбирается в магии, — подумала Рэрити.

Рэрити обошла вокруг Кэндис, рассматривая наряд, созданный аликорном. Он, безусловно, подчеркивал все желаемые черты гибридной кобылы. Для Рэрити сама пони была не столь важной частью ансамбля. Одежда впечатляла больше: тончайшая работа и этот невозможный материал были в пределах досягаемости ее копыт. "Ты можешь достать больше этого материала? Или для этого мне придется обращаться непосредственно к Луне?"

"Честно говоря, я не уверена, что мне суждено сохранить то, что у меня есть. Но если я достаточно хорошо освою теневую магию, то через несколько лет смогу сделать что-то сама", — заявила Кэндис с ноткой надежды.

"Несколько лет… Я могу попробовать подождать несколько лет… Так что такое магия теней? Я не помню, чтобы читала об этом в школе".

"Фестральная магия, но они много работают с тенями. Я получила немного фестральной магии, когда Луна сделала меня своей избранницей". Кэндис сказала это с явной гордостью.

"Значит, все стражники в городе могут что-то сделать?" Рэрити выглядела так, будто собиралась быть очень счастливой, если ее мысли окажутся правдой.

"Я не знаю. Возможно, ты захочешь сначала поговорить с Луной", — предложила Кэндис.

Рэрити кивнула, напевая, пока искала бумагу и перо.

Теневой шелк был прекрасен, это был материал, который почти звал ее. Она могла бы сделать с ним так много. Он полностью изменил бы мир моды на несколько поколений вперед. Если Луна делает теневой шелк, то что же Селестия, Кейденс или даже Твайлайт сделают в качестве своих тканей? Это могло бы привести к созданию новой линии платьев для принцесс и других аксессуаров.

"Дорогая принцесса Луна", — с нетерпением начала Рэрити свое письмо. Все еще восхищаясь формой и платьем Кэндис. Рэрити на мгновение посмотрела между письмом и Кэндис, прежде чем отложить его в сторону. Подумав о том, что она думала минуту назад, она поняла, что уже отошла от воздействия чая Твайлайт. "Прости, дорогая, кажется, я немного увлеклась. Я могу написать это позже, вернемся к твоей униформе?"

"Прежде чем я ее уберу, не хочешь ли ты посмотреть, как она снимается?" Кэндис спросила с непринужденной уверенностью, позируя Рэрити так, чтобы показать замысел наряда.

Рэрити на мгновение позволила своим глазам блуждать, на самом деле рассматривая кобылу в наряде в течение долгого мгновения. Неужели Луна обучила ее быть соблазнительницей? — подумала Рэрити, чувствуя, как ее щеки немного потеплели, прежде чем ответить. "Как бы привлекательно это ни было, я думаю, что этот опыт лучше приберечь для Луны или Твайлайт".

"Пока я думала, что ты захочешь узнать границы ткани, ты, кажется, наслаждаешься шоу. Не стесняйся задавать вопросы", — довольно открыто заявила Кэндис.

"Ты пытаешься склонить меня к вступлению в гарем Твайлайт?" — спросила Рэрити.

Кэндис просто посмотрела на нее. "Ты хочешь этого? Если твои желания направлены в ту сторону, то не бойся быть честной со своей лучшей подругой. Если нет, то не беспокойся об этом. Я лишь предлагаю абсолютно честное понимание ваших отношений и желаний в них. Я люблю ее, я хочу, чтобы у нее было столько близкой поддержки, сколько она может получить. Ее друзья — лучшее место для этого, на мой взгляд, но только на ту глубину, на которую они хотят. Так чего же ты хочешь?"

Мысли Рэрити перескочили на эту тему, заставив ее вспомнить о Флаттершай и предложении, которое сделала Твайлайт. "Я думаю, Твайлайт через многое прошла. Думаю, она немного нестабильна и сейчас не совсем в себе. Я не думаю, что кто-то из пони должен принимать с ней или о ней решения, меняющие жизнь, пока она полностью не восстановится. Я всегда была и останусь ее другом, прежде всего".

Кэндис слегка пожала плечами: "Ничего не говорит о том, что твои желания должны быть постоянными. Но это твой выбор. Я не собираюсь подталкивать тебя ни в ту, ни в другую сторону".

"Ну что, приступим к работе над твоей униформой?" — отмахнулась Рэрити. Принцесса должна быть, по крайней мере, не хуже принца. Жаль, что я не поняла этого в прошлом году, — подумала Рэрити.

Кэндис кивнула, и наряд исчез туда, откуда появился. Внезапно Кэндис оказалась в центре внимания и расправила крылья, готовая к любым измерениям, которые могут понадобиться. "Последнее, что я скажу, — не игнорируй свои желания, никогда не знаешь, могут ли они исполниться".

Рэрити и копытом не ступит в то, что могло бы стать сказочным браком между двумя принцессами. "Ну, если ты не знаешь принца-аликорна, который придет и вскружит мне голову, думаю, мне придется продолжать мечтать". Рэрити надеялась, что ей удалось не выдать ни капли интереса к идее быть с Твайлайт ни выражением лица, ни голосом. Однако выражение лица Кэндис говорило об обратном.

"Послушай, если мы станем ближе, это только навредит ей в долгосрочной перспективе. С Луной она сможет иметь кого-нибудь навсегда. Трагическая любовь между аликорном и смертным — отличное чтение. Я не стану причинять такую боль Твайлайт. Не после всего, через что она уже прошла", — сказала Рэрити.

Никогда не знаешь, может ли ситуация измениться. Один носитель Элементов уже возвысился. Ничто не говорит о том, что остальные не смогут", — заметила Кэндис.

"Если только ты не убедишь Селестию приделать больше крыльев. Не думаю, что это произойдет", — предположила Рэрити.

Кэндис слегка закатила глаза: "Селестия не единственная, кто возвысился".

"Но каждый аликорн напрямую связан с ней. Ее сестра, ее племянница, которую она обучала много лет, ее ученица", — заметила Рэрити.

"Возможно, но я предпочитаю смотреть на это так: это случалось раньше, это может случиться снова. Я не думаю, что Селестия имеет монополию на это. Кейденс возвысилась сама по себе, и только после ее возвышения у нее появилась связь с Селестией. Мне бы не хотелось думать, что всем, кто возвысится, придется проходить через нее", — заявила Кэндис с легким раздражением от этой мысли.

"Ну, только время покажет", — сказала Рэрити. "Я все еще считаю, что если и будет еще один аликорн, то, скорее всего, это будет Сансет Шиммер". Она на мгновение задумалась. "Кэндис, я заключу с тобой пари. Если возвысится еще какая-нибудь пони, не связанная напрямую с Селестией, я предоставлю тебе бесплатную одежду на год".

"Очень хорошо", — ответила Кэндис. "А что ты получишь, если кто-то не возвысится? О каком сроке идет речь?"

"Ну… я не знаю. Ты должна признать, что я права? И как насчет десяти лет?" — спросила Рэрити.

"Вообще-то, есть Фларри Харт, Селестия не имеет никакого отношения к тому, что она стала аликорном. Но десять лет звучит неплохо", — задумчиво ответила Кэндис.

"Рождение аликорном не считается", — возразила Рэрити.

"А что, если она возвысилась в утробе матери?" — предположила Кэндис.

Рэрити сделала небольшую паузу. "Невозможно, чтобы нерожденный жеребенок сделал что-то достойное для возвышения".

"А что, если это не имеет никакого отношения к достоинствам?" — возразила Кэндис.

"Если только ты не хочешь сказать, что Кейденс может вызвать возвышение?" — спросила Рэрити. Она должна была признать, что, возможно, здесь есть место для сомнений.

"Может быть, она и сможет, я понятия не имею", — ответила Кэндис.

Рэрити задумалась еще на мгновение: "Тогда будет гораздо больше аликорнов, и я бы хотела знать, где мои крылья или как их получить". Она улыбнулась Кэндис.

"Хорошо, так чего бы ты хотела, если бы выиграла пари?" — спросила Кэндис.

Рэрити посмотрела ей в глаза. "Чтобы ты признала, что я была права, и все. Я надеюсь, что я ошибаюсь, но я так не думаю".

"Я тоже. Если это все, чего ты хочешь, то пусть будет так", — ответила Кэндис.

Рэрити рассмеялась. "С твоим прекрасным телом я, скорее всего, все равно сделаю тебе одежду бесплатно".

"Теперь ты ко мне пристаешь?" — с улыбкой спросила Кэндис.

"Нет… Просто делаю тебе комплимент и спрашиваю, не согласишься ли ты носить еще что-нибудь из моих творений?" — спросила Рэрити. Если бы она могла уговорить Кэндис стать моделью для нее…

Кэндис дружески погладила ее: "Конечно, согласна. Ты одна из лучших на свете".

"А если тебе нужны какие-нибудь… особенные наряды…" — Рэрити позволила вопросу повиснуть в воздухе.

"Я точно знаю, куда прийти", — сказала Кэндис, обнимая ее, и Рэрити с радостью ответила на объятия.

* * *

Прошло несколько часов, пока Рэрити одевала Кэндис, делала поправки, а затем переодевала ее. Она потерялась в мире тканей и стежков, текстур и цветов. Все было идеально. Новая униформа начинала обретать свой вид и выглядела по-своему потрясающе.

Хвостовые перья Кэндис стали новым интересным вызовом. Они были нужны ей для полета, как и крылья. Они должны были быть свободными, чтобы можно было свободно двигаться. Рэрити знала, что она справится с этой задачей и использует ее как вдохновение. Жаль, что она была единственной пони, у которой они были. Любой стиль, который она разработает, сможет носить только одна пони.

Внезапно уши Кэндис дернулись, как будто она что-то услышала.

"Кэндис?" — осторожно спросила Рэрити. Не получив немедленного ответа, она начала беспокоиться. Натренированный стражник не реагировал так без причины.

Через несколько мгновений Кэндис активировала свою магию. Белая аура заискрилась вокруг ее крыльев. Сияние на мгновение осело на ее ушах. Кэндис намеренно подошла к окну, чтобы выглянуть наружу.

Рэрити вздохнула с досадой, но последовала за ней. "Лучше бы это было важно, эта униформа сама себя не сделает, и ты не знаешь, сколько всего еще нужно сделать Твайлайт до конца следующей недели".

"Возможно. Звучит так, будто Скуталу уже на подходе и становится жарко", — сказала Кэндис, выделив интонацией последние слова.

Становится жарко? Что это значит? — подумала Рэрити, выглянув наружу. Она увидела, что Скуталу летит прямо к замку, рассеянно, но безрассудно быстро. Напрягая слух, Рэрити смогла разобрать, что кобылка кричит во всю мощь своих легких. "Твайлайт, Твайлайт, ты должна помочь, Рейнбоу ушла спасать их, ей нужна помощь…"

Даже на таком расстоянии, что-то в выражении лица и движениях молодой пони заставило сердце Рэрити сжаться от ужаса. Что случилось на этот раз? И где Свити Белль?

"Извини, мне пора", — сказала Кэндис, открыв окно своей аурой и вылетев, как Рейнбоу, даже не сняв с себя недоделанную форму.

"Тебе лучше не портить эту незавершенную работу", — крикнула Рэрити, изо всех сил стараясь не волноваться. Ей это не удалось.

* * *

## 35.3 Декрет Твайлайт

* * *

Твайлайт смотрела на высыхающие чернила на пергаменте, на котором был написан ее первый королевский указ. Несколькими движениями пера ее воля стала законом. Подписанный ею и скрепленный ее магией, он вступил в силу.

Так она навсегда изменила мир. Это было не так эффектно, как использование Элементов Гармонии.

Сила приходит в разных формах, Твайлайт, — лениво прокомментировала Найт.

Твайлайт задумчиво хмыкнула в ответ. Найт была права. Даже не используя свои силы аликорна для влияния на пони, она должна была быть осторожной. Неосторожное слово в письме может изменить жизнь другого пони. Она перепроверила письмо в четвертый раз. Ее глаза критически анализировали каждый символ на странице. И снова все было идеально, ни ошибок в роговом почерке, ни лазеек в формулировках.

Эти слова были прямым ответом на письмо Селестии. Предупреждение об ожидаемом притоке пони и тех, кто попытается им помешать. Она ожидала некоторого сопротивления, но не такого уровня угрозы по отношению к тем, кто искал ее помощи, о котором говорило письмо Селестии.

Грустная улыбка появилась на ее лице, когда она снова посмотрела на добрые слова своей бывшей наставницы. Похвала за то, что она поступает правильно, помогая своим пони. Это было почти формальное письмо. Когда-то это вызвало бы у нее приятные чувства. Она прижала бы его к груди и почувствовала бы, как улыбка растягивает губы, пока она прыгает от радости. Теперь же часть ее сердца была пуста.

С большим опытом Найт, помогавшей ей, Твайлайт видела, что это был единственный логичный ответ Селестии. Она, бывшая ученица, диктовала что делать всемогущему аликорну Солнца. Любое другое действие, скорее всего, привело бы к гражданской войне или, по крайней мере, заставило бы пони сомневаться в "идеальной" Принцессе Солнца.

Твайлайт тряхнула головой, пытаясь прогнать горечь. После разговора с Кэндис ей было трудно не думать о Селестии в более негативном свете, чем она, вероятно, заслуживала. Селестия была правителем и должна была делать сложный выбор, и она его сделала. Даже если казалось, что она слишком часто выбирает неправильный вариант.

Смогу ли я сделать лучше? — подумала Твайлайт, глядя на свое перо. Оно действительно было могущественнее и клинка, и заклинания.

Ее тело двигалось само по себе, так как Найт взяла управление на себя. Она поднесла копыто к груди, глубоко вдохнула и, задержав его на мгновение, выдохнула, отведя ногу от груди.

Твайлайт мягко улыбнулась, она могла понять намек. Она еще несколько раз повторила технику дыхания Кейденс. Спасибо.

Не за что, Твайлайт, — нежно ответила Найт. Если мы быстро закончим, то сможем пообедать пораньше?

Твайлайт рассмеялась, она не могла удержаться. И снова бывшая Найтмер довольствовалась простыми пожеланиями и удобствами. В своей основе Найт была неплохой пони. Должно быть, что-то заставило ее напасть на Селестию в прошлом. Вместо того чтобы спросить, она задумалась. Мы можем взять немного лакомств, чтобы передохнуть.

Это будет приемлемо, — формально ответила Найт. Ожидаемая радость, излучаемая их связью, заставила вспомнить кобылку Найт, скачущую вокруг и повторяющую "да, да, да!"

Твайлайт перевела взгляд на замаскированного чейнджлинга, которая теперь была у нее в подчинении. "Эмеральд, принеси, пожалуйста, поднос с сэндвичами из маргариток и печеньем".

Эмеральд почтительно поклонилась и собралась уходить. Твайлайт проводила ее взглядом, она была прекрасна. От золотого ожерелья Новы в ее груди разлилось тепло. ’Там будет печенье’, — постучала Твайлайт копытом, надеясь отвлечь Нову чем-нибудь менее разрушительным.

’Печенье, печенье, печенье’, — с энтузиазмом ответила Нова.

Смех Найт в сознании Твайлайт был чистым и ничем не напоминал злобный гогот Найтмер Мун.

Стараясь не рассмеяться, Твайлайт левитировала свой указ перед собой. Осторожно подув на пергамент, чтобы он высох, она перешла к следующему шагу. Осторожно она напитала бумагу магией, чтобы сделать ее недоступной для редактирования, и ни одно слово больше не могло быть изменено.

Твайлайт задумчиво хмыкнула, гадая, как дворяне попытаются обойти этот указ. Если только что-то не изменится коренным образом, они попытаются.

Какая-то ее часть с нетерпением ждала этого, она хотела поставить на место некоторых заносчивых дворян, которые сомневались в ней. Мелкие дворяне были не более чем насекомыми даже перед ее физической мощью, не говоря уже о ее мистической силе. Не помогло и то, что Найт искренне одобрила ее мысли. Она ощутила чувство удовлетворения от осознания своей силы. Она сделала паузу, не в силах определить, была ли это эмоция Найт, ее собственная или их обеих в гармонии.

Большая часть надеялась, что никто из невинных не пострадал до того, как ей удастся их спасти. Она была защитницей своих пони, какой должна была быть Селестия. Она не собиралась позволять пони умирать только ради политической целесообразности.

Она окинула взглядом составленный список смертей молодых и нерожденных жеребят. Сколько из этих смертей были следствием несчастных случаев или обычных болезней? А сколько из жеребят были гибридами, которых постигла печальная участь?

Твайлайт задумалась, пытаясь придумать, как Селестия могла не знать об этих возможных ужасах. Несмотря на ее надежды, вариантов было всего несколько. Либо ей было все равно, либо она не знала. Ни то, ни другое не было хорошим вариантом.

Ее пурпурная магия охватила указ, она потянулась усилием воли. Вокруг пергамента образовалось сложное заклинание. Вместо того чтобы разорваться пополам, две неповрежденные копии теперь парили в ее ауре. Проделав то же самое еще дважды, она получила восемь копий.

Одну она телепортировала к Спайку с маленьким драгоценным камнем и запиской с просьбой отправить его Селестии. Две отправились в ратушу. Одна — первому ночному стражу, которого смогли обнаружить ее магические чувства. Еще одна была телепортирована прямо к секретарю в Кантерлотский зал записей. Остальные она отправила в кабинет регистрации.

Дело было сделано, действительно сделано, и весь остальной мир знал об этом. Она лежала и ждала долгожданного печенья. Внутри нее боролись волнение, нервозность и удовлетворение. Твайлайт чувствовала, что Найт гордится ею, что она действительно принцесса и начинает по-настоящему принимать все, что это значит.

Наконец печенье принесли. Когда две кобылы, с которыми она делила ощущения, погрузились в экстаз свежего печенья прямо из Сахарного Уголка, Твайлайт слегка покачала головой, медленно жуя.

По крайней мере, ее магия все еще была свободна, чтобы продолжить бумажную работу. Подумав немного, она положила несколько печений в один из своих пространственных карманов. Она не знала, когда ей может понадобиться отвлечь Найт или Нову.

Твайлайт взяла еще одно и надкусила его. Это было очень вкусное печенье.

* * *

Наконец отложив последние бумаги, она сделала успокаивающий вдох и выпустила его в счастливом выдохе. Найт, казалось, не обращала на нее внимания, а Нова, похоже, отдыхала или, по крайней мере, была спокойна.

Твайлайт была рада компании Эмеральд. Искусные копыта чейнджлинга делали многое для того, чтобы ее крылья и источник пегаса не болел так сильно, что она могла почти не обращать на это внимания. Еще один довольный стон вырвался у нее, и копыто в нужном месте сняло еще большее напряжение.

Уход за лей-линиями был сплошным удовольствием, а эта процедура, с другой стороны, просто расслабила ее.

"Знаешь, если бы Кризалис открыла массажные салоны, она могла бы захватить весь мир, и никто бы не жаловался".

"Я несколько сомневаюсь, что она с радостью стала бы оказывать услуги за еду, когда вместо этого она могла бы просто затолкать пони в капсулы, чтобы извлечь то, что ей нужно".

"Жаль, это был бы путь к миру", — сказала Твайлайт.

"При такой ненависти между вашей королевой и моей бывшей?"

"Селестия не королева", — заявила Твайлайт.

Эмеральд посмотрела на одну из стен, как будто могла видеть сквозь нее. "Литтл Стар в панике".

"Где?" — Твайлайт в мгновение ока оказалась на копытах. Она была нужна своему жеребенку.

"Сразу за замком". Эмеральд указала сквозь стену.

Телепортация Твайлайт произошла так быстро, что она чуть не испугалась. Появившись снаружи, она тут же была схвачена своей дочерью.

"Мамочка, мамочка, ты должна помочь Скуталу".

Твайлайт обняла дочь, крепко прижав ее к себе. "Что случилось, моя Литтл Стар?"

"Я не знаю, но у нее идет кровь, и она там, наверху", — показала Стар.

Литтл Стар не унималась, и хотя прошло всего несколько секунд, уже начала собираться небольшая толпа.

Кэндис выпорхнула из окна Рэрити, направляясь прямо к неустойчиво летящей кобылке. Что бы ни происходило, Твайлайт должна была знать об этом прямо сейчас. Зажигая свой рог, она телепортировала Кэндис и Скуталу к себе, мягко поймав их в свою ауру, чтобы остановить их движение.

Кэндис просто сказала "Привет!", а затем посмотрела на Скуталу, засовывая свою новенькую униформу в пространственный карман.

Скуталу начала лепетать, издавая непонятные звуки.

"Успокойся и начни с самого начала", — сказала Твайлайт заботливым тоном. Она заметила, что использовала убеждение аликорна, только когда все уже было сделано.

"Там были пони, несколько других пони и грифонша. Они пытались навредить первому пони, они даже пытались навредить мне". Скуталу говорила как можно спокойнее. Она повернулась так, чтобы было видно длинный порез на ее задней ноге.

Литтл Стар тут же подбежала к Скуталу и начала ее лечить. Все еще текущая кровь вернулась к ране и затянула ее, заживив без следа.

Скуталу и другие пони, собравшиеся вокруг, с удивлением смотрели на исчезнувшую рану. Скуталу продолжила свой рассказ. "Он спас меня и сказал, чтобы я летела за тобой. По пути меня встретила Рейнбоу. Она полетела ему на помощь и велела мне как можно быстрее добраться до города".

Время было слишком удобным. Это должно было быть связано с ее заявлением о помощи гибридам. Твайлайт оглядела толпу. "Все будет хорошо, я разберусь с этим", — уверенно сказала она. Посмотрев на Литтл Стар и Кэндис, она заговорила шепотом: "Это может быть отвлекающий маневр, мне нужны вы обе, чтобы обеспечить безопасность Понивилля".

Литтл Стар защелкнула шлем, в ее глазах горел решительный огонек.

Кэндис кивнула и на мгновение положила свое крыло на Литтл Стар, подтверждая приказ. Своим собственным вариантом шепота она ответила: "Иди, город будет в безопасности".

Твайлайт почувствовала, как ее тело сжалось, а мышцы напряглись. В порыве физической силы она почувствовала, как подпрыгивает в воздух, добавляя новый кратер на землю.

Позволив себе выскользнуть из плотского тела, она вернулась в свой бастион.

* * *

Твайлайт появилась в центре библиотеки и телепортировалась прямо к двери с кьютимаркой Рейнбоу. Ее магия почти сорвала дверь с петель, когда она с силой распахнула ее. Она лишь едва заметила облака, спортивные секции и секцию Вондерболтов, оформленную в тематике крыла Рейнбоу. Она остановилась лишь на полминуты, отметив, насколько большой была секция Дэринг Ду.

Твайлайт помчалась прямо к постаменту в форме молнии, на котором лежала книга с анимированным пером.

> Рейнбоу крутанулась на месте и сшибла земного пони, перекатившись через его рухнувшее тело, используя его, чтобы защититься от летящей стрелы из арбалета.

Твайлайт слышала, как приближается Дримс, но даже не подняла глаз.

Твайлайт откинулась немного назад и начала читать, ища хоть что-нибудь, что могло бы подсказать ей, где находится ее подруга. "Где ты, Рейнбоу!" — почти прорычала она в разочаровании.

> Глаза Рейнбоу выделили жеребца, который спас Скуталу. Он был в плохой ситуации, на земле и почти беспомощный. Казалось, какая-то грифонша издевалась над ним, а две пегаски удерживали его. Единорог с причудливой внешностью прижимал клинок к его шее с помощью своей магии.

> "Какого черта?" — сказала Рейнбоу. Она знала, что в мире есть плохие пони, но чтобы так близко к Понивиллю? Она покачала головой и сосредоточилась. Они напали на Скутс, они выглядели так, будто были готовы убить этого жеребца. Она была Вондерболтом, ее тренировали для этого.

> Лезвие на шее жеребца означало, что все ее трюки со вспышками закончились. Ей придется делать это копытами и следить за тем, чтобы контролировать лезвие. По крайней мере, его держала только аура единорога.

> Осторожно она набрала скорость до предела, чтобы не создать соник рейнбум. Она не могла допустить, чтобы вспышка света привлекла их внимание.

> Две секунды до удара.

> Это должно было быть потрясающе, и она будет рассказывать об этом годами. Возможно, это будет выглядеть не так эффектно, как некоторые вещи, которые она делала, но она была героем, и никакие ошибочные попытки Кобылки-что-надо не смогут ее унизить.

> Секунда до удара.

> Да, возможно, она немного переборщила с привлечением внимания, да, возможно, ей нравилось красоваться, но она все еще была…

> Полсекунды до удара.

> Рейнбоу прервала себя, ее внимание сузилось до каждого движения, каждого действия. Она почувствовала, как ее эго отходит на второй план, когда в дело вступили ее тренировки.

У нее не было времени читать всю книгу, особенно с мысленными комментариями Рейнбоу о том, какая она замечательная. Твайлайт выщипала одно из своих перьев и превратила его в писчее перо. Она пролистала вперед первую попавшуюся пустую страницу. Она поспешно написала три слова пурпурным шрифтом.

> ГДЕ ТЫ?

> По привычке она проверила свое местоположение. Глаза Рейнбоу устремились на Кантерлот вдалеке. Углы, расстояния и векторы мгновенно выстроились в ее голове, когда она увернулась от магического разряда.

Твайлайт даже не успела осознанно понять расстояние и векторы от города Селестии. Ее разум уже быстро переводил это в гиперпространственную математику, необходимую для получения координат для точного телепорта. Она добавила немного высоты для подстраховки.

Нацелив копыта, Твайлайт побежала к выходу из библиотеки. Ее копыта стучали по дереву, а затем по твердой поверхности царства Найт. Заклинание телепортации уже было сформировано в ее голове, когда она нырнула сквозь обсидиановый пол обратно в свое тело.

Найт сильно толкала свое тело. Магия аликорна усиливала каждое движение ее крыльев. Ее дыхание с трудом справлялось с потребностью в кислороде.

Твайлайт влила энергию в свой рог, и во вспышке магии они телепортировались.

* * *

Твайлайт появилась из своего телепорта на расстоянии сотен длин тела в воздухе. Зависнув на месте, она осмотрела сцену под собой.

Рейнбоу оказалась в плохой ситуации, она попала в ловушку. Не из-за превосходного мастерства соперницы, а из-за необходимости защищать неизвестного пегаса. Она не могла воспользоваться всеми преимуществами своей скорости и тренировок с Вондерболтами.

Рейнбоу танцевала, ее движения казались беспорядочными и хаотичными, но все они были точными и смертоносными. Ее глаза светились от ее Элемента. Она не бросила бы ни одну пони. Она была прекрасна. Твайлайт чувствовала, как Найт хочет заняться с Рейнбоу всеми соблазнительными вещами, когда все это закончится.

Наблюдая за происходящим, Твайлайт не могла отделаться от ощущения, что это была завораживающая демонстрация мастерства только для нее. Оба крыла Рейнбоу зарядились молниями, и она направила их на своих врагов, заставляя их отступить. Дуги электричества опутывали землю и наполняли воздух ароматом бури.

Твайлайт чувствовала, как восхищение и желание Найт растут с каждой секундой, пока Рейнбоу держит себя в копытах. Твайлайт просто наблюдала, выбирая, какое заклинание использовать, чтобы положить конец этому конфликту. Она начала создавать заклинание выборочного оглушения, которое не действовало бы на пегасов. Это позволило бы вдвое сократить число сражающихся.

Грифонша двигалась так быстро, что казалось, она телепортировалась. Она появилась и была в доле секунды от того, чтобы пронзить Рейнбоу насквозь внушительным мечом.

Твайлайт не думала. Ее очень способный ум не сформировал никаких планов. Она исчезла в сиянии ослепительной пурпурной магии.

Она появилась на месте Рейнбоу, ее подруга благополучно парила в воздухе там, где она только что была.

Зачарованное железное лезвие вонзилось в ее плоть. Боль вспыхнула в боку, и тут же ее охватило облегчение: она успела вовремя. Боль была ничто по сравнению с тем, что она испытала на алтаре. На ее морде появилась слишком широкая ухмылка.

Отстраненная часть ее сознания отметила, что это новый способ получить возможность поближе изучить его чары. Клинок был отточен до невероятной остроты и мог разрезать как броню, так и плоть. Она должна будет изучить его позже. Но сейчас у нее были более насущные дела.

Она повернула голову к нападавшей и разразилась безумным смехом. "И это все, на что ты способна?"

Грифонша отпрыгнула назад, выпустив из лап меч. На ее лице появилось восхитительное выражение неверия.

"Твайлайт!" — в панике воскликнула Рейнбоу.

Мгновение спустя в ее шее вспыхнула боль. Стрела из арбалета застряла, и это была лишь досадная заноза. Еще мгновение, и радужное пятно врезалось в лучницу. Приятный звук ломающихся костей наполнил ее уши.

Ее рог вспыхнул, и вокруг образовался куполообразный щит — она не хотела, чтобы хоть одна из ее игрушек сбежала. Твайлайт окинула взглядом выбор мишеней. Она облизала губы, представляя, что она может с ними сделать.

Она позволила своим чувствам расшириться, расправив крылья, чтобы ее перья могли чувствовать воздух. Каждый удар и движение каждого живого существа рисовались в ее сознании. Каждое использование магии, вплоть до мельчайшей ряби на роге или крыле, открывалось ей.

Твайлайт сделала выпад, и клинок, все еще находившийся в ее теле, ожег ее, вонзившись в нее при этом движении. Это был удивительно острый клинок. Позже она обязательно изучит его чары.

Когда Твайлайт двигалась, она чувствовала, как сотни лет опыта Найт направляют ее, когда она ударяла копытом. Она почувствовала приятное ощущение удара, когда ее грубая сила раздробила обе передние ноги одного пони. Это было ужасающе легко, кости щелкали, как хрупкие палочки.

Грифонша, ударившая ее, взмахнула крылом хорошо отработанным движением. Залп дротиков устремился к неизвестному пегасу, которого защищала Рейнбоу.

Твайлайт взмахнула хвостом, ловя каждый из них отдельным ожившим усиком. Спасибо тебе, Найт, — подумала Твайлайт, снова зажигая свой рог и поднимая меньший щит вокруг цели грифонши.

С ее расширенными чувствами ей даже не нужно было смотреть, чтобы понять, как дела у Рейнбоу. В каждом ее движении было столько пегасьей магии, что она была уверена, что Селестия чувствует каждый взмах крыльев из Кантерлота. Новая грань магии, связанной с молнией, иногда танцевала вместе с ней, давая Твайлайт понять, что ее подруга пользуется тем, чему ее научила Найт.

Из восьми сражающихся двое были убиты. Лучник, в которого попала Рейнбоу, теперь лежал на земле без сознания, по крайней мере, со сломанными ребрами. Тот, в кого попала сама Твайлайт, все еще кричал, катаясь по земле с двумя сломанными ногами.

Остались один грифон, два единорога и три пегаса. Не так уж много, чтобы даже повеселиться, — с сожалением подумала Твайлайт. Она сделала паузу, это казалось не совсем правильным. Это была ее мысль? Она не могла доверять себе, она должна была покончить с этим сейчас и не убить ни одного пони.

Ее рог ярко засверкал, когда она схватила каждого из своих врагов своим мощным телекинезом. Каждый из них был прижат к земле непреодолимой силой. У единорога, который пытался устоять на ногах, подкосились ноги. Звук ломающихся костей заставил Твайлайт внутренне содрогнуться, но Найт не дала этого понять сторонним наблюдателям.

Твайлайт сделала глубокий успокаивающий вдох, пытаясь изгнать последнюю жажду крови. Когда ее грудь расширилась, меч снова дал о себе знать.

Найт манипулировала своей ниспадающей гривой, вытаскивая и клинок, и стрелу из своей плоти. Твайлайт невольно отметила, что ощущение собственной крови на шерсти почти не ощущается. Клинок весело порхал вокруг нее, пока она надвигалась на грифоншу.

"Рейнбоу, ты и твой подопечный в порядке?" — позвала она, не глядя на них.

"Да, в порядке. Хотя ему не помешает немного подлечиться, прежде чем мы его перенесем".

Твайлайт зажгла рог и запустила в спасенного ими жеребца заклинание стабилизации общего назначения. Это поможет ему продержаться до тех пор, пока он не сможет получить более комплексную помощь.

Повернувшись обратно к своим пленникам, она позволила этой слишком широкой ухмылке снова появиться на ее морде.

Рог одного из единорогов засветился, и Твайлайт почувствовала, как на нем формируется магия телепортации. У нее было так много вариантов, как это остановить. Разбить его рог. Изменить координаты его выхода. Поднять телепортационный щит. Прервать его заклинание и позволить энергии сжечь его. Судя по тому, сколько энергии он направлял, телепорт должен был быть дальним.

Должно быть, он пытается попасть куда-то в важное место, — прокомментировала Найт.

"Хм", — кивнула Твайлайт, вырывая координаты из заклинания и наблюдая, как этот дурак тратит столько энергии, телепортируясь именно туда, где он находился. "Не волнуйся, я скоро доберусь до тебя", — ласково сказала Твайлайт.

Прижав остальных к земле своей магией, она подняла грифоншу в воздух. Мерзкий зверь заплатит за то, что напал на ее пони. Пони не были добычей.

"Ты ничего не узнаешь от меня", — храбро сказала грифонша.

"О, я узнаю, есть столько экспериментов, которые я могу провести над тобой". Твайлайт чувствовала, как внутри нее нарастает ликование. "Так много экспериментов, которые я никогда не смогу провести по этическим соображениям, и вот у нас есть ты, доброволец".

Грифонша плюнула в нее. Мерзкая жижа стекла по морде Твайлайт. Глаза аликорна засверкали белым светом, когда в ней вспыхнул гнев. Она почувствовала, как тело грифонши начало ломаться, когда ее магия начала сворачивать его от конечностей внутрь. Сначала один за другим начали ломаться когти.

Твайлайт, ты уверена, что хочешь это сделать? — предостерегла Найт.

Твайлайт остановилась, удерживая цель своей ярости в облаке магии, лишь чудом избежав того, чтобы смять ее в маленький шарик. Она видела выражение ужаса на лице грифонши, освещенное ее собственными светящимися глазами.

Это то, на что я, старая, с удовольствием посмотрела бы. Итак, Твайлайт, кем ты будешь? — спросила Найт.

Твайлайт посмотрела в глаза своей жертве. Да, они поступили неправильно, да, они заслуживали этого и гораздо худшего, но она не собиралась просто поддаваться этим чувствам.

Взяв свою магию и изменив ее, она добавила новые руны заклинаний. Некоторые из них она начала изучать совсем недавно. На ее мордочке появилась дикая ухмылка. Ей пришла в голову замечательная идея.

Со вспышкой магии ее пленник исчез, а на его месте появилось аппетитно выглядящее комнатное растение.

Надеясь, что судьба грифонши послужит примером, она повернулась к первому пони, который пытался телепортироваться. Она сорвала его с места и подвесила перед собой в своей ауре.

Твайлайт сорвала с растения один лист и медленно съела его. "Теперь ты расскажешь мне все".

* * *

## 35.4 Новый клинок Рейнбоу

* * *

Ее глаза метались вокруг, ища угрозы. Арбалетная стрела и шесть магических зарядов устремились к ней. В ее сознании не было паники, только быстрая оценка ситуации.

Рейнбоу перекатывалась, ныряла и изворачивалась в хорошо отработанных уклонениях. Она направила дополнительную магию полета на свои крылья, и сила покалывала, когда маленькие дуги молний танцевали с белесыми шепотками воздуха. Ни одна из атак даже не приблизилась к ней. Она ухмыльнулась: им придется постараться. Не зря же ее звали Рейнбоу "Опасность" Дэш.

Бесконечное бурчание Спитфайр заставило ее обратить внимание на уклонение от заклинаний. Она много долгих часов разглагольствовала и попрекала Рейнбоу тем, что нельзя недооценивать, насколько хитрыми могут быть рогатые головы со своими заклинаниями.

Два заклинания превратились в облака злобных паутинок, которые легко свалили бы ее на землю, если бы она была достаточно медлительна, чтобы попасть под них. Последние четыре изогнулись обратно и устремились к ней. Каждое атаковало ее с разных сторон, пытаясь сбить с толку. Она не собиралась этого допустить.

Не то чтобы Рейнбоу возражала против вызова, но магические заряды, которые изгибались и закручивались, чтобы преследовать ее, казались ей обманом. В ее глазах пылала решимость. Ей просто придется начать относиться к этому более серьезно.

Она еще сильнее выплеснула свою силу. Магия пегаса пропитала все вокруг. Небо в пределах десятков длин крыльев теперь принадлежало ей. Два заряда разлетелись в разные стороны. Не выдержав бури магии полета, порожденной кобылой, которая могла по желанию вызвать соник рейнбум, они рассыпалась.

Рейнбоу бросилась в созданное ею окно, а не в то, которое они так заботливо оставили для нее. Остались два, которые пытались прорваться сквозь ее силу.

Края заклинания начали трескаться. Их формы стали неровными, а полет — пьяным, как в прошлый сезон сидра. Противодействующая энергия успешно разрушила два последних заклинания. На мгновение она оказалась в безопасности.

Рейнбоу не знала, что этим чурбанам нужно от жеребца. Но не нужно было быть яйцеголовым, чтобы понять, что он — жертва, а они — враждебная сила. Кем бы они ни были, они были преданы делу. Даже после удара с фланга они все еще пытались убить жеребца.

Рейнбоу была Вондерболтом, она не должна была проиграть этим второсортным головорезам.

Она еще раз уклонилась в сторону, чтобы хорошенько осмотреться. Привычка заставила ее взглянуть на Кантерлот, ее разум с легкостью определил ее точное местоположение. Чтобы уничтожить большинство из них, хватило бы всего одного Рейнбума, но не было никакого способа сделать это, не подвергая риску того самого пони, которого она пыталась защитить.

Что-то коснулось ее восприятия, и она рефлекторно отпрянула в сторону. Стрела подрезала одно перо, но не покалечила крыло. Звук, с которым он разрезал воздух, заставил ее уши дернуться назад.

Ее чувство воздуха продолжало следить за снарядом, который едва не попал ей в крыло. Ее глаза проследили его путь до лучника, который сейчас перезаряжался. Теперь у нее было три с четвертью секунды, чтобы действовать, не беспокоясь о нем.

Ладно, возможно, эти парни были не такими уж и второсортными. У них была командная работа, тактика, и они, по крайней мере, заставили ее хорошенько потрудиться.

Теперь, если бы только у нее было подкрепление, которое она могла бы вызвать. Если бы она хоть на мгновение ослабила атаки, они бы убили жеребца. Самый опытный противник двигался именно к этому. Грифонша, она была заклятым врагом Рейнбоу в этой схватке. Каждый раз, когда она пыталась войти и спасти беднягу, грифонша оказывалась рядом, с клинком в когтях, чтобы заблокировать ее.

Если я не могу обойти ее, мне придется пройти сквозь нее. Она бросилась к грифонше, проскользнула вокруг пегаса, который пытался заблокировать ее. Рейнбоу ударила задним копытом по его голове, когда проходила мимо. Мясистый стук и твердый удар, вибрирующий по ноге, возвестили о ее успехе.

Ее взгляд привлекла яркая красная вспышка. Чем ярче была магия единорога, тем мощнее она была. Эта атака была почти ослепительной. Время, казалось, замедлилось, когда всплеск страха подкачал в ее тело еще больше адреналина.

Она крутанулась и нанесла еще один удар по падающему жеребцу, оттолкнувшись от него. Она радикально изменила курс, меняя вектор. Ее обдало жаром, расширяющийся воздух давил на нее.

Рейнбоу едва избежала обжигающего луча рубиновой магии. Взрыв горячего воздуха на его пути с силой оттолкнул ее. Она автоматически приспособилась, используя любое преимущество, которое могла получить. Сердце колотилось в груди, и она чувствовала, как медленно устает. Она не хотела думать о том, что могло бы произойти, если бы она была хоть немного медленнее. Она должна была покончить с этим как можно скорее.

В ней вспыхнула решимость, она почувствовала, как в ее крыльях нарастает энергия, соответствующая ее воле. Сила щекотала ее чувства, а перья трещали со всей мощью бушующего грома.

Рейнбоу взмахнула заряженными крыльями. Свет вспыхнул, проходя сквозь пустой воздух. Ее глаза расширились от потрясения. Грифонша просто исчезла.

Она попыталась приспособиться, но ее запланированные последующие удары копытами врезались в землю, а не в цель. Боль пронзила ноги, хотя ее магия передала большую часть импульса удара в землю. Почва взвилась вверх, заслоняя ей обзор. Куда ты делась? — подумала Рейнбоу, почти рыча.

Уклоняйся! — кричал каждый ее инстинкт. Ее атлетическое тело напряглось, мышцы натянулись, готовые оттолкнуть ее от неизвестной опасности.

Холодок охватил ее сердце, и она почувствовала замирание. Почему-то она знала, что опоздает.

Вспышка света и знакомое чувство головокружения охватило ее. Положение Рейнбоу изменилось. Вместо того чтобы находиться на земле, она оказалась в воздухе. Ее крылья мгновенно приспособились, ловя воздух и хлопая, чтобы управлять высотой. Оказавшись в бою, она тут же уклонилась. Она не знала, кто ее телепортировал, но оказаться там, где тебя ожидал противник, могло означать смерть.

Долгие часы тренировок отточили ее ум. Она быстро оценила обстановку вокруг себя, выясняя, как это произошло, — подождем. Она находилась в воздухе на расстоянии более сотни длин тела. Угасающая вспышка пурпурного цвета внизу привлекла ее внимание.

Под ней была та самая схватка, в которой она участвовала, с одним существенным отличием. Там, точно на месте Рейнбоу, стояла Твайлайт. Грифонша погрузила свой клинок в ее тело.

У Рейнбоу сжалось сердце, глаза расширились. Она упала, словно ее крылья забыли, как летать. Она беспомощно смотрела, как ее подруга, как Твайлайт, которая только что спасла ее… умирает.

Ее глаза сфокусировались на ней с совершенной ясностью, а весь остальной мир померк на бессмысленном фоне. Каждый волосок ухоженной шерсти Твайлайт теперь был измазан кровью. На ее лице даже сейчас было спокойное выражение облегчения.

Твайлайт поменялась с ней местами. Она точно знала, что делает и чего это будет стоить. У нее была она, а теперь… теперь она была мертва. Никто не смог бы выжить, если бы в нем было столько металла.

Мир был безмолвен, заклинания не летали. Шок от появления принцессы был слишком сильным для них. Все пони были ошеломлены. Все взгляды были устремлены на Твайлайт. Одни наемники смотрели с ужасом, другие — с ликованием, как будто видели, что ее подруга — всего лишь груда бит.

В ее сознании разгорался гнев, смешиваясь с ненавистью к себе. Как я могла подвести своего друга? Как они посмели?

Лицо Твайлайт изменилось, превратившись в безумную ухмылку. Ужасающее выражение было слишком широким для ее лица. Рейнбоу удивилась, что оно не разорвало ее плоть. Что за сено? — подумала она, когда страх начал проникать в ее сознание.

Злобный смех нарушил тишину. Он заставил бы даже Найтмер Мун бежать в ужасе. Медленно, неотвратимо Твайлайт повернула голову и посмотрела на грифоншу, которая все еще цеплялась за лезвие, погруженное по самую рукоять. "Это все, на что ты способна?"

Та запаниковала. Ее тело отпрыгнуло назад, давно натренированные рефлексы сработали раньше, чем оцепеневший разум начал осмысливать происходящее.

Эфес меча все еще торчал из груди Твайлайт, но ее это, похоже, не волновало. Что с ней? — подумала Рейнбоу, паника и облегчение почти сделали ее беспечной.

Ее внимание привлек блеск движущегося металла. Она зафиксировала его: арбалетная стрела устремилась к ее подруге, ее злобный наконечник сверкал в солнечном свете.

"Твайлайт!" — закричала Рейнбоу. Ярость рассеяла ее шок. Рейнбоу едва заметила, что Твайлайт никак не отреагировала на новое дополнение к своей шее.

Мгновение спустя пегаска врезалась копытами в пони-лучницу. Хорошо отработанное использование своей силы, и весь импульс был направлен прямо в цель. В борьбе с пони она должна была сбросить большую часть силы в воздух, но прямо сейчас ей было все равно.

Под ней ломались и трещали кости. Она скорее почувствовала, чем услышала тошнотворный звук. Стоя на своей теперь уже полностью выведенной из строя цели, она посмотрела вверх. Она резко расправила крылья. Она старалась не думать о сырости, которую чувствовала под копытами.

Еще одна вспышка пурпурного цвета вернула ее внимание к Твайлайт. Большой купол энергии мерцал, заключая в себе всех пони.

Глаза Твайлайт сияли от радости, она была взволнована, она выглядела так, словно каждый пони здесь был ее подарком на День Согревающего Очага. Она облизала губы, каким-то образом выглядя невероятно горячей и ужасающей одновременно.

Ее крылья медленно расправились, словно она пыталась привлечь к ним внимание. Казалось, она была прекрасной танцовщицей, позирующей перед началом представления. Рейнбоу наблюдала, как сила движется по телу Твайлайт, как напрягаются и сгибаются мышцы.

Ее подруга начала взрывное движение. Если бы она моргнула, то ничего бы не заметила. Рейнбоу подумала, что она совершила любительскую ошибку. Казалось, что атака была плохо нацелена и вряд ли могла чего-то добиться. Затем вместо того, чтобы просто слегка толкнуть ногу цели, раздался громкий треск. Она сломала ему обе передние ноги.

Из все увеличивающихся ран лилась кровь, но Твайлайт это не волновало, она не дрогнула.

Как и большинство сражающихся, Рейнбоу была ошеломлена демонстрацией грубой физической силы. Первые несколько секунд она могла только наблюдать. Твай, насколько ты сильна?

Грифонша была не так уж бессильна. В воздухе сверкнули вспышки металла. Рейнбоу проследила за ними взглядом. Каждая из них была направлена на того самого бедного жеребца, которого они пытались убить все это время. Вот дерьмо! Она была слишком далеко, чтобы что-то сделать.

Хвост Твайлайт взметнулся, вырывая из воздуха один за другим все стрелы. Она снова зажгла свой рог, и вокруг цели возник щитовой пузырь.

И вот так бой возобновился. Уклоняться, уклоняться, уклоняться, уклоняться. Освободившись от необходимости защищать кого-то из пони, она действительно могла нанести несколько ударов с флангов.

Свободно маневрируя, она пиналась и изгибалась, перекатывалась и ныряла. С каждым мгновением в ее крыльях накапливалось все больше и больше энергии. Мастерство и оружие противника превращали каждую атаку в рискованную. Ей хотелось иметь настоящее оружие, как в дуэли с Твайлайт.

Один нападавший подошел слишком близко и рассек лезвием ее шерсть. Она ударила его заряженным крылом, отчего он упал на землю, почерневший и обожженный. Взмахнув другим крылом, она метнула в другого молнию света, освобождая пространство. Она тут же начала собирать больше энергии.

Ослепительный пурпурный свет залил все вокруг. Снова сработала подготовка, Рейнбоу уклонилась в сторону, где, как она чувствовала, никого не было. Быстрая серия тресков, и еще один пони закричал.

Рейнбоу моргнула, отгоняя пятна в своем зрении. Все было неподвижно, ничто не металось в воздухе. Она огляделась. Все плохие парни были вдавлены в землю магией Твайлайт. Судя по всему, они едва могли дышать. Ноги одного из самых несчастных пони были согнуты под неестественными углами.

Вот так просто бой закончился.

Твайлайт сделала глубокий успокаивающий вдох. Ее грива и хвост струились, делая ее гораздо больше похожей на одну из принцесс. Она повернулась и спокойно направилась к грифонше. Ее грива обвилась вокруг рукояти меча и медленно вытащила его.

Рейнбоу не могла не наблюдать за этим с нездоровым восхищением. Рана быстро закрылась, оставив блестящий от крови мех единственным свидетельством того, что с аликорном вообще что-то случилось.

Твайлайт крутила оружие, демонстрируя мастерство. Несколько капель ее крови брызнули на землю. "Рейнбоу, ты и твой подопечный в порядке?"

Подопечный? О, этот жеребец, — подумала Рейнбоу. Повернувшись к нему, она быстро оценила его состояние. Кроме удара по голове и большого пореза вдоль крыла, он был в порядке… вроде бы. В остальном он выглядел только потрепанным, с несколькими незначительными ранами. "Да, в порядке. Хотя ему не помешает немного подлечиться, прежде чем мы его перевезем", — сказала Рейнбоу, надеясь, что это правда.

Из рога Твайлайт вырвалась пурпурная вспышка и магический разряд, который врезался в жеребца. На какое-то ужасное мгновение Рейнбоу подумала, что Твайлайт действительно напала на него. Это было до тех пор, пока его раны не начали светиться пурпурным светом и кровотечение не остановилось.

Твайлайт повернулась обратно к своим пленникам.

Один из единорогов зажег свой рог, на его морде отразился страх. Он моргнул, а затем появился снова. Твайлайт посмотрела на него: "Не волнуйся, скоро я тобой займусь", — ласково сказала она.

Страх единорога превратился в тихий ужас. Рейнбоу была рада, что в данный момент не видит лица своей подруги.

Грифонша медленно парила перед Твайлайт. "Ты ничего не узнаешь от меня", — храбро сказала она, даже не дрогнув голосом.

"О, я узнаю, я могу провести над тобой столько экспериментов", — задумчиво сказала Твайлайт. Ее голос перешел в счастливое хихиканье. "Так много экспериментов, которые я никогда не смогла бы провести по этическим соображениям, и вот у нас есть ты, доброволец". Последнее слово она почти промурлыкала.

Грифонша плюнула в нее. Весь мир потемнел, кроме Твайлайт. Рейнбоу замерла, она чувствовала, как ее ноги дрожат от страха.

Щелк. Щелк. Хруст. Грифонша закричала, а ужасные звуки продолжались. Магия Твайлайт ломала каждый коготок, один за другим, скручивая конечности в клубок из раздробленной плоти и костей.

Прошло несколько секунд, прежде чем Рейнбоу осознала, о чем говорят ее чувства. Это было не то, что сделала бы ее подруга, это было то, чего ее подруга никогда не могла бы сделать.

Пока пытка продолжалась, Рейнбоу немного пришла в себя. " Твайлайт, что ты делаешь?"

Сияние магии, удерживающей грифона в воздухе, усилилось. От сырой силы по крыльям Рейнбоу пробежала дрожь, поскольку она нарушила ее магию полета.

"Твайлайт, нет!" — Рейнбоу поборола свой страх и сделала один шаг к подруге. Это было неправильно, они были побеждены. Она не могла позволить своей подруге сделать это, она не позволит ей сделать это.

Твайлайт остановилась, слегка дрожа. Она замерла, почти превратившись в статую, даже не дыша. Затем она неуловимо наклонила голову, одно ухо приподнялось, а другое было под вопросительным углом. Она смотрела на грифоншу, как на загадку, не более того.

Рейнбоу придвинулась ближе и стала сбоку, чтобы ее было видно. Она двигалась медленно и равномерно. Рейнбоу не хотела испугать обезумевшую Твайлайт.

На мордочке ее подруги появилась дикая ухмылка. Произошла вспышка магии. Там, где была грифонша, теперь стояло растение в горшке. Рейнбоу остановилась, присев на корточки. Что за? — подумала она, прежде чем ее мысли вернулись к истории с кьютимаркой Твайлайт, к тому, что Твайлайт сделала с ее родителями.

Единорог, которому Твайлайт сказала, что скоро им займётся, был с силой сорван с места. Он быстро подплыл к горшку с растением.

Твайлайт сорвала с растения один листик и медленно съела его. "Теперь ты мне все расскажешь", — Твайлайт говорила нормально, но Рейнбоу замерла.

Каждое слово потрясало ее до глубины души. Когда пони начали говорить, Рейнбоу была очень рада, что в данный момент не находится рядом с ними. Ее взгляд остановился на растении и на том, что у него не хватает одного листочка. Она просто не могла оторвать от него глаз.

Все пони говорили, и в этот момент Рейнбоу почувствовала, что даже она могла бы рассказать Твайлайт то, что обещала под Пинки клятвой.

* * *

Получив ответы, Твайлайт окутала каждого из них светящимися магическими цепями. Даже попытка вспомнить, как Твайлайт задавала вопросы, вызвала дрожь в теле Рейнбоу.

Все, что Рейнбоу могла вспомнить, — это то, что какой-то знатный пони нанял их, чтобы не дать ни одному пони-гибриду добраться до Понивилля живым.

Твайлайт медленно повернулась к Рейнбоу, это движение завораживало. Все еще покрытая кровью, она подошла к ней. Она улыбнулась. "Рейнбоу, спасибо тебе за то, что спасла моих пони от этих монстров".

Рейнбоу изучала лицо своей подруги, на данный момент она казалась спокойной. Твайлайт придвинулась ближе и обняла Рейнбоу, мощные крылья обхватили ее. Рейнбоу расслабилась в теплых объятиях. Было приятно ощущать тело подруги целым и невредимым. Она не обращала внимания на запах крови и пота и просто позволила привычному, нормальному жесту успокоить ее. Она чувствовала, как часть крови подруги переходит на ее шерсть.

"Нет проблем, Твай", — сказала Рейнбоу, не желая злить неуравновешенного аликорна после того, что она только что пережила.

Твайлайт прижалась к ней. "Пожалуйста, держи Шторм Клауд здесь в безопасности, пока я не вернусь. О, и если кому-то из преступников удастся сбежать… разберись с ними". На последнем слове ее глаза, казалось, вспыхнули.

Рейнбоу кивнула, не в силах заставить себя сделать что-то еще.

Твайлайт разжала объятия и отступила назад. Ее магия потянулась к клинку, который когда-то вонзился в нее. "Рейнбоу, защитница невинных. За твое служение Эквестрии я дарую тебе клинок, который искал твою жизнь. Пусть он всегда защищает тебя и тех, кого ты охраняешь".

Засохшая кровь на клинке растеклась, обволакивая его и образуя магические символы. Весь клинок приобрел красный блеск. Его форма деформировалась и менялась, по нему пробегали пятна пурпурной магии.

Твайлайт протянула ногу и подняла правое копыто Рейнбоу. Ее прикосновение было нежным, заботливым. Податливый металл был теплым, обхватывая ее ногу. Оружие превратилось в складное копытное лезвие. Точно такое же, как то, которое она выбрала для дуэли несколько дней назад. Только это было гораздо смертоноснее.

Выражение лица Твайлайт снова стало жестким, и в мгновение ока она исчезла.

Рейнбоу задрожала, она не хотела больше никогда видеть такое выражение лица у своей подруги. Когда аликорн ушла, с ее спины словно сняли огромный груз.

Она сдвинулась с места, незнакомый вес на передней ноге привлек ее внимание. Рейнбоу уставилась на оружие. Столько всего произошло, а теперь Твайлайт подарила ей волшебный меч. Она шлепнула себя другим копытом. Звук удара и боль еще раз подтвердили, что это не сон.

Она знала, что оружие, подаренное принцессой, — это почетный знак. Его можно и нужно носить как часть униформы. Но эта маленькая речь, она звучала слишком официально, как будто что-то значила. Неужели это делает меня рыцарем? — подумала Рейнбоу.

Она села на корточки и огляделась вокруг. Ее окружали искалеченные и раненые пони, и одно тревожно выглядящее аппетитное растение, которое когда-то было грифоном. Рейнбоу вздрогнула. Как Твайлайт могла это съесть?

Посмотрев на себя, она пришла в ужас. Пот засох на ее шерсти и гриве, красные следы от крови Твайлайт, проступившие на ней после объятий. Рейнбоу держала клинок, она не знала, что думать и что чувствовать. Ее взгляд остановился на собственном окровавленном копыте.

Тренировки и долг медленно побуждали ее к действию. Встав на копыта, она начала оказывать пленникам первую помощь, какую только могла.

* * *

Рейнбоу старалась не смотреть на пони, которому она сломала спину. От этого кровь на ее шерсти только бросалась в глаза.

Это была самая напряженная битва, в которой она когда-либо участвовала. Это было волнующее чувство. Оно заставило ее почувствовать себя живой. Это заставляло ее чувствовать себя виноватой. Одно дело — сражаться с чудовищами, совсем другое — оставить пони калекой из-за своих копыт.

Знакомый звук ударов крыльев Твайлайт привлек ее внимание к небу. Рейнбоу почти чувствовала страх, исходящий от пленников. Он был настолько сильным.

В магической ауре парила очень беременная кобыла-единорог. Твайлайт опустилась на землю рядом со Шторм и осторожно опустила свою пассажирку на землю.

Платиново-белая кобыла даже не обратила внимания на скованных пони вокруг нее. Она просто сразу же подошла и обняла своего особенного пони. "Шторми", — прошептала она, слезы облегчения катились из ее глаз.

Шторм слегка вздрогнул и что-то пробормотал. Одно копыто потянулось к его любви.

Сияние магии Твайлайт дало смущенной Рейнбоу прекрасный повод отвести взгляд.

Рейнбоу настороженно следила за тем, как взгляд Твайлайт обводит всех пленников, пытавшихся отпрянуть от ее зажженного рога. Она решительно кивнула. Одна вспышка магии, и все они превратились в растения, каждое из которых немного отличалось от другого. Их оружие, доспехи и прочее снаряжение упало на землю. Вторая вспышка — и растения и упавшие предметы исчезли.

Твайлайт грациозно опустилась на землю, ее копыта бесшумно ступали по земле. Она все еще использовала устаревшее движение крыльев. Даже несмотря на все, это все еще не давало ей покоя.

"Радиант, мне нужно, чтобы ты отпустила его, чтобы я могла его вылечить", — сказала Твайлайт, ее успокаивающий голос звучал по-матерински.

Радиант медленно отодвинулась от Шторм, ее копыто оставалось в контакте до последнего возможного момента.

"После этого ему все равно понадобится дополнительная медицинская помощь", — заявила Твайлайт, словно на уроке. Ее рог горел тем же цветом, что и во время битвы, но почему-то он казался более теплым, более успокаивающим.

Радиант кивнула.

Твайлайт приложила рог к каждой ране, светящаяся магия заполнила раны и оставила на их месте тускло светящуюся призрачную плоть. "Вот, а теперь нужно дать ему немного сил".

Глаза Шторм широко раскрылись, затем сфокусировались на Радиант. "Рад…"

Его подруга попыталась пошевелиться, но ее состояние мешало ей. Не позволяя этому остановить ее, она зажгла свой рог и обняла его. Две влюбленные пташки счастливо прижались друг к другу.

Рейнбоу была рада за них, но не обращала на них внимания. Теперь, когда они явно были в безопасности, у нее было более важное дело. Она снова повернулась к Твайлайт.

Ее подруга удовлетворенно улыбалась. Это была та самая Твайлайт, которую она знала: она делала добро, потому что это было правильно.

Твайлайт наклонилась ближе. "Рейнбоу, пожалуйста, охраняй территорию".

"Твай?"

"Я не могу больше ждать, иначе они могут потерять своего жеребенка", — решительно заявила Твайлайт. "Я не могу рискнуть телепортировать ее, а полет обратно займет слишком много времени на безопасной скорости".

Рейнбоу кивнула. Она не совсем понимала, но Твайлайт пыталась спасти жизнь. Это была единственная вещь, которую она поддерживала на сто двадцать процентов.

"Радиант, пора", — сказала Твайлайт, подойдя к ней.

Радиант выглядела обеспокоенной. "Да, принцесса".

Шторм крепко обнял ее. "Все будет хорошо".

Твайлайт присела рядом с ними. "Да, твой жеребенок будет в безопасности и здоровее, чем ты можешь себе представить".

Пурпурная магия окутала Радиант, когда Твайлайт приложила свой рог к ее расширенному животу.

Твайлайт закрыла глаза, на ее мордочке появилась ободряющая улыбка. От ее рога отделились маленькие лучики света. Она слегка вздрагивала от каждого из них. Одна за другой, по спирали, они устремились вдоль ее рога в тело Радиант.

Рейнбоу знала, что Твайлайт, что бы она ни делала, причиняла себе сильную боль. А когда ее проткнули мечом, это не вызвало никакой реакции. Она изо всех сил старалась не показывать этого, и, судя по реакции Шторм и Радиант, ей это удавалось.

Прошло, казалось, больше часа, когда световое шоу померкло. Тело Твайлайт обвисло, выглядя изможденным, ее грива поникла.

В этот момент у Радиант отошли воды. Рейнбоу запаниковала, она не знала, что делать.

Твайлайт пробормотала что-то о том, что восстановление что-то ускоряет. Она закрыла глаза и стиснула зубы. Вспышка магии — и семья исчезла.

Рейнбоу подлетела к Твайлайт. "Твай, я думала, ты сказала, что это небезопасно".

"Это было до того, как я стабилизировала магию в жеребенке-гибриде", — сказала Твайлайт, ее голос был истощен.

"Где они?"

"Дома, Литтл Стар и Эмеральд сейчас присматривают за ними", — ответила Твайлайт, потирая свой рог.

Рейнбоу придвинулась ближе и положила копыто на свою подругу. "Твай, ты в порядке?".

"Да, Рейнбоу. Я в порядке, мне просто нужно было перевести дух". Твайлайт медленно поднялась на копыта. "Давай полетим обратно, чтобы я могла отдохнуть от своей единорожьей магии". Она по очереди вытянула каждую конечность, демонстрируя каждую хорошо развитую группу мышц. Наконец, она расправила крылья, готовая к полету. Ленивая улыбка пересекла ее лицо. "Ну что, летим?"

* * *

Во время обратного полета Рейнбоу наблюдала за Твайлайт в движении. Она летела так, словно родилась с крыльями. Это была хорошая перемена, но все же она немного нервировала.

Рейнбоу не могла не задаться вопросом, не прошло ли для Твайлайт за последние дни больше времени, чем та неделя, которую она пропустила. Это было единственное, что имело смысл. Она выглядела так, словно провела год в упорных тренировках, не говоря уже о всех новых навыках, которыми она владела. Может быть, она совершила путешествие во времени и приобрела множество новых способностей?

Внизу показался знакомый Понивилль. Рейнбоу почувствовала, как ее покинуло напряжение, стоило только узнать, что остальные ее друзья уже близко.

С вершины замка ее внимание привлек чей-то светящийся рог. Это была Литтл Стар. Она помахала копытом, и Твайлайт помахала ей в ответ. Со вспышкой волшебства Литтл Стар исчезла.

Рейнбоу запаниковала, судорожно оглядываясь по сторонам, пытаясь понять, откуда в воздухе на этот раз появится маленькая угроза. После того как в течение нескольких секунд ничего не произошло, она облегченно вздохнула. На этот раз жеребенка спасать не пришлось.

Твайлайт поправила крылья, выстраиваясь для мягкого парения по направлению к своему замку. Рейнбоу летела с ней крылом к крылу.

Кэндис и Литтл Стар появились возле замка. Обе с нетерпением смотрели на Твайлайт. На Литтл Стар был шлем Дэринг Ду и накидка Бэт-кобылки. Жеребенок возбужденно скакал на месте. Кэндис была более сдержанной и лишь слегка улыбалась. Приятно было видеть, что она не была бесстрастной статуей, как большинство стражников.

Твайлайт приземлилась немного слишком сильно, но справилась с этим как ни в чем не бывало. Литтл Стар исчезла и появилась, обхватив шею матери. Твайлайт тепло улыбнулась, присев на корточки и обняв дочь обоими крыльями, с любовью прижалась к ней.

Рейнбоу помедлила и осталась парить, оглядываясь по сторонам. Она чувствовала взгляды пони на себе и на своем новом клинке.

"Я так горжусь тобой за то, что ты помогла сохранить Понивилль в безопасности", — похвалила Твайлайт.

Улыбка маленькой Стар могла бы растопить сердце виндиго.

Твайлайт погладила гриву Стар, ее глаза потемнели, обещая серьезный разговор через мгновение, когда она посмотрела на Кэндис и Рейнбоу. "Литтл Стар, не могла бы ты пойти и убедиться, что гости в замке в безопасности, пожалуйста?"

Литтл Стар изобразила подобие салюта, а затем в мгновение ока исчезла.

Хорошее настроение Твайлайт исчезло, появился купол магии. Звуки, доносившиеся со всех сторон, затихли и отдалились. Глаза Рейнбоу на мгновение сузились, ведь рог Твайлайт не засветился. Как? — подумала она.

Появилось несколько свитков, и Твайлайт начала писать на них копытами, один за другим. Ее почерк оставался аккуратным и четким, хотя она даже не взглянула ни на один лист.

Твайлайт вкратце пересказала то, что узнала от наемников. На этот раз, когда Рейнбоу не была напугана, она смогла воспринять больше. Кому-то из пони с деньгами, большими деньгами, не нравилось, что Твайлайт помогает пони. Они хотели, чтобы такие пони, как Скутс, оставались калеками.

Рейнбоу почувствовала, как в ней закипает гнев.

После того как Кэндис все это осознала, выражение ее лица приобрело смертельную серьезность. "Просто чтобы подтвердить, вы хотите сказать, что дворяне пытаются помешать любому гибриду добраться до вас? Я правильно понимаю?"

Твайлайт кивнула. "Да, похоже, они готовы потратить много монет на наемников".

"Понятно. Значит, я точно понимаю, что я в состоянии действовать, я ваш капитан на данный момент, официально, да? Я знаю, что еще не подписывала никаких бумаг, поэтому проверяю уровень своих полномочий. Я понимаю, что у нас мало времени на разговоры, мне просто нужно знать основы. И если вам нужно больше времени, я могу ускорить нас обеих, чтобы мы могли выяснить все детали без ущерба для времени реагирования", — продолжила Кэндис.

Рейнбоу могла понять, почему она понравилась Твайлайт. Она могла говорить и переживать не меньше, чем сама кобыла.

Твайлайт сделала паузу в письме. Появились два слитка металла, оба разных оттенков фиолетового, и несколько драгоценных камней цвета ее кьютимарки.

Все собранные материалы проделали ту же магическую процедуру, которую Твайлайт использовала для создания клинка Рейнбоу. Она на мгновение опустила взгляд на свое оружие.

И снова подняла взгляд. В воздухе висело большое металлическое ожерелье. Различные кристаллы слились воедино, создав копию метки Твайлайт. Казалось, что знак светится внутренним светом ее магии.

Глаза Кэндис смотрели на этот знак серьезно, но с благодарностью.

Твайлайт протянула свое новое творение, предлагая его. "Кэндис, принимаешь ли ты эту ношу?"

Кэндис кивнула, как будто это было предложение присоединиться к Вондерболтам.

Твайлайт проводила ее взглядом, надевая его на шею Кэндис. По крыльям Кэндис пробежала флуоресцентная белая энергия, и маленькие всполохи ее втянулись в драгоценные камни.

Твайлайт улыбнулась: "Поздравляю, капитан Кэндис, первая из моей гвардии. Пусть все, кто это видит, знают о твоих привилегиях".

Кэндис кивнула и отдала честь. "Каковы ваши приказы?"

"Сейчас, капитан. У нас есть помощь местного Вондерболта", — сказала Твайлайт, переведя взгляд на Рейнбоу. "Вы должны защитить всех, кто ищет здесь убежище, и разобраться с любыми незаконными вооруженными группами в этом районе. В моем кабинете есть документ, с которым вам нужно ознакомиться. Если вам понадобится помощь моей дочери, пожалуйста, держите ее в безопасности".

"Она может понадобиться мне для сканирования и телепортации, но, думаю, это все. Пойду посмотрю, нет ли среди ночных стражей тех, кто готов оказать добровольную помощь", — сказала Кэндис.

"Ожидайте прибытия дружественных гостей посредством телепортации в главный зал. Некоторым из них может потребоваться медицинская помощь".

"Я так понимаю, эти гости находятся под вашей непосредственной защитой?" — спросила Кэндис.

"Да", — ответила Твайлайт.

"Очень хорошо". Кэндис отдала честь.

"О, и вы можете свободно использовать любое из этого конфискованного оборудования, забирайте все, что вам нужно".

Все вещи наемников упали на землю аккуратной стопкой, рассортированные по размеру и типу предметов.

Кэндис кивнула. "Есть еще какие-нибудь подробности, которые я должна знать?" — спросила она.

"Ни о чем другом я не могу вспомнить… Держите “моих” пони в безопасности…." — Глаза Твайлайт засветились слабым блеском, а выражение мордочки стало немного пугающим.

"Любые “другие” не имеют для меня значения, и мне все равно, в каком состоянии они окажутся. Понятно?"

Рейнбоу даже не дрогнула, и любой пони, утверждавший обратное, лгал. А вот и сумасшедшая кобыла, которая снова улыбается, пытая плохих парней, — подумала она.

"С теми, кто хочет причинить вред другим, мы будем поступать соответствующим образом", — подтвердила Кэндис. Было похоже, что она готова просто убить их или что-то в этом роде.

"А теперь мне нужно сделать несколько визитов". Рог Твайлайт засветился темно-фиолетовым светом, и, взорвавшись энергией, она исчезла.

Рейнбоу почувствовала, как гнетущее напряжение покидает ее, как и Твайлайт. Она была ее подругой, но в последнее время она могла быть ужасающе опасной.

Кэндис посмотрела на нее с гораздо более мягким выражением лица. "Тебе нужно еще какое-нибудь снаряжение?"

"Нет, это только утяжелит меня. К тому же… Твайлайт вроде как дала мне это", — сказала Рейнбоу, держа в вытянутой ноге свой клинок, чтобы Кэндис увидела его.

"Вижу. Хорошо сделано. Ты могла бы поинтересоваться, какой титул прилагается к нему. Зачаровала ли она его своей кровью?" — спросила Кэндис.

Рейнбоу почувствовала, что бледнеет, в голове промелькнуло воспоминание о том, как лезвие пронзило плоть ее подруги.

"Ты в порядке?" — Голос Кэндис выдавал беспокойство, когда она придвинулась ближе.

"А почему бы и нет? Я в порядке", — начала Рейнбоу с фальшивой уверенностью. "Я беспокоюсь о Твайлайт", — закончила она со вздохом.

Кэндис собрала вещи в свою волшебную сумку и направилась в сторону замка. "Ты не единственная, кто беспокоится о ней. Я тоже. Поэтому я здесь, чтобы оказать ей любую поддержку, какую только смогу".

Рейнбоу двинулась вслед за Кэндис. "Было бы хорошо, если бы она больше доверяла нам. Не обижайтесь, но ты новенькая и, похоже, знаешь о происходящем больше, чем мы".

Кэндис подождала несколько мгновений, пока они не оказались внутри замка и ночной страж не закрыл двери. "Возможно, это больше связано с допуском, чем с доверием. Есть некоторые вещи, которые она по закону не может тебе рассказать".

"Да ладно, между нами это никогда не имело значения. Мы — Элементы Гармонии, во имя Селестии".

"Угадай, кто установил закон об этом?" — сказала Кэндис с оттенком презрения.

Рейнбоу вскинула копыта: "Правда?"

"Да. Со временем она сможет рассказать тебе, что происходит. Честно говоря, я пока не знаю. Ты ее друг. Это имеет для меня большое значение. Если я могу чем-то помочь, то я сделаю это. Только спроси", — предложила Кэндис.

"Ты можешь сказать мне, почему она ведет себя так… так…" — Рейнбоу не сказала "кровожадно", "жестоко" или "садистски". "Так безумно?" — спросила Рейнбоу.

Кэндис перешла на мрачный тон. "Она пережила больше стресса и откровенных травм, чем любая другая пони смогла бы вынести. На самом деле ей гораздо лучше, чем она должна быть на самом деле. Это оказало на нее серьезное влияние".

"Без шуток".

"Это так просто не проходит".

Рейнбоу почувствовала, что ее крылья наполовину развеваются. "Но как мы остановим ее от убийства любого пони, который перейдет ей дорогу?"

Кэндис молчала секунду или две. "Ладно, что случилось, что заставило тебя спросить об этом?"

Рейнбоу сомкнула рот. Она не хотела, чтобы у ее подруги были неприятности; она и так уже сказала слишком много.

"Если я хочу помочь ей, то мне нужно знать, насколько все плохо. Луна дала меня ей, чтобы я могла помочь ей таким образом. Это поможет мне выполнить свой долг, если ты расскажешь мне, что случилось". Кэндис сказала это с искренней заботой.

Рейнбоу вздохнула. " Твайлайт…" — она опустила взгляд на свой клинок. "Это должно было убить меня…"

Кэндис посмотрела на лезвие. "Она спасла тебя?"

Кивнув головой, Рейнбоу ответила. "Она не просто спасла меня, она поменяла нас местами. Это было… О, черт возьми, как она не умерла? Я думала, она умерла за меня. Нельзя проткнуть себя мечом насквозь и просто улыбаться".

"Можно, если ты аликорн. Их почти невозможно убить". Тон Кэндис был смесью уверенности и неверия.

Рейнбоу сделала несколько вдохов, чтобы вернуть себе самообладание. "Да, стрела, попавшая ей в шею, даже не заставила ее вздрогнуть".

"Это совпадает с моими знаниями о них".

"Она… она выглядела так, будто ей было весело. Она выглядела как… и ее смех. Если бы я не была такой крутой, мне бы неделями снились кошмары об этом".

Глаза Кэндис слегка расширились. "Ты знаешь, что Луна “ушла в Найтмер”. Я делаю все возможное, чтобы Твайлайт не пошла по этому пути из-за безумного количества травм, которые она пережила".

Глаза Рейнбоу расширились. "О, пони, это может случиться? С Твайлайт? Откуда нам знать, если это еще не произошло?"

"Это не невозможно", — сказала Кэндис, слегка опустив голову.

Голос Рейнбоу был кротким, поскольку она плохо подражала Твайлайт. "Так много экспериментов, которые я никогда не смогу провести по этическим соображениям, и вот у нас есть ты, доброволец".

Кэндис напряглась. "Твайлайт скорее уйдет на сторону тьмы, чтобы защитить других, чем попытается править миром. Так что, по крайней мере, в этом что-то есть".

"Это она сказала перед тем, как начала мучить грифона… Я до сих пор слышу крики и хруст, когда она сминала и ломала каждую косточку в ее когтях", — почти крикнула Рейнбоу. В ее голосе слышалась дрожь.

Казалось, Кэндис была обеспокоена. "Спасибо, что рассказала мне об этом. Ты — одна из самых близких подруг Твайлайт. Могу ли я рассчитывать на твою помощь, и есть ли что-нибудь, что, по-твоему, я должна знать?"

"Ты знаешь, что да. Я не оставлю ни одного пони в беде", — сказала Рейнбоу, прежде чем отвернуться. "Твайлайт могла бы закончить бой в одно мгновение. Она использовала свою магию только тогда, когда они снова попытались убить Шторма. Она прижала их всех к земле без особых усилий. До этого, если не считать того, что она загнала нас всех под большой щит, она сражалась с ними копытами".

Обеспокоенное выражение лица Кэндис не дрогнуло. "Это тревожно, но не совсем неожиданно. Возможно, ее защитные инстинкты сработали на полную катушку. Есть пони, которые активно пытаются навредить невинным, просто потому что им не нравятся гибриды. Это действительно вывело ее из себя, и она, возможно, пытается показать пример".

"Ты не облизываешь губы и не смотришь так, как она, чтобы подать пример", — сказала Рейнбоу, стараясь не думать об этом слишком много.

"Это так, если ты пытаешься напугать их до смерти, чтобы они не пытались повторить это. Это могло быть притворством, но я не знаю, что касается пыток. Вот что меня больше всего беспокоит".

"Это точно не было игрой", — заявила Рейнбоу.

"Тогда я должна буду серьезно поговорить с ней, как только смогу. Ты готова присутствовать при этом вместе со мной?" — спросила Кэндис.

"Да".

"Еще какие-нибудь подробности?"

"Ну, она превратила меч грифона вот в это", — сказала Рейнбоу, кивнув на свой клинок. "И, кажется… ну, похоже на то, что делала Луна, когда только вернулась".

"Понятно". Кэндис выглядела задумчивой. "Я уже сталкивалась с этим в ней раньше. Это должно быть полегче, чем пытки".

"А потом она снова стала нормальной после того, как спасла Радиант и помогла ее еще не родившемуся жеребенку. Как будто она больше, чем одна пони".

"Я думаю, травма может вызвать это. Я имею в виду, просто посмотри, какой была Пинки в тот раз. И это были только кажущиеся проблемы с ее стороны", — заявила Кэндис.

"Откуда ты об этом знаешь?" — крикнула Рейнбоу в лицо Кэндис. "Ты шпионила за нами?".

"Двадцать лет в качестве главного информационного аналитика РСКГ", — без обиняков заявила Кэндис.

"За нами шпионили?!" — Рейнбоу не могла в это поверить.

"Я узнала об этом уже постфактум, по крайней мере, насколько я имела доступ", — защищалась Кэндис.

Рейнбоу вздохнула. "Итак, как мы собираемся это сделать. Мы не можем помочь Твайлайт, пока она не вернется черт знает откуда. Как же мы попытаемся защитить Понивилль и других, как семью, которую мы спасли?"

"Ну", — сказала Кэндис, глядя на подозрительно глубокие тени, — "я почти уверена, что здесь есть не только мы. Можем ли мы рассчитывать на сообщения о необычной активности, пока вы, ребята, выполняете свою обычную работу?"

Голова фестрала высунулась из тени, быстро поприветствовала Кэндис, прежде чем снова погрузиться в нее.

"Они в каждой тени?" — спросила Рейнбоу. Она привыкла к фанатам, но здесь ей казалось, что ее преследуют. Но, по крайней мере, это отвлекало ее от страхов за Твайлайт.

"Не одновременно, но могут быть. Я с нетерпением жду, когда моя фестральная магия станет пригодной для использования. Я тоже смогу это делать. А пока нам нужно добраться до Литтл Стар". Кэндис поставила копыто на хрустальную стену замка.

Комната вокруг нее изменилась, воздух вокруг нее изменился. Рейнбоу в панике расправила крылья.

"Все в порядке, Рейнбоу", — сказала Кэндис.

"Привет", — раздался голос Литтл Стар. Кобылка помахала копытом, закусывая бутербродом с маргариткой. На столе рядом с ее тарелкой сидел мини-волк.

"Привет", — немного ошарашенно сказала Рейнбоу. Ее сердцебиение замедлилось, и она настороженно посмотрела на Кэндис. Она все время забывала, что у нее тоже есть магия единорога. Должно быть, она телепортировала нас сюда. Теперь все пони могут это делать?

"Сэндвич?" — спросила Литтл Стар, поднося по одной половине бутерброда Кэндис и Рейнбоу.

Рейнбоу оцепенело вгрызлась в сэндвич. Она сожгла много калорий и должна была поесть.

Кэндис взяла предложенный кусочек сытной еды. "Спасибо".

Рейнбоу сглотнула. "Спасибо".

Литтл Стар на мгновение странно посмотрела на нее. В воздухе раздался хлопок, и тарелка наполнилась жареным сеном. Она подтолкнула ее к Рейнбоу. "Держи".

"Спасибо", — сказала та с большим энтузиазмом, глядя на столь необходимую еду. "Как раз то, о чем я думала. Ты умеешь читать мысли или что-то в этом роде?"

"Не здесь", — спокойно ответила Литтл Стар, когда миска, а затем и мороженое появились перед ней в маленьких вспышках пурпурной магии.

"Тонны оберегов от ментальной магии, которые Твайлайт установила в замке. Чтобы обойти их, тебе придется знать о магии больше, чем она", — предположила Кэндис.

Литтл Стар кивнула. "Я все еще пытаюсь понять, как они работают. Мамочка Твайлайт такая умная. Я хочу быть похожей на нее, когда у меня появятся крылья".

Рейнбоу не хотела говорить ничего такого, что могло бы испортить ей настроение. "Ну, если у тебя будут крылья, я научу тебя летать, как научила твою маму".

Маленькие ноги обвились вокруг ее шеи, когда ее мир стал фиолетовым. Хлопок телепорта и аромат маргариток дали понять, что ее лицо обнимает маленькая пони.

"Литтл Стар, как далеко ты можешь смотреть?" — спросила Кэндис.

"Я не знаю", — ответила Литтл Стар. Почти ослепив Рейнбоу вспышкой телепорта, она моргнула.

Рейнбоу моргнула, чтобы убрать пятна с глаз. Яркая, броская магия единорогов уже надоела. Оглядевшись по сторонам, она обнаружила, что Литтл Стар с задумчивым видом вышагивает по столу.

"Сначала скажи мне, что ты хочешь сделать? Тогда я смогу попробовать", — спросила Литтл Стар, устремив серьезный взгляд на Кэндис. Она выглядела счастливой, как будто ждала испытания. Рядом с ней появилось несколько свитков, чернильница и перо.

"Я хочу проверить все главные железнодорожные линии, ведущие в Понивилль, на наличие гибридов, которые пытаются прийти к Твайлайт за помощью. Есть плохие пони, которые пытаются помешать им получить помощь. Если мы найдем тех, кто попал в беду, нам с Рейнбоу Дэш нужно будет добраться до них как можно быстрее. Может быть, ты телепортируешь нас как можно дальше, чтобы мы быстрее добрались до них, а мы, если понадобится, пролетим остаток пути. Если они окажутся достаточно близко, телепортируй их сюда, чтобы доставить в безопасное место", — продолжила Кэндис.

Литтл Стар держала перо наготове над чистым свитком. "Так как далеко ты хочешь проверить?"

"Как можно дальше", — ответила Кэндис. "Все основные линии от городов и поселков, которые ведут сюда. Если тебе понадобится помощь в охлаждении рога, просто дай мне знать. Если у тебя еще нет охлаждающего заклинания, я могу быстро показать тебе одно".

Рог Литтл Стар засветился, и энергия начала окутывать Рейнбоу. Она закрыла глаза. Она почувствовала телепорт, и сквозь закрытые веки он был не таким ослепительным.

Когда она открыла глаза, они были в комнате с картой. Литтл Стар только что появилась над ней.

Кэндис просто наблюдала.

"Мисс Кэндис, мне нужно немного крови от каждого племени, пожалуйста". Литтл Стар спросила так, как будто это была самая обычная вещь в мире.

"У тебя самой единорог. У Рейнбоу Дэш — пегас, а Пинки где-нибудь поблизости?" — спросила Кэндис.

Литтл Стар покачала головой. "Нет, она замаскированный аликорн".

Кэндис улыбнулась этой идее. "Я знаю, на что похожа магия аликорна, но у нее ее нет. Она просто использует свою магию странным образом. Ты бы предпочла какую-нибудь другую пони?"

Литтл Стар кивнула: "И нужен фестрал, а я достану кристального пони".

"А твоя собственная кровь единорога не подойдет? Если тебе просто нужен образец, чтобы знать, что ощущает каждый из них, то я могу сдать кровь единорога, пегаса и фестрала."

"Нет, ты не можешь, у тебя смешанная кровь. Нужны чистые", — быстро ответила Литтл Стар.

"Ах", — Кэндис посмотрела на Рейнбоу. "Не хочешь дать маленькому растущему архимагу несколько капель крови?"

Рейнбоу колебалась, сегодня она больше не хотела видеть кровь. "Это ведь для того, чтобы помочь пони, верно?"

"Вот это настрой", — фестрал выскользнул из тени рядом с Рейнбоу. Ей уже начинало не нравиться, что все, кроме нее, могут появляться, когда им вздумается.

"Хорошо, есть фестрал. Есть желающие единороги, земнопони или кристальные пони?" — спросила Кэндис.

"Кристальных трудно найти, но я достану ее", — Литтл Стар выглядела счастливой, когда исчезла в очередной яркой вспышке света.

"Ну, пока это происходит, мне нужно прочитать кое-какие бумаги. Вернусь, как только смогу". Затем Кэндис исчезла.

Опять? Рейнбоу покачала головой, но снова принялась за еду, поедая принесенное с собой жареное сено.

* * *

Рейнбоу было скучно, а сена не было. Она вылетела и направилась на кухню за едой. Миска с яблоками стояла у нее на крыле, когда она встретилась с Кэндис. Они вернулись в комнату с картами.

Раздался хруст, и яблоко исчезло. Рейнбоу изо всех сил старалась не вздрагивать: теперь она уже никогда не сможет есть яблоки с хрустящей корочкой. Несмотря на это, она успела съесть четыре яблока, прежде чем комнату заполнила большая пурпурная вспышка.

На столе с картой стояли Кейденс, Шайнинг Армор и пара Кристальных Стражей. Литтл Стар стояла на спине Кейденс с подносом печенья, левитируя его в своей магии.

Литтл Стар обвела взглядом комнату и в считанные секунды собрала все образцы крови. Рейнбоу даже ничего не почувствовала, на ее шерсти не осталось и следа, но вот он, маленький стеклянный пузырек с ее кровью. Рейнбоу пожала плечами.

Шайнинг Армор настороженно наблюдал за Литтл Стар. Кейденс утешительно обняла мужа крылом и что-то прошептала ему на ухо.

"Я должна попросить метеорологический патруль держать глаза открытыми", — сказала Рейнбоу, повернулась и улетела, унося с собой последние оставшиеся яблоки.

"Я присмотрю за заклинаниями наблюдения. Если что-то всплывет, тебя могут телепортировать обратно",—окликнула ее Кэндис.

Рейнбоу махнула копытом. "Только убедитесь, что есть еда и питье".

Последнее, что Рейнбоу услышала изнутри, было официальное обращение Кэндис: "Принцесса Кейденс, принц Шайнинг Армор".

Ей нужно было взять свою униформу и организовать несколько патрулей.

* * *

## 35.5 Неожиданное путешествие

* * *

Шайнинг Армор наблюдал за своей женой через богато сервированный стол. Всегда было приятно просто проводить время с Кейденс, но сегодня чего-то не хватало. Он вздохнул, глядя на остатки пищи на своей тарелке. Знакомый вкус еды здесь, в Кантерлоте, был чуть лучше, чем дома, в Кристальной империи. Все было бы прекрасно, если бы не все те вещи, о которых нужно было беспокоиться.

"Шайнинг?" — Прекрасный голос Кейденс передавал ее беспокойство. Ее теплые, любящие глаза смотрели на его тарелку.

Он проследил за ее взглядом: он снова размазывал еду по тарелке. Он остановился, отодвинув тарелку. "Кейденс, как ты можешь быть такой спокойной вдали от Империи так долго?"

Ободряющая улыбка украсила лицо его возлюбленной. Казалось, комната посветлела только от одного этого выражения. "Ты же знаешь, что мы оставили ее в хороших копытах, Шайнинг. Санбёрст и Аметист Квилл всё держат под контролем", — спокойно сказала Кейденс.

Шайнинг слишком хорошо ее знал, здесь должно было быть что-то еще. В прошлый раз, когда они уезжали так надолго, особенно если рядом не было Фларри Харт, Кейденс очень хотела вернуться. В этот раз ничего подобного не было. "Мне не нравится оставлять Фларри Харт одну на все это время. Я скучаю по ней".

"Я тоже", — сказала она, но что-то в ее тоне показалось немного неправильным. "Шайни, мы должны быть здесь ради Твайлайт и тети Селестии, сейчас, как никогда".

"Я понимаю, Кэдди", — сказал Шайнинг. Он снова посмотрел на еду. Обычно он бы уже поглотил ее. Просто слишком много всего произошло. Он так много узнал о своей младшей сестре. Он все еще почти не мог поверить, что она была не его родной сестрой, а копией, созданной Селестией. Он снова посмотрел в добрые, любящие глаза своей жены. "Но было бы лучше, если бы у меня была вся информация."

Кейденс потягивала чай, явно выигрывая время, чтобы обдумать свои следующие слова. Этот жест был так похож на жест Селестии. Было похоже, что она относится к этому как к дипломатическим переговорам. Он знал, как она ведет себя во время таких переговоров, он охранял ее во время многих из них. Отсутствие доверия причиняло боль: собиралась ли она сказать правду? Собиралась ли она солгать ему?

Ее настроение упало, она потянулась крылом и погладила его по лицу. "Шайни", — сказала она, ее глаза умоляли.

Не раздумывая, он покинул свое место. Он обнял ее обеими передними ногами, позволяя своим действиям сказать гораздо больше, чем могли бы простые слова.

Кейденс расслабилась и погрузилась в их привычные объятия, прижав свой рог к его.

"Кэдди, пожалуйста, просто скажи мне", — прошептал он.

Она напряглась, правда чуть-чуть. Другой мог бы и не заметить, но для Шайнинга это было ясно, как день Селестии. "Есть вещи, которые я не могу тебе рассказать. То, что могут знать только аликорны", — тихим голосом призналась Кейденс.

Шайнинг был в замешательстве, он знал без тени сомнения, что она действительно любит его. Но это не меняло того факта, что это было похоже на небольшое предательство. Он думал, что у них нет секретов, что они делятся всем.

Кейденс обняла его крепче, и от этой почти сокрушительной силы стало трудно дышать. Когда она успела натренироваться? Дискомфорт в ребрах не имел значения, он просто крепче сжал ее в объятиях. Они любили друг друга, это было самое главное, а с деталями можно было и повременить.

Стук прервал момент. Кейденс притянула его в быстрый, полный любви поцелуй. Он был коротким, но говорил громче слов. Она любила его, и это было самым важным в ее мире.

Поцелуй перерос в нежное объятие, когда она разорвала объятия. Слабый голубой свет вытер несколько слезинок с глаз Кейденс. "Идем", — позвала она своим профессиональным голосом принцессы.

Один из личных гвардейцев Блюблада стоял, имитируя внимание, в безупречно отглаженной форме. "Принц Блюблад передает вам поклон и просит короткой аудиенции с вами, принцесса".

Кейденс изучала охранника, казалось, от нее исходила небольшая волна силы. "Это дело не терпит отлагательств?"

"Мой принц так считает, ваше высочество", — ответил он с выработанным нейтралитетом.

Шайнинг Армор хотел вздохнуть, но приличия не позволили ему этого сделать. Как же он ненавидел политические игры здесь, в Кантерлоте. Как только рядом оказывались другие пони, они оба надевали маски. По крайней мере, в Империи они могли быть самими собой. Их слуги, увидев, как они ведут себя здесь, наверняка решили бы, что они чейнджлинги.

Кейденс царственно поднялась на копыта, полностью играя роль принцессы аликорнов. "Шайнинг, я скоро вернусь".

Он смотрел, как охранник сопровождает его жену на встречу, какую бы встречу ни задумал этот испорченный жеребец. Дверь с щелчком закрылась. Он вздохнул, сбросив маску. Стук копыт быстро стих вдали. Он остался наедине со своими мыслями.

Шайнинг посмотрел на потолок. Как и все здесь, в Кантерлоте, он был намного старше его. Здесь было так много истории. Сколько лжи или маленьких обманов распространила принцесса Селестия за многие годы своей жизни. Даже он сам, капитан ее гвардии, ничего не знал о Найтмер Мун, пока его сестра не победила ее, спасая принцессу Луну. Тартар, он даже не знал, что когда-то по закону входил в ее гарем.

Теперь даже его жена хранила от него секреты. Он опустил голову и ударился о стол. Он повторил это действие еще несколько раз, чтобы убедиться, что это придаст миру хоть какой-то смысл. Дорогая посуда подпрыгивала и плясала по столу при каждом ударе. Кейденс идет по стопам Селестии?

* * *

В итоге прошло более получаса. Шайнинг успокоился, занявшись своим снаряжением. Это простое занятие всегда успокаивало его. Он мог бы сделать это с помощью простого заклинания, но тренировки заставили его приложить больше копыт. Одно за другим его оружие и доспехи присоединялись к уже остывшим тарелкам с едой на столе.

Знакомый звонкий звук ауры единорога заставил его поднять взгляд, приостановившись на заточке меча. Дверь светилась голубой магией Кейденс.

Его жена грациозно вошла в комнату с озадаченным выражением лица. Оно слегка изменилось, в нем промелькнуло неодобрение. Ее взгляд устремился на оружие и доспехи на столе. "Шайнинг, сколько раз тебе повторять, не за обеденным столом?"

Шайнинг издал виноватый смешок.

Кейденс слегка покачала головой, позволяя разочарованию исчезнуть. "Ну, по крайней мере, на этот раз это не наш стол". Она скользнула через комнату, ее аура выхватила меч из его хватки и положила его на стол, надвигаясь на Шайнинга.

Если бы не любящее выражение ее лица, Шайнинг испугался бы, что сделал что-то не так. Она прильнула к его шее, положила голову ему на спину, и ее мягкие крылья обхватили его. На этот раз объятия были теплыми и любящими.

Даже несмотря на отчетливый запах масел, используемых для ухода за его оружием, тонкий аромат розового шампуня Кейденс наполнил его спокойствием. Ее тепло и ощущение ее мягкой шерсти, прижатой к его телу, расслабили его.

Он глубоко вздохнул, позволяя беспокойству улетучиться. Если бы не все, что происходило в эти дни, это мог бы быть просто еще один прекрасный момент в их совместной жизни. Вспомнив все те годы, что они были вместе, он улыбнулся. Несмотря на то, что это был один из самых счастливых моментов в его жизни, он все еще был поражен тем, что Кейденс согласилась выйти за него замуж.

Оставив приятные мысли, он вернулся к настоящему моменту. "Итак, Кэдди, чего хотел Блюблад?"

"О, две вещи. Первое — совет по поводу кобыл. Второе — передать, что затеяла Твайлайт".

"На что он жалуется на этот раз?" — простонал Шайнинг, раздраженный тем, что Блюблад опять потратил время его жены.

Шайнинг почувствовал, как она покачала головой. "Ничего, он на самом деле хвалил ее".

"Он?" — Шайнинг даже не пытался скрыть сомнение в своем голосе.

"Да", — сказала она, отстраняясь от объятий. Шайнинг сразу же соскучился по ее теплу. Она обошла стол и села на свое место. Усевшись, она переложила свое крыло, доставая газету.

Там на первой странице в полном цвете была изображена пони, которую он видел в Понивилле. Скуталу, нелетающий пегас, был подвешен в воздухе магией Твайлайт. Вместо крошечных, почти искалеченных крыльев, из спины Скуталу расправились полноразмерные крылья. Новые лавандовые отметины на перьях Скуталу ясно говорили о том, кто ей помог. Он даже не потрудился прочитать заголовок, подняв глаза на жену. "Что она сделала?"

"Я не знаю, как она это сделала, но она исцелила крылья Скуталу. Она также заставила некоторых дворян переполошиться". Кейденс улыбнулась, в ее глазах появился довольный блеск. "Она сказала, что будет исцелять всех гибридов, которые к ней придут. Ты знаешь, что это значит? — всех жеребят, которых она спасет?" В глазах Кейденс блестели счастливые слезы.

Шайнинг знал, какая это трагедия — обнаружить, что еще не родившийся жеребенок — гибрид. Это означает почти верную смерть для жеребенка, либо до рождения, либо в течение первых нескольких лет жизни. Кроме того, существовал риск смерти для матери.

Кейденс предложила ему газету, он принял ее и начал читать, начав с пересказа маленькой речи сестры.

Прочитав газету и несколько других, Шайнинг переглянулся с женой. Им не нужны были слова, они оба знали, что будут делать дальше. Они твердо решили отправиться прямо в гости к Твайлайт. Как всегда в Кантерлоте, возникли сложности.

Одна вещь, которую Шайнинг Армор очень не любил в королевской семье, — это то, как много времени уходит на все дела. Простая поездка с целью посетить Понивилль требовала нескольких часов на подготовку. Поскольку лидер культа Сомбры все еще был на свободе, Селестия настаивала на усилении охраны.

Даже с Кристальной гвардией, которая была с ними, Солнечная гвардия не позволила бы им покинуть город без эскорта. Селестия потребовала небольшую армию пегасов, если они полетят, или отряд, охраняющий поезд, если они поедут этим путем.

Потребовались успокаивающие слова Кейденс, чтобы прекратить спор между двумя силами. И вот он стоял в залитом солнцем дворе и размахивал мечами. Его жена получила в подарок картину от Ночного стража. На ее лице появился легкий румянец, и она все еще отказывалась дать ему посмотреть на картину.

Он покачал головой и вернулся к своим тренировкам. Может, он уже и не страж, но привычки остались. Он не собирался позволять себе расслабляться.

В уголке зрения он увидел, что картину снова аккуратно заворачивают. Может быть, это был грандиозный подарок от поклонника? Некоторые из подарков, которые некоторые пони считали уместными для отправки Принцессе Любви, были совсем не такими.

Крылья Кейденс дернулись, и выражение ее лица застыло.

Шайнинг приостановил свои занятия с мечом. Он подошел к тенистой скамейке, на которой она лежала. "Дорогая?"

Она повернула голову и посмотрела вдаль. Все ее тело дрожало, готовое взлететь, когда ее взгляд устремился далеко за стену. Как будто она могла видеть сквозь нее. В последнее время она часто так делала, как будто могла видеть то, что никто другой не видел. На этот раз она, если он правильно понял, смотрела в сторону квартала знати.

Он протянул копыто, положив его на копыто. Это простое действие дало ей понять, что он всегда будет рядом с ней. Шайнинг знал, что его жена — аликорн Любви; поэтому она могла чувствовать эмоции всех пони. Она старалась не показывать этого, но на нее влияло то, что чувствовал каждый пони вокруг нее. В последнее время ей казалось, что она способна замечать эти вещи на гораздо большем расстоянии.

Кейденс повернула голову и посмотрела прямо в сторону тронного зала. Выражение ее лица немного расслабилось, крылья все еще были напряжены, но уже не были готовы в любой момент привести ее в движение. Она вернула свой взгляд туда, где он был. Она положила свое второе копыто на его копыто и держала его. Что бы она ни заметила, это было явно нехорошо. Может быть, измена супруга или разрыв отношений?

Он увидел, как Кейденс вздрогнула, взмахнула крыльями. Он почувствовал удар, ощущение движения, и все вокруг потемнело.

* * *

Шайнинг очнулся в замешательстве, в голове стучало, а во рту ощущался вкус грязи и цветов. "Что случилось?" — простонал он.

"Шайнинг, ты в порядке". Откуда-то донесся теплый голос его жены. Знакомое ощущение ее исцеляющей магии вибрировало во всем его роге. Тепло пробежало по его лицу и левой стороне тела. К счастью, не было такого обжигающего жара, который вызвал бы перелом кости. Так что все, что произошло, скорее всего, было лишь синяком.

Он поднял голову, и мир вокруг закружился. Перед ним, казалось, стояли две его жены, их рога светились. Он прогнал возможные веселые мысли. Ему нужно было выяснить, что произошло, кто на них напал. Возможное сотрясение мозга мешало думать.

"Что…" — Он кашлял и отплевывался, часть земли и цветов вылетела у него изо рта. "Что случилось?"

"Я немного перестаралась и случайно… ударила тебя в стену". Кейденс придвинулась ближе и прижалась к нему. "Я так рада, что ты в порядке".

От нее все еще пахло розами, а поскольку он лежал в цветочной клумбе, от него тоже пахло цветами. В ответ он притянул ее к себе и обнял. Он не стал ее целовать, поцелуй с привкусом земли, скорее всего, отправил бы его на диван, по крайней мере, на ночь.

"Что тебя напугало?" — спросил он.

"Твайлайт, она здесь". Кейденс зажгла свой рог. "Мы должны пойти к ней!" Ее напряженные фиолетовые глаза уставились в его собственные.

Вокруг них начал формироваться массив заклинания телепорта. Шайнинг встал на копыта, его аура подняла мечи с земли и вернула их в ножны.

Как всегда, магия Кейденс мягко и нежно обволакивала их. В отличие от привычной, она ощущалась как холодный всплеск боязни.

"Готов?" — спросила Кейденс.

Он кивнул. Он понятия не имел, что происходит, но, видя беспокойство на ее лице, он сделает все, что нужно, чтобы помочь Твайлайт.

Мир исчез, оставив вокруг них лишь сферу светло-голубой магии его любимой. Он успел лишь на мгновение оглядеться, прежде чем магический пузырь вокруг них лопнул. Это было не похоже на другие телепорты, через которые он проходил.

Во вспышке света его копыта оказались на мягкой траве. В отличие от телепортации его сестры, здесь не было ощущения движения или головокружения. Когда зрение восстановилось, перед ним открылось роскошное поместье какого-то дворянина.

Несколько встревоженных криков позади него потребовали его внимания. Шайнинг обернулся на звук, его аура схватилась за рукояти мечей.

Толпа пони отпрянула от него, словно он был угрозой. Он был очень рад, что не выхватил свои клинки. В саду собрался, кажется, весь домашний персонал, большинство из них тряслись от страха, у многих на лицах были слезы. Он позволил своей ауре угаснуть, здесь не было никакой опасности.

Кейденс оглядела собравшихся пони и надела блаженную улыбку. "Все будет хорошо", — успокаивающе сказала она.

Шайнинг почувствовал, как расслабляется в боевой стойке. "Что случилось?"

Из толпы вырвался хорошо одетый единорог и направился к нему. "У твоей сестры хватает наглости!" — обвинил молодой дворянин, глаза пылали яростью.

Шайнинг Армор сузил глаза, но сдержался от какого-либо другого ответа. Ему не нравилось, что они так нападают на Твайлайт. Прямо как кантерлотский дворянин, отвечающий на вопрос, не передавая никакой информации.

"Что сделала принцесса Твайлайт?" — спросила Кейденс, все еще спокойным голосом. Она поправила крылья, это выглядело естественно, но Шайнинг мог сказать, что она скрывает свое расстройство.

"Она ворвалась в наш дом, разрушила магические защиты и похитила мою семью", — с горечью заявил дворянин.

Шайнинг посмотрела на усадьбу. Да, дворянин был прав, он не мог почувствовать ни одной из многочисленных защит, которые должны быть в таком месте. Вместо этого здесь был какой-то след. Здесь было использовано огромное количество магии.

"Вы не знаете, почему…" — начала Кейденс.

"Я понятия не имею, почему эта фальшивка что-то делает". Дворянин насмешливо хмыкнул.

Шайнинг захотелось ударить его копытом. Сколько раз Твайлайт должна была спасти мир, чтобы получить заслуженное уважение? Он намеренно сохранил ровный тон. "Она сделала для Эквестрии больше, чем ты когда-либо сделаешь".

"Как скажете, ваше "высочество"", — с сарказмом сказал он. Он почтительно поклонился Кейденс, прежде чем повернуться и уйти. "Я посмотрю, что Селестия скажет о том, как предосудительно ведет себя ее бывшая ученица".

Нежное крыло Кейденс на мгновение обернулось вокруг него. Судя по легкой дрожи ее тела и небольшой ямке под копытом, казалось, что это было сделано скорее для того, чтобы успокоить ее, чем его.

"Неуважение к королевской власти все еще является преступлением…" — сказала Кейденс со смертельной сладостью.

Уши дворянина поднялись вверх, а затем прижались к черепу. Он медленно повернулся и почтительно поклонился. В его глазах на мгновение мелькнул страх, прежде чем он опустил взгляд к земле. "Мои искренние извинения, ваше высочество. Я не совсем в себе после… инцидента, который здесь произошел. Я прошу вашего разрешения восстановить мое самообладание".

Кейденс махнула копытом. "Оставьте нас", — приказала она.

Шайнинг никогда не видел, чтобы знатный пони двигался так быстро, и не в сторону огромной кучи бит.

"Шайни, ты можешь исследовать дом, а я поговорю с пони", — сказала Кейденс, снова изображая Селестию.

Шайнинг кивнул, "С тобой все будет в порядке?" — прошептал он своей жене.

"Да, просто такие дураки меня достали. Тем более что в его сердце почти нет любви", — вздохнув, ответила Кейденс. Она поцеловала его, а затем рысью побежала к собравшимся слугам.

* * *

Только он направился к зданию, как нежный голос его жены начал задавать вопросы. Его рог начал покалывать так, как он не чувствовал уже много лет. Он остановился, изучая свои ощущения, казалось, что здесь ничего нет. "Хм, интересно?" Он зажег свой рог, сложные руны заклинаний засветились под его светом.

"Ха, прямо как ты, Твайли". Он вспомнил все записки и маленькие шалости, которые она, нет, первая Твайлайт, оставляла для него, — вещи, которые проявлялись только при освещении магией кровных родственников.

Несколько минут он изучал формы заклинаний. Полный объем заклинания был ему недоступен, но он мог сказать, что это был избирательный барьер. По крайней мере четверть заклинания явно была навеяна его собственным заклинанием щита. Он улыбнулся: когда-нибудь он должен будет показать ей все свои секреты, когда дело дойдет до защитной магии.

Он переступил порог. Магия Твайлайт защекотала его шерсть. Магический барьер встретил его, как легкое объятие. Он и не подозревал, как именно она использовала заклинание невидимого письма, чтобы сделать невидимым сам щит.

Все звуки из внешнего мира исчезли, как только его уши преодолели границу. По его позвоночнику пробежал холодок. Зачем Твайлайт понадобилось заманивать пони в ловушку, да еще и со звуковым барьером? Он знал, что в Понивилле она использовала опасные чары. Если у нее был очередной нулевой урок, что еще она могла наложить здесь?

Стоя прямо внутри, он визуально оценил прихожую. Богато обставленный дом выглядел нетронутым. Он не мог удержаться от восхищения декором, в отличие от внешнего вида, внутри все было на высоте. Никаких следов насилия или повреждений… пока.

Он осторожно понюхал воздух, он казался затхлым. Под дорогим деревом и полировкой было что-то еще, легкий аромат лавандового шампуня его сестры и пепла все еще витал в воздухе. Она пользовалась этим ароматом с тех пор, как была жеребенком. Он снова вдохнул, в воздухе не было даже намека на кровь.

"Твайлайт?" — крикнул он. "МСЛДН, ты здесь?" — раздался его голос в тишине. Он ждал, поворачивая уши в поисках ответа. Прошла целая минута — ничего. Он решил, что либо ее здесь нет, либо она не хочет отвечать.

Он вспомнил простое криминалистическое заклинание. Оно было лишь базовым, устаревшим, и любой полуграмотный единорог, потративший время, мог от него спрятаться. Сосредоточившись на нем, он влил немного силы в свой рог.

Появились пурпурные следы, светящиеся отпечатки копыт, ведущие в дом, и линии, по которым крылья Твайлайт, должно быть, прошлись по вещам. Судя по расстоянию между отпечатками, она шла. Судя по тому, как сильно они светились под его заклинанием, он удивился, что деревянный пол не был хотя бы прожжен.

Следуя по извилистому пути сестры через дом, он наткнулся на первый признак разрушений. Разбитое окно. Похоже, кто-то пытался разбить окно, чтобы сбежать, но барьер Твайлайт не позволил ему это сделать. Взглянув вниз на освещенные отпечатки копыт, он увидел, что его сестра присела на корточки. Он придвинулся ближе к окну. Десятки ударов копыт впились в стекло и раму.

Он повернулся, чтобы отступить, и чуть не столкнулся с Твайлайт. Его сестра с садистской ухмылкой появилась перед ним. Она просто сидела там, глаза пылали силой. Позади него раздались звуки стекла, дерева и чего-то еще, что неоднократно разбивалось. Словно кто-то из пони бил копытами по окну, неистово пытаясь спастись.

Инстинкт заставил его тело отступить назад, а тренировка — молниеносно выставить щит. Сформировался купол, и Твайлайт исчезла. Звуки позади него мгновенно прекратились.

Он моргнул, тряхнул головой, чтобы прогнать галлюцинацию. Он сделал несколько глубоких вдохов. Нет, это не могла быть Твайлайт. "Я знал, что есть причина, по которой они отказались от этого заклинания". Успокоил он себя.

Немного успокоившись, он осмотрелся, собираясь с мыслями. Светящиеся отпечатки копыт и следы волочения, образовавшиеся после того, как его сестра провела крыльями по стене, исчезли. Его заклинание щита нарушило действие заклинания экспертизы.

Он принялся методично обыскивать дом. Проверял каждую комнату по очереди. После ужасающего вида его МСЛДН ему совсем не хотелось снова произносить это дефектное заклинание.

Его стук копыт и дыхание были единственными звуками. После того видения сестры он не хотел оставаться один в тускло освещенном особняке. Несмотря на это, он продолжал идти. Храбрость, знал он, заключается не в отсутствии страха, а в том, чтобы не позволить ему управлять своими действиями.

Он продолжил свои поиски. Большинство вещей было в порядке, но некоторые вещи были не на своем месте. Вот упавший винный бокал, пунцовое содержимое которого теперь пачкало ковер. Открытый мешок с битами на полу.

Он свернул в следующий коридор. На полу валялся полувытащенный меч, выброшенный вместе с ножнами. В нескольких шагах дальше — раздавленный шлем. Впереди, в конце коридора, в одной из комнат отсутствовала дверь.

Продвинувшись вперед, чтобы получше рассмотреть ее, Шайнинг Армор взглянул на два все еще горящих отпечатка копыт в двери, которая теперь была вмурована в стену напротив дверного проема. "Что ж, это один из способов войти в дом", — произнес он вслух в наступившей тишине.

Он оглядел комнату. Если не считать разрушений, которые двери произвели в своем полете, комната казалась нетронутой. Здесь все было пропитано магией Твайлайт, все было похоже на ее комнату, когда некоторые из ее менее продуманных магических экспериментов взрывались у нее на глазах. Он вспомнил, как испачканная сажей кобылка смотрела на него широко раскрытыми глазами, не понимая, что только что произошло.

Он прокрался в комнату, что-то здесь заставляло его хотеть спрятаться. Ощущение было такое же, как в Вечносвободном лесу, где хищник может наброситься на тебя в любой момент. Его аура обвилась вокруг одного из мечей, уши насторожились, постоянно поворачиваясь.

Шаг за шагом он приближался к перемещенным дверям. Он протянул копыто к одному из горящих отпечатков копыт. Пламя успокоилось и угасло, когда его копыто приблизилось. Они были одного размера с его сестрой, но он никогда не мог представить, что у нее хватит сил сделать что-то подобное.

"Дядя Шайнинг", — позвал голос Твайлайт из далекого прошлого. Вспышка пурпурного света — и маленькая кобылка обнимает его за шею.

"Твай…" — начал он, прежде чем слова кобылки зазвучали вновь. "Литтл Стар?"

"А кто же еще, глупышка?" — Стар хихикнула, совсем как оригинальная Твайлайт.

"Что ты здесь делаешь?" — спросил он.

"У меня есть задание от Кэндис, пойдем. Мне нужно вернуть тебя к тете Кейденс, прежде чем я смогу одолжить одного из твоих охранников".

"Чт…" — Он даже не успел задать свой вопрос, как мир перевернулся. Знакомое головокружение и ощущение сжатия поглотили его чувства в яркой вспышке пурпурного цвета.

"Я нашла его. Теперь пойдем!" — настаивала Литтл Стар.

Шайнинг не успел даже моргнуть от света первого телепорта, как Стар создала более яркий и мощный телепорт.

* * *

Рог Шайнинга покалывало от шока, вызванного неожиданным телепортом Стар. Его магия была бесполезна в течение секунды или двух. У этой кобылки слишком много магии, — подумал Шайнинг, потирая рог. Если бы у него было хотя бы полсекунды предупреждения, он смог бы подготовиться к всплеску магии. Он уже предвидел, что нянчить Литтл Стар будет так же утомительно, как и присматривать за Фларри Харт.

Его нос дернулся, когда он уловил соблазнительный аромат свежеиспеченного шоколадного печенья. Он огляделся вокруг: перед ним открылась внутренняя часть замка Твайлайт, но все вокруг казалось короче. Он понял, что стоит на столе с картой, и он был не один. Слева от него стояла Кейденс, на ее спине сидела Литтл Стар, а завершали группу два очень смущенных Кристальных Стража.

Стар голодно смотрела на поднос с еще теплым печеньем, левитируя в его ауре. Казалось, ее совершенно не волновал тот факт, что от ее рога шел дым. Шайнинг уставился на тепловую дымку, клубящуюся вокруг него. Он поморщился: если бы его рог был таким горячим, он бы скрипел зубами от боли. Литтл Стар, напротив, не проявляла ни малейшего дискомфорта. Она все еще использовала свою ауру и выглядела вполне довольной, с жадностью поглощая печенье.

Звук шевелящихся крыльев привлек его внимание к другим пони в комнате. Бывший сотрудник разведки РСКГ Кэндис и Вондерболт Рейнбоу Дэш смотрели на них. Похоже, он был не единственным пони, удивленным их быстрым перемещением.

Его взгляд остановился на фиолетовом металлическом ожерелье Кэндис. На шее у нее висело кристаллическое изображение кьютимарки Твайлайт как знак ее положения. Это было немного старомодно. Оно давало ей право действовать почти с полной властью его сестры. Она была либо капитаном гвардии Твайлайт, либо сенешалем.

Первое, что он заметил в Рейнбоу, был ее явно нестандартный клинок. Второе — то, что она была в полном беспорядке. Небольшие порезы и синяки выделялись на ее покрытом кровью и потом теле. Судя по расположению ран, она определенно участвовала в драке. Одно из ее перьев выглядело так, словно его проткнули стрелой.

Шайнинг перевел взгляд на клинок. Судя по красному блеску металла, он, должно быть, был пропитан магией крови. Как же ему теперь спросить, откуда и почему у нее такое запрещенное оружие? Учитывая, как непринужденно она себя вела, знала ли она вообще, что у нее есть?

Его внимание привлекла быстрая серия вспышек и хлопков. Литтл Стар быстро оглядела комнату. После, наверное, десятого телепорта за неполные три секунды, она снова оказалась на столе. В своей ауре она держала шесть самоцветов, наполненных кровью. Глаза Шайнинг Армора сузились. Кто-то научил эту кобылку магии крови? О чем думала Твайлайт?

Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но его прервали. Теплое крыло Кейденс обхватило его, и она прошептала ему на ухо. "Это не магия крови, это просто магия, наложенная на кровь".

"Надеюсь, ты права", — прошептал он в ответ, ему не понравилась формальность заявления жены. Он не мог не вспомнить, что Селестия сделала с Твайлайт, когда та узнала о магии крови.

Голос Рейнбоу вывел его из задумчивости. "Я должна попросить метеорологический патруль держать глаза открытыми". Как только она закончила, она повернулась, чтобы улететь, не обращая внимания на беспокойство Шайнинга.

"Я буду следить за наблюдениями. Если что-то всплывет, тебя могут телепортировать обратно", — сказала Кэндис вслед.

Рейнбоу даже не оглянулась, только махнула копытом. "Только убедитесь, что там есть еда и питье".

Когда Вондерболт ушла, Кэндис официально поклонилась. Ее огромные крылья расправились изящным движением. "Принцесса Кейденс, принц Шайнинг Армор".

"Капитан Кэндис?" — спросил Шайнинг.

Кэндис поднялась и сложила крылья с шелестом перьев. Она кивнула и улыбнулась, исполненная гордости и решимости.

Звук довольного чавканья снова привлек его внимание к Литтл Стар. На подносе с печеньем теперь не хватало трех. Голодный взгляд, которым она смотрела на оставшееся печенье, был очень милым, и ему стоило больших усилий не расплыться в широкой ухмылке, глядя на очаровательную кобылку. Она замерла на мгновение с виноватым видом.

Он лишь ободряюще улыбнулся ей. Она была всего лишь жеребенком, и он не стал бы винить любую пони за то, что она соблазнилась этим печеньем. Они пахли почти так же вкусно, как печенье его матери.

От голубого свечения ауры его жены, удаляющей подозрительно похожие на печенье крошки с ее собственной морды, ему захотелось рассмеяться. Она подмигнула ему. Трудно было волноваться, когда в ее глазах светилось счастье.

Рог Литтл Стар подернулся дымкой жара, и он засветился пурпурной магией, совсем как у Твайлайт. С подноса поднялись два печенья: одно полетело к нему, а другое досталось Кэндис.

Приняв в свою ауру маленький шоколадный подарок, он обернулся к Кэндис. Она просто вырвала печенье из воздуха копытом. Она также улыбалась Литтл Стар. Крыло Кэндис светилось, словно рог. Такое же сияние возникло вокруг рога Литтл Стар. Маленькая кобылка вздохнула с облегчением, когда тепловая дымка исчезла и ее рог остыл.

Кэндис призвала и вручила свиток Литтл Стар, которая тут же начала его читать. Кобылка даже не подняла глаз, пока ее аура левитировала Кэндис еще одно печенье в обмен.

"Возможно, нам стоит поговорить об этом, когда мы не будем стоять на волшебном столе Твайлайт?" — заявила Кейденс, легко взмахнув крыльями и опустившись на землю.

Шайнинг спрыгнул со стола, стук его копыт по хрустальному полу был гораздо громче, чем у Кейденс. Двое охранников спрыгнули вниз, их доспехи добавили шума, когда они подошли к дверям и заняли позиции охранников.

"Кто-нибудь из вас здесь, чтобы принять оперативное командование?" — спросила Кэндис профессиональным тоном.

Кейденс слегка рассмеялась. "Нет, я здесь только в качестве лучшей няньки для жеребят". Она с нежностью посмотрела на Литтл Стар.

"Понятно". Кэндис повернулась к Шайнингу.

Он даже не знал, в чем дело, не говоря уже о том, что была операция, которую нужно было взять под контроль. "Я здесь только для того, чтобы выяснить, что происходит с Твайлайт, и обеспечить безопасность моей жены".

"Очень хорошо. Вы собираетесь давать какие-либо советы или просто наблюдать и оценивать?"

"Кэндис, это просто семейный визит. Ты можешь делать то, что тебе нужно". Кейденс тонко навострила уши в знак "играй хорошо", подкрепив это коротким предупреждающим взглядом.

Шайнинг надулся. "Если уж она собирается стать личной охраной моей сестры", — выдохнул он.

"Принц, вы мой бывший капитан", — заявила Кэндис. "Ты также старший брат Твайлайт, в которую я влюблена".

Его сознание на несколько секунд помутилось: "Подожди, ты что!?"

Кейденс придвинулась ближе и прижалась к нему. К своим обычным розам она добавила аромат шоколадного печенья. "Ты был частью гарема Селестии, Шайни, помнишь, Твайлайт просто кажется более… готовой использовать своих, чем тетя Селестия".

Его глаза расширились от шока. Его МСЛДН, делающая это? Он просто не мог представить, чтобы книжный червь сделала что-то подобное. Он даже не мог припомнить, чтобы она ходила на свидания.

"Не говоря уже о том, что именно Луна отдала меня Твайлайт". Кэндис небрежно заявила, как будто это было пустяком.

Он слышал о некоторых "делах", которые затевали Луна и ее Ночные Стражи. Он надеялся, что это всего лишь слухи. Похоже, что по крайней мере некоторые из них были правдой. Шайнинг на мгновение покачал головой. Он может разобраться с этим позже, есть вещи поважнее. Он вернулся к более официальному поведению. "Какова ситуация? Почему Твайлайт… задержала большую часть знатной семьи?"

"Потому что они платили наемникам, чтобы не дать гибридам добраться живыми до Твайлайт и получить помощь". Кэндис протянула крыло и достала свиток с трона Твайлайт, вручив его.

То, что у его младшей сестры была причина, немного успокоило его. Он открыл и начал читать указ сестры. Его лицо мрачнело с каждым мгновением. С этим Твайлайт могла делать с ними все, что захочет. Светящиеся глаза и злая ухмылка галлюцинации на мгновение заполнили его зрение.

Он закрыл глаза и потер лицо, пытаясь прогнать этот образ. Проблема была в том, что он не мог выбросить его из головы. Он вздохнул: "Капитан, вы не знаете, где она сейчас находится или что еще планирует делать?"

"Нет, не знаю, кроме сбора всех остальных, кто участвовал в этом. Она поручила мне помогать всем, кто обратится к ней за помощью. Мне нужно привести свой план в действие".

"Продолжайте", — сказал он.

"Хорошо, вернемся к операции", — сказала Кэндис, кивнув Литтл Стар, а затем вернув свое внимание к Шайнингу. "Я уважаю твою позицию. Я ожидаю, что ты будешь критиковать меня. Я хочу, чтобы вы критиковали меня. Если я могу совершенствоваться, я была бы дурой, если бы не искала способы сделать это".

"Очень хорошо, что…" — начал он, прежде чем яркое пурпурное свечение от стола с картой потребовало его внимания. Он зажег рог и наполовину произнес заклинание щита, повернулся и встал между Кейденс и мощной магией, которую он почувствовал.

Рог Литтл Стар ярко пылал, прижатый к хрустальному столу. Шесть кровавых драгоценных камней вращались вокруг нее. Все пони в комнате наблюдали за выступлением жеребенка. Свечение усилилось, и рог Стар начал дымиться. В комнате стало жарко, а грива кобылки задымилась.

"Стар," — позвала Кейденс, почти в панике. Шайнинг почувствовала, как поднимается та же паника. Единорог мог убить себя, направив слишком много магии.

Кобылка радостно улыбнулась. "Да, тетя Кейденс?"

И снова Шайнинг почувствовал, как его разум натолкнулся на кирпичную стену. Какого черта? — подумал он, увидев на лице жены ту же смесь удивления и растерянности, которая сменилась беспокойством.

В мгновение ока вся магия была направлена в стол. Его хрустальная поверхность вспыхнула бесчисленными цветами. Сотни символов. Нет, сотни кьютимарок парили над его поверхностью.

Литтл Стар с довольным видом откинулась на спинку стула. Из ее рога в воздух поднимались маленькие клубы дыма. "Не терпится показать мамочке Твайлайт мое новое заклинание". Она хлопнула копытами в предвкушении.

Дым сменился паром, когда магия Кэндис снова окутала рог Стар, создав мощный охлаждающий эффект. Как часто ей приходилось это делать?

"Итак… все эти пони должны отправиться на миссии дружбы?" — спросила Кейденс.

Кэндис одобрительно кивнула в сторону Литтл Стар. "Я почти уверена, что это текущее местонахождение всех гибридов в Эквестрии".

"Карта показывает всех пони, которые не соответствуют одному из шести племен пони", — прочитала лекцию Литтл Стар, указывая на кьютимарку Луны над Кантерлотом.

Подождите, шесть племен? — подумал Шайнинг. Было только три племени, четыре, если считать аликорнов. Кейденс смотрела с легким любопытством. Кэндис, похоже, не считала это чем-то необычным. Похоже, от него скрывали еще больше секретов.

Кивнув, Кэндис спросила: "Литтл Стар, ты сможешь сделать смотровые окошки для каждого из них?".

Стар встала во весь рост в центре стола и снова зажгла свой рог. Она закрыла глаза и, казалось, произнесла несколько слов.

Следы света заплясали по столу. По всей комнате на каждой поверхности появлялись одно за другим цветные окна. Шайнинг уже не мог видеть даже двери. Пол, потолок и стены были полностью закрыты.

Шайнинг повернулась на месте, воспринимая все это. Сотни пони, за которыми следили, — должно быть, это была мечта бывшего аналитика разведки.

Кэндис несколько секунд просто смотрела в явном благоговении, губы беззвучно шевелились, прежде чем медленно посмотреть на того, кто оказался самым могущественным единорогом в комнате. До этого момента Шайнинг все еще сохранял небольшую надежду, что это может быть он.

Кейденс посмотрела на Литтл Стар, и через несколько секунд жеребенок кивнул, выглядя немного раскаявшимся. Кэндис на мгновение приостановилась, глядя между ними.

Они что, вели беседу, на которую его почему-то не пригласили? Если бы не непроницаемые ментальные щиты, которые он чувствовал на своем роге, он бы подумал, что они используют телепатическое заклинание. Может быть, это было то самое молчаливое общение между кобылами, которое такие жеребцы, как он, просто никогда не смогут понять?

"Не могли бы вы помочь мне разобраться с ними, принц Армор?" — спросила Кэндис.

Ему потребовалось лишь мгновение, чтобы согласиться, ведь на кону стояли жизни, а в душе он все еще был стражем. Она окутала оба крыла своей белой магией и создала сложное заклинание ускорения времени, которое она так любила использовать для бумажной работы.

Мир замедлился, а затем замедлился еще больше. Другие пони в комнате стали неподвижными, как статуи. Он посмотрел на Кейденс. Казалось, она даже не дышит, ее грива неестественно застыла, когда она просто повернула голову.

Кэндис махнула копытом в сторону окон. Он кивнул, и они принялись за работу.

* * *

Шайнинг моргнул уставшими глазами. На то, чтобы разобраться со всеми окнами, субъективно ушло несколько часов. Им даже пришлось взять Литтл Стар в Ускорение времени, чтобы иметь возможность перемещать окна для их сортировки. Их было слишком много, чтобы сортировать их, не имея возможности упорядочить.

Теперь перед ними застыли изображения множества пони, которым требовалась срочная помощь. С одной стороны были те, кто нуждался в помощи, но мог подождать, а позади них — те, кто, казалось, был в порядке.

Шайнинг продолжал хрустеть охапками сена, которые дала Литтл Стар, а Кэндис пила ледяную воду. Литтл Стар тоскливо смотрела на пустой поднос, который был у нее с собой. Вероятно, она съела слишком много печенья, и расплачиваться за это придется позже.

Кэндис жестом указала на одно из окон, где в грязной темной клетке был прикован пони. "Это не похоже на камеры охраны, что скажешь?"

Шайнинг Армор принялся изучать карту, ища кьютимарку этого пони.

"Он под домом дворянина", — вмешалась Стар, которая теперь ела мороженое со вкусом смешанных цветов. "Ты хочешь, чтобы они были здесь?"

"Да, эти места защищены от телепортации?" — спросил Шайнинг.

Стар улыбнулась. "Да, но я могу сжечь их защиту", — ответила она, больше увлекаясь следующим шариком мороженого.

"Возможно, тебе стоит притормозить с потреблением сахара. Скорее всего, ты потребляешь гораздо больше калорий, чем расходуешь", — предупредила Кэндис.

Литтл Стар создала несколько свитков и начала записывать цифры. Казалось, обоснование того, почему ей следует разрешить есть больше мороженого, было важнее, чем спасение пони. Шайнинг вынужден был признать, что магия времени лишает такие ситуации срочности.

"Ты можешь сделать это позже. Сейчас мы на задании", — слегка укорила Кэндис.

"Точно, задание." Литтл Стар отдала честь, и ее рог начал набирать силу.

"Подожди", — сразу же сказала Кэндис с хорошо отработанной поспешностью.

Стар просто посмотрела вверх своими невинными глазами. Она наклонила голову на одну сторону с любопытством.

"Давай сначала найдем тех, кто находится в непосредственной опасности", — ободряюще сказала Кэндис. "Теперь, когда ты знаешь, как ускорять время, ты сможешь делать это быстрее. Лучше обойти защиты. Нам также нужно будет задокументировать, откуда каждый из них взялся, чтобы мы могли привлечь к ответственности их похитителей".

"Значит, никаких фейерверков". Стар выглядела немного подавленной. "Хорошо." Затем она просто исчезла. Ни вспышки магии, ни ощущений в его роге.

"Прости…" — начала Кэндис, не успев заметить, что Литтл Стар уже ушла.

Шайнинг Армор снова потер лоб. Мало того, что они понятия не имели, где находится Твайлайт, так теперь еще и Литтл Стар телепортировалась неизвестно куда. Он задавался вопросом, сколько проблем у него теперь.

"Она очень хорошая, но может быть импульсивной. Она все еще в замке, вероятно", — сказала Кэндис.

"Она очень похожа на…" — он прервал себя, вспомнив, какой была Твайлайт, оригинальная Твайлайт, до того, как Селестия добралась до нее.

"Я знаю", — сказала Кэндис, ее сострадательный тон говорил о том, как много она должна знать.

Шайнинг не мог побороть подозрения, поднимавшегося в нем. "Она тебе рассказала? Или ты нашла это в каком-то файле?" — спросил он с нарочитым спокойствием.

"Она мне многое рассказала". Выражение лица Кэндис опечалилось. "Я помогаю ей справиться с травмой". Кэндис успокоительно вздохнула. "Она столько пережила, что нормальная пони уже сломалась бы… или покончила с собой".

Самоубийство? — потрясенно подумал Шайнинг. Он никогда не думал, что она может. Новая волна страха за сестру захлестнула его.

"Она все еще здесь, все еще делает все, что может". Она посмотрела на него, глаза наполнились решимостью, а на лице появилась ободряющая улыбка. "Я делаю все возможное, чтобы помочь ей оправиться от того, через что она прошла".

"Я знаю. Выяснить, что ты не тот, за кого себя выдаешь…"

Кэндис только кивнула, снова обратив внимание на окна.

Его внимание привлекла вспышка пурпурного цвета. Литтл Стар появилась в одном из окошек вместе с Твайлайт. Это был не тот, кому она должна была помочь. Твайлайт выглядела невредимой и, казалось, вела себя нормально, притянув Литтл Стар к себе в медленные объятия. Тот факт, что она вообще двигалась, означал, что она либо двигалась очень быстро, либо использовала ускорение времени.

Шайнинг моргнул, а затем потрепал Кэндис по плечу. Облегчение на лице Кэндис, когда она увидела Твайлайт, невозможно было подделать.

Твайлайт медленно подняла голову и улыбнулась ему прямо в окно, как будто могла его видеть. Однако взгляд ее был жестким, непреклонным. Она зажгла свой рог, и он увидел, как по рогу поползли магические узоры. Он смог распознать лишь менее половины рун, складывающихся в сложнейший набор заклинаний. По крайней мере, три из них были ограничены, а одно и вовсе запрещено.

Он судорожно пытался понять, что она произносит, и все время смотрел в эти древние глаза.

Волна пурпурной магии захлестнула все смотровые окна. Магия его сестры задержалась на некоторых из них. Звук потрескивающего электричества и бьющегося стекла наполнил комнату. Изображение Твайлайт исчезло. Окно не было ни темным, ни светлым, просто полное отсутствие чего-либо, абсолютно бесцветная пустота. При взгляде на него у него заболела голова.

Снова раздались ужасные звуки: большинство окон, которые они отсортировали для немедленного действия, и несколько других последовали их примеру.

"Что теперь, капитан?" — спросил Шайнинг.

"Похоже, нашу задачу взяла на себя Твайлайт", — ответила Кэндис.

Между ними возникло яркое свечение магии Твайлайт.

* * *

## 35.6 Прерванный дневной суд

* * *

Блюблад сидел за своим роскошным столом и смотрел в новое полноразмерное зеркало напротив. Большинство пони сочли бы, что наличие такого зеркала в его кабинете — верх тщеславия. Для него же  так просто было удобнее беседовать с Платинум Чек.

Блюблад поднес последний свиток к зеркалу. Изысканная кобыла в зеркале, казалось, сидела напротив него.

Ее магия подняла свиток и держала его перед собой. "Интересно… Этот Ноубл Гид, похоже, тратит довольно много денег на филантропические начинания. Такое впечатление, что он не планирует, что через несколько лет у него что-то останется".

"Я знаю, он всегда был одним из лучших дворян, но это слишком недальновидно, даже для него".

"Возможно, он пытается сделать что-то, чтобы деньги больше не были для него проблемой, или он думает, что его не будет в живых еще через несколько лет".

Блюблад обдумал ситуацию: "Возможно, но если бы это было так, я бы подумал, что он попытается обзавестись наследником".

"Так что же, по-вашему, он может попытаться сделать?" — сказала она наводящим тоном.

"Я не удивлюсь, если узнаю, что это либо одна из ментальных манипуляций принцессы Селестии, либо Ноубл Гид был заменен на чейнджлинга". Он задумчиво помахал пером в копыте. "Весь этот строительный проект может быть прикрытием для чего-то более зловещего, чем размещение беженцев".

"Я уже знаю, что он не чейнджлинг, я проверила его родословную. Значит, остается первый вариант или то, что мы еще не рассматривали. Что он может замышлять с лагерем беженцев?"

"Самым благоприятным вариантом было бы то, что тетушка решила разорить знатного пони, вместо того, чтобы использовать королевскую казну для оплаты".

"Возможно, и, безусловно, за этим стоит приглядывать". Она подняла голову, и ее серебряные глаза встретились с его глазами. "А если это что-то, чего мы не учли, и он не под контролем Селестии, что толку от лагеря беженцев?"

"Вполне возможно, что лагерь тут ни при чем. Вся атака на Мэйнхеттан могла быть инсценирована, чтобы увести пони из этого района. Лагерь, может быть, просто для отмывания денег?"

"Может быть. А может быть, и для нечто большего". Ее элегантная сапфировая грива зашевелилась, когда она наклонила голову в раздумье. "Вывод, нам нужно больше информации. Какие ресурсы можно было бы задействовать, чтобы получить информацию о том, что он замышляет?"

Вежливый стук в дверь показал, что пора выходить.

Он поднялся, проверяя собственное отражение в зеркале. Да, все было на месте, ничего не нужно было подправлять. Работа Платинум Чек с его гривой была гораздо более долговечной, чем у его обычных слуг.

Выйдя из комнаты, Блюблад прошел мимо своих новых охранников. Это была его последняя линия безопасности и то, чего ни одна пони, "знавшая" его все эти годы, не ожидала. Два тяжеловооруженных земных пони и два быстрых пегаса. Они были одеты в цвета его дома, но не в форму. Достать для них форму было сущим кошмаром, никто не думал, что дворянину понадобится такая форма для "низших" пони. Он покачал головой. Как могли другие дворяне быть настолько глупыми, чтобы не видеть сильных сторон других племен?

Потому что они просто не хотят этого видеть. Очевидно, Селестия позволяет этому продолжаться, хотя она могла бы положить этому конец много поколений назад, — ответила Платинум.

Он перебрал в уме сотни неверных решений, которые, как он теперь знал, были делом копыт Селестии. Их могло быть гораздо больше. Всю свою жизнь он был лишь пешкой для нее. Как принц он должен быть чем-то большим, чем это, он должен быть лучше, чем шут, используемый для дискредитации знати.

И ты им станешь, теперь, когда твоя воля снова твоя собственная. Хороший выбор стражи, я одобряю.

Он грациозно кивнул своим пони, когда проходил мимо. Они все еще смотрели на него, немного озадаченные. Словно сомневаясь, что этот "новый", более разумный принц останется здесь надолго, они все еще не хотели делать ничего, что могло бы разозлить прежнего. Потребуется время, но они придут в себя.

Несмотря на это, он заметил, что его слуги выглядят немного менее изможденными. По крайней мере, его настойчивое стремление повысить им зарплату и увеличить продолжительность перерывов дало свои плоды.

Когда он вышел из своего дома, два единорога-охранника опустились рядом с ним, прочитав его намерение отправиться в суд пешком, а не в карете. По правде говоря, это было не так уж далеко, и эти дополнительные прогулки улучшили бы его здоровье.

Кантерлот был действительно красивым городом, его высокие, элегантные здания достигали небес. Его взгляд изучал ремесло многих поколений, количество любви, гордости и усилий, вложенных в жемчужину Эквестрии.

Его новое озарение нашло способ испортить даже живописный вид. Сколько пони, посвятивших всю свою жизнь проекту, который они никогда не увидят законченным, действительно хотели этого, а скольких просто вынудила Селестия.

Вспышка цвета привлекла его внимание, пони вынырнул у него на пути. Когда-то он бы оскалился, задрал нос или набросился с грубым комментарием на них за то, что они вообще оказались на его пути. Неужели я был настолько мелочен? — подумал он, слабо кивнув пони.

Я так не думаю. Хотя я не могу сказать наверняка, поскольку меня там не было в то время, сама твоя постановка вопроса наводит меня на мысль, что ты был таким, потому что Селестии нужен был козел отпущения. — Отвращение в голосе Платинум было очевидным. Чем больше я вижу тебя, тем больше убеждаюсь, что ты гораздо лучше самого себя. Она сказала это гораздо более одобрительным тоном.

Спасибо, леди Платинум.

Он продолжал идти, любуясь достопримечательностями, благодарный за то, что каждая пони уступала ему дорогу, если бы не скрытые взгляды презрения.

* * *

Громкие крики вельмож за пределами зала суда оскорбляли его слух. Его уши хотели прижаться к черепу, но он не позволил себе сделать ничего столь недостойного.

"Как она может…"

"Нам нужно…"

"Десять тысяч бит на…"

"Это возмутительно…"

"Кем она себя возомнила?"

Блюблад почти покачал головой в отчаянии. Если бы они перестали кричать и работали вместе, то смогли бы придумать разумный аргумент, который тетушке Селестии пришлось бы выслушать, если не принять меры. А так… ну, они были как избалованные жеребята.

Его охранники отделились и направились в боковую комнату, где, как он знал, собрались защитники других дворян. Ему было интересно, о чем они говорят, как много сплетничают и какой информацией делятся шпионы.

Он чувствовал, что за ним следят, пока он пробирался к началу очереди, что было его правом. Один только факт, что он не поддержал своих товарищей, вызывал подозрения. Он тихо вздохнул: чтобы избежать подозрений Селестии, ему придется просить о чем-то неразумном, и Селестия ему откажет.

Просто помни, это единственный способ сохранить свободу воли, пока что, — сочувственно сказала Платинум.

Он кивнул сам себе и подождал несколько минут до начала второго заседания дневного суда.

* * *

Широкие двери распахнулись, явив его тетушку Селестию, восседающую во всем своем великолепии. Добрые глаза и материнская улыбка излучали радушие. Платинум еще не требовалось вправлять ему мозги, так что, по крайней мере, ее вид был честным.

Ее улыбка немного потеплела. "Племянник, что сегодня?" — В ее тоне не было ни капли недовольства или осуждения.

Он склонил голову в знак приветствия: "Тетя, я хочу новое поместье, я думал о доме отдыха недалеко от Понивилля."

"Хм, очень хорошо, но сначала тебе понадобится разрешение Твайлайт".

Это был не тот ответ, которого я ожидал.

А я тем более. Похоже, она в хорошем настроении. С твоими извинениями перед Твайлайт, ты можешь действительно получить его.

"Спасибо, тетя". Он сказал так, как будто согласие было гарантировано.

Селестия кивнула, хотя ее взгляд, казалось, был устремлен на некоторых дворян, стоящих дальше в очереди. Блюблад отошел в сторону, позволяя следующему дворянину занять свое место.

Этот и большинство последующих дворян разглагольствовали о двух вещах. Первый — как они могут получить больше бит или второй — почти тонкие схемы, чтобы сорвать указ Твайлайт и поддержку Селестии. Замечания Платинум были единственным, что не давало ему умереть от скуки.

Селестия в четырнадцатый раз за сегодня просматривала их мысли, на этот раз выуживая какую-то финансовую информацию. Потрудилась ли она что-нибудь запомнить, или просто украла все, что ей было нужно, из чужих мыслей?

Я бы не удивился, если бы это было так, — усмехнулась Платинум.

Проситель продолжил свою речь. "Как вы можете видеть из этого графика, мы никак не сможем профинансировать бесплатный транзит такого количества пони, не потратив, по крайней мере четыре месяца на сбор средств".

Он был глупцом. Селестия не только уже разослала уведомления на весь общественный транспорт, но и могла заплатить за все это из своих карманных денег, если бы до этого дошло.

Тетушка лишь улыбалась и слушала, кивая в такт его словам. Если бы это было похоже на предыдущее, то через двадцать минут она бы полностью уничтожила его предложение.

В мое время, если бы у нас были такие некомпетентные дворяне, они бы лишились своих титулов или головы, — прокомментировала Платинум, прислонившись к нему.

Он чувствовал, как ее шерстка прижимается к нему, когда она вздыхала от скуки. Было приятно ощущать ее присутствие, знать, что она рядом, защищает его разум.

Селестия посмотрела в сторону, на стену, и ухмыльнулась. Блюблад моргнул: его тетя ухмылялась с озорным блеском в глазах. В комнате воцарилась полная тишина. Она снова перевела взгляд на толпу дворян, выбрав нескольких, чтобы задержать их взгляд на несколько секунд.

В пятнадцатый раз магия разума Селестии омыла его. По слегка остекленевшим глазам всех пони в комнате он понял, что она воздействует на каждого из них.

Внутри драгоценного камня, который Платинум держала в копытах, он видел, как последние несколько секунд суда сгорают в солнечном огне. На его месте Селестия спрашивала что-то у просителя и получала ответ. В фальшивой памяти не было ни вопроса, ни ответа, было лишь ощущение, что они слишком скучны, чтобы утруждать себя запоминанием.

Затем Селестия рысью выбежала из фальшивой версии его сознания. Она сделала все это ради…

Его цепочка мыслей прервалась, когда в комнату гордо вошла другая пони. Она была выше Селестии, с огненной гривой и адскими прорезями глаз. В каждом ее движении сквозила ленивая смертоносная грация. На ее мордочке заиграла клыкастая улыбка, и она огляделась по сторонам, как бы осматриваясь.

Кто это? — спросил Блюблад.

Найтмер Сан? Это нехорошо, — ответила его спутница.

Найтмер… — Блюблад чувствовал, как Платинум управляет его телом, останавливая дрожь в ногах.

Первым воспоминанием, которое она вызвала, было его несвоевременное прерывание принцессы Луны, Твайлайт и их игрушки Кэндис. Огненная кобыла сделала паузу в сцене и стала ходить вокруг Кэндис в теневом белье: "О, почему Селестия отдала тебя?" — сказала Найтмер. Ее голос звучал как более уверенная, более жестокая и более соблазнительная версия его тети.

Воспоминание продолжало следовать за Блюбладом в его нежелательном телепорте над фонтаном. Злая кобыла рассмеялась: "О, я должна показать ей это" — Ее рог засветился, и образовалась маленькая стеклянная сфера с изображением этой сцены.

Блюблад хотел было пожаловаться, накричать на Платинум за то, что она позволила этой твари сделать это в его сознании, но не стал. Он знал, почему она так поступила, а если бы сделал что-нибудь другое, то привлек бы ее подозрения. Он приготовился к следующему унижению, которое эта злобная тварь нанесет его самолюбию.

Лицо захватчицы ожесточилось, приняв более серьезный тон, и она начала действовать с большей поспешностью. Найтмер Сан расхаживала внутри фальшивого металлического пространства, вытаскивая одно за другим воспоминания для изучения.

Внутри кристаллической защиты его разума появились тысячи образов Твайлайт. Каждое его воспоминание, каждая встреча и даже мысли, как добрые, так и злые, о лавандовой кобыле заполонили пространство.

Найтмер Сан медленно просматривала каждое из них, останавливаясь то тут, то там, выражение ее лица варьировалось от забавы до презрения. Она двигалась непринужденно, преследуя, как хищник, его мысли в течение нескольких дней подряд, и все же все закончилось всего за несколько мгновений. Одно за другим все его воспоминания о Твайлайт втягивались в стеклянную сферу и копировались.

Она остановилась на воспоминании об его извинениях перед Твайлайт в коридоре дворца, изучая меньшего аликорна добрых двадцать секунд, прежде чем продолжить.

Самое последнее воспоминание она просмотрела с самого начала. Его первая встреча с Твайлайт.

Пока она смотрела, он чувствовал, как она охватывает его. Зрелища, звуки и эмоции поглощали его, пока он снова не стал молодым жеребенком.

> Когда она только переехала в замок, он с горечью наблюдал, как "плебей" отнимает все больше и больше времени у его тети. Время, которое по всем правам должно было принадлежать ему.

> "Привет, меня зовут Твайлайт, а тебя?" — спросила маленькая лавандовая кобылка ярким, счастливым голосом. Ее глаза блестели от радости встречи с ним.

> Его прошлое "я" насмехалось: "Казалось бы, такой плебей, как ты, не имеет чести знать, кто я такой".

> Маленькая кобылка выглядела обиженной, ее надежда и удивление были разбиты. В ее глазах блеснули слезы.

> "Я принц Блюблад". Его молодое "я" возвышалось над бесполезным мусором перед ним. "А ты недостойна даже находиться в моем присутствии, не говоря уже о присутствии моей тети. Я не могу придумать ни одной причины, кроме жалости, по которой она позволила бы такому жалкому единорогу, как ты, даже дышать одним воздухом с ней", — разглагольствовал его прошлый "я".

> Уши Твайлайт поникли, и слезы начали падать. Сначала один, потом другой сопливый вздох потряс ее тело.

> Неужели он действительно был настолько жесток? Он едва мог вспомнить тот день, когда она была для него ничем не примечательна. Просто еще один пони, которого он поставил на место.

> "А теперь беги домой и будь разочарованием для своей семьи в другом месте, только исчезни с моих глаз".

> Маленькая кобылка Твайлайт вздрогнула, споткнувшись о собственные копыта. Молодой Блюблад задрал нос и пошел прочь, не обращая на нее внимания.

> Найтмер Сан повернула изображение, внимательно прислушиваясь.

> Звук копыт кобылки, уносящейся галопом, был направлен не к выходу, а в библиотеку. Стук ее маленьких копыт звучал не панически, а решительно.

"И вот тут-то все и началось, — задумчиво промурлыкал насыщенный голос Найтмер Сан.

И это было на следующий день после того, как она запечатала твою магию. — Платинум сказала это с явным презрением.

Знакомый стук распахнувшихся дверей тронного зала вернул его к действительности. Возмущенный голос жеребца нарушил картину сознания и вернул его к реальности.

"Я увижу ее сейчас же!"

"Ты…" — начал стражник, прежде чем Селестия подняла копыто, являя собой идеальную картину спокойствия.

"Я уверена, что то, что привело молодого лорда сюда в таком состоянии, имеет первостепенное значение". Святой голос Селестии показался Блюбладу не более чем предзнаменованием зла, теперь он знал, кто на самом деле скрывается за этими глазами.

Дворянин, который никогда не был достаточно важен для Блюблада, чтобы узнать его имя, продолжал: "Благодарю вас, ваше величество", — он почтительно поклонился, задержавшись на несколько секунд и переводя дыхание. Судя по беспорядку его дорогой одежды, было похоже, что он проделал весь путь сюда бегом.

"Итак, мой маленький пони, что за срочное дело, которое не могло подождать моего внимания?"

"Твай… Принцесса Твайлайт Спаркл напала на мой дом и похитила всю мою семью".

"Я уверена, что у нее была веская причина", — успокоила Селестия.

"Что?!"

"Кажется, у твоей сестры должен был родиться жеребенок? А учитывая недавний указ Твайлайт, действия вашей семьи могли нарушить его", — сказала Селестия с блеском в глазах.

"Принцесса?"

"Я знаю, что твои отец и мать собирались отдать ее жеребенка на усыновление, а Твайлайт предложила исцелять гибридов… Интересно, не решил ли кто-то из них сделать что-то… непродуманное и навлечь на себя осуждение Твайлайт?" — сказала Селестия, ее мягкий голос ожесточился на последних словах.

Здесь определенно происходят какие-то властные игры. С какой целью, мы должны выяснить, — заявила Платинум. По крайней мере, Найтмер Сан отправилась домой.

"Она не имеет права…"

"Она имеет полное право, в конце концов, она такая же принцесса-аликорн, как и я". На мгновение ее взгляд стал таким же, как у Найтмер Сан.

Еще одно содрогание пришлось сдерживать Платинум.

"Я…"

Селестия заставила дворянина замолчать с улыбкой, если бы Блюблад не видел на лице Найтмэр Сан, это было бы вполне приятное и успокаивающее выражение лица. Но без клыков, по мнению Блюблада, оно выглядело еще более угрожающим.

"Я напишу Твайлайт письмо, и мы сможем все уладить". Она махнула копытом в спокойном, отстраняющем жесте. "Я предлагаю тебе отправиться домой и привести свои вещи в порядок, есть шанс, что в обозримом будущем ты станешь главой семьи".

"Принцесса, я не могу этого сделать… Принцесса Твайлайт наложила на поместье что-то вроде оберега, который не позволяет никому из пони войти".

На лицо Солнечной Принцессы легла судорога, затем прошла еще одна волна магии разума, когда она тихо хихикнула, и ни один пони, кроме него, не вспомнил об этом.

Селестия посмотрела на своего помощника. "Пожалуйста, подготовьте бумаги, необходимые для того, чтобы милорд мог занять до десяти тысяч бит из королевской казны, пожалуйста". Она оглянулась. "Теперь, если это все, я желаю вам хорошего дня".

Молодой лорд поклонился на несколько ударов сердца слишком поздно, чтобы быть по-настоящему почтительным. "Спасибо, принцесса".

"Теперь, в свете того, что спровоцировала моя коллега принцесса, мне придется закончить Дневной суд сегодня рано. Если есть что-то срочное, пожалуйста, обратитесь к моему помощнику или одному из моих гвардейцев". Она грациозно поднялась со своего трона. "О, и помните о штрафе в тысячу бит, если дело окажется пустяковым".

Она вышла, ее походка была величественной, а металлические накопытники звенели в точном ритме. В комнате стояла полная тишина, пока стражники не закрыли за ней двери. Затем началась перебранка между дворянами.

Блюблад сдержался, чтобы не сделать копытохув. Даже чувствуя себя так, он не хотел, чтобы его увидели за таким обыденным жестом.

* * *

Прошло несколько часов, прежде чем его положение позволило ему ускользнуть от бесполезного сброда, составлявшего большинство дворян. У каждого из них были слепые пятна размером с сам дворец. Он не мог сказать, сколько из них было естественным образом, а сколько создано Селестией. Они просто находились в такой совершенной оппозиции друг к другу, что это могло оставить комнату в бесконечных спорах о самых простых вещах.

Единственными стоящими дворянами были те, которые раньше были его ярыми противниками, такие как Ноубл Гид, Фэнси Пэнтс и Флер де Лис.

Он вошел в свои покои, позволив Платинум снять с себя одежду. Мягкое прикосновение ее копыт и магия без труда делали то, что в этот поздний час ему пришлось бы делать, используя только свои копыта. Он прорычал на Селестию за то, что она запечатала его магию, он мог бы стать больше, он мог бы стать великим. Образы героя, который спас землю, мудрого, сильного и уважаемого лидера заполнили его разум. Каждый из них отравлял его мнение о тете и ее лицемерии.

Еще одно нежное прикосновение вернуло его в настоящее время. Копыто Платинум ободряюще легло ему на плечо, помогая успокоить мысли.

В первую очередь нам нужны союзники, а учитывая то, что мы сегодня узнали, то, что ты попросил дом в Понивилле, вполне может быть случайной победой в этом отношении, — сделала комплимент Платинум. — Мы должны убраться отсюда как можно скорее. Если она готова так легко использовать магию разума, то это самое опасное место, где мы можем быть.

Он устало подошел к небольшому столу в своей комнате и быстро написал записку с необходимыми инструкциями, чтобы подготовиться к завтрашней поездке в Понивилль. У него была личная воздушная карета, так что он вполне мог ею воспользоваться. Он возьмет с собой своих новых охранников и двух старых — по два представителя от каждого племени, так будет лучше прием.

Потянув за шнур, чтобы вызвать дворецкого, он подождал несколько секунд, прежде чем хорошо обученный слуга в безупречной униформе появился, словно по волшебству. Насколько он знал, все дворецкие должны были уметь телепортироваться. Возможно, это было обязательным заклинанием для того, чтобы они могли претендовать на высокооплачиваемую должность.

"Ваше высочество, чем могу быть полезен?"

Блюблад протянул записку последними остатками своей магии: "Завтра я отправляюсь в путешествие, пожалуйста, уладьте все дела".

Дворецкий принял записку и поклонился. "Да, ваше высочество".

"Когда все будет готово, пожалуйста, не стесняйтесь, ложитесь спать пораньше, до утра мне никто из персонала не понадобится".

Если Блюблад не ошибался, в выражении лица его дворецкого можно было заметить малейшее дрожание. Он был уверен, что у жеребца есть имя, но здесь был еще один пони, имени которого он так и не удосужился узнать.

"Спасибо, ваше высочество".

Блюблад отмахнулся от этого жеребца взмахом ноги. Тот поклонился и исчез с профессиональной быстротой.

Глубоко вздохнув, Блюблад потянулся. Он никогда не знал, как можно часами стоять и ничего не делать. Возможно, это был просто стресс.

Именно так и есть, объяснила Платинум.

Он повернулся и, пройдя через различные личные комнаты, направился в свою ванную. Это был отличный способ расслабиться и телом, и разумом. Ему не нужны были слуги для простой ванны, он был взрослым жеребцом и мог позаботиться о себе сам.

На четвертой минуте пути он задумался, не слишком ли велики размеры его покоев.

Присмотревшись, он увидел, что это гораздо больше, чем ему когда-либо понадобится. Это был небольшой бассейн, в котором было больше золота, чем в экономике некоторых стран. Сколько бит он потратил впустую, чтобы получить это на верхнем этаже своего дома?

Глядя на сложный набор магических драгоценных камней и бесчисленных средств для ухода за собой и купания, он на мгновение засомневался. Он даже не мог понять, как изменить температуру воды, не говоря уже о том, какой флакон с ароматической жидкостью, гелем или энергетиком ему следует использовать.

Просто расслабьтесь. Я обучена помогать в этом, — предложила Платинум.

Блюблад опустился в теплую воду, наблюдая за движением Платинум в многочисленных отражениях. Ее волшебные и мягкие копыта начали массировать его тело, а ее присутствие и приятные слова ободрения изгнали стресс из его сознания.

* * *

## 36.1 Интересный день Литтл Стар в Понивилле

* * *

Литтл Стар зевнула, ее маленькие ножки вытянулись во всю длину. Когда царство снов начало исчезать из ее сознания, она вспомнила свое второе эпическое приключение с мамой Твайлайт. Ее мордочка расплылась в улыбке, когда она поглубже зарылась в чудесную мягкую подстилку. Это было так весело. Они телепортировались и спасали пони от сил зла. Было даже время для уроков магии: мама указывала на недостатки в защите плохих пони, пока она ее разрушала.

Еще один зевок и потягивание, и она поняла, что проснулась, ее чувства переместились из воображения в реальный мир. Как и каждый раз, когда она просыпалась, первое, на что она обратила внимание, был ее рог.

Отсутствие магии ее матери рядом с ней было первым, что она заметила, а успокаивающее ощущение хрустальных стен дома словно говорило ей, что все в порядке.

Немного расширив свои чувства, она почувствовала, что мать все еще в замке. Успокаивающее ощущение магического кристалла вокруг нее не позволяло большинству магических сигнатур достичь ее. Несмотря на это, она все еще слабо чувствовала, как магия Селестии, возможно, плохой пони, пронизывает мир, значит, солнце уже взошло, а значит, наступил день. Она была рада, что комната, в которой она находилась, была под землей, так что у злобной белой пони не было возможности наблюдать за ней.

Рядом с ней не было ни тепла, ни перьев, окутывающих ее, так что это подтверждало ее слова. Мамочки Твайлайт здесь не было. Маленькая надежда на то, что она просто скрывает свою магию, рухнула.

Открыв глаза и оглядевшись, она посмотрела на потолок. Кристалл замка, казалось, смотрел на нее. "Доброе утро!" Стар счастливо улыбнулась потолку. Даже если замок-дерево не ответил, она знала, что он ее слышит.

Малейшее усилие — и она стояла в ванной комнате, свет ее телепорта угасал. Она занялась зубами и хвостом, пока аура Грей помогала ей с шерстью и гривой. "Доброе утро, чем займемся сегодня?" — восторженно воскликнула она.

Семьдесят два раза ты приветствовала меня. Семьдесят два раза я приветствовала тебя. Четыреста десять раз я надеялась, что у тебя все хорошо. Числовая манера речи Грей успокаивала ее, с каждым разом, когда они разговаривали, она все больше понимала свою телесно неполноценную подругу.

"Мамочка Твайлайт проснулась?"

Шестнадцать часов до того, как  она, скорее всего, проснется.

"Эмеральд?"

Два, другие пони, с которыми она отдыхает, — ответила Грей. Почему-то Стар знала, что это означает, что Избранная Кэндис и Мамочка Твайлайт обнимаются с Эмеральд.

"Для взрослых они проводят много времени в постели, вместо того чтобы заниматься взрослыми делами". Стар скребла копытом по хрустальному полу, вглядываясь в собственное отражение.

Вспышка магии, и появилась одна из ее Три-С, на поверхности которой магическим образом начертался текст, в то время как она определяла свой план на день.

> Первое: приготовить завтрак для мамы Твайлайт, избранницы Кэндис и няни Эмеральд.

> Второе: проверить гостей в замке.

> Третье: найти метконосцев, чтобы узнать, проснулись ли они.

> Да, пойти поиграть, пока мама не проснется или пока им не надо будет уходить.

> Нет, продолжить список.

> Четвертое: закончить работу над големом Совуньи.

> Пять: проверить, сможет ли Грей управлять телом совы.

> Шесть: позаботиться об обеде.

Остановившись перед зеркалом, она проверила себя. Все было на месте, ни один волосок в ее гриве не нарушал навязанного ею порядка.

"Спасибо, Грей", — сказала она и улыбнулась, услышав, как ее подруга делает очередную отметку пером.

Литтл Стар ласково похлопала по стене. "Можно мне пойти на кухню, пожалуйста?"

Ванная комната тут же превратилась в главную кухню. Ее Три-С добавила новую заметку.

> Седьмое: изучить, как Замок перемещает вещи.

Спасибо. Подумала она, обращаясь к древо-замку и снова поглаживая стену.

Литтл Стар принялась за работу, пурпурная магия захватила множество посуды, а аура Грей выплеснула ингредиенты, во много раз превышающие ожидаемые. Стар в замешательстве наклонила голову: она знала, что ее мать может съесть много еды, но это было уже слишком.

Двадцать шесть, для гостей замка тоже важна питательная ценность.

"О, те, кого мы с мамой спасли". Она радостно кивнула. Хорошая еда поможет им чувствовать себя лучше.

Она просмотрела все ингредиенты и прикинула, что нужно приготовить. Тускло-белая аура Грей подняла пару поваренных книг, притянув их ближе, и каждая из них открылась, открыв рекомендуемые Грей блюда.

Напевая какую-то мелодию, они начали готовить.

* * *

Литтл Стар шагала по замку, ее копыта музыкально щелкали по хрустальному полу. Хрустальное здание изменилось еще до прибытия новых пони. В нем появилось двадцать небольших комнат, каждая из которых была рассчитана на одну семью.

Она заглянула в каждую комнату. В те комнаты, где пони еще спали, она просто телепортировала накрытый поднос с едой на прикроватную тумбочку с небольшой запиской. Заклинание временного стазиса на еде заканчивалось, как только они снимали крышку. Магия времени оказалась очень полезной. В голове у нее плясали мысли о том, что она могла бы с ее помощью сделать, сколько ожиданий она могла бы избежать, просто заставив все происходить быстрее.

Проверила соседнюю комнату — пони внутри не спали. Мама, папа и новорожденный жеребенок. Литтл Стар проверила записи на двери. Врачи, которых она одолжила в Кантерлоте, не были счастливы, но, по крайней мере, они сделали все, что должны были сделать.

Радиант, Шторм Клауд и их новая дочь Хоуп. Это были первые, кого спасла ее мама, те, кого преследовали плохие пони, когда они пытались добраться до Понивилля. Литтл Стар быстро поглощала тексты на клипбордах. Судя по медицинским записям, все они должны были полностью поправиться и прожить долгую и счастливую жизнь.

Она подняла копыто и трижды постучала в дверь, наблюдая с помощью своего сканера, как две старшие пони смотрят в сторону двери.

"Время завтрака", — позвала Стар.

Шторм Клауд осторожно подошел к двери и медленно открыл ее. Его взгляд устремился далеко поверх головы Литтл Стар, полностью пропуская ее.

"Доброе утро!" — восторженно воскликнула она, размахивая подносом с едой.

Глаза Шторм опустились на нее, мгновение колебания, возможно, страха, прежде чем дружелюбная улыбка пересекла его лицо. "Доброе утро, Литтл Стар", — сказал он.

Она не понимала этого, некоторые пони, которым они помогали, казалось, боялись ее. Она была дружелюбной, она помогала, она была хорошей маминой кобылкой. С чего бы им бояться ее? Она моргнула и прогнала эту мысль. Сейчас у нее была работа, которую нужно было сделать. "Вот твой завтрак", — сказала она, протягивая ему поднос.

Он протянул свое крыло, но вздрогнул. "Не могли бы вы поставить его на стол?"

Небольшой импульс магии в ее роге телепортировал его туда с легким хлопком.

Радиант улыбнулась ей. "Спасибо" — ее голос был приятным, похожим на голос Эмеральд, но другим. Стар не могла не улыбнуться в ответ.

"Тебе нужно что-нибудь еще?" — спросила Литтл Стар.

"Ты ответственная маленькая кобылка, не так ли?" — ответила Радиант.

Улыбка Литтл Стар расширилась, когда она кивнула. Это было не так хорошо, как похвала от мамы или Грей, но все равно приятно. Всегда было приятно, когда признавали ее поступки.

"Итак, тебе что-нибудь нужно?"

Радиант посмотрела на Шторм Клауд, затем на Литтл Стар. "Нет, мы в порядке, спасибо за все".

"Хорошо, приятного аппетита. Пока, Радиант, Шторм и Хоуп", — закончила Литтл Стар, помахала копытом и ушла рысью, а из ее межпространственного кармана выпал еще один поднос с едой, который парил в воздухе рядом с ней.

"Насколько сильна эта кобылка?" — спросил Шторм, закрывая дверь.

Литтл Стар сделала паузу, когда дверь закрылась, и снова активировала свое заклинание.

"По словам некоторых других, она, а не ее мать, телепортировала их из Кантерлота прямо сюда", — сказала Радиант, гладя своего маленького жеребенка.

Стар улыбнулась, глядя на жеребенка. Он был милым, его маленький рожок чуть не ткнулся матери в глаз, когда он неуклюже прижимался к ней.

"Не могу поверить, что жеребенка с такой силой отпустили куда-то без присмотра и без подавителя на роге", — сказал Шторм Клауд.

Литтл Стар нахмурилась. Она позволила заклинанию разрушиться, и его окно беззвучно рассыпалось на частички испаряющейся магии. "Неужели они мне не доверяют?"

Один раз я тебя сегодня утешала, что пони боятся тех, кто сильнее их самих.

"Я не хочу, чтобы пони боялись меня", — захныкала Литтл Стар.

Магия Грей исказилась вокруг нее в подобии объятий. Литтл Стар закрыла глаза, представляя, что ее подруга находится рядом с ней физически и что она чувствует тепло ее тела, а не только холодное покалывание ее магии.

* * *

Литтл Стар поставила каждый поднос с едой на большой стол, на каждом из них была табличка с именем. Зажигая свой рог, она наложила на каждый из них запечатывающее заклинание, закрывая крышку подноса, чтобы никто, кроме того, кому он предназначался, не мог добраться до еды. Она больше не позволит розовому замаскированному аликорну красть еду у всех пони.

Ее список плавал рядом с ней, и первый пункт в нем был отмечен. Это простое действие вызвало улыбку на ее лице.

Следующим делом было проверить, как там ее друзья. Перед ней появились три знакомых окна. Эпплблум занималась домашними делами. Свити Белль все еще спала, свернувшись калачиком и зарывшись в одеяло. Скуталу была в воздухе и проводила ранний урок полетов с Рейнбоу Дэш, в то время как старшая кобыла определяла погоду на день. Обе они пинали и пробивали облака. Учитывая, как запаниковала Рейнбоу в прошлый раз, когда Стар телепортировалась в воздух так высоко, присоединиться к ним казалось плохой идеей.

"Наверное, они заняты", — хмуро сказала Стар, отмечая второй пункт в своем контрольном списке. "Значит, пора заканчивать с Совуньей", — сказала она, стараясь казаться счастливой.

Она рысью вышла из кухни, услышав шаги копыт в другую сторону.

"Доброе утро, Литтл Стар", — позвал голос Эмеральд.

"Доброе утро", — ответила Литтл Стар, уже слегка приподняв голову, когда она подошла к своей няне.

"Что тебя расстроило, малышка?"

"Я страшная?"

Эмеральд озадаченно посмотрела на нее, но потом покачала головой. "Нет, с чего бы тебе так думать?"

"Некоторые пони, которых мы спасли, боятся меня и считают, что меня нельзя выпускать без подавителя". Стар вздрогнула. От одной мысли о том, что ее лишат возможности пользоваться магией, по позвоночнику пробежал холодок.

Эмеральд опустилась так, что ее голова оказалась на одном уровне с головой Литтл Стар, и встретилась с ней глазами. "Ты милая маленькая кобылка. Они просто видят твою силу, а не то, какая ты на самом деле. Огонь сожжет тебя, только если им злоупотреблять, а ты ведь не собираешься злоупотреблять своей магией, правда?"

Стар покачала головой. У нее были правила и все такое, целый свиток их.

"Вот так". Эмеральд обняла Стар. "А теперь, может, я приготовлю тебе завтрак?"

Стар тепло улыбнулась: "Нет. Я уже приготовила завтрак для всех пони".

Эмеральд тепло прижалась к ней. "Кто у нас хорошая маленькая кобылка?"

Маленькая Стар ответила ей взаимностью. Почему все пони не могут быть такими милыми, как Эмеральд?

* * *

Литтл Стар вышла из замка, помахав стражникам, которые оскалились и помахали ей в ответ. Она рысью направилась к магазинам, она хотела купить несколько красок, драгоценных камней и других вещей, чтобы сделать тело, которым будет управлять Грей, немного красивее.

Она смотрела вокруг на всех счастливых пони в Понивилле. Все они были заняты, даже в такое раннее утро. Между зданиями были развешаны транспаранты. Собирались сцены и стойла. Звуки молотков, бьющих по гвоздям, отдавались эхом. Почти все магазины были закрыты. Литтл Стар остановилась, оглядываясь по сторонам. Все декорации были в цветах мамочки Луны или мамочки Твайлайт, и повсюду были развешаны многочисленные изображения их кьютимарок.

Город готовился к празднику в честь обеих ее мамочек. Она улыбнулась, это было мило с их стороны, немного раздражало, что магазины были закрыты, но она не собиралась позволять этому остановить ее.

Несколько быстрых телепортов, и она обменяла биты на нужные ей вещи, даже не прерывая занятых лавочников.

Повернув обратно к замку, она рысью понеслась к дому и остановилась. Сзади стояло новое здание — огромная оранжерея. "Когда это успело появиться?"

Восемь часов шестнадцать минут четыре секунды назад, — услужливо добавила Грей.

"О", — сказала Литтл Стар, перенаправляясь, чтобы взглянуть на это новое дополнение к ее дому.

Стеклянные панели пропускали свет, но не пускали животных. С помощью еще одного простого телепорта она оказалась снаружи, заглянув внутрь через боковую стенку. Ряд за рядом растения были аккуратно выстроены в декоративные узоры, это был внутренний сад.

В центре даже стояла мягкая кушетка. Еще один телепорт, и Стар упала в ее мягкие объятия. В воздухе пахло вкусными и расслабляющими растениями. Литтл Стар перевернулась на спину и посмотрела на небо через стекло. Ее нынешнее положение идеально подходило для наблюдения за небом, это было бы прекрасное место для наблюдения за звездами.

Стар потянулась, это было действительно очень удобное место, она должна будет вспомнить об этом в следующий раз, когда будет дремать.

Сто десять градусов, семьдесят четыре градуса наклона, — сказала Грей.

Стар посмотрела, в небе появился золотой проблеск с двумя пятнышками чего-то перед ним. Она моргнула, это не было похоже на колесницу.

Собрав свою магию, она вызвала свою верную магию подсматривания, чтобы рассмотреть поближе. Это была причудливо выглядящая золотая карета, которую тянули две сильные пегаски. Она не могла определить их форму, это были не стражники злобной Селестии или мамочки Луны

Карета приближалась, явно собираясь приземлиться перед главными дверями замка. Приблизившись с помощью магии, Стар попыталась заглянуть внутрь, но ее скользящее окошко разбилось, и рог пронзила небольшая вспышка боли.

"Ой", — Стар потерла рог. "Не надо обижаться", — проворчала она, перекатилась на копыта и встала. Она выяснит, кто эта пони, но сначала, наверное, нужно сообщить кому-нибудь, что они идут.

Потянувшись своей магией к месту нахождения Избранной Кэндис, она телепортировалась, позволив миру исчезнуть во вспышке магии, и появилась на кухне.

"Какая-то маленькая пони была особенно трудолюбива", — сказала Кэндис, переводя взгляд с подноса с едой на Литтл Стар.

"Доброе утро, там летит карета, она собирается приземлиться перед замком". Литтл Стар бросилась бежать, зажигая свой рог еще одним заклинанием телепортации. На этот раз ее магия окутала и Кэндис.

Магия Кэндис начала немного сопротивляться, но не настолько, чтобы остановить ее, но почему она вообще пыталась остановить это? Литтл Стар растерянно смотрела на избранницу мамочки Луны.

У Кэндис было доброе выражение лица. "Это срочно, Литтл Стар?"

"… гм…" — Литтл Стар пришлось остановиться и подумать, была ли это чрезвычайная ситуация? Она просто не знала. "Я не уверена, ее тянут вооруженные пони, и я не узнаю доспехи… так что, после вчерашнего, это может быть?"

"Это карета, въезжающая на землю. Вероятно, учитывая происходящее, они здесь, чтобы поговорить или выдвинуть какое-то требование. Маловероятно, что кто-то из пони в опасности. Не забывай спрашивать, прежде чем телепортировать кого-то без его разрешения", — любезно сказала Кэндис.

Литтл Стар почувствовала, что ее уши поникли. "Прости, Избранная Кэндис", — сказала она формально.

"Ничего страшного, я знаю, что ты еще учишься", — сказала Кэндис с улыбкой на лице. "Теперь, если ты хочешь обеспечить транспорт до входной двери, все…

"Хорошо", — радостно воскликнула Стар, и в мгновение ока они обе оказались рядом с главными дверями.

"... значит, у вас есть мое разрешение… И, возможно, будь вежлива и позволь им сначала закончить заявление, дающее вам разрешение", — сказала Кэндис с веселым блеском в глазах.

Литтл Стар достала свой свиток с правилами магии и быстро внесла в него несколько записей. Им действительно следовало рассказать ей некоторые из этих деталей раньше.

Крыло Кэндис обхватило ее теплыми объятиями.

Двадцать четыре секунды до приземления.

"Они почти здесь", — сказала Стар, ее аура окутывала двери.

Кэндис коротко погладила ее, а затем сменила позу, став совсем скучной, словно кто-то выключил ее дружелюбие.

"Ты в порядке, Кэндис?" — сказала Литтл Стар, колеблясь.

Добрым голосом Кэндис ответила: "Да, неужели ты раньше не видела стражника во всеоружии?"

"Так ты просто играешь?"

"В некотором смысле. Я следую своему обучению. Это называется профессиональным приличием, когда у тебя посетитель, который, скорее всего, этого ожидает".

"Значит, никто не украл все твое счастье, это хорошо… что мне делать?"

"Иди вперед и посмотри, не нужна ли кому-нибудь из наших гостей помощь".

"Ты не хочешь, чтобы я была здесь, чтобы защитить тебя на случай, если это плохие пони?"

"Они приехали с официальным визитом. Есть шанс, что они не плохие пони. Не хочешь ли ты остаться здесь, пока это не выяснится?"

Литтл Стар кивнула, открывая двери с помощью своей магии. Воздушная карета как раз остановилась на траве перед замком.

Две пегаски тяжело дышали и выглядели счастливыми от того, что наконец-то смогли передохнуть. Они быстро успокоили дыхание и приняли тусклый, безэмоциональный вид, который сейчас был на Кэндис. Значит, они были профессиональными стражниками.

Экстравагантно украшенные двери распахнулись, позволяя выскочить еще четырем вооруженным и бронированным охранникам, каждый из которых быстро оценил ситуацию, прежде чем выстроиться рядом с каретой. От каждого племени было по двое, но только форма единорогов выглядела так, словно была сделана правильно.

Единожды Кэндис удивилась ситуации, — сказала Грей.

Литтл Стар бросила взгляд как раз вовремя, чтобы увидеть, как она снова нацепила свое скучное лицо.

С кареты грациозно сошел ухоженный жеребец, немного похожий на то, как, по мнению Литтл Стар, могла бы выглядеть Рэрити, если бы была жеребцом. Его белая шерсть была идеальной, почти как будто нарисованной, а золотисто-блондинистая грива выглядела так, будто ее можно было использовать для изготовления волшебных реактивов.

Стар почувствовала рогом, что остаточная магия на его теле имеет много разных вкусов и текстур. Алхимические процедуры, о которых она понятия не имела, и несколько заклинаний по уходу. Одно для того, чтобы убедиться, что он не набирает вес, другое — для сопротивления ядам, а третье — для нейтрализации неприятных запахов, которые он мог издавать. Ни одно из этих заклинаний, казалось, не принадлежало ему. На самом деле, казалось, что у него вообще почти не было магии. Даже от Свити Белль исходило больше магии, чем от него. Наверное, поэтому у него было так много охранников, чтобы обезопасить бедного пони-калеку.

Может, мне его обнять? — подумала Стар.

Но это ни разу не соответствовало ожидаемому приличию, — ответила Грей.

Белый жеребец посмотрел на своих охранников и кивнул. "Располагайтесь, я не знаю, как долго пробуду здесь", — сказал он, после чего уверенно направился к замку. Его глаза на мгновение опустились на Литтл Стар, а затем он снова посмотрел на Кэндис.

"Все в порядке, Литтл Стар, иди вперед и позаботься о гостях, как мы уже говорили", — сказала Кэндис.

Литтл Стар посмотрела на Кэндис, затем на четырех ночных стражников, спрятавшихся неподалеку, и на двоих у дверей. С Кэндис все будет в порядке, у нее было достаточно защиты. Она кивнула и зажгла свой рог, телепортируясь прочь.

* * *

Литтл Стар только что завершила свой второй обход, проверяя спасенных гостей. Все шло хорошо, она принесла копытами несколько своих игрушек для жеребят и оставила маленького Торна охранять их. Она все еще слышала радостный лай Торна, когда они играли в мяч с созданным ею питомцем. Она чувствовала, что выполнила свою задачу, поставленную Кэндис. Она была немного расстроена тем, что ей нечего было отметить в контрольном списке. Она рысью скрылась за углом, наконец-то оказавшись вне пределов слышимости гостей. Прислонившись к стене, она позволила своей фальшивой улыбке угаснуть. Она посмотрела на свое отражение в кристалле. Они все боялись ее, каждый раз, когда она зажигала рог, они отшатывались, даже если совсем немного.

Она знала, что она не обычная пони, но им не нужно было быть злыми. По крайней мере, ее друзья и пони Понивилля любили ее и, похоже, не боялись ее. Ну, если только она не произносила заклинания для Метконосцев, но теперь у нее были правила не следовать их предложениям.

"Что ж, я должна узнать, нужно ли Кэндис еще что-нибудь, а потом я смогу начать работу над твоим первым телом", — сказала Стар.

Магия Грей мягко погладила ее гриву, как старшая сестра, наверное?

Один импульс магии обнаружения, и она узнала местонахождение Кэндис. Простая просьба к замку, и мир вокруг изменился. В приемную заглянула Литтл Стар. "Готово, у всех пони все хорошо".

Мгновение спустя она окинула взглядом уютную комнату вокруг себя, причудливый жеребец отшатнулся, как и почти все остальные пони. Казалось, что она испугалась ее появления. Было ясно, что им не место в Понивилле.

Кэндис посмотрела на нее, все еще спокойно сидящую. "Спасибо, Литтл Стар. Принц Блюблад, позвольте представить вам дочь Твайлайт, Литтл Стар. Литтл Стар, это принц Блюблад".

Блюблад склонил голову. "Рад наконец-то быть представленным, принцесса Литтл Стар".

Литтл Стар моргнула, да, это имело смысл, обе ее мамы были принцессами, но у нее не было крыльев. Не было их и у дяди Шайнинга, а теперь и у Блюблада. Может быть, они были слишком малы, чтобы отрастить крылья, или их матери еще не успели дать им свои?

Два раза этот жеребец был нехарактерно мил, — отметила Грей.

Литтл Стар сузила глаза: что-то в том, как выглядел этот жеребец, заставило ее понять, что он должен был быть большим злюкой. Поэтому оставался только один логический вывод.

Ее рог вспыхнул в доли секунды. Магический разряд ударил не-Блюблада в грудь.

Не-Блюблад отшатнулся, упал со своего места, схватившись за грудь. Его рог потрескивал от статического электричества, а грива и шерсть распушились. Аура Кэндис окутала его, остановив падение до того, как он ударился о хрустальный пол.

"Литтл Стар, почему ты только что напала на него?"

"Хм, потому что он чейнджлинг? Он должен быть ужасным хулиганом, который задирает маленьких кобылок, а он был милым", — обвинила Литтл Стар, подчеркнув это копытом в его сторону. Она не знала, откуда она это знает, но она знала, что то, что она говорит, правда.

"Это было некрасиво…" — строго произнесла Кэндис, с беспокойством глядя на Блюблада.

"Все в порядке" — Блюблад успокаивающе поднял копыто. Ему было неудобно. По его шерсти все еще плясало несколько блуждающих разрядов статического электричества, оставшихся от чрезвычайно перегруженного заклинания.

"Ты хорошо себя чувствуешь? Это заклинание было значительно перегружено", — спросила Кэндис у Блюблада.

Блюблад кивнул, вновь обретя царственную осанку, несмотря на свой комичный вид. Аура Кэндис старалась изо всех сил, но от этого он выглядел еще глупее. Возможно, одержимый Блюблад повернулся и посмотрел на нее, ободряюще улыбаясь. "Я могу понять, что с моими предыдущими действиями твоя мать могла рассказать тебе истории о том, как… мои ранние действия по отношению к ней были… не из тех, что выставляют меня в лучшем свете". Его копыто попыталось погладить сопротивляющуюся гриву.

"Ладно, теперь я думаю, не сорвалось ли это заклинание", — сказала Кэндис с явным юмором в голосе.

"Я могу проверить еще раз, если хочешь, Кэндис" — Литтл Стар зажгла свой рог с немного большей силой, чем в прошлый раз, его свет отразился от хрустальной стены: "Но я начинаю думать, что он может быть одержим или кто-то из пони подмешал в его алхимические процедуры приворотное зелье".

"Нет, я уже знаю, что он настоящий Блюблад. Ни один чейнджлинг не стал бы так искажать его характер. У него просто было откровение о вещах, и он решил стать лучшим пони. Кроме того, даже если бы он был одержим, разве ты не захотела бы нового?" — спросила Кэндис.

Литтл Стар изучала жеребца. Он не казался злым. Мамочка Твайлайт говорила ей, что избраннице Кэндис можно доверять. "Если ты уверена", — сказала она, позволяя силе в своем роге осторожно улетучиться. Было как-то не по себе от того, что она просто выпустила энергию и ни для чего ее не использовала.

"Я благодарю вас за гостеприимство и беспокойство о том, что меня могли подменить", — сказала Блюблад с ободряющей улыбкой. "Я нанесу визит леди Рэрити, интересно, она хоть открыла мое письмо с извинениями?"

Кэндис сказала. "Вообще-то открыла. Оно застало ее врасплох".

"Несколько лучше, чем я ожидал, возможно, все обойдется без стычек" — Блюблад кивнул, выходя из комнаты, Кэндис опустилась рядом с ним, провожая его.

Литтл Стар смотрела вслед уходящему Блюбладу: действительно ли Кэндис не доверяет ему или она просто вежлива. В любом случае, если Кэндис была с ним вежлива, она должна была хотя бы попытаться. Она помахала копытцем. "Пока, пока". Это было вежливо, верно?

В десять раз больше, чем он заслужил в прошлом, — добавила Грей.

Литтл Стар наблюдала за парой через одно из своих окошек, слегка сузив глаза. Он все еще был вежлив и даже поблагодарил Кэндис за то, что она уделила ему время, когда он покидал замок.

"Мамин друг будет в безопасности?" — спросила Стар, выражая свое беспокойство.

Ноль секунд — это время, в течение которого я не буду следить за Элементом Щедрости.

Литтл Стар села обратно на корточки, на ее мордочке появилась облегченная улыбка, и она расслабилась. "Спасибо, Грей".

Успокоившись, она достала из кармана контрольный список на день. Следующим пунктом была работа над телом Совуньи. "Пора сделать тело, которое можно использовать".

* * *

Пока Блюблад был в городе, Литтл Стар решила поработать в потайной комнате, в которой она пряталась в течение недели, когда выхаживала свою мать. Там она по-прежнему чувствовала себя в безопасности.

Ее аура и заклинания резали и формировали куски кристалла в замысловатые руны. Магия Грей деликатно влилась в готовые руны.

Она подняла изящно вырезанный рог, спираль которого была заполнена все еще расплавленной смесью серебра и ее собственной крови. Похожая на ртуть субстанция с красным блеском, казалось, излучала силу.

Приделать сове рог, похожий на единорожий, оказалось несколько сложнее, чем она ожидала. Это была интересная задача. Это была ее третья попытка. Она посмотрела на две первые неудачи: первая — деревянная с вырезанными рунами, вторая — с треснувшим хрустальным рогом.

Осторожно она взяла каждый готовый кристалл и прижала его к поверхности рога. Пропитанная кровью жилка послала усики, чтобы обхватить руны, сливая их с конденсированной древесиной рога из Вечносвободного.

Поместив последнюю, она затаила дыхание. Если все пойдет не так, то именно здесь. Секунда, пять секунд, минута. Литтл Стар облегченно вздохнула: все получилось. На этот раз ничего не взорвалось и не загорелось.

Прикрепить рог к остальной части тела совы было проще простого. Основание рога вошло в подготовленное гнездо с удовлетворительным щелчком. По передней части рога побежали пепельного цвета огоньки, а затем перекинулись на остальную часть тела совы.

Литтл Стар хлопнула копытцами. Это был еще один магический прорыв. Мамочка Твайлайт будет очень гордиться ею. Пурпурная магия заплясала по каждому деревянному перу, а глаза начали светиться.

"Грей?"

"Первый раз", — впервые вслух произнесла Грей, а остальное продолжила мысленно, — "я пользуюсь сегодня речью".

Литтл Стар обхватила обеими передними ножками свое творение. Она крепко обняла своего друга. Пульсация пурпурной магии, исходящая от драгоценного камня, хранящегося глубоко в ее груди, ощущалась почти как биение сердца.

Совиная голова Грей прижалась к ней.

"Нам будет так весело!" — возвестила всему миру Литтл Стар.

Ее рог засветился, и появились три окошечка. Свити Белль рисовала платья, Эпплблум ела яблоко, а Скуталу дремала на облаке. Поворачиваясь то в одну, то в другую сторону, она убедилась, что никто из пони ее не видит.

Закрыв глаза и позволив своей силе накопиться, она потянулась к своим друзьям. Три одновременных хлопка, и она почувствовала, что ее друзья здесь.

"Что?" — Скуталу металась вокруг, хлопая крыльями от внезапного перемещения.

"Стар!" — Свити Белль подняла голову и улыбнулась, увернувшись от большого крыла своей подруги.

"Доброе утро", — сказала Эпплблум, совершенно спокойная, несмотря на перья, которые только что попали в нее.

Литтл Стар дрожала от возбуждения, изо всех сил стараясь не запрыгать на месте. "Я сделала Грей тело".

"Уууууу", — Грей звучал совсем как обычная сова. Деревянное существо привлекло внимание всех трех кобылок.

"Ты умеешь летать?" — спросила Скуталу.

Грей расправила одно крыло, затем другое, каждое движение заставляло маленькие вырезанные детали светиться пурпурной магией. Несколько экспериментальных взмахов, и она зависла над головой Литтл Стар. Импульсы магии щекотали ее рог при каждом взмахе деревянных крыльев.

Скуталу уставилась на крылья Грей. "Как бы я хотела, чтобы мы все умели летать".

"Твайлайт подарила моей сестре крылья, когда они отправились с Рейнбоу Дэш в Клаудсдейл".

Три подруги Литтл Стар обратили свои полные надежды взгляды умоляя ее. Литтл Стар перебрала в уме все известные ей заклинания, она могла бы попробовать сделать деревянные крылья для своих друзей, чтобы они могли летать, но она не была уверена, что старшие пони с пониманием отнесутся к хирургически привитым деревянным крыльям на спинах Метконосцев. Она задумчиво постучала себя по подбородку.

"Один". Деревянные когти Грей щелкнули по столу, когда она приземлилась. Предлагаю посмотреть, где находится заклинание, которое использовала твоя мать.

Литтл Стар запрыгала на месте: мало того, что они все собирались летать, она собиралась выучить еще одно мамино заклинание.

"Какое?" — спросила Эпплблум, прерывая: "Да, да, да" — Литтл Стар, которая чувствовала, как нарастает и хочет вырваться наружу.

Литтл Стар повернулась, чтобы посмотреть на нее в замешательстве. "Грей сказала, что она поможет нам найти заклинание, которое использовала мамочка Твайлайт".

"Она сказала только слово “Один”", — заметила Свити Белль.

Она смотрела на Грей, наклонив голову на одну сторону, а ее ушки стояли под углом, показывая ее замешательство.

Один раз ты узнала часть проклятия, которое Селестия наложила на меня, — сказала Грей в ее сознании.

Глаза Литтл Стар расширились, и она с помощью магии крепко обняла Грей. "Все будет хорошо, я буду оберегать тебя", — почти беззвучно пообещала она. Она не позволила бы этой злобной пони больше ничего сделать с Грей.

"Эээ Литтл Стар… Оберегать ее от чего?" — спросила Эпплблум.

Дав еще раз погладить Грей, она оглядела своих друзей, стоящих бок о бок. "Большая Мини Пэнтс, Селестия не такая уж хорошая пони, какой она притворяется".

Наступил момент тишины, полной неподвижности, когда выражения лиц Метконосцев понемногу менялись. Они обменялись несколькими едва заметными взглядами и подергиваниями ушей. Похоже, это был какой-то секретный код, которым пользовались ее друзья для общения.

"Она сделала ужасные вещи с мамочкой Луной, отправила ее на Луну на тысячу лет. С мамочкой Твайлайт она поступила еще хуже. У мамочки Твайлайт есть всевозможные защиты, чтобы Селестия не смогла навредить ей или другим пони в замке", — сказала Литтл Стар, записывая на свитках некоторые детали оберегов и защит, чтобы показать друзьям.

"Что означают эти загогулины?" — спросила Эпплблум.

Литтл Стар оглянулась на свои записи, они были аккуратными, четкими и ясными. Озадаченная, она растерянно смотрела на своих друзей. Она указала копытом. "Видите вот эту часть?" — На полный непонимания взгляд, она вздохнула.

Ноль из них понимает магию настолько, чтобы понять, что они видят.

"Ох" — Литтл Стар потрепала себя по голове. Она положила свиток на стол: "Половина заклинаний мамочки в замке наложена для защиты от магии Селестии и магии контроля разума". Она сделала паузу, переводя дыхание. "Она добавляет новые каждый день".

Свити Белль первой нарушила молчание. "Ты хочешь сказать, что принцесса Селестия использовала контроль разума на Твайлайт?"

Литтл Стар кивнула, радуясь тому, что ее подруга наконец-то начала понимать.

"Но она же принцесса Селестия…" — заявила Эпплблум.

Литтл Стар почувствовала, как напряглась ее нога, словно она хотела топнуть ею. "Это из-за нее Грей может говорить только цифрами". Сказала она, прежде чем удивленно продолжила. "Это из-за нее у Грей нет ее тела".

На лицах каждого из них отразились ужас, страх и неверие. Литтл Стар лишь рассеянно отметила это. Откуда она знала, что у Грей когда-то было тело? Она вспомнила Серую кобылу, которая дала ей заклинания, необходимые для спасения мамочки Твайлайт во время ее первого приключения. Была ли Грей призраком одной из жертв Злой Белой Кобылы?

Ты в порядке, Грей? — подумала она, обращаясь к своей постоянной спутнице.

"Уууу" — Грей кивнула своей деревянной головой.

* * *

Прошло несколько часов, Грей пришлось вытерпеть множество объятий от Метконосцев (каждое из которых было подсчитано), а Литтл Стар потратила часть своего запаса мороженого, чтобы ее подруги пришли в себя и стали счастливы. Она еще не была уверена, что они ей поверили, но это было неважно. Они согласились, чтобы она постоянно держала на них заклинание ментальной защиты.

Они все лежали на облаке высоко над Понивиллем, наслаждаясь солнцем и остатками мороженого.

"Они уже готовы?" — ныла Скуталу.

"Почти" — Литтл Стар улыбнулась, оглядывая свою работу. Три маленьких деревянных амулета на золотых цепочках, каждый из которых изображал пони с крыльями бабочки. Каждый из них был уникален и явно принадлежал одному из ее друзей.

Зажигая свой рог последним толчком магии, она завершила свои творения. Она удовлетворенно вздохнула. Литтл Стар чувствовала себя хорошо. Она использовала свою магию, чтобы помочь другим, и вдвойне приятно, что она помогала своим друзьям. От ее кьютимарки распространялось тепло, казалось, она тоже была согласна с ее мыслями.

Метконосцы с предвкушением смотрели, как их друзья вторгаются в ее личное пространство, почти прижимаясь мордочками к ее подаркам.

"Все, что им сейчас нужно, это одна капля твоей крови, чтобы связать их с тобой, и тогда ты получишь свои крылья".

"Кровь?" — Свити Белль отпрянула назад, встревоженная.

Литтл Стар кивнула. "Да, он будет привязан к тебе. Никто другой не сможет украсть их у тебя".

"Да ладно" — Скуталу надулась. "После всех наших крушений, царапин и несчастных случаев, что такое немного крови? Я хочу лететь с тобой, сейчас же".

Литтл Стар сформировала свою магию в маленькое иглоподобное лезвие. "Готова?"

Эпплблум кивнула, Свити ворчала, но быстро последовала ее примеру. Пурпурная аура Литтл Стар подняла ожерелья и надела их на шею каждому из них, а свое надела последним.

Она торжественно подняла переднее копыто Эпплблум своим собственным, сделала быстрое движение лезвием, и одна капля крови ее подруги левитировала в ее ауре. Прижав живительную жидкость к ожерелью, она заставила красное мерцание заплясать по его поверхности.

"И это все?" — спросила Эпплблум.

"Да" — Литтл Стар удержалась от прыжков на месте только потому, что знала, что это может разогнать облако под ними. "Теперь скажи “Вперед, вперед, крылья”, “Вверх и вдаль” или просто хорошенько подумай о том, что у тебя есть крылья".

"Вперед, вперед, крылья!" — Эпплблум приняла позу, похожую на позу супер пони, и пурпурная магия вырвалась из ее спины, превратившись в прекрасные полупрозрачные крылья бабочки с малиновым сиянием.

Копыто Свити Белль едва не врезалось в мордочку Стар, когда она взволнованно направилась к ней. Одно быстрое движение ее магии и все готово, еще одна из ее подруг получила доступ в небо.

Свити сосредоточенно сжимала мордочку. Из ее спины медленно расправились крылья бледно-зеленого цвета с пурпурными и малиновыми узорами. Она сделала несколько экспериментальных взмахов крыльями и медленно поднялась в воздух. Эпплблум быстро скопировала свою подругу.

Литтл Стар использовала свой контроль над собственной кровью, чтобы просто влить ее в ожерелье, быстро присоединившись к своим друзьям в небе.

"Ты водишь", — сказала Скуталу и умчалась вдаль.

Стар зажгла свой рог, окутав Свитти и Эпплблум своей магией, готовясь к телепортации впереди более быстрой Скуталу.

"Что за тартар?" — До ее слуха уровня аликорна донесся отдаленный звук голоса Рейнбоу Дэш.

А затем, со вспышкой магии, игра началась.

* * *

## 36.2 Темные дела

* * *

Ноубл Гид только сдерживал свою магию, чтобы не захлопнуть дверь в свой кабинет. Даже сейчас он понимал, что должен сохранять свою вымышленную личность, должен делать вид, что все в порядке.

Каждое движение, каждый вздох атаковали его, пытаясь вырвать крик из его горла. Он не мог, не должен был допустить ни единого звука, который мог бы позвать его верных подчиненных.

Копыта подвели его, мир накренился. Протестующие мышцы конвульсивно взбунтовались менее чем в шаге от цели. Гравитация утверждала свое господство над его плотью.

Удар.

Его голова врезалась в край стола, удар добавил незначительный дополнительный всплеск боли к его текущим мучениям.

Задыхаясь, его рухнувшее тело сползло, бесформенно раскинувшись на полу.

Его глаза пытались сфокусироваться на краю стола, он почти добрался до него. Его спасение, его облегчение было прямо здесь. Флакон находился в верхнем запертом ящике, он был так близко и в то же время так далеко.

Закрыв глаза, он сконцентрировался, пытаясь вырвать из своего мучительного существования хоть крупицу ясности. Он знал, что дальше будет только хуже. Его страдания будут только усиливаться с каждым мгновением.

Его рог зажегся, покалывание его магии было похоже на звон разбитого стекла. Он стиснул челюсти, подавляя крик, который нарастал в его груди. Легкий, как перышко, ключ казался тяжелым, как проклятая луна, он дрожал в его ауре, промахиваясь мимо замка снова и снова.

Три попытки, четыре, пять, каждая из них была неудачной и не находила своего места в замочной скважине. Сосредоточившись, пристально глядя на окружающий мир, он всей своей силой воли уперся взглядом в непокорный ключ. Рев ярости соперничал с его криками агонии, отчаянно пытаясь быть озвученным. Ключ был повернут вверх ногами, он повернул его, и с шестой попытки ключ наконец оказался на месте.

Вырванный ящик упал на пол, в беспорядке отделившись от стола. Внутри зазвенели и загремели десятки сосудов. Маг с жадностью выхватил один из них, отбросил пробку и поднес к губам.

Горький напиток атаковал его чувства. Обычно он едва мог его выносить, но сейчас вкус был божественным. Отвратительная смесь, которая была зельем, привезенным из Зебрики, шипела и потрескивала, пока он жадно глотал ее.

Он закрыл глаза и стал ждать, стараясь не дать своему телу разорваться на части от сильных конвульсий, которые начали терзать его конечности.

По мере того, как секунды превращались в минуты, боль постепенно ослабевала и, наконец, к счастью, сошла на нет. Его тело затихло, и дыхание пришло в норму, перестав быть болезненным и рваным.

Он открыл глаза, и на его морде появилась слабая улыбка блаженства. Прошло несколько минут, пока он просто наслаждался облегчением от избавления от мучительной боли.

Он вытянул шею в одну сторону, затем в другую, чувствуя, как напряжение дня уходит. Его аура осторожно подняла ящик, полный, к счастью, неповрежденных склянок, и положил его обратно в стол.

Чтоб им провалиться в Тартар, этим мелким дворянам. Если бы не они, он был бы здесь уже несколько часов назад. Что же они натворили, чтобы навлечь на себя гнев принцессы Твайлайт? Пропало больше дюжины дворян. В одном случае пропала почти целая семья. Если бы он выглянул из своего окна, то смог бы увидеть, что поместье одного из его соседей по-прежнему пустовало. Оно по-прежнему было окружено невидимым и непроницаемым щитом, поставленным там невероятной магией Твайлайт.

Его тело задрожало, когда он осторожно поднялся на копыта. Его задумчивый взгляд остановился на ящике. Ему нужно было оправдание, причина, чтобы носить с собой один из этих пузырьков. Но он не мог придумать уважительную причину, чтобы иметь при себе незаконно изготовленное обезболивающее зелье.

Открыв стоящий рядом ящик, он достал целебное зелье и налил его в винный бокал. По крайней мере, это было зелье единорога, изготовленное здесь, в Кантерлоте, для знати. На вкус оно было гораздо приятнее, с приятным оттенком лимона и мяты. Если добавить к нему немного газированной воды, можно было бы получить довольно неплохой летний напиток.

Он устроился в кресле, оценивая лежащие перед ним бумаги. Несколько листов бумаги лежали не на своих местах, а его чернильница упала, и несколько капель вытекло из ее неплотно закрытой пробки.

Его аура потянулась к столу, поправила его, и он поднял копытами газету за сегодняшний день. Не обращая внимания на заголовки, наполовину восхваляющие, наполовину порицающие принцессу Твайлайт, он обратился к личным объявлениям.

Быстро просканировав текст, он нашел то, что искал: просьбу о помощи по определенному адресу. Раненый пегас из Клаудсдейла, не способный летать, искал помощь с проживанием. От компаньона требовалось, чтобы он был веселым, любил дождь и был рад острой пище. Оплата — комната, питание и двадцать пять бит в день.

Таким образом, проект "Темное облако" будет готов через двадцать пять часов. Он будет немного более разрушительным, чем он надеялся. Это было прискорбно, но это нужно было сделать. Ночная Гвардия и Луна должны были быть заняты преследованием культистов по всей Эквестрии, пока он осуществлял свой план. Каждая несчастная смерть, которую он вызывал, была еще одной необходимой жертвой, еще одной частью цены, чтобы дать Эквестрии правителя, которого она заслуживала, в котором она нуждалась.

Маленький глоток целебного зелья начал восстанавливать его порванные и растянутые мышцы. Он знал, что не чувствует боли, но распространяющееся успокаивающее тепло давало ему знать, что магия действует. Он молча пообещал себе, что больше не будет задерживаться так поздно, независимо от социальных последствий раннего ухода или даже пропуска встречи.

Он достал чистый пергамент и начал писать письмо, в котором благодарил мисс Сильвер Лайн за ее заботливые вопросы и пожертвования на мягкие игрушки и одеяла для бездомных жеребят. Осторожно высушив чернила и положив письмо в почтовый ящик, он знал, что его закодированный приказ будет выполнен, операция в Клаудсдейле начнется.

Если бы только Твайлайт не сбежала, не показала себя такой способной, ничего этого не понадобилось бы. Он бы уже был тем аликорном, которым должен был стать. Ему не пришлось бы мириться с бесполезными, высокомерными, эгоистичными великовозрастными жеребятами, которые составляли большую часть знати.

Еще один лист пергамента лежал перед ним, и он начал писать письмо, в котором просил своего собеседника из числа репортеров предоставить ему любую информацию о том, чем занималась вчера принцесса Твайлайт.

Его перо продолжало работать почти без внимания, он еще раз просмотрел отчеты о деятельности Блюблада. Он покачал головой: столько усилий и ресурсов было потрачено впустую. Он был уверен, что Блюблад был идеальным козлом отпущения. Заклинание теневого паразита сделало бы его идеальным инструментом. В первый день казалось, что оно работает безупречно. К сожалению, его вложения оказались напрасными. Идея Блюблада восстать заключалась в том, чтобы перестать быть придурком-трайбалистом.

Он мрачно усмехнулся. Что это говорит о дворянстве, что если кого-то магически принудить к бунту, то он становится лучшим пони? Он по-прежнему мог отдавать Блюбладу прямые приказы, но не мог контролировать, как тот будет их выполнять.

"Мне нужен другой пони…" — пробормотал он про себя. К сожалению, большинство пони, которых он мог бы выбрать, исчезли, унесенные магией Твайлайт неизвестно куда.

Он подумал о пони, которые покинули закрытую встречу. Каждый из них был полон решимости высказать тому, кого они называли "Принцесса-Выскочка-которая-не-знает-своего-места", все, что думает, и потребовать возвращения пропавших дворян.

Он повертел перо в своей ауре. Да, если кто-то из них вернется, то так и будет. Ему нужно, чтобы они отправились подальше от Кантерлота, чтобы один из его приспешников внес коррективы в их разум. Заклинание теневого паразита оказалось не слишком надежным средством, поэтому ему придется использовать традиционные методы обмана и обычного контроля разума.

Его мысли вернулись к Блюбладу, возможно, он все еще может быть полезен. Теперь "хороший" Блюблад мог узнать о "вдохновителе" и сообщить об этом одной из принцесс. Ему пришлось бы снова перестроить свои планы, но это была дополнительная степень независимости для него самого.

Он потратил еще несколько минут на написание еще одного письма, чтобы привести дела в движение, а затем перешел к другой бумажной работе. Быть компетентным дворянином, желающим улучшить положение дел в мире, оказалось делом нелегким. Казалось, что большая часть всей системы, созданной Селестией, была направлена на то, чтобы дворяне не могли ничего добиться. Поразмыслив над тем, насколько эгоистичными и бесполезными были большинство из них, можно сказать, что это было, не так уж и плохо, несмотря на то, насколько это увеличивало количество работы для немногих хороших пони в их рядах.

Спустя всего четыре часа он принял расслабляющую ванну и рано ушел на покой.

* * *

## 37.1 Подготовка к вечерней ярмарке

* * *

Первое, что заметила Твайлайт, это то, что она проснулась. Второе — неожиданное отсутствие боли. Она отчетливо помнила, как, пошатываясь, добралась до кровати, с облегчением отбросив притворство, что с ней все в порядке, после того как все пони наконец оставили ее в покое. Ее тело и источник кричали от самоистязания.

Успокаивающие ноты музыки Дримс долетали до ее ушей, даже усиления мелодия была мощной. Запах живого дерева и пергамента добавлял ощущение дома и безопасности.

По привычке она потянулась к своей магии. Она искала положение солнца Селестии или луны Луны. Ничего, насколько было известно ее рогу, ни того, ни другого не существовало. Она приподняла голову от подушки, скорее в недоумении, чем в замешательстве.

Комната, в которой она находилась, была гораздо больше, чем должна быть. Она моргнула, пытаясь осмыслить происходящее. Несколько долгих мгновений она размышляла, не уменьшилась ли она, ведь она знала множество заклинаний, которые могли это сделать. Затем воспоминания о битве с Тиреком подняли свою уродливую голову, заражая ее разум, пытаясь разрушить ее внутренний мир. Она была в своем Бастионе, в Большой Библиотеке Золотой Дуб, а не в оригинале.

В ней поднялась волна горячего гнева, и она почувствовала, как несколько мотыльков пламени заплясали в ее гриве. Если бы Селестия только научила ее правильно использовать магию аликорна, она могла бы убить его одним заклинанием. Ее любимая библиотека была потеряна, все эти книги уничтожены. Потом было предательство Дискорда, еще одного действующего лица в этой игре, в которой она когда-то была частью. Все в ее жизни с момента создания и до недавнего времени плясало под дудку Селестии. Из глубины ее груди раздалось рычание, и она почувствовала, как ее морда напряглась в оскале.

Словно в подтверждение ее слов музыка прекратилась, и тишина наступила оглушительно внезапно. Ее гнев, должно быть, привлек внимание Новы. Скорее всего, Дримс говорила Нове успокоиться, прости Нова, — подумала Твайлайт, испустив разочарованный вздох.

Она перекатилась на спину и позволила своим крыльям грациозно расправиться. Греховно удобная кровать сдвинулась, обволакивая ее. Она обещала мирный отдых, стоило ей только закрыть глаза, и это было заманчиво. Уставившись в потолок из живого дерева, она поднесла копыто к груди хорошо отработанным движением. Несколько повторений надежных дыхательных техник Кейденс, и ненавистное животное было заперто в своей коробке.

Теперь, успокоившись, она позволила глазам закрыться. Даже несмотря на все, что ей пришлось пережить, сейчас ей было лучше, чем раньше. Нет, пусть она и не была настоящей Твайлайт, но она была реальной, хотя бы по ее собственному утверждению. Мир был в безопасности, она и девочки могли призывать силу Элементов даже без их физического присутствия.

Запах кофе и свежеприготовленных блинчиков ворвался в дом, прервав ее размышления. Ее желудок заурчал от предвкушения. Поскольку кухня находилась в этом месте, несомненно, вкусный запах уже был на пути сюда. Она издала небольшой смешок, Дримс использовала ту же манипуляцию, что и Спайк.

Она тщательно взвесила все за и против того, чтобы привести себя в порядок до или после еды. Урчание желудка решило за нее. Сначала еда.

Она сделала паузу, ее осенила мысль. А как здесь вообще работает еда? Все было сделано из ее собственной магии… Ее голод стал более настойчивым. Ну, с этим она разберется позже, она знала, что, по крайней мере, она функционирует адекватно той задаче, которая от нее требуется.

Она поднялась с кровати, и все четыре ее копыта зацокали по полу. Ощущение живого дерева под ногами было гораздо приятнее, чем холодный и почти бездушный кристалл.

Она выпрямила спину, выгибаясь, как кошка, расправляя крылья, а затем защелкнула их на месте, прижав к боку.

Ее внимание привлекло мерцание неожиданного цвета, промелькнувшее в периферийном зрении.

Повернувшись, Твайлайт посмотрела в зеркало. Увиденное в нем было не совсем таким, как она ожидала. Ее обычная лоскутная форма выглядела так же, как и раньше, но с некоторыми дополнениями. Призрачная плоть двух разных цветов, казалось, заполняла дыры и недостающие участки.

Она знала, что пожертвовать частью своего источника — это серьезно, но она не ожидала, что это проявится здесь так наглядно. Каждая отметина на ее теле — знак двух вещей. Первая — скольким пони она помогла, сколько пони исцелила. На ее мордочке заиграла довольная улыбка: она вспомнила и благоговение тех, кого спасла, и восхитительный ужас тех, кого осудила.

Второе: единственные две пони, которые могли это сделать, любили ее настолько, что разделили ее боль. Свит Дримс и Найт одолжили ей часть источника, часть своей души, чтобы поддержать ее во время исцеления. Она протянула копыто и посмотрела на новое пополнение: два аликорна, по меньшей мере, получат за это объятия.

Да, она могла бы просто вырвать нужные части у какого-нибудь бесполезного дворянина… нет, она не была каким-то монстром, пожирающим души. Даже Тирек не заходил так далеко.

Если судить по тому, как Кэндис настаивала на помощи в некоторых саморазрушительных экспериментах Твайлайт, она, скорее всего, предложила бы пожертвовать собой. С готовностью отказалась бы и от своей жизни, лишь бы избавить Твайлайт от боли, но она знала, что для ее охранника это было бы смертельно опасно. Мысль о том, что пони готовы отдать себя ей так полностью, так окончательно, была столь же привлекательной, сколь и ужасающей.

Некоторые из родителей могли бы предложить и собственные души, чтобы помочь своим еще не родившимся жеребятам… но нет, она никогда бы не согласилась на такое. Любой урон, нанесенный источнику души смертного, может привести к инвалидности. А вырезать кусок, чтобы помочь гибриду, в лучшем случае привело бы к медленной и мучительной смерти, когда магия пони испарилась бы в эфир, сжигая их плоть до пепла.

Твайлайт содрогнулась, представив себе еще один способ неправильного использования своей силы для массового разрушения и смерти. Если она поднимется на достаточную высоту, то сможет поразить таким эффектом большую часть Эквестрии… Так вот почему Кантерлот был так высоко?

Звуки изящно ступающих копыт за ее спиной вернули ее к настоящему моменту. Даже звук копыт по дереву был намного лучше хрусталя. В отражении она видела, как Дримс подходит к ней сзади. Глаза Твайлайт проследили каждую перевязанную часть тела, каждый изъян на ее обычно безупречной шерсти. Каждый из них совпадал с местом, которое было заменено на теле самой Твайлайт.

Дримс села на корточки, ее копыта обхватили плечи Твайлайт, притягивая ее в объятия. Твайлайт прижалась спиной к мягкой шерсти более крупной Дримс, а большие крылья тепло обхватили ее. Ее тревоги были вытеснены, не в силах пробить стену, созданную небесными перьями.

Дримс прислонила свою голову к ее. Добавляя еще одну точку соприкосновения. С каждой секундой, с каждым вдохом, проблемы и заботы Твайлайт казались менее важными.

В зеркале Твайлайт встретилась с обеспокоенными глазами Свит Дримс. Улыбка Твайлайт превратилась в любящую улыбку. "Спасибо…"

Голос Дримс стал жестким. "Никогда больше не делай ничего подобного, ты заставила нас волноваться, моя Стар".

"Мне пришлось", — нерешительно призналась Твайлайт, чувство вины почти душило ее голос. "С гибридами, чем быстрее их вылечить, тем лучше. Я не собиралась позволить пони умереть только ради того, чтобы избавить себя от боли".

Твайлайт почувствовала, как тело Дримс обмякло, гравитация прижала к ней ее большие крылья. Было ясно, что ей нечего противопоставить этому, и она это знала. "Моя Стар…" — Дримс вздохнула, прежде чем продолжить мрачным голосом. "Если ты не будешь осторожна, ты отдашь слишком много, и ничего не останется".

Твайлайт повернула голову и прижалась к шее Дримс. Мягкая шерсть и успокаивающий аромат помогли ей почувствовать себя лучше. Ее аура мягко направила мордочку Дримс вниз для медленного, любящего поцелуя, молчаливого обещания, что она всегда вернется. Что бы ни случилось в физическом мире, у нее всегда будет свой маленький кусочек рая здесь.

* * *

Твайлайт закрыла за собой дверь своего Бастиона и рысью вышла на обсидиановую плоскость, которая была владениями Найт. Ей действительно нужно было придумать для этого места название получше, чем "Плоскость Найт" или "Порог".

Ее хвост колыхался в такт ее шагам. Она отметила, что звук ее копыт по поверхности был гораздо мягче, чем она ожидала для такого материала. Он определенно звучал иначе, чем в прошлый раз, когда она была здесь. Она должна будет изучить это позже.

Найт стояла гордо, классический пример властной позы. В отличие от Дримс, здесь не было никаких явных признаков того, что она пожертвовала собой, чтобы помочь Твайлайт. Скорее всего, она была слишком горда, чтобы позволить себе проявить такую слабость. "Наконец-то проснулась?" — спросила Найт с легким оттенком насмешки в голосе.

"Дримс настояла на том, чтобы угостить меня второй порцией своих домашних блинчиков, они такие вкусные". Твайлайт на ходу пускала слюни. Она вошла в личное пространство Найт и медленно обняла ее крыльями. "Спасибо, Найт".

Найт на мгновение напряглась, прежде чем принять объятия. "Не за что, Твайлайт, но я сделала это не для тебя".

"О?"

"Ты думаешь, я позволю чему-то помешать нашему свиданию с Луной?"

Мысли Твайлайт замерли. Сколько сейчас времени? Какой сегодня вообще день? Ей нужно было сделать еще столько всего, столько всего, на что у нее почти не оставалось времени. Возможно, уже слишком поздно. Несколько прядей ее гривы начали путаться, и началась типичная для нее гипервентиляция. Она была на пути к панической атаке, как и положено по стандартным операционным процедурам.

Шмяк.

Мир закрутился по горизонтальной оси. Копыто Найт ударило ее по морде.

"О, постарайся успокоиться, Твайлайт. Обо всем уже позаботились", — раздраженно прорычала Найт.

Твайлайт моргнула: она ударила меня? Почему? Подожди, что она сказала? Верная память Твайлайт воспроизвела слова Найт. Она повернула голову и с сомнением посмотрела на Найт. "Так и есть?"

Найтмер кивнула, обиженно закатив глаза.

"А как же…" — начала Твайлайт.

Найт крепко прижала кончик крыла к мордочке Твайлайт. "Если твои контрольные списки такие же тщательные, как обычно, то все в порядке".

"Спасибо".

Найт продемонстрировала довольную, клыкастую улыбку. Почему-то она выглядела не такой устрашающей, как раньше. "У тебя есть шесть часов до того, как дорогая Луна получит свое приглашение. Мы сговорились с ее Ночным Избранником, чтобы она была свободна. Теперь у нас есть час, чтобы насладиться твоим крытым садом, прежде чем нам придется заняться чем-нибудь еще".

Твайлайт посмотрела в пол и увидела свое тело, лениво откинувшееся на подушки в окружении очень знакомых растений, каждое из которых было уникальным. На мгновение она могла поклясться, что почувствовала клыки во рту, когда улыбнулась с глубоким удовлетворением.

Найт нежно обвила ее крылом. "А теперь позволь мне показать тебе, как можно расслабиться, наслаждаясь плодами наших праведных завоеваний".

* * *

Найт была права, час отдыха в ее новом убежище позволил ей почувствовать себя намного лучше. Расслабленной и полной энергии. Одна мысль о том, чтобы провести больше времени, греясь в присутствии своих пленников, почти заставляла ее прыгать от радости.

Так вот что чувствовали чейнджлинги, когда питались любовью? — задалась она вопросом. Нет, она не хотела думать о последствиях того, что наделена силой за счет чужого страха. Ничто не должно отвлекать ее от того, как хорошо она себя чувствует, и от предстоящего свидания.

Ну что, Найт, что я пропустила? — спросила Твайлайт.

Ну, у тебя в замке дюжина или около того обычных пони, арестованных за нападение на каких-то бесполезных дворян.

…Что случилось?

Дворяне воспользовались своими правами над простыми пони. Простым пони это не понравилось. Кэндис и стража позаботились об этом.

Твайлайт несколько минут обдумывала ситуацию, прежде чем ответить. Похоже, мне нужно написать новый указ.

И что же это будет? — мысленно мурлыкнула Найт.

О, я просто собираюсь приостановить привилегии дворян в своих владениях.

Твайлайт услышала зловещий смех Найт. Трудно было не присоединиться к ней. Твайлайт проверила языком свои зубы: прощупывающаяся плоть показала, что это вполне ожидаемые зубы травоядного. Найт?

Найт медленно успокоилась, взяв свой злобный смех под контроль. Да?

Твайлайт почувствовала, как движется тело ее марионетки, как под шерстью играют мышцы — все под ее руководством. Почему ты так часто позволяешь мне контролировать себя?

…мы — семья, — признала Найт.

Твайлайт приостановила ходьбу, зафиксировав ноги, чтобы они не упали, и переместилась обратно в ментальное пространство. Она увидела удивленный взгляд, когда Найт снова обняла ее.

* * *

"Рэрити!" — воскликнула Твайлайт, когда вспышка от ее появления в бутике "Карусель" померкла.

Блюблад и Рэрити сидели за чаем. Твайлайт замерла, не в силах поверить в то, что говорили ей ее чувства.

Какая-то часть ее сознания отметила, что в последнее время она часто так делает.

"О, привет, дорогая", — произнес культурный голос Рэрити.

Твайлайт телепортировалась из комнаты и вернулась обратно. Она трижды проверила все координаты, включая временные и даже более эзотерические. Она должна была быть уверена, просто на случай, если она случайно попала в альтернативную реальность. Или что-то в этом роде.

"Твайлайт, ты в порядке?" — спросила Рэрити, ее лицо было полно беспокойства.

Соответствующий взгляд на Блюблада был слишком серьезным, казалось, что под угрозу поставлены сами основы мира. Ее левый глаз дернулся.

Найт взяла управление на себя, а Твайлайт ошеломленно наблюдала за происходящим. "Прости, я думала, что не совсем в ладах с реальностью. Я так рада видеть, что ты действительно перевернул новый лист, Блюблад".

Рэрити улыбнулась, почувствовав облегчение. "Он действительно очень приятная компания, когда не играет роль".

Найт вопросительно подняла бровь.

Блюблад вежливо кашлянул. "Недавние события открыли мне глаза, и я как будто свободен делать свой собственный выбор".

"Когда-нибудь нам стоит поговорить…" — сказала Найт. Твайлайт чувствовала, как Найт обдумывает последствия тысячелетних махинаций.

"Как пожелаете, принцесса Твайлайт", — ответил Блюблад, почтительно склонив голову.

"Итак, Твайлайт, судя по тому, как ты вошла, я сомневаюсь, что это был просто светский визит", — спросила Рэрити, явно меняя тему.

"Я надеялась научить тебя одному из соревнований, чтобы помочь управлять им", — сказала Найт.

"Какому соревнованию, дорогая?"

"Дуэль единорогов".

"Я не уверена…" — Рэрити начала то, что явно должно было стать хорошо сформулированным извинением.

"Я с радостью окажу вам помощь, принцесса", — формально произнес Блюблад. "Может, я и не практик, но я знаю традиционные методы".

Его согласие вызвало изменение в выражении лица Рэрити, она победно улыбнулась. "Что ж, я поступила бы непорядочно, если бы не сделала все возможное, чтобы помочь другу в трудную минуту".

Когда они вышли из бутика и направились к месту дуэли, Твайлайт все еще была на взводе. Блюблад и Рэрити были в ладах, счастливо беседуя. Блюблад расхваливал преимущества одного стиля одежды для дуэли перед другим. Казалось, что… нет, этого не могло быть, Рэрити, похоже, наслаждалась общением с ним, это было просто невероятно.

Мысленный голос Найт прервал ход ее мыслей. Почти так же невероятно, как то, что тебе приятно делить свое тело с Найтмер Мун?

Ты права, — признала Твайлайт.

Окинув взглядом город, она поняла, что он преобразился. Все было устроено именно так, как она себе это представляла. Весь город был украшен в цветах ее и Луны. Лавки, игры и конкурсы выглядели так, словно были взяты прямо из учебника истории.

Пони, спешащие по улицам, следящие за тем, чтобы все было готово и расставлено, и те вещи, которые пришлось оставить на последнюю минуту, уже придавали этому месту атмосферу праздника. Это было похоже на праздник. Твайлайт улыбнулась, если это сработает, она может сделать это ежегодным праздником. Вечерняя ярмарка. Это стоило много денег, полгода ее нерастраченной стипендии принцессы, но оно того стоило. Все должно было быть прекрасно.

Она продолжала идти, наполовину прислушиваясь к разговорам вокруг, отмечая, что почти все пони с нетерпением ждали предстоящих событий.

Она заметила, что кое-что привлекло внимание Найт. Странные, но притягательные запахи, исходившие от все еще готовящихся к продаже блюд и закусок, заставили Найт чуть ли не пускать слюни от желания полакомиться ими. Твайлайт пришлось снова взять на себя управление телом, чтобы не выставить себя на посмешище. Она не хотела, чтобы ее увидели пускающей слюни после приближения мордочки к еде.

Именно эти маленькие реакции постоянно подкрепляли то, что Найт не начинала как плохая пони. Как и сама Твайлайт, Найт много думала, и в то время у нее не было друзей и семьи, которые могли бы удержать ее от резких высказываний. Твайлайт улыбнулась: любая пони, которая откажется быть злой ради небольшой ласки и нескольких печений, никогда не была злой на самом деле.

Твайлайт посмотрела в сторону далеких лакомств. Это хороший знак. Если ты почти в оцепенении идешь к нему, то подумай, как отреагирует Луна.

Можно нам одну? — голос Найт звучал почти робко.

Твайлайт могла представить, как Найт размером с Литт Стар смотрит на нее щенячьими глазами. Твайлайт мысленно рассмеялась. Да, конечно, можно.

Твайлайт быстро пошла в обход — ну, любой обход был быстрым, когда ты мог телепортироваться. Она схватила одно из кондитерских изделий в форме звезды и еще несколько, конечно же, для "контроля качества". Она была уверена, что никто не поверил ее оправданиям. Она улыбнулась, признавая, что да, она просто хотела немного.

Положив одно из лакомств в рот, она почувствовала, как твердая внешняя поверхность уступила место мягкой середине, когда приятные вкусы соединились во рту. Она почувствовала, как блаженство и воспоминания Найт смешались, и бывшая Найтмер погрузилась в свои воспоминания.

Она закрыла глаза, наслаждаясь реакцией Найт. Магия Твайлайт доставила вторую порцию в ее жаждущий рот еще до того, как она заметила, что делает. Ожерелье вибрировало у нее на груди. Слова "хорошо" и "спасибо" неоднократно отстукивала Нова.

Твайлайт решила медленно насладиться этим; урожай, который Эпплджек подвергла ускоренному созреванию, получился не такими хорошими, как если бы у него было больше времени. Судя по тому, как вели себя ее ментальные компаньоны, это не было проблемой. Просто следующий урожай, у которого будет больше времени для естественного роста, окажется еще лучше.

Она поймала себя на том, что ее аура почти отправила в рот третье восхитительное лакомство. Эти штуки были чрезвычайно вкусными. Твайлайт задумалась о том, какие творения Пинки сможет приготовить, когда некоторые из этих ингредиентов снова станут общедоступными.

Намеренным усилием оставшиеся экземпляры выпали из реальности в ее постоянно увеличивающееся количество пространственных карманов. Когда это она успела сделать один, обозначенный "мороженое"? Она покачала головой, проблемы с памятью она может решить в другой раз.

Вкус лакомства все еще был у нее во рту, а в глубине души она чувствовала удовлетворение Найт, и Твайлайт искренне улыбнулась, довольная собой.

Когда она догнала Рэрити и Блюблада, он уже рассказывал о правилах и объяснял Рэрити некоторые вещи. Она, казалось, внимала ему с восторгом.

"Это соревнование на ловкость, точность и быстроту реакции". Блюблад цитировал по памяти.

Рэрити притянула к себе три предмета: элегантный клинок, красивый ромбовидный щит с драгоценным камнем в центре и кольцо для рога. Все предметы были сделаны для единорогов, поэтому ни у клинка, ни у щита не было рукояток — они просто не были предназначены для использования чего-либо, кроме ауры единорога.

Блюблад озадаченно посмотрел на кольцо.

Твайлайт подошла к нему, все еще предупреждая довольную улыбку. "Не все пони здесь обучены так, как вы, принц Блюблад". Она кивнула на кольцо: "Оно позволяет любому единорогу наложить маркирующее заклинание и препятствует всем заклинаниям, кроме разрешенных, в поединке".

Блюблад оценивающе посмотрел на простое кольцо. "Значит, больше пони могут наслаждаться этим видом спорта?"

Твайлайт кивнула.

"Их ужасно сложно сделать?"

"Не очень". Твайлайт сверкнула рогом. Магия сконденсировалась, формируя еще одно идентичное кольцо. Да, она знала, что немного хвастается, но остальные кольца были физическими предметами, которые она зачаровала, а не создала целиком.

Почтительно кивнув, Блюблад спросил. "Если бы мы могли достать их для школ по всей стране, мы могли бы вернуть спорт в современную эпоху".

Нам нравится этот новый Блюблад, — прокомментировала Найт.

Твайлайт чувствовала, что Найт в основном просто хочет еще одного лакомства. Твайлайт должна была признать, что с удовольствием съела бы несколько или несколько дюжин таких конфет, если бы была честна с собой. Они были не так хороши, как гамбургеры, но все равно очень вкусны.

Найт улыбнулась, глядя на них, и кивнула. "Разработайте план, и мы с радостью снабдим вас необходимым оборудованием. Возможно, через десяток-другой лет это даже приведет к появлению лучших кандидатов в наши стражи".

Твайлайт притянула к себе комплект оборудования для дуэли. Она надела кольцо на рог, игриво вращая клинок и щит в своей ауре. "Есть два способа набрать очко, первый — поразить противника маркирующим заклинанием".

Из ее рога вырвался ленивый магический заряд и ударил в Блюблада. Если бы не Найт, который держал их неподвижно и улыбался, Твайлайт бы подпрыгнула. Найт!

О, расслабься и посмотри на него.

Блюблада совершенно не беспокоило пурпурное пятно шириной с копыто на его белоснежной шерсти. Твайлайт была рада, что маленькие вихри серебристо-черного цвета были слишком малы, чтобы единорог мог их заметить.

Найт продолжила объяснение. "Второй, и гораздо более сложный, — использовать клинок, чтобы нанести прямой удар по драгоценному камню в щите".

"Получить таким образом четыре очка, не уступив противнику ни одного очка, — одно из высших свидетельств мастерства", — добавил Блюблад.

Найт кивнула. "В состязании первым набирается пять очков, но победное очко, самое важное очко, должно быть набрано клинком. Клинок должен поразить тело противника, чтобы одержать победу. Хотя нет правил, запрещающих наносить удары клинком до этого момента, только последнее очко может быть достигнуто таким образом".

"Не слишком ли это… брутально, Твайлайт?"

"Не волнуйся, клинки безопасны, они не могут причинить вреда ни одной пони". Сказала Найт. Она агрессивно провела лезвием по ноге, оставив лишь светящийся след. "Немного больше, чем несколько минут обесцвеченного меха".

Рэрити вздрогнула, в то время как Найт рассмеялась в мысленном пространстве. — Интересно, считает ли она, что изменение цвета шерсти хуже, чем то, что тебя ударили ножом?

Я думаю, это скорее потому, что, по крайней мере на мгновение, она подумала, что ты останешься без ноги, — терпеливо объяснила Твайлайт.

Она отрастет, — поддразнила Найт.

Не в этом дело! — мысленно воскликнула Твайлайт.

Найт добродушно рассмеялась: "Прости, Рэрити. Я не пыталась тебя напугать, я просто хотела сказать, что все оружие в этих конкурсах не способно причинить никакого вреда".

"Как в твоем состязании с Рейнбоу?" — спросила Рэрити.

"Да, именно так", — ответила Найт с тоскливой улыбкой.

Твайлайт быстро согнала это выражение с их лиц, прежде чем Рэрити успела составить правильное представление о желаниях Найт в отношении самой атлетической Рейнбоу. А теперь подумай, насколько веселее будет наш последний сюрприз для Луны.

Эмоции Найт быстро сфокусировались на запланированном соревновании с голодным предвкушением. Это будет самое веселое, что было у Луны более тысячи лет назад.

"Ну, я должна проверить остальных…" — начала Твайлайт.

"Принцесса, будет ли позволено моим гвардейцам присутствовать на этой чудесной исторической ярмарке, которую вы устроили?"

Услышать, как Блюблад снова искренне использует свой титул, было приятно, а вот просьбу — не очень. Твайлайт сузила глаза и изучала пони перед собой, как будто это была новая пони. Это никак не могло быть уловкой. Ее разум начал размышлять, как это может быть правдой.

Он не чейнджлинг, — небрежно заметила Найт.

Контроль разума? — Твайлайт задумалась, в конце концов, это было возможно.

Хмм, нет, ничего подобного, — заявила Найт.

Твайлайт сделала паузу, обдумывая, какую магию использовала Найт, и которую она только что почувствовала. — Ты только что вторглась в его разум?

Только немного.

Найт!

Ты хотела узнать, и нет ничего плохого в том, чтобы проверить, не находится ли кто-то из пони под действием магии разума.

"Принцесса?" — спросил Блюблад.

"Простите, просто отвлеклась на одну мысль. Мои извинения, принц Блюблад", — Твайлайт ободряюще улыбнулась, стараясь создать впечатление, что все в порядке. Приняв решение, она решительно кивнула. "Да, ваши охранники могут присутствовать, но я буду считать вас ответственным за их действия, и благородные привилегии будут приостановлены".

"Благодарю вас, принцесса". — Блюблад просто склонил голову. "Я сообщу им хорошие новости".

Однако Рэрити смотрела на Твайлайт с ужасом: "Ты собираешься уничтожить основу эквестрийского общества, это будет ощущаться во всем мире".

На мордочке Твайлайт заиграла довольная улыбка. "О, это ничто по сравнению с моим маленьким путешествием в Кантерлот". Рэрити просто уставилась на нее, поэтому Твайлайт продолжила. "Принц, я буду благодарна, если вы сможете провести для Рэрити и других заинтересованных пони несколько тренировочных матчей до вечера".

Блюблад поклонился. "Как прикажете, принцесса Твайлайт".

Она почти хихикнула, когда повернулась, чтобы уйти.

"Мамочка!" — донесся сверху радостный голос ее дочери.

Твайлайт подняла голову и увидела, что Стар стремительно снижается, расправив на спине зачарованные крылья, похожие на крылья бабочки. За ней следовали Метконосцы с тем же заклинанием, дающим им доступ к воздуху, все, кроме Скуталу. Твайлайт подняла копыта вверх, раскрывая их как раз вовремя, чтобы поймать высокоскоростное и на этот раз не телепортационное объятие своей дочери.

"Мамочка, мамочка, посмотри, что я сделала", — восторгалась Литтл Стар, держа в копытах свое ожерелье с огромной улыбкой на лице.

Твайлайт позволила своему рогу рассмотреть волшебство, прижимаясь к дочери. Трудно было не вспомнить, как ей самой не терпелось похвастаться своим новым открытием перед принцессой Селестией. Нет, это была не я… — подумала Твайлайт, досадуя на себя за то, что забыла, что это воспоминание было либо создано, либо просто осталось от оригинала.

Найт проскользнула вовне, захватив контроль над телом еще до того, как хмурый взгляд успел сформироваться. Не надо, Твайлайт, теперь обрати внимание на поделку нашей дочери, она заслуживает твоего внимания больше, чем Селестия.

Не имея возможности сделать что-либо в физическом мире, Твайлайт подчинилась. Она надеялась, что Найт хотя бы немного ошибается насчет Селестии.

Твайлайт не могла не заметить, что Рэрити просто смотрела на Свити Белль, ее взгляд был прикован к прекрасным бледно-зеленым крыльям. Твайлайт закатила глаза, вспомнив одно событие в Клаудсдейле.

Ожерелье было удивительным произведением чародейства. Руны на нем были сокращены до минимума, но сделано оно было с величайшим вниманием к деталям, с множеством предохранителей, даже заклинание падения пера, которое срабатывало автоматически. Только две вещи заставляли ее беспокоиться. Первая заключалась в том, что эта защитная функция была связана с тем, что многие проклятые темной магией предметы могли быть сняты только их владельцами или не сняты вообще. Второй — небольшой след магии крови, связывающий их с владельцем.

Она снова посмотрела на крылья Свити. Она надеялась, что багровые узоры, переплетающиеся с пурпурными заклинаниями, выглядят достаточно декоративно, чтобы никто не заметил, что на крыльях есть следы магии крови.

"Ты настоящий вундеркинд в этом деле, дочь моя", — с гордостью произнесла Найт. "Ты уже способнее любого из оружейников Кантерлота, и я с нетерпением жду, чего ты сможешь достичь в будущем".

Теперь настало время Блюблада сделать глаза немного шире, он явно знал, насколько искусны эти чародеи и ремесленники.

Найт снова прижалась к Литтл Стар, Твайлайт чувствовала чистую любовь и гордость, которую Найт испытывала к своей дочери. Если бы она знала сейчас то, что сделала, когда впервые столкнулась с Найтмер Мун, она, возможно, объяснила бы, как плохо для мира будет вечная ночь, и присоединилась бы к ней тогда. Это при условии, что она согласилась бы получить надлежащее образование о катастрофических последствиях отсутствия солнечного света для экосистемы и пони. Она думала о том, насколько другой была бы Эквестрия, если бы она пошла по этому пути.

"Спасибо, моя Литтл Стар за то полезное заклинание времени, которое ты оставила на нашей кровати, но я должна попросить тебя никогда не использовать его ни на ком из не-аликорнов", — прошептала Найт своей дочери.

Литтл Стар кивнула, и на свет появился знакомый свиток, написавший несколько строк, а затем исчезнувший.

Подожди, заклинание времени на нашей кровати? — спросила Твайлайт.

Она позволила нам отдохнуть гораздо больше за короткий промежуток времени.

…это действительно хорошая идея, возможность уместить сон в меньшее время, это сделает мои дни гораздо менее напряженными. — Твайлайт перехватила контроль и прижала дочь к себе. — "Спасибо, возможно, ты покажешь мне, как ты это сделала завтра".

"Хорошо, мамочка", — счастье Литтл Стар от предвкушения достигло почти смертельной степени очаровательности.

"Теперь мне нужно убедиться, что несколько вещей готовы к приходу мамочки Луны. А теперь, не хочешь ли ты помочь Пинки организовать игры для жеребят?" — спросила Найт.

Литтл Стар кивнула, телепортировалась из объятий и присоединилась к остальным Метконосцам, когда они полетели в сторону Сахарного Уголка.

"Дорогая, как ты думаешь, Пинки Пай готова к ним?" — спросила Рэрити.

"Она, наверное, знала, что они будут там, еще до того, как я их послала", — вздохнула Найт.

"Меткоискатели Разоблачители Скрытых Аликорнов, ура!", — донеслось до чутких ушей Твайлайт.

"С ней все будет хорошо", — сказала Твайлайт, надеясь, что это правда, в конце концов, что может пойти не так? "А теперь, Рэрити, я оставлю Блюблада на твое попечение". Она посмотрела на Блюблада. "Наслаждайся ярмаркой".

* * *

Следующие несколько часов прошли в ослепительной мгле и мучительно медленно. Все было проверено не менее десяти раз.

Знаешь, моя хозяйка, если бы ты не платила им так щедро, некоторые пони были бы более чем недовольны тобой. Остановись, успокойся, или я прогоню тебя в твою библиотеку до прихода Луны.

Твайлайт успокоила свое неистовое тело и просто села на корточки, Найт была права. Все было на месте, все было готово. Ей оставалось только ждать последние два часа.

Эмеральд почти оттащила ее и прижала к себе, чтобы сделать успокаивающий массаж, а Найт не позволила Твайлайт даже высказать свое несогласие. Было очень трудно не волноваться, когда ее тело превращалось в маленькую довольную лужицу.

Тут до её слуха донёсся свист поезда. Поезда сейчас не должно было быть. Вскочив с дивана, она почти добежала до двери, пока Найт не остановила ее. Не волнуйся, это всего лишь Кейденс и Шайнинг Армор привели своих стражников, чтобы помочь с праздником.

"Ты пригласила моего брата на наше свидание с Луной?"

Да, ты знаешь поблизости других пони, которым тысяча лет?

Шайни не такой уж и старый.

Найт мысленно сделала фейсхув. Не он, а Кристальная стража Кейденс.

Ах да, я помню, на Кристальной Ярмарке были поединки.

И здесь тоже есть поединки, четвертое событие было добавлено в дополнение к трем другим.

Твайлайт позволила себе упасть обратно на землю.

Магия Эмеральд притянула ее обратно к дивану. "Теперь мне придется начинать все сначала", — сказала она притворно жалобным тоном.

Прошло совсем немного времени, и Твайлайт обнаружила, что дремлет под умелыми копытами питомца Найт.

* * *

При виде двух летящих фестралов, сопровождающих колесницу Лунной принцессы, сердце Твайлайт заколотилось в груди. Его тяжелый ритм бился в такт мелодии Найт, и казалось, что оно хочет прорваться сквозь грудную клетку и вырваться наружу. Тепло от ожерелья Новы только усиливало ее предвкушение.

Твайлайт не могла, просто не могла, даже отвести взгляд от Луны. Эмоции Найт мешали Твайлайт даже думать, как будто Луна была всем ее миром.

Твайлайт улыбнулась, повязка на глазах стала заметна, когда они приблизились, она следовала инструкциям.

"Пинки, пора", — скомандовала Найт.

Зазвучала старая добрая музыка, сигнализирующая о том, что все игры и конкурсы объявлены открытыми. От подергивания ушей и удивленной улыбки далекой Луны у Твайлайт перехватило дыхание. Твайлайт знала, что это все эмоции Найт, она начинала понимать, что чувствовала Найт, когда сошла с ума от науки.

* * *

## 37.2 Вечерняя ярмарка главные события

* * *

Тонкий звон тревожного заклинания вежливо потребовал внимания Луны. С сожалением она закончила игру в догонялки со своим верным Тантабусом. Поднявшись, она покинула усыпанное звездами великолепие своего одинокого, укрепленного Бастиона. Место, где когда-то находились сотни, а может быть, и тысячи ее друзей.

Когда большинство ее чувств вернулись к физическим, она медленно открыла глаза. Благословенная тишина ее кантерлотских покоев раскрылась в ярких оттенках и тонких тонах абсолютной темноты, которые могли оценить только фестральные глаза.

Рефлекторно она потянулась к своей заветной луне. Она все еще мирно спала под горизонтом. Она проснулась на несколько часов раньше, чем обычно. Не то чтобы обычные часы были обычными после нападения на Мэйнхеттен.

Луна тоскливо провела копытом по пустому месту рядом с собой. Ее кровать казалась одинокой, холодной и пустынной. Это была огромная пустошь, вполне достаточная для полудюжины пони. Только для нее одной она казалась почти такой же бесплодной, какой, вероятно, была ее луна во время изгнания.

Ее разум старательно отступал от мыслей о муках тысячелетней изоляции. Она не могла позволить себе отвлекаться. Не с тем, чтобы делить свое внимание между физическими, сновидящими и умирающими. Она была искренне рада, что не помнит ничего из этого. Это было, пожалуй, единственное добро, которое она могла получить от того, что ее разум нужно было очистить. Все, что привело ее к Найтмер Мун, было удалено.

Та самая кобыла, которая сейчас была с Твайлайт. Нет, Кейденс поручилась за нее, ведь она была принцессой любви. Сердце Найтмер, по крайней мере, было в правильном месте.

Она тяжело вздохнула, в ее зачарованной комнате воцарилась тишина. В каком-то смысле она завидовала своей последней избраннице. Кэндис проводила больше времени с Твайлайт и Литтл Стар, чем она. Луна сдержала выражение лица, отбросив и другую причину своей зависти. Тот факт, что и Кэндис, и Твайлайт имели удовольствие от ментального общения.

Луна могла только гадать, как обстоят дела внутри бастиона Твайлайт. В какой-то момент она должна была последовать предложению Кейденс и попросить разрешения посетить самое святое святилище ее суженой. О пони можно было узнать все, если провести достаточно времени в их Бастионе.

Несмотря на импульсивное решение возвести Кэндис в Избранные в тот же вечер, когда она присягнула ночи, оно принесло более чем удовлетворительные результаты. Обучение и Кэндис, и Инсайт проходило успешно. Они обе превзошли ожидания, каждая по-своему. Кэндис показала себя воином с самым упорным духом. Инсайт проявляла доброту, щедрость и огромную стойкость.

Снова закрыв глаза, Луна позволила своим ощущениям улетучиться. Прямо там, на краю ее ментального восприятия, находились четыре ее Избранных. Она пообещала себе, что создаст их больше. Ее разум послушно вызывал образы лучших возможностей. Вся ее Ночная стража, несколько преданных слуг, а также несколько пони, которые искренне ценили ее ночи. Каждый из них предложил ей все, чем он был, и все, чем он когда-либо будет.

Возможно, она проведет турнир и посмотрит, кто из них самый достойный? А может быть, она начнет с того, кто ей больше понравится. Эта идея почти заставила ее смеяться от радости при мысли о том, как Селестия отреагирует на ее случайное возвышение случайных пони.

Отбросив этот момент юмора, она поднялась с кровати. Сотни лет практики и мощные мышцы земной пони придали такому простому движению невозможную грацию. Ее копыта бесшумно ступали по твердому полу, и так было бы даже без магии в ее комнате.

Меньше, чем малейшего движения ее внимания было достаточно, чтобы подавить чары, которые позволяли ей спать. Полная темнота и абсолютная тишина отступили. Солнечный свет, пробивавшийся сквозь плотные занавески, заставил Луну сузить глаза. До ее слуха доносилась суета слуг, спешивших закончить свои обязанности. Каждому из них не терпелось отправиться домой к друзьям или семье. Несколько пони обсуждали свои планы на ночь, некоторые романтические, другие просто хотели приятно провести время. На ее мордочке появилась небольшая улыбка. Тот факт, что даже некоторые дневные пони находили удовольствие в ее ночи, доставлял ей некоторое удовольствие.

Ее бесплотная грива распустилась, потянувшись к колокольчику, чтобы вызвать личную прислугу. Как всегда, они откликнулись почти сразу. Они последовали за ней, пока она шла к своей личной ванне. Она позаботилась о том, чтобы эти два фестрала были исключительно хорошо обучены. Она проследила их взглядом, размышляя. Возможно, не все ее избранники должны быть бойцами? Если бы Найт Блоссом и Мун Флауэр служили ей и были ее спутниками дольше, это было бы восхитительно и привилегированно. Если бы она сказала об этом кому-нибудь из пони, потребовалось бы изменить закон.

Луна позволила им проводить ее в искусно приготовленную ванну. Почувствовав, как вода впитывается в шерсть, она расправила крылья, наслаждаясь роскошным ощущением воды, просачивающейся между перьями. Такая роскошь, хотя и уместная, могла легко заставить пони размякнуть. Она сдержала усмешку, рассматривая огромные бока сестры, хотя многие сочли бы их привлекательными, они доказывали, что Селестия больше привыкла отдыхать с тортом, чем лично защищать свое королевство с помощью физических способностей.

На данный момент она могла бы добавить к своей охране ветвь Стражей снов. Если то, как Инсайт отнеслась к роли ее пастуха, говорит о многом, возможно, ей можно будет доверить больше пони. Инсайт могла бы даже стать лидером такого отделения. А в последующие годы она могла бы добавить этот знак своей благосклонности к артистам и исполнителям? Подумать только, что могли бы создать некоторые из ее пони, будь у них на век или два больше жизни.

Если бы она делала это как ритуал, она могла бы делать это более эффективно. Возможно, она могла бы благословить сразу дюжину и полностью восстановиться в течение луны. Это было очень заманчиво, но кого же ей выбрать? Для начала — Блоссом и Флауэр. Она также должна выбрать кого-нибудь из своей Ночной Гвардии для возвышения, двух помощников под каждого из ее капитанов будет достаточно.

Таким образом, оставалось еще четыре места. В памяти всплыл образ двух кобыл, белого единорога и пепельно-серой земной пони. Обе были талантливыми исполнительницами, чью музыку она не раз оценивала по достоинству. Их преданность и мастерство владения своим искусством делали им честь. Мунденсер могла бы стать прекрасным дополнением к историкам или ученым, и, возможно, ее можно было бы научить танцевать "тут".

Остался один. Луна задумалась на мгновение, блуждая взглядом по комнате. На книжной полке ее внимание привлекло название "Деринг Ду и Запретный город облаков". Приключения этой кобылы было приятно читать. Она была впечатляющей кобылой. У нее были способности, решительность. За ту службу, которую она оказала короне, стать избранной было бы не более чем справедливой наградой. Много раз она не давала артефактам и древней злой магии попасть не в те копыта. Будет ли следующая книга "Деринг Ду и предложение принцессы"?

Луна опустила глаза и погрузилась в размышления, перебирая в памяти все, что знала о различных встречах и расследованиях, которые должны были состояться сегодня вечером. Больше половины из них были тонкими просьбами о том, чтобы она одарила Твайлайт мудростью своих лет. Она знала их страхи. На самом деле они хотели, чтобы она обуздала младшую принцессу. Подумать только, они пришли к ней, которую когда-то боялись как чудовище, из-за нескольких вполне оправданных действий Твайлайт.

Она хмыкнула, закончив мысленный обзор фактов. Ее слуги, похоже, уделяли этой ночью повышенное внимание своей работе. Как бы приятно это ни было, но это было неожиданно. Она потянулась к небу, проверяя время. Прошло шесть минут после того, как они обычно заканчивали свои обязанности. Это было на них не похоже.

Ее слуги открыли еще один флакон с жидкостью и начали наносить содержимое искусными копытами. До нее доносились богатые и дорогие ароматы редчайших цветов ночи. Некоторые из них цвели лишь раз в столетие.

"Охотница, скажи, не изменилось ли наше расписание?" — вежливо поинтересовалась Луна. Она доверяла всем своим пони. Каждый из них был тщательно изучен, прежде чем она лично предложила им свои должности. Эти двое не стали бы упускать столь труднодоступное место без должной причины. Если только они не самозванцы, а она очень сомневалась, что самозванцы могли так долго обманывать ее. Они не испытывали ни малейшего страха ни перед разоблачением, ни перед ней.

"Госпожа", — начал шелковистый голос. "Нам сообщили, что ваш ночной план — в распоряжении принцессы Твайлайт".

Луна подняла бровь. "Интересно, что она задумала?" — Она знала, что Твайлайт что-то задумала, ее Ночной Страж сообщил ей об этом. Было бы так легко узнать ответ и подсмотреть за младшим аликорном, но нет, она сдержалась. Твайлайт просила ее не делать этого, и, как сказала Кейденс, она будет относиться к Твайлайт как к равной и в первую очередь заботиться о более эмоциональных потребностях. Нарушить ее доверие, подглядывая за сюрпризом, не будет хорошей основой для вечности, которую она надеялась разделить с ней.

Одна только мысль о том, как отреагирует дорогая сестра на то, что ее верная ученица так "злоупотребляет" своей властью, вызвала забавную ухмылку.

Луна снова расслабилась в воде, закрыв глаза и полностью отдавшись приятным ласкам своих слуг. У них явно были королевские приказы, даже если они не были ее собственными.

* * *

Луна не могла вспомнить, когда в последний раз она выглядела так великолепно. Если бы хоть один волосок ее шерсти был не на своем месте, она не смогла бы его найти. Личная прислуга даже организовала заклинание высокого уровня для сохранения их работы, она могла летать и танцевать со смерчами, и все равно ее внешний вид оставался бы безупречным.

Они ловко провели ее к колеснице. Перед ней стояли две шеренги ее фестралов, каждый из которых был облачен в парадные доспехи. Она улыбнулась, рассматривая все еще вполне пригодное боевое снаряжение, в отличие от парадных доспехов Дневной гвардии. Все было начищено до блеска. Она не могла припомнить, чтобы видела их в таком профессиональном виде. Если не принимать во внимание довольные улыбки и блеск в глазах со щелевидными зрачками. Они что-то знали.

Шэдоу Лэнс, ее фестральный Избранный Ночью, стоял, протягивая лавандовую полоску ткани. "Принцесса Твайлайт просит тебя носить это до прибытия в пункт назначения".

"Сюрприз?" — Луна улыбнулась. Прошло много времени с тех пор, как она добровольно отказывала себе в одном из чувств. По загадочным улыбкам своих охранников она поняла, что ей понравится любое развлечение, которое устроила для нее Твайлайт. "Очень хорошо, мы подыграем".

Возможно, нам не придется притворяться, чтобы оценить все, что устроила дорогая Твайлайт.

* * *

Полет по воздуху на колеснице с завязанными глазами был новым опытом, и Луне он не нравился. Она держала крылья слегка расправленными, чтобы чувствовать движение ветра. Повязка на глазах ощущалась совсем иначе, чем просто закрытые глаза. Даже с остальными органами чувств слишком многие вещи могли воспользоваться этим и напасть на нее.

Ее давно отточенные инстинкты протестовали. Возникла необходимость сделать что-то, что угодно, чтобы защитить себя. Луна контролировала себя, не позволяя ничему проявиться.

Благодаря своей неспособности создавать фрагменты, она обладала большим самообладанием. Ей приходилось самой заботиться о каждом сновидце. От борьбы с мерзостями жутких кошмаров до исполнения желания умирающей души о последней плотской встрече. Часто ей приходилось обращать внимание на многие десятки сцен, не проявляя ни малейшей реакции в физическом мире и не позволяя событиям в одном сновидении повлиять на ее действия в другом. Правда, многие сны она могла просто запустить в нужном направлении и оставить их, но с учетом того, сколько разумных существ было на свете, было более чем достаточно того, что требовало по-настоящему личного подхода.

Без своей Маски Селестия не могла даже приблизиться к мастерству контроля Луны над собой. Ее дорогая сестра стала слишком зависима от своей Маски и Военного Разума. Каждый раз, когда возникало что-то, с чем она не хотела разбираться, она просто перекладывала это на одного из них. Она была слаба, несмотря на всю свою силу.

От мыслей о сестре Луна переключилась на лавандовую кобылу. Кислая нота сменилась гораздо более сладкой. Твайлайт начала использовать свою королевскую власть. Нанося удары по испорченным дворянам, которых Селестия никогда бы не тронула, издавая королевские указы и свободно демонстрируя свою власть на всеобщее обозрение. Это была уже не та робкая, легковозбудимая солнцепоклонница, кроткая библиотекарша, ставшая принцессой. Насколько это было делом копыт Найтмер? А сколько в том, что Твайлайт просто заняла позицию и отказалась быть чьим-либо инструментом или марионеткой? В любом случае это было очень привлекательно.

Потоки воздуха вокруг нее изменились. Запахи Вечносвободного неслись по ветру, а изменения в давлении воздуха легко сообщали, что они приближаются к месту назначения. Понивилль, если только Твайлайт не решила что-то сделать в ее старом замке.

Пылающий всплеск единорожьей магии, к которому она приближались, резонировал с силой Твайлайт. Она должна была быть самым неуравновешенным аликорном в истории. Они не позволили бы такой завершить свое восхождение. Луна прогнала мрачные мысли о прошлом и сосредоточилась на эмоциях в магии своей суженой.

Магия Твайлайт была нетерпеливой и почти головокружительной от предвкушения. Сильный поток гордости и желания бурлил в магии младшего аликорна, когда она соприкасалась с магией Луны. Луна улыбнулась, почувствовав, как покалывающая ласка приветствует ее.

До нее донеслись первые ноты знакомой мелодии. Луна навострила уши, внимательно вслушиваясь в звуки. Она была полна знакомой страсти и хорошего настроения. Голоса различных инструментов кружились и танцевали вместе в гармонии исполнения. Это было настолько же безошибочно, насколько и неожиданно.

Луна почувствовала, что на ее лице появилась слабая улыбка, и не стала ее скрывать. Будь проклят контроль, она не собиралась становиться холодной каменной статуей кобылы, не для того, чтобы Твайлайт удивилась.

Приятные воспоминания зашевелились, стремясь завладеть восприятием Луны. Она быстро приступила к своим более насущным обязанностям. Вещи были оставлены так, чтобы пережить несколько часов без нее. Мысленное усилие потребовалось, чтобы отправить Тантабус к Инсайт, поручив ей наблюдать за теми немногими, кто больше никогда не проснется, и составить им компанию. Впервые она доверяла ей такую обязанность без присмотра, было ли это злоупотреблением Луной своей силой? Или это было честно заработанное доверие и уверенность в способностях Инсайт?

В этой музыке было больше энергии и жизни, чем во всем, что когда-либо слушали привязанные к традициям дворяне Кантерлота, и в то же время она не звучала для нее так чуждо, как современные композиции, от которых ее тело хотело двигаться. Как бы хороша она ни была, музыка Винил все же немного раздражала ее чувства.

Воспоминания заполнили ее сознание. Воспоминания о большой ярмарке, о беззаботной беготне, прежде чем начался ее собственный путь восхождения.

Она позволила себе раскачиваться в такт ритму, покачивая хвостом взад и вперед. Другие звуки начали создавать яркую картину в ее сознании. Резкий звон металла о металл. Копыта ударялись о землю, одни танцевали, другие двигались под более решительный ритм. Сотни пони праздновали, играли и соревновались внизу. Жеребята радостно обсуждали, какие призы они получат, если сделают еще один бросок. Разгорелся небольшой спор о том, чей трофей лучше — плюшевые Луна или Твайлайт.

Луна хотела оказаться там, внизу. Ей нужно было своими глазами увидеть, что приготовила для нее Твайлайт. Она переместилась на копыта, ее крылья напряглись, готовясь спустить ее в полет под напором собственной силы. Она могла оказаться там за считанные секунды. Оставшиеся несколько минут полета показались ей гораздо более долгими, скорее часами, несмотря на то, что связь с Луной упорно твердила ей, сколько прошло времени.

Она знала, что было бы банально проследить за происходящим. Даже если бы не было шансов, что Твайлайт заметит, она не позволила бы себе даже попытаться сделать это. Это было бы нарушением подразумеваемой просьбы, которую она выполнила, надев повязку на глаза. Возможно, это был тест. В конце концов, Твайлайт не один год училась у Селестии. Нет, как бы она ни была соблазнена, это будет гораздо лучший опыт, если торжественное открытие пройдет так, как планировала ее суженая.

Пол кареты внезапно опустился, и Луна просто увеличила силу своего поля захвата. Она наслаждалась новым ощущением слепого спуска под чужим контролем. Ее инстинкты пегаса хотели, чтобы она взмахнула крыльями, но она не собиралась показывать никаких признаков, которые можно было бы расценить как страх. Она была Принцессой Ночи и должна была сохранить хотя бы эту часть своего образа в неприкосновенности.

Такой быстрый спуск мог означать только одно. Они заходили на одну из типичных для ее Ночной гвардии скоростных и явно безрассудных посадок. Снизу раздалось несколько вздохов, а в следующее мгновение колесница врезалась в землю. От сильного удара у нее подкосились ноги, но на тело аликорна это почти не повлияло. Ее транспортное средство полностью остановилось менее чем за секунду. Это была не самая жесткая боевая посадка, на которую они были способны, но, несомненно, впечатляющая, которую удалось совершить, не разрушив колесницу.

Шум толпы пони немного затих, и даже не имея возможности видеть, Луна чувствовала на себе множество взглядов.

Несмотря на повязку, невозможно было не знать, где именно находится Твайлайт. Даже если не принимать во внимание пылающее инферно, в которое превратилась ее магия, ее уникального запаха и биения сердца было достаточно, чтобы точно определить ее местонахождение.

"Луна" — Твайлайт вздохнула, этот шепот был наполнен желанием.

Изящно сойдя со своего транспортного средства, она грациозно направилась к Твайлайт. Каждое движение было еще одной возможностью похвастаться перед своим суженым. Она идеально ставила копыта, каждый шаг был плавной пульсацией ее тела аликорна. Магия земнопони без труда предупреждала ее о любых изъянах немощеной природной земли. Ей казалось, что она скользит по земле, словно божественное существо, не вполне физическое, как все остальные.

Многочисленные шепотки и ропот толпы усиливали предвкушение. В отличие от Кантерлота, в их тихих комментариях не было сомнений или страха перед ней. Некоторые волновались, да, но в основном их беспокоило, как она воспримет происходящее, понравится ли оно ей. Единственный страх, который она чувствовала в толпе, заключался в том, что она может вызвать негативную реакцию.

"Луна, я так рада, что ты решила принять мое приглашение", — сказала Твайлайт, пытаясь соблюсти формальности.

Луна почувствовала, как на ее лице появилась забавная улыбка. "Ну, когда кто-то использует королевский указ, чтобы отменить все мои встречи, не похоже, что нам есть чем заняться".

Твайлайт слегка хихикнула, и тут же все приличия были забыты. Она наклонилась ближе, ее дыхание коснулось уха Луны. "Ну, это будет бесконечно приятнее, чем все остальное, что ты могла бы делать сегодня вечером". Знойный голос, прошептавший это, принадлежал как Твайлайт, так и Найтмер.

"Ты пытаешься соблазнить нас, юная Твайлайт?" — прошептала она в ответ.

"Еще нет" — Эти несколько слов Твайлайт, казалось, обещали так много. Несмотря на то, что Луна не могла видеть, она знала, что на лавандовом лице Найтмер ухмылка.

Луна почувствовала, как магия Твайлайт обволакивает повязку. Ее тепло нежно ласкало ее лицо, пока ткань медленно снималась. Сверкающие пурпурные глаза Твайлайт встретились с ее глазами. Древняя сила смешалась с гораздо более молодой страстью. Луна узнала Найтмер и Свит Дримс, если она не ошибалась, обе они полностью поддерживали Твайлайт. Когда они втроем с тоской смотрели в ее глаза, Луна почти потеряла себя в этих глубоких окнах души.

Твайлайт издала почти беззвучный радостный смех. Она провела крылом между ними, разрывая мгновение. Блаженная улыбка остановила гнев, который Луна могла бы испытать из-за поступка Твайлайт.

Луна укорила себя. Она попалась на один из основных приемов фестральной магии — их чарующий взгляд. Она не была школьной кобылкой, готовой влюбиться в любого фестрала из-за эротических фантазий о вампони.

Она должна была признать, что есть определенная новизна в том, чтобы испытать это от адаптированных к дню глаз. А глаза Твайлайт, безусловно, завораживали, даже без магии. Она и не подозревала, что такой подвиг можно совершить, не имея щелевидных ночных зрачков.

Крыло Твайлайт продолжало свое изящное движение, слегка касаясь лица Луны, а затем взметнулось в привычном грандиозном жесте, направляя ее взгляд на окрестности. Луна позволила своим глазам следовать за ней.

Луна не могла с легкостью определить, где она находится. Все вокруг было в ее собственных цветах и цветах Твайлайт. Знамена и флаги развевались на ветру. Она была совершенно лишена дара речи. Если бы не долгое обучение правилам приличия, ее челюсть, скорее всего, отвисла бы.

Если бы не тот факт, что она узнала некоторых пони, принадлежащих к современности, она бы подумала, что теряется в своих воспоминаниях, как это часто делала ее сестра.

Луна в изумлении огляделась вокруг. Сотни пони праздновали. Все это мероприятие было посвящено ей и Твайлайт. Их кьютимарки были повсюду, а в некоторых жеребячьих играх в качестве призов предлагались даже маленькие плюшевые игрушки, изображающие их обеих.

Нос Луны дернулся, она заметила, что ее голова повернулась за мгновение до того, как ее мозг распознал манящий аромат. Ее глаза сузились, фиксируясь на невозможности, парящей перед ней в ауре Твайлайт. "Как?"

Твайлайт улыбнулась своей пленительной улыбкой. Ее голос отвечал уверенностью и шелком обещанной близости. "Неужели ты думаешь, что мы позволим чему-то помешать нам сделать это свидание идеальным для тебя?"

Твайлайт наклонилась ближе, прижимаясь и вдыхая. Лавандовый аликорн издал одобрительное мурлыканье. Внезапно все те дополнительные приготовления, которые делала ее личная прислуга, обрели смысл. Твайлайт повернулась, с наслаждением проведя крылом по боку Луны. Ей потребовалось много лет, чтобы овладеть самообладанием и не позволять своим крыльям смущать ее перед всеми пони.

Судя по звукам, которые издавали перья, внезапно рассекая воздух, некоторые наблюдающие пони не обладали таким же самообладанием. Очевидно, идея двух принцесс показалась им привлекательной. Мысленно она похвалила их хороший вкус. Сколько снов я увижу с нашей парой? — с весельем подумала она.

"Идем", — с мурлыканьем приказала Твайлайт. "Тебе так много нужно увидеть".

Луна повернулась и пошла следом, на полшага отставая от Твайлайт и рассматривая все вокруг. В том числе и сексуальное покачивание боков, которое Твайлайт демонстрировала в первые несколько шагов. Как она могла забыть, какой дразнилкой она может быть, да еще с Найтмер, помогающей Твайлайт?

Впервые с момента своего прибытия Луна позволила себе по-настоящему рассмотреть всю Твайлайт. Ее естественная красота была почти полностью лишена украшений. Только тяжелое золотое ожерелье с единственным драгоценным камнем. Артефакт, который она случайно создала, чтобы помочь сдержать силу и всепоглощающую страсть Новы.

Даже несмотря на то, насколько привлекательной была стоящая перед ней кобыла, она не могла полностью удержать ее внимание. Не в сравнении с окружающим миром. Это не было похоже ни на что из того, что она видела в современную эпоху. Все выглядело так, словно сошло со страниц истории, из того времени, к которому, по ее мнению, она все еще принадлежала.

Лакомство в форме звезды подплыло ближе к ее морде, требуя ее внимания. Луна медленно вгрызлась в него, и твердая поверхность сломалась, открывая мягкую сердцевину. Ароматы, которые, как она думала, она никогда больше не испытает, взорвались на ее языке.

Она подавила стон, который хотел вырваться у нее, наслаждаясь этим ощущением. За все годы с ее возвращения она не пробовала ничего, даже близко похожего на это жеребячье лакомство. Ее дорогая, иногда эгоистичная, сестра Селестия позаботилась сохранить лишь несколько любимых рецептов пирожных, но не другие блюда из их общего прошлого.

Одна-единственная слезинка грозила вытечь, ее глаза заблестели. Она даже не подумала о том, как она может выглядеть, когда взяла вторую пробу, все еще плавающую в магии ее возлюбленной.

Они шли дальше, и Луна уже начала определять, где они находятся. За всеми декорациями она различила знакомые строения Понивилля. Город был полностью преображен.

Звучала музыка, пони ели, пили, шутили, играли и соревновались. Поединки, воздушные состязания пегасов, состязания земных пони в силе и дуэли единорогов. Если бы только Гранд Галопинг Гала можно было заменить подобным праздником.

Что удивительно, никто из участников не остановился, а те, кто наблюдал, лишь почтительно кивнули ей. Не было ни поклонов, ни расшаркиваний.

Все было почти так же, как на старых турнирах. В отличие от многих других мероприятий, на которых она бывала, здесь, сейчас, она чувствовала, что принадлежит себе. Учитывая то, как вели себя пони Понивилля, она чувствовала себя принятой. Это было чудесно. Луна даже не пыталась скрыть радостную ухмылку на своем лице. "Твайлайт…"

Слова Луны прервались, когда мягкие губы встретились с ее губами. Вкус поцелуя был таким же, как у звездных конфет, но гораздо вкуснее. Луна почувствовала, как ветерок затрепетал в ее неожиданно раскрывшихся крыльях. Она рекламировала свой интерес всем пони в пределах видимости. Но ей было все равно. Она склонилась к этому поцелую, ища, желая углубить его.

Мягкие перья коснулись ее щеки, когда Твайлайт отстранилась. С лукавой ухмылкой она сказала "позже". Луна облизала губы, наслаждаясь вкусом. Она определенно будет с нетерпением ждать этого "позже".

Не раньше, чем ты выйдешь замуж, — прозвучал в ее голове укоризненный голос тети Кейденс.

Луна не застонала, не зарычала и не топнула копытом в раздражении. По крайней мере, так она сказала себе, несмотря на то, что подсказывали ей чувства. Ах, дорогая Кейденс. Что ты здесь делаешь? — ответила Луна, намеренно сдерживая разочарование в тоне.

По двум причинам: первая — чтобы держать вас с Твайлайт под контролем, вторая — потому что, как ты думаешь, где еще Твайлайт могла бы получить больше пони, знакомых со старыми традициями.

Луна огляделась вокруг, снова вглядываясь в сцену: да, здесь было много кристальных пони. Если верить ее беглому взгляду, их было больше сотни. Большинство из них, похоже, были частью Кристальной Стражи. Так вот оно как, похоже, что на кону в этом состязании стоит нечто большее, чем веселье.

"Капитан" — Луна сделала паузу, чтобы убедиться, что она привлекла внимание одного из своих избранных. "Наша гвардия должна выступить и принять участие в этом турнире. Проследи, чтобы наши гвардейцы знали, что мы ждем от них хорошего выступления".

Страйкер кивнул: "Да, моя государыня" — Луна слышала улыбку в его голосе, вероятно, он показал клыки. Она была абсолютно уверена, что ее стражники и повеселятся, и не разочаруют ее. Было бы неплохо дать Кристальной Гвардии понять, что они не единственная оставшаяся компетентная сила.

За считанные мгновения число ночных стражей, наслаждавшихся праздником, удвоилось. Некоторые телепортировались. Другие просто выходили из своих укрытий. Несколько выскочили из тени, просто чтобы похвастаться.

Теперь их число, по крайней мере, приближалось к числу Кристальных стражей. Она подумывала устроить турнир, чтобы выяснить, кого из них она сделает своим Избранным. Теперь соперничество между двумя гвардейскими отрядами сделало бы соревнование более интересным и значимым.

Розовым пятном Пинки Пай промчалась мимо, выхватив из ниоткуда несколько больших предметов. Воткнув их в землю, она быстро добавила второе табло к каждому событию, одно только для гражданских, а второе — для стражников. На табло появилась метка Луны, Твайлайт, Кейденс, символ Вондерболтов и, что самое странное, метка Блюблада.

Тот факт, что Твайлайт не возражала и не реагировала на присутствие Блюблада, заставлял задуматься, когда же их отношения улучшились. Луна отбросила эту мысль. Она всегда могла спросить об этом в другой вечер.

Луна следила за кобылой, когда та совершала очередной подвиг, который должен быть невозможен для обычного земного пони. Почти никто не обращал внимания на выходки устроительницы городских вечеринок. Ну, кроме дочери Луны и ее друзей.

Литтл Стар, Эпплблум и Свити Белль порхали с крыши на крышу, используя дарованные заклинанием крылья, похожие на крылья бабочки. Скуталу летела с величественными крыльями, которые исцелила Твайлайт, демонстрируя превосходство крыльев пегаса над любой магией полета единорога.

Они заняли позицию, наблюдая из-за дымохода за Элементом смеха. Они довольно успешно пытались скрыться. Возможно, в ближайшие годы "Метконосцы" станут охранниками или советниками ее дочери.

Разноцветные крылья, похожие на крылья бабочки, мелькнули в воздухе, когда погоня возобновилась. Луна вспомнила отчет о дружбе, который был составлен из-за того, что Рэрити была слишком очарована красотой этих крыльев. Не то чтобы они могли даже приблизиться к очарованию настоящих крыльев Твайлайт.

Еще одна цветное пятно метнулось за ними, летя неустойчиво, как будто впервые попав в воздух. Деревянная сова, крылья которой горели от пурпурного волшебства Литтл Стар, неуклюже следовала за своим создателем по воздуху.

Позже она обязательно рассмотрит это чудесное творение поближе. В ее груди разгоралась гордость. Ее дочь совершала такие подвиги даже в столь юном возрасте. Подумать только, что она сможет сделать через десять лет.

Луна вновь обратила свое внимание на празднество вокруг. Она была бы счастлива просто наблюдать за этим событием. Но участвовать в нем, гулять среди своих пони, было намного лучше. Даже если бы на этом планы Твайлайт на вечер закончились, она бы запомнила это на долгие годы.

Она позволила своему взгляду снова найти хозяйку. То, что Твайлайт была здесь, делало все интереснее. Вот только бы избавиться от Кейденс на несколько дней. Твайлайт поправила хвост, а крылья слегка покачивались в такт ее движениям, чтобы подчеркнуть, насколько она соблазнительна.

С каких это пор Твайлайт стала кобылой, которая может или хочет так двигаться? — подумала Луна. Твайлайт лишь понимающе улыбнулась, когда Луна окинула ее взглядом.

Твайлайт вернулась к тому, чтобы притвориться, что не замечает, какой эффект ее маленькая демонстрация произвела на Луну и окружающих пони. Она водила Луну по ярмарке, показывая все подряд.

Ее взгляд прошелся по телу Твайлайт и остановился на единственной вещи, которая была на ней. Тяжелое золотое ожерелье — предмет, который был нужен для какой-то цели, а не просто как украшение или символ. Луна вдруг почувствовала, что на ней чересчур много украшений.

Не сбавляя шага, Луна выскользнула из туфель. По ее команде каждая из них погрузилась в свою тень и исчезла из виду. Твайлайт должна была стать равной ей, ее невестой, и если она не наденет корону, то и Луна не наденет. Ее аура подняла корону с ее головы. Взмахом ноги она швырнула ее одному из своих ночных стражей, оставив на шее только пейтрал.

Ощущение голой земли под копытами и чувство вины за то, что она осталась без короны, было слишком сильным. Она позволила своим чувствам земного пони достичь цели, не стесняясь металла, который обычно покрывал ее копыта. Удары каждого копыта, рассказывающие свою историю, в сочетании с каждым живым растением взывали к ней, каждое из которых пело свою собственную историю.

Чувство, похожее на ощущения жеребенка, свободное и возбужденное, начало расти. Оно длилось недолго. Уже не в первый раз она задумалась о том, какой могла бы быть ее жизнь, что она могла бы сделать без бремени короны. Ее шаг замедлился, тяжесть отсутствующей короны давила на копыта. Ее долг стоил ей очень многого.

Из золотого ожерелья Твайлайт донеслась серия звуков, похожих на стук чечетки. Она развернулась к ней так быстро, что ее хвост рассекал воздух, как хлыст. Глаза Твайлайт застыли. С нарочитой медлительностью она подняла в своей ауре единственное перо, как самое смертоносное из орудий. "Дорогая Луна, сосредоточься на том, что я для тебя приготовила, или ты встретишь мой гнев", — произнесла Твайлайт холодным и смертоносным тоном Найтмер.

Дрожь пробежала по позвоночнику Луны. Ее разум, ее тело готовились к битве. Трава щекотала ее босые копыта, когда она неуловимо изменила свою позицию.

Твайлайт медленно наклонилась к ней, ее глаза сузились до драконьих щелей. "И я знаю каждую щекотливую точку на твоем теле".

Проворный ум Луны был ошеломлен лишь на мгновение. Ее охватило облегчение. Найтмер не собиралась нападать на нее. Никакой войны не было. Твайлайт все еще была в безопасности, все еще была рядом. Она не потеряла свою спасительницу из-за того же, что стоило ей тысячи лет.

Она начала улыбаться, но остановилась, когда в ней поднялась еще одна, более древняя паника. В памяти всплыли воспоминания о том, как ее медлительная сестра нападала на нее с длинными белыми перьями, оставляя ее беспомощной. "Ты не посмеешь…"

"Я заставлю тебя кричать о пощаде, пока ты будешь корчиться на земле на глазах у всех пони", — прошептала Твайлайт под почти неслышный довольный рокот.

Луна сглотнула и кивнула. Селестия не позволила бы ей пережить нечто подобное.

"Так-то лучше", — промурлыкала Твайлайт, обмениваясь короткими поцелуями. Затем, как будто всего этого обмена и не было, она грациозно повернулась к Луне спиной. Лавандовое крыло случайно скользнуло по боку Луны, когда Твайлайт возобновила свою соблазнительную походку.

* * *

Они провели не менее часа, наблюдая за каждым поединком. Для гвардейцев это была действительно серьезная битва, на кону стояла гордость их отрядов и их принцессы. Для гражданских это была просто забава, но некоторые из них показали неожиданно хорошие результаты.

Доспехи врезались в землю, когда еще один пони был сбит с ног. Биг Мак доказывал свою силу, являясь действующим чемпионом в Турнире Земных Пони. Даже ее стражники не могли ничего сделать против его почти титанической мощи. Если бы не свидание с Твайлайт, Луна, возможно, предложила бы провести с ним ночь, если он останется чемпионом. Это всегда побуждало жеребцов выкладываться по максимуму.

Белый пегас, тело которого состояло из мышц, наложенных на еще большее количество мышц, вышел вперед. Он должен был стать следующим соперником. Луна молча пожелала ему удачи. Не было правила, запрещающего представителям других племен участвовать в соревнованиях, но без ожидаемой племенной магии они находились в крайне невыгодном положении.

В настоящее время кристальные пони лидировали в поединках с большим отрывом. Поскольку это был их национальный вид спорта, этого следовало ожидать. Галоп копыт и грохот ударов, когда два соперника встречались, происходили через регулярные промежутки времени. На вкус Луны это было немного упрощенно. Настоящая битва никогда не происходила в повторяющихся, предсказуемых лобовых столкновениях.

Из глотки земного пони вырвался грубый крик. "Йееееееееееееееееее!" — Очевидно, один из двух жеребцов победил в их довольно прямолинейном поединке Земных Пони.

Воздушный бой был ей гораздо больше по душе: один из ее фестралов-Ночных Стражей дразнил одного из пегасов, которых Шайнинг Армор взял с собой, когда стал принцем-консортом Кейденс. Его оранжевая шерсть и темно-синяя грива навеяли воспоминания. Это был Флэш Сентри. Тот, кого Кейденс когда-то считала достойным ее Твайлайт.

Пегас Кристальной Стражи был быстрее и обладал большим потенциалом. К несчастью для него, у него было мало реального опыта. Кровавые битвы, через которые Луна готова была провести своих стражей во плоти, не говоря уже о тех ужасах, с которыми они сталкивались в своих тренировках во сне, не шли ни в какое сравнение. Как только Метеор Крэш прекращал играть, один из стражей Флэша терпел поражение.

Вскоре Луна убедилась в своей правоте. Окончательный счет был 10:2. Как и ожидалось, счет на табло был на стороне Луны.

Луне показалось странным, что у Вондерболтов пока ничего не было на табло. Это должно было быть то соревнование, в котором они бы преуспели. Если очевидное предвидение Пинки было таким же точным, как обычно, то можно было не сомневаться, что они будут здесь еще до окончания праздника.

Она глубоко вдохнула. Ее дыхание снова вдохнуло все приятные ароматы. Это было все, что ей было нужно, чтобы попробовать еще больше еды.

* * *

Луна удовлетворенно хмыкнула, с удовольствием поглощая очередную порцию вкусных блюд фестралов. Твайлайт набросилась на свою порцию. На мгновение она стала похожа на дикого зверя, но потом ее манеры поведения за столом внезапно улучшились.

Луне пришлось сдержать хихиканье. Учитывая то, что она слышала о привычке Твайлайт уничтожать гамбургеры, было ясно, что Найтмер или Дримс взяли контроль, чтобы не допустить распространения резни, связанной с едой. Переключение происходило быстро, хотя и не так постепенно, как маска Селестии могла бы проскользнуть внутрь и предотвратить маленькие сцены вроде этой.

В памяти всплыло изображение, которое опубликовала Габби Гамс, когда ее сестра наслаждалась слишком большим количеством торта. Луна проиграла битву, пытаясь сдержать свое веселье.

Уши Твайлайт повернулись к Луне, а глаза последовали за ними. Вид сочного соуса, покрывающего ее мордочку, был слишком забавен. Луна больше не могла сдерживать смех.

Уши Твайлайт слегка откинулись назад, и она слегка склонила голову набок. Ее лицо исказилось в очаровательной смеси смущения и невинности.

Луна наклонилась и с забавной улыбкой нежно облизала сбежавшую приправу с лавандовой мордочки. Луна украла самый дорогой из поцелуев, ее язык снова сообщил ей, что вкус только усиливается, когда она пробует его на губах своей суженой.

Щеки Твайлайт потемнели, и меньшая аликорн изо всех сил пыталась побороть румянец.

Это, несомненно, уже было самым дорогим воспоминанием с момента ее возвращения с Луны, а ведь все только началось.

Навстречу им неслась толпа восторженных голосов и топот маленьких копыт. Это возвестило о том, что небольшая армия жеребят поймала их в этот прекрасный момент.

Более дюжины выкрикивали имя Луны. Несколько меньше — имя Твайлайт. Твайлайт вскрикнула и спрятала вспыхнувший румянец от всего мира крылом.

Один из малышей сзади начал петь. "Луна и Твайлайт, сидели на дереве…"

Прерываясь, остальные позвали. "А вы можете присоединиться и поиграть?" — умоляли они. Пинки стояла сзади, стараясь не привлекать к себе внимания.

Луна не могла отказать, когда на нее смотрело столько очаровательных глаз.

Глаза Твайлайт переместились и стали прищуренными, в них полыхал гнев. Ее мышцы напряглись, и магия начала нарастать в ее теле.

"Для меня будет честью присоединиться к вам в соревновании за лакомства и игрушки", — быстро заговорила Луна радостным тоном.

К счастью, не было никаких всплесков страха. Юная кобылка не заметила потенциального монстра за глазами младшего аликорна. Луна мысленно вздохнула с облегчением. Ей не придется сражаться с кошмарными существами, принимающими облик ее суженого в снах жеребенка сегодня ночью.

Ее крыло потянулось к спине Твайлайт, крепко обнимая ее. "Успокойся, Найт. Чтобы я снова не стала называть тебя Найтмер", — добавила Луна шепотом.

Твайлайт вздрогнула, как от удара. Ее тело напряглось в ужасе. Она почти незаметно прижалась к большому телу Луны, удобно устроившись под перьями Ночного аликорна.

Гнев испарился с лица Твайлайт. Ее глаза вернулись в нормальное состояние. Она не сопротивлялась, когда крыло Луны начало побуждать ее следовать за ней.

"Наши извинения, Луна. Я завидовала их вниманию к тебе", — начал голос Найт.

Голос Твайлайт продолжил. "И меня раздражало, что это не входило в запланированную мной хронологию событий".

"Я прощаю вас обеих, просто помните, когда вы обе согласны на что-либо, ваши эмоции и реакции могут быть непропорциональными", — сказала Луна, вспоминая все случаи, когда ее фрагменты сбивали ее с пути, один больше всех.

Твайлайт твердо кивнула, а затем счастливо вздохнула. Луна полностью переключила свое внимание на жеребят, а теплая мордочка уткнулась в шерсть ее шеи.

Луна ухмыльнулась, обращаясь к толпе малышей. "А теперь ведите, мои хорошие пони".

Множество маленьких копыт и слабая магия потащили пару аликорнов в игрища жеребят.

Твайлайт хихикнула. Звук защекотал шею Луны. Ей пришлось признать, что это было забавно — два самых могущественных существа в мире, которых таскали за собой жеребята.

Как и все здесь, игры были старомодными. Большинство из них были традиционными, еще со времен жеребячества Луны. Единственным отличием было то, что дротики и клинки из пенопласта заменили деревянные. Пока ее тело охотно играло с жеребятами и обучало их правильным приемам, необходимым для освоения игр, ее мысли витали где-то в другом месте.

Она вспоминала давние времена. Времена, когда она смотрела, как играют другие. Тратили монеты, чтобы получить шанс выиграть призы и, конечно же, привлечь внимание аликорна, если у них все получалось. Для тех, кто не был избран, это был единственный шанс. Луна готовилась стать художником, и ее положение было надежным, или она так думала. Поэтому ей не было нужды соревноваться, но она все же участвовала в состязаниях, получая от этого удовольствие.

Ее мысли вернулись к темным временам. Время, которое она ненавидела, время, которого она жаждала. Образы крови, смерти и насилия поглотили Луну. Ее время, вынужденно проведенное на арене, материализовалось вокруг нее. Ее заставляли убивать или быть убитой, пока в конце концов она не упала. Не сумев умереть, она заявила о своем бессмертии. Это не остановило события. Они заставляли ее убивать и убивать, снова и снова, пока она не насладилась кровопролитием.

Раздалось ликование, ее поклонники звали ее. Луна сделала шаг вперед. Ее сердцебиение участилось, мышцы напряглись. Она была готова к действию. Она собрала свою магию аликорна, формируя ее, чтобы она укрепляла и усиливала ее тело. Сколько силы она получит, поглотив источники, душу своего противника на этот раз?

"Хороший выстрел", — воскликнула веселая кобыла. "Теперь, какой приз ты хочешь?"

Грезы разбились вдребезги. О чем она думала? Что она могла сделать с окружающими ее пони. Она держала себя в копытах. Боролась, не позволяя подняться в ней тем испорченным желаниям, которые она ненавидела и так сильно любила. Это было не место для них. Здесь никогда не будет места для них.

"Я хочу эту", — крикнул жеребенок.

В отчаянии она перенаправила свой разум, вызывая другое воспоминание. Понивилль снова исчез. Затравленный взгляд в глазах сестры, слабое свечение магии, удерживающее ее голову неподвижной, а глаза открытыми. Ее сестра заставила ее смотреть на ужасный спорт. Не в силах оторвать взгляд от разворачивающейся бойни, Луна сдалась.

Луна помнила, как сдалась, став их оружием. Всего лишь орудием, которым нужно управлять. Ничто иное, как монстр, жаждущий только насилия и смерти. Чувство вины и ненависть к себе быстро заглушили сладкий зов сирен, ее жажды крови.

Присутствие рядом с ней вернуло ее к реальности. К настоящему. Теплое тело Твайлайт прижалось к ее боку, а ее мордочка нежно прижалась к Луне, прежде чем ее дыхание пощекотало ей ухо: "Я знаю и принимаю тебя такой, какая ты есть, моя Луна".

Луна наклонила голову, чтобы встретиться с глазами Твайлайт. Сочувствующая Найтмер смотрела из них, сдерживая слезы Твайлайт.

"Мамочки. Мамочки", — радостный голос Литтл Стар доносился сверху.

Луна вскинула голову вверх как раз вовремя, чтобы что-то мягкое ударило ее по лицу. Моргнув и откинув голову назад, она увидела реалистичную имитацию лавандовой шерсти Твайлайт. Луне потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что она сейчас держит в своей ауре. Литтл Стар практически набросилась на обеих своих матерей с игрушками друг друга в натуральную величину.

Ее дочь улыбнулась им обеим широкой невинной улыбкой. "Так вы сможете быть вместе, когда будете врозь".

Луна обняла свою новую плюшевую Твайлайт и ласково погладила ее. Настоящая хихикнула.

Твайлайт погладила свою маленькую Луну, и Луна почувствовала, как копыто пробежалось по ее гриве. Глаза Луны расширились при понимании всех последствий такой пары проклятых предметов. Все ужасные вещи, которые делали тираны прошлого, все то, что делал с ней ее хозяин.

"Расслабься, Лулу, мы проверили ее заклинание. Оно работает, только если мы обе касаемся наших плюшевых игрушек и не можем послать боль".

Луна почувствовала, как перо коснулось ее в том месте, где Кейденс точно бы не одобрила. Благодаря долгой практике, она держала лицо прямо и не позволила проявиться ни одной видимой реакции. Но даже в этом случае ей пришлось использовать магию, чтобы скрыть изменения в своем запахе.

Довольная ухмылка Твайлайт сменилась хмурой растерянностью.

Луна улыбнулась, в ее глазах блеснул огонек. "В эту игру могут играть двое…"

Твайлайт потянулась копытом к золотому ожерелью, отчаянно торопясь сотворить с ним какую-то сложную магию. Она издала дрожащий вздох, ее рог зажегся, и обе игрушки исчезли.

Литтл Стар смотрела на них. Ее растерянный взгляд сменился разочарованием. Луна не могла этого допустить. Она обняла свою дочь, обхватив ее крыльями. "Мы в восторге от твоего подарка, такая великолепная и неожиданная работа над заклинаниями".

Сомнение сменилось гордостью и радостью в выражении лица маленькой кобылки.

"Они немного великоваты, чтобы держать их при себе, пока мы будем наслаждаться ярмаркой", — добавила Твайлайт.

Литтл Стар кивнула, явно успокоенная этим объяснением.

"У нас обоих будет время оценить их позже", — добавила Твайлайт. Луна была уверена, что это было сказано исключительно для ее успокоения.

Метконосцы заходят на посадку. Юная Скуталу так же динамична, как Рейнбоу Дэш. Свити Белль была нежна, как балерина, приземлившись пируэтом на одно копыто, а затем опустившись на четвереньки. Эпплблум использовала все преимущества своей прочности, чтобы просто прекратить полет, врезаться в землю и пройтись по ней.

"Давай, Стар", — сказала Скуталу. "Мы должны выиграть больше призов".

Аура Стар окутала Луну и Твайлайт, заключив их в крепкие объятия.

"Хорошо", — воскликнула Литтл Стар, телепортируясь прочь.

Аура вокруг нее исчезла. Луна опрокинулась и упала, слишком близко к Твайлайт и земле, чтобы поймать себя. Она споткнулась, опрокинулась, и гравитация победила, заставив пару аликорнов споткнуться и упасть на землю в несколько компрометирующем положении.

Кэндис мысленно послала не слишком вежливый звук кашля. "Конечно, она это видела", — сетовала Луна.

Твайлайт хихикнула, когда они отцепились друг от друга.

* * *

Вид Рэрити, которой помогал сам принц Блюблад, ведущей соревнования по дуэли единорогов, был чем-то шокирующим. Все, что Твайлайт сказала по этому поводу, — это ее понимающая улыбка. Было ли это делом копыт Кейденс или просто этот высокомерный жеребец-пустозвон перевернулся с ног на голову из-за шока, который устроила ему Твайлайт?

Она отмахнулась от этой мысли: единственное, что имело значение здесь и сейчас, — это удовольствие Твайлайт и ее собственное от этого события. Твайлайт явно потратила столько времени и сил не только на организацию, но и на то, чтобы сохранить все в тайне от нее. То, что она не получила даже намека на это из снов пони Понивилля, означало, что Твайлайт, должно быть, использовала немало магии, чтобы не допустить этого в их снах.

"Когда ты что-то задумала, ты не разочаровываешь, Твайлайт".

Твайлайт перевела взгляд на Луну с ленивой, довольной улыбкой, на мгновение показав клыки: "Естественно".

Уши Луны дернулись в поисках хоть какого-нибудь намека на то, что остальные видели эту маленькую демонстрацию. Но ничего, кроме звуков пони, наслаждающихся ярмаркой и соревнованиями, не было. Вскрик заставил ее уши дернуться.

"Смотрите, это Рейнбоу!" — раздался голос юной Скуталу.

Луна расслабилась, подняла голову, и радужный след увлек внимание Луны в небо. Рейнбоу Дэш, одетая в форму Вондерболта, как раз снижала скорость, явно буксируя сюда двух других членов своей команды. Разлетающиеся кольца и гул соник рейнбум свидетельствовали о том, сколько усилий приложила атлетичная кобыла, чтобы вовремя доставить сюда себя и своих товарищей по оружию.

"Ну, по крайней мере, она знает, как сделать вход, даже если он немного аляповатый" — прокомментировала Рэрити.

"Это, безусловно, замечательное проявление силы и мастерства", — уважительно ответил Блюблад.

Рейнбоу быстро осмотрела ярмарку и остановила свой взгляд на Твайлайт. Быстрое движение крылом, и все три Вондерболта пикируют в их сторону, одновременно взмахнув крыльями и остановившись прямо перед ними.

Перья рассекли воздух, когда Рейнбоу отсалютовала, остальные последовали ее примеру. "Вондерболты явились на соревнование, принцессы".

"Добро пожаловать на Вечернюю ярмарку, пусть Понивилль гордится вами", — воодушевилась Твайлайт, ее голос изменился с намеком на мурлыканье, — "заставьте меня гордиться".

Кончики ушей Рейнбоу потемнели, прежде чем она вернула себе самообладание. Луна окинула взглядом кобылу, ее гладкую форму, подтянутое атлетическое тело и новые дополнения к ее экипировке. Копытное лезвие выглядело смертельно опасным, на его поверхности плясали малиновые и пурпурные чары, когда на него падал свет. На другой передней ноге была наспех сколоченная пластина брони. Учитывая то, как Рейнбоу Дэш предана своему мастерству полета, я готова поспорить, что даже Твайлайт не смогла бы найти разницу в весе между ними.

Луна улыбнулась. "Что ж, похоже, конкуренция в воздушных состязаниях только что стала немного жестче".

"Развлекайтесь", — добавила Твайлайт, отстраняя Вондерболтов резким взмахом крыла.

Все трое отправились на воздушные соревнования, а Рейнбоу неожиданно отвлеклась на поединок. Луна проследила за ней взглядом: "Ты выбрала хорошего рыцаря, Твайлайт". Луна оглянулась на Твайлайт. "Когда ты прикажешь ей приступить к своим обязанностям?"

Твайлайт тепло улыбнулась. "Пока что я оставлю ее с Вондерболтами, там она счастливее всего. И не то чтобы мне нужен рыцарь, постоянно находящийся рядом со мной". Она наклонилась ближе. "Ты отдала мне Кэндис, помнишь?"

* * *

Наконец все результаты конкурсов были подведены. Толпа пони стояла между ней и возвышающимся табло. К счастью, ее роста и острого зрения было более чем достаточно, чтобы прочесть его с того места, где она находилась. Луна доела свою закуску и посмотрела на результаты.

> Поединок единорогов

> 1-й Кристальная стража / Шайнинг Армор

> 2-й Ночная гвардия / Мунстоун Страйкер

> 3-я Рэрити Белль

Луна хмыкнула, она была разочарована тем, что ее капитан подвел ее, но в этом был смысл. Она не очень-то учила своих ночных гвардейцев играть честно. Так что с такими ограничениями она могла бы простить ему это. То, что Рэрити не только приняла участие, но и заняла третье место, было неожиданностью. Она оказалась кобылой со множеством талантов.

> Турнир земных пони

> 1-й Биг Мак

> 2-я Сноуфлейк

> 3-я Эпплджек

Эпплы всегда славился силой своей родословной, поэтому в состязании грубой силы без особых навыков можно было ожидать, что клан Эппл займет два из трех первых мест.

> Воздушный бой

> 1-й Вондерболт / Рейнбоу Дэш

> 2-й Ночная гвардия / Метеор Крэш

> 3-я Лайтинг Даст

Луна сделала паузу и выглядела задумчивой: "Твайлайт, может быть, мы нашли другого кандидата в твои охранники?". Она указала копытом на третье имя. "Она немного грубовата, но ты специализируешься на спасении пони и превращении их в достойных союзников".

"Я бы… так не сказала".

"Тогда как бы ты назвала Старлайт?" — сказала Луна, прежде чем переключить свое внимание на остальные результаты.

> Поединок

> 1-й Кристальная стража / Топаз Лансер

> 2-й Вондерболт / Рейнбоу Дэш

> 3-й Ночная гвардия / Ивнинг Мист

> Свободный матч

> 1-й Старлайт Глиммер

> 2-й Ночная гвардия / Шэдоу Лайт

> 3-я Ночная гвардия / Оникс Стар

> Уклонение от мяча

> 1-я Литтл Стар, Грей, Торн

> 2-й Метконосцы

> 3-е Сапфир Харт, Куки Бланкет, Блиц

Луна улыбнулась, ее глаза задержались на имени дочери. Уже сейчас она претендовала на первое место в конкурсе мастерства. Да, возможно, это была всего лишь игра жеребят, но в более поздние годы она могла бы уворачиваться не от простых мячей, а от взрывов заклинаний и дыхания дракона.

Когда пони, наблюдавшие за этим событием, заснут, она узнает, удалось ли кому-нибудь из них посмотреть и захотят ли они поделиться воспоминаниями о событии. Она хотела наблюдать за своей дочерью, дарованной гармонией. Она хотела иметь картину этого момента, даже если она никогда не увидит его своими глазами. Просить Старлайт использовать заклинание времени показалось ей немного экстремальным, когда у Луны были свои способы наблюдать за состязанием по уклонению от мяча.

Луна отметила всех своих ночных гвардейцев, занявших места в первой десятке, чтобы потом подумать о них, а пока выкинула эти результаты из головы. Твайлайт вела ее к самому большому магическому куполу, центральной части арены, хотя до сих пор на ней не произошло ни одного события. Толпа пони расступилась перед ними. Как будто их ждали.

Пурпурная аура окутала ожерелье Твайлайт и небрежно поднесла его к ожидающей Кэндис. Избранница Твайлайт приняла его с радостной улыбкой, ее глаза были полны любви, которую она испытывала к ним обеим. Луна почувствовала, как от нее исходит сила Твайлайт, теперь сырая и необузданная.

Твайлайт взяла ее за копыто и вывела на арену, энергия струилась за каждым поворотом. "Потанцуем?" — спросила Твайлайт, ее манящие глаза были прикованы к глазам Луны. Одного этого взгляда было бы достаточно, чтобы увлечь ее за лавандовой кобылой.

Голубая магия Луны подняла ее пейтрал и опустила его на землю. Она толкнулась вперед, пробиваясь сквозь мембрану. Интенсивная энергия покалывала, струясь по ней. Она огляделась вокруг, сканируя глазами толпу. Казалось, почти все присутствующие были полностью сосредоточены на ней. Каков же был план Твайлайт? Она улыбнулась, как жеребенок на празднике.

Первое копыто Луны опустилось на мягкий песок, когда она ступила на территорию. Она глубоко вдохнула, чистый аромат был почти ошеломляющим. Здесь еще не было пролито ни капли крови.

Как только ее последнее копыто и хвост переступили порог, все за пределами купола исчезло из поля зрения всех ее магических органов чувств. Что же она задумала такого, что потребовало такого уровня заклинаний для защиты толпы?

Магия единорога Твайлайт вспыхнула, и ее тело рассыпалось в искрящуюся пыль. Молекулы света вновь образовали ее на другой стороне арены. Лица толпы изменились, давно умершие пони смотрели на свою чемпионку. Перед ней стоял еще один противник — поединок за справедливость или развлечение?

Луна моргнула. Твайлайт стояла перед ней, высокая, царственная, сильная. От нее исходила сильная пульсация магии, невидимая, но определенно ощущаемая. Купол был единственной причиной, по которой ближайшие пони не отпрянули от безудержной силы Твайлайт. Затем еще один и еще. Каждый удар повторялся, но четвертый был более сильным. Лавандовая кобыла перед ней, ее будущий противник, начала кружить. Ее источники пульсировали в идеальном ритме.

"Ты знаешь, что ты предлагаешь?" — спросила Луна, ее магия отчаянно хотела попасть в такт с магией Твайлайт. Окружающее мерцало. Одно мгновение — прошлое, другое — настоящее.

"Знаю", — ответила Твайлайт, почти без преувеличения отмечая копытами ритм, в котором будет проходить их танец.

Удар.

Луна дернула ухом, и все ночные стражи снова топнули копытами, удары бронированных копыт по земле идеально совпали с ритмом Твайлайт.

Несколько панических криков донеслись до нее и грозили отвлечь. Нервные крестьяне. Что? Они что, впервые попали в яму? — подумала она.

Треск, треск, лязг,

С каждым ударом раздавался звук удара металла о металл.

Луна почувствовала, как ее сердце заколотилось в груди в такт ударам. Луна широко улыбнулась, позволяя своим источникам подхватить ритм, соглашаясь с вызовом. Не сводя глаз с Твайлайт, она тоже начала кружить.

Кристальные стражи быстро присоединились к ним, звон Кристальных доспехов придал ритму богатый резонанс.

"Не стоит беспокоиться о том, чтобы сдерживаться, только те, у кого есть фестральные глаза, смогут увидеть, что здесь происходит на самом деле", — пропела Твайлайт.

Луна сделала шаг. Словно в одно мгновение пара начала медленно кружить друг вокруг друга. Каждый из них скользил над землей, словно ничего не весил. Твайлайт двигалась с надменным изяществом, высоко подняв голову и делая длинные шаги. Сама Луна двигалась походкой преследующего хищника, низко опустив рог и готовая к удару.

С каждым шагом Луны все больше и больше исчезал мир за пределами арены. Прошло так много времени, так много времени с тех пор, как она могла использовать даже часть своей силы, опасаясь побочного ущерба, который она могла бы нанести. "Правила?"

"Стандартный шоу-поединок", — ответила Твайлайт.

Прошло много времени, ей хотелось начать, но у нее был один долг, который она никогда не могла оставить. "А мой долг — поднять луну?"

"Это всего лишь намек к тому, чтобы мы сделали все еще более захватывающим, дорогая Лулу". Твайлайт подергала крыльями, предлагая подняться в воздух.

Удовлетворив свои обязательства, Луна запустила свою пегасью магию, принимая ритм. Они обе снова приближались к исходным позициям. И на этом все закончилось. Соревнование началось. Их кровавый танец, шоу, исполняемое под музыку воинов.

Удар.

Несколько шагов ближе, осталось недолго.

Удар.

Почти на месте.

Удар.

Крылья опустились, земля отступила.

[Изображение: https://lh6.googleusercontent.com/EEKXovJ3LrvjkCkVluite9Nex4qKNyob0ICrmOx4nnORW-pyeU-c_SEsbnX5eQ2pwqIrmQHxGOxcuRdcrt4KgObadF4I2OAu9wsKNu5lPPTaG8kWOLkZ45gfbL2LV6vHIr89wA3OrC79mkUWUDD_kQ]

Они поднялись в воздух и начали танец, кружась друг вокруг друга. Все пони и все за пределами купола перестали существовать. Топот стражников заглушал оглушительный стук ее сердца.

Рог Твайлайт засветился, и в нем зажглась ее сила. Десятки смертоносных пурпурных шипов вырвались наружу. Каждый из них, танцуя по математической схеме, охотился за плотью Луны. С каждым ударом сердца они подпрыгивали.

Настоящие атаки должны были приземляться в такт. Любые другие были бы просто показухой, зрелищем.

Крылья понесли ее вперед. Ее прямой удар дополнялся изящным кувырком в воздухе здесь, спиралевидным поворотом там. Ее зачарованный клинок отразил два последних удара, и она прошла. Твайлайт зажгла свой рог, но заклинания не последовало. Вместо этого на Луну обрушился шквал физических атак.

Луна блокировала удар, отклонила его в сторону и притянула Твайлайт к себе, отбрасывая ее в сторону, словно это был не более чем танец ухаживания.

Острый удар пронзил ее лицо. Кровь потекла по щеке. Насыщенный медный аромат взбодрил ее. Луна облизала губы. Твайлайт, ее спасительница, взяла первую кровь. Луна рассмеялась, радостно и ярко. Ответом ей было трио голодных кос, рвущихся по воздуху к ее суженой.

Они продолжали свой танец, заклинания, зачарованные клинки и удары копыт артистично передавались между ними. Ритм этой дуэли, биение их сердец и пульсация их магии, все в такт. Рваные раны и переломы, ожоги и синяки — все это было лишь акцентами. Боль, отданная и полученная, лишь пьянящая приправа к моменту, когда их пролитая кровь смешивалась с песком внизу.

Солнце опустилось, сумерки были лишь кратким движением, когда Селестия отправила свое небесное тело на покой. Двое сражающихся разошлись. Луна улыбнулась, ей пришла в голову идея. Твайлайт сказала, что нужно сделать все эффектно, так что именно так она и поступит.

По ее приказу мир потемнел. Черная пустота беззвездного неба впервые за более чем тысячу лет украсила небосвод. Луна поднялась в воздух с помощью одной лишь магии. Ее крылья широко раскинулись по декоративной дуге, совсем как у ее сестры на празднике Летнего Солнцестояния.

Луна приветствовала ее, ее магию, обнимая ее, как давно потерянного друга, у которого есть тысяча новых и чудесных вещей, которыми можно поделиться. С нетерпением ее заряд устремился в небо, заняв свое место между изгибами ее крыльев.

Луна ярко вспыхнула. Из глаз Луны пролился белый свет. В такт она хлопнула копытами, и титанический удар прозвучал как тысяча раскатов грома. Звезды вспыхнули, и все они закружились вокруг луны, как ореол.

Толпа затихла, потрясенная величием ее демонстрации. Более того, глаза Твайлайт сверкали от изумления, даже когда ее мордочка искривилась в самодовольном выражении вспомнившегося довольства.

Подсвеченная своим зрелищем, Луна выставила вперед свой рог. Массивное магическое копье, больше ее самой, вырвалось вперед. Твайлайт даже не попыталась уклониться. Вместо этого она ответила на вызов вызывающей ухмылкой. Между ними образовался огромный щит в форме ее Элемента.

Атака уровня аликорна врезалась в огромную пурпурную звезду и была отражена. Она раскололась, большая полоса песка превратилась в расплавленное стекло. Барьерный купол на противоположном копыте даже не дрогнул.

Теперь битва действительно могла начаться, и лицо Луны исказилось в злобном оскале.

Взрывы, способные пронзить небеса, удары, способные сокрушить горы, и заклинания такой силы, каких не видели со времен битвы с Тиреком, обменивались с остервенением. Луна не могла вспомнить, когда в последний раз она чувствовала себя такой живой.

Луна завыла от радости и взмахнула своей зачарованной косой по изящной дуге, приготовив свой рог для атаки Твайлайт, когда та появится из телепорта. На этот раз не было никакой вспышки магии. Лавандовая передняя нога и часть морды Твайлайт по спирали упали на песок, оставляя за собой кровавый след. Если там была хоть одна песчинка, не залитая их кровью, Луна не могла представить, где она прячется.

Твайлайт устала, она хорошо сражалась и отдала столько же, сколько получила. Молодой аликорн выстоял против всей мощи Луны. Да, в этом состязании были свои правила, да, Твайлайт должна была использовать свою магию единорога для подкрепления всех своих действий, чтобы иметь хоть какой-то шанс, но все равно, это было потрясающе. Но, к сожалению, ее противник замедлялся, магическое и физическое истощение начинало давать о себе знать.

Луна рассеянно продолжала бой, наблюдая, как Твайлайт исцеляется. Ее атаки были скорее экстравагантными, чем эффективными. Как же это закончить? Она не хотела, чтобы все закончилось тем, что Твайлайт просто упала в обморок.

Твайлайт встретила ее взгляд, и ее магия вспыхнула. Ее тело ярко вспыхнуло. Ее грива затрепетала, как пурпурный огонь. Это было бы настолько же эффектно, насколько и безрезультатно. Луна улыбнулась: по крайней мере, это будет подходящий финальный обмен.

Живой снаряд, окутанный огнем и трещащий от молний, устремился к ней. Луна встретила его, закрыв себя броней из зачарованного льда и тени. От одного только звука столкновения у Луны лопнули барабанные перепонки. От удара у Луны сломалась половина ребер.

Конечности Луны метнулись в сторону, поймав в ловушку уже полностью истощенную противницу. Захватив крылья Твайлайт, она позволила им обеим упасть. Потребовалась лишь небольшая корректировка, чтобы ее противник упал первым. Все еще спутанные, они врезались в пол арены. Стекло разлетелось вдребезги, и в воздух взметнулся песок.

Почти обжигающий жар тела Твайлайт прижимался к ней, пока Луна удерживала захват. Она специально расположилась так, чтобы сломанное тело Твайлайт могло правильно зажить. Ее аура проникла внутрь и, как пазл, вставила отдельные фрагменты кости, чтобы заживление шло быстрее.

Твайлайт лежала неподвижно, ее дыхание было неровным, ее магия была настолько истощена, что она уже не могла даже сопротивляться настойчивому требованию своей плоти о кислороде.

Луна наклонилась, приставив кончик рога к открытому горлу Твайлайт. "Матч мой", — прошептала Луна.

Твайлайт покорно откинула голову назад. Очевидно, это было максимальное физическое усилие, на которое она сейчас была способна.

Эта кобыла, прижатая к ней, обагрила ее кровью, заставила ее заслужить эту победу. Твайлайт построила все это событие только ради одной цели. Просто чтобы сделать этот момент как можно более идеальным для одной временно передвинутой кобылы.

Луна провела светлым рогом по шее Твайлайт, придвинувшись, чтобы прошептать ей на ухо. "Спасибо тебе. Я давно не чувствовала себя такой живой".

На лице Твайлайт появилась настороженная, но довольная улыбка. Ее полуприкрытые глаза заманчиво смотрели на Луну. Луна взяла свой приз. Мягкие губы приветствовали ее, а пропитанные кровью крылья обнимали ее.

Это была поистине лучшая ночь в ее жизни.

* * *

## 37.3 Вечерняя ярмарка небольшие осложнения

* * *

Кейденс улыбнулась, не сумев скрыть, что ее глаза слегка остекленели. Она все еще не могла полностью скрыть, что сосредоточена на своей сфере. По всему дворцу кружились и перемещались разноцветные линии сердец. Эмоций было так много, что, казалось, воздух вибрировал. Волнение и радость кружились вокруг нее, являясь счастливым фоном для главного события. Она сдвинула крыло и смотрела, как вихри и вихревые потоки движутся в насыщенном энергией воздухе.

Ухаживание аликорнов нельзя было недооценивать. Когда Кейденс начала встречаться с Шайнинг Армором, завязалось более дюжины новых отношений. Все они были между теми, с кем она случайно проводила время. Эмоции аликорна могли легко влиять на других, если они не контролировали себя полностью. О двух аликорнах, когда хотя бы один из них был нестабилен, даже думать не хотелось.

Рэрити издала свой музыкальный, элегантный смех. Внимание белой кобылы было приковано к принцу Блюбладу, и она пристально смотрела на него. Блюблад со своими изысканными манерами сидел напротив Рэрити, и два белых пони казались одним целым, поскольку он с удовольствием делил с Рэрити чай и бутерброды. Кейденс не могла удержаться от того, чтобы не покачать головой. Она никогда не ожидала такого поворота событий.

С ее точки зрения, все было просто беспорядочным нагромождением цветных линий, извивающихся между близкими и далекими пони. Она сосредоточилась на этой паре. Линия между ними была молодой и свежей. Проступки прошлого были почти забыты щедрой натурой Рэрити, оставив лишь слабые пятна. Со временем даже это поблекнет. На стороне Блюблада был оттенок серого, смесь грусти и печали, но суть была светлой. Он действительно пытался искупить свою вину.

Кейденс мысленно произвела несколько расчетов. Пятьдесят на пятьдесят, что они либо станут хорошими друзьями, либо начнут путь к чему-то более глубокому. Она была несколько поражена результатом, к которому пришла. Что-то фундаментальное изменилось в смертном принце, но что?

Блюблад встал и направилась к одной из стоек с едой. Ее взгляд привлекло мелькнувшее движение. От него тянулась тонкая нить связи. Ее было видно только тогда, когда она обрывалась на фоне более яркой линии сердца. Эта странность была слишком тонкой, чтобы она могла определить ее цвет, но все же острой и прочной. Казалось, что она может порезаться об нее, если потянется к ней. Это было неестественно, все такое узкое должно держаться не более нескольких секунд. Прядь разделилась пополам: один конец направился к Луне, другой — к Твайлайт. Сердечные линии никогда не вели более чем к одной пони. Это будет загадкой, которую она разгадает в другой раз. Она казалась слишком слабой, чтобы иметь какой-либо реальный эффект.

Она следила глазами за Твайлайт и Луной, пока они шли к главной арене. Она была рада, что между ними все идет хорошо. Ее невестка разыграла свои карты почти идеально, несомненно, присутствие Найт в ней очень помогло. Было несколько моментов, когда Кейденс опасалась, что кто-то из них вот-вот сорвется и сделает что-то безумное. Каждый раз эмоции одного из них уходили в очень темное место. Но, к счастью, им удалось сдержать себя, прежде чем ей пришлось заставить Шайнинга применить свой особый талант, чтобы обезопасить пони Понивилля.

Когда их дочь напала на них с плюшевыми игрушками друг друга, это был момент, точно запечатленный на пленке.

Кейденс сосредоточилась на переплетении линий Сердца между ее невесткой и тетей. Трудно было разглядеть все в деталях. Было слишком много линий, светящихся преданностью и благодарностью родителей жеребят, которых исцелила Твайлайт.

Ей приходилось отгораживаться от них по очереди, чтобы как следует рассмотреть. Линии Найт и Дримс были самыми простыми. В них была толстая розовая нить беззаветной любви к Луне. У Найт была грусть, а у Дримс — легкая ревность. Казалось, какая-то часть Дримс хотела оставить Твайлайт только для себя.

Я должна поговорить с ней, может быть, мне стоит пригласить ее в мой Бастион, чтобы поболтать после следующего урока с Найт? — подумала Кейденс.

У Новы не было ничего, кроме необузданной страсти и вожделения, но был потенциал для того, чтобы это переросло в нечто большее.

Твайлайт тянула за собой всех остальных. Ну, всех, кроме Грей. Линия Грей была тонкой и скучной, Кейденс так и представляла себе эту кобылу, сидящую в библиотеке Твайлайт, скучающую и ждущую, когда же закончится эта ярмарка, чтобы вернуться к учебе.

Было несколько уникальных оттенков, глубокое уважение Твайлайт к аликорну Ночи, ее дружба и ее собственная похоть. Была сильная любовь, но это была любовь между друзьями, компаньонами. Полностью отсутствовало что-либо, что можно было бы назвать настоящей романтической любовью, не зародившейся ни в Найт, ни в Дримс. Фрагменты все значительно усложняли.

В общем и целом, все шло как нельзя лучше.

Когда ее органы чувств обратили внимание на ее область, приближение Шайнинга Армора было для нее как второе солнце. Тепло и прочный фундамент их общей любви отвлекали ее.

"Эй, Кэди, насчет бюджета. Я думаю, нам нужно потратить еще немного на обучение наших охранников".

Она моргнула, ее зрение пришло в норму, когда видимые линии между пони отступили туда, где она лишь подсознательно осознавала их.

"Шайнинг, я думаю, мы можем поговорить об этом завтра, я не думаю, что эта ярмарка — подходящее место для официального разговора".

Шайнинг Армор выглядел так, словно мог возразить. Каданс наклонила голову и приподняла бровь, приподняв одно ухо, чтобы он мог видеть.

"Ладно, тогда завтра".

Она улыбнулась с любовью. Она действительно хорошо его выдрессировала. Ему потребовалось совсем немного времени, чтобы выучить выражение "толкни меня, и ты окажешься на диване". Теперь вопрос был только в том, как донести до него, что у нее есть тысяча несокрушимых стражей, которых она может вызывать где угодно и когда угодно. Это и медленно растущее число кристаллических лучников-пегасов, которых создавал ее первый фрагмент.

Возможно, она могла бы представить это как древнюю защиту Кристальной империи, которую она унаследовала. В каком-то смысле это было правдой, по крайней мере, с определенной точки зрения. Нет, она не хотела быть похожей на Селестию — сплошные секреты и заговоры. Но, с другой стороны, она не смела сказать ему правду. Если бы он узнал, насколько она сильна, он бы почувствовал себя бесполезным.

* * *

Звуки топота стражников и раскаты грома придавали поединку двух принцесс первобытную энергию.

Кейденс наблюдала за происходящим, и чувство неполноценности поднималось, сжимая ее грудь. Наблюдая за ходом битвы, Твайлайт и Луна танцевали и переходили от одного движения к другому. Каждое действие, каждый удар — все это дополняло произведение искусства. Похоже, она еще больше отстала в боевой подготовке, чем думала вначале. Ей придется попросить Найт потренировать ее во время следующего урока.

Толпа пони увлеченно наблюдала за происходящим, охваченная восторгом от зрелища. Более чем несколько из них пританцовывали, топая ногами в такт.

На нее обрушился всплеск негативных эмоций. Он ударил по ее чувствам, как молот. От почти физического удара голова Кейденс покачнулась вперед. Ее взгляд переместился в ее владения, и она позволила всем своим чувствам расшириться. В голове царила путаница темных чувств.

Литтл Стар сидела со своей подругой на облаке, застыв неподвижно, от них исходили ужас и отвращение. Страх, смятение, паника и острая потребность что-то сделать, сдерживаемая лишь сомнениями в том, что делать.

Прыгнув в воздух, она преодолела половину пути к ним еще до того, как ей понадобилось расправить крылья.

Что-то, показанное магией Литтл Стар, поразило Литтл Стар и метконосцев. Кейденс переместилась, чтобы посмотреть, что это было. Это было похоже на какое-то заклинание, показывающее битву с более близкого расстояния.

Луна взмахнула булавой со светящейся магией, нога Твайлайт сломалась, зазубренные кости прорвали ее шерсть. Кейденс почувствовала, как у нее забурчало в животе: тошнота пыталась самым непосредственным образом изгнать из ее тела большое количество съеденных ею закусок.

Кейденс перевела взгляд на купол: внутри Твайлайт и Луна все еще сражались, нога Твайлайт светилась красным, но выглядела целой. В окне просмотра было видно, что нога Твайлайт заживает, кости возвращаются в правильную форму.

Ни одна пони не должна была наблюдать за этим, тем более эти четверо кобылок. Кейденс обхватила всех четверых своими крыльями, закрыв им обзор. "Все в порядке, никто не пострадал, просто забудьте о том плохом, что вы видели сегодня", — прошептала она им.

Трое из четверых спокойно улеглись в ее объятиях. Один из них все еще был напряжен и слегка дрожал. Она посмотрела вниз, встретившись со слезящимися глазами Литтл Стар.

"Тетя Кейдансе почему ты солгала им?" — спросила Литтл Стар шепотом.

"Я… Они еще слишком малы для правды", — ответила она.

"Правда — это правда. Как ты можешь быть слишком мала для правды?"

Как она собиралась ответить на этот вопрос? Она обдумала все, что знала о Литтл Стар. Она была милым жеребенком, заботилась о других, но была излишне логичной. "Когда знаю, что это причинит вред или заставит кого-то из пони сделать что-то, что причинит вред им или другим".

"Но вы использовали на них контроль разума, как…"

"Не контроль разума, это дар аликорнов, мы обязаны использовать его, чтобы помочь нашим пони".

"Помогать пони, контролируя их?"

Это действительно звучало плохо, когда она так выразилась. "Мы должны помогать делать жизнь наших пони лучше, облегчать их страдания, когда можем, и защищать их, даже от самих себя".

"Как это их защищает?"

"Если они вспомнят, что видели это, им будут сниться кошмары… возможно, до конца жизни, и они будут бояться приближаться к обеим твоим матерям".

"Ты смотрела на выражения лиц своих матерей? Видишь ли ты улыбки, смех?"

Литтл Стар изучала сцену как через окно, так и без него. Она кивнула. "Да"

"Для аликорна это… это просто тренировка… и, похоже, обеим вашим матерям нравится поддерживать свои навыки в остроте. Для них это просто игра, в которой они обе знают, что никакого постоянного вреда не будет".

"Так они играют?"

"Да… это не та игра, в которую я бы хотела играть, и не та, в которую они могут безопасно играть с другими, но да". Ее взгляд устремился на жестокую расправу, которую учиняли друг над другом ее коллеги-принцессы. Кейденс поборола дрожь, грозившая нарушить ее спокойствие. На фоне этой жестокости тренировки Луны казались такими же нежными, как объятия возлюбленного.

Литтл Стар в замешательстве наклонила голову. Она выглядела так же, как ее мать в этом возрасте: "Значит… значит, они не ненавидят друг друга?"

"Нет, конечно, нет. Я — аликорн Любви, и я вижу, что они чувствуют друг к другу… и хотя я не понимаю почему, это только заставляет их любить друг друга еще больше".

Литтл Стар посмотрела на свою деревянную сову. "Ухууу", — сказала она.

"Теперь закрой эту штуку, и если ты должна смотреть, то смотри, как они хотели, пожалуйста".

Луне и Твайлайт придется за многое ответить,  — подумала Кейденс, радуясь, что Луна — это аликорн снов. С ее успокаивающими словами, неэффективными с точки зрения силы аликорна, Литтл Стар сегодня ночью будут сниться ужасные кошмары.

Маленькое копытце начало гладить сову. "Хорошо",  — сказала Литтл Стар, и неотредактированный вид погас.

Из-под крыла Кейденс Литтл Стар наблюдала за ожидаемым зрелищем дуэли аликорнов. На лице кобылки застыло напряженное, непостижимое выражение.

Остаток ярмарки Кейденс провела, сидя на облаке и составляя компанию четырем молодым пони.

* * *

## 38. На следующее утро

* * *

"Почему ты здесь?" — требовательно спросил знакомый голос кобылы. Слова пронзили последние остатки сна. Глаза Блюблада распахнулись. Интенсивные пурпурные глаза смотрели прямо на него. Это были глаза Твайлайт, и она смотрела прямо на него. Ее зажженный рог опустился, целясь прямо ему между глаз. Ее магия залила комнату ярким светом.

От нее исходили волны магической силы. Тупая боль пронзила его рог. В воздухе витала такая энергия, что он ощутил ее на вкус. Приливы магии придавили его к незнакомой мягкой кровати.

Он откинулся назад, или, по крайней мере, попытался это сделать. Его тело не смогло прийти в движение. Оно предало его. Его глаза расширились, и его пронзил всплеск адреналина. Сердце забилось в груди. Он был обречен. В любой момент его жизнь промелькнет перед глазами, и он умрет от любого заклинания, какое только взбредет в голову Твайлайт.

Два мягких копыта прижались к нему, и Платинум Чек заговорила ему на ухо. Успокойтесь, мой принц. Ее величественный голос успокаивал его, даже несмотря на предупреждение.

Его дыхание успокоилось само собой, а тело застыло в неподвижности. Он был не в силах пошевелиться, его глаза следили за угрозой. Что я сделал? Его разум метался. Все шло хорошо, почему Твайлайт угрожает ему сейчас? Подождите масштаб угрожавшей ему пони был не тот. Она была слишком маленькой, а еще у нее не было крыльев. "Литтл Стар?" — осторожно спросил он.

"Да", — сказала она, ее ответ был простым холодным подтверждением факта.

Блюблад пытался заглянуть ей в глаза, но постоянно находил, что его взгляд тянется к смертоносному острию ее маленького рога. "Почему ты в моей комнате?"

Глаза его маленького дознавателя сузились. "Это не твоя комната". Она топнула своим маленьким копытцем: "Это комната для гостей".

"И почему, по-твоему, я должен быть в комнате для гостей?" — спросил он, очень желая, чтобы его постигло унижение спать в карете.

"Я не знаю. Поэтому я и спрашиваю". Литтл Стар придвинула свой смертоносный рог ближе, угроза была очевидна. Его плоть затрепетала, когда в ноздри ворвался едкий запах горящей шерсти. "Ты плохой пони?" Голос жеребенка был слишком спокойным и ровным. Она либо не знала, либо ей было все равно, какой вред может причинить энергия, собранная в ее роге, если ее выпустить.

Он тщательно подбирал слова. Если он потерпит неудачу, они могут стать его последними. "Надеюсь, я не плохой пони. Учитывая, как поздно закончилось празднование, твоя мать любезно предложила мне и моей свите гостеприимство".

"О, хорошо." — Литтл Стар улыбнулась. Магия в ее роге разрядилась, мигнула вспышка магии, и она исчезла.

Блюблад выпустил дыхание в длинном вздохе. Он боялся, что это может быть его последний вздох. Он прижал копыто к груди. Жгучая боль заставила его вздрогнуть. Плоть под копытом горела и излучала тепло. "Она — сильный жеребенок".

Она дочь двух аликорнов, этого и следовало ожидать, — ответила Платинум. Пойдемте, мы должны привести тебя в надлежащий вид к началу дня.

Блюблад просто лежал, наслаждаясь тем, что все еще жив. Проснуться от смертельной угрозы — это, несомненно, способ разогнать кровь. Если и нет, то он лично рекомендовал бы.

Он потянул себя с кровати. Когда его тело скользило по шелковистой ткани, она вполне могла оказаться битым стеклом. В голове пронеслась сотня вещей, которые благородный пони никогда не должен говорить. Он стиснул зубы, исправляя выражение лица, и наконец тяжело опустил копыта на пол. Он был принцем, и он будет вести себя как принц. Его решимость ничуть не уменьшила дискомфорт его израненной тауматургически плоти.

Его движения были скованными, когда он шел к ванной комнате. Его глаза поймали в зеркале образ Платинум Чек. Как всегда, она была безупречно ухожена и прекрасно держала себя в позе. Если бы только у нее еще оставалось ее физическое тело, она стала бы подходящей невестой для любого благородного пони, которого она пожелает.

Платинум Чек улыбнулась и почтительно склонила голову. "Могу я начать, мой принц?"

"Можете" — Он направился к ванне. "Спасибо, Платинум".

Ее магия взялась за дело, чтобы привести его в надлежащий вид для пони королевского ранга. Ее прикосновения были нежными, несомненно, более добрыми, чем когда-либо были прикосновения его матери. Каждое движение или корректировка заботились о его нежной коже.

"Закройте глаза, мой принц", — сказала она.

Он повиновался, позволяя ее прикосновениям успокоить его. Ледяные копыта прошлись по его телу. Прохлада леденила его плоть, принося облегчение и от боли, и от расшатанных нервов.

* * *

Блюблад смотрел на свое отражение в хрустальной стене. Его царственная сущность смотрела в ответ, и ни один волос не выбивался из общего ряда. Он не знал, какую магию она использовала, чтобы восстановить его опаленную гриву и шерсть, но с результатом спорить не приходилось. Даже спустя столь малое время было приятно избавиться от ожогов маной первой степени, нанесенных ему Литтл Стар.

Он уверенно шагал по широким хрустальным залам замка Твайлайт. Шесть его охранников шли по флангам. Они пока еще не выглядели парадно-высокомерными. Они сильно отличались от тех единорогов, что были у него раньше, но после того, как он увидел их вчерашнее состязание, он гораздо больше верил в их способность обеспечить его безопасность. От разноголосого стука их копыт у него заложило уши. Их металлические накопытники издавали более резкие звуки, чем его собственные копыта. Он верил в их эффективность, но им придется научиться ходить в ногу, или ему придется купить им мягкие чехлы для копыт.

Хмм, было бы очень интересно узнать, как появился такой замок, — сказала Платинум, идя рядом с ним. Было странно, что она видна только в отражении, хотя ее запах и тепло ее тела все еще ощущались.

Он встретил ее взгляд в хрустальной поверхности. Он вспомнил уроки магии, которые он проходил вместе с Селестией, когда она считала его достойным, те, которые затем забрала из его разума в свое время. Подходящий жеребец для принцессы Кейденс, прежде чем она удочерила ее как свою племянницу. Он имеет общее с Кристальной Империей, возможно, он вырос из артефакта, что-то наподобие Кристального Сердца?

Странно, Кэйденс и Твайлайт получили хрустальный трон, подаренный им самими сильными силами мира сего, а Селестия — нет?

Он покинул комнаты королевских гостей, все еще размышляя над тем, что бы это могло значить. Тонкие магические заклинания посылали мягкое покалывание вдоль его рога, когда он покидал стандартные заклинания уединения. Внезапно раздался стук маленьких копыт по твердому полу, и он едва успел отступить назад. Мимо промчался шар, за которым следовала дюжина жеребят.

Раздавшееся сзади хихиканье заставило его дернуться. "Простите, господин", — сказал один из его охранников.

"Все в порядке", — Блюблад оглянулся на грубого земнопони.

Эрф Брейкер, — представила его Платинум.

"Эрф Брейкер. Признаюсь, это был бы самый позорный способ встретить свой конец под копытами небольшого стада жеребят", — Блюблад не мог перестать представлять, как отреагируют репортеры, какие заголовки они напишут. От абсурдности этой истории его пробрал легкий смех.

Губы Эрф Брейкер подергивались, в глазах мелькали искорки: "Да, как скажете, сэр".

Блюблад продолжал свой путь, не теряя бдительности. Многие копыта щелкали по хрустальному полу, а разговоры заглушали друг друга. Он пытался сосчитать их, десять, двадцать, больше уникальных голосов. Должно быть, это больше, чем она спасла. "Похоже, здесь базарный день", — сказал он себе. Прошло уже более десяти лет с тех пор, как он вообще был рядом с рынком. Все, что ему было нужно, приобреталось слугами, а появляться в таких местах было ниже его достоинства, или он так думал.

"Да, господин", — ответил Эрф Брейкер. Похоже, он считал, что у него есть привилегии для разговора. Блюблад на мгновение задумался. Это был прежний он. Хотел ли он, чтобы его охраной были только хорошо обученные пони? Нет, нет, не хотел. Пони, которым он мог доверять, пони, с которыми он мог разговаривать, и, что самое важное, пони, на которых он мог рассчитывать, что они подскажут ему, если он собирается совершить ошибку.

Его группа подошла к Т-образному перекрестку. Цокот десятков копыт и шлепанье, похожее на топот ног, быстро приближалось справа. Эти копыта звучали тяжелее и, скорее всего, принадлежали взрослым. Он усвоил урок, замедлил шаг и приостановился. Он позволил им пройти. Несмотря на то, что какая-то его часть восставала против того, чтобы уступить дорогу.

Эрф Брейкер и Мифрил Хорн, один из двух его единорогов-охранников, встали рядом с ним. Они были готовы защищать его от любой угрозы спереди.

Мимо промчался маленький фиолетовый дракон, а за ним — небольшая толпа пони. Каждый из них был одет в простой наряд лавандового цвета Твайлайт, украшенный серебром.

"Это комнаты для гостей, те, что слева — для ВИП-персон", — сказал Спайк. Он направил коготь почти прямо на Блюблада и поспешил дальше, даже не заметив его.

Некоторые пони Твайлайт уставились на него, один даже разинул рот, пытаясь понять, может ли он упасть на пол.

Со своего места рядом с ним Платинум Чек заметила, что Твайлайт хорошо справилась с этой задачей, окружив себя теми, кто обязан ей всем. Среди них не будет ни одного предателя.

Она была права. Будь то распространение дружбы или искусное манипулирование, это сработало. Сказав несколько добрых слов и приняв не единорогов, он обеспечил себе преданных работников. Твайлайт спасала жизни жеребят своих новых слуг и превращала слабых в сильных, легко было понять, почему все они были фанатично преданы ей.

Мимо галопом пронеслась служанка с книгой во рту. Она погналась за процессией пони, возглавляемой драконом. "Мастер Спайк, куда девать эту книгу?" — почему-то кричала она. До сих пор было непонятно, как земнопони могут так разговаривать.

Глаза Блюблада расширились: на книге красовался отчетливый желто-красный восход солнца. Здесь дневник Сансет? Откуда он у Твайлайт? Сансет никогда никуда без него не выходила.

Спайк протянул свой коготь. "Я возьму его".

Сансет Шиммер, интересно, что она сделала, чтобы ее сочли недостойной оставаться рядом с Селестией? — сказала Платинум.

Это могло быть много чего, она была пироманкой. Жаждала власти и понимала, в какие игры играют дворяне. Но даже тогда она могла погубить кого-то либо словами, либо своей силой.

Похоже, она могла бы стать хорошим союзником.

Боюсь, она исчезла, и никто не знает, где она. Из того, что я узнал от моей тетушки… я боюсь, что она может быть мертва или превращена в одного из ее стражей без личности.

Это был бы один из способов получить ее силу под копыто, — прокомментировала Платинум.

Блюблад поставил одно копыто перед другим, прислушиваясь к звуку, который они издавали на хрустальном полу. Каждый день он находил новый секрет, что-то намеренно скрываемое тетушкой. Неужели только у него одного открылись глаза на правду?

Бэт… фестральные охранники распахнули двери, когда он подошел. Их щелевидные глаза смотрели на него, их зрачки сузились до черно-золотистого цвета, когда в них проник солнечный свет.

За стенами замка пони работали копытами, старательно разгребая архаичную картину прошедшей ночи. Декорации, трибуны и оборудование с конкурсов были аккуратно собраны и упакованы, готовые к следующему году. Лишь немногие из зевающей массы были полны энергии. Блюблад сжал челюсти, пытаясь удержаться от широко раскрытого зевка.

Большой непрозрачный купол перекрыл ему обзор. Защитное заклинание арены теперь было полностью черным, не позволяя заглянуть внутрь. Его взгляд задержался на нем. Почему он до сих пор не снят, что скрыто внутри? Он покачал головой: сейчас он не в состоянии этого узнать.

* * *

Купить землю у мэра города оказалось проще простого, она лишь проверила, есть ли у него разрешение Твайлайт. Дополнение, которое Твайлайт внесла в бумаги, было просто гениальным. Твайлайт оставила за собой право претендовать на землю как на свою в трех случаях. В целях безопасности города, в случае неуплаты налогов или если владелец был осужден за какое-либо серьезное преступление. В сочетании с тем, что в пределах Понивилля дворянские привилегии были приостановлены, это означало, что многие дворяне, которые могли бы попытаться переехать сюда, чтобы попасть в милость к Твайлайт, могли бы попасть впросак, и у них просто отобрали бы их инвестиции за то, что они вели себя так, как привыкли. Хорошо, что хотя бы формально его собственные привилегии считались королевскими. Не то чтобы у него было намерение перечить Твайлайт. Его мысли вернулись к вчерашней дуэли между двумя аликорнами.

Он собрал свою охрану и приготовился к возвращению в Кантерлот, снова оказавшись в поле зрения Селестии. От одного ее презрительного взгляда, которым она заставила забыть всех остальных пони, у него по позвоночнику пробежал холодок. Несмотря на то, как сильно он хотел остаться здесь, в безопасности, он должен был вернуться. Оставаться в образе испорченного Блюблада ему было незачем. Он даже не смог уговорить замечательную местную строительную компанию поработать над его планом строительства. Они были слишком заняты воплощением в жизнь несбыточной мечты Ноубл Гида о совершенно новом поселении. Если бы их репутация была заслуженной, то первые здания были бы готовы уже через несколько дней. Если верить этому, они могли бы полностью перестроить Понивилль и восстановить его в прежнем виде в течение недели.

Блюблад поднял голову и посмотрел на далекую гору на горизонте. Его мысли снова вернулись к дуэли. Тот факт, что его новое поместье находилось на значительном расстоянии от прямой линии между двумя королевскими резиденциями, несколько успокаивал.

Каким бы впечатляющим ни было это зрелище, главное, что оно давало ему, — это причину, по которой ни один здравомыслящий пони никогда не перейдет дорогу аликорну и не встанет между двумя, которые злятся друг на друга. Другие дворяне, которых он привык называть друзьями и союзниками, не знали, с чем играют. Даже Твайлайт, самая молодая и, по идее, самая слабая и неопытная из аликорнов, вчера доказала, что она более чем способна раздавить его одним копытом.

Обнадеживающее тепло Платинум Чек скользнуло рядом с ним, невидимое ни в чем, кроме отражений, но очень определенно присутствующее. Не волнуйтесь, мой принц. Пока мы будем осторожны, вам нечего бояться этого солнечного тирана. Я буду оберегать вас.

Пурпурная вспышка привлекла его внимание к куполу. По его поверхности пронесся вихрь магических узоров, и из него вышла дочь Твайлайт, держа во рту обычное ведро комично огромных размеров. Он покачал головой. Я даже не хочу знать, что она задумала.

* * *

Великий город Кантерлот приближался, его сверкающие белые и золотые огни достигали небес, возвышаясь на вершине самой высокой горы, словно храм для солнечной принцессы. Отсюда Селестия бесконтрольно правила более тысячи лет.

Его ноги напряглись, он почувствовал, что его тело хочет бежать. Он шутливо фыркнул. Попытка бежать, пока он в воздухе, удерживаемый силой его пегасов-стражей, была бы не только жеребячьей, но и, возможно, закончилась бы неудачной встречей с землей.

Его глаза нашли башню Селестии, она была все так же прекрасна, как и прежде. Ничто не выглядело иначе. Только на этот раз он знал, какая пони там живет. Принцесса Селестия, самая святая святых, пони, чья душа должна была быть такой же чистой и сияющей, как и ее внешность, была обманщицей. Она использовала запретные магии, чтобы стереть даже малейший намек на то, что она не идеальна.

Он позволил своему взгляду вернуться к Понивиллю. Теперь он был намного меньше, чем величественные высоты Кантерлота. Если бы он мог, то приказал бы своим охранникам развернуться и направиться туда. Еще один приятный чай с Рэрити был бы бесконечно предпочтительнее, чем возвращение к своим обязанностям.

Как только он снова окажется среди своих сверстников, своих дворян, ему придется снова надеть маску, стать высокомерным, отвергнутым и, как бы ему ни хотелось это признать, бесполезным Блюбладом, которого все пони знали и презирали.

Он взглянул на свою метку: что она вообще означала? В его жизни не было направления. Вопрос заключался в том, как ему найти его?

Голос Платинум Чек нарушил тишину полета домой, прервав его размышления о себе.

"Да?"

Посмотри на телескоп на башне.

Металлическое приспособление выделялось на фоне белого камня башен. Вместо того чтобы указывать на небо, оно было направлено прямо на Понивилль.

"Похоже, Селестия могла наблюдать за грандиозным представлением Твайлайт и Луны".

Ну, принцесса Луна была не совсем деликатна, весь мир должен знать, что что-то случилось, — прокомментировала Платинум.

* * *

Блюблад шел по чистым улицам своего родного города, все его охранники, кроме двух, были отпущены. Пегас и земнопони сопровождали его.

Все пони, которых он мог видеть, выглядели напряженными. Некоторые спешили по улицам, не заботясь о том, как недостойно они выглядят. Здесь не было той утонченной атмосферы приличия, к которой он привык.

Пони, пытавшиеся продать газеты, выкрикивали заголовки. "Возвращение Найтмер Мун, конец близок". Другой пони попытался перекричать первого. "Гражданская война в Эквестрии?"

Если бы Найтмер Мун вернулась, они не могли бы находиться здесь, пытаясь продать газеты об этом, — сказала Платинум.

Блюблад вздохнул, чувствуя, как за глазами уже нарастает головная боль. Случилось что-то непредвиденное, и газеты сделали наихудший из возможных выводов. Официальная королевская информация была гораздо надежнее, чем ложь и преувеличения общественных газет. Даже если Селестия могла редактировать ее по своему усмотрению.

Лучшая строительная компания Кантерлота назвала срок в годах для простого четырехэтажного здания, которое он хотел построить в Понивилле. Как они могли так долго — величина разницы была почти немыслимой — строить вместо той недели, в которой, по заверениям понивильской группы, они могли это сделать. Почему они должны были быть полностью заняты?

"Послушайте, если вы хотите качества, на это нужно время. Мы не какие-нибудь грязно-пони, которые просто набросают что-то вместе и назовут это готовым".

"Это неприемлемые сроки", — сказал Блюблад, уходя.

Снаружи тихо заговорил Эрф Брейкер. "Я знаю несколько хороших пони, которые могут вам помочь".

Блюблад поморщился. "Я знаю, что это звучит избито, но политика не позволит мне лично обратиться к какой-либо менее значительной компании. Не могли бы вы связаться с ними и собрать информацию?"

Эрф Брейкер отдал честь и проскользнул в толпу. В своей правильно подобранной форме он выглядел более подходяще. Блюблад не мог отрицать, что Рэрити хорошо поработала. Казалось, все пони в Понивилле делают хорошую работу. Это не могло быть совпадением, столько талантов, не замеченных прямо здесь, в прямой видимости от Кантерлота.

В какую бы компанию он ни направился, они, скорее всего, будут гораздо дешевле и более приемлемы в Понивилле, чем эта трайбалистская команда единорогов, что сказали что на это уйдет год и более трех четвертей его годового жалованья.

* * *

Блюблад устроился в до неприличия удобном кресле в клубе для дворян, чтобы скоротать время до начала второй половины дня суда. Бокал с вином кружился перед ним в волшебном вихре, было бы хорошо, если бы это была его магия, но нет, Платинум Чек помогала ему поддерживать свой имидж. Он видел, как она наблюдает за ним в искаженном отражении на поверхности бокала, ее рог светился.

Почти бесшумные копыта искусно прокладывали путь к нему. Бросив взгляд в ту сторону, он встретился глазами с соблазнительно одетой служанкой, стремительно направлявшейся к нему. Она отвесила низкий поклон, а ее лазурная аура поставила перед ним серебряное блюдо. На нем лежала сложенная записка, толстая кремовая бумага которой, вероятно, стоила больше, чем ее жалованье.

Он взглянул на нее: замысловатый водяной знак, нанесенный на ее поверхность, означал только одно. Похоже, его собратья по знати что-то задумали. Что-то большое. Он вздохнул. Этот день должен был оказаться интересным во всех смыслах.

Магия Платинум подняла его, изящно развернула и положила перед ним. Он быстро просмотрел его, нетерпеливо ожидая обычную болтовню, грандиозные титулы и любезности. Он успел прочесть половину письма, прежде чем появился хоть какой-то намек на истинную цель записки.

> Как представитель знати перед ее высочеством принцессой Селестией, мы согласны, чтобы вы передали ей наши требования. Мы, благородные пони Кантерлота, требуем, чтобы принцесса Луна и бывшая королевская ученица Твайлайт были вызваны в благородный суд, чтобы ответить за свои проступки и преступления против пони привилегированной крови".

Его копыто поднялось, он едва не ударил копытом в лицо, но ему удалось перевести это в то, что он прижал копыто к своей теперь уже болевшей голове и попытался помассировать ее, чтобы снять нарастающую головную боль.

Это должно было плохо кончиться.

* * *

Дневной суд возобновлялся с опозданием. Все вельможи, которые действительно имели значение, уже присутствовали. Поскольку он был единственным, кто принадлежал к королевской семье, именно на нем лежала обязанность пойти и позвать отсутствующую тетушку. Это был не первый раз, когда ему приходилось это делать, но в прошлый раз он был полон самодовольного рвения, проходя мимо всех стражников, которые остановили бы любого другого пони. На этот раз только уверенное присутствие Платинум не давало его ногам дрожать.

Он подошел к кабинету принцессы Селестии и поднял копыто, чтобы постучать. Два копья скрестились перед ним, и от металлического звона у него заложило уши. Два обычно статных охранника уставились на него пустыми взглядами. "Принцессу нельзя беспокоить", — сказал один из них, и Блюблад едва смог разобрать его слова своими навостренными ушами.

Блюблад моргнул, они заблокировали его. Этого никогда не было. Что происходило в той комнате?

"Пожалуйста, вернитесь на Дневной суд или молча ждите вон там". Стражник справа дернул головой в сторону небольшого алькова для сидения.

Копыта сами понесли его прочь, возможно, это был он сам в своем оцепенении, а может, это было руководство Платинум, он не мог сказать. Тетушка ничего не сказала ему раньше, но его никогда не останавливал простой охранник. Он элегантно сидел и смотрел в окно на прекрасный вид своего дома, своего города. Будучи запертым по долгу службы в такой близости от Селестии, Кантерлот стал казаться ему тюрьмой.

Почему я не мог провести день, попивая чай с Рэрити? — мысленно сокрушался он.

Оставаясь в образе, он предпринял еще две попытки постучать в дверь кабинета. Охранники снова отказали ему. Они не позволили ему пройти. В ушах у него все еще звенело от звона их оружия. Они не просто скрестили оружие перед ним, снова преградив ему путь, но и наставили его на него.

Оставаться в образе или нет, но это послание было недвусмысленным, хотя и грубым. В ближайшее время его не пустят.

Блюблад не любил, когда его заставляли ждать. Он считал, что ждать приходится только низшим существам. Он ждал у кабинета тетушки уже восемь минут. Он считал каждую секунду.

Он оглянулся на охранников. Пара была надежно скрыта под чарами их доспехов. Были ли они просто управляемыми ее разумом марионетками? Случайные пони с измененными воспоминаниями, чтобы сделать их идеальными охранниками без чувства юмора? Может быть, один из них и есть пропавшая Сансет Шиммер?

Двери открылись, окутанные золотой аурой его тетушки. Даже при таком легком прикосновении ее магии он чувствовал ее почти обжигающее давление.

Блюблад посмотрел на уходящих простолюдинов: кобылу, жеребца и двух их детей. Он не мог понять, зачем они здесь, это было не похоже на его тетушку — принимать гостей.

Помни о своем поведении, — сказала Платинум.

Блюблад вошел в комнату и был раздосадован тем, что "меньшие" пони не сразу уступили ему дорогу. Вместо этого они стояли в дверях, сдержанно благодаря его тетушку.

Блюблад встал во весь рост и приготовился начать свою излюбленную речь "знаете ли вы, кто я".

Вспышка магии окутала его, и внезапно он очутился в кабинете тетушки, скрытом от посторонних глаз.

Тетушка тепло улыбнулась простым пони: "Наслаждайтесь своими жизнями, не многим пони выпадает второй шанс, как вам…".

Помни, ты не должен дать ей понять, что выскользнул из-под ее контроля.

Созданный Селестией принц Блюблад не заботился о реакции простых пони, поэтому он заговорил. "Тетя, я требую, чтобы ты…" — Сила сжалась вокруг его морды, закрывая ее. От блеска ее магии его чувствительный рог словно погрузился в кипящую воду. Боль пронзила его тело, горло сжалось от сдерживаемого крика. Успокаивающее прикосновение Платинум словно заморозило его тело, скрывая его страдания.

Селестия осторожно закрыла дверь, а затем обратила все свое внимание на него. Она сказала. "Ты хочешь сказать, что меньше десяти минут твоего времени стоят больше, чем возвращение отца в семью? Многочисленные десятилетия счастья для них стоят меньше, чем простое неудобство для тебя?"

Селестия теперь нависала над ним, как хищник, высматривающий свою жертву. Он не знал, что делать, она никогда не была такой. Ее аура подняла его на уровень ее глаз. "Честно говоря, я не знаю, зачем я вообще держу тебя рядом".

Платинум ничего не могла сделать, чтобы остановить тело, дрожащее от реального страха, сжимающего его сердце. Он упал, но удар смягчил толстый ковер.

Солнечный тиран повернулся и вышел. Перед его глазами промелькнули образы гораздо более цивилизованного обмена мнениями, когда это чудовище пыталось изменить его разум.

Я здесь ради тебя, мой принц, — мягкий голос Платинум Чек прошептал ему на ухо, когда он почувствовал, как она нежно обняла его. Под ее заботливыми прикосновениями его тело встало и почтительно последовало за Селестией.

* * *

Беспокойные дворяне собирались кучками, некоторые члены перебегали от одной группы к другой. Целые разговоры велись легким наклоном головы или поднятием брови. Всякий раз, когда Дневной суд задерживался с началом заседания, они просто использовали это время для игры. Политика, тайные сделки и власть над другими.

Блюблад царственно прошелся по залу, заняв свое место, выше, чем любой другой знатный, но все же ниже, чем принцесса. Такое положение делало его идеальным щитом и инструментом как для своих собратьев, так и для принцессы.

Эти дворяне играют в свою игру и не имеют ни малейшего представления о том, каковы на самом деле правила.

Он знал, что его выражение лица — идеальная маска легкого презрения и самодовольства.

Магия зазвенела, когда золотая аура открыла двери, и непрекращающаяся болтовня дворян смолкла, когда осознание того, кто вошел в комнату, волной прокатилось по пони.

Длинные шаги принцессы Селестии неспешно направились к ее трону. Она скользнула внутрь, элегантные, величественные движения скрывали мощь ее крупной фигуры. Его разум воспроизвел один из обменов ударами во время дуэли принцессы Луны и принцессы Твайлайт. Видимые ударные волны и титанический гул, когда их копыта встретились. Если бы Селестия захотела, она могла бы сотрясать комнату при каждом падении копыт и не двигаться, словно гравитация слишком уважала ее, чтобы тащить на землю, как простых смертных.

Селестия уселась на свой трон. Ухмылка хотела найти свое место на его морде. Принцесса Селестия была единственной, кто мог опоздать без последствий для нее.

"Принцесса Селестия", — дворянка поклонилась, это уважительное действие было простой формальностью.

"Да, Голдед Стар?" — интонировала Селестия.

"У нас есть серьезное дело, требующее решения", — заявила Голдед Стар.

Селестия кивнула, приказывая ей продолжать. В ауре дворянки к принцессе подплыл богато украшенный свиток. Селестия взяла его в свои копыта, развернула свиток изящным щелчком и начала читать.

Ее глаза поднялись, быстро окинули собравшихся дворян, а затем устремились прямо на Голдед Стар. "Ты уверена, что хочешь сделать это? Я предупреждаю тебя, это плохо кончится".

"Да, принцесса Селестия". Она выпрямилась, подняв рог в превосходной осанке. Ее аура держала свиток. "У меня есть петиция большинства дворян. В этом вопросе наша воля ясна. Принцесса Луна и юная принцесса Твайлайт должны быть вызваны сюда завтра, чтобы ответить за свои действия. Если они не явятся, то будут объявлены врагами Эквестрии".

Температура в комнате резко поднялась. Но, как ни странно, никто этого не заметил. Магия Селестии коснулась его разума, и если бы не защита Платинум, он знал, что и сам бы не обратил на нее внимания.

Селестия подняла голову: "Мы надеемся, что вы готовы к тому, что сами на себя накликали".

"Это угроза, ваше величество?"

В глазах принцессы появилась усталость, взгляд уставшей матери. "Нет, просто предупреждение от кобылы, у которой за плечами несколько лет".

Голдед Стар насмехалась. "Принцесса Селестия, при всем уважении, мы не жеребята".

Вся материнская забота исчезла с лица солнечной принцессы, ее тело стало неподвижным, как у статуи. Ее суровые глаза казались ледяными драгоценными камнями, смотрящими c ее идеального лица.

"Да будет так" — презрение, на долю секунды промелькнувшее на морде принцессы, через мгновение исчезло из памяти всех пони.

Только Платинум Чек хранила разум Блюблада в целости и сохранности.

* * *

## 39.1 Сообщение Сансет

* * *

Вибрирующая книга оторвала Сансет от изучения своего отражения в окне. Она достала ее из сумки, используя свои пальцы, как будто они были у нее всю жизнь. Она положила ее на стол и небрежно открыла.

> Прости, что не смогла ответить тебе раньше. Многое произошло с тех пор, как я писала тебе в последний раз, Сансет. Надеюсь, у тебя все хорошо. Как дела по ту сторону зеркала? Здесь произошло столько всего, что я не знаю, с чего начать. Думаю, лучше всего подойдет список.

> - Культисты темной магии чуть не убили меня.

> - У меня есть дочь.

> - Я не оригинальная Твайлайт.

> - Селестия использовала магию разума, чтобы изменить мои воспоминания.

> - Оригинальная Твайлайт была преднамеренно убита одним из учителей в ШСОЕ[1]. Не то чтобы я знала, как можно случайно убить кого-то из пони. Это вообще может произойти?

> - Я собираюсь жениться на Луне. Которая является одной из других матерей моей дочери.

> - Как аликорн, я могу исцелять гибридных пони и давать им доступ к обоим наборам магии.

> Если бы ты знала, какие неприятности могут доставить эти крылья, я не думаю, что ты когда-нибудь захотела бы их иметь. Ты знаешь, что аликорны не могут потерять сознание от боли? Да, это было не очень весело узнать.

> О, и когда ты снова приедешь сюда, не удивляйся, если увидишь больше пони вокруг. Я получила штат для замка и теперь у меня есть личная стража.

Сансет просто начала читать с начала листа. Несколько слов писали о темных и ужасных вещах в Эквестрии, стране солнца и радуги. Как это могло произойти там? Она читала список, снова и снова, нет, у нее не было галлюцинаций. Твайлайт чуть не умерла. Нет, умерла первая Твайлайт. Она уставилась на страницу. Почерк был спокойным и точным, ни один росчерк пера не сбился. Как и все остальные послания, которые писала ей Твайлайт. Она могла говорить о погоде.

Кто-то чуть не убил ее подругу. Остальное могло подождать. Она достала перо и сначала написала самый важный вопрос.

> Твайлайт, ты в порядке? Ты в безопасности?

> О, веришь или нет, но мне никогда не было лучше. Вчера я организовала историческую ярмарку и привела туда Луну на свидание. Все прошло отлично.

Сансет посмотрела на шариковую ручку, отметив отсутствие капающих чернил, которые могло бы вызвать перо.

> Так у тебя есть дочь?

> Да, ее зовут Литтл Стар.

> Как это произошло?

> Элементы Гармонии. Когда мы использовали Элементы Гармонии на Луне, чтобы отделить ее от Найтмер Мун, контакт между нами привел к зачатию.

> Твайлайт, это было много лет назад.

> Я знаю, и СМПЖ почти означал, что моя Литтл Стар так и не родилась. Признаюсь, было странно, что она родилась в возрасте семи лет.

> Итак, Твайлайт, ты вроде как сбросила парочку бомб. И что там насчет того, что принцесса Селестия использовала на тебе магию разума, если только это не в лечебных целях, что незаконно?

> Если ты принцесса аликорн, то это совершенно законно. Ты будешь удивлена, что я могу делать по закону. Но, отвечая на твой вопрос, как еще, по-твоему, она заставила меня думать, что я — оригинальная Твайлайт? Я — копия, которую она сделала из кусочков души умирающей Твайлайт.

> Так ты не против этого?

> Я не думала так, но когда я узнала, как был убит оригинал, и действительно задумалась о том, почему она это сделала. Да, я понимаю, что она сделала и почему. Я даже думаю, что поступила бы так же на ее месте.

> В этом есть даже забавная сторона: знаешь ли ты, как они убили оригинал?

> Хочу ли я знать?

> Это не так уж плохо, это даже забавно в нездоровом смысле. Они использовали книгу, а точнее, заклинание, которое ей дали изучить и освоить. Заклинание было очень сложным, интересным и мощным. Загвоздка была в том, что если ты не аликорн, то заклинание смертельно для заклинателя, когда оно заканчивается. Старая я была убита книгой, иронично, не правда ли?

> Твайлайт, я не уверена, что это шутка.

> Да ладно, Сансет, это как если бы Селестию съел торт.

Сансет держала ручку, не зная, как реагировать.

Запах горелой бумаги щекотал ей нос. Дым начал подниматься от страницы, несколько следов от ожога окрасили край книги в коричневый цвет.

Сансет наблюдала за тем, как на странице появляются резкие линии.

> Прости меня, Сансет, мне просто нужно поставить некоторых дворян на место.

Ее внутренности сжались, когда она не могла перестать смотреть на эти зловещие последние слова. Это было нечто большее, что она могла бы сказать, когда еще была злой. Она провела пальцем по последнему сообщению. "Это не рог Твайлайт пишет…"

Сансет закрыла книгу. Внезапно предстоящие экзамены и выбор того, что делать с оставшейся жизнью после выпуска, показались ей гораздо меньшими проблемами.

"Твайлайт, пожалуйста, будь в порядке".

## 39.2 (Чрезмерная) реакция

* * *

Блюблад чувствовал, что его нутро сжимается от страха. Это безрассудство Селестия обычно останавливала и изменяла сознание всех участников. Что означало, что у всех пони сохранились воспоминания? Селестия не обращала внимания на присутствующих в комнате вельмож, ее элегантный рог пылал, когда перо грациозно танцевало над королевским свитком. Она с пышностью завершила подпись. Ее глаза в последний раз пробежались по работе с сосредоточенностью охотящегося грифона.

"Принцесса, — заявила Голдед Стар, — мы…"

Селестия подняла копыто. "Одну минуту". Она кивнула сама себе, и ее аура начала разворачивать послание, затем сделала паузу. Ее взгляд остановился на менее чем лестном документе, который ей предоставила Голдед Стар. Быстро добавив к ее письму последнюю запись, она свернула оба, закрепила их лентой и искусно завязала.

Достаточно было одного взмаха рога, и документы распались на облако дыма, быстро направляясь к Твайлайт. Она доберется сюда максимум за несколько минут. В его голове промелькнули причины, которые он мог бы использовать, чтобы уйти, но все они были отвергнуты, как не свойственные старому Блюбладу.

Вашего имени нет в этом документе. Вам нечего бояться, мой принц.

"Теперь, когда ваши “срочные” дела завершены, кто был первым просителем?" — Селестия посмотрела на пони, имени которого Блюблад не мог вспомнить.

Голдед Стар вздрогнула, как от удара, но ей потребовалось лишь мгновение, чтобы прийти в себя. Она явно собирался разразиться очередной тирадой. Одного взгляда Селестии хватило, чтобы заглушить слова еще до того, как они были произнесены.

Новая благородная кобыла шагнула вперед и поклонилась. "Благодарю вас, ваше величество, моя просьба проста. Учитывая нынешние беспорядки и наличие темных сил, я считаю, что было бы разумнее всего позволить личным гвардейским силам дворянства оказывать помощь в непосредственной защите нации и обеспечении верховенства закона".

Глаза Селестии сфокусировались на кобыле. "Похвально, что вы хотите добровольно пригласить свою личную гвардию на помощь". Она сделала задумчивую паузу. "Но такие силы слишком малы, чтобы быть полезными".

Кобыла с энтузиазмом кивнула, в ее глазах загорелся азарт. "Я тоже так думала, ваше величество. Именно поэтому я прошу снять ограничение на численность нашей стражи".

Селестия медленно кивнула. С задумчивым видом она отклоняла каждую просьбу об увеличении численности личной гвардии дворян и даже при его жизни дважды сокращала ее. О чем она думает?

На мордочке солнечной принцессы поселилась теплая улыбка. "Да, это прекрасная идея. Нужно будет провести краткий курс обучения для этих стражников, чтобы они были в курсе всех текущих законов и ответственности тех стражей, которые действуют от имени Эквестрии". Она пренебрежительно махнула копытом. "Но для таких высококвалифицированных персон это должно быть не более чем недельным курсом повышения квалификации".

"Спасибо, принцесса". Благородная кобыла поклонилась.

"Нет, спасибо, вы даже не представляете, насколько это может помочь Эквестрии".

Благородная кобыла снова почтительно поклонилась, на этот раз более глубоко. Она отступила назад, сумев сохранить на лице выражение победы, пока не отвернулась от принцессы, направляясь к своему месту. Глаза Селестии обратились к следующему благородному просителю.

"Принцесса, у меня дело чрезвычайной важности…" — В отличие от другой кобылы, эта начала с полной помпой благородного самодержца. В течение следующих десяти минут говорящая глупышка даже не перешла к изложению предлагаемого ею закона. Если Блюблад правильно обратил внимание на скучный двусмысленный лепет, то, похоже, они хотели превратить всех бездомных в подневольных работников. Это пожизненная участь за столь разумную цену свободы, обмененной на элементарное жилье и еду. Учитывая то, что произошло в Мэйнхеттане, это означало бы, что все население города легально стало бы чуть больше, чем рабами.

Теплая улыбка, с которой Селестия встретила последнее прошение, давно исчезла, сменившись лишь молчаливой отрешенностью. Блюблад знал, что Селестия скажет "нет", и должен был восхищаться ее терпением, так долго выслушивая эту чушь.

Улыбка появилась на лице Селестии, когда ее взгляд покинул говорящую и остановился позади них. Глаза Блюблада последовали за Солнечной принцессой. Она сосредоточилась на пустом пространстве в центре тронного зала. Ораторша была настолько поглощена своими словами, что не заметила этого. Один за другим те дворяне, которые действительно обращали внимание, а не спали или занимались своими приготовлениями, следили глазами за принцессой.

В его роге началась вибрация, которая медленно нарастала. Селестия потупила взгляд, откинулась на спинку кресла и вернула свое внимание к оратору. В толпе вельмож начался ропот. Один или два из них растерянно озирались по сторонам, словно что-то чувствовали, но не знали, что именно. Удивительно, что они не запаниковали, ведь Блюблад чувствовал, как в тронном зале собирается сила.

Это, я полагаю, Твайлайт, — спокойно объявила Платинум Чек.

Появилась маленькая точка света, магическое давление ослабло. Сияние было явно пурпурного цвета Твайлайт. Вам лучше отвернуться, — сказала Платинум Чек. Не задумываясь, Блю опустил взгляд на свои бумаги.

Мгновение спустя комната содрогнулась, в воздухе показались статические разряды. Раздался раскат грома, и с яркой вспышкой что-то появилось в комнате. Тяжесть магии Твайлайт навалилась на его рог. Дискомфорт заставил Блюблада опустить голову еще ниже, почти прижав его к полу. Он зажмурил глаза.

Прохладное копыто Платинум Чек легло на его рог. От этого прохладного холодка по его позвоночнику пробежала дрожь, поскольку он снял с него часть властного присутствия Твайлайт. Он открыл глаза и посмотрел вверх. Большинство дворян моргали, пытаясь оправиться от временной слепоты, вызванной такой яркой вспышкой. Некоторые даже упали. Один, казалось, в панике врезался в стену.

Твайлайт стояла во весь рост с агрессивно распахнутыми крыльями, вокруг нее клубилась тепловая дымка, которая медленно исчезала. Ковер под ее копытами слегка тлел. Ее жесткие глаза сфокусировались на Селестии на несколько долгих секунд, и обе оставались неподвижными, словно застыв в пристальном взгляде. Напряжение висело в воздухе так густо, что его можно было разрезать, но никто из других дворян, казалось, этого не замечал. Блюблад был невероятно рад, что в данный момент он не находится между ними.

"Принцесса Твайлайт", — почтительно начала Селестия. "Мы должны соблюдать формальности, и технически они имеют право призвать вас к ответу за ваши действия".

Глаза Твайлайт на секунду застыли, но потом немного смягчились. "Как скажете, принцесса Селестия. Я понимаю". Она слегка склонила голову, ее рог ярко сверкнул. Затем сияние словно распалось, не оставив после себя ничего, кроме круглого ожога на красном ковре и нескольких дребезжащих окон.

Селестия вздохнула: "Это еще один набор защит, которые мне нужно починить, надеюсь, ты счастлива, Голдед Стар".

"Принцесса Твайлайт должна заплатить за это", — заявила она.

"И она заплатит, но скажи мне, моя маленькая пони, откуда, по-твоему, берутся ее средства?" — Селестия спросила с ноткой жеманства в своем спокойном голосе. "Как и моя, ее казна пополняется за счет налогов". Селестия приняла задумчивый вид. "Значит, чтобы заплатить за все это, нам понадобится больше средств. Хм…" — она улыбнулась вдохновению, которое, очевидно, посетило ее. "Кажется, у меня есть решение. Мне просто нужно поднять налог на имущество высших классов Кантерлота, особенно если ты будешь продолжать ее раздражать".

"Это возмутительно, вы не можете этого сделать!" — вспыхнула Голдед Стар, и многие дворяне присоединились к выражению своего недовольства.

"Разве я не могу?" — Улыбка Селестии была блаженной.

Голдед Стар увяла под явно доброжелательным взглядом Селестии. Ее челюсть двигалась несколько секунд, прежде чем слова смогли вырваться из ее рта. "При всем уважении…"

Она просто играет с нами? — подумал Блюблад.

Селестия смотрела вниз со своего трона, казалось, не понимая, на что она смотрит. "Почему мне кажется, что когда кто-то из вас начинает говорить, вы имеете в виду что угодно, только не это?"

Бессмертные должны находить себе развлечения, где только можно, так мне говорили, — размышляла рядом с ним Платинум Чек.

Голдед Стар потратила несколько секунд, чтобы прийти в себя. "Ваше высочество…"

Прямо перед его глазами вспыхнула вспышка пурпурной магии. Блюблад отшатнулся назад, подняв копыто, чтобы прикрыть лицо. Запечатанный свиток упал мимо его морды, мягко стукнувшись о землю. Множество изумленных возгласов заставили его оглянуться. Похоже, он был не единственным, кого "атаковал" телепортированный свиток.

Платинум Чек подняла свиток и осторожно сломала печать, подняв свиток на уровень своих глаз. Блюблад не обращал на это никакого внимания. Его глаза наблюдали за тем, какой бедлам вызвал простой свернутый свиток среди его коллег-дворян. На лицах большинства было написано возмущение, омрачавшее безупречность их безукоризненной ухоженности. Голдед Стар дрожала от страха, ее тело трепетало. Фэнси Пэнтс и несколько других спокойно рассматривали сообщение, которое они уже читали.

Ноубл Гид, как и сам Блюблад, тайно наблюдал за остальными. На мгновение их взгляды встретились, и Ноубл Гид почтительно кивнул, на что тот ответил.

Платинум Чек положила копыто на холку Блюблада. Не доверяй ему, — приказала она с неожиданной твердостью. Он был вынужден признать, что Ноубл Гид кажется слишком хорошим, чтобы это было правдой. Еще одна вспышка пурпурного света вернула взгляд Блюблада к Селестии.

Перед Селестией появился последний свиток. Ее аура без труда подхватила его и с практичной легкостью развернула перед ней. Ее глаза быстро пробежались по нему. "Похоже, у тебя есть другие дела, к которым нужно подготовиться".

Медленно возвращая себе самообладание, Голдед Стар встала. "Принцесса?"

"Твайлайт воспользовалась своей прерогативой принцессы, чтобы перенести время созыва на полчаса вперед".

"Она не может этого сделать, она должна посоветоваться с нами".

"Нет, она просто должна ознакомиться с вашим расписанием, а поскольку все важное должно быть зарегистрировано в королевской администрации, и поскольку ни у кого из вас ничего не запланировано", — Селестия проигнорировала беспокойный ропот. "Я предлагаю вам приготовиться. Скорее всего, она очень быстро запечатает дверь, осталось чуть больше двадцати девяти минут.

Они пытаются потягаться с Твайлайт, а она настаивает на том, что она — королевская особа, а они — простые дворяне, — чуть не рассмеялась Платинум Чек.

Селестия посмотрела на придворного герольда. "Поскольку дворяне будут заняты, пожалуйста, пригласите первого простого пони, чтобы он подал прошение, похоже, сегодня их будет гораздо больше, чем обычно".

В зале поднялся шум, когда большинство дворян повысили голос, пытаясь аргументировать свои доводы. До зала совета было не меньше десяти минут рысью, и он сомневался, что некоторые дворяне смогут добраться туда меньше чем за двадцать минут. Солнечная принцесса наблюдала за безумием с лукавой улыбкой, снова используя свою магию разума, чтобы никто ничего не заметил.

Блюблад покачал головой, спокойно направляясь к выходу. Он был благодарен за то, что хаос остался позади. Возможно ли, что Дискорд подсыпал что-то в утренний чай Селестии?

* * *

Блюблад прибыл на свое место когда в запасе оставалось более пяти минут, посвежевший и спокойный. Он наблюдал, как небольшой поток запыхавшихся и растрепанных дворян все еще вливался в зал. Одного даже несли в ауре трое его слуг. Блюблад покачал головой: Баутифул Фист, возможно, и управляла сетью закусочных, производя больше всего еды в стране, но это не означало, что ей нужно пробовать так много.

Селестия грациозно вошла в комнату, ее длинные ноги быстро несли ее к назначенному месту. Луна вышла из тени, заняв место рядом с сестрой. Большая кружка с манящим ароматом кофе и шоколада, исходящим от нее, не была обычным напитком для присутствующих. Несколько мордочек презрительно скривились, когда Ночная Принцесса выбрала этот напиток, другие тайком разглядывали его и свои собственные более изысканные напитки, размышляя, не ошиблись ли они с выбором.

Вблизи Принцессы Ночи что-то неуловимо искажало воздух, почти как магическое искажение. Блюблад прищурился, сосредоточившись на нем, и постепенно оно рассосалось. Почти прозрачное в воздухе ведро с чем-то плавало рядом с ней. Когда он увидел это, его соблазнил новый запах. Несколько ноток масла и соли защекотали его нос. Это попкорн? — подумал он.

В голове Блюблада заплясали отголоски прекрасного смеха Платинум Чек. Похоже, нашей дорогой Принцессе Ночи нужны уроки, как относиться к вещам более серьезно.

Снаружи донесся треск слишком громкого телепорта. Полдюжины дворян, вбежав в комнату, явив свой лучший образчик галопа. Один рухнул прямо перед дверью, и золотая аура отбросила его в сторону, прежде чем толпа дворян растоптала бы его.

Вошла Твайлайт, сопровождаемая с одной стороны своим гибридом — капитаном гвардии, а с другой — высокой, темной, элегантной зеленой кобылой. Другая кобыла была обременена седельными сумками, очевидно, слуга или помощник какого-то рода.

Оглянувшись на восьмерых дворян, идущих дальше по коридору, Твайлайт зажгла рог. Двери в зал совета захлопнулись за ней. "Ну что, начнем?" — Твайлайт вышла в центр комнаты, ее аура окутала двери головокружительным множеством арканных символов.

Похоже, никто из нас не уйдет, пока принцесса Твайлайт не разрешит.

Твайлайт поднялась во весь рост, не обращая внимания на своих недоброжелателей. Окруженная со всех сторон теми, кто стремился обвинить ее, она, казалось, держала их именно там, где хотела, а не наоборот.

Зашуршали бумаги, и различные вельможи уставились друг на друга, ведя молчаливый разговор, пытаясь добровольно предложить друг другу выступить первым.

"Если процедура не начнется через шестьдесят секунд, мы бросим вас всех в темницу за пустую трату королевского времени" — заявила Луна, не совсем избегая зевоты.

Когда осталось десять секунд, Голдед Стар поднялась и начала. "Новоявленная принцесса". Она явно добавила этот титул лишь для формальности, и, судя по ее выражению лица, она не хотела его произносить. "Она не раз доказывала, что безответственна и опасна со своей силой".

Она сделала паузу, оглядела комнату и оценила поддержку, прежде чем посмотреть прямо на Селестию. "Если мы посмотрим только на последнюю неделю, она нанесла большой ущерб имуществу в Кантерлоте и напала на несколько благородных домов с хорошей репутацией. Она проводит несанкционированные медицинские магические эксперименты на самых несчастных пони".

Луна прочистила горло. "Мы считаем, что вы ошибаетесь".

"Мы не ошибаемся, принцесса Луна, стоит только заглянуть в Понивилль, чтобы увидеть, какие мерзости она творит своей магией".

Ухо Блюблада дернулось. Он что-то услышал? Охранник Твайлайт смотрела прямо на золотое ожерелье на шее Твайлайт.

"Мерзости?" — Луна показала кружкой, как будто это было оружие. "Ты намекаешь, что те, кого она благословляет, являются мерзостями?"

"Благословляет? Ты имеешь в виду разрушение естественного порядка жизни, какая может быть причина для продления жизни тех, кого прокляла сама судьба?"

Треск. Снова этот звук.

Сузившиеся глаза Твайлайт уставились на Голдед Стар, мордочка исказилась, выражение ее лица стало злобным.

Охранник Твайлайт, Кэндис, если Блюблад правильно вспомнил имя, смотрела на нее. Долгое мгновение казалось, что между ними произошло что-то невысказанное. С огромным усилием Твайлайт разгладила гневные морщины на лице. Она снова стала выглядеть так, как и полагается выглядеть принцессе. Ее черты и поза были царственными и утонченными.

Хруст, — ухо Селестии дернулось, когда Луна ела попкорн, а все остальные пони, казалось, не обратили внимания на эти звуки. Луна пододвинула ведро ближе к сестре, та едва заметно покачала головой.

"Все, что я сделала, было в пределах моей власти и моих законных прав" — Твайлайт кивнула темной кобыле, с которой вошла в зал.

Из седельных сумок темной кобылы выпрыгнул небольшой рой бумажек. По одной бумажке подлетело к каждому пони в комнате.

"Что это?" — спросила Голдед Стар.

"Если бы вы потратили хотя бы минуту на то, чтобы прочитать это, то узнали бы сами. Но поскольку у вас нет рядом пони, чтобы прочитать это для вас, я подведу итог". — Несмотря на ее вежливый тон, презрение Твайлайт было очевидным.

Голдед Стар топнула копытом, сверкнув глазами на принцессу дружбы. Холодный взгляд Твайлайт лишил ее части мужества.

Твайлайт посмотрела на Селестию, на ее мордочке появилась небольшая улыбка. Она говорила так, словно представляла своего учителя, а не благородный двор. "В документе, который предоставил мой сенешаль, вы найдете все законы, которые делают все, что я сделала, законным. Каждый с пометкой, где его можно найти в юридическом кодексе Эквестрии".

Ноубл Гид поднялся и поклонился собравшимся принцессам. "Ваше высочество, может ли суд уделить немного времени для прочтения всеобъемлющей работы принцессы Твайлайт?"

"Конечно". Во вспышке магии колоссальная стопка книг упала на пол. "А вот и все книги, которые вам понадобятся для подтверждения моей работы".

"Спасибо, принцесса".

Твайлайт подошла к принцессе Луне и села рядом с ней. Три принцессы тихо болтали между собой. Было нереально наблюдать, как все три принцессы сейчас наслаждаются попкорном, и никто из других дворян в комнате об этом ничуть не подозревает. Скрытая за очередной иллюзией Луна обняла Твайлайт крылом.

Блюблад не мог не улыбнуться, видя явную привязанность между двумя принцессами. Вернув внимание к делу, он посмотрел на лежащую перед ним бумагу. Судя по всему, это был исчерпывающий отчет. Учитывая, насколько прилежной оказалась Твайлайт, он не сомневался, что все будет в порядке.

Он поднял глаза на дворян, которые медленно разбредались, приводя себя в некое подобие порядка. Они разбились на группы, переговариваясь под заклинаниями уединения, и лишь немногие переходили из группы в группу. Примечательно, что Ноубл Гид, похоже, выполнял роль своего рода ретранслятора, часто перемещаясь между группами.

Блюблад подозвал слугу и жестом заказал вина. Если он хотел быть в образе, то скука и отстраненность от работы вполне подходили. Он отложил отчет Твайлайт в сторону и просто наблюдал за работой окружающих его пони.

Даже потягивая вино, он уже пригубил второй бокал, когда дворяне начали рассаживаться.

Голдед Стар заняла свое место, чтобы снова обратиться ко двору. Самодовольный взгляд уверенности не совсем скрывался за его маской формальности.

"Ваше высочество. Мои коллеги-дворяне, с большим сожалением я вынуждена отозвать большинство наших жалоб на действия принцессы Твайлайт Спаркл. Но есть более чем достаточное количество пунктов, которые все еще остаются в силе, чтобы эта сессия продолжалась. В дополнение к другим моментам, на которые обратила наше внимание принцесса Твайлайт в своих собственных исследованиях".

"Пожалуйста, просветите нас и своих коллег-дворян", — сказала Селестия. Блеск в ее глазах был ясен, когда она заманивала в ловушку.

"Конечно, ваше высочество" — Голдед Стар поклонилась с полным и искренним уважением.

Блюблад не мог не заблудиться в сложной юридической акробатике Голдед Стар. Тем не менее, большинство ее аргументов казались правильными, и если принцесса Твайлайт была кем-то другим, кроме принцессы, ее можно было бы, как минимум, изгнать. Некоторые из ее прошлых поступков, о которых шла речь, должны были привести ее в тюрьму, но поскольку теперь она была принцессой, с юридической точки зрения они не имели значения.

Голдед Стар, казалось, наконец-то пришла к своему заключению. Встав во весь рост и обведя суд размашистым жестом, который завершился тычком копыта в сторону принцессы Твайлайт, она с ликованием приступила к следующему пункту. "И я заявляю суду, что так называемый жеребенок на самом деле является всего лишь магической конструкцией. Поскольку он не был одобрен магическим советом, и поскольку он превышает безопасные магические пределы, как определено в статье четырнадцать подраздела тринадцать закона о самоанимированных конструкциях, у нас есть только один вариант" — Она сделал паузу для драматического эффекта. "Немедленное уничтожение этого опасного творения".

Треск.

Небольшая толпа дворян топала копытами в знак поддержки. Твайлайт дрожала, потеряв дар речи, в ее глазах мерцали огоньки пламени.

Голдед Стар победно улыбнулась, гордо подняв голову, и продолжила властным тоном. "Теперь у меня в распоряжении уже есть отряд истребителей магов, специально оборудованный для борьбы с этой мерзостью, которую создала Твайлайт".

Треск.

Тяжелое золотое ожерелье Твайлайт разлетелось со взрывом металла. "ТЫ СМЕЕШЬ УГРОЖАТЬ МОЕЙ ДОЧЕРИ!" — Твайлайт зарычала со всей силой Королевского Кантерлотского голоса. Ее крылья с силой распахнулись. С ее шерсти исчез весь цвет, а грива вспыхнула ярким пламенем. Глаза, полные убийственных намерений, устремились на Голдед Стар.

[Изображение: https://lh3.googleusercontent.com/5orJFzbyfOIokiBtFRJqEDGMEDX1e5CEooqMZzac_9O61DeIJjF6jooBQhbSFylEVwMsSxBDN7-blDwtUjDktZBCk8YZq0xz3SxsaNbIIzoSPx70pifLJjbIlsMavhLEovFvoJDG7it0JNPcBEQOmg]

Пламенная алебастровая тварь на месте Твайлайт с рычанием бросилась вперед, пламя взвилось вокруг нее, и она бросилась на испуганную Голдед Стар.

Рычащая тварь врезалась в плоскость золотого света, пламя вокруг нее пронеслось мимо, жадно выискивая плоть, чтобы сжечь ее.

В воздухе появилась золотая алебарда, прочертив дугу, отбросила Твайлайт назад и рассекла волну огня, хлынувшую на беззащитных дворян.

Взмах, и Селестия встала на защиту, расправив крылья, а острие ее оружия уперлось в грудь Твайлайт. Крики паники, оглашавшие воздух, были полностью проигнорированы двумя силами природы, смотрящими друг на друга. Блюблад хотел бежать, хотел выбраться отсюда. Дуэль Твайлайт и Луны была игрой, спортом. Похоже, что слишком скоро она станет слишком реальной.

Они просто остановились, каждый дворянин небрежно опустился на землю, их конечности крепко обхватили их, а передние конечности защитно обхватили их головы. Блюблад почувствовал, что и его тело делает то же самое, на этот раз Платинум Чек ничего не делала, чтобы противостоять магии разума Селестии, внушающей ему.

Платинум…

Не волнуйтесь, мой принц, мы просто играем. Сейчас не время рисковать без необходимости.

Твайлайт зарычала, теперь уже совсем по-звериному. Блюблад высунулся из-под копыт. Огонь вокруг Твайлайт ревел, прожигая потолок и раскалывая мрамор вокруг нее, а она, как бешеный волк, надвигалась на Селестию. Солнечная принцесса стояла твердо. "Твайлайт, пожалуйста, прекрати это", — потребовала Селестия. "Не заставляй меня делать это, только не снова", — добавила она умоляюще.

В глазах демона не было ничего, кроме ненависти и смерти. Мышцы ее ног напряглись, и она приготовилась наброситься на Селестию, обнажив клыки.

Бледное пятно метнулось к Твайлайт, прорвав ее пламя. Перья стражницы загорелись, каждое из них стало яркой недолговечной свечой, а ее тело погрузилась в бушующее пламя, исчезнув из виду.

Пламя замерло, застыло, словно замененное статической иллюзией, а затем угасло. Почерневшее и закопченное существо обхватило передними ногами шею Твайлайт.

Слышно было только шипение горящей плоти. Искалеченное тело Кэндис было настолько горячим, что ее кожа все еще поджаривалась.

В глазах Твайлайт медленно зарождался ужас. "Нет… нет… нет… я…", — ее копыто взлетело вверх и ударило ее по лицу. "Сейчас не время, Твайлайт", — рыкнула она на себя. Ее глаза внезапно заострились, стали живыми и расчетливыми. "Итак, где же были лучшие специалисты по ожогам?" — Ее рог загорелся ярким пурпурным светом. Сфера света взорвалась вокруг нее, и с треском грома она исчезла, вместе с частью мраморного пола. Осталось только кольцо пламени.

Селестия опустила смертоносное острие своего оружия.

Когда опасность миновала, желудок Блюблада забурчал. Запах жженой шерсти и горелого мяса наполнил комнату. Он никогда не хотел знать, как пахнет жареный пони, и очень хотел бы забыть об этом. Загнанный в ловушку, он не мог пошевелить телом. Только успокаивающее копыто Платинум Чек не давало ему окончательно запаниковать.

"Похоже, она взяла пример с тебя. Как учитель, так и ученик, похожи". — Голос Луны был дразнящим, но ее глаза были холодны, как самое темное сердце виндиго.

Селестия фыркнула. "Сейчас не время, Луна".

Луна подошла к Селестии. "Приятно видеть, что у тебя все еще хорошие рефлексы, сестра, или, по крайней мере, у твоего Военного Разума".

Ноздри Селестии раздулись, когда она сделала глубокий вдох. "Похоже, ты хорошо воспринимаешь возможную смерть одного из своих избранников".

Луна подняла крылья, пожав плечами. "Это был урок, который Твайлайт должна была усвоить, возможно, это не самый добрый способ для нее, но он точно запомнится".

"И ты не заботишься о страже, которого забрала у меня?"

"Я этого не говорила. Я надеюсь, что она выживет". Луна спокойно предложила сестре попкорн, но та его проигнорировала. "Все же она смертна, ее время рано или поздно придет…" — На мордочке Луны появилась нарочитая улыбка. "Это значит, что мне придется подождать, пока наши обязанности не будут окончательно выполнены, чтобы увидеть ее снова".

Селестия вздохнула и оглядела огненное разрушение. "Просто скрыть это будет неэкономично".

"Тогда, дорогая сестра, я предлагаю тебе придумать убедительное объяснение".

Шея белого лебедя изящно повернулась, и Солнечная Принцесса осмотрела всех поверженных вельмож.

Копыта Платинум Чек крепко сжались, впиваясь в его спину, пригвоздив его к земле и удерживая неподвижным, как статую. Даже его глаза были неподвижны, как и у остальных пони в комнате.

Что это было? Что случилось с Твайлайт?

Не угрожай тому, что любит аликорн.

Определенно мудрые слова, от которых не умирают.

* * *

## 39.3 Неуместные реакции

* * *

Кейденс сидела, глядя в окно, ее глаза были слепы к обыденным вещам. Вместо этого она наблюдала за цветным светом и линиями, которые составляли ее владения. Она знала, что то, что она делает, может быть расценено как шпионаж на официальном собрании. Да, ее не пригласили, но ей было все равно. Она следила за Твайлайт.

Ее аура подняла бокал с изысканным вином. В глубине души она гадала, что дороже — он или жидкость в нем. Ее мало волновали дворяне и их мелочность. Нет, ее внимание занимала связь между Твайлайт и Селестией. Пока что, с момента ее прибытия прошло чуть больше часа, она медленно улучшалась. Беспокойство со стороны Селестии исчезало, а со стороны Твайлайт возвращалось доверие. Правда, оно уже не было на прежнем уровне. Несколько маленьких мотыльков юмора плясали туда-сюда по их сердечной линии. Кейденс улыбнулась: если они смогут разделить одно из достоинств гармонии, значит, у них есть надежда.

"Как ты думаешь, с Твайли все будет в порядке?" — спросил Шайнинг Армор в девятый раз за последние полчаса.

"Да, Шайни, с Твайлайт все будет хорошо", — сказала Кейденс, на мгновение прислонив к нему крыло.

"Жаль, что мы не можем быть рядом, чтобы поддержать ее".

"Я знаю". Кейденс ободряюще улыбнулась ему. Он был не единственным, кто хотел бы, чтобы они были там прямо сейчас. "Но мы — правители Кристальной Империи, а не Эквестрии. Мы — приглашенные иностранные сановники, а не настоящая часть здешних событий".

Шайнинг окинул взглядом раскинувшийся под ними Кантерлот. Его взгляд наткнулся на патруль стражников, блиставших в своих солнечных доспехах. Кейденс не нужно было обладать эмоциональным чутьем, чтобы понять, что он скучает по роли капитана гвардии. Он был хорошим жеребцом, одним из лучших, но ее Шайни не был рожден для того, чтобы быть правителем. Его талантом, его призванием была защита своих подопечных. С тем количеством бюрократии, которое часто требовалось для того, чтобы быть правителем, трудно было стать героем, которым он хотел быть.

Раскаленный до бела гнев, ярость, превосходящая все, что она чувствовала раньше, ворвались в ее чувства. Подавляя почти все остальное. Кейденс пошатнулась в сторону. До ее слуха донесся звук разбивающегося об пол бокала с вином, когда мир вокруг нее опрокинулся. "Кейденс!" — воскликнул Шайнинг Армор. Его сильные копыта удержали ее, когда мир померк.

Она потянулась и ухватилась за копыто Шайнинга, нуждаясь в утешении. Ей нужно было знать, что он все еще рядом. Медленно она вдохнула. Это были не ее эмоции. Она не может быть подвластна чужим чувствам, какими бы сильными они ни были. Шайнинг Армор снова заговорил, но его слова были не более чем щекотанием его дыхания о ее шерсть.

"ТЫ СМЕЕШЬ УГРОЖАТЬ МОЕЙ ДОЧЕРИ!" — проревел голос Твайлайт. Кейденс почувствовала, как эхо понеслось по линии сердца, соединяя ее с сестрой, даже когда ее уши звенели от его громкости.

Должно быть, все пони в Кантерлоте слышали это, — подумала она. Она сразу поняла, что если Твайлайт использует Королевский голос, то происходит что-то серьезное. Ей нужно было заставить свое тело сотрудничать. Она попыталась встать, но ее конечности не имели координации. Кроме того, что ее разум все еще был в некоторой степени ясен, она чувствовала, что выпила слишком много вина.

Доставьте нас туда. Мысленно взмолилась Кейденс, надеясь, что один из ее фрагментов, любой из них, сможет ей помочь. Мгновением позже она почувствовала, как ее тело перекатывается, ноги плавным движением поднимают ее с земли.

* * *

Мерцающий свет костра отражался от золотой зеркальной поверхности этого ненавистного адского клинка. Она хорошо знала его острие. Ей нужно быть осторожной. Нова смотрела на чудовище, убившее ее сестер, и ярость пылала в ее жилах. Она убьет ее. Она разорвет Селестию на части собственными копытами. Что-то заныло в ее голове, тело напряглось, а незнакомые крылья она проигнорировала как ненужное отвлечение. Она заплатит, и заплатит кровью. Ее морда исказилась в оскале. Грей, Нарушитель правил, Танцовщица, Санчейзер и Литтл Стар будут отомщены.

Сильные копыта схватили ее. Она взмахнула копытом и ударила копытом по белой морде перед собой. Удар пронзил ее ногу. Плоскость магии блокировала ее удар. Она попыталась, снова и снова, и снова. В преграде медленно образовывались трещины.

Кто-то кричал на нее, повторяя что-то снова и снова. Что-то кричало в ее сознании. Это неправильно. Моя мордочка не белая. У меня нет кровных сестер. Я родилась с крыльями. Селестия не убивала моих сестер. Я не ненавижу ее. Это не я. Она еще раз подняла копыто и посмотрела на него. Оно было розовым, очень, определенно розовым, а не лавандовым или белым. Я не Нова. Осознание этого шокировало ее.

"Кейденс?" — спросил Шайнинг Армор.

Кейденс медленно посмотрела вниз, не желая видеть, что она могла наделать. Шайнинг Армор лежал, прижатый к ней, его заклинание щита разломилось и потрескалось по всей поверхности. "О, Шайни, что я наделала?"

Тело Шайнинг Армора напряглось, когда он позволил своим поврежденным защитным чарам рассеяться. Его глаза сияли от любви к ней. Да, в них было смятение и беспокойство, но ничто не могло поколебать фундамент их любви. "Ничего, я в порядке, но что случилось с тобой и что с Твайлайт?" — спросил он, указывая копытом на окно.

"Твайлайт!" — Глаза Кейденс метнулись к окну. Большая дыра, пробитая в магически защищенной крыше, не предвещала ничего хорошего. С крыши напротив лениво поднимался дым, словно во дворце дремал дракон. Уцелевшая золотая крыша расплавилась и медленно сползала по стене.

Она стряхнула с себя недоверие к увиденному и быстро поднялась, потянув мужа за копыта, не заботясь о том, чтобы скрыть свою силу.

Горе, паника, печаль, и непреодолимое чувство вины захлестнули Твайлайт. Еще один импульс магии атаковал чувства Кейденс. Впервые с тех пор, как ей почистили лей-линии, воспринимать телепорт было больно. Она не сомневалась, что Твайлайт больше не в Кантерлоте.

Кейденс опустилась на корточки. "Твайлайт…"

Шайнинг Армор притянул ее в объятия. "Что бы ни случилось, мы оба будем рядом с ней".

"Я…" — Кейденс почувствовала, как пересохло в горле. Она не хотела, чтобы следующие слова сорвались с ее губ, но Шайнинг был братом Твайлайт. Он заслуживал того, чтобы знать. "Я думаю, она убила какого-то пони".

"Мы должны найти ее".

"Я не знаю, куда она телепортировалась" — Кейденс посмотрела вниз. "С такой силой и такими эмоциями, я даже не уверена, что она знала, где окажется".

Шайнинг Армор повернулся и направился к двери. "Тогда мы пойдем к Селестии".

"В этом нет необходимости", — прервала Луна контролируя свой тон. Металлические накопытники застучали по мраморному полу, когда Луна вышла из тени. "Твайлайт усваивает важный урок".

"Ты называешь это уроком?" — Кейденс пришлось применить весь свой многолетний опыт дипломатической подготовки, чтобы сохранить спокойный голос и профессиональное выражение лица. Ужасная эмоциональная боль, которую испытывала Твайлайт, все еще заставляла ее найти Твайлайт и утешить ее, как будто она была жеребенком, которого она когда-то нянчила.

Грустная улыбка украсила мордочку Луны. "Да, я бы хотела, чтобы она научилась по-другому".

"Принцесса, что именно произошло?" — Шайнинг Армор спросил формально, но с непоколебимой решимостью. Кейденс могла сказать, что на этот раз он не примет полуответов или уклонений.

Луна рассказала им.

* * *

## 39.4 “Лучик света” Ноубл Гида

* * *

Ноубл Гид содрогнулся всем телом. Казалось, что сама его плоть восстает. Его мышцы пытались выскользнуть из костей, а кожа ползла и кусалась. Каждый шаг, каждое движение были мучительны, но он не мог допустить даже малейшего намека на свою слабость.

Селестия продержала их на земле несколько часов, не давая пошевелиться. Он мог бы пошевелиться в любой момент, но не смел. Даже малейшее движение — и он рисковал всем. Если бы Селестия узнала, что он не подвержен ее контролю разума, он подписал бы себе смертный приговор. Он был бы мертв, не успев моргнуть.

Дураки из РСКГ суетились вокруг, задавая всем пони вопросы и изучая все в мельчайших подробностях. Каждый ответ, который он вынужден был им давать, разрывал ему горло. Он хотел закричать, броситься прочь, но это было бы не в его характере. Все, что ему нужно, — это побыть одному, и мучения уйдут. Кто-нибудь заметит, если он будет вести себя не по правилам.

Селестия была совершенно безжалостна, придумывая вымышленную серию событий. Своим копытом и магией она сделала их, по сути, реальностью. Тихая мелодия, которую она напевала, безжалостно нанося все новые и новые повреждения и разрушения, нервировала. Как будто жизни пони были просто картиной, на которую она наносила последние штрихи.

Шипение горящей плоти и хруст ломающегося рога, которые она добавляла для пущей достоверности, вызывали у Ноубл Гид желание бежать. Селестия холодно смотрела на свою работу, наблюдая, как прекрасные черты одной кобылы были испорчены ее магией. Она была всего лишь одной бедной душой, которая оказалась слишком близко к месту предполагаемой атаки Голдед Стар. Вандализм Селестии по отношению к плоти своих подданных был мастерским, как бы ужасно ни выглядели повреждения, не было ничего такого, что нельзя было бы исцелить, если бы было достаточно времени и денег.

Его взгляд остановился на Голдед Стар, закованной в цепи, связанной и с рогом, который был не более чем обгоревшим обрубком. Она разглагольствовала и бредила, провозглашая возвращение Сомбры. Если бы не тот факт, что Ноубл Гид знал, что Голдед Стар не была культистом, он был бы полностью убежден. Сколько заговоров в прошлые годы было просто чисткой Селестии от тех, кто был ей больше не нужен?

Селестия заполнила головы всех пони полностью сфабрикованными воспоминаниями о событиях. Твайлайт была признана невиновной во всех обвинениях, вымышленное доказательство того, что Литтл Стар была настоящей пони из плоти и крови, а не конструктом. Последний мастерский ход заключался в том, что Голдед Стар попыталась принести себя в жертву, чтобы спровоцировать нападение на Суд Дворянства. Атака была блокирована Твайлайт. Этот последний штрих превратил Твайлайт из разъяренного нападавшего в героя, спасшего всех дворян. Насколько все остальные пони знали, что Твайлайт спасла их, она снова стала героем.

Хорошо сыграно, Селестия. Даже если ты не знаешь, что я здесь, ты сорвала многие мои планы на сегодня.

Вся эта ситуация переросла в то, чего он никак не мог ожидать. Он знал, что Селестия использует магию разума, но даже не предполагал, что она может быть настолько жестоко прагматичной.

Голдед Стар была дурой, но полезной. Сам Ноубл тщательно прорабатывал и направлял ее, чтобы она выдвинула свои обвинения против Твайлайт. Он просто не ожидал, что Твайлайт практически воспламенится от ярости. Куда делась та спокойная, собранная, уверенная в себе кобыла, с которой он обменивался словами и заклинаниями. Что изменилось со времен Храма Скрытого Пути?

Твайлайт оказалась мастером магии крови. Селестия, ее наставница, была верховным авторитетом в магии разума. Луна опустилась до развращающей темной магии, став Найтмер Мун. Неужели у каждого аликорна была специализация в какой-нибудь ветви запретной магии? Он задумался об этом на мгновение. А что было бы у Кейденс?

Агент, допрашивающий его, наконец ушел, обратившись к другому травмированному дворянину. Глаза Ноубл Гида смотрели в окно на горизонт. Он еще не мог это разглядеть, но знал, что надвигается буря. Даже несмотря на то, как ему было больно, в этой ситуации был и положительный момент: все, что здесь происходит, отвлечет всех принцесс. Он сдержал улыбку. Знание о страданиях, которые вскоре постигнут принцессу, делало его нынешнюю боль немного более терпимой.

* * *

## 40.1 Гостевая комната

* * *

"Инсайт?" — Робкий голос кобылы первым нарушил тишину.

Инсайт попыталась открыть свои ныне несуществующие глаза. Она была потеряна и одинока в этом бесконечном пространстве, лишенном ощущений уже неизвестно сколько времени. Она снова попыталась дотянуться, ища утешения у фрагмента, который оставила ей Найт. Инсайт даже не чувствовало его с тех пор, как пламя Новы уничтожило заклинание, поддерживающее ее сон. Дары Луны и Найт были уничтожены.

После долгих часов поисков вокруг нее ничего не было. Голос не повторился. Должно быть, он ей привиделся. После того как Кэндис так долго была ее второй половинкой, оставаться одной было почти больно.

Из-за отсутствия тела было трудно определить, сколько времени прошло. Ничто не отвлекало, ни дыхание, ни сердцебиение, все, что у нее было, — это ее собственные мысли. Полное отсутствие боли могло быть как плохим, так и хорошим знаком. Инсайт не позволяла себе рассматривать более мрачные возможности, пока не появятся доказательства. Пока же ей оставалось только ждать.

От нечего делать она представила, что закрывает глаза. Она собрала все свои мысли и медленно отбросила их одну за другой. Найдя свой центр, она позволила себе погрузиться в медитативный транс.

* * *

"Инсайт?" — Голос вернулся снова. "Инсайт, ты меня слышишь?" — Отчаяние начало просачиваться в голос. Он звучал знакомо, но она никак не могла его определить. Кто это был?

Привет? — Ее первая попытка заговорить провалилась, как будто она не могла найти свой голос.

"Инсайт, ответь мне", — приказал Голос, в его тоне слышалась паника.

"Это сработало? Получилось ли? Они в порядке?" Каждое слово, произнесенное Инсайт, казалось, требовало огромного усилия воли. С каждым слогом, произнесенным ею, думать становилось все труднее и труднее. Она попыталась заговорить снова, но мысли рассыпались, прежде чем она успела сформулировать ответ.

Ее окутала какая-то масса. Какая-то ее часть недоумевала, как она может ощущать давление, не имея тела. Холодный лед проникал внутрь, нарушая личное пространство, в котором должно было находиться ее тело. Дрожащий вздох вырвался из ее легких, возвещая о том, что у нее снова есть тело. Мягкое крыло обхватило ее тело. За ним последовало тепло.

"Инсайт, мне так жаль. Я никогда не хотела", — сказал прежний голос. Прошло несколько секунд, но потом до нее дошло. Это был голос Твайлайт.

Инсайт прижалась к телу Твайлайт. Ощущение ее тела и запах медленно подтверждали, что это не галлюцинация. Облегчение и беспокойство захлестнули ее. "Твайлайт, ты в порядке?"

"Я же говорила, что она будет больше беспокоиться о тебе", — прервал ее более холодный расчетливый голос Найт.

Твайлайт кивнула, как бы отвечая на оба вопроса. "Как ты?"

"На данный момент, благодарна, что с вами все в порядке, но что случилось?" Ноющее чувство, отсутствие ее второй половинки ударило по Инсайт, как удар земной пони. "Где Кэндис?"

Мгновенное молчание длилось слишком долго. Слишком долго, чтобы ответ был хорошим. Даже без зрения она могла сказать, что Твайлайт и Найт обменялись взглядом. "Если ты хочешь что-то скрыть от меня, то не надо, просто скажи мне правду".

Твайлайт прижалась к ней, притянув ее в крепкие объятия. Сильное тело аликорна дрожало, когда слова налетали друг на друга в хаотичном беспорядке паники, ненависти к себе и рыданий. Инсайт прижалась к расстроенной кобыле, отложив свой вопрос на время, чтобы утешить Твайлайт. "Я… я убила ее…"

"Если бы это было правдой, меня бы здесь тоже не было", — рассудила Инсайт.

"Неправда, но, к счастью или к сожалению, Кэндис все еще жива", — сказала Найт. Несмотря на резкий тон, Инсайт подумала, что за ним скрывается беспокойство.

"Полагаю, она была повреждена гораздо сильнее, чем предполагала".

"Она даже больше не похожа на пони", — причитала Твайлайт.

Найт вздохнула, но протянула свое перепончатое крыло над ними обеими.

"Что бы с ней ни случилось, знай, что она не жалеет о том, что сделала все, что должна была сделать, чтобы спасти тебя от беды. Какими бы сильными вы ни были, вы бы не выжили в настоящей схватке с Селестией".

Найт надулась. "Сражаясь как бездумное животное, Нова чуть не убила нас обеих".

"Хотя почему она защищала этих никчемных жалких пони, я не понимаю". Инсайт покачала головой. "Угроза твоей дочери должна быть смертельным преступлением". Инсайт сама бы убила их, если бы они действительно попытались выполнить свою угрозу.

"Как бы больно мне ни было это говорить", почти прорычала Найт, — "Селестия была права".

"Я признаю, что защищала этих идиотов".

Найт сурово усмехнулась. "Сомневаюсь, что это было действительно для их защиты. Нет, остальные сотрудники замка и даже пони Кантерлота в том направлении имели больший вес в ее рассуждениях".

"О, хорошо. Это имеет больше смысла. Но почему она так угрожала Твайлайт? Эта часть не имеет смысла. У нее более чем достаточно сил, чтобы просто сдерживать атаки, пока Твайлайт не успокоится. Зачем направлять на нее артефактное оружие?"

"Ты думаешь, Селестия будет действовать так решительно?" Смех Найт потряс Инсайт.

"Разве ты не видела смертельно холодный взгляд Селестии?"

"Ты думаешь, это Селестия смотрела из них?"

"Либо так, либо ее Военный Разум, и если это было так, то Твайлайт была в еще большей опасности".

"Да, я думаю, это был ее Военный Разум. Она всегда действовала решительно и эффективно. Запомни, дорогая сестра", — Найт почти выплюнула это имя. "Накопив ее магию, призвать оружие было, вероятно, самым энергоэффективным способом вовремя отразить эту атаку".

"Она выглядела так, будто собиралась зарубить Твайлайт. Если бы у нее не было такого взгляда в глазах, Кэндис не сделала бы того, что сделала", — заявила Инсайт.

"Тогда Кэндис была дурой", — медленно сказала Найт. — "Если бы Селестия хотела убить Твайлайт, то все было бы кончено еще до того, как Кэндис успела бы среагировать".

Инсайт вздрогнула, Кэндис спасла Твайлайт, почему Найт не может принять это? Она изо всех сил старалась сохранять спокойствие, но в ее тоне слышались нотки раздражения. "Я не говорю, что она хотела ее смерти, я говорю, что Нова могла не оставить ей выбора. Что ни Селестия, ни ее Военный Разум не были в настроении давать свободу действий".

"Селестия слишком много вложила в свою верную ученицу", — ответила Найт. — "Военный Разум просто отрубила бы Твайлайт конечности и рог, но оставила бы ее в живых".

Твайлайт вздрогнула, отвернув уши, словно пытаясь не слушать. Она крепче прижалась к Инсайт. Хорошо, что ее тело было всего лишь конструкцией. Сила объятий была бы смертельной для обычного единорога.

"То артефактное оружие выглядело так, будто оно могло сделать эти раны необратимыми", — добавила Инсайт так спокойно, как только могла. Не желая усугублять страдания своей возлюбленной.

"Как и большинство смертных", — Найт произнесла это слово как оскорбление. "Ты недооцениваешь, как трудно нас убить".

"Я не сказала убить, я сказала покалечить. Навсегда". Инсайт чуть не сорвалась. Неужели Найт намеренно искажает то, что говорит Инсайт? "Теперь, может, хватит заставлять Твайлайт чувствовать себя еще хуже? Это ей не поможет".

Голос Найт обрел ледяную холодность. Твайлайт исчезла из объятий, и только кожаное крыло Найт теперь обнимало Инсайт. "И если бы ты действительно заботилась об этом, ты бы оставила свои последние слова без комментариев". Найт вздохнула. "Мы должны устроить тебя, Луна все еще нуждается в твоих услугах".

"Мне действительно не все равно. Но ты права в том, что это должно было остаться невысказанным", — признала Инсайт. Хотя она знала, что Найт не выиграет этот спор. — "Но ты не знаешь, что было на уме у Кэндис. Я знаю".

Даже в своей нынешней слепоте Инсайт чувствовала, что Найт смотрит на нее. "О?"

"Она не была дурой, пытаясь спасти Твайлайт от того, что, похоже, могло стать необратимой травмой или смертью. И да, разобрать ее на части и восстановить снова, значит убить Твайлайт, которую мы знаем и любим".

Казалось, что-то изменилось в позе Найт. Мгновение спустя она рассмеялась, глубоким веселым раскатом. "Вы двое просто прелесть", — фестральное крыло обняло Инсайт. "Мы ценим твои чувства, правда".

"Она хотела отвлечь Нову поцелуем. Единственное, в чем Кэндис просчиталась, так это в количестве повреждений, которые она получит. Она даже использовала всю магию аликорна, которую накопила, чтобы укрепить себя. Она ожидала, что ей придется отрастить перья и немного меха".

"Вам обеим повезло, что вы вообще еще существуете", — прорычала Найт. Она вдохнула длинный воздух, успокаивая свой тон и выражение лица до контролируемого нейтралитета. "Намерение Селестии не было смертельным, а вот Твайлайт — да. Кэндис вмешалась в магию, которая должна была стать угрозой для Селестии". Найт вздохнула и поднялась на копыта. "А теперь вставай. Нам нужно доставить тебя в твое новое жилище".

* * *

С каждым шагом, с каждым выпадом копыт она чувствовала, что отдаляется от чего-то важного. Инсайт чувствовала, как расстояние тяготит ее. Даже если сейчас она не могла по-настоящему почувствовать Кэндис, она знала, кого оставляет позади.

Как будто внезапно открыв глаза, зрение вернулось. Над гаванями клубились зловещие грозовые тучи, перед ней простиралась бесконечная обсидиановая плоскость. Менее чем в миле от нее к небу тянулось колоссальное дерево. Если верить перспективе, оно было размером по меньшей мере с Кантерлот.

Ее глаза распахнулись от удивления. "Я уверена, что библиотека Золотых Дубов не была такой большой. Это бастион Твайлайт?".

Найт кивнула в сторону единственной двери в его основании. "Думаешь, ты сможешь пройти отсюда?"

Проверив себя, она поняла, что ее тело, которое, как она знала, было ментальной проекцией, ощущалось реальным. Если бы не тот факт, что у нее не было собственного тела, она была бы уверена, что это тело — настоящая плоть и кровь. "Думаю, да. Могу ли я телепортироваться сюда, как я это делала в области снов, пока она не была разрушена?"

"Это Бастион Твайлайт", — Найт указала крылом на дерево. "Все здесь ведет себя в соответствии с ее знаниями о реальности. В некотором смысле, это более реально, чем физическое царство".

Инсайт попыталась зажечь свой рог. Ничего не произошло. "Если это тело имеет форму, то да, я могу его создать. Хотя, очевидно, мое чувство магии пропало".

"У тебя есть рог, не так ли?"

"Это не то, что я имела в виду. Я имела в виду, что мое чувство обладания собственной магией больше не здесь. Я знаю, что оно было имитацией в сне, поэтому у меня было ощущение, что у меня есть своя собственная магия. Теперь я даже не могу зажечь свой рог".

"Это реальное место, а не просто сон. Чтобы колдовать здесь, нужна настоящая сила", — объяснила Найт.

"В этом есть смысл. Думаю, телепортация здесь работать не будет". Инсайт выдержала паузу и посмотрела на Найт. "Кстати, где твой фрагмент? Я потеряла с ним связь, когда пламя уничтожило сновидческий ландшафт".

Найт замолчала, ее тон стал смертельно спокойным. "Угли души Кэндис остались вместе. По сути, этот фрагмент мертв, ее существование было обменено на сохранение этого наглого жеребенка".

"Ты знаешь, что она готова заплатить любую цену".

"Да, она готова заплатить любую цену", — прошипела Найт.

"Может, хватит меня перебивать!" Инсайт увидела, как Найт повернулась и посмотрела на нее, но она не хотела, чтобы ее снова прерывали. "Ты делала это уже несколько раз, но я не сделала этого с тобой".

"Ты наглая смертная", — прорычала Найт. Все ее тело напряглось, явно готовое к насилию. В небесах над головой прогремел гром. "Знаешь ли ты, как сильно то, что случилось с Кэндис, ранило Твайлайт?"

Ее внимание привлекли облака, похоже, настроение Найт влияло на погоду так же, как настроение Луны. "Значит, тебе не все равно". Глаза Инсайт смягчились, когда она посмотрела на ту, которую все еще любила.

Почти сокрушительная аура окутала Инсайт. Магия Найт вибрировала от едва сдерживаемой ярости. Две щели светящихся глаз смотрели в самую душу Инсайт. Убийственная буря ледяной ярости плясала за ними, ища выхода, любой достойной цели.

"Я…"

"Молчи".

Подкрепленная магией команда аликорна украла остальные слова Инсайт, оставив самое важное невысказанным. Все еще люблю тебя, Найт. И все же она попыталась передать их одними лишь глазами.

Найт впилась в Инсайт убийственным взглядом. Спустя долгие несколько секунд пылающие глаза потускнели. Взмахнув крылом, Найт указала вниз. "Смотри". Слова прозвучали горько и устало.

Отражение под ее копытами начало меняться. Теперь там отражались не только грозовые тучи. Перед ней открылась сцена из спальни Твайлайт.

Пламя Новы не было добрым, тело Кэндис стало неузнаваемым. Ее шерсть, грива и перья сгорели, и только копыта и форма тела указывали на то, что она все еще пони. Глаза Инсайт нашли кьютимарку Кэндис, все еще видимую, несмотря на повреждения. Пока она была на месте, у нее был шанс. Ее душа все еще была в этом царстве, все еще цеплялась за жизнь в ее теле.

Инсайт сосредоточилась, оставив эмоциональные реакции позади. Ее разум сосредоточился на проблеме, стоящей перед ней. Анализируя клинические детали, все, что она читала, все, что знала, она использовала, чтобы определить, что необходимо для спасения Кэндис.

Кэндис лежала без движения и не дышала. Это могло бы вызвать беспокойство, если бы не работа искусственных органов вокруг нее. Она была идеально расположена в центре кровати. Та самая кровать, над которой работали Литтл Стар и Кэндис, чтобы ускорить время и тем самым ускорить выздоровление Твайлайт. Кристалл и металл превратились в замысловатые узоры рун заклинаний вокруг нее, точно созданные для усиления и обратного эффекта. Быстрый подсчет показал, что за тысячу лет Кэндис переживет всего одну секунду.

Инсайт почувствовала облегчение: по крайней мере, сейчас Кэндис была жива. Она позволила себе осмотреть остальную часть комнаты Твайлайт. Здесь царил беспорядок, вещи были выброшены или разорваны на части. Все, что нужно, было уничтожено, чтобы сделать артефакт, сохранивший Кэндис. Среди разрушенной комнаты на полу лежала Твайлайт, растрепанная. Пепел от плоти Кэндис все еще пачкал ее шерсть.

Едва уловимое движение незапятнанной лаванды привлекло внимание Инсайт. Литтл Стар незаметно выглянула из дверного проема. Она прикусила нижнюю губу, беспокойство и нерешительность омрачили ее обычно очаровательное лицо, когда она смотрела между Кэндис и Твайлайт.

Аура Найт потускнела, и Инсайт почувствовала, как гравитация вновь заявила о себе, когда она упала на землю. "Мне нужно увидеть свою дочь". Найт махнула крылом в сторону двери библиотеки. "Только не забудь постучать, это не публичная библиотека".

Инсайт кивнула, когда Найт провалилась сквозь пол. В отражении внизу тело Твайлайт зашевелилось и быстро поднялось, грязные лавандовые крылья обхватили Литтл Стар. Было приятно видеть, что о маленькой кобылке заботятся. Это было бесконечно важнее, чем то, что Найт и она продолжают свой спор. Инсайт постучала копытом в дверь, приглушенный звук говорил о том, насколько прочной она была.

Скрежет отпираемых механических замков и отодвигаемых засовов смешивался со звоном и шипением снимаемых заслонов. Что бы ни находилось за этой дверью, она была хорошо защищена. Серебристая аура окутала дверь и небрежно распахнула ее, открыв потрясающе красивого аликорна с голубой шерстью. Ее струящаяся серебристая грива и хвост двигались лишь слегка неестественно. "Нечасто ко мне приходят гости, или это бродяга, которого я нашла у своей двери?" — спросила она с теплой улыбкой.

"Здравствуй, Дримс", — вежливо сказала Инсайт. "Похоже, я бездомная на некоторое время, пока не произойдет исцеление. Могу я войти?"

"Ты не бездомная", — Дримс грациозно отступила в сторону, элегантным взмахом крыльев приглашая ее войти. "Это всего лишь… передышка перед тем, как ты сможешь вернуться домой".

Инсайт с благодарностью шагнула внутрь большой центральной комнаты библиотеки Твайлайт. Даже на первый взгляд на нескольких уровнях было больше книг, чем она видела в любом другом месте. "Спасибо за гостеприимство. Конструкция из снов, которую подарила нам Луна, была разрушена. Вот что я имела в виду, говоря, что я бездомная". Ей удалось сдержать дрожь в голосе, но все, чего она хотела, это свернуться калачиком и прижаться к ней. Сегодня был не лучший день, и реакция Найт этому не способствовала.

"Могу я предложить тебе немного чая?"

Инсайт кивнула, в ее собственном ментальном пространстве он был не слишком нужен. Тем не менее, ей было любопытно, как это может работать здесь, в месте, которое функционировало в соответствии с пониманием реальности Твайлайт.

Дримс рассмеялась, мягко и красиво, проходя дальше: "Пожалуйста, пока не стоит начинать эксперименты над этим местом". Она кивнула головой в сторону небольшого углубления для чтения, расположенного с одной стороны. "Располагайся поудобнее, а я принесу чай".

Удобные подушки окружали пару журнальных столиков. На одном лежала небольшая многоцветная мягкая плюшка Твайлайт. На другом лежало несколько чистых свитков.

"Спасибо. Хотя я и не планировала никаких экспериментов", — смущенно прокомментировала Инсайт.

"И все же…" — сказала Дримс на прощание, небрежно шагая к лестнице.

"Даже тогда, только те, на которые Твайлайт даст мне разрешение". Комментарий Дримс больше усилил ее любопытство, чем что-либо еще.

По тому, как дернулся хвост Дримс, когда она скрылась на лестнице, легко было представить, что она сдерживает смех. Звук ее копыт затих вдали.

Инсайт села и оглядела помещение. Оно было гораздо больше, чем то, которое она видела глазами Кэндис. Здесь было гораздо больше вещей, чем в бастионе Луны. Та была непоколебимой крепостью, звезды, сферы снов и картины Луны. Здесь же было так много маленьких штрихов, которые делали это место домом. На стенах висели фотографии друзей Твайлайт, в вазах стояли свежие цветы, создавая спокойный и расслабляющий аромат.

Из-за паутины скрещенных шипастых цепей внимание Инсайт привлек скрип перьев о пергамент. Несмотря на красоту этого места, некоторые детали выглядели неправильно. Паутина цепей и сильно укрепленная позолоченная дверь, закрывающая доступ в две секции, выделялись. Они не вписывались сюда, не чувствовалось, что им здесь место. Казалось, что они были чужими для Бастиона Твайлайт или каким-то враждебным вторжением.

"Привет, там кто-то есть?" — позвала она, пытаясь заглянуть сквозь путаницу острого металла. На мгновение царапанье пера приостановилось. Затем оно удвоилось, и в поле зрения появился один-единственный лист бумаги, окутанный пепельной аурой, выходящий из того, что выглядело как деревянный туннель, пробитый в путанице зазубренных цепей.

Инсайт даже не стала пробовать свой рог. Она знала, что без Кэндис она бессильна. Не обращая внимания на ощущение пустоты, которое оставляло в ней это отсутствие, она направилась к письму. По мере приближения она начала видеть сквозь щели в цепях. Перед ней простиралось крыло библиотеки, заполненное свитками, досками и книгами. Более двух десятков перьев неистово выводили каракули. С другой стороны доносился стук копыт. Каждый четвертый звук был другим, больше похожим на стук дерева по дереву, а не на ожидаемое цоканье копыта по полу библиотеки.

Через деревянный тоннель на нее смотрело лицо Твайлайт, лишенное выражения и посеревшее. Ее глаза были холодными и горькими, но, казалось, в них не было враждебности к самой Инсайт, когда беспристрастные глаза оценивали ее.

Инсайт прочитала письмо, которое там висело.

Стопроцентная вероятность того, что Кэндис продолжит свое существование в какой-то форме. Вероятность того, что она будет здесь, равна нулю. Твайлайт слишком увлечена ею, чтобы позволить ей умереть.

Инсайт кивнула тому, что казалось фрагментом Твайлайт. "Спасибо". Серая Твайлайт повернулась, демонстрируя отсутствие крыльев по бокам, и, не обращая внимания на Инсайт, снова сосредоточилась на массе бумаг. "Я знаю, что Твайлайт делает все возможное. Я просто надеюсь, что благодаря быстрому мышлению Кэндис, у нее осталось достаточно сил, чтобы снова стать полностью функциональной, а не калекой до конца своих дней".

Не поднимая глаз, Серая Твайлайт подбросили вверх еще один свиток и опустили его в туннель. После этого она исчезла в глубине переполненного архива.

Инсайт потянулась и раскрыла бумагу, чтобы прочитать ее. Свиток содержал полный медицинский отчет о Кэндис, сотни тысяч слов и полностью иллюстрированный диаграммами. Информации было так много, что трудно было разобраться, что именно не так с Кэндис, а что было просто сложным и тщательным описанием живой пони.

Отфильтровав основные сведения и поискав информацию о состоянии здоровья Кэндис, она поняла, что проще было бы перечислить, что у Кэндис в порядке. Терминальный разрыв источника сразу бросался в глаза. После этого все остальные повреждения казались незначительными. Инсайт побледнела.

Аромат чая был единственным предупреждением, которое успела почувствовать Инсайт, прежде чем большое роскошное мягкое голубое крыло обхватило ее. "Все не так плохо, как кажется. Если бы Кэндис не была избранной, это было бы так", — сказала Свит Дримс.

Инсайт обняла ее и вздохнула. "Я надеюсь на это. Я знаю, что она гораздо более вынослива психически, чем физически. Но я надеюсь, что нечто подобное не сломит ее. Один из ее худших страхов — быть вынужденной полагаться на других в удовлетворении основных потребностей".

Теплое прикосновение Дримс было материнским, комфорт и любовь обрели физическую форму. Инсайт позволила себе просто потерять себя в нем. Слишком давно она не чувствовала ничего подобного. Она даже не могла вспомнить, как выглядели ее родители.

Дримс обратила внимание на Грей, ее серебряная аура поставила в туннель чашку чая и тарелку с бутербродами с маргаритками. "Спасибо, что составила компанию Инсайт, Грей. Пожалуйста, помни, что иногда правда требует некоторого контекста или немного доброты в том, как она доносится".

* * *

Каким-то образом Инсайт обнаружила себя лежащей, завернувшись в крылья Дримс, не замечая, сколько времени прошло. Она чувствовала себя спокойно, душевно собранной, даже когда на ее лице остались следы от слез.

Инсайт подняла голову и встретилась с мягкими, заботливыми глазами Дримс. "Ты пытаешься заполучить себе еще одну пони для любви?"

"Нет", — ответ Дримс был холодным, но не суровым. "Это просто то, что тебе было нужно. Я была бы плохим хозяином, если бы не заботилась о своих гостях".

"Я не знаю, за что я больше благодарна: за то, что ты была рядом с Твайлайт, когда ей это было нужно, или за то, что ты сейчас рядом со мной".

Крыло Дримс легким движением прошлось по спине Инсайт. Повторяя путь по ее шерсти простым, ободряющим жестом. "Теперь, если ты сядешь, мы сможем насладиться чаем".

Инсайт выполнила просьбу, но не упустила возможности ласково погладить Дримс. Если Дримс была любовницей Твайлайт, то она, по крайней мере, была ее семьей.

Дримс наклонилась, и ее чарующий голос прошептал на ухо Инсайт. "Боюсь, я предана своей Твайлайт. Надеюсь, я не слишком разрушаю твои мечты".

"Если ты сможешь принять, что я тоже люблю ее и надеюсь, что она будет счастлива с теми, кого любит, то, по крайней мере, мы в одной команде".

Дримс кивнула: "Только, пожалуйста, держи свои копыта подальше от нее здесь. Я могу принять, что у нее есть любовники снаружи". Она указала в сторону главной двери. "Но здесь, здесь она особенная". Ее голос и прикосновения были по-прежнему теплыми и материальными, но в глазах Дримс таилось темное обещание. Твайлайт принадлежала ей, и казалось, что нет предела тому, что сделает аликорн, чтобы сохранить это.

"То, что там, снаружи, тоже особенное. Я не буду ничего начинать, но не собираюсь отказываться от ее предложений, если она решит что-то сделать".

Дримс улыбнулась с намеком на клыки. "Тогда я верю, что мы понимаем друг друга".

"Итак, кто кого пытается соблазнить?"

"Лулу все еще продолжает свои игры?" — Дримс на мгновение покачала головой.

"Не столько Луна, сколько Найт". Инсайт обожала ощущение клыков Найт, она даже не пыталась скрыть мысли, которые навеяли ей собственные сны.

"Я не могу предложить тебе этого", — ее глаза смягчились, — "Мне жаль". Клыки исчезли, и мать, которой у Инсайт никогда не было, вернулась. "Итак, с чем ты пьешь чай?"

"Ты уже заявила, что преданна Твайлайт. Я не собираюсь делать ничего, что могло бы обесчестить это".

"Это все еще не ответ на мой вопрос, мы говорим о чае, моя дорогая".

"Я люблю свой, сладкий".

"Мед или сахар?" — Аура Дримс удерживала оба варианта.

"Что угодно, я не привередлива".

Дримс вздохнула. "Если ты намерена быть спутницей Твайлайт там, снаружи, тебе придется больше узнать о чаях и иметь обоснованные мнения и предпочтения".

"Не то чтобы у меня там было тело".

Дримс рассмеялась, пока ее магия готовила две чашки чая, добавляя в обе сахар и мед. "Ни у Твайлайт, ни у меня нет".

"У Твайлайт есть, хотя. Просто сейчас она находится под контролем Найт".

"Она променяла его Найт, Найт владеет телом", — сказала Дримс, наблюдая за своим напитком.

"Только до тех пор, пока Найт не нарушит контракт. Это не то же самое, что владеть им. Кроме того, Твайлайт контролирует тело достаточно часто, чтобы у нее было тело, которое она может использовать там. А у меня нет".

Дримс задумчиво посмотрела на нее. "Ну, пока я не забыла, мне дали кое-что для тебя". Она потянулась под свое крыло и достала тонкую серебряную цепочку. Знак Луны, казалось, был сформирован из светящегося лунного света. "От Луны".

"Спасибо. Что это?" — Инсайт взяла ее в копыто. И тут же через нее хлынул поток силы, знакомая прохладная магия Луны заполнила пустоту внутри. Рог покалывало, и из него вылетали голубые искры, отвечая на ее вопрос.

"Тебе еще есть над чем работать".

Инсайт кивнула, благодарная за то, что снова получила доступ к магии.

Дримс приложила копыто к щеке Инсайт. "Твои обязанности гораздо важнее, чем у Кэндис. У Твайлайт будет много стражников. Многие защищают ее жизнь. Ты — последний контакт со многими душами, прежде чем они уйдут из жизни". Губы Дримс коснулись лба Инсайт в нежной ласке. "Спасибо тебе за комфорт, который ты им даришь".

"Мне не нужно благодарности за службу. Мне более чем достаточно видеть, как они утешаются. Но я ценю, что другие считают это важным. Спасибо", — улыбнулась Инсайт в ответ.

"Перед Селестией… Это не имеет значения". Дримс закрыла глаза, приложив копыто к груди. Она оттолкнула его, выдохнув, выполняя те же дыхательные упражнения, которые часто делала Твайлайт. "В прошлом у каждой умирающей души был фрагмент Луны, личный компаньон, который был рядом с ними в их последние минуты. Я рада, что ты можешь быть рядом хотя бы с некоторыми из них".

"Найт рассказала нам с Кэндис об этом". Гнев поднялся в Инсайт, исказив ее голос, но Селестии было все равно. "Даже о том, что Селестия приговорила Луну к наказанию. Я знаю о проклятии, которое Селестия наложила на бастион Луны, чтобы помешать ей создавать новые фрагменты, и это знание было стерто".

Дримс открыла рот, чтобы заговорить, а затем посмотрела на верхний уровень. "Мне нужно, чтобы ты была спокойна и счастлива, Твайлайт должна видеть, что ты здорова".

"Если ты не против того, чтобы я проявляла к ней нежность, то я могу это сделать".

Дримс долго смотрела на Инсайт, потом кивнула. В слабой вспышке серебристого света Дримс исчезла.

На верхнем уровне раздался стук копыт. Рой свитков и бумаг слетел с балкона верхнего уровня, и в них мимолетно мелькнул лавандовый аликорн.

"Твайлайт", — раздался сверху голос Дримс. Должно быть, она телепортировалась на верхний этаж. "Кэндис в порядке, временная магия означает, что у тебя есть буквально все время в мире".

Безумный полет Твайлайт словно приостановился, облако бумаг начало быстро упорядочиваться и выстраиваться по цвету ленты и размеру свитка. Постепенно лавандовая любовь Инсайт стала полностью видна. Немного чужеродная, сшитая из лоскутков форма психического "я" Твайлайт выглядела маниакальной, целеустремлённой, но позитивной. У неё явно была цель, план, надежды.

Инсайт почувствовала волну облегчения, увидев Твайлайт. "Твайлайт, ты в порядке".

"Инсайт? Что ты здесь делаешь?" — сказала Твайлайт, прежде чем ударить себя копытом в лицо. "Прости, я забыла". Во вспышке света она стояла рядом с Инсайт, обнимая ее слишком крепко. Инсайт почувствовала, как затрещали ее кости, когда дыхание вырвалось из легких.

"Ой", — только и вырвалось у нее, когда воздух покинул ее.

Твайлайт вздрогнула, отпустив Инсайт. Рог засветился, когда ее глаза быстро оценили все тело Инсайт. Более дюжины медицинских заклинаний пронеслись по телу Инсайт, оставив ее плоть вибрировать, а по рогу пробежали мурашки.

Инсайт снова обняла Твайлайт: "Все в порядке, ты просто выжала из меня воздух".

"Не все в порядке". Нога Твайлайт напряглась, как будто она могла топнуть копытом. "Мне нужно быть осторожнее. Я аликорн… Я слишком сильна, как бы там ни было".

"А это всего лишь ментальная проекция, которая работает на твоей магии. Хотя она кажется невероятно реальной. Спасибо тебе за это".

"Не за что, но это не просто ментальная проекция. Это другая плоскость реальности, та, где интеллект и сознание имеют физическую форму. Это действительно захватывающе". Твайлайт улыбалась, подняв копыто, чтобы доказать свою точку зрения, и собиралась приступить к полной лекции.

"Твайлайт", — твердо, но без злобы прервала ее Дримс. "Найт ждет тебя, и если ты не хочешь, чтобы она придумала предлог не следовать твоему плану, я предлагаю тебе не заставлять ее ждать слишком долго".

Лавандовый аликорн, казалось, сдулся, но удрученно кивнул.

Инсайт отстранилась от объятий, чтобы дать Твайлайт сделать то, что ей нужно. "Ты нужна Кэндис. Я буду здесь с Дримс".

"О ней позаботятся, а теперь иди", — сказала Дримс, практически выталкивая Твайлайт за дверь.

"Мы можем поговорить об этом позже… если хочешь", — сказала Твайлайт, с надеждой оглядываясь на свое крыло.

"Я с нетерпением жду этого, любовь моя", — подтвердила Инсайт с улыбкой на лице.

Твайлайт тепло улыбнулась, когда Дримс вытолкнула ее за порог и закрыла дверь.

Через несколько секунд Дримс упала, прислонившись к ней, тяжело дыша. Инсайт не могла скрыть растерянности, глядя на изможденную фигуру Дримс. Казалось, воздух завибрировал, какая-то магия угасла. Запах крови, горелой плоти и раскаленного металла наполнил библиотеку.

"Ты не давала Твайлайт почувствовать этот запах? И почему это вообще здесь? Тела Кэндис здесь нет", — поинтересовалась Инсайт.

"Твайлайт не нужно было разбираться с чувствами Новы", — сказала Дримс, даже не пытаясь подняться. Инсайт начала двигаться к Дримс. "Если хочешь утешить кого-нибудь из пони, попробуй поговорить с Новой. Она слышит тебя, даже если ты не слышишь ее. Со мной все будет в порядке".

Инсайт кивнула, посмотрела на дверь и обнаружила, что она совсем не такая, как показалось на первый взгляд. Она была побита, помята и деформирована. Светящаяся солнечная магия мерцала, заполняя проломы и медленно восстанавливая ее. Из некоторых крупных пробоин капала дымящаяся кровь, оставляя на деревянном полу небольшие круглые следы.

"Если она сможет постучать в запечатывающую ее дверь, то мы сможем общаться совершенно нормально. Я пойду к ней. Спасибо, Дримс", — сказала Инсайт, целеустремленно продвигаясь вперед.

* * *

## 40.2 С неохотой пройти в зазеркалье

* * *

Найт смотрела на причудливую арканную систему защиты, окружавшую зеркало портала, пока магия Твайлайт осторожно ставила дневник Сансет на место. Несмотря на то, что она наблюдала за его созданием, то, как и почему оно работает, оставалось для нее загадкой. Каким-то образом оно нарушало половину правил, которые Старсвирл считал абсолютными в отношении своих зеркал.

Интенсивная магия вихрилась и плясала по его поверхности, превращая простое отражающее стекло в нечто большее. Если бы не мрачная причина их путешествия, Найт знала, что ее мысли вернулись бы к более счастливым временам. Она, Тиа и Старсвирл исследовали множество миров просто ради удовольствия.

Найт покачала головой. "Зачем нам этот обходной путь, если Кэндис сейчас нуждается в исцелении?" Она изо всех сил старалась не выдать своего гнева и нетерпения. Ей было трудно выкинуть из головы образ обугленного тела, лежавшего на кровати Твайлайт. Да, она причиняла другим гораздо худшие, гораздо худшие страдания, но это было совсем другое. На этот раз впервые за долгое время кто-то из близких ей пони был так тяжело ранен, но остался жив.

У нас будет только один шанс сделать все правильно. Она находится во временном стазисе, у нас есть время. Твайлайт рыскала по обсидиановой плоскости ментального пространства, раскладывая вокруг себя списки. Как я уже сказала, у них есть книги и эксперты, которые нам нужны, если Кэндис рассчитывает на полное выздоровление.

Найт хмыкнула. "Я не понимаю, что примитивные обезьяны могут сделать такого, чего не можем мы".

Их наука открыла так много захватывающих вещей о том, как устроена жизнь; у них просто нет магии, чтобы иметь возможность влиять на это.

"Так ты твердо решила? Ты действительно собираешься заставить меня пройти через это унижение?" — жаловалась Найт без особого пыла.

Да, Найт. Это нужно сделать. И еще, перестань говорить со мной вслух, если кто-нибудь из пони услышит тебя, то решит, что я сошла с ума.

Ты уже. Найт скребла копытом по хрустальному полу. "Почему я это терплю?" — вздохнула она. Ладно, давай уберем с пути эту глупость. Найт шла вперед, словно направляясь на собственные похороны. По крайней мере, решительная Твайлайт была бесконечно более желанной, чем рыдающая и расстроенная Твайлайт несколько часов назад. Она до сих пор не знала, как Дримс удалось успокоить и перенаправить энергию Твайлайт на что-то продуктивное.

Помни, что я тебе говорила. Я не уверена, что мы сможем поговорить на той стороне. Твайлайт говорила так, словно Найт была жеребенком под ее опекой, которому напоминали, чтобы он не гулял с незнакомцами.

Я знаю, я манипулирую пони с тех пор, как… — Найт покачала головой. Девушки на той стороне почти такие же, как твои подруги здесь, и я была рядом каждый раз, когда ты с ними встречалась. Найт встретилась взглядом с собственным отражением, позволяя изображению сместиться, показывая задумчивый взгляд Твайлайт. Будь спокойна, Твайлайт. Ты можешь доверить мне такую простую задачу. Если ты будешь недовольна, я просто попрошу помощи у Сансет Шиммер, притворившись тобой.

Хорошо. Твайлайт сделала паузу на мгновение, отражение изменилось, теперь показывая их обеих. Твайлайт притянула отражение в объятия. Найт почувствовала, как теплое пернатое крыло Твайлайт обернулось вокруг нее, а нежные слова прошептали ей на ухо. Спасибо, Найт.

Этот жест вызвал ностальгию. Это было так похоже на то, как она утешала Луну все эти годы назад. Ласка хозяйки была приятна, и она приветствовала ее. Она переключила внимание на ментальное пространство, чтобы полностью вернуть объятия. Кожаные крылья Найт сомкнулись вокруг Твайлайт. Тонкое проявление доминирования, очевидно, осталось незамеченным ее хозяйкой. Твайлайт прижалась поудобнее, устраиваясь для продолжительного объятия. Она явно видела в этом только знак защиты и привязанности.

Твайлайт больше не была просто ее хозяйкой. В какой-то момент она действительно приняла Твайлайт как свою семью. Но даже полностью приняв этот факт, она все еще привыкала к этому. Нельзя было отрицать, что такое положение вещей имело много преимуществ. Дуэль с Луной, вся традиционная ярмарка и мероприятия стоили того. Она бы ни за что не смогла устроить что-то настолько прекрасное для Луны в одиночку. Ее мысли вернулись к тому поцелую, когда она лежала под Луной, измученная, избитая, побежденная и наслаждалась каждым мгновением.

Найт удовлетворенно вздохнула. Да, иметь Твайлайт в качестве семьи оказалось стоящим делом. Но, клянусь звездами, это было сложно. По крайней мере, это было интересно, даже если некоторые компромиссы были неприятны. Найт почувствовала, как ее губы дернулись, почти сложившись в улыбку. Она удержалась от этого, ей нужно было поддерживать имидж. "Чем скорее это будет сделано, тем скорее я вернусь к своей совершенной форме пони".

* * *

Переход был резким, как и все порталы Старсвирла. В его магии не было ни изящества, ни артистизма. Да, она не могла отрицать его великолепия, но он был всего лишь холодным педантом. Он никогда не станет настоящим мастером в искусстве магии.

Твайлайт топнула копытом в пространстве мыслей. Найт. Я чувствую, что ты плохо думаешь о Старсвирле. Прекрати это.

Он не был и десятой частью того мага, которым являешься ты. Даже несмотря на то, что ее чувства все еще были искажены, Найт улыбнулась, плавно поднимаясь на две ноги. После того, как она принимала облик стольких пони, да и не-пони похуже кошмаров, простая двуногая тварь с небольшим весом не представляла никакой сложности.

"Твайлайт?"

Найт изобразила счастливую, но удивленную улыбку Твайлайт и повернулась. Перед ней стояла девушка с желто-рыжими волосами, держа в тупых когтях какое-то странное устройство. Чувства этой формы жалки. Найт мысленно зарычала. "Сансет, мне нужна твоя помощь", — сказала Найт, в точности копируя умоляющий тон Твайлайт.

"Твайлайт, что на тебе надето?" — Глаза Сансет оглядели Найт с ног до головы, сохраняя равновесие на ногах, готовые к действию. В ее взгляде ясно читалось подозрение, и было приятно видеть, что она не просто доверчивая дурочка, как многие пони, хотя это и делало ситуацию более проблематичной.

Найт оглядела себя: разумная и стильная темная броня прикрывала ее тело. Для практичной экипировки не хватало только оружия. "Доспехи?"

"Зачем тебе здесь броня? Для здешних людей ты выглядишь так, словно нарядилась для Ночи Кошмаров".

"Прости меня. Многочисленные покушения на жизнь обычно дают такой эффект".

Сансет пристально посмотрел ей в глаза, словно ища там что-то. Медленно она открыла свою сумку. Тупые когти потянулись внутрь. Найт сдержала свою реакцию. Несмотря на подозрительность, это была одна из доверенных подруг Твайлайт. "Ты можешь объяснить эту запись?" — спросила Сансет, открывая слегка обгоревший журнал.

Найт расслабилась. "Я слишком остро отреагировала, когда совет дворян решил, что моя дочь — магическая конструкция и должна быть уничтожена".

Сансет покраснела. "Они что?!"

"Я начала помогать бедным пони, гибридам и тем, кто хочет следовать своему сердцу, а не междоусобной политике, и это стало моей наградой", — сказала Найт, используя бесстрастную речь Твайлайт, чтобы скрыть свой гнев.

Прошло несколько секунд, прежде чем Сансет заговорила снова. "Я знала, что некоторые из них были плохими и часто пренебрегали ценностью чужих жизней. Я никогда не думала, что они зайдут так далеко".

Найт наполовину пожала плечами. "Возможно, я также надолго заключила в тюрьму большую часть дворянского дома за преступления против Эквестрии".

"По крайней мере, это дало бы им повод", — сказала Сансет.

"Здорово, Твайлайт", — раздался характерный голос Эпплджек.

Найт крутанулась, едва избежав нападения. Только отсутствие знакомого тела спасло Эпплджек от мучительной участи.

Эти органы чувств совершенно бесполезны. Как эти вертикальные обезьяны вообще выжили достаточно долго, чтобы развить цивилизацию?

Они изобретательны и умны, — прокомментировала Твайлайт.

Эпплджек склонила шляпу в знак приветствия. "Не знала, что ты в гостях".

Найт кивнула головой в сторону Эпплджек. "Да, мне нужно сделать кое-какие покупки. Мне нужно как можно больше книг по врачеванию. Особенно о лечении сильных ожогов".

"О боже," — мягкий кроткий голос раздался из-за спины Найт.

Ко мне подкралась Флаттершай. В этот момент было очень трудно не ударить копытом в лицо или не совершить ритуальное самоубийство от стыда.

Твайлайт хихикнула. Ну, она часто бывает очень тихой и незаметной.

Найт поприветствовала Флаттершай взмахом руки и улыбкой. Она не могла противопоставить способности этого бесполезного тела версии Элемента Доброты этого мира. По крайней мере, "засада" вызвала у Твайлайт минутку юмора.

"Что случилось?" — потребовала Сансет.

Приняв торжественный тон, Найт выпрямилась. "Произошел инцидент. Прежде чем он был улажен, капитан моей гвардии был тяжело ранен".

Глаза Сансет сузились. "Твайлайт, я знаю, что с помощью твоей магии, если они еще живы, ты можешь их исцелить".

"Если бы их пламя было нормальным. Да". — Глаза Сансет расширились. Найт перехватил взгляд Сансет. "Я вижу, ты понимаешь".

Эпплджек смотрела между Найт и Сансет. "Не хочешь объяснить?"

Сансет опустилась на землю, казалось, что она сдулась. Ее голос звучал не более чем шепот. "Ты действительно не захочешь знать".

Эпплджек открыла рот, чтобы заговорить, но один взгляд в глаза Сансет лишил ее слов.

"Итак, где я могу обменять золото на книги по врачеванию", — спросила Найт.

Сансет покачала головой. "Ты не сможешь, в этом мире очень трудно торговать золотом. Поверь мне, я поняла это на собственном тяжелом опыте".

"Драгоценные камни?"

"То же самое".

Найт сдержала все свое разочарование, кроме вздоха. Здесь это не принесет никакой пользы. Она ненавидела быть бессильной. Быть неспособной даже попытаться достичь своей цели. Она была сильной. Она была могущественной. Любую проблему, которую она не могла преодолеть, она знала, что достаточно хитра, чтобы ее решить. Все, кроме исправления ущерба, нанесенного смелой ошибкой Кэндис.

На этот раз она была благодарна за свою нынешнюю неполноценную форму. Без крыльев и рога было гораздо легче скрыть желание разбить что-нибудь копытами. Такое поведение было неподобающим для нее. Наверное, состояние Кэндис и характер Инсайт повлияли на ее настроение сильнее, чем она думала.

Хмм, у меня есть идея, — вмешалась Твайлайт. Протяни руку, как будто ты творишь волшебство, пожалуйста.

Найт мысленно пожала плечами и протянула руку в неудобной позе, которую шаманы минотавров использовали для благословения своих воинов перед битвой.

В мысленном взоре Твайлайт зажгла свой рог. Теперь осталось добавить немного иллюзии, чтобы преподнести это.

Пурпурная магия заструилась по руке Найт. Из ее вытянутых пальцев клубящийся туман превратился в идеальную, пусть и миниатюрную, копию тела Твайлайт. Мгновение спустя внутри нее возникло ощущение пустоты. Твайлайт снова покинула тело.

"Ты можешь использовать здесь свою магию?" — Сансет наклонилась, изучая созданное тело Твайлайт. "Как?"

Найт не знала, что задумала Твайлайт, но она определенно могла импровизировать. Уверенная улыбка с намеком на грусть из-за сложившейся ситуации — вот и все, что ей нужно, чтобы показать себя. "То, что у меня нет рога, не означает, что я потеряла свою магию".

Твайлайт, в своем мини-теле, потянулась и расправила крылья. "Миссия, скопировать книги. Книги!" — сказала она, прежде чем исчезнуть во вспышке света.

Флаттершай смотрела на место, где находилась Твайлайт, расширенными от восхищения глазами. "Так вот как ты выглядишь на самом деле?"

"Так выглядит мое физическое тело", — Найт улыбнулась и тайком наблюдала за Эпплджек периферийным зрением. Казалось, никакой реакции не было.

Рейнбоу рассмеялась. "А я думала, что ты какая-то важная принцесса, которая борется со злом, а не такая милая крошка".

Найт не могла не покачать головой в разочаровании. В человеческом облике было столько недостатков, что она даже не знала, с чего начать ответ. Усталый вздох вырвался у Найт, ее лицо приняло скорбное выражение, ей не нужно было притворяться. "Рейнбоу Дэш, мы можем договориться не оскорблять виды друг друга, по крайней мере, сегодня. Моя подруга едва жива после того, как ее почти полностью сожгли".

Рейнбоу и остальные девочки замерли. Найт воспользовалась этим моментом, чтобы обратить часть своего внимания внутрь. Да, в своем мысленном мире она все еще носила свою нынешнюю предпочтительную форму. Она все еще выглядела как атлетически сложенная сестра Твайлайт с ночными глазами. Она закрыла свои глаза пони, ища свои источники. Да, они все еще были там, просто в ее нынешнем теле не хватало каналов маны, чтобы напрямую выразить обычное использование родовой магии.

Дримс, ты знаешь, что задумала Твайлайт? — спросила Найт, открыв глаза и глядя сквозь отражение обратно в физический мир. Простое заклинание здесь позволяло ей слабо приблизиться к магическому зрению Твайлайт. Она изучала Сансет. Кобыла в человеческой форме все еще обладала магией единорога. Она была немного атрофирована из-за отсутствия использования, но она была. Как могла Твайлайт позволить своей подруге так страдать, ведь большинство пони, отказавшись от магии, переставали есть, а некоторые даже доходили до того, что прямо лишали себя жизни.

Как она уже сказала, она отправилась на охоту за книгами. Просто составь компанию Сансет Шиммер и девочкам, пока она не вернется.

Мне приходится делать для нее все, что она хочет.

Я знаю, что ты действительно делаешь это для Литтл Стар и ради этой попытки завести семью.

Ну, по крайней мере, я могу сделать что-то полезное, пока ее нет, — подумала Найт.

"Твай, ты здесь?" — Рука Рейнбоу Дэш помахала перед глазами Найт.

Найт полностью перефокусировалась на физическом мире. Ее глаза встретились с глазами Рейнбоу. "Да, я здесь. Это заклинание просто немного отвлекло меня".

"Слушай, я пыталась извиниться, так что… Извини", — в конце концов Рейнбоу выпуталась.

Положить руку на плечо Рейнбоу казалось вполне уместным для человека, что Найт и сделала. "Извинения приняты, спасибо. Просто с этого момента, пожалуйста, думай, прежде чем говорить. Не всегда есть шанс взять свои слова обратно. Иногда это может оставить сожаления на всю оставшуюся жизнь". Найт держала контакт еще несколько секунд, затем посмотрела на остальных девушек. "Пока мы ждем, пока моя магия выполнит свою задачу, поговорим о более приятных темах?"

"О том заклинании", — начала Сансет, выражение ее лица было обеспокоенным. "Я никогда раньше не видела ничего подобного, а я знаю почти все заклинания, которые когда-либо были написаны. Что это?"

"Не из тех, что я создала сама". — Найт гордо улыбнулась. "Это позволяет мне, по сути, находиться в двух местах одновременно".

"Звучит потрясающе, только представь, какие розыгрыши мы могли бы с этим провернуть", — сказала Рейнбоу Дэш.

"Ну, возможно, это можно будет исследовать в более удачное время", — сказала Найт.

"Итак, что происходит в Эквестрии?" — спросила Рейнбоу.

Найт вздохнула. "Рэрити и Пинки тоже захотят узнать, может, я объясню вам всем сразу? Рейнбоу, будь добра, собери девочек".

Рейнбоу застегнула молнию.

"Эпплджек, Флаттершай, могу я поговорить с Сансет Шиммер наедине?"

"О, хорошо", — сказала Флаттершай. Ей не составило труда искренне улыбнуться кроткой девочке.

Эпплджек только кивнула, и они обе направились в сторону школы. "Когда будете готовы, встречайте нас в музыкальном зале, он у нас забронирован для занятий группы", — сказала она в ответ.

Сансет только кивнула. "Так о чем ты думаешь, Твайлайт?"

Найт перевела обеспокоенный взгляд на Сансет. "Ты счастлива здесь, Сансет Шиммер?"

"Да, здесь мои друзья, здесь у меня есть жизнь". Не было ни паузы, ни колебаний. Сансет открыла свое сердце.

Найт положила руку на плечо Сансет, осторожно, чтобы не коснуться плоти. "Вдали от Селестии ты выросла в способную, решительную кобылу".

"Я узнала ценность дружбы и гармонии".

"Урок, который очень трудно выучить в тени Селестии", — сказала Найт. Лицо Сансет исказилось, она выглядела так, будто могла возразить, но Найт продолжила. "Как ты думаешь, почему меня убедили остаться в Понивилле? Селестия не очень хороша в дружбе".

"Твайлайт. К чему ты клонишь? Я знаю, что не была готова. Я была слишком высокомерна, слишком эгоистична".

"Возможно, неудача не в ученике, а в учителе".

"Как ты можешь так говорить о принцессе Селестии?" — потребовала Сансет.

Найт успокаивающе подняла руку. "Ты забываешь, что я тоже училась у нее. В конце концов, чтобы получить ученика, который мог бы соответствовать ее стандартам, ей пришлось буквально создать его". Найт переместилась и непринужденно прислонилась к боку статуи. Стоять прямо на двух ногах становилось неудобно. "Ей пришлось буквально выкинуть несколько деталей, чтобы сделать свою невозможную пони реальностью. Уменьшенные амбиции, отсутствие интереса к романтической любви или даже физическому удовольствию, многое из того, что делает пони ненужным. Ее верная ученица была запрограммирована на выполнение ее приказов. Она называла меня “Верным учеником”, это было командное слово, усиливающее ее власть надо мной".

"Зачем ей это делать?" — спросила Сансет, начиная подходить.

"Чтобы спасти свою сестру и защитить Эквестрию. Я была инструментом, созданным ею, который она должна была сделать в спешке. Она даже оставила возможность убить меня одной лишь мыслью".

Сансет замерла на месте. "Убить тебя?" — прошипела она в недоумении.

Найт кивнула. "Это были всего лишь разумные меры предосторожности для правителя".

"Как ты можешь просто принять это?"

"Ты знаешь, насколько ты могущественна? Какие разрушения ты можешь причинить своей магией?"

Сансет опустила глаза. "Я знаю, я представляю, что у Кейденс еще остались шрамы от одной из моих вспышек".

"Нет, она в порядке" — Найт покачала головой. "На аликорне почти невозможно оставить постоянную отметину".

Потирая одну руку, Сансет выглядела преследуемой прошлыми проступками. "Твайлайт, почему мы ведем этот разговор?"

"Думаю, я пытаюсь выговориться пони, которая, возможно, сможет меня понять. Зная Селестию, ты, возможно, сможешь меня понять".

Сансет присела рядом с Найт, положив руку на статую. "Так что ты хочешь мне сказать?"

"Правда о том, как быть аликорном и как Селестия оберегает Эквестрию от других народов". Найт сделала паузу в задумчивом молчании, обдумывая, как много рассказать бывшей ученице своей сестры. "Селестия держит солнце над головой других народов. Любая страна, которая вступает в войну с Эквестрией или делает что-то, против чего она слишком сильно возражает, рискует превратить свою страну в расплавленное стекло. Простой записки, выражающей ее недовольство, достаточно, чтобы повернуть армию вспять".

"Если бы это было правдой, я бы знала. Я читала настоящие истории, те, что находятся в закрытых разделах архива".

Найт кивнула. "Когда она готовила тебя стать аликорном, она позволила тебе сохранить большую часть воспоминаний о том, что ты читала".

"Ты хочешь сказать, что Селестия не верит в гармонию?"

Найт покачала головой. "Селестия определенно верит в гармонию. Возможно, слишком сильно. Она просто готова сделать все необходимое, чтобы защитить ее. Она даже отправила свою сестру на луну на тысячу лет".

"Значит, Селестия не так идеальна, как она себя выставляет, и ей приходится время от времени пачкать копыта".

"Ты уважаешь это?"

"Я думаю, что уважала бы, когда была ее ученицей". Сансет скрестила руки: "Что ты об этом думаешь, Твайлайт?"

Найт небрежно махнула рукой. "Я могу это уважать. Но у нее есть недостатки. Это делает ее единственной точкой отказа. Она действует как сдерживающий фактор только до тех пор, пока она в добром здравии и у нее достаточно магии, чтобы выполнить свои угрозы". Найт сузила глаза. "Хотя с ее стороны было жестоко отправить Луну на луну".

"Как так?"

Магия Найт исказилась в гневе от горького воспоминания. Не имея путей для выражения, она вибрировала внутри нее, готовая, требуя что-то сделать. "Тысяча лет в компании только твоего безумия, вакуум космоса, впивающийся когтями в твою плоть, и бесконечный голод в твоей груди. Было бы добрее убить ее".

"Это не тот ответ, которого я ожидал от тебя", — задумчиво произнесла Сансет.

"Если ты прошла через то, что прошла я… но это уже не важно". Найт приложила руку к груди и вдохнула. Медленно выдохнув, она вытянула руку, выпуская часть горечи наружу. "Я говорю об этом, чтобы ты знала, во что тебе придется ввязаться, если ты примешь приглашение на мою свадьбу".

Сансет закатила глаза и покачала головой. "Может, в следующий раз начнешь с этого".

Найт кивнула. "Да, поразмыслив. Возможно, так было бы лучше".

Сансет тепло улыбнулась. "И, конечно, я приду на твою свадьбу".

Учитывая, насколько дружелюбными были Твайлайт, Найт притянула Сансет в короткое объятие. "Спасибо".

"Ну и как оно?"

Найт вопросительно подняла одну бровь.

"Быть аликорном".

Потребовалось мгновение, чтобы придумать лаконичный ответ. "Это удивительно и ужасно в равной степени".

"Ужасно?"

"Аликорны обладают абсурдным количеством силы. Как физически, так и магически. Стоит только проявить неосторожность, и окажется, что слишком легко случайно убить кого-то из пони". Найт опустила взгляд, судьба Кэндис ощущалась как гиря на шее. Почему она вообще беспокоилась об этой жалкой смертной, ведь она умрет менее чем через несколько сотен лет. Скорее всего, меньше чем через пять, учитывая, как безрассудно она себя вела. В итоге она станет лишь очередной картиной в бастионе Луны.

Лицо Сансет наполнилось сочувствием. "Так вот что случилось?"

О, проклятый Тартар, что со мной не так? — Очевидно, что-то прокралось в ее тон.

Я верю, что где-то в твоей черной душе есть сердце, Найти. — Дримс поддразнила.

"Единственная причина, по которой “благородный”, потребовавший жизнь моей дочери, все еще жив — Селестия заблокировала мою атаку. Единственная причина, по которой любой из дворян в палате все еще жив, это то, что Кэндис отвлекла меня". Ногти Найт больно впились в ее ладони, кулаки дрожали. "Некоторые пони, о которых мы заботимся, чуть не сгорели до смерти от моей магии". Найт зарычала. Кровь капала на землю, оставаясь незамеченной. Все было намного проще, когда все, о ком она заботилась, были мертвы.

Объятия Сансет, которые она без спроса заключала в объятия Найт, были теплыми. Возможно, не таким теплым, как у Твайлайт, но все равно приятным.

"Магия аликорна делает то, что ты хочешь, а не то, что ты ей приказываешь". Найт продолжила урок магии, благодарный Сансет за то, что она позволила сменить тему разговора с Кэндис. "Если ты ненавидишь какого-то пони, она попытается причинить ему вред. Если ты хочешь, чтобы кто-то был рядом, она будет стремиться привлечь его к себе… а если ты не обращаешь внимания, она может разрушить все вокруг".

"Это похоже на темную магию", — прокомментировала Сансет.

Найт покачала головой. "Я вижу возможность для сравнения, но темная магия подпитывается эмоциями. Магия аликорна направляется ими и наделяется их силой".

"Вот почему принцесса Селестия иногда казалась такой холодной?"

"Одна из причин. Она также становится такой, когда большая часть ее внимания сосредоточена в другом месте".

"Например, твое заклинание?"

"Да" — Найт обдумывала, как много ей следует рассказать Сансет. "Аликорн может разделить свою душу и отправить ее части на выполнение заданий".

Глаза Сансет расширились от тревоги. "Но…"

Найт рассмеялась, это была довольно призрачная вещь. "Не для аликорнов. Наша душа может быть разбита снова и снова. В конце концов, мы, скорее всего, соберем себя обратно. Или же осколки могут остаться отдельно и действовать как разные разумы в одном теле".

"Итак, Селестия?"

"У нее их три. Она сама, ее Маска и ее Военный Разум".

"А у тебя?"

"Пять" — Заявила Найт.

"Пять? Тебя это когда-нибудь сбивало с толку?" — поинтересовалась Сансет.

"Нет, это просто естественная часть бытия аликорна", — сказала Найт, позволив себе теплую улыбку. "Для меня это все равно, что иметь больше членов семьи".

"Так ты Твайлайт?"

"Юридически — да".

Сансет скрестила руки. "Это самый “технически правильный” ответ, если таковой я когда-либо слышала".

"Все фрагменты аликорна считаются одной личностью".

Взгляд Сансет был непреклонен. Улыбка Найт расширилась при виде решимости, скрытой в этих зеленых глазах. Найт склонилась в поклоне: "Я — Найт. Защитник Твайлайт. Ее меч".

"А Твайлайт, которую я знаю, это маленькая аликорн, охотящаяся за книгами?" — предположила Сансет.

Найт кивнула.

"И почему я должна тебе верить?"

"Ты могла бы вызвать Эпплджек, но…" — Найт протянула руку. "Я знаю, что ты владеешь силой сопереживания, и, как Кейденс, она может разрушить все обманы".

Сансет потянулась к своему камню, на мгновение положив на него руку. Секунды пролетели незаметно. "По какой причине ты мне все это рассказываешь?"

"Селестия солгала нам с Кейденс, и держала нас в неведении. Она не сказала нам ни о цене за превращение в аликорна, ни о рисках. Если вознесение — это то, к чему ты все еще стремишься, я хочу, чтобы ты знала, что это значит на самом деле и чего тебе это будет стоить".

"И какова цена?"

"В конечном счете, забвение. Аликорны разрывают свои связи с Вечными Полями. Когда мы умираем, нас просто нет. И никогда не встретимся с теми, кого любим, в загробной жизни".

Сансет просто уставилась. "Я думала, что аликорны бессмертны?"

"Только почти. Нет, мы просто не стареем, и нас очень трудно убить". Найт сделала паузу, размышляя, как много рассказать этой бывшей ученице своей сестры. "Раньше аликорнов были тысячи".

"Раньше? Что случилось?"

"Я не знаю". — Найт надеялась, что ей удалось скрыть всю глубину своих эмоций на лице. Она действительно не знала, что произошло, но надеялась, что они пострадали. Одно только представление того, как они мучаются, испытывая хотя бы десятую часть тех страданий, которые испытывала она, грозило вызвать у нее улыбку. Она нарочито озабоченно нахмурилась. "Что бы ни смогло победить более тысячи полностью обученных аликорнов, сейчас оно определенно будет представлять для нас угрозу".

"Это…" — Сансет медленно покачала головой. "Я даже не уверена, что хочу представить, что может сделать такое".

"Поэтому, Сансет Шиммер, у меня есть к тебе предложение. Если ты пожелаешь, я помогу направить тебя к вознесению".

"Я? Аликорн?"

"Да" — Найт улыбнулась. "У тебя есть потенциал".

"Я не знаю. Селестия была права, я не достойна".

Найт покачала головой и протянула руку, положив ее на плечо Сансет. "Ты не была тем инструментом, который был нужен Селестии для спасения сестры. Вряд ли это твоя вина, и это не уменьшает твой потенциал".

"Но я была высокомерной. Эгоистичной. Была готова на все, чтобы получить то, что хотела".

"Это странно, я не видела, чтобы ты убила здесь кого-нибудь из людей, когда ты стала “злой”, и я знаю, что ты обнаружила, как легко воздействовать своей магией на этих несовершенных людей. Ты могла бы пожертвовать всеми, кто был под твоим контролем, ради большей силы. Это было бы проще простого".

На лице Сансет появилось выражение ужаса.

"Видишь, моя подруга. Даже в самом худшем состоянии у тебя были пределы, которые ты не переступила". Найт сжала плечо Сансет, приложив достаточно усилий, чтобы, как она надеялась, успокоить ее.

Рука Сансет поднялась и легла на руку Найт. Что-то промелькнуло в ее глазах.

"Найтмер!?" — Сансет вздрогнула и попыталась отпрянуть, на ее лице был написан шок. Может, Найт и была человеком, но она все еще была атлетически сложенным воином, и хватка Найт крепко держала Сансет.

Тартар проклял магию эмпатии.

Сансет дрожала, но это не мешало ее рукам и ногам двигаться, ее тело извивалось, пытаясь вырваться. Кулак метнулся к лицу Найт, когда Сансет начала вырываться из хватки Найт.

"Стой", — приказала Найт. Сансет замерла. Только хватка Найт не дала ей упасть. "Успокойся и подумай о том, что ты почувствовала. Подумай, почему я сделала то, что сделала, и как я себя вела после этого". Найт медленно отпустила ее и отступила назад.

Сансет не упала на землю и не сделала ничего такого драматичного. Ее тело лишь слегка дрожало в течение нескольких секунд, но она держала оборонительную позицию. Паника и страх прошли, но она все еще была настороже и внимательна. "Это заклинание? Что ты со мной сделала?" — спокойно спросила Сансет.

Ну и волевой же ты человек! — Найт задумалась, прежде чем ответить. "Вкладывая свою магию и волю в слова, мы можем принуждать наших пони".

"И ты не хотела, чтобы я устроила сцену".

"Правильно, Твайлайт никогда бы меня не простила".

"А тот маленький аликорн охотящийся на книги…"

"На самом деле это Твайлайт, да, как я и говорила" — Найт подтвердила.

"И ты думаешь, я поверю, что ты вдруг стала хорошей?"

"Слава звездам, конечно, нет. Ты умнее. Я все еще монстр, которым меня сделали. Но теперь у меня есть пони, которых я хочу защищать. Пони, которым я желаю счастливой жизни. Это все меняет…" — Найт отвернулась, внезапно не выдержав пристального взгляда Сансет.

"Давай представим на минуту, что я не ныряю в портал и не бегу к Селестии. Что я готова дать тебе шанс все объяснить".

"Тогда ты бы спасла жизнь Твайлайт. Селестия знала, где я оказалась. Запечатанная. Заточенная под источником Твайлайт, после того как она использовала стихии, чтобы оторвать меня от Луны" — Медленно Найт подняла глаза и встретилась взглядом с глазами Сансет. "Если она узнает, что я свободна, что именно Твайлайт позволила мне освободиться… это плохо кончится для Твайлайт".

Негодование омрачило лицо Сансет. "Селестия никогда бы не сделала этого".

Найт подняла руку, заставляя замолчать. "Она сделала много ужасных вещей, потому что решила, что это во благо. Она истребила целый народ, просто чтобы доказать свою правоту" — сказала Найт. Усталость, казалось, накрыла ее с головой, так вот каково это — чувствовать себя старой? Она грациозно села. Она намеренно устроилась так, чтобы не было сил встать, и была настолько беззащитной, насколько могла терпеть. Она закрыла глаза и прислонилась головой к прохладному камню статуи. "Если ты собираешься судить меня. Суди меня за всю историю".

С осторожной скованностью в движениях, Сансет села рядом с ней. "Я слушаю".

Найт протянула руку, и Сансет приняла ее, ее сила заблестела в глазах, когда Найт начала свой рассказ. "Все началось, когда я… когда Луна была маленькой кобылкой, и она была выбрана своим первым учителем…"

* * *

## 40.3 История маленькой Луны

* * *

Благодаря своим эмпатическим способностям и ритмичным словам Найтмер, Сансет быстро погрузилась в рассказ. Это было почти как если бы она была Луной, питомцем, инструментом, рабыней. Нет, это было не так, она была Сансет — чистокровной пегаской и гордилась этим. Она была рождена по воле мастера, чтобы стать художником.

Сансет улыбнулась. Гордость переполняла ее маленькое сердечко. А как иначе? Она была выбрана одним из мастеров. Она собиралась стать одной из лучших художниц в мире.

"А теперь запомни свое место", — сказала ее мать. Не было ни объятий, ни прикосновений, но любовь была там, излучаясь из глаз ее матери. Это был момент не только для Сансет, но и для ее матери. После этого, возможно, ей даже разрешат родить еще одного жеребенка.

Улыбка Сансет померкла, и она встала во весь рост. Готовая к осмотру. Большие, мощные крылья ловили ветер снаружи. Ее уши дернулись: снаружи приземлилась какая-то пони тяжелее любого пегаса. Ей хотелось порезвиться, станцевать пируэт в небе, но она оставалась неподвижной.

С каждой секундой становилось все труднее и труднее оставаться неподвижной, сохранять требуемый почтительный вид. Она собиралась снова встретиться с мастером. И не просто каким-то мастером, она собиралась увидеть своего мастера, аликорна, который выбрал ее в качестве своей единственной.

Дверь открылась, без стука или объявления, ведь зачем мастеру объявлять о себе, он был повелителем и мастером всего. Высокий жеребец аликорн вошел внутрь во всем своем сиянии божественности. Сансет отвела глаза. Она низко поклонилась, расправив крылья. Шелест перьев дал понять, что ее мать сделала то же самое.

"Подойди, моя юная ученица". Его голос взбудоражил ее чувства. Он говорил с ней. Она была достойна его внимания.

Сансет поднялась и сделала три шага за ним, как того требовало ее положение. Она ушла, не оглядываясь, так как любое внимание, не оказанное ее мастеру, было бы неуместным, знаком неуважения. В следующий раз, когда она увидит свою мать, Сансет знала, что она будет другой. Она будет аликорном-аспирантом, и у нее будет рог. Она не могла не задаться вопросом, сколько раз она будет зацепляться им за вещи, прежде чем привыкнет к нему.

Она прогнала эту глупую мысль; она больше не была маленькой кобылкой. Она была выбрана, из десятков художников, которых приказал вывести ее мастер, он выбрал именно ее. Она должна была стать его ученицей, ученицей самого знаменитого художника среди мастеров.

Это был лучший день в ее жизни.

* * *

Боль пронзила новый рог Сансет. Россыпь искр и зазубренных дуг озарила комнату стробоскопическими красками. Она закрыла глаза и выпустила на волю дикого, необузданного зверя, которым была ее магия.

"Тебе не нужно так стараться". Добросердечный голос мастера разгладился, и нежное тепло потекло в ее рог. Расслабление разлилось по ее позвоночнику, как расплавленное удовлетворение.

"Да, мастер". Соглашаться с ним по любому поводу было так правильно, так приятно. На ее мордочке появилась ленивая улыбка.

"Теперь снова, только медленнее. Позволь магии течь, это не буря, которую нужно подчинить".

Сансет закрыла глаза и с радостью повиновалась, тихонько мурлыкая, когда слова мастера направляли ее. "Магия — это нежный цветок, который нужно побудить раскрыться. Магия — это прекрасное слияние вдохновения и техники, это самое чистое определение искусства. Будь ее музой, будь ее проводником и позволь своим эмоциям сформировать твое произведение искусства".

На этот раз боли не было. Свет мягко проникал сквозь ее закрытые веки.

"Теперь представь себе сцену, каждый ее аспект. Свет, цвета, игру теней".

Облака заполнили небо, освещенная сверху полной луной, Селестия, ее сводная сестра, лежала в царственном покое. Она была прекрасна, как должны выглядеть все существа, обученные править.

"Представьте себе каждый волосок на ее шерсти, как ветер ласкает каждую прядь ее гривы".

Чем больше она сосредотачивалась, тем реальнее становился образ.

"Да, хорошо, моя талантливая ученица".

Комплимент от мастера. Сердце Сансет едва не остановилось от радости.

"А теперь открой глаза".

Перед Сансет предстал именно тот образ, который она себе представляла, идеально нарисованный на холсте. Все абсолютно реалистично, каждая изысканная деталь была на месте.

* * *

"Будь спокоен, мой талантливый ученик".

И точно так же все было в порядке. Воспоминания о смертоносных зазубренных клинках, которые Селестия просматривала для своего испытания, потеряли свою власть над ней. Страх рассеялся.

"Скоро ты будешь готова к испытанию, тебе нечего бояться. Ты — моя ученица, художник. В отличие от тех, кто избран править, или тех, кто выкован в воины, твое испытание не будет тяжелым. Ты выпьешь из чаши и уснешь. В этом сне ты будешь видеть сны, сны о многом. Когда ты вернешься к нам, ты пробудишь свою истинную музу и заслужишь место рядом со мной".

"Спасибо, мастер" — Сансет склонила голову, чувствуя себя глупо за то, что беспокоилась в первом дворце.

Его теплое крыло окутало ее редким физическим знаком привязанности. "А теперь отбрось свои заботы и собери свои припасы, сегодня твоим холстом должен стать живой пони".

"Да, мастер", — поспешила Сансет, вдохновение переполняло ее сердце, когда она думала о том, какие произведения искусства она могла бы нарисовать во сне, в царстве, где нет границ.

* * *

Сансет втянула язык обратно. Несмотря на то, что Селестия сказала, что это очень мило, высунутый язык во время сосредоточения не изображал достойного вида, который артист ее уровня должен был сохранять в любое время.

Селестия вздохнула: "Почему бы нам не пропустить это и не пойти на ярмарку?"

Сансет закатила глаза. "Тиа, ты знаешь почему. Только на то, чтобы закончить твои перья, уйдет целый час".

Ее сводная сестра, обучаемая править , зашипела и перекатилась на спину, мгновенно сведя на нет полчаса тщательной работы.

"Тиа! Посмотри, что ты только что наделала".

Селестия посмотрела на след из перьевой краски и мелкой самоцветной пыли, запятнавший широкие подушки, на которых она расположилась. "Прости, Лулу".

"Все в порядке, сестра, но ты должна дать мне закончить. Мой мастер будет разочарован, если это не лучшая моя работа. Я даже не хочу думать, что твой сделает с тобой, если ты…"

Селестия вздрогнула, ее взгляд стал отрешенным, застывшим.

Луна прижалась к испуганной сестре. "Все будет хорошо, сестра, мы всегда будем друг у друга".

* * *

В глазах ее мастера не было ни капли обычного тепла. Казалось, что вся светлая радость жеребца сменилась мрачными оттенками.

"Мастер?"

Он улыбнулся, почти идеально имитируя настоящее выражение лица. "Да, ученик?"

"Все в порядке?"

"Да, мой талантливый ученик, все хорошо" — Его слова были обнадеживающими, но глаза лгали. Что-то было очень плохо. Но не ей было задавать вопросы мастеру. "Мне поручили грандиозный проект".

Это должны быть хорошие новости, это должны быть самые лучшие новости. Так почему же в его глазах была тьма?

"К сожалению, я не смогу взять тебя с собой".

Сердце Сансет екнуло: "Надолго ли, мастер?"

На этот раз ему не удалось скрыть печаль своей жалкой улыбкой. "По крайней мере, на несколько веков".

Столетий, то есть до конца ее обучения. Неужели она потерпела неудачу? Неужели она разочаровала?

"Теперь не бойся, моя талантливая ученица. У тебя будет новый мастер".

Несмотря на то, что его слова успокаивали ее, как всегда, маленькое зернышко сомнения все же осталось.

"И это буду я" — Вошел грубый аликорн, выдыхая пары пьянящего трубочного дыма. Те самые вещества, которые ее мастер, ее старый мастер, запретил ей даже пробовать, несмотря на их общепринятость.

Сансет отложила свою работу и начала кланяться. Аура придавила ее, больно прижав морду к полу. Она не думала, что этот новый мастер ей очень понравится.

* * *

"Бесполезная, ты просто позор". Ее новый мастер сплюнул. "Я не знаю, почему этот старый дурак счел тебя достойной этого рога".

Его сокрушительная магия притянула Сансет ближе. Так близко, что в нос ударила знакомая химическая вонь. Он снова предавался своему любимому пороку. Его окованное металлом копыто врезалось в ее рог. Боль пронзила ее череп. "Я мог бы просто удалить его, избавив нас от лишних хлопот".

Сансет ничего не сказала, не пожаловалась — от этого становилось только хуже. Она старалась не обращать внимания на пульсирующую боль, пронизывающую ее череп.

Ее новый мастер продолжал. "Нет, старый дурак смог бы назвать это пренебрежением…" — Он заглянул ей в глаза. Садистская ухмылка, полная клыков, заполнила ее зрение.

Вспышка магии, и рядом с ним появился большой рулон ткани. Его аура развернула его, открывая самый сложный узор заклинания, который Сансет когда-либо видела. "Нарисуй это" — приказал он. "Допустишь хоть одну ошибку, и ты умрешь. Мучительно".

На выполнение задания ушло несколько дней, больше часов, чем она могла вспомнить. Ужас и уверенность в том, что мастер был правдив в своих угрозах, заставляли ее продолжать работу, несмотря на отсутствие сна и пищи.

* * *

"Теперь стой спокойно". Приказ мастера был единственным, что остановило дрожь, пробежавшую по ее перьям.

В комнате собралась сила, достаточная для того, чтобы ее рог зудел. Воздух высох, маленькие дуги молний заплясали по каждой поверхности. Перед ее новым мастером вся влага из воздуха собралась в вихрь. Сначала в виде тумана. Затем в виде густого облака. Со звуком разбитого стекла оно словно распалось, оставив висеть в воздухе толстый клинок голубого льда.

Это чудовищное оружие было больше, чем сама Сансет. Ее взгляд остановился на нем. Это будет ее смерть, кричал ее разум. Но приказ мастера заставил ее замереть.

"Вот так будет лучше". Лезвие прочертило ленивую дорожку вокруг Сансет. "Ну что, ты готова к испытанию?"

"Но. Но я же художник".

"Как будто меня это волнует. Этот способ быстрее, дешевле и требует гораздо меньше усилий". Его легкомысленный тон отступил, превратившись в подобие формальности. "Приготовься".

Нет. Нет, все это было неправильно. Она должна была грезить, чтобы найти свою музу. Она должна была просто спокойно заснуть, а не быть разорванной на части. Она никак не могла этого пережить. Он хотел убить ее. Он собирался убить ее.

Лезвие поднялось. Лезвие опустилось.

Паника вспыхнула, обретя форму в ярком свете ее рога. Краски, мольберты, столы и стулья бросились на ее защиту. Все и вся, до чего дотягивалась ее сила, врезалось в него. Он отшатнулся назад, ослепленный лишь на мгновение.

Она рванулась вперед, ее рог вошел ему в челюсть. Ужас укрепил ее. Макушка ее головы резко остановилась. Горячее тепло потекло по ее лицу. Что-то густое смешалось с ее слезами.

Его вес опрокинул и повалил ее на землю, прижав ее к себе.

"Я, я… что я наделала?"

"Сансет успокойся. Это был мой поступок, а не твой".

Сердце Сансет замедлило свой бешеный ритм, дыхание стало более регулярным. Она обнаружила, что ее больше не прижимает к себе давящая масса мертвого мастера. Она была свободна, она была в безопасности. Медленно она открыла глаза.

Перед ней, зажатая под своим, не Луны, новым мастером, стояла маленькая голубая аликорн, всхлипывающая и дрожащая от крови нападавшего, жертвы? Кровь впиталась в ее шерсть и испачкала перья.

Отчетливый звук кожистых крыльев, опустившихся рядом с ней, привлек ее внимание. Сансет наблюдала за происходящим, сидя рядом с Твайлайт — Твайлайт, с клыками и крыльями летучей мыши. "Ты убила его?"

"Да. Он был первой жизнью, которую я забрала. Он пытался убить меня. У него были все преимущества, кроме одного. Неожиданности. "Найтмер повернула свои драконьи глаза и посмотрела прямо в глаза Сансет, ее выражение было нечитаемым. К тому времени юная Луна наблюдала за несколькими смертельными поединками на арене за своего нового мастера".

У нее был острый глаз на детали и понимание движений, как у танцовщицы. Она знала, что ей никак не удастся убежать. Она никак не могла победить в обычном бою". Улыбка немного сползла. "Нет… это был единственный вариант, который позволил ей выжить".

"Если это была самооборона", — Сансет указала копытом на Найтмер. "Что превратило тебя в монстра?"

"Два основных события. Хочешь посмотреть?"

"Со стороны. Вот так. Я не хочу их пережить" — Сансет удивилась, что ее слова прозвучали так спокойно.

"Как пожелаешь, Сансет Шиммер" — Найтмер, носящая почти форму Твайлайт, взмахнула копытом, и мир вокруг них изменился.

Селестия, прекрасная Селестия с расписными перьями смотрела вниз на Луну. От ее глаз самая глубокая замерзшая бездна казалась теплой. У Сансет перехватило дыхание. Это был почти тот же взгляд, которым она смотрела на Луну, когда закончила ее обучение и выгнала из замка. Совершенные черты лица Солнечной принцессы были лишены эмоций, когда она заговорила. "Виновная нарушила самый священный из законов, осквернила благосклонный дар, дарованный ей".

"Это и есть убийство?" — спросила Сансет.

"Продолжай слушать", — приказала Найтмер.

"Это существо перед нами отвернулось от просвещения и отказалось от испытания". Тон Селестии был холодным, официальным, чего Сансет никогда раньше не слышала. "За это может быть только одна судьба".

По щекам Луны побежали слезы. "Сестра, пожалуйста. Он…" — закричала Луна. Расплавленная золотая аура впилась в ее плоть, затыкая мордочку.

В глазах Селестии полыхал огонь. "Ты мне не сестра".

Казалось, будто кто-то перерезал нити, удерживающие Луну на ногах. Единственным признаком того, что она еще жива, были тихие всхлипывания и полное отчаяние в ее глазах. Луна даже не сопротивлялась, когда двое охранников бросили ее на пол арены.

Сцена исчезла. Только Сансет и Найтмер оставались странно освещенными в кромешной тьме. "Тебе не нужно видеть, что произошло дальше. Меня заставили сражаться. Убивать снова и снова, пока я не научилась любить это. Жаждать этого". Найтмер ухмыльнулась, но юмор не отразился в ее глазах. "Один из мастеров даже похвалил мое мастерство в вивисекции. Даже причиняя мучения и смерть, я все равно оставалась художником". Найтмер устало вздохнула. "Суди меня, если хочешь. Я такая, какой она меня сделала".

Сансет сделала паузу. Она знала без тени сомнения, что все, что показала ей Найтмер, было правдой. Ее собственная сила ясно говорила об этом. Однако, как она поняла из общения с дворянами в Кантерлоте, существует множество способов не говорить неправду и при этом вводить других в заблуждение. "Ты сказала, что было два главных события. Каким было второе?"

Найтмер отвела взгляд. Она старалась выглядеть непринужденно, но стук жидкости по земле опроверг ее слова. Найтмер, самое страшное из великих зол Эквестрии, плакала.

Сансет смягчила голос. "Что случилось?"

"Селестия, это никчемное порождение Тартара", — прорычала Найтмер. "Она убила мою семью. Она сожгла их всех в пепел и имела наглость сказать, что это для моего же блага. Знаешь ли ты, каково это — видеть, как сгорают те, кого ты любишь? Слышать их крики о помощи и быть не в силах что-либо сделать? Выживать, сгорая и страдая от боли, и быть единственным, кто остался?"

Найтмер задрожала, слезы залили ее разъяренное лицо. Ее морда исказилась, полусформированное рычание боролось с ее ледяным голосом. "Тысячи мертвых. Многие из наших пони обречены умереть в одиночестве или быть поглощенными духами кошмаров, и все это для того, чтобы шахматные фигуры Тии аккуратно выстроились в стране, которую она создавала".

Выражение лица Найтмер успокоилось, горячая ярость сменилась чем-то холодным. Она встала во весь рост, ее слезы и несовершенства испарились в плетях тени. Истинно королевское присутствие, глаза, древние и непостижимые, смотрели прямо сквозь Сансет, словно заглядывая в самую ее душу: "Ты удивляешься, почему я хотел ее смерти? Ты удивляешься, почему мне было все равно, что мир погибнет вокруг меня? Почему Луна сдалась и предложила мне бразды правления, почему Луна ликовала, когда я размозжила череп Тии?".

Даже без ее силы было ясно, что Найтмер была честна. Тысячу лет копившийся гнев, ярость и печаль вылились в Сансет. Это было слишком много. Более двадцати или более раз, весь ее жизненный опыт лет, наполненных негативными эмоциями. Сансет почти потеряла себя. Сансет только и могла, что бороться со жжением в глазах и рыданиями, пытавшимися вырваться наружу.

Так же внезапно, как все началось, все прекратилось. Сансет была маленькой кобылкой, высунувшей язык. Ее измазанное краской перышко превращало простые пигменты и масло в прекрасный пейзаж. Воспоминание длилось всего мгновение, но этого было более чем достаточно, чтобы разорвать спираль негативных эмоций, заменив их простой невинной радостью.

[Изображение: https://lh6.googleusercontent.com/pZsYOcPvgLkHQdijd6PDjCKynGBeAsGutx8S5kSUNvSVC4F8h05gUaFK4TIb_aSUyspKT_LxTJhcAz01c-aTCsC43qvkqueNCWmucVOAxEPy08UJmpjrplxQypCewXkh1bElUHF4unT-rbCz9GdRXg]

"Я прошу прощения за то, что потеряла себя, ты не должна была испытать это, Сансет Шиммер", — сказала Найтмер, склонив голову.

Сансет вспомнила чистый восторг от картины Луны. С каким изумлением она смотрела на мир. Найтмер была похожа на Сансет, но с одним отличием. Сансет решила стать чудовищем. Конечно, ее остановили до того, как она совершила что-то действительно ужасное, но она сделала выбор. Луна и Найтмер — нет. Они заслуживали второго шанса больше, чем она.

Сансет медленно, осторожно шагнула вперед, стараясь, чтобы ее движения были неторопливыми и легко читаемыми. Она не хотела вывести из себя неуравновешенного и эмоционального древнего аликорна.

"Что ты думаешь…" — Найтмер замолчала, когда копыта Сансет обхватили злую кобылу в утешительном объятии.

* * *

Сансет проснулась как ото сна, все ужасы, вся боль Луны казались ей далекими. Она знала, что это произошло, понимала это в мельчайших подробностях, но это произошло не с ней. Как будто это была история, которую она читала для важного теста.

Что-то было по-другому, что-то было правильным, чего она не чувствовала уже очень давно. Сансет откинулась на спинку стула. Она подняла то, что когда-то было ее рукой, и уставилась на свое копыто, такое знакомое и одновременно такое чужое после столь долгого времени. Как будто она была единорогом на земле. "Что ты со мной сделала?"

"Я сделала тебе подарок. Я не допущу, чтобы один из моих пони стал калекой". Найтмер удивительно мягко улыбнулась. "И Твайлайт никогда не простит меня, если я не помогу тебе".

"Как это поможет мне?".

"Как только я научу тебя вновь принимать свою двуногую форму, ты получишь и ее, и доступ к своей магии. Со временем и обучением ты сможешь иметь и то, и другое сразу".

Сансет кивнула. "Другой вопрос, почему?"

"В отличие от остальных друзей Твайлайт, у тебя есть потенциал для вознесения. У тебя есть потенциал стать ее другом на очень долгое время. С годами ей понадобятся все друзья, которых она сможет найти".

"Так ты делаешь это для нее?"

"И немного для себя. Ты мне нравишься". Признание из трех слов прозвучало почти неслышно. Найтмер прочистила горло. "Я восхищаюсь твоими амбициями и стремлением". Найтмер вздохнула. "Кроме того, мне невыносимо видеть, какой беспорядок моя сестра устроила в твоем обучении. Если ты позволишь, я все исправлю".

* * *

## 41.1 Эпическое приключение Литтл Стар в Вечносвободном лесу

* * *

Литтл Стар сидела, лениво потирая копыто. Она никак не могла выбросить из головы образ изломанного и обожженного тела Кэндис. Ей хотелось, чтобы избранница ее матери могла исцеляться так же, как она. Боль и неприятные ожоги исчезли бы в мгновение ока.

Третье, а затем и четвертое очищающее заклинание подействовало на ее шерсть, но Литтл Стар все равно чувствовала себя грязной, чувствовала себя неправильно. Как и во второй раз, она не нашла ничего, что можно было бы добавить в коллекцию. Она осторожно вытащила каждую частичку пепла из шерсти, поместив каждую в новый внепространственный карман, который она сделала. Она не знала, для чего планирует его использовать. Все же пепел Кэндис был бы необычным алхимическим ингредиентом, и она очень надеялась, что его больше никогда не будет производиться.

Ее взгляд остановился на свитке, испещренном письменами и цифрами. Расчеты не заняли много времени, все было просто. Столько таумов магии могло произвести столько тепла. Вывод был написан чернилами. Она зажмурила глаза и посмотрела вдаль. Теперь ей стало до ужаса понятно, почему другие говорили ей быть осторожной с магией.

Мысли Литтл Стар вернулись к пони, которым она пыталась помочь. Некоторые из них смотрели на нее так, словно она была лесным волком, надвигающимся на них. Да, она знала, что у нее больше силы, чем у них, но в этом нужно было разобраться. Как сделать так, чтобы они не судили о ней по тому, что она может сделать, а только по тому, что она делает?

В памяти всплыла еще одна сцена, когда она спасала свою мать. Эти отчетливые трески, когда хирургические лезвия преодолели звуковой барьер и разрушили место, где находились плохие пони. Она не хотела причинить им вреда; она лишь пыталась защитить свою мать. Она вздохнула. Подсчитать кинетическую силу было так же просто, как и огонь. Ее неверный расчет, вероятно, убил их. К счастью, они были плохими пони. Они заслужили это после того, что сделали. Вся эта кровь, каждая капля учтена, каждый разрез записан.

Уши Литтл Стар расправились, и образ тела ее матери Твайлайт, расчлененного на каменном столе, возник рядом с обугленным телом Кэндис. Ее матери стало лучше, на это ушла неделя, но она поправилась. Почему нельзя было поделиться с Кэндис ее способностью к исцелению?

"Ухууу" — Стопроцентный шанс, что существование Кэндис продолжится, в той или иной форме…

"Она будет жить?" — Уши Литтл Стар навострились. Она посмотрела на своего верного друга, и с нее свалилась огромная тяжесть. Если Грей сказала, что Кэндис выживет, значит, она выживет. "Спасибо, Грей". — Она прижалась к своему другу, ощущение ее мягкой шерсти на твердом деревянном теле Грей все еще было немного странным.

Она моргнула и сосредоточилась на теле Грей, словно видя его в первый раз. Ее подруга в теле, которое она создала для нее. В ее голове промелькнуло несколько мыслей. На ее лице появилась широкая улыбка.

У нее был план. Если тело Кэндис не подлежит восстановлению, ей просто нужно будет создать новое. Это будет легко, в конце концов, она уже помогла одной подруге получить новое тело. Все, что ей нужно, это еще немного сырья.

Две ее Три-С появились на свет, быстро появились слова. Одна записка объясняла ее отсутствие. В другой был список всего, что ей понадобится.

Литтл Стар собрала на место свое снаряжение для приключений. Это стало как ритуал, как заявление миру о том, что пришло время заняться серьезными делами. Она потратила мгновение на то, чтобы разместить свои новые вещи в удобных и доступных местах. На правом боку пристегнут ромбовидный клинок, на левом — кинжал из малинового стекла. И, наконец, на поясе висели деревянные метательные клинки с выгравированными металлом рунами заклинаний.

Игры на ярмарке подарили ей столько идей. Это было такое веселое время, даже если они так и не доказали, что Розовая — действительно замаскированный аликорн. Если бы у нее было больше времени на подготовку, она могла бы заполнить все свои слоты для волшебных предметов.

Грей прикрыла глаза крылом. Нуль, когда-либо книга "Огры и Темницы" была основным текстом по любому магическому предмету.

Литтл Стар сделала паузу. "А использовать ее для вдохновения все еще можно?"

Грей опустила крыло и кивнула. Получив разрешение подруги, она продолжила размышлять о том, что можно сделать для каждого предмета.

Ее копыто нашло зачарованное ожерелье. Ее мысли были сосредоточены на друзьях. Их лица, их счастье в тот первый раз, когда они все полетели. Они никогда не боялись ее, не боялись ее силы. Но все же были вещи, с которыми они не могли справиться. Например, драка, которую устроили мамочка Твайлайт и мамочка Луна, некоторые вещи, от которых им снились плохие сны. Так же как и нынешнее состояние Кэндис. Она не хотела так поступать с ними, поэтому не могла поделиться с ними своими переживаниями.

От этой мысли внутри что-то похолодело. Несмотря на то, что они приняли ее, она все равно была другой. Она не была обычной пони. Она обладала силой и могла справиться с тем, чего не могли видеть другие. Неужели все это только потому, что она была дочерью двух аликорнов? Было ли в этом что-то большее?

"Ухууу". Громкое уханье Грей прервало ход ее мыслей. Ее светящиеся глаза посмотрели в глаза Литтл Стар. Ноль, тебе не нужно объяснять им, почему. Они — твои друзья. Бесчисленное количество раз метконосцы отправлялись в Вечносвободный без всякой причины.

Грей была права, она не могла рассказать им все, но она могла взять их с собой в это приключение.

Ей было интересно, кого еще она может пригласить. Это был эпический квест по спасению Избранной Кэндис. Эмеральд Шейд была милой, она пекла лучшее печенье и была бесконечно лучшей компанией, чем огромный розовый жеребенок, раздававший кексы. К сожалению, когда мамочка Твайлайт уехала, а мамочка Луна была в Кантерлоте, она была слишком занята заботой о гостях замка.

Литтл Стар подумывала пригласить Спайка, но после быстрого заклинания наблюдения обнаружила, что он спит, наполовину зарывшись в бумаги. Быстрым магическим действием она заменила бумаги теплым одеялом. В конце концов, вы заботитесь о семье, у нее даже была записка с напоминанием об этом.

Она поставила копыто на стену и попросила отвести ее в комнату матери. Тепло, сочувствие и грусть излучались из замка, а потом, как всегда неожиданно, она появились.

В кои-то веки Литтл Стар порадовалась, что она такая маленькая и не видит того, что, как она знала, лежит на кровати. Если бы она не опустила голову. Ее рогу потребовалось лишь мгновение, чтобы проверить, что временные заклинания, замораживающие Кэндис, все еще действуют.

Грей мягко опустилась на спину Литтл Стар. Мягкое успокаивающее "Ухууу" помогло ей успокоиться.

Затем Литтл Стар обратилась к своему древо-псу, погладив его по голове. "Так, Торн. Оставайся здесь и охраняй Кэндис, хорошо?"

"Гав-гав-гав".

"Я буду в порядке. Я готова к этому, и со мной Грей".

"Ухууу".

Торн лизнул лицо Литтл Стар, оставляя на ней следы сока. Литтл Стар засмеялась и оттолкнула своего ласкового питомца.

"Охранник", — похвалила Литтл Стар.

Торн внимательно сидел, сосредоточившись на дверном проеме, насторожив уши и светящиеся глаза. "Гав-гав". Некоторые руны, вырезанные на теле ее питомца, начали светиться. Руны щита, руны оглушения и даже последнее средство — руны дезинтеграции на зубах и когтях Торна — все они пришли в полную готовность.

"Хороший мальчик" — Литтл Стар улыбнулась своему творению и, еще раз проверив массив заклинаний вокруг Кэндис, зажгла свой рог. Она телепортировалась на опушку Вечносвободного леса, зная, что избранница ее матери будет в безопасности.

* * *

Она огляделась вокруг, казалось, что она в безопасности. Никто не направлялся в ее сторону, должно быть, они не заметили вспышку света от ее появления. С этим нужно было что-то делать. Телепортация — это здорово, но вспышка света не очень хорошо подходила для скрытности. Может быть, ей удастся как-то скопировать то, как замок перемещает пони?

Ее магия потянулась к друзьям. Уникальные свечения и вибрации, которые она почти чувствовала на вкус, потянули ее в трех разных направлениях. Она могла бы просто телепортировать их к себе, но если это было приключение, ей лучше сначала убедиться, что ее компания экипирована.

Благодаря темпоральной магии Кэндис, у нее было по крайней мере несколько тысяч лет, не то чтобы она хотела потратить на это столько времени. Она порылась в своем внепространственном кармане, набитом призами с ярмарки. Открыла главную книгу Огры и Темницы и перешла к описанию классов персонажей.

Маленький арбалет для Скуталу. Она могла бы стать мобильным рейнджером. Литтл Стар позже сделает для нее клинки для крыльев, чтобы она могла владеть двумя видами оружия.

Эпплблум с ее физической силой и мощным ударом станет отличным бойцом ближнего боя. Поэтому ей понадобится тяжелая броня. Старинная броня могла быть лишь тонкой пластинчатой броней и легким кольчужным шлемом, но с помощью магии это можно было исправить. Для превращения костюма в настоящую броню достаточно было нанести на него усиливающую руну. Таким образом, она даже сохранит полную скорость передвижения, как если бы это был мифрил.

Дольше всех пришлось возиться со Свити Белль. Полный комплект снаряжения для дуэли единорогов, которым пользовались взрослые. Клинок и щит она дополнила индивидуальной версией защитного заклинания четвертой версии лаборатории мамочки Твайлайт. Щит отражал удары от нападающего. Лезвие в другом копыте усиливало заклинание. Оно расщепляло все, с чем вступало в контакт, будь то материя или магическое воздействие. Литтл Стар улыбнулась, гордясь собой. Она старательно записывала свои модификации в свою собственную маленькую книгу заклинаний. Эта книга была идеей Грей, и Литтл Стар ее обожала. Она чувствовала себя настоящей волшебницей, как Старсвирл бородатый или мамочка Твайлайт.

Она обратила внимание на заколдованное кольцо для рога. Сейчас оно блокировало запрещенные заклинания и позволяло любому единорогу произнести маркирующее заклинание. Она быстро сняла блокирующий эффект и несколько раз скопировала основу маркирующего заклинания. Кольцо могло вместить еще три заклинания.

Заклинание щита было просто необходимо, ее копыто снова нащупало ожерелье. Она могла бы сделать его дополнением для команды. Защитное заклинание, скрепленное дружбой и добровольно отданной кровью группы. Сплести кровь и темную магию воедино было проще простого. Чем больше Свити Белль заботилась и беспокоилась о своих друзьях, тем мощнее становился бы щит. Это был прекрасный способ компенсировать сравнительный недостаток магических резервов у ее друзей.

"Вууу, Хууу" — Один, раз я была действительно впечатлена твоей сегодняшней работой с заклинаниями.

Литтл Стар чуть не запрыгала на месте. Однако этого делать было нельзя, сегодня она была уважаемым авантюристом, волшебницей, и не стоило показывать, что она ведет себя как жеребенок. Мысли не мешали ей стоять с гордым видом, выпятив грудь вперед, и счастливой улыбкой, способной в считанные секунды растопить сердце самого жестокого вендиго.

Еще два заклинания. Свити Белль хотела телепортироваться, но проблема была в том, что телепорты — очень сложные заклинания со множеством переменных. Нет, ей придется научить подругу этому заклинанию обычным способом. Она снова задумалась над своей небольшой библиотекой заклинаний, даже пролистала страницы своей книги заклинаний. И снова она нашла путь к усовершенствованию маминого заклинания безопасности в лаборатории. Ее глаза перебирали формы заклинаний и руны. Она прослеживала узоры в поисках вдохновения.

Раздел перенаправления энергии. Это может сработать. Она аккуратно вставила эту часть в копию маркирующего заклинания. Кинетическая энергия изменит направление, и цвета будут инвертированы. С этим можно было бы весело поиграть во время магических пятнашек или даже в хуфбол, если бы судья разрешил. Она быстро добавила свое новое изобретение в книгу заклинаний.

Она могла бы добавить еще одно заклинание. Снова обратившись к классике Огр и Темниц, она подумала о заклинании огненного шара, но отказалась от этой идеи. Утешительное прикосновение Грей было единственным, что заставило ее вздрогнуть. И снова она пообещала, что огонь будет ее последним средством. Это было слишком больно. Слишком жестоко. Очевидно, тот, кто писал книгу Огры и Темницы, никогда не видел, что может сделать огонь. Или не чувствовал его — прошептал тоненький голосок в ее голове.

Мысли об огне привели ее к Кэндис, к ее обгоревшему телу. Литтл Стар тряхнула головой, пытаясь прогнать этот ужасный образ и воспоминания о запахе.

Один раз напоминаю тебе, что ты здесь, чтобы помочь Кэндис. Будь сильной, Стар.

Литтл Стар кивнула, она могла быть храброй, она будет храброй. Она была хорошей кобылкой. Она спасла маму Твайлайт от плохих пони. Она может, она сделает это. "Спасибо, Грей". Она обняла свою подругу.

"Ухууу".

"Ладно, еще одно заклинание".

"Вууу-хууу".

Литтл Стар подняла голову и увидела в клюве Грей свиток. Она осторожно взяла его, разворачивая с помощью своей магии. Это определенно было сложное заклинание, и втиснуть его было бы трудно. Но Свити Белль оно должно было понравиться. Оно было идеальным. Она еще раз обняла Грей и принялась за работу.

* * *

Литтл Стар отступила назад и посмотрела на свою работу: три поникена, размером с ее друзей, были одеты в созданное ею снаряжение для приключений. Скуталу с одним лишь арбалетом выглядела явно недостаточно экипированной. Она постучала копытом по подбородку. Она села на корточки и снова обратила свое внимание на огромное количество карманов, связанных с ней.

Свитки, еще свитки, книги, еще книги. Мороженое, печенье, чернила, мороженое и многие-многие другие карманы с надписями мелькали перед ее глазами. Однажды ей придется составить список и провести их полную инвентаризацию.

"Ухууу!" — Однажды, нужно было только попросить провести такую инвентаризацию.

"О, спасибо, Грей. Итак, какие-нибудь рекомендации?"

Грей кивнула. Ее сконструированный рог засверкал от ее магии пепельного цвета, и с искажением реальности появился свиток. Литтл Стар взяла его и с нетерпением развернула.

"Костюмы для конкурсов Согревающего Очага?"

Грей снова кивнула и подскочила ближе, кончик ее крыла прошелся по списку. Она остановилась под одной записью. Костюм командера Харрикейна, броня цельная, шлем с плюмажем цельный.

"Это идеально". Легким толчком магии в рог Литтл Стар извлекла два предмета. Темные доспехи со светящимся шаром на груди и шлем идеально подошли бы Скуталу. Ее подруга должна была подумать, что это "потрясно", по ее собственному выражению. Они были немного великоваты и нуждались в особых штрихах, чтобы сделать их готовыми к приключениям, но это были последние детали, необходимые для полного снаряжения ее команды.

* * *

"Меткоискатели, соберитесь" — Литтл Стар приняла эпическую позу, которая, как доказывали комиксы, была эпической, когда три ее друга появились из ее заклинания призыва. Ну, она знала, что это просто телепорт, но сегодня она называла его призывом членов команды. Может быть, ей стоит записать это заклинание в своей книге, она даже могла бы добавить те крутые всплески цвета, которые она могла сделать с помощью небольшого количества бесполезно потраченной магии.

Скуталу бросилась вперед, едва не столкнувшись с Эпплблум. "Что за сено?" — крикнула Эпплблум, пригнувшись как раз вовремя.

Свити Белль огляделась вокруг. "Привет, Стар, почему мы снова в Вечносвободном?"

"Приключение", — крикнула Литтл Стар, меняя позу, демонстрируя свое снаряжение.

"Приключение?" — нерешительно спросила Эпплблум.

"Да, и очень важное. Мы выполняем королевский квест, чтобы помочь Кэндис, а поскольку это королевский квест, у нас есть настоящее снаряжение для приключений, сделанное принцессой". Литтл Стар махнула копытом в сторону трех закрытых поникенов. Все три метконосца последовали ее примеру. Грей, провела драматическое представление.

"Ухууу", — когти Грей схватили ткань, и она метнулась в сторону.

"Это потрясающе!" — крикнула Скуталу, подлетая к ней.

"А почему здесь… листы персонажей?" — спросила Свити Белль, смутившись. Ее аура подняла бумагу и поднесла ее ближе.

"Упс, это на потом" — Литтл Стар опустила три оскорбительных клочка бумаги в карман OиТ.

Эпплблум осмотрела броню. "Стар, это ведь ты ее сделала, да?"

Она кивнула.

"Из призов с ярмарки?" — продолжала Эпплблум.

"Кое-что из этого" — Она призналась, она не собиралась лгать своим друзьям.

"Ты сказала, что это сделала принцесса".

"Ну, я и есть принцесса. Давай, ну примеряй, ну примеряй" — Литтл Стар подпрыгивала на месте, глядя на нее умоляющими глазами. "Пожалуйста?"

* * *

Через несколько минут все ее друзья были в сборе и полностью экипированы для своих приключений. Каждый в своем плаще метконосца, они выглядели как настоящая гильдия искателей приключений. Литтл Стар стояла между ними, ее волшебство держало камеру для группового фото.

"Скажи "Приключение!"" — Камера вспыхнула, и еще одно воспоминание было увековечено. Не так хорошо, как один из ее рисунков, но гораздо быстрее. Позже ей придется использовать его в качестве образца, когда она будет изображать некоторые эпические сцены из предстоящего приключения.

"Итак, Стар. Спасибо за все эти вещи" — начала Эпплблум.

"Так что мы делаем?" — вклинилась Скуталу, нацеливая свой арбалет то в одну, то в другую сторону. "Я хочу испытать эту штуку".

Литтл Стар понизила голос, насколько могла, хотя это было не так уж и много. "Соберитесь вокруг и слушайте. Мы четверо хотим проникнуть вглубь этого леса тьмы и достать мистические предметы, чтобы легендарная искусница смогла завершить свою важную работу".

"Значит, ты хочешь еще больше этой причудливой древесины, чтобы сделать еще больше питомцев?" — спросила Эпплблум.

Скуталу подлетела и остановилась прямо перед мордочкой Литтл Стар. "Эй, если я рейнджер, разве у меня не должно быть животного-компаньона? Разве не для этого нужен квест?"

Видя энтузиазм своей подруги, она просто не могла отказать. Литтл Стар кивнула: "Это часть причины", — сказала она, мысленно увеличивая количество необходимых деревяшек.

Скуталу подпрыгнула в воздухе. "У меня будет самый замечательный питомец на свете!"

Крыло Грей закрыло ей глаза. "Ухууу" — Тихий звук был почти вздохом.

"Нам не суждено отправиться в Вечносвободный в одиночку", — вмешалась Эпплблум.

Литтл Стар улыбнулась. "Мы не одни". Она указала копытом на Грей.

"Ухуу", — сказала лесная сова и поклонилась, взмахнув крыльями.

Эпплблум пожала плечами: "Я не уверена…"

Скуталу взмахнула крыльями. "Пойдем, у нас есть все эти потрясающие вещи, для приключений!"

"Что самое худшее, что может случиться?" — спросила Свити Белль. Ее голос не скрывал ее энтузиазма.

"И вот, знаменитая четверка отправилась в путь" — начала Литтл Стар.

"А разве мы не можем быть Великолепной Четверкой?" — спросила Свити Белль.

Скуталу скрестила передние копыта. "Не, это отстой, “Неистовая четверка”".

Литтл Стар улыбнулась своим друзьям, а затем повысила голос. "Метконосцы Искатели Приключений, Ура!" Она даже не успела произнести первый слог, как все присоединились к ней.

Итак, команда отправилась в путь. Вечносвободный лес понятия не имел, что его ждет.

* * *

[Изображение: https://lh5.googleusercontent.com/AlX57V0lefjGCpBG6DGec9T6mbT7gt2qxFSj-uCNwN6_eEVJSEHV6AMbPIFgwmCjAU-0l_9El4e5mj3bnMweOLwGXZ4_V6p9xMKRBJFJUk0vZiFsy4FzaV-5fieF_Hb7k8G2x-lvUY9B]

## 41.2 Что дальше?

* * *

Успокаивающий чай оказался несколько неэффективным. Эти огненные щелевидные глаза все еще преследовали ее мысли. Твайлайт Спаркл, ее верная ученица, была готова попытаться убить ее. Это было слишком похоже на то, что было с сестрой тысячу лет назад.

Она закрыла глаза и попыталась насладиться напитком. Гладкий, слегка экзотический вкус привозных трав все так же ласкал ее язык. Сложная, но тонкая смесь была гораздо более мощной, чем то, что она позволила бы продавать публично. Как ни старалась Селестия, ей никак не удавалось уложить в голове события сегодняшнего дня. Ожидаемый душевный покой не давал ей покоя, и она вздохнула. Даже чай, ее единственное спасение за последние несколько сотен лет, подвел ее.

По рогу Селестии заплясало немного магии. Простое заклинание подтвердило, что в ее чай подмешаны именно те зелья, которые она собиралась употребить, так что сомнительно, что виновата алхимия. Она потерла лоб копытом. Если сделать смесь еще более сильной, то одни только испарения начнут действовать на обычных пони. Придется искать другое решение. Она снова вздохнула и отвернулась, чтобы осилить хотя бы еще несколько страниц своих бесконечных мучений. Она снова почувствовала, что возмущена цепями своего долга. В последнее время она часто так делала.

Почему-то в прошлом с такими вещами было легче справляться. Раньше было легко просто стать как лед внутри. Теперь, когда в игру вступали те, кто был ей дорог, становилось все труднее и труднее сохранять самообладание. Лед, защищавший ее сердце, растаял.

Селестия смотрела в окно своего кабинета. Сколько бы она ни смотрела на распахнутое небо, у нее все равно не было возможности сегодня предаться простому удовольствию полета. Слишком многое нужно было сделать, чтобы тратить время на что-то непродуктивное.

Темнота на горизонте снова привлекла ее внимание. Она в шестой раз за сегодняшний день нахмурилась, глядя на густые темные облака, неуклонно приближающиеся к ней. "Они пришли на день раньше".

Но как раз вовремя, чтобы стать предзнаменованием — добавила Дейбрейкер.

"Скорее всего, это просто канцелярская ошибка".

"Как скажете, ваше сиятельство", — сказала Дэйбрейкер с наигранным уважением.

Селестия на мгновение задумалась. В памяти всплыли воспоминания о том, как ее сестра одним своим дурным настроением испортила погоду половине страны. Может ли это быть делом копыт Луны или Твайлайт? Нет, Луна сейчас была слишком рассудительна, а Твайлайт пыталась спасти Кэндис. Селестия покачала головой. Нет, ее Военный Разум был просто параноиком. Как и было задумано.

Она вздохнула. Простая ошибка — единственное, что имело смысл. Так много ее пони продолжали их совершать. Неужели она должна все контролировать? Луна была права, ей нужно было найти более надежных помощников. Таких, в которых она могла бы быть уверена, что они сделают все правильно, не нуждаясь в постоянном контроле. Темное пятно на голубом небе, которое должно было быть прекрасным, снова привлекло ее внимание. Что ж, по крайней мере, эта ошибка закончится тем, что несколько ее маленьких пони промокнут.

Селестия снова посмотрела на бумаги, лежащие перед ней, — стопка нависала, как непобедимая гора.

Ты будешь счастливее, если выпрыгнешь из окна и расправишь крылья, — мурлыкнула Дейбрейкер.

Селестия отказалась признать, что Военный Разум был прав. Она снова принялась за работу, ее перо усердно танцевало по пергаменту. Зрелище движения пера лишь поддерживало в ее сознании манию полета. Она покачала головой и сосредоточилась на отчете о повреждениях. Вспышка Твайлайт вызвала осложнения, дорогостоящие осложнения. После того, как ее бывшая ученица была так собрана в противостоянии с ней, она не ожидала, что произойдет что-то подобное. Это было так расточительно и стоило ей столько работы.

Может быть, Голдед Стар и была бесполезной личностью, но все же было жаль, когда приходилось жертвовать одной из ее пони. Однако ради Твайлайт она готова была пожертвовать гораздо большим. Она становилась слишком сентиментальной. Она знала, что ее учителя не одобрили бы этого. У нее не было шрамов, но она хорошо помнила их уроки.

Ее взгляд остановился на простой рамке с фотографией. Каждый раз, когда она видела ее, на ее лице появлялась улыбка. Юная Твайлайт улыбалась, уткнувшись мордочкой в книгу, которая лежала рядом с ней. Разница между тем заветным моментом и недавней катастрофой была разительной. Вид Твайлайт, когда она осознала причиненный ею вред, был душераздирающим.

Золотая аура Селестии притянула фотографию ближе, ее копыто прижало ее к груди. Ее бывшей ученице нужна была поддержка, кто-то из пони должен был быть рядом с ней. Ей все еще было больно от того, что она больше не может быть для нее такой пони. Как бы сильно она этого ни желала.

Разум Селестии, как всегда верный, воспроизвел событие, то короткое столкновение, когда сила сравнялась с силой. Несмотря на боль, которую это причинило Твайлайт, Селестия была благодарна за глупость Кэндис. С разумом Твайлайт, укрепленным ее ментальным Бастионом, не было простых вариантов. Ее нельзя было просто взять под ментальное доминирование, заставить заснуть или приказать успокоиться. Именно по этой причине она планировала в течение ста лет держать Твайлайт и Кейденс в неведении относительно всех их способностей. Аликорны могут быть слишком непостоянны в течение первого столетия своей жизни.

В памяти снова всплыло воспоминание. Ее Военный Разум говорил о чем-то. Твайлайт выглядела как божественное воплощение мести, когда она смотрела на Голдед Стар. Она была великолепна. Дейбрейкер вздохнула.

Селестия кивнула.

Весь этот праведный гнев. Вся эта страсть, как и раньше. С этой белой шерстью и горящей гривой, почти как если бы она была твоей дочерью. Есть ли что-то, что ты скрывала от меня, ваше сияние?

"Довольно об этом. Если ты хочешь продолжать разговор со мной, ты можешь помочь". Селестия махнула копытом на большую стопку бумаг.

Могу я просто сжечь их?

"Нет, как бы это ни было заманчиво, нет. Это создаст слишком много проблем в будущем, чтобы стоило сиюминутного удовлетворения".

Нужно что-то делать, пока ты не утонула в бумагах. И у меня есть план.

"Правда?" — Селестия аккуратно отложила перо и вернула заветное воспоминание, застывшее в картинной раме, на место. Она закрыла глаза и обратила все свое внимание на свой мысленный сад.

Она глубоко вздохнула, и ароматы ее любимых цветов сняли часть тяжести с ее плеч.

"Чай?" — спросила Дейбрейкер, держа чайник в копытах.

"Пожалуйста" — Селестия с благодарностью обошла стол и заняла свою обычную подушку. Она смотрела, как ароматная заварка наливается в ее обычную чашку. "Ты сказала, что у тебя есть план, как избавиться от некоторого утомления".

"Да, ваше сиятельство" — Улыбка Дейбрейкер показала ее клыки. "Две связанные идеи, если быть точной".

"Пожалуйста, продолжай, и ты тоже можешь себя обслужить".

Дейбрейкер подала Маске Селестии, а затем налила себе. "Нам нужен помощник. Тот, кто преуспеет в бумажной работе".

Селестия взглянула на свою Маску, которая с благодарностью приняла напиток со всеми приличиями, точно так, как она была запрограммирована. "У нас их целая армия".

"Но только один по-настоящему способный. Пейпер Пушер".

Потребовалось лишь мгновение, чтобы вспомнить все, что она знала об этом жеребце. "Тот, из РСКГ?"

"Он самый. Теперь либо мы берем его себе, либо ты создаешь фрагмент на его основе".

"Нет. Это…" — Селестия прервала себя. Да, это было вполне в ее силах.

Дейбрейкер ухмыльнулась, наклонившись чуть ближе: "Ты взяла кусочки разбитой души и восстановила то, что смогла, из Твайлайт. Ты взяла пустой разум и вернула отца к его семье". Напряженный взгляд ее прищуренных глаз идеально дополнял ее дразнящую клыкастую ухмылку. "Ты знаешь, что это было бы всего лишь мелочью".

"А как насчет его таланта?" — размышляла Селестия.

Дэйбрейкер улыбнулась, показав клыки. "Ну, нам очень повезло, мы знаем одну пони, которая доказала, что очень хорошо умеет манипулировать кьютимарками".

"Нам нужно будет пригласить ее во дворец…"

"Просто сделай так, чтобы она помогла Твайлайт, и она придет".

Селестия прервала свои размышления и сузила глаза. "Почему ты это предлагаешь?"

Дейбрейкер махнула копытом. "Разве ты не можешь принять, что я хочу, чтобы ты обрела немного счастья?"

"Я создала тебя, помни, я знаю твои приоритеты. Зачем ты это делаешь?"

Дейбрейкер драматично вздохнула. "Ну, не говори, что я не пыталась быть милой" — Она отполировала копыто и посмотрела на него. "Ты становишься обузой".

Селестия вскочила на копыта и прорычала: "Я? Обуза? Да как ты смеешь!"

"Сидеть", — огрызнулась Дейбрейкер.

Селестия почувствовала, как ее крестец грациозно рухнул обратно на подушку. "Что?"

"Твои правила, Селестия, твои правила". Дейбрейкер самодовольно выругалась, обходя ее по кругу. "Нет, я объясню. Правило четыре тысячи двадцать шесть: я имею право остановить тебя, если ты скомпрометирована, действуя против других твоих директив и приоритетов".

"Я не скомпрометирована!" — Селестия подняла копыто. Она только успела остановить себя, как оно врезалось в ее стол.

"Ты была такой с тех пор, как Твайлайт отвергла тебя". Ее Военный Разум помахал копытом. "О, ты стала лучше, вот почему я до сих пор ничего не сделала".

Селестия намеренно успокоила себя, если это было связано с правилами, связывающими ее Военным Разумом, то никакой гнев не поможет. Только спокойная собранная логика могла помочь справиться с этим. "Почему сейчас?"

"Ты все больше и больше позволяешь эмоциям диктовать свои действия" — заметила Дейбрейкер. "Признай, Тиа, у тебя стресс. Тебе нужно расслабиться, пока ты не сорвалась или не совершила критическую ошибку".

"Например, не смогла предвидеть…"

"Да, как же ты так неправильно поняла своих вельмож, что не предвидела этого?" Дейбрейкер села рядом с Селестией, обхватив ее крылом. "Как бы мне ни нравилось это шоу. Это не похоже на тебя, Тиа. Тебе нужна помощь", — сказала Дэйбрейкер, прежде чем Селестия почувствовала теплое прикосновение к своей шее. "Тебе нужно расслабиться".

"Просто сейчас так много нужно сделать, больше, чем когда-либо" — Слабость и плаксивый тон в ее собственном голосе удивили Селестию. С каких пор она стала такой хрупкой? Ее наставник казнил бы ее, если бы увидел сейчас. Она должна быть сильнее этого, она должна быть лучше этого. Несмотря на свои мысли, Селестия почувствовала, как ее тело обмякло в объятиях Дейбрейкер. Она позволила своим глазам закрыться. "Всего пять минут", — это было слишком приятно, просто быть в объятиях, а не быть Принцессой.

"Да, ваше Сияние".

* * *

Селестия глубоко вздохнула. Стопка бумаг не уменьшилась, но теперь она казалась менее пугающей.

Ей не нужно было тянуться к своей связи с солнцем, чтобы понять, что прошло больше пяти минут. Положение теней в комнате говорило об этом. Селестия не могла найти в себе силы даже возмутиться по этому поводу, не говоря уже о гневе. Просто то, что ее обнимали, было чудесным ощущением.

Она расправила свои огромные крылья. Величественные конечности сгибались. Конечно, было бы здорово немного полетать. Дейбрейкер была права. Если она не будет лучше заботиться о себе, как она сможет позаботиться о своих пони?

Она подумала о предложениях Дэйбрейкер. Ее Маска была достаточна для работы с бумагами, но не была оптимизирована для этого. Использовать Старлайт для копирования метки Пушера было хорошей идеей, но слишком рискованной. Старлайт была подругой и ученицей Твайлайт. Любой запрос на ее услуги должен проходить через Твайлайт. Ей придется создать новый фрагмент самостоятельно, даже если это будет основано на заглядывании в сознание Пейпер Пушера.

Она встала, потянувшись всем телом. Каждый мускул отзывался на ее волю, сдвигаясь и выполняя ее команды. Если бы только ее пони были такими послушными, все стало бы намного проще.

Это ты решила дать им лучшую жизнь. Позволила им стать чем-то большим, чем позволил Империум аликорнов — сказала Дэйбрейкер .

"Я знаю. Я все еще думаю, что это было правильным решением…" — Несмотря на то, сколько проблем это вызвало, Селестия не добавила.

Но иногда тебе не хватает этого, тотальной власти, над смертными пони, с которыми ты можешь поступать по своему усмотрению.

"Это было неправильно, — заявила Селестия, едва не хлопнув копытом по столу.

Но ты все равно жаждешь этого, — поддразнила Дейбрейкер.

"Нет", — сказала Селестия, пытаясь поверить в это.

Если кому и стоит говорить правду, так это себе.

Ее золотая аура нежно взяла с полки старинный винный бокал. Это была такая простая на вид вещь, и все же она была старше ее. Она поднесла его ближе. Ее глаза поймали свое отражение. Ее воображение дорисовало искаженное изображение. Золото и драгоценности не сметной стоимости украшали ее, а слуги тут же бросились исполнять любое ее желание.

Селестия закрыла глаза. "Я больше не могу быть такой". Она осторожно вернула бесценный антиквариат на место. Это был мир, который она создала. Это была роль, которую она выбрала для себя.

Глубокий усталый вздох вырвался у нее. По крайней мере, у нее был план, как все исправить, несколько простых вещей, которые позволят ей получить больше, чем несколько мгновений, чтобы действительно жить. Искренняя улыбка попыталась найти свое место на ее лице.

"Вот, так-то лучше". Голос Дейбрейкер был невыносимо самодовольным. Но она была права. Ей нужно было напомнить, почему она это делает, и смириться, но она должна была признать тот факт, что да, она тоже пони.

Селестия быстро составила план того, что ей нужно сделать, какими навыками и чертами характера она хотела бы наделить своего будущего ментального помощника. Чтобы все сделать правильно, ей нужен был ясный ум. Если в ее сердце все еще будут жить стресс и дисгармония, они испортят все ее фрагменты.

Открытое небо звало ее, как песня сирены на свободу. Она могла просто продолжать полет и не возвращаться. Это был сладкий сон, длившийся всего несколько секунд. Она размышляла несколько секунд. "Может, тогда в спа?"

Приемлемо… но ты попросишь счастливый конец.

"Не буду. Это было бы совершенно неприемлемым поведением для принцессы".

Именно поэтому ты должна это сделать.

"Я не какой-то тиран из старого Империума. Наши маленькие пони существуют не только для наших удовольствий и игр".

Нет, ты гораздо более доброжелательна, чем даже лучшие из них когда-либо были. Но ты все еще кобыла. Та, которая слишком долго отвергала себя.

"Я была слишком…" — запротестовала Селестия.

"Занята? Отговорки" — Дейбрейкер фыркнула. "Хоть раз возьми то, что хочешь. Если ты беспокоишься об их использовании, прими более обычную форму и ищи себе спутников обычным способом. Если у тебя нет на это времени, у тебя есть вся королевская гвардия, они твой личный гарем, в конце концов" — Дэйбрейкер сказала четко, прежде чем ее голос упал до хриплого шепота. "Ты знаешь, что не один из них фантазирует о тебе…"

Селестия медленно кивнула. Дэйбрейкер снова была права, она снова и снова видела себя во многих "ситуациях", когда просматривала мысли своих охранников. Если это было то, чего они хотели, то она не стала бы пользоваться своим положением. Она не просто использовала их. Она позволила своему разуму начать размышлять, ведь прошло уже очень много времени.

Двукратный стук копыт в дверь вывел ее из задумчивости. "Тетушка, нам нужно поговорить", — голос Кейденс был спокойным. Слишком спокойным.

Селестия вздохнула. "Пожалуйста, заходи, племянница. Моя дверь всегда открыта для тебя".

* * *

## 41.3 Упрямая любовь

* * *

Кейденс посмотрела на своего мужа и улыбнулась своей лучшей уверенной улыбкой, несмотря на страх, сковавший ее грудь.

Нежное прикосновение, когда он прислонил свою голову к ее голове, сказало все. Этот ее план требовал от него многого. Он знал, и он принял это. Он был рядом с ней и всегда будет рядом. "Это для Твайлайт", — сказал он.

Кейденс кивнула и замедлила дыхание. То, что она собиралась сделать, нельзя было делать второпях, Найт была непреклонна в этом. Она слегка прижала свой более длинный, более тонкий рог к его. От нее исходила сила и тепло. "Я люблю тебя".

Разум Шайнинг Армора, сама его душа открылись ей. Вкус их первого поцелуя, первый смех Фларри Харт. Он любил ее, он полностью доверял ей. Это было основой его реальности. В этот момент она поняла, что может сделать с ним все, что угодно. Ее мягкие крылья обвились вокруг его крепкого тела, и она влила свою магию в его готовую сущность, подготавливая его.

Ее чувства отступили от физического, возвращаясь в свой бастион. И снова ее охватил знакомый декаданс постели. Несмотря на то, что теперь это было обычным делом, то, что она могла оставить свое тело и вернуться в свою Империю, когда пожелает, все еще было почти невероятным.

Что-то шевельнулось, потревожив матрас. Гарнет, ее первый фрагмент, удобно расположилась рядом с ней, блестящие крылья небрежно раскинулись на шелковых простынях, не прилагая ни малейших усилий для соблюдения приличий. "Итак, новая сестра?" — спросила Гарнет.

Кейденс пожелала, чтобы ей не мешали так раскинуться. Это выглядело настолько удобно, насколько это было неподобающе для принцессы. "Да", — кивнула Кейденс, поднимаясь с кровати, чтобы не поддаться искушению завести еще какие-нибудь дурные привычки. Она потянулась, с наслаждением снимая ноющее напряжение с полетных мышц. Сопротивление всем рефлекторным движениям крыльев всегда делало их жесткими. Поскольку здесь не было никого, кроме ее части, чтобы видеть, она расслабила крылья. После всех уроков Селестии свобода была небольшим удовольствием. "Как проходит вербовка?"

Хрустальные перья зашуршали по шелку, когда Гарнет переместилась. "Теперь у нас есть еще две кристальные пегаски-сестры и четыре Вечных стража, созданные по их образцу".

"Хорошая работа. Желает ли кто-нибудь из них присутствовать при этом?"

Улыбка Гарнет говорила "как ты думаешь", ее крыло было направлено за спину. Кейденс оглянулась через плечо. Прежде чем она увидела их, она их почувствовала. Два фрагмента двигались сквозь кристаллы ее Бастиона. От соприкосновения по позвоночнику пробежала дрожь. Она все еще привыкала к тому, что все кристаллы империи являются частью ее самой. Она вернула свои чувства в непосредственное окружение. У нее не было времени отвлекаться на всех пони, снова прикасающихся к кристаллической структуре ее души.

Из стен вышла пара почти одинаковых кристаллических пегасов. Единственным отличием был их цвет. Одна была светло-оранжево-розовой, другая — насыщенного красно-розового цвета.

"Ни за что на свете не пропустила бы это" — Сказала светлая, оглядываясь по сторонам. "Итак, кто-нибудь из пони вспомнил про торт?"

Более красная наклонила голову, наклонив ухо под углом "Торт?".

Первая закатила глаза. "Это будет ее день рождения".

Кейденс улыбнулась. Было все еще так странно видеть эти фрагменты. Эти пони были созданы по воле судьбы и были такими живыми, такими яркими. Она могла бы заселить целый город пони из своего воображения, воплощенными в реальность.

"Я уверена, что Роуз Кварц об этом подумает", — Гарнет акробатически перевернулась с кровати, излишне драматизируя ситуацию. Ее копыта стучали по полу, а ветерок от ее движения играл на перьях Кейденс. "Что ж, думаю, я должна представить вам близнецов". Она кивнула на оранжево-розового, затем на красно-розового. "Морганит и Родонит".

Оба близнеца помахали копытами. "Привет", — прощебетала Морганит.

Родонит почтительно кивнула. "Принцесса".

После вежливого стука дверь открылась. Вошла тележка, перегруженная тортом. Гора торта, хрустальных ягод и бутылок вина скрывала того, кто ее толкал.

Кристальная пони припарковала ее с одной стороны, на ее лице сияла теплая улыбка. Роуз Кварц в глазах Кейденс была всем, чем должна быть мать. Мягкие черты лица, добрые глаза и самые утешительные объятия. Создавая ее, она представляла себе свою собственную давно умершую мать, земную пони. Кому же доверить воспитание маленькой Фларри Харт?

"Как она?" — спросила Кейденс.

Лицо Роуз озарилось задорной улыбкой. "Она, как обычно, терроризирует персонал, но я наконец-то уговорила маленькое чудовище поспать. Она все еще скучает и по тебе, и по твоему мужу".

Хорошее настроение Кейденс дрогнуло и грозило угаснуть.

"Я знаю, что ты занята важными делами принцессы, но ты же знаешь, что мои объятия не могут заменить только твои и Шайнинга Армора".

Каждая секунда, проведенная вдали от дочери, тяготила ее сердце, словно год. "Как только я научусь безопасно доставлять его сюда физически, мы обе будем навещать ее хотя бы раз в день".

Гарнет подхватила хрустальную ягоду, подбросила ее в воздух и поймала ртом. "Итак, мы все здесь, приступайте к делу".

Кейденс усмехнулась. Гарнет была именно такой, какой ее создали. Жаждущая приключений, спортивная, в высшей степени уверенная в себе. Пегаска-лучница была похожа на хвостатых героинь древности. Гарнет взмахнула крылом, подчеркивая свое желание начать все сначала. Возможно, в нее пробралась толика нетерпения Рейнбоу Дэш, а также воздушное чутье Гарнет.

Тем не менее, она не собиралась делать себе просто безвольного защитника. Тетушке было бы слишком легко перехитрить ее. Не говоря уже о том, что, несмотря на тысячу уже имеющихся у нее пони, ей казалось немного неправильным создавать еще одного пони только для того, чтобы он был ее рабом.

Она закрыла глаза, представляя, кого бы она хотела создать. Как и Гарнет, это будет пони, которым она была бы рада стать, если бы не была сама собой. Она подтвердила свою клятву никогда не создавать реальный фрагмент, которым она не хотела бы быть.

Образ сформировался. Она была высокой, как Флер де Лис, но при этом обтянутой крепкими атлетически тонкими мышцами, как Спитфайр. Тело кобылы-единорога, которое она сформировала, одинаково идеально смотрелось бы как на плакате о наборе в армию, так и в рекламе фильма. У нее были все задатки знатной красавицы и импозантного профессионального гвардейца. Хрустальные доспехи, гладкий смертоносный клинок и безупречная парадная форма дополняли ее.

Затем Кейденс позволила себе увидеть, по-настоящему увидеть кобылу. Кем она была, о чем мечтала, как говорила? Все воспоминания о боях, часы за часами наблюдения из окна Кантерлота за тренировками Шайнинга и других стражников — все это нахлынуло на нее. Они смешивались с чем-то более древним, многовековым опытом, переданным от ее Вечной Стражи.

Все это стало очень реальным. Воображение превратилось в воспоминания. Она знала, каково это, когда ее шерсть покрывается испариной, когда инструкторы доводят ее до предела. С каждым вдохом они становились все острее. Звуки множества копыт, ударяющих по земле в унисон, заглушались лишь лающими приказами. Жжение в мышцах соперничало с помутнением рассудка от того, что ее заставляли делать гораздо больше, чем она могла себе представить. Гордость за то, что она стояла во всеоружии в парадном мундире и добилась своего. Она стояла со своей группой перед Хрустальным Сердцем, пока сама Императрица проверяла строй. Ее родители так гордились ею.

Кейденс собрала всю свою любовь, заботу и защиту, на которую была способна. Она стремилась охранять свою семью. Ее пони, тех, кого она любила, и больше всего ее Шайни.

Ее глаза открылись, и перед ней предстала кобыла, которую она себе представляла, каждая деталь которой была совершенна. Ее новый фрагмент открыл глаза. В сознание Кейденс ворвался еще один целый мир ощущений. Она была принцессой, глядя в глаза элитной Кристальной гвардии. В то же время она была непревзойденным солдатом, глядя на Кристальную Принцессу.

"Глиминг Шилд, защити его, пожалуйста". Как только слова покинули уста принцессы, произошел разрыв. Что-то было потеряно, но что-то и приобретено. У нее снова было только одно тело. С одним прошлым, одним опытом, она снова была Кейденс. Она улыбнулась своей новой сестре.

Глиминг Шилд моргнула. Тряхнула гривой, отбрасывая ее с глаз. Она быстро переключилась на формальное внимание, ее приветствие было четким и точным. Кейденс любовалась своей работой, пони перед ней. Вот так, новая жизнь, новая пони. Вот кем она могла бы стать, если бы родилась единорогом и попала в гвардию.

Кто бы мог подумать, что все те грезы, в которые погружался ее разум, когда она пыталась избежать утомительных уроков принцессы, окажутся такими полезными.

"С днем рождения!" — закричали близнецы.

Гарнет протянула торт с одной зажженной свечой в форме нуля на нем.

Глиминг Шилд улыбнулась, расслабляя позу. "Спасибо, сестры".

* * *

Кейденс шла по коридору, рядом с ней был Шайнинг Армор. Он двигался без помех из-за тяжелой хрустальной пластины, ограждавшей его. На его лице промелькнуло несколько выражений, а уши подергивались. Ему понадобятся уроки маскировки, когда он будет разговаривать с Глиминг Шилд.

Несмотря на ситуацию, она держала свое тело расслабленным, двигаясь со всей царственной грацией, которую Селестия настоятельно требовала от нее. Она была принцессой, она была императрицей, и было бы неподобающе показывать свои сомнения, свои тревоги.

Гордые позы стражников не могли скрыть их любопытства. Оно излучалось от них вместе с нотками сомнения и беспокойства. Она не могла их винить. Не каждый день принцесса Эквестрии заменяла большую часть своих регалий. Не каждый день другая принцесса плавила крышу зала Совета Дворян.

Другой вес и форма кристалла непривычно ощущались ею. Это помогало ей сосредоточиться на цели. Замена регалий, подаренных тетушкой, стала мощным заявлением о ее независимости. Ей только хотелось, чтобы это не было так похоже на предательство. Селестия так многому ее научила и сделала из нее принцессу, которой она стала сегодня. Но Селестия так много упустила, что пренебрежение оставило уязвимыми и ее, и ее сестру. Это привело к столь сильной боли для Твайлайт. Это должно было быть сделано.

Кристалл с гравировкой был выточен лучшими ремесленниками империи. Единственное, что она сохранила от своего старого комплекта, — это туфли. За тысячу лет в них многое улучшилось в плане комфорта, и она не хотела, чтобы они были подбиты гвоздями ради той же посадки, которую обеспечивают современные заклинания.

Доставить кристалл и новые доспехи Шайнинга в Кантерлот было проще простого. Все, что требовалось, это доставить их в ее бастион, а затем забрать. Поскольку империя была ее бастионом, она могла призвать все, что угодно, лишь подумав об этом.

Она начинала понимать, почему Твайлайт так любила свои карманы. Теперь ей нужно было только научиться безопасно приводить туда других пони. Для этого будет время позже. Шайни, Глиминг, вы оба готовы?

Да — просто ответил ее новый фрагмент.

Шайнинг просто кивнул, решимость была тверда в его глазах и походке. Ментальная связь исчезла. Глиминг, должно быть, успешно наложила заклинание ментальной защиты Луны и убедилась, что Кейденс выучила его, прежде чем приступить к осуществлению этого плана. Возможно, оно и не смогло бы остановить тетушку, если бы она приложила всю свою магическую силу, но ей никак не удавалось проскользнуть мимо него незамеченной.

Прохождение по этому коридору навеяло столько воспоминаний. Много раз она сопровождала Солнечную принцессу, ведя мысленный и словесный разговор о том дне в суде. Мысленный: правда или урок. Словесный — притворство, не что иное, как выдумка для шпионов, которые могут подслушивать.

Кейденс приготовилась. Появление с новыми регалиями и с Шайнингом Армором рядом с ней определенно станет заявлением. Она укрепила свою решимость и постучала в дверь кабинета Селестии. "Тетя, нам нужно поговорить". Голос Кейденс был спокойным, собранным. Она знала, зачем она здесь, и не собиралась, чтобы Селестия помыкала ею, независимо от того, насколько она старше.

Глубокий вздох Селестии достиг ушей Кейденс. "Пожалуйста, входи, племянница. Моя дверь всегда открыта для тебя".

Кейденс ободряюще улыбнулась Шайнингу Армору, а затем плавно толкнула дверь копытом. Несмотря на все ее обучение магии, ей казалось более естественным использовать крылья или копыта. К тому же, рог был более восприимчив к любым ментальным трюкам тетушки.

Первым, что встретило ее, были не слова, а почти непреодолимый аромат успокаивающего чая Селестии. Он витал в воздухе, а ветерок от открывающейся двери казался пегаске вялым.

"Кейденс, Шайнинг Армор. Пожалуйста, входите". Голос и выражение лица Селестии идеально имитировали приветственное приглашение. Истинными эмоциями тетушки были раздражение, разочарование и быстро угасающая смесь вины и вожделения.

Что я только что прервала?

Она не была погодной пони, но ей хватило одного взмаха крыльев, чтобы рассеять пар до такого уровня, что Шайнинг не будет им подвержен. "Спасибо, тетушка". Кейденс сохраняла легкий и приятный голос, несмотря на противоречивые чувства, бушевавшие в ее сердце. Она знала, что не сможет обмануть свою наставницу. Селестия научила ее всему, что знала о дипломатии и контроле над тем, что она представляет другим.

Легким движением головы Селестия похвалила ее дипломатическую маску. "Я так понимаю, ты здесь не для того, чтобы спасти меня от этой бумажной работы. Так чем я могу помочь вам двоим?"

"Прежде всего, тетушка, как правитель своего государства, я принял решение сообщить своему супругу правду о себе".

Легкое сужение глаз Селестии было единственным внешним признаком гнева и разочарования, которые Принцесса Солнца действительно чувствовала. "Кейденс, ты уверена, что это самый мудрое решение?"

"Он заслуживает того, чтобы знать, и не тебе вмешиваться в это".

Глаза Селестии ожесточились. "Ты действительно обдумала все последствия?"

Кейденс посмотрела на нее, они уже делали это раньше. Они принимали противоположные стороны в вопросах, когда Кейденс училась. Только в этот раз все было по-настоящему, а не просто как тест. "Да", — ответила она твердым, но вежливым тоном. "И если ты хочешь, чтобы я помогла тебе разобраться с последствиями сегодняшнего… инцидента, то ты не будешь оспаривать мои действия".

Селестия задержала взгляд Кейденс на мгновение дольше вежливости. Затем Солнечная Принцесса откинулась назад, потирая копытом лоб. Она вздохнула "Почему бы и нет", — казалось, больше для себя. "Ты, конечно, позаботишься о том, чтобы его разум был в безопасности?" Усталость, глубокая усталость слегка тронула черты лица Селестии. О, признаки были незначительными, но после стольких лет, проведенных в обучении пони у нее, тонкие сдвиги практически кричали Кейденс.

"Уже над этим работаю, тетушка" — Каденс улыбнулась своей лучшей ободряющей улыбкой.

"Это хорошо… могу я предложить вам немного чая?"

"Может быть, что-нибудь послабее?"

Озадаченный взгляд Шайнинга все еще был милым, даже после стольких лет. "Это эликсир для успокоения силы аликорна", — объяснила Селестия.

"Другими словами, он может ввести меня в кому или убить".

Кейденс серьезно кивнула. "Да".

"Он не настолько сильный". Рог Селестии засветился слабым магическим светом, и листок бумаги исчез. "Ваше угощение скоро будет здесь". Она наполнила свою чашку кипятком и осушила ее, смакуя все еще обжигающий напиток.

"Тебе не больно?" — спросил Шайнинг, его голос был полон беспокойства за своего бывшего правителя.

Теплый смех вырвался из уст Селестии, а затем перешел во вздох. "Я — Аликорн Солнца. Никакая жара, которую вы найдете на Эквусе, никогда не побеспокоит меня. Мне приятно пить то, что не похоже на лед".

Шайнинг Армор успокоился, его голос приобрел тон профессионального стражника. "Прежде чем мы перейдем к тому, что нам предстоит сделать сегодня, принцесса. Мне нужно знать о свадьбе".

"Кейденс была заменена или меня одолела Кризалис?"

"И то, и другое".

Селестия посмотрела на Кейденс. Как много ты хочешь, чтобы он узнал о Принцессе Ми Аморе Кадензе?

Тысяча Вечных Стражей стояли наготове в ее бастионе. Их ревностная защита придавала Кейденс силы, необходимые ей, чтобы продолжать неустрашимо. Пусть он и не аликорн, но он мне ровня. Кейденс вложила в свой мысленный голос столько твердости, сколько смогла. Вся сила Кристального Сердца, всех ее пони пульсировала в ее груди. Ты будешь обращаться с ним как с равным.

Вздрогнув, Селестия застала Кейденс врасплох. Как и вспышка буквально пылающей ненависти в глазах ее наставницы. Три линии Сердца, сшивающие Селестию и ее, разошлись в разные стороны. Одна вспыхнула ярким негодованием, а затем быстро остыла до печали и вины. Вторая танцевала с искрящимся весельем и восхищением. Последняя же хранила простое, спокойное безразличие.

Выражение Селестии вернулось к своей спокойной маске. Она слегка опустила голову, почти незаметное движение выдало ее суть. Глаза Кейденс расширились, Селестия никогда не уступала, она могла признать, что Кейденс сделала что-то правильно или у нее была хорошая идея, но никогда не демонстрировала подобную покорность.

На мордочке Селестии мелькнул намек на тоскливую улыбку, когда она обратила все свое внимание на Шайнинга Армора. "Я обнаружила Кризалис и решила использовать этот инцидент, чтобы проверить Твайлайт и королевскую гвардию".

"И она тебя победила?" — спросил Шайнинг, но Кейденс чувствовала, что не этот вопрос горит в его сердце, требуя ответа.

"У меня хватило бы сил победить ее, но не хватило бы контроля, чтобы сделать это и оставить Кантерлот невредимым".

Шайнинг на мгновение замешкался. "Что именно ты имеешь в виду?"

"Уничтожить город для меня гораздо более простая задача, чем поднять эту чашку". Словно подтверждая свою точку зрения, Селестия подняла ее в своей ауре. "Для меня мир сделан из бумаги, а наши пони в лучшем случае из яичной скорлупы. Я должна быть так осторожна в каждый момент. Каждый жест, каждое использование магии может убить, если я просто потеряю концентрацию". Темная усмешка сотрясла ее грудь. "А если я потеряю контроль, то “маленькая” вспышка Твайлайт покажется свечкой по сравнению с солнцем".

Глаза Шайнинга расширились.

Селестия возвышалась над столом, ее огромные размеры обрамляли роскошные крылья. "Знаешь ли ты, почему в Эквестрию никогда не вторгаются? Знаешь ли ты, почему у нас тысяча лет мира?"

"Из-за твоего мудрого правления?" — ответил Шайнинг, в его голосе прозвучала надежда.

Что-то действительно древнее выглянуло из фиалковых глаз Селестии: "Это, а ещё то, что последняя нация, которая действительно вела войну против нас, была уничтожена мной лично". Звук, с которым Селестия налила себе еще одну чашку, был единственным звуком на долгое мгновение.

"Если аликорны настолько сильны? Тогда зачем вам вообще нужны гвардейцы?"

"Три причины", — Селестия начала отсчитывать их по поднятым перьям. "Мы не можем быть везде одновременно. Мы можем нанести побочный ущерб. И чтобы сохранить нашу силу на тот случай, когда она действительно понадобится".

Шайнинг напрягся и посмотрел в глаза Кейденс.

"Нет, Шайни, я не настолько плоха". Она положила крыло на своего мужа. "Я сильнее любого земного пони, но я не могу случайно пройти сквозь стены или уничтожить нации".

Кейденс погладила Шайнинга, затем посмотрела на Селестию. "Почему ничего из этого нет в учебниках истории, тетя?"

"Это к лучшему, если наши пони не знают".

"Почему?" — спросил Шайнинг.

"Я хочу, чтобы наша записанная история вдохновляла их быть лучше, жить мирной, счастливой жизнью". Селестия закрыла глаза. "Они не смогли бы этого сделать, если бы знали то, что знаю я, если бы видели то, что видела я". Темные узлы тревожных воспоминаний зашевелились в сердце Селестии.

"Конечно, правда…" — начал Шайнинг.

Селестия подняла копыто, заставляя замолчать. "Я допускаю, что некоторые из наших пони могут оказаться достаточно сильными, чтобы справиться с правдой". Она осторожно добавила в чай слишком много ложек сахара. Она медленно помешивала его, не сводя глаз с поверхности жидкости. "Если ты сможешь пережить неделю самого сурового тренинга моей сестры в снах, ты можешь стать одним из них".

Кейденс почувствовала, как сузились ее глаза. "Тетушка, в этом нет необходимости". Она заставила себя улыбнуться: "Мы на одной стороне".

Селестия подняла голову. "Я просто констатировала факт. Есть вещи, даже вид которых сводит наших пони с ума".

Ты через многое прошла, тетя, — подумала про себя Кейденс.

Можешь повторить это еще раз, — небрежно добавила Гарнет.

"Шайни, можно мне поговорить с Селестией наедине? Это ненадолго". Намек на предательство промелькнул в его сердце, хотя бы на мгновение. Ему было больно видеть это, хотя его любовь к ней победила это. "Ты уже знаешь все, что я собираюсь ей сказать, она заслуживает уединения".

Шайнинг Армор поклонился: "Принцесса", — сказал он, уходя.

Селестия проводила его взглядом, когда он уходил, ее глаза медленно вернулись к глазам Кейденс. "Пожалуйста, продолжай".

"Тетушка, мне нужно кое-что рассказать тебе о Твайлайт". Кейденс сделала длинный вдох. "Она помнит. Она помнит очень отчетливо, что ты сделала, чтобы создать ее".

"Что ты имеешь в виду?" Тон Селестии был спокойным, собранным и непринужденным. Это было все, чем не были ее эмоции.

Кейденс закрыла глаза, отгоняя от себя гнев. Образы, которые ярость сестры впечатала в ее сознание, все еще горели ярким пламенем. Она прижала копыто к груди. Прохлада металла была неравномерной из-за вмятин на нем. Несовершенства, возникшие, когда она пыталась ударить своего мужа. Она сосредоточилась на этих ощущениях, когда ее легкие расширились, делая глубокий вдох. Она представила себе всю свою ненависть, гнев, все негативное и позволила этому уместиться в этом вдохе.

Она выдохнула, вытянув копыто, словно выбрасывая что-то. Кейденс открыла глаза и посмотрела на Селестию сквозь исчезающую красную дымку вырвавшейся злобы. "Она помнит, как ты убила ее сестер", — заявила Кейденс с совершенным спокойствием. "Она помнит, как ты орудовала пламенным мечом, казнила их одну за другой, собирая части. Те самые, из которых ты создала своего Верного Ученика".

Глаза Селестии потускнели, а грудь замерла. Она словно превратилась в статую. "Это не то, что произошло".

"Возможно, нет, тетушка", — сказала Кейденс. В сердце Селестии промелькнуло сожаление, но не чувство вины, так что она была честна. Кейденс смягчила голос. Она отбросила все уроки, которые вбивала в нее Селестия, и позволила проявить всю свою заботу и беспокойство. "Но это то, что она субъективно пережила. Это то, что помнит та ее часть, которая осталась от прежней Твайлайт, которая видела тебя".

Кейденс никогда не видела, чтобы Селестия теряла слова более чем на мгновение. По мере того, как шли минуты, она начала беспокоиться. Эмоции тетушки закрутились в спираль, перекидываясь то в одну, то в другую сторону. Кейденс соскользнула со своего места и рысью обошла стол. По мере приближения она чувствовала, как меняется вторая линия сердца, терпеливое ожидание, осознание и юмор. По крайней мере, один из фрагментов ее тетушки был внимателен. Она успокаивающе обняла более крупного аликорна.

Солнечная принцесса вернулась к реальности и глубоко вздохнула. "Похоже, качество моей работы было несколько недостаточным, когда я переделывала Твайлайт".

"Тетя Селестия, дело не в тебе", — ласково проговорила Кейденс. "Речь идет о Твайлайт и о том, как мы собираемся ей помочь".

"Обычно…"

"Ни Твайлайт, ни я не позволю тебе снова влиять на ее разум".

Глаза Селестии опасно сузились, прежде чем на ее губах появилась гордая улыбка. "Так скажи мне, племянница, что мне делать? У тебя явно есть план".

Кейденс наклонила голову, признавая правоту. "Ты в полной мере осознаешь, что она отбросила, чтобы снова довериться тебе?"

Выражение лица тетушки смягчилось, и она кивнула. "Да, я всегда осознавала, насколько замечательна Твайлайт".

"Первое и самое важное — не делать ничего, что могло бы ее разозлить".

Селестия кивнула.

"Следующее — если она разозлится, не привлекай ее внимания к себе. Та ее часть, которая ненавидит тебя, очень узконаправленна и почти не обращает на тебя внимания".

"Должна ли я была позволить ей убить сегодня?" — спросила Селестия, в ее спокойном голосе не было и намека на обиду или возмущение. Казалось, она просто просила критики — ни больше, ни меньше. Ее наставница снова пыталась скрыть свои эмоции.

"Нет". Она покачала головой. "Ты поступила правильно, защищая своих пони. Даже если это стоило тебе очков в отношениях с Твайлайт в краткосрочной перспективе, она одумается".

В выражение лица Селестии вернулось немного тепла. "Спасибо, после сегодняшнего дня ты даже не представляешь, как это обнадеживает".

Следующий пункт было бы труднее донести. Поэтому Кейденс атаковала его по касательной. "У меня есть понимание, по крайней мере, о масштабах твоих умственных способностей, тетя".

"Тебе интересно, почему я позволила всему зайти так далеко?"

Кейденс кивнула.

"Я надеялась, что Твайлайт поставит их на место".

Одна поднятая бровь, как это сделала бы Луна, была всем, что потребовалось, чтобы Селестия продолжила.

"Я… просчиталась", — Селестия помрачнела. "Я ожидала, что Твайлайт будет использовать слова и разум. Ее разум способнее, чем у дюжины дворян вместе взятых".

"Ты действительно не ожидала этого?"

"Я должна была" — Селестия вздохнула, копытом доставая из стола длинную витиеватую трубку. Ее магия начала засыпать в нее травы и порошки с отточенным временем, но заржавевшим мастерством.

Кейденс зачарованно наблюдала за тем, как собираются, точно отмеряются и соединяются запретные и запрещенные вещи. "Тетушка, что ты готовишь?"

Селестия сделала паузу всего на мгновение. "Это всего лишь прошлая роскошь, в которой я сейчас очень нуждаюсь".

Аура Кейденс придвинула трубку к ней. "Тетушка, я не позволю тебе вводить себя в ступор".

Селестия вздохнула. "Это обычная добавка для контроля и концентрации. Она успокаивает и разум, и магию. Я не следую оригинальному рецепту. Я не добавляю в него более сильные наркотики. Хотя, признаюсь, сегодня у меня был бы соблазн вернуться к старому пороку…"

"Ты?" — После всех уроков и твердых слов Селестии о том, что нужно избегать подобных вещей. Видеть, как она на самом деле ищет наркотики, было тревожно.

"У всех пони это было, существовали сотни сортов для разных настроений и предпочтений. Была целая семья земнопони, прости, земных пони, которые занимались выращиванием основных ингредиентов".

Глаза Селестии проследили за изящными линиями трубки. "По трубке можно было многое узнать о пони. Как они ухаживали за ней и что курили". Солнечная принцесса подняла голову. "А потом были мастера. Настоящие творцы, которые создавали дым". Ностальгия просочилась в эмоции Селестии. Ее глаза, казалось, смотрели сквозь Кейденс, как будто ее там не было.

"Тетушка?"

"Ты знаешь, когда я в последний раз использовала это?"

"Нет".

"Это был день, когда я отослала Твайлайт. День, когда либо моя сестра должна была быть спасена, либо мне придется ее убить".

"Я знаю, как ты относишься к Твайлайт".

"Тебе интересно, как я могла послать ее навстречу такой опасности?"

Кейденс кивнула.

"Это было то, что должно было произойти для оптимального… результата".

"Оптимального?"

"Моя сестра вернулась, чтобы помочь держать силы тьмы под контролем. Твайлайт начала свой путь к возвышению".

Аура Селестии вновь взяла трубку, тривиально превозмогая ауру Кейденс. "Сейчас ты дашь мне раскурить ее, а потом мы немного поговорим о твоем Шайнинг Арморе".

Крошечная вспышка огня пронзила зрение Каданс. Она была благодарна, что ее глаза быстро восстановились. С исчезновением Шайнинга казалось, что Селестия почти не прилагает усилий, чтобы контролировать свою силу. Или ее тетушка была более расстроена, чем думала Кейденс.

Едкий, но в то же время цветочный аромат защекотал нос Кейденс. Он был манящим и ужасающим в равной степени. Несколько мгновений — и мир вернулся в поле зрения. Дым из трубки лениво поднимался к потолку длинными витками.

Глаза Селестии сверкали намерением. Ее интеллект сиял в них с алмазной ясностью. Ее лицо украшала тревожно-спокойная улыбка. "Мы обе знаем, что я больше не могу изменять твой разум в соответствии со своими прихотями. Поэтому ты оставила мне два варианта. Сила…" — Селестия непроизвольно ослабила контроль над своей магией. Огромный вес ее силы опустился в комнату. Пергамент дымился и тлел. Горячий воздух давил на легкие Кейденс, как свинцовая гиря. "Или разум". Селестия улыбнулась, сдерживая свою силу.

Сдержанность Гарнет была единственной причиной, по которой комната не была заполнена ее Вечными Стражами. Кейденс бросила на нее взгляд, не оставляющий равнодушным. "Тетя, зачем ты это сделала?"

"Чтобы донести свою точку зрения. Я выслушала тебя и, вопреки своему здравому смыслу, разрешаю тебе разделить все с твоим мужем". Тон Селестии был тоном богини, указывающей всему миру, что должно произойти.

"Спасибо".

"Я искренне надеюсь, что это принесет вам обоим больше счастья, чем боли".

Кейденс тепло улыбнулась.

"Учитывая это, у меня есть условия".

"Условия?"

"Да, информация, которую он уже знает, не говоря уже о том, что ты намеревалась ему сообщить, не может быть передана в чужие копыта".

"Что это за условия?"

Шайнинг Армор уйдет отсюда с правдой только в том случае, если ты сделаешь его своим Избранным. Кроме того, он должен дать нам обоим клятву не раскрывать это никому, кроме аликорна, прошедшего испытание.

Кейденс улыбнулась, вспомнив начало своего первого урока с Найт. "Это кажется более чем разумным, тетушка".

Селестия глубоко затянулась своей трубкой: "Это Луна тебя подговорила? В этом есть признаки ее работы".

"Нет. Просто я больше не хотела обманывать своего мужа". Кейденс взмахнула крыльями, отгоняя едкий дым. "То, что произошло сегодня, лишь подвело все к критической точке".

Улыбка Селестии была безупречной. Единственное, что говорило о ее сомнениях, — это тонкие изгибы линий сердца. Эти маленькие искорки цвета могла видеть только Кейденс.

"Ты думаешь, Луна манипулировала мной?"

"Вполне возможно".

"Селестия. Тетя. Если кто-то и стал причиной этого, то это ты".

Эти напряженные глаза вглядывались в душу Кейденс, даже когда слова Селестии звучали так сладко. "Как же так, моя племянница?"

Кейденс сосредоточилась на линиях сердца. Они были не только более честными, но и более правдивыми, поскольку, глядя на мир в основном через свой домен, ей не нужно было видеть блеск в этих глазах.

"Все началось с того, что я узнала, что было сделано с Твайлайт. То, что ты намеренно оставила меня беззащитной. Ты препятствовала развитию и меня, и моей сестры". Кейденс заставила свое выражение лица выражать только твердую решимость. "Неужели ты думала, что я буду слепо доверять тебе после этого, тетя?"

Селестия вздохнула, выдохнув длинный шлейф дыма. "Ты знаешь мои причины".

Кейденс кивнула: "Знаю".

"Я не жду, что ты согласишься, но у меня действительно были самые лучшие намерения".

"Я вижу это, но я больше не могу просто автоматически верить в правильность твоего выбора".

"Прискорбно, но вполне понятно. Наедине такие сомнения могут быть конструктивными. Хотя ты все еще младший аликорн. Я не позволю тебе бросать мне вызов на публике".

"Это угроза, тетя?"

"Нет. Просто политика".

"Все равно в этом нет смысла. Ты просто изменишь память любого, кто станет свидетелем такого инцидента".

Селестия грациозно наклонила голову. "Ты хорошо учишься, моя племянница".

"Так что же ты задумала для меня и Твайлайт?"

"Ты именно там, где я и предполагала тебя видеть. Управлять Кристальной Империей для меня".

Это наш Бастион, она на него не претендует, — фыркнула Гарнет .

Кейденс согласилась, но скрыла свое раздражение. "А Твайлайт?"

"Да. Замечательная Твайлайт. В конце концов, я бы позволила ей занять мой трон".

"Ты собираешься…"

"Больше нет. Она оказалась слишком неуравновешенной. Слишком жестокой… слишком похожей на Луну".

"И что теперь?"

"Она может быть авантюристкой. Путешествовать и решать проблемы, которые могут возникнуть у Эквестрии".

"Как она и делала на протяжении многих лет".

Селестия кивнула.

Вспышка цвета снаружи нарушила ход ее мыслей. Кейденс подняла глаза к окну.

Селестия проследила за ее взглядом. "Клаудсдейл совершил еще одну ошибку, третью за этот…" — Еще один всплеск красок заставил Солнечную принцессу замолчать.

Расширяющиеся кольца от Соник Рейнбум красиво контрастировали с темными облаками. Пока она смотрела, появилась новая ударная волна от второго Соник Рейнбум. Затем третья, и облако призматических ударных волн одновременно врезалось в темный облачный вал. Возможно, Рейнбоу Дэш просто отрабатывала новый прием.

Вместо того, чтобы разрушить облачный вал, он был лишь отброшен назад. В то время как он устремился в сторону Вечносвободного, два красных разрыва пробили себе путь сквозь него. Облака искривились, превратившись в извращенную насмешку над лицом.

Селестия встала и спокойно подошла к окну, ее золотая аура уже открывала их: "Это не обычное облако… Кейденс, собери Шайнинга Армора и всех гвардейцев, которых сможешь найти в военном зале". Солнечная принцесса не стала дожидаться ответа и скорее прыгнула, чем полетела, на балкон Луны.

Из облаков в поисках Вондерболта выскочили молнии с черными наконечниками. Они полыхали испорченным пурпурным и ядовито-зеленым цветом самой грязной магии. Кейденс наблюдала за происходящим достаточно долго, чтобы увидеть, как Рейнбоу Дэш уклоняется от первого шквала, прежде чем телепортироваться.

* * *

## 41.4 Темные облака на горизонте

* * *

"Привет, Рейнбоу", — раздался голос Тандерлейна.

"Да?" — Рейнбоу Дэш не открыла глаза даже ради нового капитана погодной команды. Если бы она не двигалась, то, возможно, смогла бы снова заснуть. Ее дремотный насест на старом яблоневом дереве все еще отлично подходил ей. Она пользовалась им так часто, что он сросся с ее телом. Шум крыльев приближался. Несовершенство их взмахов было для нее как гвозди на меловой доске.

"Я знаю, что ты теперь модный Вондерболт и все такое, но не могла бы ты нам помочь?"

"Конечно, я не собираюсь оставлять Понивилль в подвешенном состоянии".

"Хорошо, видишь ту огромную стаю черных туч?"

Она открыла глаза и быстро обнаружила несколько многомесячных дождевых туч, направляющихся прямо в Понивилль. "Да?"

"Их четыре раза большие, чем должно быть, и на день раньше".

"Ну, кто-то из пони встрял".

Тандерлейн кивнул. "Теперь нам нужно взять их под контроль и найти место, где они должны быть, пока у нас не начался потоп, а в другом месте не началась засуха".

"Да, да, я могу сделать это за десять секунд".

"Ну, у нас уже есть команда, которая пытается их перенаправить, они просто упрямятся".

"Неужели кто-то из пони снова пустил воду из Вечносвободного в фабрику погоды?"

"Это было один раз, и это было несколько облаков в качестве шалости".

"Нам придется призвать половину крыльев города, чтобы собрать весь этот дождь там, где он должен быть".

"Я займусь этим, а ты помоги нагнать тучи".

Рейнбоу взмахнула крылом в непринужденном приветствии. Она спрыгнула вниз к группе и начала разминаться. Не стоит тянуть, она могла бы с легкостью вступить в бой, но зажатость в левом крыле все еще напоминала о том, как сильно она напрягалась, чтобы занять первое место. Она ухмыльнулась. Ночной страж Метеор Крэш и Лайтинг Даст были почти в два раза круче, чем она.

Она осмотрела одно крыло, затем другое, сделав несколько поправок. Дурной вкус первоклассного масла, на котором настаивала Спитфайр, все еще раздражал, но она не могла пожаловаться на улучшение летного профиля на полпроцента. Даже если на вкус оно напоминало рыбу и дыхание древесного волка. По крайней мере, оно не имело запаха.

Все предполетные проверки были завершены, и она поднялась в воздух, готовая показать, насколько она крута.

* * *

Догнать погодную команду было жеребячьей игрой. Справиться с этими облаками было нелегко. Она зависла в воздухе и некоторое время наблюдала. Каждый раз, когда кто-то из расстроенных пегасов оставлял облако в покое, даже на секунду, оно возвращалось в стаю. Они были почти такими же плохими, как те, которых Дискорд выпустил на волю, когда был полным придурком.

Что-то с этими облаками было не так. Потребовалось несколько секунд, чтобы ее разум догнал интуицию. Уроки тактики, которые Спитфайр вбивала ей в голову, иногда буквально давали ответ. Они окружали прогодную команду.

"Погодная команда, быстро сюда хвосты!" — крикнула Рейнбоу. Командирский тон и крутость Рейнбоу заставили почти всю команду погоды сорваться с места и направиться к ней. Один пони проигнорировал ее. "Штормфронт!" — крикнула Рейнбоу, подойдя ближе.

Штормфронт не двинулась с места, она просто огляделась. Из тучи вырвались нити, опутывая ее. Ее испуганный крик лишь на мгновение овладел чувствами Рейнбоу, прежде чем ее с силой дернуло в клубящуюся массу грозовых облаков.

Рейнбоу не думала. Магия пегаса всколыхнулась, и она бросилась вперед. Она не могла видеть сквозь облака, но ей это и не требовалось. Она чувствовала все в радиусе дюжины длин тела.

Вот. Она прорвалась сквозь облако, передние ноги вцепились в Штормфронт. В следующее мгновение они вырвались наружу. Позади нее раздался гром, переходящий в неистовый рев. Она улучила момент и посмотрела.

Тяжелые капли дождя, похожего на смолу, начали падать, и тут же открылась пара злобных красных глаз размером с амбар. Они смотрели прямо на Рейнбоу.

Штормфронт замолотила копытами. "Отпусти меня, отпусти меня".

"Эй, ты в безопасности". Рейнбоу бросила ее и позволила ей воспользоваться своими крыльями. Рейнбоу повернулась и посмотрела на злое облако, скрестив копыта и приняв свой лучший непобедимо-крутой вид. "Ни одно облако не победит Рейнбоу “Опасность” Дэш".

Ритмичный звук биения крыльев Штормфронт замедлился. Пульсация ее магии полета начала ослабевать. Рейнбоу оглянулась как раз вовремя, чтобы увидеть, как кобыла успела сделать еще несколько нескоординированных взмахов, прежде чем ее глаза закатились, и она упала.

Темное облако зарычало и рванулось вперед, устремляясь на Рейнбоу. От погодной магии, скопившейся в ней, по ее перьям пробежали мурашки.

Рейнбоу бросилась за потерявшей сознание Штормфронт, направив свой контроль над воздухом на усиление своего голоса.

"Позовите Твайлайт!" — От этого звука у нее затрещали кости и перед глазами появились пятна. Погодная команда разлетелась, как испуганная стая птиц.

Гравитация была слабачкой по сравнению с самой быстрой кобылой в Эквестрии. Рейнбоу легко обогнала своих преследователей и настигла Штормфронт. Обхватив ее копытами и надежно удерживая, она резко изменила направление. Она сдержала насмешливый комментарий, который бы бросила молодая кобыла, когда мимо пронеслась клубящаяся масса темных облаков.

Она проследила за своим противником и увидела землю внизу. Там, где падала тошнотворная черная слизь, все, к чему она прикасалась, темнело, а ее форма искажалась.

Тучи приближались. Может, они и медлительны, но скоординированы гораздо лучше, чем наемники, с которыми она столкнулась. Ей нужно было предпринять что-то радикальное. Она сделала быстрое вращение, чтобы проверить окружение. Все остальные были целы, все отступали к городу. Единственная цель, которую ей нужно было защитить, находилась в ее копытах. Ничто не могло помешать ей использовать свой фирменный прием.

Магия полета вырвалась из ее сущности. Сила, все ее тело вибрировало от нее. Само небо танцевало с ней, приближаясь, заключая ее в рукав застывшего воздуха. Она ухмыльнулась. "Думаешь, сможешь за мной угнаться? Ну попробуй!"

Рейнбоу наслаждалась силой своих мышц, когда опускала крылья. Мощный взмах крыльев почти оставил ее живот позади, когда она взмыла в небо, уклоняясь вверх быстрее, чем большинство летунов могли бы пикировать.

Ее крылья дрожали, от них исходило несколько световых мерцаний, но это была лишь энергия, которую она не могла сдержать. Потрясающее умение Твайлайт могло быть использовано для накопления сырой магии полета, но не достаточно. Как только она получила достаточный запас, она вытянула крылья, ухватившись за импульс, и изменила его направление.

Сухожилия в ее крыльях кричали от боли. Спитфайр наказала бы ее за то, что она снова была безрассудной. Теперь она пикировала прямо на кучу облаков. Через мгновение все, что она могла видеть — это темную массу под собой. "Получи, неудачник!" — Рейнбоу выплеснула свою магию, высвободив всю сдерживаемую силу в своих болящих перьев.

Мир взорвался великолепным призматическим взрывом. Она ликовала. Только сейчас она вспомнила, что нельзя поднимать копыта в знак победы. Было бы некрасиво уронить кобылу, которую она только что спасла.

Траектория полета Рейнбоу изогнулась дугой, когда она обернулась посмотреть, уцелели ли облака. "Что за?" Все облака были на месте, да, разрозненные, но ни одно даже не уменьшилось.

Штормфронт немного сместилась в ее хватке. Рейнбоу автоматически поправила крылья, чтобы учесть изменение баланса, но она не могла оторвать взгляд от этих самодовольных красных глаз. Чудовищная морда размером с амбар имитировала ухмылку Рейнбоу, когда стая облаков изменила направление, взяв курс на Понивилль.

"О нет, ты не можешь" — Рейнбоу начала собирать энергию для очередного Соник Рейнбум. Благодаря тренировкам с Вондерболтами у нее в запасе было еще как минимум шесть. Твайлайт лучше поторопиться.

Ее правое переднее копыто метнулось, разрушив траекторию полета. Она закружилась в воздухе, почти привычный вес копытного клинка изменил ее центр масс. С оружия, которого еще мгновение назад не было, капала черная смолистая кровь.

Штормфронт, или то, что было ею, отбросило вдаль. Кровавые обрубки, где раньше были ее передние ноги, превратились в массу извивающихся усиков. "Помоги мне…" — прохрипела она, прежде чем ее лицо превратилось в рычащую массу голодных клыков.

* * *

## 41.? Не переключайтесь!

* * *

Дискорд хмыкнул: это было хуже, чем быть статуей. Он просто наблюдал, только на этот раз он не мог смеяться над несчастьем, обрушившимся на пони. Его взглядом на внешний мир была простая коробка, внутри которой Флаттершай деликатно поставила тарелку с бутербродами. Бутерброды, которые он должен был разделить с ней.

Маленький демон в виде белого кролика топнул ногой.

"Возьмите свои слова обратно, мистер. У Дискорда должна быть веская причина…" — сказала кобыла, но было слишком ясно, что она начинает терять веру.

Еще одна встреча пропущена, сколько еще он может пропустить, прежде чем его забудут, или он пропустит остаток ее жизни. Пони были такими недолговечными, такими хрупкими. Лапа Дискорда легла на изображение кремового пегаса, единственного смертного, о котором он по-настоящему заботился за столь долгое время. "Пожалуйста, будь осторожна".

Часы пронеслись по комнате, рассыпая цифры по ковру. Он схватил их лапой и встряхнул. По пустому стуку было легко определить, как мало цифр в них осталось. Он желал, чтобы можно было просто снова поставить этот таймер, как он это делал все предыдущие разы.

Он поднял свой когтистый палец, кончики которого были готовы щелкнуть. Он медленно начал исчезать из виду. "Круши свои правила". Он бессильно опустился на потолок. Ему никогда не нравились подобные случайности. Так много пони были всего в одном неудачном броске от смерти или чего похуже.

Он сбросил с себя наваждение временного покоя. Как только его скребущие ноги коснулись земли, он помчался прочь. Без крыльев он непременно должен был лететь, если бы в том, что произошло дальше, была хоть капля веселья.

Заработал второй телевизор, беспорядочно переключаясь между пони. Первый оставался прикованным к Флаттершай. По новому экрану заплясали помехи, изображение переместилось на его маленький фиолетовый O и O плеер. Дверь в его груди открылась, освобождая сердце, и оно погрузилось в аквариум. Две маленькие обезьянки прижались к нему, напевая свою грустную песенку. Они держались до самого конца. Они растворились в воздухе, как шербет с кислым вкусом.

Возможно, есть еще несколько персон, которых он хотел бы защитить. Самое меньшее, что он мог сделать, это вспомнить о них. Когда все разрешится, Мунлайт Скролл, или Ноубл Гид, как он теперь называл себя, должен был заплатить в десятикратном размере за всю ту боль, которую бедная невинная Флаттершай должна была сегодня испытать.

* * *

КАНАЛ: Это должна быть игра Огры и Темницы

Спайк обхватил лапами тепло вокруг себя. Он отказывался даже думать о том, что может проснуться. Он отгонял от себя отвлекающие мысли надвигающегося бодрствующего мира, отчаянно пытаясь удержать в памяти свои приключения с Могучими Пони. Радианс только что похвалила его за доблесть.

Пламя поднималось из его сердцевины, требуя внимания. В груди нарастала знакомая тяжелая отрыжка, предвещающая приход письма. Он попытался протянуть лапу, но что-то остановило его. Теплое одеяло, которым он был укрыт, сковывало его. Письмо упало на пол.

Спайк с трудом выбрался из своего уютного кокона. Последний раз он был связан так надежно, когда был маленьким детенышем, и Твайлайт нужно было держать его голову подальше от книг. Он оглядел все книги и свитки, лежащие вокруг него, — это как раз то, что здесь было устроено. Что? У Твайлайт была ностальгия или что-то в этом роде? Это было почти так же плохо, как если бы она сменила его постельное белье на непромокаемый комплект, боясь, что он может намочить постель.

Спайк покачал головой, аккуратно складывая одеяло, затем потянулся за свитком. Обычная красная лента отсутствовала, вместо нее были две другие. Светящееся золото и бездонная чернота перевязывали свиток. Золото означало, что это послание имело наивысший приоритет. Его глаза остановились на черном, коготь дрогнул, и хватка почти разжалась. Он никогда раньше не получал таких писем. Черный цвет означал только одно. Смерть.

"ТВАЙЛАЙТ!"

* * *

КАНАЛ Команда Лунозадой: Страйкер

Страйкер наслаждался божественным вкусом, пока его клыки глубоко погружались в мягкую плоть. Дверь с грохотом распахнулась, его спасла тренировка. Дверь расступилась перед его рефлекторной тенью лишь на мгновение. К несчастью, его бедному беззащитному манго не повезло. Влажный хлюпающий звук возвестил о его гибели.

"Твайлайт!" Маленькая фиолетовая ящерица, уничтожившая дар природы миру, заметалась по земле, ее маленькие лапки ускользали из-под ног.

Страйкер поднял маленького дракончика своей черной аурой, вернувшись в твердую форму. Ноги молодого дракона все еще болтались в воздухе. "Ого, что горит, Спайк?"

Спайк широко раскрытыми глазами посмотрел на Страйкера и протянул запечатанный свиток. Черная лента говорила больше, чем ужас в глазах малыша. Вся веселость Страйкера исчезла в одно мгновение, его черная аура захватила свиток, срывая печать.

"Подожди, ты не можешь".

"Видишь ленточки на этом?" Страйкер не отрывал глаз от страницы, пока держал их вверху. "Каждая секунда может означать разницу между жизнью и смертью". Его глаза быстро забегали по странице. Клянусь звездами Луны, нет. "Спайк, сейчас же собери всех пони, кого сможешь, в замке". Он крутанулся и нырнул в собственную тень, спеша поднять оборону. Он едва заметил, как раскрытый свиток полетел на землю, молясь, чтобы Спайк не терял времени зря.

* * *

ТЕЛЕТЕКСТ Страница XX

> Твайлайт,

> Темные облака, движущиеся в вашу сторону, — это коварная форма темной магии. Они разлагают любую жизнь, к которой прикасается их дождь. Их можно сжечь только с помощью смешанных боевых заклинаний Астала и Солнечного света.

> Эта атака направлена не только на Понивилль, это атака против самой нашей нации. Кейденс, Луна, Шайнинг Армор и я отправимся на защиту всех, кого сможем. Защищайте своих пони, защищайте своих друзей.

> Да пребудет с вами Гармония,

> Тиа.

* * *

КАНАЛ Элемент Честности: Фоновая пони

Повторяющиеся взрывы цвета было трудно игнорировать. Что ты сейчас делаешь, Рейнбоу? Эпплджек вытерла лоб мохнатым путовым суставом. Повторяющийся стук копыт по коре возвестил о том, что ее новые помощники на ферме старательно настойчивы. Она поправила шляпу и продолжила путь, несмотря на боль в позвоночнике.

Она подавила зевок. Последний раз, когда она так устала, закончился печально известным инцидентом с печеными булочками. Глубокий вдох расправил ее легкие, но дополнительный воздух почти ничего не сделал, чтобы прогнать усталость. Дела шли как никогда хорошо, но было трудно идти в ногу со временем. Беженцы, устроившиеся в том причудливом месте, которое строил Ноубл Гид, уже удвоили заказ яблок за год, и это до того, как Твайлайт начала творить чудеса и привлекать еще больше пони.

Ее копыта вдавились в богатую жизнью землю. Она закрыла глаза, вдыхая ароматы дома. Яблоки на дереве рядом с ней, душистая трава под ее копытами, даже несколько намеков на тесто для коржей, которые Бабуля готовила, чтобы потом испечь торт.

Она потянулась через копыта. Как всегда, первым ее приветствовал сильный ритм яблони. Дыхание медленно покидало ее легкие, тепло струилось из груди через ноги в землю. Благодарность танцевала в песне дерева, втягивая в себя энергию. Яблочный аромат перешел в идеальную терпкую сладость.

"Спасибо, ты хорошо потрудилась, помогая всем этим пони прокормиться". Улыбка согревала ее лицо, пока она готовилась к сбиванию яблок. Это будет уже второй урожай с этого дерева на этой неделе. После этого бедняжке придется отдохнуть.

Кожистые крылья яростно били по воздуху, приближаясь. "Каковы шансы, что это не по мне?" — пробормотала она. Эпплджек подняла голову и уже знала, что увидит.

Ночной страж врезался в землю. В воздух взметнулась пыль, и с потревоженных деревьев посыпались яблоки. "Носитель Эпплджек".

"Да…"

"Тебе и твоей семье приказано укрыться в замке".

"Приказано?" — Эпплджек выпрямилась и бросила свой лучший упрямый взгляд на бэтпони. "Подожди одну чертову минуту, что происходит?"

"Времени нет, если вам дорога жизнь вашей семьи, поторопитесь". Бэтпони вскочил в воздух, кружась и сильно хлопая крыльями, направляясь в сторону Вечносвободного.

Мимо него промелькнул пегас, а мгновением позже он врезался во что-то скрученное и темное. Кувыркаясь в воздухе, пара направилась к северному полю. Другие ночные стражи и другие существа дрались в воздухе.

Ее копыта начали двигаться сами по себе, и через несколько мгновений она уже мчалась галопом к фермерскому дому. "Биг Мак, отведи Бабулю к Твайлайт".

Биг Мак высунул голову из окна. "А-агась".

"Эпплблум, Эпплблум!"

Ответа не было.

* * *

КАНАЛ Звезданутое Эго

Старлайт окинула взглядом горы оружия и доспехов, скрывающие Кьюти-карту. Магия плясала по рогу Старлайт, жаждущая, алчущая вырваться наружу. Поток магии калейдоскопически преломлялся в хрустальных стенах. "Кто назначил тебя главным?"

"Принцесса Луна" — Драконьи глаза Стайкера сузились, его бронированное тело плавно перешло в опасную стойку. "Теперь ты “изменишь” эти чары, или тебя будут судить за измену".

"Мне кажется, ты не понимаешь, что мы на одной стороне".

"Секунды стоят жизни, Старлайт".

Оружие было учебным, созданным Твайлайт. Каждое из них было тщательно заколдовано, чтобы не могло причинить вреда другому. Как обычно, магия ее учителя была чрезмерно сильна. Была даже часть заклинания, которая помогала плавать, если вы погружались в воду с оружием.

К ним приближался стук копыт. Страйкер перешел в парадный покой, его рог потемнел от тени, когда его аура открыла дверь.

Страйкер повернулся к двум быстро приближающимся фестралам. "Докладывайте".

"Вражеский авангард, выход две минуты" — зашипел тот, что слева,.

"Собери десять лучших местных жителей для участия во всех боевых событиях" — приказал Страйкер. Ночные стражи даже не успели остановиться, как взмахнули крыльями и умчались в двух разных направлениях.

Прошло несколько секунд, прежде чем до нее дошло, кому Страйкер собирается дать это оружие. "Ты вооружаешь гражданских? Против этого?"

Страйкер зарычал, его острые клыки были выставлены на всеобщее обозрение. "Тому, что придет, будет все равно, кто они". Легкая дрожь испортила его резкую реплику. "Если мы их не остановим, они убьют или заразят всех пони, и эта зараза распространится".

Пронзительный крик пронесся по воздуху. Кровь Старлайт застыла. Почему это не может быть просто еще одной дружеской миссией? У нее задрожали ноги. Это была Эквестрия, здесь такие вещи просто не случаются.

Металл разбился о хрустальный пол, когда Страйкер топнул копытом. "Теперь сделай это, а потом найди себе точку обзора". Страйк надел шипастый шлем и вышел. "Говорят, ты сражалась с Твайлайт до изнеможения?" Он остановился в дверях и оглянулся через плечо. "Надеюсь, ради всех наших интересов, это было не бахвальство".

Она была Старлайт Глиммер, она регулярно творила волшебство, которое не под силу даже Твайлайт. Ее дрожь прекратилась. Она выпрямилась, непокорно подняла голову и впилась взглядом в его глаза.

"Уже лучше" — Страйкер кивнул и ушел.

Старлайт проигнорировала жеребца и сосредоточила свои чувства на бесполезном арсенале перед ней. Времени на переделку заклинаний Твайлайт не было. Но что, если заклинания можно обмануть? Было так много способов защитить того, кого они поражали. Так много различных видов энергии, которые они могли использовать, чтобы предотвратить вред. Что же произойдет, если они подумают, что собираются поджечь свою цель?

* * *

[Изображение: https://lh3.googleusercontent.com/Ckh9e4zBuEV5k7hbal-tn4gOsmnPt6xFU9cevjMUQeFJ56E18kUOqRaZboLtOzV7e090_8RbSrcy5v3JRd92Km30S8gpNOayIF37gSOB64uo86RZ6huViEQ0AWXNxfyEw8CkN-slzBRH]

КАНАЛ Маг узкого профиля

Трикси подняла голову, ее плащ резко взметнулся вверх. Да, ей пришлось надеть эти доспехи, но она могла хотя бы позаботиться о том, чтобы по-прежнему выглядеть великой и сильной. Брендинг был важен, в конце концов.

"Слева", — властно выкрикнул капитан.

Трикси зашипела, зажигая свой рог. Две пони бросились бежать, а третья просто застыла перед надвигающейся массой усиков и лезвий. Она зарычала, делая выпад, и густые капли слюны забрызгали ее скорую закуску.

"Чашка!" — Достаточно было сверкнуть рогом. Из рога вылетела магическая молния и ударила точно в цель. Щупальцеобразный ужас взорвался во вспышке света. На его месте осталась только простая чайная чашка, упавшая на землю.

"Центр заграждения".

"Трикси могла бы обойтись без необходимости выполнять все приказы".

Яркая искра вылетела из ее рога, оставляя за собой струйки технического цвета. За мгновение до удара она разлетелась на дюжины взрывов, взорвавшись пиротехническим великолепием среди стаи монстров. Это просто не выглядело правильно, когда его использовали вот так. Он должен был взорваться высоко в небе. Не для этого она придумывала эти заклинания.

Ослепленные и оглушенные, чудовища попятились назад от силы продолжающихся взрывов.

"Никто не может противостоять Великой и…"

"Хватит показухи, больше борьбы".

"Все пони — критики". Твайлайт должна была оценить это…

* * *

КАНАЛ Лунозадый поцелуй Страйкера

"Что ты имеешь в виду, когда говоришь, что она отправилась в другой мир?" Страйкер отбросил свои сомнения, аликорн или не аликорн, ее долг был ясен. Удержать город или уничтожить его, чтобы замедлить распространение болезни.

Эмеральд Шейд сохранила царственную позу и молчаливый взгляд. "Она улетела более часа назад в поисках медицинских знаний из мира людей".

"Значит, мы должны ее забрать".

"Я согласна, хотя мы должны послать кого-нибудь из бывалых пони, и если ты видишь в этом смысл, я знаю, кого послать".

"Кого?"

"Спайка".

"Почему его?"

"Он бывал там раньше и сможет разыскать Твайлайт".

Страйкер кивнул: "Найди Спайка, и дело с концом".

Эмеральд кивнула и удалилась, ее длинные ноги ступали элегантно, несмотря на быстрый темп.

Страйкер закрыл глаза и активировал серебряные и черные заклинательные глифы, расположенные вдоль внутренней стороны его век. Заклинательные глифы прекрасно справились со своей задачей. Одно ужасное заклинание было готово к действию. "Я надеялся, что мне это никогда не понадобится".

Призрак ласкового взгляда прошелся по его щеке, когда спокойный голос Луны произнес. "Есть много судеб хуже смерти, есть враги, которых нужно остановить, чего бы это ни стоило". Прохладная магия Луны ласкала его рог, хрустящий аромат морозной зимней ночи помог ему успокоиться. "Мы доверяем тебе, капитан Страйкер, наше последнее милосердие".

Страйкер открыл глаза, его отражение смотрело на него с хрустальной стены. Слабые серебристые струйки из его глаз были видны только фестральным глазам.

Ритмичный стук бронированных копыт по хрусталю приближался. Это был обычный ритм, не галоп и не теневой шаг, а значит, не экстренный случай. Он уставился в глаза своему отражению: его собственное небытие и смерть всех здесь присутствующих были теперь всего в нескольких мыслях от него. Он глубоко вздохнул, собираясь с мыслями. "Ради Эквестрии", — прошептал он.

Найтс Мерси рысью ворвалась внутрь, ее набор целителя и яды были умело спрятаны под кожистыми крыльями. "Капитан…" — Она остановилась, как только увидела его глаза. Понимание наполнило ее собственные, на ее лице появилось мрачное и решительное выражение. Она кивнула. "Я передам весть".

* * *

КАНАЛ Больше 9000

Старлайт смотрела с балкона замка. На фоне черных туч и зелени Вечносвободного леса Ночная гвардия сражалась с чудовищами на земле и в воздухе. На вершине своей повозки Трикси стояла во весь рост, словно выступая на сцене. Она находилась прямо у линии фронта, позади нескольких земных пони Ночной стражи. Яркая магия Трикси привлекала внимание и дезориентировала существ. Охранники и вооруженные гражданские жестоко расправились с теми, кто пытался пробиться к ее подруге.

Это было сюрреалистично, словно в кошмарном сне. Полчища монстров ринулись на город, ставший ей домом. Было трудно, но она сосредоточилась на том, что могла сделать. Поскольку ни один пони не мог найти Твайлайт, она была здесь самым могущественным магом. Она должна была заставить считаться со своими заклинаниями.

Внизу все больше и больше пони Понивилля оказывались достаточно храбрыми, чтобы взяться за оружие. Каждый из них сжимал в копытах одно из ее извращений работы Твайлайт. Они поскакали галопом и заняли позиции там, куда указывала Эмеральд Шейд.

Глаза зеленогривой красавицы были глубокими лужами спокойной решимости, когда они пронзили глаза Старлайт. Возмущение вскипятило ее страх. Если какая-то ухоженная проститутка может быть такой хладнокровной, то и она может. Она не собиралась, чтобы такие, как она, демонстрировали свое превосходство.

Магия собралась вокруг ее рога. Она создавала его медленно, ей нужно было сосредоточиться на эффективности, а не на скорости. Она не была аликорном, чтобы даже соревноваться с ним, она должна была постоянно искать, где и как лучше использовать магию. Сейчас она могла бы продать душу Дискорду, лишь бы иметь десятую часть магических резервов Твайлайт.

Балк Бицепс, или Сноуфлейк, она так и не смогла вспомнить, кто именно, выносил из замка бочки с чем-то.

Темный дождь все еще падал из этих извращенных туч, их развращающая магия исказила Вечносвободный и часть Яблочных Акров. Биг-Мак нес Бабулю Смит, а он и его сестра топтали, сшибали или набрасывали лассо на все, что пыталось их остановить. Небольшая группа пони, помогавших им на ферме, следовала за ними и держалась так близко, как только могла.

Старлайт посмотрела мимо них. Сотни вещей сходились к ним. Потребовалось всего несколько мгновений, чтобы понять, где скопище должно было врезаться в ряды защитников. Тонкая линия стражников и городских пони была не в состоянии остановить их.

Старлайт присела на корточки, крепко прижав каждое копыто. Магия, пульсирующая в ее роге, усилилась. Она никогда раньше не использовала магию такого уровня против живых существ, даже если учитывать ее битву с Твайлайт в прошлом или их еженедельные дуэльные тренировки.

* * *

КАНАЛ Не Апельсин

Что-то стукнуло в землю, а затем галопирующие копыта затихли. Эпплджек рискнула оглянуться. Три Браш упал, дюжина монстров завывала от неистового восторга.

"О нет, ты не можешь" — Она опустила копыта и крутанулась на месте. "Мак, продолжай!"

Биг Мак кивнул, передавая Бабулю одному из новых пони, который, используя свою грубую силу, прокладывал себе путь через очередное скопище монстров.

Ее надежная веревка обвилась вокруг Три Браша и подтянула его к себе. Искусный рывок, и его вес врезался ей в спину. Она повернулась и побежала. Ее ноги горели, мышцы кричали при каждом сильном движении. Когтистая тварь вырвалась из земли прямо на ее пути. Ее мышцы напряглись, и она прыгнула, ее копыта оставили небольшие кратеры, когда она перемахнула через монстра, похожего на смолу.

Чудовище покачнулось, злобные когти радостно вытянулись. Ветерок пощекотал ей живот, когда когти только разодрали шерсть.

Ее копыта врезались в землю, боль пронзила левую переднюю ногу. Она стиснула зубы и не обратила на это внимания.

Море извивающихся щупалец возникло вокруг нее, как лес. "О, тартар!"

Она врезалась в них мордой вперед. Щупальца извивались и хлестали ее, как кнуты, жалили и резали, вырывая лохмотья из ее шерсти. Она отшатнулась назад. Слева, справа, сзади — твари были повсюду. Может быть, она могла бы обойти? Нет, они были более чем в два раза выше, чем она могла перепрыгнуть даже без груза. Она оказалась в ловушке.

Кровь капала с нее. Только благодаря ее выносливости кровь не хлынула потоком. Она медленно повернулась, должен был быть выход, должно было быть что-то, что она могла бы сделать. Биг Мак и Эпплблум не будут плакать над закрытым гробом. Я еще не закончила.

Смех маниакальной гиены перекатывался с места на место вокруг неё. "Маленькой пони некуда бежать", — насмехался хриплый голос у нее за спиной.

Сквозь усики проступила смоляная тварь. Она возвышалось почти так же высоко, как стены. Она стояла на двух ногах, имело огромные когтистые лапы и морду, похожую на волчью.

"Прости, Биг Мак". Она осторожно спихнула с себя Три Браша и повернулась лицом к нападавшему. Она топнула копытом и сердито фыркнула. "Ну же, или ты зассал?"

Она напала.

* * *

КАНАЛ Флаттершай

Линия яркого света пронзила ее зрение. Флаттершай застонала, когда магия с одинаковой легкостью пробила себе путь сквозь воздух и несчастных мучающихся животных. Слезы навернулись ей на глаза, почему это происходит? Что-то исказило их формы, но они все еще были внутри, напуганные и паникующие, и каждый звал на помощь. Она пыталась вразумить их, умоляла, но они не могли остановиться, словно что-то другое управляло их телами. Даже пристальный взгляд не помог.

Гарри схватил ее и ударил мощной лапой. Испуганная бывшая мантикора, из лапы которой она когда-то вытащила шип, пошатнулась назад. Кролик Энджел обрушился на них с двумя кухонными ножами. Флаттершай зажмурила глаза. "Пусть это прекратится, просто прекратится".

Один из ее друзей-животных издал болезненный вопль, но через мгновение его прервали. Еще одна частичка Флаттершай умерла внутри. Еще один друг не смог добраться до безопасного места.

"Сделай дыру", — гаркнул жеребец.

Флаттершай рискнула открыть глаза. Она и ее небольшая толпа разномастных животных приближались к линии гвардейцев и пони, которых она знала по городу. Участок их линии открылся, и их приближение сдерживалось жестокими ударами магии единорога Ночной Стражи.

"Флаттершай, сюда, быстрее!" — закричал усиленный голос Трикси.

Гарри зарычал и набрал скорость, прорываясь сквозь нескольких монстров, которые пытались их задержать. Несколько из них выглядели так, будто могли быть пони.

"Балк, сейчас же!"

"Йеееееа!" Мимо Флаттершай пронеслась бочка с чем-то. Она врезалась прямо в морду щуплому лесному волку. Дерево разлетелось вдребезги, разбрызгивая во все стороны липкую жидкость, звук был неслышен в какофонии этого безумия.

"Трикси, поджигай!"

Огненные спирали магии заплясали вокруг рога фокусницы. Флаттершай закрыла глаза. Рев голодного пламени заглушался болезненным воем.

Флаттершай зарыдала.

* * *

КАНАЛ Рейнбоу Спасает

Рейнбоу взмахнула крыльями, и вспышка искаженного света опалила волоски ее шерсти. Что нужно сделать, чтобы остановить их? У нее не хватало кислорода, чтобы озвучить свой вопрос. Все ее тело горело от усилия удержаться в воздухе.

Рыцарский клинок дернулся вправо. Рейнбоу не стала сопротивляться, она крутанулась в воздухе, позволяя смертоносному дару Твайлайт направить ее удар. Острие клинка рассекло паразита размером с копытный мяч. Лысые усики вырвались из него в тщетной попытке поймать ее, когда две его части начали падать в лес внизу.

Рейнбоу задыхалась, набирая высоту. "Спасибо". Тепло пульсировало в металле. Облака, которые все еще насмехались над ней, стали меньше. Молнии сверкали реже. Они тратили себя на то, чтобы создать это смолистое чудовище, вызывающее дождь. Они будут представлять угрозу еще несколько секунд.

Одна за другой тучи бледнели и рассеивались. Злые глаза еще несколько секунд висели в воздухе, дразня ее.

"Чтоб тебя, никто не победит Понивилль!"

"Ты уверена?" — возразил хрипловатый голос.

Глаза вспыхнули, а затем исчезли, словно их и не было. Рейнбоу переключила свое внимание на более широкий район конфликта. Что она пропустила? В воздухе и на земле царила суета.

Погодная команда вернулась в Понивилль и переправляла по воздуху медлительных, раненых или просто упрямых пони в замок Твайлайт. Ночные стражи и те, кто мог сражаться, держали строй, организованно отступая к замку.

Бэтпони сражались, словно одержимые. Они рвались на чудовищ в бесстрашном бешенстве и все же успевали отступить за мгновение до того, как их поражали. Какую бы подготовку ни прошли эти фестралы, Рейнбоу хотела пройти ее.

Все еще полыхающая стена пламени дала время Флаттершай переместиться в безопасное место и все еще защищала Понивилль с одного направления.

Длинный луч солнечного света протянулся от замка в сторону Яблочных Акров. Магия Старлайт, определенно боевого класса, прочертила линию от монстра к монстру, разрушая их в считанные секунды, как сахарную бумагу под струей воды, и прочерчивая в земле темные борозды.

Мощная магия танцевала вокруг, избегая того места, где Эпплджек брыкалась, кусалась и топтала все, что попадалось ей под копыта. Она защищала какого-то жеребца с парой сломанных ног. Магия Старлайт была слишком сильна, чтобы подобраться достаточно близко, чтобы спасти их.

"И Рейнбоу пришла на помощь, снова".

Рейнбоу поднялась, вместо того чтобы нырнуть прямо к своей подруге. Спитфайр ясно сказала, что если союзные боевые заклинания находятся в зоне боевых действий, то нужно быть уверенным, что эти близорукие рогатые головы точно знают, где ты находишься. Так что Рейнбум номер шесть был готов.

* * *

КАНАЛ Яблочный жребий

Эпплджек сделала очередной вдох. Сотни маленьких порезов и синяков жалили ее тело. Она ловко повернула свое тело и нанесла еще один удар. В отличие от своих любимых деревьев, она не стала сдерживаться. Кости громко затрещали, когда очередная тварь была отправлена в полет на своих сородичей.

"Просто оставь меня", — прохрипел Три Браш.

"Я не собираюсь этого делать", — Эпплджек начала кружить вокруг покалеченного жеребца, вызывающе глядя на всех, кто осмеливался приблизиться.

В глазах гадины появился злобный красный отблеск: "Одна из нас, ты будешь преобразована в одну из нас".

Эпплджек фыркнула, ее копыто скребло землю, как у разъяренного минотавра.

"Поддайся этому гневу, поддайся этой ненависти, это сделает тебя только сильнее, когда мы заберем тебя".

Эпплджек зарычала, откинув копыто, чтобы нанести жестокий удар по голове твари. От ударов ее передние ноги вздрагивали снова и снова. Тварь слабо засмеялась. Попытка гогота затихла, когда его лицо разрушалось от удара за ударом. "Посмотри назад", — прохрипело оно и наконец упало неподвижно.

Клубки нитей обхватили Три Браша, они тянули его к массе мерзостей.

"Нет!"

Мелькнуло призматическое пятно, и земля исчезла под ней с тошнотворным лязгом. "Не волнуйся, я держу тебя", — сказала Рейнбоу, поднимая Эпплджек в воздух.

"Рейнбоу, он все еще…"

"Дай мне секунду". Пегаска рванула вверх, ее радужный след показывал всему миру, как быстро она летит. Она перевернулась, отбросив Эпплджек. Она повернулась и нырнула, все еще оставляя за собой радужный след.

"Рейнбоу!" — Эпплджек поднялась вверх на одной только скорости. Когда вокруг нее был только воздух, ее конечности бесполезно барахтались. "У земных пони нет крыльев".

Она затормозила и на мгновение застыла в воздухе: весь мир, вся кишащая масса битвы лежала перед ней. "О, дурнина". Гравитация решила, что с нее хватит попыток земной пони летать.

Она упала.

* * *

КАНАЛ Т. Спаркл 2.0

В небе раздался еще один звуковой удар, требующий внимания. Оранжевая фигура, набирающая скорость, привлекла внимание Старлайт. Эпплджек поднялась в воздух исключительно за счет импульса, а Рейнбоу опустилась обратно за покалеченным работником фермы. Длинные шлейфы молний пронзили небо, обгоняя Дэш и ее радужный след.

Рейнбоу сорвалась вниз, ударившись о землю, как метеорит. Камень и земля взметнулись вверх, к ним присоединились разбитые вдребезги чудовища, а между всеми ними возникла электрическая дуга.

"Рейнбоу!" — крикнула Старлайт.

"Она в порядке, или она мертва. Теперь поймай Эпплджек" — сказал Страйкер рядом с ней.

"Что?" — Старлайт оглянулась: фермерская кобыла неслась наперерез прямо на нее. Она снова зажгла свой еще далеко не остывший рог и приготовила свою ауру.

* * *

КАНАЛ Случайный пони, да какая разница, кто он такой.

Монстры толпились вокруг него, разевая голодные пасти, насмешливый гогот раздавался вокруг.

"Да, ты будешь тем, кто убьет Эпплджек, сладкая, сладкая месть за то, что она не спасла тебя…".

Сдвоенные молнии сорвались вниз, и вокруг него раздался титанический взрыв.

Синяя кобыла стояла над ним, словно мстящий аликорн, пришедший спасти его. Ее радужная грива развевалась на ветру, и в ней сверкали молнии. Ее морда шевелилась, но Три Браш не слышал ничего, кроме бесконечного звона, который стоял у него в ушах.

Кобыла схватила его и небрежно подняла. Боль вспыхнула, когда его сломанные ноги сдвинулись. Одним мощным взмахом она взмыла в воздух. Боль переросла в агонию. Крик вырвался из его пересохшего горла, даже когда он хотел поблагодарить ее. Эти мучения были лучше, чем быть съеденным этими тварями. Опустошение вокруг них появилось внизу, когда тьма сомкнулась на краях его зрения.

В изрезанном кратере одиноко выделялся пятачок земли. Обугленные монстры и куски раздробленной земли все еще сыпались вниз. Кто она такая? — была его последняя мысль, прежде чем его разум погрузился в черноту.

* * *

КАНАЛ Эпплдерзость?

Магия Старлайт опустила Эпплджек на хрустальный балкон. Боль пронзила ноги Эпплджек, когда ее потрескавшиеся и обломанные копыта приняли ее вес.

"Если бы Эпплам было суждено летать, у нас были бы крылья". Эпплджек провела копытом по своей гриве.

Потеря шляпы тяготила ее гораздо больше, чем должен тяготить сменный аксессуар, особенно сейчас. Внизу в Понивилле, в ее доме царил хаос. Пони сражались, пони истекали кровью. Пламя распространялось, с одинаковой легкостью поглощая и траву, и здания. Группа погодных пони раздувала пламя, направляя разгорающийся ад в сторону фермы.

Влага застилала ей глаза. Честность была самой жестокой из элементов. Она не допускала никакого самообмана. Не сейчас, после столь долгого пребывания в роли ее носителя. Крики боли и ужаса были не просто чрезмерной реакцией. Та пони, что лежала внизу, была не просто без сознания.

Эпплджек выпрямилась. Она была Элементом Гармонии. Она была членом семьи Эппл. Она не собиралась позволить этим монстрам забрать еще хоть одну жизнь. Если только она сможет хоть что-то сделать, чтобы остановить их. "Я должна им помочь". Сказала она себе, прежде чем перевести взгляд на страдающих внизу. "Старлайт, где лучшее место для пары сильных ног, чтобы изменить ситуацию?"

"Иди в комнату с картами. Возьми броню и спроси Рэрити, где ты нужна".

Эпплджек побежала в сторону комнаты с картой. "Эти гады еще пожалеют, что сунулись в мой город".

* * *

КАНАЛ Реклама Зефирки

Удушливый аромат пропитанного духами шарфа, намотанного на нос, был единственным, что сдерживало ее тошноту.

Зашивание ран — вот что не входило в представления Рэрити о хорошем времяпрепровождении. Это было практически варварство, у нее до сих пор звенело в ушах, когда дезинфицирующее средство залили в раны бедного жеребенка без всякого обезболивающего заклинания. Вся лечебная магия предназначалась для того, чтобы вернуть пони в бой.

Ее нынешний пациент дергался. "Пожалуйста, дорогуша, постарайся не шевелиться. Мне очень жаль. Я знаю, что это больно, но скоро все пройдет". Ее аура вела иглу с той же безошибочной точностью, которой она гордилась. "Ну вот, все готово".

Рэрити стояла, ее белая шубка была испачкана кровью, но ни одно пятно не было ее кровью. Она знала, откуда взялось каждое пятно, и положила копыто на пятно засохшей крови, въевшейся в шерсть. Тот храбрый жеребец все еще лежал в углу. Он выглядел таким спокойным, что она почти поверила, что он спит.

Найтс Мерси положила копыто на холку Рэрити. Ее тепло вселило в модницу еще немного надежды. "Нелегко отправлять пони в их последний сон".

"Последний сон?"

"Последние мгновения жизни входят в компетенцию нашего суверена".

"Принцесса Луна?"

Мерси кивнула: "Когда придет твое время, она будет рядом с тобой, Носитель Щедрости".

"Королевский эскорт в вечные поля… это большая честь, но прошу простить меня за то, что я не хочу принимать его в ближайшее время".

"Это то, что мы обе сможем отсрочить".

Тяжелые копыта прогрохотали в комнату с картой. "Рэрити, что с тобой случилось?"

"Дорогая, я в порядке". Эпплджек выглядела не в лучшем состоянии. На ее теле отсутствовали полоски шерсти и плоти. Ее потрескавшиеся и раздробленные копыта выглядели так, будто она изо всех сил старалась их разбить. "Эпплджек, что с тобой случилось?"

"Они напали на ферму".

"О, дорогуша".

Мерси смотрела на Эпплджек своими щелевидными глазами. "Ты все еще в состоянии сражаться?"

"Разве яблоки не растут на деревьях?"

Мерси кивнула один раз. "Выпей это".

Эпплджек приняла пузырек с прозрачной жидкостью, пронизанной малиновыми и полуночно-синими вихрями. "Что это?"

"Это благословение Суверена исцелит тебя и уменьшит твою боль".

Эпплджек осмотрела комнату и множество раненых пони, лежащих вокруг: "Используй его на них".

"Нет, они не могут или не хотят сражаться".

"И что?" — промурлыкала Эпплджек. "Они все еще нуждаются в исцелении".

Мерси наклонилась и прошептала. Глаза Эпплджек расширились, затем сузились. Фермерская кобыла выпила содержимое сосуда и, топая, удалилась.

"Рэрити, перевяжи ей копыта, а я подберу ей броню".

Эпплджек посмотрела на свои копыта и подошла к Рэрити.

"Дорогая, что она сказала?"

Одно широкое копыто было протянуто ей, магия Рэрити разорвала полоски ткани и крепко связала потрескавшиеся копыта Эпплджек. Уже самые поверхностные порезы на кобыле закрылись.

"Я не уверена, что ты хочешь знать".

"Что бы там ни было, честность — лучшая политика, верно, дорогая Эпплджек?"

"Хорошо".

* * *

КАНАЛ Спрей от Насекомых, теперь специальное предложение

Элитрон стояла во весь рост в своей элегантной форме пони, несмотря на то, насколько более функциональным мог бы стать бронированный панцирь в ближайшее время.

"Продолжай идти, теперь ты в безопасности", — сказала Элитрон, наполнив свой голос немного успокаивающей энергией любви. Мать была бы в ярости от таких трат.

Каждый из проходивших мимо нее растрепанных пони был молчаливым свидетельством кошмара, творившегося прямо на глазах. Не то чтобы она нуждалась в доказательствах. Полная преданность пони из гвардейского класса Луны окружала город, как самая толстая стена улья, но были и трещины. Некоторые из них боялись, некоторые знали, что если их линия прервется, никто не выживет.

Зачем они тратили драгоценные жизни на спасение обычных, заменяемых трутней-пони? Да, пони размножаются медленнее, чем чейнджлинги, но это не может быть единственной причиной, не так ли?

Она положила копыто на свое ожерелье. Простой кусочек металла в магической форме говорил о том, что она говорит от имени Твайлайт. Неважно, имело ли это смысл или нет, но такова была воля ее новой королевы. Так что эти дронопони будут под защитой.

Лишь зачарованные слова Элитрон поддерживали плавное движение потока пони, предотвращая смертельную давку. Когда каждый из них переступал порог, она пасла их отвратительное смятение эмоций. Несмотря на то, как сладко они пахли, любовь, счастье, облегчение, все самое сладкое она оставляла нетронутым.

Она втягивала в себя очередную мешанину чувств. Это было тошнотворно, но это нужно было сделать. Чем спокойнее они будут, тем больше шансов, что они выживут. Их страх был не более чем желчь в ее горле.

Два-три, два-четыре, два-пять. Следить за сотнями пони было пустяковым делом. Каждый, кто направлялся сюда, был еще одним пони, которого она могла вычеркнуть из своего мысленного списка пропавших. Некая неучтенная кобылка оставалась на самом верху списка.

Топот тяжело бронированных копыт приближался. Элитрон не нужно было даже оглядываться, чтобы понять, кто это. Сияющий маяк яркой готовности обернулся вокруг упрямой решимости Эпплджек. Хотя темная мрачность усиливала ее, как и у воинов Луны.

[Изображение: https://lh6.googleusercontent.com/_nJ6T1qpFCRXuXEuzgdjLocg6CBxHlEfn73KS06e9oue42Xs7AQiMY5u_q_7BJ66zYF5u4OqJOWsCjYybr2trO1zianxWFucl9LmoeT5Xaz2351n1Gs70wbf2uk8UmCq15eJsDVpdHWB]

Пони выпрямились, и в их сердцах зажглись искры надежды. Было обидно, что одно лишь присутствие простой фермерской кобылы сделало больше, чем подарок Элитрон — любовь Твайлайт.

Лязг прекратился, когда Эпплджек подошла к ней. "Где я тебе нужна?"

Кобыла, должно быть, была нагружена металлом в два раза больше своего веса. Как она еще могла двигаться? Элементы Гармонии, безусловно, были лучшими представителями рода пони, не считая аликорнов класса Лидер. Из Эпплджек получился бы надежный преторианец.

Потребовалось лишь мгновение, чтобы нащупать самую большую тошнотворную массу паники и страха. Она сравнила расстояние и направление со своей ментальной картой города. "Не уверена, что леди Рэрити одобрила бы это, но ты определенно одета по случаю. Пожалуйста, отправляйся в Сахарный Уголок и поддержи Пинки Пай".

Бронированный титан кивнул и пошел рысью, каждый шаг копыт оставлял глубокие вмятины, в которые могли провалиться неосторожные.

* * *

КАНАЛ Выдохшаяся Рейнбоу

Рейнбоу рухнула, удар о землю был ничто по сравнению со жжением в легких. Все ее тело кричало, чтобы она остановилась, легла, сдалась.

"В чем дело? Может, пора спать, маленькая пони?"

Тепло струилось на ее израненную плоть, распространяясь от рыцарского клинка. Она дышала, она все еще могла продолжать. Ее израненное тело наказывало ее, боль пронзала крылья, когда она двигалась. Она не обращала на нее внимания, перекатываясь, когда подставляла под нее копыта. "Не… побеждена… пока". Каждая нога толкалась, заставляя ее встать. Она с ухмылкой посмотрела в глаза громадному монстру.

По крайней мере, Литтл Пип и Баттон Маш были уже далеко, под надежной защитой пушек Пинки. Семь раз выполнить Рейнбум и несколько раз спасти положение — неплохой итог. Деш раздвинула копыта, опустившись в боевую стойку на земле.

"Оставь моего друга в покое!" — прорычал чей-то голос с деревенским акцентом. Закованный в броню пони врезался в монстра, как экспресс Дружбы. Оба врезались в стену. Пыль и обломки разлетелись от удара, скрывая их битву.

"Эпплджек?" — Рейнбоу похромала вперед, заглядывая в дыру, ожидая возможности помочь.

* * *

КАНАЛ Флаттершай

Слезы ушли, отложенные до тех пор, пока другие не перестанут нуждаться в ее доброте. Флаттершай утешительно улыбнулась пони, накладывая повязку на изувеченную конечность. Что-то в пузырьке от Мерси, которую заставила ее выпить целительница из Ночной гвардии, помогало ей быть спокойной.

Прохлада струилась через нее, делая все таким ясным. Она закрыла глаза, ночное небо встретило ее, звезды над головой пели успокаивающий гимн специально для нее.

Она открыла глаза, переходя к следующему пациенту. Несмотря на тусклый свет, все выглядело так ясно. Гарри стоял на страже у двери, через которую ушла Мерси. В этом был смысл: Мерси была обученным ночным стражем, и теперь, когда здесь есть обученный целитель, она могла принести гораздо больше пользы.

Некоторые из ее маленьких пушистых друзей обнимались с испуганными жеребятами, многие из них после этого обретут новый дом в качестве домашних животных.

Вошла Рэрити с еще одним ящиком бинтов, парящим в голубом сиянии ее магии. "Дорогуша, я больше никогда не буду жаловаться на то, что Твайлайт слишком много готовится".

"Там были еще обезболивающие?"

"Две коробки". Рэрити повернулась и поскакала в ту сторону, откуда пришла.

Энджел запрыгнул в ящик и бросил ей новый рулон бинтов, пропитанных целебной мазью.

"Спасибо".

* * *

КАНАЛ Время вечеринки

Ножи, вилки, камни и все остальное, что она могла найти, лежали там, где должны были лежать серпантин и торт. Ее пушка для вечеринок заговорила более глубоким голосом, чем обычно. Она произнесла "Бум", и очередная партия нарушителей порядка больше никогда не сорвет вечеринку.

* * *

КАНАЛ Офис управления хаосом

Казалось, что прошло несколько дней, но прошло не более получаса. Даже с зельем, текущим по венам, Эпплджек чувствовала полное изнеможение и ждала своего шанса, как голодный лесной волк. Вес Рейнбоу на ее спине ничего не добавлял к тяжести доспехов.

Рейнбоу сражалась до тех пор, пока не упала, не в силах даже встать на ноги. Пинки катила рядом с собой заряженную пушку, готовая выстрелить из нее в любую угрозу, даже приблизившуюся. Не одна стена была разрушена только за то, что находилась рядом с чудовищами, против которых выступала Пинки.

Стражники и городские пони надежно удерживали уменьшившийся периметр. Застывшие останки монстра говорили о том, насколько "безопасным" было оружие, которое Твайлайт сделала для ярмарки. При взмахе оно покрывалось инеем, а от его ударов все, что попадало в цель, оказывалось в ледяной корке. Это не было тем, что любой здравомыслящий пони назвал бы безопасным, но то, что конечности нападающего утяжелялись созданным льдом, было очень эффективно.

Эпплджек смотрела, как последнего пони несут в замок. Такие травмы, как у них, оставят шрамы, если, конечно, они выживут. Снаружи остались только те, кто держал оборону.

Рэрити стояла рядом с Эмеральд, пока та проверяла каждого пони. Лицо Рэрити исказилось от беспокойства. "Кто-нибудь из пони видел Свити Белль?" Ее умоляющие глаза искали глаза Пинки и Эпплджек.

Если Свити Белль пропала… "Где, черт возьми, Эпплблум?"

Голос Эмеральд был слишком спокоен для того, что она сказала дальше. "Из жеребят пропали Свити Белль, Скуталу, Эпплблум и Литтл Стар".

Внутренности Эпплджек сжались. "О, пони, только не говорите мне, что они устроили поход меткоискателей. Она будет наказана до конца жизни".

* * *

КАНАЛ Cliffhanngers.com

"Где моя дочь?" От ее простых слов у него по позвоночнику пошла ледяная вода. Страйкер оглянулся и встретился с холодным взглядом Твайлайт. Ее обычные добрые глаза затвердели, зрачки сузились как у фестрала. "Ты не знаешь, да?"

* * *

Дискорд выключил телевизор.

* * *

## 42 Принцесса Книг!

* * *

Твайлайт была в раю, столько книг, журналов и периодических изданий окружало ее. Простое заклинание "Не-замечай-меня" — вот и все, что ей понадобилось, чтобы овладеть этим местом. Никто из людей даже не отреагировал на нее, когда она левитировала за собой небольшую стайку книг.

Ни на одной из книг не было ни единой магической защиты. Было похоже, что они не заботились о сохранности впечатляющей коллекции. Для кого-нибудь из пони не составило бы труда незаметно украсть пару книг.

Вокруг некоторых компьютеров собралась толпа людей. Впечатляющие устройства никогда не смогут заменить практичность и простоту использования проверенных и испытанных томов. Она покачала головой, легко перепрыгивая через живые препятствия.

Ее копыта стучали по слишком тонкому ковру, и только одна из них оглянулась. На девушке был лишь слабый шепот магии. Ее не хватало даже на то, чтобы поднять один свиток, не говоря уже о том, чтобы пробить чрезвычайно сильную обскуру, окутывающую Твайлайт.

Твайлайт проигнорировала ее и провела глазами по корешкам близлежащих книг. "О, “Продвинутая математика для физиков”". Вот это было похоже на книгу, которую она хотела бы прочитать. Она парила в воздухе перед ней, присоединяясь к стае знаний в ее ауре.

О, если бы только она могла выделить время, она бы с удовольствием свернулась калачиком и как следует насладилась этими книгами. Нет, на самом деле она могла бы выделить время только для того, чтобы скопировать все книги, которые могут ей понадобиться.

Начертив на ковре простую руну заклинания, она подготовила свою опорную точку к путешествию. Постучав по кругу рогом, она влила в него силу. Она текла по ее телу, как жидкость, оставляя после себя холодок. Ей нужно было быть осторожной и не расходовать магию слишком свободно, поэтому сегодня не нужно было телепортироваться, чтобы сэкономить время.

Объединенный круг заклинаний "Не-Замечай-меня" и "Избегай-Меня" даст ей весь необходимый покой.

"Итак, с чего начать?"

* * *

Твайлайт положила пятую законченную художественную книгу. Кто знал, что ответ на все вопросы — 42? Жаль, что они так и не выяснили, что это был за вопрос. Ее магия творила чудеса, создавая копии и поглощая их, передавая книгу на хранение в библиотеку Золотых Дубов.

Итак, какую книгу мне читать дальше? Тишина была оглушительной, только отдаленный шум транспорта доносился до ее ушей. Вся библиотека была пуста. Вокруг не было ни одного человека, и свет снаружи казался другим. Ее фестральная магия оказалась слишком удобной. Прошло лишь мгновение, прежде чем магия отступила от ее глаз, позволяя ей видеть темноту ночи. Должно быть, в какой-то момент она подсознательно приспособила свои глаза, чтобы иметь возможность читать, несмотря на плохое освещение для дневных глаз.

"Найт не будет счастлива… Надеюсь, ей удалось хорошо поладить с Сансет и девочками". Твайлайт посмотрела на стопку из нескольких сотен книг, которые все еще лежали в стопке для обработки. Красть было неправильно, но она всего лишь одалживала их, а это все-таки библиотека…

С помощью волшебства все триста девяносто восемь книг исчезли из этого мира. Каждая из них была надежно помещена в новый внепространственный карман, который она назвала "Литература мира людей".

Она направилась к выходу, останавливаясь лишь дюжину раз, чтобы добавить еще несколько полок с книгами к своему хранилищу. Возможно, они не будут слишком возражать. Она остановилась, подняв последние книги, которые она брала в свою ауру. Она была все такой же пурпурной, как и всегда, но что-то в ней казалось темнее. Она оглядела инопланетную библиотеку, явно созданную для не пони. В том, что она просто взяла то, что хотела, не было ни вины, ни сомнений.

Здесь не могло быть никакого влияния со стороны Найт, Новы или других. Здесь, свободная от своего тела, она была только собой, только несовершенным творением, которое Селестия сшила вместе. Она подняла переднюю ногу, радуясь, что в ее нынешнем состоянии она была такого же черного цвета, как и вся ее форма. Это была настоящая она. Это было то, чем она решила стать. Прекрасные арканные символы и математические уравнения танцевали в бездонных глубинах ее тела.

Ее магия потянулась наружу, захватывая все книги в ее ауру. Каждый фолиант, журнал и газета вылетели из своего жилища. Один простой взмах магии — и все эти знания могли принадлежать ей.

Ее рог вспыхнул, и в некогда переполненной библиотеке остались лишь пустые полки, как в начале дня перестановки. Ее глаза окинули бесплодное хранилище знаний. Холод внутри усилился, но это было ничто по сравнению с нетерпеливым счастьем, которое поднималось в ней. Столько всего нового можно было прочитать, что ей даже пришлось бы пристроить к своему замку новую библиотеку, если бы она хранила их там. Почему я не сделала этого с самого начала? Я могла бы за это время перебрать больше книг.

Что подумают люди об одиноком холмике книг, который она оставила в пределах заклинательного круга? Станет ли это загадкой на века или просто подозрительной выходкой?

Она вышла из оскверненной библиотеки, не в силах сдержать улыбку. Она могла бы почитать свои новые книги, когда вернется домой. Там было достаточно информации, чтобы помочь во многих ее исследовательских проектах и, самое главное, восстановить разрушенное тело Кэндис.

Была ли библиотека библиотекой, если в ней не было книг?

* * *

Твайлайт вышла из дома и подошла к статуе: мягкая трава так освежала по сравнению с утрамбованным ковром, который ей приходилось терпеть весь день.

Ни одной из девушек не было видно, но к статуе добавилось кое-что. На скотче была приклеена записка, написанная быстрым копытом в кантерлотском стиле.

> Понивилль в беде, вернулась, скоро увидимся. Найт

Записка на мгновение приковала к себе ее взгляд. Она перевернула ее, надеясь на большее. Ей нужно было больше информации, но как она могла решить, что делать, имея только это? Злость на слишком краткую записку и паника, что она нужна своим друзьям, гнали ее вперед.

Статическая энергия вцепилась в нее когтями. Ее морфическая форма завибрировала, когда неистовая сила отбросила ее назад. Шипение боли вырвалось из нее, когда магический поток продолжал дестабилизировать ее источники.

В таком виде она состояла только из магии, и магия была ее уделом. Она сосредоточилась и простым усилием воли стабилизировала вибрацию в своих источниках.

"Этого не должно случиться". Твайлайт уставилась на портал. Его поверхность отталкивала ее и пыталась разрушить магию, которая составляла ее форму. Будь она призраком или обычным эффектом заклинания, диссонансные гармоники, которые он внес, покалечили бы или уничтожили ее.

Ее глаза сузились, когда она рассматривала враждебное заклинание. Что бы это ни было, оно отдаляло ее от тех, кто в ней нуждался. Обыденный мир исчезал в небытие, а на смену ему в мир проливалась магия. Линии, круги, абстрактные геометрические фигуры танцевали вокруг замысловатых рун заклинаний, переплетающихся и скрепляющих портал.

Эффект, преградивший ей путь, был, несомненно, искусно скрыт. Кто-то умело вплел его в основные функции портала. Работа Старсвирла была столь же легко распознаваема, сколь и сильна. Эта сторона портала не позволяла пройти ни духам, ни призракам, ни другим развоплощенным душам.

Эта часть магии не просто исчезла с возрастом. Она деградировала от интенсивного использования. Десятки или сотни духов, должно быть, бились об эту магию, отчаянно пытаясь вернуться в богатый магией мир Эквестрии, а не раствориться в небытии.

Теперь, конечно, это представило некоторые вещи в другом свете. Зачем это было нужно? Кто, или что, было изгнано в этот мир? Скольких он или Селестия посчитали монстрами, которых казнили таким образом? Скольким удалось приспособиться и найти убежище в скудном магическом поле этого мира.

Ей нужно было попасть домой, но она не могла просто преодолеть защитную функцию портала. Без своего тела и со всей магией, которую она использовала слишком свободно, она уже потеряла значительную часть своих магических резервов. Теперь существовало множество способов получить больше магии, даже здесь, если до этого дойдет дело. Все, что имело жизнь, можно было истощить, чтобы получить немного магии, но существа этого мира могли предложить лишь скудную добычу, но было несколько исключительных экземпляров.

Твайлайт приостановилась, размышляя, почему она задумалась о том, чтобы вырвать магию у своих друзей? Она бы никогда не отвернулась от здешних девушек или Сансет, не так ли? Да, они были самыми мощными источниками магии в этом мире, но это был не только отвратительный поступок, но и предательство ее дружбы.

Даже когда она отшатнулась и отвращение сковало то, что сейчас составляло ее туманную форму, перед ней предстали самые эффективные способы добиться этого с минимальными потерями. Каждый отрывок из закрытых книг, каждый враг, с которым она сражалась и билась, их злые колдовства — все это лежало перед ней в цепочке дедукции, которая привела ее к таким изящно составленным, но презренным чарам.

Она мысленно перевернула руны заклинаний. Их совершенство восхищало ее.

Ее копыто уперлось в грудь, и она вдохнула. Воздух вышел из ее пористой формы прежде, чем она успела завершить успокаивающий ритуал Кейденс. Чувствовать, как газы сочатся из ее туловища, было совсем не то же самое, что глубоко очищающий выдох.

Ее копыто отодвинулось, и она уставилась на него. Захватывающее совершенство ее нового творения танцевало в ее зримой душе, этот злой инструмент занял свое место среди всех заклинаний, которые она знала. Он навсегда стал ее частью.

Как же ей теперь преодолеть это препятствие?

Она порылась в своих пространственных карманах, вытащив несколько путевых изданий из своих обычных справочников. Должен же быть способ преодолеть это.

Она посмотрела на книгу, лежащую на траве, ту самую, которую только что вытащила из внепространства. Твайлайт охнула. Она вернула книгу в хранилище, закрыла глаза и просто заставила себя вернуться в свой бастион.

* * *

Лоскутная плоть облепила ее, а золотые нити, удерживающие ее вместе, зудели. Небольшие раздражения занимали слишком много секунд, чтобы ускользнуть от ее внимания, как, например, ощущение языка во рту, о чем постоянно говорила Пинки.

Утешительный запах старых книг и свежих чернил возвестил о том, что она дома. Она снова была в своей библиотеке. Перо Грей по-прежнему скрипело, добавляя уютной нормальности.

Какое значение имело то, что она случайно изобрела новую часть темной магии. Это было просто интеллектуальное упражнение, которое она не применяла, да и не собиралась, надеялась она. Прижав твердое копыто к груди, она глубоко вдохнула. Цветочные и пряные ароматы говорили о чае, заваренном в деколлате. Она сделала длинный выдох, унося с собой все заботы.

Она открыла глаза, глядя на вытянутую переднюю конечность, которая должна была быть частью Грея. Дримс стояла с чайным сервизом, парящим в ее серебряной ауре.

Дримс тепло улыбнулась, но мешки под глазами и поникшие крылья говорили об усталости и плохих новостях.

"Что случилось?"

* * *

## 43 Восторг матери, отчаяние сестры

* * *

Мышцы Найт жаждали движения. Они призывали ее скакать, лететь, мчаться во весь опор за дочерью. Но сейчас было не время для необдуманных действий. С Литтл Стар, с ней все должно быть хорошо.

Мысль о том, что могло сделать с ее дочерью то страшное темное заклинание, которое она задумала перед своим изгнанием, не оставляла Найт в покое. Нет, ее Литтл Стар не постигла такая участь. Гармония не была бы настолько жестока, чтобы позволить забрать ее дочь через такое короткое время.

Мордочка Найт оскалилась. Как кто-то мог получить ее заклинание? Из ее горла вырвалось рычание, а клыки угрожающе оскалились. Нет… страсть — это для битвы. Для охоты нужна спокойная отрешенность. Найт вдохнула, поднеся копыто к груди. Отодвинув копыто, она выдохнула.

В груди поселилась тишина, но это было лишь затишье перед бурей. Кто-то заплатит, и у нее было много способов получить свой долг. Но сначала она должна была обеспечить безопасность своей дочери.

Литтл Стар была невероятно сильной. Любая угроза, которую она понимала и предвидела, не представляла для нее опасности. Однако она была молода и неопытна. Ее можно было обмануть или застать врасплох. Может быть, она с любопытством смотрела на темные тучи, когда они проливались на нее дождем?

Она была более чем достаточно сильна, чтобы стать одним из сильнейших проклятых. Литтл Стар станет меньшей, но более могущественной Пони Теней. Струящиеся крылья из смоляных усиков и струящаяся грива из жидкой тени выглядели бы впечатляюще.

Даже если бы Литтл Стар была проклята, Найт захватила бы ее. Она придумала это колдовство; если кто-то из пони и мог его отменить, то она. Неважно, в каком состоянии была ее дочь, первым шагом было найти ее.

Найт подняла модифицированное тренировочное копье в своей ауре, от него вверх понеслись струйки холодного тумана. У Старлайт был очень хитрый ум, это был не Звездопад, но этого должно было хватить. Она протянула гриву и положила копье вместе с веревкой и другими приспособлениями в глубину своей тени. В отсутствие Твайлайт она даже не могла достать свои доспехи. Неприятно было лишиться содержимого, казалось бы, бесконечных внепространственных карманов Твайлайт.

Осталось ли что-нибудь еще от ее обширных исследований в области темной магии? Ее исследования и подражания врагам, на которых она с удовольствием охотилась? Остался ли у нее там фрагмент, который все это время был свободен? Может быть, их враг — не последователь Сомбры, а кто-то из ее приближенных?

Тысяча лет, проведенных в заточении на Луне, не лучшим образом сказались на ее рассудке. Все из того времени смешалось с ее мстительными фантазиями. Была ли у нее тайная армия, обученная всем ее самым гнусным методам, или это ей только снилось?

Ее копыто хлопнуло по хрустальному полу. Это ни к чему меня не приведет.

* * *

Найт уверенно шагала по замку. Ее удары копыт были бесшумны с привычной грацией. Все места были забиты пони, но все, как и положено, уступали ей дорогу. Десятки усталых и испуганных глаз искали ее. Она вдохнула, странно не желая ощущать томительный страх, несмотря на силу, которую он ей придавал.

Пони Твайлайт, нет, "ее" пони должны были увидеть ее силу. Она должна была стать их принцессой, их опорой в этот темный час. В свое время, будучи Найтмер Мун, она деморализовала и запугивала; это было еще одно действие, которое она довела до совершенства. Теперь, что она должна была сделать первым, чтобы сломить их? Гордость, решимость и их вера друг в друга — именно это она собиралась извратить и уничтожить. Это было именно то, в чем нуждались преследуемые пони.

"Мои пони". Нет, этого Твайлайт недостаточно. Она влила в свой тон больше тепла, наполнив слова силой аликорна. "Мои друзья. Сегодня произошла ужасная трагедия, но она пройдет. Пони были потеряны, но их будут помнить. Пони были ранены, но они будут исцелены. На нас напали, но это не останется без ответа. Клянусь вам, Понивилль будет защищён. Я клянусь вам, что монстр, вызвавший это, будет наказан".

Каждый пони сидел или стоял более прямо, их глаза были ясными, сосредоточенными. Сладкий страх исчез, на его место пришло что-то более теплое, обволакивая семена твердой решимости. Решимости, которая так легко могла превратиться в праведный гнев и кровожадный призыв к мести.

Найт медленно вдохнула и встретилась взглядом с каждым из своих пони. Она медленно выпустила воздух. Без движения копыт это было не так эффективно, но все же сработало. Твайлайт никогда не простит ей, если она заразит своей яростью невинных пони Понивилля.

"Посмотри на пони рядом с тобой. Я горжусь всеми вами. Вы все собрались вместе, поддерживая друг друга. Вместе мы справимся с этим".

Аплодисментов не последовало, но они и не требовались. Слова Найт попали в цель. Она кивнула толпе. "А теперь я собираюсь найти наших пропавших жеребят".

* * *

Снаружи тяжелый дым все еще омрачал воздух, почти скрывая приятные запахи страха и смерти. То, что это был ее дом, омрачало их. Горький гнев клокотал в ее груди, его змеиные клыки так отчаянно жаждали плоти виновного. Но восхитительные муки, которые она обещала причинить, утихомирили его.

Найт позволила своим чувствам прочувствовать весь масштаб разрушений. Большая часть разрушений была вызвана огнем, который использовался в качестве защитной меры. Каждая отметина, каждая царапина — все это рисовало картину сражения. Она участвовала в достаточном количестве сражений, чтобы точно воссоздать картину битвы по ее последствиям.

Многие копыта топтали землю, отточенная работа копыт стражников контрастировала с хаотичным беспорядком городских пони. Было видно, что никто не сломался, никто не убежал, даже если и были признаки нерешительности, страха.

Найт переключила свое внимание на настоящее, позволив видениям битвы исчезнуть из ее сознания. Защитники все еще окружали замок, Ночную гвардию поддерживало ополчение городских пони. Несмотря на импровизированный характер ополчения, оно все же имело единый вид. Их снаряжение было взято с турниров Вечерней ярмарки. Оно даже все еще хранило некоторые запахи древних кондитерских изделий, уловимые ее обостренными чувствами.

Как и много веков назад, она двинула свои войска. Ей не нужно было изображать гордость, когда она приветствовала каждого из них. Они доказали свою доблесть, они доказали свою преданность. Им не требовались речи, чтобы укрепить их решимость, поэтому она просто позволила излучать часть своей силы аликорна. Это придало им немного больше мужества, немного больше силы.

Когда она вернется, ей нужно будет утвердить Понивильское ополчение. Похоже, Рэрити предстояло разработать второй ансамбль униформы.

Серебристая грива и голубая шерсть привлекли внимание Найт. Трикси все еще носила свой характерный плащ и шляпу, несмотря на броню, которую она носила под ними. Она прислонилась к баррикаде, ее глаза внимательно смотрели вдаль.

Найт посмотрела на лидера Ночной стражи и перевела взгляд на Трикси. "Как она справилась?" — сказала она тоном, который могли слышать только фестралы.

"Несмотря на ее эксцентричный характер, она сыграла ключевую роль в обороне". Несколько других Ночных Стражей кивнули, выражая свою поддержку. Судя по странным ухмылкам, некоторым из них она действительно нравилась.

Найт кивнула, прежде чем заговорить нормально. "Ни один враг не нарушит границы. Оберегай их".

Фестрал отсалютовал: "Да, принцесса".

"Трикси, со мной. Считай, что это твое последнее испытание".

Глаза Трикси расширились. "Ты хочешь сказать?"

"Да, Трикси, я сделаю тебя тем, кем ты была рождена быть".

На мгновение показалось, что Трикси будет скакать по кругу, как Твайлайт, повторяя "Да". К счастью, она этого не сделала. Вместо этого она поклонилась. "Спасибо, принцесса". Очевидно, битва развеяла страх Трикси перед ней.

Найт кивнула, а затем направилась к изменившемуся Вечносвободному. Трикси опустилась рядом с ней. С ее именем, Луламун, где еще ей место? Найт улыбнулась.

Тяжелый стук копыт возвестил о появлении Эпплджек. Она поднялась на ноги, все еще облаченная в тяжелые доспехи. "Эй, Твайлайт, если ты собираешься туда, я пойду с тобой".

Без силы магии Твайлайт и ее энциклопедических знаний о заклинаниях, ее возможности были ограничены. Если бы у нее было больше поддержки, все стало бы проще. "Хорошо, но ты подчиняешься моим приказам".

"Твай…"

Найт заставила ее замолчать, сверкнув суровым взглядом. "Я серьезно, ЭйДжей". Она вздохнула и смягчила свои слова, приправив их заботой. "Есть вещи, которые могут сделать эти монстры, к которым у меня есть иммунитет, но я не могу ничего сделать, чтобы защитить тебя. Я не собираюсь тебя терять".

"Вот же…ш", — кивнула Эпплджек. "Хорошо, Твайлайт".

У нее было два союзника и ее собственные таланты. Этого должно было быть достаточно.

* * *

Темная стена из коры и зубчатых листьев, сплетенных между собой лезвиями прутьев, уже не была тем Вечносвободным, каким он был раньше. Теперь лес представлял собой устрашающее живое укрепление. Гордость боролась с гневом. Ее заклинание сделало именно то, для чего она его создала. Лезвию топора или сжигающей магии потребовалось бы несколько дней, чтобы пробить эту внешнюю оболочку.

Когда она приблизилась, лианы зашевелились, поднимаясь вверх, как эбеновые гадюки. Из шипов, похожих на клыки, капал черный яд. Да, заклинание было наложено мастерски. Все было именно так, как она задумала.

Значит, они использовали ее магию, но не поняли ее. Она усмехнулась. Жеребята.

Она царственной походкой направилась к смертоносным растениям. Да, все было идеально, все ловушки были на месте. "Держись позади меня, но не отставай", — сказала Найт. Она не могла допустить, чтобы они увидели это.

Она собрала всю свою тьму, плотно сжав ее в своей сердцевине. Ревность, гордость, гнев, ненависть — все это захлестнуло ее, хлынув по венам. Восхитительная жажда крови, которая двигала ею, уверенность в том, что мир принадлежит ей, сменилась сдвоенными ударами боли, обозначая клыки выскочившие из десен. Любой, любой пони, которого она желала, принадлежал ей по праву. Ее лиловые глаза с прорезями смотрели на нее, отражаясь в сверкающих ядом клыках.

"Склонись перед своей королевой".

Лианы поклонились и отступили назад. Ее темные чары хорошо знали свою хозяйку. Так же точно, как когда-то царство снов, Вечносвободный склонился перед ее волей. Стена смертоносных шипов из бронированного дерева отступила назад, открывая путь в извилистый лес.

Она вошла в свое живое укрепление. Позади нее раздавался только звук четырех копыт.

Кора больших деревьев изгибалась, превращаясь в ужасающие фигуры, испещренные рунами заклинаний. Немного крови или магии, и они активируются. Ужасающие иллюзии, защита от наведения порчи и телепортации — все это сработает. При достаточном количестве жертв и втором заклинании в центре вырастал дворец, посвященный ее прекрасной ночи. Она могла смотреть с балкона, как медленно истекают кровью ее пронзенные враги, а их кровь собиралась для ее использования.

"Как?" — Голос Эпплджек разрушил момент.

"Как?" — Найт позволила своему лицу приблизиться к нормальному. С каких это пор она стала считать ночную Твайлайт своим нормальным обликом? "Есть причина, по которой все аликорны обязаны знать темную магию. Иногда достаточно лишь силы и воли, чтобы обратить ее в прах". Верно, только на этот раз не актуально, Элемент Честности. Как бы ни было забавно видеть, как ты дрожишь, зная, кто я… Твайлайт никогда бы мне этого не простила.

"Ты использовала темную магию?"

"Как, по-твоему, было найдено Кристальное Сердце?"

"Что?"

"Если ты мне не веришь, спроси Селестию, что она показала мне перед тем, как мы отправились в Кристальную Империю". Конечно, я была всего лишь пассажиром, но тебе это знать не обязательно.

"Мне это не нравится" — сказала Эпплджек, но ее копыта двинули ее вперед, и она завалилась на другую сторону от Трикси.

"Ты не обязана это любить".

Теневое помутнение оставило свой след на фоновой магии. Она превратила хаотический беспорядок Вечносвободного в неразборчивый клубок диких магических потоков. Возможно, Твайлайт смогла бы пройти сквозь него и наложить функциональное заклинание поиска. Нет, ей пришлось бы прибегнуть к грубым методам.

Найт опустила морду к земле. Основные запахи Вечносвободного смешались с дурманящим ароматом болезни. Под всем этим скрывались слабые следы четырех молодых пони. Один из них был очень дорог ее сердцу и очень похож на ее собственный запах.

"Твай, что, черт возьми, ты сейчас делаешь? Ты же не собака".

Найт вздохнула, выслеживание, словно какая-то гончая, было не самым изящным занятием для королевы. "Эпплджек… ты можешь просто поверить, что я ищу свою дочь и знаю, что делаю?"

"А Эпплблум?"

Найт бросила на Эпплджек прямой взгляд. "И с кем, скажи на милость, как ты думаешь, она будет?"

Между ними воцарилось молчание, слишком долгое, чтобы быть комфортным.

"Теперь, сохраняйте остроту чувств. Растительность склонится передо мной, но испорченные существа… менее сговорчивы". Она опустила голову на землю и позволила своим чувствам направлять ее. Запахи крови, смерти и испорченных растений не могли отвлечь ее от цели. Она преследовала свою дочь. Ничто не могло встать на ее пути.

Уши заложило, когда ее чувства расширились настолько, насколько она могла. Бешеное сердцебиение Трикси, испуганной, несмотря на внешнюю браваду, резко контрастировало со спокойным, сильным сердцем Эпплджек.

Рог Трикси трепетал от силы, чуть меньше, чем нужно, чтобы он светился. Она была готова к мгновенной реакции. Эпплджек топала вперед, не в силах сделать ничего другого в своих тяжелых доспехах, оставляя за собой след, по которому мог бы пойти и слепой пони.

Несмотря на прошлое, между ними не было вражды, не сейчас. Они оба прикрывали друг друга. Годы, проведенные Трикси в дороге, дали о себе знать. Ее уши были навострены, глаза зоркие и постоянно блуждающие. Даже несмотря на свой страх, Трикси казалась самым надежным союзником, если бы они вдруг оказались в бою.

Страх Трикси был для нее лакомством. Она пила из него, используя его для усиления своей магии. Он не заменял силу Твайлайт, но помогал. Неизвестно, какое хаотическое чудовище мог породить этот проклятый лес.

Она пошла дальше, следуя за запахом.

* * *

По мере того, как они углублялись в лес, за ними увязались проклятые. Их было недостаточно даже для того, чтобы взбудоражить ее кровь. Вряд ли это было удивительно. С той резней, которая захлестнула окрестности Понивилля, было удивительнее, что в лесу остались хоть какие-то существа.

Два ее спутника показали себя достойными бойцами. Ей пришлось вмешаться лишь дважды. Первый раз, чтобы не терять времени. Второй раз был более хлопотным. Аморфный сгусток сопротивлялся магии и просто перемещался под действием физических атак. Она оставила его на месте. Позже ей придется придумать, как с ним расправиться. Пока же один из ее возрожденных кинжалов, пройдя сквозь тень, удерживал его на месте, как и все остальное.

Эпплджек ничего не сказала, но ее оценивающий взгляд все прояснил. Как только жеребята будут в безопасности, она потребует ответов.

Как долго она шла по этому следу? Без ее связи с луной все это было просто догадками. Нет… это была луна Луны. Она никогда больше не подчинится воле Найт.

Что затеяла Луна? Чтобы ее здесь не было, это нападение должно было быть частью более крупной враждебной акции. Вопрос был в том, почему? Кто бы это ни был, он использовал темную магию для разрушения или для сокрытия чего-то более темного? Было ли это пределом их махинаций?

Была ли это просто попытка снова поймать аликорна в одиночку? Теперь Твайлайт была здесь, а у Кейденс была своя личная армия фрагментов. За этим представлением было бы очень забавно наблюдать.

Обе ее спутницы уверенно передвигались на копытах по пересеченной местности запутанного леса, но только Трикси приблизилась к подобию скрытности.

Если добавить ей силы земного пони и немного потренироваться, чтобы довести до совершенства маскировку, фокусница станет идеальным маленьким убийцей. Ночь определенно хранила Трикси Луламун.

Страх ускорил реакцию Трикси, а ее способность превращать зараженного волка в чайную чашку была столь же уморительной, сколь и мощной. Не так классически, как использование выдолбленного рога врага для хранения вина, но все же это было бы тонким сигналом для всех, кто знал, как можно наслаждаться напитком.

О, как бы отреагировала толпа на такое заклинание на арене. Использовать его нужно было только один раз, а потом противнику пришлось бы разделить свое внимание или держать активным заклинание трансмутации всю битву.

Эпплджек, как и ожидалось, была неумолимой стеной мускулов, закованной в толстый металл. Спокойная жестокость, с которой она расправлялась со своими врагами, слишком напоминала бесстрастную расправу которую устраивал Военный Разум сестры.

Интенсивность запаха ее цели росла. Оставалось недолго. По мере того, как она приближалась, появлялось все больше и больше следов битвы. Срезы, нанесенные бритвой по растениям и камням. Хаотичный танец маленьких отпечатков копыт свидетельствовал о неистовых и, к счастью, победоносных сражениях.

Это было похоже на маленький торнадо разрушений, и это было прекрасно. Каким-то образом ее дочь превратила порой разрушительных Меткоискателей в собранную и направленную боевую силу. Найт улыбнулась. Жаль, что ей не довелось наблюдать за этим.

Раздался далекий рев, и Найт повернула уши в ту сторону. В нем звучала боль, в нем звучал гнев. Несколько более мягких тонов дразнили ее слух. Каждый звук отдавался в ее голове, когда она напрягалась, чтобы услышать больше. Сердце Трикси стучало, как большой барабан. Стук копыт Эпплджек напоминал удары грома, смешанные с промышленной аварией.

"Свити, давай!" Голос Литтл Стар едва пробивался сквозь какофонию.

"Сюда". Найт перешла на полный галоп.

Деревья, подлесок, валуны — ничто не могло встать на ее пути. Она прыгала, летела и прорубала себе путь вокруг или сквозь все, что могло ее задержать. Зазевавшийся лесной волк был рассечен случайным ударом хвоста.

"Эй, постой", — крикнула Эпплджек сзади.

Звуки битвы приближались. Ее дочь была совсем рядом. Медлить было последним, что она собиралась сделать. Найт задумалась над раздробленными останками дерева, которое ее магия разорвала на части. Действо битвы раскрылось перед ней.

Большая гидра ревела от ярости. Четыре молодых пони кружились вокруг нее. Меньше чем за мгновение Найт все охватила взглядом. Каждую царапину, каждый кусочек потревоженной земли. Напряженное внимание в глазах ее дочери, рефлекторная манера одного из них защищать другого. Это был согласованный хаос, превратившийся в смертельную игру.

Найт взмахнула крыльями, сбивая темп. Да, битва была тяжелой, но они еще могли победить. Ее дочь вызывающе сражалась, ее пылающий рог отражал атаки гидры. Найт улыбнулась, в ее груди зашевелилась гордость.

Свити Белль вонзила клинок в одну голову, и из плоти гидры вырвалась багровая полоса. Она завыла от боли, отшатнулась назад, пропустив попытку схватить Скуталу из воздуха.

Хорошо, что Твайлайт здесь не было. У нее не хватило бы ни мудрости, ни самообладания, чтобы не вмешаться. Она бы примчалась и отняла этот момент у их дочери. Кстати, о вмешательстве. Сзади приближалась толпа из двух пони.

Несмотря на беспокойство на ее лице, Трикси замедлила шаг, заняв место рядом с Найт. А вот Эпплджек пронеслась мимо, ее бронированное тело рванулось вперед, чтобы броситься на помощь. "Эппл…"

Найт молча обхватила Носительницу Честности, небрежно удерживая ее. Аура Найт крепко держалась, останавливая вмешательство Эпплджек.

Глаза Эпплджек пылали гневом, и Найт чувствовала, как от нее исходит восхитительный ужас. "Твай, отпусти меня!"

"Нет". Найт просто покачала головой, даже не оглянувшись. Она не собиралась пропустить ни одного мгновения первой настоящей битвы своей дочери.

"Нет!? Твай, что с тобой?" — закричала Эпплджек, пытаясь прорваться сквозь железную хватку Найт. "Они в опасности. Эпплблум в опасности. Твоя дочь в опасности".

"Ты лишишь их этого шанса? Ты хочешь, чтобы твоя сестра всегда была в твоей тени?"

"Это гидра. Она убьет их".

"Убьет их?" — усмехнулась Найт. "Если кто и умрет, то это будет этот зверь. Понаблюдай за ними. Смотри, как они двигаются синхронно друг с другом. Как, когда на одного из них собираются напасть, другой продолжает атаку?" Найт даже не пыталась скрыть гордость в своем голосе.

"Отпусти меня прямо сейчас или, помоги мне Селестия…" Простое заклинание тишины позволило Найт сосредоточиться на битве без непрекращающихся жалоб Эпплджек.

Глаза Литтл Стар вызывающе пылали, когда ее пурпурный щит блокировал очередной удар. Рог Свити Белль засверкал, она поменялась с Литтл Стар местами, и ее собственный щит принял следующий удар. Литтл Стар повернулась, собирая еще больше силы в свой рог. Скуталу носилась в воздухе туда-сюда, преследуя и отвлекая.

Каким бы напряженным ни было сражение, в нем чувствовалась методичная точность. Приманка для того, чтобы одна из голов слишком переборщила, прежде чем магия Литтл Стар или клинок Свити наказали за ошибку.

За этим было приятно наблюдать. Литтл Стар снабдила их боевыми артефактами, куда более мощными, чем у современных стражников. Артефакты, которые они использовали по назначению.

Найт приподняла крыло, перья проследили движения, которые они сделают по свежей краске, чтобы запечатлеть этот момент. Почему все, чего она хотела, должно было быть заперто в карманах Твайлайт?

Одна голова упала вниз, широкие челюсти заслонили бронированную фигуру Эпплблум. Эпплджек билась, сопротивляясь сдерживающей ее магии.

"Принцесса!" — сказала Трикси.

"Успокойся". Глаза Найт были прикованы к месту, где находилась Эпплблум. На всякий случай она направила часть своей силы в тень.

Пасть сомкнулась и поднялась. Страх, ярость и гнев ярко пылали рядом с Найт. Эпплджек напряглась, направив всю свою силу, и почти вырвалась на свободу.

Яркая вспышка пурпурной магии скрыла голову гидры. Половина ее исчезла, словно идеальную сферу просто убрали. Во второй вспышке появилась Эпплблум, окруженная потоком крови, невредимая и не утратившая боевого духа.

Сражение продолжалось, гидра теперь явно оборонялась. Литтл Стар сдерживалась. Если бы она хотела это сделать, то могла бы закончить эту битву в считанные секунды. Найт удовлетворенно улыбнулась. Ее дочь тренировала своих товарищей.

"Ты можешь это сделать!?" Голос Трикси дрожал. Она была явно ошеломлена оскорбительным использованием телепортации.

Нет, она не могла. Это был трюк Твайлайт, не то чтобы Найт признавала это, у нее все еще было много собственных, не менее сильных способностей. "Это такой же решающий прием, как и твой трюк с трансмутацией, против неподготовленного противника".

Битва продолжалась еще пять минут. К концу битвы Эпплджек обессилено упала на удерживающую ее магию.

"Метконосцы, Убийцы Монстров. Ура!" Никогда еще в истории Эквестрии столь очаровательный звук не предвещал гибели стольким пони.

"Молодец!" Найт одобрительно топнула копытом.

Литтл Стар вскинула голову. "Мамочка!"

Вспышка света, и слегка покрытый кровью шар очарования, облаченный в боевое снаряжение, заключил ее в любящие объятия. "Я горжусь тобой, моя Литтл Стар".

Скуталу, Свити Белль и Эпплблум подошли, к ним присоединилась созданная Литтл Стар домашняя сова, сидящая на бронированной спине Эпплблум.

Найт посмотрела поверх своей дочери в глаза Эпплджек. Она задержала взгляд на мгновение, прежде чем отпустить фермерскую пони. Эпплджек не стала медлить. Она помчалась вперед и заключила сестру в крепкие объятия, их доспехи заскрипели в знак протеста.

Рогатая сова отпрыгнула в безопасное место, едва избежав того, чтобы ее не раздавила слишком ласковая земная пони. "Ухууу", — возмущенно сказала она, зависнув в воздухе над группой.

Скорее всего, пройдет несколько минут, прежде чем гнев подруги Твайлайт пересилит ее облегчение от того, что сестра в безопасности.

"Литтл Стар?"

"Да, мамочка?"

"Ты можешь отвезти нас домой?"

Искаженный лес исчез в ослепительной вспышке магической силы Литтл Стар.

* * *

В извержении пурпурной магии они появились перед Хрустальным замком. Оружие было поднято и опущено, защитники города были достаточно дисциплинированы, чтобы не нападать на группу, которая внезапно появилась среди них.

"Направляйтесь внутрь и приведите себя в порядок", — сказала Найт.

Эпплджек прижалась к сестре и выпустила ее из крепких объятий. Глаза фермерской пони встретились с глазами Найт.

"Да, мамочка". Литтл Стар обняла сестру в последний раз, прежде чем помчаться в сторону замка вместе со своими друзьями. Она повела избитых, покрытых синяками и все еще гиперактивных крестоносцев в замок.

Взволнованные приветствия и небылицы достигли ушей Найт через несколько секунд после того, как малыши оказались внутри. Еще до конца дня весь Понивилль будет знать какую-нибудь версию их приключения. Найт ласково улыбнулась, ожидая слов, которые, как она знала, должны были прозвучать.

"Ты не имела права останавливать меня". Голос Эпплджек был спокоен. Это была единственная ее часть, которая была спокойна.

"Я принцесса, мое слово — закон". Найт почти позволила своим глазам сузиться до щелей, когда она наклонилась ближе. "Наша прошлая история дает тебе большую свободу действий, но ты не сделаешь ничего, чтобы нарушить связь между моей дочерью и ее личной стражей".

"Стража? Ты имеешь в виду Эпплблум?"

"Да".

"Ты не можешь…"

"Они уже связали себя с ней. Ничто, кроме их смерти, не сможет освободить их от договора с ней".

Топот Эпплджек расколол землю. "Ради всего святого, Твай, они жеребята".

"Которые победили в бою проклятую гидру. Они герои, победившие угрозу до того, как она пронеслась по городу".

"Это неважно".

"Нужно будет устроить праздник… Этим убийством они заслужили свое совершеннолетие".

"Ты ожидаешь, что я буду уважать это? Это варварство".

"Да, Эпплджек, я так считаю. Это все еще закон страны".

"Твай, ты изменилась… и не в лучшую сторону". Эпплджек пронеслась мимо, кипя от нахлынувших эмоций.

Ты даже не представляешь… — подумала Найт. "В любом случае, поддерживай их. Городу нужны герои, а не чрезмерно заботливая старшая сестра, ругающая свою младшую сестру".

Эпплджек огрызнулась в ответ.

"Пожалуйста, не заставляй меня делать это королевским приказом".

Эпплджек фыркнула и отвернулась от Найт. Хорошо, что стражники открыли двери в замок, иначе они могли бы не выдержать внимания Эпплджек.

Найт сделал вид, что не слышит поток оскорблений, скрытых под вздохом подруги Твайлайт.

* * *

[Изображение: https://lh6.googleusercontent.com/5jJEPg4xBT-ewEE3t3PEpzaLDn4gTEJelR6V9fHYtl0IiEJtVqP3A3mMtIbS_NwJyHkum_G63kCjvCwSJnfxflQhe_jQ2i_ZaZ6hH3156l0Hym0Tx0VhLJzerGdAY_8Xa6zIX-tZuUXmr9gg0L0NFg]

* * *

## 44.1 Непредвиденные последствия

* * *

Ноубл Гид держал отчет в своей ауре. В нем были перечислены все пострадавшие поселения, каждое из которых имело два номера. Один — для раненых, другой — для убитых. Более чем несколько мелких поселений были просто вычеркнуты. Большинство цифр были поистине ошеломляющими.

Селестия, Принцесса Непобедимого Солнца, смотрела почти неподвижно. Она сидела на своем троне, наблюдая за тем, как дворяне переваривают цифры. Шепот, испуганные предположения и ропот обвинений сменялись хрустом пергамента.

Все вышло из-под контроля. Алхимия, протекавшая через его организм, держала его эмоции под контролем. Предполагалось, что погибнет не более нескольких десятков пони. А не тысячи, как сообщалось до сих пор. Темные тучи должны были породить ограниченное число монстров. Монстров, которые привлекли бы Ночную Гвардию к охоте на них, а не на это постоянно расширяющееся пятно.

"Эквестрия находится в состоянии войны". Простые слова Селестии заставили комнату замолчать. Пришлось бы покопаться в архивах, чтобы найти предыдущий пример такого заявления. "Каждый дееспособный пони должен быть готов к защите своего дома".

"Тетя, вы собираетесь ввести призыв?" — спросил Блюблад.

"Не призыв", — глаза Селестии задержались на смертном принце. "Просто обязательное обучение. Каждое поселение будет обнесено стеной, каждый вагон поезда будет бронированным".

"Но, стоимость…"

"Будет уплачена". Температура поднялась, древние глаза Селестии были окнами в Тартар, когда ее взгляд заставил замолчать дрожащего Блюблада. "Это самая большая угроза, с которой сталкивалась моя нация со времен восстания Найтмер".

По комнате прокатился ропот. Дворяне, паразиты, были недовольны больше всех. Даже сейчас худшие из них могли видеть только одно: "Какая разница, если погибнет простой сброд?".

Глаза принцессы Селестии встретились с каждым дворянином в комнате. С одними — с уважением и благодарностью, с другими — с презрением и обещанным возмездием. "Вы сделаете то, что я от вас требую".

Магия разума аликорна надавила на созданный разум, защищающий Ноубл Гид. Внушение было грубым, но таким мощным, что стало непреодолимым. Сегодня Селестия орудовала своей силой, как огненной кувалдой.

"Хорошо". Края рта Селестии приподнялись в легкой ухмылке. "Я благодарю вас за поддержку". Принцесса почтительно склонила голову перед своими теперь уже послушными подданными. Взглядом она приказала своему помощнику раздать каждому дворянину свитки. "А теперь, мои маленькие пони, нам всем нужно многое сделать. Дневной суд откладывается до понедельника следующей недели. Да пребудет с вами гармония". С этими словами Принцесса Солнца с благодарностью покинула зал молчаливых дворян.

Блюблад все еще дрожал, когда покидал зал, как только позволили приличия.

* * *

Он шел к своему поместью, его копыта отстукивали спокойный ритм по первозданному кантерлотскому камню. Хорошо было оказаться подальше от удушающего присутствия принцессы Селестии. Она оказалась гораздо решительнее, чем ожидалось. К счастью, все еще может получиться, но ресурсы будут распылены. Сейчас, как никогда, они будут искать не то, что нужно, чтобы остановить его.

Он дважды проверил свиток со своими приказами. Укрепить и обезопасить его поселение беженцев, сделать его самодостаточным и расширить его возможности как минимум в четыре раза.

Остальные пункты не вызывали возражений, по крайней мере, у него. За каждый миллион бит собственности в Кантерлоте владелец должен предоставить одного охранника для сил национальной обороны. За каждых двух пони сверх стандартного количества личных охранников дворянин обязан предоставить одного охранника для сил национальной обороны. В каждом домохозяйстве должен быть один член, который прошел или проходит базовую подготовку по гражданской обороне. Занятия по личной обороне должны были стать частью образовательной программы.

Да, это могло бы сработать идеально. Все пони будут слишком отвлечены, борясь с этой новой угрозой. Ему даже не нужно будет провоцировать новые инциденты. Этой беды с лихвой хватило бы на долгие годы. Вопрос был только в том, как справиться с ней, когда он вознесется.

Кивок в знак приветствия, и он прошел мимо своих стражников. Его дворецкий открыл главную дверь и поклонился. Ноубл сохранял на лице собранное, но мрачное выражение. Все пони знали, что произошла трагедия. Даже если они не понимали масштабов происшествия.

Едва заметно наклонив рог, он отпустил слуг и удалился в свои покои.

Густое красное вино, которое он подал себе, было ужасно похоже на другую жидкость, которой было распито слишком много. Не то чтобы он отказался от такой цены. Просто это было очень расточительно. Проблема была в том, что это была не цена, не приемлемый залог. Он должен был стать королем, а править разрушенной нацией — это не то, с чего он хотел начать свое время в качестве аликорна.

Где был допущен просчет? Почему заклинание сделало это? Оно вело себя хорошо в те несколько раз, когда его испытывали в меньших масштабах. Несколько мутировавших животных, которых пришлось усыпить, не более того.

Его все более частое болеутоляющее лекарство шипело, смешиваясь с вином. Он вышел на балкон. Прохладный горный воздух был чист и непорочен, как всегда.

Причал для дирижаблей превратился в оживленный улей. Войска и припасы судорожно собирались, извлекаемые из почти забытых запасов для осады.

Судя по ошеломляющему количеству приготовлений, которых требовала Селестия, эта так называемая вспышка болезни станет постоянной проблемой на десятилетия.

На улицах внизу королевская процессия двигалась от одного предприятия к другому. Селестия лично входила в каждое, которое могло бы пригодиться в ее планах. Без сомнения, она не принимала отказ как приемлемый ответ на свои просьбы. Те, кто не склонялся к ее желаниям добровольно, делали это под непреодолимой силой магии разума Солнечного аликорна.

Возможно, большинство уступит ее добрым словам и материнской просьбе о помощи. Для других же отказ от такой просьбы был бы самоубийством, особенно в такие времена.

Он посмотрел за край Кантерлота на раскинувшуюся внизу страну. От вида захватывало дух, только не в обычном смысле. Целые участки зеленой земли потемнели. Болезнь исказила ее, образовав испорченные строения, укрепления, из которых выходили монстры и совершали набеги на близлежащие поселения.

Что он сделал с прекрасной землей Эквестрии?

* * *

## 44.2 Свет нового дня

* * *

За окном седые пони маршировали в ногу, их осанка была решительной, когда множество копыт громыхало мимо. Каждый из этих пожилых пони лежал на совести Рейвилин Лайт. Они посвятили страже лучшую часть своей жизни и, выйдя на пенсию, с готовностью предлагали больше. Что бы с ними ни случилось, по крайней мере частично, это была ее вина. РСКГ не имела ни малейшего представления о готовящемся нападении. Нет, это не было нападением. Это было открытое объявление войны.

Возможно, Кэндис правильно поняла. По крайней мере, Ночная гвардия получила специальное снаряжение. А может, саркастичная кобыла заметила что-то в горах бумаг? Могла ли она заметить тот единственный факт, который мог бы предотвратить эту трагедию?

Последний кусочек брони застегнулся на месте, щелчок пряжки завершил годы преданности делу быть одним из лучших агентов под прикрытием в Эквестрии. Чары активировались. По ее шерсти пробежали мурашки, и в этот момент она выглядела как любой другой солнечный страж.

В зеркале на нее смотрела обычная бронированная пони. В этой иллюзии не было никакого искусства. Она была такой же, как и все остальные гвардейцы.

Тяжелый металл вдавился в ее плоть. Если ей придется носить эту броню дольше нескольких дней, походы в спа станут обязательной физиотерапией, а не просто роскошью.

Она двинулась к двери. Каждый шаг был медленным. Нескладным. Даже с перьевыми чарами инерция все еще сопротивлялась каждому движению.

Как они выдерживают это изо дня в день?

Снаружи ее копыта стучали по мостовой. Ее бронированные накопытники мешали топать. Неудивительно, что Солнечную гвардию можно было услышать за много миль.

Она осторожно переставляла копыта, по крайней мере, уменьшая грохот, который они издавали при каждом шаге.

При первой же возможности она должна была нанести визит к доверенному лицу, чтобы добавить несколько нужных заклинаний. К сожалению, это будет не сегодня и, возможно, даже не в этом месяце. Слишком многое нужно было сделать, а стражников не хватало.

По крайней мере, играть роль заурядного охранника было просто. Их кодекс поведения мог бы сойти за блок-схему, вбитую в них на базовом обучении.

Немногочисленные пони на улицах прижимались друг к другу. Страх притягивал их глаза к каждой движущейся тени. Уши дергались при каждом звуке. Когда она проходила мимо них, их почти панический страх отступал, хотя бы немного. До чего докатился мир, когда лучший агент под прикрытием в РСКГ использовался как обычный придворный охранник. В этом был смысл, пони хотели чувствовать себя в безопасности, а яркие золотые доспехи говорили о силе. Солнечный образ громко заявлял, что принцесса Селестия знает, что происходит, и у нее есть план.

Потребовалось всего четыре минуты, чтобы добраться до площади, где собралась стража. Лайт заняла свою позицию, завершая шеренгу запасных пони. Благодаря чарам шлема под призрачным обликом стандартной внешности стражников проявились реальные черты других солнечных стражников. Рядом с каждым плыли светящиеся руны, обозначающие звание и специальность. Слишком многие из них были кадетами, несмотря на то, что все еще проходили обучение, или восстановленными старослужащими.

По-настоящему боеспособные пони собрались на вокзале, большинство из них упаковали свои доспехи, чтобы население не заметило, что самые способные защитники уезжают. Все это мероприятие было лишь отвлекающим маневром, спектаклем, чтобы предотвратить панику.

Рог Шайнинга Армора возвышался над настойчивой толпой пони, которые требовали его внимания. Он был героем дня. Его щит размером с город был как всегда внушающим благоговение. Укрывшись за ним, единороги и лучники быстро расправлялись с ордой набегающих чудовищ.

Сегодня барьер служил другой цели. Только те, кому принц Армор разрешил пройти через свой щит, могли войти или выйти из города. Это решение не было самым популярным, но оно было правильным. Любой покинувший город пони нуждался в большом эскорте, иначе их просто захватила бы тьма, и они стали бы еще одним чудовищем, с которым придется столкнуться.

Когда принц обратился к толпе, по ней прокатилось недовольство. На взгляд наблюдательной Лайт, зачинщики практически сверкали. Вопрос заключался в том, были ли они просто пони, которые хотели свободы, или это были культисты, разжигающие беспорядки?

Обстановка была слишком идеальной. Это была пороховая бочка, все они были готовы броситься в атаку при малейшем испуге. Если бы Рейвилин Лайт была безумным колдуном, стремящимся причинить максимальное страдание и смятение, она бы подготовила вторичные удары в местах скопления беженцев.

Голубое небо над головой было девственно чистым. Насколько хватало глаз, не было видно ни единого облачка. Все до единого были возвращены для проверки. Вторая волна испорченных облаков была бы ничуть не менее эффективной, чем первая.

"Что значит, мы не можем уйти?" — Пони, у которой было больше бит, чем разума, уставилась на принца.

В тени ждали пони. Насколько она могла их разглядеть, они явно не были Ночной стражей. Никто из них никогда не был бы так небрежен. Они были достаточно близко, чтобы наблюдать, но слишком далеко, чтобы вмешиваться напрямую. Лайт наблюдала за ними, благодаря доспехам казалось, что она все еще стоит в полной готовности, устремив взгляд вперед.

Пони посмотрел на нее, встретив ее взгляд. Ее взгляд, который был скрыт под мощной иллюзией. Это был не обычный пони. У него не было рога, который можно было бы использовать, и он не смотрел через какую-то заколдованную линзу. Он должен был почувствовать ее пристальный взгляд. Чейнджлинг! Осознание поразило Лайт, и наблюдающая пони бросилась обратно в переулок.

О нет, ты не уйдешь!

"Выровнять строй", — приказала Лайт, используя ряды стражников, чтобы скрыть свое отсутствие в строю.

"Да, сэр", — ответил старый усталый голос, и они быстро выровняли строй. Промежуток, который она занимала, исчез, как будто ее там и не было.

Ее рог гудел от силы. Мгновение — и на ее копыта наложено заклинание бесшумности и амортизации, и она понеслась. Ее почти бесшумный галоп пожирал землю, даже когда тело истошно кричало. Непривычный вес напрягал ее конечности, но за это она может поплатиться завтра. Этот чейнджлинг не уйдет.

Соратники и улицы проносились мимо, быстро, но не так быстро, как если бы на ней не было проклятых металлических ограничителей из Тартара, которые обычная стража называла доспехами.

Пони впереди нее всегда был вне пределов досягаемости, всегда скрывался за укрытием, когда она могла бы точно выстрелить из рога. Не может быть, чтобы это была не ловушка.

Она послала пульсацию силы по своему рогу — простое заклинание иллюзии. Видимое только тем, кто обладает стандартными иллюзиями защитной брони. Если повезет, там, наверху, найдется пегас, который откликнется.

Чейнджлинг резко повернул. Лайт попытался последовать за ним, но доспехи оказались слишком тяжелыми. Металлические ботинки заскрипели в знак протеста, и из них полетели искры. Она поскакала в сторону, и внезапная остановка отозвалась вспышкой боли, когда она врезалась в стену.

Потребовалось лишь мгновение, чтобы оценить себя. Одного вдоха ей хватило, чтобы продолжить путь. Острой боли нет, кости не сломаны, но завтра под шерстью точно будут синяки.

Она вернулась в устойчивое положение и продолжила преследование. Потрескавшиеся кирпичи свидетельствовали о том, что, по крайней мере, броня защищает лучше, чем обычные строительные материалы.

Поворотов не было, чейнджлинг направлялся в тупик. Теперь ты у меня в руках, жук, — подумала Лайт, но у нее не хватило воздуха, чтобы высказать эту мысль.

Все, что ее встретило, — это заваленный мусором тупик, угасающее кольцо зеленого пламени и рваные обрывки бумаги, падающие из воздуха.

На все и вся было наложено заклинание выявления чейндлингов, даже на выброшенную записку. Ни одна вещь не отреагировала, ни одна вещь не изменилась.

С приближающимся звуком пернатых крыльев она, наконец, подняла в своей ауре "приз".

Светящиеся зеленые буквы, похоже, каким-то образом осквернили клочок бумаги.

> Мы не хотим, чтобы наша пища вымерла. Найтмер Мун вернулась, и, возможно, она замышляет заговор с вашими дворянами.

Рейвилин Лайт опустила голову. Ситуация становилась еще более запутанной.

* * *

## 44.3 Сладостное избавление

* * *

Магия Инсайт дунула на последние угли жизненной силы. Их восстановленное свечение, как раз достаточно яркое для нескольких субъективных часов последнего сна. Секунды физического мира пролетали мимо, каждая из них тянулась настолько, насколько позволяла тренировка Инсайт. Притяжение Вечных Полей всегда побеждало. И все же ее роль заключалась в том, чтобы дать им возможность уйти спокойно, а не кричать и неистово разрывать свою душу на части, сопротивляясь неизбежному.

Все было сказано, послания переданы оставшимся в живых. Инсайт была плечом, на котором можно было поплакать, товарищем, которого можно было обнять, и исповедником, которому можно было высказать все последние сожаления. Она знала его лучше, чем кто-либо из живущих пони, и все, кроме того, что он разрешил, было ее тайной, которую она должна была хранить до конца своего существования.

Молодой пони, впитывающий летние лучи, совсем не походил на исхудавшего старого жеребца, который отдал свою жизнь, чтобы другие могли спастись. Легкая улыбка украсила его мордочку, когда он сделал глоток дорогого коктейля.

Ухо Сильвермена дернулось, прислушиваясь к тому, чего Инсайт никогда не услышит, но многие описывали в своих последних вздохах. Сладкая, неотразимая песня, обещающая вечный покой. Невидимая сила потянулась к душе жеребца, пока что негромко, с просьбой. Загробный мир был вежлив, позволяя ей завершить свой долг, услышать последние слова. Если бы она сопротивлялась, затраты на удержание его здесь были бы значительно увеличены.

Его копыто потянулось к ней, тепло прикосновения почти растрогало, когда оно легло ей на плечо. Он кивнул, в его глазах не было ничего, кроме безмятежного принятия. Инсайт отпустила свою заимствованную магию. Источник старого жеребца разрушился, высвобождая его основную сущность.

Присутствие копыта Сильвермена сохранялось даже тогда, когда последние остатки его формы исчезли. Единственная соринка света устремилась прочь, его душа ответила на зов загробного мира.

"Спасибо", — пронеслось в последнем дуновении морского бриза, когда идиллический сон рухнул. Эти два слова были последним актом его земной магии.

Солнечный пляж исчез, словно его и не было, но Инсайт всегда будет помнить его. Именно здесь Сильвермен сделал предложение Тайгер Лили.

Его жена будет потрясена, но, по крайней мере, она услышит его последние слова. На каждого, кому она помогла сегодня, приходилось не менее дюжины тех, кто ушел в одиночестве. В ней вспыхнул гнев. Если бы не то, что Селестия сделала с Луной, все пони могли бы закончить жизнь спокойно. За каждым ухаживал бы фрагмент Луны, созданный специально для них, идеальный спутник, провожающий их в загробный мир.

Прохладное покалывание тела Тантабуса прижалось к ее боку. Нога и шея более крупного единорога обняли ее. Каким бы простым ни было творение Луны, ему было не все равно. Инсайт прильнула к нему, позволив себе несколько украденных секунд, чтобы собраться с мыслями.

"Куда теперь?" — спросила Инсайт.

Тантабус погладил ее по спине и медленно поднялся. Инсайт последовала за ним, направляясь к своему следующему заданию.

* * *

Уши старшего Тантабуса подергивались. Перед тем как уйти, он погладил Инсайт, оставив ее перед простой деревянной дверью с выгравированным на ней Деревом. Она подняла копыто, чтобы постучать, и портал открылся сам собой.

"Входи", — позвал голос Свит Дримс.

Инсайт направилась внутрь. Ее тантабус, недавний подарок Луны, уменьшенная копия сновидческого творения, шел рядом с ней. Материал самого царства снов, сплетенный с магией Луны, обладал элементарным интеллектом и подчинялся воле Инсайт. Еще одна часть силы Луны, дарованная ей. Он мог принимать любую форму по желанию Инсайт — от посоха, доспехов до нынешней формы пони.

Дерево под ее копытами было реальнее, чем где бы то ни было, с чем она сталкивалась сегодня. Бастион Твайлайт имел твердость, осязаемость, которой не хватало снам, которые могла создать Инсайт. Простое ощущение было скалой, на которую можно было опереться, простой неизменной реальностью после субъективно прожитых лет, когда она была кем угодно и чем угодно, лишь бы ее подопечные обрели покой.

Она была другом, любовником, членом семьи. Делилась драгоценными моментами просто для того, чтобы они могли остаться во снах для тех, кому было суждено их пережить.

Субъективные годы отягощали ее копыта, давили на холку, хотя ее тело все еще сохраняло молодость и бодрость. Как Луне удавалось справляться с этим в одиночку на протяжении почти десяти лет?

Тяжелее всего было тем, к кому она опоздала на помощь, тем, кого ей пришлось убить, тем, чьи души она должна была вырвать на свободу и бросить в загробный мир, пока их не забрало Проклятие. Эта ужасная истина тяжким грузом лежала на ее сердце. Темная магия была единственной вещью в физическом мире, способной испортить или уничтожить душу, и кто-то из пони намеренно выпустил темную магию на свободу.

Ее рог трепетал от заимствованной силы. Она боролась и металась, пытаясь вырваться, как рычащий зверь. Сколько душ было поглощено, которые могли бы спастись, если бы этот тиран не искалечил ее собственную сестру?

Ее копыта сами нашли дорогу в запутанных завалах крыла Луны. Здесь было так много безделушек и сокровенных воспоминаний о ее возлюбленной. Почему это было в Бастионе Твайлайт? Так ли выглядели узы любви между аликорнами, или это было нечто большее? Смогу ли я когда-нибудь стать здесь достойной собственного крыла?

Серебряная магия распахнула дверь, открыв центральную комнату Большой библиотеки. Заваленной неустойчивыми стопками книг.

"Добро пожаловать домой, хочешь чаю?" — воскликнула Свит Дримс.

Дом, это единственное слово, три простые буквы, но так много значащие. Странно, как легко оно стало правдой. Это место приняло ее так же легко, как и голова Кэндис. Несмотря на то, что здесь у нее была дополнительная свобода, она все равно жаждала вернуться в разум сестры. До недавнего времени он был для нее и домом, и клеткой, но она все равно жаждала вернуться, чтобы снова стать второй половинкой своей сестры.

Серая аура пронесла стопки книг, сложенные в главном зале, на один уровень выше и над балконом. Ее глаза проследили за движением. С каких это пор магия Грей может влиять на что-то за пределами ее тюрьмы?

Инсайт пробиралась мимо стен из книг, пока не увидела свою хозяйку. Древние глаза Свит Дрим смотрели в глаза Инсайт. Без единого слова она выразила свое сочувствие и уважение. Дрим вспомнила, что когда-то и она выполняла такую же обязанность. Аликорн с серебряной головой отвела Инсайт в удобное мягкое гнездышко, подальше от летающих надгробий.

"Спасибо. Хотелось бы мне сделать больше. Мне бы не пришлось, если бы Луна не была искалечена своей сестрой". Ее заимствованная магия снова слегка вспыхнула, но она быстро ее умерила.

"У тебя может не быть тела, но и разум, и душа могут устать и поддаться усталости". Крыло Дримс направило Инсайт в угол, где было полно восхитительно мягких подушек.

Все ее тело пело от похвалы, когда она почувствовала облегчение от того, что освободилась от копыт. Крыло Дримс превратилось в роскошное одеяло, окутав ее. Серебряная магия преподнесла чай и печенье. Инсайт прижалась к Дримс, тихонько хихикая.

Дримс одарила ее материнской улыбкой и вернула угощение на стол. Аликорн с серебряной головой возвысила голос в легкой песне, чарующее исполнение пленило ее. Она смыла обиду, успокоив злобу от действия магии Инсайт.

Инсайт ничего не делала, чтобы бороться с тяжелыми веками и навалившимся на нее сном.

* * *

## 44.4 Кислое яблоко

* * *

Эпплджек вздохнула, ее взгляд упал на сидр, который она держала в копытах. Ища мудрость в его глубинах, она не находила ответов. Сегодня был не самый лучший день, и он не подавал признаков улучшения. Кристальный дворец, возможно, и был в безопасности, но эта безопасность давала пони время подумать о том, что было потеряно.

Замок Твайлайт был домом, но не фермой. Уютные запахи и домашняя атмосфера семейного дома давно исчезли. Ферма, семейные деревья — все было вытоптано, уничтожено, а затем сожжено. Уцелело ли хоть одно дерево?

Веселый голос Пинки мог преодолеть все, что она пожелает. Твайлайт сказала "праздник", и кобыла-праздник кинулась на него, как летучие мыши на яблоки.

За короткое время Пинки каким-то образом подняла настроение всех пони. Превратив последствия самого страшного нападения в истории Понивилля в праздник жизни и победы.

Эта кобыла могла заставить всех улыбаться даже на похоронах. Судя по тому, сколько пони выжило, Понивилль пережил это, потеряв очень мало того, что нельзя было заменить со временем и старой доброй тяжелой работой.

Эпплджек сделала долгий глоток сидра. У него были некоторые достоинства, но по сравнению с лучшим сидром из Яблочных Акров он все еще оставлял желать лучшего.

Эпплблум и ее друзья были звездами шоу. Маленькие талисманы неустрашимой непокорности Понивилля против чего угодно или кого угодно, что могло бы поставить его под угрозу.

Возможно, Твайлайт была права насчет этой вечеринки. Но ни за что на свете она не была права, подвергая Эпплблум такой опасности. Как Твайлайт могла гордиться тем, что ее дочь потащила подругу убивать гидру?

На дне ее кружки не было ответов. Она зачерпнула еще. Кожистое крыло пронеслось мимо и сорвало полдюжины. Мерси кивнула Эпплджек, раздавая сидр своим товарищам.

Свободные от дежурства бэт-пони смешались, став самой жизнью вечеринки. Судя по всему, ни один из них не собирался сегодня ложиться спать в одиночестве. Бэт-пони в полуночно-синей шерсти встретил ее взгляд и подмигнул. Его клыкастая улыбка была приглашением, если Эпплджек когда-либо встречала такое.

Тепло коснулось ее щек, и это было не от сидра. "Спасибо, но не сегодня".

Бэт-пони дружелюбно подмигнул и пожал плечами. "Твое дело".

Его спутники потащили его прочь. "Она для тебя слишком крутая кобыла".

"Правда?"

"Ты видел, как она сражается?"

"Нет…"

Эпплджек отвернулась. Ей не нужно было слушать преувеличенные рассказы о ее битвах, она была там. Они говорили о ней так, будто она могла копытом свернуть горы.

Бэт-пони были слишком жестоки, но, слава Селестии, или, в данном случае, Луне, они были здесь. Они пили и веселились, несмотря на то, что не все из их числа выжили.

Спасибо. Она от всего сердца поблагодарила двух храбрых ночных стражей, отдавших свои жизни за спасение Понивилля. Возможно, они услышат ее в вечных полях. Мысль была приятной.

Пурпурное сияние исчезло с подносом с закусками и небольшим бочонком сидра. Его полет прилежно вел обратно к хозяину этой магии.

Твайлайт наблюдала за праздником. На ее мордочке играла улыбка доброжелательной хозяйки, когда она откинулась назад, царственная, самоуверенная, в позе, которая больше подходила для какого-нибудь календаря, чем для того, что могла бы когда-либо делать Твайлайт.

Что ж, теперь она одна. Эпплджек начала свой марш, на ходу подбирая слова. Должен же быть способ вразумить ее.

Хорошее настроение и атмосфера праздника пытались заразить ее, но образ съеденной Скуталу, исчезающей в пасти гидры, не оставлял ее в покое.

Черная красавица, которая так привязалась к Твайлайт, что могла бы стать ее тенью, подняла голову. Ее взгляд метнулся к Эпплджек и остановился на ней. Эмеральд Шейд ускользнула от Твайлайт, легко пробираясь сквозь веселящихся пони и даже не сбиваясь с шага.

Как долго она отрабатывала эту раскачивающуюся блудливую походку? Эмеральд проложила путь прямо к Эпплджек. Не нужно быть гением, чтобы понять, что она намеревается преградить путь Эпплджек. Эта самодовольная кобыла думает, что все здесь принадлежит ей.

"Извините". Эпплджек попыталась обойти живую преграду.

Эмеральд повернулась. Движение было похоже на танец. Она умело преграждала путь своим телом так близко, что их шерсть почти соприкасалась. Было похоже, что она флиртует.

"Зачем тебе нужна моя помощь? В конце концов, я всего лишь блудница, верно?" Шепчущий голос Эмеральд имел шелковистое мурлыканье.

Скольких она заманила в постель таким образом? Была ли среди них Твайлайт? "А я никогда не просила тебя о помощи".

Эмеральд просто продолжала без усилий перенаправлять Эпплджек. Каждая попытка пройти мимо нее, не проходя через нее, заканчивалась тем, что она еще больше отдалялась от Твайлайт.

"Ну, я хочу, чтобы ты знала, я профессионал. Я всю жизнь тренировалась для того, чем занимаюсь. Да, иногда мне приходится быть домашним животным для своей хозяйки, но это меньшая часть моих обязанностей".

Эпплджек остановилась, твердо поставив все четыре копыта. Она встала во весь рост. "Теперь, будь добра, позволь мне пройти".

"Если я это сделаю, ты пожалеешь об этом".

"Это угроза?"

Даже хихиканье Эмеральд прозвучало красиво. "Нет, конечно. Это совсем не в моем стиле. Я пытаюсь помочь тебе".

Это помощь? И все же ты не врешь… — вздохнула Эпплджек, отбросив на время свою угрюмость. "Помочь мне?"

Теплая улыбка расположилась на темной мордочке. "Я ее доверенное лицо. Эмоциональная поддержка. Я делаю все те мелочи, чтобы облегчить ей жизнь, о которых она никогда бы не подумала попросить".

"И почему она тебе доверяет?"

"Просто, я куплена и оплачена. По договору я должна быть ее и хранить ее секреты под страхом смерти".

Глаза Эпплджек расширились. Твайлайт никогда бы не стала… но она все равно не лжет.

"Удивлена?"

"С чего бы. Как она могла?"

"Почему — неважно. Важно лишь то, что меня все устраивает". Эмеральд обошла вокруг, оставив путь к Твайлайт открытым. "Итак, одна из тех мелочей, о которых Твайлайт никогда бы не подумала спросить, — это наш разговор".

Эпплджек скептически приподняла бровь.

"Я знаю, что ты чувствуешь, Эпплджек. Я знаю, что ты злишься на нее. Ты чувствуешь, что тебя предали".

Эпплджек замерла, ее глаза сузились при виде гладко говорящей кобылы.

"Как? Читать пони и предугадывать их потребности и желания — это часть моих навыков. Ты не понимаешь, что такое аликорн. Мало кто понимает. Они — воплощенная сила, созданная для того, чтобы править и защищать то, что им принадлежит".

"И что?"

"Добавь к этому то, что недавно случилось с Твайлайт, и, как ты можешь догадаться, она несколько нестабильна, имеет дело с желаниями и инстинктами, которых нет ни у одного единорога".

"Я знаю, что у нее сейчас не все в порядке с головой".

"Я хочу сказать, что если ты заведешь разговор, который планируешь сейчас, ничего хорошего из этого не выйдет. Сейчас она тебе не друг. Она правительница, заботящаяся о своих пони".

"Что ты хочешь сказать?"

"Что сейчас ты получишь ответ правителя. Если ты подождешь, пока она снова станет твоим другом, ты получишь ответ друга, на который ты надеешься".

"Значит, просто ждать, пока она не будет готова?"

"Я приду и отведу тебя, когда придет время. Этот разговор должен состояться ради вас обеих. Она будет очень сожалеть, если оттолкнет одного из своих самых близких друзей".

"Почему я должна доверять тебе?"

"Потому что ты — Элемент Честности, леди Эпплджек, и я даю тебе слово. Я полностью посвящаю себя служению своей госпоже". И снова не было ни малейшего намека на ложь или обман. Либо эта кобыла была абсолютно честна, либо что-то еще. "А теперь оставь пока все эти негативные эмоции". Зеленая аура протянула элегантный бокал с вином. "Это поможет гораздо больше, чем сидр".

Эпплджек приняла его. На вид это был крепкий алкоголь. Густая жидкость слабо пахла яблоками и растворителем для краски.

"Твое слово, значит, ты с этим справишься?"

Ответное обещание Пинки выглядело совершенно нелепо в исполнении такой ухоженной кобылы.

Эмеральд подняла свой бокал. "За лучшие дни".

"И за тех, кто отдал все, чтобы другие их увидели". Эпплджек пригубила напиток. Слишком сладкая жидкость обжигала, а вкус лишь отдаленно напоминал яблочный.

На мгновение Эмеральд показалось, что она проглотила что-то кислое. Может, у нее был другой напиток?

Она выдохнула. Горло все еще жгло, но мир казался немного светлее. Возможно, она сможет принять участие в вечеринке. Она будет ждать, по крайней мере, до тех пор, пока Твайлайт не возьмет за правило подстрекать Эпплблум к тому, чтобы она намеренно бежала навстречу опасности.

* * *

## 45 Завершающая подготовка

* * *

Ноубл Гид перевел взгляд с грубого деревянного интерьера повозки на далекий горизонт. Голубое небо было девственно чистым. После его маленькой ошибки каждое облако было под подозрением. Слепящее солнце Селестии смотрело вниз, предлагая утешение всем, кто поверит в ее ложь.

Ближе к земле две дюжины его охранников образовали периметр вокруг повозок. Ноубл Гид позаботился о том, чтобы у них было первоклассное снаряжение. Буквально, лучшее, что можно было купить за деньги. Как и все новое, эти силы, к сожалению, не были испытаны. Их происхождение не добавляло ему уверенности. Они представляли собой смесь наемников и тех, кто не соответствовал строгим стандартам королевской гвардии.

После того, как принцесса Твайлайт устроила буйство в Кантерлоте и осудила целую дворянскую семью, работы для тех, кто предлагал свой талант прямого и постоянного решения проблем неэтичным дворянам, стало мало. По крайней мере, это делало их цены доступными.

Повозка сдвинулась с места, его хрупкое тело подбрасывало, как игрушку, на грунтовой дороге. Амортизация сиденья мало защищала его ноющее тело от каждого удара о землю. Это была его собственная вина. Селестия реквизировала все воздушные средства в Кантерлоте на благо нации. Я должен был приказать построить дорогу. Его копыто потерло последнюю рану. Несомненно, завтра под его шерстью появится еще один синяк.

Он медленно вздохнул и оглянулся назад, чтобы посмотреть, как остальные будут преодолевать препятствие, из-за которого его повозка чуть не потеряла колесо. Девять других повозок следовали за его повозкой, каждая из них была нагружена припасами и ремесленниками.

Впереди шли бронированные земнопони. Все, что могло скрывать в себе, за собой или под собой проклятых, тщательно исследовалось, часто с многократным прощупыванием холодным оружием.

Несколько слов, произнесенных охранниками, вызвали нескольких земнопони. С доской на спине и мощными ногами, едва напрягая их, они подняли другие перегруженные повозки. За короткое время каждая из них была перенесена через яму так же легко, как если бы они были пустыми. Их физическая сила… Магия всегда была его предпочтительным решением, его излюбленным инструментом, его мастерски освоенным оружием, но, безусловно, есть что-то, что можно сказать о грубой, жестокой силе.

Он откинул голову назад. Ворчание от напряжения и скрежет доспехов о дерево не были расслабляющим сопровождением его дневных грез. То, что я сделаю со способностями других племен…

Колеса скрипели, перекатываясь по неровной земле. Его глаза снова нашли широко раскинувшееся небо. Если выступление Твайлайт о чем-то говорит, мне придется найти инструктора по полетам… Это не было непреодолимой проблемой. Вопрос был в том, кому можно было бы доверить это дело. Обучение аликорна полетам определенно было бы, по крайней мере, запоминающимся. Ничего такого, что не могла бы решить небольшая магия разума.

Небо было открытым, манящим. Оно дразнило его, подчеркивая его промах в расчетах с Твайлайт. Если бы она не сбежала, он был бы сейчас наверху, а не заперт в этой коробке. Он уже был бы аликорном, и ему никогда бы не понадобились его запасные планы. И никогда бы не было выпущено это Проклятие.

Вдалеке от Кантерлота отделялся воздушный корабль. Его задумчивые движения, медленные и грациозные, совершенно не соответствовали срочности его миссии. Несомненно, он был полон охраны и припасов. Вокруг корабля порхала небольшая стая пегасов, живой экран против любого воздушного вторжения.

Поскольку большая часть страны была заперта, скоро возникнет проблема с продовольствием. В каждом крупном поселении должен был быть дополнительный склад для экстренного использования. Он покачал головой. Большинство из них теперь существовали только на бумаге. Это был такой простой способ сэкономить деньги. По крайней мере, магазины Кантерлота находились под прямым королевским контролем, а не под жадным дворянским.

Он уселся поудобнее, найдя в грубом транспорте все, что мог. Он закрыл глаза. У меня будет долгая ночь.

Он только успел заснуть, как раздался отчетливый звук выстрела из тяжелого арбалета. Его уши дернулись, инстинкты хищника пробудили его к полной бдительности. Его разум потянулся к темной магии, но ничего не нашел.

За первым выстрелом последовал еще один и еще, когда стражники открыли огонь по угрозе.

Его повозка покачнулась. От внезапной остановки он едва не упал со скамьи. Снаружи копыта и крылья пришли в бешеное движение. Доспехи лязгали, оружие бряцало. Повторяющиеся звуки перезарядки тяжелых арбалетов дополняли шум конфликта.

Все закончилось в считанные секунды. Шум короткого боя затих, сменившись четкими приказами, призывающими всех пони вернуться на свои места и приготовиться к отходу.

Ноубл Гид выдохнул, не зная, что сдерживает дыхание. Покалывание силы в его роге отступило.

"Проверь его", — приказал хрипловатый голос. Возможно, старая птица уже не в самом расцвете сил, но его опыт делал остальных гораздо более эффективными и предотвращал, по крайней мере, некоторые глупые ошибки, такие как принятие чего-либо за мертвое только потому, что оно перестало двигаться.

Пока что они сталкивались с ними по одному и по двое. Ничего такого, с чем не могли бы справиться его платные защитники. Проблема была в том, что проклятые, похоже, учились.

Раздавшийся рев припечатал его ухо к черепу. Все его тело отпрянуло назад, укрывшись в "безопасном" месте повозки.

Сердце колотилось в груди, конечности дрожали. Неожиданно его копыто метнулось к рукояти кинжала. Быстрый порез, сильная боль, и его способности будут полностью раскрыты. Нет, я не могу.

Тревожные крики были для его измученных ушей лишь бездумными звуками. Властный голос грифона приказал что-то почти неслышимое сквозь крик монстра.

Рев пламени заставил чудовище замолчать. Пламя продолжалось еще долгую минуту. Воздух стал удушающе горячим, тошнотворная вонь горелой плоти вызвала гримасу на его морде, но он терпел. Когда его слух восстановился, раздался звук сухой рвоты, возвестивший о том, что кто-то поблизости не умер. Как бы ни тревожил он его чувства, он был ничуть не сильнее запаха крови и вырезанных у Твайлайт органов.

Он прижал копыто к своему все еще колотящемуся сердцу. Он усмехнулся про себя. Даже сейчас, когда монстр мертв, его проклятое Тартаром тело хотело убежать, спасаться бегством. Он не стал бы поддаваться простому эффекту страха, как бы хорошо он ни действовал на его инстинкты. Мысленно он выразил свое почтение Найтмер Мун, она была настоящим мастером своего дела. Все в этом бедствии было идеально приспособлено для отвлечения ресурсов и распространения ужаса.

Даже когда его разум успокоился и вернулся под контроль, его слабая смертная плоть все еще требовала, чтобы он бежал, он отказался. Вместо этого он зачерпнул из маленькой склянки несколько капель в свою флягу. Он сделал длинный глоток, слегка поморщившись. В один прекрасный день он найдет что-нибудь, что сделает это снадобье приятным на вкус.

Он высунул голову наружу. Кантерлотская красавица стояла, склонив голову к солнцу, перед неузнаваемой обугленной массой. Ее аура напоминала святую икону, копию метки Селестии, выкованную из самого чистого золота. Рот кобылы двигался в безмолвной молитве. Она делала это над каждым убитым проклятым. Это отнимало время, но просителей не выбирают, а единорог с солнечной и огненной стихией был слишком ценным активом, чтобы от него отказываться.

Она поднялась, все еще выглядя так, словно вышла из спа-салона. Ее юбка из тканого золота мерцала, когда она двигалась. Бардинг обнимал ее, подчеркивая ее привлекательность. Золотая аура заменяла ей шлем, а прямо под рогом красовалась еще одна копия знака Селестии. Ей пришлось выложить целое состояние, чтобы экипировать себя как следует, и, похоже, большая его часть была потрачена на украшения.

Этот единорог стоил той цены, которую она назначила. Даже если она была фанатиком солнца. В некотором смысле, в том, что она оказалась здесь, была вина Селестии. Кобыла была так вдохновлена речью принцессы, что должна была чем-то помочь.

Селестия "благословила" всех, кто пообещал помочь. Это было не более чем согревающее заклинание и ее обычная магия разума, но жеребятам это нравилось. Те, кто был слишком труслив или благоразумен, чтобы подвергать себя риску, откликались на ее призыв. Когда-нибудь ему придется выяснить, как это заклинание действует безотказно.

"Флейм Дэнсер, возвращай свою хорошенькую задницу на борт. У нас нет целого дня", — крикнул грифон резким тоном.

"Да, сэр". Она взобралась на крышу повозки Ноубл Гида. Мгновение спустя бронированное копыто дважды стукнуло по крыше, и повозка продолжила путь.

Несмотря на то, что его охраняла огнедышащая колдунья, копыто натерло место, где скрывался камень чейнджлингов. Она была непроверенной, необученной, и он не чувствовал, что на нее можно положиться. Неважно, насколько ты силен, но если ты не умеешь применять силу, это может стать твоей гибелью.

Он не был беззащитен. Он мог быть в безопасности. Он мог вернуть свою силу. Он покачал головой, молча осуждая себя. Нет, я веду себя как жеребенок. Он выпрямился. Даже если охранники могли лишь мельком взглянуть на него, он все равно должен был играть свою роль, и он ее сыграет.

Он выпил остатки из своей фляги. Это было отвратительно, но алхимия сделала свое дело. В желудке разлилась теплая вялость. Это успокаивало боли и замедляло сердце. Ему не о чем было беспокоиться. Любой проклятой и Флейм Дансер, направившая свою силу, и он умрет.

Подавив страх, он смог ясно увидеть факты. Отчеты были совершенно ясными: защитники Понивилля уничтожили нечисть в этом районе. Так что это должно быть более чем достаточной защитой. И все же, мог ли он доверять этому? Это забытое заклинание полностью вышло из-под контроля. Его творения были достаточно хитры, чтобы притвориться мертвыми или сладкими невинными голосами звать на помощь. Теперь, если бы я хотел максимально усилить ужас и разрушения, вызванные им, я бы заставил скрываться мощных проклятых в местах, которые должны быть безопасными.

Его разум работал над этой проблемой. Все, что могло убить всех его охранников и добраться до него прежде, чем он успеет вырвать камни, подавляющие его магию, было настолько выше его сил, что доступ к этому не спас бы его.

Решив так, он решил, что его разум должен обдумать, каким должен быть его первый указ. Я никак не могу избавиться от других принцесс, пока не разберусь с этой заразой.

* * *

[Изображение: https://cdn.everypony.ru/storage/02/26/12/2023/03/24/a112f32bcd.jpg]

* * *

Караван прогрохотал мимо вывески, на которой простой краской было написано название Колтсдейл. Надо будет выяснить, кто переименовал его в Сейф-Хейвен.

Даже недостроенный, он представлял собой не более чем смесь палаток и остовов зданий. Здесь кипела жизнь. Робкая, испуганная жизнь, которая сжимала в объятиях все, что могло послужить оружием.

На это место даже не нападали, и все же пони здесь были почти парализованы страхом. Он должен был выступить перед ними с речью, превратить боязливых в воодушевленных. Чем лучше выглядело это место, чем больше пони были уверены в своей безопасности, тем больше их приходило, тем больше они доверяли ему.

Мысленно он склонил перед ними голову. Они не знали этого, но каждый из них сыграет свою роль, каждый из них отдаст свою силу ему, самой Эквестрии. Он запомнит их имена, их жертва заслуживала хотя бы этого.

Зазвучал обученный голос Флейм Дансер. Ее слова, бодрящие и благочестивые, заворожили собравшуюся толпу. Обычно Селестия старалась не поощрять подобное поведение. Теперь же она активно распространяла его. Она манипулировала пони, заставляя их с улыбками на лицах отдавать за нее свои жизни. Это было действительно коварно, но, по крайней мере, ему не придется произносить речь.

Ноубл Гид сошел с повозки, посвятив себя “умственному” труду по разгрузке вагонов. Многие пони улыбались и почтительно кивали, но большинство ушей все еще было обращено к импровизированной проповеди Флейм Дансер.

Не нужно было быть гением, чтобы понять, какой эффект она произвела. Уши прижались, головы повернулись. Флейм Дансер шла среди них, выглядя как одна из избранных Селестией с древних иллюстраций. Грация танцовщицы делала ее зрелищем, достойным внимания. Ложная уверенность, которую внушила ей Селестия, распространилась и на других пони.

Вокруг нее солнечный свет казался немного ярче. Его тепло успокаивающе ложилось на шерсть. Только слабый намек на знакомую магию коснулся его, Ноубл не поднял глаз. Подсматриваешь? Ты просто так тщеславна, Селестия? Или Флейм Дансер — нечто большее?

Благодаря ей и припасам, надежда скоро сменит отчаяние и победит страх. Ему нужно было только убедиться, что она не будет мешать, когда придет время. А пока что пропаганда и ложь Селестии могут быть полезны.

* * *

Спустя несколько часов Ноубл Гид отдохнул, хотя бы на несколько мгновений. Не имело смысла, как работники склада могут заниматься этим весь день. Он вытер влагу со лба. Чего бы я сейчас не отдал за выносливость земных пони.

Флейм Дансер грациозно прошлась между усталыми рабочими. Положив копыто на каждого из них, она перекинулась с ними парой слов. Было смешно, как несколько простых слов могли оживить рабочих. По крайней мере, мы можем закончить до заката.

Она подошла к нему, на ее мордочке играла та же нежная улыбка, скопированная у Селестии. Она подошла к нему вплотную, так близко, что тепло, излучаемое ее телом, проникло в его плоть. "Ты хороший пони, Ноубл Гид. Твои деяния здесь станут ярким примером на века". Ее теплое копыто прижалось к нему, и его усталость отступила, смытая приятным теплом.

Он мог только смотреть. Она не зажгла свой рог, он не почувствовал никакой магии. Неожиданно вопрос вырвался у него. "Как?"

"Те, кто служит Эквестрии, получают благословение Селестии". Ее благосклонная улыбка действительно делала ее прекрасной. Кивнув, она спокойно подошла к следующему пони.

Его глаза последовали за ней. Она была артисткой, что Селестия сделала с ней.

"Я думаю, каждый пони может оценить эти фланки", — сказал ближайший к нему рабочий. Он кивнул, не отрываясь от своих мыслей.

* * *

Делать это сейчас, когда рядом Флейм Дансер, было рискованно, но это должно было произойти именно сейчас. Другой возможности побыть здесь у него не будет еще неизвестно сколько времени. К счастью, она крепко спала, и ее охраняли стражники. Защитникам было велено идти к ней и к этой старой птице Гарлу, если ночью появятся проклятые. Все же он ненавидел риск, аликорны не созданы для того, чтобы играть в кости с судьбой.

Темный туннель вел вниз, его тесные рамки были настолько узкими, что он не мог повернуть. Крыша была настолько низкой, что ему приходилось держать голову опущенной, а рог выставлен вперед, словно он был готов использовать его как оружие. Рыхлая земля измазала его шерсть, а несколько прядей гривы зацепились за наспех установленные деревянные подпорки. Бесчисленные мелкие болячки полностью заглушались зельями.

До его носа донесся знакомый запах крови. Он проследил за его источником: драгоценная жидкость стекала по его задней ноге. Вглядевшись в свое тело, он различил щепку дерева длиной почти с его рог, торчащую из его плоти и все еще прикрепленную к деревянной балке, удерживающей землю над ним.

Он вздохнул. "Все одно к одному". Простое заклинание разрезания раскололо ее пополам. Это было лучшее, что он мог сделать, пока не достигнет цели.

Это был не освещенный факелами путь к последней ритуальной камере. Все мелкие неурядицы, которых ему стоили Твайлайт и его собственная непредусмотрительность, стали для него лишь еще одной. Но это был урок, который ему нужно было усвоить, о котором нужно было напомнить. Как бы хорошо ты ни планировал, как бы ни был уверен, что все пойдет по одному сценарию, всегда будь готов к тому, что события могут развернуться в другую сторону, что все пойдет не так.

С каждым шагом, с каждым движением задних конечностей дерево скручивало и разрывало его мышцы. Это было нечто нереальное: даже когда он начал хромать, боли все еще не было. Единственным утешением была тяжесть на шее. При каждом шаге подсумок упирался ему в грудь. Внутри, надежно завернутые в двойную прокладку, лежали лекарства на несколько дней, включая два целебных зелья.

При таком уровне кровопотери у меня есть около получаса. Он зашагал дальше, его шерсть покрывала неприятная сырость.

Наконец, к счастью, пространство вокруг него расширилось. Большая подземная камера была грубо вырублена в земле. Деревянные скобы, державшие крышу, были более чем ветхими, но это не имело значения. Пол покрывала идеально гладкая плита обсидиана.

Он ввалился в камеру, едва не рухнув на бок, вывернул шею и осмотрел свою рану. Это была ужасная рана, усугубленная его путешествием сюда. Большая часть повреждений — внутренние, так что они должны быть скрыты шерстью.

Он положил мешочек на землю, аккуратно вытряхнул его и выложил флаконы и бутылочки. Выбрал два дорогих целебных зелья. Все очищающие заклинания, которые он знал, он произнес над мешочком. Он вынул пробки из обоих флаконов и сделал вдох, успокаивая дыхание. Ему нужно было действовать быстро.

Осторожно его аура извлекла инородное тело, вытащив деревянный шип в воздух. Кровь хлынула наружу, теперь она текла свободно. Его копыто подняло одну открытую склянку, а его магия извлекла половину содержимого другой. Он выпил одну, и его аура заставила сферу с целебной жидкостью проникнуть глубоко в рану.

Без боли ощущение было просто странным. Его аура стянула края раны вместе, а копыто прижало стерилизованный мешочек к ране. Он надавил с такой силой, на какую только был способен.

"Почти разорван куском дерева". Его слова и горький смех разнеслись по ритуальной камере.

Он положил голову на прохладный обсидиан. Прошло полчаса — это все время, которое он мог выделить на то, чтобы рана затянулась. Он выпил остатки лекарства, было еще рановато, но он отчаянно нуждался в жидкости, чтобы восполнить потерянную кровь. Простое заклинание будильника разбудило бы его, когда пришло время.

* * *

Его голова плыла, мысли текли медленно, а мир оставался темным, несмотря на открытые глаза. Его рог засветился, отражаясь от гладкой поверхности камня. "Подготовка к ритуалу". Он кивнул сам себе и заставил себя встать на копыта. Засохшая кровь, запекшаяся на его шерсти, тянула и дергала. Он осторожно освободил мешочек, открыв закрытую рану. Растягивая конечность, она двигалась достаточно плавно, так что этого будет достаточно.

Используя простое заклинание резьбы по камню, он принялся за работу. Его магия создала самый сложный массив заклинаний, который он пытался создать уже второй раз в жизни. С тех пор как он впервые открыл этот ритуал, он навсегда запечатлелся в его памяти. В первый раз у него были недели, а в этот раз — всего несколько часов.

Со всей сосредоточенностью, на которую он был способен, он отбросил все, кроме своей задачи. Каждая линия, каждая отметка была выполнена с предельным совершенством.

Он моргнул, возвращаясь к осознанию, и его состояние транса исчезло. Перед ним были плоды его многочасового труда. Чудесная работа магии и правильные жертвы — вот и все, что требовалось для возвышения пони до аликорна.

Скоро он вознесется. Скоро он сделает Эквестрию своей. Он уничтожит проклятых, покончит с угрозой чейнджлингов и избавится от паразитов, называющих себя дворянами. Все это будет стоить того. Улыбка исказила его украденные черты.

Пройдет совсем немного времени, и он соберет достаточно представителей всех трех племен. Земнопони у него было более чем достаточно, а вот найти пегасов оказалось более проблематично.

Как принцессе Селестии удалось скрыть сотни пони, необходимых для вознесения Твайлайт и Кейденс? Неужели она просто заставила всех пони забыть об их существовании? Забралась ли она на самую высокую башню Кантерлота и с помощью своей ментальной магии подчинила себе весь народ? Могла ли она связаться с солнцем и повлиять на весь мир?

Могла ли она просто заставить исчезнуть целую деревню или маленький городок? Может быть, поэтому в пустыне были дороги, ведущие в никуда, и давно разрушенные здания? Свидетельства тех, кто был принесен в жертву ради возвышения Селестии и Луны?

Могучий зевок вырвался из него, эхом прокатившись по камере. Вся его сила, вся его энергия улетучилась, словно вытекла из него. Шершавая стена была единственным, что остановило его падение. Было бы так заманчиво просто лечь и уснуть.

Его глаза нашли узкий проход, единственный выход из завершенной ритуальной камеры. Он застонал. Как все было бы просто, если бы я мог просто телепортироваться.

* * *

Звездный свет освещал ему путь, пока луна пряталась за облаками. Ночной воздух ласкал его еще влажную шерсть. Его тело дрожало, холод пронизывал до костей. Ведро воды не было для него предпочтительным способом смыть кровь, грязь и каменную пыль со своего тела. По крайней мере, аромат простого мыла был приятен для его носа.

Даже в это время сотни пони все еще работали. Те, кого он нанял, и те, кто недавно переехал. Единороги накладывали заклинания на наспех сложенные глинобитные стены. Пони с арбалетами вглядывались в темноту, бдительно высматривая любую угрозу.

Мимо проносились запахи жареных овощей и жареного сена. Простое желание поесть соблазнило его желудок, даже когда он двинулся дальше.

Пожилой жеребец трудился над резьбой по камню. Из необработанного камня медленно вытесывалась изящная форма аликорна. Каждый удар резца был актом любви. Даже здесь, в месте триумфа Ноубл Гида, он не мог избавиться от образа Селестии.

Он улыбнулся и кивнул, играя свою роль. Он был всего лишь верным слугой Селестии, делающим все, что в его силах, для Эквестрии и ее пони. Или так считал рабочий и, что еще важнее, Флейм Дансер.

Наконец, он добрался до места назначения. Его комнаты были почти не обставлены, а окна и дверные проемы представляли собой простые отверстия в стенах. У него была крыша и было достаточно тепло, так что сойдет.

Сундук, который он принес с собой, выделялся на фоне остального. Его тонкая работа превосходила все на многие мили вокруг.

Как только его аура коснулась его, замок щелкнул. Он быстро взял все необходимое. Выпил еще два зелья, пожевал травы, и все было готово. Ноубл Гид, пошатываясь, добрался до простого матраса на полу и рухнул на него. Это могли быть тончайшие зачарованные перья, а не простой топчан.

Пустота беспробудного сна почти поглотила его, прежде чем его голова ударилась о свернутую ткань, служившую ему одеялом.

* * *

## 46.1 Собираем части

* * *

Правда может быть самой болезненной, гораздо больнее, чем любая ложь или клинок. Твайлайт подвела своих пони. Ее не было рядом, когда они нуждались в ней больше всего. Ее глаза горели. Желчь подступила к горлу. Пони лежали мертвыми — цена за несколько часов непрерывного чтения.

Мягкие крылья Дримс обхватили ее, заключив в ловушку комфорта, которого она не заслуживала. "Не вини себя, это дело рук нашего врага, а не твое".

"Но…" — задохнулась она.

Глаза Дримс были железными, когда они смотрели в душу Твайлайт, даже когда нежное копыто сдерживало ее. "Твои приготовления были единственной причиной, по которой многие выжили. Преданность, которую ты внушала тем, кому помогала, — единственная причина, по которой защитников было достаточно. Твой ученик и твои заклинания на замке спасли Понивилль".

"Пони все равно пострадали, пони все равно умерли".

"Да…" Взгляд Дримс смягчился. "Помни их, всех и каждого, но не зацикливайся на них. Считай только тех, кого ты спасла, тех, кто погиб бы, если бы не ты".

Источники Твайлайт зашевелились, предлагая использовать их. Ее магия могла сделать так много, сейчас больше, чем когда-либо. Возможно, она смогла бы отбить атаку сама… вовремя. Но она не могла быть везде и сразу, испорченные существа не смогли бы победить ее, но они могли замедлить ее настолько, чтобы обойти ее и напасть на других.

Черный фолиант, полный самых извращенных заклинаний Найтмер, сказал ей достаточно, чтобы предсказать действия проклятых. Ее разум прогонял симуляцию за симуляцией, каждый раз изменяя переменные. Маленькие крупицы знаний о поле боя и прагматизма военного времени, которые не принадлежали ей, вкрадывались в расчеты, увеличивая их точность.

Если бы она была там, то либо городские пони были бы храбрее и потеряли бы больше из-за недостаточной осторожности, либо они не вступились бы за город. Еще больше было бы потеряно, поскольку более хитрые из нападавших проскочили мимо нее и проникли в их ряды.

Вывод был неизбежен. Она ничего не могла сделать, чтобы изменить прошлое, и не могла ожидать лучших результатов. Не похоже было, чтобы Старлайт вообще согласилась с этим. Как бы ни было больно, но копыто, полное мертвецов, скорее всего, было оптимальным результатом при исходных переменных.

Настоящий вопрос заключался в том, как кто-то из пони получил одно из личных заклинаний Найтмер Мун. Ни у кого больше не было в голове Найтмер Мун. Неужели все слухи о культах Найтмер были правдой?

Мягкие губы на ее щеке были куда приятнее, чем размышления о врагах. Глаза Дримс были как всегда пленительны, прекрасны, как серебристый лунный свет, отраженный в озере.

"Отдыхай, любовь моя". Крылья Свит Дримс сжались, перья стали самым манящим одеялом. Небесный аромат и тепло, окутывающие ее, были роскошью только для нее. Тяжелые веки медленно закрывали Твайлайт глаза на мир. Она прижалась к теплому телу своей возлюбленной.

Призрачные струнные и деревянные духовые посылали свои чарующие ноты, танцуя в воздухе, когда Дримс начала петь. "Не бойся, моя ночь…"

* * *

Твайлайт шипела. Щетка дернула еще одну прядку. "Почему мы вообще беспокоимся? Это же не влияет на марионетку".

"Разве я могу не насладиться тем, что вижу тебя в лучшем виде, моя Стар?"

Даже несмотря на тяжесть на сердце, оно немного ускорилось, просто услышав эти слова. "Можешь побаловать себя, как пожелаешь".

"И кто теперь искусительница?"

Твайлайт не смогла сдержать улыбку на лице. Кто бы мог подумать, что, проснувшись в любящих объятиях и немного пошутив, можно сделать так много против угрызений совести? "У меня есть дела, которые я должна сделать, моя Дримс". И снова несколько простых слов превозмогли контроль над ее лицом, добавив к ее простой улыбке край лукавой соблазнительности и теплоту в груди. Эти чувства почти как зависимость…. От которой я не хочу избавляться.

Твайлайт наклонилась и мягко поцеловала Дримс в губы. Очаровательное хихиканье и быстрый удар щеткой по мордочке были ей наградой. "Ты?" Твайлайт чуть не скрестила глаза, сосредоточившись на кончике ее мордочки.

"Мы должны привести тебя в приличный вид, принцесса".

"И что это изменит?"

"Больше, чем ты думаешь. Это твое представление о себе, если ты не позаботишься об этом…"

"Значит, чем лучше я буду выглядеть здесь, тем больше уверенности у меня будет?"

Дримс кивнула. "Способность сохранять чувство собственного достоинства здесь очень важна, любовь моя".

"И неопрятная грива".

"Это начало пути, по которому я не позволю тебе идти".

Ворчание вырвалось у Твайлайт прежде, чем она успела остановить себя.

"А теперь позволь мне распутать эту мешанину, и тогда ты сможешь расслабиться и наслаждаться".

Твайлайт закатила глаза. "Да, принцесса".

* * *

Твайлайт покинула свой дом, выйдя из него и оставив Дримс наблюдать за библиотекой. Бесконечные грозовые тучи заполняли небо от горизонта до горизонта.

"И вот ты вернулась?" Найт покоилась на обсидиановой плоскости, которая была связующим звеном с телом Твайлайт, куклой из плоти, которую они разделяли.

Бывшая Найтмер выглядела девственно чистой, каждое перышко и прядь гривы были на месте. Дримс была права, сейчас я бы чувствовала себя очень неловко.

Отполированные копыта Твайлайт уверенно вели ее к Найт. Она присоединилась к ней, чтобы заглянуть в физический мир. Литтл Стар, Эпплблум, Скуталу и Свити Белль укрылись под лавандовым крылом куклы. Рэрити и Эпплджек примостились рядом, завершая окружение жеребят.

На шерсти Рэрити виднелись следы пропущенных пятен крови. Эпплджек была похожа на мумию, поскольку вокруг нее было намотано столько бинтов.

Рейнбоу лежала на кровати. Флаттершай нежно ухаживала за раненой пегаской, несмотря на усталость в каждом ее движении. Каким-то образом кремовая кобыла по-прежнему выглядела прекрасно, даже с тяжелыми мешками под глазами.

Бедняжка Дэш явно опять что-то сделала с крыльями. Красное свечение мерцало над лезвием копыта, все еще прикрепленным к ноге ее верного рыцаря. Артефакт гордо сверкнул, отреагировав на взгляд Твайлайт. Казалось, даже из другого мира он мог чувствовать своего создателя. Ей предстояло это изучить.

Из всех девочек отсутствовала только Пинки Пай.

Найт даже не подняла глаз, прежде чем заговорить. "Твои друзья храбрее, чем я думала".

Твайлайт устроилась рядом с Найт, радуясь, что Дримс настояла на ванне. Она колебалась лишь мгновение, прежде чем расправить крыло и накрыть им Найт. "Спасибо, что была рядом с ними".

Если бы Твайлайт не была аликорном, она бы не заметила минутного сдвига, когда Найт почти склонилась в объятиях. Еще одно доказательство…

"У нас пакт", — холодно сказала Найт, но нежность в том, как их общее тело прижалось к кобылкам, говорила о том, что это еще не все.

Твайлайт нарочито приподняла бровь, как это сделала бы Луна.

"Они достойные спутники… Было бы жаль их потерять".

Твайлайт пришлось побороть желание закатить глаза. "Найт, тебе разрешено заботиться о них".

Глаза Найт смотрели вдаль. "Это только усложняет прощание…"

Твайлайт крепче сжала свое крыло, притягивая Найт ближе. "Нам никогда не придется этого делать, даже если мне придется об этом позаботиться". Вопрос был лишь в том, насколько низко она сможет опустить цену, чтобы сделать это заявление реальностью. Мысли Твайлайт ласкали чудо темной магии, которое она создала всего несколько часов назад. Сколько бы она отдала, на что бы она была готова пойти, если бы это был единственный выход…

"Будь осторожна, моя хозяйка".

"Я думала, мы уже прошли через это".

"Эта тьма в мыслях твоих, она нам не чужда".

Трудно было не принять ее слова близко к сердцу, в конце концов, она была Найтмер Мун. "Ты и Дримс присматриваете за мной".

"А теперь, если ты не возражаешь, я бы очень хотела насладиться объятиями".

Найт взмахом копыта дала согласие. Твайлайт проскользнула сквозь пол. Она взяла под контроль марионетку из плоти и устроилась в уютном объятии со своей дочерью и остальными.

У нее было много дел, но ни одно из них не казалось ей более важным, чем просто остаться здесь.

Знакомые запахи ее друзей и дочери окружали ее. Она нежно погладила Литтл Стар, стараясь не разбудить ее. Мягкие звуки их дыхания и тепло тел вокруг нее были последним доказательством того, что все будет хорошо.

В конце концов, обязанности настигнут ее, а пока она наслаждалась каждым мгновением. Прошло меньше часа, прежде чем ее слух уровня аликорна различил пони, использующих слова, чтобы попытаться обойти охранников снаружи комнаты. Ее вздох привлек сонные глаза Флаттершай.

Самая добрая из ее подруг в данный момент изнемогала от усталости. Может, бедная кобыла и не была бойцом, но она по-своему жертвовала собой, чтобы помочь другим. Потребовалось совсем немного магии, чтобы притянуть Флаттершай к себе и заключить ее в групповые объятия.

Приторный аромат сладкого страха и отчаяния взбодрил Твайлайт. Почему? Она прижалась к подруге, надеясь только утешить ее.

"Отдыхай". Это был всего лишь шепот, но ее подруга заснула меньше чем через дюжину ударов сердца. Найт опустила рог на лоб Флаттершай. Струйка силы заплясала по их рогу. "Пусть тебе удастся найти утешение в своих снах".

Приток магии замедлился, а затем прекратился. Довольная улыбка украсила прекрасное лицо Флаттершай. Твайлайт погладила копытом шелковистую гриву. Спасибо.

Она заслуживает гораздо большего, чем мы, отпугивающие все, кроме самых приятных снов.

Твайлайт зажгла свой рог, замолчала и произнесла полдюжины небольших заклинаний, чтобы спящие пони не были потревожены. Найт растворила их форму в живой тени и извлекла их из теплой и уютной клетки, в которую превратилась куча пони.

Как только ощущение прижатой к ней чужой шерсти прекратилось, Твайлайт захотела ощутить его снова. Их тело изменило форму, и они направились к двери. Сейчас не время.

Глаза Твайлайт нашли ее отражение. Дримс впала бы в ярость, если бы увидела, в каком состоянии ее грива.

Тщеславие?

"Принцесса должна выглядеть соответственно", — процитировала Твайлайт, подражая Рэрити.

Мы прекрасно знаем, просто обычно мы заботимся об этом, и ты даже не замечаешь. Каждая прядь гривы и хвоста Твайлайт распуталась и идеально уложилась.

В дверь раздался отчетливый стук металлических копыт.

Малейшее усилие ее ауры заставило дверь приоткрыться. Там стояла пара ночных стражников.

"Принцесса".

Твайлайт тепло улыбнулась им обоим и присоединилась к ним в коридоре. По наитию, она быстро обняла каждого из них. "Спасибо, что защищаете Понивилль".

После секундного удивления, знакомый жест снял с пары фестралов большую часть формальности. "Принцесса, большинство из нас уедет как можно скорее".

"Могу я спросить, почему?"

Фирменная веселость охранников Луны исчезла. Ее мрачный тон с первых слов говорил о трагедии. "Скверна распространилась. Было послано множество облаков в разных направлениях. Все места, где нет мощной защиты, находятся в опасности".

Жеребец рядом с ней протянул свиток. Извинение на его лице было еще одним предзнаменованием того, что новости будут плохими. К сожалению, ее подозрения оказались верными.

Глаза Твайлайт сузились, когда она прочитала отчет. Список городов, деревень, общее количество жертв и пропавших без вести пони в холодных, безжалостных цифрах превосходило то, что произошло в Понивилле. В ее груди поднялся жар. Пламя, плясавшее в ее гриве, отражалось от хрустальных стен. В глубине ее души раздалось рычание, а зубы сжались от боли.

Неожиданно копыто прижалось к ее груди, и она вдохнула. На выдохе ее тело оттолкнуло копыто. Даже когда она не контролировала себя, волна спокойствия усмиряла пылающую ярость.

Прибереги свою ярость для тех случаев, когда она пригодится.

Найт был права. Твайлайт сделала еще один вдох, и запах паленого пергамента наполнил ее легкие. Простое заклинание восстановило подгоревшие края свитка до первозданного состояния. Воспитание дракона требовало определенных навыков, особенно если вы любили книги и другие легковоспламеняющиеся вещи.

Оглянувшись на ночных гвардейцев, каждый из них встретил ее взгляд с решимостью. В их душах словно горел отблеск огня Новы. Их взгляды обещали праведное возмездие.

Как бы Твайлайт ни ценила их решимость, вопрос заключался в том, что только что произошло? Она чувствовала на них свою собственную магию.

Аликорны ведут, Твайлайт, помни об этом. Найт говорила в их сознании.

Ей даже не нужно было расширять свои чувства. С ее доменом все было ясно: в двух Ночных Стражей вселилась малая толика ее силы. Это было не так постоянно и не так значительно, как превращение в Избранного, но все же это было. Пламя билось в них, как разъяренные мантикоры, но покорно ждало, когда его выпустят на добычу.

Когда ее собственный гнев был под контролем, в нее закралось восхищение. Условный дар силы? — задалась вопросом Твайлайт. Она обязательно посвятит некоторое время изучению этого феномена, когда позволит время.

Пока же было нечто более важное. "Пожалуйста, соберите всю Ночную Гвардию в главном зале перед отъездом".

"Да, принцесса".

Взмахнув крылом, Твайлайт отпустила их. Они отсалютовали и быстро удалились. Их бронированные копыта были слышны еще долго после того, как они скрылись из виду.

Твайлайт повернулась и пошла рысью прочь. "Я не могу позволить им снова идти в бой в таком виде".

Скажи, почему?

"Наша дочь может наколдовать лучшее снаряжение по наитию".

Это правда, но это не значит, что их снаряжение плохого качества. Луна никогда бы этого не допустила.

Приближались шаги копыт. Твайлайт перестала говорить вслух. С тех пор как было создано большинство их снаряжения, прошли сотни лет магического развития.

Ты не можешь дать им оружие, иначе ты сделаешь их своими рыцарями, а качественные доспехи требуют слишком много времени для такого количества пони.

"Хм". Было много вещей, которые могли бы быть приемлемы при таком ограничении.

Пара слуг склонила головы, проходя мимо. Одна несла стопку постельного белья, другая — принадлежности для уборки. Зоркие глаза Твайлайт не могли не заметить выжженную ее собственную метку на деревянном ожерелье на шее более высокого.

Найт продолжал идти в ровном темпе, а не останавливаться и смотреть, как хотелось бы Твайлайт. Это был простой кусок дерева с выжженным на нем изображением, но оно говорило о гораздо большем.

Она покачала головой и продолжила путь. Пока она шла по замку, все больше и больше звуков доносилось до ее ушей. Голоса, как мрачные, так и радостные. Звуки просыпающихся пони, какофония звуков готовящейся еды для сотен пони. Маленькие копытца бегали вокруг, вероятно, играя.

Все это было еще одним напоминанием о том, как сильно изменилась ее жизнь. Замок теперь был полон жизни, весь Понивилль, все пони, которым она дала убежище, теперь называли его своим домом. Когда она только переехала сюда, здесь было бесплодно.

Трижды она уловила, что используется ее собственное имя. "Не волнуйтесь, принцесса Твайлайт защитит нас". Хотя это было правдой, что она защитит их, ее действительно задел тон. Они верили в нее, они верили в нее. В сочетании с тем, что на шее у пони были простые ожерелья с ее меткой, это выглядело так, словно они собирались начать поклоняться ей.

Только Найт остановила румянец на лице, вспомнив о золотом ожерелье с меткой Селестии, которое все еще было зарыто где-то в сундуке. Казалось, целую жизнь назад она была той наивной юной кобылкой, полностью преданной своей Принцессе. Будет ли она теперь иметь пони, так же слепо преданных ей?

Это вполне естественно, что пони почитают нас.

Но…

Пусть они верят в тебя, Твайлайт. Это придаст им сил в темные времена.

Твайлайт ворчала, мысленно создавая свое объяснение, почему неправильно поклоняться аликорнам. Она могла смириться с тем, что ее уважают или что другие склоняются перед ее авторитетом, но чтобы ее считали богиней?

Ты вернула полет бескрылым, сделала сломанное целым и освободила порабощенных. А теперь скажи мне, почему ты не достойна этого, о труженица "чудес"?

"Это была просто магия", — пробормотала Твайлайт.

Вместо того чтобы пытаться заставить их остановиться, стань достойным их, моя хозяйка.

Твайлайт шла молча, обдумывая слова Найт.

* * *

Твайлайт рассеянно поглощала свой завтрак. Лакомство плавало рядом с ней, пока она работала.

Десятки пластин лавандовых кристаллов превратились в форму большой звезды ее знака. Потоки золота и серебра танцевали вместе, формируя силуэт хрустального дворца на каждом из них, прежде чем застыть.

Матрицы магии, которые она создала в одном из них, отразились в остальных. Простой эффект телекинеза должен был стать активной частью. Одна капля ее крови наделяла его ограниченной способностью рассуждать. Любая атака на владельца отводилась, пока у предмета имелись таумы маны.

Острия боевой награды можно было использовать, чтобы взять немного крови, прикрепляя ее к пони. Таким образом, избыточная регенерация маны могла пополнить основной аккумулятор маны, встроенный в кристалл.

Она собрала все медали и положила их в свой внепространственный карман. Выполнив свою задачу, она села поудобнее, на ее губах появилась самодовольная улыбка, и она полностью переключила свое внимание на еду.

Еда была такой простой вещью, но и Найт, и Нова наслаждались каждым кусочком.

Как только она закончила, пришло время начать подготовку к исцелению Кэндис. Когда в памяти всплыло видение обугленного тела капитана ее гвардии, по краям сознания Твайлайт забрезжило чувство вины Новы. Оно было слабым, словно что-то пыталось и почти преуспело в том, чтобы полностью скрыть его от нее.

То ли Найт пыталась сдержать опасное чудовище, то ли Свит Дримс пыталась снять еще одно бремя с плеч Твайлайт.

Ее копыто прижалось к гладкой нетронутой шерсти там, где должно было быть золотое ожерелье. Нова была в ловушке, не видя внешнего мира, который даже не пытался повлиять на нее. Скорее всего, Нова была не более чем клубком вины. А Твайлайт бездумно поглощала закуску, которую бедная кобыла с удовольствием съела бы.

Она не одна, моя Стар. Успокаивающий голос Свит Дримс звучал в ее голове.

Почему-то Твайлайт знала, что песни Дримс были единственным утешением для Новы. Этого не хватало. Воссоздание последней попытки было бы слишком сложной задачей, и в итоге все равно ничего не вышло. Но простая связь, позволяющая Нове видеть и общаться, была бы не столь обременительна.

Твайлайт поднялась и направилась в самую защищенную и охраняемую часть своего дома.

* * *

Твайлайт шла по своей запечатанной лаборатории, вневременной воздух был густым, как сироп. Безопасность здесь была на высоте. Ничто из того, что не было здесь разрешено, не могло ничего сделать, они входили и оказывались в ловушке, пока не освобождались, не ощущая никакого времени. Кроме того, здесь можно было хранить образцы, на которые ей совсем не хотелось смотреть.

Даже не взглянув вверх, ее аура извлекла большую кость, ее магия раздробила ее в порошок, прежде чем она подняла на нее глаза. "Магически проводящая среда на основе кальция" было намного приятнее, чем "одна из костей ноги, которую она телепортировала в рамках своего исследования". Боль от пережитого была вполне терпимой, но дрожь все еще плясала вдоль ее позвоночника. Иметь возможность удалять части собственного тела и не только наблюдать, но и чувствовать их регенерацию.

С каждым днем становилось все труднее и труднее чувствовать себя настоящей пони. Это тело, в котором она прожила всю свою жизнь, которое было ее самостью, теперь было не более чем марионеткой и возобновляемой коллекцией материалов для исследований.

Твайлайт перевернула страницу в своей необычной книге. Нервы и микроскопические кровеносные сосуды добавились в ее мысленный список того, что ей нужно будет сопоставить.

Кэндис уже была Избранной Луны и была совместима с магией аликорнов. Должно быть возможно использовать пересаженную плоть ее марионетки, ее тело, чтобы восстановить разрушенное тело Кэндис.

Убрать то, что слишком далеко зашло, и заменять мышцу за мышцей, пока перед ней не предстанет целая пони. Правильные косметические заклинания могли бы отрастить шерсть Кэндис. Перья придется трансмутировать из перьев самой Твайлайт. Твайлайт потрогала подбородок. Хотя в краткосрочной перспективе это было бы неплохо, ей нужно было бы внести изменения, чтобы шерсть и перья не начали превращаться в цвета Твайлайт с новым ростом. Кэндис, скорее всего, согласится, но это вызовет слишком много вопросов. Ей нужно было изменить дермальные сосочки перьев и каждый волосяной фолликул. К концу этой работы у нее будет по меньшей мере три документа, содержащие новую медицинскую процедуру. Вопрос был только в том, решится ли она опубликовать их?

Она нацарапала пером, составляя списки и собирая все необходимое. Она мечтала о том, чтобы открыть еще одну область исследований. Но может ли это быть использовано не по назначению? Ее статья о рунах заклинаний была использована для того, чтобы обездвижить ее, лишить ее возможности освободиться. Что могли сделать пони со злым умыслом, имея возможность так тщательно переформировать и изменить форму тела пони?

Твайлайт приостановила письмо, пожевав перо. Ее магия и знания вместе взятые могли творить чудесные и ужасные вещи. Как много из ее работы должно оказаться в ограниченном или даже запрещенном разделе архива?

Веселый тон Найт прервал размышления Твайлайт. Знаешь, так пони не становятся аликорнами, Твайлайт.

Я знаю, Найт, но мы должны ей помочь.

Я с нетерпением жду, когда она снова будет в нашем распоряжении.

Твайлайт закатила глаза: Признайся, ты скучаешь по ней.

Ты никогда не услышишь этого от меня.

Твайлайт улыбнулась. Но это не значит, что это неправда. Она закончила приятным смехом. Так какой источник мы должны ей дать?

Найт не колебалась. Земной пони, ей крайне необходимо стать более выносливой.

Твайлайт кивнула. Если бы мы только дали ей это раньше.

В каком-то смысле, даже хорошо, что мы этого не сделали, ее страдания значительно усилились бы, если бы она дольше оставалась в сознании.

Твайлайт изучала полноразмерную схему тела Кэндис, или того, каким должно быть ее тело. Все те точные измерения, которые она с удовольствием делала, наконец-то нашли свое применение.

Один за другим Твайлайт формировала и создавала куски плоти, заменяя ими каждый мускул. Ее аура поднимала их, удерживая на месте над иллюзорной проекцией, стоящей над схемой.

Знаешь, даже с этим ей понадобится время на восстановление.

"Я знаю…" Взяв все лей-линии Кэндис и объединив их с новой плотью, соединяя все с четвертым источником… "И это будет больно".

О, не беспокойся об этом. Я научила ее заклинанию, чтобы справиться с болью.

"Ты превращаешься в большую неженку, знаешь, Найти".

Неправда!

Твайлайт хихикнула. Подобные шутки в такой мрачной комнате были сюрреалистичны. Что бы подумали ее друзья, увидев ее смеющейся в комнате, полной нескольких разобранных трупов?

Она достала глаз и ухо. Какой бы предмет она ни создала, чтобы Нова могла чувствовать мир, они стали бы идеальными базовыми компонентами.

К сожалению, времени не было. На то, чтобы переделать, перепрофилировать и упростить чары, которые она использовала в прошлый раз, уйдут часы. Не говоря уже о его изготовлении. Ей нужно было привести себя в порядок и вручить награды ночным стражам и ополченцам, которые сражались, защищая город.

* * *

Ее чудовищные медицинские принадлежности надежно хранились в безвременном кармане, и Твайлайт наслаждалась ванной. Талантливые копыта Эмеральд сняли напряжение, а душистая вода удалила все намеки на внутренности и запёкшуюся кровь. Эмеральд дважды меняла воду, прежде чем признать ее достаточно чистой, чтобы расслабиться, позволив лавандовому аромату проникнуть в ее шерсть.

Твайлайт закрыла глаза, позволяя времени пролететь незаметно. Когда она была единорогом, каждая потерянная секунда была исчисляемым процентом ее жизни. Теперь, когда она стала аликорном, она могла свободно наслаждаться каждым мгновением. Давящая неизбежность энтропии больше не внушала ей ужас. Она больше не боялась, что может упустить, чего не достичь. Если предположить, что никто ее не убьет, у нее была буквально вечность.

С довольной улыбкой на лице она позволила себе уплыть в теплые объятия ароматной воды.

"Твайлайт?" — Голос Эпплджек вернул внимание Твайлайт к обыденному миру.

"Эпплджек", — улыбка Твайлайт сменилась на приветственную. "Не хочешь присоединиться ко мне?"

Ее подруга на мгновение замешкалась, прежде чем подойти. Она осторожно поставила каждое копыто. Как будто фермерская кобыла боялась нарушить успокаивающую атмосферу.

Эпплджек положила шляпу на стул, а сама скользнула в огромную ванну.

Водяные струйки заструились по шерсти Твайлайт, когда ее подруга улеглась.

Эпплджек удовлетворенно вздохнула, когда зачарованная ванна начала действовать на тело фермерской кобылы. "Ты, конечно, получаешь хорошие вещи".

"Что я могу сказать, быть принцессой имеет свои преимущества".

Эпплджек пошевелилась, чувствуя себя неуютно, несмотря на окружающую ее роскошь. "Твай, мы можем поговорить?"

"Это то, что мы делаем в данный момент".

"Это серьезно, Твайлайт".

Твайлайт вздохнула и закрыла глаза, откинув голову назад. "Эпплджек, ты моя подруга. Если есть что-то важное для тебя, то это важно и для меня".

"Это о том, как мы отправились спасать наших сородичей в Вечносвободный".

"Когда я удерживала тебя?" — вмешалась Найт, взяв контроль над голосом.

"Да".

Я разговариваю со своим другом.

Расслабься, Твайлайт, говори, как хочешь. Я буду просто говорить кусочки, чтобы не дать этому живому детектору лжи узнать слишком много.

"Тебе интересно, почему?"

"Ты сказала зачем, я не согласна с тобой, но ты сказала зачем. Я хочу знать, почему ты мне угрожала".

Найт? Твайлайт не могла сдержать нотку обвинения в своем мысленном тоне. Она знала, что не должна делать поспешных выводов, но Эпплджек никогда бы не солгала, особенно в этом вопросе.

Она собиралась украсть момент у своей младшей сестры.

Проблемы с Селестией?

Я гордилась тем, что они делали, и, возможно, в этом был элемент этого. Эпплджек задушит свою младшую сестру, защитит ее от всего и никогда не позволит ей вырасти в ту кобылу, которой она могла бы стать.

"Ээр, Твайлайт? Ты в порядке?"

Твайлайт подняла голову и посмотрела на подругу. Она смущенно хихикнула. "Да, я в порядке, ЭйДжей, просто у меня много мыслей".

"Твайлайт, я думаю, любая пони может сказать, что это ложь".

Твайлайт погрузилась, опустившись так, что только ее голова была видна над водой. "С чего начать, ЭйДжей, с чего начать. Проще сказать, что я в порядке, но на самом деле я сама себя беспокою".

Эпплджек протянула мощное копыто, и от этого движения по воде пошла рябь. Сильное копыто легло на плечо Твайлайт. Было так странно ощущать силу своей самой сильной подруги и знать, что это ничто по сравнению с тем, на что способно ее собственное тело, подпитываемое силой аликорна.

Твайлайт положила свое копыто на плечо подруги. "Я могу делать поистине ужасные вещи, Эпплджек. Было бы так легко потянуться и разрушить Понивилль. Полностью подчинить разум другого пони моей прихоти или превратить пони, который хоть немного раздражает меня, в комнатное растение".

"Ты боишься того, что ты можешь сделать?"

Твайлайт кивнула. "У меня так много силы, силы, о которой Селестия никогда не говорила мне и не учила меня пользоваться. Добавь к этому то, какой… неуравновешенной я была в последнее время, как мной двигали гнев и желания…"

"Ты не доверяешь себе".

Твайлайт почти молчала. Теснота пыталась сжать ее горло. Неужели в этот момент она навсегда потеряет свою подругу? "Я чуть не убила Кэндис случайно". Ее тон звучал мертво даже для нее самой. Ровные слова не выдали ничего из ее внутреннего смятения.

Глаза Эпплджек расширились, но она сохранила спокойствие и ровный голос. Было похоже, что подруга обращалась с ней как с опасным животным. "Что случилось?"

"Они угрожали убить мою дочь, собирались послать за ней отряд истребителей магов".

На несколько секунд в глазах Эпплджек мелькнуло множество разных мыслей. "Защищать своих сородичей — это всегда правильно, Твайлайт. Но как это может привести к причинению вреда другу?"

"Большинство пони не обладают силой, способной уничтожить половину Кантерлота просто потому, что они вышли из себя… Один только мой гнев, даже ненаправленный, может быть буквально испепеляющим".

"Например, то, что случилось с твоей комнатой?"

Твайлайт только кивнула. Становилось все труднее смотреть, как страх закрадывается в глаза ее подруги, как она опускает уши. Глоток Эпплджек был бы незаметен для обычной пони. Сердце Твайлайт опустилось, и она позволила своей голове опуститься ниже воды. Ей все равно не нужно было дышать. Просто позволила своей магии поддержать еще немного ее существования.

"Эмеральд была права, сегодня она почти как другая пони". Даже сквозь искажение воды приглушенный комментарий Эпплджек достиг ее ушей. Такие острые чувства не всегда были благословением.

Как отреагирует Эпплджек, если узнает правду? Стоит ли рисковать ради того, чтобы больше не лгать подруге? Сквозь поверхность воды Твайлайт смотрела на свою подругу. Честность, один из элементов Гармонии, одна из причин, по которой она вообще стала аликорном.

Голова Твайлайт поднялась из воды. "Эпплджек, ты мне доверяешь?"

О чем ты думаешь, Твайлайт? — спросила Найт.

"Я хочу, Твай…"

Только отсутствие крови дало Твайлайт понять, что кинжал в ее сердце был метафорическим, а не буквальным. "Доверишься ли ты мне? Я даю тебе слово, клятву, что тебе не причинят вреда".

Напряженные глаза Эпплджек смотрели в самую душу Твайлайт. Каждый миг, прошедший без ответа, все глубже врезался в сердце Твайлайт. Неужели это будет последний день, когда она сможет назвать Эпплджек своей подругой?

"Хорошо, Твайлайт". Это были всего лишь два простых слова, но они так много значили.

Твайлайт придвинулась ближе, впустив немного силы в свой рог, и осторожно прижала его ко лбу подруги.

Твайлайт… — предостерегающе произнесла Найт.

Твайлайт отпустила заклинание, ее копыта обхватили и поддержали вес теперь уже обмякшего тела Эпплджек.

Ты должна была сказать мне, что у нас будут гости. Назидательно произнес сладкий голос Дримс.

* * *

## 46.2 Чаепитие у Твайлайт

* * *

Раскат грома привел Эпплджек в полную боевую готовность. Никакой грозы не намечается. Это была ее первая мысль, прежде чем тело сообщило, что она стоит. Теплые объятия душистой ванны исчезли. Вместо этого прохладный воздух ласкал ее шерсть и трепал гриву.

Холодная боль от безжизненного обсидиана внизу пробирала ее копыта. Над ней клубилась масса сердитых грозовых туч, похожих на те, что омрачали землю, уничтожив Яблочные акры. Им не хватало только светящихся глаз. "Я больше не в Понивилле…"

Она мотнула головой влево и вправо. Все, что было вокруг, насколько хватало глаз, — это бесконечные безрадостные просторы. Сомнение, словно камень, образовалось у нее в груди. Твайлайт говорила правду, когда обещала. Что именно она сказала? “Я даю тебе слово, клятву, что тебе не причинят вреда”. Неужели она бросила ее здесь, в безопасности, но в ловушке навсегда?

Эпплджек видела, как магия Твайлайт творит удивительные вещи. Кобыла делала невозможное каждую вторую неделю. Неужели это и есть превращение в камень?

"Привет, Эпплджек". Лавандовый аликорн заговорил у нее за спиной.

"Твай, где…" Вопрос замер на губах Эпплджек. Твайлайт стояла там, но это была не совсем та Твайлайт, которую она знала. Шерсть на каждой конечности была немного другого оттенка. Несмотря на идеальную ухоженность кобылы, она казалась меньше. Под блестящей шерстью ее тело было исхудалым и хрупким по сравнению с той кобылой, с которой она только что разговаривала.

С нерешительным взглядом и приветственной улыбкой Твайлайт отошла в сторону, открыв проем в помещение, напоминающее ее старую библиотеку. "Ну что, ты собираешься войти?"

"Твайлайт?"

Твайлайт кивнула. Мимолетный оттенок сложных эмоций омрачил выражение ее лица, прежде чем она ответила. "Это состояние, в котором меня оставила Селестия, когда… собрала меня". Пурпурное сияние разошлось по ее шерсти, обнажив линию стежков из нитей золотого света, скрепляющих ее, словно огромную лоскутную куклу.

Светящаяся нить требовала внимания. Только легендарное упрямство Эпплджек послужило оплотом против этого и позволило ей снова встретиться с глазами подруги. О, Твайлайт. Ее подруга рассказала им всю историю, но рассказать и увидеть — две разные вещи.

"Не могла бы ты присоединиться к нам и перестать выпускать тепло". Сладкий музыкальный голос доносился из глубины библиотеки. "Чай подан, и если вы позволите ему остыть, я буду разочарована в вас обеих".

Лавандовые уши навострились. "Сейчас буду". Твайлайт направилась туда, слегка подпрыгивая на ходу, и махнула крылом, чтобы Эпплджек следовала за ней.

Эпплджек последовала за подругой, осторожно ставя каждое копыто. Как только ее копыта ступили на живое дерево пола, она сразу почувствовала себя лучше. Она задрожала, когда холод, которого она не замечала, сменился теплом. Даже если бы не энергия, которая текла вверх через ее копыта, по одному только запаху она могла бы узнать Золотой Дуб. Ароматы бумаги, чернил и живого дерева были фоновыми нотами, а ромашка и мед парили над ними.

Живой пульс дерева успокаивал ее. Нет, это было не одно из ее потерянных яблоневых деревьев, но он все еще приветствовал ее силой растений. Покой и спокойное созерцание овладели ее разумом, и она огляделась вокруг. Огромный, как жизнь, Золотой Дуб приветствовал ее, как вернувшийся друг.

Все в этом месте говорило о Твайлайт. Центральная комната простиралась во все стороны, но в основном вверх. Книги и уютные безделушки заполняли почти каждую стену. Со стен свисали лавандовые портьеры, некоторые с тонко вышитыми изображениями знака Твайлайт, другие — с изображениями их величайших достижений, придавая помещению оттенок величественной царственности. Найтмер Мун, Дискорд и Тирек — вот лишь некоторые из них. Каждый из них пробуждал что-то в фермерской душе. На мгновение, меньше чем на миг, она словно вернулась в прошлое, заново переживая это событие.

В отличие от витражного зала в Кантерлоте, другие события заслужили свое место здесь. Первый день Твайлайт в Понивилле. Может быть, я слишком сильно трясла ее копытом… Видимо, их первый гала-концерт был менее важен, чем совместное поедание пончиков после него. Десятки маленьких моментов ценились не меньше, чем спасение мира.

Каждую памятную запись окружали пять деревянных дверей. Ее взгляд остановился на двери с тремя красными яблоками. С деревянной поверхности на нее смотрела ее собственная кьютимарка. Рядом находилось еще несколько дверей, по одной на всех ее лучших друзей, за исключением одной для Твайлайт.

"Твай, где мы?" — в ужасе спросила Эпплджек, осматривая остальную часть главной комнаты. Лестница вела на несколько уровней выше. На каждом из них было еще много книг и десятки проходов, уходящих в неизвестные области. Чтобы дерево-дом выросло таким большим, оно должно быть старше Селестии.

Твайлайт провела их вокруг книжной полки, открыв высокую серебристую кобылу, сидевшую за простым деревянным столом. Обычно встреча с новым пони была обычным событием. За свою жизнь она встречала тысячи пони. На этот раз Эпплджек остановилась, чуть не пропустив шаг. Там сидела, и с помощью серебряной магии поставив на стол пару чайников и приветливо улыбаясь, не какая-нибудь пони. Нет, это был другой аликорн.

"Добро пожаловать, носительница Эпплджек". Красота кобылы была перекрыта только красотой ее голоса. Ее серебристая грива развевалась на легком ветру, как у принцессы Селестии или Луны. Ее глаза сверкали мягким весельем, когда она жестом указала на мягкую подушку. "У вас много вопросов".

Эпплджек наклонила голову в знак благодарности, скорее рефлекторно, чем по собственному желанию. "Прошу прощения, принцесса, но кто вы?"

С чарующим смехом аликорн ответила. "Моя дорогая Эпплджек, я не принцесса. Меня зовут Свит Дримс, и я — хранитель этого места для “моей” прекрасной принцессы".

На щеках Твайлайт появился намек на теплоту. "Прекрати это". Она умоляла, но не смогла скрыть улыбку, которую вызвало это дополнение.

"Твайлайт, разве ты не собираешься жениться на Луне?"

"Да, но, как всегда, Эпплджек, все, что связано с аликорнами, становится… сложным". Твайлайт устроилась на подушке рядом с более крупным аликорном, слишком близко, чтобы эта пара могла быть только друзьями.

"Твайлайт…" Эпплджек сняла свою шляпу и посмотрела на нее. Неудивительно, что ее излюбленный головной убор не предложил ничего лучшего, как сказать это. "Я знаю, что это не совсем мое дело, но не слишком ли ты себя распыляешь? Луна, Кэндис, Эмеральд, и это еще не говоря о твоих… предложениях Флаттершай и Рейнбоу".

Твайлайт потерла копытом затылок. "Об этом, Эпплджек…"

"Нет".

"Нет?"

"Мне это неинтересно".

Рот Твайлайт застыл, полуоткрытый, ее копыто полуприподнялось в противовес. Копыто изменило направление, выполнив замедленный удар копытом в лицо.

"Носительница Эпплджек, мне кажется, ты многое недопонимаешь. Моя Твайлайт…" Идеально ухоженное голубое крыло обняло Твайлайт. "Эта встреча организована лишь для того, чтобы предоставить тебе информацию, в которой тебе было отказано".

"Тебе не нужно ревновать, моя Дримс". Твайлайт прижалась к ней, уткнувшись в шею более крупного аликорна.

Свит Дримс ответила на ласку. "Я сообщу другим постояльцам, что у нас гости". Она грациозно поднялась, крылья задергались, продлевая физический контакт как можно дольше.

Твайлайт наклонилась и чуть не опрокинулась навзничь, как опьяненный любовью жеребец, после того, как Рэрити окинула его взглядом.

"Поговори со своей подругой". Дримс прошептала на ухо Твайлайт. Не может быть, чтобы это не было нарочито громко, чтобы Эпплджек услышала.

Твайлайт кивнула. Ее глаза задержались на Дримс, проследив за тем, как "не принцесса" удаляется. Дримс скользнула за одну из портьер, и звук ее копыт, стучащих по деревянному полу, затих вдали.

Пурпурные глаза повернулись, чтобы посмотреть на Эпплджек. Твайлайт кивнула головой в сторону удобной подушки. Эпплджек устроилась напротив подруги, позволив почти слишком мягкому сиденью частично обхватить ее.

"Итак…" — начала Твайлайт.

Эпплджек ждала. Ее подруга прилагала усилия, не было необходимости торопить ее. Она улыбнулась, поддерживая эту удивительно здравомыслящую версию своей подруги.

"Я должна была подготовить презентацию. У меня даже нет подсказок…"

"Твайлайт, я твоя подруга, верно?"

"Конечно, с чего бы тебе вообще об этом спрашивать?"

"Дело в том, что мы не группа модных ученых или что-то в этом роде. Просто говори, просто скажи мне, что происходит".

"В этом и был смысл того, чтобы привести тебя сюда".

"Так куда именно “сюда”?"

"Это мой Бастион, моя душа и внепространственное пространство, закрепленное на…"

"Твайлайт…"

"Точно, извини".

"Так ты хочешь сказать, что все это — твоя душа?"

В глазах ее подруги плескалась нерешительность. Легкий наклон ее головы и подергивание ушей отмечали ход ее внутренних дебатов. "Да, все это место — часть меня. Бастион — одно из преимуществ становления бессмертным аликорном".

"Значит, у тебя появился свой собственный дом вдали от дома? Я понимаю, почему ты выбрала это. Ты очень скучала по своей старой библиотеке".

"Да, скучала". Копыто Твайлайт потерлось о деревянный пол. "А Большая Библиотека Золотой Дуб даже лучше оригинала".

"Она прекрасное старое дерево".

Копыто Твайлайт прижалось к ее груди. Оно двинулось вниз, затем вернулось в исходное положение и повторило движение. Каждый раз прослеживая одну и ту же прямую линию.

"Ты в порядке, Твай?"

"Да, просто не знаю, как ты отреагируешь".

"Твай, мы же друзья. Я обещаю". Эпплджек держала взгляд Твайлайт, позволяя каждой унции поддержки и доверия проявиться. "Я выслушаю тебя, прежде чем что-то делать".

Ее подруга кивнула. "Ты знаешь, что аликорны… бессмертны?"

"Ну. Теперь знаю"

"Они не начинают такими". Твайлайт помахала копытом. "Обретение бастиона — это тест на успешность, чтобы понять, станешь ты бессмертным или нет".

"Ну, ты прошла… так почему такой взгляд?"

"Ты проходишь, если не умираешь".

"Пардон?"

"С тобой должно произойти что-то, что убьет тебя, и вместо того, чтобы умереть, твой разум, твоя душа и все, что ты есть… меняется. Ты либо построишь свой бастион… либо потерпишь неудачу и обретешь забвение".

"Ну, когда ты когда-нибудь проваливала тест, Твайлайт?"

Твайлайт фыркнула с горьким юмором. "Большинство тестов не так болезненны…" Веселье угасло, в ее глазах мелькнула тьма. "И не такие страшные".

"Что случилось?"

Копыто Твайлайт снова проследило ту часть ее груди. "При правильной подготовке выживание на “тропе” становится более вероятным, но оно никогда не гарантировано, никогда не стопроцентно".

Ни одно слово не было ложью. У Эпплджек пересохло во рту, ее язык боролся со словами, прежде чем, наконец, выпустить их. "Итак, принцесса Селестия…"

Твайлайт кивнула. Этот простой жест был окончательным. "Убила меня, чтобы узнать, смогу ли я стать бессмертной".

"Я знаю, что ты не лжешь, но в это все равно трудно поверить".

"На моем… теле все еще виден шрам, последний, который у меня когда-либо будет. Теперь я бессмертна, и все, что меня не убьет, полностью заживет, если дать мне достаточно времени".

"Итак, принцесса Селестия пыталась убить тебя, а ты просто смирилась с этим?"

Твайлайт постучала копытцами друг о друга. "Я понимаю. Чем быстрее будет проведено испытание, тем больше вероятность успеха. Есть также маленький факт, что неудача означает, что весь магический потенциал, заложенный в пони, в данном случае во мне, будет… разрушительно высвобожден".

"Разрушительно высвобождается?"

"Я бы взорвалась, уничтожив все вокруг себя… что с моими таумическими резервами тогда, могло бы превратить весь Понивилль в дымящийся кратер".

"Значит, другие аликорны…"

"Да… все, кроме Фларри Харт".

"Ты хочешь сказать?"

"Да… в какой-то момент, либо в запланированном ритуале, либо просто в жизни, произойдет нечто, что должно ее убить. Если ей не повезет и она не обладает сильной волей, она взорвется в ослепительной вспышке магического потока, дезинтегрирующего все, что находится рядом с ней".

"Это…"

"Опасность вступления на путь бессмертия, я рассматриваю альтернативные варианты". Ухо Твайлайт дернулось. "Дело в том, Эпплджек, что Селестия сделала все возможное, чтобы дать мне лучший шанс выжить, лучший шанс стать равной ей".

"Тогда почему такой затравленный взгляд?"

Лавандовое копыто снова потерлось о грудь Твайлайт. "Я не понимала, что происходит. Она связала меня и вогнала в меня ритуально подготовленный клинок". Ее голова наклонилась вниз, глаза закрылись. "Я была напугана, я не понимала, что происходит, я умоляла, я просила, и все же она…"

Эпплджек обхватила копытами свою подругу еще до того, как та поняла, что решила двигаться. Тело Твайлайт содрогалось от эмоций, пытавшихся вырваться из-под рушащегося контроля аликорна.

Из ниоткуда тепло окружило Эпплджек, перья почти щекотали ее шерсть. Огромное голубое крыло обхватило их обеих. Через секунду Твайлайт расслабилась в двойном объятии.

Шепот Дримс коснулся левого уха Эпплджек. "Теперь ты знаешь, почему Селестия не является моей любимой кобылой".

Тихий смешок пронесся по телу Твайлайт, прежде чем она вздохнула. "Не знаю, почему я позволила этому беспокоить меня…"

"Твайлайт, я ждала, что ты объяснишь, кто мы…" — ласково укорила Свит Дримс.

"Точно, извини". Твайлайт подняла голову и осмотрела окрестности. Взгляд Эпплджек последовал за ней, и она заметила двух пони, которые стояли рядом с Твайлайт и Дримс, вырвавшись из объятий.

После того, как теплое одеяло крыльев исчезло, комфортный приятный воздух казался холодным. Эпплджек не обращала на это внимания, отказываясь дрожать, глядя на вновь прибывших. Самая высокая из них была еще одной Твайлайт, если бы Твайлайт тренировалась и имела крылья летучей мыши в комплекте с клыками и кошачьими глазами. Другая была Кэндис, но без крыльев и с рогом на голове.

"Кэндис, ты в порядке?" — спросила Эпплджек, едва заметив звук текущей жидкости.

В глазах единорога вспыхнули надежда и беспокойство. Она медленно покачала головой и пробормотала. "Я не Кэндис".

Дримс налила чай, и расслабляющий аромат ромашки усилился. Мгновение спустя намек на дом достиг ее носа. Нотка теплых сладких ароматов яблок чуть не вызвала слезы на ее глазах. Быстрый взгляд обнаружил благосклонную улыбку Дримс, а в чашке, налитой для нее, был чай другого цвета.

Твайлайт прочистила горло. "Эпплджек, позволь представить тебе Найт, сестру Свит Дримс".

"Эпплджек". Вторая Твайлайт царственно кивнула. Ее прищуренные глаза словно пронзали душу Эпплджек.

"Привет"

"И Инсайт, близнец Кэндис" — продолжила Твайлайт.

Инсайт кивнула. "Носительница Эпплджек. Рада познакомиться с тобой".

"Я сочувствую тебе в том, что случилось с Кэндис".

Знакомая боль затуманила глаза Инсайт, хотя она улыбнулась и кивнула, принимая соболезнования. Когда страдает семья, всегда кажется, что не хватает частички тебя самого.

Выражение лица Твайлайт поникло. Чувство вины за то, что она сделала, затянулось, подавляя ее первые попытки продолжить. Она глубоко вдохнула, как будто собиралась закричать, но вместо этого медленно выдохнула. Выражение ее лица успокоилось, и на смену ему пришло хрупкое спокойствие. "Теперь мы должны представить еще двух пони. Первая — Нова". Снизу донесся звук ударов по полу. "Она говорит “привет”".

"Твай, почему она в подвале?"

"Потому что, как и следующая пони, она в ловушке магии Селестии".

После всего услышанного, как мне снова смотреть на Селестию прежним взглядом?

Дримс суетилась, направляя Найт и Инсайт на свои места. Инсайт на мгновение задержалась, проходя мимо Эпплджек. "Я знаю этот взгляд, Эпплджек". Кобыла встретила взгляд Эпплджек. "Ты больше никогда не сможешь смотреть на Селестию так же, потому что увидишь правду, которая скрывается за пропагандой".

Серебристая аура откинула одну из портьер. За ней, резко выделяясь, как апельсин в яблочном пироге, оказался запутанный клубок шипованных и зазубренных золотых цепей. Каждое звено светилось солнечным сиянием. Как солнце, свет согревал шерстку Эпплджек, но, как и солнце, они были слишком яркими, чтобы на них смотреть.

"О, прости". Рог Твайлайт засветился, и блеск исчез.

Спокойно глядя прямо на нее с ничего не выражающим лицом, стояла другая Твайлайт, серая, почти однотонная. Она была немного выше, с рогом, но без крыльев.

"Это Грей, как и Нова, она… магически созданная дочь оригинальной Твайлайт".

Эпплджек кивнула. "Привет".

Рог Грей зажегся, и перо заплясало по листу бумаги, прежде чем лист подбросили вверх.

> Один раз: Я приветствую вас, леди Эпплджек.

Слишком много "Твайлайт". Такое впечатление, что вы напортачили с зеркальным бассейном, — подумала Эпплджек.

"То, что Селестия искалечила Грей, стоило ей голоса". Магия Дримс перенесла свежую чайную чашку и тарелку с бутербродами с маргаритками к выложенному деревом отверстию сквозь клубок цепей. Грей кивнула один раз, выражение ее лица застыло, когда серая магия сменилась серебряной Дримс.

"Итак… Твайлайт, я хочу спросить, почему ты держишь в секрете своих друзей и родственников?"

"Об этом…" — начала Твайлайт.

"Все просто, Селестия попытается навлечь на нас смерть, если узнает о нас". Найт сказала это так просто, как будто утверждала, что небо голубое. Теневая магия подняла ее чашку, и она почувствовала ее аромат. Ее глаза полузакрылись от наслаждения.

"Я не вижу, чтобы Селестия убивала кого-то из пони".

Глаза Твайлайт вдруг нашли стол невероятно интересным.

Найт вздохнула. "Ты знаешь, что она была счастлива убить шесть пони, чтобы создать Твайлайт?"

Крыло Дримс снова обрело свое место вокруг Твайлайт. "Селестия — большее чудовище, чем любой враг, которого ты победила, Эпплджек".

"Она сделала только то, что должна была".

Показались клыки, лицо Найт исказилось в рычании. "Что она должна была сделать?"

Твайлайт протянула копыто, положив его на холку Найт. В ответ Найт оскалилась. Это длилось всего несколько секунд, а затем рассеялось под обеспокоенным взглядом Твайлайт.

Мордочка Найт разгладилась. "Мы просим прощения за отсутствие приличий, это неподобающе для нас".

"Все в порядке. Спасибо, Найт". Твайлайт улыбнулась своей ночной коллеге.

"Нас беспокоит, как ты можешь так прощать ее".

Выражение лица Твайлайт снова сбилось. "Теперь, когда у меня было больше времени подумать об этом, проблема возникла не из-за ее намерений. Это ее суждение".

Глаза Дримс напряглись, не было сказано ни слова, но в этих глазах читалось более глубокое осуждение принцессы Селестии, чем даже в глазах Найт. Что-то похожее, но гораздо более холодное, проглядывало в горьком взгляде Грей. Уши Инсайт прижались, тело напряглось, она переступила с ноги на ногу, словно ожидая драки.

Что происходило с этими пони? Что сделала Селестия? Честность практически кричала ей, что все их реакции, все их эмоции были искренними. Это было не шоу, не обман или уловка.

"Сэндвич с яблоком и цветком бузины?" Голос Дримс разрушил круговорот мыслей Эпплджек. Перед ее мордочкой левитировали два ломтика тонкого хлеба с безошибочным ароматом сладчайших яблок с фермы.

У Эпплджек потекли слюнки, когда она увидела перед собой не сезонное лакомство. Взмахнув копытом, она приняла его, оглядываясь по сторонам. Стол теперь был полон угощений, как соленых, так и сладких. Найт копалась в каком-то неизвестном пирожном, с царственной позой, но с полузакрытыми глазами, наслаждаясь каждым кусочком.

Ароматы поглотили чувства Эпплджек уже после первого кусочка. Беспокойство, напряжение были сняты дружеской тишиной и вкусной едой. Крыло Дримс легонько поглаживало Твайлайт, пока она смотрела на остальных, наслаждавшихся угощением.

Через несколько минут Твайлайт кивнула Найт. Найт вздохнула, но кивнула в ответ. "Леди Эпплджек, мы просим у тебя прощения за…"

Твайлайт сделала жест копытом.

"Я обошлась с тобой сурово, я говорила неразумно, когда ты всего лишь хотела защитить тех, кто принадлежит твоей крови".

"Э… Спасибо за извинения и все такое, но мы никогда не встречались".

"В то время именно мы властвовали над телом".

"Что?"

"Моя сестра говорит, что в то время она управляла телом Твайлайт", — сказала Дримс.

"Что!"

Выражение лица Твайлайт было образцом спокойной серьезности. Она аккуратно опустила свою чашку, поставив ее на блюдце. "Эпплджек, я привела тебя в свой Бастион, чтобы показать тебе правду. Оба наших физических тела все еще находятся в кристальном замке".

"Так это похоже на сон?"

"Не совсем. Это пространство очень реально, это пространство, где все, что нужно, чтобы быть твердым — это разум".

"Но оно кажется таким реальным…"

"Это потому, что так и есть, дорогая Эпплджек", — добавила Дримс.

Твайлайт кивнула. "Физические предметы можно даже приносить сюда и хранить…" Она подняла голову, словно собираясь начать лекцию, полную сложных терминов и слов, которые могла понять только она. Вместо этого она сделала паузу. "Мы немного отклонились от темы. Я знаю, что это звучит безумно, но иметь несколько личностей — это нормально для Аликорна".

"Это то, что имела в виду Эмеральд?

"Полагаю, да. Что она сказала?"

"Что мне нужно подождать, чтобы поговорить с моим другом".

Три аликорна посмотрели друг на друга. Несколько секунд между ними длилось молчаливое общение. По негласному соглашению, Твайлайт заговорила за всех. "Дримс — мой щит, хранитель моего Бастиона и страж моего разума. Найт — мой меч, защитник и мститель моих пони. Как уже было сказано, Нова и Грей — дочери Твайлайт, созданные ее заклинанием".

"А ты?"

"Я — Твайлайт, лоскутное творение Селестии, которую ты впервые встретила, когда я проверяла угощения для летнего праздника солнца все эти годы назад. И я надеюсь, все еще твой друг?" Серьезные пурпурные глаза смотрели с лица Твайлайт.

"Это слишком много, чтобы принять", — начала Эпплджек.

Уши Твайлайт начали опускаться. "Я понимаю…"

"Ничего подобного, Твай, мы все еще остаемся друзьями. Ты доверяла мне настолько, чтобы поделиться всем этим. Думаю, мне понадобится время, чтобы привыкнуть".

Твайлайт улыбнулась. "Спасибо".

"Я все еще думаю, что ты должна была рассказать мне раньше".

"Я знаю…"

"О чем ты мне не говоришь?"

Дримс наклонила голову и посмотрела на Найт, глаза которой сузились в упреке. Твайлайт просто кивнула, ободряюще улыбнувшись и умоляюще посмотрев на своего ночного двойника.

"Хорошо, Твайлайт, но последствия этого выбора — твои. Я умываю копыта от любых последствий".

Твайлайт серьезно кивнула.

"Причина, по которой тебе не сказали, в том, что я этого не позволила".

"Почему?"

"Я не хотела превращать тебя во врага". Глаза Найт изменили цвет на знакомый бирюзовый. "Разве мы недостаточно царственны?" Голос был совершенен.

Кровь Эпплджек превратилась в лед в ее жилах. "Найтмер Мун". Она попыталась встать, попыталась подняться, но тяжесть давила на ее конечности. Она посмотрела вниз, ее собственная тень змеилась вокруг ее конечностей, как цепи.

Самодовольная улыбка показала клыки, когда Найтмер Мун отвесила легкий поклон. "Мир, Эпплджек, у нас с Твайлайт есть соглашение, которое включает твою защиту".

"Твайлайт, как ты можешь ей доверять. Она же Найтмер Мун, ради Селестии". Эпплджек стояла на копытах, медленно отступая от одного из величайших зол в Эквестрии.

"Она спасла мне жизнь, а также является матерью Литтл Стар".

"Что? Мать, как?"

"Найт стала частью меня с тех пор, как мы победили ее".

"Что тебе удалось только потому, что я тебя недооценила".

Твайлайт высунула язык. Это было смешно, это было по-жеребячьи видеть, как пара аликорнов препирается, словно семья. Поднятое копыто Дримс не смогло скрыть ее смех.

Найт закатила глаза и покачала головой. "Как и ты, Эпплджек, я ценю семью", — прищуренные глаза устремились на Эпплджек. "Мы защищаем своих сородичей".

Стук копыт по деревянному полу заставил Эпплджек на мгновение осознать, что это был звук ее собственного бегства.

Найтмер хихикнула. "Если бы Мы желали тебе зла, Эпплджек, ты бы ничего не смогла сделать, чтобы отсрочить свою участь". Она наклонилась вперед, как хищник, готовый нанести удар.

Бух.

Плюшевая подушка, которую освободила Эпплджек, врезалась в самодовольное лицо Найтмер, окутанное серебряным сиянием.

Дримс озадачила: "И ты удивляешься, почему тебе трудно найти друзей?"

"Почему ты…" Найтмер была прервана второй подушкой замедленного действия, окутанной пурпурным свечением, и присоединилась к атаке. "Что это за предательство?"

Твайлайт захихикала, перепрыгивая через стол и бросаясь в драку, а вторая подушка, удерживаемая копытом, была готова "поразить" Найтмер.

"Жеребята". Тон Дримс был полон презрения и привязанности в равной степени. Она использовала свою магию, чтобы быстро спасти чайный сервиз, когда Найтмер взревела, отбивая Твайлайт своей подушкой, и стол был отправлен в стену махнувшим крылом.

Эпплджек отпрыгнула назад, уклоняясь от битвы. "Что за сено?"

Серебряный свет вернул столик и поправил его на безопасном расстоянии. Через несколько мгновений прохладительные напитки были снова на месте. "Хочешь добавки, Эпплджек? Инсайт?" — спросила Дримс, элегантно подняв чайник, словно на другом конце комнаты не происходила драка подушками, способная сравнять с землей здания.

Инсайт только кивнула: "Спасибо, Дримс".

Эпплджек вздохнула. "Это нормально?" — Последние остатки адреналина улетучились из ее тела, и сердце успокоилось и стало медленно, но мощно биться в груди.

"Моя Твайлайт все еще открывает для себя, кто она", — сказала Дримс, наполняя три чашки. "До своего вознесения она была лишь безвольной марионеткой, порабощенной каждым словом Селестии".

Подойдя рысью, Эпплджек села на корточки и взяла свою чашку. Вдалеке жестокий удар отправил Твайлайт в полет. Она взмахнула крыльями как раз вовремя, чтобы избежать шквала мягких предметов. Эпплджек заменила шляпу своим свободным копытом. Только в Понивилле, — подумала она, наслаждаясь еще одним вкусом превосходного яблочного чая.

"Что именно ты имеешь в виду, под марионеткой?" — спросила Эпплджек, делая еще один глоток.

"Твайлайт была создана, чтобы стать “верной ученицей” Селестии, ее инструментом, ее агентом и носителем Элемента Магии". Дримс попробовала свой чай, на мгновение закрыла глаза, наслаждаясь вкусом, и продолжила. "Ей было велено отзываться на имя Твайлайт и считать, что Найт Лайт, Твайлайт Вельвет и Шайнинг Армор — ее семья. Ей сказали приехать в Понивилль, чтобы завести друзей".

Эпплджек опустила чашку. Холодок поселился рядом с ее сердцем. Каково это — узнать, что ты не тот, кем себя считал? Одно дело, когда пони узнает, что их усыновили, но узнать, что тебя сделали копией, вещью, которую можно использовать?

Горло Эпплджек сжалось. Ей сказали завести друзей… Как бы ни было больно задавать этот вопрос, она должна была знать. "Была ли наша дружба ложью?"

"О, нет, дорогая Эпплджек, никогда так не думай". Ваша дружба — это то, что позволило Твайлайт стать настоящей пони, то, что позволило ей стать той прекрасной кобылой, которой она является сегодня". Взмахнув крылом, она указала на пять дверей. "Ты и другие девочки так много значите для нее, что у вас буквально целое крыло в этой библиотеке. Каждый момент, который вы когда-либо делили с ней, с любовью записан для вечности".

На щеках Эпплджек появилось немного тепла, когда ее глаза нашли ее собственную кьютимарку, гордо красующуюся на одной из дверей.

"У Селестии есть статус, у Луны — картины, а у Твайлайт — книги в ее библиотеке. Тебе, дорогая Эпплджек, посвящены целые разделы".

Да, Найтмер выглядела свирепо, но было очень трудно воспринимать любую пони как серьезную угрозу, провозглашая страшные угрозы на старом понише и размахивающую подушками, как смертоносным оружием.

"Знаешь ли ты, почему Найтмер Мун…"

"Найт", — поправила Дримс.

"Хорошо, почему Найт помешала мне помочь сестре?"

"Проблемы старшей сестры".

"Что ты имеешь в виду?"

Дримс несколько секунд наслаждалась чаем. Тонкие наклоны ее головы и движения ухом были похожи на вращение шестеренок, пока она обдумывала свой ответ. "Сестра… Селестия была властной во многих отношениях. Ее слово было законом, ее путь — единственным путем. Если бы ты вмешалась, да, ты бы показала свою преданность защите младшей сестры". Дримс поднял голову, серебряные глаза заставили Эпплджек замолчать. "Но тем самым ты бы разрушила ее самоуверенность. Ты бы сделала еще одну вещь, чтобы спрятать ее в своей тени, чтобы сделать ее зависимой от тебя".

"Но они сражались с гидрой!"

"И она была побеждена, у нее не было ни единого шанса".

"Но…"

Кончик крыла Дримс прижался к губам Эпплджек. "Чтобы успокоить тебя, Найт была готова вмешаться. Меньше чем за мгновение она могла бы покончить с угрозой".

С успокаивающим чаем и спокойным тоном Дримс было трудно, очень трудно оставаться раздраженной случившимся. Оставался последний спорный момент. "Но она угрожала мне".

"Ну, да, она все еще учится".

С той стороны, где сидела Инсайт, донеслось тихое мурлыканье.

Эпплджек понадобилось несколько секунд, чтобы понять, на что она смотрит. "Почему ты гладишь детеныша тантабуса?"

* * *

Вкус последнего кусочка яблочно-сливочного бисквита остался на языке Эпплджек. Теплая вода окутывала ее, а ароматические масла наполняли нос. Нежная сила держала ее, не давая опустить голову под воду. Твайлайт, или тот, кто скрывался за ее глубокими глазами, прижимал ее к себе.

Пурпурные глаза превратились в прорези. "Теперь ты нас понимаешь". Найтмер Мун спокойно посмотрела в глаза Эпплджек.

Сердце Эпплджек оставалось спокойным. Ни капли паники не плясало в ее голове, но сомнения были. Несмотря на пример Твайлайт, Дримс и даже Инсайт, все равно было трудно доверять кобыле, которая когда-то хотела покончить с миром.

"Так вот почему принцесса Луна все время использует “мы” и “нам”?"

"Так началось королевское Мы".

Зрачки Твайлайт вернулись к нормальным круглым глазам, а радужка — к привычному пурпурному цвету. "Учись чему-то новому каждый день". На мордочке ее подруги появилась довольная улыбка.

"Твайлайт?"

"Кто еще? Мы можем использовать глаза, чтобы ты знала, кто говорит, когда мы наедине, но в остальное время тебе придется догадываться".

Глаза снова изменились, превратившись в лужи красивого серебра. "Хотя, дорогая Эпплджек, если ты будешь внимательна, я не сомневаюсь, что ты сможешь определить, кто есть кто".

Эпплджек кивнула. Теперь, когда она знала, что имеет дело не с одной пони, многие вещи приобрели гораздо больший смысл. Твайлайт не сходила с ума, как она боялась. Нет, просто иногда она уходила на обед, читала книгу или обнималась с Дримс в своем Бастионе, вместо того чтобы обращать внимание на реальный мир.

Пренебрегала ли Твайлайт своим долгом? Их дружбой? Эпплджек покачала головой, проясняя ее. Это была проблема дружбы на потом. Ее подруга доверяла ей. Она вздохнула и продолжила. "Кто еще знает?"

"Полагаю, Селестия знает, может быть, некоторые историки…" — начала Твайлайт.

Забавная ухмылка, а глаза вспыхнули серебром. "Я полагаю, она имеет в виду нас, а не то, как началось “Королевское Мы”".

"О… ну…" — Твайлайт вернулась. "Кейденс, Луна, Кэндис, а теперь и ты".

"А что насчет Эмеральд?"

"Она знает кое-что из этого".

"Значит, я должна держать это в полном секрете".

Торжественный кивок и взгляд кошачьих глаз. "Если ты не хочешь гражданской войны, то да".

Воспоминания о дуэли Луны и Твайлайт нахлынули на нее с той силой и жестокостью, которую они проявили. Их поход в Вечносвободный, чтобы спасти Эпплблум, случайная смертоносность Найт. Какой была бы война между аликорнами… Эпплджек могла бы счастливо жить, так и не узнав ответа на свой невысказанный вопрос.

* * *

## 47.1 Подготовка к звездопаду

* * *

Крылья Луны лениво бились, эффективных движений было более чем достаточно, чтобы удержать ее в парящем состоянии. "Мои сестры — боевые маги на месте?" — спросила она, несмотря на то, что ее собственные чувства показывали, что да. Существовали традиции, по которым следовало поступать подобным образом.

"Учителя из ее школы заняли свои позиции, поддерживая единорогов Солнечной гвардии" — сказал Деад Марк. Ее собственные эбеновые крылья, похожие на крылья летучей мыши, были не так искусны в удержании фиксированного положения в небе.

"Несомненно, после этого мне тоже будут сниться их кошмары". Луна вздохнула. "Да будет так… Лидер полета, подайте сигнал".

Как бы ни впечатляла ритуальная магия, которую современные маги могли исполнять в группе, Селестии крайне не хватало поддержания в своих рядах воинского искусства.

Деад Марк выпустил стрелу. Через несколько мгновений она с воплем вспыхнула, превратившись в яркую горящую полосу, мчащуюся по небу.

"Пожалуйста, обеспечьте наблюдение за учителями. Сестра будет очень расстроена, если потеряет кого-нибудь из них".

"По твоей воле". — Деад Марк отсалютовал, сложил крылья и сорвался с небес.

Луна проследила за его падением, рассматривая последствия проклятых облаков. Некогда прекрасный лес внизу превратился в запутанный купол из смертоносных шипов и лиан. Обычное нападение обернулось бы кровавой баней, и ни один из ее стражников не оказался бы в выигрыше. Нет, здесь требовались более радикальные меры.

Несколько смелых пегасов приближались. Строго говоря, они находились внутри запретной зоны, но камеры, которые они держали в руках, заставили ее приостановиться. Взглядом она остановила охранников, которые собирались их убрать.

Несмотря ни на что, на ее лице заиграла дикая ухмылка. Сначала дуэль с дорогой Твайлайт, а теперь это. Она станет героем, в котором нуждаются ее пони, и на этот раз они это увидят. Они оценят ее по достоинству.

Луна старательно рисовалась со Звездопадом. Его огромная масса двигалась по ее прихоти, когда она размахивала им, набирая скорость. Она поймала его, вращая всем телом, и бросила его со всей своей мощью. Он полетел к земле, как падающая звезда. Это было слишком зрелищно для реального боя, но более чем подходяще для первой полосы газеты.

В последний миг Луна выпустила из него свою магию. Все полетело в сторону, и впервые за тысячу лет невероятный вес Звездопада ощутился в полной мере.

Титанический удар потряс весь мир, и земля будет носить этот шрам, по меньшей мере, тысячелетия. В извержении обломков и пыли большая часть леса просто исчезла. Сердце порчи было полностью уничтожено.

Оставшиеся в живых проклятые, те, кто находился слишком далеко от места поражения, бежали прямо к горящим заклинаниям полупрофессиональных магов Селестии.

Ликование согрело сердце Луны. Она повернулась, чтобы исполнить победное шествие, дополнив его своей магией, чтобы все в поле зрения могли видеть. Селестия может быть известна как добрая и мудрая мать, но с сегодняшнего дня все будут знать, что именно Луна уничтожит чудовищ, которые осмелятся охотиться на пони.

С помощью своей магии она вызвала Звездопад, и сияющая звезда устремилась к ее ждущему копыту. Она высоко подняла свое оружие. Она собиралась наслаждаться каждым мгновением. Кто знал, сколько времени пройдет до следующего инцидента, когда Тия позволит ей поиграть со Звездопадом.

Почему так много пони должны были страдать, чтобы она могла по-настоящему быть собой? Надо будет посмотреть, сможет ли она хотя бы для развлечения привлечь Кейденс к дуэли.

То тут, то там ночные стражи срывались с небес или выпрыгивали из теней, спасая жизни дневных пони. Как и ожидалось, эти две силы прекрасно работали вместе, когда обе могли работать в полную силу. Как она и предполагала.

Как бы ни было весело вступить в схватку, ей было бы полезнее отправиться к следующей опорной точке и устроить повторное выступление. Она вернулась на землю, чтобы подготовиться к дальнейшим действиям. Телепортация со Звездопадом всегда вызывала проблемы. Телепортация такой массы вызывала настолько сильные магические помехи, что могла лишить сознания большинство единорогов на мили вокруг. Один только звук мог раздробить камень, если он был достаточно близко.

Спустившись на землю, она вернула свое излюбленное оружие в глубины тени. Вспышки солнечной магии нервировали ее рог. Даже легкая боль не могла заглушить ее настрой. Сегодня они были надежными союзниками, несомненно, на одной стороне, но это не означало, что было приятно находиться рядом с мощными заклинаниями, противостоящими ее аспекту.

Намеренно, она забрала силу аликорна из своего рога. Магический мир вокруг нее уменьшился до нескольких сотен длин тела в ширину. Намного лучше. Она достала из тени флягу и отпила из нее. Почти замерзшая вода освежала, изгоняя последний дискомфорт от солнечной магии.

Глубокий вдох унес с собой запахи крови, смерти и страха. Пот пони смешивался с заманчивым запахом отвратительных проклятых. Лязг клинков о затвердевшую плоть слился с ревом огня, добавившимся к крикам, превратившись в соблазнительную серенаду.

Я все еще чудовище. Луна убрала усиливающую магию аликорна из всех своих чувств, оставив ее в опасной уязвимости. Переменчивый ветер, шелестящий душистыми травами, и солнечное тепло на спине были совсем иными ощущениями, чем манящие звуки битвы.

Если бы она позволила себе, то могла бы притвориться, что сегодня просто восхитительный летний день. Было бы слишком легко потерять себя в своенравных мечтаниях. Это было бы только попыткой спрятаться от того, кто я есть.

Магия вибрировала в ее роге и подчинялась ее воле. Она все еще следовала старым учениям, без современных математических формул и рунических массивов.

Голос разума пел о ее цели, а воображение рисовало ее образ. Магия была искусством, а не наукой, что бы ни говорила Твайлайт.

К ней приближался шлейф дыма, и в порыве магии он превратился в простой бумажный свиток.

Она поймала его кончиком крыла, приостановив свое заклинание.

> Немедленно возвращайся в Кантерлот. Что-то случилось, нам нужно поговорить.

> Селестия.

Она начала заклинание с самого начала, на этот раз представляя себе свои покои в Кантерлоте.

* * *

## 47.2 Момент сестринского счастья

* * *

Селестия вышагивала, ее копыта ритмично стучали по первозданному мраморному полу. Обычно она позволяла себе такую роскошь только в уединении своего сада. Этот звук так отличался от мягкого шелеста травы. Клип-клоп, клип-клоп. Словно часы отсчитывали время. Секунда за секундой приближалась неприятная встреча.

Что на этот раз задумала Кризалис? Либо она говорит правду, либо нет. Любой из вариантов был плох, и Селестия повернулась, глядя в другую сторону. Кто из дворян не был при дворе в последнее время? Их всех нужно собрать. Их умы тщательно обыскать на предмет любого намека на сговор с Найтмер Мун или чейнджлингами.

Она сделала паузу, глядя на впечатляющий вид своего города внизу. Вершина того, чего могли достичь ее пони, не знала ответов. Омраченный всеми приготовлениями стражников, он лишь подчеркивал неприятности этого дня.

Она продолжала шагать. Неужели Найтмер вернулась? Или это всего лишь уловка, чтобы вбить клин между правителями Эквестрии? Было так много возможностей, но в итоге все сводилось к двум. Либо ей придется иметь дело со своей сестрой, возможно, навсегда, либо нет.

Холодная тяжесть засела у нее в груди. Долг, всегда долг превыше всего. Неужели прах тела Луны будет унесен ветрами времени, неужели ее любимая сестра станет лишь воспоминанием?

Маска осушила ее слезы еще до того, как они увлажнили ее глаза, когда ленивая болтовня Дейбрейкер пронеслась в голове Селестии. Расслабься, какой бы ни была правда, она не изменится, сколько бы ты ни переживала.

Раскаленный огонь изгнал холод из ее сердца. "Расслабиться? Расслабься! Ты понимаешь, что происходит?"

Да, и если ты не переведешь дух, я заставлю тебя снова побаловаться со своей трубкой, и ты знаешь, что не успеешь полностью избавиться от запаха до ее прихода.

Сердитое фырканье Селестии заслонило своим жарким дыханием все убранство комнаты. Луна никогда бы не позволила ей договорить до конца, если бы узнала, что Селестия снова курит. Когда она успела стать такой неуравновешенной? Она сделала глубокий вдох, пока ее аура смешивала еще одну чашку ее особого варева. В два, а то и в три раза больше трав, чем обычно. Возможно, мне стоит испечь это в виде пирога.

Я бы рекомендовала что-нибудь небольшое, на один укус. Только не забудь предварительно написать прощение для того, кого ты попросишь приготовить их для тебя.

Немного магии, чтобы размешать и подогреть воду, было вполне по ее бюджету, и напиток готовился немного быстрее. Затем она проглотила еще кипящую жидкость и осушила весь котелок, прежде чем приступить к приготовлению второго.

Большой пирог и вторая чашка дополнили угощение для предстоящей встречи.

Снадобья сделали свое дело. Ее мощное сердце замедлилось, а напряжение в мышцах ослабло. Смертный пони был бы уже мертв, знала она. Селестия положила голову на передние ноги и позволила глазам закрыться. В последний раз, когда кто-то из пони пытался отравить ее, они использовали токсин, гораздо менее опасный, чем нынешнее варево, действующее на ее организм. Несколько таких ядов вызывали чудесное покалывание в теле. Может быть, с несколькими другими аликорнами они смогут восстановить искусство надлежащих поблажек для бессмертных?

Селестия зевнула. Какова будет утвержденная плата за приготовление таких опасных ингредиентов?

* * *

Она идет, — сказала Дейбрейкер, и эти слова привели Селестию в полную боевую готовность. Она только подняла голову, когда тяжелые копыта, стуча по земле, двинулись к двери. Селестия зажгла рог и быстро подогрела чай.

Луна чуть не снесла дверь, когда ворвалась внутрь. "Сестра, зачем ты вызвала меня? Наши пони нуждаются в нашей помощи там, а не здесь, в Кантерлоте".

Все в языке тела сестры, каждый тонкий намек на движение соответствовал ее словам. Но можно ли ей доверять? Может ли она рискнуть?

"Сестра. Эта нерешительность не похожа на тебя… Что случилось?"

Луна была слишком наблюдательна, и одна из всего двух пони в мире имела возможность читать ее. Маска Селестии изобразила на ее лице обеспокоенный, но обнадеживающий взгляд. "Луна… это очень серьезная тема. Если я даже подниму ее, ты можешь подумать, что я в это верю".

"Просто забудь об этом".

"Я подозреваю, что это уловка. Что-то, чтобы разделить нас. РСКГ нашла зацепку, что Найтмер Мун вернулась".

"Но ты больше не доверяешь мне, не так ли, сестра?"

"Луна…"

"Я понимаю". Безэмоциональный ответ Луны был почти как физический удар. "Я удалюсь с поля боя, если ты так хочешь. Я останусь в Понивилле и буду оберегать свою семью".

"Ты не…"

"Я вижу, что ты мне не доверяешь. Я однажды оступилась, и ты боишься, что я могла сделать это снова, несмотря на все твои усилия". Луна молча повернулась и направилась к двери. "Я знаю, где моя камера".

Копыто Селестии обрушилось вниз, и только ее Маска не дала ей вздрогнуть от неожиданного поступка. "Луна, перестань быть такой мелодраматичной".

Луна смотрела на нее, глаза сузились, а тело застыло, почти как будто она окаменела.

"Я ни на секунду не верю, что Найтмер Мун внутри тебя. Да и с твоим предстоящим браком у тебя нет мотивации думать, что ты никому не нужна. Так что, если это не твой розыгрыш, то это либо уловка, чтобы отвлечь нас, либо Найтмер Мун где-то там". Селестия указала копытом в окно.

"Значит, по твоему мнению, я в порядке?"

"Я хочу сказать, что доверяю тебе, Луна".

Улыбка на лице Луны была чистым лучом света от самого прекрасного восхода солнца. Но пока она не исчезла, лицо ее сестры застыло в холодной скорбной гримасе. "…Нет, не знаешь, но все же приятно слышать".

"Я…" — начала Селестия.

Луна покачала головой, в ее глазах появилось неожиданно мягкое выражение. "Я знаю, что то, что я сделала в прошлом, непростительно и незабываемо. Я благодарю тебя за попытку, но я слишком хорошо тебя понимаю, Селли".

Объятия Луны были столь же теплыми, сколь и неожиданными. Мягкие крылья окутали Селестию, и утешение навеяло столько воспоминаний. Это говорило о множестве объятий за всю их жизнь, даже о тех, которых Лулу никогда не вспомнит.

Селестия отстранила Маску и прижалась к ней. Она практически слышала улыбку на мордочке Лулу от этого маленького жеста.

Шерсть Луны была мягкой, когда она прижалась к шее Селестии. "Мы справимся, сестра моя".

"Мы всегда будем друг у друга".

"Навсегда", — согласилась Луна.

На несколько драгоценных мгновений принцессы Солнца не было рядом. Если бы я была просто Тия, сестрой и лучшей подругой Лулу. Это была прекрасная мечта. Сильный стук в дверь развеял эту иллюзию.

"Принцесса…" — охранник сделал паузу на мгновение. "Принцесса, посол грифонов требует немедленной встречи".

"Отправьте его в солярий и приготовьте прохладительные напитки. Я скоро буду там".

Охранник поклонился и вышел из комнаты.

"Прости, сестра".

"У нас обоих есть обязанности. Некоторые более очевидны, чем другие". Луна сделала несколько шагов в сторону, а затем обернулась. "Полагаю, я могу идти?"

Селестия кивнула. "Однажды я потеряла тебя. Я просто должна была убедиться. Я не хочу…" — Мягкое прикосновение пера к ее губам заставило ее замолчать.

Тепло улыбнувшись, Луна отступила в тень, а затем исчезла.

Селестия подняла свою чашку, делая длинный глоток лекарства. Заметила ли она?

Нет. Ответ Дейбрейкер был ровным и ничем больше не выдал себя.

Селестия опустила чашку, пока ее нетерпение не поставило под угрозу ее дальнейшее существование. Так что, она сделала это?

Как бы ни было весело сражаться с ней, я вынуждена ответить вам честно, ваше сияние. Нет, она не кастовала.

Тяжесть мира свалилась с ее спины, ей нужно было быть осторожной, иначе она могла бы улететь, даже не воспользовавшись крыльями. Селестия устроилась на подушках, напряжение и готовность улетучились из ее плоти, как вода со спины утки.

Но она украла твой торт.

"Что?" — Селестия потянулась к торту, все еще стоявшему на подносе. Он растворился в тенях, оставив после себя лишь прекрасно выполненный набросок ее, круглой, как воздушный шар, с мордочкой, утопающей в горе торта.

Через несколько секунд гнев угас, и по какой-то причине она не могла остановить смех, сотрясавший ее тело.

"Принцессы, вы в порядке?" — окликнул стражник снаружи.

Селестия подняла подаренное произведение искусства. Это было первое произведение искусства, подаренное Луной после ее возвращения. Лицо Селестии разгорелось от широкой улыбки. "Да… да, думаю, да".

[Изображение: https://cdn.everypony.ru/storage/02/26/12/2023/03/24/b9955eff71.png]

* * *

## 48.1 Сомнение Луны

* * *

Последние остатки солнечного света Селестии покинули землю, и суровый дневной свет уступил место прекрасной успокаивающей ночи. Луна стояла, балансируя на вершине самой высокой башни. Ее полураскрытые крылья приветствовали нежный поцелуй ветра на ее перьях.

[Изображение: https://cdn.everypony.ru/storage/02/26/12/2023/04/01/58dd2df795.png]

Луна позволила своим чувствам раскрыться в полную силу, вбирая в себя богатые краски, которые могли существовать только во время ночи. Ее магия потянулась к небесам, любовно обнимая ее связь с драгоценной Луной. Освежающая прохлада пустоты струилась по ее рогу, наполняя ее плоть. Ее грива и хвост распустились, звезды в них засияли ярче, и одна за другой они замигали.

Подняв рог, луна последовала за ней, возвещая миру о своем величии. Холод бесконечной пустоты пронесся по ее венам.

Лед потрескивал, когда иней распространялся от ее копыт. Даже сейчас трудно было не представить, как прекрасна была бы бесконечная морозная ночь для тех, у кого есть глаза, чтобы видеть по-настоящему. Луна выдохнула, и ее холодное дыхание затуманило сравнительно теплый горный воздух.

Даже с сиянием, исходившим от ее рога, ни один глаз не заметил ее, когда она подняла луну. Вместо этого ее скрыла верная магия теней. Для других она была лишь тенью, когда осматривала город своей сестры.

Внизу все было из белого камня и золота, такое стерильное и неприветливое после ярмарки, которую устроила для нее ее суженая. Мягкий свет заливал окна, обычно давно уже темные в этот час. Из кузнечных горнов валил дым, слышался повторяющийся стук молота по металлу. Было ясно, что Тия мобилизовала весь Кантерлот.

Несмотря на почти фанатичную преданность, которую пони проявляли в подготовке, страхи и мрачные мысли о том, что может произойти, пронизывали воздух гуще дыма. Каким бы сладким ни был этот аромат, она хорошо знала, какая гадость может завестись, что может вырасти на пиршестве таких эмоций.

Нужно было что-то делать, однако у нее было слишком много неотложных дел вместо того, чтобы делать все как положено. Она не могла находиться здесь, чтобы успокоить их страхи. Вместо этого, все, что она могла предложить, это простое ограждение, чтобы держать подальше худших из преследователей снов. Это было самое малое из того, что нужно было сделать, и это было самое большее, что она могла сделать для тех, кто так усердно работал для далеких пони, нуждающихся в помощи.

Сила влилась в ее рог. Обыденное померкло, сменившись бесконечной темной пустотой, под которой двигались крупицы света. Каждая звездочка была одной из ее пони. Проснулись они или уснули, не имело значения, ведь пока они жили, им было место в царстве снов, ее владениях.

Из рога Луны струилась голубая дымка. Ее магия распространялась, проникая в саму субстанцию сновидений.

"Присмотри за ними", — прошептала она заклинание, пока ее разум рисовал образ щита, окутывающего весь город.

Часто игнорируемая пустота ныла в ней. Если бы только мы не пали… Заклинание, как бы хорошо оно ни было создано и сколько бы силы в него ни было вложено, все равно ничто по сравнению с тем, что может сделать даже безымянный фрагмент.

Заклинание распространилось, застывая. Вспыхнул сияющий купол, его поверхность переливалась оттенками гипнотического узора. В нем не было ни хитроумных рун Твайлайт, ни совершенства, присущего Шайнингу Армору, но здесь, в Царстве Грез, только ее сила была единственной, способной достичь чего-либо.

Этого должно было быть достаточно. Остановимся на полумерах. Сколько времени пройдет, прежде чем что-то не сработает?

Лишь усилие воли подавило горькое семя обиды. Сестра, может быть, многое сделала, но превратились именно мы.

Горечь ушла, сменившись чем-то более мрачным, чем-то более саморазрушительным. Нет, мы не позволим этой мысли снова овладеть нами. Заставить тантабуса наказывать ее кошмарами не было поступком, соответствующим мудрости, которой должно обладать существо ее многих лет. Эквестрия уже почти расплатилась за ее порочность, вызванную отчаянием.

Луна закрыла глаза, просто купаясь в лунном свете. Успокаивающий холод смывал все ее проблемы. Каждый вздох, каждый опыт с тех пор, как она стала свободной от луны, был подарком, которого она, возможно, не заслуживала, но который она должна была смаковать.

Если бы она не пала, Эквестрия была бы лучше, сильнее и полна стольких чудесных произведений искусства. И все же ей не доставало бы Твайлайт и ее дочери. Это было эгоистично, это было почти предательством, но она знала, что сделает почти все, чтобы сохранить их.

Наклонившись вперед, она просто позволила себе упасть. Стена башни проносилась мимо все быстрее и быстрее. Воздух обнимал ее, и она наслаждалась свободой, которую он давал. Всплеск страха охватил ее. Должно быть, она напугала одного из пони своей сестры. Она представила себе их комичное выражение лица, когда они испуганно отпрянули от проносящейся мимо них темной фигуры.

Расправив крылья, она обменяла скорость на высоту, магия земных пони помогла ей бороться с силами, желающими оторвать ей крылья. Она поднялась по свободной спирали. Вековые инстинкты направляли ее, позволяя разуму блуждать, когда она танцевала между самыми высокими башнями и флагштоками, ее повороты были настолько крутыми, что ее хвост касался необычных зданий.

Она поднималась, пируэтом кружась в темноте. Куда бы она ни посмотрела, в ее поле зрения была только Эквестрия. Все, что она могла видеть, она должна была защищать. Так многие подвергались опасности из-за одного пони. Одного пони, которого она не могла найти. Ее полет выровнялся. Ее движения утратили свою артистическую радость, а мысли вернулись к более темным вещам.

Если бы она все еще могла создавать фрагменты, было бы просто послать по одному каждому пони в округе. Любой пони, которого они заметят без одного из них, будет каким-то образом скрыт из царства снов. Это могло занять время, но было бы безошибочно.

Один за другим портреты, которые она нарисует, проплывали в ее сознании. Каждый из ее любимых Ночных Стражей уже никогда не увидит восхода луны. Вздох Луны неслышно растворился в воздухе.

Внизу вспыхивали магические огни и доносился отголосок затянувшегося заклинания, нарушая непрерывное совершенное убранство дворянских усадеб.

В поместье Блюблада кипела деятельность. Десятки пони сгрудились вокруг шикарного воздушного корабля. Полдюжины различных аур окутывали предметы и инструменты в смутно скоординированном танце. Твайлайт, даже будучи единорогом, могла бы с легкостью превзойти их всех вместе взятых.

Луна взмахнула крыльями, замирая и паря над ним. Что ты задумал, племянник? Это была буквально единственная работа, которая велась в дворянском районе.

Внизу золотые светильники и дорогие предметы искусства собирались в кучу, по мере того как роскошное судно превращалось в нечто неузнаваемое.

Даже в незаконченном виде было ясно, во что превращается прогулочная яхта. Баллисты и бронированные порты заклинаний выстроились вдоль бортов корпуса. Подобно ограненному алмазу, отброшенные украшения оставили гладкую и смертоносную форму. На фоне презрения к принцу Блюбладу пробивался намек на нескрываемое уважение.

Отличное применение для такого маленького корабля. В голове Луны роились разные возможности. Она могла бы бомбардировать форт заклинаниями и осадными орудиями с воздуха. Даже несколько таких, как этот, для Ночной гвардии были бы прекрасным дополнением.

Она могла бы заказать их из своей личной казны. К сожалению, даже при наличии лучших мастеров они не будут готовы по крайней мере в течение нескольких недель. Под угрозой возмездия со стороны сестры ни одна страна никогда не нападет на Эквестрию. Поэтому все оборонительные доктрины сестры сводились к удержанию позиций или эвакуации пони, пока аликорн или Элементы Гармонии не прибудут для борьбы с единичной угрозой.

Проклятые были могущественным и многочисленным агрессором, у которого не было ни дома, ни страны, чтобы обречь их на разрушение в расплавленном стекле.

Луна подняла взгляд, отыскивая ближайшую область, явно охваченную огнем. Визуализируя масштаб разрушений, которые вызовет магия ее сестры, она обнаружила, что искореженная масса загубленного Вечносвободного вырисовывается слишком близко к пострадавшему от пожара Понивиллю.

Мы просто отвлекаемся. Мысли Луны вернулись к встрече с сестрой. О том, что Найтмер вернулась. Ее глаза остановились на сверкающем кристальном замке, сфокусировавшись на комнате Твайлайт.

"Это была ты?" — сомнение невольно вырвалось из ее губ.

Кейденс утверждала, что Найтмер действительно заботится об их дочери. Твайлайт умоляла дать ей шанс. Две пони с добрым сердцем и здравым рассудком успокоили ее, и все же сомнение по-прежнему грызло сердце Луны. Было ли все это частью плана мести?

Луна вздохнула: эта дуэль заставила ее почувствовать себя более живой, чем когда-либо после возвращения с луны. Сколько еще нужно сделать Найтмер, чтобы завладеть ее страстью, ее сердцем?

Было ли это все уловкой? Обман? Или Найтмер заботился только об избранных, а все остальные были лишь подспорьем для ее планов?

Луна закрыла глаза. Перед глазами возникло видение Твайлайт, прижавшейся к ней, трех душ, смотрящих на нее, и страсти Новы, танцующей в них. Луна жаждала, чтобы это было реальностью. Она нуждалась в этом, но Найтмер уже однажды соблазнила ее от выполнения своих обязанностей.

Она должна была знать. Она должна была быть уверена.

Был только один способ победить Найтмер, не убивая при этом Твайлайт. Ее должны были пригласить в бастион Твайлайт… или войти туда силой.

Мы не хотели бы заводить разговор об этом таким образом… Романтические уговоры Луны, которые она заготовила для медового месяца, оказались бы лишь очередными недосказанными словами, замененными тошнотворным обманом. Ей нужно было быть готовой нанести удар еще до того, как она задаст свои вопросы.

Ее мощные крылья взмахнули, рассекая воздух в направлении Понивилля. Нет, мы потеряли достаточно времени. Расправив крылья, она опустилась по изящной дуге, погружаясь в тень башни.

* * *

## 48.2 Ваша миссия, если вы решите ее принять

* * *

Раскрытый свиток парил в воздухе, окутанный пурпурной магией. Глаза Твайлайт следили за изящной каллиграфией Селестии. Расслабляющие ощущения от движения щеток по её телу теперь были не более чем фоновым шумом.

> Дорогая принцесса Твайлайт Спаркл,

> С большим сожалением я должна сообщить вам, что Проклятые распространились за пределы наших границ. Посол Грифонстоуна воспользовался пунктом об обороне в их договоре. Я, Луна и Кейденс обязаны защищать наших пони и не могут быть посланы.

> Я не буду приказывать вам сделать это. Я оставляю выбор за вами, как и ответственность за нарушение нашего договора с грифонами.

> Вы — принцесса. Я доверяю вашим суждениям. Вы можете поступать так, как пожелаете, с моего благословения.

> Селестия.

Взгляд Твайлайт задержался на красивой подписи Селестии. Впервые принцесса дала ей выбор, принимать ли ей миссию, но выбора не было. Мы не можем просто проигнорировать это.

Это всего лишь грифоны, — насмешливо сказала Найт.

Нация, с которой у нас мир и договор.

И поэтому мы должны оставить наших пони защищать себя, мы должны провести время вдали от нашей дочери? Презрение Найт капнуло на решимость Твайлайт как едкая кислота.

Это правильно…

Чешуйки Спайка скрежетали друг о друга, когда он нервно двигался. Уши Твайлайт дернулись, и почти неслышный звук прозвучал в тихой комнате громко для ее усиленных магией аликорна чувств.

"Твайлайт?" — Его тон был приглушен, а выражение лица искажено сомнением.

"Да, Спайк?" — Голос Твайлайт был слишком спокойным даже для ее собственных ушей.

Спайк посмотрел ей в глаза. Его беспокойство сменилось чем-то более глубоким. Сердцебиение маленького дракона участилось. Что он увидел за ее глазами?

"Все будет в порядке?" — спросил он, его голос был спокойным, несмотря на все признаки, которые он не мог скрыть от ее чувств.

Всего лишь мгновение потребовалось, чтобы заключить маленького дракона в объятия. "Да, Спайк. Все будет хорошо".

Глаза маленького дракона снова нашли черные ленты, которыми был перевязан свиток. Предзнаменование смерти и гибели. После нападений, после того, как они потеряли пони, неудивительно, что он был напуган.

Твайлайт прижалась к первой жизни, которую она, точнее, ее оригинал, принесла в этот мир. "Я буду оберегать тебя". Ее слова не были простым обещанием, это была простая констатация факта. Любой или любая, кто попытается оспорить этот закон природы, пожалеет об этом.

Так ты все еще хочешь выполнить поручение сестры?

Твайлайт прислушалась к успокаивающему сердцебиению Спайка. Его замедляющийся ритм успокаивал ее. Она кивнула, затем крепко обхватила крыльями своего сына-брата-помощника. Кем бы он ни считался, он был семьей.

Ей нужно было многое успеть сделать до поездки. Ее мысли погрузились в привычную рутину. Любую проблему можно разбить на множество мелких. Она немного отстранилась от своего тела, и перед ее мысленным взором предстала библиотека Золотой Дуб, а Дримс парила над доской для записей с пером.

Пункт первый: ее рыцарь и капитан гвардии нуждались в исцелении. Чувство вины добавило несколько чернильных клякс к ее мысленному списку.

Бурный шторм эмоций бушевал в ее груди, сковывая ее мысли и слова цепями собственного изготовления, и лишь затем смывался вьюгой. Один за другим, каждый страх, каждое сомнение, каждое беспокойство застывали под леденящей волей Найт.

Найт…

Ты сделала свой выбор, сейчас не время для твоих нежных эмоций.

Что-то внутри Твайлайт вздрогнуло от тона бывшей Найтмер, но потом и это было отброшено. Она улыбнулась. Холодная логика и разум скрывались за ее глазами, а в голове плясали планы и возможности. Все было ясно и четко, как разница между взглядом на ночное небо, когда она была единорогом, и тем, что она могла видеть теперь, когда возвысилась.

Так-то лучше, моя хозяйка…

Твайлайт кивнула.

"Спайк", — голос Твайлайт источал тепло и любовь. Не только потому, что она чувствовала это, нет, часть ее души решила, что это будет самый эффективный тон для мотивации ее Лучшего Брата-Сына-Помощника-Номер-Один, или БСПНО, как она это писала. Хихиканье начало подниматься в ее груди, но она подавила его.

"Да, Твайлайт?"

"Нам нужно отправить несколько писем и завершить некоторые приготовления".

Его маленькие руки сжались вокруг нее. "Ты уезжаешь". Это был не вопрос.

"Я должна… даже если бы у нас не было договора с грифонами, если бы мы позволили проклятым бесконтрольно распространяться сейчас, это означало бы более трудную битву позже".

В ее голове все было ясно. С небольшим количеством заклинателей и без солнечных аспектов грифоны не смогут укрепить и защитить территории. Без помощи число их проклятых жителей будет расти в геометрической прогрессии. Это была неприемлемая угроза для ее пони. Она не допустит этого.

Найт сверкнула клыкастой улыбкой, глядя на отражение Твайлайт. Моя хозяйка, позаботься о делах в Понивилле. Мы начнем планировать нашу кампанию. У тебя есть какие-нибудь карты?

Мысленно Твайлайт покинула библиотеку и рысью направилась к Найт и обзорному порталу, который смотрел вниз на ее физическое тело. Заряженный бурей воздух наполнил легкие Твайлайт силой. Обсидиан под ее копытами ощущался правильно. Один этот факт должен был смутить, но не смутил. Еще одно замечание добавилось в ее контрольный список в разделе "что делать после спасения мира".

Двойственность ощущений потребует больше практики, прежде чем она почувствует себя уверенно, действуя одновременно и здесь, и в физическом мире. Ее перо заплясало над планшетом, добавляя в график обучения новый путь самосовершенствования.

Простым усилием воли она призвала книгу из Большой библиотеки Золотой Дуб и представил ее перед Найт.

Спасибо, Твайлайт. С топотом копыт Найт подняла темный стол из бесконечной плоскости обсидиана. Положив книгу карт на стол, она сдвинулась. Его поверхность пошла рябью, и на ней появилось топографическое изображение всех известных земель Эквуса, образуя мрачную имитацию кьюти-карты.

Твайлайт наклонила голову. Было так много возможностей, если бы это можно было связать с картой и объединить с магией. Перо добавило еще одну цель в ее список. Отблеск света и движение отвлекли ее внимание от мысленного пространства.

Из физического мира на нее смотрели глаза Спайка, окна его души. Страх потери и надежда, что с ней все будет в порядке. Твайлайт прижалась к нему, ощущение его чешуи на ее шерсти было таким знакомым. "Я буду рассчитывать на своего помощника номер один, чтобы все здесь шло гладко".

"Ты можешь рассчитывать на меня, Твайлайт". Его гордость была хорошей маской, но она не могла скрыть его сомнения перед пони, которая практически вырастила его.

"Я знаю, что могу", — сказала Твайлайт, положив копыто на его чешуйчатое плечо. "Ты, Эмеральд и Кэндис, когда она поправится, будете отвечать за безопасность наших пони".

* * *

Отчетливый звук ее копыт по кристальному полу не прекращался, пока Твайлайт шла по своему замку. Он по-прежнему был наполнен множеством пони. Куда бы она ни посмотрела, везде были следы всех тех душ, которые укрылись в кристальных стенах ее дома. Стопки тех немногих личных вещей, которые им удалось спасти, столько ароматов в воздухе. Даже если бы она не слышала стук сердец, было бы достаточно второстепенных признаков, чтобы понять, сколько пони здесь находится. По одним только запахам она могла бы сосчитать их одного за другим, если бы действительно была внимательна.

Ее глаза надолго задержались на входе в библиотеку. О, как приятно было бы свернуться здесь калачиком с десятком-другим хороших книг, но она не могла. Каждая потерянная минута означала, что придется столкнуться с еще большим количеством проклятых. Но даже в этом случае она не чувствовала вины за час, проведенный в обнимку со Спайком, пока он не заснул. По крайней мере, она успела написать все нужные ей письма.

В конце концов, она оказалась возле комнаты Рейнбоу. Ей предстояло стать подопытной, доказательством концепции. Сделав успокаивающий вдох, она вошла в комнату. Она не собиралась использовать свою подругу в качестве подопытной. Ее аура окутала дверь, открывая ее для нее. Избитое и измученное тело пегаса с разноцветной гривой все еще лежало на кровати.

Твайлайт зажгла рог, позволяя своей магии осмотреть повреждения. Через несколько мгновений ее план утвердился, каждое заклинание, каждая операция, которую ей нужно будет выполнить, встали на свои места. Твайлайт почувствовала, как широкая улыбка растягивает ее лицо. Она изо всех сил старалась сдержать ее. В конце концов, она не хотела напугать свою подругу.

"Рейнбоу, пришло время вернуть тебя в воздух, мой рыцарь".

* * *

## 48.3 Прибежище Рейнбоу

* * *

Едва различая слова на странице, Рейнбоу пролистала хорошо потрепанную книгу. Единственные слова, о которых она могла думать, были те, которые они никогда не хотели, чтобы она услышала. Такой кобыле было бы лучше если бы она умерла. Доктор думал, что она спит, жалость в ее голосе почти приглашала ударить копытом по лицу. Вместо этого она притворилась, что все еще спит. Ее пульс участился, как бы она ни ненавидела это, она знала, что означают эти слова. Она отдала всю себя за своих друзей, за Понивиль.

Тело пони могло выдержать только столько, и ей оставалось только попытаться сделать на двадцать процентов больше. Сухожилия и суставы ее крыльев были разрушены физическими усилиями. Рейнбум за рейнбумом было слишком много даже для ее крутизны. Ее магические пути были почти сожжены из-за того, что она снова и снова игнорировала свои пределы.

Ей повезет, если она снова сможет летать, а если и сможет, то потребуются годы, чтобы вернуться в форму для участия в Вондерболтах. Одна лишь мысль о полете всколыхнула ее магию, и тупое жжение разлилось по крыльям, заставляя одно из них подрагивать. Магия полета лилась из него, как вода из дождевой тучи. Слабая надежда, что она снова сможет летать, отступила еще чуть-чуть. Что ж, по крайней мере, ее место в учебниках истории было обеспечено. Никто и никогда больше не сможет сделать столько Соник Рейнбумов за такое короткое время.

Рейнбоу вздохнула. Каждый вдох давался ей с трудом. Боль, которая, как она знала, должна была быть, была скрыта наркотиками и заклинаниями, которые добавляли мягкие облака по краям ее мыслей. Так было проще. Искусственное спокойствие отлично помогало сдерживать слезы.

Ее взгляд сфокусировался на книге в копытах. Подписанная Твайлайт копия последней книги Дэринг Ду. По крайней мере, я не в больнице. Подумала она, но знала, что это только потому, что здание было слишком повреждено. Она снова повернулась к обложке. Дэринг Ду снова герой, несмотря на то, что ее раненое крыло было привязано к боку. Если Дэринг Ду не нужно было лететь, чтобы спасти мир, то и ей не нужно было лететь. Она все еще спасала мир. Она все еще держала множество впечатляющих рекордов, которые будут сохраняться на протяжении многих поколений, если не вечно.

"Кто-то из пони должен написать обо мне книгу". Она взглянула на потолок, и ее туманное отражение начало отвечать ей. "Удивительные воздушные приключения номер один, первый Соник Рейнбум".

"Можно я…"

"Гахх!" — Рейнбоу оглянулась, увидев уставившиеся на нее пурпурные глаза всего в нескольких дюймах от себя.

"Доброе утро, Рейнбоу", — прощебетала Литтл Стар.

"Привет, малышка".

"Привет, Эпплджек и Флаттершай сказали, что им жаль, что они не могут сегодня прийти в гости. Так что я здесь с твоим завтраком". Со вспышкой магии появился поднос. "Извини, это не так вкусно, как последний завтрак, который я приготовила… нам приходится довольствоваться тем, что есть, пока Эпплджек не вырастит новые сады".

Рейнбоу взъерошила гриву Литтл Стар. "Это круто, малышка, спасибо, что присматриваешь за мной". Ответная гордая улыбка была слишком радостной для такой маленькой похвалы. Что-то явно было не так. "Как дела у Скутс, Блум и Свитти?"

Немного счастья в глазах Стар померкло, но только немного. Она поскребла копытом по столешнице. "Они наказаны", — фыркнула она, как это сделала бы Твайлайт. "И не только в том смысле, что они не могут летать".

Глаза Рейнбоу нашли скрытые остатки ее крыльев. Не могут летать, — ей потребовалось всего несколько мгновений, чтобы подобрать другие слова. Сломаны, бесполезны. Как после этого жить…

"Рейнбоу?"

Рейнбоу моргнула и подняла голову. "Да, малышка?"

"С тобой все будет в порядке?" — Сомнение преследовало маленькую кобылку.

Рейнбоу нацепила свою обычную ухмылку, но она знала, что страсть в ее глазах была заменена лишь имитацией. "Как только я снова окажусь в воздухе, я снова стану потрясающей". Взмахнув копытом, она протянула переднюю ногу и взъерошила гриву Стар. "А кроме этого, ты занималась чем-нибудь интересным?"

"Я практиковалась в использовании своей телекинетической ауры".

"Значит, поднимаешь тяжести силой мысли?"

"И помогала расчищать разрушенные здания в городе", — прощебетала Литтл Стар.

Она занимается тяжелой атлетикой со зданиями? — "Твай тебя выпускает?"

Литтл Стар кивнула. "Пони чувствуют себя в большей безопасности со своим маленьким монстром, который их защищает".

Ужасный треск, когда аура Твайлайт сломала когти грифона, отозвался в голове Рейнбоу. Эта безумная ухмылка снова смотрела на нее из ее памяти. Тот ужасный момент, когда она была уверена, что Твайлайт не собирается останавливаться. Взгляд Рейнбоу остановился на ее клинке, на всех извращенных преступлениях и злодеяниях, в которых Твайлайт заставила признаться наемников. Рейнбоу покачала головой, решимость наполнила ее глаза. Да, в мире существовали чудовища, но ни одно из них не было связано с Твайлайт.

"Эй, Стар, ты не монстр, и не слушай никого из пони, кто говорит обратное".

"Спасибо, Рейнбоу Дэш… но это не мешает некоторым из них бояться меня… некоторые даже думают, что это одно из моих заклинаний вызвало сюда проклятых".

"Пони-перья, да ты просто герой".

"Я… герой?"

"Ты уберегла метконосцев в Вечносвободном во время нападения, и с тех пор ты присматриваешь за здешними пони".

"… Я просто пытаюсь быть хорошей пони".

"Ну что ж, тогда ты получаешь высшую оценку". Глаза Литтл Стар загорелись от радости. Да, точно дочь Твайлайт. "Так как насчет того, чтобы рассказать мне о своем приключении в Вечносвободном и о том, зачем ты вообще туда отправилась?"

"Ну…" — Литтл Стар начала свой рассказ со всем величием и эпичностью, которые маленькая кобылка могла добавить к своей эпической потрясающей истории о приключениях. Рейнбоу с удовольствием представляла себе это и помогала Литтл Стар "улучшать" историю. Каждое предложение было добросовестно записано на левитирующем свитке.

* * *

"Рейнбоу, проснись".

Когда она прогнала последние остатки сна, мир вокруг сфокусировался. Вместо смертоносных подвигов в полной свободе бесконечного неба ее сковывали ремни и повязки, приковывая к кровати.

По хрустальному полу звонко стучали копыта. Рейнбоу, по крайней мере, могла свободно повернуть голову, чтобы увидеть, кто там. Твайлайт приближалась, пурпурный свет исчезал с ее рога. Ее подруга двигалась царственно, с шагами, не поддающимися гравитации, которые удавались только аликорнам и худым земным пони.

"Эй, Твай, как поживают все пони?"

"Все еще в состоянии шока, большинство не может принять случившееся". Твайлайт подошла ближе и села на корточки рядом с кроватью. "Спасибо, Рейнбоу".

"Ты меня знаешь, я не собиралась оставлять никого из пони в затруднительном положении".

"Я не могла просить о более преданном рыцаре".

Рейнбоу изо всех сил подняла копыто, и красный блеск ее клинка изменился под ее взглядом. От него исходило тепло. ’Мы вместе’, — беззвучно прошептала она. "Скажи мне прямо Твай, смогу ли я снова летать?"

Твайлайт кивнула. "Даже если мне придется пришить тебе новую пару крыльев". Теплая улыбка была одновременно обнадеживающей и какой-то жуткой. Она напоминала маниакальную ухмылку, которую Твайлайт носила, когда мучила своих пленников.

"Твай… ты же не собираешься сделать из меня какую-то…"

Копыто Твайлайт мягко легло на грудь Рейнбоу. "Расслабься, мой храбрый рыцарь".

О чем она думала? Твайлайт была ее подругой, и ей стало лучше после того разгрома, который она устроила со своей куклой. Рейнбоу попыталась найти любое удобное положение и снова потерпела неудачу. Ее крылья болели, тело болело, и она едва могла двигаться. Это было ужасно, но, по крайней мере, плохим парням надрали бока, и все пони были в безопасности в непроницаемых стенах замка Твайлайт.

Гордость и сожаление боролись в ее груди с каждым вздохом. Она была героем. Она была Вондерболтом. Кем она была теперь?

"Теперь я смогу поднять тебя в воздух к завтрашнему дню…"

Меланхоличный разум Рейнбоу разбился. Каждая мысль разбивалась о твердую каменную почву этих слов. Завтра в воздух? Боль пронзила ее, когда подергивались крылья, но это не имело значения. Она едва замечала это за радостью, бушевавшей в ее сердце, как разбушевавшаяся гроза. "Ты можешь?" — прокричала она своим хрипловатым голосом..

"Да, но ты больше не будешь Вондерболтом".

В памяти всплыли воспоминания о летной команде, обо всем, что она сделала, чтобы занять свое место. Годы преданности, самоотверженности, товарищества с другими Вондерболтами. Ликование в ее сердце замедлилось, как у Пинки, когда у нее закончился сахар. "Почему?"

"Потому что ты будешь моим первым рыцарем и частью моей гвардии".

"Но ты дала мне это". Рейнбоу подняла свой верный клинок. "Я уже твой рыцарь".

"Да, но если я восстановлю тебя таким образом, ты станешь одним из моих Избранных".

Даже чувствуя себя такой расслабленной, такой спокойной, Рейнбоу расширила глаза. Всегда рассказывали истории о том, на что способны избранные, о сверхсильных пони принцессы Луны, которые никогда не проваливали задания и были почти как аликорн. Мощные лавандовые крылья Скуталу, первые возгласы радости и визг присоединились к воображаемым подвигам лучших пони Луны.

"Как Скуталу?"

Твайлайт кивнула. "Как взрослая пони и уже военная, это будет для тебя обязательством. Ты будешь членом моей гвардии до тех пор, пока жива". Пурпурные глаза заглянули в глаза Рейнбоу. Это были глаза ее подруги, и в то же время они были и больше, и меньше. Они были призрачными, в них была какая-то твердость, несмотря на мягкий заботливый взгляд. Как и некоторые отставные охранники, Твайлайт слишком много видела, слишком много пережила.

"Я могу дать тебе немного времени". Ровный голос Твайлайт слегка дрогнул. Никто из тех, кто не знал ее так хорошо, даже не заметил бы этого.

"Не нужно, я согласна".

Твайлайт недоверчиво наклонила голову. "Вот так просто?"

"До тех пор, пока мои рекорды будут жить, а то, что я сделала здесь вчера, никогда не будет забыто, я думаю, моя легенда в безопасности".

Твайлайт лукаво улыбнулась. "Тогда ты, моя маленькая Дэши, первый из моих Шедоуболтов…"

Рейнбоу почувствовала, как пылают ее щеки. "Эй, не называй меня так…"

Твайлайт хихикнула, мягкий звук был милым и легким. "Прости, Рейнбоу. Мне просто нравится, как это тебя смущает". Она наклонилась ближе, ее дыхание согрело шерсть Рейнбоу. "А теперь спи".

Веки Рейнбоу опустились неотвратимо, как ночь сменяет день.

* * *

## 49 Исповедь

* * *

Теневой шаг из Кантерлота занял меньше минуты. Луна бесшумно вышла из тени своего капитана-единорога.

Мунстоун Страйкер даже не вздрогнул, а просто напрягся. "Государыня".

"Вольно", — заявила Луна, ее царственный тон был нормальным и ровным, несмотря на сомнения, бурлившие в ее душе. "Мы просто навещаем Твайлайт перед возвращением на поле".

Уши Страйкера дрогнули, затем он кивнул, принимая "правду" ее слов.

Ты слишком хорошо меня знаешь, — с нежностью подумала Луна.

Знакомый импульс магии коснулся ее рога и пронесся по воздуху. Мгновение спустя ее шею обхватила вспышка пурпурного света и все более знакомая тяжесть.

"Мамочка".

"Ах, моя дочь". Даже несмотря на то, что у нее на уме, маленький комочек восторженной энергии вызвал улыбку на мордочке Луны.

Меньшая пони уткнулась в шерсть Луны. Простая и искренняя привязанность стала бальзамом на душу Луны. На какое-то благословенное мгновение знание о том, что гаснущие в царстве снов огни — это умирающие пони, потеряло свое значение.

Луна села на корточки, обняв дочь обеими передними ногами. Она вдыхала запахи, которые быстро становились родными. Лаванда, бумага, чернила под жженым деревом и слишком много мороженого достигли ее носа. Наряду со всеми этими ароматами было что-то еще, что-то родное для очень немногих пони. Намек на тяжелый металлический аромат, насыщенный рептильным мускусом со следами чего-то более темного. Потребовалось лишь мгновение, чтобы память Луны вспомнила его. "Почему, скажи на милость, дочь моя, ты пахнешь кровью гидры?"

Гордая улыбка пыталась найти место на лице Литтл Стар, но беспокойство все время мешало ей. "Ну… У меня заканчивалось магически сгущенное дерево из Вечносвободного, и я задумала помочь сделать новое тело для Кэндис".

В течение двадцати минут Луна слушала, как завороженная. Ее дочь и ее друзья оказались настоящими истребителями чудовищ. Рассказ Литтл Стар был настолько же впечатляющим, насколько и тревожным. Большая часть ее души хотела ликовать, устроить пир в честь достижений дочери. Меньшая, но непреклонная часть настаивала на том, чтобы найти способ помешать дочери ускользнуть от ее охраны.

Литтл Стар вытащила из воздуха магическим способом голову гидры и подняла ее как трофей. В груди Луны разгорелась гордость, когда она увидела первый трофей своей дочери. "Нам нужно будет куда-нибудь это прикрепить".

"Мы сможем?" Литтл Стар запрыгала от радости.

"Конечно, это твой первый подвиг по уничтожению чудовищ, и он заслуживает того, чтобы его отметили". Луна снова прижалась к дочери, преувеличенно фыркая. "Но это не объясняет, почему от тебя до сих пор так сильно пахнет кровью чудовища".

"Ну…" — Литтл Стар начала вытягивать из воздуха толстые чешуйки. "Я пыталась решить, что делать с этими и другими частями гидры".

"Я полагаю, что все остальные части, как и голова?"

Литтл Стар кивнула.

"Тогда, когда с текущими… проблемами будет покончено, я проинструктирую тебя. Кость гидры — универсальный материал, хотя официально моя сестра не одобряет его".

Глаза ее дочери засветились, словно внезапно наступил день Согревающего Очага. Радость за этими пурпурными окнами в душу Литтл Стар, так похожая на Твайлайт, делала еще более тяжелым то, что может произойти сегодня вечером. Было бы так легко отбросить сомнения по поводу предупреждения, которое передали чейнджлинги. Будь ты проклята, Кризалис…

* * *

"Капитан Страйкер, вы довольны здешней обороной? Могут ли они выстоять сами по себе?"

"Смогут." Он небрежно прислонился к стене, доставая из седельной сумки пару манго. "Немного потренировавшись, они смогут вытереть пол всем, что есть у соларов, они не дотягивают до наших стандартов в мастерстве, но здесь много сильных пони". Он предложил один из фруктов Луне.

"Кто мы такие, по-твоему, чтобы есть такую обычную еду?"

"Ну, если ты не хочешь…" — Он даже не успел отдернуть копыто, как Луна схватила его.

"Хазза, победа за мной", — ухмыльнулась Луна, показывая два манго, которые держала в своей ауре, в то время как то, которое Страйкер оставил для себя, растворилось в тенях.

"Опять…"

"Пока ты не сможешь надежно распознавать мои иллюзии, ты будешь терять манго". Луна выдвинула фестральные клыки, позволяя остриям пронзить мякоть фрукта. Это было не так приятно, как плоть ее врагов. Тем не менее, взрыв сладкого сока на ее языке говорил о том, насколько дорогими были эти фрукты, тем более в условиях грядущей нехватки продовольствия.

"Это были мои последние два…" — ворчал он.

Луна наклонилась, фрукт все еще был у нее во рту, и предложила его Страйкеру. Ему не нужно было повторять дважды. Его собственные клыки впились в его добычу, их губы почти соприкоснулись, и это даже не отвлекло одержимого манго избранного. Невинное блаженство проступило на его лице, когда он смаковал каждую каплю сока, каждый кусочек мякоти фрукта. Несмотря на терпеливый холодный гнев, который гнездился в пустоте внутри нее, доставление радости одному из ее собственных избранников все еще вызывало у нее улыбку. Даже если мне придется выращивать их самой, Ночная гвардия никогда не останется без манго.

"Итак, Страйкер, мне нужен пони для особого задания".

Страйкер копытом вытер с мордочки последние капельки сока. "Что за особое задание?"

"Партнер для игр и охранник для моей дочери".

"Хм, у меня есть несколько предложений для охранника… Но товарищ по играм…"

"Мы будем использовать на нем заклинание возраста".

"Твоя сестра не будет счастлива".

"Тогда ее несчастье — это цена, которую я готова заплатить за безопасность моей дочери".

"Ты больше заинтересована в том, чтобы она не попадала в неприятности или чтобы она попадала в еще большие неприятности, но всегда могла из них выбраться?"

"Последнее позволит ей расти больше".

"Тогда я думаю, что у меня как раз есть пони для этой работы".

* * *

Копыта Луны боролись с ней, пока она приближалась к цели. Кристальный пол словно сопротивлялся каждой ее попытке поднять копыта. Все дело было в ее разуме. В ее распоряжении все еще была вся ее сила, но каждая фибра ее существа умоляла ее не вступать в конфронтацию. На этот раз она могла получить то, чего желала, чего страстно жаждала, и это не было бы уловкой, обманом или разрушительным пороком.

Когда она огибала последний поворот, тяжелый, одуряющий металлический запах крови пони, витавший в воздухе, едва не вызвал у Луны слюноотделение. Твайлайт, что ты делаешь?

"Докладывай", — произнесла она на почти неслышном фестральномм языке.

"Мы полагаем, что принцесса Твайлайт проводит операцию по восстановлению крыльев Верности".

"Вы полагаете?"

"Это то, во что нас заставил поверить их разговор, прежде чем она заблокировала комнату против нас".

И она пропускает запах крови… любитель. Луна подошла к двери.

Пурпурная магия с серебряным оттенком окутала дверь, открывая ее перед Луной. Что они затеяли, что Свит Дримс присматривает за физическим миром…

Полуистлевшие останки Рейнбоу, ее спина и крылья были вскрыты и расчленены, как паззл в стиле гризли.

Луна сделала паузу, заглянув с порога. Магия, которая должна разрывать и убивать, вместо этого используется для гораздо более полезных целей. Что ж, это ответ на этот вопрос.

Твайлайт радостно хмыкнула, несмотря на влагу, стекавшую с ее бровей. Нити ее пурпурной магии танцевали между сверкающими белыми костями и подергивающимися красными мышцами. Меньшая пони увидела бы только кровавую бойню, сцену из ужастика. Луна могла оценить истинное положение вещей. Каждая часть тела Рейнбоу, имеющая хоть какое-то отношение к полету, была художественно распахнута. Тонкие паутинки малиновой магии Крови поддерживали жизнь всей плоти, несмотря на ее нынешнее положение. Бесплотные цепи магии Души вытягивали лазурные лей-линии Рейнбоу и подпитывали их магией аликорна.

"О. Привет, Лулу", — рассеянно сказала Найтмер, пока магия Твайлайт обволакивала плоть и кости вокруг усиленных магических путей.

"Мы будем с тобой через минуту", — сказала Твайлайт, каждое слово повторяя в ритм напеваемой ею мелодии.

Она все еще заботится о том, что принадлежит ей, подумала Луна, отбрасывая худшую возможность, наблюдая за мастерским манипулированием смертной плотью. Ее разум крепко держал каждую деталь, ожидая времени, чтобы пигмент смог запечатлеть момент.

Наконец длинные лавандовые перья вплелись в крылья Рейнбоу, образуя упорядоченный узор с нетронутыми голубыми. Магия Твайлайт осторожно, нежно уложила Элемент Верности на кровать, широко раскинув крылья, словно высушивая их после покраски.

Лавандовая мордочка с любовью поцеловала лоб мирно спящей кобылы, прежде чем глаза Найтмер встретились с глазами Луны. Они почти незаметно сузились. Она знает…

Легкая ухмылка и кивок Найтмер сказали: "Я могу читать тебя как открытую книгу, маленькая Луна", даже когда Твайлайт беспечно произнесла: "Спасибо, что подождала, Луна". Тыльная сторона окровавленного копыта провела по ее лицу.

"Мы не думали, что будет разумно прерывать тебя во время столь важного магического действия".

Пурпурное сияние в серебряных ободках заплясало по комнате, смывая все следы остатков крови, костей и внутренностей с ее интерьера и обитателей.

"Селестия приказала нам помочь грифонам", — пожаловалась Найтмер.

"Мы обе знаем, что так будет правильно. Они наши союзники, и это также поможет защитить Эквестрию", — сказала Твайлайт. Однако собственнические движения ее тела делали защиту Эквестрии второстепенной по отношению к защите ее территории, ее дома, этого замка.

Подсознательный язык тела земнопони, Твайлайт? Или твой гость тонко влияет на тебя? В голове Луны пронеслось множество вариантов развития этого разговора. Казалось, Твайлайт не подозревала о ее подозрениях, она была беспечной участницей разговора, хотя Найтмер очень хорошо знала, что Луна подозревает.

"Может, удалимся в более удобное место?" — ровным тоном предложила Найтмер.

Луна кивнула. "У нас было мало времени на отдых с тех пор, как мы побывали на поле битвы. Мы уже давно научились наслаждаться любой доступной помощью".

"Тогда идем, я знаю подходящее место". Тело Твайлайт вышло из комнаты, проходя мимо открыто уставившихся на нее стражников.

Луна последовала за ней, не притворяясь, что в ее глазах появился интерес, когда они следили за звездами на атлетических боках Твайлайт. Даже если это твоя вина, Найт, я, по крайней мере, должна поблагодарить тебя за ее улучшенное телосложение.

"Ну, как твоя охота?"

"На проклятых или на твоего бывшего похитителя?"

Из гривы Твайлайт вырвался один уголек пламени. "Мы считаем, что ты была бы в лучшем расположении духа, если бы вернула ему должное".

Луна вздохнула, отводя взгляд, чтобы скрыть от Найтмер обвинение в своих глазах. "К сожалению, он оказался удручающе искусен в сокрытии себя от моих талантов".

"Ты полагаешь, что кто-то из пони научил его прятаться от тебя?" Магия Твайлайт погладила Луну по щеке, повернув ее голову назад, чтобы посмотреть на нее. "Тебе интересно, была ли это я?" Глаза Твайлайт засветились внутренним огнем: мягкие круглые зрачки превратились в длинные безжалостные щели.

"Если бы это была ты, то это случилось бы еще до нашего возвращения с Луны".

Огонь в глазах Твайлайт утих, и любопытный ученый выглянул наружу, когда берег стал чистым. "Как ты могла научить его, когда была на луне?"

"У нас все еще был доступ к снам тех, у кого были знаки ночи".

"Как будто он…"

"Да, Твайлайт".

Множество расчетов плясало за этими завораживающими пурпурными глазами. "Нет, я полностью доверяю Дримс и почти так же Найт", — сказала Твайлайт.

"И все же это возможно, Твайлайт" — признала Найтмер.

"Что?" — В голосе Твайлайт прозвучала растерянность.

"И я, и Луна были совершенно безумны, движимые лишь местью".

Холод внутри Луны усилился. Множество пони, которых она потеряла, не из-за насилия или раздоров, а просто от старости, когда отбывала свой срок на Луне, тяготили ее, как тяжелые металлические цепи. "Тысяча лет — очень долгий срок".

"Да, это так." Найтмер наполовину мурлыкала, наполовину рычала.

Запахи воды, мыла и экзотических цветочных смесей ясно указывали на их место назначения.

"Ты помнишь это?" — спросила Луна.

Тело Твайлайт перестало поворачиваться, но глаза Найтмер смотрели в ответ. "Не помнишь?"

Лишь усилием воли Луна подавила дрожь, прежде чем она началась. Что со мной не так?

Холодные глаза Найтмер отступили, оставив Твайлайт более мягкие и добрые. "Я знаю, что сейчас все немного напряженно, но мы — семья".

Было ли это правдой, было ли это обманом? Все, что она видела, говорило о том, что это говорит Твайлайт, но если кто и мог обмануть ее, так это Найтмер.

Мягкие перья прижались к спине Луны, когда восхитительно мягкие крылья Твайлайт заключили ее в пернатые объятия. "Пойдем, позволь мне снять этот стресс".

Легкое давление, и копыта Луны двинулись почти сами собой. Ее длинные конечности двигались медленнее, чтобы соответствовать темпу Твайлайт. Это было так легко — просто быть ведомой, просто принять. Почему же она так сомневалась и не верила? Словно прочитав ее мысли, Твайлайт слегка улыбнулась. "Все будет хорошо, вот увидишь". С нежными глазами Твайлайт повела Луну в роскошную кристальную ванну.

Пурпурная магия нежно массировала ее копыта, снимая с них усиленную обувь. Каждая деталь королевских амуниций была аккуратно отложена в сторону, пока меньшая лавандовая кобыла уговаривала ее погрузиться в объятия ароматной воды.

Луна позволила своему телу сыграть роль очарованной девы. Это было нетрудно, учитывая красоту Твайлайт и ее полузакрытые глаза, полные завуалированных обещаний. Луна могла овладеть ею прямо здесь и сейчас, но у нее все еще была своя миссия. Она все еще должна была знать. Луна вела себя так, словно это был всего лишь сон, скрывая суть своего разума за тем, что Найтмер могла ожидать увидеть, с чем она могла столкнуться, когда Луна была наивной и одинокой кобылкой.

Глубокая ванна не была идеальным местом для сражения, а с таким количеством жителей, находящихся под защитой Твайлайт в замке, сопутствующий ущерб мог быстро увеличиться. Мы обе не морские пони, так что положение одинаково уязвимо? Во что ты играешь, Найтмер?

Роскошное тепло просачивалось сквозь закаленную в боях плоть, экзотические благовония пытались успокоить ее воинственный разум, но они были ничем для кобылы, испытавшей в своих снах все отвлекающие факторы, какие только может представить разум пони.

Твайлайт сдвинулась с места, двигаясь, рябь на воде омывала Луну, как ласковый прилив. "Итак, Лулу, что это будет?"

Луна подняла бровь.

"Нетрудно заметить твое недоверие".

Луна почувствовала, как сузились ее глаза. "Ты, конечно, понимаешь?"

Насыщенный смех Найтмер вырвался изо рта Твайлайт. "Естественно, ты была бы дурой, если бы полностью доверяла нам".

"Найт!" — огрызнулась Твайлайт, ее шокированное выражение переполнило их общее лицо. "Мы должны были дать ей основания доверять нам, а не говорить, что она не может нам доверять".

"Она не наивная современная пони. Твайлайт, ты видела достаточно этого мира, чтобы знать, что в нем гораздо больше тьмы, чем Сестра позволяет пони видеть".

"И все же…"

"Мы — риск, опасность. Мы “могли бы” навести ужас на мир. Луна была бы небрежна в своих обязанностях, если бы не расследовала нас".

Твайлайт легла обратно в ванну, ее раздраженный вздох вызвал рябь на поверхности воды. "Но это не значит, что мне это должно нравиться". Кобыла скрестила передние ноги, очаровательно надувшись.

Луна наблюдала за этой маленькой игрой. Все, что делала Твайлайт, было разрешено Найтмер. Весь этот спектакль мог быть не более чем представлением.

Круглые глаза Твайлайт превратились в кошачьи Найтмер. "Итак, Лулу, что ты собираешься делать? Каждое мгновение, которое ты “тратишь” со мной здесь, означает, что пони там умирают".

Желчь и ледяные осколки толпились в груди Луны, но пока что она сохраняла спокойное выражение лица. "Ты знаешь мою дилемму?"

"Да, ты хочешь доверять нам". Найтмер широко раскинула манящие крылья Твайлайт, позволяя себе парить брюхом вверх. "Просто прими решение". Найтмер закрыла глаза и удовлетворенно вздохнула.

Найтмер была там, совершенно беззащитная, без единой магической защиты, с закрытыми глазами, игнорируя ее. Ты не будешь меня игнорировать, — рычала в глубине ее сознания кровожадная часть Луны.

"Почему ты не воспринимаешь это всерьез?" — спросила Луна, ее голос был холоден, как самая темная ночь на замерзшем севере.

"А почему я должна?" — Найтмер полуприкрыла глаза и лениво покрутила ими, чтобы взглянуть на Луну. "Мы будем сражаться или не будем. Почему я должна перестать наслаждаться этой жизнью? Почему бы мне не наслаждаться каждой секундой удовольствий, на которое я могу претендовать?"

"Наши пони умирают?"

"И? “Мои” пони здесь и в безопасности".

Это был не тот ответ, который Твайлайт оставила бы без комментариев. "Где Твайлайт?" — спросила Луна.

"Снова в своей библиотеке, читает… или наслаждается объятиями Свит Дримс. С этими двумя я никогда не могу сказать". Найтмер показала клыки в своей довольной ухмылке.

Ее сила дрожала внутри нее. Сила земли хотела раздавить Найтмер под копытами. Ее рог жаждал дотянуться и превратить кровь в лезвия или призвать тени, чтобы задушить самодовольную кобылу. Все, что угодно, лишь бы стереть это выражение с морды.

Найтмер снова позволила глазам закрыться. "Это все еще тело Твайлайт, ты же знаешь…"

"Как…"

"Луна, Луна, Луна. Я знаю о тебе больше, чем ты сама. Я помню каждый момент твоей жизни, каждую деталь, каждого возлюбленного, каждую ненависть". Найтмер понизила голос до шепота. "Все, что твоя сестра скрывала от тебя".

"И мы должны доверять “тебе”?"

"Наше сердце кровью обливается, когда ты называешь нас на "ты", как какая-то обычная пони, а не как положено, когда мы так близки". Найтмер фыркнула от удовольствия, помахивая копытом в воздухе. "У нас есть все, о чем мы могли бы попросить. Зачем нам тратить силы на что-то вроде этой напасти?"

"Месть".

"Когда мы только вернулись с луны, да, но ты знаешь, что месть не дает тебе?"

"Что?" — спросила Луна, ее голос был безэмоциональным.

"Секс, хорошую еду и друзей".

Луна моргнула: "Ты такая недалекая?"

"Попробуй вспомнить каждую секунду в безвоздушной пустоте луны. Единственным ощущением был холодный вакуум космоса, пытающийся убить наше бессмертное существо". Жесткие глаза уставились в глаза Луны. "Это действительно учит ценить мелочи".

Все, что говорила Найтмер, было правдоподобно. Все имело смысл. И все же все могло оказаться уловкой, ловушкой. Луна бросила взгляд в сторону Кантерлота. Что ты скрываешь от меня, сестра?

"Значит, дорогая сестра все еще не доверила тебе правду?"

"Не заманивай нас, фрагмент".

"Фрагмент? У нас есть имя, и мы не просто инструмент сестры".

Луна взмахнула крыльями, и сдвоенные струи воды залили комнату. "Мы — ничей инструмент". Королевский Кантерлотский голос отразился от кристальных стен.

"Что ты хочешь сказать, Лулу?" — Тон Найтмер прорвал последние остатки сдержанности. Луна пошевелилась.

Мгновение, меньше удара сердца, и невинные глаза Твайлайт смотрели сквозь воду, когда она снова обрушилась на них. Луна почувствовала знакомый хруст сломанного позвоночника через копыто. Только сила тела аликорна удержала ее голову.

Луна моргнула, ее клыки отошли назад, и дикое рычание затихло в ее горле. Она тосковала по Твайлайт, своей спасительнице, лежащей под ней. Земная магия струилась по ее телу, придавая ей силы. Что я наделала? Луна упала обратно на спину, еще один поток воды вырвался из ванны, но Луне было все равно.

"Лу… Луна… что за черт?" — прохрипел хриплый голос Твайлайт, когда она поднялась из воды, потирая регенерирующее горло.

"Найтмер…"

"Найт ничего не делала, только разговаривала с тобой. Это ты решила, что сломать мне шею — хороший контраргумент".

"Но…"

"Если бы я еще не прошла через свое испытание, ты могла бы уничтожить Понивилль. Если бы я была смертной, ты бы убила меня".

Раскаленный гнев и осколки застывшей ненависти к себе вгрызлись в нутро Луны. "Мы… мы не хотели причинить тебе боль, Твайлайт".

"Есть вещи, в которых то, что ты хотела, уже не имеет значения". Спокойный неодобрительный взгляд Твайлайт пронзил сердце Луны сильнее, чем ухмылка Найтмер.

"Мы приносим свои извинения, Твайлайт". Тяжелая голова Луны опустилась сама собой. Как она позволила себе потерять контроль? Почему она так поступила со своей суженой? Гогот Найтмер эхом отдавался в ее ушах. Луна знала, что это было ее воображение, но это не могло заставить его замолчать.

"Ты знаешь, что твоя гостья спровоцировала меня?"

"Да, и ты большая кобыла. Тебе больше тысячи лет. Я моложе тебя более чем в пятьдесят раз. Это я должна быть незрелой".

Как эта кобыла заставила ее снова почувствовать себя маленькой кобылкой? Когда ее отчитали за то, что она украла печенье у повара перед ужином. От этого мысленного образа ей захотелось рассмеяться, но это точно не было бы правильным ответом на расспросы Твайлайт.

Пурпурные глаза Твайлайт смягчились, когда она прошла вперед по теплой воде в ванной. Мокрая шерсть Твайлайт прижалась к шерсти Луны, и лавандовая кобыла медленно заключила Луну в объятия. "Я знаю, что ты через многое прошла, но потеря самообладания тебе не поможет".

"Найтмер…"

"Ее зовут Найт. Она перестала быть Найтмер после того, как Элементы покончили с ней".

"Найт намеренно подстроила мою реакцию, ты же знаешь".

Твайлайт погладила Луну по шее, и та кивнула. "Конечно, и я поговорю с ней позже".

Луна закрыла глаза и просто вернула объятия. Ничто в этой встрече не шло по плану.

Твайлайт вздохнула. "Что же мне делать с вами обеими?"

"Похоже, секс — хороший вариант", — добавила Найтмер, или Найт, как настаивала Твайлайт.

Твайлайт медленно сделала фейсхув. "Найт, ты же знаешь, что Кейденс будет очень недовольна нами".

"И что? Ты знаешь, что хочешь этого".

"От назойливого беса до соблазнительного суккуба в одном разговоре. Пожалуйста, будь хотя бы вежливой, Найт" — попросила Луна.

"Так ты знаешь, как нас зовут?" — мурлыкнула Найт.

"Найт, пожалуйста, перестань провоцировать ее. Ты уже достаточно сделала".

"Хорошо, но только потому, что мы — семья" — надулась Найт.

Прямо на ее глазах Твайлайт и Найтмер препирались, как супруги, давно состоящие в браке. Существо, которое было виновником стольких ее страданий, которое превратило ее в монстра, теперь казалось таким же безобидным, как и Кейденс. Луна прижала копыто ко лбу, надеясь, что давление поможет подавить нарастающую головную боль.

Луна сделала успокаивающий вдох, позволяя благовониям и сладкому аромату Твайлайт успокоить ее нервы. "Как нам выйти из этого тупика? Найт, ты понимаешь мои сомнения, очевидно, лучше, чем я".

"Ну, во-первых, что привело к этому? В прошлую нашу встречу мы прекрасно ладили".

"Моя сестра получила информацию, обвиняющую во всем этом тебя".

"Тогда спроси себя, доверяешь ли ты своей сестре и ее источнику?"

"Моей сестре… в данном случае, да. Источнику — в меньшей степени, но вопрос в том, откуда они узнали о твоем возвращении?"

"И кто был источником?" — спросила Твайлайт.

"Чейнджлинги".

Найтмер издала сдержанный, но все еще леденящий душу злой смех. "О, кролева все еще расстроена из-за моей ловушки?"

"Кролева?" — спросила Твайлайт.

"Эта выскочка Кризалис хотела забрать у меня мою любимицу".

"И что же ты сделала?"

"Это наглое низшее существо пыталось сломать разум нашей Эмеральд, поэтому я вернула ей должок. Я сомневаюсь, что это причинит реальный вред притворной королеве. Связь, которую она использует, слишком хрупка, чтобы выдержать более интересные сюрпризы, которые я могла бы использовать".

"Значит… все это время чейнджлинги знали, что ты где-то рядом?"

"Да, так. Это не…" — Найт прервал титанический удар копытом по лицу.

У Луны возникло сильное искушение провести собственный фейсхув. Либо твоя игра стала лучше, либо ты просто некомпетентна. "Ты позволила одному из наших самых опасных врагов узнать информацию, из-за которой моя сестра может попытаться убить Твайлайт сейчас?" Луна даже не пыталась скрыть свой гнев. Бывшая теплая вода в ванной превратилась в лед вокруг них.

"Почему я вообще беспокоюсь?" — пробормотала Твайлайт.

"Я знаю, что холод нас не беспокоит, и все же эти ванны оказываются гораздо более расслабляющими, когда вода находится в жидком состоянии", — заявила Найт.

В глазах Твайлайт вспыхнуло пламя, затем оно заплясало по ее гриве и хвосту. Лед потрескался и растаял, когда она разорвала объятия и отступила к дальнему краю ванны. Луна сидела напротив своей суженой, заключенная в лед, а лавандовая кобыла с огненной гривой лежала в кипящей воде всего в нескольких шагах от нее.

Лед шипел и визжал, когда поднималось бесконечное облако пара, заполняя комнату, где сражались две противоположные стихии. Сверху капал дождь. Собственная магия Луны буквально сформировала из влажного воздуха тёмные облака над собой.

Минуты проходили в напряженном, немигающем взгляде Твайлайт и Луны. Какой в этом смысл? — подумала Луна, вздыхая. "Это ни к чему не приведет".

"Мы это прекрасно понимаем". Твайлайт и Найтмер заговорили в унисон. От странной двойственности голоса по ушам Луны пробежали мурашки.

"Как я могу быть уверена, что это не обман? Я прекрасно знаю и о твоей компетентности, и о глубине твоих познаний о себе".

"Правда в том, что ты никогда не будешь уверена. В какой-то момент ты должна положиться на нас", — говорили два голоса одновременно.

"Или нет" — добавила Найт в одиночку.

"Мы хотим доверять вам".

"Тогда доверяй," — предложила Твайлайт.

"Это не так просто".

"Это так. Если вы не можете доверять нашим словам, доверьтесь нашим действиям", — сказала Найт.

Твайлайт поднялась из воды. От ее шерсти шел пар, когда тепло ее гривы испаряло ароматную жидкость. "Мы предлагаем тебе пакт. Мы обе, Твайлайт и Найт, клянемся своей бессмертной жизнью, что не будем лгать, обманывать, хитрить или дезинформировать кого бы то ни было, пока не покинем эту комнату".

Луна наблюдала, как от шока у нее вырвались слова, когда магия Твайлайт вспыхнула и древние слова запечатали пакет. Тяжесть древней магии давила на комнату. Казалось, будто миллион глаз внезапно сфокусировались на них.

Твайлайт улыбалась спокойно и расслабленно, опустившись обратно в бурлящую воду. Ее шея изящно, с готовностью поместилась в образную гильотину, созданную ее собственной магией.

"Твайлайт…"

"Теперь, ты доверяешь нам?"

"Ты знаешь, что ты только что сделала?"

Твайлайт просто кивнула, все еще с довольной улыбкой на лице.

Улыбка Твайлайт стала более злобной, когда глаза Найт раскрылись. "То, на что сестра никогда бы не решилась, то, что она никогда бы не смогла пережить, сохранив свои планы в целости и сохранности любыми средствами, кроме молчания, если бы ты была в комнате".

Это было правдой, в любой момент Селестия могла сделать нечто подобное. Один пакт, простые, но древние слова, и Луне никогда не придется сомневаться в том, что говорит ей сестра.

"Ты выпустила скверну?"

"Не в этот раз".

"В этот раз?"

"Потребовалось несколько попыток, чтобы создать совершенное заклинание. Мы полагаем, ты не помнишь, как помогала нам в его создании?"

Луна покачала головой. "Ты знаешь, что Селестия сожгла некоторые из моих воспоминаний, некоторые вещи, которые я узнала, превратили меня в зло, что позволило мне пасть перед тобой".

Найт фыркнула. "Конечно, это то, что она сказала бы тебе".

"Будь милой", — предостерегла Твайлайт.

"Ладно, ладно", — начала Найт, а потом пробормотала: "Лучше бы потом было печенье и гамбургеры".

Луна успела поймать смех, прежде чем он вырвался на свободу. Что, Найтмер, Твайлайт не даёт тебе лакомства? Вся эта идея была просто смехотворна. Тем не менее, почти жеребячье умиление в глазах Найт было слишком реалистичным, слишком похожим на то, какой Луна была много лет назад, чтобы его можно было просто отбросить.

Усилие позволило Луне откинуться назад, повторяя позу Твайлайт. Осыпающийся вокруг нее лед идеально лег на ее мощное тело.

"Ты намерена защищать эту нацию?"

"Да", — ответила Твайлайт.

"Только потому, что Твайлайт этого хочет, а я не могу позволить кому-то другому уничтожить Эквестрию".

"Найт!" — пожаловалась Твайлайт.

"Что? Если кому-то и позволено уничтожить Эквестрию, так это мне. Так как ты, похоже, отговорила меня от этого, то пока, я думаю, мне придется присматривать за ней".

Твайлайт только покачала головой. "И что же мне с тобой делать?"

"Давай поговорим об этом позже. Сейчас время Луны расспрашивать нас".

"Спасибо. Ты знаешь, как это… созданное нами зло вырвалось на свободу?"

"Знать? Нет", — Найт покачала головой. "У меня много мыслей о том, как это могло произойти. Я могу сказать, что они сумели правильно произнести заклинание, но никак его не модифицировали."

"И что это значит?"

"Это значит, что если я раскрою свою истинную сущность, то смогу повелевать, по крайней мере, некоторыми существами и большей частью растительности, которая подверглась порче".

"Черный ход в заклинании?"

"Не совсем. Заклинание должно было посеять хаос, разрушить целую нацию, создав при этом укрепления и готовую армию для нас".

"Значит, ты можешь ими командовать?"

"Как только оно пройдет свой путь и соберутся самые сильные из проклятых, готовые к тому, чтобы их Королева взяла управление на себя".

Луна вздохнула. "Итак, слишком мало, слишком поздно".

"И как, по-твоему, сестра отреагирует, если Твайлайт примет наш более темный и привлекательный облик?"

Луна закрыла глаза. Она точно знала, как отреагирует Селестия. Она предвидела это. Снова вернулось то преследующее ее видение из сновидческого пропицания. Череп Твайлайт, покрытый кристаллами, кричал в агонии, в ярости. Немногие вещи могли убить аликорна. Самая темная из черных магий, рог аликорна, вонзившийся в сердце или мозг, или полная и окончательная дезинтеграция каждого атома пони.

"Луна?" — Голос Твайлайт был мягким, обеспокоенным.

Луна подняла голову. Твайлайт смотрела на нее. В глазах молодой кобылы не было ничего, кроме тепла и беспокойства. Позади них выглянула даже Найт, обеспокоенная, но достаточно мудрая, чтобы понять, что реакция Луны предвещает беду.

"Мы не хотим выяснять, что может сделать Сестра, если решит, что ты пала, Твайлайт".

"Мы тоже, считаем, что жить предпочтительнее, чем быть изгнанными на луну или быть сопровожденными в забвение. Теперь, конечно, у тебя есть еще вопросы, маленькие сомнения, которые ты хотела бы развеять. То, что Сестра скрывала от тебя?"

Луна удалилась в свой бастион, ее тело было совершенно неподвижно, пока она расхаживала взад и вперед по крепостной стене. Она могла спросить о стольких вещах, о стольких вещах она могла, наконец, узнать правду. Но что, если сестра права? Что, если я задам неправильный вопрос и потеряю себя в безумии?

"Луна, перестань прятаться в своей голове, выйди сюда и поговори".

Глаза Луны перефокусировались на материальный мир. Лед вокруг нее исчез, превратившись в теплую воду, а мордочка Твайлайт почти касалась ее собственной. Теплое дыхание щекотало шерсть ее лица, а большие глаза смотрели на нее.

"Хорошо, ты вернулась. А мы уж думали, не придется ли нам зайти за тобой", — сказала Твайлайт, прижимаясь к боку Луны. Контакт был теплее, чем вода, как физически, так и эмоционально.

Новая позиция была гораздо менее конфронтационной, больше не было противников, смотрящих друг на друга с противоположных по стихии сторон ванны. Нет, теперь они были любовниками, которые просто обнимались рядом друг с другом.

Луна повернулась лицом к своей меньшей суженой, и мягкие губы захватили ее губы. "Твайлайт?"

"Это гораздо более приятный тон для нашего разговора, верно?"

Кивок был единственным подходящим ответом. "Есть вещи, о которых я не хочу спрашивать".

"Мне кажется, я считаю, что знать правду лучше, чем не знать".

"Это странное утверждение, моя Твайлайт", — сказала Луна, положив копыто на ногу своей подруги.

"Это просто логично. Я не хочу случайно убить себя из-за этого договора правды".

"Мудро" — Луна кивнула. "Но знаешь ли ты теперь свои собственные мысли?"

"Я знаю, что есть вещи, о которых я была счастлива не знать". Твайлайт вздохнула. "Так что есть вероятность, что мои взгляды изменились, и я могу не осознавать этого".

Луна прижалась к своей суженой, ее крыло напряглось, предлагая поддержку меньшей кобыле. Ее уникальный запах был все еще различим под смесью дорогих ароматов в воде для купания. Луна закрыла глаза и просто слушала биение сердца Твайлайт. Медленный ритм успокаивал нервы Луны. Она должна была задать один вопрос. Неопределенная правда, на которую она боялась узнать ответ. "Почему мы выступили против Сестры?"

"Ты не знаешь?" Глаза Найт были полны удивления. "Как ты можешь не знать?"

"Мы мало что помним о том времени, о том, что привело нас в движение, и о большей части грехов, которые мы совершили, когда подчинились тебе".

Присутствие Найт отступило, оставив Твайлайт под единоличным контролем их тела. "Прости, Луна, Найт просто нужно несколько минут, чтобы успокоиться".

"Она закатывает истерику, не так ли?"

"Я бы скорее описала это как демонстрацию своего словарного запаса и применение его к негативным коннотациям Селестии".

"Это очень хороший способ описать ее реакцию".

"Ну, ты ожидаешь, что я буду использовать способ описания вещей другой пони?"

"Наверное, нет".

"А вот и она".

"Итак, Сестра забрала у тебя даже воспоминания о своих преступлениях, о своем насилии над нами".

"Насилие?"

"Она… она… эта полная…" — лицо Найт дернулось, каждое слово было выплюнуто, когда она не смогла сдержать рычание. "У нас было бесчисленное множество фрагментов, порой по одному на каждую пони, который видел сон. Пони, которые попадались нам на глаза или по-настоящему дружили с посланными им фрагментами, часто сохраняли их на всю жизнь, и фрагмент возвращался к нам, обогащенный опытом". Даже в наполненной паром комнате мерцание влаги было отчетливо видно, как Найт старалась сдержать слезы. "Каждый фрагмент был полностью назван, друг, наша семья. Каждый — хранитель воспоминаний о наших самых любимых пони".

Луна не хотела спрашивать, не хотела знать, но вопрос все равно сорвался с ее губ. "Что случилось?"

"Это сделала Селестия". Это имя было проклятием. Горькая ненависть омрачила комнату, мерзкий темный огонь заплясал по рогу Твайлайт. "Она убила их всех, она ворвалась в наш бастион и сожгла их всех, и знаешь, что еще она сделала? Как она удерживала нас, что мы были беспомощны в нашем собственном разуме?"

Луна опустила уши. Ее голос был едва слышным шепотом. "Как?"

Из мордочки Твайлайт донеслось подражание самому доброму и любящему тону Селестии. "Пусть это будет тебе уроком. Это всего лишь фрагменты, всего лишь инструменты. В следующий раз ты больше не будешь делать их в избытке". Слезы текли из глаз Твайлайт, а глаза смотрели на Луну, кипя от безграничной ярости.

Пакт все еще существовал, его магия оставалась нетронутой. И Твайлайт, и Найт все еще жили. Это означало только одно — то, чего Луна очень, очень хотела, чтобы это было неправдой.

Найт вырвалась из объятий и медленно встала со всей грацией зомби. "Вот почему мы ненавидим ее. Вот почему мы пытались убить ее. Это было последнее преступление, которое она совершила против нас. Мы, монстр, убийца, киллер, в которого она нас превратила, в конце концов, это было уже слишком".

"Мы понятия не имели…"

"Вот почему нас это больше не волновало. Мир мог застыть в бесконечной ночи, что угодно, лишь бы мы могли убить ее". Найт вытащила себя из воды, ее слезы оставляли рябь на воде. С каждой из них Твайлайт бормотала число. Во вспышке пурпурной магии она исчезла.

Зверь внутри Луны метался, он хотел выбраться наружу, он хотел вернуться в Кантерлот и вбить своей подруге-принцессе больше, чем немного мозгов.

Осторожно, обдуманно, Луна легла обратно в ванну. Ее тело дрожало от силы. Ее гнев, ее жажда крови требовали действий, требовали мести. И все же она ничего не сделала. Она не могла. Нация не выживет без своего сияющего маяка, самой любимой и могущественной пони во всем мире.

Луна опустила голову под воду, снова уходя в свой бастион.

Почему сестра? Какую цель может преследовать такое существо в твоем великом замысле для Эквестрии?

* * *

## 50.1 Второе жеребячество

* * *

Глаза со щелевидными зрачками вглядывались в собственное отражение. Смотреться в зеркало и не видеть там того, кого ожидал увидеть, было почти уникальным ощущением.

Длинная линия без шерсти, которая раньше украшала его морду, была напоминанием, которое Луна намеренно оставила, когда исцелила его. Он никогда не недооценивал досягаемость лезвия, поскольку эта отметина встречала его каждую ночь в ванной.

В его отражении не было ни единого следа его жизни или уроков Луны. Годы с трудом заработанных шрамов и закаленное в боях телосложение — все это сползло, как змеиная кожа.

Он по очереди расправил каждое кожистое крыло. Оба были девственно чистыми и новыми. Придется переучиваться, чтобы учесть этот дополнительный запас тяги, — критически подумал он, пробегая взглядом по гладкой мембране левого крыла.

Он улыбнулся: в том, что смотрело на него сзади, не было ни капли его суровой привлекательности. Нет, он выглядел просто милым. Он вздохнул. "Это я делаю для вас, моя государыня".

Его магия, магия, с которой он родился, исказила его копыта, заглушая их, когда он беззвучно рысил по кристальному полу. С каждым шагом он чувствовал легкость. Как будто он только что целый день шел пешком и только что сбросил тяжелую тренировочную броню.

"Посмотрим, на что оно способно". Его подростковое тело сгорбилось, и все юношеские мышцы напряглись. Мгновение спустя он резко стартовал. Каждая конечность вытянулась, подбросив его почти до потолка без единого взмаха крыльев, похожих на крылья летучей мыши.

Под ним раскинулись четыре рассеивающихся кольца теней — остатки его глушащего эффекта разлетелись на куски.

Секунду спустя его копыта встретились с кристаллом с непривычно естественным звуком. Зарождающейся магии земных пони было более чем достаточно, чтобы поглотить удар.

Он поднял копыто. Оно казалось таким легким без тяжелых подков, прибитых к нему. "Скорее камешек, чем метеор…"

* * *

"Теперь, дочь моя, у меня есть для тебя новый друг".

"Правда?" — Голос Литтл Стар был ярким и чистым, нетронутым всеми недавними ужасами.

Это была его очередь. Он вышел из тени Литтл Стар. Пурпурные глаза сфокусировались и заглянули в его собственные.

"Привет, меня зовут Литтл Стар, и моя мамочка говорит, что мы будем друзьями".

"Привет". Он просто остановил себя, чтобы не добавить "Малышка" или что-то в этом роде. Он протянул свое копыто. "Меня зовут Метеор Крэш".

Литтл Стар долго смотрела на его протянутое копыто, прежде чем медленно протянуть копыто и стукнуть по нему. "У меня есть заклинание, которое может спасти тебя от крушения".

На лице Луны мелькнула легкая дрожь. Но глазам не хватало обычного блеска. Что-то не так, но что?

"Я представляю, дочь моя, что есть много полезных заклинаний, которые ты можешь показать ему, и много вещей, которым ты могла бы его научить".

Глаза Литтл Стар загорелись радостью. "Я могу научить его?"

"Всему, чему пожелаешь". Луна улыбнулась.

"Разве у меня нет права голоса?" — спросил Крэш на беззвучном языке фестралов.

"Конечно есть. Чему бы ты хотел научиться в первую очередь?" — Литтл Стар ответила почти неслышным шепотом.

Как?

Словно прочитав его мысли, Луна ответила на его вопрос. "Наша дочь полна сюрпризов".

Подожди, нас слышат только полукровки и… Луна подмигнула, прежде чем он успел закончить эту мысль.

"Нам будет очень весело. Я должна познакомить тебя с Грей и Торном".

"К сожалению, у меня есть кое-какая работа. Беги и играй, моя Литтл Стар". Луна погладила свою дочь, а затем посмотрела на Крэша. "Мы также ожидаем, что ты насладишься этой возможностью".

"Да, мамочка" — Литтл Стар щебетала, рассеянно поднимая Крэша в своей ауре, когда уносилась галопом.

Толстое магическое одеяло заставило его крылья трепетать. Насколько она сильна? Он вопросительно посмотрел на Луну.

"Береги ее", — прошептала она, ее глаза были темными и торжественными.

Возможно, это будет не просто прогулка. Крэш кивнул и сердечно поприветствовал своего суверена, прежде чем его затащили за угол.

* * *

## 50.2 Тьма Кэндис

* * *

"Кэндис?" Это слово что-то значило. Оно имело какое-то значение. Это было важно, но почему?

Мысли текли с леденящей скоростью, а воспоминания проносились мимо. Ее разум не мог сгуститься до полного осознания. Бездумное забвение снова сомкнулось вокруг.

"Проснитесь, мой капитан". Новые слова были расплавленными бритвами, вонзившимися в самое ее существо. Ее тело билось в конвульсиях, грудь вздымалась, когда она делала мучительный вдох. С каждым вдохом в нее вливался жидкий огонь.

"Ее показатели растут", — сказал голос, который, она была уверена, она уже слышала раньше.

"Стар, как мы практиковали, сейчас", — ответил почти тот же голос.

Булавки и иголки, только в тысячу раз хуже, сжимали ее сердце, останавливая его. Ее легкие остановились. Даже если ее внутренние органы не работали, блаженная потеря сознания не наступила.

От боли не было спасения. Жизнь все еще текла через ее тело. Магия, так похожая на то, что она почти помнила, согревала ее плоть.

"Мамочка, с ней все будет в порядке?" В голосе младшей слышалась паника.

"Да, моя Литтл Стар". Голос был спокойным, уверенным.

"Это хорошо, но я так хотела сделать для нее тело голема".

Ощущения, когда на ее плоть давят и тянут, продолжались. Треск, щелчки и слишком мясистые звуки сопровождали давление.

"Выздоравливай скорее", — сказала молодая, прежде чем раздался хлопок уходящего телепорта.

"Не смей умирать, Кэндис", — скомандовал высокомерный голос.

Прошло несколько секунд, прежде чем более мягкий и тихий голос снова нарушил тишину. "Я не знаю, слышишь ли ты меня, но… мне жаль… нам обеим жаль. Я и Нова. Я сделала все, что могла, все, что только могла придумать".

Мягкое давление коснулось лба Кэндис. "Вернитесь к нам, мой капитан".

* * *

Боль исчезла. Ничего не болело. Медленно обрывки мыслей собирались воедино. Истинное осознание восстановилось, как феникс, восставший из пепла. Это слово, имя Кэндис было ее именем.

По мере того, как возвращались воспоминания о том, кем она была, к ней возвращалось и то, что она сделала. Пламя Новы и ее решение.

Медленно в ее тело проникали ощущения. Прохладный воздух наполнял ее легкие с каждым вдохом. Теплая кровь пульсировала в ее венах. Все обычные признаки жизни были на месте. Только через мгновение она заметила, что лежит на спине. Холодный камень медленно вытягивал тепло из ее плоти.

Обоняние, слух и осязание не давали больше никакой информации, поэтому она открыла глаза. Небо над головой было заполнено множеством разноцветных сфер.

"Добро пожаловать обратно в наши владения, Кэндис", — сказал ровный голос Луны.

"Как долго?"

"Гораздо меньше, чем мое изгнание, меньше луны".

"А по ощущениям и того меньше", — заявила Кэндис, оставаясь неподвижной, как камень, на котором она лежала. "Что же произошло?"

Луна переместилась и устроилась рядом с ней, полуночное крыло легло на нее, словно одеяло. "Один дворянин, подставленный моей сестрой, и возможность для некоторой перепланировки".

"Значит, жизнь невиновного разрушена?"

"Я бы вряд ли сказала, что они были невиновны, но они не заслужили и десятой части своей судьбы".

"Это была переговорная позиция. У нее не было намерения причинить вред. Просто у Твайлайт мало опыта в политике, и она слишком остро отреагировала".

Спокойные глаза Луны наблюдали за происходящим, за ними ясно читался острый интеллект. "Мир, Кэндис, мир".

"Я спокойна. Я просто излагаю факты".

"Не политика вызвала чрезмерную реакцию". Луна вздохнула.

"Дурочка угрожала тому, что она любит. Я понимаю".

"Нельзя легкомысленно угрожать тому, кто дорог аликорну. Тем более, если их защищает более одного фрагмента".

"Я в курсе. Вот почему она была дурой. Но это не меняет ее мотивации к переговорам".

Темная усмешка вырвалась у Луны. "Только вернулась в свой домен, а ты уже вцепилась во все детали". Выражение лица Луны смягчилось, а голос потеплел. "Что более важно, как ты?"

"Восстанавливаюсь. Мне пришлось отбросить свои эмоции, чтобы пережить боль. Я стараюсь убедиться, что у меня есть взгляд на вещи, прежде чем позволить себе снова что-то почувствовать".

"Так похожа на лед, мой чемпион".

"Урок, который я усвоила давным-давно. И ты укрепила его в своем обучении меня".

"Многое произошло. Ты предпочитаешь, чтобы я начала с самого начала или с самого важного?"

Сверху несколько сверкающих шаров погасли. Выражение лица Луны ожесточилось, когда она посмотрела на их потерю.

"С самого начала, пожалуйста. Так я смогу лучше все организовать".

"Ярость Твайлайт чуть не убила тебя".

"Это я знаю. Я серьезно просчиталась с количеством магии аликорна, которую она могла бы использовать. Я думала, что буду защищена ею, но она использовала совсем немного. Мне пришлось мгновенно подстраиваться, используя свои собственные запасы магии аликорна".

"Ты не можешь просто играть в игру цифр, когда дело касается разъяренного аликорна".

"Это была не игра".

"Но ты, вероятно, спасла Твайлайт". В голосе Луны звучала странная мягкость. Намек на потерю, скорбь по тому, что еще не потеряно.

"Я, вероятно, спасла Нову. Я не думаю, что Твайлайт была бы убита".

"В тот момент мы не верим, что сестра смогла бы просто остановить Твайлайт. Если бы она приблизилась к успеху, мы почти не сомневаемся, что Твайлайт пожертвовала бы самим своим бессмертным существом ради последней попытки уничтожить цель своей ярости."

"Селестия стала бы мишенью, если бы она встала на пути. Но это все неважно. Прости, что отвлекла тебя от истории".

"Твой… просчет привел Твайлайт в чувство". Луна постучала копытом по камню. "Мы благодарим тебя за то, что ты преподала нашей суженой этот наглядный урок, но твои методы оставляют желать лучшего".

Перед мысленным взором Кэндис пронеслись образы неудачно подобранных слов дворянина, гнев Твайлайт, переходящий в ярость, и этот огонь.

"Мы считаем, что комментарии дворянина были вызваны другим. Вскоре после этого на Эквестрию было совершено нападение".

Мир вокруг поблек, камень под ней превратился в мягкое облако. Внизу Понивилль и окружающие земли разворачивались, как развернутая карта.

Вдалеке усилия погодной команды загнать в угол рой темных облаков были безуспешными. Казалось, что облака обладают собственным разумом. Нет, облака приближались, окружая и загоняя погодную команду.

Каждая частичка сознания Кэндис понимала, что это прелюдия к чему-то.

Копыто Луны легло на грудь Кэндис. Ее нежное прикосновение при желании могло сравниться с неподвижной горой. "Будь спокойна. Это не тренировка. Это просто видение того, что уже свершилось. Ничто из того, что ты можешь сделать, не изменит этого".

Посмотрев, как разворачиваются ужасы и подвиги, Кэндис вздохнула. "Если бы я нашла другой способ вмешаться, я могла бы помочь в обороне. Я могла бы спасти жизни. Вместо этого пришлось спасать свою собственную в разгар кризиса". Она порицала себя тем же спокойным тоном.

"Понивилль перенес бурю хорошо, остальная часть страны… не так". Луна подняла голову, сосредоточившись на чем-то невидимом.

Я бы все равно спасала жизни, если бы моя не была под угрозой.

Ты спасла либо жизнь Твайлайт, либо половину Кантерлота. Собственные мысли Луны отозвались в голове Кэндис. Что сделано, то сделано, живи дальше, учись на своих новых шрамах.

"Я буду, и я не повторю ту же ошибку".

"Хорошо. Теперь я полагаю, что Твайлайт намерена оставить тебя ответственной за оборону Понивилля. Поэтому я хотела бы услышать твою критику защитников и того, как их можно превратить в нечто более сильное".

Кэндис переключила свое внимание на последствия конфликта с проклятыми. Битва воспроизводилась с самого начала.

Кэндис пересматривала события. Были детали. Были паттерны. Ее разум впитывал каждую мелочь, которую она могла использовать для выполнения просьбы своей возлюбленной.

* * *

После девятого раза Луна отвела взгляд и сосредоточилась вдалеке. Было видно, что что-то отвлекло лунного аликорна настолько, что она больше не могла даже притворяться внимательной.

"Есть что-то еще. Я вижу это по языку твоего тела. Что еще случилось?"

"Наши пони умирают. Наш Пастырь оказывает посильную помощь, но нам самим необходимо бороться с проклятыми, чтобы предотвратить развращение новых душ".

Взгляд сфокусировался на лице одной из погодных пони, Штормфронт, первой жертвы из числа пони. Ползучее осознание появилось в этих глазах за мгновение до последнего опыта. У нее было лишь мгновение ужаса, когда ее тело предало ее, всего несколько секунд понимания, прежде чем клинок Рейнбоу разрубил ее.

"Любой, кого забрала тьма, никогда не увидит Небесных полей. Их конечная судьба — быть лишь топливом для скверны". Луна тяжело вздохнула. "Это самая грязная темная магия, к созданию которой мы приложили копыто… Это было изобретение мое и Найтмер".

Глаза Луны на мгновение сузились. "В твоей роли есть еще одна вещь, о которой ты должна знать". "Благодаря… неосмотрительности Найт, один из врагов Эквестрии знает о ее возвращении и о том, кого она выбрала в качестве хозяина."

"Что она сделала?" — спросила Кэндис.

"Высокомерный жеребенок насмехался над Кризалис, объявив о ее существовании, напав на нее".

"Полагаю, это было не совсем обычным способом, поскольку я не припомню, чтобы в Понивилле появлялась королева чейнджлингов", — предположила Кэндис.

"Она напала на одного из приспешников Кризалис и оставила в их сознании персональную ловушку". Луна вздохнула.

"А. Так вот как Эмеральд стала служить Найт".

"И как чейнджлинги получили информацию, которую они доставили моей сестре".

"Нам придется беспокоиться о том, что Селестия придет и силой проведет расследование в отношении Твайлайт?"

"Этому мешает лишь то, что ей пока не пришло в голову искать Найтмер в Твайлайт. Если Найт сделает хоть что-то, чтобы привлечь внимание моей Сестры…"

Когда-нибудь мне придется поговорить об этом с Найт. Последствия еще одного неверного шага не сулили ничего хорошего никому из них.

"Она уже… допрашивала меня. На данный момент, я полагаю, она считает меня или Мунлайт Скролл наиболее вероятными носителями Найтмер."

"Все еще нет никаких зацепок относительно его местонахождения?"

"Думаешь, мы бы сейчас разговаривали, если бы у нас был хотя бы намек на след?"

Кэндис покачала головой: "Нельзя винить кобылу за надежду".

"Сейчас не время для надежд. Сейчас время действовать".

"Надежда может дать мотивацию для действий. Всегда полезно иметь надежду".

"Беспочвенная надежда ведет к глупости. Она привела к тому, что эта нация слаба, ослеплена тем, что они хотят считать правдой, а не холодной правдой реальности. Моя сестра сковала эту нацию историями и ложью".

"С этими пунктами я согласна. Ты говорила так, как будто любая надежда — это плохо", — поправила Кэндис.

"Как ориентир для твоего стремления, надежда имеет свое предназначение".

"Я понимаю твою точку зрения. Я просто держалась за маленькую надежду, что Мунлайт Скролл мог где-то ошибиться. Я знаю, что на данный момент он этого не сделал".

"Он, по крайней мере, совершил одну".

Мысли Кэндис остановились. Интересно… Она задумалась. Самым последним событием было "Проклятье". Она с любопытством посмотрела на Луну. "Это было заклинание проклятье, вышедшее из-под контроля?"

"Мы не знаем, было ли это запланированным результатом… мы все еще не уверены в его конечной цели". На лице Луны появился намек на мрачную улыбку. "Он не понимал магию, которой владел, по крайней мере, не до конца".

"Так в чем же была его ошибка?"

"Найтмер все еще имеет некоторую власть над тем, что создает заклинание".

Это открывало возможности. "А, значит, он оставил Найт возможность контролировать скверну, но Твайлайт не может использовать это без того, чтобы Селестия не узнала". Это была еще одна вещь, которую можно было положить под копыта Селестии, инструмент, который мог спасти жизни, был заблокирован. Возможность была заблокирована из-за невежества и глупости Селестии.

"Вот почему мне интересно, находятся ли чейнджлинги в союзе с Мунлайт Скролл или они просто добиваются своих собственных целей".

"В этом есть пугающий смысл". Ее разум вставил эти данные в то, что она знала. Возможности сыпались одна за другой. Ни одна из них не выглядела хорошей. "Если они работают с ним, то, возможно, он находится там в другом обличье".

"Он не чейнджлинг, но он может использовать их в качестве агентов".

"Допускаю. Но я не могу исключить, что у него может быть другое обличье с чейнджлингами в игре. И даже ментальное сканирование Селестии может быть обмануто".

"Ты действительно веришь, что он способен помешать как моим собственным искусствам, так и искусствам моей сестры?"

"До сих пор он оставался скрытым от вас обеих. Думаю, одно это говорит о том, что это возможно".

"Учитывая его методы, мы задаемся вопросом, не является ли он одним из моих. Он нацелился на Элемент Магии до нашего возвращения с Луны и теперь использует заклинание, которое должны знать только мы и Найтмер."

"Очень вероятно. Хотя я сомневаюсь, что даже Найт сможет знать наверняка. Она говорила, что ей трудно отличить многочисленные сны от реальности".

Луна ухмыльнулась. "Так можно сказать, что она потерялась в своем безумии".

Кэндис ухмыльнулась в ответ и кивнула. "Я не думала об этом в таком ключе, но думаю, что ты, возможно, попала в точку".

Веселье исчезло с лица Луны. "Держи глаза открытыми, а ум острым. Мы опасаемся, что эта катастрофа — не более чем отвлекающий маневр".

"Единственное, что я точно знаю о его целях, это то, что он добывал из Твайлайт компоненты, чтобы попытаться вознестись". Кэндис поборола вспышку гнева, которая снова попыталась подняться, как тогда, когда Найт поделилась воспоминанием. "Я думаю, что он, вероятно, все еще на этом пути".

Глаза Луны потемнели. "Ты действительно веришь, что… Жеребец стремится вознестись?"

"Не просто верю, я просто не в состоянии доказать это".

"Тогда докладывай, мой чемпион".

Кэндис упорядочила свои мысли, затем кивнула. Если бы она была с Твайлайт, то погрузилась бы в бесконечную магическую теорию и арканные науки. С Луной ей пришлось бы быть более лаконичной.

Единственное, что она намеренно опустила, — это очень защищенная исследовательская лаборатория с достаточным количеством запасных частей, чтобы собрать еще пятнадцать Твайлайт.

Луна оставалась совершенно неподвижной, прилежно слушая. Но даже в таком сокращенном виде ей потребовалось полчаса, чтобы проработать ее достаточно, чтобы доказать наиболее вероятный замысел Мунлайт Скролл.

"Если пони стремится к вечности, он вряд ли смирится с неудачей, несмотря на ее почти полную очевидность".

"И он не кажется мне пони, который когда-нибудь сдастся, если только что-то не убьет его первым".

"Это было бы желательным результатом", — сказала Луна, показав клыки. "Если представится возможность, можешь считать это приказом".

Кэндис кивнула. Тебе даже не нужно говорить. Это уже есть в списке.

Мир содрогнулся и задрожал.

"Похоже, этот сон подошел к концу. Бодрствующий мир стремится вернуть тебя, мой чемпион".

* * *

Мир сотрясался снова и снова. Мягкая земля вздрагивала, как бушующее море. Это был не самый мягкий способ войти в мир бодрствования.

"Кэндис, Кэндис, Кэндис", — радостный голос Литтл Стар разбил царство снов. Каждое слово звучало в такт ее подпрыгиваниям на кровати.

Когда Кэндис медленно открыла глаза, мир замер.

"Кэндис, ты вернулась". Маленькая кобылка подскочила к Кэндис и попыталась задушить ее своими объятиями.

"Привет, Литтл Стар", — сказала Кэндис, ее голос был мягче, чем предполагалось.

В пурпурной ауре Литтл Стар плавал маленький стаканчик с водой. "Хочешь пить?"

"Спасибо, Стар", — сказала Кэндис, принимая протянутый стакан копытом. Вытянутая конечность была не повреждена. Если сосредоточиться на ней, то не было никаких признаков атрофии. Более того, казалось, что наоборот. На больничной койке в бессознательном состоянии мышечная масса не набирается. Что именно сделала Твайлайт, чтобы исцелить меня?

Кэндис переместилась, проверяя свое тело. Передние ноги, задние ноги, левое крыло, правое крыло. Каждая мышца откликнулась. Не было ни боли, ни тянущего напряжения, которое должны были вызвать зажившие раны. Обратившись чувствами внутрь, она почувствовала, что что-то не так, не на своем месте. Но все же это было намного лучше, чем быть куском угля.

"Кэндис?" — спросила Литтл Стар, глядя на все еще полный стакан.

"Я в порядке. Я просто чувствую себя немного не в своей тарелке. Я проверяла себя. Спасибо за воду. Мне, наверное, понадобится еще пара стаканов". Кэндис улыбнулась Литтл Стар, прежде чем выпить жидкость.

Прохладная вода скользнула в ее горло, освежая и очищая. Попадание жидкости в желудок разбудило его настолько, что он заурчал.

"Голодна?" — спросила Литтл Стар. Рядом с ней внезапно появился поднос с простыми овсяными лепешками.

Простой аромат овса и меда пах как самая божественная пища.

Вложив немного магии в свои крылья, Кэндис испытала свою магию, применив легкий телекинез. Ее белая аура с серебристым оттенком схватила один из пирожков и принесла это чудесное лакомство навстречу его конечной судьбе.

Сначала одно, а затем еще дюжина пирожных были повержены. Ни у одного из них не было шанса противостоять сильному голоду Кэндис. Литтл Стар хихикала, но просто продолжала давать все больше и больше, пока потребление овсяных пирожных не замедлилось.

Огромное крыло Кэндис окутало Литтл Стар мягкими объятиями. Кобылка прижалась к груди Кэндис. Большие умоляющие глаза смотрели вверх.

"Мама попытается уговорить тебя остаться здесь, но ты должна пойти с ней". Миниатюрная версия Твайлайт наклонилась ближе, ее передние копыта уперлись в саму Кэндис. "Ты должна уберечь ее от плохих пони".

"Литтл Стар, если твоя мама прикажет мне остаться или пойти с ней, я должна буду подчиниться этому приказу. Но я буду выступать за то, чтобы пойти, если это лучший вариант действий. Если я останусь здесь, я прослежу, чтобы у нее было достаточно охранников". Кэндис мягко улыбнулась беспокойству Литтл Стар.

"Так это ты та, о ком говорила Стар?" — Голос жеребенка раздался под потолком.

Она проследила глазами за ушами: на книжной полке сидел жеребенок-фестрал, он небрежно помахал крылом.

Тонким дразнящим тоном: "Литтл Стар, ты нашла себе друга-жеребенка?".

Литтл Стар засияла. "Нет, его подарила мне мамочка Луна".

Что? "Как она отдала меня твоей маме Твайлайт?"

Литтл Стар гордо кивнула. "И он один из Избранных Мамочки Луны, как и ты".

Жеребенок застыл, уставившись на Литтл Стар. Его глаза слегка расширились от шока.

Что-то здесь было не так. Луна не стала бы брать жеребенка в Избранные. Очень немногие из ее собственных охранников удостаивались такой чести. Кто ты?

Металлические копыта стучали по кристальному полу, приближаясь. Литтл Стар навострила уши и огляделась по сторонам. "Мамочка!" Яркая вспышка пурпурного цвета сменила кобылку, и она исчезла.

Жеребенок выпрямился и твердо кивнул. Несмотря на его милую внешность, непоколебимая решимость не была чертой, которой могли похвастаться большинство жеребят.

Кэндис тихо проговорила: "Ты один из охранников Луны, приставленных к Литтл Стар?".

В ответ он лениво отсалютовал крыльями. В этом движении были все признаки Ночной гвардии: непринужденность, веселье и непочтительность ко всему, кроме своего суверена.

Кэндис кивнула жеребенку. Разговор будет позже, но он может подождать.

Голос Литтл Стар донесся из комнаты. "И я могу учить его всему, чему захочу. Разве это не здорово? Мой собственный ученик и мой кольт-френд".

Звук копыт, обтянутых металлом, на мгновение замедлился, а затем стал более ровным.

"Твой кольт-френд?" — спросила Твайлайт.

"Да, он жеребенок и мой друг, глупышка. Он не может быть одним из моих друзей-кобылок".

"Литтл Стар, обычно добавление описания пола перед словом “друг” подразумевает желание романтических отношений или производства потомства."

"О… значит, мама Луна — твоя подружка… и Кэндис, и Эмеральд, и Флаттершай, и… "

"А вот мы здесь. Давай проверим Кэндис", — сказала Твайлайт.

Глаза фестрала расширились, когда он уставился на дверь. "Ты счастливая кобыла", — тихо пробормотал он.

Кэндис сдержала смешок в знак согласия, хотя выражение ее глаз подтверждало это утверждение.

Металл ударил в дверь, прежде чем ее открыли. Твайлайт скользнула через комнату. Шелковое платье красиво сочеталось со складками металлических доспехов.

"Ах, милая Кэндис, ты проснулась и в порядке?" — голос Твайлайт звал тоном Найт.

"Ты опять говоришь, как мамочка Луна". Литтл Стар хихикнула. "Я уже проверила ее. Душа Кэндис больше не выпадет из ее тела".

Что именно со мной случилось? У Кэндис вдруг появилось множество вопросов, на которые требовались ответы.

"Опять?" — прошептал жеребенок, привлекая внимание Твайлайт.

"И это твой “друг”?"

"Да, мамочка. Его зовут Метеор Крэш, но мы работаем над этим. У меня уже есть несколько заклинаний, чтобы помочь ему избежать крушения".

И, скорее всего, совершенно ненужные, — подумала Кэндис.

"Это было мило с твоей стороны". Глаза Твайлайт сфокусировались на жеребенке. "А теперь, вы двое, бегите и играйте. Мне нужно поговорить с Кэндис".

Жеребенок сглотнул и кивнул с намеком на испуганный поклон.

"Хорошо, мамочка". Быстро обнявшись, оба юных пони исчезли во вспышке света.

Твайлайт подошла и села рядом с кроватью. "Кэндис, Кэндис, Кэндис, что нам с тобой делать?"

"А что нам остается делать? Похоже, для моего спасения были предприняты большие усилия, несмотря на мою ошибку". Самоуничижение смягчило ее тон, проникнув в ее голос. Я не собираюсь повторять эту ошибку, — пообещала себе Кэндис.

Твайлайт закатила глаза. "Ты полагаешь, что так легко уйдешь с нашей службы?"

"Я не это имела в виду, Найт". И ты это знаешь, — Кэндис осталась недосказанной.

"Хорошо." Найт приблизилась, ее расправленные крылья, казалось, затемнили комнату. "Твоя жизнь — не твоя собственная, чтобы ею разбрасываться".

"Я действовала, чтобы спасти Нову и, скорее всего, Твайлайт от копыт Селестии. Ты думаешь…"

В мгновение ока губы Кэндис с силой прижались к ее губам, заглушая остальные хорошо продуманные аргументы.

Найт не была нежной. Поцелуй не просто давался, а брался. Физическая сила, скрытая за этим действием, обещала возможность боли в равной степени с лаской.

Кэндис ничего не сделала, чтобы ответить на поцелуй. Разочарование от того, что Найт снова прервала ее. Все это в сочетании с тем, что Найт была идиотом в отношениях с Кризалис, оставляло единственный безопасный вариант — оставаться неподвижной.

Найт медленно отстранилась, разочарование почти капало с ее усмешки. "Мы помогли восстановить тебя, и это та благодарность, которую ты предлагаешь?"

"Отсутствие ответа не связано с отсутствием благодарности. А потому, что ты постоянно перебиваешь меня на середине фразы".

Найт вздохнула. "Ты такая же плохая, как Твайлайт".

"Ты так ненавидишь, когда тебя перебивают. Почему ты так часто делаешь это с другими?" — спросила Кэндис.

"Ты забываешь свое место. Мы удивлены, что Луна не научила тебя больше уважать старших…"

"Луна оказывает мне уважение тем, что не перебивает меня все время".

Найт сверкнула глазами так близко, что казалось, они затмили весь мир. "Ты чуть не погибла из-за своей глупости. Знаешь ли ты, что бы это сделало с Твайлайт? С моей дочерью?"

"Да, знаю. Я неправильно рассчитала события. Я действовала, чтобы спасти Нову, Твайлайт и тебя. Я предполагала, что за этим пламенем стоит магия аликорна".

"Там был каждый кусочек магии, который Твайлайт и Нова могли приложить к этому. Нова стремилась сжечь все, а ты встала на пути. Даже если Нова любит тебя, это не спасет тебя от ее гнева, если она ослеплена яростью".

"Теперь я это знаю. Я также знаю, что она не использует магию аликорна в своих попытках защиты тех кто ей дорог. В тот момент мне не хватало этой информации. Это не отменяет того факта, что если бы она продолжала действовать, у Селестии был большой шанс узнать о Нове и тебе. Я сомневаюсь, что она оставила бы в живых кого-нибудь из вас, если бы нашла вас".

"Похоже, еще один просчет. Дражайшая сестра считает, что Нова — лишь часть гнева Твайлайт, часть, которая была там еще тогда, когда она была единорогом. Вопрос только в том, как много бы умерло, прежде чем ей удалось сдержать Твайлайт достаточно долго, чтобы успокоить ее ярость".

"Опасность, которую я видела в тот момент, могла быть менее вероятной, чем я думала, но как ты думаешь, если Селестия найдет тебя и Нову, она не предпримет шаги, чтобы уничтожить вас обеих?"

Рычание вибрировало в груди Найт. Ее окованное металлом копыто прижало Кэндис к кровати. Мягкая поверхность кровати подалась под ней, когда копыто прижалось. "Мы пытаемся сказать, что рады, что ты жива, а ты вызываешь у нас желание вбить это послание в твой череп своими копытами, ты, невыносимая смертная".

Кэндис не смогла сдержать ухмылку: "Тогда почему ты не начала с этого?"

"Ты — любимица Твайлайт. Она разберется с тобой".

Как будто тело Твайлайт было всего лишь марионеткой с перерезанными ниточками, она рухнула на Кэндис. Теперь она была не более чем одеялом в форме Аликорна, довольно тяжелым и неудобным одеялом с металлическими панелями, давящими на ее тело под разными углами.

Кэндис собрала свою магию, чтобы поднять Твайлайт, ей понадобилось гораздо больше, чем для простого стакана. Сияние начало нарастать в ее крыльях. Кэндис придала ему форму, потянувшись к нему телекинезом. Сияние померкло, когда что-то проскользнуло внутрь. Со странным покачиванием сила потекла по ее передним ногам, выплескиваясь из копыт.

Сбавив обороты, поток выходящей магии уменьшился до струйки. Закрыв глаза и сосредоточившись, она погрузилась в медитативное состояние, которому учат всех единорогов. Она обратила свое внимание внутрь.

Ее мысленный взор обратился к ее ядру, сгустку потенциала, который был ее источником. Расширяя свои чувства, она следила за магией, которая текла от ядра и вниз по ногам к копытам. Она следовала за ней, осматривая новую утолщенную линию, идущую к ее копыту. В прошлый раз все было не так. Полагаю, это результат того, что они сделали, чтобы вылечить меня. Теперь, когда я знаю об этом, это легко компенсировать.

"Световое шоу? Ну, это один из способов дать мне знать, что ты проснулась. Доброе утро, Кэндис". Голос Твайлайт вернул внимание Кэндис к физическому миру.

"Извини за это".

Твайлайт рассмеялась: "Почему ты извиняешься?".

"Найт была здесь недавно. У нас была небольшая словесная перепалка".

"В переводе, она все еще не простила тебя?"

"Скорее то, что, несмотря на то, как она не любит, когда ее прерывают, она постоянно делает это с другими. У нее нет чувства собственного двуличия".

"Ты не аликорн".

"Даже Луна так не поступает. Когда я указала на это, она решила оборвать ниточки и ушла".

"Это она поняла, что сделает что-то, о чем потом пожалеет. Так что, скорее всего, она причинила бы тебе боль, если бы осталась".

"То есть это ее способ сказать, что я выиграла спор?"

"Я не думаю, что смогу спасти тебя, если ты скажешь ей это".

"Она просто не может допустить, что иногда может ошибаться. Она отказывает себе в возможности стать лучше".

"Не волнуйся об этом слишком сильно, она все еще расстроена из-за некоторых плохих воспоминаний, которые вызвала Луна, и ты действительно приводишь ее в ярость. Для нее ты никогда не будешь ей ровней, пока не вознесешься".

"Ей не мешало бы научиться обычной вежливости, как это делала Луна".

"Ну, как ты себя чувствуешь?" Магия Твайлайт легонько провела по каждой группе мышц и суставам, методично осматривая их по очереди.

"Немного не в себе. Мои копыта стали шире и гораздо менее упругими, чем были. Полагаю, это как-то связано с тем, что ты сделала, чтобы спасти меня?" — спросила Кэндис.

"Мне показалось, что это подходящий момент для корректировки".

"Кроме этого, мои мышцы стали более тонкими и немного больше, и сейчас меня протыкают металлом…"

"Ой, прости", — хлопок и пульсация внепространственной магии, и Твайлайт осталась лежать лишь в своей шерстке. "Лучше?"

Мягкая шерсть Твайлайт казалась роскошной, Кэндис прижалась к ней, ее крылья обвились вокруг Твайлайт.

"Это гораздо лучше, доброе утро". Поцелуй Твайлайт был гораздо более желанным и ответным.

"Я согласна. Хотя что-то мне подсказывает, что мы не получим многих из них до того, как тебе придется уйти".

"У нас даже на это нет времени". Твайлайт вздохнула точно так же, как и Найт.

"Что нужно сделать, и когда мы должны к этому приступить?"

"Слишком много и на прошлой неделе". Раздался хлопок, и появился свиток. На нем был список названий поселений, многие с цифрами рядом, некоторые просто вычеркнуты. "Потери на данный момент". Голос Твайлайт был ледяным, в то время как, в ее глазах плясал огонь.

"Как много можно сделать, пока мы с тобой наслаждаемся объятиями друг друга?" — спросила Кэндис, пытаясь отвлечь Твайлайт хотя бы от части тьмы этого мира.

"Никак, как бы Найт ни хотела, чтобы я просто защищала то, что принадлежит мне здесь, и позволила миру пасть, я не могу этого сделать". Рассеянно вздохнув, Твайлайт поднялась с кровати. "Завтра утром я улетаю. Проклятые распространились за пределы Эквестрии. Нашим союзникам нужна наша помощь, и мне нужно, чтобы ты была готова принять командование обороной здесь".

"Мне кажется, что стоит быстро перекалибровать свои способности, и я буду в порядке. Литтл Стар, кажется, хочет, чтобы я пошла с тобой. Я уже сказала ей, что мне придется выполнять твои приказы. Но быть рядом с тобой очень привлекательно, признаюсь".

"Ты была аналитиком и считаешь, что поле боя подходит тебе больше, чем обороняемый замок?"

"Я в одиночку уничтожила целый склад, полный культистов, в качестве собеседования с Луной", — сказала Кэндис, словно констатируя факт. "Единственная причина, по которой я не была на передовой, заключается в том, что я была гибридом, чьи истинные показатели были скрыты, чтобы защитить хрупкую чувствительность некоторых дворян", — сказала она, закатив глаза.

Мысли и планы, казалось, танцевали между глазами Твайлайт в течение нескольких долгих секунд. "Ты понимаешь, что у тебя гораздо больше шансов умереть, если ты будешь сопровождать меня?"

"Это было бы верно, независимо от моих навыков или способностей. Но на самом деле все сводится к тому, куда ты хочешь меня отправить? Есть ли у меня причины не идти с тобой? И мне любопытно, почему ты расширила мои лей-линии, а также что еще ты со мной сделала".

Легкое изменение выражения лица возвестило о возвращении Найт. "Было бы очень неразумно не прислушаться к менее чем тонким манипуляциям нашей дочери".

"Почему?" — спросила Твайлайт.

"Она происходит из чистокровного рода, имеющего репутацию обладателя прорицательских способностей и элемента магии. Нам лучше доверять ее прихотям и предчувствиям".

"Остается вопрос о том, что ты запланировала для меня".

Полная неподвижность Твайлайт говорила о том, что она и Найт, скорее всего, сейчас разговаривают. Через несколько минут глаза Твайлайт метнулись вверх и встретились с глазами Кэндис. "Запланировано для тебя? Ну, просто мне показалось более эффективным перестроить их в соответствии с требуемыми допусками вместо того, чтобы впоследствии прокладывать новые лей-линии".

"Она не говорит тебе, что теперь столько ее плоти поддерживает твое тело, что любая близость может оказаться мастурбацией", — проворчала Найт.

"Найт!" — Твайлайт топнула копытом, и осколки кристалла разлетелись по комнате.

Найт посмотрела на зеркало и вгляделась в собственное отражение. "Она разрушила свое тело, и практически пришлось делать новое. Она должна быть благодарна за твою жертву, а не лебезить, преуменьшая ее просчеты".

Отражение вздохнуло и горестно покачало головой. "Я знаю, что ты все еще злишься и расстроена. Если бы Селестия поступила со мной так же, как с тобой, я бы тоже была расстроена. Но перестань вымещать это на Кэндис… Пожалуйста", — закончила Твайлайт, умоляюще глядя на нее из зеркала.

Найт зарычала и отвернулась, не видя, как отражение ухмыляется и молча качает копытом. Отраженная Твайлайт встретилась взглядом с Кэндис и подмигнула, и зеркало начало "вести себя хорошо".

"Я прекрасно понимаю, насколько серьезным был мой просчет", — добавила Кэндис.

"Тогда знай, что каждый кусочек твоей здоровой плоти Твайлайт пришлось вырвать из ее собственного тела".

Кэндис кивнула, признавая правоту Найт. "Я знаю, как много она делала это в прошлом, просто ради материалов для исследований. Я могу только представить, каково это — делать это для меня".

"Что ж, это был интересный проект. Потребовалось много разработок заклинаний, чтобы соединить все нервы и кровеносные сосуды. В настоящее время это все еще неприемлемо для любого не избранного. Моя плоть отторгнет их тело… И если то, что произошло с образцами в той лаборатории, о чем-нибудь говорит, я бы не хотела, чтобы пони прошли через это". Твайлайт снова вздохнула. Похоже, это становилось привычкой.

Кэндис кивнула. "Это все еще не объясняет, почему мне нужно было расширить мои лей-линии".

"О, это просто. Это для наших текущих экспериментов. Я бы предпочла увести тебя в свою лабораторию и посмотреть, что я смогу с тобой сделать". В глазах Твайлайт на мгновение мелькнул слегка маниакальный блеск. "Но времени нет. Когда мы вернемся, я смогу показать тебе все записи".

"Вы вместе так же несносны, как и по отдельности". Найт почти рычала. "Вот." Своей аурой она притянула Кэндис ближе и прижала копыто Твайлайт к груди Кэндис.

Незнакомое тепло хлынуло внутрь, густое и живое. Оно танцевало вокруг источника Кэндис, но так и не коснулось его, а затем устремилось по новым более толстым линиям к ее копытам. Новая магия устремилась в землю и тут же исчезла. "Теперь ты можешь спокойно пропускать через себя магию любого племени".

"У меня была готова презентация, а ты просто проскочила три четверти пути", — сказала Твайлайт.

"И сэкономила десять часов, которых у нас нет, если ты хочешь спасти этих птице-кошек", — ответила Найт.

"Ушам своим не верю. Это должно было быть сюрпризом".

"Ты не думаешь, что это хорошая идея — сообщить нашему капитану гвардии о ее новых тактических возможностях?"

"Ты…" — пролепетала Твайлайт.

Кэндис подняла бровь. "Я всегда могла сделать так, чтобы магия любого конкретного племени проходила через них. Мне просто нужно было убедиться, что они не смешиваются. А благодаря урокам, которые я получила от Луны по очистке лей-линий, я знаю, что магия аликорнов позволяет не беспокоиться о смешивании".

"А теперь у тебя есть кое-что получше. Разве ты не можешь просто быть благодарной?"

"Ты путаешь мое замешательство с отсутствием благодарности. Я благодарна. Я просто не понимаю, зачем. Все, что это сделало, это заставило меня перекалибровать мою магию".

Найт вздохнула.

"Теперь я могу объяснить?" — спросила Твайлайт.

"Я собираюсь снова изучить карты. А ты поговори со своей любимицей".

"Прости еще раз, она сегодня не в себе. Не каждый день ей приходится рассказывать о том, что, возможно, сотни тысяч, а может быть, и больше членов твоей семьи были… казнены ее сестрой как лишние инструменты".

Глаза Кэндис закрылись, когда она отогнала омраченное настроение при мысли о том, что Селестия бездумно совершает подобную резню.

"Так что, пожалуйста, дай ей больше времени", — умоляла Твайлайт.

Твайлайт сделала успокаивающий вдох, ее копыто дернулось, как будто хотело подняться к груди, но осталось стоять на земле. "Мне пришлось восстановить многие из твоих лей-линий. Магия Новы буквально сожгла их. Если бы… если бы мы не заметили, что это ты, ничего бы не осталось. Даже души, чтобы отправиться в загробный мир".

Кэндис придвинулась к Твайлайт и заключила ее в объятия. Слова не могли выразить ее печаль по поводу того, что она могла причинить такую боль.

"Мне даже пришлось прибегнуть к помощи моей дочери, чтобы исцелить тебя. Это был один из самых сложных и трудоемких магических подвигов, которые я когда-либо совершала. Но ты цела, и ты здесь". Твайлайт уютно устроилась под крыльями Кэндис с немного виноватым выражением лица. "Единственное, что теперь нужно твоему телу, чтобы использовать магию другого племени, — это источник энергии. Я не видела причин удалять магические структуры в моих пожертвованиях тебе, поэтому я просто убедилась, что все подключено правильно… Я называю это подстраховкой на будущее".

"Спасибо, что объяснила. Я не понимаю, почему для Найт так трудно донести важные части информации", — с благодарностью сказала Кэндис.

"Потому что ты смертная, ее слуга, и хотя она никогда не признается в этом, ты — та пони, о которой она заботится. Первые два пункта означают, что ты должна делать то, что она говорит, без вопросов, потому что она — аликорн. А последнее оставляет ее в противоречии".

"Я как бы понимаю это, в эмоциональном плане. Так что же у тебя запланировано, что требует подстраховки на будущее?"

Твайлайт постучала копытом по подбородку. "Ну, если ты собираешься и дальше подвергать себя опасности, то либо источник земного пони, либо кристального. Оба предлагают мощные защитные возможности".

Кэндис погладила Твайлайт по спине своим крылом. "Иными словами, ты планировала сделать меня своей Избранной?"

Твайлайт удовлетворенно хмыкнула. "Как и Найт… ты станешь Избранной для трех аликорнов, если согласишься".

"Даже несмотря на то, как я иногда раздражаюсь на Найт, для меня было бы честью принять вас обоих".

"Тогда постарайтесь оставаться в целости и сохранности достаточно долго, чтобы твоя магия на этот раз полностью устоялась".

"Обещаю, постараюсь. Когда ты планируешь это сделать?" — мягко спросила Кэндис.

"Как только это будет безопасно. Я могу позволить себе работать без обеих магий, так как почти не использую их". Твайлайт навострила уши и подняла голову, следуя их примеру. "И я слишком затянула, они идут за мной".

"Тогда я пойду с тобой или останусь здесь?"

"Тебе нужно пойти к Рэрити, чтобы тебе подобрали форму и доспехи. Сегодня у нас присягают первые новые члены нашей стражи, и ты должна быть там".

"Я буду там, где ты пожелаешь, любовь моя".

Медленно, с сожалением Твайлайт выбралась из-под крыльев Кэндис. "Нет, ты должна делать то, что я считаю нужным, а не быть там, где я хочу, чтобы ты была".

Кэндис наклонилась, и их мордочки встретились. Губы играли в танце, когда мощные конечности Твайлайт обхватили ее. "Времени никогда не хватает", — вздохнув, прошептала Твайлайт.

"Ну, я всегда могу найти больше времени". Кэндис начала собирать энергию для заклинания замедления времени. Знакомые магические узоры начали формироваться в ее крыльях.

Магия просто остановилась. Она застыла и затихла внутри нее. Магия Твайлайт окутала крылья Кэндис. Пурпурная магия подавила белую магию Кэндис.

"Как бы мне ни хотелось, начни сначала с простой магии", — посоветовала Твайлайт.

Кэндис вздохнула и кивнула: "Как пожелаешь, любовь моя".

Твайлайт благодарно улыбнулась, но из ее глаз выглянуло чувство вины. "Я сожалею, что так поступила", — сказали она. "Теперь я хочу, чтобы ты прошла весь курс самообучения первого года в течение часа каждый, прежде чем ты хотя бы попытаешься снова применить магию времени".

"Не нужно чувства вины, любовь моя. Я буду следовать предписаниям врача". Кэндис улыбнулась ей, пытаясь разрядить обстановку.

Улыбнувшись, Твайлайт наклонилась и поцеловала Кэндис в щеку. "А теперь беги, я слышу, как Рэрити психует, и у тебя есть минут десять, прежде чем даже я не смогу спасти тебя от ее гнева".

Игриво подмигнув, Твайлайт исчезла. Ее магия унесла ее прочь.

Кэндис нашла ближайшее окно и выглянула наружу. Понивилль был совсем не таким, каким она видела его в последний раз. Некоторые здания были снесены, чтобы возвести вал, который теперь окружал замок.

Длинные шрамы, вырезанные в земле, должно быть, магией класса аликорн, пересекали то, что когда-то было открытым пастбищем.

Четверть города и, судя по всему, большая часть Яблочных акров были стерты с лица земли.

Не остался невредимым и сам бутик "Карусель". Здание было почерневшим от пламени, а в стене зияла большая дыра.

"Ладно, кто-нибудь скажет мне, где Рэрити?"

* * *

## 51.1 Шоу должно продолжаться

* * *

Трикси Луламун провела щеткой по своей гриве. Успокаивающий ритмичный звук мало способствовал успокоению бабочек в ее животе. Это то, чего я заслуживаю, — подумала она, глядя на собственное отражение. В отражении просторная комната, которую она делила со Старлайт, казалась просто огромной.

"Великая и могущественная Трикси принимает эту честь, принцесса".

"Трикси…" — Старлайт нерешительно положила копыто на холку подруги. "Тебе не нужно этого делать. Ты и без этого великая и могущественная".

"Конечно, мы это знаем" — Трикси знала, что это все пустословие, но, по крайней мере, она все еще могла говорить уверенно.

Старлайт открыла рот, чтобы продолжить. Трикси медленно покачала головой. "Твайлайт все это время боролась со злом. Да, мы спасли их от чейнджлингов, но это были уловки, и мы обе это знаем". Трикси повернулась и обняла свою Старлайт. "Ты — герой, Твайлайт — герой, почти все пони в этом городе — герои. Пусть Великая и Могущественная Трикси стоит рядом с тобой".

"Я…"

"Трикси знает, что ты собираешься сказать, но я благодарна за уроки, особенно за то заклинание с чашкой. Удивительно, как много вещей становится гораздо легче пережить, когда они превращаются во вместилище для напитков".

"Я все еще не могу поверить, что ты используешь его как боевое заклинание".

По позвоночнику Трикси пробежала дрожь. Быстро повернувшись и поднявшись на задние копыта, она мастерски скрыла дрожь. "Поверь мне. Это гораздо лучше и чище, чем телепортировать головы".

Старлайт моргнула. "Твайлайт телепортировала…"

Трикси покачала головой. "Нет, ее дочь".

Глаза Старлайт расширились. "Это сделала Литтл Стар?"

"Если честно, она собиралась съесть одну из юных Эпплов".

"Гидра?"

"Да, Трикси считает, что эта маленькая кобылка определенно неестественна".

"Ну, если уж вспомнить о Фларри Харт, то для такого уровня силы это вполне логично". Задумчивое лицо Старлайт превратилось в обеспокоенное. "Но она казалась в полном порядке. Как она могла сделать такое, а потом просто улыбаться, как будто ничего не произошло?"

"Я не знаю, она дочь мисс Принцессы заклинания “Я-хочу-я-беру” и Принцессы “Мне грустно, пусть будет вечная ночь”?"

"… не позволяй ни одной из них услышать, что ты их так называешь".

Трикси закатила глаза. "Конечно, я не Трикси, глупая и суицидальная".

"Ты вступаешь в гвардию Твайлайт".

"И что?"

"Ты знаешь, в какие ситуации она попадает… ты знаешь, что…"

"Ла-ла-ла-ла, я не слушаю".

"Трикси!"

"Мы оба согласились, что не будем об этом говорить."

"Кто-то из пони хочет смерти Твайлайт, и это будет твоя работа — поймать заклинания, предназначенные для нее".

"Только если Трикси потерпит неудачу… а я не намерена терпеть неудачу".

"Никому это не удается".

"Я могу вспомнить нескольких".

"Дело не в этом". Треск копыт Старлайт, врезавшихся в кристальный пол, подчеркнул ее слова. "Трикси, я не хочу, чтобы тебе было больно".

Трикси смягчила голос и обняла подругу. "Я знаю, но шоу должно продолжаться".

Выражение лица Старлайт кричало о скептицизме. "Ты думаешь, это просто представление?"

Трикси презрительно фыркнула. "Нет, но не будет никаких грандиозных представлений, пока все эти неприятности не уладятся".

"Ты ведь знаешь, что это пожизненное обязательство?"

"Да, перед принцессой Дружбы. Трикси ожидает, что будет давать больше магических шоу, может быть, возьмет ученика или двух, как только Твайлайт сделает свою потрясающую магию и спасет положение". Произнеся эти слова, Трикси почти поверила в них.

Повернувшись обратно к своему отражению, она левитировала на себя доспехи, так отличавшихся от ее обычного костюма.

* * *

В привычном плаще и шляпе Трикси уверенно шла навстречу своей судьбе, или это то, что видел весь остальной мир.

А вот Старлайт была совсем не рада. Ее копыта двигались так, словно она шла похоронным маршем. Даже стук ее копыт по кристальному полу звучал удручающе.

"Ты ведь мне доверяешь?" — спросила Трикси.

"Обычно", — ответила Старлайт.

Двое из немногих оставшихся ночных стражей прикрывали последнюю дверь. По другую сторону ждала остальная часть жизни Трикси. Каждый из них встретился с ней взглядом и почтительно кивнул. Хорошо отработанным движением они толкнули дверь.

Высоко подняв голову, Трикси вошла в новый тронный зал. Ее окованные металлом копыта стучали точно в такт. Она была пони часа. Она была пони, с которой хотели познакомиться все пони.

Зал был переполнен. Здесь был весь город, как местные жители, так и те, кто остался после того, как Твайлайт помогла им.

Все глаза были устремлены на нее, когда она вошла. Сотни глаз следили за ней. Один или два взгляда были недоверчивыми, но большинство выражали благодарность или, по крайней мере, неохотное уважение.

Ей ничего не стоило обменяться несколькими почтительными кивками с некоторыми из местных жителей. Имидж и репутация были важны, в конце концов. А некоторых из них в удачный день она могла принять за настоящих друзей.

Один взгляд особенно требовал ее внимания. Эпплджек намеренно задержала взгляд, а затем кивнула. Это было небольшое движение, всего лишь мелочь, но фермерская кобыла сделала его с такой решимостью, что это должно было означать нечто гораздо более глубокое. Это был взгляд уважения?

Как раз когда Трикси собиралась пройти мимо, Эпплджек заговорила. "Ты поможешь сохранить Твай в безопасности, хорошо, сахарок?"

Трикси торжественно кивнула. Остановившись, чтобы дать Эпплджек увидеть правду, она ухмыльнулась. "Конечно, через тысячу лет кто будет рассказывать от первого копыта о Великой и Могущественной Трикси, если я этого не сделаю?"

Эпплджек покачала головой, на ее мордочке появилась забавная ухмылка. "Трикси…"

Пурпурная вспышка привлекла все взгляды к передней части комнаты. Как обычно, Твайлайт вошла в зал с помощью телепортации. Теперь на кристальном троне восседала пони, к которой она пришла.

Сегодня Твайлайт не была одета как принцесса Дружбы. Прозрачный шелк облегал ее подтянутые формы. Ее регалии были усилены и расширены до уровня брони. Ее распахнутые крылья только привлекали внимание к смертоносным кромкам малиновых лезвий крыльев.

Там, где должны были быть глаза, выглядывали сдвоенные бесконечные бассейны пурпурной силы.

"Трикси Луламун, подойди".

Бронированные копыта двигались сами по себе, приближая фокусницу. Эти глаза…

"Ты хорошо послужила нам, ты подтвердила свой характер, волю и способности. Ты не та хвастливая кобыла, которая первой раз рысью ворвалась в Понивилль. Нет, ты одна из храбрых защитников, которые держали строй. Ты рисковала своей жизнью и своей бессмертной душой, чтобы спасти моих пони". Твайлайт склонила голову.

"И как истинная принцесса Эквестрии, и как пони, которая может назвать тебя другом и союзником, мы благодарим тебя. Перед тобой стоит выбор, мы предлагаем тебе шанс стать одной из моих Избранных".

Гордость зашевелилась в груди Трикси. Вот оно. Она встала во весь рост и гордо подняла свой рог, чтобы все видели. Она была Трикси. Она чувствовала себя такой же великой и могущественной, как и те, о ком она когда-то заявляла.

"Возьмешь ли ты на себя эту ношу?" Слова Твайлайт были мягкими, почти почти ласковыми. Несмотря на то, что они были хорошо слышны в комнате, они предназначались только для одной пони.

Ты хочешь драматизма? Что ж, в эту игру могут играть и двое. Отработанное движение шеей, и ее плащ развевается позади нее. "Великая и могущественная Трикси принимает предложение. Она будет стоять вместе с величайшими защитниками пони".

Легкое подрагивание губ было единственным признаком улыбки, которое появилось на лице Твайлайт. Если бы Трикси не была так близко, она бы и не заметила.

"Тогда я приветствую тебя на своей службе, Трикси Луламун". Эти глубокие глаза, эти лужицы жидкой магии, полыхнули белым светом, когда Твайлайт наклонилась к ней вплотную. Дыхание Твайлайт щекотало ухо Трикси. "Позволь мне показать тебе истинную силу".

Тело Трикси задрожало, когда лавандовые перья обхватили ее, как челюсти голодного волка.

Потоки силы и необузданной магии заплясали вокруг нее. Воздух не мог насытить ее горящие легкие. Ее сердце замерло. Невольно ее разум сосредоточился внутри, и мерцающее пламя ее источника стало лишь одинокой свечой в глазах бури.

Шоу должно продолжаться, шоу должно продолжаться. Эта бесконечная мантра была единственным, что удерживало ее на месте. Плащ скрывал от толпы ее напряженные мышцы и дрожащие конечности.

"Ты — моя".

Буря обрушилась, ввергнув кобылку в беспамятство бессознательного состояния.

* * *

"Прости, если это было немного драматично" — Спокойный голос Твайлайт прорвался сквозь пелену сна.

"Что?!" Трикси вскинула голову. Ей потребовалось лишь мгновение, чтобы осознать свою новую ситуацию. Тронного зала больше не было, вместо него была маленькая жилая комната из дерева и причудливый маленький столик, на котором покоилась ее голова.

"Я теперь принцесса, а для таких вещей нужна определенная серьезность. Ты же знаешь, что я должна поддерживать свою сценическую личность".

"Твайлайт, в один момент я подумала, что ты собираешься меня убить, а теперь…" — Трикси вдохнула, собираясь с духом для следующей фразы. До ее носа донесся приятный аромат. Нетрудно было определить горьковатый аромат дорогого кофе, насыщенную сладость коричневого сахара и кленового сиропа и пьянящий запах дорогого виски. Глаза Трикси нашли кружку, стоящую на столе. "Ты пьешь?"

"Да, хочешь?"

"Благодарная и взволнованная Трикси очень хотела бы получить что-нибудь, чтобы успокоить свои нервы".

Вспышка пурпурной магии поставила перед ней усовершенствованный кофе.

"Что это было за “Ты — моя” с голосом Найтмер?"

Твайлайт слабо хихикнула и потерла затылок. "Наверное, можно сказать, что я немного переборщила с образом".

Трикси бросила свой лучший не впечатляющий взгляд. "Немного?"

Твайлайт села напротив. "Большую часть того, как быть принцессой и быть аликорном, я узнала от Луны… Возможно, я просто немного старомодна".

"Просто для ясности, ты не хочешь вечной ночи?"

Твайлайт закатила глаза. "Ты понимаешь, насколько больше проблем с логистикой это добавит к простому обеспечению достаточного количества света, чтобы все пони могли читать? Не говоря уже о производстве еды?"

Трикси не смогла сдержаться, смех вырвался сам собой. "Так зачем мы здесь?"

Аура Твайлайт подняла свою кружку и сделала долгий глоток своего "кофе". Она удовлетворенно вздохнула.

Трикси посмотрела вниз на темный и манящий напиток. Простая, ничем не украшенная кружка была теплой на ощупь, когда она подняла ее обоими копытами. Удовлетворяющее тепло наполнило ее рот, а глубокий насыщенный вкус ласкал язык. "Это вкусно".

Твайлайт кивнула с теплой улыбкой. "Я знаю. Это лучшее, что я когда-либо пробовала".

"Итак, ты собираешься отвечать?"

"О, это ментальная конструкция, так что тебе не придется испытывать, как я кардинально изменяю твое тело и душу".

Сердце Трикси замерло в груди. Моя душа… нет, уже слишком поздно. Она проглотила довольно большое количество алкогольного кофе, надеясь, что это притупит панический страх, который хотел быть сейчас главным событием. Не было никакого жжения от крепких спиртных напитков, только медленно растущий уголек удовлетворения в желудке.

"О, не волнуйся. Я очень хорошо научилась это делать".

"Правда?" — удивительно спокойным тоном спросила Трикси.

"Что, по-твоему, означает сделать тебя моей Избранной?"

"Дать мне магию?"

"А что такое магия?"

"Сила?"

"Ну же, Трикси, я знаю, что ты умнее. Откуда берется наша магия?"

Длинные, скучные и почти забытые лекции, в конце концов, окупились. Теперь ожившие, они медленно дали ответ. "Наши души".

"Да, наши души. Так как же я даю тебе магию?"

Широко раскрыв глаза, Трикси просто уставилась на Твайлайт. Прошло полминуты, прежде чем она наконец вспомнила, что нужно ответить. "Отдаешь мне часть своей души?"

"Да" — Твайлайт ответила так непринужденно, как будто это был вопрос "не хотите ли вы сахара к чаю". Как будто это было обычным повседневным явлением.

"Ты хочешь, у тебя есть… для меня?"

Твайлайт просто кивнула.

"Почему?"

"Ты хорошая пони, Трикси". Твайлайт взмахнула копытом, и появилась ровная плоскость пурпурной магии, на которой появились изображения сражений, когда они мчались на поиски пропавших жеребят. "И если мне нужна другая причина, ты пошла со мной, чтобы спасти мою дочь".

"И поэтому это на всю жизнь?"

"Да, забрать этот дар обратно было бы…"

"Да, но тебе не стоит об этом беспокоиться". Трикси промолвила.

"Итак, то, что я делаю, это пополняю твой источник единорога до того уровня, каким он был бы до того, как твоя потерянная магия земных пони сожгла большую его часть, а затем предоставляю соответствующее количество магии земных пони".

"Значит… я…"

Твайлайт ухмыльнулась. "Да, ты — Великая и Могущественная Трикси. Избранница Твайлайт, боевой маг и лучшая сценическая волшебница".

Глаза Трикси заблестели от слез, которых там не было и быть не могло. "… спасибо".

"А теперь допивай свой напиток, я почти закончила, а твои поклонники ждут".

* * *

## 51.2 Неохотный зритель

* * *

"Зачем ты это делаешь?" — Старлайт прошептала так тихо, что ни одна душа не могла ее услышать.

Трикси просто стояла, пожирая глазами все внимание, которое она привлекала. Ее классические плащ и шляпа как-то нелепо смотрелись на ее гвардейских доспехах.

Море пони заполнило почти весь тронный зал. Лавандовая ткань придавала толпе единый вид, даже несмотря на то, что она контрастировала с некоторыми цветами шерсти. Почти у каждой пони была повязка на ноге, поясок, плащ или жилет, провозглашающие их верность Твайлайт.

Выражения их лиц были слишком радостными для тех, кто совсем недавно пережил нашествие проклятых. Я узнаю культ, когда вижу его, Твайлайт.

"Трикси Луламун, подойди". Приказала Твайлайт, и в ее словах прозвучал прилив силы.

"Почему, Трикси?" — Она выдохнула, когда ее подругу позвали вперед. Как ты можешь быть такой спокойной? Это не какая-то необходимая медицинская процедура, нет, это эксперимент, причем простой и понятный. Она собирается разрезать твою душу и изменить ее. Одна ошибка, и ты умрешь.

Магия Старлайт затрепетала в ее ядре. Она всколыхнулась. Многочасовые разговоры, мольбы и рационализация ничего не дали.

Пока Твайлайт восхваляла ее, собравшиеся пони внимали ей. Недавно сформированное городское ополчение и немногие оставшиеся ночные стражи улыбались, даже сохраняя идеальное внимание.

Самоуверенная ухмылка Рейнбоу выглядывала из-под ее очков. Гладкий летный костюм практически светился от всех защитных магий, нанесенных на него. Знак Твайлайт, красовавшийся на ее гордо выставленной вперед груди, и голодный клинок, прикрепленный к ноге, свидетельствовали о том, что она готова не только к праздничному воздушному шоу.

Капитан Твайлайт Кэндис, пони, появившаяся из ниоткуда, стояла в напряженном ожидании, а её явно исцелённое тело покрывала одна из лучших работ Рэрити. Затравленные глаза — единственное, что нарушало маску безупречной формальности.

Выглядит довольно неплохо для уголька из пони… Внутри кобылы толстые полосы магии переплетались туда-сюда. Энергетические швы казались единственным, что удерживало плоть на костях. Что она с тобой сделала?

Эмеральд Шейд моргнула, затем перевела взгляд на Старлайт. Глубокие зеленые глаза, похожие на стену из колючек, смотрели в ответ. ”Ты не будешь сомневаться в моей хозяйке”, — кричали они.

Почему только я сомневаюсь в ней? Неужели они не видят, что наша Твайлайт ведет себя не так? Просто послушайте, как она говорит. Она говорит совсем как Луна…

Старлайт смотрела, действительно смотрела на позу тела Твайлайт. Она была царственной. Утонченной. Архаичной.

Луна может менять свою форму. Она доказывает это каждую Найтмер Найт… Кто ты?

Вспышка красного цвета заставила Старлайт отвести глаза. Дочь Твайлайт и метконосцы, которых она очаровала, пронеслись мимо, их плащи развевались за ними, когда они остановились. Только пурпурная магия не позволила им врезаться в стену.

Тень Литтл Стар завибрировала, позволяя маленькому жеребенку вылезти наружу. Как и остальные жеребята, он был одет в игрушки, превращенные в смертоносные орудия разрушения.

Старлайт перевела взгляд на две группы личных охранников. На одной был знак Твайлайт, на другом — мотив вздыбленного пони. Как мать, так и дочь.

Трикси приняла позу, как будто это было одно из ее представлений. "Великая и могущественная Трикси принимает. Она будет стоять вместе с величайшими защитниками Пони".

Твайлайт как-то сразу стала больше, не увеличиваясь. Она наклонилась ближе, глаза напряженные, почти чувственные. "Тогда я приветствую тебя на своей службе, Трикси Луламун". Светящиеся пурпурные глаза полыхнули белым.

Старлайт смотрела, но не так, как все остальные пони.

Три десятка аналитических и пассивных заклинаний обнаружения превратили ее взгляд в сложную движущуюся диаграмму, пересеченную уравнениями и ложными цветовыми бликами.

Присутствие Твайлайт, сама ее душа, выходила из ее тела, когда ее большие крылья аликорна заключали в плен ее лучшую подругу.

Магия, которую не смог бы выдержать ни один смертный пони, вихрилась и танцевала. Бушующий шторм силы. По позвоночнику Старлайт пробежала дрожь. Она чувствовала эту силу: Твайлайт так непринужденно обернула заклинание временного обзора своей энергией, вливая в него все больше и больше из своего, казалось, бесконечного источника.

"Ты — моя". Твайлайт не кричала и даже не повышала голос, но слова поразили Старлайт, как физический удар. Что-то в ней просто знало, даже когда она пыталась отвергнуть это, что Трикси, ее Трикси, теперь принадлежит другому.

Мгновением позже маленький огонек, который был душой Трикси, погас.

"Нет…" — начала Старлайт, прежде чем ее мозг включился. Думай, Старлайт, думай. Ты знаешь, какой силой обладает Твайлайт. У нее не будет ни единого шанса. Она переключила свое внимание на записи, связанные с телом и здоровьем Трикси. На ум Старлайт пришли медицинские заклинания и даже несколько заклинаний некромантии.

Дыхание медленное, но ровное. Сердце остановилось. Остановилось?! Кровоток и насыщение кислородом в норме. Старлайт вспомнила, что нужно дышать. Хорошо, как? О, я вижу заклинание жизнеобеспечения.

Крылья Твайлайт сдвинулись, расправившись настолько, что магия Старлайт смогла увидеть еще немного.

Пурпурные вены магии потекли по телу Трикси. Она закручивалась вокруг каждой лей-линии и утолщала их. Одну линию единорога, другую земного пони.

Шар силы обхватил единственный источник Трикси. Затем, небольшими прикосновениями, повернул его. Твайлайт насыщала его все большим и большим количеством силы. Она крепко сжимала его, удерживая в узде, позволяя слабому свечению превратиться в яркий маяк.

Глаза Твайлайт встретились с ее собственными, все еще оставаясь двумя лужицами светящегося белого цвета, и все же каким-то образом они, казалось, говорили: "Надеюсь, ты делаешь заметки, моя ученица".

Эти прекрасные, эти ужасные глаза вернулись к своей задаче, отстранив ее.

Из копыта Твайлайт вылетело облако живительного зеленого цвета, которое она поместила над сердцем Трикси.

Фокусница даже не вздрогнула, когда энергия пробила себе путь в ее грудь. Твайлайт снова сделала невозможное. Сделала то, что должно было, по мнению Старлайт, уничтожить Трикси. Кого волнует, что говорят законы магии или даже сама реальность?

Словно в ответ, Твайлайт распахнула крылья, возвращая увеличившуюся в размерах Трикси в мир живых. Трикси опустилась в поклоне. На ее гриве и хвосте теперь четко выделялись две лавандовые полоски.

"Встань, моя избранная".

Трикси элегантно встала во весь свой новый рост, теперь она была выше, по крайней мере, на полкопыта. Даже доспехи, казалось, сидели на ней лучше, как будто были сделаны специально для ее нового роста.

Толпа разразилась одобрительными возгласами, а сердце Старлайт заныло.

* * *

## 52.1 Решимость Литтл Стар

* * *

Несмотря на такой суматошный день, сон все еще не шел к Литтл Стар. Мягкая кровать обнимала ее тело так же, как и всегда. Одеяло, которым она была с любовью укрыта, тепло обнимало ее, плохо имитируя объятия матери.

Она вдохнула, запах ее матери все еще оставался в комнате, создавая ощущение дома, и все же чего-то здесь скоро будет не хватать.

Она перевела взгляд на потолок. Над ней в воздухе висело магическое окно с пурпурной окантовкой, как и с тех пор, как ее мать покинула комнату. Через него, глядя так близко, что ее можно было коснуться, Твайлайт собирала припасы. Полоски консервированного мяса, кубики сгущенного рациона, палатки, легион колб и других емкостей с жидкостями. Каждый предмет укладывался в упорядоченные ряды и отмечался в списке Твайлайт.

Мамочка уходит… Это было неизбежно.

"Ухууу". Мягкое уханье Грей нарушило тишину. Ноль раз ты когда-нибудь останешься одна.

Усевшись на прикроватную тумбочку, Грей заглянула в большой фолиант и встретилась с ней глазами.

"Уху". Ноль раз ты когда-нибудь останешься без меня.

"Спасибо".

На изящном роге Грей появилось тусклое свечение, и страница перевернулась. В сердце Литтл Стар зародилась гордость. Она сделала это. Она создала ту самую вещь, которая позволила Грей творить волшебство. Можно я сделаю такие же для остальных моих друзей?

Деревянные крылья закрыли бледное лицо Грей. "Ухууу". Ноль раз было разумно давать метконосцам магию.

"Ах… но…"

Один раз я помогу тебе справиться с этим безумием.

В ее груди заплясала волна возбуждения. "Это…" Чувство ускользает. "Ты думаешь, это безумие?"

Грей кивнула.

"… пони-перья".

Один раз я предупреждаю тебя о твоем языке.

"Прости".

Ноль раз я обращала внимания, но твоя мать может быть менее понимающей.

"Ты знаешь, куда идет мама?"

Магия Грей парила над шаром. Взмахнув крылом, она раскрутила его. Когда он замедлился, она уперлась в него своим деревянным когтем.

"Гриффонстоун?"

"Уху", — кивнула Грей.

"Тогда мясо имеет больше смысла. Они выглядят не так аппетитно, как угощения Ночной Стражи". Литтл Стар облизала губы. "Почему Ночная Стража всегда смеется, когда видит меня с одним из них?"

"Ухуу-уху".

"О, значит, большинство единорогов не любят придерживаться этой части своего рациона?"

"Уху-ухууууу".

"Они вредят своему магическому развитию, не получая достаточно белка и микроэлементов".

Грей кивнула.

"Нужно ли мне?"

Перо танцует над свитком. Серая аура вела его красивым каллиграфическим почерком.

Строчка за строчкой, заклинание, которое Литтл Стар никогда раньше не видела, раскрывалось на странице.

"Трансмутация. Этот кусочек будет… о… это будет все та же еда, но будет выглядеть и иметь тот вкус, который я захочу?"

"Ухууу".

"Спасибо". Литтл Стар спрыгнула с кровати и обняла свою самую близкую подругу.

* * *

Овсяный кекс левитировал в воздухе. Литл Стар сосредоточилась. Это было мороженое. Мороженое, мороженое, мороженое.

По ее рогу прокатился разряд, и овсяный торт упал на пол, рассыпавшись, как теплое мороженое, которым он теперь был.

"Примечание первое: Всегда произноси заклинание над подходящим контейнером для новой формы пищи. Примечание второе: Заклинание не способно изменять температуру пищи".

"Примечание третье". Зевок охватил все тело Литтл Стар. Она подняла копыто, чтобы прикрыть рот.

"Примечание третье: Время для сна".

Бодрствующий мир исчез из ее сознания еще до того, как ее голова коснулась подушки.

* * *

Перо царапало по бумаге, а страницы шелестели, переворачиваясь. Успокаивающие звуки привели разум Литтл Стар в подобие осознания.

"Ты уверена, что это самый мудрый путь?" — произнес музыкальный голос.

Это мама Луна изображает глупый голос? Литтл Стар открыла глаза или попыталась это сделать. Она попыталась поднести копыто к лицу, но опять ничего не произошло. Не было никакого ощущения движения. Почему я не могу двигаться? Мамочка?

Не бойся. Знакомый голос Грей прозвучал в ее сознании.

Грей?

"Ухууу". Да

"Ты теперь издаешь совиные звуки? Это так некрасиво", — сказала не мамочка Луна.

"Ноль, когда меня волновало, что ты думаешь", — ответил монотонный голос Грей.

"Просто помни наш уговор", — сказала не Мамочка. Шаги копыт раздавались по дереву, удаляясь.

Теплая передняя нога обхватила ее и заключила в объятия. До ушей Литтл Стар донесся тихий звон магии. Книга со скрипом раскрылась, и Грей начала читать. "Дэринг Ду, прижав сломанное крыло к боку, скакала галопом через лес…"

* * *

Литтл Стар моргнула. Она внезапно, необъяснимым образом, проснулась.

"Ухууу". Грей сидела на прикроватной тумбочке. Её когтистая лапа деликатно перевернула страницу.

Литтл Стар взглянула на заголовок. "Дэринг Ду и Лес Погибели" Неужели все это было просто сном? Все, что она чувствовала, была парализована, даже не дышала. Литтл Стар кивнула сама себе. Так и должно быть.

Ее глаза вернулись к Грей. "Доброе утро". Она спрыгнула с кровати с улыбкой на лице.

Хлюп. Улыбка исчезла, когда по ноге поползло неприятное ощущение. "Мороженое из овсяных хлопьев…"

* * *

Со вспышкой волшебства она вновь появилась в главной ванной комнате над ароматной водой.

"Литтл Стар", — потрясенно воскликнула Твайлайт.

"Мамочка", — ответила Литтл Стар, когда гравитация восстановилась.

Утешительная аура Твайлайт поймала ее еще до того, как она упала на ширину копыта, и обняла ее. Дыхание матери замедлилось от паники.

Твайлайт прижалась к дочери. "Итак, моя Литтл Стар, почему ты телепортировалась над моей ванной?"

Она знала этот вопрос. "Потому что если ты телепортируешься в воду, то вода быстро вытесняется".

"Так вот почему на днях пол был мокрым?"

"Этого не может быть. Я собрала всю воду…"

Глаза ее матери заблестели. "Значит, ты телепортировалась в мою ванну".

Кивнув головой, Стар ответила. "Я проводила эксперимент…"

"Эксперимент?"

"Да, мамочка. Мы работали над тем, как энергия выхода и форма массива заклинаний изменяют перемещаемый объем и передаваемую скорость".

"Полагаю, ты записывала свои результаты".

Серия быстрых кивков была единственным ответом Стар.

"Хорошо, ты готова написать мне полный отчет о своих результатах?"

"Да, мамочка". Литтл Стар засияла. "Значит ли это, что я могу проводить больше экспериментов?"

Твайлайт хихикнула и прижалась к Литтл Стар. Влажная шерсть Твайлайт прижалась к шерсти Стар. Это ощущение так отличалось от ее обычной шелковистой гладкости.

Магия Эмеральд Шейд коснулась рога Литтл Стар как раз перед тем, как до ее ушей донесся звук движущейся воды. Голова Литтл Стар последовала за ее ощущениями. Знакомая зеленая грива поднялась с поверхности воды, расступилась, открывая улыбающееся лицо Эмеральд.

Одно из ушей Литтл Стар опустилось, и она наклонила голову в замешательстве. "Что ты делала, прячась под водой?"

"Я пыталась удивить твою маму".

"О… прости, что испортила твой розыгрыш".

Эмеральд улыбнулась, облизнув губы. "Все в порядке, Литтл Стар. Может, я пойду и испеку печенье для тебя и твоей мамы?"

"Печенье!"

Твайлайт издала легкий смешок. "Ты же знаешь, что избалуешь ее…" Глаза Твайлайт проследили за густой липкой массой, капающей с пальто Литтл Стар. "Что это?"

"Овсяный пирог, который я пыталась превратить в мороженое".

"Новое заклинание?"

"Да". Литтл Стар энергично кивнула.

"Что ж, давай приведем тебя в порядок, и ты мне все расскажешь".

Со вспышкой волшебства вокруг них появилось множество губок, щеток, тряпок и всех приспособлений для чистки пони, которые только могла придумать Литтл Стар.

Твайлайт хихикнула. "Кому-то не терпится".

* * *

Литтл Стар прижалась к теплой материнской шерстке, ее передние копыта обняли материнскую шею. Не уходи, пожалуйста, не уходи. Маленькая часть ее разума надеялась, несмотря на надежду, что если она просто продержится достаточно долго, ее мама останется.

Твайлайт шла по замку. Почти у каждого пони, к которому они приближались, загорались глаза, и они стояли чуть прямее. Даже раненые улыбались. Каждый пони, мимо которого они проходили, кивал или улыбался в знак приветствия. Некоторым она ободряюще коснулась крыла или копыта.

"Не хочешь ли ты провести некоторое время за чтением?"

"Да, можно я выберу книгу, мамочка?"

"Естественно, если ты вернешься в свою комнату и принесешь ее, я скоро приду".

"Хорошо".

Литтл Стар провела копытцем по хрустальной стене. Отведи меня в мою комнату, пожалуйста. Меньше чем через мгновение она оказалась в своей комнате.

Грей склонила голову в знак приветствия. Девять секунд до того, как ты должна будешь наложить заклинание наблюдения на свою мать.

Заклинание было сформировано так же легко, как дыхание. Форма, намерение, повернуть массив так, как нужно, и применить силу. Магическое окно открылось, прежде чем ее мать оказалась в руинах города.

Твайлайт подошла к пони. "Старлайт, хорошо, что я надеялась застать тебя перед отъездом".

"Твайлайт" — ответила Старлайт, опустившись в поклоне.

"Встань, тебе не нужно кланяться мне Старлайт, мы друзья".

"Если ты не заметила, то ты очень сильно заигралась в принцессу…"

Твайлайт вздохнула. "Да, да, но это то, что нужно пони".

"Так что же тебе нужно, Твайлайт?"

"У меня есть просьба".

"…"

"Это может быть простая услуга или предложение королевской работы".

"Я…"

Твайлайт подняла копыто. "Выслушай меня, прежде чем ответить".

Старлайт бросила на Твайлайт тяжелый взгляд, но потом кивнула.

"Я хочу, чтобы ты вела занятия по магии в городе. Ты самый искусный единорог из всех, кого я знаю". Твайлайт ухмыльнулась. "Не говоря уже о том, что когда речь идет о сырой магической силе, только аликорны превосходят тебя".

Старлайт медленно кивнула.

"Начни с основных защитных заклинаний, потом добавь лечебные и наступательные заклинания, с которыми, как ты думаешь, каждый из них сможет справиться".

"Ты хочешь, чтобы я обучила всех пони сражаться?"

"Да".

"Ты знаешь, что большинство пони здесь не бойцы, они не стражники".

"Я знаю, я также знаю, что нашим врагам будет все равно. Решай сама, кого чему учить, но я хочу, чтобы каждый пони с рогом мог хотя бы задержать двух врагов на пять минут".

Старлайт просто уставилась на Твайлайт. "Ты знаешь, что для этого придется обучать их заклинаниям, которые им по закону знать не положено?"

Твайлайт кивнула. "Документы уже готовы".

"Ты обо всем подумала".

"Да… даже это".

Старлайт в замешательстве наклонила голову.

Трикси радостно рысила, простым заклинанием иллюзии скрывая две новые полоски на своей гриве.

"Одна из двух твоих личных учениц".

Глаза Старлайт расширились, затем сузились. "Ты оставляешь ее здесь?"

"Да, она мне пригодится такой, какая она есть сейчас". Твайлайт понизила голос. "Я знаю, что ты любишь ее, поэтому даю тебе этот шанс подготовить ее к предстоящим испытаниям".

"Ты используешь меня или делаешь мне одолжение?"

Твайлайт потерла затылок, на ее лице расплылась улыбка. "Немного и того, и другого, стыдно признаться".

"Ну, по крайней мере, ты честна…"

"Я делаю только то, что должна…"  — Мордочка Твайлайт опустилась к земле. Со вспышкой магии вспыхнул свиток. "Старлайт… Прочти это".

Глаза Старлайт расширились, затем она задыхаясь, упала обратно на стул.

"И теперь ты видишь…" — Глаза Твайлайт встретились с глазами Старлайт. "Я должна остановить это бедствие". Твайлайт снова опустила голову. "И если для этого мне придется потратить жизни… я это сделаю".

"Твайлайт…"

"Я знаю, ты считаешь меня нестабильной, монстром, и ты права".

Старлайт начала говорить. Твайлайт заставила ее замолчать, закрыв ей рот кончиком крыла.

"У меня есть миссия, цель и долг. После того, как все это будет сделано, мы можем сесть за стол с горячим шоколадом с зефиром и поговорить".

Старлайт торжественно кивнула.

"Хорошо".

"Кто еще один особый ученик?"

"О, моя дочь".

"Ты хочешь, чтобы я это сделала?"

"Я не могу придумать никого лучше. Во многих отношениях твоя магия более утонченная, чем моя".

"Это от того, что я не аликорн…"

Твайлайт оглянулась через плечо под правильным углом, чтобы посмотреть прямо на заклинание. "Только убедись, что ты дала ей четкие правила, когда каждое заклинание не должно использоваться".

"Конечно". Старлайт сделала паузу на несколько секунд. "Ты видела, во что она превратила эти игрушки?"

"Да, я очень горжусь ее успехами в зачаровании предметов".

"Ты знаешь, что они делают?"

Твайлайт кивнула. "Она сделала инструменты, соответствующие уровню угрозы".

"Но она всего лишь жеребенок".

"Жеребенок, который сдержал тех, кто схватил меня, и телепортировал нас обоих через всю страну".

"Это была она? Но ее не было там в…"

"Она использовала продвинутое заклинание невидимости, которому я даже не уверена, как она научилась".

"Как?"

"Я думаю, у нее есть потенциал, чтобы со временем стать лучшим заклинателем, чем любой из нас".

"Правда?"

"Просто посмотри внимательно даже на простые предметы, которые она создала, разбери, как она это сделала, а потом реши".

* * *

Что означали эти списки географических названий и цифр… и почему некоторые из них были зачеркнуты? — задалась вопросом Литтл Стар.

Мягко светящиеся глаза Грей потускнели. Ее рог засветился, серая аура подняла перо и написала просто название города и число. Взмахнув крылом, она указала на номер.

"Понивилль…" — Стар остановилась, это число… это было число погибших пони.

"Так много…" — она не знала никого из них, "Были ли они хорошими пони?"

Грей медленно кивнула головой.

"А места, которые зачеркнуты, исчезли, не так ли?"

"Ухууу".

"И мамочки уходят, чтобы остановить это…"

"Ухууу".

Литтл Стар вытерла слезы с глаз. "Тогда я должна показать ей, что могу быть большой пони… Что со мной все будет в порядке, и она сможет пойти и спасти всех пони".

* * *

"Эй? Что случилось, Стар?" — сказала Скуталу, непринужденно паря в воздухе.

"Мама уезжает… Если я смогу придумать заклинание, чтобы уничтожить всех злых монстров в Эквестрии, ей не придется уезжать".

"Это очень большое дело, если попытаться сделать…" — сказала Эпплблум.

"Оставь это взрослым" — сказал Крэш.

"Но я могу помочь…"

"Да" — Крэш махнул крылом. "Но пока ты не знаешь планов всех принцесс, не пытайся сделать что-то настолько большое, ты можешь все испортить".

Литтл Стар задумалась. Любое масштабное заклинание, подобное этому, могло повлиять на многие вещи. Такой уровень магической энергии может привести к непредвиденным последствиям… В ее голове промелькнул образ обугленной фигуры Кэндис. В нос ударил запах горелой плоти.

"Просто разберись с угрозами, которые перед тобой".

Просто разобраться с угрозами передо мной… В голове у Литтл Стар заплясали мысли о возможности усилить известное ей заклинание "очистки".

* * *

## 53.1 Трикси возвращается в школу

* * *

Трикси лежала на спине. Потемневший кристальный потолок был не самой интересной вещью, на которую можно было смотреть. Мягкое дыхание Старлайт было единственным, что нарушало абсолютную тишину ночи. Этот ритмичный звук, такой знакомый сегодня, напоминал о том, что сон не шел к ней.

Даже деля комнату Старлайт, комфорт так называемой "маленькой и тесной" комнаты был намного выше того, что позволял ее вагон. Простые объедки и запасное постельное белье считались предметами роскоши.

Трикси перевернулась, почти утонув в мягкости незнакомого матраса. При каждом движении сила пульсировала и струилась по ее конечностям. Словно все годы тяжелого труда были ничем перед благословением Твайлайт.

Вся эта сила, а меня обошли стороной. В ее сердце боролись облегчение и разочарование. Ее мысли не могли не сосредоточиться на жеребенке, с которым ей предстояло разделить уроки магии. И она отправляет меня обратно в магический детский сад. Трикси фыркнула.

Старлайт зашевелилась, пробормотав несколько слов. "Хррр? мфе тихо".

Трикси вздрогнула, ее тело замерло. Едва дыша, она ждала. К счастью, через мгновение Старлайт просто перевернулась на спину, пока сон не завладел ею.

Вдох, выдох. Даже вздымание и опадание ее груди несло в себе силу. Как бы это ни действовало на Твайлайт, сейчас это не помогало ей. За ее веками плясали толпы чудовищ, с нетерпением прогоняя всякую надежду на сон.

Ей нужно было отвлечься. Ей необходимо было избавиться от мыслей. Здесь, в ночной тишине, без зрителей, ее обычные кривляния и показуха не могли ее поддержать.

Трикси подняла копыто и потрогала рог, свой новый, более толстый и длинный рог. Это не было большой переменой, но с такой интимной частью анатомии любое изменение было заметно, каким бы маленьким оно ни было. Вот чего ты хотела, Трикси, быть великой и могущественной…

Твайлайт отдала часть своей души и вложила ее в нее. Трикси прижала копыто к груди. Сила, сила, не сравнимая ни с чем, чем она обладала раньше, теперь покоилась в ее груди. Я принадлежу ей. Она никогда бы не призналась в этом, но ее терзало небольшое беспокойство. Правильный ли выбор она сделала? "Ну, теперь уже слишком поздно", — выдохнула она почти шепотом.

Она лежала, позволяя своим чувствам впитывать все, что они могли. Были обычные фоновые вещи. В темноте и с ее новой силой все запахи казались сильнее: более насыщенная вода, лавандовый аромат стирального порошка для постельного белья, пыльный порошок и дымные нотки от собственного оборудования Трикси.

Трикси окинула взглядом спящую подругу. Она выглядела нормальной, даже умиротворенной, но обычно успокаивающий запах Старлайт был испорчен едкими нотками страха и стресса. Насколько я в этом виновата?

Может быть, объятия помогут? В памяти всплыл образ разбитой Старлайт. Вспышка от битвы добавила достоверности, это был не более чем звук ломающихся под мощными ударами костей, но этого было более чем достаточно. Дрожь сотрясла ее тело.

Она отвернулась, как бы ни жаждала уверенности в физическом контакте, она не причинит вреда своей Старлайт. Она не сломает свою подругу, как вчера сломала дверь, стол и стену.

От этих прекрасных мыслей сон не просто покинул Трикси,  он сбежал без оглядки. Она лежала с закрытыми глазами, пытаясь сосредоточиться на новых трюках, новых способах поразить толпу.

С каждой новой идеей она думала о рисках, обо всем том, что должен учитывать любой сценический фокусник, чтобы выступить безопасно. Однако битва за Понивилль и стремление спасти жеребят в Вечносвободном изменили ее. Каждый риск, все, что могло пойти не так, можно было использовать в своих целях. Она подумала о своих скромных дымовых шашках. Все, что мне нужно сделать, — это изменить смесь. Так много ее заклинаний и инструментов можно использовать как оружие.

Сухой язык облизал пересохшие губы. Трикси подняла голову и в отраженном лунном свете нашла решение проблемы обезвоживания. Ее аура потянулась, но даже магии не хватало, чтобы по-настоящему зажечь рог.

Треск. Кувшин с водой разлетелся на куски. Острые осколки посыпались на ее лицо.

Она тяжело вздохнула. Вся утоляющая жажду вода стекала по бокам прикроватной тумбочки. "Может быть, Трикси слишком великая и могущественная…" — пробормотала она себе под нос.

"Больше никаких фейерверков, спи", — простонала Старлайт, зарываясь головой в подушку.

Она принюхалась, вдыхая запахи в воздухе. К счастью, здесь не было ни малейшего намека на кровь. Должно быть, ее шерсть приняла на себя все самое худшее.

Медленно, осторожно, она протянула поле захвата от копыта. От него пошла невидимая рябь. Для большинства пони поле захвата было тусклым и почти ничего не ощущалось. Для Трикси оно было более подробным, чем ее обычное чувство осязания. Годы, проведенные в искусстве владения копытами, принесли свои плоды. Тактильные ощущения от мягкого переплетения подстилки так отличались от твердых и зазубренных осколков стекла.

Через несколько минут каждый осколок стекла был найден и собран.

Твайлайт или Старлайт могли бы просто махнуть рогом и починить кувшин. Возможно, они даже смогли бы набрать воду обратно без единой пылинки. Трикси остановила себя, чтобы не фыркнуть. "Я могущественна, теперь мне нужно только стать великой".

Осторожно поставив каждое копыто, она тихо выскользнула из спальни. Она направила на рог самую маленькую струйку магии. Ее глаза закрылись от яркого сияния. Она напряглась и изо всех сил сжимая поток магии. Все равно было ярко, но, по крайней мере, теперь это было терпимо.

При свете рога она добралась до ванной. Она пробиралась между и вокруг коробок, бочек и свертков всех форм и размеров. Широко открытые коридоры теперь напоминали не что иное, как склад с причудливыми стенами.

Некоторые кучи были даже штабелями слегка обгоревших бревен, спасенных из одного или нескольких разрушенных домов. Трикси закатила глаза. "Твайлайт Спаркл, принцесса аликорн чрезмерной готовности и ОКР". Все, что могло пригодиться, было перетащено в замок на хранение.

Войдя в ванную, она посмотрела в зеркало, оценивая ущерб. Как и ожидалось, на ее теле не было ни кровинки, ни пореза. Взмахнув копытом, она смахнула с шерсти последний осколок стекла. Лишь несколько осколков впились в ее плоть, но не смогли пробить новую прочную кожу.

Ее взгляд остановился на новом дополнении к ее облику. Сдвоенные пурпурные полосы шли по всей длине гривы и хвоста. Они обозначали ее как Избранницу своей принцессы, чтобы все видели.

Слова Твайлайт все еще преследовали ее. И если для этого мне придется потратить жизнь… я это сделаю. Ее отражение дрожало, в нем не осталось ни намека на высокомерие.

Поверхность под ее копытами была холодной, когда она прислонила их к зеркалу. "Почему любой пони хочет стать принцессой?" — спросила она. У ее отражения не было ответов.

* * *

Утро наступало беспощадно, как и копыто Старлайт, когда она несколько раз тряхнула Трикси. "Я не сплю", — запротестовала она, полузакрыв глаза.

"Трикси, почему на прикроватной тумбочке лежит пакет с осколками стекла?"

"А, это" — Трикси на мгновение запнулась, прежде чем непонимающий взгляд Старлайт заставил ее произнести еще несколько слов. "Я начинаю понимать почему уроки магии — хорошая идея".

"Ты искусственно увеличила свою магию, и теперь тебе трудно ее контролировать?"

Трикси кивнула. "Амулет Аликорна был не таким".

"Это потому что…"

Трикси подняла копыто. "Я знаю, что амулет Аликорна был обманом, костылем". Она потянулась, и снова сырая физическая сила запульсировала в ее конечностях. Глубокий вдох наполнил ее легкие и убедил тело, что пора просыпаться.

Несмотря на тяжелую ночь, ее чувства и разум были остры, как никогда. Она посмотрела на щетки и другие принадлежности для ухода за собой. В это время суток очередь в душ или ванну могла занимать более часа, но все равно пони должны были выглядеть наилучшим образом.

"Я сделаю это". Щетки поднялись в ауре Старлайт. Щетки слегка подрагивали, пробираясь сквозь ее гриву. Внимание было клиническим, тщательным, и все же оно помогало успокоить Трикси. Тепло ободряющего прикосновения помогло еще больше. "Что мне с тобой делать?"

"Помочь Трикси по-настоящему стать Трикси Великой и Могущественной?"

Кисти замерли, застыв в воздухе. Первый кивок Старлайт был незначительным. Второй был более твердым. "Это единственный выбор, который оставила нам Твайлайт". Горечь омрачила ласковый тон.

Трикси осторожно протянула копыто и коснулась щеки Старлайт. "Я выбрала это".

Жесткая грань во взгляде Старлайт исчезла. Она прижалась к ней. "Я знаю".

Трикси наклонилась ближе. "И теперь у меня есть шанс стать достойной тебя". Она чуть не вздрогнула от того, как робко, как виновато прозвучал ее голос.

"Тебе никогда не было нужно…"

"Я знаю, но я хотела".

В глазах Старлайт мелькали эмоции и мысли, слишком сложные, чтобы Трикси могла их понять. Дыхание между ними было лишь звуком, пока Трикси держала взгляд Старлайт.

Магический перезвон возобновился, затем послышалось мягкое поскрипывание щеток, продолжая уход.

Старлайт отстранилась. "Это будет нелегко".

"Легкость привела к Амулету Аликорна. Ты запросто можешь выброситься из окна".

Ухмылка Старлайт радовала глаз. А вот появившаяся металлическая сфера — нет.

Металлическая сфера бросилась на нее. Она не вздрогнула и не попыталась убежать, как в детстве, когда была жеребенком. Ее копыто начало подниматься, но магия Старлайт потащила его обратно вниз.

Вот и все. Рог Трикси вспыхнул, блестящая аура окутала сферу. Она остановилась, словно ударившись о невидимую стену. "Правда? Жеребячий шар?"

"Это лучшее средство для начала. Простое упражнение по контролю".

Единственная сфера покачивалась и вибрировала, пока магия Трикси удерживала ее в воздухе. Не было ни хруста, когда он уплотнялся, ни взрывов, когда ее магия разрушала его. Нет, несмотря на дар Твайлайт, шар остался цел.

Трикси подняла бровь и посмотрела на Старлайт.

"Твайлайт верит в то, что нужно быть готовой. Его сделали для обучения Фларри Харт".

"Теперь мне нужно учебное оборудование класса аликорн?" Ну, это все объясняет.

Старлайт рассмеялась. "Не забивай себе этим голову".

* * *

Трикси посмотрела на свой архонемизис. Маленькая металлическая сфера задрожала. "Ты не упадешь", —  вполголоса прорычала она. Свет из ее рога усилился, и шар немного успокоился.

"Трикси, ты знаешь, чем больше силы ты используешь, тем больше сфера будет сопротивляться тебе", — сказала Старлайт, подталкивая свою не слишком аппетитную еду по тарелке.

Тяжесть, тянувшая ее голову, подкрепляла слова. Казалось, будто сам мир давит на кончик ее рога. Поле вокруг сферы изменилось. Вместо того чтобы быть тяжелым и пытаться оторваться, оно стало скользким и устремилось к ней.

Ее копыто только приподнялось над землей, и действие запоздало, даже не начавшись.

Бум.

Боль взорвалась в ее роге. Энергия, заключенная в его свечении, заискрилась и зашипела. Кристальный пол зазвенел от удара металлической сферы.

"Почему она всегда так делает?"

Старлайт закатила глаза. "Ты знаешь почему".

"Потому что большинство учителей единорогов — садисты?"

Старлайт весело фыркнула. "Некоторые из них, конечно, но нет, он делает это, чтобы заглушить любую магию в твоем роге".

"Все равно больно…"

"Трикси… ты одна из Избранных Твайлайт. Ты окажешься в битве. Тебе будет больно…"

Поднять сферу копытом было жеребячьей забавой. Сфера размером с копыто весила меньше, чем надувной мячик. Небрежным движением она отбросила его в сторону. Ее аура подхватила его прежде, чем он ударился о стену.

"На этот раз не торопись. Не прикладывай больше силы, пока не придется". Пока Старлайт говорила, сфера двигалась, катилась и вибрировала.

Каждый раз, когда Трикси крепко держала сферу, она пыталась вырваться.

Под мордой Трикси витал аромат жареных зерен и сушеных фруктов. "Ешь", — приказала Старлайт.

Трикси даже не отрывала глаз от своей силы. Одно мгновение невнимательности, и она снова получит по рогу. Больше по ощущениям, чем по чему-либо другому, она обнаружила свой завтрак. Аура Старлайт выпустила его, как только Трикси вцепилась в него зубами.

"Я хочу, чтобы эта сфера была при тебе и держалась в твоей магии каждый день, пока я не скажу, что хватит".

Прежняя Трикси стала бы жаловаться. Прежняя Трикси отказалась бы от этого. Новая Трикси просто выместила свое разочарование, полностью уничтожив батончик, который она грызла.

* * *

Трикси не смущалась. Даже если бы у вас были фотографические доказательства, она бы сказала, что это подделка. Она выбрала путь через переполненный коридор. Каждый предмет был аккуратно расставлен. Повсюду было разбросано столько вещей.

О, нет, не надо. Трикси остановила полет сферы менее чем в копыте от своего рога. Бледные глаза отразились в ее полированной металлической поверхности.

Вспышка света привлекла ее внимание к тому месту, где появилась Литтл Стар, уже подпрыгивающая на месте. "Давай, Трикси, ты же не хочешь опоздать на урок в первый день…"

Тунк.

Трикси вздохнула, протягивая копыто, чтобы поймать неактивную сферу.

Мини-Твайлайт наклонила голову, полуприкрыв ухо, и рассматривала тренировочную сферу. Трикси предложила ее ей. Она схватила ее обоими копытами и вгляделась в ее отражающую поверхность.

Свиток вспыхнул, пурпурные линии и слова прокрутились по его поверхности, а затем снова погасли.

"Теперь идем, мы не можем опоздать".

Не прошло и мгновения, как перед ней появилась Старлайт. Нет, Старлайт не появилась. Трикси переместилась. Ни вспышки, ни ощущения в роге.

Глаза Трикси следили за маленькой лавандовой пони, пока та устраивалась на своем месте, окруженная небольшой горой школьных принадлежностей. Кто ты? Почти оцепенев, Трикси уселась на приготовленные для нее подушки.

Старлайт постучала копытом. "Трикси, твоя сфера…"

Трикси огляделась и увидела, что она парит в ауре Литтл Стар. Вторая аура немного другого цвета, казалось, всплескивала всякий раз, когда сфера пыталась бороться. Как?

"Литтл Стар".

"Да, мисс Старлайт".

"Ты можешь снять свое заклинание с тренировочной сферы, чтобы Трикси могла продолжить практику?"

"Да, мисс".

Обе ауры исчезли. Трикси поймала ее в свою, и тут же сфера начала сопротивляться. Ты не достанешь меня снова.

На первый взгляд, этот урок был совершенно нелепым. Жеребенок на уроке рядом со взрослой кобылой. Только угроза, исходящая от сферы, не позволила Трикси покачать головой. Одно заклинание — удерживать сферу неподвижно, не прилагая усилий, — было настолько не под силу Трикси, что это было не смешно. Несмотря на то, что каждый кусочек магии казался простым, каким-то образом все это было объединено, чтобы сделать что-то невозможное.

Старлайт начала урок. Хорошо, что Трикси уже знала часть материала, и ей удалось удержать эту проклятую сферу из Тартара от удара по рогу. По крайней мере, она умела делать записи копытом, но никак не могла заставить себя левитировать перо так же хорошо, как сферу.

* * *

Присутствие Твайлайт затронуло все существо Трикси. Даже без единого звука или запаха она точно знала, где находится ее принцесса. Твайлайт вошла в комнату своими длинными элегантными шагами.

"Мамочка". Знакомые вспышки света обозначили точки отправления и прибытия Литтл Стар для ее телепорта.

Тук.

Мышцы на ноге Трикси напряглись, и конечность завибрировала. Вместо того чтобы разбить сферу, она снова взяла ее в свою ауру.

Твайлайт кивнула, а затем обратилась к Старлайт. "Как твои личные ученики?"

"У них есть потенциал".

"Хорошо. Я знаю, что прошу у тебя многого".

Старлайт покачала головой. "Это лучше, чем альтернатива".

"Не пренебрегай остальными своими обязанностями".

"Не беспокойся ни о чем, Твайлайт. Мы удержим замок, пока ты будешь в отлучке…" Старлайт на мгновение взглянула на Литтл Стар. "Делай то, что ты должна".

Твайлайт кивнула. Прежде чем ее холодные древние глаза посмотрели прямо сквозь мирскую плоть и прямо в душу Трикси: "Трикси, было бы целесообразно позаботиться о том, чтобы ты использовала это время по максимуму".

"Я так и сделаю, принцесса".

Литтл Стар прижалась к матери. Каким бы непринужденным ни выглядело это объятие, было видно, сколько сил кобылка вложила в него. Как будто она думала, что только силой сможет удержать мать от ухода.

Твайлайт вновь обратила внимание на дочь. Суровые глаза правительницы превратились в ласковые глаза любящей матери. "Как ты смотришь на то, чтобы научиться печь печенье?" — спросила она, прижимая дочь к себе и баюкая ее.

Возбужденные разговоры о том, какие лакомства они должны приготовить, еще долго звучали после того, как они вышли из класса.

* * *

В Понивилле многое было потеряно. Целые здания были снесены из-за повреждений или ради сырья. То, что когда-то было самым гостеприимным местом в Эквестрии, теперь стало таким же дружелюбным, как выровненный рог.

Пони патрулировали стены, держа оружие наготове. С балконов кристального замка смотрели пушки. Красная окраска сообщала всем, что они не загружены праздничными принадлежностями.

Эпплджек шла по новым полям.

Пегасы, кружившие над головой, держались в стороне, когда Рейнбоу взмыла в воздух. Ее пьяная траектория полета свидетельствовала о том, что ее сила так же нестабильна, как и сила Трикси. С каждым проходом, с каждым маневром Рейнбоу становилась все лучше. Минута за минутой она овладевала даром Твайлайт.

С металлического блеска в сфере на нее смотрел взгляд Трикси. Ее глаза сузились, следя за радужногривой кобылой. Все, что можешь сделать ты, Трикси сделает лучше.

Она направилась к полигону. Магически укрепленные кучи хлама были выстроены в форме жеребячьего подобия монстров.

Бум.

Один вдох, потом два. Трикси подняла сферу своей магии и попыталась снова.

Вскоре над Понивиллем раздались взрывы и крики Трикси, проклинающей какую-то металлическую сферу.

* * *

## 53.2 Воскресшая надежда

* * *

Ковер с толстым ворсом был роскошью для его усталых копыт, но он мог сделать лишь очень немногое. При каждом движении маленькие шипы боли вонзались в его измученную плоть.

Блюблад не привык ни к боли, ни к тяжелой работе, породившей это ее воплощение. Это было то, с чем он предпочел бы не иметь дела, но никто не заставлял его помогать. Он настоял.

Ароматные воды его личной ванны зазывали своей песней сирены, даже когда копыта уносили его все дальше от личных покоев.

Знакомая энергия ласкала его. Прохладная магия своим легким прикосновением изгоняла любую боль. Простое отсутствие страданий было величайшей роскошью, которую только мог представить его уставший разум.

Изысканный аромат Платинум донесся до него за мгновение до ее слов. "Ты хорошо потрудился, мой принц. Но еще многое предстоит сделать".

Блюблад кивнул, на его морде появилась едва заметная улыбка. Любой наблюдатель, знакомый ему, просто увидел бы, что он потратил мгновение на то, чтобы собраться с мыслями. Для него, даже без отражения, она стояла рядом с ним, ее поза и грация были несравнимы ни с одной из современных претенденток.

Он выпрямился. Его копыта понесли его вперед более уверенной походкой.

Раннее утреннее солнце отбрасывало длинные полосы чередующегося света и тени на весь коридор. Платинум приостановилась, повернув голову на изящной шее. Ее идеальный рог был практически направлен на окно, когда она рассматривала раскинувшееся внизу поместье.

Снаружи его пони по-прежнему трудились. Никто из них не спал ни минуты с тех пор, как началась новая работа. Второй, гораздо более простой воздушный корабль стоял рядом с неузнаваемой формой его бывшей личной яхты. Он не был столь впечатляющим, как "Вэйфарер", по-прежнему недостроенный легкий военный корабль.

Пегасы молниями носились вокруг, закрепляя последние веревки. Молотки и кисти танцевали во множестве оттенков аур. Даже самые маленькие земнопони делали основной силой то, что не под силу двум пони из других племен.

"Не прошло и двадцати часов работы", — сказал Блюблад, даже не пытаясь скрыть в своем голосе гордость за то, чего добились эти пони. Удивительно, что могли сделать всего две дюжины пони всех племен, работая вместе.

Наклон рога Платинум направил его к хвосту почти готового дирижабля. Там, гордо возвышаясь, стоял его знак.

"Я не просил их…"

"Тебе и не нужно было. В кои-то веки, мой принц, они гордятся тем, что работают на тебя".

И тут он увидел его. Несмотря на усталые глаза и решимость в движениях их свинцовых конечностей, они улыбались, разговаривали, некоторые даже пели, хотя звуки этого не могли проникнуть в его запертый дом.

"Они счастливы?"

"Они делают то, что считают правильным, ради дела и пони, в которых верят".

Что-то зашевелилось в груди Блюблада. "Я только надеюсь, что смогу быть достойным их".

"Идем, мой принц", — сказала Платинум, направляясь вглубь дома.

Блюблад последовал за ней.

* * *

Зеркало в золотой оправе было диковинкой в обычном арсенале. В оружейной знати, в эпоху, когда уже несколько поколений не было настоящих конфликтов, оно было вполне ожидаемым атрибутом.

Магия Платинум закончила застегивать последние ремни. Звенья тонко сделанного кольчужного доспеха двигались друг относительно друга, обеспечивая гибкость движений, с которой не могли сравниться массивные пластинчатые доспехи. Если бы не непривычная тяжесть, давившая на него, он мог бы принять его за обычную одежду.

Наконец его клинки встали на место, по паре с каждой стороны. Его вооружение из двух длинных тонких рапир и пары прочных кинжалов для заклинаний вдвое превышало то, что было разрешено в его старой дуэльной схеме.

Щетка прочесала его гриву. Ее эффект был несколько грубее, чем обычно. Через мгновение он понял, чего пытается добиться Платинум. Он встал немного выше.

Жеребец, смотревший на него из зеркала, не был тем заносчивым Блюбладом, каким он был всего несколько недель назад. Вместо него перед ним стоял храбрый герой пони, слегка измотанный, но все еще твердый в своей решимости.

Платинум Чек кивнула.

* * *

После нанесения окончательной атмосферостойкой герметизации, оставшиеся и восстановленные материалы выглядели однородными. Не было видно ни беспорядка, ни следов работ на новом дирижабле.

"Он готов к полету?" — спросил Блюблад, стараясь, чтобы в его тоне не было никаких опасений.

Пожилой жеребец кивнул.

Блюблад оглядел две плоские бронированные тележки и буквально тонны различных припасов. "И он выдержит вес".

"Я не знаю, кто зачаровывал твою воздушную повозку, но работа была на высшем уровне. Каждая деталь была индивидуально заколдована, а руны инкрустированы сплавом золота и платины".

"Карета стоимостью в несколько миллионов бит превратилась в воздушный корабль стоимостью в сто тысяч бит". Блюблад покачал головой, на его лице появилась кривая улыбка. "Что бы подумал мой отец?"

Блюблад качнулся вперед. Легкого толчка было почти достаточно, чтобы свалить его на землю. Старый жеребец фыркнул. "Если бы он был хоть наполовину таким жеребцом, как ты, он бы сказал, что ты все сделал правильно".

"Как мы его назовем?"

Жеребец хмыкнул. "Ну, я могу придумать много имен, но большинство из них будут не совсем вежливыми".

"Продолжай"

"Ну, учитывая торопливый характер и источник запчастей, это не совсем чистокровный дирижабль".

"Это просто означает, что другого такого никогда не будет". Блюблад принял созерцательную позу, рассматривая корабль. "Только благодаря нашему упорному труду и решимости мы достигли того, что другие считали невозможным… “Воскресшая надежда” — таким будет его имя".

* * *

Глаза Блюблада еще раз проследили за свитком. По королевскому приказу он должен был использовать Понивилль в качестве базы и организовать вооруженный караван в окрестные поселения, не имеющие прямого железнодорожного сообщения.

Это то, что нам нужно, — сказала Платинум, ее прекрасные глаза смотрели на него из отражения.

— Правда?

— Да, мой принц. Вы не только выполняете свой долг перед Эквестрией, как и положено истинному наследнику рода Платинум, но и убираете нас из-под взгляда тирана.

Последние припасы и оборудование были погружены. Каждая роскошь в его доме взывала к нему. Четверо его новых охранников ожидали на борту.

Дюжина пони ждала его, все единороги. В кои-то веки одноплеменность этой группы не имела ничего общего с трайбализмом или превосходством единорогов. Нет, просто в сельской местности единорогов было меньше. Именно они больше всего нужны для восстановления гармонии и потенциала, которые могли быть достигнуты при совместной работе всех трех племен.

Пожилые пони стояли рядом с теми, кому было чуть больше лет, чем жеребятам. Двое молодых радостно болтали, не обращая внимания на трагедии, разворачивающиеся под вершинами Кантерлота. Те, кто помогал в строительстве, должны были буквально падать от усталости, но они стояли во весь рост.

Когда он приблизился, они выстроились в неровную линию. На бумаге каждый из них был экипирован одинаково: быстрый меч, кинжал для разрушения заклинаний, кольчуга и гибкая легкая броня. На деле же это было буйство красок и стилей.

Каждое оружие было уникальной семейной реликвией или престижным клинком, которым владели те, кто претендовал на первенство. Легкие тканевые доспехи, в которые они облачались, были усилены металлическими нитями, чешуей или иногда небольшими пластинами. Каждый цвет на отважных пони говорил об их доме или наставнике.

Блюблад стоял перед ними и, один за другим, встречал взглядом каждого из них. В его глазах не было снисходительности. Каждый из этих пони собирался подставить себя под удар. Каждый из них был таким же неискушенным, как и он, некоторые маскировали свой страх под браваду, но твердая решимость смотрела из глаз каждого. Каждый из них слышал призыв Селестии к действию, и каждый ответил.

Такой момент, как этот, нуждается в символизме. Платинум придвинулась так близко, что ее дыхание щекотало ему ухо.

Он с убежденностью произносил каждое слово, когда она шептала его на ухо. Слова слетали с его губ, хотя они не были его собственными. Он был актером, играющим по сценарию Платинум.

Зачарованное серебро с шипением покинуло ножны. Взмахнув, его аура выхватила старинный клинок и отсалютовала. Их ответ был не таким четким и единым, как у стражников, но каждый пони перед ним ответил ему. В этот момент они не были случайными пони. Они были теми, кто готов стать героями, защитниками беззащитных, образцами того, какими могут быть пони.

Блюблад отсалютовал, оружие нашло свои ножны, и его пони маршировали на борт "Воскресшей надежды".

Из этого могла бы получиться неплохая картина для семейной галереи.

Я прослежу за этим, мой принц.

Ты рисуешь?

Смех Платинум был милым и игривым, он так отличался от ее обычного настроя, но все же очень ей шел. Да, раньше я рисовала, когда позволяли мои обязанности… но это было так давно.

На палубе было много пони, пока город удалялся под ними. Подъем был гораздо медленнее, чем в карете или колеснице, запряженной пегасами. Два его пегаса-охранника стояли с закрытыми глазами, направляя свою магию в корабль. Зачарованные остатки его роскошной воздушной кареты делали свое дело, распространяя магию пегасов по кораблю.

Поворот был медленным, каждое движение громоздким, но теперь они были на пути в Понивилль.

"Сэр, отдыхайте, пока есть возможность".

Палуба была не самым удобным местом, чтобы уложить его усталое тело, но это вряд ли имело значение. Как только он перестал двигаться, тяжелые веки опустились, словно иллюминаторы, скрывая весь мир.

Сладких снов, мой принц.

* * *

Несколько часов сна сотворили чудеса с его уставшим телом. Если бы он не знал лучше, то подумал бы, что у него был полноценный ночной отдых.

Блюблад кивнул их сопровождающему. Две бронированные пегаски пролетели по другую сторону перил. "Это та самая броня с игр?"

"Да", — ответил тот, что был ближе, с комично маленькими крыльями по сравнению с его огромной массой.

Другой хлопнул бронированным копытом по толстой передней пластине. "Когда Твайлайт делает что-то, чтобы обезопасить пони, она не шутит".

"Принцесса Твайлайт неизменно производит впечатление", — сказал Блюблад.

Страж нормальных пропорций опустил голову. "Многие пони не выжили бы, если б не она".

Блюблад проследил за взглядом сопровождающего и осмотрел пейзаж внизу. Все изменилось с тех пор, как он отправился на своей личной воздушной карете по этому же маршруту. Понивилль был совсем не похож на тот, что был во время турнира, устроенного в честь ухаживаний Луны и Твайлайт.

В маленький городок пришла война. Мощная магия вырезала в ландшафте еще дымящиеся провалы. Кратеры обозначили места, где взорвались смертоносные заклинания. Пепел и останки зданий и деревьев оставляли напоминание о том, что огонь может сделать, кроме как согреть или приготовить пищу. Это была сцена с древних картин, тех, что тщательно прячут в темных углах или так глубоко хоронят в музее, что пони должен знать, что они там есть, чтобы когда-нибудь их найти.

Еще одна, которую я добавлю в твою галерею.

Зачем кому-то из пони нужна эта картина?

Чтобы знать, почему мы сражаемся, чтобы знать, что мы стремимся предотвратить.

Далеко внизу Твайлайт вышла на свой балкон, стоя между парой пушек, раскрашенных в красный цвет. Даже отсюда он чувствовал тяжесть взгляда Твайлайт. Осуждающий и одновременно сострадательный, властный и одновременно нежный.

Ее рог зажегся, и пурпурная магия окутала множество разрушенных зданий. Одним щелчком рога и небрежным движением головы она соскребла землю. Все обломки собрались в стороне, оставив широкое открытое пространство, плоское и ровное, идеально подходящее для приземления Воскресшей Надежды. Кивнув головой и изящно взмахнув крылом, она приказала им так и сделать.

Повернувшись, принцесса направилась обратно в дом, исчезая из виду.

Сколько всего я мог бы еще сделать, если бы тетушка не украла у меня право первородства?

* * *

## 53.3 Первый день Литтл Стар в волшебном детском саду

* * *

Влага грозила вытечь из закрытых глаз Литтл Стар, когда она почти отчаянно прижималась к мягкости, окутывавшей ее. Мамины перья с запахом лаванды обволакивали ее, защищая от всего остального мира.

Сердцебиение матери, медленное и сильное, успокаивало, даже когда отсчитывало время до разлуки матери и дочери. Если никто из нас не встанет, маме не придется уходить. Она знала, что это неправда, и теперь, даже с помощью магии времени, она могла лишь растянуть этот момент.

Ласковое прикосновение матери было одним из последних, которое она получит до ее возвращения. "Будь сильной, дочь моя".

Она не хотела быть сильной, она просто хотела, чтобы ее мать осталась, но Литтл Стар все равно кивнула. "Да, мамочка".

Губы матери прикоснулись ко лбу Литтл Стар. Затем она начала петь. Когда каждое слово любви достигало ее ушей, мир сна становился все ближе.

"Я люблю тебя, мамочка", — выдохнула Литтл Стар, когда сон овладел ею.

Под мелодию маминой песни она танцевала между звезд и строила песочные замки на луне. Время не имело особого значения, так как проходили дни и ночи. Иногда ее матерей было две, иногда — только одна.

Когда она смотрела на почти бесконечное поле городов и мест, созданных из лунной пыли, в ее сознании медленно наступала ясность. "Мамочка?"

"Да, моя Литтл Стар?"

"Я сплю, да?"

Мама улыбнулась ей той улыбкой, которая предназначалась только для нее. Гордость раздулась в ее маленькой груди.

"Это правда, это маленькая хитрость, которой научила меня твоя мама".

"Значит, ты действительно здесь?"

"Да, дочь моя, мы здесь".

Кожаное крыло, окутывавшее ее, казалось таким чужим без отдельных перьев, прикасающихся к ее шерсти, но любовь все еще была здесь. Это все еще была ее мама Твайлайт, даже если сейчас она звучала немного как мама Луна.

"Ты собираешься победить всех монстров и плохих пони и вернуться домой?"

"Так быстро, как мы… я смогу". Любящая улыбка ее матери изменилась, показав клыки, а зрачки сузились до щелей. "Они заплатят за каждую минуту, которую заставят нас провести в разлуке".

"Я научусь всему, чему смогу. Я сохраню Понивилль в безопасности. Я обещаю".

"Я знаю, что сохранишь, моя маленькая истребительница монстров". Ее мать наклонилась ближе, прижав свой большой рог к рогу Литтл Стар.

Любящий контакт рогов затянулся. Как если приложить ухо к груди пони, чтобы услышать биение сердца или почувствовать его дыхание, так и прикосновение рога к другому рогу позволяло пони ощутить поток магии, почувствовать намерение, которое несли в себе арканные энергии. Любовь, гордость и защита приправляли магию ее матери, приправленные лишь нотками обиды на приближающуюся разлуку и глубоким желанием просто остаться.

Медленно их рога разошлись. Слова были не нужны, в этот момент они оба знали, что чувствует другой.

Ее мать подняла большое копыто к небу. Взмахнув копытом, звезды начали танцевать. В свете звезд разыгралась битва с гидрой.

Литтл Стар легла на спину и устроилась в объятиях матери, пока они наблюдали за всем происходящим и критиковали в деталях. Небесная битва разыгрывалась по-разному. Каждый раз с новой проблемой, новым уроком, который нужно было усвоить.

Некоторые из тактических задач добавляли в ситуации плохих пони.

Ты больше не обидишь мамочку.

* * *

"Проснись, проснись, ты же не хочешь опоздать в школу".

Ласковое прикосновение втянуло Литтл Стар в мир бодрствования. Медленно слова матери оседали в ее сознании. Она резко открыла глаза. "Опоздать?"

"Ну, если ты проспишь дольше, есть риск", — сказала ее мать с широкой улыбкой.

Литтл Стар наклонила голову. "Мамочка, а у тебя иногда бывают клыки?"

Уши Твайлайт напряглись, а затем она полуобернулась. "Так, откуда взялся этот вопрос?"

"Ты была в моих снах, и мы строили замки на луне… и ты была немного похожа на Метеора Крэша". Что-то удержало язык Литтл Стар, прежде чем она упомянула о боевом анализе.

"Твой новый друг? Хм…" — Твайлайт хмыкнула, а затем кивнула сама себе, прежде чем улыбнуться, приняв преподавательский тон, который заставил магию Литтл Стар рефлекторно потянуться к бумаге и чернилам. "Ну, ты знаешь, что аликорны — это комбинация всех племен?"

Литтл Стар кивнула, все пони это знали.

"Это включает и фестрала. Мы можем переключаться между пегасами и фестралами по своему желанию… но некоторые пони находят аликорнов с клыками пугающими".

"Почему?"

"Это из-за…" — Ее мать посмотрела вниз. "Было время, когда твоя мать и Селестия немного… повздорили".

Тысячу лет назад принцесса Луна была изгнана на луну, — вмешалась Грей.

"Тысяча лет?" — Одна мысль о том, что кто-то из пони может так долго оставаться один, была ужасна. Ее глаза расширились и устремились на мать. Нет… "Неужели Селестия собирается сделать это с тобой?"

В глазах ее матери плясала искра огня. "Нет". Ответ был почти шепотом, но комната задрожала, и кристалл потемнел.

"Мамочка?" — сказала Литтл Стар, положив копыто на ногу матери. "Ты в порядке?"

Твайлайт моргнула, ее глаза вернулись в нормальное состояние. Все было так, как будто ничего не произошло. "Да, Литтл Стар", — сказала она, когда ее пурпурная аура окутала Литтл Стар, ее магия покалывала от маленьких щекочущих прикосновений. "А теперь иди сюда и обними свою маму".

Литтл Стар с радостью подчинилась.

* * *

"Теперь нужно медленно применять тепловую энергию", — сказала Твайлайт, тесто для блинчиков удерживалось ее аурой в форме диска.

Цифры, как всегда верные, предоставили все выводы. Сколько таумов магии потребуется, чтобы поднять тесто до идеальной температуры. А сколько еще — чтобы пони превратился в обугленное месиво разрушенной плоти.

По позвоночнику Литтл Стар пробежала дрожь. Даже сейчас она могла видеть почерневшее тело Кэндис, неподвижное и почти безжизненное. Только временная магия, растянувшая последние секунды ее жизни на годы, дала шанс спасти ее. Я могу это сделать. прозвучало в ее сознании.

Мягкие перья прочертили линии на шерсти Литтл Стар. Каждый взмах крыла снимал еще немного напряжения. Любящие глаза матери смотрели на нее.

"Мы — не то, что мы могли бы сделать. Мы — это только то, что мы выбираем делать". — Твайлайт сделала паузу. "Запомни это, дочь моя".

Литтл Стар кивнула. Если бы только все остальные пони тоже помнили об этом.

"Ну что, ты, наверное, проголодалась?" — сказала Твайлайт с игривым блеском в глазах.

Магия потекла через рог Литтл Стар. Липкая жидкость легко поднялась в воздух. Жидкость соответствовала форме заключившей ее энергии.

Литтл Стар сделала паузу. "Мамочка, это все равно будут блины, если мы не будем использовать сковороду для их приготовления?"

"Да, метод может быть другим, но конечный результат все тот же. Если бы они были впервые созданы таким образом, то, скорее всего, они имели бы другое название".

"Например, аура-пирожные? Или магические диски?"

Твайлайт кивнула. "Поскольку они названы так, как они есть, и с учетом необходимых ингредиентов, я могу только предположить, что это открытие земных пони". Она наклонила свой рог к еще не остывшему тесту, подвешенному аурой Литтл Стар. "Теперь тебе придется добавить немного тепла, если ты хочешь, чтобы оно приготовилось…"

"Верно". Литтл Стар сосредоточилась. Какова удельная теплоемкость блинного теста? Меньше чем полное копыто теста действительно не потребует много энергии.

На мгновение, звук пера, царапающего бумагу, пощекотал ухо Литтл Стар, прежде чем успокаивающий монотонный голос Грей ответил: Тринадцать целых одна четвертая таума на градус в четверть небесной меры.

Литтл Стар тщательно взвесила блинчик. Сделав несколько мысленных подсчетов, она поняла, какую силу магии нужно влить в рог.

Медленно туамы магии трансформировались в тепловую энергию.

"Хорошо, вот так. Теперь добавь еще немного".

Литтл Стар кивнула, ее глаза были устремлены на алхимию, которая происходила прямо на ее глазах. Жидкое тесто медленно застывало, бледно-желтый цвет становился коричневым по мере приготовления.

* * *

Литтл Стар старательно раскладывала вокруг себя каждый фолиант и свиток. Чернила, перо, бумага — все было на своих местах. Она улыбалась, глядя, как тикают секунды на часах.

Тик-так, тик-так, тик-так. Каждая секунда приближала начало урока. Ее плечи слегка опустились. Каждая секунда уменьшала время пребывания ее матери в Понивилле.

Стук копыт по кристаллу приближался.

Двадцать три, секунды, — отметила Грей.

Двадцать две. Двадцать одна. Один за другим Литтл Стар считала каждый звук. "Доброе утро, мисс Старлайт".

Старлайт замешкалась на пороге. "Кому-то не терпится". Затем ее взгляд остановился на пустом месте рядом с Литтл Стар. "А кому-то нет".

"Я позову ее", — сказала Литтл Стар. Даже несмотря на всех пони в замке, ей потребовалось лишь мгновение, чтобы расширить свои чувства и найти Трикси. Ей нужно было только отсеять всех пони, в которых не было магии ее матери. Только не эту. Нет, это Рейнбоу. Вот ты где. И тут же Литтл Стар исчезла во вспышке света.

Не успела она оглянуться, как Литтл Стар заговорила. "Давай, Трикси, ты же не хочешь опоздать на урок в первый день…"

Бум.

Странный металлический шар врезался в рог Трикси. Ее лицо исказилось в досаде, и она вздохнула. Шар упал прямо в ее ожидающее копыто, словно это было хорошо отработанное движение.

Трикси слегка покачала головой и протянула сферу. Литтл Стар не нуждалась в большем. Она жадно схватила ее обоими копытами и вгляделась в ее отражающую поверхность. Магия, магия ее матери, пропитала сферу.

"И что же ты делаешь?" — шепотом произнесли ее губы. Едва она подумала об этом, как рог сверкнул, и ее верные Три-С выпрыгнули из своего внепространственного вольера. Свиток вспыхнул, пурпурные строки и слова замелькали по его поверхности так же быстро, как и мысли, возникшие в ее голове.

Когда ее рог, глаза и копыта зафиксировали все, что она могла почувствовать от сферы, ее голова вернулась к Трикси. "Ну же, пойдем, мы не можем опоздать", — сказала она, почти подпрыгивая на копытах.

Литтл Стар постучала левым копытцем по кристальной стене. Отведи нас в класс, пожалуйста.

Счастливое веселье и согласие промелькнули в ее сознании. Затем, как и все транслокации, которые предоставлял этот чудесный замок, они просто оказались там.

Спасибо.

Не за что, Дитя Магии. Ответ был не совсем словами. Скорее, это было похоже на то, как она всегда понимала, что имеет в виду Грей, просто называя цифры.

Ее копыта стучали по кристаллу, отбивая ритм, описанный ее скачками во время путешествия к себе. Она устроилась поудобнее, и быстрый осмотр убедил ее, что она по-прежнему окружена скудным набором школьных принадлежностей и книг.

Старлайт постучала копытом. "Трикси, твоя сфера…"

Литтл Стар посмотрела на сферу, которая лежала забытая там, где они появились. Ее аура окутала ее, как и любой другой предмет. Как и ожидалось, сфера истощила эффект, закручивая и перенаправляя его. Как я и ожидала. Быстрое вращение ауры и всего несколько сотен мелких заклинаний и матриц стабилизации. Шар парил в воздухе математически совершенно неподвижно, подвешенный ее аурой.

Глаза Трикси расширились, и она пробормотала "Как?", когда сфера, послушно следуя воле Литтл Стар, предстала перед Трикси.

"Литтл Стар".

"Да, мисс Старлайт?" — Литтл Стар улыбнулась своей учительнице.

"Ты можешь убрать свои заклинания с тренировочной сферы, чтобы Трикси могла продолжить практику?"

"Да, мисс".

Потребовалась всего секунда, чтобы снять стабилизирующее заклинание. Трикси взяла сферу в свою собственную магию, и тут же она начала сопротивляться. Плавное течение магии Трикси превратилось в дикий хаос. Каждый всплеск движения, каждая попытка вырваться из хватки Трикси заставляли избранную приспосабливаться. Похоже, это был хороший урок.

Ноль раз ты учила Свити Белль подобным образом.

Литтл Стар улыбнулась. Трикси использует эту… так что мне придется сделать свою собственную. На свет появилась Три-С. На бумаге образовались нужные массивы и руны заклинаний.

Старлайт поднесла Трикси всего три учебника. Должно быть, это только книги для этого урока.

"Да, Трикси, мы начинаем с первой главы".

"Но…"

"Начиная с самых основ, ты сможешь овладеть своей магией, а Литтл Стар невероятно талантлива, но ей не хватает полного формального образования".

Трикси вздохнула. "Ладно, большая часть этого будет пустой тратой времени, но если ты думаешь, что это поможет, я тебе верю".

"Хорошо". Старлайт выглядела так, будто собиралась погладить Трикси. Но вместо этого она просто похлопала ее копытом и продолжила урок.

Странно, но Трикси взяла копытом перо. Она бросила злобный взгляд на сферу, когда перо начало царапать поверхность.

"Мы быстро пройдем начало курса. Так что если у тебя возникнут вопросы, не стесняйся спрашивать, Литтл Стар".

Первая книга длилась всего час. Лишь одна вещь не имела смысла, одна маленькая деталь казалась неверной. И все же на странице и в словах Старлайт урок утверждал, что это правда.

> После создания заклинание нельзя изменить. Его можно привести в действие или позволить ему угаснуть. Поэтому, если вы допустили ошибку, вы должны начать все сначала.

Она знала, что магия так не работает. У нее было ядро защитного заклинания лаборатории ее матери, которое использовало изменение собственного массива для перенаправления. Литтл Стар подняла копыто.

"Да, Литтл Стар?"

"Почему ты учишь нас чему-то неправильному?"

Глаза Старлайт проследили за открытой страницей. "Это не неправильно, просто упрощено".

"А?"

"Если большинство пони попытаются изменить свои заклинания вместо того, чтобы начать сначала, то самым лучшим результатом будет головная боль от обратной реакции".

Одно из ушей Литтл Стар опустилось, когда она наклонила голову в замешательстве. "Почему бы им просто не отогнать обратную реакцию?"

"Потому что у большинства пони не хватает магической пропускной способности рога, чтобы противостоять давлению, так как нестабильная магия заставляет ее проходить обратно в рог".

"О…"

"Значит, в твоем случае, если заклинание разрушится, у тебя останется суммарная энергия, которую ты в него вложила, чтобы сдерживать".

Раз. Одно слово Грей вылилось в полное прочтение первой страницы совсем другой книги.

"Спасибо". Литтл Стар кивнула.

Два разных потока информации запутались в ее сознании. Подумав, она направила новый Три-С на запись всего, что происходило в классе.

Мне понадобится больше, чем одна я…

Самым трудным в создании первого заклинания, которым одарила ее Грей, было не дать себе довести его до конца. Сегодня ей не нужно было шесть себя. Ей нужны были только две.

Она просмотрела записи о заклинании стабилизации сферы. С некоторыми изменениями его можно было модифицировать, чтобы ограничить результаты заклинания, забирая лишнюю энергию. Теперь, если соединить это с эффектом накопления маны… Весь урок Старлайт почти светился в ее сознании. Давление. Ей не нужно было ничего сложного для управления энергией от батареи к эффекту заклинания, она могла просто использовать значение давления. Если заклинание было на нужном уровне, она просто не пропускала больше энергии.

Она усмехнулась, когда в ее личной книге заклинаний появилось новое дополнение. Мамочка будет гордиться. Она влила свою магию в заклинание. Используя свое ожерелье как якорь для хранения маны.

Мир разлетелся на две части. На этот раз не было ни путаницы, ни сомнений. Они оба знали, кто они и что собираются делать. По молчаливому согласию они обратили внимание на свои задачи.

Литтл Стар один внимательно слушала урок Старлайт, делая заметки и вздрагивая каждый раз, когда сфера врезалась в рог Трикси.

Литтл Стар два представляла себе, что она находится в большой библиотеке, уютно устроившись рядом с Грей, когда они читали совсем другую книгу.

Пока она читала, Литтл Стар два наслаждалась горячим шоколадом. Один немного позавидовала.

"Все в порядке?" — спросил обеспокоенный голос Старлайт.

Номер один подняла глаза на свою нынешнюю учительницу. "О… да… Я просто подумала, как хорошо было бы сейчас выпить горячего шоколада".

На лице Старлайт появилась сочувственная улыбка, а затем к ней подплыл маленький квадратик шоколада. "Я знаю, что нормирование может быть трудным".

"Спасибо". Литтл Стар поднесла шоколад в своей волшебной плошке ко рту. Она сделала паузу. Мерцание рога и два быстрых параллельных разреза эбеновым лучом дезинтеграции, и шоколад превратился в три одинаковых по размеру кусочка.

Старлайт подняла бровь и вернулась к уроку.

* * *

[Изображение: https://cdn.everypony.ru/storage/02/26/12/2023/04/11/e290c70cd5.png]

* * *

Грей дочитала последнюю страницу главы древнего фолианта и аккуратно закрыла его. "Три минуты, пока не придет твоя мать".

"Спасибо за урок, Грей".

"Не за что" — Несмотря на ровный взгляд и монотонный голос, Литтл Стар услышала улыбку и привязанность Грей.

Литтл Стар два улыбнулась и обняла ее. Твердая текстура деревянной конечности вернула объятия.

Все, что потребовалось, — это мысль. Мир раскололся, и то, что было двумя, стало одним.

Литтл Стар прайм, как она теперь называла всю себя целиком, моргнула и оглядела классную комнату. Угол наклона теней показывал предполагаемое местоположение солнца. Кажется, что должно быть позже… Она задумалась: возможно, Селестия сегодня медленно перемещает солнце, но, скорее всего, это что-то связанное с самой Литтл Стар.

Каждая книга, свиток и перо вернулись в свой внепространственный карман.

Старлайт подняла голову, на ее губах наполовину сформировался вопрос, как раз когда мысленный счет Литтл Стар достиг нуля.

"Мамочка" — С помощью мгновенного телепорта она снова прижалась к телу матери. Мать легонько прижалась к ней.

Твайлайт сменила объятия на более крепкие, прежде чем обратить свое внимание на остальную часть комнаты. Она кивнула Трикси, прежде чем обратиться к Старлайт. "Как твои личные ученики?"

"У них есть потенциал".

"Хорошо. Я знаю, что прошу у тебя многого".

Старлайт покачала головой. "Это лучше, чем альтернатива".

"Не пренебрегай остальными своими обязанностями".

"Ни о чем не беспокойся, Твайлайт. Мы удержим замок, пока тебя не будет…" — Старлайт посмотрела на Литтл Стар, в ее глазах затаились грусть и беспокойство, но потом на их место пришли решимость и что-то похожее на сочувствие. "Делай то, что должна".

Твайлайт кивнула, а затем полностью переключила свое внимание на Трикси. "Трикси, было бы желательно удостовериться, что ты используешь это время по максимуму".

"Я так и сделаю, принцесса".

Твайлайт снова обратила внимание на свою дочь. Любящие глаза с лукавством смотрели на Литтл Старс. "Как ты смотришь на то, чтобы научиться печь печенье?"  — спросила она, прижимая дочь к себе и баюкая ее.

"А они могут быть с тройным шоколадом?"

Смех ее матери отозвался в Литтл Стар. "Конечно, моя Литтл Стар".

* * *

Гора печенья перед Литтл Стар была доказательством того, что выпечка может и не быть волшебством, но волшебство очень даже может быть выпечкой.

Немного ускорения времени — вот и все, что требовалось. Менее чем за десять секунд тесто для печенья превратилось в восхитительное тройное шоколадное печенье.

Литтл Стар одобрила результат, и волшебный урок привел ее в восторг. А лучше всего было то, что она больше времени проводила с мамой. И все же ее мучил один вопрос. "Мамочка, почему мы делаем так много печенья?".

"Как ты думаешь, почему?"

Литтл Стар постучала по подбородку. Ее аура пробежалась по ним, подсчитывая их. Для каждой пони здесь было достаточно дюжины. Она улыбнулась, прежде чем заявить. "Мы собираемся поделиться ими".

"Хорошо, а теперь ты заметила что-нибудь другое в рецепте?"

"Порошок, который мы добавили?"

Ее мать кивнула.

"Что это?" — спросила Литтл Стар, ее аура потянулась к пока еще неопознанному порошку.

"Витамины, микроэлементы и белок".

"Значит, это печенье для здоровья?"

"Да, только не говори пони. Как только ты скажешь им, что они для здоровья, большинство не заинтересуется ими".

"Почему?" — спросила Литтл Стар, набив рот вкуснейшим шоколадным лакомством. "Они такие вкусные".

Твайлайт пожала плечами. "Я не знаю. Они просто считают, что здоровые вещи плохие на вкус, поэтому либо их собственная магия, либо предубеждения делают это правдой для них".

"Значит, если ты собираешься подмешать в еду лекарства или полезные вещества, ты не говоришь об этом другим?"

"Нет, если хочешь, чтобы они могли в полной мере насладиться этим".

"Некоторые пони глупы".

Смех Твайлайт был чистым и радостным, когда она наклонилась, чтобы погладить ее. "Я знаю, просто постарайся не говорить им об этом. Они раздражаются, если ты прямо говоришь им, как глупо они себя ведут".

"Тогда как же ты их учишь?"

Твайлайт на мгновение хмыкнула. Ее взгляд стал отстраненным, а затем сфокусировался. "Ты направляешь их, позволяешь им понять, насколько по жеребячьи они себя ведут…" Она сделала паузу, ее лицо стало серьезным. Она посмотрела в окно на возвышающиеся вдали пики Кантерлота. "Просто убедись, что они не успеют навредить себе, прежде чем поймут. Безопасность учеников — это ответственность учителя".

Литтл Стар вызвала свой свиток с правилами и добавила новую строчку. "Да, мамочка", — ответила она, засовывая в рот пятое печенье.

Шестое, —  не так услужливо констатировала Грей.

"Можно твоей маме одно?" — спросила Твайлайт.

Литтл Стар протянула ей одно печенье.

"Спасибо", — сказала Твайлайт и, закрыв глаза в знак благодарности, съела тройное шоколадное печенье.

В груди у Литтл Стар раздалось хихиканье, и она позволила себе насладиться моментом, не обращая внимания на то, как мало времени у них осталось.

* * *

Литтл Стар застонала, когда аура ее матери провела щеткой по ее гриве. Ее живот вздулся, и каждый вдох давался ей с трудом. Она точно съела слишком много, но они были такими вкусными. Она не проверяла качество каждого печенья, но брала по одному из каждой партии. Те, что были из первых партий, были либо немного передержаны, либо недопечены. Все равно вкусно, но не так хорошо, как последние.

"И это был урок — не переедать".

"Я была глупой пони, не так ли?"

"Да, но и я когда-то была такой же. Я помню, как впервые ела настоящую стряпню семьи Эппл".

"Ты переела?"

"Да, твоя мама была очень глупой пони. Но вся еда была очень вкусной".

Литтл Стар рассмеялась, прежде чем снова застонать. "Почему использование магии не заставляет ее исчезнуть?"

"Это, дочь моя, потому что этот эффект работает только в том случае, если твоя магия значительно истощилась перед едой".

"О… это нечестно".

"Тем больше причин продолжать изучать магию".

Рассветное понимание расцвело на лице Литтл Стар широкой ухмылкой. Чем больше магии я использую, тем больше лакомств я смогу съесть.

Твайлайт прижались к ней. "Только не забудь оставить достаточно и для остальных".

"Хорошо, мамочка".

* * *

Дирижабль вдалеке становился все ближе. Как бы она ни хотела, он не разворачивался.

Они были здесь, чтобы забрать ее мать. Так много вещей она могла сделать, чтобы остановить их, но ни одна из них не была бы правильной. Они были здесь, чтобы помочь ее матери отправиться спасать пони.

Твайлайт встала и направилась к балкону. Магия пронеслась по воздуху, когда она зажгла свой рог. Воздух стал густым и тяжелым от силы ее матери, и каждая его частичка ощущалась как любящее объятие. Пурпурная магия Твайлайт потянулась в Понивилль. Литтл Стар не могла видеть, что произошло, но это было похоже на эффект телекинеза в сочетании с трансмутацией и формирующей магией.

Твайлайт отошла от балкона, каждый шаг копыт был нерешительным. Она не произнесла ни слова, но ее глаза говорили одно: "Я буду скучать по тебе".

* * *

Литтл Стар не могла понять, куда делись последние часы. Ей хотелось тянуть каждую секунду как можно дольше, и все же дирижабль поднялся в воздух. Этот задира Блюблад украл слишком много драгоценного времени, представляя себя и своих пони.

Влага щипала глаза, и мелкие слезы текли по ее лицу.

Дилетантская магия снова раздражала ее рог. Это было все равно что слушать, как когти Спайка по стеклу смешиваются с ее любимой песней, только немного не в такт и не в гармонию. Она даже не взглянула на единорогов Блюблада, которые трудились, пытаясь собрать несколько повозок. В ее рог ворвался прилив силы, и она уловила всю фоновую магию в окружающей ее местности. К счастью, местное пространство передачи информации было заблокировано, и до ее рога не доносились звуки неумелых заклинателей.

Она смахнула слезы. Она же сказала, что не будет плакать. Легчайшее прикосновение магии вытянуло жидкость из ее шерсти. "С мамой все будет хорошо", — сказала Литтл Стар с широкой улыбкой, в ее голосе звучало пустое счастье. Она снова перевела взгляд на уменьшающуюся форму удаляющегося воздушного корабля. "С мамой все будет хорошо", — повторила она, лишившись юношеского оптимизма.

"Все будет хорошо. Твоя мама смогла победить великую и могущественную Трикси, так что ничто снаружи не будет ей угрожать".

"Ты обещаешь?" Сомнение, страх и что-то еще плясали в невинных глазах Литтл Стар.

"С твоей мамой все будет в порядке. Теперь нам нужно сделать так, чтобы она нами гордилась".

Ноль, ноль раз ты когда-нибудь разочаруешь свою маму.

В глазах Литтл Стар мелькнула искорка света, и ее взгляд стал тверже. Во внезапно успокоившейся кобылке поселилась решимость. "Мы сделаем это", — ответила она одним твердым кивком.

* * *

[Изображение: https://cdn.everypony.ru/storage/02/26/12/2023/04/11/3fcf649677.png]

* * *

## 54 Увязший путеводитель

* * *

После издевательств, которым подвергся Ноубл Гид прошлой ночью, приход в сознание не был добрым. Его разум отчаянно боролся, пытаясь ухватиться за оцепенение бездны сна. Мир бодрствования вновь обрел себя, несмотря на все его усилия, избивая его уже знакомой болью его заимствованной формы.

Его все еще открытая грудь, расположенная вне пределов досягаемости копыт, хранила спасение от страданий. Он собрал всю свою силу, чтобы зажечь рог. Ничего не произошло. Ведро магии, которое было его источником, не дало даже чайной ложки силы. Не хватило даже на один люмен света, даже малейшая вибрация магии не поселилась в его роге.

"Типично" — прорычал он, но слова дорого ему обошлись. Плоть его украденного лица затрепетала, корчась, словно пытаясь вырваться на свободу. Его зубы заскрежетали друг о друга, когда он сомкнул челюсти, задушив свой крик.

Его конечности почти не реагировали, и каждая из них казалась сделанной из свинца. С титаническим усилием Ноубл Гид наконец поднялся на копыта. Всего две длины тела отделяли его от облегчения, и все же это расстояние казалось почти непреодолимым.

Шаг за шагом он упорно тащился к своим зельям. Каждое движение посылало зазубренные импульсы боли по его нервам. Секунда за секундой ощущения усиливались. Дискомфортные, почти невыносимые, они не заставили себя долго ждать, пока агония не лишила его возможности действовать рационально.

Его мир перевернулся. Мгновение спустя он заметил, что падает. Нет! Он изо всех сил рванулся вперед, пытаясь найти утешение. Его хромая фигура рухнула на открытый сундук, боль от удара потерялась в море мучений, окутавших его мир.

Мерзкая жидкость дразнила его, и она была совсем рядом, всего в копыте от его губ. Тщательная прокладка и надежная пробка смеялись над ним. Этот последний барьер было так просто преодолеть, если бы только он мог использовать свою магию.

Минуты казались часами, пока он работал головой на груди, его морда была далеко не самым точным инструментом для этой работы. Спустя вечность он получил свой приз.

Как животное, он поймал свою добычу между копыт и рывком головы вырвал пробку. Как тонущий пони, он втянул в себя ужасную на вкус жидкость. Судя по маниакальному ликованию на его морде, это могла быть амброзия самого аликорна.

Наконец он закончил и позволил своему телу поддаться слабости. Он упал, голова слегка ударилась о пол.

Медленно, слишком медленно, пелена агонии исчезала. Он лежал и просто дышал. Никогда больше не доверять чейнджлингам. Он рычал в уединении своего разума. Они говорили, что ему придется столкнуться с болью, что он будет вынужден страдать из-за своей новой формы, но это было гораздо изнурительнее, чем просто боль. "Это просто еще одна необходимая жертва", — пробормотал он, его лицо все еще не совсем пришло в себя.

Как только его тело подчинилось, вернувшись под его полный контроль, он достал еще один пузырек и выпил его содержимое. Отвратительный запах "лекарства" прилип к его языку. Это гораздо более терпимо, если смешать его с вином. К сожалению, здесь у него его не было. Вместо этого он потянулся к деревянному кувшину с водой. Первый глоток воды не помог ему очистить палитру, как и второй или третий. Ему можно было простить зелье для здоровья, но смешивать его с вином здесь было бы не в характере.

Медленно, в течение следующих четверти часа, его тело пришло в равновесие, и истощенная магия начала восстанавливаться.

Быстро, насколько это было возможно, он привел себя в приличный вид и вышел из лачуги, бывшей его покоями прошлой ночью.

Первым видом внешнего мира, встретившим его, было изображение Селестии в натуральную величину. Только ее каменный цвет лица говорил о том, что это всего лишь статуя. У завершенной статуи Селестии собралась целая толпа. Простой камень, казалось, почти светился в солнечном свете. Это зрелище притягивало к ней все больше и больше пони. Мягкие слова поклонения Флейм Дансер держали их в плену.

Он чуть не вздохнул, но остановил себя. Это был бы неправильный образ. Вместо этого он улыбнулся и кивнул пони, уже занятым обустройством своих новых домов. Он не стал лишать этих пони того немногого комфорта, что осталось у них в жизни.

"Милорд", — сказал усталый и пожилой жеребец, протягивая миску с кашей.

Одна только миска была бы осуждена в Кантерлоте, а "еда" внутри выглядела еще хуже. Неужели это вообще пригодно для употребления пони? "Спасибо" — притворная благодарность и кивок заслужили улыбку жеребца.

"Спасибо за все, что вы здесь сделали".

Если бы вы только знали. "Нет, спасибо. Только благодаря тяжелой работе и сплоченности всех пони мы сможем пройти через это". Ноубл Гид уперся копытом в плечо жеребца. "И мы пройдем через это. Эквестрия пройдет через эту тьму и снова станет великой".

"Спасибо, милорд".

Несколько пони улыбнулись. Еще несколько топали копытами, аплодируя. Один даже закричал. Флейм Дансер встретила его взгляд и, мягко улыбнувшись, кивнула. Он сделал ответный жест. Если бы я был обычным пони, этим можно было бы гордиться. Если бы я был слеп к путям Селестии, похвала ее приспешника значила бы для меня все.

Он добавил еще немного прыти в свой шаг, еще немного энергии в каждый шаг. Это будет стоить ему потом, когда действие зелий закончится, но сейчас он должен был сыграть свою роль. Так что он говорил. Он помогал. Он рассказывал истории.

Несмотря на себя, он даже дал несколько уроков магии. Видеть растраченный потенциал было больно. Селестия скрывала от пони так много знаний. Она хранила их и выдавала лишь неохотно. Если бы школы по всей стране имели доступ хотя бы к учебникам для начинающих из Школы Селестии для одаренных единорогов, мир был бы совсем другим.

Если бы у него была всего неделя, он мог бы научить их многому. Еще одна причина, по которой Селестия была недостойна своей должности. Когда жеребенок, не умеющий даже зажечь свой рог, улыбнулся ему, когда ягодка застыла в ауре жеребенка. К собственному удивлению, Ноубл Гиду не пришлось фальшиво улыбаться. Учительство, как и любая другая привычка, могло, очевидно, рецидивировать. Однажды учитель, всегда учитель…

Пони здесь были хорошими пони. Он не стал бы отказывать им в счастье, которое они могли найти за то короткое время, что им осталось. Он с нежностью покачал головой. Это для блага Эквестрии. Я буду тем правителем, которого заслуживает Эквестрия.

Мимо пронесся жеребенок-пегас, показывая копытом назад, за ними. "Смотри, смотри… папа, смотри".

Глядя в ту сторону, нетрудно было заметить, что привлекло внимание жеребенка. Дирижабль определенно направлялся сюда. Большая пурпурная звезда, выгравированная на нем, не оставляла сомнений в том, кто находится на борту.

Его взгляд остановился на лавандовом аликорне, сидящем на перилах корабля. Почему ты здесь?

Как будто его мысль была подсказкой, которую она ждала, Твайлайт наклонилась вперед. Она спикировала с судна, элегантно переходя от пикирования к плавному скольжению. Она сделала три круга, осматривая все под собой, прежде чем приземлиться на вершине самого высокого здания.

"Пони Эквестрии", — начала Твайлайт, и ее нормальный голос донесся до его ушей с помощью невидимой магии, как будто она стояла рядом с ним. "Я здесь, чтобы помочь. Время для вопросов будет позже, а пока я должна поговорить с Ноубл Гидом. Где я могу его найти?"

Сотни пони обратили на него свои сосредоточенные взгляды. Если бы он не привык читать лекции одним из самых могущественных смертных пони, он мог бы почувствовать страх перед сценой. Ноубл Гид встал во весь рост и пробился сквозь толпу к принцессе.

В ее глазах была острота. В них была глубина такого же качества, но с меньшей интенсивностью, чем у Селестии. Это была не та кобыла, которая обездвиженно лежала атаре, и не та, которая чуть не убила его во время побега. Что тебе нужно?

Твайлайт спрыгнула с крыши. Ее усиленная форма аликорна сделала падение с двух этажей таким же легким, как простой шаг. Ее столкновение с землей было абсолютно бесшумным, словно законы физики просто не действовали на нее. "Ноубл Гид, приятно познакомиться с вами ".

Ноубл Гид склонился в глубоком и почтительном поклоне, как и подобает его роли. "Это честь для меня, принцесса Твайлайт".

"Да, это честь, но ты ее заслужил". В ее глазах застыл взгляд сочувствия, прежде чем она кивнула сама себе. Маленький сосуд появился со звучным хлопком и вспышкой пурпурной магии. "Вот, возьми это".

На стеклянном сосуде не было ничего, что могло бы даже намекнуть на его предназначение. Перемещающаяся пурпурная жидкость с зелеными вкраплениями не соответствовала ни одному из известных ему зелий. "Что это?"

"Ты слишком много работаешь. Это поможет тебе восстановиться. Придаст тебе больше энергии".

"Я буду в порядке. Мне просто нужно еще немного отдохнуть".

"Я настаиваю. Если потребуется, я отдам королевский приказ".

Ноубл снова коротко поклонился. "Тогда я милостиво принимаю".

Твайлайт вздохнула. "Вставай. В этом нет необходимости, ты переутомляешься, а у меня есть кое-что, что может тебе помочь".

"Просто так много всего нужно сделать".

"Да, я знаю. Если ты не позаботишься о себе, то не сможешь долго помогать никому из пони". Ее пурпурные глаза приобрели умоляющий оттенок. "Поэтому, пожалуйста, отнесись к этому немного проще и используй мой дар, когда тебе это нужно. Но предупреждаю, принимай только несколько капель за раз. Это очень сильное средство".

"Да, принцесса".

"Эквестрия будет помнить тебя за то, что ты сделал для нее".

Он улыбнулся. Я хорошо знаю, что так и будет. "Спасибо, принцесса".

"Зови меня Твайлайт. Все мои друзья так делают". Она искренне и дружелюбно улыбнулась.

Друзья?

Твайлайт ухмыльнулась, блеск в ее глазах спрашивал, действительно ли это так удивительно. "А теперь, как насчет того, чтобы показать мне все вокруг?" — сказала она, прежде чем понизить голос до уровня чуть выше шепота: "Это поможет нашим пони воспрянуть духом".

Он кивнул. "Тогда, если вы последуете за мной?"

Экскурсия была далеко не типичной. В отличие от Селестии, Твайлайт показалась более искренней. Возможно, это была ее собственная форма обмана. В конце концов, она была мастером магии крови.

На полпути экскурсии она потратила несколько минут, чтобы поговорить с его охранниками наедине.

"Ноубл Гид?"

"Да, принцесса?"

"Я буду требовать услуг ваших войск".

Я не могу застрять здесь… "Но здешние пони…" — Это был слабый протест, но это было все, что он мог придумать.

Сузив глаза, она заставила его замолчать, словно она была неодобрительным учителем, а он — маленьким жеребенком, которого поймали за непослушанием.

"Прежде чем я уеду, я позабочусь о том, чтобы пони здесь были в безопасности".

"Как?" — Он не смог сдержать недоверие в своем тоне.

Ее мордочку украсила легкая игривая улыбка. "Увидишь".

* * *

Твайлайт висела в воздухе, неподвижная, несмотря на бездействие крыльев. Сам воздух рябил, искажаясь от одного лишь присутствия магии Твайлайт.

Она сказала, что поможет сохранить пони в безопасности, но пока что это больше походило на ее версию ритуала празднования Летнего Солнца Селестии.

Пурпурная магия тянулась от нее, скручивая и искривляя реальность. Вдалеке из земли вырвались камни и булыжники. Облака земли разлетались от них, когда они мчались к Твайлайт.

В глазах Аликорна заплясало пламя. Камни начали светиться. Через мгновение вокруг нее закружился светящийся расплавленный камень. Сначала образовалось одно кольцо, затем второе. Интенсивное тепло излучалось. Ощущение было такое, будто находишься слишком близко к костру, даже несмотря на то, что он был далеко.

Показуха.

Наконец, ее царственный рог засиял силой. Первое кольцо взмыло в небо. Раздалась нота, один чистый звук, глубокий и сотрясающий кости. Затем кольцо вспыхнуло и исчезло.

Она телепортировала его?

Бум, земля заплясала под его копытами. Что за…

Пыль взвилась в небо со всех сторон.

По второму кольцу пробежала огненная рябь, и две противоположные точки вспыхнули белым светом. Свет аккуратно разделил кольцо на две полукруглые арки.

Они вращались вертикально, а затем повернулись в противоположные стороны. Они перетекали друг в друга и росли. Теперь четыре огромные каменные ноги протянулись в стороны, по одной в каждом направлении. Каждая из них находила свое место на каменном кольце, которое поднималось из земли, образуя круг по периметру города.

От скрещенных арок распространилась пурпурно-серебристая дымка. Сначала она рассеялась, как поднимающийся туман. Новый магический артефакт, чудо, которое Твайлайт создала буквально за несколько минут, запульсировал. Рассеивающаяся магия устремилась обратно. Постепенно образовался купол, мерцающая магия, словно пурпурный мыльный пузырь, окружила поселение.

Тишина затянулась. Все пони смотрели, как выброшенные на берег рыбы, с открытыми ртами, ошарашенные.

"Твайлайт! Твайлайт!" — крикнул этот проклятый жеребенок. Разрушая момент. Копыта топтали землю. Пони ликовали и скандировали имя Твайлайт.

Царственная улыбка украсила лицо лавандового Аликорна. "Будьте спокойны, мои пони, ведь вы в безопасности. Ни один проклятой не пройдет через барьер".

На этот раз Ноубл Гид даже не слышал своих мыслей. Никаких доказательств, никаких улик, а они просто поверили ей. Они поклоняются ей, как богине.

Он сосредоточил свой разум. Маленькое, простое заклинание, которое любой профессиональный наставник по магии мог бы преподать преданному ученику. Краски мира померкли, оставив его глазам лишь усиленное сияние магии.

Жесткие, чистые линии современной магии, управляемой уравнениями, составляли основу эффекта. На вершине этого каркаса танцевали вихри архаичной магии. Символы, которых не знал даже он, невероятным образом изменяли свою форму под неслышимый ритм.

Все это было столь же прекрасно, сколь и пугающе. Ему больше не нужно было изображать благоговение. Даже обладая всей силой в мире, я не знал бы, с чего начать… "Действительно, элемент магии" — прошептал он, позволяя своему визуальному дополнению угаснуть.

Твайлайт с ухмылкой встретила его взгляд, когда в ее глазах появился последний слабый намек на белое сияние сырой энергии.

* * *

Когда Твайлайт обступили поклонники, он на мгновение отступил. Он переключил свое внимание на зелье. Алхимия не была его сильной стороной, но, скорее всего, он все еще входил в сотню лучших в стране. В его голове сформировалось сложное аналитическое заклинание. Кофеин, женьшень, корень маны, порошок рога единорога, магия. В этом маленьком сосуде достаточно магии, чтобы наполнить мой источник в десятки раз больше. Широко раскрыв глаза, он уставился на самое мощное магическое восстанавливающее средство, которое когда-либо видел. И ты просто дала мне это?

Просто дыши. Это было легче сказать, чем сделать. Если бы она просто посмотрела, произнесла одно простое сканирующее заклинание, все было бы кончено. Это должно быть ловушка, уловка…

Каждый вдох проходил немного медленнее. Он обдумал все с помощью своих обширных магических знаний, как социально приемлемых, так и глубочайшей темной магии.

Энергия была очищена, так что с ее помощью нельзя было установить симпатические связи с Твайлайт, равно как и использовать ее против того, кто ее впитал. Единственное, что в ней было странным, — это странные руны на внутренней стороне флакона. Через несколько минут он устранил эту угрозу. Все, что они делали, это резко замедляли время для содержимого. Полезно, само по себе похвальное открытие.

Последним тестом было заклинание детального обнаружения чар. Ноль? Ничего? Он снова посмотрел на него. Это невозможно. Он отключил аналитическую часть заклинания и произнес его снова. Необработанные данные хлынули в его сознание.

Он сел обратно, широко раскрыв глаза. "Милая Селестия". Это не было "без аспектов". Это были все аспекты. Он поднял маленькое сокровище, которое держал в копытах, его взгляд был почти благоговейным. Да, она забрала всю его охрану. Да, она обрекла его на пребывание здесь в течение следующих нескольких недель. Все это и многое другое можно было легко простить за одну маленькую подлость. Ты хоть знаешь, что ты мне дала?

* * *

## 55 Домашние улучшения Сансет

* * *

Вибрации собственного заклинания Сансет возбуждали ее чувства, проходя через ее рог. Сырой поток энергии превращался в актуализированный эффект благодаря одной лишь ее воле и силе. Она удовлетворенно вздохнула, бесстыдно наслаждаясь правильностью момента. Этот звук проделал небольшую дыру в ее ментальном фокусе. Через эту брешь тело, которое слишком долго оставалось неподвижным, высказало свое недовольство.

С закрытыми глазами Сансет вышла из медитации и потянулась, как кошка. Суставы жаловались, но это было лишь второстепенным делом. Одно за другим она подняла каждое копыто и полностью вытянула каждую конечность. При движении ее идеально пропорционального тела каждый мускул напрягался как надо.

Наконец она открыла глаза. Оранжевая морда в ее поле зрения была еще одним напоминанием о возвращении ее лошадиного совершенства. На мгновение она вспомнила все подарки и комплименты только из-за того, что она такая, какая есть. Она фыркнула в забавном самобичевании. Хватит об этом, ты больше не идеальная ученица Селестии.

Покачав головой, она вернулась к плодам своих трудов. Она медленно обошла комнату. Ее рог проследил самые сложные части связанных чар. По крайней мере, каждая из чар была на месте. Некоторые потоки немного подрагивали, но, по крайней мере, от них не откололось ни одного острого фрагмента и не образовалось ни одной утечки.

Сансет положила рог на центральное управляющее заклинание. Легкий толчок силы, и все ожило. Ничего не взорвалось, ничего не зашипело. Она выдохнула, не зная, что сдерживает дыхание. "Не самая лучшая моя работа, но, по крайней мере, я наконец-то закончила". Принятый минимум для "цивилизованного" жилья — сорок два переплетенных заклинания — теперь был вплетен в ее дом.

Ее желудок заурчал, сообщая, что да, магия сжигает калории так же, как и физические упражнения. Она проигнорировала это. Она не собиралась голодать в ближайшее время.

Циферблат часов показал, сколько времени заняли ее усилия. "Восемь часов?" Она перевела взгляд на рог. "Я отвыкла". Она фыркнула. Ну, по крайней мере, я должна сэкономить хотя бы половину на счетах за коммунальные услуги.

Она вдохнула. Только чистый горный воздух обволакивал ее чувства. Не осталось ни одного постороннего запаха человеческого мира. Удивительно, к чему можно привыкнуть.

На ее мордочке появилась улыбка. Когда за окном виднелось только голубое небо, можно было почти представить, можно было почти поверить. Она откинулась на спинку стула и закрыла глаза. Двигатель автомобиля завелся. Механическое рычание было слишком громким, чтобы игнорировать его своими конскими ушами. Осколки счастливых воспоминаний исчезли из ее сознания.

Словно притянутые магнитом, ее копыта оказались на подоконнике. Несмотря на то, что она знала, что увидит, ее сердце замерло. Всего на одно мгновение она могла поверить, что вернулась в свою башню в Кантерлоте.

Глаза Сансет остановились на одном лишь шаре плазмы, освещавшем землю. Земному холодному солнцу не хватало тепла и истинного величия Селестии. Одно это воспоминание вызвало улыбку на ее губах, но в то же время наполнило ее желудок свинцовой тяжестью беспокойства. Слишком рано было думать о Селестии, особенно после того, что открыла Найтмер Мун.

Ее рог зажегся простым заклинанием, и летние цветы с нотками благовоний наполнили воздух. Каждый вдох изгонял тягучие воспоминания, навеянные знакомым ароматом.

Когда она повернулась обратно к своей комнате, ей потребовалось лишь мгновение, чтобы привыкнуть к яркому солнечному свету и относительному полумраку внутри. Ее большие лошадиные глаза осмотрели все, что было вокруг, и восприняли все. Телевизор с плоским экраном, компьютер, игровые приставки, электрогитара — все это было чудесами, когда она только приехала. Она просто не могла поверить, чего можно достичь с помощью обыденных средств. О, как она была наивна.

Она потянулась своей аурой к еде. Коробка с мюсли и полдюжины яблок полетели вслед за ней к телевизору. Усевшись, она включила его легким прикосновением телекинеза. На ее лице мелькнула улыбка. Именно мелочи имели значение. Мелочи, которые все пони принимали как должное, о которых они даже не задумывались, пока те не исчезали.

Для ее человеческих ушей гул электроники и легкое щелканье при включении экрана были бы неслышны. Для ее ушей пони это требовало внимания.

Репортер новостей болтал столько слов о вещах, которые не имели значения, и слишком мало уделял внимания тому, что было действительно важно. Она тряхнула головой, позволяя своей гриве улечься поудобнее, и изгнала трансляцию в фоновый шум.

Раскрыв перед собой две книги и отложив в сторону свои записи, аура взяла перо и начала писать. Она отдыхала, пока ее магия превращала мысли в слова на странице. Овсяные хлопья с медовой глазурью, измельченные орехи, семечки и сушеные фрукты охотно съедались, приносясь в жертву на алтарь ее вернувшейся магии.

С практической легкостью она вернулась к старым привычкам: отчет мог и не быть заданием принцессы, но она взялась за него, как будто так и было. Перо заплясало по бумаге с такой скоростью, с какой ее рука никогда бы не смогла сравниться. Буквально по волшебству слова, о которых она думала, были начертаны на странице.

Мысли упорядочивались и редактировались в ее голове, и вскоре она уже смотрела на готовый документ.

Она собрала страницы и положила их к остальным домашним заданиям. Теперь она закончила, и ее магия радостно позвала свежее яблоко, которое она хранила в качестве награды для себя.

Убирая свои записи, она чуть не фыркнула от того, как плохо выглядел ее роговой почерк. Она сделала паузу, а затем достала страницу своего отчета. Она положила ее рядом с верхним листом своих записей.

Ее взгляд метался между двумя страницами, пока она вгрызалась в сладкую, хрустящую мякоть яблока. На первой был четкий человеческий почерк, а на второй изящные завитки и завихрения обозначали совсем другой шрифт. Она ударила по лицу. "Мне придется переписать это…"

Она оттолкнула свой черновик и одним махом доела яблоко. Ее магия подняла контроллер игровой приставки. Аналоговые стики и все маленькие кнопки представляли собой сложную задачу для одних только копыт. К счастью для меня, у меня есть рог, — подумала она, просматривая свою коллекцию игр.

При словах "тайна" и "необъяснимый" одно из ушей Сансет повернулось к телевизору. Столько раз они были признаком того, что высвободилась какая-то новая магия пони.

"Некоторые люди говорят о пришельцах, другие — о магии. Большинство считает, что это какой-то масштабный розыгрыш. Эксперты до сих пор недоумевают, как это было сделано без единого свидетеля или записи системы безопасности. Полиция все еще расследует массовую кражу книг из библиотеки в центре города".

Сансет посмотрела на экран. Это мог сделать только один человек. Или, точнее, одна пони. "О, Твайлайт…"

Ее взгляд остановился на ящике, где хранились ее коллекции лошадиных украшений и драгоценных камней. Сансет удалось продать лишь пару монет в качестве сувениров. Это было целое состояние, которое она никак не могла потратить. Точно такая же проблема была и у Твайлайт. "Ну, по крайней мере, ты пришла с намерением купить их".

Пока она размышляла о Твайлайт, ей на ум пришла другая кобыла. Осторожно отложив школьную работу, Сансет левитировала над ней другие домашние задания.

Заклинания и магическая теория выглядели неуместно на линованной бумаге массового производства. К ним присоединились страницы с зачеркнутыми заметками. Проведя несколько минут в раздумьях над основным массивом заклинаний, она так и не смогла выполнить задание. Бессмысленные на первый взгляд художественные дополнения так и не были поняты ею. Было ясно, что это тонкая модификация, но что это за вторичные функции, она не знала. Весь рунический стиль был для нее новым. Его художественные мазки не имели никакого смысла.

Мазки? Она проследила за линиями, за их течением и изменением толщины. Она видела это раньше. И тут пришло осознание: она уже делала это раньше. Призрак полузабытого синего крыла потянулся вперед. Несуществующие первичные перья прочертили изящные изгибы. Сформировалась самодовольная улыбка. "Попалась". Магия через крылья? Неудивительно, что это не имело смысла. Ни один нормальный пони не смог бы сотворить такое заклинание. Она наклонила голову. Ну, не обычным способом. Три или больше пони могли бы импровизировать.

Мышцы сместились вдоль ее спины, чтобы переместить конечности, которых у нее не было. Призрачные ощущения от прикосновения крыльев к ее шерсти отозвались. Сансет вывернула шею и посмотрела вдоль своего длинного бока. Неужели Найт пытается соблазнить меня стать аликорном? Подозрения пробудились, и Сансет сосредоточилась на себе. Она закрыла глаза, сосредоточившись на том, что чувствует и почему. Просто воспоминание из видения… или тонкое принуждение.

Одно за другим возвращались воспоминания о старых уроках, маленькие хитрости и советы, как защититься от темной стороны магии разума, которую Селестия постаралась освоить. Семя сомнения зародилось в ней, и ее внутреннее размышление остановилось. Насколько действенны эти методы? Причинное использование магии разума, на котором настаивала Найтмер, заставляло Селестию задуматься. Если бы я была на ее месте, то разумнее всего было бы оставить брешь в защите моей верной ученицы. Такой, которой могла бы воспользоваться только я. В ней поднялось старое знакомое ликование от того, что у нее есть магическая проблема, которую нужно решить. Никакая проблема не могла остановить ее. Если она не могла преодолеть ее силой интеллекта или сырой магической силой, она находила способ обойти ее. И как же мне это сделать?

Дзынь!

"Гах!" — Сансет вздрогнула от внезапного нападения на ее органы чувств. Мгновение спустя ее разум сообразил, что это был за неожиданный, но знакомый шум.

Она прижала уши к голове, когда ее аура притянула к себе телефон. На все еще вибрирующем мобильном телефоне высветилось имя и изображение Твайлайт.

Она уже почти собралась ответить копытом, но покачала головой и сначала подняла стилус.

"Привет, Твайлайт".

"Сансет, случилось что-то ужасное".

"В библиотеке?"

"Да, в библиотеке. Так ты видела репортаж?"

Сансет похлопала себя по уху в знак согласия.

"Сансет?"

Сансет медленно повернулась лицом к копыту. Конечно, Твайлайт не обратила бы внимания на язык тела пони при телефонном разговоре только по звуку. "Да, я включила его, когда работала над заданием по истории".

"Итак, как ты думаешь, это еще один кусочек утраченной магии из Эквестрии?"

"Можно и так сказать", — пробормотала Сансет.

"Что это было?"

"Это ничего, о чем нам стоит беспокоиться".

"Сансет, библиотека была разграблена. Институт знаний был осквернен. Мы не можем позволить этому продолжаться".

"Полагаю, книги таинственным образом появятся снова, когда она закончит с ними" — полупробормотала Сансет.

"Она?" — потребовала Твайлайт.

Сансет передернула копытами, и ей потребовалось мгновение, чтобы собраться с мыслями. "Принцесса Твайлайт".

"Мой двойник украл из библиотеки!? Я… это… что…" — это были последние слова, которые удалось вырвать, прежде чем звуки гипервентиляции вытеснили любую понятную форму общения.

"Твайлайт, сделай вдох. Все будет хорошо".

"Все хорошо? Все в порядке? Мой двойник из альтернативной реальности — преступник. Я попаду в тюрьму" — причитала Твайлайт.

Сансет отключила звук на своей стороне вызова и вздохнула.

"Так как она принцесса иностранного государства, это даже может считаться актом войны…"

Сансет отключила звук. "Твайлайт, она пыталась получить информацию, чтобы вылечить своего друга".

"Тогда зачем она забрала все книги?" Голос Твайлайт почти вернулся к своему нормальному рациональному тону, лишь намек на панику все еще таился под ним.

"Полагаю, из соображений целесообразности".

"Значит, она просто телепортировала все книги одним махом?"

"Она — Элемент Магии".

"Но как она использовала магию, будучи человеком?" — В голос Твайлайт вкралось еще больше любопытства.

"Сейчас она гораздо лучше понимает, что значит быть аликорном".

"Это принцесса крылатых единорогов?"

"Аликорн — это гораздо больше, чем просто крылатый единорог". Сансет сделала паузу в нерешительности. "Твайлайт, хочешь подойти и поучиться магии?"

"В прошлый раз, когда мы пытались это сделать, было больше, чем несколько взрывов и пожаров. Ты уверена, что не хочешь сделать это в лаборатории?"

"Поверь мне, сейчас все в моих копытах".

"В копытах?"

Сансет подняла копыто. Старое употребление языка было слишком легким, чтобы впасть в эту форму "В руках".

"Значит, я правильно понимаю, что по ту сторону зеркала много замен в общепринятой лексике?"

"Большинство из них просто используют копыто вместо руки и пони вместо человека".

"Значит, такие вещи, как понибудь и всепони?"

"Именно так".

"Уже одно это может стать интересной областью исследования".

"Так интересно…"

"Да, только при условии, что это точно безопасно".

"Обещаю, что это так".

"Я буду там через… сорок шесть минут".

"До скорого".

Телефонный гудок возвестил об окончании разговора. Сансет проследила взглядом за собственной формой. "Я не могу приветствовать ее в таком виде". Она повернулась на копытах и рысью направилась в ванную.

Глаза пони Сансет смотрели на нее с поверхности зеркала. Но мысленно она заставила себя увидеть человеческое лицо с его маленькими окошками души.

Усилием воли она потянулась за костром своего единорожьего источника к дару Найтмер. Каждый вдох был обдуманным действием. Медленно, ох как осторожно, она формировала свою волю, представляла себе свою цель. Одна ошибка — и она снова может оказаться в ужасающе неправильной форме, застряв где-то между двумя видами.

Ее магия завибрировала. Небольшой всплеск проскочил в щель между двумя источниками. Словно щепка, к которой прикоснулась спичка, она воспламенилась. Бирюзовое пламя поглотило ее зрение, а обжигающий жар охватил ее.

Черт! Подзабытые, но хорошо отточенные рефлексы пришли в действие. В ее роге возникла сила, быстрое и грубое заклинание. Вспышка искр снова ослепила ее. Мир рухнул вокруг нее, каждая крупица магии в ее доме просто исчезла из ее сознания. Мой рог? Холодный ужас охватил ее, когда она подняла копыто, надеясь, что ошиблась. Ладонь и пальцы ее голой руки прижались ко лбу, нащупывая рог, которого там больше не было.

"Я в порядке?" — дрожащим голосом начала Сансет: "Я в порядке". Закончила она с гораздо большей уверенностью, осматривая гладкую форму человека без шерсти. "Это было что-то новенькое…" — она осмотрела комнату. "Ничего не обгорело и не деформировалось…" — зеркало показало ей человеческую форму, как она и представляла. "Один раз — это просто удача".

Она согнула руки. Двигая каждый палец по очереди, она рассматривала их. Это были такие обыденные вещи, и все же одно из биологических преимуществ, которое позволило человечеству добиться больших успехов. Взяв ручку, она записала все ощущения, все мысли и теории, которые могла придумать.

Раздался звонок в дверь. Перед ней лежал огромный объем написанного ею текста. Вот куда ушло время.

"Мне действительно нужно выяснить, как зеркало создает одежду", — размышляла она вслух, добавляя это в свой список дел, прежде чем быстро одеться и отправиться встречать гостью.

* * *

## 56 Новый дом Кризалис

* * *

Кризалис улыбнулась, глядя на свои новые владения. "Впервые за тысячу лет у моих детей есть город…" — город Мэйнхеттан, захваченный без единого сражения.

Ее копыта щелкали по полированному мраморному полу, когда она подошла к панорамному окну пентхауса. За стеклом ее сменщики трудились, все подчиняясь ее воле, все работали на благо Улья. Небольшой всплеск горечи омрачил ее довольство. Даже сейчас, когда в радиусе дня пути нет ни одного пони, у них все равно не было выбора, кроме как носить маскировку. Достаточно было бы одного остроглазого пегаса, и все могло бы пойти прахом. Поэтому, как всегда, им пришлось прятаться.

Она перевела взгляд на магическое устройство на столе из искусно вырезанного дерева. Мигающий красный огонек предупреждал, что она уже мертва. Это было почти восхитительно, насколько хрупкой могла быть ее добыча.

Наше время придет. Ее улыбка вновь приобрела дикий оскал. Она потянулась к морю связей вокруг нее. Каждый из ее верных детей был связан с ней уникальной нитью магии. Она надавила копытом с черным покрытием на зачарованное стекло, проталкивая свою решимость в сплетение разумов своих детей.

Внизу ее дети выпрямлялись и спешили по своим делам. С призраком материнской улыбки, которую она готова отрицать, она позволила едва заметному намеку на похвалу присоединиться к решимости. Это справедливое вознаграждение за их служение.

Несмотря на внешний вид города, он имел много сходства со старым домом улья. Это место, как и пустоши, тоже было своего рода пустошью. Если на пустошах была отравленная земля и ядовитый воздух, который мог вызвать проблемы уже через несколько месяцев, то здесь опасность была коварной и гораздо более смертоносной. Любой пони, вернувшийся в город всего на час, был бы мертв через несколько дней.

В ее звонком голосе прозвучала усмешка. Магический поток, столь опасный для пони, лишь покалывал ее чувства. Можно даже сказать, что он расслаблял. Ее улыбка перешла в самодовольство. В отличие от всех остальных живых существ, чейнджлинги по-настоящему процветали в испытаниях. Все, что их не убивало, делало их только сильнее.

Даже извращенные монстры, бесчинствовавшие по всей стране, которых так боялись пони, сторонились опасностей города. Они увяли бы и умерли, как и вся остальная жизнь. Все остальные живые существа, кроме чейнджлингов.

"Высшие виды будут править этим миром", — убежденно прозвучал двутональный голос Кризалис.

Малейшая вибрация на одной нити ее плетения оповестила Королеву, прежде чем один из ее детей потянулся к ней.

Моя Королева. Ментальный голос прозвучал с абсолютной покорностью.

Кризалис сделала долгую паузу, прежде чем ответить. Лучше бы это стоило моего времени.

Да, моя Королева. У нас хорошие новости.

И что это за новости?

Сборщики сообщают о более чем двукратном превышении ожидаемого урожая.

Что ж, это хорошие новости. Кризалис прошла к своему новому трону и откинулась на спинку. Капсулы готовы к перемещению?

Чейнджлинг из класса слуг поклонился, поднося почти переполненный хрустальный бокал. Теплое сияние светилось изнутри драгоценной розовой жидкости.

Спокойно она взяла бесценный сосуд с первозданной жидкой любовью. Она вдохнула пьянящий букет. Сладкий аромат юной любви, первой ночи страсти, если она не ошибается, достиг ее носа. Опыт, который бывает раз в жизни, дистиллированный для ее удовольствия.

Прошло так много времени с тех пор, как было достаточно, чтобы отделить эмоции на выбор. Когда-то она могла торговать такими винами со своими сестрами. Одна-единственная крупица утраты ослабила ее улыбку, пытаясь омрачить момент. Ее пустое сердце отмахнулось от этого.

Первый глоток привел в восторг ее вкусовые рецепторы, по которым разлилось тепло силы. Она медленно смаковала второй глоток, несмотря на желание просто выпить его. Нити эмоций пони, частички их душ, которые они предлагали друг другу, сплелись в нежном танце. Каждое движение усиливало вкус и впечатления от еды.

Ну как? — мысленно послала Кризалис, не в силах скрыть удовлетворение от своего тона. Взмахом копыта она отпустила слуг. Они бросились прочь, излучая облегчение от того, что их не наказали. Они явно были хорошо обучены, в отличие от прислужника, который все еще ждал ее ответа.

Глаза Кризалис сузились, а ее мысленный тон потемнел. Отвечай. Угроза неминуемого наказания едко прозвучала в ее словах.

Нет, моя королева, добыча еще не в капсулах.

Почему? Ручка трона треснула под ее копытом. Ты знаешь о нашем плане?

Рой прибыл в момент нападения.

И? Честно говоря, было так трудно найти способных миньонов для каждого задания, в котором они нуждались. Очевидно, новое поколение полевых командиров не могло созреть достаточно быстро.

Чтобы завоевать их доверие и войти, рой сменил облик.

Как и следовало ожидать, — ответила Кризалис, ее терпение быстро истощалось. Что пошло не так?

Ничего, моя Королева.

"Ничего? Тогда в чем задержка?" — Кризалис рычала как вслух, так и мысленно. Ее охранники вскочили на ноги, настороженно ожидая ее недовольства, как и положено любому из ее подчиненных.

Жертвы свободно предлагают свою любовь. Похоже, это форма поклонения герою, смешанная с облегчением. У солдата восемь-один-девять сейчас восемь кобыл, борющихся за его внимание.

Солдаты не рождаются для такой работы.

Мы знаем, моя королева. Мне приходится следить за каждым их взаимодействием. Но уже одно это принесло больше любви, чем ваша квота.

Королева смотрела на горизонт, взвешивая варианты. Вся эта затея уравновешивала две вещи: получение ресурсов и риск, который несло каждое мгновение разоблачения. Жидкая любовь слегка плескалась, когда она наклоняла бокал то в одну, то в другую сторону. В плане были некоторые резервы, потеря только одного носителя не вызовет значительной задержки, в конце концов, их можно было заменить. Я разрешаю вам проверить, можно ли повторить эту стратегию. Не разочаруй меня…

Да, моя королева. Внезапно прервавшаяся мысленная связь имела вкус полного облегчения и нотки нереализованных страхов.

Она подошла к карте, висевшей на стене, и ее зеленая аура поставила точку в месте проведения эксперимента. Если все пойдет не так… Да, это может послужить хорошим отвлекающим маневром.

Ее разум потянулся к одному из ее самых надежных защитников. Преторианец.

Ваша воля, моя королева?

Есть несколько новых переменных для плана Б. Возьмите с собой двоих из вашего числа и лазутчика первого класса и отправляйтесь сюда. Королева ввела местоположение и свой план в разум своего ребенка.

Ваша воля будет исполнена.

Позаботившись об этом, она переключилась на другие вопросы. Длинный стол был накрыт. Происходило так много событий, что ее младшие дети не могли передать все через Плетение. Вместо этого детали приходилось передавать другим способом. Гораздо менее эффективным способом.

Перед ней лежали свитки. Уже сам факт того, что такая пустяковая информация была записана, говорил о материальной выгоде, которую принесло им переселение в заброшенный город.

Она подняла копытом первый свиток и развернула его. Содержимое вызвало еще одну улыбку на ее мордочке. Даже то небольшое количество магических материалов, которое уже удалось добыть в городе, было больше, чем они могли безопасно приобрести за столетие.

Даже спустя такой короткий промежуток времени эта возможность оказалась весьма прибыльной.

Несколько булавок на карте дразнили ее. Каждая из них имела свое уникальное изображение. Знакомые значки, казалось, смотрели на нее, подталкивая к действию.

Селестия укрылась в Кантерлоте. Луна бродила по земле, нанося удары по самым большим скоплениям проклятых. Твайлайт, как верного цепного пса, отправили в земли грифонов. Несмотря на милитаризацию Эквестрии, все самые заманчивые цели были широко открыты.

Даже мужественный Шайнинг Армор был один, укрепляя Ванхувер, а восхитительная Кейденс уединилась в Клаудсдейле. Ее длинный язык облизывал клыки. Так легко было бы отомстить. Захватить бесконечный пир, который представляла собой Принцесса Любви.

Ее глаза с вожделением следили за щитом и сердечком желанной добычи. Их захват мог так много сделать для укрепления улья.

”Это идеальный момент для удара”, — прошептал голос в ее голове.

”Мы не знаем, что планируют все игроки”, — предостерег другой.

Она прижала копыто к рогу. Эта проклятая тупая боль все еще была там, если она искала ее. Это напоминание о том, что не только она и Селестия играют в эту игру. Тайное возвращение Найтмер Мун, новый и улучшенный Ноубл Гид, играющий в политику. Ко всему этому добавлялись тревожные разговоры о том, что Дискорд пропал.

Нет, как бы ей этого ни хотелось, сейчас не время для смелых действий. Она не повторит своих ошибок. Она будет учиться. Она приспособится. Она станет сильнее, и когда придет время… они заплатят.

Пока что она будет прятаться. Собирать ресурсы и порождать новых, улучшенных и абсолютно верных детей. Словно по велению ее мыслей, в глубине ее тела произошел сдвиг массы. Появилось жидкое корчащееся ощущение, а затем удовлетворительное внутреннее давление, когда следующая партия яиц приготовилась к выходу.

Лифт был пустой тратой ресурсов для тех, кто мог летать или ходить по стенам, но она все равно им пользовалась. Хотя бы ради новизны: механический слуга доставил ее из пентхауса в самый низ подвала.

"Какие чудеса мы могли бы сотворить, если бы все эти долгие годы находились на своем законном месте?" На мгновение перед ее мысленным взором возник образ буксируемых шпилей-ульев, простирающихся от горизонта до горизонта.

Аликорны заплатят, Селестия заплатит.

Лифт плавно затормозил и с радостным дзиньканьем распахнул двери. Она пробиралась между пыльными ящиками и давно забытым мусором. Тонкая магия, сотканная вокруг ее копыт, гарантировала, что она не оставит ни единого следа своего передвижения.

Когда она приблизилась, часть пола приподнялась. Пара крепких преторианцев в тяжелых латах открыла ей дорогу. Она царственно прошла между ними, не обращая на них ни малейшего внимания. Малейшая ниточка ее удовлетворения промелькнула в их сознании. Маленький штрих, чтобы укрепить их преданность делу защиты этого важнейшего места.

Внутри зеленое сияние магии чейнджлингов смешивалось с розовым сиянием жидкой любви. Сладкий аромат накопленных эмоций сочетался с мягким, успокаивающим запахом смолы чейнджлингов. Уже сейчас новый комплекс стал казаться ей домом.

Каждый чейнджлинг, мимо которого она проходила, останавливался и кланялся. Каждый чейнджлинг знал свое место, все было так, как должно быть. Когда она проходила мимо, они старательно кланялись и возвращались к своим обязанностям. Слишком многие, на ее вкус, занимались бумажной работой. Каждая вещь, полученная из Мэйнхеттана, либо официально больше не существует, либо отправлена куда-то еще, либо уже продана.

Она пошла дальше, миновав полдюжины раздутых перевозчиков любви, которые двигались в тесных помещениях, раздавая дневной паек. Они были не самыми изящными из ее творений, но без них перевозка большого количества любви была бы невозможна.

Дорожка пролегала мимо бассейнов, которые однажды переполнятся жидкой любовью. Пока же каждый из них представлял собой просто выложенную смолой яму. На карту было поставлено слишком многое, чтобы рисковать их заполнять. Перевозчики могли просто сбежать в один момент.

Стук ее копыт по камню был неслышен, заглушаемый непрекращающимся ударами молота. Брутальные туннельщики врезались своими гротескно огромными передними конечностями в землю, пробивая и прогрызая себе путь в скале.

Несмотря на желание поморщиться или дотянуться до них и мысленно обругать за шум, который они производили, она ничего не делала, а продолжала идти дальше. Они могли делать свою работу почти в полной тишине. Иначе нельзя было бы копать вблизи поселений пони. В данном случае, когда вокруг никого не было, кто-бы мог услышать, спешка была важнее скрытности, как бы больно это ни было для ее ушей.

Гладкая, обтекаемая фигура перепрофилированного убийцы проскользнула рядом с ней. Ее голова выглядела немного неуклюже с новыми гребнями и антенной. Даже не знаю, будет ли это одна линька или две, прежде чем она полностью адаптируется к своей новой форме.

Моя королева. Изысканный шелковистый тон ее надсмотрщика за строительством произнес мысленно.

Да?

Проект идет с опережением графика. Тридцать процентов всех крупных сооружений пони имеют тайные входы.

Легкая боль запульсировала в глубине ее тела. Как бы хорошо она сейчас ни питалась, ее тело настойчиво требовало, не позволяя ей ждать. Улей должен расти.

* * *

Королева держалась с максимально возможным царственным самообладанием, несмотря на то, что изогнувшись лежала на боку. Никогда еще, со времен ее первой кладки, простой акт откладывания яиц не приводил ее в такое изнеможение.

Она наблюдала, как приближаются изящные и тонкие, почти хрупкие на вид чейнджлинги. Из-за лишних конечностей и отсутствия доспехов они казались почти пауками. Несмотря на грозный вид, который пони могли бы счесть устрашающим, они были самыми добрыми и мягкими из всех чейнджлингов.

Одно за другим, с любящей нежностью, воспитательницы яслей собирали маленькие яйца. Проворные когти осторожно и бережно протягивали их. Каждое из них было очищено, открывая истинное чудо, скрытое в изолирующей родовой оболочке. Яйца были глубокого черного цвета с тусклыми белыми и лавандовыми крапинками.

В коллекции оставшихся яиц одно было более чем в два раза больше. В отличие от остальных, его покрывали тонкие бронированные гребни. Дополнительная защита, которая болезненно разрывала ее, когда она покидала тело, теперь вызывала лишь нежную улыбку на мордочке Кризалис.

"Ты будешь моим лучшим творением". Ворковала Кризалис, ласково положив копыто на свое самое большое вложение в будущее.

Словно в ответ, изнутри темного кожистого яйца хлынул пурпурный свет.

* * *

## 57.1 Горько-сладкое печенье

* * *

"Я люблю тебя". Слова, которые всегда так трогали ее сердце, на этот раз имели навязчивую законченность.

Слезы бежали из глаз Тайгер Лилли, когда солнечный свет вырвал ее из сна. Призрачные ощущения последнего поцелуя задержались на ее губах. Она подняла копыто, чтобы призрачное прикосновение его копыта коснулось ее щеки. Часть ее желала, чтобы это был всего лишь сон, чтобы последнее прощание с ее любимым Сильверманом было простым заблуждением, но остальная часть ее знала, что это правда.

Картина на стене требовала ее внимания — прекрасный пляж на закате. Картина была любительской, но она настояла на том, чтобы оставить ее у себя, и повесила с гордостью, несмотря на попытки мужа выбросить ее. На мгновение, сквозь искаженное слезами зрение, два пони лежали вместе на песке. Ее сердце болело от желания пережить этот момент снова, чтобы иметь еще один шанс обнять его.

Она свернулась калачиком, и рыдания сотрясали ее тело. Она отчаянно цеплялась за подушку, которая все еще хранила его запах.

* * *

Спустя несколько часов сон все еще был ясен в ее сознании. Он был таким же чистым, если не более чистым, чем воспоминания, которые она могла вспомнить в старости.

Когда она, ковыляя, направлялась на кухню, она поймала свое отражение в зеркале, когда проходила мимо. Ее глаза все еще были покрасневшими, даже если следы слез были стерты с ее шерсти.

Она встретила свой собственный взгляд на полированной поверхности. Она уже не была молодой кобылой, влюбившейся в галантного гвардейца во время обучения, и годы взяли свое.

Копия клятвы Сильвермана в рамке, дополненная наградами за выслугу лет, гордо висела на стене. Ее глаза проследили за словами, которые обязывали его жизнь служить Эквестрии. Это было единственное обещание, которое он хранил наравне с их свадебными клятвами.

Витиеватая золотая рамка была теплой под ее копытом. "Однажды Королевский гвардеец, всегда Королевский гвардеец". Сильверман столько раз повторяла эти слова, но никогда не понимала, что они означают, до сих пор.

Принцесса Селестия смотрела с фотографии рядом с ней. Ее глаза были добрыми и мудрыми, когда она принимала клятву Сильвермана. Она могла ошибаться, но казалось, что в глазах Солнечной принцессы была грусть. Как будто она знала, что может потребоваться от тех, кто поклялся ей служить.

"Ты хоть помнишь его?" Неудивительно, что фотография не ответила. Прошли долгие мгновения, прежде чем она продолжила.

Старый чайник выполнял свои обязанности гораздо лучше, чем ее тело. И он, и чайник, который ждал, пока нагреется вода, были подарками на новоселье в их первом совместном доме. Даже здесь, на кухне, многие вещи хранили воспоминания.

Песня чайника перешла в свист. Ее копыта перебирали давно отработанными движениями, а мысли задерживались на прошлом — более века вместе, десять десятилетий счастья. Позже она достанет старый фотоальбом и, возможно, расскажет своим правнукам несколько забавных историй.

Она потягивала чай. Лишь малейшие привкусы просочились в воду из истощенных листьев и поразили ее вкусовые рецепторы. Тем не менее, чай согревал ее старые кости. Но сердце ее жаждало покончить со всем этим и просто соединиться со своим возлюбленным.

Старые напольные часы тикали все тише и тише. Каждый звук отодвигал время секунда за секундой. Жизнь продолжалась, время ждало только одну кобылу, и она не была принцессой Селестией. Скоро должны были появиться ее подопечные. Это была бесконечная задача — держать малышей подальше от грив их родителей.

"Бабушка, бабушка", — звала маленькая армия жеребят. Один, два, пять, одиннадцать из них боролись за ее внимание. Одиннадцать? Она проверила еще раз. Да, был один лишний. В ее сознание закралось небольшое сомнение. Она покачала головой. Должно быть, она впадает в старческий маразм. "Итак, кто хочет печенья?"

И вот она принялась за работу, растягивая уменьшившиеся запасы выпечки и делая каждое печенье тоньше и меньше, чем обычно. Несмотря на это, маленький кусочек сладости должен был вызвать улыбки на их маленьких лицах.

Поэтому она начала готовить их по тому же методу, которому научила ее бабушка. Даже если на этот раз секретный ингредиент — немного любви — может оказаться сегодня немного горьковато-сладким.

Широкие глаза маленького Рейсера, безмолвно умоляющие облизать ложку дочиста, так напомнили Тайгер Лилли о себе, что она не могла не уступить.

Ее глаза оценили, как мало осталось в ее кладовой. Наслаждайтесь ими, малыши. Возможно, их не будет еще очень долго, — подумала она, размышляя, представится ли ей еще когда-нибудь возможность испечь печенье.

* * *

Тайгер Лилли смотрела со своего крыльца, отдыхая на мягкой скамейке. Может быть, это и не классическое кресло-качалка, которого требовал ее возраст, но оно было удобным и вмещало двоих.

Солнце Селестии близилось к концу своего дневного пути. Меньше, чем через час, прекрасные красные и оранжевые лучи заката на короткое время завоюют небо, прежде чем ночь Луны воцарится на небесах.

Новые защитники деревни стояли, не покладая копыт. Они прибыли, как будто их послала Селестия, как раз в тот момент, когда монстры приблизились. Прилив белого и золотого цвета бесстрашно пронесся сквозь скопище зла.

Как и ее муж, они выглядели щеголевато в своих доспехах, и, как и ее муж, они готовы были отдать свои жизни на защиту Эквестрии, если бы их позвали.

Как и в норме, главный пони не был скрыт от посторонних глаз чарами униформы. В отличие от обычного, здесь был и второй пони, выглядевший более отчетливо.

Вокруг него толпились четыре кобылы. Он был абсолютным грубияном, как земной пони. Он был слишком велик, чтобы чары униформы сработали. Она тихонько посмеивалась над бедным жеребцом. Он выглядел далеко за пределами своей зоны комфорта.

На ее мордочке заиграла тоскливая улыбка. Одна или несколько кобыл скоро начнут новую главу своей жизни, она просто знала это.

"Вы в порядке, мэм?"

Тайгер Лилли повернула голову. Высокий, долговязый сержант стоял там, неуютно чувствуя себя в своих доспехах. Должно быть, они бросают молодых в самую гущу событий… Она фыркнула. "Никакая я тебе не мэм. Я — бабушка Лилли, и тебе лучше это запомнить".

"Да, мэм…"

Она подняла на нее копыто. "Если ты будешь продолжать в том же духе, то не получишь никакого печенья".

Сарджент моргнул. Крайнее изумление нарисовало на ее лице идеальное изображение растерянности.

Тайгер Лилли рассмеялась: зрелище было просто нелепым. Храбрая и непоколебимая королевская гвардия была побеждена одной старой кобылой.

Сержант кивнул и успокоился. "Я выполню вашу просьбу… Но мой вопрос остается в силе: вы в порядке?"

В ее глазах снова образовалась влага. Она смахнула ее, прежде чем слезы успели упасть.

Бронированное копыто стражника мягко легло ей на плечо. Простое прикосновение передало гораздо больше тепла, чем должна была передать металлическая броня.

Через мгновение Тайгер Лилли похлопала по копыту сержанта. "Нет, но не беспокойся обо мне, я буду". Ее улыбка была горько-сладкой, и она знала это. Пройдет всего несколько лет, прежде чем она снова будет со своим Сильверманом.

"Если вам что-нибудь понадобится".

Тайгер Лилли кивнула. Вдалеке что-то двигалось. Просто пятно цвета в небе. "Так, что это?" — подумала она.

Сержант повернулся, чтобы посмотреть, потом замер. "Воздушный корабль? Что здесь делает принцесса Твайлайт?".

Уши Тайгер Лилли повернулись в сторону кобылы. Была ли в голосе сержанта нотка паники? Молодые порой бывают такими глупыми. Она медленно покачала головой. Принцессы не собирались срывать полоску с любой пони за незначительное нарушение формы или за то, что она не подготовила должного королевского приветствия.

На деревенской площади вспыхнула яркая вспышка. "Так, из-за чего вся эта суета?" — ворчала она про себя.

Гораздо меньшая вспышка возникла прямо перед сержантом. Свиток упал, ударив ее по морде. Словно в оцепенении, гвардеец сломал печать и начал читать. Он задрожал, глаза его расширились, когда они остановились на размытом пятне, которое, судя по всему, было воздушным кораблем вдалеке.

Суставы Тайгер Лилли болезненно протестовали, когда она поднималась. Большую часть своей жизни она была женой гвардейца. Она, вероятно, знала их работу лучше, чем они сами. Она весело фыркнула. "Пойдем, дорогуша. Посмотрим, что наша новая принцесса наколдовала на площади". Она подтолкнула бронированную фигуру самого высокопоставленного стражника. Сержант вернулся к реальности и начал следовать за ней. "Я знаю, что это трудно, я знаю, что тебя бросили в самую гущу событий".

Сержант кивнул. "Это не то, чего я ожидал".

"Просто держись, сохраняй спокойствие и делай вид, что знаешь, что делаешь". Тайгер Лилли посмотрела прямо в глаза сержанту. "Тебя готовили к этому. У тебя не было бы этих доспехов, если бы ты не был готов".

С площади раздался радостный возглас. Что бы ни было доставлено, оно, по крайней мере, принесло добрые вести.

* * *

## 57.2 Королевская почта

* * *

С каждым размеренным движением крыльев Рейнбоу летела все быстрее и быстрее. При каждом мощном взмахе по ее перьям пробегали маленькие вспышки света. Сырая сила ее усиленной магии, пульсирующая в крыльях, вызывала трепет. Каждое ощущение шептало обещание того, что она сможет сделать, когда овладеет этим даром. Она пронеслась по воздуху, ее внимание было таким же острым, как и ее клинок. Она была полностью сосредоточена на чистых движениях, на самом точном магическом потоке, который ей удавалось создать.

Она расправила крылья, и воздух подхватил ее. Она позволила себе скользить, мысленно прокручивая послеполетный обзор. Два десятка мелких поправок были единственным, что удерживало ее курс верным. Пони-перья.

Она вздохнула, когда ее чувства расширились в открытом небе вокруг нее. Позади нее был беспорядок. И снова нестабильные вихри турбулентности тянулись за ней по пятам.

Новая сила — это здорово, но необузданная сила — это просто несчастный случай, который только и ждет, чтобы произойти. Она восстановила свой тонкий контроль, но этого было недостаточно. Она практически слышала голос Спитфайр в своем сознании, который ругал ее. Ее капитан, ну, теперь уже бывший капитан, вычеркнул бы ее из списка пилотов за всего лишь "адекватную" работу. "Штормфронт". Имя, прозвучавшее на ее губах, вызвало в памяти молчаливое собрание пони. Жизнь была потеряна, потому что она была недостаточно быстра, потому что она была недостаточно хороша.

Ее клинок, пристегнутый к ноге, казалось, что он может свалить ее с ног тяжестью ее неудачи. Металл грелся о ее шерсть, а мрачная решимость клинка только добавляла ей решимости. Она совершенствовалась. Она будет совершенствоваться.

"Черт". Она опустила одно крыло, переориентируясь на дирижабль, который она якобы обеспечивала ближним воздушным патрулем во время этих тренировок. Она продолжала скользить, ее мысли блуждали, пока ее чувства впитывали все, насколько хватало ее пегасьего острого зрения.

Столько всего произошло, и все же с такой высоты даже раздираемые конфликтами земли внизу выглядели почти мирными, хотя и немного увядшими от недостатка воды. "Погодные патрули будут летать пока крылья не отвалятся".

Кроме Кэндис, которая с методичным усердием перестраивала свой собственный полет, в воздухе были только маленькие пятнышки вдалеке.

По отработанной привычке она отмечала дальность, скорость, отсекая все, что находилось в воздухе. Извлечение каждой крупицы информации на случай, если РСКГ будет допрашивать ее об увиденном, стало укоренившимся рефлексом.

Ее глаза сузились. "Мои глаза стали лучше? Что, черт возьми, Твайлайт сделала с моими глазами?" То, что должно было быть максимум одним мерцанием, превратилось в небольшие упорядоченные точки движения. Остальные летуны порхали вокруг в формациях из учебника. Если этого было недостаточно для их идентификации, то малейший отблеск золота выдавал доспехи королевской гвардии.

Она оглядывалась по сторонам, ее глаза фиксировались на ориентирах, деревьях, отдельных цветах, на всем, что попадало в поле ее зрения. Каждый раз, когда она сосредотачивалась, прикладывала чуть больше усилий, чтобы разглядеть детали, это просто срабатывало. Как зачарованные очки или бинокль, только без потери ситуационной осведомленности. Если что и было, то резкость во всем поле ее зрения усиливалась, просто в меньшей степени, чем то, на чем она фокусировалась.

Рейнбоу легко перешла к ленивому круговому облету дирижабля, и лавандовые перья, мелькавшие в ее периферийном зрении, отвлекали ее больше, чем она могла бы признаться кому-либо другому.

Освободить новую силу, усилившую ее зрение, было проще простого. Стоило ей ослабить концентрацию, как все исчезало.

Теснота в груди не имела ничего общего с усилием, затрачиваемым на полет. То, чего она добивалась всю свою жизнь, исчезло. Вондерболты теперь были лишь частью ее истории. Она была с Твайлайт, ее избранницей, ее рыцарем.

Даже не поворачиваясь, она чувствовала ее. Так же близко, как она чувствовала притяжение северного полюса, но это было гораздо сильнее. Как будто ее принцесса, ее подруга, была рядом с ней, несмотря на пространство между ними. Это было похоже на теплоту дружеских объятий и уверенность в том, что твоя подруга прикроет тебя. Это было так же, как когда они использовали стихии. Ее верность была завязана на дружбе с Твайлайт. Глаза Рейнбоу безошибочно следовали за этой связью.

Твайлайт позировала, балансируя на корме. Ветер ласкал перья внушительного размаха Твайлайт. Она просто стояла с распростертыми крыльями и безмятежной улыбкой на лице.

Когда Рейнбоу снова закружилась вокруг нее, Твайлайт подняла голову, открыла глаза и мгновенно нашла глазами Рейнбоу. Твайлайт на мгновение оглядела палубу, заполненную наемниками. Ее взгляд задержался на кобыле-единороге, облаченной в причудливые золотые доспехи, покрытые символами солнца.

Твайлайт отвела взгляд и приготовилась к полету. Мощные мышцы ее ног напряглись. С плавным взрывом движения она прыгнула. С помощью только своего старта и одного взмаха она взлетела на высоту, превышающую высоту Рейнбоу.

Не задумываясь, Рейнбоу преодолела турбулентность пролета Твайлайт и полетела рядом с ней.

Твайлайт удовлетворенно вздохнула. "Не знаю, как я жила без своих крыльев".

Словно по зову, Кэндис поднялась и подлетела с другой стороны. Твайлайт повернулась, чтобы посмотреть на нее. По тому, как слегка опустились уши Твайлайт, как слегка дрогнули ее крылья, Рейнбоу поняла, каким будет выражение лица Твайлайт. Виноватое извинение, смешанное с любящим приветствием.

Кэндис была такой же, как и сама Рейнбоу. Рейнбоу провела взглядом по ее крылу и задержалась на одном лавандовом маховом. Мы просто пара сломанных кобыл, восстановленных Твайлайт.

"Скажите мне, вы двое, что вы там видите?" — спросила Твайлайт.

"Деревню?" — предложила Рейнбоу.

"Да…"

"Одна сторона без укреплений", — заявила Кэндис, в ее голосе звучало подозрение.

Мир внизу был похож на карту. Здесь было больше дюжины похожих деревень. Большинство разрушены или заброшены. Две были обнесены стенами и укреплены. Только эта выглядела вполне нормальной. Кэндис была права.

Рейнбоу снова сфокусировала зрение, и далекая деревня предстала перед ней в кристальной ясности. Пони передвигались, как будто это был обычный день. Вокруг пестрело характерное золото доспехов королевской гвардии. "Как они еще не построили стену?"

Кэндис, казалось, вспоминала. "Согласно правилам, они уже должны были укрепиться или отступить в более крупное поселение".

Рейнбоу фыркнула. "Так что же, они некомпетентны или ленивы?"

"Или не те, кем кажутся?" — Твайлайт хмыкнула, поворачиваясь, выравниваясь с восходящим потоком и позволяя поднимающемуся воздуху взять на себя усилия по удержанию ее в воздухе. "Если оставить вопрос о том, кто… или что они такое, то они защищают пони. Они явно отбили одну атаку", — вытянутое копыто Твайлайт указало на слишком знакомую яму.

Как и в Понивилле, это был единственный реальный способ избавиться от такого количества зараженных тел.

"Ну что, Твай? Что нам делать?" — спросила Рейнбоу.

Резкий спуск Твайлайт был ей ответом. Она ловко повернулась на крыле и начала делать петлю вокруг дирижабля. Рейнбоу закрутилась в воздухе и последовала за ней. Кэндис на мгновение отстала, но потом тоже снизилась.

Твайлайт широко взмахнула крыльями и грациозно опустилась на палубу. Рейнбоу ухмыльнулась и сделала эффектное сальто и поворот. Ее копыта врезались в перила, когда она приземлилась и драматично позировала с расправленными крыльями.

Посадка Кэндис была спокойной по сравнению с этим. Техничный и точный маневр, но без всяких изысков и показухи. Рейнбоу перевела взгляд на двух пони рядом с ней, одна из которых была аликорном, а другая — с причудливо большими крыльями. Рейнбоу закатила глаза. Если бы она была не такой потрясающей, она могла бы почувствовать зависть к крыльям.

Старый грифон со шрамом подошел к ней. Отчетливый щелчок каждого когтя по деревянному настилу, столь отличный от звука копыт. В последний раз она слышала его, когда Гильда убегала из Сахарного Уголка. Пожалуйста, пусть все будет хорошо.

"Что-то нужно, принцесса?" — прошелестела птица.

"Просто освободите эту часть палубы на несколько минут".

"Вы слышали королевскую особу. Шевелите хвостами".

Различные карточные игры и кости были расхватаны с минимальными жалобами. Как только место было освобождено, рог Твайлайт зажегся.

Сначала появился и собрался плоский деревянный ящик. Появились гвозди и сами собой встали на место. Готовый ящик был достаточно вместительным, чтобы в него поместилась троица Селестий.

Рейнбоу зависла и заглянула внутрь, наблюдая, как один за другим в ящике появляются коробки с медикаментами и завернутые в вощеную бумагу свертки с консервированной едой.

Царапанье пера присоединилось к повторяющимся хлопкам, когда все больше и больше предметов наполняли ящик. Наконец, точно заполненный до краев контейнер был запечатан, а крышка прибита на место.

На лице Твайлайт появилась злорадная ухмылка. Твайлайт подписала свиток, и в мгновение ока он исчез, как и ящик.

Твайлайт чуть ли не подпрыгивала на месте, когда царственно возвращалась в свой кабинет.

"Эй, Кэндис, не знаешь, что это было?"

* * *

## 58 Охотничья вылазка

* * *

Как бы ни были они редки, естественные звуки леса говорили о безопасности, по крайней мере, в данный момент. Как самые низшие в пищевой цепи, маленькие существа всегда были наиболее чувствительны к опасности.

Гильда балансировала на задних лапах, осторожно перемещаясь на позицию. Ловко орудуя когтями, она наложила стрелу и натянула тетиву. Почти бесшумный скрип лука был почти оглушительным. Она посмотрела на стрелу и с ужасом заметила, что та слегка кривовата. Мысленно она прокляла того скрягу, который забрал себе весь комплект стрел. Так что вместо кучи стрел здесь был лишь один наполовину заполненный колчан. Луков у них было больше, чем стрел.

Ее желудок заурчал. Урчание голода в пустом желудке помогло ей сменить приоритеты. Им нужна была еда.

Она смотрела, как ее будущий ужин мирно пасется. Совершенно не замечая, что его обычная жизнь скоро закончится. Насколько голодной она должна быть, чтобы увидеть в корове или даже в пони лишь ходячее мясо?

Ее мысли устремились к Дэш, единственной пони, которую она знала и которая принимала эту ее часть. Горизонт не давал никаких ответов на вопрос о судьбе ее подруги. Со всеми безумствами, которые обычно происходили в стране пони, а теперь еще и с испорченными чудовищами, вытекающими из ее границ, она просто знала, что высокомерная кобыла будет в самой гуще событий.

Ее трапеза сдвинулась и направилась дальше в подлесок, явно ища больше зелени для пастьбы. Ее глаза сузились, и она медленно ослабила натяжение тетивы. Если бы стрела была идеальной, она бы непременно попала.

Она убрала лук и подошла ближе. Она должна была быть уверена в выстреле. Каждый коготок и каждая подушечка лап находили свое место в полной тишине, пока Гильда подкрадывалась все ближе.

К тому времени у нее уже почти текли слюнки. Одна только мысль о мясе, которое вот-вот должно было достаться ей, делала поспешность слишком заманчивой. Ее добыча была уже так близко. Она могла не отставать от Рейнбоу Дэш. Тупой хищный зверь не представлял никакой сложности. Ее когти забили по земле. Она представила, что неподатливая земля — это мягкая, нежная плоть ее жертвы. Одно движение — и горячая кровь хлынет ей в горло.

Она уверенно выбрала место и тихо, как призрак, приготовила свой лук. Ее когти хотели рвать и метать, и ей потребовалось гораздо больше усилий, чем она могла бы признать, чтобы не раздавить лук в своей хватке. Вот почему мы покупаем почти всю нашу еду… Охота всегда пробуждала ее более дикую сторону.

Она дала себе мгновение, чтобы успокоиться, справилась с дыханием и отсадила зверя. Стрельба из лука — это мастерство для зоркого глаза и спокойного ума, и здесь не было места для висцеральной, окрашенной в красный цвет страсти драки когтей к когтям.

Она вдохнула и медленно выдохнула. Ее глаза остановились на добыче, и она потянулась. Она уже чувствовала вкус свежего мяса. Она прицелилась, как любой настоящий охотник, чтобы найти то самое место, которое обеспечит быстрое убийство.

Словно ведомая какой-то внешней силой, она знала идеальный момент, чтобы выстрелить.

Раздался резкий орлиный крик. Ее пир вздрогнул. Идеально нацеленная стрела Гильды лишь поцеловала шерсть добычи, прежде чем ее поглотило зеленое море. Животное бросилось бежать и скрылось в глубине леса. Птицы разлетелись со своих гнезд, и весь лес пришел в боевую готовность.

Гильда сдержала разочарованный рев, который пытался вырваться наружу. "Если это еще одна ложная тревога", — прорычала она, раздвигая когти, обещавшие кровь.

Она поднялась в воздух, крылья били по воздуху, словно могли подчинить его себе. Грубая физическая сила заставляла ее нестись по воздуху быстрее, чем любой другой пони.

Она вертела головой по сторонам и искала любую угрозу. К ней в воздухе присоединились еще три или четыре охотника. Тот, что помедленнее, тащил крупного зверя. "По крайней мере, какой-то грифф что-то поймал". Она снова огляделась вокруг. "Где Грейн?"

Остальные начали оглядываться по сторонам, когда бронированный дозорный подлетел ближе.

"Охотник за головами", — сказал дрожащий голос.

Еще до того, как она нашла его глазами, по ее венам прокатился толчок страха. Далеко внизу из глубины леса выползала мерзость. Желчь поднялась в горле Гильды, когда она наблюдала за плавными движениями твари.

Облик Охотника за головами был отвратителен: разорванные куски плоти, сплетенные лианами, покрытыми колючками. Десятки деревянных выступов делали тварь похожей на дикобраза. Каждый из них был стрелой, наконечником копья или копьем, и каждый свидетельствовал о неудачной попытке убить чудовище.

Как будто его испорченная форма была недостаточно плоха. Три еще живые головы грифонов торчали из груди твари, словно извращенное ожерелье.

Голова твари сдвинулась, приобретая новую форму. Она сформировала огромную клыкастую пасть, просто чтобы улыбаться. С почти нежной заботой лиана вырвалась наружу и приласкала три его трофея. Головы грифонов дернулись. Их глаза, наполненные отчаянной мольбой об избавлении, нашли глаза самой Гильды.

Она переместилась на открытое место, чтобы лучше видеть. Словно преподнося сердечный подарок, зверь положил на землю лук, точно такой же, как у Гильды, и колчан, полный стрел.

Улыбка превратилась в ухмылку, когда пасть снова растворилась в бурлящей массе. Оно повернулось и зашагало обратно в темные глубины леса.

Перед тем как исчезнуть из виду, оно подняло одну конечность в небрежном взмахе, как будто они расстались друзьями.

Это было последней каплей. Ледяные тиски, сковавшие сердце Гильды, раскололись от жжения в груди. Из нее вырвался яростный рев. Она убьет его. Она разорвет его на части своими когтями. Она металась и била крыльями. Она вцепилась когтями в воздух в тщетной попытке добраться до цели своей ярости. По какой-то причине ничего не получалось. Она не приближалась к цели.

Ниточка рациональности заметила, что произошло. Жгучая боль, когда острия вдавились в ее плоть, была случайным повреждением. Только два комплекта сильных когтей удерживали ее достаточно долго, чтобы осознать, что она чуть не сделала.

Ее рычание утихло до победного вздоха. "Я в порядке". Это была ложь, но ей нужно было что-то сказать, чтобы доказать, что она снова думает. Она содрогнулась при одной мысли о том, что могло бы с ней случиться. Одно прикосновение, малейший контакт с мерзостью, и от нее не было бы спасения.

"Спасибо", — призналась Гильда.

Ее товарищи отпустили ее, и крылья подхватили ее в воздухе еще до того, как она начала падать.

Бронированный грифон кивнул Гильде, а затем указал на прощальный подарок. Она кивнула в ответ. Это имело смысл, все грифоны знали, что она самая быстрая.

Она передала свой лук и колчан другому и бросилась в силовое пикирование. Земля устремилась к ней, и она выпустила когти. Ее крылья закричали о своем протесте, когда она снова взмыла в небо.

Долгое мгновение ее глаза не хотели смотреть в сторону, где, как она почти чувствовала, притаился Охотник за головами. Вздрогнув, она хотела показать свой страх всему миру, но подавила этот порыв.

Устроившись поудобнее, она осмотрела свой приз. Как и в прошлый раз, каждая стрела была сделана идеально. Резные костяные наконечники и оперение из грифоньих перьев. Ее когти погладили знакомый красный цвет оперения. Ее когти жаждали что-то сделать, но гнев сменился печалью. Она не могла не представить, как в следующий раз они увидят Охотника за головами. Еще одна голова превратила бы группу из трех голов в квартет агонии.

Она рыдала. Как они могли быть такими слабыми? Это был всего лишь один монстр, одно извращенное использование магии, и никто из них не мог ничего с ним сделать. Гильда закрыла глаза. Ты будешь отомщена. Это было немного, но это было все, что она могла сделать.

Полет назад был похож на бегство с поджатым хвостом. Ничто, что они могли сделать, никакое оружие, которым они владели, не могло даже замедлить этого монстра.

Глаза, встретившие их, были еще хуже. Каждый из них начинал с радости и надежды, когда видел праздник, который они несли. Мгновением позже, когда они поняли, что число вернувшихся было на одного меньше, в них поселились печаль и гнев.

Я не знаю, как долго мы еще сможем это терпеть.

* * *

## 59.1 Нетрадиционное образование

* * *

"Что ты думаешь, Твайлайт?" — спросила Сансет, держа в руке перо, готовая добавить еще несколько слов на страницу. Единственным ответом было бездумное сонное бормотание.

Сансет сочувственно зевнула, когда усталость, которую она успешно игнорировала, дала о себе знать. Наблюдая за спящей Твайлайт, она не могла отделаться от мысли, что спящие люди все еще выглядят немного нелепо. Их формы должны были быть вертикальными и подвижными.

Осторожно, чтобы не разбудить девочку, она накрыла ее одеялом. Страница за страницей она собирала разрозненные записи и расставляла их по порядку. Возможно, мы немного увлеклись. Небольшая гора бумаг подтверждала правоту ее мысли.

Они часами экспериментировали с магией. Твайлайт даже начала пытаться приспособить простое заклинание единорога для использования своих способностей. Улыбка украсила ее лицо даже при одном воспоминании. Она удовлетворенно вздохнула. Давно я так не веселилась. Легкий румянец залил ее щеки, когда ее рука нашла маленькое человеческое ухо. Она покачала головой. Не будь глупой кобылой.

Не желая будить Твайлайт светом магии, она сделала все вручную. Оставшаяся пицца отправилась в холодильник, а все остальное было приведено в порядок. Очередной зевок обещал, что она сама долго не проснется.

Потребовался быстрый поход в ванную, чтобы сделать свои ночные приготовления и сбросить одежду, чтобы вновь обрести совершенство своей пони-формы. Она посмотрела на слишком большую кучу одежды, которая могла опутать ее, если бы ей срочно понадобился рог. Липучки и резинки должны были стать частью ее гардероба. Может быть, Рэрити сможет придумать что-нибудь подходящее.

На этот раз она сосредоточилась. На этот раз не было внезапной вспышки пламени. Ее тело плавно перешло из человеческого в лошадиное за полминуты. Ей нужно будет узнать больше о последствиях этих двух методов. Пока что она отложила этот вопрос. Было уже слишком поздно. Она потянулась как кошка, и устроилась поудобнее в небольшом гнездышке из подушек.

Мир начал исчезать, а вокруг разливался теплый уют сна. Импульс магии коснулся ее рога. От неожиданного ощущения она открыла глаза и прогнала усталость. Ее глаза последовали за рогом прямо к определенной книге.

Твайлайт? — подумала она, когда ее аура окутала книгу и приблизила ее. К счастью, слабый свет и тихий звон магии не потревожили спящего человека. Что тебе нужно в это время ночи?

> Сансет, я пишу это, находясь на дирижабле, улетающем почти от всего, что я люблю. Моя дочь, большинство моих друзей, Понивилль и мои пони.

> Да, Сансет. Сегодня мне пришлось сделать то, о чем я глубоко сожалею.

> Все ли в порядке, Твайлайт?

> Нет, но я пытаюсь это исправить. Как у аликорна, у меня много власти, но она не безгранична. Сегодня мне пришлось оставить без лечения пони, которого я могла бы вылечить.

Что она могла на это ответить? Сансет на мгновение задумалась. Учитывая, насколько хорошо развито здравоохранение пони, это не могло быть чем-то простым. Все, что можно было оставить врачам или целителям, не должно было так отягощать разум ее подруги.

> Я уверена, у тебя была веская причина.

> Да, и Найт уверяет меня, что я поступила правильно.

> Я могу сказать, что это тебя не устраивает.

> С точки зрения логики, я поступил правильно. Это было бы нарушением моего долга и наших договоров с грифонами, если бы я намеренно так сильно ослабила свою магию перед битвой.

> Если бы только он не был единорогом, возможно, я смогла бы его спасти.

> СНИ.

Шариковая ручка застыла в воздухе над страницей. Каждый раз, когда пони творили магию, они ускоряли свой конец. Чем больше они истощали свой источник, тем больше жизни уходило на каждое заклинание. Если они изнуряли себя, им оставалось жить всего несколько дней или недель. Это был мучительный путь.

> Ты можешь вылечить Системную Недостаточность Источников?

> Да, но я не могу оправдать затраты, и не только для одного пони. И что еще хуже, он постоянно истощает себя, помогая беженцам.

В сердце Сансет поселился холодок. Иметь возможность спасти пони и отказаться от этого. Невозможность помочь была бы достаточно ужасна, но иметь такую возможность и другие вещи заставляют тебя не делать этого. Фотография обеих Твайлайт перед статуей привлекла ее внимание. "Твайлайт", — прошептала она.

Сансет посмотрела на мирно спящую подругу, Твайлайт этого мира. Ничто из того, что они победили вместе в этом мире, не было даже близко таким ужасным, как то, с чем столкнулась Эквестрия сейчас. Ее взгляд остановился на словах принцессы Твайлайт.

Она была Сансет Шиммер, самым могущественным пиромантом на протяжении более пятисот лет. Признаться, она, возможно, немного зарвалась. Но это не имело значения, по крайней мере, если не было необходимости заботиться о случайных повреждениях.

Тепло ее магии росло. Огонь в ее груди разгорался в соответствии с нарастающей решимостью. Ее аура подняла перо, словно могучий клинок.

> Я иду помочь.

> Нет, ты не можешь.

"Что?" — Сансет раздраженно фыркнула. Кто она такая, чтобы… нет, ей просто не все равно. Она сделала успокаивающий вдох, прежде чем написать ответ.

> Твайлайт, я все еще Эквестрийка, и, похоже, там не помешает моя помощь.

> Нет, я имею в виду, ты буквально не можешь. Книга сейчас у меня с собой. Портал запечатан, пока я не верну ее на место.

> О.

Вот так, даже если бы она хотела помочь, она не смогла бы. Дома происходили ужасные вещи, а она ничем не могла помочь. Вся ее сила, а она ничего не могла сделать, так же как Твайлайт не могла спасти ту пони. Жар ее решимости остыл, и на смену ему пришла холодная пустота.

> Почему ты взяла с собой книгу?

> Как еще я могла продолжать давать тебе уроки магии?

> Мои уроки магии не стоят чужой жизни.

> Моя дорогая ученица, мы бы не согласились, но в данном случае твое присутствие не изменит их судьбу. Исцеление, которое Твайлайт хочет подарить, потребует от нее пожертвовать частью своей души. Это цена, которую не смог бы заплатить ни один смертный.

> Ты слишком ценна, чтобы мы могли позволить тебе принести такую жертву.

> Найт?

> Да, а теперь давай займемся твоими уроками. Ты не причастна к этому инциденту, но мы сомневаемся, что так будет с другими. Мы подготовим тебя к тому, что тебя ждет.

Следующие несколько страниц медленно заполнялись арканными рунами и глифами. Страницы за страницами магии, которую Сансет никогда раньше не видела. Большинство из них явно касались запретных и даже запрещенных заклинаний. Через каждые несколько заклинаний роговой почерк менялся, и появлялся список вопросов и упражнений.

Десятки заклинаний, ради которых она готова была сделать почти все, лишь бы овладеть ими до отъезда из Эквестрии, просто давались ей в копыта. От жадности ей хотелось пускать слюни и, возможно, расхохотаться от радости.

Страница ощущалась мягкой под ее копытом. Не нужно было быть гением, чтобы заметить смертоносность последнего заклинания. Ни одно "безопасное" заклинание не будет иметь столько необязательных компонентов, чтобы гарантировать, что оно подействует только на нужную цель. В ее нутре завязался маленький узел. Какая-то крошечная часть ее сознания подумывала о том, чтобы уничтожить запретное наследие.

Она не могла оторвать глаз от двух новых рун заклинаний, двух простых кусочков магии, которые были скрыты от нее и позволяли творить такие ужасные вещи. То, что было написано красивым шрифтом, могло дотянуться и подавить искру жизни. Заклинание было столь же изящным и суровым, как почерк Найт. Что бы сделала принцесса Селестия, если бы нашла меня с этим?

"Сансет?"

Сансет вздрогнула. На мгновение она могла поклясться, что книга заговорила. Затем она обратила внимание на свое окружение. "Доброе утро, Твайлайт", — сказала она своей человеческой подруге. Она приложила копыто к груди, чтобы попытаться успокоить внезапно забившееся сердце.

"Ты не спала всю ночь?"

"Просто получала уроки магии".

Твайлайт посмотрела на томик по магии, который составляла Сансет. "Тебе нужно немного отдохнуть. Исследования показывают, что хорошо отдохнувший ум лучше усваивает знания".

Незаметно для себя Твайлайт протянула руку и погладила Сансет по голове. На мгновение Сансет подумала о том, чтобы отпрянуть. Но по мере распространения успокаивающих ощущений все меньше думалось о том, как недостойно это выглядит.

Это только усилилось, когда длинные пальцы нашли нежные ушки. Я не плюшка. Это была последняя мысль Сансет, прежде чем усилия Твайлайт окончательно подавили всякое сопротивление дремоте.

* * *

## 59.2 Цели

* * *

В уютной шелковистой темноте своей каюты Твайлайт откинулась на снисходительную мягкость облачной кровати. Это была единственная вещь, которую она изменила в своей каюте, она никак не могла остановиться на простой койке.

Она отложила журнал в сторону и позволила глазам закрыться, медленно моргнув. Даже с подавленными чувствами ночь не была тихой. Линии и бревна дирижабля скрипели и пели при каждом изменении напряжения. Перья, мех и простыни шуршали, прижимаясь друг к другу. Мягкое дыхание смешивалось с храпом. Даже дюжина ударов сердца достигла ушей аликорна-Твайлайт.

Два звука, в частности, привлекли ее внимание. Первый — отчетливый и не очень деликатный храп Рейнбоу, которая отдыхала в соседней комнате. Еще дальше — большие крылья Кэндис рассекали воздух мощными взмахами, когда она, пользуясь дарами Луны, летала в ночной дозор.

Твайлайт провела копытом по пустому пространству рядом с ней. Теплое чувство тоски говорило о том, что Нова предпочла бы сделать. Потребовалось всего полсекунды, чтобы вспомнить, что ее Свит Дримс была слишком занята поисками более приятных развлечений. Твайлайт чуть не фыркнула. С каких это пор есть более приятные занятия, чем чтение?

Она надеялась, что вновь вспыхнувшее пламя желания — хороший знак, что это признак того, что огненная кобыла немного пришла в себя. Мысли Твайлайт вернулись к тому единственному моменту в Кантерлоте, наполненному яростью.

Нити теней потянулись к книге и окутали ее. Вскоре успокаивающие звуки пера, пишущего на страницах, заглушили все остальные случайные шумы.

В ее груди медленно росла гордость, не свойственная ей самой. Даже без слов, их связь не оставляла у Твайлайт сомнений в том, что Найт не просто заинтересована в образовании Сансет. Она действительно нравилась Найт. Намеренно, не произнося ни слова, Твайлайт задумалась о том, что могло быть общего у этих двоих, чтобы стать такими близкими.

Твайлайт вздохнула. Она снова отвлекала ее. Неохотно она переключилась со своей далекой подруги на предстоящие сражения.

Даже в почти полной темноте ночные глаза Твайлайт без труда рассмотрели каждую деталь карты, висевшей на стене.

Она наклонила голову. Мрачные цвета, несмотря на свою красоту, оставались несколько чуждыми. При малейшем усилии воли линии темноты углублялись, приобретая противоположное сияние. "Если мы начнем отсюда… мы сможем прочесать местность. Оставим Флейм Дансер и наемников укреплять…", — она поставила булавку на место. "Итак, будем ли мы укреплять второе место… или сконцентрируем наши усилия на одном?"

Твоя цель — спасти грифонов или устранить проклятых как угрозу? — спросила Найт, лениво мурлыча.

"Спас…" — Рефлекторный ответ замер на ее языке. Та ее часть, которая была верной ученицей Селестии, могла дать только один ответ, но это была уже не она.

Твайлайт на мгновение задумалась над словами Найт. В любопытстве, которое улетучивалось от ее мысленного собеседника, не было и намека на манипуляцию или злобу. Значит, ты не просто не любишь грифонов? Найт не соизволила ответить.

Почти без ее указания Твайлайт приступила к решению проблемы. Ее разум начал перечислять плюсы и минусы обоих вариантов. Это прямо как одна из игр Шайни. Даже несмотря на тяжелую ситуацию, какая-то часть ее сознания не могла не рассматривать булавки как всего лишь фигуры на доске, а не потерянные жизни и те, которые еще можно спасти.

Сансет могла стать мощной фигурой. С ее огненной и солнечной магией она была бы идеальным противодействием проклятым. Твайлайт опустила глаза на дневник связи — магия Найт все еще танцевала на страницах. Она наблюдала, как слова изящно перетекают одно в другое с той суровой красотой, которой не хватало собственному роговому письму Твайлайт.

Часть сознания Твайлайт бездумно подсчитывала. Шесть пунктов обвинения в тяжких преступлениях против Эквестрии, шесть пунктов обвинения в том, что простое знание о них вполне могло считаться изменой, теперь старательно доставлялись в копыта Сансет.

Сколько бы она ни думала об этом, она не находила ни малейшей доли вины в этом нарушении закона Селестии.

Мысли об одной сестре в конце концов привели ее к другой. К тому идеальному моменту в конце ярмарки, когда большие губы Луны встретились с ее собственными. Она наслаждалась призрачными ощущениями, которые дарила ей почти идеальная память.

Простым поворотом пространства из кармана Твайлайт выскочила плюшевая копия ее суженой почти в натуральную величину.

Глаза Твайлайт с желанием проследили за копией. Если не считать того, что она была немного меньше и явно сделана из ткани и наполнителя, она была идеальна.

Ее крыло протянулось и притянуло плюшку в объятия. Мгновение спустя по ее спине пробежало призрачное ощущение перьев. Несомненно, ее далекая суженая тоже обнимала ее подобие.

Сформировавшаяся было мягкая улыбка выровнялась до ровной линии. Сначала ей нужно было уделить внимание двум многочисленным вещам. Она подняла левое копыто плюшки своим и начала набирать копытным кодом сообщение для Луны.

Могущественная Принцесса Магии теперь играет с куклами? Куда катится мир, дорогуша? — сказала Найт, преувеличенно подражая голосу Рэрити.

Поразмыслив, она поняла, что поступает просто смешно. Твайлайт весело фыркнула. Она была очень рада, что Рейнбоу крепко спала в соседней комнате, иначе она никогда не пережила бы этого.

Тем не менее, поскольку Спайк был в безопасности в Понивилле, а магию нужно было беречь для предстоящих сражений, это был самый логичный выбор. "О, тише ты", — сказала Твайлайт, даже не пытаясь скрыть ласку или благодарность в своем голосе.

Иногда достаточно было просто посмеяться, чтобы увидеть свет даже в самые темные времена.

* * *

Твайлайт оперлась передними ногами о перила крыла, когда мир вокруг нее перешел из ночи в день. Она моргнула и позволила своим зрачкам превратиться из фестральных щелей в привычные круглые пегасьи за то мгновение, пока ее глаза были закрыты.

Изменилась палитра как земли внизу, так и неба вокруг них. Экзотическая манящая темнота сменилась сияющим цветом солнечного дня. Та ее часть, что осталась от времени, проведенного под началом Селестии, хотела улыбнуться, но ей пришлось бороться с собой, чтобы не щуриться и не шипеть на слишком яркий свет.

Несмотря на темные раны, нанесенные земле мором, мир под землей все еще сохранял живописную красоту. Как и неприязнь к дневному свету, гордость и раздражение, зародившиеся в ней, не были ее собственными. Она знала, что это всего лишь отголосок Найт.

Твайлайт взглянула на мольберт, установленный рядом с ней. Темная магия Найт потянулась к кисти и окутала ее. Ловкими мазками краска начала формировать изображение на чистом холсте.

Почему ты хочешь нарисовать это? — спросила Твайлайт, взмахнув копытом.

Возможно, наша история и не должна определять нас, но ее нужно помнить, — ответила Найт.

Твайлайт закрыла глаза и потянулась к своим чувствам. Один за другим каждый источник магии от горизонта до горизонта проникал внутрь. Яркие искры нетронутой жизни и темные мотивы проклятых. Один из них был гораздо больше, чем просто соринка, это был корчащийся узел злобы, который казался слишком уютным для ее чувств. Какая-то ее часть хотела протянуться к монстру и погладить его. Но она намеренно отложила этот вопрос. Ты ведь можешь их чувствовать, не так ли?

Да… — Найт приостановила рисование, ее мысленный тон сменился на торжественное изъявление желания. Заклинание оказалось таким, каким мы хотели его видеть.

Ты этого не делала. Твайлайт представила, как накрывает Найт своим крылом, уверенная, что намерения было более чем достаточно.

Нет, но я заложила основу. Как только все разрешится, нам нужно будет найти все, что я могла оставить где-то поблизости, все непредвиденные обстоятельства, которые я могла предусмотреть.

Ты ожидаешь, что их окажется больше? В груди Твайлайт поселилось крохотное зернышко паники. Какие еще ужасы могла придумать такая кобыла, как Найтмер Мун, на пике своей ненависти?

Да, мы позаботились о том, чтобы любой шаг моих противников привел к моей неизбежной победе.

… Это логично.

Да, но теперь, когда моя цель изменилась, это оказывается самым сложным.

Ты не будешь делать это одна, Найт.

Ощущение теплой шерсти, прижатой к боку, и кожистого крыла, обнимающего ее, было ответом Найт. Кисть возобновила свой танец по холсту.

Наемники за ее спиной на палубе переговаривались, готовясь к дню, а ночной дозор отступил вниз, чтобы поспать. "Величество", — с отвращением проворчал кто-то из пони. Твайлайт притворилась, что не слышит, и, к счастью для них, Найт была слишком увлечена своей музой, чтобы огрызаться.

Аромат чая следовал за характерным стуком копыт с изящной извилистой походкой Эмеральд. Даже здесь, даже сейчас питомец Найт настаивала на том, чтобы обращаться с ней как с принцессой, которой она была.

Твайлайт взяла напиток в свою ауру и одарила Эмеральд благодарной улыбкой. "Спасибо. Как всегда, ты знаешь мои желания раньше меня".

"Я живу, чтобы служить", — начала замаскированная чейнджлинг, но закончила со вздохом, — "моей королеве".

Королева? Только признание того, что ее тело — всего лишь марионетка из плоти, остановило дрожь желания, зародившуюся между ее крыльев.

Ты знаешь, что будешь править справедливо, — прошептала Найт в ее сознании.

Чем Кризалис или Селестия?

Мой ответ будет таким же.

Твайлайт задумчиво постучала себя по подбородку. Королева чейнджлингов не представляет серьезной угрозы. Если мы сможем ее перевоспитать, она даже может оказаться полезной.

Ты действительно думаешь, что сможешь ее перевоспитать?

Самодовольная ухмылка исказила ее лицо. У меня хороший послужной список. В конце концов, это сработало с тобой…

Это… по-другому.

О?

Мы — семья. Заявление Найт было линией на песке, полем битвы, от которого она никогда не отступит.

Довольная улыбка сменилась ухмылкой. Да, мы семья… давай покончим с этим и сможем отправиться домой.

* * *

## 60.1 Дергающаяся принцесса

* * *

Острые глаза Селестии потерялись в жидком золотом свете, который, казалось, был заперт прямо под металлической поверхностью. Эта сила все еще ощущалась как часть ее самой, несмотря на разлуку в течение многих тысячелетий.

Клинок был таким маленьким, таким несовершенным. Любой кузнец после жеребячьего возраста постеснялся бы поставить на нем свое имя. Несмотря на это, Селестия все еще колебалась.

Ты знаешь, что это единственный выход, — почти ласково укорил Селестию Военный Разум

Каждый ответ, который приходил ей на ум, был либо жеребячьим, либо глупо-сентиментальным.

Все остальные предметы, выкованные тобой, действительно полезны…

Селестия закрыла глаза, и далекое прошлое на мгновение угрожающе надвинулось на нее. В тот момент, когда она впервые взяла в копыта клинок, впервые после бесчисленных попыток, ее усилия принесли плоды.

Когда рядом никого не было, Маска Селестии не смогла остановить маленькую тоскливую улыбку. "Я была так горда…"

Стоит ли эта снисходительность того, чего она лишает нас сейчас?

Несмотря на то, что Дейбрейкер говорила таким благоразумным тоном, а может быть, и благодаря ему, семя горькой обиды проросло и распустило свой ядовитый цветок. Селестия на мгновение задумалась. В каком-то смысле это семя слишком хорошо вписывалось в ее мысленный сад, и это определило ее курс. Почти ласково она дотронулась до него и положила на него копыто. Она замерла на мгновение, прежде чем безжалостно раздавить его под своим золотым башмаком. Самое слабое подобие крика было прервано прежде, чем он успел начаться.

Мимолетный образ промелькнул перед ее мысленным взором. Образ времени, судьбы, которую это действие навсегда сделает невозможной. Это была бы такая простая вещь, момент близости между учеником и наставником, оттачивание этого самого клинка вместе с ее Сансет Шиммер в качестве последней подготовки к испытанию.

Она отпустила этот образ с одним выдохом, и лишь миг изгнал влагу, которая могла собраться в ее глазах задолго до того, как слеза осмелилась появиться.

Значит, похоже, что сегодня у меня не будет новой сестры?

Тишину пронзил низкий рык. Селестия успела зажечь рог, прежде чем поняла, что именно она была источником этого дикого звука. "Тебе лучше не испытывать меня, мой Военный Разум".

Полагаю, Ваше Сиятельство, я выполнила свой долг, показав вам истину о вашей нынешней стабильности. Высокомерный тон Дейбрейкер был почти невыносим. Это усугублялось тем, что сама Селестия только что озвучила все доказательства, которые только могли понадобиться.

Она собрала весь свой гнев и потянулась своей аурой. Она достала свою трубку, и ей потребовалось всего несколько затяжек, чтобы добиться нужного эффекта. Дым поднимался ленивыми вихрями, когда она выдыхала. Ее довольный вздох и напряжение, вырвавшееся из напряженных мышц, свидетельствовали о том, как она, должно быть, напряжена.

Дейбрейкер потянулась к ней. Теплое прикосновение обнадеживающего копыта было гораздо более комфортным, чем Селестия могла бы признать для простого инструмента.

Хорошо, это гораздо лучшее состояние души, Ваше Сиятельство. Итак, пожертвуете ли вы этой памяткой ради нужд ваших маленьких пони?

"Мы стольким пожертвовали, что по сравнению с этим эта жеребячья безделушка — ничто!" Последнее слово потрясло комнату, когда поверхность металла начала пузыриться.

Селестия сузила глаза, наблюдая, как ее некогда драгоценное творение медленно разрушается. Простая, функциональная форма разрушилась сама по себе. Металл застонал, а воздух закричал, когда мощная магия надавила на него, жестоко сжимая выкованный душой металл в идеальную сферу.

Она знала, что маленькая металлическая сфера, такая четкая в ее представлении, для других будет просто ослепительно яркой. Любая вещь или любой пони, не защищенный превосходным щитом, вспыхнул бы от одного только света, не говоря уже о температуре, близкой к солнечной, которую телекинез тяжелых копыт Селестии вызвал в сжатом материале.

Наконец-то тепло. Какая-то ее часть хотела застонать от счастья. Она позволила себе лишь дюжину медленных вдохов, чтобы насладиться почти забытым ощущением того, что ей больше не холодно. Затем она принялась за работу.

Понемногу ее аура потянулась к сияющему металлу и отделила от него тонкую проволоку. Затем с проворством, с которым ее переполненный источник долго не позволял ей колдовать, Селестия принялась за работу копытами, словно обычный земной пони.

Осторожно складывая и переплетая нити проволоки, она создала полую обойму, идеально подходящую для крошечного драгоценного камня.

Она подняла свое творение и осмотрела его со всех сторон. Оно было совершенным, безупречным, но даже когда она отогнала эту мысль, какая-то часть ее сознания понимала, что оно никогда не будет значить для нее так же много, как то первое несовершенное творение. "Подойдет", — сказала она себе, и ее желание исполнилось.

Осталось сделать еще несколько десятков, Ваше Сиятельство.

Селестия лишь кивнула и решительно принялась за работу.

* * *

Очищающее заклинание изгнало последние остатки пьянящего аромата трубочного дыма. Приведя себя в надлежащий вид, она вышла из своих покоев. Маска Селестии подавила дрожь, которая так хотела заставить ее стучать зубами, когда она элегантно направилась в тронный зал.

Даже сквозь обувь замерзший мраморный пол вытягивал из нее тепло. Холодный воздух когтями впивался в ее шерсть и щелкал копытами, обещая ей ледяную смерть. Хватит мелодраматизировать. Ты же знаешь, что здесь точно такая же температура, как и каждый день. Селестия мысленно отругала себя.

Ее крыло сдвинулось, регулируя положение маленького сундучка с ее творениями. Она обдумывала, когда отдать предметы тем, кому они предназначались. Им нужно было время, чтобы собраться, если это будет групповая церемония. Это привело бы к большей солидарности. Индивидуальная встреча приведет к большей преданности. Больше поклонения ей самой.

Постоянные агрессивные выпады копыт сестры привлекли ее внимание, когда она приблизились. Было ясно, что она хочет, чтобы ее услышали, иначе ее движения были бы просто беззвучными.

"Доброе утро, сестра. Я не ждала тебя…." — Селестия повернулась в знак приветствия и потеряла дар речи. Большой предмет, прижатый к боку Луны, никак не дополнял боевые доспехи или оружие, которое все еще носила Принцесса Ночи. Селестия размышляла, не сон ли это, целых три секунды, стоя совершенно неподвижно, словно статуя. "Почему у тебя есть плюшевая игрушка моей бывшей ученицы в натуральную величину?"

"Ты ревнуешь?" — поддразнила Луна.

"Луна!"

Луна кивнула, как бы про себя, и снова отправилась в путь. "Мы считаем, что некоторым пони нужно больше выбираться на улицу. В наши дни это обычное дело для пар вдали от Кантерлота".

"Нет, это не так", — сказала Селестия, опускаясь рядом с сестрой. Она сделала паузу и обдумала свои слова и то, что делала ее сестра. Почему она вообще оказалась здесь, в этом коридоре, в это время? Она даже физически несла игрушку, когда у нее было столько других вариантов ее транспортировки. Она уже собиралась потребовать объяснений, но тут заметила то, что почти пропустила: озорной блеск в глазах Луны.

Тепло, которое расцвело в груди Селестии, не было связано ни с каким внешним изменением температуры. Это не было всплеском магии или первым признаком недомогания. Она улыбнулась и смягчила свой тон. "Спасибо за твою попытку развеселить меня, но сейчас не время для таких жеребячьих игр".

"О, очень хорошо, сестра моя. Это запасной способ общения, когда Спайк нездоров".

Селестия обратила свое внимание на удивительно хорошо сделанную плюшевую копию некой Твайлайт Спаркл. "Надеюсь, она работает?"

Луна кивнула.

"…. как она?" — Селестия подавила свою Маску достаточно сильно, чтобы показать свое настоящее беспокойство.

"Все решено". — Ответ Луны, состоящий из одного слова, говорил о многом.

Селестия смотрела на сестру, следя за каждым крошечным движением, каждым вздохом, даже за неземными движениями ее гривы. Твайлайт была здорова, как физически, так и психически. Небольшие намеки на беспокойство были вполне понятны и не являлись предвестниками скрытых ужасных новостей.

Решительно кивнув, Селестия сказала: "Хорошо, я бы хотела, чтобы прошло много лет, прежде чем Твайлайт пришлось пережить подобное".

"Мы оба знаем, что ты играешь теми картами, которые у тебя есть. А не те, которые ты хотела бы иметь, сестра".

"Как ты думаешь, почему я всегда стараюсь расположить колоду по своему вкусу?"

"Потому что ты не любишь сюрпризы… хотя в данном случае даже мы хотели бы, чтобы ты была более удачливой".

"Как старшая, я знаю, что ответственность за успех этой атаки лежит на мне".

Луна остановилась. "Сестра", — почти прорычала она. "Мы должны править вместе. Поскольку мы правим вместе, мы обе несем ответственность за это, хотя, возможно, по разным причинам. Ты должна была лучше подготовить Эквестрию, а я должна была предвидеть это и остановить". Глаза Луны сияли. "Я знаю, что временами тебе все еще больно, но я все еще твой меч". Ее мордочка скривилась и задрожала, когда она пыталась удержаться от рычания. Она медленно и холодно произнесла свою следующую фразу, несмотря на видневшиеся клыки. "Любой пони, который сделает это, любой, кто выпустит эту скверну в этот мир, должен был давно почувствовать, насколько острым является мое лезвие".

Решенные и преследующие видения плясали в потухших глазах сестры, но она не разрывала зрительного контакта. Через это окно в душу Селестия могла видеть многое. В этой решимости была хрупкость, которой никогда бы не было до ее изгнания на луну, никогда бы не было, если бы не “коррективы”, которые Селестия внесла, чтобы вернуть сестру, а не только кровожадный инструмент.

Суд может подождать. Она была принцессой на побегушках, и прямо сейчас она была нужна своей младшей сестре. В два быстрых шага она окутала сестру белыми перьями, притянув ее в объятия и крыльями, и передними ногами.

Шокированное выражение лица Луны, перешедшее в облегченный восторг, когда она растаяла в объятиях, было всем доказательством, в котором нуждалась Селестия. Я знаю, что поступила правильно, моя дорогая и драгоценная сестра. Одна-единственная слезинка грозила вытечь из глаз Селестии. Прошло так много времени, так много времени, с тех пор как она разделила подобный момент с кем-либо из пони. Кроме того момента, когда Дейбрейкер утешала тебя, — добавила предательская часть сознания Селестии.

"Мы пройдем через это. Мы найдем их, и когда справедливость восторжествует, мы сможем наконец начать подготовку к самой большой свадьбе за тысячу лет".

Мягкая улыбка, появившаяся на лице ее дорогой Лулу, была сокровищем, дороже которого не было ничего на лице Эквуса.

Ты знаешь, что она боялась нападения? — поддразнила Дейбрейкер.

Селестия проигнорировала Военный Разум и прижалась к своей дорогой сестре.

Ты можешь игнорировать меня сколько угодно, Ваше Сиятельство, но…

Еще одно слово… — Селестии даже не понадобилось закончить свою угрозу, прежде чем присутствие Дейбрейкер отступило.

Через шесть минут и сорок две секунды Луна вздохнула и вырвалась из объятий. "Сестра, у нас обеих есть обязанности".

Несмотря на холодность магии Луны, внезапная разлука была гораздо холоднее.

Медленно, с сожалением, Тиа, старшая сестра, позволила своим мыслям вернуться к Селестии, Лучезарной Принцессе Солнца. "До ужина?"

Луна покачала головой. "Пройдет три дня, прежде чем мы вернемся в Кантерлот".

Маска Селестии скрывала обиду в ее глазах.

Луна фыркнула. "Как только эта ситуация разрешится, мы проведем некоторое время вместе. Или же я освобождаю тебя от должности на месяц".

"Звучит заманчиво…"

"Тогда освободи день, или будь готова к тому, что тебя выселят из замка на полнолуние".

"Что подумают наши пони?"

"Все, что ты пожелаешь".

"Луна…"

"Назови это днем отдыха или празднования катастрофы, которую мы пережили. Даже без использования твоей силы, одних слов из твоих уст будет более чем достаточно, Тиа".

"Сначала спаси наших пони, а потом мы сможем отдохнуть".

"Мы будем помнить об этом, сестра".

Бросив последний взгляд, они разошлись, и Луна удалилась на покой. Селестия отправилась дальше, к своим бесконечным обязанностям.

Она позволила себе забавно покачать головой. Немного тяжести, давившей ей на плечи, больше не было. В конце туннеля забрезжил свет.

"Где было бы хорошее местечко для “Санни Дэйз”, куда отправиться в отпуск?"

* * *

## 60.2 Другая принцесса

* * *

Только годы практики, когда она играла множество ролей, принимая на себя целые личности в царстве снов, позволили Луне сыграть свою роль. Роль была простой, и все, что ей нужно было сделать, это идеально сыграть роль себя до того, как она узнала правду.

Селестия могла быть мастером в распознавании лжи. У нее был многовековой опыт чтения каждого малейшего движения, улавливания и интерпретации даже крошечных погрешностей в тоне голоса, которые не мог услышать даже смертный. Но все это не помогло бы ей, если бы не было обмана.

Луна не была простым актером. Нет, когда она действительно хотела взять на себя роль персонажа, она становилась им. После возвращения у нее не было другого выбора, кроме как использовать этот талант бесчисленное количество раз.

Не имея возможности создавать фрагменты, она могла стать тем, в ком больше всего нуждались пони в своих снах. Она могла просто закрыть глаза в образе Луны и открыть их в образе другой пони.

Каждое слово, каждое движение, каждая маленькая мысль, которую сестра видела за ее глазами, была совершенно искренней, несмотря на то, что, по крайней мере частично, была выдумкой.

Ее мысли вернулись к объятиям. Сырая сила, заключенная в белых крыльях, окутавших ее, аромат летних цветов и пепла, наполнивший ее нос. В груди поселилось тепло. В этом не было ничего неискреннего, никакой Маски, контролирующей ситуацию. Это было истинное сердце ее сестры. Это была Тиа — сестра, а не Селестия — правительница самой могущественной страны в мире.

Правда, даже она не была уверена, насколько этот поступок был ложью. Но тоска, сидевшая рядом с ее сердцем, твердила, как прекрасно было бы просто позволить этому поступку стать правдой. Взрастить то тепло, которое внушала ей сестра, и вдохнуть в него новую жизнь, пока оно не превратится в пламя.

Как могла моя сестра так любить меня, а принцесса делать со мной такие ужасные вещи? Какая-то ее часть хотела отрицать то, что рассказал ей бывшая Найтмер. Она настаивала на том, что это был лишь план, чтобы заронить семя сомнения, махинация, чтобы вызвать раздор между двумя королевскими аликорнами.

К сожалению, пакт, которым поклялась Найт, гарантировал, что все сказанное ею было правдой. Не было другой возможности, при которой Твайлайт Спаркл осталась бы жива.

Часть ее души ненавидела обманывать сестру, но это было необходимо. Другого выбора не было. В данный момент Эквестрия нуждалась в своей Принцессе Солнца, и она должна была быть на высоте. Неужели именно это, простая необходимость, двигала ее сестрой?

Другая часть, гораздо более близкая к истине, обнажила клыки и выплеснула все обиды, которые у нее были. Это был всего лишь полет фантазии. Это был не фрагмент. Это был всего лишь личный сон, возможность выплеснуть все наружу там, где никто никогда не услышит.

Копыта послушно несли ее к спальным покоям, мимо одинокого часового. Мысленно ее внимание было сосредоточено на просторах бастиона и прекрасных изображениях сверкающих огней над ним. Свет, который яростно метался, звал ее, стремился заманить к себе. Слабые нотки ее собственного смеха и мерзкие слова, брошенные как оружие в сторону ее сестры. Насмешки, более подходящие для арены, а не те слова, которые должна произносить настоящая принцесса.

Она отступила назад и сосредоточилась на всем небе своего Бастиона. Было еще достаточно рано, чтобы у ее собственной сферы сновидений было достаточно компании, пока она парила в пустоте над головой. Сфера погасла. К счастью, на этот раз это означало лишь возвращение сновидца в мир бодрствования.

С тоской она слегка коснулась одной из них. В одно мгновение маленький паровозик жеребенка, сделавшись огромным, облетел все дома их друзей. Это определенно не было их обычным средством передвижения к месту учебы. Ни одному поезду не позволили бы проехать коротким путем через тронный зал.

В ее груди поднялась тупая боль. Ей захотелось присоединиться к бесстрашной команде, пока поезд медленно превращался в воздушный корабль. О, было бы забавно на время стать Страшным Пиратом Луной.

Присутствие сразу же стало заметным. Сам бастион казался более тяжелым, но не настолько, как от вторжения захватчиков.

Луна оглянулась через плечо, и на ее губах появилась улыбка. Тантабус сидела на корточках, держа во рту свой драгоценный голубой шарик. Она смотрела на все звезды, как нетерпеливый щенок с виляющим хвостом.

Прошло совсем немного времени, и живая частичка ночного воплощения засуетилась вокруг в упорной погоне за заколдованным шаром.

"Не так я планировала отдохнуть…" — вслух подумала Луна, когда ее аура сняла с головы треуголку.

Ноющие сомнения грызли ее, как зубная боль или зуд от неправильно направленного пера. Ощущение не желало игнорироваться.

Она подняла голову и позволила себе окинуть взглядом весь простор своего бастиона. Вся ее бесконечная цитадель была пуста, лишенная всего, кроме портретов, которые были призраками ее прошлого.

Ее сестра оставила здесь свой след в двух местах. Первое — то, которое она видела каждый раз, когда получала или теряла Ночного Стража, второго она избегала.

Впервые за долгое время она заставила себя посмотреть. Она прижала свою волю к скользкой мембране. Забытый Фауст "подарок" ее дорогой сестры закрепился в этом самом личном из пространств.

Звуки трепещущих перьев почти защитили ее, и каждый мускул ее тела пытался отвести взгляд.

Она фыркнула. Это был еще один вызов. Еще один враг, которого она сокрушит. Если бы она была настолько слаба, что ее отговорили бы простыми чарами отвращения, она была бы недостойна того, чтобы жить сегодня.

Несмотря на то, что она знала, что физический акт был простым поворотом глаз, ей казалось, что она пробивает себе путь через ледник. Каждый из его фрагментов просил, умолял или угрожал. Они использовали множество методов, чтобы убедить ее повернуть назад. Ни один из них не преуспел.

Он находился в центре поля пепла, которое когда-то было большим внутренним двором. Самым заметным предметом, требующим внимания, был золотой обелиск. Его поверхность была острой и колючей. Тварь сопротивлялась. Мерцающее марево бесплодно пыталось скрыть правду от ее глаз.

Со звоном разбивающегося стекла фильтр восприятия умер.

Несколько долгих секунд мощный разум Луны отказывался воспринимать то, что она видела. Потом она решила, что это, должно быть, плод ее воображения, но как ни старалась, ей не удалось скрыть от себя ужасную правду.

То, что когда-то было гладким и сверкающим золотом, потускнело и почернело, а вокруг, словно мусор, лежали десятки обугленных скелетов аликорнов. Их тела извивались в тщетной попытке спастись от гибели.

Ее ноги дрожали, а потом отказали. "… Она не мешала мне создавать фрагменты…"

Сколькие заплатили за мои эксперименты? На мгновение шок, ярость, горе и многие другие эмоции в ней схлестнулись, прежде чем их сковал ледяной холод.

Она плавно поднялась на копыта, в ее светящихся глазах горела холодная решимость.

"Дорогая сестра. У нас будет расчет".

* * *

## 61.1 Первая команда Блюблада

* * *

Челюсть Блюблада едва не упала на землю. Мягкое прикосновение копыта Платинум заставило ее закрыться. Не надо глазеть, мой принц.

Когда пыль от последней вспышки заклинаний осела, стали видны два облаченных в плащи пони. Трикси в синей мантии, как всегда яркая, поклонилась собравшимся пони. В красном метконосец Литтл Стар гордо стояла, подражая своей "сокурстнице". Они могли бы быть просто артистами на сцене, если бы не разрушения вокруг них и не обгоревший рог кобылки, от которого шел дым, когда он остывал.

Старлайт закатила глаза на это представление и продолжила урок. Она решила обучать двух своих учеников в защищенных стенах Большой арены Понивилля. Учитывая недавнее проявление магической силы, это был мудрый выбор.

После ухода Твайлайт эти три кобылы были, безусловно, самыми опасными в округе. Он огляделся вокруг. Явные следы битвы и огненные шрамы все еще были хорошо видны.

По правде говоря, то, что осталось от города, больше напоминало укрепление, чем тот причудливый, пусть и хаотичный городок, который он посетил в первый раз. Даже сейчас новые частоколы охранялись, а над головой кружила пара, всегда бдительных, погодных пони.

Четыре молодых голоса вернули его внимание на землю. "Хорошо!" "Ты крута". "Уууу, уууу". "Вперед, Стар". И другие жеребячьи крики поддержки вырвались из личной группы поддержки Литтл Стар.

"Я не уверена, должно ли это маленькое представление меня утешать или смущать". Голос Рэрити раздался рядом с ним.

Он оглянулся, желая встретиться с ней глазами, но вместо этого поймал ее испуганный взгляд на младшую сестру. Сестра, облаченная в смертоносное военное снаряжение, которая, похоже, считала, что наблюдение за смертоносными боевыми заклинаниями — просто развлечение.

Скажи что-нибудь ободряющее. Платинум слегка повела глазами, так что его периферийное зрение уловило уши Литтл Стар, направленные прямо в их сторону. Дочь Твайлайт исключительна во многих отношениях, включая слух.

Он сделал секундную паузу, словно обдумывая свой ответ. "Я бы нашел это утешительным, я думаю".

"Правда?" — Недоумение и любопытство смешались в чарующем голосе Рэрити.

"У Литтл Стар доброе и верное сердце. Она яростно защищает тех, о ком заботится", — объяснил Блюблад, заметив краем глаза, как Литтл Стар с гордостью выпрямилась.

"Но она взяла мою младшую сестру в Вечносвободный, чтобы поохотиться на монстров…"

"После того, как убедилась, что они под защитой. Не удивлюсь, если там, рядом с Литтл Стар, она была в большей безопасности, чем здесь во время нападения".

Мягкий, нежный вздох был намеренным способом отступить от своей точки зрения. "Вы правы. Я знаю, что это говорит мой страх, дорогой… Я просто хотела бы, чтобы ничего из этого несчастья не случилось. Чтобы все они могли просто бегать вокруг, вынашивая любой безумный план, который, по их мнению, будет забавным на этой неделе".

"Помимо Кантерлота, они находятся в самом безопасном месте в Эквестрии. Принцесса Литтл Стар и Избранная Луламун просто делают его еще более безопасным".

Рэрити переключила свое внимание на фокусницу. "Знаешь, я никогда бы не подумала, что она может оказаться здесь после нашей первой встречи".

"Несмотря на свою… буйность, она оказалась впечатляющей и преданной кобылой".

"И то, что она стала Избранницей Твайлайт, безусловно говорит в ее пользу. Только посмотри, какая роскошная у нее грива".

"Похоже, ты завидуешь".

"Да, ее гриве", — сказала Рэрити, отбрасывая свою.

"Значит, ты не собираешься следовать по стопам копыт леди Дэш?".

"Нет, я очень люблю Твайлайт, но как друг, несмотря на грубые уроки Старлайт, я не воин и не хочу им быть".

"О? Несмотря на это, ты оказалась удивительно искусной в обращении с клинком".

"Ну, это всего лишь точное шитье в больших масштабах".

"Раз уж мы заговорили о такой работе, я должен позаботиться о подготовке к экспедиции по оказанию помощи".

Рэрити поскребла копытом по земле, и ее глаза опустились, чтобы проследить за ее прогрессом. "Дорогуша," — начала Рэрити, поднимая глаза, чтобы встретиться с ним взглядом. "Могу ли я сопровождать тебя?"

Ее глаза были ясными и светлыми. В них не было ни сомнений, ни желания сделать это, только пылкая решимость, такая же твердая, как драгоценные камни на ее утонченных боках.

"Как всегда, я рад вашей компании, леди Рэрити, но вы уверены? Это не будет приятной прогулкой в карете".

"Это не первый раз, когда мне придется столкнуться с опасностью, и я считаю, что мы должны сделать все возможное, чтобы помочь тем, кто в этом нуждается". В уверенной улыбке Рэрити не было ни колебаний, ни намека на фальшь.

"Тогда, если ты настаиваешь, может, я позабочусь о том, чтобы ты была одета должным образом?"

"Конечно, принц Блюдблад, у меня есть идеальный ансамбль. Я скоро буду готова". С этими словами белая красавица почти сохранила свою грациозную позу, ускакав галопом.

Трудно было сказать, было ли привлекающее внимание покачивание ее хвоста намеренным старанием для него или просто побочным эффектом ее искусной укладки.

Блюблад покачал головой. Несмотря на то, как хорошо она проявила себя на дуэли и сколько раз она спасала мир, я никогда бы не подумал, что она захочет отправиться в это путешествие.

Возможно, ей нужно не столько путешествие, сколько избежать учителя?

В ауре Старлайт была дюжина открытых книг, пока она выводила непонятные арканные знаки на зачарованной доске.

Она несколько напряжена… Шрам, вырезанный в земле ее магией, местами был глубиной более двух длин тела пони. От одной мысли о том, сколько сырой магии, должно быть, ушло на это, его рог болезненно сжался.

Конечно, всегда есть вероятность, что она не хочет "избежать" кого-то из пони.

Возможно ли это? Может быть, она сопровождала его хотя бы отчасти только для того, чтобы сопровождать? Он прогнал эту мысль, или попытался, по крайней мере, прогнать. Он обратился к своему долгу, к пони, которые будут голодать без еды. Еды, которую ему было поручено доставить.

"Куда катится Эквестрия?" — бормотал он про себя, рысью отправляясь собирать своих пони.

Только время и решимость сильных определят это, мой принц.

Когда его взгляд нашел пони, которые трудились над креплением толстых плит брони и тяжелых осадных орудий на экспресс Дружбы, он смог лишь мрачно кивнуть.

* * *

Рядом с гвардейцами Блюблада собравшиеся земные пони выглядели так, словно вышли из исторической драмы. Архаичный стиль доспехов, которые Твайлайт изготовила для ярмарки, говорил о темных временах в истории Эквестрии.

Биг Мак выглядел как ходячий джаггернаут, когда возглавлял команду местных жителей, записавшихся на помощь в доставке еды. Они должны были взять на себя бремя таскания повозок, чтобы обученные охранники Блюблада могли сосредоточиться на обеспечении безопасности каравана.

Блюблад встал перед собравшимися пони, перед своими пони, теми, кто решил следовать за ним, довериться ему и вести их. Он чувствовал тесноту в своем нутре, хотя в его сердце покоились гордость и удовлетворение.

"Пони, мы собрались здесь сегодня, чтобы еще раз доказать, что великой Эквестрию делают не ее памятники или чудеса, не ее города или промышленность". Взмахнув копытом, он указал жестом на все еще видимые разрушения вокруг города. "Прошло всего несколько дней после нападения на ваши дома, а вы стоите здесь, готовые отправиться на помощь другим".

Он сделал паузу и встретился взглядом с каждым из собравшихся пони. Он позволил своему выражению лица показать им гордость и уважение, которые он испытывал к ним.

Он встал во весь рост и повысил голос, наполняя каждое слово страстью и целью. "Я говорю вам: то, что делает Эквестрию великой, — это ее пони и то, как они собираются вместе в трудные времена, чтобы помочь друг другу. Вы и ваши действия — вот что делает Эквестрию той нацией, которой она является. Через тысячу лет, когда историки оглянутся на сегодняшний день, у них не будет иного выбора, кроме как признать, что вы — герои, какими я вас знаю". Блюблад склонил голову. "Спасибо".

Одобрительный кивок Рэрити и тихие аплодисменты Платинум значили гораздо больше, чем гораздо более громкий стук копыт солдат и понивилльцев.

"У нас есть голодные пони, которые ждут этой еды". И вот так все пони приступили к своим обязанностям.

Благодаря музыкальному сопровождению Пинки Пай, не нужно было отдавать ни одного приказа, каждый из них эффективно вписывался на свое место. Это сводило с ума, это было безумием, но каким-то образом это просто работало.

Она странная. Голос внутри его головы заметил это забавным тоном. Блюблад не мог удержаться от того, чтобы не постучать копытом в ритм песни. К счастью, она не настолько увлекла его, чтобы он присоединился к пению.

Рэрити пустилась в галоп, напевая несносно заразительную мелодию. Ее инкрустированная драгоценными камнями кольчуга сверкала при каждом движении, а ее аура укладывала огромную рапиру в ножны. "Знаешь, дорогой, если бы год назад кто-нибудь из пони сказал мне, что ты произнесешь такую речь, я бы объявила его лжецом или дураком".

Его губы скривились от отвращения при одной мысли о том, как он когда-то себя вел. Я больше не просто инструмент Селестии для дискредитации знати. Он сгладил свое недовольство по этому поводу и твердо кивнул. "К моему стыду, год назад ты была бы права".

Она хмыкнула и кивнула. "Я думаю, мы все можем согласиться, что прошлое может остаться в прошлом. Самое главное — это то, что мы делаем сейчас".

"Ты присоединишься ко мне в ведущей повозке?"

"Ну, на вершине повозки, похоже, вы разместили единорогов…" Рэрити замешкалась и уставилась на Пинки Пай. Каким-то образом, когда никто не смотрел, она прикрепила пушку к дополнительной повозке. "Что ж, похоже, у нас появилась компания".

К трем из четырех первоначальных укрепленных повозок была прицеплена пара мощных земных пони, а последняя осталась только для Биг Мака. С его непринужденным пренебрежением к массе, казалось, он мог бы буксировать все четыре, даже не напрягаясь.

"Тебе лучше вернуться целым и невредимым, слышишь?" Эпплджек ударила копытом по шлему Биг Мака, чтобы подчеркнуть свою точку зрения. Раздавшийся в результате звон только подчеркнул невероятную силу металла и копыта фермерши.

"Ага-а-сь". Очевидно, жеребец не пострадал, как будто удар по его голове был всего лишь легким касанием.

"Я серьезно".

"Я знаю" — сказал крупный жеребец и притянул сестру в сокрушительное объятие одной ногой.

Сверху и снизу от группы собравшихся пони раздавались другие прощания и пожелания добра. Это простое зрелище всколыхнуло что-то внутри Блюблада, что-то, что он не мог определить.

Голос Платинум донесся до него, словно она стояла рядом с ним. Это называется чувством общности, мой принц.

Действительно ли все так просто? Он задумался. Бесконечные попытки завоевать расположение Селестии или пронести что-то мимо нее, бесконечные острые политические маневры, которые дворяне называли общением. Бесконечные уроки, на которых вдалбливали долг перед семьей и важность поддержания святости дворянских привилегий. То, что было здесь, в этом не совсем обычном городке, было намного проще и, тем не менее, почти невообразимо значило намного больше.

Вы можете смело сузить глаза.

Почему? Он поднял голову, чтобы почувствовать, как всплеск силы непринужденно атакует его чувства.

Он почти успел закрыть глаза. Со вспышкой пурпурного света рядом с Рэрити появилась Литтл Стар. Мгновение спустя, когда его глаза прояснились от второй вспышки, он увидел явное отсутствие белой кобылы.

"Рэрити?" — Он огляделся вокруг, но никаких признаков того, куда они могли направиться, не было.

Он только сделал первый шаг к замку Твайлайт, когда третья вспышка магии ударила по его несчастным глазам. По воздуху пролетел один лист бумаги. Он выхватил его из воздуха копытом.

> Дорогой принц Блюблад,

> По просьбе Рэрити я пишу это послание, чтобы объяснить причины чрезвычайной ситуации, требующей немедленной телепортации подруги мамы Твайлайт / старшей сестры Свити Белль.

> Извините за вторжение. Рэрити обладает недостаточным уровнем для начальной экипировки. Решаем проблему. Верну ее вам менее чем через час.

Он вздохнул из-за возникшей задержки, как раз когда появился еще один лист бумаги.

> ПС: Вы все еще будете в зоне действия телепорта, поэтому она говорит, что, пожалуйста, не дожидайтесь ее.

> ППС: Возвращайтесь в целости и сохранности. Мамочка Твайлайт расстроится, если мы потеряем еще хоть одного пони. Даже тебя.

> ПППС: Рэрити настаивает, что то, что я сшила для нее, ей не подходит, хотя я знаю, что оно подходит. Я трижды проверила все мерки.

> Поэтому я боюсь, что она немного опоздает, так как мне придется перенести чары с того, что я для нее сшила, на то, что она уже носит.

> ППППС:

> Пожалуйста, проследите, чтобы замаскированный розовый аликорн не съел все печенье здоровья. Они предназначены для нуждающихся пони, а не для нее.

> Спасибо.

Она слишком компетентна для того, как мало она на самом деле понимает — прокомментировала Платинум, и Блюблад не смог придумать никакого рационального возражения.

* * *

Большие колеса бронированной повозки быстро ехали по грунтовой дороге. Блюблад внимательно следил за окружающей обстановкой. Охранники из земных пони двигались кольцом вокруг каравана. Половина пегасов кружила наверху, наблюдая за происходящим, а другая половина сидела на крышах повозок. Несколько единорогов, таких как он, бдительно следили за повозками, держа рога наготове в любой момент.

Небольшая его часть наслаждалась жеребячьими фантазиями о том, что он — герой, несущийся творить добро. Большая же его часть просто смирилась с мрачными вестями, которые сделали это необходимым.

Ветер гулял по траве, а стук копыт и скрип нагруженной древесины скрывали более тонкие звуки вокруг. Если бы не тяжелая ситуация, можно было бы счесть поездку расслабляющей. Возможно, это был бы масштабный пикник.

Каким-то образом Пинки умудрялась не отставать, таща за собой модифицированную повозку с непонятными подпрыгиваниями. Что-то в решительном взгляде ее глаз не соответствовало остальному ее счастливому настроению.

"Хвост дергается, хвост дергается" — слова, которые выкрикнула розовая пони, вызвали в караване двоякую реакцию.

Его охранники посмотрели на Пинки Пай, в то время как жители Понивилля тут же подняли головы или попытались укрыться.

"Дорогуша…" — сказала Рэрити, когда ее элегантный рог направил его внимание вверх.

Мимо пролетел кусок камня, больше его головы. На расстоянии чуть более сотни селестиалов неожиданный снаряд врезался в землю с глухим стуком, подняв небольшие брызги грязи.

Очевидно, это был просто неуправляемый камень. Не нужно было быть Твайлайт Спаркл, чтобы понять, откуда он взялся.

Высоко над вершиной хрустального дерева, которое Твайлайт называла своим домом, висело небольшое облако с каким-то шаром на вершине.

По его рогу пробежала пульсация. Он вскинул голову и, следуя за своими чувствами, вернулся к месту падения.

Вокруг того места, куда ударил камень, все падало вверх, в воздух. Земля, трава, маленькие и не очень маленькие камни поднимались вверх с одинаковой скоростью.

"О, я знаю эту игру" — воскликнула Пинки Пай как раз в тот момент, когда глаза Блюблада начали понимать, что представляют собой другие формы в массе предметов.

"Проклятые!"

Глубокий горловой гул прижал его уши к голове. Его сознанию потребовалось больше времени, чем его тренировкам, чтобы понять, что происходит. Оба клинка парили перед ним в его собственной ауре, в то время как пони вокруг него пришли в движение.

Его глаза метались туда и сюда, хаос битвы сопровождался лишь звоном в его оскорбленных ушах.

Сердце колотилось в груди, от сильных глотков воздуха легкие задыхались, а ведь прошло всего несколько секунд. В любом месте, куда бы не устремились его глаза, он знал, что там притаилось чудовище, готовое к нападению.

Позвольте мне, мой принц. Уверенная просьба Платинум стала бальзамом на его запаниковавший разум. Мягко, деликатно, ее аура захватила его.

Она направляла его нежнейшими прикосновениями и вела его, словно более мягкая версия его учителя танцев. С каждым шагом, с каждым движением прикосновение ее магии отступало все дальше, пока лишь легкое прикосновение не побудило его сделать то, что он уже знал рефлекторно.

Его сердце успокоилось, а дыхание пришло в норму, когда чистая паника его первой настоящей битвы превратилась в простое представление.

* * *

## 61.2 Метконосцы осадные инженеры

* * *

Скуталу влетела в окно комнаты на верхнем этаже, которая стала их новым клубом. Все ее товарищи-метконосцы были там, кроме Свити. Вместо нее там была ее старшая сестра. Рэрити и Литтл Стар смотрели друг на друга. Литтл Стар встала на стол, чтобы иметь возможность смотреть Рэрити в глаза.

Она посмотрела между ними, а затем снова взглянула на Эпплблум. "Как долго они этим занимаются?"

Эпплблум закатила глаза и подняла взгляд от чертежей, над которыми работала. "С тех пор, как Стар телепортировалась сюда вместе с ней".

"Я не надену это", — Рэрити почти вскрикнула.

"Нет, наденешь".

"Оно… оно не подходит…"

"Я трижды проверила твой размер, оно идеально подходит" — Литтл Стар потрясала остроконечной шляпой, словно оружием.

Рэрити топнула копытом: "Нет, в таком облачении меня не настигнет смерть".

"Если у тебя нет ничего лучше для защиты, ты можешь погибнуть. Мамочка дала мне задание охранять всех пони здесь. Ты подруга мамочки, так что это вдвойне важнее".

Раздраженное выражение Рэрити смягчилось.

"А еще есть тот факт, что ты сестра Свити Белль, так что это третья причина".

Тогда решимость Рэрити дала трещину. Скуталу очень хорошо умела подмечать этот момент у старших пони. Это означало, что пришло время приберечь все свои аргументы и уловки на другой раз.

Рэрити вздохнула. "Можно ли что-нибудь сделать с тем, как это выглядит?" — спросила она, в ее удрученном тоне забрезжил намек на надежду.

"Тебе не нравится цвет?"

"Этот конкретный образ может подойти тебе и Трикси… но я не хочу, чтобы казалось, что я подражаю".

Литтл Стар замерла, а затем наклонила голову, почти как птица. "Ты хочешь, чтобы это было похоже на то, что ты носишь сейчас?"

"Я потратила несколько часов, чтобы подобрать этот ансамбль".

"Ты обещаешь, что если он будет выглядеть так же, ты будешь его носить?"

"Если оно будет так же сидеть, то буду".

Последовала вспышка света, и Рэрити предстала перед нами в одном лишь белой шерстке. Ее доспехи, оружие и даже резинки для волос исчезли под воздействием магии Стар.

"Считается невежливым раздевать леди без спроса".

"Она уже ушла", — сказала Эпплблум, даже не подняв глаз.

Рэрити надулась. "Кто-то должен научить эту юную леди хорошим манерам".

Что-то в этих словах заставило Скуталу скрежетать зубами. Одним взмахом своих крыльев, подаренных Твайлайт, она оказалась на уровне глаз раздражающей кобылы. "Она делает все возможное, чтобы сохранить тебе жизнь, а ты жалуешься?!"

Болезненный рывок вернул ее на землю. "Эй, Скутс", — невнятно произнесла Эпплблум, зажав рот хвостом.

Скуталу оскалилась в ответ на свою подругу.

Рэрити снова вздохнула. "Я благодарна за мысли и усилия, но было бы неплохо, если бы меня попросили, а не просто телепортировали и раздели догола".

"Ну, ты же собиралась броситься навстречу опасности", — сказала Свити Белль, гордо вступая в игру в своем снаряжении для приключений и ярком красном плаще крестоносца.

При виде этого плаща в груди Скуталу всколыхнулось чувство гордости. Все они в нем давали такое чувство единства, какого никогда не могло дать их разнообразное снаряжение.

"Просто вношу свою лепту, чтобы помочь этим бедным перемещенным пони", — сказала Рэрити.

"Сестренка, тогда давай сделаем все, что в наших силах, чтобы помочь".

* * *

Скуталу зависла, держа подзорную трубу в копыте. Она сузила глаза и сосредоточилась. Далекий мир просто подскочил ближе.

Неужели Рейнбоу Дэш все время так видит? — подумала она, когда изумление и благодарность за подарок Твайлайт вновь зашевелились в ее сердце.

Рэрити сидела рядом с Блюбладом в передней повозке. Она никогда не ожидала, что ее сестра Свити Белль будет выглядеть так круто. Все они там выглядели потрясающе в своих доспехах и с оружием. Им никогда не стать такими же крутыми, как Метконосцы и Рейнбоу Дэш, но никто и не мог. По крайней мере, они все еще были впечатляющими. Они выглядели так, будто в любой день недели могли нанести пинок в зад монстру.

Вдалеке мелькнула вспышка тьмы. Скрученные твари медленно выползли из-под земли и заняли позицию за небольшим возвышением. Возможно, за время своего крестового похода Метконосцы и не устраивали много засад, но они достаточно крались, чтобы Скуталу могла сказать, что монстры замышляют недоброе, и не самое забавное.

"Стар, ты была права", — отозвалась Скуталу, взмахнув крылом.

Позади нее, на вершине облака, ждали остальные девочки и новый жеребенок. Там же ждала их самая последняя конструкция, заряженная и готовая.

"Дистанция?" — воскликнула Эпплблум.

Дистанция? Она понятия не имела, далеко ли? Ей никогда не приходилось следить за таким расстоянием. "Эээ примерно…"

"Просто укажи на это", — сказала Стар, и Скуталу так и сделала.

Литтл Стар нацарапала несколько цифр. Прежде чем она взялась за дело. "Вверх на шесть целых четыре десятых градуса и вправо на десять целых семь десятых". Затем она посмотрела на Свитти. "Можешь подержать заклинание перышка минутку?"

Эпплблум немедленно отрегулировала колеса и рычаги, перенацеливая оружие.

Свити скорчила рожицу, а затем кивнула. "Ага, Метконосцы спасатели старшей сестры".

Рога двух единорогов засверкали, и они кивнули друг другу.

"Огонь", — прокричала Скуталу, Эпплблум рывком освободила ограничитель.

Все напряжение в плечах большого напоминающего арбалет предмета разом ослабло с громким "Твак".

Каменный шар размером больше её головы устремился вдаль, разбрасывая пурпурные и зелёные искры. "Потрясающе!" — сказала Скуталу, следя глазами за его неестественной дугой. Точнее, в данном случае дуги не было, он просто продолжал двигаться по идеально прямой линии.

"Еще десять секунд, Свити", — раздался голос жеребенка Метеора Крэша, как очередное напоминание о пополнении в группе.

"Девять, восемь, семь", — отсчитывала Литтл Стар, когда Свити Белль начала дрожать от усилий.

"Спасти свою сестру. Ты сможешь это сделать, я знаю", — сказал Крэш.

"Шесть, пять, четыре, три, два, один, сейчас", — закончила Литтл Стар. Ее собственный рог вспыхнул ярче, а рог Свити погас, когда она наполовину привалилась к боку Крэша.

"Эй, брось нам этот телескоп, если не собираешься им пользоваться", — сказала Эпплблум.

Скуталу сосредоточила все свое внимание впереди. Теперь камень начал падать естественным образом, его путь загибался вниз по мере того, как он набирал скорость. Взмах копыта — и металлическая труба закружилась в воздухе.

Она затаила дыхание, ожидая момента истины, но ничего не произошло. Ну, не совсем ничего, несколько маленьких кусочков земли и травы взлетели в воздух. "Вот оно…" — вспышка тьмы, вырвавшаяся наружу, оборвала все, что она собиралась сказать.

Все, что находилось рядом с камнем, взлетело в воздух, нет, не взлетело, оно падало вверх. Вспышка света и облако дыма вырвалось из дула вечериночной пушки Пинки. Глаза Скуталу, словно в замедленной съемке, выхватывали и отслеживали осколки металла и зазубренные камни, которые мчались навстречу проклятым, пойманным падающей вверх магией Стар.

Она знала, что это чудовища, и знала, что их нужно победить, но в животе у нее заурчало, и только благодаря тому, что она была спокойна, ее завтрак не сделал попытки убежать. Она отвернулась.

Одно дело в момент сражения с гидрой в Вечносвободном, когда сердце колотилось в груди, и каждый вдох имел реальный шанс стать последним. Адреналин запел в ее жилах, словно свет, и она превратилась в бурю.

Сейчас, в такой ситуации, было здорово, что они могли помочь пони. Было здорово, что они спасали Рэрити и других, но ничто не могло сделать приятным наблюдение за тем, как острые предметы разрывают живых существ.

"Эй, — раздался рядом с ней голос Крэша, и она испугалась.

Скуталу поднялась в воздух на десять длин тела, прежде чем сообразила, что делает. "Я хотела это сделать" — сказала она, принимая героическую позу.

"Конечно, конечно…" — он подлетел ближе, его голос стал мягче. "С тобой все будет в порядке?"

"А почему бы и нет?"

"Я знаю, какими хорошими могут быть глаза пегаса".

"И что?"

"Если тебе нужно поговорить… Если мы не сможем тебе помочь, то принцесса Луна сможет".

Что-то было в драконьих глазах жеребенка, острая грань очень личной боли. Что-то прошло между ними. Она почувствовала это, хотя и не знала, что это было и что это значило.

"Нет, я в порядке… но спасибо" — Скуталу улыбнулась и протянула копыто.

Его обеспокоенный взгляд сменился ухмылкой, когда их копыта сомкнулись. "Ну что, будем продолжать быть героями?"

"Ты знаешь это".

* * *

## 62.1 Хваленая компания

* * *

Флейм Дансер терпеливо ждала рядом с капитаном Кэндис, рыцарем Дэш и сенешалем Эмеральд. Будучи всего лишь верной и преданной Селестии, а не Твайлайт, часть ее чувствовала себя очень маленькой в такой хваленой компании.

Когда она отправилась в путь с караваном Ноубл Гида, она и представить себе не могла, что будет стоять здесь и сейчас.

Твайлайт выглядела безмятежно, глядя на мир, освещенный последним часом солнечного света. Ее аура тщательно очищала и укладывала на хранение принадлежности для живописи. На холсте рядом с ней был изображен завораживающий пейзаж, наполовину искаженный порчей, наполовину нетронутый и девственный. Разобравшись со всеми инструментами своего ремесла, она обратила свое внимание на сам холст. Она наклонила его, и свет заиграл на красках, и на мгновение в пестрых тенях пигмента появились кричащие морды грифонов.

В пурпурной вспышке все следы картины и ее создания исчезли. Когда Принцесса Твайлайт повернулась к ним лицом, спокойствие и расслабленность покинули ее соратников. Она стояла высокая и царственная, ее крылья были слегка распахнуты, а рог высоко поднят. "Мой капитан, вы командуете наемниками. Защищайте наших союзников".

Кэндис кивнула и отправилась собирать силы. Образ военного профессионализма.

"Мой рыцарь, я поручаю тебе поддержать ее усилия, я ожидаю, что небо будет твоим неоспоримым владением".

Рейнбоу отсалютовала, ее глаза пылали твердой целеустремленностью, даже когда на ее морде застыла самоуверенная ухмылка, которую она носила для плакатов Вондерболтов.

"Призванная Солнцем Флейм Дансер, тебе не дано командовать, но ты знаешь свой долг. Мы доверяем тебе исполнить его".

Флейм Дансер почтительно поклонилась. Она похвалила Селестию за уроки этикета, и это было единственное, что мешало ей радоваться, как маленькой кобылке. Может, Твайлайт и не была лучезарной принцессой Селестией, но она была ее ученицей, возведенной в божество по ее воле.

Глаза Твайлайт на мгновение встретились с глазами Эмеральд. Высокая темная кобыла просто кивнула и направилась вниз по палубе.

"А сейчас у меня назначена встреча". Пурпурное пламя полыхнуло по гриве принцессы Твайлайт. Ее царственные черты перешли в слишком довольную ухмылку, когда она двинулась к перилам дирижабля и бедным развращенным душам внизу.

Дрожь прошла по позвоночнику Дансер от острия рога до кончика хвоста при одной только мысли о том, что она может стать даже объектом недовольства аликорна, не говоря уже о том, чтобы стать объектом злобного блеска в глазах Твайлайт.

Когда аликорн без труда взобралась на перила, она широко расправила крылья. Она застыла там на долгий миг, а затем позволила себе податься вперед и упасть. Мир вокруг нее исказился, если бы она была не чем иным, как виденьем в пустыне, а потом ее просто не стало.

Аликорны — наши божественные защитники. Горе тому, кто заслужит их справедливый гнев. Флейм Дансер опустила голову и прошептала краткую молитву Селестии, чтобы та приняла их души в свои теплые объятия.

"Ах, почему все веселье достается ей?" — сказала нахальная и храбрая рыцарь Рейнбоу Дэш, возвращаясь в свое бесконечное парение.

Флейм Дансер еще несколько секунд чествовала тех, чьи страдания вот-вот закончатся, а затем подняла глаза на призматическую гриву кобылы. "Она — ваша принцесса, божество, за которым вы решили следовать. Неужели ее воля — недостаточная причина?"

Юмор и презрение перетекли в нечто более мягкое и честное в пурпурных глазах Рейнбоу. "Ты действительно это имеешь в виду, не так ли?"

"Да. Ты призвана Принцессой Твайлайт, и поэтому ты ее во всем, во всех отношениях".

Рейнбоу вскочила на ноги, и ее глаза пробежались по каждому из лавандовых перьев, обозначавших ее как принадлежащей Твайлайт, а копыто подсознательно легло на благословенный клинок, прикрепленный к ее передней ноге.

"Те из нас, кто призван служить Богиням".

"Твайлайт не…"

"Она исцеляет неизлечимых". Дансер пристально посмотрела на правое крыло Рейнбоу. "Она обладает силой изменять мир по своей воле, и она может поднять своих избранников на высоту, превышающую возможности смертных". Теплая и довольная улыбка соответствовала радости в сердце Дансер. "Ты благословенна, что стала ее Избранной, и вдвойне счастлива быть одной из первых".

За напряженным взглядом Рейнбоу промелькнули сложные мысли.

"Для меня большая честь находиться в присутствии того, кто достоин быть Святым Рыцарем Твайлайт".

Гордость и что-то более глубокое зашевелилось во взгляде Рейнбоу.

Дансер мягко улыбнулась и положила копыто на холку. "Радуйся тому, что ты обрела, и всегда стремись быть достойной ее".

Рот Рейнбоу открылся, но из него не вырвалось ни звука. Мгновение спустя она кивнула, в ее острых глазах кристаллизовалась рубиновая решимость.

Дирижабль скрипел и стонал, меняя курс. Флейм Дансер еще раз оглядела участок погубленного леса, некогда девственную дикую местность, превращенную в грандиозную насмешку над башней. Несмотря на весь ужас происходящего, нельзя было отрицать гениальности того, кто это сделал. Ее взгляд переместился на горизонт в направлении движения. Грифоны впереди были не теми пони, которых она думала спасти, но они все равно заслуживали спасения.

Она закрыла глаза и положила копыто на ожерелье с Божественной Меткой Селестии. Пожалуйста, дай мне силы исполнить твою волю.

* * *

## 62.2 Сердце огня

* * *

Нова оттолкнула зазубренный осколок зеркала. Это движение не вызвало энтузиазма, но, по крайней мере, мешало видеть собственное отражение. Она подвинулась в тщетной попытке устроиться поудобнее. Пыльная земля под ней была плохой заменой той чудесной мягкости, которую Пэчворк делила с ней раньше. Как бы она ни жаждала всех этих удовольствий, всех прекрасных ощущений, она знала, что никогда больше не заслужит их.

Мерцающий свет огня, от которого она никогда не могла спрятаться, просачивающийся сквозь закрытые веки, был еще одним напоминанием об истине. Она была чудовищем.

Она зажмурила глаза, но даже это не заставило огонь утихнуть. Он все еще касался ее, все еще чувствовался таким правильным, даже когда он шептал ей обо всех, кого сжег, пытаясь разжечь ее гнев на всех тех, кого она хотела сжечь. Это было так приятно, это пламя, которое зародилось внутри нее и вырвалось наружу.

Плохая пони, которая хотела причинить боль малышке, плохая пони, которую следовало сжечь. Гнев и страх бурлили и пылали в ее спазматически сжатой груди. Солнечная кобыла остановила ее, Солнечная кобыла была самой плохой пони, даже хуже, чем Нова.

Неистовый восторг от яркого огня боролся с ледяными когтями отвращения и ненависти к себе. Ее копыто врезалось ей в голову. Ее чувства на мгновение закружились, но жестокий удар ничего не сделал, чтобы унять то, что было внутри.

Она посмотрела на место воспоминаний. А было ли место для забывания? Есть ли место, куда она могла бы удариться головой, чтобы забыть о том, что творится в ее сознании?

Она попробовала несколько мест, но это только причиняло боль и оставляло кровавые следы на лице. Она закрыла глаза, но это не помогло. Она видела, как пламя, ее пламя, жадно пожирает Дар. Прекрасная пони, отдавшаяся ей, почти полностью превратилась в пепел.

Это не имело смысла. Напасть на плохую пони. Потом на пути встала еще более плохая пони, Солнечная кобыла, потом Дар. А потом от Дара остались только горелое мясо и пепел. Она зарычала, то ли на цепь событий, не имевших смысла, то ли просто на мысль о Солнечной кобыле или о себе, она не знала.

"Плохая Нова". Она ударилась головой о землю. Это тоже не помогло ей забыться, даже после нескольких десятков проб.

* * *

Ощущения извне задевали ее. Они звали ее. Какая-то ее часть хотела мурлыкать, наслаждаться ими, впитывать каждое мгновение опыта, который она могла бы получить. Вместо этого она неистово поднялась на копыта и помчалась галопом. Ненавистное пламя освещало ей путь, пока она бежала в темноту, подальше от разбитого зеркала и места, которое она запомнила.

* * *

Чувство вины грызло ее. Она снова стояла у двери. Она не должна быть здесь, она должна быть далеко-далеко, но Милый Монстр снова пел. Слезы текли ручьем, когда она свернулась калачиком и обняла себя. Мягкие звуки и успокаивающий голос заставили все забыть. Она закрыла глаза и позволила себе уснуть.

* * *

Снова послышался разговор. Уши Новы дернулись, и она не сразу узнала один из голосов. Кобыла Эппл была здесь? Она подняла голову: неужели кобыла Эппл переместилась сюда, как Не Дар?

Голос Пэчворк представил ее. Несмотря на то, что Нова была монстром, она все еще хотела быть хорошей кобылкой. Она отстучала код, чтобы поздороваться в ответ. Она не хотела быть не только монстром, но и плохой кобылкой.

К ним присоединились другие голоса. Плохой монстр, Хороший монстр, Не Дар.

Нова зарычала. Они говорили о злой Солнечной кобыле. О том, чтобы простить ее. Нова отступила от двери, чтобы ее развевающаяся грива не доставала до нее.

Разговор перешел на еду. Каким бы ни был сэндвич с ЗипЯблоками и Бузиной, она хотела его съесть. Грызть осколок зеркала — плохая замена вкусному бутерброду.

* * *

Слова пробивались сквозь дымку удовольствия и ноющей потребности.

"Нова, останься, пожалуйста".

"Я прощаю тебя".

"Я люблю тебя".

Нова мурлыкала в глубоком удовлетворении, когда ее глаза лениво открылись от чудесного сна. Сон о том, что с Даром все в порядке, о тепле и любви. Обо всех тех чувствах, которые накапливались внутри и заставляли ее чувствовать себя так хорошо.

Она уставилась на пустое пространство между своими передними ногами, пространство, которое она хотела, которое должно было быть заполнено пони, чтобы обнимать его. Она оглядела кости и зеркальные осколки, разбросанные по ее выжженной огнем тюрьме.

Она свернулась калачиком и отчаянно пыталась найти путь обратно в тот сон. Что угодно, лишь бы больше не быть здесь… одной. Она хотела получить свой Дар. Она хотела, чтобы ее обнял Шайни и сказал, что все будет хорошо.

Словно отвечая ей, сладкие ноты песни Доброго Монстра унесли все прочь, и холодный укус одиночества скрылся под пушистым одеялом небытия. Нова отчаянно прижалась к нему, как будто от этого зависела ее жизнь.

* * *

Нова проснулась. Ничто не ощущалось по-другому, но все как-то изменилось, и это не имело смысла. Запах пепла и огня все еще доминировал в ее носу. Она оглядела свое тело — это был все тот же застарелый шрам, к которому она уже успела привыкнуть. Она перевела взгляд на свои звуки. Те же поврежденные пламенем стены и пол, как всегда. Груда костей лежала там, где она ее оставила, осколки взорвавшегося зеркала все еще усеивали пол, большинство из них лежали там, где упали.

Тап, тап, Тап тап. Звуки доносились сверху. Нова подняла голову, прежде чем поняла, что продолжающееся сообщение просит ее посмотреть вверх. Там, прикрепленное к потолку тонкой серой нитью, висело что-то деревянное.

Нова поджала под себя задние ноги и прыгнула вверх, схватив новую вещь своей зубастой пастью. Ее копыта тяжело стукнули по земле, когда она приземлилась. Нога, которую она укусила, чтобы проверить, не заставит ли это ее забыть, болела, но это не имело значения. "Что-то новенькое", — пробормотала она занятым ртом.

Она опустила шею и уронила вещь на пол. Прошло несколько минут, прежде чем она поняла, что это такое. Маленькое зеркальце для копыт было не таким хорошим, как то, что подарила ей Пэчворк. Оно было холоднее и сделано из серого дерева пепельного цвета. Вглядываясь в деревянный предмет, Нова не могла понять, почему он называется зеркалом. В нем не было видно ни ее собственного лица, ни других лиц.

"Нова, ты меня слышишь, верно?" — спросил сверху красивый голос Доброго Монстра.

"Да", — ответила Нова, продолжая поворачивать Не Зеркало то в одну, то в другую сторону. На нем действительно были всевозможные отметины, но они были слишком упорядоченными, слишком узорчатыми, чтобы быть следами укусов, так что ни один пони не пытался его съесть. Выглядело оно не слишком аппетитно, может, она сможет его съесть?

"Теперь все, что тебе нужно сделать, это поместить самый большой фрагмент разбитого зеркала, который ты сможешь найти, в центр".

О… здесь не хватает осколка? Эта мысль показалась ей странной, но она знала, что была права. Она в нетерпении подбежала к куче осколков. Один за другим она поднимала их из кучи и клала на землю, переставляя их так, чтобы маленькие были с одной стороны, а большие — с другой.

Это заняло некоторое время, и к тому времени, как она закончила, на полу было уже больше, чем немного крови, но ей было все равно, она что-то делала, и никто не пострадал.

Решив головоломку, она подняла самый большой осколок. Он был чуть больше ее головы. Белая кобыла со шрамом, отраженная в нем, все еще шокировала ее: когда она успела стать такой большой, такой старой. Она сомневалась, что поместилась бы под кроватью, если бы ей действительно нужно было спрятаться.

Она держала раму зеркала рядом с отражающим осколком. Она прижала их друг к другу и сравнила. Осколок был слишком большим, он был больше, чем оправа. Что ж, она не собиралась быть побежденной каким-то осколком зеркала.

Как только осколок коснулся дерева, он расплавился, жидкое зеркало вытекло из копыта Новы и пошло рябью, как озеро, в которое прыгнул Шайни. Только всплеска не было. Рябь утихла, и лицо Новы исчезло из отражения. Нова подняла копыто, чтобы проверить, на месте ли ее голова. Убедившись в этом, она посмотрела в зеркало. Из него выглядывало улыбающееся лицо Доброго Монстра, мир дерева и книг вокруг нее заставил Нову вздрогнуть: все здесь сгорело бы от малейшего движения ее огненного хвоста. Она отползла немного назад, так далеко, что ее грива даже не могла коснуться поверхности. Сжигание книг — это плохо.

"Вот ты где, Нова". Счастье в голосе Доброго Монстра не имело смысла, но оно заставило Нову почувствовать себя немного счастливой.

Глаза доброго монстра метнулись вверх, и Нова оглянулась. Там никого не было.

"Грей, как всегда, твоя работа безупречна".

"Грей?" Где она раньше слышала это имя? Нова посмотрела на памятное место. Может быть, ответ будет там?

Взгляд в зеркале тошнотворно закружился, а потом туда заглянуло другое лицо. Она была похожа на Пэчворк, только вся серая и с более длинным рогом. Новая кобыла кивнула.

"Грей".

Кобыла протянула бумажку. Прошло несколько секунд, прежде чем Нова поняла, что загогулины и пометки на нем что-то означают. "Пишешь?" — прошептала она, чувствуя, как внутри нее всколыхнулась радость от открытия.

> Два раза ты произнесла мое имя, сестра.

Сестра? Нова моргнула, у нее была сестра? "Сестра!" Нова набросилась на зеркало и поймала его между передними лапами. Она прижалась мордочкой к поверхности и посмотрела на сестру.

Невидимый Милый Монстр издал легкий смешок. Немного злости всколыхнулось в Нове, но в основном она чувствовала себя счастливой: у нее была сестра, и смех Доброго Монстра звучал, в конце концов, радостно.

"Так вот над чем ты работала?" Новый голос, ее собственный голос? Нет, что-то в нем было другим.

Нова немного откинула голову назад и подвигала ею из стороны в сторону, чтобы получше осмотреть деревянную комнату: "Пэчворк?"

"Да, Нова".

Раздался звонкий звук, который заставил Нову почувствовать что-то в своем роге, и многие вещи в поле зрения изменились. Вещи вращались и двигались, вещи светились и менялись. Тошнота зашевелилась в ее нутре, и Нова отвернулась.

"Вот так, гораздо лучше", — сказал Милый Монстр.

Нова открыла один глаз, чтобы быть осторожной, но ничего больше не вызывало тошноты, поэтому она открыла второй.

Взору предстал стол с лежащими за ним пони. Пэчворк, Милый Монстр и Дар с рогом. Нова уставилась на нового пони, рог выглядел лучше, чем пустое место у Дара, но перья могли делать такие чудесные вещи.

"Привет, Нова. Прости, что я была так занята, что не могла зайти и поговорить с тобой", — сказала Не Дар.

Нова открыла рот, чтобы что-то сказать, но сделала паузу. Она смотрела туда-сюда между всеми лицами, пока не убедилась, что одного не хватает. "Сестра?"

Глаза Доброго Монстра выглядели грустными, когда она говорила. "Грей в ловушке, как и ты, только в другой клетке".

"Солнечная кобыла", — прорычала Нова, ее пламя ярко вспыхнуло. Это означало, что появилась еще одна причина, по которой Солнечная кобыла была худшей пони.

"Да", — ответила Пэчворк, ее глаза были несчастны, но не настолько, насколько должны быть.

"Дар?"

В рамку вошла Не Дар. "Она выполняет свои обязанности снаружи. Но она рада, что тебе лучше. Ей очень понравилось время, проведенное с тобой".

Пламя Новы потускнело почти до углей. Голос Новы был настолько тихим, что она почти не слышала себя. "С ней все в порядке?"

"Да, разве ты не помнишь время, проведенное с ней?" — спросила Не Дар.

Когда часть сокрушительного чувства вины ушла, в груди Новы раздалось тихое урчание. Ее мысли устремились к тому времени в темном месте. То время, когда Дар наконец-то отдала себя во всех лучших проявлениях.

Движение вернуло ее внимание обратно. Милый Монстр раздавал чашки с дымящейся жидкостью и бутерброды. Нова проследила за ними взглядом. Голод запустил свои острые когти в ее нутро, она была так голодна. Она оглядела неиспользованные зеркальные осколки, хорошо обгрызенные кости, даже задумалась о собственной передней лапе, пока до ее носа не донесся чудесный теплый запах.

На полу, прямо перед маленьким зеркалом, стояла чашка с дымящейся жидкостью и маленькая тарелка с бутербродом. Она в недоумении уставилась на них, пока ее нос тянул мордочку ближе к ним. У ее тела не было другого выбора, кроме как последовать за ними.

"Мне жаль, что мы пока не можем освободить тебя… мы все еще пытаемся понять, как это сделать", — сказала Пэчворк.

Сердце Новы металось между давно привычным отчаянием и надеждой. Она посмотрела на пустую тарелку и чашку с чаем. Вторая и третья новые вещи, которые она приобрела сегодня.

"Еще чаю?" — спросил Милый Монстр.

Нова кивнула так сильно, что у нее чуть не заболела шея.

"Теперь поставь свою чашку перед зеркалом".

Взмахнув копытом, Нова поставила ее на место.

Зеркало накренилось, и чайник подплыл ближе, открывая взору все большее пространство деревянной комнаты. Должно быть, зеркало смотрит вверх. Чайник появился в поле зрения, и из него полилась жидкость. Пар сладковатого чая поднялся в воздух и попал в чашку. Все, что касалось движения жидкости, было неправильным, но кого это волновало? Она получила что-то приятное для питья.

"Теперь поставь свою тарелку сюда".

Нова с готовностью подчинилась.

На тарелку вывалилась огромная куча бутербродов, кусок торта и пригоршня ягод.

Нова облизнула свои острые зубы и опустила морду к пиршеству.

"Оставь торт напоследок, поверь мне", — сказала Пэтчворк.

Она посмотрела на торт. Она хотела съесть его прямо сейчас, он так вкусно пах, но другие вещи пахли почти так же вкусно, а Пэчворк была хорошей пони. Нова посмотрела вверх, на то, как сидели остальные, как они медленно подносили каждую вещь ко рту и не опускали мордочки в еду.

"Следи за своими манерами", — укорил ее полузабытый голос кобылы, которую она не помнила. Нова внимательно изучила Пэчворк и переместилась, чтобы сесть так же, как она. Осторожно подняв копытом сэндвич, она стала откусывать от него маленькие кусочки, вместо того чтобы просто наброситься на него.

Смарти Пэнтс понравилось бы это чаепитие, — с грустью подумала Нова.

* * *

Нога встала на место. Нова подняла свое творение вверх. Она оглядела свой маленький столик с гордой улыбкой. Она подперла зеркало так, что столик с другой стороны оказался на одном уровне с ее столиком.

С особой тщательностью она поставила на столик тарелку и чашку с чаем. Ее улыбка стала шире, она переминалась с ноги на ногу и издавала счастливые звуки. Она была готова к следующему чаепитию.

Милый Монстр устроился по другую сторону Зеркала. Как и у Пэчворк, у нее были и крылья, и рог. Серебряное сияние поставило на стол пару не чайных чашек. Глаза Новы проследили за ними, и она моргнула. Чашки бывают разной формы? Значит ли это, что в них есть разные вещи?

Свечение протолкнуло одну из чашек через зеркало, и как только она опустилась на стол Новы, клетку наполнил насыщенный и сладкий аромат.

Нова наклонилась и понюхала его. "Шоколад", — промурлыкала она. Из воспоминаний всплыло ощущение холода, прогоняемого теплом напитка.

Шоколад выглядел иначе, чем чай: более густой, темный и с белыми частичками, плавающими на вершине.

"Попробуй", — предложил Милый Монстр. Это казалось очень хорошей идеей.

Нова пригубила темную жидкость, и ее язык заплясал от удовольствия от ее вкуса. Оба копыта удерживали чашку на месте, пока она вылавливала одну из белых штучек. На вкус он был сладким, пушистым и мягким. Это было приятно, поэтому не имело значения, что это было.

"Тебе нравится горячий шоколад?"

Нова подняла голову и кивнула, ее язык потянулся к мордочке, чтобы попробовать вкуснятину, прилипшую к ней.

Милый Монстр улыбнулся. "У меня есть для тебя подарок".

Нова навострила уши: "Подарок?".

Милый Монстр потянулся под ее крыло и вытащил что-то маленькое. Нова посмотрела на маленького пони, маленькое существо из мягкой ткани. Он не был Смарти Пэнтс, но, возможно, они были родственниками. "Не хочешь ли ты чаю?"

"Да, пожалуйста", — ответила она, когда маленький пони рысью подбежал к зеркалу и запрыгнул за него.

У Новы не было слов, чтобы выразить свои чувства, когда она смотрела вниз на маленького пони, стоявшего на столе. Нова едва заметила, как Милый Монстр пододвинул к ней крошечную тарелку с такой же крошечной чашкой.

"Мы будем хорошими друзьями", — сказала маленькая пони.

Нова улыбнулась и притянула мягкость своей новой подруги к себе.

"А теперь, если вы меня извините, мне нужно немного отдохнуть. А вы двое веселитесь", — сказал Милый Монстр, когда ее магия протолкнула через зеркало маленький чайник и кучу печенья.

* * *

Нова лежала спокойно, ее новый друг свернулся между ее передними лапами. Грива мягко светилась. Она посмотрела на свои сокровища, аккуратно выстроенные у стены. Три чашки, каждая разной формы, одна очень маленькая. Две тарелки, книжка с картинками, мячик, который все время пытался убежать, пока не попросишь его вернуться, и стопка блоков со знаками на них, сложенных в форме форта, как раз такого размера, чтобы ее новый друг мог в нем спрятаться.

"Нова?" Голос Пэчворк был неправильным, он был холоднее, чем должен был быть.

"Пэчворк", — сказала Нова, глядя в зеркало. Вид, однако, был подвижным, как будто Пэчворк шла и держала зеркало рядом с собой. Ей пришла в голову мысль. "Не хочешь ли ты чаю?"

Пэчворк перестала двигаться и улыбнулась. "Я бы с удовольствием, но есть дела, которые я должна сделать в первую очередь". Улыбка померкла и превратилась во что-то более твердое, что-то холодное. "Нова, мне нужна твоя помощь".

"Нова — хорошая кобылка, а Пэчворк — милая… Как Нова может помочь?"

"Есть вещи, которые хотят навредить моим друзьям, нашей семье и тем, кто находится под нашей защитой".

Нова задумалась. На самом деле думать было не о чем. Плохие пони должны быть остановлены. Это было просто, это было то, что должно произойти, но почему-то она задрожала. Ее новый крошечный друг прижался к ней. "Все будет хорошо", — сказала Кроха.

"Давай я тебе покажу", — сказала Пэчворк, направляясь к двери.

Снаружи было темное и штормовое место, где Нова сражалась со Злым Монстром. Взгляд перемещался то в одну, то в другую сторону. Плохой монстр ждал впереди, ее взгляд был устремлен вниз, сквозь пол.

"Ты уверена, что это хорошая идея, Твайлайт?"

Пэчворк кивнула. "Это лучший способ".

Зеркало наклонилось вниз, сквозь пол показалась еще одна Пэчворк и другие пони. Некоторые из них были пони, которых она узнала.

"Ты поможешь мне уберечь наших друзей?" — спросила Пэчворк.

Несмотря на замешательство от того, что она видела, в ее ответе не было колебаний. "Да".

"Тогда одолжи мне свой огонь".

Лед пронзил позвоночник Новы. "Но…"

Маленькие копытца Крохи обхватили шею Новы. "Все будет хорошо", — промурлыкала она.

Взгляд изменился, представив суровый взгляд Пэчворк во всей красе. "В пределах досягаемости нет никого, кто мог бы пострадать. Есть только те, кто охотится, убивает и мучает". Выражение ее лица смягчилось. "Нова, пожалуйста, доверься мне. С твоей помощью мы можем спасти сотни, если не тысячи".

Это были очень большие цифры.

"Пожалуйста, помогите ей", — взмолилась Кроха.

Нова посмотрела вниз на своего маленького друга. В этих пуговичных глазах светились преданность и вера. Она кивнула и поднялась на копыта. Очень осторожно она отодвинула все свои сокровища подальше и усадила Кроху рядом с ними.

"Спасибо", — сказала Пэчворк.

В гриве Новы замерцали отблески пламени. На мгновение они заплясали, а затем перетекли через зеркало. Огонь закружился вокруг Пэчворк, а затем слился с ней. Несколько мотыльков превратились в рой, а затем в бесконечный поток.

Зеркало немного сдвинулось с места, а сопровождавшее свечение, державшее его, потемнело. Пэчворк прошла вперед и погрузилась в землю. У второй Пэчворк внизу грива вспыхнула огнем, когда она подошла к перилам и упала вниз.

В сердце Новы поднялась радость, потребность. В ее груди раздалось урчание, и она усмехнулась. Она не знала, почему она улыбается, но что-то должно было быть хорошим. Ее грива и хвост трещали и пылали, когда мир вокруг нее померк, и внешний мир охватил ее чувства.

"Гори", — промурлыкала она, и все вокруг стало огнем.

* * *

## 62.3 Позиция Гильды

* * *

Гильда лежала на крыше. Она никогда бы не призналась в этом, но стены казались ей слишком похожими на клетку, которая может замедлить ее движение, если ей понадобится двигаться. Ее глаза блуждали по ночному пейзажу. Как и в прошлый раз, она ничего не видела, но знала, что это где-то рядом.

Ее взгляд задерживался на каждом глубоком пятне темноты, на каждом укрытии, достаточно большом для того, чтобы за ним мог притаиться Охотник за головами.

Какое-то движение привлекло ее внимание. Там, за камнем, качнулась ветка. Ноги подогнулись, готовые к действию. Кончик хвоста задергался, а глаза сохраняли бестрепетную сосредоточенность. Ее когти медленно потянулись к луку, а сердце учащенно забилось.

Внезапно ночное небо озарилось ярким светом. Гильда зажмурила глаза и посмотрела вдаль. Судя по крикам боли, не все грифоны были достаточно быстры.

Еще до того, как зрение полностью восстановилось, она схватила свой лук и оказалась в воздухе.

Она медленно открыла глаза. Вспышки света, лишившие ее ночного зрения, сменились красно-желтым свечением огня за горизонтом.

Она открыла глаза еще шире, вглядываясь в детали: наклонившиеся деревья и тепловое искажение в воздухе. Что бы ни произошло, это был не природный огонь. Все это пламя и жар должны были появиться в одно мгновение. "Магия", — прошептала она.

"Или драконы", — добавил хрипловатый голос рядом с ней. Гильде хватило одного взгляда, чтобы понять, что говоривший в доспехах — один из немногих оставшихся солдат.

Несколько секунд спустя раздался низкий рокот. До них донеслась смесь между раскатом грома и приглушенным взрывом, прежде чем дымный ветерок взъерошил их перья.

"Это либо бомба, либо заклинание", — добавил другой голос.

"Это была бы одна огромная бомба" — возразил солдат.

"Ну, ты видишь там аликорна?"

"Нет, но я вижу воздушный корабль" — сказал один из охотников.

Воздушный корабль? Гильда обернулась и проследила за клювом говорившего. "Это не один из наших…" — Глаза Гильды сузились.

Впереди было что-то меньшее. В том, как оно летело, было что-то знакомое. Даже освещенная отблесками костра, эта вспышка цвета сказала ей все, что нужно было знать. Не было никаких сомнений в том, кто это должен быть, не с тем конкретным пони в радужных цветах, который его буксировал.

Она пришла в движение еще до того, как приняла решение.

"Гильда, куда это ты собралась?" — сказал солдат.

"Иду поздороваться с пони".

"Пони?" — спросил охотник.

"Да, у них есть Вондерболт, тянущий его. Это не потерянный корабль, и после этого…" — она указала на горящий горизонт. "Думаю, мы только что получили подкрепление". Мощно взмахнув крыльями, она поспешила на встречу с подругой.

По мере приближения Гильды открывались все новые и новые подробности. Палуба дирижабля была заполнена вооруженными пони, но среди них не было ожидаемых королевских гвардейцев. Наемники? — подумала Гильда, когда ее глаза выделили двух пони, которые противоречили этой идее. Во-первых, там была Дэш в модифицированной версии своего летного костюма. Вторым был высокий единорог в причудливой броне с клеймом Селестии повсюду. Ополчение?

"Йоу, Гильда, как дела?" — воскликнула Дэш со знакомым самодовольством.

Гильда переместилась, чтобы занять позицию сбоку от своей подруги. "Что ты здесь делаешь?"

"Пришла, чтобы спасти ваши хвосты", — сказала Рейнбоу, отпуская тросы, соединявшие ее с дирижаблем. Тросы отвалились, а дирижабль пролетел мимо и занял позицию над лагерем. Он развернулся широкой стороной в ту сторону, откуда прилетел. В результате бурной деятельности дюжина арбалетчиков и несколько более крупных орудий были спешно установлены и подготовлены.

Часть Гильды вздрогнула от этого. Грифоны были сильны, они были горды, и слишком большая часть ее души никогда не хотела признать правду. Но другая ее часть почувствовала облегчение, увидев тяжелое оружие. "Рада тебя видеть". Она вытянула сжатую в кулак лапу, и она стукнулась о твердое копыто. На мгновение все стало как в старые добрые времена в летном лагере.

От этого движения клинок, пристегнутый к ноге Рейнбоу, стал заметен. Его острие сверкало так неестественно, как может сверкать только зачарованное оружие. Взгляд Гильды был всем, что требовалось Дэш. Рейнбоу взмахнула ногой, и лезвие встало на место. "Потрясающе, правда?"

По обнаженному лезвию пробежал красный блеск, и его острый край стал очень похож на оскаленные клыки голодного хищника. "Я не думала, что у Вондерболтов есть такие игрушки".

В ухмылке Рейнбоу промелькнула нотка грусти. "Я больше не Вондерболт".

"Что?!"

Любая печаль исчезла под напором яростной решимости. "Я — Первый Рыцарь Твайлайт".

"У Твайлайт… книжного червя… есть рыцари?" Гильда не смогла скрыть недоверие в своем голосе, когда ее глаза обнаружили пылающий горизонт.

"Да… она немного… агрессивнее, чем в прошлый раз, когда ты ее встречала".

Гильда указала на далекое инферно. "Это ее рук дело?"

"Ага". Рейнбоу присоединилась к ней, уставившись на огонь.

"Значит, ты ее рыцарь, поэтому ты покрасила свои перья?"

Любой намек на самодовольство исчез с лица Дэш. "Они не крашеные", — пробормотала она. Что-то сложное скрывалось за ее странным выражением лица.

Треск. Одно из больших орудий на дирижабле запустило что-то вдаль.

"Поговорим позже. Пора показать этим болванам, кто лучший летун в Эквестрии". Со всплеском силы, от которого молнии затрещали в ее перьях, Дэш одним мощным взмахом опустила крылья.

Ударная волна ударила прежде, чем Гильда успела заметить, что Дэш исчезла. "Ух!" — Гильда пискнула, взмахнув крыльями, чтобы восстановить равновесие. Она покачала головой, так как от статического покалывания, вызванного близостью грозового фронта, ее шерсть встала дыбом. Она не обратила на это внимания и постаралась проследить за стремительным полетом Дэш.

Прямолинейный путь привел ее взгляд к тому, что заставило ее сердце сбиться с ритма, хотя кровь пела от предвкушения битвы. Сотни, нет, тысячи темных фигур выплывали из горящего леса. Некоторые взлетали на крыльях. Другие просто бросились наутек на лапах, копытах и других конечностях, едва не затоптав друг друга в своем безумном беге.

"Пони-перья", — сказала Гильда, протягивая когти и кладя их на колчан, словно талисман на удачу.

Чудовища бездумно набросились на них. Тысячи воющих глоток смешивались с потоком бесконечных ударов ног по земле. Звук был почти более ужасен, чем вид. Гильда не успела даже открыто сказать что-то еще, как старый солдат начал выкрикивать приказы внизу. "К оружию!"

С появлением Твайлайт все грифоны уже проснулись. Так что меньше чем через минуту десятки вооруженных луками грифонов заняли позиции в воздухе. Гильда быстро подсчитала, у них не было достаточно грифонов. У них не было стрел даже для десятой части из них.

"Во всем виноваты эти пони", — проворчал один грифон.

"Что мы теперь будем есть? Они подожгли наши охотничьи угодья", — зарычал другой.

"Такое скопище, и все, о чем ты можешь думать, это о следующей еде?" Гильда почти не могла им поверить. "Заткнись и готовься", — прорычала она на них.

Оба они смотрели на нее с вызовом и ненавистью в глазах. Гильда ответила на их взгляд своим, более жестким. "Сражайтесь, выживите, а потом мы сможем выяснить, какого черта эти пони думали, что делают".

Выражение их лиц сменилось горьким признанием, и они отодвинули свой гнев на время.

Взрыв радужного света заполнил небо. Гильда не могла не ухмыльнуться, глядя на то, как другие таращатся на фирменный прием ее подруги, взорвавшийся посреди стаи монстров.

Радужный след, сопровождаемый двумя потоками молний, метающихся от одной темной фигуры к другой, а призматические кольца расширялись, и от каждого слияния отпадали многочисленные мелкие фигуры.

"С каких это пор у Дэш хватает ума использовать такой клинок?"

Вспышка неестественного цвета привлекла ее внимание. Розовый огонь прочертил на земле большое кольцо. Внутри него из травы поднялась группа закованных в броню земных пони, уже стоявших в строю. Высокий, темный, небронированный единорог властно возвышался позади них.

Пегасы заняли позиции, паря или сидя на дирижабле. Еще один, которого Гильда почти приняла за большую птицу, кружил над ними с огромными крыльями и хвостовыми перьями, явно отдавая какие-то приказы.

Ее раздражало, как и уязвляло ее гордость, то, что пони-пацифисты справлялись с военным делом лучше, чем грифоны. Она могла только представить, как это должно раздражать настоящих солдат.

Гильда сосредоточилась, приготовила лук и прицелилась. Перед ней прозвучало полдюжины выстрелов, и большинство из них прошли совсем рядом с целью. Мысленно она выругалась. Они должны знать, что стрелять с крыла труднее, чем с лапы. Она выбрала момент, когда дыхание и биение крыльев были полностью синхронизированы. Ее стрела вылетела из лука. Она не промахнулась. Один упал… осталось слишком много.

Достать стрелу, нацепить, натянуть — тело Гильды выполняло все движения автоматически, пока ее зоркие глаза осматривали поле боя.

Рейнбоу привлекала больше всего внимания. Она была повсюду, ее призматический след был таким же смелым, как и ее характер. Зазубренные дуги света вырывались из ее крыльев. Она была армией одной кобылы, не позволяя ни одному летуну прорваться мимо нее. К несчастью для наземных, крылья были лишь у немногих из них.

Внизу бронированные земнопони стояли наготове, неподвижные и спокойные, несмотря на то, что мчалось к ним. Они могли бы стоять на плацу для сбора войск и не превосходить их числом сто к одному.

Гильда покачала головой и прицелилась в другую зараженную тварь. Десятки выстрелов прозвучали, прежде чем она выпустила вторую. Лишь немногие стрелы ее сородичей были выпущены с уверенным терпением охотника, а не с бешеным нетерпением любителя.

"Оставьте стрелы для тех, кто умеет целиться", — крикнул один из воинов, но его совершенно проигнорировали, так как десятки стрел были пущены впустую.

Ритмичные удары сдвоенных тяжелых арбалетов воздушного корабля с точностью метронома вбивали небольшие бревна в приближающуюся орду. Где бы они ни попадали, не происходило ни взрыва, ни вспышки света. Земля просто покрылась кратерами, словно невидимое гигантское копыто просто раздавило все вокруг.

Несмотря на пробитые в ней дыры, орда даже не замедлилась. Гильда выбирала цели одну за другой. Сколько бы их ни было, всегда находилось больше. Ее когти сомкнулись на пустом месте, а глаза переместились на пустой колчан. В ее груди зародилось рычание, когда она перевела взгляд на все напрасно потраченные стрелы, усеявшие землю. В следующий раз, когда какой-нибудь грифон откажется тренироваться в стрельбе из лука, потому что ему за это не заплатили, она размозжит ему клюв о землю.

В гневе она чуть не промахнулась. Некоторые стрелы светились. Мгновение спустя они поднялись в воздух, когда пегас с чудовищно большими крыльями пронесся мимо, чтобы схватить их.

Когда скопище приблизилось, арбалеты пони разрядились. Каждый болт завывал вдали. С яркими пурпурными вспышками каждый из них взорвался буквально шквалом снарядов. Казалось, что стреляли не десятки арбалетов, а сотни или, может быть, тысячи.

У Гильды открылся клюв, и она сомневалась, что она одна такая. Внезапно отсутствие страха у пони стало гораздо более понятным. Залп свалил многих зверей, а еще большее количество споткнулось о тела своих павших.

Пони начали методично перезаряжаться, демонстрируя недостаток своих короткоствольных арбалетов по сравнению с мощным луком грифонов, но это не имело значения с такими зачарованными стрелами.

Большекрылый пегас пролетел мимо, и произошла вспышка движения. Гильда вскинула когти, готовая защищаться, но тут ее взгляд метнулся к снаряду. Это был пучок стрел, связанных угасающим белым сиянием.

Гильда выхватила подарок из воздуха. Быстрый взгляд показал ей, что ни одна из стрел уже не была идеальной. Впрочем, против орды это не имело значения. Она быстро убрала их в колчан.

Пони пролетела мимо и направилась к следующему охотнику, увернувшись от одного грифона, который замахнулся на нее когтем. Ты только потратишь их впустую, — подумала Гильда, снова прицеливаясь. Мышцы на ее груди и спине напряглись от совместного усилия полета и натяжения тетивы. Я определенно почувствую это утром, — язвительно подумала она, забавляясь над собой за предположение, что она еще увидит следующий восход солнца.

Следующий залп пони просто взорвался, а следующий за ним сформировал вокруг снаряда огромные куски льда размером с тележку, прежде чем они врезались в них, врезаясь в землю и кувыркаясь. Глыбы льда катились и прокладывали себе путь сквозь орду.

Пони на земле убрали свои арбалеты и приготовились к ближнему бою. Пони с большими крыльями пристроился рядом с дирижаблем. "Флейм Дансер, быстро!" — прокричал он.

Над рогом кобылы, поклоняющейся Селестии, вспыхнуло пламя. Кипящая огненная масса изменилась и стала почти жидкой, а затем вырвалась на свободу потоком.

Из рога кобылы хлынул свет, гораздо более яркий, чем пламя. Жидкий огонь танцевал и струился, омывая орду. Они кричали и выли, когда их плоть обугливалась и отваривалась от костей. Вереница пони вздрогнула, их уши прижались к голове, но они не отступили.

От одного только запаха зажаренного мяса у Гильды потекли слюнки. Несмотря на то, что сегодня у нее был полный рацион, ее тело все еще хотело большего.

Пламя откатилось назад и поднялось в пару стен, защищавших фланги пони.

"Вернитесь сюда, пернатые мозги!" — крикнул один из солдат, когда пара громадных грифонов бросилась в сторону приближающейся кутерьмы.

На лице Гильды появилась презрительная усмешка, когда она навела прицел на следующую цель. Даже птенец знает, что нельзя вставать между охотником и его добычей. А у этих пони добыча как раз там, где им нужно.

Даже когда она прицелилась и выпустила еще одну стрелу, часть ее половины следила за спуском "пернатых мозгов". Ты неумелая, или ты целишься в пони? Гильда заколебалась, натягивая тетиву. Мне что, придется самой подрезать тебе крылья?

Серебристо-белое сияние окутало пару, когда они остановились, почти как будто врезались в стену. Странная пони с большими крыльями смотрела на них, ее силуэт подчеркивали светящиеся крылья.

Гильда выдохнула, не зная, что сдерживает дыхание, и попыталась сосредоточиться на выборе достойной цели. Эти двое получат взбучку позже.

Толпа надвигалась на строй эквестрийцев, как прилив на скалы. Плоть врезалась в неподвижный металл. Гильда вздрогнула. "Это должно быть больно". Даже сквозь шум битвы был слышен звук ломающихся костей.

Один из грифоньих солдат перешел на фланг, за ним двинулась небольшая стая грифонов с копьями.

Во взрыве крови из разбитых тел проклятых вырвались усики и зазубренные костяные копья. Большинство земнопони устояли на ногах, но большинство — это не все, и это все, что было нужно живым блендерам. С жестокой внезапностью один, а затем и другой пони были втянуты в жаждущие пасти скопища.

Светящаяся крылатая кобыла бросилась вниз, но, несмотря на впечатление, которое произвела на нее Рейнбоу Дэш, лес лезвий и шипов отгородил ее от них.

Потоки зеленых зарядов и копья пылающего пламени обрушились на них, а оставшиеся земнопони сражались все ожесточеннее. Даже с зоркими глазами грифона было почти невозможно уследить за тем, во что превратилась эта схватка. Потом к ним присоединилась стая грифонов с длинными копьями, и Гильда даже не стала пытаться.

Гильда подняла взгляд и обвела взглядом все поле боя. Меньше всего им нужно было, чтобы кто-то из проклятых поумнел или появился Охотник за головами.

У Рейнбоу оставалось меньше одного десятка летунов. Ставший видимым лесной пожар подкатывался все ближе. Несколько проклятых сорвались с места и попытались бежать, но далеко уйти им не удалось.

То, что казалось полным поражением, превратилось в мрачную рутину.

* * *

Вес полного колчана идеальных стрел вселял в ее сердце покой, подобно тому, как пони чувствуют себя с мягкой игрушкой или надежным одеялом. Каждому из этих творений мастера она могла верить, что стрела полетит верно и попадет в цель.

Гильда сжала когти, и свет блеснул на металлической перчатке, которую она теперь носила. Она покачала головой и нанесла на нее смолистую жидкость. Слишком отражающая поверхность потускнела и стала похожа на то, что мог бы носить приличный охотник.

Она глубоко вздохнула, изо всех сил стараясь не обращать внимания на запах пепла, который все еще витал в воздухе. Ей хватило одного взгляда, чтобы увидеть все еще тлеющую плоскость из стекла и пепла, которую пони оставили после себя. Она забавно фыркнула. По крайней мере, теперь ничто не подкрадется к нам незаметно.

Но даже сейчас она все еще не могла поверить, кто во всем виноват. Через полчаса после того, как утихли все бои, Твайлайт Спаркл спокойно вошла в дом, как ни в чем не бывало, с легкой улыбкой на мордочке. Подсвеченная крупнейшим в истории лесным пожаром, как какой-то демон, порожденный Тартаром, и поприветствовала ее словами "Добрый вечер, Гильда". Пони, — подумала она, покачав головой. По крайней мере, теперь все страшные предупреждения о том, что никогда не следует вторгаться в Эквестрию, обрели смысл.

"Только посмотрите, что они сделали с нашими охотничьими угодьями". Один из грифов зарычал, выпустив когти.

Гильда вздохнула и постаралась сосредоточиться на том, чтобы ее новая броня была функциональной. "Пони прилетают и спасают нас, приносят ящики с едой, а ты все еще жалуешься".

"Они не спасли нас. Они просто сделали это, чтобы сделать нас зависимыми. Эти проклятые копытные жеватели травы".

"Итак, позволь мне все объяснить правильно". Гильда медленно подняла глаза, чтобы встретиться с его глазами. "Принцесса прекратила свои дела, прилетела сюда, сражалась в борьбе не на жизнь, а на смерть… только для того, чтобы мы покупали у них больше еды?"

"А зачем бы еще они это делали?"

Гильда просто уставилась на них, на слегка растерянный наклон их головы, смешанный с уверенностью в их глазах. Он не шутит… это был честный до боли в глазах вопрос. Если бы не еще не засохшая грязь на ее броне, она бы столкнулась с ним когтями там и тогда. "Жадный до денег бесклановый". Она хмыкнула и подняла когти, почти пихая ему в лицо свои новые доспехи. "И как ты это объяснишь?"

"Ну, я думаю, это то, что ты получаешь за то, что спишь с…"

Гильда даже не потрудилась сдержать себя. Прошло лишь мгновение, и вот она уже смотрит на гриффона, катающегося по земле и держащегося за свой треснувший клюв. Она сжала когти, удивляясь, что ей удалось удержать их закрытыми для удара. "Один из них умер за нас, другой потерял конечности, а ты собираешься насмехаться над ними? Бросить в овраг все, что они для нас сделали?"

"Они всего лишь пони", — сказал другой голос, и мир Гильды покраснел, и дикая ярость грозила вырваться из нее.

Тогда она обернулась, и сквозь гнев просочилось узнавание. Это ты виновата в их смерти. Она хотела зарычать на них, но рычание не позволило ей вымолвить и слова.

"Кто прав я, или она?" — сказал тот дурак, который вывел капитана Твайлайт из строя, чтобы спасти свою собственную грязную шкуру. Даже когда он бросал в глотку очередной кусок вяленого мяса со специями, которым их угостили пони.

Очень немногие из собравшихся грифонов выглядели так, словно могли возразить на его слова, и слишком многие ухмылялись или скалились в знак согласия. Отстраненная часть сознания Гильды отметила, что ее перчатки даже не скрипнули, несмотря на то, что ее когти отчаянно сжимались и разжимались. Презрение Гильды только росло. На мгновение, всего лишь на мгновение, ей стало противно быть грифоном. Но потом ее разум отбросил эту мысль. Никто из вас не заслуживает называть себя истинными грифонами.

"Уберите это, и убирайтесь все вы, бесполезные стервятники!" — прошипела Гильда и ушла, прихватив свои вещи.

Несколько охотников выскользнули из толпы. Ее ярость немного остыла, но гордость взыграла, когда она увидела, что они хватают свои вещи.

"Что, по-твоему, ты делаешь?" — потребовал от нее более крупный из двух солдат, вышагивая вперед.

Гильда напряглась, ее тело было готово к поединку. "Я…" — начала Гильда, прежде чем ей в грудь с силой врезался мешок.

Потребовалось мгновение, чтобы восстановить дыхание. Гильда использовала это время, чтобы осмотреть сумку. Пайки, вода, огниво. Она была рада, что не может краснеть, как пони. О чем она только думала? Она собиралась отправиться в путь только с тем, что могла бы взять с собой на многодневную охоту.

"Иди и позаботься о нашем долге. Мы должны охранять этих... тех, кто остался невредимыми", — сказал солдат, окидывая взглядом остальных семерых.

Прижав когти к сердцу, Гильда склонила голову.

"А теперь возвращайтесь с рассказами о своей славе. Я хочу, чтобы мне было на что посмотреть, пока я пытаюсь помешать этим…" — солдат ухмыльнулся, — "стервятникам не дать себя убить".

Она и ее новые напарники поднялись в небо. Ее грудные и летные мышцы громко жаловались, но она не обращала на них внимания. Ей нужно было поймать воздушный корабль и спасти нацию.

* * *

## 63 Хозяин Ноубла

* * *

Ноубл Гид, как и многие другие, стоял, застыв на месте, глядя на приближающуюся колонну. Внутри у него все бурлило. Был ли это его шанс выбраться отсюда или угроза его великой работе? Его глаза напряглись, чтобы увидеть, кто его новые гости, но на таком расстоянии пурпурный барьер, защищавший беженцев, изменял все, что он видел.

Он проскользнул мимо толпы и протиснулся сквозь похожую на воду мембрану. Он задрожал: даже вторичный контакт с магией аликорна был впечатлением. Еще одна вещь, чтобы разжечь его аппетит ко всем чудесам, которые он совершит, когда займет свое законное место.

Пять повозок приближались в полном порядке, несмотря на напряженную битву, которую они вели не более часа назад. Цвет самой маленькой из них все еще казался искаженным барьером. Он был ярко-розовым и аляповатым по сравнению с более естественными цветами дерева и металла остальных.

В трудные времена нужно использовать то, что есть. Он размышлял, очевидно, что перекрашивать ее было бы неэффективно, а функционирующая повозка — это функционирующая повозка, в конце концов.

Несколько более смелых пони протиснулись через барьер и встали чуть позади него. Прошло совсем немного времени, прежде чем появилось нечто, что можно было принять за приветственную вечеринку, устроенную для приема гостей.

По мере того как вокруг него нарастала атмосфера праздника, он не мог удержаться от того, чтобы не бросить взгляд в сторону Понивилля. Неужели даже здесь я нахожусь в зоне досягаемости этой артиллерии?

Телескопа у него не было, но по дуговому огню этих светящихся снарядов было ясно, что это заколдованная артиллерия. Он понятия не имел, чем они были зачарованы. Это было слишком далеко, чтобы даже его опытные глаза могли догадаться, и все, в чем он мог быть уверен, так это в том, что они никак не относятся к гвардии. Но теперь было ясно, что их использовали для поддержки прибывающей доставки продовольствия.

В каждой повозке было по несколько пони. Вероятно, маги или лучники… Это было разумно, хотя и немного упрощенно. К счастью для вас, у проклятых нет никакого дальнобойного оружия.

Белокурая грива развевалась на ветру, и единорог с белым покровом, которому она принадлежала, занял место на вершине ведущей повозки. Узнавание ударило как ведро холодной воды. Блюблад? Глаза Ноубла нашли глаза Блюблада, и он хотел ударить его копытом. Что ты здесь делаешь?

Принц стоял во весь рост рядом с прекрасной богиней войны. Не хватало только крыльев и неземной гривы, если бы их добавить, она стала бы идеальной мини Селестией.

Повозки подъехали ближе, и большинство пони на вершине сошли с них. Грохот и лязг их доспехов заглушался ликованием толпы. Ноубл вышел вперед и нацепил свою лучшую приветственную улыбку.

Летуны в группе рассредоточились и кружили над ними, оружие все еще держали наготове в копытах. Сколько же там еще осталось проклятых? Он отогнал от себя томительное чувство страха, что, возможно, он забрался слишком глубоко. Затем он еще раз проверил свой внешний вид и отправился встречать гостей.

"Принц Блюблад".

"Лорд Ноубл Гид". В уважительном тоне принца звучала несомненная гордость. "Позвольте представить вам леди Рэрити".

Несмотря на характерный цвет гривы, ничто в стоящей перед ним кобыле не наводило его на мысль о тщедушной швее. Сверкающие чешуйки из драгоценных камней обнимали ее фигуру, пока она исполняла элегантное приветствие.

Обмен обычными любезностями происходил с отработанной легкостью. Все трое были экспертами. Слова текли туда-сюда в старом танце, но он не обращал на них внимания.

Вместо этого он изучал свое случайное творение. У Блюблада все еще была царственная осанка, которую давало ему воспитание, но без высокомерия. Не было той ехидной усмешки во всех его словах, в каждом взгляде, который он бросал на своих подчиненных, словно перед ним стоял совершенно другой пони.

Вы, вероятно, самая большая услуга, которую я когда-либо окажу Эквестрии как смертный.

Разговор продолжался, пока Нобл Гид проводил их внутрь щита. И снова величие магии Твайлайт захлестнуло его чувства.

Он закрыл глаза на мгновение, всего на долю секунды дольше, чем на миг.

Мир взорвался слишком яркими красками и звуками. Его сердце учащенно забилось, а мысли пронеслись в голове, прежде чем он осознал увиденное.

Площадь собраний была совершенно преображена. Ее украшали ленты и декорации, а воздух наполняли радостные ноты музыки.

Он потер глаза путовым суставом. Нет, то, что он видел перед собой, не было случайной галлюцинацией.

"У этой кобылы талант, не так ли?" — сказал Блюблад, кивая.

"Что… как?" — Ноубл Гид не мог не уставиться. Цифры просто не сходились. Что бы вы ни делали, два плюс два никогда не будет равно шести. Управление проектами дало ему представление о том, сколько времени требуется для достижения цели. Это никак не могло быть создано меньше чем за час, без какого-либо экстремального количества магии, магии, которую он должен был почувствовать.

"Просто не думай об этом, дорогуша. Так можно обмануть безумие. Если Твайлайт не может понять Пинки, сомневаюсь, что кто-то еще сможет".

"Я не уверен, что мы можем позволить себе такую экстравагантность", — сказал Ноубл Гид.

"Я посмотрю, что можно сделать, чтобы к вечеру осталось хотя бы немного еды". С покорным вздохом Рэрити рысью отправилась помогать своему товарищу по Элементам.

"Премного благодарен". Ноубл Гид кивнул Рэрити, после чего полностью сосредоточился на Блюбладе. "Это не совсем та ситуация, в которой вас можно ожидать найти, принц Блюблад".

Принц замолчал на неловкое долгое движение, оглядывая собравшихся пони. "Возможно, не по моим прошлым поступкам, но это не меняет того факта, что я должен быть именно здесь".

Определенно, комплекс героя, теперь для следующего испытания. "Боюсь, что жилье здесь — не более чем койки и укрытие от стихии".

Блюблад махнул копытом: "Не думаю, что даже моему утонченному телосложению серьезно повредит небольшой дискомфорт". Принц переводил взгляд с пони на пони, наблюдая, как толпы наслаждаются импровизированным праздником. "Было бы верхом эгоизма требовать чего-то лучшего, чем то, что вынуждены терпеть присутствующие здесь".

Интересно, насколько повторяема твоя реформация… Возможно, это заклинание, в конце концов, не так уж бесполезно. Нужно было сравнить его с более предсказуемыми результатами обычной магии разума. В его голове промелькнула мысль о возможности как-то объединить оба метода.

Прикосновение вернуло его блуждающий разум к настоящему моменту. Из всех пони, Блюблад, положил на него копыто поддержки. Даже если он знал, что изменило личность принца, уверенность в этом все равно оставило Ноубл Гида без слов.

Блюблад улыбнулся. Это не был отработанный политический ход, нет, это была честная и естественная улыбка. "Вам нужно немного отдохнуть. Вы слишком много работали. Позвольте кому-нибудь другому взять на себя вашу ношу на некоторое время".

Ноубл Гид мог только кивнуть.

Одного взгляда было достаточно, чтобы позвать двух беженцев, которые почтительно, но настойчиво проводили Ноубл Гида в его комнату. Когда он остался один, над его рогом заплясало простое заклинание таймера. Ему было чем заняться в темноте ночи.

* * *

Усталые конечности толкали его вперед. Узкий проход уперся ему в бока. Его измененная плоть сдалась, она неудобно сдвинулась, стая тугих судорожных ощущений заставила его стиснуть зубы. Глубокий зевок заставил кровь броситься в уши, а потерянное чувство равновесия опрокинуло бы его, если бы не стена, которая так старательно поддерживала его.

Наконец, он вышел в ритуальную комнату, где его шедевр был вырезан во всем своем совершенстве. Он долго любовался им. Жаль, что никто больше никогда не увидит этого, — посетовал он, планируя, как лучше "модифицировать" свой магнум опус.

Первая дюжина идей была отброшена, их было либо слишком легко обнаружить, либо они были слишком изменчивы по времени.

Он закрыл глаза и сделал медленный вдох. Даже невольно Твайлайт сумела усложнить его планы. Ее защитный барьер был просто слишком хорошо сделан. Он имел гораздо больше функций, чем ему могло понадобиться, и даже распространялся на высшие сферы. Он никак не мог быть настолько жеребенком, чтобы рискнуть использовать свою магию для дистанционной активации жертвенного ритуала.

Он мысленно вернулся к своей жизни, перебирая в памяти все, чему научился за долгие годы. Когда его осенила идея, он скривил губы от отвращения. "Что ж, если жеребячья идея сработает…"

Он принялся за работу. Несколько простых изменений и несколько простых предметов — все, что ему понадобится: магически заряженный драгоценный камень и каменная чаша.

* * *

Единственная капля жидкости блестела в сиянии его рога. Потребовалась лишь одна мысль, чтобы освободить ее из его ауры.

Слабое шипение поднялось из камня, когда дистиллированная гниль начала свою работу.

"Не совсем тот грандиозный ритуал, который я себе представлял". Он вздохнул, испытывая то ли сожаление, то ли облегчение. Все пришло в движение.

Простое заклинание проверило точную скорость эрозии камня. Она составила одну десятую копыта в день. Вполне допустимо.

Он ожидал, что улыбнется или захочет танцевать, но вместо этого в груди поселился холодок. В прошлый раз ты праздновал слишком рано.

Он посмотрел на химический таймер и медленные пары, поднимающиеся от него. Почти неразличимый запах заставил вспомнить длинный список провинившихся учеников. Это было так грубо, простая вещь, которую нашли и использовали для своих шалостей многие третьесортные студенты-алхимики.

Он фыркнул. "Подумать только, за кое-что из этого я должен благодарить мисс Луламун…" Он покачал головой. "Может, это просто судьба?" Он задумался, вспоминая долгие часы оттирания краски с его шерсти.

С течением времени даже он был вынужден признать, что она была решительной и изобретательной. Если бы только у нее был более глубокий математический ум, она могла бы стать одной из великих.

* * *

Вагон поезда был пуст, что его вполне устраивало. День был слишком длинным для любого пони, а тем более для него в его состоянии.

"Пока".

Внезапный окрик сзади заставил Ноубла вздрогнуть. Этот голос мог исходить только от одной пони.

"Счастливого пути домой", —  прокричала носительница элемента Смеха через открытое окно, ее голова была задрана вверх, когда она заглядывала внутрь с крыши поезда.

"Спасибо…" — начал Ноубл, прежде чем розовая пони сорвалась с места с такой интенсивностью, на которую способен только жеребенок, наевшийся сахара. С пружинистым звуком она рванула с места. Облако пыли в форме пони медленно рассеялось, и листок бумаги полетел вниз и упал на морду Ноубла.

Один взгляд сказал ему все, что нужно: это было приглашение на вечеринку. Он сунул его в куртку и направился в первое попавшееся прибежище, которое предложил ему поезд.

Ноубл Гид наконец-то улегся, подушки благословенно приняли его вес, когда он устроился на своем сиденье. Волна усталости нахлынула на него. Он закрыл глаза и опустил голову. Каждый день утомлял его все больше и больше. "Осталось совсем чуть-чуть…"

Так называемый "Экспресс дружбы" отнюдь не был верхом роскоши, но по сравнению с повозкой по неподготовленной земле он вполне мог быть таковым. По сравнению с городом беженцев, это был сам рай.

Запах чистой ткани и цветочных чистящих средств заполнил его нос, и он подвинулся, чтобы устроиться поудобнее. Какая-то часть его души хотела рассмеяться: в таком чрезвычайном положении, как это, а они все еще продолжают уборку. Все, что ему было нужно, это одеяло, и он мог бы с удовольствием заснуть.

Его уши все еще болели от повторяющихся взрывов пушек. Он все еще не мог поверить, что Пинки Пай по закону считается достаточно вменяемой, чтобы ей можно было доверить взрывчатку. Эта слишком широкая маниакальная ухмылка, когда она с ликованием объявляла о своем высшем показателе. Дрожь пронзила его позвоночник. Толчки боли были постоянным напоминанием о том, что его нынешнее тело — не его собственное. Я никогда не хотел бы увидеть, что случится, если эта бешеная кобыла будет проклята.

Поездка обратно в Понивилль была незабываемой. Сопровождающие болтали, препирались, а в случае с одним розовым примером каким-то образом исполнили танцевальный номер, продолжая тянуть повозку. Какими бы разношерстными и недисциплинированными они ни были, они все равно были так же эффективны, как и все, что могла бы сделать Королевская гвардия без единого правильно обученного бойца. Ты, конечно, позаботилась о том, чтобы твоя ученица была окружена сильными личностями, Селестия.

Он покачал головой. Все еще трудно было поверить, что столь могущественные пони просто живут в нищете в захолустной деревушке. Должно быть, это просто магия разума. Большинство пони в своих старинных доспехах могли бы жить гораздо лучше, гораздо роскошнее в других местах.

Что мне делать с Понивиллем, когда я стану править Эквестрией? С одной стороны, они были полезны, с другой — казалось, что они просто делают все, что хотят. А тут еще и безудержные Элементы, как дополнительные сложности. Нет, для этого будет время позже… — подумал он, возвращаясь к предстоящим политическим маневрам.

* * *

Шестьдесят семь дней, восемь часов и девять минут.

* * *

## 64 Лунный вальс

* * *

Пожалуйста, будьте достаточно тупыми, пожалуйста, будьте достаточно тупыми. Это была почти мантра, постоянно повторяемая в голове Рейвилин Лайт, пока ее рог болел и горел. Два заклинания невидимости. Заклинание иллюзии, изображающее двух пони, мчащихся в другом направлении, и заклинание, заглушающее звук, — это было больше, чем она хотела бы проделать на свежую голову. Тем более сейчас.

Челюсть Рейвилин Лайт болела, но она не могла ее успокоить. От мерзкого медного привкуса кровавой грязи и чего-то еще худшего ее желудку хотелось вырваться, но она продолжала крепко сжимать челюсти, таща Ардента Шилда, пока ее уставшие ноги каким-то образом находили силы продолжать движение. Тебе бы не помешала диета, — подумала она, когда ее копыта изо всех сил вцепились в землю, лишь бы хватило тяги, чтобы дотащить его тяжелобронированный зад в безопасное место.

Ее глаза окинули освещенное луной поле боя. Большинство проклятых устремились за иллюзорными двойниками, и каждое уклонение, плетение и защитные меры, предпринимаемые фальшивками, были еще большей нагрузкой на ее и без того перегруженную сосредоточенность. Достаточно было лишь малейшего контакта, и уловка была бы раскрыта.

Наконец она оттащила раненого товарища и свой собственный обессиленный зад за укрытие. С облегчением вздрогнув, она позволила иллюзии разрушиться, надеясь, что ее красочное разрушение достаточно похоже на телепортацию, чтобы проверить в это.

Последовавшее за этим облегчение заставило ее споткнуться. Ты еще не в безопасности. Теперь двигай свой жалкий зад. Она ругала себя, изображая бессознательного сержанта.

Даже несмотря на усталость, ее разум все еще работал. Он все еще оценивал все, что она видела, и анализировал все, что произошло в этой нелегкой спасательной операции. Факты были налицо, и любой пони мог их увидеть. Проклятые намеренно позволили беженцам подойти достаточно близко, чтобы их заметили, прежде чем напасть. Они намеренно скрыли большую часть своей силы, пока не стало слишком поздно. Ее разум выдавал только один ответ. Они направили беженцев в эту сторону, чтобы выманить защитников… Это была ловушка, и мы заглотили наживку.

Разочарованный вой чудовищ взвился к небу, выражая их недовольство.

Рейвилин Лайт рискнула бросить быстрый взгляд. Она полагалась на свою магию и мастерство, чтобы оставаться незамеченной.

Самый крупный из них размахивал безногим телом престарелого командира. Вызов и обещание, поднятие страшного трофея в знак торжества. Уши командира дернулись, глаза распахнулись.

Ужасное осознание схватило ее сердце ледяными когтями. Она все еще жива. Ни одна ее часть не хотела видеть то, что произошло дальше. И все же отвести взгляд было равносильно еще одному предательству, словно она снова бросит своего товарища по страже.

На морде безногого пони появились черные нарывы. Мгновение спустя они взорвались кровью. Из рваного месива плоти на ее морде вырвалась зазубренная пасть, похожая на пасть крагодила.

Желчь поднялась в горле Рейвилин Лайт, когда ее последняя еда угрожала вновь появиться. Она боролась с этим с равной долей воли и страха. Меньше всего ей нужен был такой сильный запах, привлекающий их внимание.

С громким треском из грудной клетки вырвались десятки шипов, а затем каждый из них превратился в гигантские паучьи ноги.

Новая тварь поднялась на своих многочисленных ногах. Его ужасный рот из мясницких ножей исказился в кошачью улыбку. "Это будет весело", — сказала тварь с усмешкой, перешедшей в полный безумный гогот.

Рейвилин Лайт замерла. Ее тренировки подавили инстинктивную реакцию. Примитивная часть ее мозга умоляла ее повернуться и мчаться галопом изо всех сил, несмотря на то, что это означало бы только самоубийство.

"Мы не можем не согласиться", — произнес совсем другой голос, когда из тени выплыла ничем не прикрытая фигура Ночной Принцессы.

На дюжину ударов сердца время словно остановилось. Только ровный ритм дыхания Рейвилин Лайт развеял эту иллюзию.

Принцесса Луна? Надежда предательски просочилась в ее плоть, когда конечности задрожали и земля едва не ушла из-под ног.

Рычание, оскал и целый зверинец диких звуков исходили от проклятых, когда они осторожно окружили Ночную Принцессу.

С треском распахнулись крылья Луны. Как будто это было заранее оговорено, нечисть бросилась вперед с жаждой крови.

Луна сделала три шага назад и склонилась в насмешливом поклоне. "Мы благодарим тебя за удовольствие исполнить твой последний танец". Ее игривая улыбка кричала о зловещих обещаниях в сочетании с глазами, сверкающими голодным предвкушением.

С быстротой пегаса она вдруг оказалась среди них. Ночная принцесса приостановилась, на ее морде появилась слабая ухмылка, она подождала несколько ударов сердца, пока ее враги отреагируют, а затем приступила к работе.

Кровь брызнула в воздух огромными дугами. Рог, копыта и даже крылья разрывали тела на части. Луна кружилась и петляла между врагами, совершенно неприкасаемая. Каждое совершенное движение совершалось в неслышном, неизбежном ритме.

По воздуху пронесся трепет — мелодия, исполняемая самим ветром. Призрачный гибрид деревянных духовых и струнных.

Луна завершила свой поворот, и ее копыто опустилось. Это было такое мягкое прикосновение. Изящный шаг балерины, но земля зазвенела, как колокол, задрожала, словно барабан, по которому бьет гигантское копыто.

Каким-то образом все мельчайшие звуки ужасающих разрывов плоти, живительной крови, утоляющей жажду сухой земли, донеслись до ушей Рейвилин Лайт в идеальном порядке.

Вопли и крики партнеров по танцу, вызванные атаками Ночной Принцессы, не вызывали никаких помех. Они не добавили ни единой ноты дисгармонии в потустороннюю музыку. Более того, с внезапным привкусом желчи во рту она поняла, что это только улучшает музыку.

Несмотря на все инстинкты, кричавшие ей, чтобы она оставалась неподвижной, делала все, чтобы максимально скрыться, ее предательский хвост покачивался в такт ритму. Ей потребовалась вся ее воля, все ее тренировки, чтобы удержать копыто от отбивки ритма.

В один момент принцесса Луна была прекрасным аликорном, принцессой-воином и спасительницей пони. В другой — кошмаром во плоти, с радостью участвующим в резне, и все же Луна двигалась, словно танцовщица на сцене, всегда оказываясь в нужном месте в нужное время, чтобы поприветствовать каждого нового партнера.

Чарующая неземная грива принцессы струилась по ее следам, нетронутая и первозданная, единственная ее часть, не запятнанная кровью. Она закрыла глаза, добавляя ненужные вращения и движения только для того, чтобы подчеркнуть красоту движений.

Представление продолжалось, пока один за другим каждый из проклятых заканчивал свое выступление. Ночная Принцесса поклонилась, словно невидимой толпе.

Какая-то ее часть в глубине души знала, что это нечто особенное, то, что не должен видеть ни один смертный.

Рейвилин Лайт слишком поздно заметила, когда последние остатки ее заклинания невидимости потускнели и исчезли. Внезапно она почувствовала себя очень маленькой и очень, очень одинокой.

Осторожно, как только могла, словно от этого зависела ее жизнь, она медленно попятилась назад. Почти бесшумный стук копыт по мягкой земле прозвучал для ее ушей как гром.

Щелк. О, черт… — думала она, пока каждый учитель РСКГ, который когда-либо был, проклинал ее глупость.

Ночная Принцесса поднялась из поклона, и эти ужасные, прекрасные янтарные глаза обратились на нее. Тошнота подкатила к желудку, а сердце заколотилось от желания. Эти жестокие древние глаза смотрели прямо сквозь нее, в самую ее сердцевину. Они обещали поглотить ее во всех смыслах, как добрых, так и ужасных.

На морде Найтмер, налитой кровью, появилась мягкая улыбка, несмотря на смертоносные клыки.

Ноги Рейвилин Лайт дрожали, несмотря на то, что она застыла на месте, несмотря на то, что ей нужно было двигаться. Она хотела бежать, мчаться галопом так далеко и так быстро, как только могла. Ей хотелось покорно приблизиться и с радостью утонуть в бесконечной бездне, которую сулили эти глаза.

Темная Богиня медленно подошла ближе. Каждый стук копыт был тихим, в противовес грома пульса Рейвилин Лайт, когда биение ее сердца отдавалось в ушах, сообщая о каждом шаге.

"Что у нас здесь?" — сказала единственная в мире пони. Каждое слово будоражило чувства. "А, мы помним тебя. Это ты осмелилась задать нам вопрос, осмелилась рискнуть нашим гневом ради своего друга".

Эти слова ничего не значили. Как она могла иметь друга, если эта богиня была единственным в мире существом? Как ее могли запомнить, если это была их первая встреча?

"Приносим свои извинения".

Подобно разбитому зеркалу, тьма рассыпалась на осколки. Дымящиеся осколки растворились в воздухе.

Рейвилин Лайт, само ее чувство идентичности, вновь заявило о себе. Она вздрогнула. Что бы это ни было, чувствовалось столь же чудесным, сколь и ужасным. Это было самое ужасное надругательство, которое она могла себе представить. Это была самая интимная и любящая вещь, которую она когда-либо чувствовала. Слезы потекли из ее глаз, когда она посмотрела на принцессу Луну. "Почему?" Она полукричала, полурыдала, борясь с желанием просто свернуться калачиком и заплакать или зажечь рог и наброситься на аликорна, который внезапно оказался всего в ширине копыта от нее.

"Мы не знали, что у нас есть зрители в зале". Ночная Принцесса удовлетворенно вздохнула. "Мы приносим вам свои искренние извинения за то, что не проявили должного усердия, и делаем комплимент вашему мастерству работы с вуалью. Нужно быть мастером, чтобы остаться незамеченным нами".

В этом была причина. Вот почему она чувствовала все, почему она всегда будет жаждать этого момента снова. Почему она всегда будет бояться, что у нее не будет возможности даже мельком увидеть или услышать хоть одну ноту этого торжественного произведения.

Ее взгляд остановился на последствиях "выступления" Луны. Все мерзкие осквернения, вся кровавая резня рисовали ужасающую картину. В потрясающих подробностях, на всеобщее обозрение, была представлена расчлененная Селестия. Даже отпечатки копыт, ведущие к тому месту, где сейчас стояла Луна, были частью этого образа.

"Не бойся, по крайней мере, сейчас, это была всего лишь разрядка. Шанс избавиться от желаний, пока они не стали реальностью".

Холод, не имеющий ничего общего с температурой, сомкнулся вокруг сердца Рейвилин Лайт. "Почему ты хочешь сделать это с принцессой Селестией?"

"Кроме того, что она заслуживает этого, и такая судьба просто доставляет ей неудобства?" Принцесса Луна начала тоном, который был слишком обыденным для всего, что Рейвилин Лайт видела сегодня. "Действия нашей сестры… мы не согласны с судьбой многих, кого она позволила своему пламени поглотить".

"Селестия никогда бы…"

Мир померк, сменившись другой картиной. Десятки дворян лежали, закрыв головы передними ногами. Селестия держала одного дворянина, протягивая копыто и отламывая ему рог. Звук был ужасен. Отсутствие реакции и спокойствие на лице принцессы Селестии было еще хуже.

Потребовалось лишь мгновение, чтобы узнать жертву — вероломного дворянина, который отломил свой рог, нападая на принцессу Твайлайт.

"Теперь ваши глаза открылись на правду. Это был лишь один из последних примеров методов моей сестры".

В мгновение ока видение исчезло. Что происходит? — спросила более аналитическая часть ее разума, в то время как остальная ее часть хотела запаниковать. Было ли то, что она только что увидела, правдой или ложью, не имело значения. Не существовало никакого мыслимого способа, чтобы все это было хорошо для Эквестрии.

"Вот как крепко моя Сестра ухватывает даже мысли тех, кто ее окружает. Она использует ментальное доминирование и манипуляции с памятью с той же непринужденностью, с какой большинство пони дышат".

Принцесса Луна протянула магию и перетащила тело командира Блайтхеда. Искореженные, а затем уничтоженные останки пони парили там в сиянии ауры Луны. "Вот к чему привел выбор моей сестры". Луна почти прорычала эти слова.

"Мы выполнили задание. Мы спасли мирных жителей".

"Никакое количество храбрости или преданности долгу не может защитить пони от последствий недостаточной подготовки и неадекватного снаряжения".

Рейвилин Лайт открыла рот, чтобы заговорить, но окружающие ее факты сорвали ее опровержение с языка.

"Жаль, что никто из храбрых солнечных стражей не выжил".

Подождите, что?

Принцесса наклонилась ближе, очень сильно вторгаясь в личное пространство Рейвилин Лайт. "Не волнуйся… о твоей семье позаботятся. О твоих товарищах будут помнить. Я лично расскажу о твоей доблести в своей надгробной речи".

Большие темные крылья медленно закрыли ее, затмив весь ее мир. "Почему?" Она едва выдохнула, дрожа, как маленькая кобылка, которая боится темноты.

Даже когда часть ее тела хотела бежать, она знала, что надежды нет. Ей достаточно было взглянуть на десятки проклятых, достаточно было вспомнить то смертоносное представление, чтобы понять. На ум приходили бесчисленные истории о вампирах и ритуалах темной крови. Все рассказы о Ночной страже, над которыми она когда-то смеялась, вдруг показались ей смертельно серьезными.

"Ты больше не будешь пешкой моей сестры". Дыхание Ночной Принцессы щекотало шею Рейвилин Лайт. Каждый волосок посылал свой собственный маленький трепет предвкушения. "Мы будем нежны, ты заслужила это, моя храбрая маленькая пони".

Бархатные крылья держали ее с железной силой, пока Луна с такой нежностью гладила ее шею. Несмотря на ситуацию, несмотря на то, что, как она знала, должно было произойти, ее тело начало расслабляться.

Четыре острых точки боли вспыхнули на ее шее и в одно мгновение исчезли. На смену им пришел приятный холодок, когда давление усилилось. Без боли это было просто давление и ощущение того, что что-то вдавливается в ее плоть. Она знала, что мертва, просто раны были слишком глубокими. Стоило Луне отступить, и она истекла бы кровью в считанные секунды.

Луна была права. Раньше она чувствовала больше боли от отбитого копыта. Значит… Луна — вампони. Это было так смешно, что ей хотелось рассмеяться, но она просто не могла найти в себе силы. Когда стук ее сердца замедлился, мягкое тепло и ощущение тусклого тумана охватили ее тело и распространились на ее разум. Наступила мягкая чернота.

Влажный раздирающий звук явно не вызывал беспокойства. Это не так уж плохо, — пьянея, подумала она, когда ее сердце замерло и все вокруг померкло.

* * *

## 65 Кровавый счет

* * *

Необутые копыта Селестии стучали по мраморному полу, когда она пробиралась в частично скрытое хранилище. Несмотря на мрачные вести, которые привели ее сюда, тепло вызвало на ее лице довольную улыбку.

То, что когда-то было ежегодной проверкой, теперь стало ежедневной.

Вдоль стен выстроились ряды крошечных бра. В каждом из них находилась стеклянная сфера, а под ней — маленькая зачарованная золотая табличка. Большинство светилось мягким призрачным светом. Но во многих из них светилась маленькая искра солнечной магии. Она просмотрела список имен и серийных номеров, ее взгляд прошелся по сферам, и одна за другой она подтвердила, что каждый из них действительно мертв.

Одна, в частности, привлекла ее внимание. "Рейвилин Лайт?" — размышляла Селестия. "Что ты делала в той битве?" В своем ментальном саду она снова просмотрела отчет, хотя ей не составило труда вспомнить каждое слово. Тридцать семь мирных жителей были спасены, а почти целый отряд гвардейцев погиб.

Ты знаешь, что это была не самая мудрая жертва, — сказала Дейбрейкер, по-кошачьи развалясь.

"Я знаю, но стража там для того, чтобы защищать моих пони".

У нас их более чем достаточно для заселения, и все важные кровные линии в безопасности.

Окинув всех взглядом, она проверила каждую из сфер. Еще пятьдесят девять погибли, о чем до сих пор не сообщалось. Ей нужно будет просмотреть карты развертывания и выяснить, не произошло ли еще одно несчастье.

Загорелась еще одна сфера, вернулась искра солнечной энергии, благословение, которое она давала каждому из своих верных стражей. В мире было слишком много запасных сфер и слишком мало защитников.

Ресурсы терялись, а жизни пони обрывались. Как пони, она могла ценить каждую жизнь. Как принцесса, она не могла.

Ты просто злишься, что кто-то забирает твои части, даже не важные…

В ее груди зашевелилось тепло. Она выпустила длинный медленный вдох, от зажигательного выдоха поднялась искаженная тепловая дымка. "Почему я вообще…"

Ваше Сияние, настало время вашей встречи. Идеально выверенный голос Маски прервал ее.

Она рысью вышла, оставив уютное тепло позади, и ступила в свои зачарованные туфли, пока слуга левитировал остальные ее регалии на место.

"Пожалуйста, сообщите Ноубл Гиду, что я задержусь на несколько минут".

"Да, принцесса". Слуга поклонился и рысью удалился.

Кому-то нужна трубка?

Молчи, чтобы я не лишила тебя права говорить.

* * *

Ясность, которую принесла ей трубка, все еще сохранялась. Жаль, что она не могла насладиться ею в полной мере. По крайней мере, у нее все еще был ее любимый сорт, которым она могла наслаждаться. Почти кипящий чай почти заморозил язык Селестии, или так ей показалось. По крайней мере, вкус она могла оценить. Деликатно сделав еще один глоток, она отставила чашку и обратила все свое внимание на гостя. "Итак, ваше задание выполнено?"

Ноубл Гид кивнул. "Да, принцесса, благодаря потрясающей работе принцессы Твайлайт Спаркл, поселение-убежище, скорее всего, является самым безопасным местом в Эквестрии, по крайней мере, от проклятых".

Достаточно было выглянуть в окно, чтобы увидеть слабое пурпурное свечение, которым было отмечено заклинательное ремесло Твайлайт. Это было немного демонстративно. Можно было бы назвать это неэффективным использованием магии, но это был бы долговечный памятник могуществу Твайлайт, еще одно напоминание миру не вмешиваться в дела аликорнов.

На маске Селестии появилась правильная улыбка. "Это действительно хорошая новость".

Усталая, но довольная улыбка Ноубл Гида была еще одним напоминанием о том, как мало времени ему осталось в этом мире. Почему все хорошие уходят от нас так скоро?

Дейбрейкер фыркнула. Потому что они недостаточно эгоистичны, чтобы позаботиться о себе, как одна моя знакомая кобыла.

"Итак, если угодно вашему величеству, я буду двигаться дальше и посмотрю, что я могу сделать, чтобы улучшить логистику и оборону другого места".

"У тебя есть идеи, где?"

"Несколько. Я планировал поговорить с капитаном гвардии и посмотреть, где я смогу снять с них нагрузку".

Селестия кивнула. "Даже помощь с бумажной работой была бы для них большим подспорьем. С твоими способностями это освободило бы по крайней мере дюжину для других обязанностей". Она задумчиво хмыкнула. "Они очень заняты, но час до захода солнца подойдет?"

"Это будет вполне нормально, принцесса. Это даст мне больше времени, чтобы привести в порядок собственные дела".

Несколькими ловкими движениями пера и небольшой магией Селестии встреча была назначена.

"Дочь принцессы Твайлайт Спаркл, безусловно, самый могущественный единорог, с которым я когда-либо сталкивался".

"У тебя был шанс встретиться с ней?" Почему ты заговорил о ней? Селестия изучала своего гостя и случайно просмотрела его мысли. Образы светящихся осадных снарядов, взорвавшихся при творческом использовании небоевых заклинаний, воспоминания о маленькой лавандовой кобылке, которая за день делала больше телепортов, чем шагов. Такой серьезный взгляд, когда кобылка размышляла, и широкая невинная улыбка, когда она помогала другим.

Сильный приступ ностальгии затронул сердце Селестии. Фотография юной Твайлайт под крылом самой Селестии дразнила ее обещанием счастливых времен. Она взяла ее за рамку. Твайлайт была такой счастливой, идеальной ученицей, но это было до того, как она произнесла "то" заклинание.

Ноубл Гид кивнул. "Да, она невероятно предана делу защиты Понивилля". Он забавно покачал головой. "Большинство кобылок не создают зачарованную артиллерию, когда чувствуют необходимость сделать что-то, чтобы помочь". Он сделал паузу и отпил глоток чая. "Ах, как всегда, твой чай — само совершенство".

Селестия кивнула и задумчиво хмыкнула. "Ты считаешь, что Понивилль — подходящее место для нее?"

"Хотя ей еще многому предстоит научиться, и она нуждается в выдержке, которую может дать только опыт, она — настоящий актив для города. Ее пребывание там — лучший вариант для города, и я верю, что она откажется уезжать".

"Почему?"

"Она более предана своему долгу, чем почти любая другая пони, которую я встречал".

"О?"

"Ее случай странный. По сути, у нее меньше года опыта, и все же она обладает полностью функциональным разумом. Она отдается всему, что делает, с полной самоотдачей". Ноубл Гид заглянул в свою полупустую чайную чашку, как будто в ней могла содержаться какая-то глубокая истина. "Как будто она не научилась иметь собственные желания. Вместо этого она желает лишь угождать другим".

Как будто она была фрагментом… Возможно ли это? "Ну, это, вероятно, единственный вариант на данный момент. Если она похожа на свою мать, боюсь, только я или моя сестра сможем ее обуздать".

В комнату вплыл металлический запах крови, настолько сильный, что даже ее смертный гость заметил бы его. Глаза Селестии обратились к источнику. Не на окно, не на дверь, а на показательно более темный участок тени. "Луна, во что ты играешь?" — сказала Селестия шепотом.

В ответ из темноты появилась безупречная туфелька ее сестры, пряди тени цеплялись за нее, словно паутинки. Едва сдерживаемая магия, исходившая от нее, была, по крайней мере, достаточно сдержанной, чтобы не представлять угрозы для жизни смертных.

"Дорогая сестра, есть слова, которыми нужно поделиться", — сказала Луна с нотками королевского Кантерлотского голоса. Не сводя глаз с Селестии, Луна потянулась в свою тень и швырнула что-то через всю комнату. Дюжина шлемов солнечных стражей разлетелась по воздуху. Тяжелые удары еще больше подчеркнули тот факт, что не все шлемы были пустыми, когда они упали на ранее нетронутый ковер.

Ноубл Гид сидел, застыв. Легким движением ее воли, прикосновением магии разума она добилась того, что он так и остался.

На мгновение мир пошатнулся. Селестии больше не было в ее кабинете. Она больше не смотрела на свой стол. В этот миг из черной морды выглянули щелевидные глаза. Мордочка так и искривилась в смеси самодовольной уверенности и полного презрения.

В ее груди образовался холодный комок. Только не это, пожалуйста, только не это.

Что у нас тут? Дейбрейкер мурлыкала, как кот, только что поймавший мышь. Военный Разум развернулся и удобно устроился на своем месте, готовый и жаждущий действовать.

"Луна", — ледяным тоном заявила Селестия, — "Объяснись".

"Нет, сестра, это ты должна объясниться".

Зародилось маленькое зернышко надежды. Это были не те слова, которые ее сестра произнесла бы, если бы конфликт был неизбежен. Ей просто нужно было взять ситуацию под контроль.

"Мы…"

Взметнулись темные крылья. Бумаги и мелкие предметы подскочили в воздух, подхваченные внезапным порывом ветра. В глазах Луны горела ярость, а температура в комнате резко упала. "Эти пони заплатили своими жизнями из-за твоей глупости".

Каждый дюйм существа Луны был готов к действию. Каждый мускул и сухожилие играли свою роль в нацеливании этого обвиняющего взгляда. Сейчас, по крайней мере, атака ее сестры будет состоять только из слов.

Облегчение пронеслось сквозь нее, даже когда Дейбрейкер зарычала.

Только ее маска не позволила Селестии улыбнуться. Улыбка, которая, как она прекрасно знала, подтолкнула бы Луну к жестоким действиям.

Селестия повернулась и посмотрела на головы, кровь которых просочилась на старинный ковер. Каждый из них был одним из ее гвардейцев. Хотя некоторые были неузнаваемы, чары в каждом шлеме указывали имя, звание и порядковый номер для ее мистического восприятия.

Имя за именем проносились в ее голове, и она мысленно начинала составлять точные формулировки, которые она будет использовать в письмах, которые вскоре напишет.

Оглянувшись на свою любимую Лулу, Селестия обнаружила, что застывшее адское пламя в ее глазах улеглось, хотя бы немного. "Сестра, это утверждение, а не объяснение".

"Ты желаешь…" — Луна сделала паузу и резко вдохнула, затем медленно выдохнула. "Твои гвардейцы плохо обучены и не подходят для выполнения поставленных перед ними задач".

Трудно было найти убедительный контраргумент, когда доказательства были представлены в такой наглядной форме. "Что случилось?" — Селестия позволила своему искреннему горю проявиться сквозь клиническую отстраненность, которую ей придавала маска.

"Проклятые повели себя, как и ожидалось, они выманили твоих игрушечных солдатиков и устроили засаду".

"Ты сваливаешь это на мои копыта?"

Ярость в глазах Луны улеглась до простого гнева. Она шагнула вперед и одним взмахом крыла отправила Ноубл Гида в полет через всю комнату.

Поймай его. Приказала Селестия, и Дейбрейкер нехотя подчинилась. Вспышка ауры окутала ее гостя и лишь слегка опалила.

Луна улеглась на свои собственные подушки. Беспорядочное расточительство магии вызывало лишь молчаливое осуждение. "Если бы они были лучше обучены искусству боя, некоторые, возможно, выжили бы. Если бы они были не просто дилетантами в стратегии, они бы ожидали ловушку".

Трубка Селестии звала ее. Несколько вдохов, и она будет гораздо лучше подготовлена к этому разговору.

Луна подергала крылом. Это небольшое движение было практически целой диссертацией о том, как она разочарована. "Участвуй, если хочешь".

Селестия тяжело вздохнула. Конечно, доли секунды колебания было достаточно, чтобы ее сестра обо всем догадалась. "Ты пришла сюда, чтобы работать над решением, а не просто выплескивать эмоции?"

Луна фыркнула. "Ты услышишь мои слова и узнаешь, чего стоил Эквестрии твой выбор".

Тело ее сестры выглядело совершенно спокойным, но ничто не могло быть дальше от истины.

После минутного раздумья Селестия достала из ящика свою трубку и принадлежности. "Чай?"

Луна кивнула. Жест был именно таким — согласие и обещание. Несмотря на то, как горячо могут звучать слова, кровь не прольется, по крайней мере, не прольется больше.

Золотая аура подхватила чайный сервиз и приступила к хорошо отработанному искусству, когда копыта Селестии начали смешивать ингредиенты для ее трубки.

Каждое действие было выполнено в совершенстве. Все маленькие знаки, которые никто за пределами комнаты не узнал бы, говорили только об одном. Это была встреча равных.

Луна села чуть прямее, ее рог поднялся чуть выше. Даже сквозь сдерживаемую ярость в ее выражение лица прокралась толика удовлетворения.

Больше не было сказано ни слова, пока они обе не поставили перед собой свои кубки.

Рог Селестии засверкал, когда она добавила еще немного жара в свой собственный. Она встретила взгляд сестры с таким спокойствием, какое только позволяла ей ее долгая жизнь. "Зачем это, зачем сейчас, когда у нас обеих есть дела, которыми мы должны заниматься?"

Луна посмотрела в ответ на свою чашку. Ее грива вытянулась, схватив одну из голов и притянув ее к себе.

Лицо было ужасно деформировано, расколото, когда рептилоидная пасть вырвалась из слишком маленького шлема. Масса плоти и искореженных костей была неузнаваема, но магическая метка по-прежнему гордо возвещала о том, чья голова там плавает.

> РСКГ 11962, Рейвилин Лайт

Взгляд Луны скользнул к мертвым, безжизненным глазам. "Мы никогда не увидим ее в вечных полях. Мы были слишком медлительны, на несколько секунд опоздали, чтобы спасти ее душу".

"Как это ни прискорбно, но к чему ты клонишь?"

"Это из-за тебя мы медлим, из-за тебя у нас притупился клинок. Из-за тебя мы не нашли Мунлайт Скролл. Почему мы не знали об этом заговоре до того, как он случился".

Кровь капала вниз, окрашивая дорогое дерево и важные свитки, на переписывание которых ушли часы работы, на которую у нее не было времени.

Каждый узор капель, каждая растекающаяся лужа крови рисовали образ, и каждый образ говорил о крике много лет назад.

"Ты знаешь, почему существуют эти ограничения", — сказала Селестия, не отрывая взгляда от крови.

"Даже с одним, я могла бы спасти половину из них".

"Но у тебя нет…"

"Сестра, если я хочу служить Эквестрии, как должно, ты должна освободить меня от своих цепей".

"Это не так просто"

"Наши пони умирают, потому что я не могу их спасти, Твайлайт атакована, а мерзкий изверг, стоящий за всем этим, все еще на свободе, потому что я не могу использовать свой домен так, как он был предназначен для использования".

"Ты знаешь, что случилось в прошлом, сестра".

Глаза Луны сузились. "Мы обе слишком хорошо знаем, что произошло".

Селестия оглядела собравшихся и остановилась на голове Рейвилин Лайт. Тот факт, что она была ближе всех, и имя пони не могли быть совпадением.

"Тиа, мы должны что-то сделать".

"С тем, что уже сделано, Эквестрия выживет".

"Какой ценой? Сколько десятилетий на восстановление?" Луна сделала паузу, а затем продолжила гораздо более низким голосом. "Ты не доверяешь мне, сестра?"

Последний удар кинжала был глубоким, и если бы не спокойствие, вызванное пороком Селестии, она могла бы пошатнуться. "Я доверяю тебе", — сказала Селестия, ее вера в изменения в сестре была самой большой причиной, по которой она могла сказать это без намека на сомнение или ложь.

Луна замерла, а затем медленно, ее выражение лица смягчилось. "Тогда почему бы тебе не позволить мне быть полезной?"

Ты знаешь, что она манипулирует тобой? — сказала Дейбрейкер, и она была права. Было ясно как день, что это была манипуляция. Но вопрос был в том, почему?

"Я не хочу тебя потерять, достаточно одного фрагмента, набирающего силу из кошмаров наших пони, чтобы одолеть тебя".

Луна ощетинилась: "Я получила урок, сестра". Твердые глаза смотрели с лица младшей сестры, глаза, которые в прошлом были последним взглядом многих противников. Не было никакого шанса, что ее сестра отступит от этого.

Селестия опустила взгляд. "Это не так-то просто исправить". Ей даже не нужно было видеть, чтобы понять, что на лице Луны промелькнул отблеск счастья. Она подняла копыто. "Я не уверена, что даже если бы сейчас было время, это было бы разумным решением".

"Сестра, если только ты не прячешь где-то армию избранных, только мы, аликорны, действительно способны справиться с этой угрозой".

"У тебя не было и века, чтобы оправиться после возвращения".

"Поскольку нам не приходится запасаться магией, это меньшая проблема, чем ты думаешь. А с угрозой, которую мы имеем здесь, мы будем бороться в ходе многочисленных тактических столкновений. А не путем превращения всей Эквестрии, за пределами того, что мы защитили, в стекло".

Селестия почувствовала, как Дейбрейкер закатила глаза. Ну, это только потому, что с тобой не весело. Селестия положила голову на копыто.

Луна наклонилась ближе, опустив голову. "Эквестрии нужен клинок. Позволь мне стать этим клинком".

"Ты видела, что создала твоя суженая?" — спросила Селестия, безошибочно указывая крылом на пурпурный купол.

"Так пусть она будет щитом".

"Луна…"

Рычание было настолько тихим, что его услышали бы только самые проницательные пони. "Позволь мне принести тебе головы наших врагов, а не наших защитников".

* * *

## 66 Большое кресло

* * *

Для Пейпер Пушера поход на работу обычно не был событием, а просто чем-то, что происходило совершенно одинаково каждый день. Предвестник хаоса, который пытался навести порядок в недоукомплектованном архиве РСКГ.

Сегодняшний день не был обычным. Все отчеты, которые он читал, говорили о том, что нормальность будет довольно редким ресурсом в течение довольно долгого времени. На этот раз каждый шаг напоминал о том, что все изменилось. Один только звук его бронированных накопытников по камню отвлекал внимание, не говоря уже о том, что до первого поворота на этом пути он дошел на три шага меньше.

Если бы не солнце Селестии на небе, то, судя по уровню активности, сейчас была бы середина ночи. Благодаря охлаждающему эффекту доспехов, он мог закрыть глаза, и иллюзия была бы полной.

Рестораны, обычно такие оживленные, были закрыты. В наиболее оживленных районах четыре из пяти магазинов были закрыты, а во всем городе работало менее дюжины ресторанов.

Шаги его покрытых металлом копыт эхом разносились по пустым улицам. Часть огромного города превратилась в город-призрак.

Даже обычные запахи были приглушены. Отсутствие большинства соблазнительных ароматов магазинов и благоухающих шлейфов знати позволяло другим запахам пробиваться наружу. Свежий хлеб с двух улиц смешивался с горьким кузнечным дымом, доносившимся издалека.

Высокие ноты ударов металла о металл отчетливо разносились над городом без повседневного шума столицы. До сих пор он встретил всего пять пони, а не сотни, как обычно. Ни у одного из них не было ничего, достойного занесения в отчет, и ни у одного не было явных признаков принадлежности к темным культам.

Когда он приблизился к концу длинной улицы, до его ушей донеслись тихие голоса сплетничающих старых пони. Он внутренне вздохнул и еще раз проверил, правильно ли сидит его броня на груди.

"Гражданские", — пробормотал он. Каждый из них отличался от других. Каждый из них — неразгаданная загадка. По крайней мере, маскировка под обычного стражника означала, что его участие в социальном взаимодействии сопровождалось инструкцией.

Поскольку у него была аудитория, он свернул на следующую улицу, его движения были четкими и профессиональными, как того требовал справочник стражника.

Впереди, у единственного открытого магазина, стоял только один пони-стражник. Пони ожидали в строгой очереди: шесть матерей с жеребятами и четыре пожилых пони.

Это выглядело как-то неправильно без симметрии, которую привносила в дежурство у дверей пара.

Магия его шлема показала имя, звание и номер офицера, а также еще одну деталь. Перечеркнутое крыло рядом со стилизованным крестом с отпечатками копыт обозначало пони как способного к самостоятельному передвижению раненого, потерявшего способность летать.

"Сэр, докладывать нечего". Стражник отдал четкое приветствие без единого намека на депрессию, от которой страдают многие в его положении.

Пейпер Пушер ответил по правилам, но ему не хватало точности, которую дает бесконечное повторение. "Очень хорошо, продолжайте".

Благодаря заклинанию формы на доспехах, стражник казался обычным земнопони, но для того, кто мог видеть дальше иллюзии, перед ним стоял однокрылый пегас. Он был девятым покалеченным пони, которого простая метка чернилами вернула к полноценной службе.

Небольшой формализованный обмен повторился. Вторым был еще один пегас, у этого отсутствовала задняя нога, что опять же было просто скрыто зачарованной броней.

Третий и четвертый были настолько стары, что давно перешагнули средний срок жизни, но все же они были здесь. Они не совсем следовали правилам. Вместо идеальной стойки, требуемой путеводителем, они оба позволили стене поддержать себя.

"Прекрасный день для прогулки, сэр".

Пейпер Пушер сделал паузу. Комментарий не по сценарию был неожиданной переменной, о которой в руководстве не было никаких рекомендаций. Он взял паузу, чтобы подумать.

На голубом небе не было ни единого следа облаков. Солнце Селестии согревало его и вызывало улыбку на мордочке. За воротами, которые охраняла супружеская пара, трудились земнопони, превратившие три четверти общественного парка из места отдыха в ферму.

Последняя четверть была заполнена жеребятами и кобылками. Пара школьных учителей и один стражник пытались помочь им пройти упрощенную процедуру тренировки стражи.

"Они неплохо справляются", — сказал добрый бабушкин голос, совершенно неуместный на фоне явного вида молодого атлетичного пони-охранника.

Пейпер Пушер снова обратил все свое внимание на говорящего, и иллюзия отступила под его взглядом.

"Есть шанс, что вы можете назначить сюда еще одного пони, чтобы мы могли помочь им в обучении? Пусть мы уже не так молоды, как когда-то, но мы можем показать им пару вещей".

Трое пони выглядели явно в меньшинстве и, возможно, превосходящими по силе стольких молодых пони. Один из них бросил взгляд на своего инструктора и топнул маленьким копытцем. Очевидно, они не привыкли принимать указания. Семеро из них сразу же выделились, каждый из них принадлежал к знатному дому. Ни один из них не был первенцем или наследником. Значит, вот как они выполняют свои обязательства. Пейпер Пушер задумался, мысленно прикидывая, какие семьи нужно будет втихую расследовать, если у него когда-нибудь снова появится свободное время.

В его груди открылась пустота, пустота, которая все еще была очень незнакома. Первыми, кто мог бы заняться этим, были Кэндис или Рейвилин Лайт. Но Кэндис была занята игрой в Бэткобылки с принцессой Луной, а Рейвилин Лайт больше не было в живых.

"Сэр?"

Пейпер Пушер покачал головой и вернулся к текущему моменту. Он мысленно оттолкнул образ этой маленькой строчки текста, простого имени и обновления статуса. "Мне нужно проверить расписание".

"Вы в порядке, голубчик?"

"Да, я в порядке", — сказал Пейпер Пушер, когда старая кобыла посмотрела на него. Что-то в ее добром материнском выражении лица заставило его сказать больше слов. "Э… коллега. Я узнал о смерти знакомой пони из ежедневного обновления статуса. Я знаю, что отчет лежит у меня на столе". Пейпер Пушер посмотрел вниз. Белый единорог номер три — это было точно, это было полезно, но теперь, когда ее не стало, это казалось странно безличным, как неуважение к ее памяти.

Металлическое копыто легло ему на плечо. Безличный контакт металла с металлом не принес утешения. Тем не менее, попытка была предпринята, поэтому Пейпер Пушер машинально произнес ответную вежливость: "Спасибо".

"Нелегко терять пони, особенно если они находятся под твоим командованием".

Лед сковал его сердце, когда пришло осознание. В течение двух вдохов воздух словно не содержал кислорода. Под моим командованием? Перед его мысленным взором пронеслись страницы и страницы приказов о развертывании. Несколько мелких движений пера потребовалось, чтобы реорганизовать силы пони. Эти необходимые оптимизации, скорее всего, привели к тому, что Рейвилин Лайт оказалась в ситуации, которая стоила ей жизни.

В нем поднялось желание добраться до своего кабинета. Отчет, который, как он знал, будет ждать его там. Он должен был знать подробности. Он должен был точно знать, что случилось с Рейвилин Лайт, и должен был знать, была ли в этом его вина.

"Идите, продолжайте обход, сэр. У нас все под контролем".

"Тогда продолжайте". Пейпер Пушер решительно кивнул, затем четко повернулся и пошел прочь, лишь наполовину обращая внимание на внешний мир.

Он думал обо всех пони, которые раньше толпились в офисах РСКГ, обо всех других пони, которые помогали с бумажной работой и разведкой. Сколько из них вернется? Сколько из них уже мертвы?

Длинный медленный вздох вырвался между зубами. Он не был ни тактиком, ни генералом-экспертом. Все, в чем он был хорош, это бумажная работа и организация. Все, что он делал с тех пор, как круг его обязанностей расширился, было, по всей видимости, оптимальными действиями, назначением нужного уровня сил для борьбы с каждой предполагаемой угрозой.

С точки зрения логики, я сделал правильный выбор, — сказал он себе. Любой другой вариант действий, доступный ему, стоил бы только больше жизней. Он собирался потерять несколько часов, просматривая все отчеты и перепроверяя каждый анализ, чтобы понять, не допустил ли он ошибки. Каждый погибший стражник был трагедией. Так мало пони обладали способностями, необходимыми для того, чтобы стать стражем, поэтому каждый потерянный был ресурсом, навсегда ушедшим из нации, и мир от этого становился беднее.

Его копыта почти донесли его до старого кабинета. Вместо гораздо более просторного кабинета, который он занимал сейчас в качестве исполняющего обязанности капитана и должность, которую он занимал только по умолчанию.

Он зажег свой рог, его аура с нетерпением приняла шлем. Как бы хорошо он ни был подогнан, у него все равно болели уши, если он носил его слишком долго.

Впереди послышался вздрагивающий звук. У меня не назначено никаких встреч. Он чуть не зарычал. Последнее, что ему было нужно, это еще более неожиданные новости. Его аура нерешительно отступила от шлема, и Пейпер Пушер одним движением выпрямился. Как только он завернул за угол, он снова стал похож на плакат, изображающий, каким должен быть стражник.

За пределами кабинета капитана пони прислонился к стене, закрыв глаза и дрожа. Его нога подергивалась, по конечности пробегали заметные судороги.

Пейпер Пушер не нужно было доставать справочник, чтобы понять, что делать. Был только один правильный ответ. "Сэр, вам нужна медицинская или любая другая помощь?"

Жеребец сделал длинный прерывистый вдох и заметно заставил себя взять себя в копыта. "Я буду в порядке, спасибо… капитан". Жеребец поднял голову, и его черты сложились в имя в сознании Пейпера Пушера. Это был Ноубл Гид, один из свидетелей нападения на принцессу Твайлайт, в результате которого в зале совета образовалась дыра.

"Боюсь, мне не сообщили, что у меня сегодня назначена встреча, Лорд Ноубл Гид".

Ноубл сделал медленный вдох, словно проверяя, не больно ли ему. "Это скорее незапланированный визит, я хочу воспользоваться своими организаторскими способностями, и мне показалось, что вы будете лучше всего осведомлены о том, где мои таланты будут наиболее полезны".

Мысли Пейпер Пушер пронеслись по уже перетасованным мысленно листам бумаги. Он направился к двери в занятый им кабинет. "Тогда, пожалуйста, входите".

Ноубл Гид кивнул и последовал за ним.

Огромная стопка бумаг и куча свитков, переполнявших его почтовый ящик, встретили его. Несмотря на размеры кабинета, он никогда не был рассчитан на такой объем бумажной работы, которая теперь ежедневно проходила через него. Как говорила Рейвилин Лайт, "Наградой за хорошо выполненную работу было только более трудное дело".

Он зажег свой рог, и его аура потянулась наружу, гарантируя, что все конфиденциальное, по крайней мере, будет прикрыто. Он сохранял ровную походку, обходя стол и направляясь к креслу капитана. "Пожалуйста, присаживайтесь", — предложил он, усаживаясь в кресло. Несмотря на стандартные размеры, оно казалось слишком большим, когда напротив него сидел дворянин.

Ноубл Гид сел со всей строгостью этикета, которого требовали дворяне, несмотря на небольшую гримасу боли. По умолчанию вежливая просьба о его здоровье пронеслась в голове Пейпер Пушер и была отклонена. Он уже отказался от помощи и, очевидно, делал все возможное, чтобы сохранить видимость своего здоровья. "Прошу прощения, что перехожу сразу к делу, но, как вы, должно быть, знаете, в сложившейся ситуации у всех нас резко возросли обязанности".

Ноубл Гид кивнул. "Я вполне понимаю. Именно по этой причине я здесь, чтобы предложить свои услуги".

Карта на стене рисовала безрадостную картину. Множество небольших поселений были отмечены красным значком, означающим, что им требуется немедленная помощь, или удручающе распространенным черным значком, означающим, что поселения больше не существует, оно либо эвакуировано, либо разрушено. Дороги и железнодорожные линии пересекали карту, но их было недостаточно. Слишком много необходимых грузов все еще приходилось доставлять по дорогам, и это напрямую приводило к многочисленным ежедневным сообщениям о потерях.

Глаза Пейпер Пушер окинули взглядом черную булавку, стоявшую на вершине Мэйнхеттана, а затем остановились на Ванхувере. "Вы организовали и наладили строительство, по сути, небольшого города в короткие сроки. Сможете ли вы поднять железнодорожные верфи и руководить прокладкой новых путей?"

"Думаю, я могу быть полезен в этом", — сказал Ноубл Гид, обращаясь к карте. "Я полагаю, план состоит в том, чтобы провести линию к каждому городу и деревне, которые мы все еще удерживаем?"

"Это большой проект и логистический кошмар".

"И это без вмешательства местной бюрократии".

"Они будут препятствовать этому?" — спросил Пейпер Пушер. Не имело смысла, почему пони будут сопротивляться необходимым усилиям по защите Эквестрии. Это было нелогично, но, опять же, как и большинство пони.

"Не намеренно", — сказал Ноубл Гид с гримасой. "Вы не возражаете, если я приму лекарство?"

"Принимайте".

Ноубл Гид достал прекрасный стеклянный пузырек, покрытый серебряным декором и тонкими знаками одного из лучших алхимиков Кантерлота. Когда он откупорил его, в воздухе поплыл сильный лекарственный аромат, смешанный с цитрусовыми и мятой. Одним быстрым движением он осушил его до последней капли.

Пейпер Пушер вдохнул. Ароматизаторы хорошо сбивали с толку, но глубокий земляной и затхлый запах с нотками гнилого чеснока разрушил эту уловку. Северный горький корень… Это не обычное средство для поднятия настроения и не излишество знати, пытающейся сохранить молодость. Хотя этот ингредиент и не был запрещен, он находился в нескольких списках, а некоторые ингредиенты, с которыми он обычно сочетался, были категорически незаконны. Мысленно он добавил ревизию дома аптекаря в конец очень длинного списка дел, которые нужно сделать, как только Эквестрия снова станет безопасной.

"Так гораздо лучше", — сказал Ноубл Гид, когда напряжение и скрытая боль исчезли с его лица. "Как я уже говорил, я сомневаюсь, что кто-то будет пытаться вмешиваться. Но есть много очень способных пони, которые будут настаивать на том, что только они знают лучше. В итоге они будут работать наперекосяк без сильного копыта, которое направит их, и правильных слов, которые позволят им сохранить лицо, отбросив свое эго".

Дворяне… — подумал Пейпер Пушер, вспоминая каждый официальный запрос на отстранение Кэндис от должности — от логичных до откровенно нелепых. Каждая из них представляла собой смесь чисто личного возмущения и бесстрастной диссертации о том, почему это будет на благо Эквестрии. "Я понимаю… вы сможете это сделать?"

Ноубл Гид кивнул. "У меня будет еще много бессонных ночей, но я сделаю это. Если что, это будет проще, чем обычный день в суде. Если бы не нехватка времени, это был бы восхитительный отдых". Он улыбнулся.

В этой улыбке было что-то такое, чему Пейпер Пушер не доверял. Сколько бы он ни думал об этом после ухода Ноубл Гида, он не мог понять, что в ней не так. Казалось, что она принадлежит совсем другому пони. Он вздохнул. Вот почему я предпочитаю работать с бумагами, а не с пони.

* * *

Спустя несколько часов, сотни страниц и две чернильницы, Пейпер Пушер все еще предпочитал бумажную работу сложностям взаимодействия с пони. Он уставился на открытый перед ним свиток с наивысшим приоритетом. Тот, который должен был быть на самом верху стопки, а не зарыт на полпути вниз под запросом на дополнительное оборудование для чистки брони.

Он перечитал свиток в третий раз. Приказ о развертывании лежал на столе, и сколько бы он ни смотрел на него, ничто даже не намекало на то, что это иллюзия или галлюцинация.

Он положил талисман рядом с печатью. От него исходил мягкий золотистый свет. "Значит, не подделка". Внутри него умерла маленькая надежда. Было бы гораздо проще, если бы это была просто подделка, подброшенная вражеским агентом.

На мгновение он подумал об отправке сообщения, подтверждающего приказ, но ничто в нем не могло быть ошибкой или опечаткой. Не быть таким последовательным. Красивый роговой почерк почти наверняка принадлежал Селестии, ни единой ошибки, ни намека на торопливую работу пером.

Его глаза проигнорировали все эти шаблонно написанные мелочи и остановились на приказе.

> Соберите необходимые силы для сопровождения восемнадцати магически сильнейших пони, находящихся в настоящее время в заключении в стране, и доставьте их в Кантерлот.

Почему? При всех нынешних требованиях к резерву сил пони. Требования, которые Селестия знала так же хорошо, если не лучше, чем он сам. Его глаза на мгновение сузились. Он не осмелится?

Он порылся в ящике и достал банку с многоцветным маслом. Он осторожно поставил ее на свиток. Он медленно сосчитал до десяти, но ничего не произошло. Жидкость оставалась неподвижной, даже не дрогнула.

Значит, это не одна из "его" шалостей. Даже сейчас, в уединении своего кабинета, он не хотел искушать судьбу, упоминая это имя. Значит, я должен сделать вывод, что это реальность. Приняв это решение, он принялся за работу, доставая десятки отчетов о заключенных и пару методических пособий.

Им понадобится преимущество три к одному против осужденных. Значит, на восемнадцать заключенных им понадобится пятьдесят четыре пони стражи. Похоже, пожилая пара не скоро получит своего сменщика.

* * *

В дверь постучали три раза. Пейпер Пушер зевнул и поднял глаза от последнего отчета, с которым ему пришлось сегодня иметь дело. Небо за окном было темным, свет луны оттенял мир серебром.

Стук раздался снова.

"Войдите".

Дверь открылась, явив хищный взгляд одного из фестральных стражей Луны. "Действующий капитан Пейпер Пушер?"

Папер Пушер кивнул.

Кобыла потянулась под крыло и достала свиток. "У меня для вас депеша".

"Я так понимаю, это срочно?"

"Это поможет вам спасти жизни".

Его аура приняла предложенный свиток и быстро сломала печать, он просмотрел его. Его глаза сузились и обратились к кобыле. "Как?" Это был такой простой вопрос, но он требовал многого, и он должен был знать.

Кобыла любезно улыбнулась. "Ночная Владычица смогла поговорить с ней перед концом и услышать все ее последние послания". Она кивнула на открытый свиток. "Это для вас, как для исполняющего обязанности капитана". Она достала простой сложенный лист бумаги. "А это для тебя, как пони". С гораздо большим почтением, чем к свитку, она положила листок бумаги на стол Пейпер Пушер, как будто это было какое-то религиозное подношение.

Она написала мне? Образ ее извращенной и умирающей формы, использовавшей несколько последних вздохов в этой жизни, чтобы продиктовать письмо ему, лично ему. Он почти не мог в это поверить. Было так много других пони, с которыми у нее были более глубокие и близкие отношения.

Почему я? Сложенная бумага задержала его взгляд. Он должен был знать, что в ней содержится. Все равно, любое личное послание, кроме как от самой принцессы, должно было быть изучено после официального сообщения ему в качестве исполняющего обязанности капитана.

Он поднял голову с вопросом на устах, но кобылы уже не было. Дверь не открывалась, окно было закрыто, но ее просто не было. "Ночная стража". Он снова вздохнул и обратил свое внимание на последний отчет своего друга.

"Проклятые методы и тактика…"

* * *

## 67 Пробуждение Мунлайт

* * *

Смутный намек на самосознание выплыл из темноты забвения. Первым, что до нее дошло, был звук. Что-то такое знакомое и в то же время такое чужое после предшествующего небытия.

Тук, тук.

Тук, тук.

Тук, тук.

Это был не просто звук. Он бился внутри нее, как будто то, что его издавало, было частью ее самой. Пришло осознание. Это было ее сердце, и с этим осознанием мышца в ее груди пришла в движение. Иглы и булавки пронзали ее холодную плоть, согреваясь с каждым толчком крови. Несмотря на все это, ей было слишком комфортно, чтобы двигаться.

Все было в тесных объятиях успокаивающей темноты и барабанного боя сердца в груди. Было бы слишком легко остаться там навсегда, но этого не случилось. Из окутывающей бездны ее вытащили голоса.

Я жива? Эта мысль поразила ее как молния. Ее подскочивший разум на мгновение обдумал ее. Почему я так уверена, что должна быть мертва? То, что никаких ответов не приходило на ум, было неприемлемо. Хорошо, что последнее, что я помню? Снова и снова перебирая свои воспоминания, она находила лишь пустоту. Значит, либо мне просто приснился кошмар, либо я просто оказалась в опасной ситуации.

Было бы так легко снова погрузиться в шелковую нежность сна, но были вопросы, на которые ей нужно было получить ответы. Один из них, который действительно разжигал огонь под ее копытами, — насколько безопасна ее нынешняя ситуация? Она пробилась сквозь отупляющий комфорт бессознательного состояния и ухватилась за голоса.

Другие чувства навязали себя ее сознанию. Сначала она почувствовала, как двигается ее туловище, как легкие вбирают воздух, запахи ткани, перьев и оружейного масла присоединились к характерным ароматам фестралов. Наконец пробормотанные слова начали обретать смысл.

"Ой, она упала в обморок", — пожаловалась кобыла.

"Давай, плати!" — сказал голос жеребца.

"Откуда ты всегда знаешь?" — спросила кобыла.

Звяканье, которое могло быть только мешком с битами, было почти оглушительным. Второй, явно брошенный мешок был пойман, был не менее громким, но гораздо более терпимым.

"Я просто “настолько” хорош", — произнес странно знакомый голос жеребца. В голове возник образ наглой и клыкастой ухмылки, довольно знакомой по тону.

Она почувствовала, что ее язык и губы протестуют, когда она пыталась заговорить, но это ее не остановило. "Страйкер?" — прохрипела только что проснувшаяся кобыла сквозь больное горло.

"А, ты очнулась. Добро пожаловать обратно в страну живых", — сказал Страйкер. Даже с закрытыми глазами она слышала игривую улыбку в его голосе.

Ее уши были тяжелыми, так как они дергались и пытались сориентироваться на говорящего. Тяжелые веки сопротивлялись, когда она пыталась открыть глаза, но они упорствовали.

Голос кобылы стал мягким и успокаивающим, как у матери, разговаривающей со своим жеребенком. "Полегче, ты через многое прошла".

Неужели? Разум не давал ответов, но, словно ведомое собственной волей, копыто нашло ее горло и осторожно прикоснулось к нему. Она затаила дыхание, ожидая агонии или страшного открытия. Но нет, только ее собственное тепло и нетронутая, первозданная плоть, покрытая более грубой шерстью, чем казалось.

Она выдохнула и еще раз погладила горло. Несмотря на то, что ничего не было не так, глубокая до мозга костей уверенность твердила, что что-то было.

"Здесь ты в безопасности" — сказал материнский голос. Тон был настолько искренним, что его можно было принять только за правду, или, по крайней мере, за правду, как кобыла ее знала.

Постепенно ее веки приоткрылись. На потолке кружились цвета, для которых у нее не было слов, а сверху на нее смотрела пара завораживающих глаз. Долгое мгновение она просто смотрела. Это зрелище не было похоже ни на что, что она когда-либо видела раньше. "Где я?" — спросила она, сосредоточившись на этих глазах.

"Привет, красавица", — сказал Страйкер. Его глаза были полны красок, которых не было раньше. Его клыки высунулись из-за игривой ухмылки.

Она вздохнула в знакомом отчаянии. "Это не ответ на мой вопрос, капитан Страйкер".

Между ними промелькнуло кожистое крыло. Крыло соединилось с телом кобылы с крыльями летучей мыши. У этой кобылы была гораздо более мягкая улыбка, а ее глаза были такими же лучистыми, как у Страйкера, если не больше.

"Мое имя Мерси, приятно познакомиться".

Страйк фыркнул. "Прекрати пытаться говорить как государыня".

Мерси топнула копытом. "Ей это нравится, я думаю, что это звучит круто, так почему бы и мне не сделать это?"

"Я…" — Ее слова прервались, когда пришло холодное осознание. Она наконец-то заметила, что чего-то не хватает. "Я не могу вспомнить свое имя".

"Конечно, нет", — поддразнил Страйкер.

"Конечно, нет? Конечно, нет?" — Кобыла перекатилась и попыталась встать на копыта. Тело не поддавалось, и еще одна волна иголок и булавок прошла по ее конечностям. Она решила просто направить на него копыто. "У меня явно не полная амнезия, если я помню тебя и твою привычку есть манго".

"Нет ничего плохого в том, чтобы любить лучшие фрукты".

"Манго не…" — слова необщительной кобылы оборвались, когда до ее носа донесся восхитительный сладкий аромат.

Страйкер захихикал, и вдруг на его поднятом копыте оказался манго странной формы.

"Я даже не люблю манго".

"Теперь любишь".

"Что ты со мной сделал?"

"Сначала вонзи свои клыки в это".

"Клыки?" — Ее язык исследовал рот, и да, он был прав. Четыре острия отныне поселились у нее во рту. "Почему у меня есть клыки?"

"Что ты имеешь в виду? Они у тебя всегда были", — начал Страйкер в своей раздражающе самодовольной манере.

Тюк.

"OУЧ!" — Страйкер уставился на Мерси, чье копыто было готово нанести еще один удар по голове.

"Хватит мучить бедную кобылу. Ты знаешь, каково это. Ты тоже через это прошел".

"С тобой не весело".

Мерси снова ударила его по голове. "Она не нуждается в том, чтобы перед ней разыгрывали фокусы. Ей нужно знать, что она в безопасности и среди друзей".

"Где я, и почему все выглядит так странно?" — спросила безымянная кобыла с полным ртом сочного манго, о котором она никак не могла вспомнить, как оно туда попало.

"Ты имеешь в виду новые цвета?" — спросила Мерси.

Безымянная кобыла кивнула.

"У тебя новые глаза. Эта комната находится в полной темноте".

Безымянная кобыла огляделась вокруг и изучила свое сюрреалистическое окружение. Казалось, не было никакого источника "света", который, как ей казалось, она видела. Ни один из них не вызывал никакого освещения. Как будто мир был сделан из жидкости, а флуоресцентные краски кружились и танцевали в нем. Так вот как фестралы видят мир… подождите. Ее копыто поднялось вверх, туда, где должен быть ее рог. "Слава Селестии".

"Возможно, тебе стоит перестать использовать эту присказку" — сказала Мерси.

"Почему?"

"Скажем так, у Дневной Принцессы сейчас не самая лучшая репутация среди нас".

Она оставила это на потом и перешла к более важному вопросу. "Что со мной случилось?"

"Короткий ответ: ты выбрала жизнь".

"И что из этого выбора означает, что я не могу вспомнить свое имя?" — спросила безымянная кобыла, пока ее разум пытался собрать воедино цепь событий, приведших к этому моменту.

"Потому что ты должна была умереть".

Что? Слова поразили ее, как удар молота. В ее сознании промелькнул образ другой пони и вкус грязной крови. "Сержа…" — начала она, но Мерси лишь покачала головой.

"Он сделал другой выбор", — сказал Страйкер нехарактерно мрачно. "Бездельник".

Бум.

Морда Страйкера ударилась об пол от не слишком мягкого удара копытом Мерси по его голове.

"Зачем ты это сделала?" — Страйкер посмотрел на Мерси.

"Иди и сообщи остальным, что она проснулась", — сказала Мерси, ее задние ноги угрожающе задрались, чтобы дать ему мощный стимул уйти.

Страйкер как-то глубже погрузился в цвета и исчез из виду. По миру пробежала рябь, как по пруду, в который бросили камень.

"Твой друг умирал и сделал выбор. Он пожелал быть со своей семьей в Бесконечных Полях, вместо того, чтобы снова столкнуться со скверной". Мерси придвинулась ближе и протянула набор щеток. "В отличие от Селестии, Луна не будет заставлять пони сражаться с чудовищами".

Скверна? Словно вызванная этой мыслью, вспышка воспоминаний вернулась. Сердце забилось в груди, и она задыхалась. Образ тела пони, превращенного в тело монстра, сопровождался тошнотворным звуком ломающихся костей и рвущейся плоти. Она закрыла глаза и слегка встряхнула головой.

Мысль или что-то полузабытое пришло к ней в голову в голосе, похожем на голос принцессы Луны. Даже путешествие во времени не может изменить прошлое. То, что было, теперь не более чем память. Все, что может сделать любой пони, — это выбрать свой путь в настоящем. Помни, цени и извлекай уроки из каждого ускользнувшего мгновения. Чти тех, кто погиб, но никогда не позволяй прошлому связывать тебя и не опускай копыта, когда придет время действовать".

Она на мгновение задержала дыхание и плавно выдохнула. Почти паника, страх и беспокойство ушли вместе с выдыхаемым воздухом.

Чудесные краски вернулись в мир, когда она вновь открыла глаза. "Ты веришь в загробную жизнь?" — спросила безымянная, перекатываясь и поднимаясь на копыта. Движение было слишком легким, и оно превратилось в небольшой прыжок. Я легче? — подумала она, но это было неправильно. Она видела, что ее ноги стали толще. Она чувствовала, как дополнительные мышцы обхватывают ее тело, как оно сжимается и разжимается. Это было неправильно, и в то же время правильно, как будто она была совершенно чужой и в то же время именно такой, какой она должна быть. Итак, по крайней мере, у меня есть хоть какое-то представление о том, как я выглядела раньше.

Мерси кивнула и принялась за работу с щеткой. "Верить? Нет, я видела это. Когда один из нас умирает, государыня берет нас под свое крыло и лично провожает до той двери".

Медленные, уверенные движения щетки по ее шерсти успокаивали так же, как и мешали. То, как она тянула и натягивала шерсть, было постоянным напоминанием о том, что ее гладкая кантерлотская красота исчезла, сменившись смертоносным атлетическим видом.

Груминг не был спа-процедурой, но после той недели, которую она провела, все еще безымянная кобыла просто позволила себе расслабиться. "Почему я должна была умереть?" — спросила безымянная с тихим мурлыканьем удовлетворения.

"Об этом лучше всего спросить у государыни, но я думаю, что она могла украсть тебя для себя".

"Украсть меня?" — Это звучало знакомо. Мысленно она вернулась назад и нашла имя и момент времени. На крыше, освещенной лишь лунным светом, странная кобыла с огромными крыльями закатила глаза, слегка кивнув в сторону принцессы Луны, а затем, взорвавшись серебристой магией, бросилась в то, что должно было стать безнадежной смертельной ловушкой. Кэндис, последняя кобыла, которую Луна "украла".

"Ты знаешь, сколько шуток в РСКГ? Сколько доказательств или признаний, которые вы получаете, просто сфабрикованы Селестией, чтобы соответствовать ее версии?"

Мир померк, сменившись другой сценой. Десятки дворян лежали, закрыв головы передними копытами. Одного дворянина держала Селестия, протягивая магию и отламывая ему рог. Звук был ужасен. Отсутствие реакции и спокойствие на лице принцессы Селестии было еще хуже.

Подергивание за шерсть вернуло ее к действительности, когда щетка зацепилась за узел. Что?

"И теперь она заставляет тебя, именно тебя из всех пони, играть в игрушечного солдатика?" Только дрожь в спокойном голосе Мерси свидетельствовала о гневе, который так противоречил мягким движениям щетки.

Ее тело переместилось, приспосабливаясь в ожидании нежелательного бремени. Раздражение сменилось решимостью, когда она встретилась взглядом с сузившимися глазами Мерси. Как бы она ни ненавидела тяжелые доспехи и скучную монотонность работы стражника, она должна была выполнить свою часть работы. Ради самой Селестии, они возвращали в войска пенсионеров и натягивали доспехи на жеребят. "Я была нужна".

"Да, но не для этого. С твоим талантом и навыками ты нужна, чтобы выследить тех, кто это устроил, а не умирать в бою, к которому ты не готова".

Рефлекторно, часть ее тела потянулась внутрь в поисках чего-то, тепла, ядра уверенности, которое всегда было там, и ничего не нашла. Ее рот захлопнулся. Слова, которые могли бы когда-то прозвучать, даже не попытались вырваться из ее губ. Холодный ужас перешел в чувство потери с легким намеком на вину.

Горько-сладкая улыбка украсила мордочку Мерси. "На тебе больше нет заклинания верности Селестии".

Заклинание верности? Такие вещи должны были быть сюжетными ходами в плохой фантастике, где автор не мог придумать завершающих причин для изменения преданности или вообще ее существования. Она сузила глаза. "Надеюсь, у тебя есть доказательства?" Даже когда она спросила, в памяти всплыли утверждения Кэндис.

"Есть простое заклинание, позволяющее увидеть эффект. С его помощью очень легко обнаружить любого пони из Солнечной гвардии, даже если они работают под прикрытием".

В глазах Мерси не было ни намека на обман, только полная уверенность в правдивости ее слов и материнская забота. Она окинула взглядом плоды своих трудов и решительно кивнула. Она отложила щетки и сказала: "Мы должны поздороваться с остальными". С этими словами она направилась к единственной двери в комнате и взмахом крыла пригласила безымянную кобылу следовать за ней.

Дверь открылась на петлях, которые определенно нуждались в масле, и нарушила святилище темноты. Жгучий свет обжег ей глаза, она зашипела и прикрыла передней ногой свои бедные чувствительные глаза.

"Да, это отстой. Подожди немного, и твои глаза привыкнут", — сказала Мерси.

Медленно, мало-помалу, она открыла глаза, и перед ней открылся "нормальный" мир. Она огляделась, маленький лучик солнечного света полностью осветил комнату.

Тени все еще имели намеки на фантастические цвета, но только намеки. Как будто солнечный свет заглушал их красоту своим светом. Часть ее почти плакала от резкой пустоты, которую дневной свет породил на трупе убитой тьмы.

Мерси расправила крыло, и его кончик почти коснулся поверхности зеркала размером с аликорна. Две пони в зеркале заворожили ее. Даже в затененных участках не было видно ни одного из умбральных цветов, истинного богатства мира, но это были лишь детали. Две пони в комнате, две пони в отражении, и все же ни одна из них не была похожа на нее.

Как будто у ее копыт был свой собственный разум. Она двинулась к зеркалу. Только по виду ее мордочки и тому, что она могла бы увидеть без нее, она поняла, что будет выглядеть иначе. Ну, не в первый же раз я становлюсь другой пони. Подумала она, изо всех сил стараясь не добавить "но это первый раз, когда тебе пришлось умереть ради этого".

Она тяжело вздохнула, а затем, как и много раз до этого, намеренно встретилась взглядом со своим отражением. В нем не было ничего от того, кем она когда-то была, ни одной черты, ни одной линии.

Кобыла, оглянувшаяся назад, обладала опасным взглядом, ее хищные глаза смотрели с острой интенсивностью, которая могла быть как пугающей, так и манящей. Ее густая шерсть не могла полностью скрыть очерченные линии мощных мышц. Она перебирала мимику и позы, каждая из которых принадлежала пони, которых она когда-то носила. Ни одна из них не подходила.

"Кто ты?" — спросила она у зеркала, пока ее мысли играли с возможностями этого нового образа.

Кобыла в зеркале улыбнулась, показав клыки. "Ты принимаешь мою личность и даже не узнаешь меня?" — В тоне прозвучала игривая уверенность, присущая большинству пони Луны. Почему-то это казалось правильным. Поза, однако, требовала большего. Меньше Кантерлота и больше Клаудсдейла?

Перестановка ног, намек на грацию и опасность охотничьей кошки. Она проследила каждую линию своего нового тела. Я могу с этим работать.

Она повернулась на бок, демонстрируя свою метку. Ее новый знак.

Ты — моя Мунлайт. Освещай тех, кто спрячется от моего гнева. Вспомнившиеся слова ударили как тонна кирпичей. Гордость и воодушевление, словно жидкая молния, послали дрожь по ее позвоночнику.

Вновь названная Мунлайт, она обратилась к своему отражению. "Привет, Мунлайт".

"Ты знаешь, что это моя фраза, а не твоя?" — раздался самодовольный голос Страйкера.

"Я теперь работаю на принцессу Луну… но неужели я должна терпеть тебя?"

"Жги", — отозвался другой голос, прежде чем разразиться гоготом, похожим на гогот гиены.

С двойным ударом Страйкер застонал, и злобный смех затих. Как будто она ничего не сделала, Мерси заговорила: "Обычно здесь устраивают вечеринку, большой праздник, чтобы поприветствовать новую сестру ночи".

"Значит, я умерла, и у меня даже нет выходного?"

"Неа".

* * *

С трудом, но в одно мгновение она проснулась и обрела покой, пребывая в полной боевой готовности в странной двойственности. Мягкая сладкая трава обнимала ее, когда она лежала под прекрасным небом, освещенным звездами. Глубокий вдох наполнил ее легкие, когда она вдыхала окружающие ее лесные ароматы. Больше всего выделялись ночные цветы и утренняя роса.

"Как хорошо", — вздохнула она. Определенно, прошло слишком много времени с тех пор, как у нее была возможность хоть немного отдохнуть, не говоря уже о том, чтобы отправиться в отпуск. И все, что нужно было сделать, это умереть… Эта мысль как колючка в копыте, маленькая, но настойчивая. Медленный вдох расширил ее грудь, когда она попыталась отбросить эту колючку.

Перед ее глазами в лунном свете, который теперь был ее тезкой, открывались еще более дивные виды. Вокруг нее, на поляне, где она лежала, во все стороны простирался сказочный лес. Сотни различных видов деревьев и тысячи разновидностей ночных цветов сочетались в узоре, который казался естественным. Чем больше она смотрела, тем больше чувствовала, с какой тщательностью каждое из них было посажено.

Догадка, подкрепленная железной уверенностью, шла впереди ее мыслей, попирая любые сомнения. Я сплю. Все это не было реальностью, и все же, во всех смыслах, это было так.

Словно вызванный этой мыслью, сзади раздался голос. От первого же слога у нее внутри все замерло и сердце сжалось ледяными когтями. "То, что все это не является физическим, не означает, что все это менее реально", — сказал царственный голос.

"Принцесса Луна?" — Мунлайт задыхалась, знакомая фантомная боль сжимала ее горло.

Принцесса Ночи вынырнула из слишком маленькой тени древнего дуба. Копыта Мунлайт заскрипели, подталкивая ее вверх и в глубокий поклон, когда морда пыталась зарыться в траву.

Живое воплощение ночи приближалось на смертельно бесшумных копытах. Единственным звуком был шелест ветра в ее крыльях. "Будь спокойна, мой искатель истины".

Теснота, пытавшаяся удушить Мунлайт, исчезла, и после нескольких вдохов мирный аромат лаванды успокоил ее дрожащие конечности.

"Лучше?"

Кивок был единственным ответом, который она смогла дать. Спор затих, но мысли, эмоции и последствия всего произошедшего все еще крутились в ее голове и сердце, пусть пока медленно и упорядоченно.

Луна придвинулась ближе и, проведя кончиком крыла под подбородком, побудила Мунлайт подняться. "Нравится ли тебе твой новый кабинет?" Несмотря на торжественное выражение лица Ночной Принцессы, ее тон был почти игривым.

"Ну, этот кабинет больше, чем мой предыдущий", — сказала она.

"Здесь есть все, что тебе нужно: все отчеты о снах, способ передачи сообщений тем, кто находится на месте, и эскорт, который поможет тебе в расследовании снов тех, кого ты подозреваешь".

Вся обстановка была сюрреалистичной, так сильно отличающейся от маленьких офисов, которыми она никогда не пользовалась. Если таковы ресурсы Ночной стражи, то в чем вообще смысл РСКГ?

Словно предчувствуя вопрос, ее собеседник произнес. "Это все новое, созданное специально для тебя".

Она медленно повернулась на месте, сон это или нет, но это должно было потребовать определенных усилий со всеми магическими связями и отчетными заклинаниями, которые потребовались бы, чтобы все это заработало… Было поистине удивительно думать, что все это было сделано только для нее, только для того, чтобы она могла использовать свои таланты.

Принцесса Луна изящным жестом взмахнула крылом, и сначала одна, а затем десятки звезд, расположенных выше, полетели вниз, словно прирученные птицы, призванные к копытам. По мере приближения каждой из них появлялись образы, мелькавшие в каждой. Мунлайт и без подсказки знала, что это такое. Воспоминания и сны.

От одного толчка земля задрожала, и из травы появился круглый стол из темного камня, на котором лежала идеальная рельефная карта континента. Как бы накрывая на стол, Луна поместила на карту каждую захваченную звезду. Вокруг каждой звезды карта обретала цвет и детали.

Глядя сверху вниз, невозможно было не заметить весь масштаб бедствия. Целая четверть диких пространств была извращена и испорчена.

Рычание испугало ее, и Мунлайт потребовалась целая секунда, чтобы понять, что оно исходило от нее самой.

На мордочке Ночной принцессы появилась одобрительная улыбка, а затем ее выражение вновь стало ледяным, как у ночных аликорнов. "Нам пора возвращаться на поле боя", — сказала Луна, положив на стол жетон с изображением своего легендарного оружия — Звездопада. "Приступайте к своим обязанностям".

Вспышка света, и Мунлайт осталась одна в своем кабинете.

"Что ж, я всегда хотела иметь шанс изменить жизнь к лучшему… наверное, будьте осторожны в своих желаниях". Она прижала копыто к горлу, чтобы убедиться, что оно все еще цело.

Жетоны и маленькие флажки рассказывали о нынешнем состоянии Эквестрии. Маленькие серебристые линии вели к каждой сфере памяти, содержащей более подробный отчет.

Некоторые места были неприступны. Кейденс и ее муж защищали по одному городу. Отряды Солнечных Стражей защищали многие другие, к сожалению, не без потерь. Глаза Мунлайт задержались на одном жетоне, где два маленьких флажка не были нужны, чтобы сообщить ей о том, как у них идут дела, но они придавали им официальный статус. Красным цветом обозначалась их активность, а черным — опасность быть уничтоженными.

Она видела много газетных сообщений, в которых объявлялось о смерти или о том, что один из вымышленных лиц пропал без вести. Но никогда еще она не была просто пометкой в сводке потерь. Она отвела взгляд от остановки и отогнала эти воспоминания на задворки сознания. У нее было слишком много дел.

Стратегия игры была ясна как день. Защитить крупные поселения, оставить малые, где это необходимо, сдержать распространение скверны, где это возможно, и поручить принцессе Луне и ее Ночной гвардии наброситься на скопление врагов, разбивая каждого из них с подавляющей силой. Это было просто и прямолинейно, но оставляло большие участки земли без охраны и наблюдения.

Какой бы ужасной ни была ситуация, сейчас она явно была стабильной. Еще будут смерти, возможно, многие, но теперь это был просто вопрос времени, когда с этой угрозой будет покончено.

Ее глаза проследили за каждым значком и флагом. Каждая деталь находила свое место в ее сознании, и она искала любую скрытую закономерность, любую ложную цель, чтобы привлечь или отвлечь внимание. "Здесь нет никакой истинной закономерности… проклятые просто распространяются так далеко и так быстро, как только могут… это больше похоже на чуму, чем на стратегическое действие".

Она все перепроверила. "Нет, здесь только три аномалии…"

Первой был пурпурный щитовой купол, окружавший поселение беженцев рядом с Понивиллем. Впечатляет, но беспокоиться там не о чем.

Второй была пара жетонов далеко за пределами границ Эквестрии. На лавандовом был изображен контур эквестрийского дирижабля с меткой Твайлайт. На коричневом, с нарисованным когтем грифона и луком, было изображено ополчение Грифонстоуна. "Так вот почему Твайлайт здесь не помогает…"

Третьим был один жетон. Пара деревень, отмеченных как находящиеся под угрозой разрушения, имели один оранжевый жетон ненадежных союзных сил, размещенных для защиты. В этой местности не было ничего примечательного. Единственное, что делало ее уникальной, — это то, что она не была заброшена или разрушена. Она постучала по жетону. "Итак, ты — моя единственная зацепка… Посмотрим, с чем мы имеем дело…" — Она потянулась к первой ближайшей звезде.

* * *

## 68 Курсы Крэша

* * *

Крэш уставился на свое копыто. Комната за ним все еще казалась огромной. Он понимал, что дело в меньших размерах его молодого тела, но вся ситуация напоминала сюрреалистический сон. Если бы не его клятвенный долг, он бы так и считал.

Он был одним из Избранных принцессы Луны, вознесенным в ряды самых благосклонных из тех, кто присягнул государыне, наделенным благословением маленькой частички ее души, приютившейся рядом с его. Этот драгоценнейший дар покоился в его груди. Утешительный холод, с каждым ударом сердца вливавший в его жилы неутомимую силу земли.

Какая-то часть его души все еще не могла поверить в это. Ему, одному из всех Ночных Стражей, доверили безопасность дочери государыни. Не только как телохранителю, но и как компаньону, даже другу. Гордость и радость поселились в его сердце без единого намека на вину или ощущение недостойности. Как и все Ночные стражи, его жизнь и даже сама душа принадлежали Луне. Ночь за ночью жестокие тренировки, эмоциональные и психические разрывы на части только для того, чтобы его с любовью вернули к здравому смыслу, оставили его в полном согласии с тем, кем он был.

Впереди его ждало еще столетие жизни, если бы только у него хватило умения остаться в живых. И все потому, что я нянчил своего младшего брата.

Его чуткие уши поворачивались то в одну, то в другую сторону, выискивая один конкретный звук. Гул магии смешивался с хлопаньем вытесняемого воздуха. До его ушей долетали только звуки журчащих голосов и цоканье копыт пони, передвигающихся более обычным образом.

Он лениво вздохнул. Значит, она еще не проснулась. Он закрыл глаза и снова устроился в пушистых объятиях огромной кровати.

Даже с его новой энергией земного пони идти в ногу с четырьмя кобылками было большим испытанием для его выносливости, чем любой штурмовой курс Солнечной гвардии.

Вчера, не нарушая запрета покидать территорию замка, Литтл Стар придумала, как связаться с ними и повлиять на происходящее за много миль отсюда. На его губах появилась клыкастая улыбка. "Никогда не думал, что мне доведется играть в артиллериста".

Усмешка сотрясала его грудь. Убийство безумной гидры в заросшем лесу и безопасность конвоя помощи Блюблада. "Не могу дождаться, чтобы увидеть, как ты собираешься превзойти это".

Что-то оторвало его от пропасти сна. Потребовалось лишь мгновение, чтобы память напомнила ему о том, что он чуть не пропустил. Тихий и слишком знакомый хлопок заставил его дернуться.

"Долг зовет", — сказал он себе, зевая.

Он стряхнул с головы последние остатки сонливости, затем, полуобернувшись, с силой вскочил с кровати. Из него вырвался крик радости, который он бы отрицал, если бы его спросили. Выбранный им путь к двери обогнул две стены и, наконец, потолок. Даже крылья не понадобились. Возбуждение, физическая сила, которую принесла магия земных пони, все еще опьяняла.

Наслаждаясь простой радостью от еще одного благословения своего суверена, он нырнул в тень, словно в бассейн.

* * *

Он вынырнул из почти жидких объятий тени и зашагал рядом с маленькой принцессой "единорогом", пока она совершала обход.

Все, что она делала, было наполнено энергией, импульсом, который мог заразить вас, если вы позволите. Когда он смотрел на нее, то сомневался в том, что видит. Если судить о ней по серьезному выражению лица и трудолюбию, она не была маленькой кобылкой. Однако ликование, когда она находила что-то новое или когда ее хвалили, на сто двадцать процентов было похоже на маленькую кобылку.

"Доброе утро, Стар".

Теплая радость сверкнула в ее глазах, когда она повернулась для приветствия. "Доброе утро…" — ее голова склонилась на одну сторону. "Почему ты всегда так рано встаешь? Ты ведь должен быть ночным?"

Когда частичка ее счастья нашла пристанище в его собственной груди, он пожал плечами с полуухмылкой, которой Страйкер мог бы гордиться. "Не хочу пропустить все наши развлечения".

Ее голова слегка наклонилась в другую сторону, и казалось, что она смотрит прямо сквозь него. Это было почти как бледная имитация того, как иногда выглядела государыня, только гораздо менее устрашающе на таком милом лице.

Ее губы зашевелились, а затем она лишь слегка кивнула. Не успел рог сверкнуть, как на свет появился свиток. Он падал лишь на мгновение, прежде чем она поймала его в свою ауру.

"Хочешь помочь с утренней проверкой?" — спросила Литтл Стар с широкими, полными надежды глазами.

У него было всего несколько секунд, чтобы действовать. Всего несколько мгновений до того, как возникнет самая большая угроза его свободной воле. Его крыло взмахнуло, выхватывая свиток из ауры Стар.

Невинная ухмылка была почти такой же разрушительной, как и щенячьи глазки, но, к счастью, чуть ниже порога "смерти от миловидности".

* * *

Крэш сидел на спинке стула, осторожно балансируя на одной из ножек. Оторвавшись от своих самозабвенных тренировок, он посмотрел на других пони, находившихся с ним в комнате.

Медсестра Редхарт была занята сортировкой бинтов. Выражение лица у нее было противоречивое. Когда она пыталась смотреть сквозь кристальную стену, облегчение и благодарность боролись с завистью и печалью. Слегка опущенные уши и беспокойный хвост говорили о чувстве вины и ненависти к себе, которые дополняли все это, завершая беспорядок эмоций кобылы.

Взмахнув крылом и изменив равновесие, кресло повернулось и поменяло одну из своих четырех ножек на другую. Уши Редхарт даже не дернулись от этого звука.

Для Крэш это имело смысл более чем в одном. Ее талант заключался в заботе о пони. Она всю жизнь оттачивала это мастерство, а Литтл Стар могла помочь гораздо больше простым взмахом рога. Добавьте к этому нападение на Понивилль, и удивительно, что она так хорошо держалась. Может, мне стоит просить государыню проведать ее, когда все закончится?

Дверь открылась, и из операционной вышла Литтл Стар. Ее аура мягко закрыла за ней дверь. Как только она защелкнулась, она исчезла во вспышке света и появилась, стоя на потолке над Крэшем.

"Она уже спит".

"Спасибо, что помогла ей". Редхарт подняла голову и растерянно моргнула, а затем откинула голову назад, наконец-то обнаружив Литтл Стар. Слегка покачав головой, она благодарно улыбнулась, спрятав все намеки на свой внутренний конфликт.

Литтл Стар попятилась, немного смутившись. В перевернутом виде она выглядела вдвойне странно. "Мамочка Твайлайт сказала мне присматривать за нашими пони".

"Ты определенно делаешь это. Твоя мама будет гордиться тобой".

Литтл Стар подпрыгивала на потолке, дразня гравитацию тем, что она не может ее схватить.

Да, определенно все еще маленькая кобылка, — весело подумал Крэш.

С нетерпением она спрыгнула вниз, повернулась в воздухе и помчалась по коридору к менее серьезным пациентам.

Он бросил свой насест в погоне за ней. Мгновением позже кресло рухнуло на пол. "Упс". Он оглянулся, готовый исправить свою оплошность, но его опередили.

Редхарт махнула ему копытом, чтобы он продолжал идти, вздохнула и поправила, к счастью, все еще неповрежденный стул, и он продолжил свою миссию.

Все, что ему оставалось делать, это отмечать дела на свитке и ждать у комнат. Не самая интересная работа стражника, которую я когда-либо выполнял, — подумал он, методично перебирая очередную группу крыльев.

Первые полдюжины, которых она проверила, прошли отлично. Они были благодарны, и слова благодарности были просто глазурью на торте, который был достойной хорошо выполненной работой. Каждый раз маленькая принцесса уходила в более приподнятом настроении, чем в предыдущий.

После седьмого он понял, что что-то не так, как только она вышла из комнаты. Он прекратил свои упражнения и уделил ей все свое внимание.

Живая энергия исчезла, каждое копыто неуклюже находило свое место. Она сделала всего десяток шагов, прежде чем ее глаза заблестели от влаги.

Внутри комнаты раздался голос. Этот тихий голос практически кричал на его тестральный слух. "Почему они вообще позволяют этой угрозе играть в медсестру?"

Почему ты, неблагодарная мразь. Ты даже не в состоянии дышать одним воздухом с ней. Ты мог хотя бы подождать, пока она не окажется вне пределов слышимости. Обычный пони мог бы это услышать, не говоря уже о Литтл Стар и о нем самом с их превосходным слухом.

Он чуть не зарычал или зашипел. Он чуть не выбил дверь и не высказал им все, что думает. Но почти неслышный всхлип, не более чем вздох, вернул его взгляд к Литтл Стар.

Ее губы дрогнули, и это окончательно добило его. Несмотря на всю свою силу и преданность долгу, она все еще оставалась маленькой кобылкой.

Обычно именно тогда ее деревянная сова обнимала ее. Но сегодня знакомой совы нигде не было видно.

В таких случаях у старшего брата было только два варианта действий. Поскольку выбить дверь было, похоже, неправильным вариантом, оставался только второй. Крэш накрыл ее своим крылом и притянул к себе. Меньше чем через мгновение ее слезы намочили шерсть на его груди.

"Не позволяй этому мудриле огорчать тебя".

Она дернулась и посмотрела вверх, в ее все еще влажных глазах вспыхнула ярость. "Не употребляй плохих слов".

Какая-то часть его души хотела рассмеяться, но это было невозможно под таким смертоносным взглядом дочери невротичного аликорна.

Видимо, талант взгляда передается по наследству, — подумал он, почти глотая воздух. "Прости".

"Все в порядке", — пробормотала она, возвращая голову на грудь.

Он обнял ее, его крыло укрыло ее от мира, в который она никогда по-настоящему не впишется. Неудивительно, что принцессы скрывают свою истинную силу.

Как и Луна, и даже сами Ночные Стражи, Литтл Стар подвергалась несправедливому отношению. Ее избегали те самые пони, которым она помогала. В некоторых случаях, возможно, даже те, кому она буквально спасла жизнь. Как и у Ночных Стражей, было только одно решение, только одна вещь, которая могла успокоить ее душу.

"Может, пойдем и найдем остальных Метконосцев?"

Литтл Стар издала еще один всхлип и кивнула, прижавшись к его груди. Она подняла голову и уперлась копытом в гладкий кристалл стены. В следующее мгновение сцена изменилась. Это был не телепорт и не тот сдвиг, который происходит, когда Суверен изменяет сон. Это было совершенно мгновенно, без всякого перехода или ощущения. Это был еще один признак того, что она не простой единорог.

Было ясно, что они все еще в замке, но где? Этому месту нужны указатели. Из-за единого вида кристалла все коридоры выглядели одинаково.

Литтл Стар улыбнулась и ласково похлопала по стене, прежде чем постучать в дверь.

Дверь приоткрылась, и оттуда выглянула сонная Свити Белль. Прошло несколько долгих секунд, прежде чем Свити Белль заметила, что что-то не так.

Как и ожидалось, не было ни вопросов, ни жалоб, просто объятия. Физическое обещание всегда быть рядом друг с другом.

Он успел лишь несколько секунд понаблюдать за этой милой сценой, прежде чем пурпурная аура решила сделать его ее частью.

Это одно объятие повлекло за собой другие, по мере того как собирались все остальные.

* * *

Крэш не обращал внимания на вспышки и взрывы, которые снова вызывали уроки магии Литтл Стар.

Он сосредоточился на своей сопернице. Она все еще явно хотела напасть на неблагодарных пациентов, которые так огорчили Стар. Он не мог ее винить, но она была слишком грубой и брутальной, чтобы просто отложить это в сторону, как Эпплблум и Свити Белль.

Он обошел вокруг Скуталу, наблюдая и ожидая. Злость все еще сквозила в каждом ее движении. Она беспокойно двигала своими лавандовыми перьями, стараясь не смотреть на него.

Он держал свои крылья полураскрытыми. Готовый ко всему. Она была быстрой, гораздо быстрее, чем можно было бы предположить по ее пегасьей крови. Она не раз доказывала это в играх в пятнашки.

Взмах копыта, и его тренировки пошли впрок. Его копыто зацепило ее копыто достаточно вовремя, но сильный удар отбросил его назад. Удар был похож на небольшой раскат грома, и только это заставило его вздрогнуть. Если бы у меня не было магии земных пони…

Взмах крыльев подтолкнул ее вперед, и она повернулась, занося второе копыто для нового удара.

Оттолкнувшись от него, Скуталу кувырком пролетела мимо него. Ее шокированное выражение лица сменилось соревновательным блеском, когда он отбросил ее в сторону.

Я знаю этот взгляд — единственная мысль, на которую у него хватило времени, прежде чем воздух ударил его, как кувалда, завернутая в пухленькую подушку.

Он подался вперед, а она просто неподвижно повисла в воздухе. Самодовольная ухмылка, которую она изобразила, была гораздо лучше злобного оскала.

Как? О, вот что ты сделал. Она сбросила весь свой импульс прямо на него. "Хорошо, но не…" — Это все, что он успел сказать, прежде чем она выдвинула свой контраргумент. Довольно физический.

Ухмылка сменилась копией ухмылки Рейнбоу Дэш, и, взмахнув своими идеальными, для пегаса, крыльями, она бросилась обратно к нему.

С очередным взмахом, изгибом и вращением одно из ее задних копыт устремилось прямо ему в голову.

Он вытолкнул часть холода из своей сущности вниз, в ее тень. Простой шаг, и ее удар просто помог втолкнуть его в черные объятия тени.

Она отдернула конечности и взмыла в воздух. Ее голова поворачивалась то в одну, то в другую сторону, а зоркие глаза перебегали от тени к тени.

Несмотря на пристальный взгляд охотника, ее счастливая улыбка была заразительна.

Я знал, что это то, что тебе нужно, — подумал он, на мгновение задумавшись о своих дальнейших действиях. Несмотря на все годы тренировок, это была не просто прогулка по парку. Эта кобылка уже могла дать фору Солнечной гвардии. Ему не терпелось увидеть, на что они будут способны, когда достигнут совершеннолетия.

Его фестральное тело было немного сильнее пегасьего, но это почти терялось под мощью, которую давала им обоим магия земных пони. У нее была скорость, а у него — тени.

"Еда", — крикнула Эпплблум, и на этом матч был окончен.

Он вытащил себя из тени, встряхнулся, как собака, чтобы уложить шерсть на место.

Скуталу ударилась о его бок в добродушном товариществе. "Я бы выиграла, знаешь ли".

"Да, да, продолжай говорить себе это".

Она бросила на него сердитый взгляд, который был быстро разрушен ее нетерпеливой позой и высунутым языком.

"Мы оба классные", — сказал он, протягивая копыто для удара.

Стук, с которым она согласилась, снял последнее напряжение соревнования. По крайней мере, на несколько секунд.

"Кто последний в столовую — тухлое яйцо" — И вот так она сорвалась.

Ему ничего не оставалось. Несмотря на уставшие конечности, он запросил большего, и гонка продолжилась.

* * *

Магия, сдирающая грязь и пот с его шерсти, никогда не входила в список десяти самых приятных вещей, но она была быстрой и эффективной.

"Вот почему надо смотреть, куда идешь", — читала лекцию Старлайт.

"Как мы должны были…" — начал Крэш, но Старлайт была еще одной пони, которая умела смотреть в глаза, поэтому он замолчал.

"Да, мисс Старлайт", — уныло сказала Скуталу. Ее взъерошенные крылья зашевелились от дискомфорта.

Магия Старлайт была неприятна с его крыльями, с перьями Скуталу, наверное, было еще хуже.

Кобыла перевела взгляд на Крэша. "Зачем ты скакал по коридорам, если в замке так много народу?"

"Эй, я не собирался быть тухлым яйцом".

Сбоку раздалось хихиканье Эпплблум, полностью уничтожившее всякое ощущение серьезности, на которое могла рассчитывать Старлайт.

"Просто… будь осторожнее. У нас много пони, которые все еще не привыкли к обычным понивильским выходкам, не говоря уже о тебе? Пожалуйста?"

Крэш выпрямился и кивнул. "Да, мисс Старлайт".

"Хорошо, теперь у меня много дел, так что постарайся хотя бы до завтра не попадать в неприятности".

Он кивнул, и с этим она рысью выбежала из комнаты, ее следующее дело явно было теперь единственным, что было у нее на уме.

"Эй… ты можешь помочь мне с крыльями?" — тихо спросил голос Скуталу.

Она хоть знает, о чем просит? — подумал он.

Ее тело ерзало от мучений, связанных с неправильно расположенными перьями. Ее глаза встретились с его глазами, затем она застенчиво отвела их в сторону, а потом снова посмотрела на него и выдержала его взгляд. В ее глазах было немного мольбы. Но в основном это было доверие и дружба.

"Конечно", — сказал он, в конце концов, какой еще ответ он мог дать другу, нуждающемуся в помощи.

* * *

Литтл Стар, Свити Белль и Эпплблум болтали в соседней комнате, их голоса доносились через закрытую дверь вместе с гулким звоном волшебства Литтл Стар, когда она работала над своим следующим творением.

По правде говоря, ему не терпелось увидеть, что бы это ни было. Все, что создавала кобылка, было уникальным, мощным и настолько далеким от обычных вещей, что даже не было возможности представить себе стандартный способ их создания.

Ванная комната все еще была залита водой после того, как купание группы превратилось в водный бой. То, что Литтл Стар превратила воду в морского змея, преследующего их, было настолько же впечатляющим, насколько и жульническим.

Скуталу вытянула второе крыло. Как и в случае с первым, Крэш осторожно перебирал перо за пером. Он знал, что делает, но был менее знаком с тем, что большинство пони считали бы обычными крыльями. Скуталу расслабилась под его заботой. Позволить другому ухаживать за твоими крыльями было одним из самых верных способов сказать, что ты доверяешь кому-то из пони.

"Крэш".

"Да?"

"Спасибо".

"Для чего нужны друзья?"

"Не за это…" — Она сдвинула крыло. "За то, что было раньше".

"Ответ все тот же". — Он сделал паузу и вспомнил совет, который хотел бы получить в ее возрасте. "Мы не все всегда классные, поэтому у нас есть друзья, которые нас прикроют".

Скуталу уселась поудобнее и протянула ему свое крыло в недвусмысленном жесте "приступай".

Через несколько минут она нарушила молчание. "Так как мы собираемся прикрыть спину Стар?"

Вот в чем главный вопрос, не так ли?

* * *

## 69 Пернатые друзья

* * *

Полет часто считают прекрасной вещью, особенно те, кого земля ревностно удерживает на земле. Сейчас же Гильда могла бы назвать его почти проклятием. Все, что он давал, — это возможность лучше видеть запустение, распространившееся из Эквестрии, как инфекция из зарубцевавшейся раны.

Какая-то часть ее была по-настоящему зла. Еще одна проблема пони ставит под угрозу весь мир. Но как бы ей ни хотелось обвинить их, она просто не могла заставить себя сделать это. Она была слишком честна с собой для этого.

Она была обязана им за свою жизнь, и она это знала. Этот факт только подливал масла в огонь ее гнева.

Ее раздражало, что на помощь пришли даже не ее сородичи. Не грифон-чемпион победил охотника за головами.

Она оглянулась через крыло на тех, кто следовал за ней. То, что хоть кто-то последовал за ней, облегчило ее полет, но те, кто остался, эти эгоистичные глупцы, посеяли в ней ненависть к тому, до чего опустился ее род. Они были слабым ветерком или, в случае худших из них, метеоризмом по сравнению с могучей бурей, которой, как говорили, были герои древности.

Впереди, в силуэте восходящего солнца, стояла Твайлайт, одержимая книгами дурочка, которая каким-то образом превратилась в воплощение огненной бури. Аликорн отдыхала, свесив передние ноги через поручни крыла, словно ее транспорт был прогулочной яхтой. Только одна вещь нарушала иллюзию прогулки. Рядом с ней несколько выпавших перьев, удерживаемых магическим сиянием, покрывали краской искаженное лицо охотника за головами на фоне языков пламени.

"Знаешь, на верхней площадке воздушной подушки много места?" — спросила Дэш прямо в воздухе.

"Я не какая-нибудь…"

Дэш ухмыльнулась с той самоуверенностью, которая бывает только у тех, кто одновременно высокомерен и почти так же хорош, как им кажется. "Не какая-то жалкая слабая пони?"

"И? Не похоже, что кто-то из вас относится к этой группе".

"Но если серьезно, Гильда. Отдохни со своими крыльями, чтобы быть свежей к бою", — сказала Дэш, и самое ужасное, что она была права. Гильда и те, кто был с ней, могли лететь несколько дней подряд, если это было необходимо.

"Хорошо", — в ее голосе звучала горечь, хотя тело напоминало ей о своей усталости.

Твайлайт скрылась из виду, когда они поднялись на облачную структуру, прилепившуюся к вершине дирижабля. Она выглядела так же, как и все, что можно было найти в Клаудсдейле, если не считать светящихся пурпурных отметин, покрывавших ее.

"Это работа Твай. Все, что попадется нам на пути, будет остановлено одним из ее щитов".

Гильда только кивнула. Единственное, что делало облачные крепости мечтой птенцов, это то, что облака не славились своей способностью останавливать стрелы. Это должно было навсегда изменить воздушную войну.

Не обращая внимания на последствия, Дэш огляделась. "Я сделала мебель, так что ты знаешь, что здесь будет удобно".

Внутренняя часть была разделена на десятки помещений. Пара грифонов, следовавших за ней, с сомнением оглядывались по сторонам.

Дэш взмахнула крыльями. "Комнаты внизу все свободны". Она повернула в другую сторону и зашла в первую комнату слева.

Мгновением позже Гильда просунула голову внутрь. Дэш рухнула на огромную облачную кушетку, как тогда, в летном лагере. Зрелище вызвало прилив ностальгии по тому более простому времени.

Кобыла боролась, извиваясь то в одну, то в другую сторону, пытаясь освободиться от цепкой хватки своей униформы.

Гильда закатила глаза и направилась к ней. "Перестань делать вид, что у тебя перья вместо мозгов, и позволь мне помочь".

"Спасибо".

Теперь, когда она раздевалась, ни один из них не был неокрепшим птенцом. Ее атлетическое телосложение было впечатляющим для грифона, не говоря уже о пони.

Глаза Гильды прошлись по спине Дэш и проследили за линиями взъерошенных перьев. Так близко, что разницу нельзя было принять за краску или что-то подобное. Некоторые перья даже имели немного другой профиль.

"Дэш… Что случилось с твоими крыльями?"

* * *

К тому времени, когда рассказ закончился, на улице уже была глубокая ночь. Клюв Гильды был открыт. Она знала, что это так, но ничего не могла с этим поделать. Если хотя бы половина хвастовства Дэш была правдой, то битва в Понивилле была эпопеей, достойной любого героя-грифона древности. История о том, как она заработала свой клинок, имела элементы прямо из историй ужасов.

"Значит, ее действительно пронзили мечом насквозь, и она просто не обращала на это внимания?" — спросила Гильда.

Легкая дрожь потрепала перья Дэш. "Она не просто игнорировала его… Как будто ей очень хотелось поиграть с кем-нибудь из пони".

"Этот дурочка библиотекарь увлекается этим…" — Гильда только покачала головой. Это все еще было почти невероятно, несмотря на то, что она испытала кое-что из этого.

"Да, расскажи мне об этом".

"Тебя это пугает?"

"Твай? Нет. Я привыкла, что она безумно сильна. Она подняла малого урсу как пушинку еще до того, как у нее появились крылья", — Дэш сделала паузу, но явно хотела еще что-то сказать. "Я боюсь за нее, а не из-за нее".

"Кто может сделать с ней что-нибудь?"

Дэш покачала головой. "Я беспокоюсь о том, что она может сделать… Это одна из причин, по которой я стала ее рыцарем. Ей нужен кто-то из пони, чтобы одернуть ее, если ее гнев или ее магия заставят ее… Ну".

Гильда кивнула. Нужно было многое принять, и сегодня было не время для этого. "Эй, Дэш, хочешь, помогу прихорошиться?"

Выражение лица Дэш было нечитаемым; ее уши сдвинулись в несколько положений, которые могли бы что-то значить для пони, но для Гильды они были в основном непонятны.

"Конечно".

* * *

Утро наступило слишком быстро. Дэш была права. Мягкая облачная постель была отличной идеей. Призматическая грива, закрывавшая вид на мир, была ключом к тому, чего могло и не быть.

Гильда сдвинула голову, чтобы оглядеть тело с голубым мехом, которое она держала в лапах. Дэш была единственной пони, которая могла заснуть даже с грифоном в комнате.

Если бы сюда забрел любой грифон или любая пони, она бы никогда этого не пережила. Независимо от того, делали они выводы или нет. Дэш было необходимо, чтобы какое-то существо, любое существо, обняло ее. Чтобы просто было рядом и приняло ее без всякой крикливости и самолюбования, которые она обычно носила как броню.

"Не так, как я думала, я буду вспоминать наши ночевки в летном лагере", — сказала Гильда.

Дэш широко и по-кошачьи зевнула. "Не думаю, что я выпила достаточно сидра для этого".

"Ну, ты тоже не совсем призовая добыча".

"Да?"

"Да".

Рейнбоу раскололась первой. Ее выражение лица перешло в игривую ухмылку. "Нам надо перекусить. Сегодня будет много работы", — сказала она, поднимаясь с кровати.

"Подожди".

Дэш оглянулась на свое крыло. "Да?"

"У тебя несколько перьев не на своем месте".

Дэш критически оглядела свое крыло. Прошло всего несколько секунд, прежде чем она заметила перья. Гильда потянулась к ней, и в знак доверия Дэш свободно протянула свое крыло.

Несколько секунд, и все было готово.

"Спасибо, Гильда".

"Ты застряла с копытами вместо превосходных когтей", — сказала Гильда, покачивая когтистыми пальцами.

"Не будем больше в это углубляться".

Гильда пожала плечами. "Ты просто знаешь, что я права".

Глаза Дэш сузились, но не из-за слов Гильды. Нет, ее взгляд был прикован к одному из крыльев Гильды. "Как твои крылья, все еще в порядке?"

"Перья толще".

Голос позвал сквозь стены облаков. "Еда. Если хотите, поднимите свои жалкие хвосты из постели, возлюбленные птички".

"Эй", — огрызнулась Дэш. "Мы даже ничего не сделали".

Гильда покачала головой. "Ты думаешь, это имеет значение?"

"Если меня собираются высмеивать за что-то, я хочу, чтобы это было хотя бы за то, что я действительно сделала".

* * *

Поход к завтраку был полон осведомленных улыбок и нескольких неодобрительных взглядов. Гильда позволяла им стекать с нее, как вода с утиной спины. Но, учитывая ситуации жизни и смерти, в которые она попала в последнее время, возможно, ей следовало бы позволить этому дружескому одолжению перерасти в нечто большее.

По крайней мере, никто из преследовавших ее охотников не стал бы насмехаться над ней за то, что она играет со своей "едой".

Темное облако нависло над ее мыслями. От одной мысли о бесполезных мясных отходах в обличье грифонов у нее сжались когти.

Что-то ударило ее, и она начала действовать. Она взвизгнула, взмахнула когтями, и что-то голубое пронеслось мимо ее раскрытых когтей. Красный гнев вспыхнул от промаха в тот самый момент, когда ее разум начал собирать воедино то, что только что произошло. Облегчение и паника одновременно пронзили ее нутро. Если бы это была любая другая пони…

В выражении лица Дэш не было ни страха, ни гнева, только беспокойство. "Эй, Гильда. Ты в порядке?"

В порядке ли она? Вот в чем был вопрос. Она сделала глубокий вдох. Сжала каждый коготок, ослабляя напряжение, которое хотело вырваться и порвать что-то до крови.

"Первым делом подъем, еда, а потом поговорим", — распорядилась Дэш таким тоном, который не допускал никакой другой возможности.

* * *

Гильда оторвала еще одну полоску от большой жареной рыбы. Теперь она не была так голодна и не спешила насладиться вкусом. "Твайлайт поймала это?" — спросила она через полный рот идеально приготовленной и приправленной специями плоти.

Рейнбоу кивнула, поглощая свою порцию рыбы. Только она была завернута в толстые кожистые листья. Сглотнув, она ответила: "Ну, она просто телепортировала ее из воды".

Гильда опустила взгляд на свою тарелку. Остатки ее еды вдруг показались ей скорее предупреждением. Если она могла сделать это с рыбой.

Дэш допила то, что осталось от ее кружки сидра. Затем удовлетворенно вздохнула. "Итак, что тебя гложет?"

Гильда улыбнулась: "Ты, наверное, единственная пони, которая может так спросить".

Дэш ухмыльнулась и вытерла мордочку передней ногой. "Да. Это потому, что я классная". Ухмылка исчезла, когда она направила копыто на Гильду, как будто это было оружие. "Теперь выкладывай, или мне нужно выбить это из тебя?"

"Не, у нас нет на это времени, да и тебе будет неприятно проиграть, ты же теперь рыцарь и все такое".

Дэш фыркнула, как пони, но взмахнула крыльями с вызовом, который узнал бы любой грифон.

Гильда держала свои когти сомкнутыми в грифоньем жесте мирных намерений. "Просто мы нуждались в спасении. Мы должны были быть достаточно сильными. Мы должны были быть готовы к этому…"

"Да… Я понимаю"

"Сомневаюсь".

"Нам пришлось пролететь над Эквестрией, чтобы попасть сюда", — Дэш торжествующе покачала головой. "И вроде как двое погибли в Понивилле. Даже без присутствия Твайлайт там. Только с нами, обычными пони из Понивилля", — боль и гнев смотрели из глаз Дэш. "Но остальные… целые деревни просто исчезли… Даже в Понивилле я была слишком медлительна".

Глаза Дэш проследили за клинком, все еще пристегнутым к ее ноге, и в ответ по его красному металлу заплясало красное мерцание. "Штормфронт… Я думала, что спасла ее". Эмоции почти задушили остальные слова в горле Дэш, но ей удалось выдавить их мертвым, побежденным голосом. "Она превратилась в проклятую прямо там, когда я держала ее".

Гильда протянула лапу и положила когти на ногу Дэш. Сжав лапу, Гильда надеялась, что это было утешение, а не боль, она сказала: "По крайней мере, вы, пони, не крали из запасов ополчения, чтобы сэкономить пару бит".

"Да, кое-кому из гриффов нужно надрать хвост".

"У нас было больше грифонов, чем стрел".

"Это плохо".

"Да".

Разговор угас. Они оба сидели в тишине, но в глазах Дэш все еще читалась решимость никогда больше не быть слишком медлительной.

* * *

Гильда повернула стрелу в когтях и осмотрела ее. Если и был какой-то изъян, глаза не могли его заметить. Металл сливался с деревом, а затем с пером. Ни малейшего намека на соединение или клей. Казалось, что головка и оперение просто выросли из древка.

В пурпурном свете вспыхнуло второе дерево по левому борту дирижабля. Мгновение спустя сеть пурпурного света прорвалась сквозь дерево, сначала в одну сторону, затем в другую.

Куски дерева начали падать, поддаваясь гравитации. Каждый кусок разрубленного дерева вспыхнул пурпурной звездой. Когда послесвечение померкло, в воздухе над сырым деревом поплыли тысячи стрел, таких же, как та, которую Гильда держала в лапах. Стрелы роились, как стая рыб, собираясь в аккуратные пучки, когда появилось третье дерево.

Гильда покачала головой и сосредоточилась на мишени для стрельбы из лука в четверти мили от нее. Ее мощные передние конечности натянули тетиву. Мгновение спустя стрела вонзилась в центральное кольцо. Вскоре за ней последовала дюжина других.

С такими стрелами я буду виновата только сама, если промахнусь.

* * *

Оставшаяся неделя прошла в методичном истреблении одного за другим. Даже когда Твайлайт сидела на воздушном корабле в резерве, пони Кэндис, капитан гвардии Твайлайт, организовала все достаточно хорошо.

Единорожка, которая выглядела так, словно хотела быть Селестией, рьяно вырезала дыры в ордах огненными волнами. Охотники из грифонов калечили выбранные цели, лишая их подвижности меткими стрелами. Наемники, которых привела Твайлайт, стойко держали строй, а старый грифон-изгнанник не давал им погибнуть.

По тому, как фиолетовая пони-принцесса наблюдала за всем происходящим, было легко понять, что она делает. Это не был политический маневр. Нет, просто она хотела дать возможность другим набраться опыта, чтобы у них было больше шансов пережить то, что, несомненно, должно было случиться.

К восьмому дню борьба с проклятыми превратилась в скучную рутину.

На пятнадцатый день все грифоны, которые согласились помочь, переселились в один из фортов, расположенных на горных вершинах, или присоединились к компании против проклятых.

Каждое спасенное поселение добавляло еще несколько грифонов к стае, следовавшей за дирижаблем Твайлайт. Теперь он буксировал большое облако с трехэтажными зданиями на нем, каждое из которых было заполнено выжившими, у которых еще оставалась воля к борьбе.

У каждого из тех, кто присоединился, были свои причины остаться. Некоторые просто хотели получить шанс отыграться. Другим нужно было доказать, что они способны на это. Некоторые были готовы на все, чтобы показать, что они сильнее пони, питающихся травой. Самым опасным нужен был выход для обуревавшей их ярости.

* * *

Гильда вращала стрелу между когтями, держа лук наготове, а ее глаза охотника сканировали темноту. Спокойная красота звездной ночи была омрачена густыми столбами дыма, поднимавшимися от породивших их костров. Там сжигали трупы бесконечных скопищ проклятых животных. Они пахли так вкусно, так соблазнительно, что желудок Гильды заурчал.

"Все это выброшенное мясо", — сказал старый грифон, лежавший рядом с ней.

Гильда чуть не сорвалась на дурака. Вместо этого она направила на него стрелу. "Один укус, и тебе конец".

Он кивнул. "Я знаю. Просто я не думаю, что в ближайшие годы здесь будет хоть какая-то добыча. И не хватит, чтобы прокормить нас больше десяти лет".

Запах печеной плоти вдруг показался издевательским. Последнее оскорбление, брошенное им в лицо проклятыми.

"Пони будут держать наши жизни в своих копытах".

"Большинству это не понравится".

"Нравится нам это или нет, но откуда еще мы будем брать пищу?"

* * *

Звук, с которым грифон стучит в деревянную дверь, так сильно отличался от более резкого звука копыт пони. Гильде показалось странным, что эта маленькая деталь так сильно привлекла ее внимание, пока она ждала. Может, и не странно, но это было гораздо менее тревожно, чем другие возможности. Почему она хочет меня видеть… Что она сделала не так? Что это значит? К счастью или к несчастью, у нее не было больше времени, чтобы ломать голову над ответом.

Дверь открылась, и появилась та высокая темная кобыла, которая часто находилась рядом с принцессой. "Твайлайт сейчас примет тебя". Кобыла поклонилась и прошла мимо Гильды, оставив дверь открытой.

Крылья Гильды подрагивали и стремились в открытое небо, когда она вошла в комнату Твайлайт. По сравнению с заколдованными облачными зданиями капитанская каюта казалась тесной и стесненной. Но это не беспокоило принцессу Твайлайт, несмотря на то, что у нее были вполне функциональные крылья.

Слабое пурпурное свечение изменило уровень освещения в комнате как раз перед тем, как за ней тихо закрылась дверь. Следующий щелчок означал, что просто так уйти не удастся. Гильда стояла гордая и делала все возможное, чтобы скрыть нервное возбуждение, которое пело в ее мышцах.

Твайлайт подняла глаза от толстой книги, на которой был какой-то знак в виде солнца. Ее магия осторожно закрыла ее за мгновение до того, как она исчезла с хлопком. "Гильда", — произнесла Твайлайт своим обычным голосом, и все же в нем было что-то другое. Что-то, что требовало полного внимания, и это было не просто воспоминание о разрушительной силе природы, которой она могла быть.

"Да, принцесса?"

"Я видела, какая ты храбрая, и вижу твой потенциал" — Взгляд Твайлайт скользнул по Гильде.

Она почувствовала его, почти как мягкое прикосновение пера, когда он вобрал в себя все. Каждый мускул, каждый шрам, каждый волосок ее тела был изучен, прежде чем Твайлайт каким-то образом заглянула еще глубже.

Глаза Твайлайт, спокойные, собранные и даже приветливые, что-то скрывали. Ядро из закаленной стали, решимость воплотить свою волю в жизнь, чего бы это ни стоило. Увидеть такой взгляд было редкостью. А уж увидеть его в глазах не хищника — и вовсе неслыханно. "У меня есть к тебе предложение, но прежде чем я его сделаю, я объясню свои причины".

Гильда только кивнула. Что еще она могла сделать? Твайлайт спасла ее хвост для небес.

"Первое — я хочу показать всему миру, что сотрудничество между видами идет нам на пользу, и я полностью это поддерживаю. Второе — это твой юный возраст. Это значит, что у тебя впереди больше лет, чем у других кандидатов, которых я могла бы выбрать. Третья причина — отношения моего рыцаря с тобой".

Гильда успела только открыть клюв, прежде чем принцесса продолжила.

"В ситуации жизни и смерти она доверяет тебе. Одного этого почти достаточно, чтобы оправдать мое предложение. Добавим к этому, то, как синхронно вы вместе держитесь в воздухе, просто вынуждает меня к этому".

"Итак, что за предложение?" — спросила Гильда, уже примерно представляя, что именно.

Твайлайт улыбнулась с блеском в глазах, прежде чем произнести серьезные ритуальные слова. "Предложишь ли ты мне свою силу? Поможешь ли ты мне защитить тех, кого я приютила? Полетишь ли ты крылом к крылу с моим рыцарем?"

Безмолвный воздух между ними был статичен. Ее судьба висела там, ожидая ее ответа, чтобы выбрать направление, по которому пойдет ее жизнь.

Если бы любой грифон сказал что-нибудь подобное, не было бы никаких сомнений в том, что ей предлагают. Ответ на такой вопрос почти заставил ее смущенно отвести взгляд, но она должна была знать. "Ты просишь меня стать одним из твоих рыцарей?"

"Да, грифон Гильда. Я, принцесса Твайлайт Спаркл, принцесса магии и дружбы, предлагаю тебе место рядом с Рейнбоу Дэш в качестве одного из моих рыцарей".

"Но я даже не эквестрийка" — Это был неубедительный аргумент, но это было единственное, что пришло Гильде в голову.

"Я могу изменить это одним словом или одним взмахом пера. Я — принцесса Эквестрии. Мое слово — закон, и я говорю тебе, что если ты захочешь принять это, я не позволю ничему в этом мире остановить тебя".

Спокойные фиолетовые глаза смотрели с лица Твайлайт. Каждое слово, сказанное ею, было правдой. Высшая уверенность пронизывала каждый нюанс выражения лица аликорна.

Над самой Гильдой насмехались, заставляя ее стать сильнее, чтобы избежать побоев, только потому, что у нее была подруга-пони. Из жадности они крали у ополченцев припасы и оружие. Большинство из них дрались за малейшие объедки. Было несколько достойных грифонов, но не многие из них помогали другим без прямой личной выгоды. А еще была Дэш. Они могли снова стать подругами. Это могло бы стать началом чего-то удивительного.

После двойной и тройной проверки своих причин. Гильда сделала свой выбор.

* * *

## 70 Ноубл руководит

* * *

Транспорт тряхнуло, и новые пластины брони зазвенели. Ноубл Гид вовремя подхватил копытом свой бокал с вином. Весь состав дернулся вперед, и перегруженный двигатель громко взревел, набирая обороты.

На первый взгляд, он просто переключил свое внимание с медленно исчезающего вида вокзала Кантерлота на свое жилье на эту поездку. Он впитывал все, что говорили ему органы чувств, но основное его внимание было приковано к рогу. К тому времени, когда он уложил свои личные вещи, он был уверен, что за ним не наблюдают ни подслушивающие, ни подсматривающие заклинания.

Он устроился на своем сиденье, позволяя подушке поддерживать его уставшее тело. Ну, это не первый класс, но, по крайней мере, у меня есть своя комната, если можно назвать этот шкаф комнатой. В ней не было ванной комнаты, но, по крайней мере, была кровать, даже если эта кровать была завалена бумагами.

Движение поезда вошло в предсказуемую колею, и он быстро выпил остатки лекарственного напитка. Его лицо исказилось от отвращения. Изысканное вино уже не могло притупить отвращение, вызванное увеличенной дозой. Он провел языком по зубам, пытаясь изгнать остатки вкуса, который не поддавался его попыткам игнорировать.

Он бросил в рот дорогую твердую конфету и устроился поудобнее, чтобы хоть как-то использовать отведенное время. Он успел прочесть несколько первых страниц, когда, как и ожидалось, мир немного накренился вниз. Поезд набрал скорость, что было ожидаемо, а затем продолжил ускоряться, чего точно не должно было произойти.

Его желудок забурчал, когда мягкий спуск превратился в нечто иное. Я сделал все это не для того, чтобы погибнуть в железнодорожной катастрофе. Очевидно, кто-то еще был с этим согласен, поскольку, подобно сотне баньши, тормоза начали визжать.

И даже с заблокированными тормозами темп спуска все равно увеличивался.

Тогда крики паникующих пони попытались пересилить протестующие тормоза.

* * *

Ноубл Гид обхватил свою больную голову, ожидая, пока успокоительный чай начнет действовать. По крайней мере, его тело перестало дрожать. Изысканный вкус чая все еще оставался на его языке. В обычной ситуации он бы насладился им, но не мог. Даже через час после того, как они остановились, у него все еще звенело в ушах. Он поднял голову, чтобы осмотреть остальную часть вагона с едой.

Никто из остальных даже не догадывался, что то, что они пили, было не чем иным, как одной из личных смесей Селестии. Каждая чашка для большинства из них стоила больше, чем годовая зарплата, и никто из них не был в том состоянии, чтобы наслаждаться этим.

Он вздохнул. То, что он был обязан Селестии своим выживанием, было неприятно. Если бы не золотое сияние, окутывающее весь поезд, они бы все погибли на первом же повороте пути. У него были планы на множество случайностей, но он ни разу не подумал о такой обыденной вещи, как крушение поезда.

Ирония по поводу того, что его спас его противник, не покидала его до конца путешествия.

* * *

Комната содрогнулась, когда мимо прогрохотал очередной перегруженный поезд. По крайней мере, здесь земля была ровной, так что повторения его смертельного опыта быть не могло. Легкая дрожь прошла по его телу при воспоминании, но он проигнорировал ее.

Ноубл Гид сдержал вздох. Его нынешний офис был очень далек от кабинета в Кантерлоте. "На какие жертвы я иду…" —  выдохнул он, поправляя удачно закупоренную бутылку с чернилами, которая покатилась по полу.

Изо дня в день этот труд становился его новой жизнью. По крайней мере, на этот раз различные кипы бумаг были закреплены должным образом и хранились в порядке.

Итак, на чем я остановился? — подумал он, преодолевая теперь уже постоянную головную боль. Его копыто поднялось, чтобы потереть висок. Всего сорок восемь дней. Он выдохнул. Таймер, который медленно тикал, будоражил в его груди не только предвкушение, но и обещание освобождения от мук тела.

Его слабая аура потянула за собой нового компаньона. Из огромной фляги доносились хлюпающие звуки во время ее неустойчивого путешествия.

Отвратительное варево казалось отвратительнейшей амброзией, когда его густая, леденящая жидкость проплывала мимо его языка. По его плоти пробежала дрожь, и он удовлетворенно вздохнул. Простое уменьшение сотен мелких неудобств было почти самым сладким блаженством.

В голове у него промелькнула мысль о том, какие ингредиенты, в каких дозах и с какими побочными эффектами он только что употребил. Смертный умер бы через год или два. Широкая ухмылка появилась на его лице, когда он пролистал отчет по логистике.

Его перо оставляло чернильные полосы на целых разделах отчета, когда он набрасывал на полях исправления, комментарии и приказы. Тысяча лет традиций и бюрократии, смешанных с корыстным вмешательством знати, превратили то, что должно быть простотой, в кошмар.

Вам не нужна дюжина пони с разными приоритетами, стоящих друг у друга на хвосте. Нет, достаточно одного-двух, которые в курсе всех проблем и могут обеспечить своевременную доставку нужных ресурсов в нужные места и не допустить, чтобы их присвоили те, кто в них не нуждается.

Его перо поднялось в последний раз, и он сделал паузу. Он слегка усмехнулся. Как бы они отреагировали, если бы я оставил оценку… Если быть щедрым, это могло бы заслужить двойку с минусом.

Резкий крик паровозного свистка возвестил о том, что очередной поезд готов к отправлению. Рефлекторно он закрыл чернильницу и быстро перепроверил все хрупкое.

Он перешел к следующему пункту в бесконечной ораве бумаг. С виду это был обычный свиток, ничем не примечательный. Это если вы не были лично знакомы с королевской канцелярией. Он сломал печать. Сотни, если не тысячи, лет практики Селестии сделали её умение обращаться с пером несравненным даже для тех, кто владел каллиграфией.

Первое королевское предписание было настолько же простым в изложении, насколько и запутанным. Почему вы хотите проложить здесь колею? Он посмотрел на карту на стене. Пометки, омрачившие некогда прекрасную нарисованную иллюстрацию страны, запятнали почти все, что представляло интерес в этой местности. Только две деревни остались незамаранными. Было ли это недосмотром? Сумели ли пони там отбиться от нечисти, которую выпустили его просчеты?

Впрочем, это не имело значения. Железнодорожное сообщение помогло бы перестроить этот район. Это будет полезно для его страны.

Что касается второго приказа, то он прочитал его раз, два, три раза, и все равно в это было трудно поверить. Для какой цели они вам нужны? — размышлял про себя Ноубл Гид, в то время как его ум начинал перебирать логистику.

> Отныне все преступники любой степени тяжести должны быть умиротворены с помощью заклинаний или успокоительных средств и отправлены в столицу при первой же возможности.

Глаза Ноубл Гида сузились. Было множество причин, по которым он мог бы использовать пони: марионетки, культисты с промытыми мозгами, перенаправление его травм или простое кровавое жертвоприношение. Вопрос о том, подчинится он или нет, не стоял. Конечно, он выполнил бы любые указания своей любимой принцессы. Он был хорошим и верным слугой и ее, и нации, по крайней мере, пока.

Это могло быть просто логичным шагом, способом централизованного сдерживания неугодных, чтобы это можно было делать с меньшими затратами сил пони.

"Что ты задумала?" — спросил он у воздуха. Пройдет совсем немного времени, и он получит ответ.

* * *

На следующий день к грохоту поездов и резким крикам их паровозных свистков добавился столь умиротворяющий стук кузнечных молотов, когда они приводили в соответствие с новым стандартом еще один подвижной состав.

Он отдал бы одну из своих ног, чтобы иметь возможность наложить любое из дюжины заклинаний подавления звуков, которые были в учебном плане Школы Селестии для Одаренных Единорогов прямо сейчас.

Вносить поправки в отчеты, писать письма, делать паузы, когда бронепоезда пытались вытрясти из него зубы, и все повторить. Полдня прошло в этой избитой рутине.

Первым, что дало ему понять, что что-то не так, было замедление и полное прекращение бесконечного лязга. Это само по себе было бы облегчением, но до отбоя дневной смены оставался час, а модернизация никак не могла быть закончена ни завтра, ни тем более сегодня.

Второй знак появился как раз в тот момент, когда его сознание заметило снижение фонового шума, и он поднял голову. Стремительный топот копыт устремился к двери его кабинета. Мгновением позже в тонкую деревянную дверь постучали.

"Войдите", — сказал Ноубл Гид.

Дверь толкнули, и она открылась. Внутрь просунулась голова озабоченного пони-стражника. "Сэр, у нас непредвиденная ситуация".

Что теперь? — подумал он, когда головная боль грозила превратиться в мигрень. "Насколько серьезная?"

"Я не знаю".

Было трудно, очень трудно, остаться в образе и не высказать несовершеннолетнему пони все, что думает. Мысленно он сосчитал до десяти, прежде чем заговорить. "Тогда что ты знаешь?"

"Там какие-то странные пони высаживаются из последнего поезда".

"В смысле “странные”"?

"Они светятся".

"Светятся?"

"Да, вы сказали, что хотите немедленно узнать, если произойдет что-то странное".

"Да", — признал Ноубл Гид, даже пытаясь вспомнить, когда он это делал. Он изо всех сил старался не показать ни намека на свою боль, когда оттолкнулся от стола и направился к двери. Если ты хочешь, чтобы все было сделано правильно…

* * *

Первое, что бросалось в глаза, — это мягкое золотистое сияние, излучаемое собравшейся толпой пони.

Ноубл Гид растянул свой аллюр до царственной рыси, на какую только был способен. Пони-стражник, следовавший за ним, разогнал толпу, сказав лишь несколько повелительных слов.

Когда препятствия, мешающие обзору, отодвинулись, он замедлил шаг, а затем остановился и уставился на них. Перед ним стояла пара светящихся пони, точнее, пони, чьи гривы, хвосты и глаза светились золотым сиянием. Их гривы и хвосты колыхались, словно подхваченные несуществующим ветерком.

Пара пони стояла в идеальном парадном покое. Почти каждая деталь делала их похожими на идеального солнечного рыцаря или паладина. Не хватало только закаленных тел, которые двухлетняя базовая подготовка навязывала даже курсантам гвардии.

Медленные волны силы исходили от них и касались его рога. Проведя столько времени рядом с солнечной принцессой, он никак не мог принять ее магию за что-то другое. Каким-то образом эти пони были окутаны меньшей версией ее впечатляющего присутствия.

Даже когда его разум пытался понять, на что он смотрит, как вообще возможно то, что он чувствует. Та его часть, которая всегда могла найти любой намек на плагиат, беспокоила его. В одном из них было что-то знакомое. Шерсть была неестественно бледной, как будто отбеленной, а профессиональное выражение совсем не соответствовало лицу, на котором оно сидело. Он посмотрел на пони снизу вверх, не обращая внимания на неестественные эффекты. Рост, строение костей, форма и длина ушей — все то, на что большинство пони не обращали внимания, предпочитая видеть только основные цвета и кьютимарки. Да… это Хаммер Хуф, жестокий грабитель банков из банды Эппллузы.

Что Селестия сделала с этими пони?

## 71.1 Жатва Литтл Стар

* * *

Литтл Стар сидела на корточках посреди залитой лунным светом комнаты. Серебристый свет ее матери сверкал на хрустальном полу. Мамочка. Эта мысль могла быть приветствием или мольбой. Она протянула копыто. Лунный свет заиграл на нем. Видит ли ее мать? Может ли она почувствовать это? Взглянув в окно, она увидела луну высоко в небе. Она помахала копытом и улыбнулась. Она должна была показать матери, что все в порядке, просто на случай, если она смотрит.

Пятно света сдвинулось. Оно медленно ползло по полу на расстоянии ширины копыта. Нужные формы заклинаний для ее лучшей системы обнаружения быстро встали на место вдоль ее рога. Ни заклинаний подсматривания, ни заклинаний записи, ни заклинаний скрытности, ни заклинаний невидимости, и ни заклинания "Не-замечай-меня", кроме моих. Она проверила последнее. Ее уши слегка поникли, когда одна маловероятная возможность оказалась ложной. Никакой магии, связанной с луной… Она смотрела несколько секунд. Она видела только луну и звезды, никого снаружи, никого, кто мог бы увидеть то, что она собиралась сделать. Ее глаза метнулись к далекому пику Кантерлота и сузились. Селестия смогла увидеть сквозь свое заклинание "Не-замечай-меня". Солнце еще не взошло, но у нее мог быть телескоп или увеличительное заклинание. Не раздумывая больше, она потянулась своей аурой и задернула шторы.

Она переместилась в центр комнаты. Ее дыхание то появлялось, то исчезало, как медленный прилив в такт ее шагам. Она была сосредоточена и спокойна. Мелкая дрожь пробежала по ее шерсти. Это всего лишь еще одно заклинание. Она знала, что это будет больно, так же как и знала, что боль утихнет, а вред будет устранен менее чем через минуту. Грей ясно дала понять, зачем это нужно. Было слишком много вещей, которые могли нарушить внешнюю магию. Это был трюк, которым славились чейнджлинги.

Она избегала обращаться к Грей за моральной поддержкой. Она была храброй пони, ей это было не нужно, но все равно было приятно знать, что Грей рядом, чувствовать маленькие мерцания магии, которые вызывало каждое движение Грей. На самом деле вся эта идея не сильно отличалась от той, когда ей понадобилась ее кровь, чтобы сделать сердцевину двух своих питомцев.

Мама Твайлайт поручила ей защищать их пони, охранять Понивилль. Она была хорошей дочерью. Она могла это сделать. Она сделает это. Она закрыла глаза и представила себе багровое свечение своей крови, пульсирующей в ее теле. С каждым вдохом все больше и больше жизненно важной жидкости переходило под ее полный контроль. Менее чем через минуту биение ее сердца стало ненужным. Вся ее кровь текла по кровеносной системе по ее воле и с помощью одной лишь магии.

Лишь одной ее мысли хватило, чтобы часть жизненной жидкости затвердела, приняв смертоносную форму. Легкое ощущение давления превратилось в ледяной огонь, от которого по нервам заплясали осколки боли. Боль только усилилась, когда длинное изогнутое лезвие прорезало себе путь сквозь ее плоть. Оно рассекало мышцы и жир так же легко, как ее заклинание дезинтеграции рассекало почти все. Ее тело напряглось, и она не смогла удержаться от болезненного хныканья.

Кровавый клинок, словно новый цветок, вырвавшийся из земли, устремился к теплому свету. Яркий багровый цвет переливался внутренним пурпурным сиянием. Эффект был прекрасен, словно жидкость могла каким-то образом иметь внутренние грани, как драгоценный камень.

Он поднялся, как змея, его кинжалоподобная голова была пронизана толстыми нитями текущей крови, которая все еще прокладывала себе путь обратно в ее тело.

Литтл Стар со всей возможной медицинской отрешенностью наблюдала, как ужасная дыра в ее теле аккуратно затягивается, оставляя лишь самое маленькое отверстие для соединения с клинком.

Она вздрогнула и выдохнула. Дрожь от утихающей боли сотрясала ее конечности, но кровавый клинок оставался совершенно неподвижным. Идеальное исцеление стало еще одним доказательством того, что у нее самые лучшие мамочки на свете.

Грей одобрительно хмыкнула и кивнула.

На лице Литтл Стар появилась счастливая улыбка, а в груди зашевелилась гордость. Еще одно заклинание, которое она могла добавить в свой гримуар, даже если это заклинание не требовало от нее использования рога. Ее мысль остановилась. Действительно ли это заклинание? Или для этого нужны отдельные категории? Должна быть книга об этом.

Слегка наполнив магией рог, она вытащила из своих пространственных карманов кувшин с водой и список сегодняшних дел.

Половина воды исчезла в жаждущей глотке, когда она с торжеством поставила галочку напротив последней способности. Ее глаза проследили за следующим пунктом списка, в то время как внизу добавился поиск новой книги.

> Испытать кровавый клинок.

Взмахнув крыльями, Грей отступила назад, когда ее искусственный рог окутала пепельно-серая аура.

Пыль, палки, куски камня и остатки воды из кувшина закружились в воздухе. Вода расширилась и застыла, скрепляя все вместе. В следующее мгновение она распалась на дюжину скрюченных чудовищ.

Защищайся. Голос Грей прозвучал в ее сознании, и она сделала это. Кровавый клинок вырвался вперед, его движение было естественным, как если бы это была одна из ее конечностей или аура.

* * *

Несмотря на то, что дыхание было спокойным, легкие все еще чувствовали усталость, а конечности — тяжесть. Уворачиваться оказалось намного сложнее, когда телепортация считалась обманом.

Литтл Стар смотрела на растения, уютно устроившись в саду отдыха своей мамочки Твайлайт. Сложение было легким, поэтому нетрудно было заметить, что четырех не хватает.

"Ухууу". Четыре, — призвала к себе мама.

Это было хорошо, значит, ей не нужно было выслеживать еще одного вора или плохого пони. Она снова обратила внимание на растения. Каждое из них было уникальным экземпляром. Ей стало интересно, какой эксперимент проводит ее мамочка Твайлайт в землях грифонов.

Она перевернулась на спину и подняла копыто к лунному небу. За стеклом она почти представляла, что может прикоснуться к магии своей мамочки Луны, освещающей ночь. На всякий случай она еще раз помахала луне копытом.

Она снова перекатилась, чтобы быть ближе к маминым растениям. Простое присутствие рядом с ними приносило спокойное чувство удовлетворения с каждым вдохом. Еще лучше было от того, что подушки все еще хранили запах ее мамы Твайлайт. Она закрыла глаза и крепко прижалась к подушке. Она всеми фибрами души желала, чтобы ее мама почувствовала ее объятия, даже находясь так далеко. В следующий раз она сделает еще один набор специальных плюшевых игрушек, таких же, как те, что она сделала для обеих своих матерей.

Мягкое уханье и деревянное крыло Грей не могли заменить маминого объятия и мягкой шерсти, но это все равно вызывало улыбку на лице Литтл Стар. Она позволила объятиям затянуться дольше, чем, возможно, следовало, прежде чем переключить внимание на ценные растения своей матери. "Ты уверена, что все в порядке?"

"Ху". Ни разу твоя мать не возражала против того, чтобы ты взяла несколько черенков.

"Хорошо". Она подняла ножницы в своей ауре и тщательно выбрала место для среза. Растение вздрогнуло, как только инструмент вошел в контакт.

Литтл Стар завороженно наблюдала. Большинство растений не могли двигаться с какой-либо значительной скоростью. А теперь, когда растение задрожало, с чего бы это? Со вспышкой волшебства появился свежий зачарованный свиток и начал самостоятельно делать записи.

В Вечносвободном лесу было так много прекрасных видов флоры. По крайней мере, было до того, как темный дождь все изменил. Но эти не были похожи ни на одно из тех, что она видела или о которых читала.

Большинство растений, которые двигались, делали это либо для получения питательных веществ, либо для самозащиты. Простое встряхивание, казалось, не могло привести к тому, чтобы растение получило больше питательных веществ, так что это должно быть для защиты.

"Хм." Она постучала себя по подбородку. "Может быть, это привлекает хищников?" Что угодно пытается перекусить, а шум и движение привлекают хищника. Сверху это было бы легко заметить. Возможно, это растение живет в симбиотических отношениях с каким-нибудь видом птиц? Она могла видеть это сейчас: хищники кружат высоко над головой или сидят на деревьях, ожидая танца этого растения. Живые существа были такими интересными, такими сложными.

Еще одно тихое уханье Грей напомнило, что ей еще многое нужно сделать до начала дня.

Несколько быстрых срезов, и у нее будут все необходимые образцы. С гораздо большим запасом энергии, чем ей казалось, она выскочила из комнаты, чуть ли не приплясывая от радости. Грей последовала за ней, бесшумно хлопая деревянными крыльями.

Ей оставалось достать еще несколько ингредиентов. Ее друзья будут в восторге. Оставалось только правильно использовать магию, алхимию и выпечку. По сравнению с тем, как она создавала Торна, это будет проще простого.

## 71.2 Садистская ботаника Твайлайт

* * *

Твайлайт улыбнулась, оторвавшись от своего последнего творения. Она знала, что носит злобную ухмылку Найт, но, учитывая, кто будет единственным свидетелем, ей было все равно. Не похоже было, что у кого-то из них вообще будет шанс рассказать об этом пони.

Жужжание ее метки пело хвалу ее сердцу. Еще одно великое произведение магии, еще одно успешное использование ее таланта для помощи другим. Она с гордостью положила копыто на ствол созданного ею титанического дерева. "Ты спасешь тысячи грифонов от голодной смерти".

Четыре источника внутри дерева вздрогнули. Страх, дрожащий внутри дерева, имел сладчайший аромат. Если бы она была кошкой, она бы мурлыкала. Это было почти так же хорошо, как кайф от того, что ее воля проявляется через ее талант. Она придвинула голову ближе, наслаждаясь им.

С легким вдохом, подкрепленным лишь малой толикой магии, темные струйки пробились сквозь кору и слетелись к ней. Каждая из них приносила бодрящий прилив энергии и глубокое чувство сытости, как от самой вкусной еды. Вся усталость и магическое истощение просто улетучились. Она удовлетворенно вздохнула и в полной мере ощутила величие своего творения. И хотя она знала, что многие с ней не согласятся, эффективность этого творения делала его прекрасным.

В сотне селестиалов над ней открылся диковинный полог. Четыре основных участка расходились под углом девяносто градусов друг к другу. С точностью до сотой десятичной дроби каждый из них идеально соответствовал одному из главных направлений. В отличие от толстой, естественной, хотя и темной на вид коры, покрывавшей ствол, каждая ветвь имела свое особое убранство.

Гладкая чешуя, похожая на рыбью, покрывала первую. Мягкий мех — вторую. Третья выглядела, словно из извращенного кошмара. Его сегментированный крабовидный панцирь был усеян зазубренными шипами, с которых капал яд. У последнего из почти прозрачной коры, похожей на облако, сочилась вода.

Твайлайт ласково потрогала ствол. Ее улыбка на первый взгляд могла бы показаться нежной, но она знала, что садистский блеск в ее глазах выдаст ее. "Никогда не знала, что утилизация может быть такой веселой".

Когда я помогала тебе изучать это заклинание, я не ожидала, что ты сделаешь это. Ты снова поражаешь меня, моя хозяйка.

Твайлайт наклонила голову. Она никогда не думала, что может услышать такое описание в качестве ласкового слова. Год назад она и представить себе не могла, что ей может быть приятно слышать голос Найт в своем сознании. Она взмахнула крылом в насмешливом раздражении. "Хватит об этом, Найт".

Как пожелаешь, — игриво ответила Найт, прежде чем ее тон стал более серьезным. Кто бы мог подумать, что та же магия, что создала проклятых, может решить продовольственный кризис грифонов.

"Пройдет еще несколько дней, прежде чем будет готов первый урожай", — сказала Твайлайт. Для ее глаз медленный рост каждой ветки был очевиден. Каждая секунда развития давала еще одну точку данных, когда она строила свой мысленный график. "Четыре дня в одиночестве или всего два, если здесь будут находиться земные пони".

Ты бы оставила кого-то из своих пони здесь, с грифонами?

Твайлайт задумалась, первый урожай можно было собрать раньше, но были и проблемы. Самая большая из них — если все произойдет слишком быстро, это может показаться уловкой, или что вся эта ситуация была гамбитом эквестрийцев, а проклятые были лишь частью этого.

Она постучала себя по подбородку. "Если внести некоторые коррективы, мы сможем получить в три раза больше урожая за вдвое меньшее время". Кивнув, она перевела слова в действие.

Пурпурная магия потянулась к дереву. Твайлайт протянула нити своей воли в самые глубины растения. Осторожно она сплела свою магию, нити силы совпали с каждым каналом маны. "Это причинит тебе гораздо меньше боли, чем ты заслуживаешь", — прошептала Твайлайт, и в ее голосе прозвучала злоба.

Ветки задрожали, и сырой панический ужас, который исходил от ее творения, был почти пьянящим. Эмоциональная энергия вливалась в нее, перерабатывалась, а затем выплескивалась через рог.

Зачем я вообще пыталась работать против тебя? — спросила Найт ленивым голосом.

Твайлайт лишь ухмыльнулась, влила в ауру энергию и повернула ее на тридцать градусов. Дерево затрещало и раскололось, каждая ветка разорвалась пополам по всей длине. В результате общее количество ветвей удвоилось, но их толщина уменьшилась вдвое.

Спустя несколько заклинаний исцеления единственным признаком того, что что-то произошло, были обломки коры и невнятные всхлипывания, которые она могла уловить своим рогом.

Искра сочувствия попыталась подняться внутри нее, но она безжалостно подавила ее. Эти монстры не заслуживали никакой пощады.

Со вспышкой ее рога всхлипывания затихли.

Твайлайт почувствовала, как Найт подняла бровь. Сострадание? К ним?

Какая-то ее часть хотела сказать, что она сделала это, чтобы предотвратить их страдания. Но более честная часть знала, что лучше. Цифры просто не лгали… "Прагматизм, так они проживут дольше".

Найт кивнула их общей головой.

"Я не уверена, что мне нравится то, кем я становлюсь", — сказала Твайлайт.

Не лги себе, Твайлайт. Тебя беспокоит то, что тебе нравится то, чем ты на самом деле являешься.

"Мне есть о чем подумать".

Иди, я хорошо помню твое "торговое" предложение.

С одной лишь мыслью, часть ее внимания переместилась на обсидиановую плоскость Найт. Ощущения  марионетки из плоти ослабли, когда она присоединилась к Найт рядом со смотровым бассейном, который был вратами между ее бастионом и физическим телом.

Найт кивнула и проскользнула сквозь бассейн, как акула, взяв на себя полный контроль.

Твайлайт рысила по гладкой обсидиановой земле, в то время как опасные и прекрасные заряженные грозовые облака покрывали небо.

Рядом с ней появился свиток, и пурпурные слова изящно выплыли на бумагу, когда Твайлайт произнесла их вслух. "Дорогая моя суженая… нет, это слишком холодно… моя любовь? Луна?"

Начало письма было переписано дюжину раз, прежде чем она добралась до входной двери своей библиотеки.

* * *

## 72 Все дело в печенье

* * *

[Изображение: https://cdn.everypony.ru/storage/02/26/12/2023/05/13/a348b2a91b.jpg]

* * *

Одним укусом еще одно печенье было доблестно побеждено голодом Скуталу. После столь долгого пребывания на скучном сене и зерновом печенье выжить у него, как и у многих других, последовавших за ним, не было ни единого шанса. Ее язык находил каждую крошку, прилипшую к морде. Пустые тарелки говорили о том, как сильно все они изголодались по сладкому угощению.

"Они тебе понравились", — скорее, заявила, чем спросила Литтл Стар. Ее счастливая улыбка и прижатые уши подходили ей гораздо больше, чем нервная имитация улыбки, которую она изобразила, когда создавала печенье.

"Если захочешь сделать печенье снова, то давай", — сказал Крэш, повторяя мысли Скуталу.

Щелкнув копытом, Крэш подбросил в воздух последнее лакомство. Глаза Скуталу следили за ним так, словно это была единственная вещь в мире. Не успел круглый диск мягкого и жевательного совершенства закончить свое восхождение, как она уже видела, что сейчас произойдет. Печенье перевернется в воздухе, и его путь к земле прервет рот жеребенка.

Взмахнув крыльями, Скуталу принялась спасать сладкое лакомство от такой участи.

Выражение удивления в его глазах было почти таким же сладким, как вкус на ее языке, когда он начал смыкаться вокруг ее приза. Она уже начала победно поднимать копыта, как вдруг он оказался рядом.

Его клыки промахнулись мимо ее нежного языка и вонзились в половинку печенья, которая все еще оставалась на воле. "Мое", — прорычал он сквозь сомкнутые челюсти.

Они врезались в стену и уже схватились, когда соскользнули по ней на твердый пол. Удар был ничто по сравнению с необходимостью отвоевать у этого жеребенка ее печенье.

"Может быть, я сделала их слишком вкусными", — тихий голос Литтл Стар был почти неслышен, но только почти.

Размышления ее подруги медленно пробирались в голову Скуталу и привели к результату. Что я делаю? Судя по внезапному прекращению борьбы, Крэша, похоже, посетила та же мысль.

Их мордочки соприкоснулись, и он с треском отломил свою половинку печенья. Мгновение спустя он скользнул в тень под ними, полностью избежав трудностей с распутыванием того, что еще мгновение назад было дюжиной машущих конечностей.

Скуталу покачала головой и перекатилась на копыта, когда Крэш выполз из тени под столом. Ее глаза искали печенье, но все признаки его исчезли. Вместо крошек или второй половинки вкусного лакомства она увидела лишь сердитый оскал на его лице. Когда их взгляды встретились, ей показалось, что его сузившиеся драконьи глаза светятся каким-то внутренним светом.

В ее животе зародилось чувство вины. Возможно, выхватывание последнего печенья из воздуха было не самым правильным поступком.

"Вы двое выглядели так, будто целовались", — со смехом сказала Эпплблум.

Свити Белль присоединилась к ней, хихикая, но не сдерживаясь.

Все чувства раскаяния исчезли. На щеках Скуталу разгорелся жар, и она топнула копытом. "Нет, мы не целовались. Он съел мое печенье".

"ТВОЕ печенье?" — спросил он, его напряженные глаза смотрели прямо на нее с другого конца комнаты. Они пригвоздили ее к месту тяжестью обвинения. В его глазах появился яркий блеск, и он поднял копыто, словно собираясь сделать выпад или ударить им.

Она переместилась, и ее мышцы напряглись. Желание оказаться где угодно, только не здесь и сейчас, заставило ее обратиться к открытому небу. Единственной проблемой было то, что у него тоже были крылья. Его ухо дернулось, затем он замер, как статуя, его первый шаг все еще не был завершен, копыто просто держалось в воздухе.

Он встряхнулся и перевел взгляд на Литтл Стар. Через несколько секунд она опустила уши, и на ее морде появилось выражение вины.

В следующую секунду Литтл Стар зажгла свой рог, и они с Крэшем исчезли в ослепительной вспышке пурпурного света.

"Что это было?" — спросила Свити Белль, пока ее светло-зеленая магия аккуратно складывала тарелки в стопку.

"Я понятия не имею", — ответила Эпплблум.

Скуталу несколько раз моргнула. Когда послеобразы поблекли, страх, которого она точно не чувствовала, исчез без следа. Она взъерошила крылья, чтобы успокоить их, и уселась поудобнее. Она просто уставилась на пространство, в котором находился Крэш, и поднесла копыто ко рту. Мгновение спустя она использовала копыто, чтобы вытереть рот. Это был не поцелуй. Она просто хотела еще одно печенье.

Но она не могла выбросить из головы образ его глаз. Они всегда так притягивали ее. Он всегда смотрел на нее, когда разговаривал с ней, когда утешал ее по поводу кровавых вещей, о которых не рассказывали в боевиках. Игривый блеск в них, когда они спарринговали, обмениваясь ударами, танцуя в воздухе. К ее щекам вернулся жар, и она покачала головой. Нет, он всего лишь друг, ничего, кроме друга. Ведь так?

От этой и других мыслей Скуталу то замирала, как статуя, то металась из одного конца комнаты в другой, как энергичная колибри, выпившая слишком много кофе.

"Хватит", — крикнула Эпплблум. "Да, ты сделала что-то не так, но все, что тебе нужно сделать, это извиниться".

Скуталу кивнула и, взмахнув крыльями, улетела.

* * *

Когда один друг может телепортироваться легче, чем ходить, а другой может просто прятаться в тени, выследить любого из них может быть трудно, а в данном случае — невозможно. Скуталу дважды проверила все места, и все равно ни одного из них не было видно.

Поверженная, с холодным чувством, сжимающим ее нутро, Скуталу вернулась к двум метконосцам, которых, как она знала, она могла найти.

Прошел час, когда Литтл Стар вернулась одна. Когда дверь со скрипом открылась, все пони сначала ожидали увидеть кого-то другого. Литтл Стар обычно не пользовалась дверью.

"Мне жаль", — это было первое, что вырвалось из уст Литтл Стар, когда она робко вошла.

Эпплблум рысью подбежала и положила переднюю ногу на ее спину. "За что? Это Крэш и Скутс начали драться".

Выражение лица Литтл Стар стало совсем овечьим. Как и миллион и один раз, один из других метконосцев был пойман за тем, чего не должен был делать, и был пойман с поличным.

Взмахнув крыльями, Скуталу приземлилась перед Стар. "Что ты сделала?"

"Я допустила ошибку в расчетах".

"Что пошло не так?" — спросила Свити Белль, прежде чем Скуталу успела сказать что-нибудь более резкое.

"Один из ингредиентов в печенье…" — сказала Литтл Стар, ее копыто рисовало круги на полу, когда она опустила глаза.

"Ты отравила нас?" — спросила Эпплблум.

Глаза Свити Белль расширились в панике.

"Нет, нет, я бы никогда… Все было безопасно. Здоровое и безвредное… Просто…"

"Просто что?" — Скуталу прижалась ближе.

"Некоторые пони… Ну, им очень, очень нравится этот определенный ингредиент, и они часто ссорятся из-за него…"

"О…" — это дало Скуталу много поводов для размышлений. Печенье было вкусным… Но украсть его у друга, у товарища метконосца? На смену чувству вины пришло замешательство. Неужели печенье заставило меня сделать это?

"Что это был за ингредиент?" — спросила Эпплблум.

"Эээ…" — начала Литтл Стар, а затем, сверкнув рогом, исчезла.

Эпплблум хмыкнула: "Что-то мне подсказывает, что она добавила что-то, чего не следовало".

"Например?" — спросила Скуталу.

"Например, особые напитки, которые моя сестра прятала в шкафу", — добавила Свити Белль.

Пока остальные болтали о том, что может быть секретным ингредиентом, мысли Скуталу были сосредоточены только на одном. Она хотела еще больше этого печенья. Она оглядела комнату и принюхалась, пытаясь отыскать еще хоть одну крошку.

К сожалению, прежде чем она нашла хоть одну, дверь снова открылась. На этот раз это была не Литтл Стар.

"Вот где ты пряталась", — сказала Эпплджек, слишком целеустремленно выходя на балкон.

Скуталу хотела оскалиться, но вместо этого просто сказала: "Мы никому не мешаем".

"Сестренка, мы не сделали ничего против правил".

"Ничего не взорвалось и не загорелось", — добавила Свити Белль.

"Ну, я очень рада слышать все это. Но я здесь не за этим. У всех вас есть дела, которые вы должны делать".

Как будто это было отрепетировано, все уши метконосцев опустились, как при синхронном выступлении.

* * *

Несмотря на ее попытки сделать из своих обязанностей игру, притвориться, что она выполняет какую-то эпическую миссию, ее мысли не поддавались. Печенье и тот определенно не поцелуй преследовали Скуталу, пока она летала туда-сюда.

По крайней мере, она могла летать, и использовать для этого свои новые крылья было просто замечательно. Она никогда не перестанет быть благодарной Твайлайт за них. Поэтому она относилась к своим поручениям как к скоростным трассам, летя по которым она несла то одно, то другое. Ее скорость и маневренность были идеальны, чтобы мчаться как внутри, так и снаружи замка. Пока ее груз был защищен от штормового ветра, все было в порядке.

По крайней мере, то, чем она занималась, было гораздо веселее, чем то, с чем застряли остальные, по крайней мере, те двое, которых она смогла найти. Эпплблум работала с ней в новой теплице, занимаясь растениями и маленькими деревьями в горшках. Выглядело это скучно, но если это означало больше вкусной еды, Скуталу с радостью протянула бы ей копыто помощи. С другой стороны, Свити Белль застряла внутри, используя тот же нож, которым она сражалась с гидрой, чтобы раскроить ткань для своей сестры.

Как она ни старалась, ни Крэша, ни Стар до конца дня нигде не было видно.

Ужин был безвкусным. Вода и печенье из сена и орехов. Оно хрустело и расслаивалось с каждым пыльным кусочком. Оно было сытным, но безвкусным, как картон. Это точно не было одним из самых потрясающих печений Литтл Стар.

В ту ночь ей приснилась армия печенья, которая напала на Эквестрию. Только она и ее верный помощник Крэш могли спасти положение. Поскольку Свити Белль столкнулась с потопом мороженого, а Эпплблум — с чумой яблок-вампиров, только Крэш и она могли сделать то, что должно было быть сделано.

В тот день погибло много-много печенья, в ужасе спасаясь от двух из трех лучших летунов в мире, которые пронеслись вниз и с каждым пролетом уносили сотни в свои голодные пасти.

* * *

Скуталу открыла глаза. Искаженное отражение в кристальном потолке смотрело на нее сверху вниз. Солнечный свет снаружи определенно указывал на то, что сейчас утро.

В животе заурчало, и последние остатки сна шепнули ей, как хорошо было бы сейчас съесть одно из печений Стар. Она покачала головой и постаралась избавиться от воспоминаний о вкусе. Эти штучки действительно оказались слишком проблемными.

Она поочередно вытянула ноги, затем вытянула передние копыта как можно дальше вперед и выгнула позвоночник, как кошка. Несколько взмахов крыльями и осмотр, после чего она была готова к работе.

Она поднялась на крыло и направилась на улицу, чтобы сделать свои обычные упражнения. Сто приседаний, сто подъемов на крыло, сто прыжков, десять кругов вокруг замка на копытах, еще десять кругов на крыльях, затем повторить еще быстрее.

Снаружи студии Лиры и Бон-Бон по обе стороны от главных дверей стояли стражники, вооруженные и закованные в броню, которую Твайлайт сделала для ярмарки. Воздух трещал и звенел, когда волны морозного воздуха выплескивались из лезвий их оружия.

Было так много неба, в котором она могла бы летать, так много свободы, но стоило лишь оглянуться на Бон-Бон, чтобы понять: если она поддастся, то попадет в беду. Поэтому она не поддалась соблазну открытого неба и держалась поближе к замку, выполняя упражнения.

Первое упражнение было простым и, по ее мнению, могло бы сойти за обычную прогулку. Оно давало ей достаточно времени, чтобы рассмотреть все, что происходит вокруг Понивилля.

Слишком большая часть города просто исчезла, поврежденные и разрушенные здания разобрали на запчасти, а землю расчистили. Стена и башни теперь окружали все оставшиеся здания, которые они собирались сохранить, но все равно почти все пони спали в замке.

Пони в доспехах королевской гвардии стояли на вершине модифицированного экспресса Дружбы, а другие, включая Биг Мака и Сноуфлейка, помогали его разгружать. Толстые металлические листы, а также баллисты и катапульты придали поезду почти потрясающий вид. Тем не менее, он определенно нуждался в лучшей покраске. Яркие, веселые цвета под ним выглядели как-то не так, проглядывая сквозь тусклую металлическую броню.

На второй площадке она провела большую часть времени, глядя на белые башни Кантерлота. Ты действительно злая пони? Неудивительно, что никто не ответил на ее невысказанный вопрос. На секунду она задумалась, что бы она сделала, если бы принцесса Селестия сама телепортировалась, чтобы ответить. Фыркнув, она покачала головой. Этого не могло случиться, даже если бы она умела читать мысли.

На третьем повторе ей пришлось больше сосредоточиться на том, что она делает. Она знала, что для любого не пегаса она была просто размытым пятном, и падение на такой скорости могло очень сильно травмировать кого-нибудь из пони. После четвертого повтора она запыхалась, а после пятого ей пришлось остановиться. Ее крылья дрожали, а шерсть покрылась испариной.

Она просто растянулась на траве, не заботясь о том, что кто-то из пони может ее увидеть. Каждый вдох давался ей все легче, и постепенно ее колотящееся сердце замедлялось. Через минуту она перевернулась на спину и посмотрела на небо. Каждый кусочек белого голубого неба был окружен стражниками. Она поднялась на копыта. "Не думаю, что они позволят мне просто одолжить об…" — подумала Скуталу, слегка опустив крылья. Ей снова придется стоять в очереди в душ.

* * *

"Глупое земнопоньское мыло…" — ворчала Скуталу. Жесткое мыло сделало ее чистой, но даже сейчас, спустя несколько часов после душа, ее нос все еще дергался, когда она слишком быстро шевелила крыльями, а минеральный запах все еще так упрямо цеплялся к ее перьям, что она боялась, что никогда от него не избавится.

"Эй, с нашим мылом все в порядке", — пожаловалась Эпплблум и бросила в Скуталу апельсин.

Ухмыляясь, Скуталу просто держала копыто наготове и ждала. Когда апельсин приблизился, она почувствовала, как он рассекает воздух, как его движение хочет, чтобы она продолжала двигаться в том же направлении. Ее ухмылка превратилась в полноценный оскал, когда она привела свой план в действие. В ту же секунду она изменила его движение. Она едва успела почувствовать, как оно коснулось ее копыта, как апельсин тут же метнулся в ту сторону, откуда пришел.

Эпплблум пригнулась, позволяя фрукту пролететь над ней и отскочить от стены с сочным шлепком.

Магия Свити Белль подняла теперь уже немного неправильной формы фрукт. "Ну же, мы не должны тратить еду впустую".

"Но это же апельсин", — пожаловалась Эпплблум, когда Свити Белль начала есть упомянутый фрукт. По позвоночнику Блум пробежала дрожь, когда она наблюдала за этим.

Скуталу протянула копыто. "Эй, можно мне немного?"

"Конечно". С сочным рывком светло-зеленая магия оторвала половину того, что осталось, и подбросила сегменты в воздух.

Медленным движением Скуталу открыла рот и взяла сочное лакомство из воздуха. Это было не одно из печений Литтл Стар, но, по крайней мере, оно было сладким.

Эпплблум покачала головой, в ее глазах было предательское выражение.

"Это всего лишь фрукты", — сказала Свити Белль, тщательно вытирая тряпочкой каждую капельку упавшего апельсинового сока.

Печаль опустила уши Эпплблум, когда она отвела взгляд. "Я скучаю по нашим яблокам".

Скуталу немного понаблюдала за подругой, прежде чем рысью выбежать из комнаты. Где-то в этом замке должно было быть яблоко.

Она искала его долго и упорно, но не нашла. Вместо этого она наткнулась на Крэша и Литтл Стар. Он получил больше печенья? Скуталу подкралась ближе.

Крэш держал в копытах планшет, а Литтл Стар сгружала ящики с припасами в кучи.

Крэш вздохнул. "Тебе не нужно прятаться". Его кошачьи глаза нашли ее, и он улыбнулся. "Прости меня за вчерашнее".

Литтл Стар смотрела между ними, озадаченно наклонив голову.

"Ну…" — Скуталу потерла затылок. "Мне тоже, вроде как, жаль".

Он кивнул и медленно улыбнулся. "Тогда давай забудем об этом?"

Скуталу кивнула. "Да". Печенье было вкусным, но чем больше времени проходило, тем меньше в ее действиях было смысла. Ей нравился Крэш. Зачем ей красть у него?

"Хочешь помочь?"

"Нет, я ищу яблоки".

"Яблоки?" — спросила Литтл Стар, выглядя задумчивой.

"Да, Блум их не хватает".

"Яблоки? Яблоки? Хм, яблоки!" — Со вспышкой волшебства появилась одна банка яблочного джема.

"Этого хватит", — сказала Скуталу, потянувшись за ней.

"Это единственная" — Литтл Стар потянула ее к себе.

"Но это сделает Эпплблум счастливой".

Литтл Стар постучала себя по подбородку, как это иногда делала Твайлайт. "Возможно, я смогу превратить это обратно в яблоки… и из этого получится что-то, что можно посадить, надо будет только…" — На этом ее объяснения прервались.

Крэш и Стар подняли головы и посмотрели в одну сторону. Банка с яблоками исчезла там, откуда появилась.

"Берите остальных и собирайтесь у главных дверей. Они захотят это увидеть", — сказала Литтл Стар, слегка пританцовывая на месте.

Мгновение спустя Литтл Стар исчезла, а Крэш скрылся в тени.

"Эй, подождите меня!"

* * *

Меньше чем через минуту Скуталу и остальные метконосцы рысью выбежали из кристального дерева, которое по-прежнему было домом для всех.

Снаружи собралась огромная толпа пони. Лес ног и тел перекрывал все пути обзора.

"Я не вижу", — пожаловалась Эпплблум.

Маленьким прыжком Скуталу пронеслась над головами старших пони.

Она достигла пика своего прыжка, а затем распахнула крылья. Они медленно бились, ловя достаточно воздуха, чтобы удержать ее в парящем состоянии.

Крэш первым присоединился к ней в воздухе. Мгновением позже, взмахнув крыльями бабочек, к ней присоединились остальные метконосцы.

Дюжина фестралов окружила большой периметр. Их стоический вид сдерживал пони больше, чем любая стена.

Их каменное выражение лица сохранялось до тех пор, пока Литтл Стар не помахала им копытом. Несколько пони помахали в ответ с улыбками, и вот так все собрание потеряло напряженность.

Шестеро ночных гвардейцев приняли боевое построение и собрались в путаную шеренгу.

Крэш похлопал Скуталу и указал на землю. Внезапно строй обрел смысл. Их тени накладывались друг на друга, создавая огромную тень.

Тень, казалось, как-то изменилась и углубилась, став темнее, а ее поверхность начала пульсировать. Плоская выпуклая тень, оттолкнулась от земли и беззвучно разорвалась. Нити тьмы потянулись за ней, открывая что-то еще более темное внутри. В его глубине плясало несколько мерцаний света. Внутри что-то зашевелилось. Что? И тут то, что увидела Скуталу, стало обретать смысл. Появилось грозовое облако.

Это было странное на вид грозовое облако, но щекочущие помехи, игравшие с крыльями Скуталу, говорили о том, что оно настоящее.

"Эй, разве это не похоже на дирижабль?" — спросила Эпплблум.

Пытаясь успокоить свои перья, Скуталу наклонила голову в сторону, пытаясь увидеть то, что видела Эпплблум. "Может быть?"

Когда из тени вынырнуло еще одно облако, да, оно действительно было похоже на дирижабль. Гладкий и смертоносный. С установленными баллистами и магическими фигурами, светящимися голубым светом.

"Это потрясающе", — выдохнула Скуталу, рассматривая все это. В ее голове пронеслись истории о воздушных пиратах и приключениях. Вспышка пурпурного света даже не заставила ее посмотреть в сторону — телепортация Литтл Стар за эти дни стала обычным делом.

"Мамочка!" — закричала Литтл Стар. Когда свет от ее появления померк, стало видно, что она почти душит голову своей матери, крепко обнимая ее, — голову, которая только что высунулась из тени вместе с дирижаблем.

Луна обняла Стар своими крыльями, когда та полностью вышла из тени. Было много объятий, слишком много, если верить Скуталу.

Поэтому она снова обратила свое внимание на штормовой корабль. Словно сошедший со страницы одного из комиксов Спайка, его темная форма возвышалась над ними.

"Выглядит быстрым", — сказал Крэш рядом с ней.

"Да, но это же облако… Оно может лететь так быстро, как его толкают".

"Видишь эти кристаллы?" — спросил Крэш, направляя крыло на бесцветную часть корабля. Она уставилась на него и попыталась разглядеть за клубящимися облаками и электричеством, пляшущим над ним. "Там есть что-то более темное. Прямо под поверхностью".

"Да, и судя по тому, что они расположены по обе стороны, это как раз то место, где на обычном дирижабле были бы роторы".

"Откуда ты так много знаешь о дирижаблях?"

"О… Я делал их модели…" — сказал Крэш.

Даже на расстоянии радостное "Ура" Литтл Стар было почти оглушительным. Через мгновение конец ее радостного крика раздался гораздо ближе. Пурпурный свет окутал группу. С резким движением знакомая хватка магии Стар потянула Скуталу и остальных в мгновенное объятие. "Мы отправимся в путешествие. Мы поедем в гости к мамочке Твайлайт".

Эпплблум первой оправилась от удивления. "Куда мы едем?"

"Мамочка Твайлайт построила дом для всех грифонов".

Внимание всех пони было внезапно приковано к Литтл Стар, кроме одного жеребенка с крыльями летучей мыши, который смотрел прямо на Луну.

Луна слегка кивнула, и тут же Крэш переключил свое внимание на взволнованную и счастливую Литтл Стар.

Что это было? — подумала Скуталу.

"Ты ведь знаешь, что гриффоны — воины?" — спросил Крэш.

Литтл Стар кивнула. "Я много читала о них, когда узнала, что именно туда отправляется мамочка Твайлайт".

"Тогда мы захотим выглядеть лучше всех и иметь какие-то трофеи за то, что мы сделали…"

Литтл Стар оглянулась на Луну. В очередной вспышке света она снова была с ночным аликорном, радостно болтая о том, как сделать что-то из тела гидры.

Странно, но почему-то это заставило ее снова вспомнить о том вкусном печенье.

* * *

## 73 Расследование Мунлайт

* * *

Что такое Избранный? Это был такой простой вопрос, и все же, даже спустя несколько дней, он так и остался для Мунлайт нерешенным. Это была основная часть того, кем и чем она была сейчас. Это было то, что она должна знать, хотя бы для того, чтобы примириться со своей новой жизнью. Поэтому каждая мысль, каждая крупица информации о самых элитных игроках Луны проносилась в ее голове, пока она молча рысила за Мерси.

Основы были просты. Как следовало из названия, она была избрана. Луна хотела ее, затребовала и изменила, чтобы иметь инструмент на службе.

Желание прикоснуться к ее горлу чуть не заставило ее споткнуться. Она была единорогом, и рысь на трех ногах не была тем навыком, которым она овладела. По крайней мере, магия фестралов, прилипшая к ее копытам, не давала никаких звуков, привлекающих внимание Мерси.

Она перевела взгляд на живописную красоту окружающего ее кромешно-черного мира. На его захватывающей дух красоте было гораздо приятнее сосредоточиться, чем на фантомных ощущениях в шее.

Она сделала медленный, успокаивающий вдох и задумалась о том, где она находится. До этой ночи она и не подозревала, что эти туннели находятся здесь, глубоко в сердце горы. Каждые пятьдесят или около того селестиалов проход отделялся то в одну, то в другую сторону. От большинства из них исходил запах каменной пыли и сырости.

Ее уши подергивались, анализируя звуковой ландшафт. Здесь было так много маленьких звуков. Таких тонких, таких маленьких, что их можно было заглушить даже шепотом. Откуда-то капала вода в мелкие лужицы. Сверху доносились радостные и задорные крики фестральных жеребят. Игра в пятнашки или что-то вроде того, если бы ей было нужно угадать. Она покачала головой с небольшой улыбкой. Даже сейчас, когда все идет не так, жеребята могли найти время для игры.

Без приземляющих звуков постоянного цоканья копыт по земле путешествие казалось бесконечным. Повторяющиеся движения рысью превратились из простого движения почти в форму медитации.

Кружащиеся узоры притягивали ее. Они обещали всегда быть рядом, чтобы успокоить и утешить ее. Ее дыхание замедлилось, а движения стали более плавными. Ее тело успокоилось, даже когда увиденное заставило ее разум вернуться к размышлениям.

Что значит быть Избранным Луны? Она снова задумалась над этим вопросом, не дающим покоя как камешек, застрявший в подкове.

Чарующее цветовое представление, превращающее любую темноту в прекрасную страну чудес, было, безусловно, тем изменением, которое привлекало ее внимание больше всего. Несмотря на то, что оно было самым очевидным, оно было наименьшим из эффектов нового источника, который теперь был частью ее души. Застывшая тьма, заглушавшая стук копыт Мерси и ее саму, была лишь самым незначительным из тех трюков, которым она научилась на сегодняшний момент.

И все же было странно не вздрогнуть, когда ощущение ползучей застывшей сахарной ваты сменилось обычной твердостью полей ее хватки. Как и в любом другом случае, мысли об этом сфокусировали ее чувства на этом. Она проследила за тем, откуда исходила энергия. Глубоко в груди, возле сердца, холод зимней звездной ночи обволакивал ослепительное пламя ее магического потенциала. Оттуда тонкие шлейфы ощущений шли по ее позвоночнику, разветвляясь, чтобы следовать за каждой ниточкой, пока они не вырвались через копыта и не окутывали их.

Ее мысленный взор удерживал новую силу в копытах и поворачивал ее то в одну, то в другую сторону. В отличие от четко определенных применений ее магии единорога, умбральное колдовство было простором неизвестных возможностей.

Внутри нее зашевелился азарт. Почему бы и нет? Я должна практиковаться... Как ее учили, она представила, что использует свою ауру, но не стала зажигать рог. С помощью этого вымышленного кинетического поля она натянула шелковистую тьму вокруг ног, как будто натягивая носки. Она прилипла к ней, как масло, поглощая все больше и больше. Она держалась за этот образ, пока ее копыта совершали движения, чтобы надеть вымышленный плащ. Липкая тьма распространялась все шире, и ее осязаемая тяжесть окутывала ее.

"Ты становишься лучше в этом", — пискнула Мерси шепотом, который мог слышать только фестрал. Это было еще одно напоминание о новых способностях, которыми ей предстояло овладеть.

Потребовалось несколько попыток, чтобы ответить аналогичным образом. "Практика, практика, практика — так говорили все мои старые инструкторы". Говорить и не говорить было как-то неправильно, и что-то в горле все еще пыталось спровоцировать приступ кашля. Она задержала дыхание и подождала, пока он пройдет. Я бы сейчас не отказалась от сочного манго.

Мерси вернулась в регистр голосов нормальных пони. "Правда. Если бы государыня не была так занята, ты бы получала месячное обучение каждый раз, когда укладывала свою рогатую голову спать".

Словно только что вызванный к жизни свет, внезапно многое о Ночной Гвардии перешло из тьмы слухов в ясность холодного твердого факта. Вся эта самоуверенность, все это высокомерие и презрение к способностям своих солнечных коллег. За одну луну новобранец мог пройти столько же тренировок, сколько Солнечная гвардия за стандартные два года.

С жадностью она вспомнила Кэндис. Почему я никогда не пыталась выучить ее заклинание времени? Она вздохнула, и холод в груди затуманил теплый воздух. "Если бы только я могла иметь возможность так сжимать время для своей работы".

"Прохождение обучения у государыни сильно отличается от хождения по снам".

Вот оно, снова это слово, "государыня". За ним должна быть какая-то история, причина, по которой все последователи принцессы Луны использовали его вместо ее законного титула. И правда, как принцесса Аликорнов, Луна была намного выше "простых" смертных. Как соправительница Эквестрии, она обладала высшей властью. Она могла принести жизнь или смерть любой из теней, на которые падали ее крылья. На мгновение призрак крыльев Луны сомкнулся вокруг нее, и мышцы ее шеи напряглись.

"А это твоя комната", — сказала Мерси. Взмахнув крылом, она толкнула дверь.

Где? Мунлайт огляделась по сторонам. Эта часть туннеля была совсем другой, не такой грубой. Стены по-прежнему были высечены из необработанного горного камня, но на этот раз каждая поверхность была окрашена в умбральные цвета. Как долго я была в раздумьях... Как же я это пропустила? — думала она, массируя натренированные мышцы, которые пытались защитить ее уязвимое горло.

Потребовалось несколько секунд, чтобы увидеть, но большие куски умбрального сияния все еще оставались здесь. Каким-то образом перемещающиеся чернильные пигменты были закреплены на месте. Стиль был немного примитивным, более стилистическим, чем требовательная точность в пользу вышеуказанного, но с гораздо большим чувством. Аккуратные изгибы и дикие линии, которые будоражили душу, делали больше, чем любой фотореализм. Слева были портреты, справа — сцены исторических сражений.

Ее внимание привлек один портрет, самый последний. Она подняла копыто и уперлась в стену прямо под ним, почти боясь прикоснуться к нему. Перед ней, прямо на стене, стояла пони, которой она больше никогда не будет. Легким движением головы она исчезла, и только портрет той, кем она была сейчас, смотрел на нее.

В этом было что-то до боли знакомое. Ее глаза искали и нашли портреты, которые она искала. Дюжина портретов, расположенных ниже, не сменилась сценой смерти кобылы, когда Мунлайт приблизилась к ней. Нет, здесь было просто несколько цифр, почти невидимых на расстоянии. День, месяц и год.

"Не хочу отвлекать, но у меня есть другие дела на вечер".

"Прости, Мерси. Это просто...." Мунлайт никак не могла решить, как ей закончить это высказывание.

Мерси покачала головой с немного грустной улыбкой. "Галерея воспоминаний может быть очень сложной для восприятия".

Мунлайт кивнула, ее взгляд остановился на пустом пространстве, которое ждало этих нескольких маленьких цифр. "Это как увидеть свой собственный могильный камень".

"Мы все сестры и братья. О каждом из нас будут помнить". Мерси говорила о ритуале.

У солнечной гвардии были свои гордые традиции, свои почести. Стена с бесконечными рядами отметок. Теперь все это казалось черствым и безразличным. Плохой расплатой за то, что они отдали все на службе Эквестрии.

Здесь было так много портретов. Они были плохими имитациями тех, что Луна рисовала сама. Она искала и нашла Страйкера. Глаза, которые могли быть игривыми или жесткими, и эта клыкастая ухмылка, которую он так любил. "Они по-разному уловили его сущность".

Мерси рассмеялась. "Да, через несколько поколений им все равно придется мириться с его наглой ухмылкой. А теперь давай тебя устроим".

* * *

Мунлайт смотрела на умбральные узоры, пляшущие на каменном потолке. У нее все еще не было удовлетворительного ответа на вопрос, что значит быть избранной Луны. Казалось, она никогда не сможет этого понять. Менее важная, но гораздо более насущная мысль оттеснила ее на второй план.

Никогда еще она так не завидовала пегасам, как сейчас. Заколдованные простыни, позволявшие ей лежать на облачной кровати, позволяли приблизиться к тому комфорту, который они испытывали, дремля на любом пучке конденсата, который им приглянулся. В ее мыслях плясало веселье. Кто бы мог подумать, что одна из самых дорогих кроватей Эквестрии станет теперь моим стандартным снаряжением.

Ни одна из других вещей в комнате не выглядела особенно причудливо. Все было просто хорошо сделано, функционально и чрезвычайно удобно. Ни один дворянин никогда не будет пользоваться такой мебелью, но они могут оставить себе свои безвкусные, инкрустированные драгоценными камнями приспособления для пыток.

Она устроилась поудобнее на кровати. "Что ж, пора приступать к работе". Как ее учили, она закрыла глаза и замедлила дыхание. Это самый странный способ отправиться на работу, — подумала она, когда ее тело замерло, и мир бодрствования исчез из ее сознания, хотя холодок возле сердца пульсировал. Ей казалось, что она находится на пляже, и волны, мягко набегая на песок, каким-то образом обтекали ее.

Прошло совсем немного времени, и царство принцессы Луны завладело ею.

* * *

Сооружение сна, которое было ее офисом, было таким же впечатляющим, как и во время ее первого визита. К сожалению, бумажная работа оставалась бумажной работой, даже в фантастических декорациях.

Спустя несколько часов она сидела у стола с картой, медленно потягивая из высокого стакана манговый сок. Светящаяся сфера покалывала под копытом Мунлайт, когда она катала ее взад-вперед по столу. В этой простой сфере хранились основные записи всех снов.

Она ткнула копытом в сферу и сосредоточилась на нужном ей образе. Романтические видения боролись за ее внимание, и мерцание теплой похоти пронзило ее копыто. По копыту пробежал холодок, и она ухватилась за него. Быстро дернув, она забрала свой трофей.

Там, в миниатюре, стоя во весь рост со вздыбленном копытом, находился весьма массивный образец земного пони. Внушительная каменная фигура жеребца, мягкая улыбка нежного гиганта и слегка озадаченный взгляд его глаз объясняли, почему многие кобылы мечтали о нем.

Взгляд на разбросанные по столу списки земных пони только подтвердил ее подозрения. "Твой рост на два копыта выше самого большого". Мунлайт покачала головой, пытаясь прогнать романтическую чепуху, о которой мечтали эти четыре кобылы.

"Дюжина не занесенных в список стражников, которые не видят снов". Все еще странно выглядящая серебристо-черная аура Мунлайт подняла перо и добавила еще несколько строк в открытый свиток. Это была лучшая зацепка, поэтому она подписала и запечатала ее, а затем опустила в почтовый ящик. Из тени дерева выскользнул звездно-полосатый усик жидкой ночи и поглотил свиток.

"Это определенно самый странный офис на свете", — сказала она, убирая сферу и доставая другую. Не было смысла терять время, поэтому она подняла следующую сферу к своему рогу. Через мгновение она увидела, что ее глаза не принадлежат ей самой, когда мужской голос, которого она никогда раньше не слышала, поведал о происходящей перед ней сцене. По мере того как диктор формировал слова, Мунлайт чувствовала, как его язык двигается во рту, словно это был ее собственный.

Внизу задняя стена склада была частично разрушена. Он скользнул вниз со своего насеста внутрь полудюжины разбитых ящиков, усеявших пол.

"Мы не знаем, что в них было, и если бы только кто-то из пони не потратил несколько часов на то, чтобы вычистить запах, это не было бы зацепкой, которой ей суждено быть".

Он подошел к одной стене и посмотрел вверх. Насыщенный медный аромат, щекотавший его нос, подсказал ей, что там находится, прежде чем он заговорил. "Большая часть стены была очищена посредством роговой магии, но они немного промахнулись".

Он расправил крылья и осторожно поднялся в воздух. Новый источник в глубине груди Мунлайт всколыхнулся. Она знала, что он может сделать, и дразнил ее обещаниями, даже ощущение того, как напрягаются летные мышцы, дразнило ее из-за отсутствие крыльев.

"Если бы они были на земле, поперечная балка закрыла бы им вид на этот участок. Мы пока не знаем, чья это кровь, но знаем, что это земной пони. Мы ищем пропавших пони... но из-за переполненного города это происходит медленно".

Взгляд повернулся, и он снова посмотрел на разрушенные ящики. "Я думаю, что бы это ни было, с ним нужно было обращаться очень осторожно, держать сухим и подальше от огня... Я пришлю еще один отчет, если мы получим больше, и добро пожаловать на борт Мунлайт".

Видение исчезло, и окружающий мир снова оказался в фокусе. Она положила сферу на стол, добавив еще несколько записей в чистый свиток.

"Здравствуй, Мунлайт", — произнес знакомый голос дружелюбным тоном.

"Кэндис?" — спросила Мунлайт, оторвавшись от работы, чтобы посмотреть на стоящую перед ней кобылу. Это была Кэндис, и все же это была не она. Отсутствие крыльев и очень заметный рог были определенно новыми, но здесь ничего нельзя было принять на веру. Не обращая внимания на эфирную косу, парящую рядом с кобылой, она задала более простой вопрос. "Ты мечтаешь стать единорогом?"

"Я ее сестра, Инсайт. До недавнего времени я была застрявшей в ее голове. Теперь я свободна и могу помогать всем, кому могу". Слишком старые глаза сверкнули над искренней улыбкой. "Прямо сейчас это, как оказалось, ты". Инсайт скользнула за стол, и ее открытые ноги обхватили Мунлайт в нетерпеливом объятии. Объятие было крепким, как у друга, и теплым, как у бабушки. "Добро пожаловать, сестра".

Мунлайт закрыла глаза и прильнула к ней. Еще одна вещь, которая никогда не происходила под началом Селестии. Как бы она ни отрицала это, почти смерть, а потом и настоящая смерть делали такие мелочи, как объятия, гораздо приятнее. Простое прикосновение живого пони, звук биения его сердца и тепло его тела — всем этим она не могла не насладится. Не то чтобы она рекомендовала то, что случилось с ней, как вариант, просто чтобы обогатить жизнь любого пони.

"Спасибо... сестра". Было странно употреблять это слово, но те, кто следовал за Луной, определенно были больше, чем просто товарищи. "Итак, мне нужна помощь?"

"У меня есть сообщение от Луны. Точнее, оно пришло от Твайлайт через Луну. Те деревни, которые тебя интересуют. Чейнджлинги захватили их".

"Чейнджлинги?" Мунлайт почувствовала, как ее глаза опасно сузились. "Этими деревнями управляют чейнджлинги?"

Мунлайт вздохнула и опустила голову на стол. "Значит, они представляют угрозу, но не ту, которую я ищу".

Копыто Инсайта потерлось о спину Мунлайт. Это вызвало воспоминания о том, как это делала ее бабушка. Нужный уровень давления, чтобы дать пони понять, что ты рядом и достаточно силен, чтобы обеспечить их безопасность.

"Вот, давай я покажу тебе, что я об этом знаю".

Когда они приблизились к линии деревьев, коса Инсайт метнулась вперед, сделала несколько сальто и каким-то образом вывернулась наизнанку, прежде чем вонзиться в землю. Это уже не было оружие, когда она приземлилось. С молниеносной скоростью ее форма превратилась в дверь.

То, что встретило ее с другой стороны, было совсем не похоже на то, что она ожидала от портала, сделанного из косы. Вместо царства смерти или зелени Вечных Полей здесь было дерево, много дерева. Деревянные стены, деревянные пол и потолок и бесчисленные деревянные книжные полки.

Как только они оба вошли, дверь растаяла, а ее неподвижная форма преобразилась в эфирную пони, единорога размером с жеребенка, который, если верить ощущениям, выглядел как мини-версия тантабуса Луны, выпущенного на свободу в Понивилле.

Существо? Кобылка? Чем бы оно ни считалось, оно скакало вокруг ног Инсайт, пока она не подняла его в свою ауру и не прижалась к ней.

Откуда-то из-за лабиринта книжных полок донесся мягкий музыкальный голос. "Инсайт, похоже, ты привела гостей. Тебе стоило бы предупредить меня, чтобы я подготовила достойный прием".

"Привет, Свит Дримс. Да, у нас гости, из отдела расследований Луны".

"Ну, надеюсь, у нас нет проблем?" — ответила Свит Дримс, и в ее голосе заплясало дразнящее веселье.

"Нет, просто делюсь некоторым опытом с одним из тех, кто расследует нападение на Твайлайт. Общий интерес — вот и все".

Стук копыт Мунлайт по деревянному полу был твердым, осязаемым и реальным. Что-то в здешнем облике не позволяло вспомнить, что это всего лишь сон. Неужели это еще один сон, который принцесса Луна создала сама?

Мунлайт знала, что это где-то в царстве снов, но это было все равно, что сказать, что ты находишься на планете. Это не давало ничего, на что можно было бы опереться. "Где мы?" — спросила Мунлайт тихо, чтобы не быть подслушанной.

Очевидно, ее попытка проявить осторожность не удалась. Вместо Инсайт ответил тот же музыкальный голос, что и раньше. Только на этот раз его тон был более торжественным, словно кобыла объявляла толпе. "Ты, призванная Луной, имеешь честь и привилегию войти в Большую библиотеку Золотых Дубов, святилище и владения единственной Твайлайт Спаркл".

Только одно пришло ей на ум, когда она ступила в центральный многоуровневый зал. "Как много книг". Через несколько секунд нормальная аналитическая часть ее разума вспомнила, что должна что-то делать.

Три пони были видны: серебристый аликорн с голубой шерстью, разливающий чай с приветливой улыбкой, серый клон Твайлайт без крыльев, зарывшийся мордой в книгу за путаницей шипованных золотых цепей, и, наконец, в зеркале, прислоненном к концу стола рядом с аликорном, сидела дикая демонесса-единорожка с горящей гривой.

Никто из них не представлял активной угрозы, ну, кроме как для их еды, если не ошибаюсь, из множества закусок. Хотя, судя по хищным глазам демонессы, устремленным на еду, это могло продолжаться недолго.

Она вдохнула. Ароматы экзотических специй, смешанные с более знакомыми запахами, обещали кулинарное удовлетворение куда большее, чем любой ресторан Кантерлота. Чувство голода угрожало заставить ее желудок заурчать. Горячий шоколад, виски и пирожные смешивались с тортами, цветами и фруктами всех сортов, и даже мочеными яблоками.

Она не обращала внимания на отвлекающие факторы и позволила своему вниманию переключиться на то, что лежало под ними. Она сделала второй вдох и задержала его. В воздухе витал запах крови и горелого дерева, но он был старым, без намека на яды, взрывчатку или скверну.

Ничего не кричало о том, что это ловушка, и она направилась дальше. Открытое пространство имело множество выходов, десятки, на беглый взгляд, разделенных на несколько уровней. На первом этаже, похоже, была главная лестница, видневшаяся за большим книжным шкафом, которая, вероятно, вела на более высокие уровни. Здесь у пони с крыльями были все возможности для передвижения. Ощущения от сгибания фантомных крыльев преследовали ее с тоской. Ее новый источник шептал ей, умоляя, что хочет летать.

Позади открытой двери, через которую они только что вошли, были другие, закрытые. На каждой из них был знак одного из Носителей Элементов, но дверь Твайлайт была слишком мала, и ею мог воспользоваться разве что жеребенок.

Были еще две двери. Самой обычной была внешняя дверь. Она была похожа на ту, что была в ныне разрушенной Понивильской библиотеке. Другая выглядела как бронированное хранилище из банка Мэйнхеттан, сделанное из чистого золота.

"Мунлайт, позволь представить тебе Свит Дримс, Грей и Нову", — сказала Инсайт, указывая копытом на аликорна, перекрашенного клона Твайлайт и огненную пони в зеркале.

Грей подняла взгляд, а затем опустила его на ворох бумаг, над которыми она работала за путаницей шипастых цепей. Нова с голодным интересом наблюдала, в то время как ее глаза переместились с еды, разложенной на столе. Лишь легкое дружелюбие в глазах Новы давало Мунлайт надежду, что она не станет лакомой закуской для демонессы, если та каким-то образом высвободится из зеркала.

С безупречной грацией благородной хозяйки и элегантным взмахом крыла Свит Дримс предложила присоединиться к ней. Мунлайт сделала движение почти автоматически — укоренившийся этикет, полученный во время обучения в Кантерлоте, и тот факт, что просьба исходила от аликорна, не давали ей возможности игнорировать это. Слегка покачав головой, она позволила себе продолжить.

Свит Дримс умело добавила порошки и ликеры в пять чашек нормального размера и одну, которая казалась слишком маленькой даже для игрушечного набора жеребенка. Инсайт кивнула, принимая свою. Серая бескрылая Твайлайт просто взяла ее в свою ауру, даже не поднимая глаз от своего постоянного письма. Маленькая чашка присоединилась к обычной, когда ее просунули через зеркало, чтобы ее с нетерпением приняла ожившая плюшка с пуговичными глазками. Демоническая пони просто выпила свою чашку и с надеждой посмотрела на Дримс, ожидая еще.

"Сейчас, дорогая. Просто позволь мне обслужить нашу гостью", — сказала Дримс, прежде чем перевести взгляд своих глубоких серебряных глаз, в которых пони могла бы утонуть, на Мунлайт. "Сахар, мед?"

Рот Мунлайт несколько раз дернулся, прежде чем ей удалось вымолвить хоть слово. "Мед, пожалуйста".

Глаза Свит Дримс отпустили Мунлайт, посмотрев в сторону чайного сервиза. С груди Мунлайт слетела тяжесть, и вырвался дрожащий вздох. Она медленно вдохнула, стараясь, чтобы стук крови в ушах замедлился.

Длинные блестящие нити густого меда пытались следовать за щедрой порцией, когда его добавляли. Его легкий зеленый цвет и призматический блеск отличали его от всех видов меда, которые Мунлайт когда-либо видела. Она принюхалась, и ее глаза расширились. От одного только запаха ее вкусовые рецепторы затрепетали в предвкушении. Первый вкус, о дорогая Селестия, первый неуверенный глоток слишком горячей жидкости. Если бы она была чуть вкуснее, она бы выпила ее, несмотря на риск обжечь рот.

Приготовив небольшую гору закусок и три фляги чая для демонической пони, Свит Дримс заняла свое место. Ее серебряная аура протолкнула подношение через зеркало, словно это было просто открытое окно. По другую сторону стекла маленькая ожившая плюшка принялась помогать Нове раскладывать еду по стопкам.

Легкий взмах голубого крыла привлек внимание Мунлайт и вернул ее взгляд к Дримс. Аликорн очаровательно, но слишком знающе улыбнулась, когда она начала. Ее серебряная аура извлекла запечатанный свиток. "Это отчет Твайлайт о текущей ситуации с чейнджлингами".

"Спасибо" — сказала Мунлайт, принимая свиток. Магическим щелчком она сломала печать и развернула свиток. Строчка за строчкой плотно заполненное и многословное письмо Твайлайт встретило ее.

Дримс махнула копытом и села чуть прямее, а непринужденная грация сменилась контролируемой формальностью. "Не стесняйся, ознакомься с этим на досуге. А пока нам нужно обсудить другие вещи".

"У нас есть другие дела?" — спросила Мунлайт, переключая свое внимание с открытого свитка.

"Есть вещи, которые тебе нужно знать, если ты хочешь найти того, кто причинил боль моей Твайлайт. Кое-что об аликорнах и о многих неудачных попытках стать ими".

Свит Дримс проговорила несколько часов после того, как Инсайт вынуждена была уйти. Откровение за откровением кружили голову Мунлайт. Аликорны были чертовыми бомбами, пока не проходили свою тропу? Эмоциональный и ментальный контроль был нормой, если ты позволял одному из них заговорить с тобой, а чейнджлинги были просто другим племенем пони?

Добавьте к этому все, что произошло между принцессами Твайлайт и Селестией, тот факт, что нынешняя Твайлайт была копией, поскольку оригинал, по сути, был убит в детстве тем же темным магом, который был ответственен за нападение на Мэйнхеттан, похищение Твайлайт и проклятых.

Мунлайт почти оцепенела, проглотив очередное странное лакомство в форме звезды. Это так много меняет. В ее голове страницы и страницы заметок перестраивались, возникали новые связи, а старые отбрасывались как нелепые, ведь теперь она знала правду.

Вкус на языке менялся, когда она вгрызалась в бутерброд. Мягкость хлеба и привкус горчицы были достаточны, чтобы реальность, или, по крайней мере, окружающий ее Бастион, оказались в фокусе.

"Ах, ты вернулась к нам?" Свит Дримс улыбнулась, потягивая чай из чашки, которую она держала в своей ауре, пока ее крылья и копытца танцевали в движениях, которые выглядели намного сложнее, чем нужно. Вязальные спицы звенели друг о друга, а три разных вида нитей, словно змеи, неслись по воздуху. Как я могла пропустить это?

Мунлайт не могла отвести взгляд. Дрожь пробежала по ее позвоночнику. Возможно, это была просто ткань, но толстые красные нити от кровеносных сосудов и каждая кость и мышца лошадиной формы были представлены, это было похоже на какое-то обратное препарирование. "Если позволите, что вы делаете?"

Глаза Дримс сверкнули серебром, когда она взглянула мимо своей работы. Она заговорила, ее музыкальный голос был игривым и легким. "Ты никогда раньше не видела, как создается душа?"

* * *

## 74 Сон Рэрити

* * *

Даже полностью сосредоточившись на своем бастионе, Луна все равно чувствовала тепло пяти юных пони, приютившихся под ее крылом. Это была детская забава, их сны были яркими и радостными. Но не эти счастливые фантазии привлекли внимание Луны.

Внутри стеклянной сферы разыгрывалась сцена, невидимая для всех, кроме одной. Луна сузила глаза: во сне белая кобыла отчаянно сжимала в копытах изорванное платье.

Нежную ткань было уже не спасти. Но Рэрити все равно пыталась разгладить ее, залатать дыры, невзирая на неизбежный исход. Повторяющийся узор кьютимарки Свити Белль сказал Луне все, что ей нужно было знать.

Изящный рог Рэрити засветился, и она попыталась снова. Она судорожно сшивала швы, и из каждого нового разрыва просачивалась красная жидкость.

"Нет. Нет, нет", — причитала Рэрити, когда кровь окрасила ее копыта и шерсть.

Потребовалось лишь небольшое усилие магии Луны, и кровь превратилась в древесный сок, а повреждения ткани оказались гораздо менее серьезными, чем казалось.

На лице Луны заиграла мягкая улыбка: это единственное изменение, этот тончайший мазок кисти изменил все. Напряженные мышцы лица Рэрити расслабились, и следы от слез исчезли, а на их месте появилась хорошо знакомая хмурая гримаса разочарования.

В ее груди зашевелилась гордость, как это всегда бывало, когда она помогала кому-то из своих пони. Тем не менее, это была лишь временная мера. Рэрити любила свою младшую сестру. Мордочка Луны исказилась в рычании, когда на мгновение ее глаза увидели совсем другую белую кобылу.

Внутри нее боролись жар гнева и лед давно похороненной ненависти. Она ничего не делала, позволяя каждой эмоции играть в ней, принимая их, обнимая их.

Медленный вдох за медленным выдохом, суматоха внутри нее пришла в норму. Если бы только все сестры могли так заботиться… — подумала она, когда одна слезинка медленно поползла по ее лицу.

Улыбка вернулась, но сардоническая. Она подняла кончик крыла и осторожно собрала каплю. Эта единственная капля жидкости была физическим доказательством ее слабости. Выражение ее лица стало жестким, и с помощью всплеска магии пойманная слеза превратилась в лед. Она парила там, как драгоценный камень, подвешенный в ее ауре. Она всмотрелась в нее, ища ответы, которых, как она знала, в ней не было. Что я делаю? — размышляла она, пока ее мысли снова приходили в порядок.

Она снова обратила внимание на сон Рэрити. Старшая сестра Свити Белль была достаточно довольна, по крайней мере, пока. "Ты заслуживаешь большего", — подумала Луна вслух, рассматривая свою работу.

Луна оторвала взгляд от сферы снов, проверяя, нет ли у нее более важного дела, чем один из ее спасителей. Инсайт была где-то там, плавала на краю ее восприятия. Горько-сладкая грань связи говорила о том, что еще одной пони не придется умирать в одиночестве. Она подняла голову, осматривая все остальные сферы сновидений, составлявшие небо ее бастиона. Мунлайт все еще не спала. Никто из ее ночных стражей не звал ее. Судя по цветам, было с десяток пони, о которых ей нужно было позаботиться сегодня ночью, но пока они могли подождать.

Она сосредоточилась и вгляделась в сферу, которую держала в копыте. Искажения и темные цвета по большей части исчезли, сердцевина полыхала яркой звездой льдисто-голубой магии, но свет колебался, и в него снова закрались нотки коварного беспокойства.

Проникнуть в сон Рэрити для Ночной Принцессы было так же легко, как дышать. Луна создала конструкцию, похожую на жизнь. Она ступила в нее по одной ноге за раз, слегка потягиваясь и покачиваясь, чтобы добиться правильной посадки. Она подняла копыто и постучала в дверь бутика Рэрити.

"Иду", — спустя всего несколько секунд, как обычно, отозвалась Рэрити, в ее чистом звонком голосе не было и намека на эмоциональное потрясение.

Рэрити с помощью льдисто-голубой магии открыла дверь. "Добро пожаловать в… О, принцесса Луна!" Рэрити мгновенно пришла в себя. Приличия взяли верх, и она отвесила идеальный поклон. "Добро пожаловать в бутик "Карусель", ваше высочество. Чем могу быть полезна?"

"Будьте спокойны, леди Рэрити", — сказала Луна со своей самой мягкой улыбкой. "Мы здесь, чтобы развеять ваши тревоги".

С этими словами сон изменился. Это было совсем небольшое изменение, но выражение лица Рэрити померкло, когда ее глаза нашли уходящий корабль и знамя Метконосцев, развевавшееся под знаменем Луны.

Белая кобыла медленно вздохнула. Гнев, беспокойство, страх и многое другое было отодвинуто на второй план, поэтому, когда Рэрити заговорила, ее голос звучал спокойно и ровно. Если бы он звучал в песне, это было бы прекрасно. В таком виде он был похож на лезвие ледяного льда, готовое изрешетить Луну, если это поможет спасти Свити Белль.

"Принцесса, при всем уважении, вы собираетесь взять мою младшую сестру в то, что, по всем признакам, является… менее чем безопасным местом для королевского визита".

"Хотя в твоих словах есть доля правды, но им не хватает проницательности". Луна встретилась взглядом с глазами Рэрити, и в их мягком выражении отразился груз прожитых лет.

Здесь, во сне, глаза действительно были окнами в душу. Мысли единорога буквально играли в них. Рэрити открыла рот, чтобы возразить, но первая дюжина ответов, пришедших ей в голову, была не похожа на женские. Следующую дюжину она даже не осмелилась бы сказать принцессе. Хорошо выкованное лезвие ума все еще лежало у Рарити перед глазами. Она не решалась достать его, но ее копыто все еще лежало на рукояти.

Луна сопротивлялась желанию изобразить забавную ухмылку — клыкастая она или нет, она знала, что это лишит ее цели вмешательства. Поэтому вместо этого она позволила своему выражению лица показать гордость, которую она испытывала за свою Литтл Стар. "Рядом с моей дочерью — это буквально самое безопасное место, где только могут быть Свити Белль и ее друзья". Луна поднесла кончик крыла к губам Рэрити, пресекая любые комментарии. "Литтл Стар в настоящее время является пятой или шестой по силе пони в Эквестрии".

Принцесса Селестия, принцесса Луна, принцесса Кейденс, Твайлайт, затем, возможно, Старлайт. Мысли Рэрити прозвучали вслух, совершенно незаметно для нее самой. Рэрити потребовалось несколько долгих секунд, чтобы полностью осознать все, что это значило. Все самые сильные проявления магии, которые Рэрити видела или даже слышала об этих пони, отчетливо пронеслись перед ее глазами. Последним образом были Твайлайт и Луна, гордо стоявшие и наблюдавшие, как Литтл Стар превзошла даже их.

"Да, Рэрити. Как ты и другие Носители поддержали Твайлайт. Твоя младшая сестра будет одной из тех, кто даст моей дочери руководство и силу, необходимые ей, чтобы стать всем, чем она может".

Образы в глазах Рэрити переключились на ее приключения с остальными Носителями Элементов.

"Теперь ты хочешь узнать, как твоя сестра провела этот день?"

Напряженный взгляд Рэрити был всем ответом, в котором нуждалась Луна. Ленивым взмахом крыла сон изменился.

* * *

## 75 Новый костюм Гильды

* * *

"Почему мы не могли остаться в облачном форте?" — ворчала Гильда, снова глядя на гладкий каменный потолок. Она знала, что он был хорошо сделан, скорее всего, это была лучшая вещь на планете благодаря мисс Фиолетовой-Принцессе-Отличнице, но это все равно не избавляло от ощущения, что в любой момент бесчисленные тонны камня обрушатся вниз и похоронят ее заживо.

Она вернулась к тому, чтобы впихнуть себя в эту так называемую форму правильного размера. В конце концов, по крайней мере, все перья у нее остались открытыми. Она протянула когти. Из-за перчатки без пальцев трудно было поверить, что это ее собственные когти.

Она посмотрела на свое отражение в полированной металлической поверхности. Грифон в летном костюме в зеркале должен был что-то значить, но это было ничто по сравнению с новыми цветами ее крыльев.

Гильда переместилась и потянулась, пытаясь разгладить летный костюм. Почти облегающий материал прилипал к ее фигуре и стягивал шерсть. Как Дэш это терпит… Еще несколько минут неудобной подгонки, и Гильда могла двигаться без желания снести кому-нибудь голову.

Сначала каждая нога, а затем каждое крыло прошли через растяжки, боевые приемы и легкие движения. Несколько попыток натянуть костюм едва заставили ее вздрогнуть.

"И вот почему я привожу в надлежащее состояние свою шерсть", — сказала Дэш.

Гильда закатила глаза, а затем посмотрела на подругу. "Ты хочешь сказать, что мне это нужно?"

"Ну, если только тебе нравится чувствовать, что твой летный костюм может оставить тебя без мяча, тогда да….".

Гильда вздохнула: "Я стану посмешищем".

"По крайней мере, ты будешь приятно пахнуть".

"Знаешь, для большинства из вас, пони, я все еще буду пахнуть мертвечиной и рыбой".

"Я не против рыбы".

"Ну, ты не большинство пони". Желудок Гильды выбрал этот момент, чтобы высказаться с низким ворчанием. "Думаешь, у Твайлайт еще осталось?"

"Да, думаю, у нее есть немного", — сказала Дэш, облизывая губы. Она повернулась и рысью вышла на улицу.

Гильда поскакала за ней. "Ты видела это причудливое дерево, которое она выращивает?"

Дэш оглянулась через плечо. "Да… похоже на что-то из историй Дэринг Ду… или, может быть, из ужастиков".

"Не думаю, что до этого будет кому-нибудь дело, если мясо и рыбные плоды на вкус хоть наполовину так хороши, как пахнут". Она вздохнула, в воздухе по-прежнему легче всего было уловить запах пепла.

Движение Рэйнбоу Дэш приостановилось лишь на мгновение, меньше удара сердца, затем она покачала головой и зашагала к краю платформы.

Гильда присоединилась к своей подруге, составляя пару, обе с лавандовыми перьями среди маховых, обозначающими их принадлежность Твайлайт гораздо сильнее, чем форма, которую они носили. Клинок и щит Дэш заменяли когти Гильды, а ее лук и колчан — копытные бомбы Дэш.

Если судить по Гильде, они были готовы к войне. Она выглянула из-за края, за легкую пурпурную дымку щита Твайлайт.

Некогда зеленеющие охотничьи угодья теперь почернели и почти не имели очертаний. Все места, где могли бы спрятаться проклятые, были уничтожены эффектным пиротехническим взрывом.

Все принарядились для битвы как раз к началу мира. Она подумала об этом, стараясь не обращать внимания на то, что в ее груди поселилась пустота при виде того, как мало осталось от ее дома.

"Ну, хватит разговоров о еде. У нас еще есть несколько часов до обеда". Рейнбоу взмахнула крыльями. Воздух вокруг них гудел от энергии, а по ее перьям заплясали огоньки. "Ну что, готова?"

Вибрации щекотали перья Гильды. Новое ощущение было не совсем физическим, но только так она могла его понять. Воздух вокруг Дэш вибрировал с тем же чувством, что и ее крылья. "Как никогда", — сказала Гильда, медленно дыша. Она задвинула все негативные и мрачные мысли в угол и сосредоточилась на чем-то другом. Она закрыла глаза и попросила благословения у Твайлайт. На это ушло несколько секунд, но потом она нашла его. Ветер и гром танцевали друг с другом рядом с ее сердцем. Ее когти нащупали свой путь к сердцу, и она позволила новым ощущениям в груди вырваться наружу и перетечь в крылья. Новая вибрация поначалу противоречила вибрации Дэш, но затем медленно перешла в нечто, дополняющее ее, в гармонию.

"Вот так", — сказала Дэш, в ее голосе слышалась довольная ухмылка. "Ты можешь это сделать".

"Я не какой-нибудь новичок", — сказала Гильда, чувствуя, как ее когти вгрызаются в камень. Оставляя еще один постоянный след своего нрава в этом мире.

"Я не говорила, что ты такая".

"Ты так думала".

"Слушай, Джи, остынь. У тебя совершенно новый вид магии. Потребуется немного времени, чтобы довести его до максимальной крутизны".

Гильда вздохнула. Запах пепла не способствовал улучшению настроения, но, черт возьми, Дэш была права. Она обуздала свое выражение лица и твердо кивнула.

"Ну что, готова к полету?" На этот раз тон Дэш был поддерживающим, без единого намека на гордость или высокомерие.

"Всегда готова", — ответила Гильда, наслаждаясь поцелуем ветра, струящегося по ее расправленным крыльям.

Закончив, Дэш застегнула свои летные очки. "Последний, кто вернется на корабль, — тухлое яйцо". Крыло Дэш опустилось, и странная вибрация всколыхнулась и взорвалась. Дэш взмыла в небо, оставляя за собой радужный след.

Вздохнув, Гильда прыгнула в воздух, мощные ноги подбросили ее выше, чем когда-либо. Крылья толкнули ее вперед с буквально громовым раскатом. В ушах все еще звенело, когда она устремилась за радужным хвостом.

* * *

Хриплое дыхание Гильды опровергло ее слова еще до того, как она их произнесла. "Магия пони… делает это слишком легким".

"Ага, ага", — сказала Дэш, все еще паря с легкостью.

Гильда даже не встала. Она просто оскалилась.

"Эй, не стреляй в гонца", — сказала Дэш, умиротворенно подняв копыта. "Ты молодец. Ты не отставала от меня. Даже до небольшой модернизации Твайлайт, что само по себе удивительно".

"Тогда почему я лежу здесь без сил, а ты в порядке?"

"Ты все еще используешь грубую силу, а не то, в чем новая магия пегасов действительно хороша".

"Летающий летает".

"И вот тут ты ошибаешься".

Гильда лишь вернула категоричный взгляд.

"Магия пегасов, когда дело действительно доходит до этого, это создание, хранение и перенаправление импульса….". Она начала говорить так, словно делала плохую пародию на Твайлайт. "Или что-то вроде этого".

"Перенаправление?"

"Ага. Как ты думаешь, как я могу так поворачивать?"

"Я не думала об этом… Я думала, что ты настолько хороша".

Дэш ухмыльнулась. "Да, но твои крылья всегда были сильнее моих… это наша магия была разной".

"Как этот Соник Рейнбум?"

"Продолжай практиковаться, и ты сможешь достаточно приблизиться к моему уровню крутости, чтобы сделать это".

"Думаешь, Твайлайт сможет сделать такое?"

Копыта Дэш стукнули по деревянному настилу. "Знаешь, я не знаю".

"Разве ты не учила ее летать?"

"Да… но в последнее время она занимается всякими старыми приемами из-за Луны".

"Ну, учитывая, что она может телепортироваться, думаю, ей это не нужно".

"Почему?"

"Ну, нет ничего быстрее телепорта".

"Да… но это обман".

"Она аликорн, во имя ветра. Конечно, она жульничает. Все, что она может делать, просто безумно".

"Эй, Гильда?" Спросила Дэш, ее тон стал безэмоциональным и профессиональным. "Скажи мне, что это не то, что я думаю".

Гильда подняла голову и увидела вытянутое копыто Дэш. Она проследила за его линией вдаль. Там, вдалеке, почти на пределе видимости ее орлиных глаз, находилась большая группа летунов. Когда она напрягла глаза, чтобы разглядеть хоть какую-то деталь, картина предстала перед ней в четком фокусе. Так, еще одна избранная вещь, к которой нужно привыкнуть.

Шесть дюжин бронированных грифонов держали строй, направляясь прямо к новому горному форту.

"Я узнала этот строй. Грифоны, верно?" — спросила Дэш.

"Да, но я не узнаю их цвета".

"Я думала, ты знаешь их все".

"Я тоже", — заявила Гильда, чувство тревоги нарастало с каждой секундой, пока она изучала их движения и снаряжение. "Дэш, дай знать Твайлайт".

"Уже иду". С размытым движением, которое было на волосок медленнее, чем скорость дождевой стрелы, она унеслась прочь.

"Если они здесь, чтобы оказать воинские почести некой Принцессе Твайлайт, я съем свой собственный хвост".

* * *

## 76 Введение в дипломатию Грифонов

* * *

Скуталу выглянула из окна замка, мимо леса платьев, шарфов и других вещей, которые пытались загородить обзор. Штормовой корабль Луны все еще парил там, низко над землей, и выглядел так же потрясающе, как и в первый день. Было бы еще круче, если бы она героически стояла на борту, готовая к бою. Ее крылья расправлялись при одной только мысли о полете.

И только дыхание Рэрити прижало уши Скуталу: "Стой спокойно". Избавительница от бриллиантовых собак чуть не взвизгнула.

"Зачем нам это вообще нужно?" — спросила Скуталу, ковыряя копытом форму, в которой она и другие метконосцы попали в засаду.

Магия Рэрити сдержала копыто обидчицы нежным, но крепким захватом. "Принцесса Литтл Стар может обладать многими талантами в магии, но она все еще новичок в моде".

"И что?"

"И что? И ЧТО?" Рэрити почти дрожала от ярости и фыркала от злости, прежде чем медленно вдохнуть и выдохнуть несколько десятков раз. "Вы должны быть прекрасными юными сановниками, отправляющимися представлять всю Эквестрию".

Скуталу шаркнула копытом по земле. "Мне больше понравилась идея Крэша".

Рэрити вздохнула. "Эквестрийцы — не дикари, и вы, мисс Скуталу, не варвар. Вы не будете носить череп гидры в качестве головного убора. И даже если бы я позволила вам… он слишком велик".

"Стар сказала, что может уменьшить его".

Мышцы правой передней ноги Рэрити напряглись, как будто она хотела поднять ее и топнуть в гневе. Вместо этого она просто сделала еще один успокаивающий вдох. "Дорогая, дело не в этом". Ее голос перешел на более мягкие тона, сладкий тон, который взрослые часто используют, когда собираются подкупить ребенка, чтобы добиться своего. "Если ты будешь хорошо себя вести и наденешь то, что я тебе сошью, то в награду тебя будет ждать подарочная карта "Сахарного уголка".

Мысли о всех лакомствах, которые может предоставить такая заветная карточка, и о предстоящем эпическом приключении едва сдерживали юную Скуталу. После тысячелетних мучений, которыми были последние несколько часов, все метконосцы были одеты в свое приключенческое снаряжение с дополнениями, которые добавила Рэрити.

Как бы Скуталу ни ненавидела это занятие, но пони, которые смотрели на них из зеркала во весь рост, выглядели потрясающе. Все было перекрашено, подправлено и украшено дополнительными деталями. Новые, более длинные плащи были надеты поверх всего этого, придавая им единый вид, несмотря на разное снаряжение.

Она повернулась боком. Шелковисто-гладкий нижний слой брони избавился даже от намека на трение или защемление шерсти, которое вызывала ее амуниция. В зеркале новое дополнение к плащу вызвало у Скуталу гордую улыбку. Там, позади скачущей пони, была звезда. Такая же, как на кьютимарке Литтл Стар.

Остальные метконосцы повернулись так же, как и она. Все они широко улыбались, кроме Крэша. У Крэша была ухмылка, демонстрирующая один клык. Она встретила его взгляд в зеркале, и он только кивнул. Что еще хотели добавить пони?

Скуталу протянула копыто. Через мгновение к ней присоединились еще четыре. Они были уже на мгновение от своего фирменного ликования, когда сначала уши Крэша, а затем и его голова повернулись к двери. В следующее мгновение голубая аура окутала ее, и она открылась.

"Впечатляющая работа, как всегда, Рэрити", — сказала принцесса Луна, входя своей быстрой походкой.

"Спасибо, принцесса". Рэрити поклонилась. "Несмотря на нехватку времени, это одна из моих лучших работ", — сказала Рэрити, прежде чем перейти к подробностям о ткани, способах сшивания и многих других вещах, которые Скуталу не понимала и о которых не заботилась.

Скуталу ссутулилась. Да, мы выглядим потрясающе, но я чувствую себя ходячей рекламой Рэрити.

Литтл Стар наклонилась поближе и прошептала. "Не волнуйся. Я все еще могу сделать тебе броню из костей гидры, если хочешь".

"Круто… А как насчет печенья?" Скуталу сказала без единой нотки мольбы, или так она надеялась.

"Если хочешь, я могу сделать и то, и другое".

Добрые глаза Луны остановились на Литтл Стар, которая чуть не запрыгала на месте. Слегка кивнув, принцесса Луна встала во весь рост и трепетно взмахнула крыльями. "Метконосцы, становитесь в строй".

Скуталу не понимала, что происходит, но это не замедлило ее движения. Схватка, чтобы выстроиться перед принцессой, не отличалась ни изяществом, ни дисциплиной. Тем не менее, не прошло и секунды, как Скуталу стояла с гордо поднятой грудью, в окружении своих друзей.

"Я уверена, что если бы Твайлайт была здесь, для нее было бы честью вручить тебе эти награды", — сказала Луна, когда в ее ауре появилась украшенная коробка. "Вместо этого, эта обязанность лежит на мне".

С щелчком защелки коробка открылась, обнажив свое содержимое. Поверх дорогой черной ткани лежал ряд чешуек гидры. В отличие от тех, что были частью чудовища, с которым они сражались в Вечносвободном лесу, теперь они были украшены. Каждая чешуйка гидры была окаймлена кроваво-красным кристаллом. На ее лицевой стороне был изображен силуэт замка Твайлайт, который выглядел так, словно был сделан из того же кристалла, что и он сам.

В ее груди было такое чувство, что сердце вот-вот разорвется от гордости. Одно дело, когда тебя чествовали как героя на вечеринке Пинки, но это было нечто иное.

"Метконосцы, это первая боевая награда, полученная вашим отрядом. Носите ее с честью".

Позади принцессы Рэрити поморщилась и выглядела так, будто пыталась проковырять дыру в стене.

"Метконосцы, истребители монстров!"

Принцесса Луна улыбнулась, даже когда ее тело несколько раз содрогнулось от сдерживаемого смеха. "Воистину, вы храбрые истребители чудовищ".

Взгляд Рэрити переместился на спину Луны. Может быть, с ее гривой что-то не так?

Широко улыбнувшись, принцесса Луна опустила голову. "А теперь, не хочет ли кто-нибудь из пони мороженого?"

Мгновение — и копыта Литтл Стар оказались на шее принцессы. "Ура! Спасибо, мамочка".

* * *

Прогулка к кораблю была больше похожа на парад, чем на обычную прогулку. Ночные гвардейцы печатали шаг, а не шли обычной бесшумной походкой, которую так любил копировать Крэш. Литтл Стар радостно рысила чуть впереди, а ее сова сидела на спине собаки рядом с ней.

Весь город, включая всех гибридов, которых исцелила Твайлайт, и их семьи, наблюдал за происходящим. Некоторые махали копытами, некоторые улыбались, а некоторые выглядели обеспокоенными. Трое с облегчением смотрели вслед уходящей Литтл Стар, те, на кого она бросала суровые взгляды, и не только она. Крэш показал маленький клык, чтобы придать своему взгляду что-то дополнительное.

Трапа для посадки на борт не было. Вместо этого часть корабля рассыпалась волной тумана, который реформировался в единое целое по мере их приближения. Никто не нарушал строй, и независимо от племени каждый уверенно шагал вверх по облачному трапу.

"Как быстро эта штука может двигаться?" — спросила Скуталу, поднимаясь по трапу.

Луна оглянулась с ухмылкой. "Давай узнаем?"

"Держу пари, что Рейнбоу все равно быстрее".

"А повторная телепортация считается увеличением скорости?" — спросила Литтл Стар.

"Неа, это просто заставит тебя быстрее добраться туда, а не заставит летать быстрее".

"Хм". Литтл Стар постучала себя по подбородку, как миниатюрная копия Твайлайт. Ее глаза загорелись, а на лице появилась широкая улыбка. "Я знаю". В мгновение ока она исчезла.

"Что она теперь собирается делать?" — спросил Крэш, погружаясь в свою тень.

"Куда они оба убежали?" — спросила Эпплблум.

Глаза Луны расширились. "Приготовиться к ускорению, выставить щиты вперед". Ее большое крыло распахнулось и притянуло к себе Скуталу и других метконосцев.

Мгновение спустя голос Литтл Стар что-то прокричал, но его заглушил сильный взрыв. Воздушный корабль понесся вперед, и Скуталу почувствовала, что ее желудок остался позади. Если бы не хватка Луны, оставшаяся часть ее тела, вероятно, все еще была бы в Понивилле.

Под крылом Луны мир проносился мимо с невероятной скоростью, по крайней мере, для дирижабля.

"Дочь моя, как бы впечатляюще это ни было… мы бы попросили предупреждать о ваших планах заранее".

"Это было потрясающе", — воскликнула Скуталу.

* * *

"Проснись!" Эти крики разрушили все сны, которые были в голове Скуталу.

"Что?" Мир кружился, скользил и вращался. Сердце Скуталу заколотилось, и за один удар она проснулась как никогда раньше. Скуталу примостилась в верхнем углу кабины, дрожащие вибрации магии полета нарастали в ее нутре, готовые к использованию, готовые разрядиться в нападающего.

"Мы почти на месте!" — воскликнула Литтл Стар, прежде чем исчезнуть со своей обычной пурпурной вспышкой и хлопком вытесненного воздуха.

Скуталу испустила длинный вздох, ее крылья затрепетали от нервной энергии. "Если я не проснулась раньше, то теперь проснулась". Она скатилась с кровати, расправила каждое крыло и после быстрого осмотра обнаружила, что они готовы к полету. Два стремительных шага и один взмах крыльев — и она остановилась. Минуточку, я что-то забыла. Прошло всего несколько мгновений, прежде чем ее глаза нашли подставку для доспехов. Она облизала губы, вспоминая сладкую награду, предложенную Рэрити. Часть ее буйной гривы зашевелилась. Вздохнув, она провела щеткой по своей гриве, расправила крылья и принялась приводить в порядок все части своего наряда.

Темное облако, из которого состояла палуба воздушного корабля Луны, с каждым шагом посылало маленькие мурашки по копытам Скуталу, когда она гордо рысила мимо бронированных ночных гвардейцев. Уважительные кивки и улыбки были приятны, но салюты еще больше разжигали гордость в ее груди. Она провела кончиком крыла по украшенной чешуе гидры и улыбнулась. Это были не просто взрослые, подшучивающие над маленькой кобылкой. Нет, она была проверена в боях, и они уважали ее за это. Я крутая пони, и я это знаю. Она едва удержалась от того, чтобы не запеть вслух.

Она направилась к передней, где ждала Литтл Стар со своей матерью Луной. Быстро взмахнув крыльями, она запрыгнула на стену, которая была у штормового корабля вместо перил. Приземление на кусок облака толщиной в десять копыт не было таким точным полетом, как приземление на перила, но она все равно сделала это круто. "Ну, по крайней мере, я вторая".

"Третья", — сказал Крэш, выскользнув из тени Литтл Стар.

"Понячьи перья", — пробормотала Скуталу и направила на него обвиняющее копыто. "Эй, это жульничество".

Крэш ухмыльнулся. "Нет, это подготовка".

"Смотри, смотри", — перебила Литтл Стар, когда ее рог указал вдаль.

Скуталу проследила за линией и сосредоточилась. Там, вдалеке, было пурпурное свечение. Мгновение спустя, когда глаза Скуталу адаптировались, далекое пятно стало кристально ясным. Магический купол защищал замок из необработанного камня, подобного которому она еще не видела. Укрепление возвышалось на самой высокой вершине, и не было видно ни тропы, ни дороги, ни железной дороги, спускавшейся к земле внизу.

"Что случилось?" — тихо спросила Эпплблум. В отличие от всех остальных пони, она смотрела вниз, на землю. Земля внизу представляла собой лишь пепельную плоскость, которая местами еще тлела. Это было похоже на то, что случилось с Яблочными акрами, но в гораздо большем масштабе. Остовы нескольких самых больших деревьев — единственное, что указывало на то, что здесь должен был быть большой лес, о котором говорила карта.

"Вот что, Метконосец Эпплблум, было необходимо, вот что требовалось, чтобы спасти этих грифонов от опасностей, которые несет с собой Скверна".

"Но все деревья, растения, трава…"

Крэш подтолкнул Скуталу, чтобы она уделила ему внимание. Серьезное выражение лица Крэша заставило умолкнуть. Кивком головы он указал на Литтл Стар. Глаза кобылки были устремлены на пепел внизу и нервно дрожали.

Я не из тех, кто любит все эти слащавые вещи. Эта мысль пронеслась в ее голове, но она не остановила Скуталу. Быстрым прыжком она оказалась рядом со своей подругой и накрыла ее крылом. Дрожащая фигура Литтл Стар излучала тепло, когда она устроилась под полноразмерным крылом Скуталу.

Мягкое перо коснулось гривы Скуталу. Проследив за тем, как перо переместилось на крыло, принцесса Луна встретилась с ней взглядом. Принцесса слегка кивнула и пробормотала "спасибо", не издав ни звука. Другое крыло принцессы подтолкнуло ближе Свити Белль, а затем Эпплблум. Им не потребовалось больше никакой подсказки, чтобы принять решение присоединиться к групповому объятию.

* * *

Пронзительный крик сокола нарушил безмятежность момента. Когда-то Скуталу и остальные могли запаниковать, спрятаться или убежать. Это время давно прошло. Объятия группы распались. Красные плащи развевались, когда они переходили к действиям. Каждый двигался, и каждый находил свое место в строю. Скуталу и Крэш — на флангах, полуприседая, оба готовые к прыжку. Эпплблум шагнула вперед, внушительная в своих тяжелых доспехах. Свити Белль повернулась, и ее рог засверкал, когда она смотрела назад. Волшебство Литтл Стар затрепетало на шерстке Скуталу, и потенциальная крутость стала невидимой.

"Кто смеет приближаться к территории грифонов?" Резкий тон сердитого грифона прозвучал в приветствии, которое определенно не было дружелюбным.

Принцесса Луна взлетела, зависнув чуть выше сердитого бронированного грифона. "Ваш король написал письмо с просьбой о помощи, и вот как приветствуют эквестрийскую принцессу?"

Грифон указал когтем вниз. "Мы получили достаточно помощи такого рода. Теперь уходите добровольно или будьте вынуждены".

Еще три десятка грифонов снялись со своих патрульных маршрутов и направились к штурмовому кораблю.

Ушки Литтл Стар подергивались, и обе они повернулись к матери. "Да. Мамочка". Мгновение спустя она снова кивнула, и ее рог вспыхнул ярче, чем Скуталу когда-либо видела.

Ослепительная вспышка света и раскат грома ударили прямо перед знакомой тошнотой от мощного телепорта. Она была благодарна, что еще не позавтракала. Скуталу моргнула, отгоняя последствия. Мир вокруг них сместился на тысячи селестий. Теперь штормовой корабль парил всего в нескольких селестиях от каменного замка и в пределах пурпурного щита Твайлайт.

Из рога Литтл Стар повалил дым, и он засветился вишнево-красным цветом, не имеющим ничего общего с ее магией. Ее глаза почти скрестились, когда она пыталась дунуть на свой рог.

Крэш скользнул в свою тень, чтобы через мгновение снова появиться с ведром воды. "Вот".

Без дальнейших подсказок Литтл Стар погрузила в воду свой рог. Вода шипела и пузырилась, словно рог Литтл Стар был металлическим прутом прямо из кузницы. Она вздохнула: "Так гораздо лучше. Спасибо, Крэш".

Принцесса Луна протянула копыто вниз и вытащила из своей тени все еще сопротивляющегося грифона. Она устремила взгляд на несчастного дурачка, как на оружие. "У нас будут ответы, прежде чем мы решим начать войну, но сначала…". Она обратила гораздо более теплый взгляд на свою дочь. "Литтл Стар".

"Да, мамочка?" Литтл Стар вскинула голову, и если бы не атлетический нырок одного из ночных стражей, явно забытое ведро вылетело бы за борт.

"Не могла бы ты зайти и сообщить своей другой маме, что мы здесь?"

"Да, мамочка", — заявила она, прежде чем спрыгнуть с корабля, постукивая по своему ожерелью во время падения. Крылья бабочки сформировались и снова исчезли, просуществовав лишь полсекунды, необходимые для того, чтобы помочь ей преодолеть расстояние. Литтл Стар оглянулась на них через холку и уверенной рысью пошла прочь. "Сюда".

Остальные метконосцы поскакали за ней, каждый своим путем. Крэш, жеребенок-обманщик, упал в собственную тень, чтобы выскочить из тени Литтл Старс за четверть секунды до того, как Скуталу успела туда добраться. Я найду способ победить тебя…

* * *

Скуталу висела в воздухе, держась немного выше и позади Литтл Стар. Все эти тренировки держали ее глаза и уши начеку, даже когда навалилась скука.

"Это место огромное", — сказала Эпплблум сквозь гулкий топот копыт.

Место, несомненно, было большим, но глаза Скуталу обнаружили не это. Несмотря на суровый угловатый стиль стен без декора и высокий потолок, здесь было много укрытий и даже скрытые щели для стрел. Это место должно было быть защищено. Не хватало только ловушек, чтобы вписаться в игру Дэринг Ду или ОиТ. Небольшие изменения в позе Крэша говорили о том, что он видит то же самое.

"Те из нас, у кого есть крылья, обычно любят открытые пространства, не могу представить, что грифоны чем-то отличаются", — сказал Крэш, взмахнув своими кожистыми крыльями.

Скуталу кивнула в знак согласия. "Мы могли бы устроить здесь игру в хувбол, без проблем".

"Ты принесла мяч?" — спросила Эпплблум.

Свити Белль заглянула в еще один пустой боковой проход. "Есть еще кое-что, о чем мы должны спросить… Где все пони?"

Крэш понюхал воздух. "Ну, несколько часов назад здесь было полно грифонов".

"И куда же они делись?"

Крэш частично раскрыл крылья, пожав плечами. "Не могу сказать. Здесь было слишком оживленное движение, чтобы определить, в какую сторону они пошли, только по запаху".

Литтл Стар направила свой рог так, чтобы пройти сквозь стену. "Ну, мамочка здесь".

"А мы не можем просто телепортироваться?"

Литтл Стар покачала головой. "Нет… Мамочка Луна добавила правило для этого задания. Сказала, что это может привести к неверному развитию событий. Это, и мой рог все еще чувствует себя немного странно".

Так они продолжали несколько минут, пока Крэш не навострил уши. Он наклонился, чтобы прошептать что-то на ухо Литтл Стар. Она на несколько секунд закрыла глаза, а потом кивнула. Литтл Стар подняла копыто, сделала им круговое движение, а затем постучала себя по груди. "Будьте наготове, соберитесь за мной". Она встретилась взглядом с каждым пони. Один за другим они все кивнули в знак понимания.

Литтл Стар пошла вперед, ее копыта были подняты немного выше, чем обычно. Крэш устремил крыло на Эпплблум и дернул головой назад. Все метконосцы встали в строй, но на этот раз Эпплблум была в тылу.

Свити Белль стояла в шаге позади Литтл Стар, ее длинные ноги давали ее рогу четкую линию огня над головой Литтл Стар. Крэш занял правую сторону, а Скуталу опустилась на каменный пол и встала в строй слева. Крэш на мгновение приостановился, позволив Литтл Стар пройти на полшага вперед, и Скуталу поравнялась с ним.

Группа свернула за угол, даже не сбавляя шага, и обнаружила, что пара бронированных, оскаленных грифонов блокирует большие двойные двери.

Отлично, опять эти неумехи.

"Стоять", — сказал тот, что слева, с треснувшим клювом.

Литтл Стар постучала задним копытом, и все пони остановились. Литтл Стар встала во весь рост и самостоятельно сделала два шага вперед. Она сделала полвдоха, а когда заговорила, из ее уст вырвался холодный, чистый голос. "Я принцесса Литтл Стар, дочь Луны и Магии. Вы позволите мне пройти".

Тот, что справа, хихикнул. "Пони стали меньше, или они теперь используют жеребят, переодевающихся в воинов?"

"Ты могла бы быть принцессой Селестией, и мы бы тебя не пропустили", — сказал треснувший клюв, разминая свои когти. "А теперь беги, маленький пожиратель травы, пока мы тебя не заставили".

Ухо Литтл Стар повернулось к Крэшу, а затем она слегка кивнула. "Твои намерения не имеют никакого значения".

"Да ну?" — сказал треснувший клюв, приближаясь и собираясь вонзить острый как бритва когти в грудь Литтл Стар.

Сила запульсировала в крыльях Скуталу. Она была там еще до того, как решила, что делать. Ее обучение сделало выбор за нее. Ее копыта нашли твердую поверхность, и она оттолкнулась. Сила земной пони и передача импульса пегаса отбросили ее цель назад. Сердитый крик треснувшего клюва прервался на середине пути, когда он врезался в укрепленную дверь.

Скуталу ухмыльнулась, приземлившись и взмахнув крыльями. "Агась".

Крэш повторил взмах ее крыльев. "Неразумно трогать принцессу без дозволенния". Если бы он не был на ее стороне, угроза, прозвучавшая в его голосе, заставила бы шерсть Скуталу встать дыбом.

Треснувший клюв закричал от ярости. Его глаза устремились на Скуталу, зрачки сузились до булавочных уколов. Мех грифонов встал дыбом, их доспехи затрещали, а крылья затрепетали.

"Проклятье…" — сказала Эпплблум, проходя мимо Свити Белль.

Скуталу обратилась к своей внутренней Рэйнбоу Дэш. "Ну же", — сказала она, делая жест "иди сюда".

Треснувший клюв рванулся вперед, и понеслось.

* * *

## 77.1 Дипломатия Грифонов, гостеприимство

* * *

Огромная каменная пещера импровизированного тронного зала была не лучшим местом для того, чтобы задерживаться на земле. Тренировки Рэйнбоу требовали, чтобы она набрала высоту. Инстинкты кричали, чтобы она расправила крылья и поджала задние ноги, готовая к прыжку. Она проигнорировала и то, и другое, и вместо этого просто стояла на месте и наблюдала. Каждая секунда медленно проползала мимо, она отмечала каждое подергивание, каждое движение или изменение веса.

Пока она наблюдала, ее мысли неслись дальше. Какого черта Твайлайт позволила этому узурпатору просто войти? — подумала Рэйнбоу, не сводя глаз с так называемого Короля Грифонов. На сверкающем металле, покрывавшем его форму, не было ни единой царапины, вмятины или изъяна. Держу пари, что ты прятался, ожидая, пока Твай наведет порядок, чтобы ты мог прилететь и разделаться с ней.

Вокруг было слишком, слишком много существ, и только десять подтвержденных союзников. Только троим из них она могла доверить жизнь любого пони. Капитан Кэндис и сенешаль Эмеральд стояли рядом с троном Твайлайт, обе неподвижные, как статуи, — последняя линия обороны Твайлайт. Ее взгляд метнулся к Гильде, которой каким-то образом удалось придать угрожающий вид. Магия Флейм Дансер танцевала над свитком, играя роль придворного писаря, все еще в своем образе Солнечного Паладина, и послушно записывала каждое слово и каждое действие. Да, у Гильды есть мое крыло, а перья грифонов горят… — подумала она, оглядывая толпу. В комнате собралось триста двенадцать грифонов, и только пространство между Твайлайт и "королем" грифонов пустовало.

Половина этих птиц слишком благодарны Твай, чтобы действовать против нее. Некоторые даже пытаются защитить ее. По крайней мере, четверть слишком напугана тем, что она может сделать… Остальные же… Ей хотелось кричать от разочарования. Дружественные силы вперемешку с возможными врагами. Это был рецепт для сопутствующего ущерба. Вот почему я ненавижу дежурства во время беспорядков.

Ее глаза продолжали следить за угрозами. С пони все было гораздо проще. Да, неплохой фермер мог быть опасен, но большинство пони не носили с собой набор ножей для стейка и обладали скоростью реакции, близкой к пегасьей.

"Еще одна из ваших пони проблем сбежала, и в очередной раз это привело к ситуации, идеально подходящей для того, чтобы сделать нас зависимыми от вас. На этот раз мы не согласимся с твоими действиями, Аликорн. На этот раз будет расчёт". Высокомерный пернатый надул свою бронированную грудь, выставил обвиняющий когти и прокричал: "Вот почему ты сдашься нам, “Принцесса”". Из его клюва прозвучало лишь оскорбление.

Твайлайт села на свое место. Внешне она была совершенно безмятежна, как того требовал стиль Селестии, но с каждым словом грифона, стоявшего перед ней, воздух в комнате становился все тяжелее. Что-то изменилось за ее взглядом, что-то, что вызвало в памяти вспышку той слишком широкой ухмылки, которую Рэйнбоу больше никогда не хотела видеть на лице своей подруги.

От ее клинка по ноге Рэйнбоу разлилось успокаивающее тепло. Да, я знаю, — подумала она, обращаясь к своему молчаливому спутнику.

Твайлайт мило улыбнулась. "Воля подразумевает уверенность. Я думаю, что ты, возможно, не очень хорошо понимаешь значение этого слова. Сдаться тебе — это не то, что мы склонны делать добровольно". Ее легкий тон сменился на более весомый. "Так скажи нам, как ты собираешься принудить нас?"

Вся комната погрузилась в смертельную тишину. Казалось, что все существа здесь с затаенным дыханием ожидали грядущего взрыва.

Сила вибрировала в крыльях Рэйнбоу, удерживаясь чуть ниже уровня, на котором начиналась бы искра. С другого конца комнаты тон магии Гильды последовал за ней.

Король грифонов высоко поднял голову и уставился острым взглядом на Твайлайт. "Я бросаю вызов…"

С треском распахнулись двери. Почти все взгляды устремились на трепещущую красную полосу, ворвавшуюся в комнату.

Из-под красного плаща вызывающе расправились оранжевые крылья с лавандовым отливом. Один из головорезов Короля Грифонов застонал, прижатый гораздо меньшим пони, когда они остановились.

"Скуталу?" Дэш задохнулась, едва удержав челюсть от удара об пол.

Скуталу подняла голову и ухмыльнулась. "Привет, Рэйнбоу. Этот придурок нас не пускает". Тот покачал головой и начал двигаться, только чтобы получить копытом по морде.

Твайлайт захихикала. "Так вот какова мощь твоих сил, король Рэд Винг?"

Король грифонов медленно перевел взгляд, пылая ненавистью. При этом он не заметил, как вошли другие пони. Литтл Стар вошла, как элегантная принцесса в миниатюре, а за ней и остальные метконосцы, которые маршировали так, словно владели этим местом.

"Мама". Литтл Стар почтительно склонила голову. "Я бы оценила их как вдвое менее эффективных, чем обычный член ополчения Понивилля".

Твайлайт кивнула дочери с гордой улыбкой.

Рэд Винг выглядел готовым вот-вот вспыхнуть от гнева. "Они — моя элитная гвардия. Ты заплатишь за свои оскорбления".

"Элита? Хахаха!" Скуталу свалилась со своей жертвы, держась за бока и катаясь по полу от смеха.

Эпплблум закатила глаза. "Скуталу, у нас должен быть профессионализм, приличия и все такое".

Их новое пополнение, жеребенок-фестрал, зарычал.

"Оскорбление?" Глаза Твайлайт сверкнули весельем. "Если есть долг, который нужно заплатить за оскорбления, то остаток счета должен быть твоим. Это ты оскорбляешь меня и мою свиту с тех пор, как ты… потребовал нашего гостеприимства".

Осанка Рэд Винг приобрела формальный вид. Казалось, он почти начал проявлять уважение, почти. "Тогда, как того требует честь, мы решим это дуэлью".

"У тебя, по крайней мере, есть дух. Немногие осмелятся бросить вызов Аликорну".

"Ты не Селестия, птенец".

"Фактически верное заявление, даже если ты использовал неправильное обращение. Как ты еще удивишь меня своей наблюдательностью?"

Если бы взглядом можно было убить, Твайлайт была бы мертва и похоронена. Рэд Винг, казалось, воспринял как личное оскорбление то, что его смертельный взгляд даже не заметили. Он открыл клюв, чтобы заговорить, и Твайлайт подняла копыто. "Если ты хочешь дуэли, то она у тебя будет". Она надолго задержала взгляд на нем. "Даже между врагами существует формальность, которую необходимо соблюсти, прежде чем мы станем партнерами по танцу".

"Не смейся надо мной, пони".

"Очень хорошо, грифон. Какие условия ты хочешь?"

"Без магии и без оружия".

Твайлайт покачала головой. "Невозможно. Мы оба были бы мертвы еще до начала матча, если бы магия не была разрешена".

"Хватит играть в слова".

Глаза Твайлайт загорелись пурпурным огнем, а король Рэд Винг опустился на землю, его гордые крылья поникли, и он с трудом переводил дыхание. Постепенно краски начали исчезать с его ярких крыльев.

"Вот что, маленький грифон, значит быть без магии…" — сказала Твайлайт, когда ее глаза вернулись в нормальное состояние.

Рэд Винг задохнулся и сделал глубокий вдох, затем еще один. С каждым вдохом цвет его глаз понемногу восстанавливался. "Ты заплатишь за это…"

"Я полагаю, что ты, по крайней мере, тверд в своей решимости. Теперь, может быть, ты предложишь условия, которые действительно имеют смысл, грифон", — вежливо сказала Твайлайт, но ее глаза сверкали так, словно она была кошкой, которая поймала мышь именно там, где она хотела.

Рэд Винг снова поднялся во весь рост. "Этот поединок будет решаться исключительно нашим мастерством боя без оружия".

"Мастерство, сила и скорость определят победителя". Твайлайт задумчиво хмыкнула, затем кивнула. "Это будет первая кровь?"

"Нет. За твою дерзость я могу принять только твою смерть".

Глаза Твайлайт закрылись на долгий миг. Когда они снова открылись, из них, казалось, смотрело нечто гораздо более древнее. "Ты уверен?"

Не делай этого, придурок…

"Да", — сказал Ред Винг, выпятив грудь, и его глаза пылали уверенностью. Рэйнбоу практически слышала его внутренний монолог: "Я поймал тебя именно там, где хотел".

Вот ведь.

"Тогда, когда ты хочешь, завтра в сумерках?"

"Я не дам тебе времени на бегство. У тебя есть час, чтобы заключить мир".

"Это будут последние минуты для одного из нас, король Рэд Винг. Мы оба должны потратить наши секунды с умом". Взгляд Твайлайт сменился на усталую грусть, а затем снова вспыхнул предвкушением. "Мы соберемся здесь через час". Она поднялась и отвернулась от Рэд Винга. Казалось, что он просто перестал существовать. Ее глаза нашли глаза Кэндис. "Капитан, позаботьтесь о том, чтобы с нашими гостями обращались так, как они того заслуживают".

Кэндис кивнула: "Как пожелаете, принцесса".

В пурпурной вспышке рядом с Твайлайт появились Литтл Стар и метконосцы. "Мама".

Материнская улыбка озарила лицо Твайлайт. "Пойдем со мной". С этими словами она вывела метконосцев из тронного зала.

Когти Рэд Винга раскрывались и закрывались в такт, пока его глаза пытались сделать то, для чего его когти были слишком далеко.

* * *

Оставалось двадцать минут, и каждая секунда тянулась как час. Тело Дэш двигалось автоматически, она следила за тем, чтобы каждая линия и деталь ее униформы была на своем месте. Ее глаза пробежались по линиям ее клинка, ее знака отличия. Это похоже на что-то из книги Дэринг Ду. Эта легкомысленная мысль не изменила ни серьезности ситуации, ни того, как сильно изменилась Твайлайт.

В блеске поверхности оружия она почти видела Твайлайт. Дуэль с тренировочным оружием, которую они разделили с не свойственным Твайлайт флиртом. Сражение с наемниками, которые хотели убить гибридов до того, как Твайлайт сможет их вылечить. Неудачное свидание с Луной, и, наконец, ее спокойный выход из лесного пожара после того, как она разобралась с Охотником за головами.

Твай… ты уже не тот очаровательный книжный червь, каким была раньше.

Наклон клинка, и по его поверхности заплясало красное мерцание. Слова Флейм Дансер эхом отозвались в воспоминаниях Рэйнбоу. Она исцеляет неизлечимых. Она ходит, облеченная в силу изменять мир по своей воле… Она — твоя принцесса, божество, за которым ты решила следовать. Радуйся тому, что ты обрела, и стремись всегда быть достойной ее. По мере того, как каждое утверждение озвучивалось в ее сознании, приходили новые образы. Боль Твайлайт, которую она скрывала, когда давала Скуталу небо. Взгляд Твайлайт, когда она предложила восстановить крылья Рэйнбоу. Улыбка, когда она сказала: "Я не могла просить о более преданном рыцаре".

Думаю, никто не остался таким, каким был раньше. Запах зерен, сдобренных медом и сушеными фруктами, отвлек Рэйнбоу от ее мыслей.

Знакомая когтистая лапа протянула оладью. "Ешь", — сказала Гильда, дожевывая последний кусочек рыбы.

Рэйнбоу наклонилась ближе и взяла оладью зубами. "Спасибо", — вырвалось у нее перед тем, как она приступила к серьезному жеванию, которого требовал паек.

"Не могу поверить, что Твайлайт ведет себя так глупо".

Дэш проглотила последнюю закуску и ухмыльнулась. "Это не так. У нее все получится. Просто подожди".

Гильда опрокинула флягу с водой и сделала большой глоток. "Если хотя бы половина того, что ты мне рассказала, правда, то да, у меня нет сомнений. Но что будет дальше?" Гильда передала флягу.

"Мы победим?" Рэйнбоу сделала длинный глоток охлажденной воды. Гидратация, гидратация, гидратация. Слова из базового курса повторялись в ее голове, пока она пила.

У "короля" Рэд Винга много друзей… и ни один из них не относится к хорошему роду грифонов. Как ты думаешь, как они отреагируют, когда Твайлайт порвет его по полной программе?"

Рэйнбоу пожала плечами и бросила флягу обратно. "Они будут создавать проблемы…"

"Преуменьшение".

"Тогда убедимся, что мы готовы".

"Дочь Твайлайт здесь… вот где я ожидала бы нападения более умных. Либо ради мести, либо ради заложника".

Рэйнбоу кивнула.

"Так перехват или прикрытие?" — спросила Гильда.

"Все, что нужно Литтл Стар, — это предупреждение, и она будет в безопасности".

"Насколько она сильна?"

"Она может телепортироваться за одну секунду".

Взгляд Гильды граничил с неверием.

"Действительно", — констатировала Рэйнбоу.

"Тогда все, что нам нужно сделать, это выиграть для нее полсекунды".

"Легко".

"Готова?"

"Всегда".

Сжатая в кулак лапа столкнулась с копытом, и они обе пошли к выходу.

* * *

## 77.2 Дипломатия Грифонов: В красном углу

* * *

Рэд Винг ждал, преисполненный уверенности и страшный в своем гневе. Менее чем через час ему предстояло вершить свою судьбу. Его вкусовые рецепторы почти болели в предвкушении победного пира, который ожидал его.

Это был последний шаг, единственное действие, которое объединит всех остальных грифонов под его властью. Ни один грифон не осмеливался бросить вызов Эквестрии на протяжении веков. Все они были трусами. С каждым годом гордый и благородный род воинов становился все более и более похожим на пони.

Грифоны никогда больше не уступят простым пожирателям травы. Его клюв раскрылся в жестокой ухмылке, когда он сосредоточился на всем, что знал о своем враге. Могущественный маг, ее заклинания могли формировать целые поля сражений. Каждый выпуск новостей, каждая сплетня — все говорило об этом. Любую проблему она решала дружеским словом или заклинанием. Без своей магии ты станешь моей добычей…

Кто-то из приближенных произнес. "Ваше величество. Селестия не станет…"

"Думаешь, меня это волнует?" — сказал Рэд Винг, переводя взгляд на своих собратьев.

Они замерли, их крылья расправились, а тела переместились, готовые к бегству, и все же они нашли в себе силы ответить без страха в голосе. "Если ты выиграешь…."

"Если… ЕСЛИ?!" Все уважение к их самообладанию исчезло, сменившись кроваво-красным гневом. "Нет никаких сомнений, что я выиграю. Она библиотекарь с иллюзиями величия. Возможно, она сильный маг, но в этом деле ее магия не поможет".

Они опустили голову. Похоже, каменный пол показался им неожиданно интересным. Каждая частичка их тела говорила об их полной покорности.

Лапы и когти щелкали по каменному полу, пока король Рэд Винг вышагивал. Через несколько минут он заговорил. "Не о чем беспокоиться. Вы хотите дать мне совет. Спасибо". Эти слова ничего ему не стоили, а ведь так трудно было найти хорошего помощника, который не пытался бы бороться за лидерство.

Большая часть напряжения исчезла с лица распростертого грифона. "Это мой долг, мой король".

Ред Винг слегка улыбнулся. Каждый раз, когда другие признавали его титул, он становился немного более реальным. В конце концов, чтобы стать королем, достаточно было убедить в этом всех остальных грифонов. "Тогда вставай и позаботься о том, чтобы был приготовлен победный пир".

"Да, мой король".

* * *

## 77.3 Дипломатия Грифонов: В фиолетовом углу

* * *

Под обсидиановой плоскостью физическое тело Твайлайт обнимало ее дочь. Темные грозовые тучи царства Найт соответствовали нынешнему настроению Твайлайт.

"Чем согласие на дуэль лучше преднамеренного убийства?"

"Какого ответа ты хочешь?" Голос Свит Дримс, как всегда чарующий, поднял настроение Твайлайт с первого же слога.

Голос Дримс обладал магией, почти такой же сильной, как ее запах или тепло ее крыльев, сомкнувшихся вокруг нее. Твайлайт тихонько мурлыкнула, прильнув к ней в объятиях. Это была такая простая вещь — прикосновение другого. Было удивительно, насколько простая биохимия и привязанность могли управлять ее эмоциями. На мгновение ее мысли остановились. Она посмотрела вниз на свое тело, которое в данный момент контролировала Найт. Тело, которое обладало всеми необходимыми биологическими свойствами для того, чтобы ее Дримс оказывала опьяняющее воздействие даже своим присутствием. Она собиралась провести исследование на эту тему. Позже… — подумала она, вздыхая в спокойном удовлетворении.

Проходили минуты, пока Литтл Стар резвилась вокруг, радостно рассказывая Найт о своей защите конвоев помощи и об улучшенном владении заклинаниями.

Гордость Найт за подвиги их дочери проникала в сердце Твайлайт, и она принимала ее.

"Она немного буквальна".

В памяти Твайлайт всплыли различные уроки. Ошибки, которые она совершила, будучи слишком буквальной, слишком желая угодить Селестии. Ни одно из сомнений или гневных мыслей, которые часто возникали при воспоминании о бывшей учительнице, не имело шансов против утешительного тепла Дримс.

"Она унаследовала это от меня". Твайлайт закрыла глаза и прижалась к груди Дримс. Крылья плотно сомкнулись вокруг нее, обхватывая ее, удерживая в теплой оболочке любящей защиты.

"Ты пережила это, как переживет и она".

"Хм".

"Так ты убийца?"

Твайлайт задумалась над вопросом. Действительно задумалась. Сражения, в которых она участвовала, каждый раз, когда она выплескивала гнев. Временами она была жестокой, даже зверской, но каждый раз, когда это переходило в убийство, она останавливалась. Иногда она делала этот шаг назад сама, но в других случаях это происходило по подсказке извне. Найт, Рэйнбоу, Кэндис и даже Селестия — все они до сих пор мешали ей получить этот титул. Она покачала головой. "Нет… по крайней мере, пока нет".

"Ты требовала, чтобы эта дуэль была смертельной?" Твайлайт даже не успела открыть рот, чтобы заговорить, как прикосновение Дримс превратилось в поцелуй. "Грифоны вроде Рэд Винга ищут конфликтов, мечтают о власти над всеми".

"Так, значит, он заслуживает смерти?"

Свит Дримс прижалась к шее Твайлайт. Ее теплое дыхание щекотало ей ухо, когда она шептала в него. "Вспомни его слова, его позу. Я скажу тебе, что он за существо. Если бы ты отправила сюда кого-то другого вместо себя, он бы напал на них и с радостью зарезал. То, что он готов убить тех, кто пришел сюда на помощь, после того как прятался, как малодушный трус, означает, что его ждет смерть".

Рэд Винг не собирался доказывать свою честь, не собирался бросать вызов равным. Нет, он бросил ей вызов, потому что "знал", что она всего лишь слабая пони. Как он смеет… Тишина громко прозвучала в голове Твайлайт, когда осознание ударило, как молния. Я хочу убить его…

"Итак", — промурлыкала Дримс ей на ухо. "Вот что тебе нужно сделать…"

* * *

## 77.4 Дипломатия Грифонов: Выбор Литтл Стар

* * *

Литтл Стар рысила рядом с матерью, пока та шла. Шум копыт позади нее дал ей понять, что ее друзья больше не маршируют в ногу. Это была мелочь, и она решила, что все в порядке. Больше не было прямой видимости тронного зала и находящихся там грифонов.

Слова злобного грифона в четыреста шестнадцатый раз пронеслись в голове Литтл Стар. Я не могу принять ничего другого, кроме твоей смерти.

Ноль раз твоя мать была в опасности из-за этого существа.

Спасибо. Литтл Стар вспомнила Грей. Каждый раз, когда она говорила это, Литтл Стар становилось немного спокойнее. Если бы она не сказала это в первый раз после того, как Злобный Грифон бросил вызов, она бы зажгла свой рог и расправилась с ним.

Я не могу принять ничего меньшего, чем твоя смерть. Четыреста семнадцать раз, — рассеянно отметила она, пока ее ум работал. Что за мысли? Каким умом нужно обладать, чтобы сказать что-то подобное и иметь это в виду? Устранить угрозу и защитить кого-то из близких пони — вот причины использовать магию, способную убить.

Рог Твайлайт засветился, и дверь впереди открылась. Внутри было полно мебели, удобных подушек и стопка больших картин.

"Ну, дочь моя, как ты провела время? Случилось ли что-нибудь интересное, пока мы были в разлуке?" — спросила Твайлайт, пока Эмеральд осторожно снимала с себя все регалии Твайлайт.

Словно открылись шлюзы, слова хлынули из Литтл Стар. Все то, что она хотела сказать своей матери, но расставание помешало этому. Вскоре к ним присоединились и остальные, и рассказы об их приключениях превратились из простого рассказа в энергичную реконструкцию.

Гордость, сияющая в глазах матери, была подобна двум маякам надежды, сияющим в самой темной бездне. Этого было почти достаточно, чтобы она забыла о том, что должно произойти меньше чем через десять минут, почти.

"Мамочка?"

"Да, моя Литтл Стар?"

"С тобой все будет в порядке?"

"Да, бояться нечего", — сказала ее мать, когда одно из ее мягких крыльев окутало Литтл Стар теплыми объятиями. Она любовно напевала и говорила тихим шепотом под ними. "Есть те, кого нельзя спасти, есть те, кого нужно убить, а есть глупцы вроде него, которые заставляют других убивать их".

Литтл Стар спросила в ответ. "Ты собираешься убить его?"

"Я собираюсь превратить его бесполезную жертву в пример".

"Пример чего?"

"Того, что случается с теми, кто решил стать моим врагом". С этими мрачными словами, безмолвно заполнившими пространство между ними, мать наклонилась и поцеловала ее под рогом. Затем ее голос вернулся к нормальной слышимости. "Ты и твои метконосцы могут остаться здесь, когда придет время".

В памяти всплыл игровой бой, который устроили ее матери. Кровь и части тел, падающие на землю и пачкающие песок. Ужас и отвращение, которые Кейденс заставила забыть своих друзей. Радость на лицах ее матерей, когда они сражались.

На этот раз не будет никаких иллюзий, чтобы скрыть происходящее. На этот раз все было не ради забавы. На этот раз кто-то умрет.

Она уже начала кивать головой в знак согласия, когда в голову пришла другая мысль. А что если другие грифоны тоже были плохими гриффонами? Кивок превратился в вызывающее покачивание головой. "Нет, мамочка".

"Тогда, дочка, смотри и усвой этот самый страшный урок".

Литтл Стар кивнула, и мать обняла ее в последний раз, прежде чем встать.

* * *

## 78.1 Дипломатия грифонов: Древние и кровавые традиции

* * *

Как пожелала ее Королева, так и случилось. Улыбка предвкушения не сходила с лица Элитрон. В конце концов, это было бы противоречием характеру.

Все было прекрасно подготовлено. Толпа собралась. Грифоны собрались в три группы. Самая большая группа представляла собой выжидающую толпу, тех, кому не хватало решимости или опыта, чтобы сделать выбор. Остальные были поровну разделены между двумя сторонами.

Сцена была подготовлена, оставалось только, чтобы актеры заняли свои места.

Элитрон, в своем обличье Эмеральд Шейд, сохраняла вид абсолютного спокойствия. Как и у всех хорошо обученных лазутчиков, ее внутренние эмоции никак не влияли на внешние. По привычке она сжигала часть своих резервов, чтобы излучать спокойную уверенность с легким налетом гордости за хорошо выполненный долг. То, что она сменила хозяйку, не означало, что она может быть расслабленной. Даже другой чейнджлинг мог бы почувствовать ее эмоции, не то что сейчас, когда в воздухе витало такое напряжение, что в нем можно было почти утонуть.

Эмоции толпы висели в воздухе, как почти непрозрачные миазмы. Гордость, высокомерие, надежда, страх, благодарность, жажда крови и даже несколько ноток любви. Они были настолько густыми, что даже некоторые из тех, кто не был чейнджлингом, могли почувствовать их вкус. Пройдут годы, прежде чем их затяжные отголоски покинут мертвый камень, в который они начали просачиваться.

Гильда и один из касты солдат Короля Рэда кружили по комнате. Когти боязливо ковыряли пол, чтобы очертить границы поединка. Звук когтей по камню, конечно, не был мастерским представлением, но все же приковывал внимание многих. Каждый их шаг был подобен движению стрелки на часах, тик-так, и оставалось еще одно мгновение до начала главного зрелища.

Элитрон в последний раз оглядела тронный зал. Преторианцы Кэндис, Рэйнбоу и Гильда были наготове, готовые и бдительные. Принцесса Литтл Стар и ее собственные преторианцы, проходящие обучение, также собрались.

От Флейм Дансер, стоявшей поодаль, в равной степени исходили почтение и отвращение. Прикрепленный к седлу флаг с Солнцем Королевы Селестии не оставлял сомнений в ее преданности. По бокам от нее стояла пара наемников. Простым изменением контракта они с радостью стали ее охранниками. Группа Флейм Дансер заняла свое место в центре неприсоединившихся грифонов. Ясное заявление о ее нейтралитете.

По сравнению с аккуратными накидками или простыми лавандовыми поясами, которые носили все, кто поддерживал Твайлайт, рой Короля Рэда выглядел разношерстным, и по мере того, как все больше и больше из них замечали новые знаки отличия, они двигались и ерзали. Не раз они обращали внимание на отсутствие геральдики. Намеки на стыд и смущение сумели победить бурлящую смесь эмоций.

Почти время.

Как только круг был завершен, Кэндис кивнула двум наемникам. Они вышли из комнаты, но быстро вернулись, и теперь каждый из них нес штандарт с лавандовым полем и знаком Твайлайт в качестве своего символа. Один рванул влево, другой — вправо. В порядке симметрии они заняли места по обе стороны от двери, через которую должна была войти королева Твайлайт.

Это была мелочь, простое указание, но оно имело значение для всех, кто его видел. Будь то пони или грифон — неважно, две полоски ткани сделали так много. Каждый из сторонников Твайлайт Спаркл поднял голову и встал выше. Единство и гордость исходили от них, заглушая страх.

Клюв Короля Рэда щелкнул, и он уставился на вывешенные перед ним знамена. Зависть и решимость выплеснулись из него. Он шел вперед, не желая принимать вызов, брошенный ему. От одного его присутствия исходила почти осязаемая аура намерения, которая притягивала к нему большинство взглядов. Перед всеми Король Рэд демонстрировал свои фирменные крылья, словно позируя для фотосессии. Его доспехи, кольца и расписные перья демонстрировали его богатство на всеобщее обозрение. Его эмоции ярко пылали, пряность похоти смешивалась с медью убийственных намерений. Его самозабвенная любовь была настолько сильной, что когда-то она была бы для нее сладостным зовом сирены, настолько неотразимой, что завлекла бы ее. Теперь же… она была настолько безвкусной и отвратительной, что у нее чуть не вывернуло желудок.

Моя королева, вы меня избаловали… Одного воспоминания о пьянящей силе, власти и о том, какими вкусными были эмоции Твайлайт, было достаточно, чтобы очистить ее вкусовые ощущения, и у нее едва не потекли слюнки.

Он играл роль павлина, и его демонстрация приводила в ярость его последователей. Это был разительный контраст со спокойным профессионализмом улья Твайлайт. Как бы примитивно это ни было, это все равно работало. Это по-прежнему подбадривало и вдохновляло его кровожадных птиц.

Шли минуты, и с каждой минутой раздражение короля росло, а ограниченность его речей начала проступать, остались лишь секунды.

Когда оставалось всего двадцать секунд, звук копыт приблизился. Уши и глаза повернулись к входу. Оставалось всего десять секунд, и в комнату вошла фигура. Король Рэд был полностью проигнорирован, все взгляды сосредоточились на Твайлайт, стоявшей силуэтом в дверном проеме. На ней не было никаких украшений, она была такой же обнаженной, как и в день своего рождения. Но, несмотря на это, элегантные движения ее походки, скользящей по земле, говорили больше, чем все убранство Короля Рэда.

"Я думал, ты улетела со страху", — с бравадой сказал король Рэд. Вкус его эмоций почти совпадал. Раздражение от того, что его превзошли, мало-помалу съедало его.

В комнату вошла Твайлайт, ее движения были плавными и грациозными, а глаза были устремлены на него. "Это одна из самых священных традиций твоего рода, и именно это ты выбрал в качестве первых слов? Не принижай этот момент, король Рэд Винг".

Король кивнул, скрывая свою горечь за формальными словами. "Ты доказала свою храбрость, принцесса Твайлайт. Умри с честью".

"Мы благодарим вас, но с сожалением сообщаем, что сделаем все возможное, чтобы позволить вам умереть за свою честь".

"Время пришло. Скажи свое последнее слово, и позволь нам заняться этим".

Твайлайт кивнула и переместилась на позицию за пределами кольца. "Король Рэд Винг, самопровозглашенный. В соответствии с договором между нашими народами. Мы считаем себя обязанными чтить ваши традиции".

Когти Короля Рэда разжались. "Одного этого оскорбления было бы достаточно, чтобы вызвать эту дуэль".

"Нам это хорошо известно. Что вы хотите сказать? Не все ли равно, за что тебя повесят, за овцу или за ягненка?". Твайлайт улыбнулась. "У нас нет причин не говорить правду и не высказывать свои мысли в полной мере". Она глубоко вдохнула и умерила Королевский Кантерлотский голос до громкости, которая чуть-чуть не разрывала уши. "Мы объявляем тебя трусом и приспособленцем. Ты не гордый грифон-воин, да ты просто стервятник, играющий роль бандита". Она закончила, направив на него копыто, как будто это было оружие.

"Как ты смеешь?" Негодование Короля Рэда исходило от него, как ощутимая волна жара. Элитрон не удивилась бы, если бы даже не чейнджлинги могли это заметить.

"Как мы смеем?" Несмотря на презрительный тон Твайлайт, от нее исходило лишь игривое веселье и мрачное одобрение. "Очень просто. Либо мы умрем и все наши заботы исчезнут, либо, что более вероятно, умрешь ты, и эта дуэль докажет правоту наших слов".

"Я воспользуюсь твоим рогом, чтобы поддержать мой дух, а твоей шкурой — чтобы согреть мою постель".

"Тогда посмотрим, чьи нити судьбы будут перерезаны?" — спросила Твайлайт, веселый блеск в ее глазах резко контрастировал с ее дипломатическим тоном.

Один из грифонов, стоящих за Королем Рэдом заговорил. "Откуда нам знать, что она не воспользуется своим рогом?" Его вопрос подхватили окружающие.

"Неужели нашего слова недостаточно?" Твайлайт вздохнула. "Для тех, кто привык к предательству и бандитизму, похоже, что нет". Она медленно подняла копыто к своему рогу. "Да будет так".

Глаза Твайлайт остановились на Короле Рэде. Затем она позволила эмоциональным шлюзам открыться. Как и в прошлый раз, от сияния эмоций аликорна в полную силу захватывало дух. Но в отличие от прошлого раза, ее поддерживал не пьянящий коктейль. В этот раз сырая сила ее эмоций была использована как магическая пушка. Гнев, ненависть и холодный огонь продуманной мести обрушились на чувства Элитрон. Снова и снова они наносили удары, даже направленные на другого, они били по ее разуму, как удары молота.

Помутнение сознания давило. Оно обещало прекратить боль, оно глубоко вонзило свои когти, и это было все, что она могла сделать, чтобы устоять на ногах.

Она стиснула зубы. Копья боли, поскрипывая, были единственным, что удерживало ее в этот момент. Из-за эмоциональной атаки она не видела, что произошло дальше, но слышала. Она почувствовала ужас толпы, ее отвращение, беспокойство и панику, охватившую комнату.

Кроме стука в голове, мир был безмолвен, пока его не нарушил звук. Он начался как журчание ручья, затем раздался треск, словно ломалась толстая ветка, и хруст, словно земнопони топала по камням. К нему присоединился влажный раздирающий звук, а затем запах свежей крови и озона заглушил мускусные ароматы слишком большого количества грифонов, тесно сгрудившихся в одном месте. В животе у нее заурчало и заклокотало.

"Подходи, посмотрим, стану ли я твоим призом", — произнес голос, пронизанный злобным весельем.

Элитрон знала этот голос. Он принадлежал ее королеве. С осознанием этого звук голоса Твайлайт стал еще одним якорем, еще одной вещью, которую она использовала, чтобы восстановить здравый рассудок.

Я не буду такой слабой, — прорычала она себе под нос. В улье слабость означала смерть. Возможно, она уже не в улье, но она не собиралась просто лечь и умереть. Ее собственное презрение к себе пробило себе путь через боль. Оно сдерживало ее достаточно долго, чтобы она могла действовать. Элитрон сожгла еще больше любви своей королевы, достаточно, чтобы накормить десятки, если не сотни чейнджлингов в течение нескольких недель. Она пронеслась по ее организму, как молния.

Чувство силы, какого она никогда не испытывала прежде, пульсировало в ее теле с каждым ударом сердца.

Я — Элитрон. Я — Эмеральд Шейд. Я — Сенешаль Твайлайт. Мысли резонировали и потрескивали силой. Они взорвались в ее сознании, как Кантерлотский Королевский голос, вырвавшийся наружу в водовороте чужих эмоций.

Элитрон выпрямилась, и вновь обретенная сила уняла дрожь в ее дрожащих конечностях. Ее глаза снова начали функционировать. Она мгновенно обрела полную ясность. Ей потребовалась доля секунды, чтобы все это осознать.

Если бы не кровь, лившаяся из безрогой головы Твайлайт, Элитрон могла бы поверить, что время остановилось, ибо ничто больше не смело двигаться. Кровь пропитала ее шерсть и, стекая по бокам головы, капала на каменный пол.

Потребовалось лишь мгновение, чтобы понять, что произошло. Копыто Твайлайт все еще держалось за край ее рога. Рог был наполовину погружен в твердый каменный пол, а его сердцевина все еще искрилась пурпурной магией.

Большинство пони выглядели так, словно не могли решить, поддаться ли им тошноте, упасть в обморок или броситься на помощь Твайлайт. Многие грифоны перенесли это еще хуже. Тем не менее, жестокость, безумие поступка Твайлайт заставили их задуматься. Это заставило их замереть на месте достаточно долго, чтобы она смогла уверенно направиться к кругу. Она была здесь настоящим хищником, и ее эмоции кричали об этом всем, кто мог услышать.

Это должна была быть сцена Твайлайт, и ликование пронзило ее эмоции. Каждый почти бесшумный удар копытом звучал в зале как гром. С каждым шагом толпа замирала. С каждым шагом начиналось перешептывание.

"Ее рог?"

"Как".

"О, моя Селестия".

"Она сумасшедшая".

"Почему?"

"Мне сейчас будет дурно".

Король Рэд вошел в круг в тот же момент, что и Твайлайт. В комнате снова воцарилась полная тишина, все затаили дыхание.

Король Рэд не сводил с нее пристального взгляда, но хотя в его теле не было ни малейшего намека на страх, его эмоции говорили о другом. Сомнение и даже коварный шепот страха играли по краям сложного коктейля противоречивых реакций, которые танцевали в его сердце.

Твайлайт просто стояла высокая, царственная и величественная, как и положено настоящей королевской особе. В ее идеальной позе не было и намека на боль или дискомфорт.

Элитрон могла только представить себе его мысли. Сомнения, беспокойство, вопрос, во что он ввязался, сражаясь с этой явно безумной кобылой.

Впечатляющее заявление о решимости, моя королева. Если бы она продолжила свой путь нанесения себе увечий, возможно, оторвав в следующий раз крыло, она могла бы победить, сделав своего противника неспособным к борьбе, даже не приложив к нему копыта. О, грифоны не переживут такого и через тысячу лет! — подумала Элитрон, пряча в глубине души злобный смех, как у Кризалис.

Твайлайт полностью контролировала ситуацию. У ней все было под контролем, поэтому не было никакой срочности, кроме как наблюдать за творящейся историей, просто наблюдать за Твайлайт. Но были и другие вещи, которые нужно было сделать.

Устроившись поудобнее, Элитрон сосредоточилась на поставленных перед ней задачах. Сначала ее глаза осмотрели юную принцессу и ее преторианцев-стажеров.

Они были мрачны, но решительны. Слова принцессы Литтл Стар и преторианца Метеора Крэша, какими бы они ни были, опустили эмоции группы ниже уровня, который Элитрон могла ощутить, кроме фонового беспорядка. Беспорядка, с которым ей придется иметь дело.

Элитрон позволила себе вздохнуть. Все, что я делаю — для тебя, моя королева. Она вдохнула, откусывая кусочки эмоций союзников своей королевы. Отвращение, брезгливость, страх, паника и многие другие негативные эмоции стали ее пиршеством. Дурманящая смесь обжигала по пути вниз, выворачивала внутренности и заставляла чувствовать, что она вот-вот умрет, но это был ее долг перед своей Королевой Твайлайт. Ее королева была верна ей и заботилась о ней не только как об инструменте. Твайлайт никогда бы не убила ее только за то, что она недостаточно хороша.

Ее тело знало, что оно делает. Она сосредоточилась на поддержании естественного дыхания, вдыхая и выдыхая в нормальном ритме пони. Она вернулась к своему обучению. Маленький трюк, которому учились все лазутчики, чтобы влиться в толпу, стать ее частью. Найти то единственное, что их объединяет. Она изо всех сил старалась игнорировать большую часть того, что чувствовала, ухватившись лишь за одну нить. Одним из видов эмоций, которые она позволила себе насладиться, было сосредоточение на предстоящей схватке. Внезапно все остальное стало неважно, кроме тех двоих, которые кружили, как охотящиеся кошки. Оба расправили крылья.

"Это древнейшая и кровавая традиция. Сегодня будет удовлетворена честь, утолена жажда крови и положено начало наследию", — начала Твайлайт, прежде чем ее голос приобрел полубезумный и радостный оттенок. "Я никогда бы не подумала, что мне доведется пережить такой подлинный исторический опыт". Твайлайт почтительно склонила голову и выделила свои слова. "За эту возможность мы вас благодарим".

Это маленькое зернышко страха росло. Оно вибрировало и требовало выхода. С почти слышным щелчком оно вырвалось на свободу, и король начал действовать первым. Он повернул свое тело и набросился. Его мощные лапы и крылья взметнулись и понесли его вперед, сначала острием когтей.

Твайлайт подпрыгнула и метнулась в сторону, поспешное уклонение плавно перешло в пируэт танцовщицы. "Я так давно не танцевала… Спасибо, я этого никогда не забуду". Ее слова соответствовали искренности ее сердца, но не факт, что король Рэд мог это почувствовать.

Король прокричал свой птичий боевой клич. Он взревел, наступая, и его когти пронзили воздух в яростном порыве. Его ярость пылала ярким пламенем. Его ярость пробивалась сквозь все остальные эмоции в комнате.

Твайлайт двигалась, извивалась и танцевала среди ударов. Она позволяла каждому из них приблизиться настолько, что их прохождение ласкало ее шерсть. Ее спокойные эмоции полностью контрастировали с его сфокусированным на бритве убийственным намерением.

Намеки на боль проступали на его лице, когда он двигался все быстрее и быстрее. "Сражайся со мной!" рычал он.

"Рейнбоу, отбей мне ритм", — сказала Твайлайт так спокойно, словно пила чай. Безмятежная кошачья улыбка украсила ее мордочку.

Рейнбоу не колебалась. Она топнула копытом. Топ. Топ, топ, удар. Гром гремел на ее крыльях в те же четыре удара, что и во время дуэли с Лунным Аликорном. Наемники не сразу подхватили ритм. После нескольких повторений к ним присоединились даже некоторые грифоны.

Все больше и больше внимания уделялось поединку. Казалось, вся реальность затаила дыхание. Звуки движений дуэлянтов. Стук когтей по камню, цоканье копыт. Крылья били по воздуху. Искусными движениями Твайлайт управляла всем этим, ведя своего партнера по танцу в заданном ею ритме. Она провоцировала его атаки и заставляла защищаться. Необыкновенное мастерство превратило эту смертельную дуэль в танец.

И тут она начала петь. Навязчивая, но стремительная мелодия. Она смешивала движения с ритмом Рейнбоу.

Чужие слова будоражили эмоции пони и гулко разносились по тронному залу. Это был не эквестрийский и не какой-либо другой язык, который знала Элитрон. Но это не имело значения. Каким-то образом она понимала. Песня рассказывала о цене чести, долге воина и памяти, которую заслужили оба. В ней говорилось о единстве и ее обещании всегда защищать тех, кто принадлежит ей.

Сердца пони и даже грифонов, верных Твайлайт, всколыхнулись и, нежданно-негаданно, добавили в песню свои голоса и свою гармонию.

"Такое единство". По лицу Элитрон скатилась слеза. Это было прекрасно. Это было все, чем должна была быть связь улья, все, чем она могла бы быть всегда.

Бой, нет, ритуальный танец, продолжался. Твайлайт подтолкнула его. Она учила, и он учился. Она подталкивала его к высотам, о которых он и сам не подозревал.

То и дело ее копыта или крылья касались его. И снова и снова его когти не находили ее с минимальным отрывом. С каждым промахом его гнев, его страсть разгорались все сильнее, горели ярче. Он никогда не сдавался, и в эти мгновения он никогда еще не чувствовал себя таким живым. Он был грифоном, который был всем, чем должен быть грифон.

Но, как и у всех смертных, которые горят ярче всех, это пламя мерцало и гасло. Мало-помалу его движения замедлились. Его дыхание стало неровным, а эмоции начали сливаться друг с другом, но он не сдавался.

Разочарование просочилось из Твайлайт. Вспышка грусти была подавлена решимостью, застывшей, как замерзший лед. Она склонила голову в знак уважения, уклоняясь от вялого удара, а затем крутанулась в сторону от него. Она встретилась с его глазами, на ее лице появилась насмешливая улыбка, переходящая в ухмылку. Затем она закрыла глаза.

Король Рэд зарычал, забыв об усталости. Он делал выпады и изгибался, и в последний момент его когти оказались достаточно близко, чтобы задеть ее горло и оставить тонкую полоску крови на ее темной шерсти.

Его эмоции захлестнули. "Я могу победить", — практически кричали они, когда он вложил все, что у него оставалось, в свою следующую атаку. Это оставило его открытым, слишком открытым, когда он всем телом двинул когти вперед.

Топ. Раз.

Копыто Твайлайт врезалось ему в лоб. Удар отбросил его назад, как от удара большой Урсы. Он отступил назад, но было слишком мало и слишком поздно. Она бросилась за ним.

Топ. Два. Треск.

В такт удару пара лавандовых крыльев прорезала воздух и врезалась в его открытые бока.

Топ. Три.

Твайлайт повернулась, и ее хвост, словно стальной, ударил его по лицу. Его голова качнулась в сторону, лишая его возможности увидеть то, что было под ним, когда она опустила копыта.

Топ, четыре! Титанический удар потряс тронный зал. В зале воцарилась тяжелая тишина. Короля Рэд больше не было рядом с Твайлайт. Его больше не было даже в дуэльном круге.

Твайлайт стояла одна, неподвижная, как статуя. Одна задняя нога была приподнята и полностью вытянута, как после удара, когда она смотрела поверх своей холки, чтобы видеть вдоль нее. Три поставленных на землю копыта были окружены трещинами на камне от того, как сильно она прижала копыта.

Все взгляды следовали за линией ноги Твайлайт, за копытом и к трону. Трон, который король Рэд разбил вдребезги. Его клюв открывался и закрывался, но грудь не двигалась. Он уже испустил последний вздох.

Твайлайт стряхнула пыль с копыт и медленно подошла к королю. Каждый шаг копыт сотрясал каждого из ее недоброжелателей, если не всю комнату, словно землетрясение. "Ты хорошо сражался, бывший король Рэд Винг. Покинь этот мир без сожалений".

Его глаза остановились на ней. Он бы дрожал от страха, если бы его тело еще могло двигаться. Некогда гордый король теперь казался не более чем мышью, смотрящей на кошку.

"Нет, нет, нет!" — говорили его глаза. "Да, да, да", — ответила теплая улыбка Твайлайт.

Мягким прикосновением она положила копыто на вмятину в его разбитой груди. "Т-ш-шшш, все в порядке. Тебе нечего бояться, тебя ждут бескрайние небеса. Твоя сила, твое наследие будет жить во мне". Она наклонилась ближе. Казалось, что она вот-вот прижмется к нему. "Я сделаю это как можно быстрее", — прошептала она ему на ухо.

Одно заднее копыто стукнуло по его бедру, удерживая его на месте. С медицинской осторожностью она ухватилась передними копытами за обе стороны его груди.

Она потянула.

Его клюв раскрылся в беззвучном крике.

Треск.

Она раскрыла его грудь, как будто это была примерзшая дверь. Лед, запечатавший ее, разбился от грубой силы. Не колеблясь, она опустила морду. Плоть разорвалась, и когда она подняла голову, в ее челюстях было зажато его истекающее кровью сердце.

Одним движением головы извлеченный орган взлетел в воздух и снова оказался в ее пасти. Она смотрела вниз на его разбитые и исковерканные останки. Холодные глаза смотрели, как угасают последние мимолетные угольки жизни.

И все же, каким-то образом, его страх, его боль все еще танцевали в чувствах Элитрон.

"Эти зубы не подходят для этого", — пробормотала Твайлайт, настойчиво пожирая высвобожденный орган. С последним ударом остатки эмоций короля исчезли, как выключенный свет. Язык Твайлайт медленно облизал ее губы в очень непохожей на пони манере.

Только постоянные усилия Элитрон не позволили ужасу, страху и отвращению настроить пони против Твайлайт. Сжигая ещё больше силы, она вытеснила гордость, безопасность и доверие к Твайлайт. Настолько, что любой чейнджлинг утонул бы в этом.

Она властно посмотрела своей окровавленной мордой на свиту бывшего короля. "По праву завоевания и вашей кровной клятвы, ваши жизни — мои", — прорычала она. "Ваши жизни обогатят мой клинок или ваша служба мою паству?"

Почти как один, все они поклонились, прижав кончики клювов к земле и отведя глаза.

Твайлайт фыркнула. "Помните о своем выборе. Ваша смерть будет гораздо хуже, чем "милость", которую получил Рэд Винг". Она взмахнула крыльями. "Мои грифоны, мои пони, все, кто следует за мной. Знайте, что эта земля — моя. Горе тому, кто попытается отнять ее у меня".

Литтл Стар шла к своей матери, сопровождаемая её преторианцами. Они двигались в ногу, такие же безупречные, как и все королевские гвардейцы, которых она когда-либо видела.

По дороге ее магия извлекла рог Твайлайт. Пурпурное сияние магии Литтл Стар вполне могло бы сойти за подушку, а отрубленный рог — за корону.

Твайлайт впервые повернулась лицом к своим союзникам. "Мои сторонники, мои спутники, мои друзья. Будьте спокойны. Мы восторжествовали. Мы в безопасности. Не думайте о крови и дикости, которых требовали древние традиции. Мы победили".

Словно прорвало плотину, спровоцированные эмоции внезапно обрели опору. Они больше не были нужны для сдерживания паники, теперь настроение толпы резко изменилось, раздался топот копыт, зазвучали голоса, раздалось мощное ликование.

Когда Литтл Стар подошла ближе, толпа затихла. Этот момент был очень важен, и все они это знали. Этот момент станет тем, что определит путь истории.

"Спасибо, моя Литтл Стар", — сказала Твайлайт, опустив голову. Когда ее дочь поставила рог на место, из него вырвалась ударная волна пурпурной магии. Пробегая по каждой поверхности, которой она касалась, она приобрела кристальный блеск лавандового оттенка.

В толпе раздался коллективный вздох. Новообращенные грифоны в оцепенении смотрели на свои доспехи. Они были совсем не такой формы, как раньше. На них красовалось огромное дерево на фоне очень узнаваемой звезды.

Поклявшиеся грифоны склонились в глубоком поклоне, в то время как остальные пытались сокрушить замок громом своих возгласов и стуком копыт.

Мастерски сделано, моя королева, — мысленно промурлыкала Элитрон.

* * *

## 78.2 Литтл Стар и следствия политики грифонов

* * *

Тело мертвого грифона… оно просто лежало там, сломанное, выброшенное, вскрытое и выброшенное, как обертка от конфеты.

Литтл Стар стояла неподвижно, ее тело застыло, как статуя. Тишина дала ей понять, что она не одна такая. В ее груди поселился холод. Что-то изменилось, что-то было потеряно, но она не могла понять что.

На полу лежал результат примитивной безмагической необратимой трансмутации. Тот, кто когда-то был живым мыслящим существом, теперь был просто пустой вещью.

Каменный пол ощущался под ее копытами так же, как и раньше. Стены выглядели так же. Каждая деталь в комнате почти полностью соответствовала тому, что было раньше… и все же она была совершенно другой.

Тело мертвого грифона все еще было там. Тусклые безжизненные глаза смотрели прямо на нее.

Она поднесла копыто к груди и начала вдыхать. Почему я не чувствую запах крови? Это был простой вопрос. Это был бессмысленный вопрос, но она все равно ухватилась за него.

С новой загадкой в копытах мир снова изменился. Органическая материя, лежащая там, представляла собой неинтересную коллекцию органов, плоти, костей, меха и перьев, остывающих в большой луже крови.

Может быть, кровь не настоящая? Это был гораздо более правильный вопрос, чем гадать, почему его сердце больше не находится в груди. Маловероятно, но это легко проверить. Она протянула копыто и воззвала к крови, и она ответила. Ее тепло отозвалось обещанной силой. Малейшая пульсация омрачала ее неподвижную поверхность, прося использовать ее.

Мать пошевелила копытом, и ее тело дернулось, готовое повернуться, но она замерла. Если бы ее мать повернулась, Литтл Стар знала, что она увидит. Она уже чувствовала кровь, заливавшую шерсть матери. Даже со спины она могла отчетливо видеть, как напрягаются челюстные мышцы, когда ее мать жует.

И вот еще одно чувство теплоты прижалось к ней. Литтл Стар отпустила кровь и вместо этого прильнула к знакомому чувству. Магия Эмеральд обняла ее, как теплое объятие. Это было обещание, что все будет хорошо. Это было приятно. Это успокаивало, но, к сожалению, против силы ее родника физическое объятие было бы на порядки эффективнее.

Как и тогда, когда сила Кейдэнс изменила память девочек, разум самой Литтл Стар не пострадал и на этот раз. Даже когда она захотела поддаться ему, все, что произошло, — это мысленный счет, который увеличился на единицу, а затем еще на одну. С каждым жеванием сердца грифона он становился все больше и больше.

"Эти зубы не подходят для этого", — пробормотала Твайлайт.

Слова ее матери что-то сломали. Холодная логика покинула ее. Это была не просто кучка материи, лежащая на полу. Это не была необходимая операция, которая, к сожалению, изуродовала его. Здесь и сейчас не было никакой ошибки.

Мамочка Твайлайт ест его сердце! Противоречивые мысли и эмоции бушевали в голове Литтл Стар. Словно стая кроликов прошмыгнула по ее упорядоченному сознанию и не убрала за собой.

Книжный форт? Ошибка: недостаточно книг.

Попросить Кристальный замок переместить себя под кровать? Ошибка: не в Замке Дружбы.

Обнять маму. Ошибка: она ест чье-то сердце, размышляя о своих неподходящих зубах.

В груди стало тесно, и мир начал тускнеть. Один, у тебя сегодня почти гипервентиляция. Слово Грей остановило ее, словно она на полном скаку врезалась в мягкую стену.

Ну, это ничего не решит, — подумала Литтл Стар, когда ее ум начал перечислять медицинские недостатки гипервентиляции. Бессловесно она поблагодарила Грей. Призрачное ощущение неловкого объятия дало ей знать, что благодарность принята. Хорошо, подумай, ты сможешь разобраться с этим… просто рассматривай это как еще один тест.

Мертвое тело все еще было там. Плоть не обладала магией, поэтому ее не было. Ничего нельзя было сделать, чтобы изменить сегодняшние события. Ей нужно было решить, что делать дальше. Магия Эмеральд Шейд все еще поддерживала толпу, так что времени было хоть отбавляй.

Нужно составить список… списки могут решить все. Литтл Стар кивнула, ее рог вспыхнул от быстрой последовательности компонентов заклинания, которые она соединила в трио заклинаний. Заклинание не-замечай-меня, заклинание призыва предметов. И более слабая версия заклинания ментального расщепления. Все они успешно сработали, и ни одно существо даже не посмотрело в ее сторону. На мгновение она задумалась о своем впечатляющем подвиге в скрытности, но потом передумала. Нынешняя активность ее матери могла немного помочь в этом.

Итак, кто из нас что делает? — спросила Литтл Стар два.

Ну, я буду работать над хорошим, а ты — над плохим? Первая задумалась.

Хорошо, а потом мы поменяемся?

Литтл Стар один кивнула.

И они оба принялись за работу. Две Три-С быстро заполнились текстом. Через несколько мгновений заклинание разделения сознания завершилось. Теперь уже единственная Литтл Стар смотрела между двумя само-левитирующими свитками.

Занятая другой задачей она могла почти не обращать внимания на звуки, почти. Ее взгляд метался между обоими списками. Все, что ей было нужно для решения этой проблемы, было написано чернилами.

- Хорошее. Он попросил об этом, и мама дала ему только то, что он хотел. Мама в безопасности. (Это был единственный правдоподобный исход). Он был плохим грифоном. Мама жива. (У этого грифона не было шансов убить маму, даже с нашим уровнем исцеления, когти грифона — это не повод для беспокойства). Он хотел убить Мамочку. Он был задирой среди других грифонов. Он собирался украсть всю еду. Мамочке было весело. Мамочка в безопасности. Нипони не пострадал. Грей в порядке. С мамочкой все в порядке.

- Плохое. Она убила его. (Он был плохим грифоном… он получил свое справедливое наказание.) У него не было ни единого шанса. (Почему это плохо?) Мамочка играла с ним. Он уже был побежден. Мамочке не нужно было его убивать. (Он сам это сделал.) Ей доставляло удовольствие убивать его. (Она вела себя так, как будто она была Мамочкой Луной). Она ест его сердце. (Он мертв. Это больше не имеет значения). Эмеральд Шейд использует магию, чтобы управлять эмоциями всех пони. (Она просто мешает пони получить плохие воспоминания).

Ноль, раз это было необходимо. Ноль, раз это была ее вина. В разговор вмешался мысленный монотонный голос Грей.

Самое главное, что мамочка жива, — сказала вторая.

Литтл Стар один кивнула. Естественно…, — затем ее осенило. Как ты все еще здесь?

Я все еще пытаюсь разобраться в этом. Мы правильно произнесли заклинание, и оно закончилось.

Ну, по крайней мере, теперь мы можем читать и ходить, не спотыкаясь. Она задумалась, пока властный голос не вернул ее внимание к окружающему миру.

"По праву завоевания и вашей кровной клятвы, ваши жизни — мои". Ее мать зарычала, ее голос наполнился силой. "Ваши жизни обогатят мой клинок или ваша служба мою паству?"

Грифоны опустились в поклоне так быстро, что их клювы едва не застряли в полу.

Твайлайт фыркнула. "Помните о своем выборе. Ваша смерть будет гораздо хуже, чем "милость", которую получил Рэд Винг". Она взмахнула крыльями. "Мои грифоны, мои пони, все, кто следует за мной. Знайте, что эта земля — моя. Горе тому, кто попытается отнять ее у меня".

Что-то прикоснулось к Литтл Стар, первая открыла рот, чтобы что-то сказать, а вторая вскинула голову, чтобы посмотреть. Крыло Крэша только что коснулось их. Он кивнул головой в сторону. Первая проследила за указанной линией и нашла то, что он имел в виду. Рог мамочки.

Он наклонился чуть ближе. "Представь, что это ее корона, и верни ее на место", — сказал он своим фестральным шепотом.

Литтл Стар наклонила голову в сторону. Да, она может просто притвориться. Она кивнула и посмотрела на остальных своих друзей, и они кивнули. От этой маленькой поддержки ей стало тепло на сердце.

Литтл Стар дважды коснулась земли и начала идти. Метконосцы зашагали рядом с ней, их красные плащи впечатляли и поражали воображение, когда струились за ними. Рэрити действительно хорошо поработала.

Не останавливая своего марша, Литтл Стар потянулась своей аурой и взяла "корону". Иллюзия рассеялась, когда она осмотрела ее. Не каждый день ей удавалось увидеть внутреннюю часть рога, тем более аликорна.

Каждое существо наблюдало за ними, пока они приближались к ее матери. Твайлайт повернулась, наконец показав кровь, пропитавшую ее морду, шею и грудь. Магия разлилась по комнате еще до того, как были произнесены первые слова. "Будьте спокойны. Мы восторжествовали. Мы в безопасности. Не обращайте внимания на кровь и дикость, которых требовали древние традиции. Мы победили".

Каждое магически насыщенное заявление было для Литтл Стар не более чем вежливым предложением. По мере расслабления мышц и успокоения внутренней магии ее друзей, каждое утверждение становилось правдой для других метконосцев.

Раздавшийся рев и радостные возгласы заставили Литтл Стар подпрыгнуть. Они были настолько громкими, что она не могла понять, как уши Крэша и ее матери не прижались к черепу.

Литтл Стар продолжала идти вперед. С каждым шагом толпа становилась все тише, пока не затихла почти полностью. Только тихие вздохи и удары сердца доносились до ее ушей.

"Спасибо тебе, моя Литтл Стар", — сказала Твайлайт, когда она протянула зазубренную часть "короны".

Потребовался лишь взгляд и быстрый поворот, чтобы убедиться, что "корона" будет плотно прилегать с первой попытки.

Как только она оказалась на расстоянии ширины копыта, между рогом и его гнездом заплясали маленькие пурпурные дуги. И когда она наконец коснулась своего места, произошла яркая вспышка.

Ударная волна магии пронеслась мимо, лаская рог Литтл Стар. Десятки рун трансмутации и добрая половина магии ее матери пронеслись мимо. Магия закричала с игривым ликованием, обнимая мир.

Все вокруг изменилось. Стены, украшения, доспехи, в которые были одеты грифоны, но волшебство на этом не остановилось. С помощью своего рога Литтл Стар могла следить за ним, чувствовать его, когда оно вырывалось из пределов тронного зала. Магия ушла глубоко в корни горы и устремилась к магическому щиту, защищавшему замок.

Толпа снова ликовала. На этот раз она казалась тихой, несмотря на видимые усилия, которые они прилагали. Воздух вокруг казался более густым и спокойным, а спину Литтл Стар щекотало какое-то покалывание.

Твайлайт посмотрела на своих новых стражников-грифонов. "Позаботьтесь о нем", — сказала она, кивнув на тело. Один из них отсалютовал, а двое направились к мертвому королю.

С такого близкого расстояния было легко понять, что произошло. Открытая грудная клетка, даже несмотря на то, как грязно она выглядела, позволяла увидеть повреждения. Ее разум делал то, что делал всегда, анализировал, подсчитывал и делал выводы.

В конце концов, тело грифона состоит из различных тканей, каждая из которых обладает известной сопротивляемостью магии, прочностью на разрыв, прочностью на сдвиг, модулем упругости и хрупкостью.

Ее мысли вернулись к Понивилю, к усилиям по очистке и перемещению разрушенных зданий. Кинетическая сила, необходимая для получения наблюдаемых результатов на трупе грифона, была на порядки ниже той, что она использовала в своей работе. Я могу это сделать. Эта мысль обрушилась на нее как тонна кирпичей. Я могу просто протянуть свою ауру и сделать это… Как и огонь, это была еще одна ужасающая вещь, которую она могла причинить другим.

Ноль, раз ты была плохой пони, — сказала Грей, посылая ощущение объятия.

Крыло ее матери притянуло Литтл Стар поближе. Перья были теплыми, а шерсть мягкой, но все, что чувствовала Литтл Стар — это запах крови.

"Мамочка?" — спросила Литтл Стар шепотом.

"Да, моя Литтл Стар?"

Десятки вопросов хотели вырваться из головы Литтл Стар, но только один вырвался из ее рта. "Почему?"

Твайлайт грустно улыбнулась, крепче сжимая ее в объятиях. "Три причины, дочь моя. Во-первых, этот путь в конечном итоге стоит наименьшего количества жизней. Во-вторых, он хотел сразиться в битве, которую будут помнить в веках, поэтому я исполнила его желание. В-третьих, этот спектакль означает, что грифоны будут следовать моему плану".

Холодная логика говорила, что это веские причины. Грей думала, что это веские причины. Мамочка съела его сердце. Мысль вернулась без предупреждения.

"Мамочка… Почему ты съела его сердце?"

Выражение лица Твайлайт на мгновение напряглось. "Это их традиция… мы можем поговорить об этом позже… как бы я ни хотела сейчас быть просто твоей мамой… я должна еще некоторое время побыть принцессой".

"Я знаю…"

Поцелуй, впившийся в ее макушку под рогом, был не менее любвеобильным из-за крови, которую он оставил после себя.

Твайлайт кивнула в сторону выхода. "Иди. Мы поговорим позже".

* * *

Камень под ее копытами звучал по-другому. Каждый звук был более резким и отчетливым, чем до преображения замка.

Литтл Стар наблюдала за своими друзьями, когда они следовали за Эмеральд Шейд. Теперь, когда они были вдали от других, с метконосцев исчезла всякая формальность.

"Этот бой был потрясающим!" — сказала Скуталу, паря над головой.

До самого последнего момента Литтл Стар с радостью согласилась с этим. Она посмотрела на Скуталу. Не имело значения ни то, что она была живой пони, ни то, что она была одной из ее лучших подруг. Разум Литтл Стар по-прежнему выдавал два числа. Два маленьких фактоида. Точное количество таумов, необходимых для обеспечения тепловой энергии для полного сгорания, и сколько их нужно, чтобы разорвать его туловище.

Со звуком пера, царапающего пергамент, новый мысленный подсчет продвинулся на единицу.

"Да, мы все знаем", — сказала Эпплблум, закатывая глаза в отчаянии.

"Это твоя комната", — сказала Эмеральд Шейд, когда ее аура с размаху распахнула дверь.

Как и все остальные помещения, она теперь была выполнена в цветах ее матери. С криком Скуталу пикировала на кровать.

Крэш замешкался на пороге. "Мы будем жить в одной комнате?"

Эмеральд Шейд секунду изучала его. "Это было бы разумнее всего".

Крэш кивнул и рысью вошел внутрь. Мягко улыбнувшись, Эмеральд закрыла дверь, и через несколько мгновений шаги ее копыт удалились.

Литтл Стар посмотрела на кровать. Ей показалось, что добраться туда было слишком сложно, и она телепортировалась.

Считается ли то, что сделала ее мать, контролем сознания? Правильно ли это было? Литтл Стар размышляла, когда вокруг нее разгорелась драка подушками. Немного магии в ее роге, и пурпурный щит защитил ее.

Крэш и Скуталу толкались изо всех сил, превращая бой подушками в войну подушек.

Свити Белль прижалась, укрывшись за куполом. Литтл Стар придвинулась ближе и позволила мембране щита накрыть Свитти.

"Спасибо, Стар. Быть пойманной между этими тремя — это просто слишком".

Литтл Стар кивнула, затем исказила реальность и достала учебник из своего внепространственного кармана. "Хочешь, будем учиться вместе?"

Свити Белль посмотрела на название книги. Мгновение, затем два, и ее лицо изменилось, став задумчивым. "Стар… Я еще не настолько хороша".

Тепло улыбнувшись, Литтл Стар обняла свою подругу. "Не волнуйся, я тебе помогу".

Эпплблум использовала пузырь щита в качестве прикрытия, готовясь к внезапной атаке. Быстро кивнув друг другу, Скуталу и Крэш объединились и отразили ее, чтобы снова полностью сосредоточиться друг на друге.

Эпплблум закричала: "Ладно, сдаюсь!" —из-под небольшой горы подушек.

Война стала фоном для урока магии. Литтл Стар приходилось изо всех сил стараться, чтобы не произвести впечатление Старлайт Глиммер каждым своим высказыванием.

Раз за разом подушки ударялись с такой силой, что это должно было стать их концом, но никаких перьевых взрывов не происходило. Через час, шесть минут и четырнадцать секунд они рухнули друг на друга и заснули.

Крэш слегка похрапывал, когда Скуталу прижималась к нему. Свитти Белль тихонько хихикнула, прежде чем ее собственный зевок прервал ее.

Магия земнопони, которая текла через их тела, сделала все необходимое. Она позволяла им продолжать, продолжать и продолжать, пока у них не кончится магия.

Эпплблум уже спала.

"Спокойной ночи, все пони", — тихо сказала Литтл Стар.

"Спокойной ночи". Свитти Белль только что преодолела зевок.

Кровать была мягкой, а подушка — очень удобной. Успокаивающие звуки дыхания ее друзей, которые так часто убаюкивали ее во сне, были рядом. Свитти Белль, прижавшаяся к ее боку, была неоспоримым доказательством того, что ее друзья действительно здесь. Все эти факторы должны были позволить ей уснуть, но она все еще бодрствовала.

Она вздохнула, переместилась и попыталась снова. Одна книга, две книги, три книги… Она дошла до трех тысяч, но все равно не спала.

Пока ее друзья спали вокруг нее, Литтл Стар снова достала свои два списка. Все хорошее и все плохое о том, что сделала ее мама.

- Хорошее. Он попросил об этом, и мама дала ему только то, что он хотел. Мама в безопасности. (Это был единственный правдоподобный исход). Он был плохим грифоном. Мама жива. (У этого грифона не было шансов убить маму, даже с нашим уровнем исцеления, когти грифона — это не повод для беспокойства). Он хотел убить Мамочку. Он был задирой среди других грифонов. Он собирался украсть всю еду. Мамочке было весело. Мамочка в безопасности. Нипони не пострадал. Грей в порядке. С мамочкой все в порядке.

- Плохое. Она убила его. (Он был плохим грифоном… он получил свое справедливое наказание.) У него не было ни единого шанса. (Почему это плохо?) Мамочка играла с ним. Он уже был побежден. Мамочке не нужно было его убивать. (Он сам это сделал.) Ей доставляло удовольствие убивать его. (Она вела себя так, как будто она была Мамочкой Луной). Она ест его сердце. (Он мертв. Это больше не имеет значения). Эмеральд Шейд использует магию, чтобы управлять эмоциями всех пони. (Она просто мешает пони получить плохие воспоминания).

Прошло не менее часа, пока она размышляла над собственными мыслями. Постепенно она пришла к решению. Не имело значения, что она написала. Только две вещи имели значение.

Ловким движением пера она зачеркнула оба списка и написала на одном: "Мамочка жива", а на втором: "Я люблю мамочку Твайлайт". С этим она дала своему рогу погаснуть и попыталась уснуть, и на этот раз у нее получилось.

Когда царство сновидений завладело ею, она услышала голос своей мамочки Луны. "Я ждала тебя, дочь моя".

## 79 Путешествие Флаттершай

* * *

Что-то влажное и мягкое приветствовало возвращающееся сознание Флаттершай. Запахи старых перьев и соли встретили ее первый вдох, прекрасно дополняя печаль, окутавшую ее сердце.

Несмотря на отсутствие дурных снов, ее сердце все еще тяжело билось в груди. Она не хотела беспокоить своих друзей, поэтому лежала неподвижно и молчала.

Тепло сдвинулось, и мощная передняя конечность обхватила ее тело. Когти, которые так мягко упирались в ее плоть, испугали бы многих. "Я в порядке, Гарри". Копыто Флаттершай нашло его мощную лапу. "Спасибо".

"Грррррер".

Флаттершай устроилась поудобнее, прижавшись головой к густой шерсти Гарри, а не к влажной подушке. Толстая тяжелая лапа погладила ее гриву. Это было неуклюже и неловко, но все же это было именно то, что ей нужно, чтобы снова заснуть в теплых, любящих объятьях одного из своих защитников.

Через некоторое время что-то выдернуло ее из уютной дымки сна. Быстрый стук потребовал ее внимания. Он был настойчивым и неотложным, и с первой же мыслью при пробуждении она поняла, что это должен быть кролик. "Спасибо, Энджел".

Как бы ни было приятно просто лежать здесь, у нее было много дел на сегодня. Она медленно отстранилась от дремлющего Гарри. Несмотря на все произошедшее, она чувствовала себя отдохнувшей и спокойной.

Ее глаза сами собой поднялись, словно притянутые чем-то. Над ее кроватью висела единственная вещь, которая позволяла ей спать. Ловец снов мягко мерцал, когда солнечный свет играл на его тонкой паутине. Несмотря на все кошмары, которые он сдерживал, ее уши опускались каждый раз, когда она смотрела на него. Тихие отголоски бесчисленных криков все еще пытались донестись до нее из тех первых нескольких ночей после нападения.

В комнате было много места, но это только облегчало задачу, чтобы заметить, чего не хватает. Так много ее друзей исчезло… так много маленьких животных, с которыми она разговаривала каждый день. "Воспоминания — это не сны" — сочувственно сказала принцесса Луна.

Ее взгляд остановился на пыльном чайном сервизе. Это было еще одно напоминание. Дискорд, пожалуйста, вернись. На мгновение ей показалось, что его тоскливое лицо выглядывает из-за хрустальной стены, но нет, она лишь выдавала желаемое за действительное.

Она закрыла глаза и просто дышала. Вспомнила мягкую улыбку принцессы, когда она попросила паучиху Арахею сплести ловец снов. Это была такая добрая улыбка. В груди зашевелилось чувство вины. Та кошмарная ночь, когда она так испугалась принцессы Луны. Это был не самый добрый ответ, который она могла бы дать.

Когда она снова открыла глаза, она была окружена. Вокруг нее десятки ее животных наблюдали за ней. "Доброе утро", — сказала Флаттершай, пока остальные рычали, стрекотали, пищали или квакали, иным образом выражали свое приветствие.

"А теперь давайте посмотрим, чем вы все позавтракаете. Разве это не здорово?" Теплая улыбка, которую она продемонстрировала, была как раз тем, что им всем было нужно. "Нет, вы не можете съесть Опал. Это было бы подло и сделало бы Рэрити несчастной". Флаттершай печально покачала головой. "Прости, но даже если ты очень попросишь".

Мягко хлопая крыльями, она пересекла комнату и открыла шкаф. То, что когда-то было набито припасами, уже начало заканчиваться. О… — подумала она, глядя на изгрызенные упаковки. Кто же сюда забрался?

Еще одна голодная просьба была озвучена кем-то из мясоедов.

"Нет, ты не можешь просто откусить кусочек, если проголодаешься", — ответила Флаттершай, подсчитывая количество. Если она дополнит мясо другими продуктами, то останется чуть больше двух недель. Всего за пятнадцать дней до этого могут возникнуть… проблемы.

Намеренно не думая об этом, Флаттершай закрыла дверь. Когда защелка закрылась, кролик Энджел оскалился, а затем пнул дверь.

Флаттершай протянула копыто, чтобы погладить его. "Прости, мы должны сделать так, чтобы еды хватило надолго".

Энджел топнул ногой и оскалился еще больше.

"Это все, что у нас есть, пока не вырастет больше. Ты знаешь, что мы все должны делиться",  — сказала она, зная, что сегодня будет долгий день.

С практической легкостью она собрала все свои медицинские принадлежности и надела седельную сумку. На дне опустевшего ящика лежал маленький листок бумаги.

"Ах", — сказала Флаттершай, мысленно спрашивая себя, зачем ты это сохранила? Взмахнув крылом, она вырвала бумажку и перевернула ее. Она знала, что там написано, еще до того, как слова попали в поле зрения.

> Как я узнала сегодня вечером, принцессе разрешено иметь гарем. Тебя это интересует?

Она уставилась на слова, чувствуя теплоту на щеках при воспоминании о том, как ее обнимала Твайлайт. С тихим вздохом она покачала головой. У нее и так слишком много особенных пони.

С полуулыбкой она вернула записку, все еще не понимая, почему она так дорожит ею. Она сделала глубокий вдох и взяла себя в копыта. Сегодня было много пони, которым нужна была ее помощь. И она вышла из комнаты, чтобы смело встретить все, что приготовил для нее этот день.

* * *

Спустя несколько часов Флаттершай прижалась лбом к стене и вздохнула. Слезы горели в ее глазах, и она закрыла их. "Как они могут быть такими злыми?"

Прохладная хрустальная стена помогла успокоить пульсирующую боль в голове. Когда боль утихла, ее начал грызть голод, но пока у нее есть что поесть завтра, она будет в порядке, и еще останется немного, чтобы накормить других.

С каждым вздохом она все больше успокаивалась. Большая часть дня не была ужасной. Когда Литтл Стар не стало, нужно было сделать так много мелких и не очень мелких дел. С ее магией, телепортацией и способностями к исцелению она в одиночку делала работу дюжины пони. А если добавить к этому помощь метконосцев, даже если они бегали по коридорам, делая из всего игру, они больше помогали, чем мешали.

Большинство пони были рады помочь. Большинство пони были готовы объединиться в чувстве общности. Твайлайт могла бы гордиться ими.

К сожалению, некоторые не гордились. Ее уши прижались, когда их ужасные слова снова донеслись до нее.

"Почему мой завтрак задерживается?"

"Мне ужасно жаль".

"Не допускай, чтобы это повторилось".

"Вы не доктор…"

"Я учусь…"

"Как ты вообще можешь заниматься медициной без рога?"

"Доброе утро", — сказала Флаттершай, ее мягкий голос и теплая улыбка оставались естественными, несмотря на все неприятности, которые она пережила за весь день.

"Спасибо Селестии".

"Да, она каждый день поднимает солнце".

"О, это не то, что я имела в виду".

Флаттершай вспомнила, как она просматривала медицинскую карту. На ней все было написано роговым почерком Литтл Стар, но, как ни странно, на ней были пятна от воды. Слезы? Все идет хорошо… им становится лучше. С чего бы быть слезам? Может быть, это слезы счастья? — подумала она, и как же она ошибалась.

"Я просто рада, что этого маленького монстра больше нет".

Ужасное чувство нахлынуло на Флаттершай. Слова не могли означать то, что, похоже, они означали… не так ли? Она вздохнула и спросила так бодро, как только могла. "Маленький монстр?"

До нее донесся аромат сахара, отвлекший ее от этих мерзких слов. "Кекс?" — спросил голос Пинки.

Так это случилось не сегодня? Прошло много времени, прежде чем это дошло до сознания. Флаттершай посмотрела в улыбающееся лицо Пинки Пай, чьи теплые глаза знали, принимали и обещали сделать все возможное, чтобы исправить ситуацию.

"Пожалуйста, отдай это одному из жеребят. Если ты не возражаешь", — сказала Флаттершай, когда ее желудок заурчал от голода.

"Нет, этот экстренный кекс для тебя".

Даже не дав Флаттершай возможности ответить, Пинки Пай запихнула лакомство в открытый рот Флаттершай. Сладость ласкала ее язык, а вкус вызывал более счастливые воспоминания.

Бисквит, пропитанный чаем, хорошо сочетался с лимонной и медовой глазурью. Флаттершай хмыкнула, медленно поглощая его. Последний раз она пробовала такой кексик на последнем пикнике, когда Пинки опробовала новые вкусы. Большинство из них были прекрасными, хотя и странными… некоторые нравились только Дискорду.

Дискорд. Это имя висело у нее в голове. "Дискорд… где ты?" Она выдохнула только для того, чтобы ее окутала мягкая розовость, и Пинки Пай притянула ее в теплые объятия.

Еще больше слез упало, и на этот раз они впитались в шерсть подруги, а не в подушку.

"Все будет хорошо… в конце концов…" — тихо прошептала Пинки Пай. Несмотря на ободряющие слова, по позвоночнику Флаттершай пробежала дрожь. Сильное копыто Пинки провело по ее спине, массируя вновь напрягшиеся мышцы.

Пинки Пай была похожа на медведя Гарри. Сильная, мощная, но при этом очень теплая. Флаттершай прижалась к мягкой шерсти Пинки. Запах земной пони был теплым и отдавал лекарствами, но не такой, как раньше. Через прикосновение было до боли очевидно, что Пинки похудела.

"Ты должна прийти на вечеринку". Пинки Пай улыбалась, вытаскивая приглашение из своей гривы.

"Вечеринка?" — сказала Флаттершай, рассматривая покрытое блестками приглашение.

"Да". Пинки Пай подпрыгнула на месте. "Это будет супер потрясно".

> Ты и все, кто тебе нравится, приглашены на вечеринку в честь дня доставки припасов в местечко Ноубл Гида.

"Местечко Ноубл Гида?"

"Да".

"Если можно… не могла бы ты сказать мне, где это?"

"О, не глупи, это новое место, куда Блуи и Рэрити отвозят повозки с едой".

"А там хорошие пони?"

"Да, они там самые хорошие", — сказала Пинки, крепко обнимая ее. "Ну же!" Розовая кобыла начала петь. В воздухе возникло пятно движения, спирали разных цветов и много конфетти.

* * *

Внезапно она оказалась на улице с последними словами песни сердца, слетающими с ее губ. Как и каждый раз, когда это происходило, наступал момент замешательства, момент, когда нужно было просто приспособиться к тому, как ты оказалась здесь.

Как я здесь оказалась? — начал спрашивать ее разум, пока она не вспомнила один важный факт. Это просто Пинки, которая Пинки. Она перестала пытаться что-то понять. Она огляделась вокруг, осматривая свое окружение.

Флаттершай похлопала по широкой спине Гарри, усевшись на него. Он был пристроен к повозке, заваленной коробками. Несколько ее меньших друзей-животных дремали на ящиках, наслаждаясь солнечным светом и свежим воздухом. На каждом из них была маленькая праздничная шляпа. Флаттершай протянула копыто к голове и нашла свою собственную.

Чуть впереди нее Пинки Пай прогуливалась на своей маленькой тележке с установленной на вершине праздничной пушкой, которую она тащила за собой.

Она обернулась, чтобы посмотреть назад. Ее острые глаза с легкостью оценили расстояние. Она находилась на расстоянии от пятисот до пятисот десяти селестий от Понивилля. Над кристалльным замком парил облачный форт Литтл Стар. Старлайт и Трикси были там с телескопом. Их головы двигались, как будто они осматривали окрестности. Они следят за тем, чтобы мы были в безопасности.

В теплой шерсти Гарри под нею и зная, что Старлайт и Трикси несут вахту, она могла последовать примеру своего маленького друга, свернуться калачиком и дремать в лучах солнца. Она лениво распахнула крылья. Прохладный ветерок контрастировал с теплым солнцем.

"Флаттершай, дорогая, я не знала, что ты к нам присоединишься", — раздался голос Рэрити.

Броня скрывала часть тела Рэрити, а по бокам у нее было пристегнуто оружие. Каким-то образом ей удавалось выглядеть элегантной и грациозной, но это не скрывало того факта, что она была вооружена и двигалась с легкостью. Она была красива, как выставочная кошка, но, как и у всех кошек, у нее были острые когти.

"О, привет, Рэрити… как поживаешь?"

"Ну, знаешь, просто прогуливаемся по сельской местности".

Флаттершай нужно было быть слепой, чтобы не заметить, что для этой группы это было не просто "прогулкой по деревне". Бронированные земные пони образовали периметр вокруг колонны, пегасы кружили над ними, а единороги стояли с рогами наготове на вершине повозок.

"На нас нападут?" — спросила Флаттершай голосом чуть громче шепота.

"Маловероятно, дорогая, и даже если нападут, мы будем в полной безопасности".

Дрожь пробежала по позвоночнику Флаттершай. Ее мысли пытались вернуться к другому путешествию. То паническое путешествие между ее домиком и замком. Эти ужасные воспоминания были не более чем видениями, которые можно было только отпустить, чтобы не встречаться с ними снова.

Рэрити подняла копыто и прислонила его к ноге Флаттершай. "Если что-то случится, я защищу тебя".

"Грррр" — Гарри добавил свое обещание защиты к обещанию Рэрити.

Вдалеке виднелся пурпурный купол, обозначавший их местонахождение. Чем ближе они подходили, тем больше он становился. Скрещенные каменные арки поддерживали пузырь света. "Он достаточно велик, чтобы вместить весь Понивиль".

"Наша Твайлайт сотворила настоящее волшебное чудо. Жаль только, что она не посоветовалась со мной, прежде чем закончить работу над ним… можно было бы сделать гораздо больше, чтобы сделать его более… гостеприимным".

Группа пони собралась прямо внутри купола. Жеребята самых разных племен энергично играли. Они скакали и летали вокруг, перебрасывая между собой мяч. После всего, что произошло, они все еще могли играть.

"Похоже, пони там счастливы". Флаттершай наблюдала за ними со слабой улыбкой.

Рэрити повернулась, чтобы посмотреть на нее. "Ты можешь видеть их отсюда?"

"О да… Я знаю, что я не лучший летун, но мои глаза так же хороши, как у Рейнбоу".

"Рейнбоу может видеть так далеко?"

"Да, все пегасы могут… разве ты не знала?"

Выражение Рэрити слегка изменилось, пока не остановилось на легком раздражении. Затем ее выражение стало гораздо более счастливым. "Каким бы замечательным ни был дом Твайлайт, с таким количеством пони он может быть немного тесноват. Приятно иметь чуть больше пространства".

Небо над головой было открытым, а земля вокруг — почти нетронутой. Любая другая пегаска услышала бы зов ветра и захотела бы оказаться в бескрайних небесах, а не здесь, на дне мира.

Но при всей красоте пейзажа все же чего-то не хватало. Ни одна птица не летала под открытым небом, ни одно маленькое существо не шныряло в траве. Они прятались… или исчезли?

Недалеко от них на месте, где должна была быть зеленая трава, виднелся почерневший шрам. Флаттершай отвернулась и погладила Гарри по голове, как для собственного успокоения, так и для его. Когда на Понивиль напали, даже проклятые кричали от боли, и было так много огня…

Флаттершай закрыла глаза, и мир показался ей более безопасным. Присутствие Гарри под ней, запах ее друзей-животных и Рэрити. Солнце Селестии по-прежнему излучало свое тепло.

Когда она снова открыла глаза, они уже миновали шрам, и счастливые пони теперь махали копытами. Позади них стояли три каменные фигуры — Твайлайт, принцесса Селестия и единорог. Они были так похожи на живые, что на мгновение ей показалось, что кокатрис снова проказничает. Это всего лишь статуи, с облегчением подумала она.

Никто не замедлил шаг, когда они подошли к щиту Твайлайт. Они просто продолжали идти сквозь него, как будто его там и не было. Это дало ей больше времени полюбоваться тремя статуями.

Принцесса Селестия смотрела вниз, как обычно, безмятежно и по-матерински.

Твайлайт стояла с распростертыми крыльями, словно защитница. Маленькие кусочки хрусталя, вкрапленные в ее рог, ловили свет щита и усиливали иллюзию.

Единорог, Ноубл Гид, был создан с не меньшим трудом и любовью, и казалось, что его приветливая улыбка предназначена только для нее.

Рядом с тремя статуями стоял указатель. На нем должно было гордо красоваться название города. Но вместо этого на нем было написано следующее.

> Добро пожаловать

Перед тем, как подошла ее очередь, она что-то услышала. Она повертела ушами, пытаясь понять, что это было.

"Нет…" — раздался отчетливый голос Дискорда.

По позвоночнику Флаттершай пробежал ледяной коготь. "Дискорд?" Она судорожно огляделась вокруг. Как и каждый раз, когда ей казалось, что она его слышала, ничего не было, ни единого признака ее друга.

Ощущение теплой воды, которая почему-то была сухой, коснулось ее шерсти. Ощущения изменились, потеплело. На мгновение ей показалось, что ее обнимают крылья Твайлайт. Все будет хорошо, — сказало чувство.

Потом все прошло, но крошечная частичка комфорта осталась. Она все еще скучала по Дискорду, и ей было обидно, что он пропускал каждое из их чаепитий, но она не могла об этом думать. Здесь были пони, которым нужна была помощь.

Протянунув копыто помощи Твайлайт, она стала искать, где она может помочь более всего. Первое, что она увидела, было совсем не то, что она ожидала.

Они приветствовали Блюблада с распростертыми копытами и улыбками. Флаттершай посмотрела на Рэрити, та лишь улыбнулась и кивнула.

"Ну, что ты думаешь о новом принце?" — спросила Рэрити.

"Ну, он кажется милым", — сказала Флаттершай, наблюдая за Блюбладом. Жеребец использовал свою ауру, чтобы поднять жеребенка земнопони. С глупыми звуками он помог жеребенку взлететь в воздух вслед за своими крылатыми друзьями. "Когда-нибудь, я думаю, он станет хорошим отцом".

Рэрити покраснела.

"О, мой…"

"Дорогуша, ни слова никому из пони… и уж тем более ему".

"Конечно… но разве он…"

"Он храбрый, добрый, заботливый и тратит свое время на защиту этих поставок еды два раза в неделю".

"Ты уверена, что он не чейнджлинг?"

"Не будь такой…" — Рэрити начала со знающей улыбкой, прежде чем наклониться ближе и прошептать. "И да, я уверена. Литтл Стар проверяла".

Вокруг них приветствовали охранников и предлагали воду, а некоторые местные жители помогали разгружать повозки. Несколько кобыл смотрели на Блюблада с таким же выражением лица, как и Рэрити. Флаттершай позволила своим глазам двигаться дальше. Она искала пони с грустными глазами, которые, несмотря на окружение тех, кто мог бы о них позаботиться, были тихими и молчаливыми, тех, кто потерял слишком много и слишком быстро.

Кивнув сама себе, она взяла мистера Пушистика в копыта и направилась к первому пони, чей день мог скрасить новый питомец.

* * *

## 80 Урок Пэчворк

* * *

Светящаяся сфера, расположенная на ее копыте, была такой завораживающей штукой. Вихри желтого и коричневого цветов плясали вокруг маленькой рубиновой сердцевины.

"Значит, это и есть та цена, которую ты затребовала?" — спросила Свит Дримс, заходя с бутербродами.

"Ну, не то чтобы ему это было нужно…" — хмыкнула Твайлайт. Аромат свежего хлеба и сладких яблок достиг ее носа. "И было бы жаль выбрасывать это впустую", — полусерьезно закончила она, так как теперь ее внимание было полностью занято чем-то другим.

Дримс прикоснулась к Твайлайт, когда та устроилась рядом с ней. Ее мягкая шерсть была шелковистой, когда она прижалась к Твайлайт всем телом. Твайлайт наклонилась для поцелуя, и Дримс немного отстранилась.

"Открой", — сказала Дримс, и Твайлайт повиновалась.

Перед мордочкой Твайлайт в такой знакомой серебристой ауре парил сэндвич. С несколькими цветами, запеченными в хлеб, и милыми маленькими изображениями ее метки, она никак не могла отказаться попробовать его. Сложный вкус ласкал ее язык. "Хммммм, как вкусно", — промурлыкала Твайлайт, прикидывая, насколько дорогим был бы этот сэндвич в любом другом месте. Лабиринт Холлоу Шейдс и Древний Грифонстоун из пшеницы сделали бы одну буханку хлеба на несколько сотен бит. Большинство цветов, из которых он был испечен, утеряны для истории или почти утеряны… так что, может быть, еще тысяча бит?

Теплое крыло Дримс обняло Твайлайт, и ее мысленные расчеты прекратились. Грудь Дримс была таким прекрасным местом для отдыха ее головы.

"В твоих словах есть смысл", — сказала Дримс.

"Правда?"

"Рэд Вингу не нужен его источник там, куда он направляется".

Твайлайт вернула свое внимание к сфере. "Источник хищника — это увлекательно…"

"И чем же он заинтересовал тебя, моя дорогая?"

"У него есть центральное ядро, которое похоже на магию крови. Что, конечно же, так и есть. Они питаются другими, в конце концов. Остальное похоже на то, как будто кто-то взял физические аспекты магии земных пони и пегасов, бросил их в блендер и назвал это одним словом. Это грязно, это…"

"Хаотично".

"Да, это…" — Мысли Твайлайт остановились. "Дискорд?"

"Большинство химерных существ — его".

"Зачем ему их создавать?"

"Подумай об этом".

"Хм". Твайлайт постучала себя по подбородку. "Ну, в источнике обычного грифона не существует магии хаоса".

Дримс ободряюще кивнула, начав заваривать чайник. "Продолжай".

Это не может быть так просто, не так ли? Твайлайт перевела взгляд на сферу. "Без следов его магии, их не остановят ни защитные чары, ни даже предупреждающие или обнаруживающие заклинания, рассчитанные на него или его магию".

Дримс кивнула. "По крайней мере, я так считаю. Хаотичный, жестокий вид, который был счастлив рассматривать пони как легкую добычу".

"Это…"

"Зло?"

"Да, я хотела использовать другие слова, но да, это зло".

Дримс протянула копыто: "Можно?".

Твайлайт с любопытством наклонила голову, но положила сферу в протянутое копыто Дримс.

"Теперь смотри", — сказала Дримс, поворачивая сферу между передними копытами. С хлопком, который был скорее ощутим, чем слышен, она каким-то образом открыла ее. Когда цвета начали выливаться наружу, ее крылья сомкнулись, а перья заплясали и сплелись в сложные узоры.

"Что ты…"

Дримс ответила, даже не поднимая глаз. Ее внимание было сосредоточено на работе. "Просто жди и смотри, моя дорогая". Еще минуту Дримс работала над тем, что делала. Пятно света превратилось в нити, а затем в нечто более определенное.

"Это ловец снов?"

Дримс тихонько хихикнула. "Твайлайт, дорогая, это не ловец снов, но я понимаю, почему он тебе его напоминает". Она быстро взмахнула крыльями, и на ее основных перьях повисла запутанная паутина из разноцветных нитей.

"Тогда на что я смотрю?" — спросила Твайлайт, наклонившись ближе. Каждая прядь имела свой цвет и чувствовалась в пространстве. Разделенные по отдельности, такие ощущения стали более понятными. Нити огня, воздуха, земли, гнева и крови были связаны между собой причудливыми узлами.

Дримс копытом указала на один из сложных узлов. "Когда источник открыт вот так, можно многое понять о его потенциале".

Открытый источник? Это было невозможно. Это было интригующе. Она должна была узнать больше. Не успела она задуматься, как Твайлайт уже держала в руках свиток и перо, жадно записывая каждую деталь. По привычке она сначала обратилась к своему рогу. "Это почти похоже на частичные руны заклинаний?"

"Очень хорошо".

Похвала Дримс звучала даже лучше, чем похвала Селестии. Твайлайт широко улыбнулась. "Это… все аспектированные нити, собирающиеся вместе, и узоры в этих узлах".

"Это не настоящие руны".

Шесть или семь различных контраргументов промелькнули в голове Твайлайт. "Это не так?"

"Что ты видишь здесь, во внутренной магии, вот тут? Там, где гнев питается и поддерживается тремя элементальными нитями?"

"Да".

"Как ты думаешь, что делает этот узел?"

"Хм. Ну, «если бы» это был фрагмент заклинания, который я исследовала", — Твайлайт начала постукивать себя по подбородку. "Эта структура явно использует гнев в качестве усилителя силы. Однако, чтобы сделать правильный массив, нужно использовать не один, а несколько". Она направила свой рог на следующую точку интереса. "Эта петля заставит владельца чувствовать больше гнева каждый раз, когда она срабатывает. Таким образом, петля обратной связи будет вызывать резкое усиление гнева".

Свит Дримс кивнула, и на ее лице засияла прекрасная, ободряющая улыбка.

На мгновение мысль о том, чтобы снова поцеловать Дримс, чуть не лишила ее внимания, но нет, это была волшебная головоломка, поэтому ее охватило более глубокое стремление. Она точно знала, что происходит, она написала три работы об этом явлении, но, как и любая пони, следующая за своим знаком, она также знала, что не способна быть безразличной к этому. В своем воображении она почти представляла себе маленькую кобылку, прижавшую уши и исполняющую неловкий танец, бесконечно скандируя "новая магия, да, да, да".

Перо Твайлайт набросало узел под одним углом, затем под другим. "Итак, вот то, что я считаю частью заклинания ускорения, а вот часть заклинания физического усиления". Твайлайт подняла голову. "Итак, если это сработает…, и если бы это было заклинание, то оно было бы очень большим, если бы, кстати, это сделало бы объект сильнее и быстрее пропорционально тому, насколько он был зол, с побочным эффектом, заставляющим его злиться все сильнее, чем дольше эта… Ярость в действии".

Дримс указала копытом на другой узел, в ее глазах мелькнуло веселье. "Отлично, теперь дополнительное задание… ты можешь сказать мне, что делает этот узел?"

Дополнительное задание? Да!

* * *

Десятки книг и сотни свитков окружали ее. Препарированный источник Рэд Винга теперь поблескивал на мольберте художника, как произведение современного искусства. Твайлайт сделала долгий глоток сидра из "Яблочных акров". Это прекрасно дополняло чувство удовлетворения от хорошо выполненной работы и комфорта от того, что ее любимая дремлет, прижавшись к ее боку.

Стук в дверь нарушил идеальный момент. Твайлайт вздохнула и потянулась своей аурой, чтобы открыть дверь. Через открытую дверь, на фоне грозовых туч и обсидиановой плоскости, стояла Найт.

Щелевидные глаза Найт оглядели академическую бойню, поглотившую часть библиотеки, и остановились на распахнутом источнике. "Могу я войти?"

Твайлайт кивнула. "Найт, мы одна семья. Сколько раз я должна тебе об этом сообщить?"

Со своей обычной расслабленной смертоносностью, Найт вошла внутрь. "У меня назначена встреча с моей ученицей. Ты в состоянии оторвать себя от своих двойственных страстей?"

"Кейденс?"

Найт кивнула. "В настоящее время она моя единственная ученица в этом мире, хотя я подумываю о другой".

В этом мире? Твайлайт задумалась, пока говорила. "Можешь передать ей мои наилучшие пожелания?"

"Передам, но ты же знаешь, что она всегда знает, как ты к ней относишься?"

"Да, я знаю, что это ее сфера, но то, что она знает, не повод не быть дружелюбной".

"Тогда твое сообщение будет передано. Я даже могу предположить, что в нем есть что-то еще, и использовать его в качестве приза. В конце концов, кому не нравится награда за пройденные уроки?"

Свит Дримс зевнула и сонно моргнула своими чудесными глазами. Эти глаза нашли Найт. "Чаю?"

"Боюсь, у меня мало времени… но спасибо".

Возможно, это уже стало привычным, но каждый раз, когда Найт говорила что-то приятное, благодарила кого-то из пони или что-то подобное, улыбка каким-то образом появлялась на лице Твайлайт. Так и должно быть у других пони.

"Тогда до твоего возвращения", — сказала Дримс.

"Счастливого пути", — сказала Твайлайт, но ее мысли продолжали работать над тем, кто был новым учеником в этом мире и кто мог быть ее учениками в других мирах.

Найт усмехнулся. "Я удовлетворю твое любопытство, если ты удовлетворишь мое".

"Найт… мы не в том положении, чтобы хранить секреты друг от друга".

"Метеор Крэш — избранный Луны, Скуталу — твоя… остаются Эпплблум и Свити Белль. Это то, что следует исправить".

"Ты хочешь взять одного из них в качестве своего избранника?"

"Ты хочешь, чтобы они состарились и умерли всего за половину того срока, который предстоит Метеору Крэшу и Скуталу?"

"Как я могла забыть об этом?"

"Твайлайт". Крыло Дримс заключило Твайлайт в крепкие объятия. Как и каждый раз, даже мысль о панике или беспокойстве исчезла. "Любовь моя, вполне естественно не думать о том, что жеребенок умирает от старости, когда он еще полон юношеской бодрости".

После нескольких секунд наслаждения теплом и игнорирования усмешки Найт, Твайлайт отстранилась. "Но это все равно непростительная оплошность". Твайлайт повернулась к Найт. "Спасибо".

"Как ты говоришь, мы — семья". Когда Найт произнесла эти слова, какими бы теплыми и утешительными они ни были, как бы мягко и дружелюбно они ни звучали, в них все еще была угроза убийства и хаоса для любой пони, которая вздумает им угрожать.

Как она это делает? — подумала Твайлайт, добавив еще один вопрос в свой мысленный список.

Крыло Найт указало на мольберт. "Могу я узнать, почему ВЫ заинтересовались этим ремеслом?"

ВЫ? Она снова перешла на архаику. Почему? "Дримс показала мне, и это было восхитительно. Я и не подозревала, что так многого не знаю о том, как работают источники." Твайлайт собрала разбросанные страницы и свитки, в ее голове уже готовилась полная презентация.

Найт подняла глаза на Дримс, которая спокойно смотрела в ответ.

Твайлайт стукнула копытом по деревянному полу. Дримс вздрогнула, ее крылья затрепетали. Найт лишь холодно перевела взгляд на Твайлайт. Немного злости Новы придало Твайлайт больше уверенности, чем она чувствовала. "Семья, помнишь? Так скажи мне, что я упускаю?"

"То, чему Дримс решила научить тебя, может завести в очень темные места, Твайлайт".

"Она должна знать".

Найт шевельнула крыльями, что было ближе всего к нервозности, которую Твайлайт видела у нее. "Когда источник поврежден, душа уходит". Она кивнула в сторону коллекции нитей. "Это ремесло идеально подходит для создания сетей, чтобы ловить и хранить их".

"Разве это не заставит их страдать?"

"Да, их боль, их страх делают их более аппетитными", — сказала Найт, проводя языком по клыкам.

В голове Твайлайт промелькнуло воспоминание о том, как она отдыхала в своем новом саду, и о урчании, которое хотело сорваться с ее губ, когда она лежала. Это было приятно и похоже на одобрение. Это было почти как слабая версия похвалы за хорошую работу, но как-то более маняще.

Дримс вздохнула. "Почему мне кажется, что я здесь единственная здравомыслящая пони?"

"Исследования говорят, что большинство безумных пони не считают себя таковыми… так что это ненадежный показатель, моя Дримс".

"Быть смесью тебя и Найт… у меня не было ни единого шанса, не так ли?"

"Нет", — весело прощебетала Твайлайт.

Найт медленно покачала головой. "Я пойду. Пожалуйста, постарайся не захватить власть и не покончить с миром до моего возвращения".

Твайлайт неохотно поднялась на копыта. "Значит, теперь бразды правления у меня?"

"Ну, если ты не хочешь, чтобы все пони думали, что ты впала в кому", — сказала Найт, когда ее фигура растворилась в тенях.

Кончиком крыла Твайлайт протянула копыто и мягко побудила Свит Дримс повернуться к ней лицом. Движение все еще не было таким соблазнительным, как это предполагалось в книгах Рэрити, но она надеялась, что страсть, которую она вложила в последующий поцелуй, с лихвой это компенсирует.

Спустя одно блаженное мгновение Твайлайт отстранилась. Такие моменты, как этот, взгляд в глаза любимого после поцелуя, — это то, что пытаются и не могут передать все романтики.

"Тебе нужно…"

"Я знаю, но почему ты научила меня этому?".

"Сети, в которые заключаются души, могут быть сделаны из самого нежного плетения".

Концепция метода получения пропитанной страхом "закуски", которая будет храниться, изменила свою конфигурацию, превратившись в материнские объятия, обнимающие близкого пони, его душу, защищенную от сурового мира ее собственной бессмертной душой. Девственный свиток был принесен в жертву на алтарь ее нового плана на случай непредвиденных обстоятельств. Итак, каковы плюсы и минусы этого метода по сравнению с простым преобразованием их в зависимый фрагмент…

"Иип", — крылья Твайлайт раскрылись, когда ее разум зарегистрировал ее текущее движение и еще более шокирующий факт, что ее Дримс, ее Свит Дримс, использовала свою ауру, чтобы вышвырнуть ее из собственной библиотеки.

* * *

И снова, вернувшись к управлению своим костюмом, она почувствовала себя не в своей тарелке. Это был совершенно чужой наряд, и при одном взгляде на подтянутые мышцы и однотонную шерсть возникало ощущение чужеродности. Как бы ей ни хотелось этого, она была Пэчворк, и с каждым днем игнорировать это становилось все труднее и труднее.

Твайлайт сделала длинный успокаивающий вдох. Пот грифонов, алкоголь и жареное мясо были неполноценной заменой запахам живого дерева, книг и чернил, которые окружали ее, когда она находилась в своем Бастионе.

Сильный, почти химический запах доносился до нее от ее собственного дыхания. Что я пила? Что бы это ни было, оно не шло ни в какое сравнение с теми изысками, которые ежедневно готовила Свит Дримс.

Вокруг нее завершался праздник. Рейнбоу и Гильда хвалились и хвастались друг перед другом, выпивая рюмку за рюмкой.

Вокруг нее было много маленьких групп и празднующих. Некоторые из ее подданных были слишком почтительны, некоторые слишком боялись ее, но все это приводило к одному простому факту — для принцессы-победительницы не было ни одного места. Так вот что чувствует Селестия?

Твайлайт перевела взгляд на своих охранников, которые все еще были на службе, на формальность их поз. Это был праздник, да, но все же это было заявление. Кэндис стояла совершенно неподвижно, ее внимательные глаза следили за всем. Кэндис лишь слегка кивнула, что было далеко от объятий, которые могли бы произойти в Понивилле.

Твайлайт снова внимательно осмотрела комнату. Несмотря на то, что никто из присутствующих не хотел находиться рядом с ней, все они обращали на нее внимание. А не съесть ли одно все еще бьющееся сердце… подумала она с сухим весельем. С каких это пор мой юмор стал таким мрачным? Она вздохнула. Мой отец предупреждал меня о том, что я не должна общаться с плохими компаниями. Ну, она не могла ничего с этим поделать, и была уверена, что не стала бы, даже если бы могла. Из нас получилась взбалмошная семейка, не так ли?

Она переместилась и улеглась в царственной, но расслабленной манере. Она знала, что снова подражает Селестии, но подражание Кейденс задало бы неверный тон. Почему это не может быть вечеринка Пинки? — подумала она, перебирая в уме все вечеринки, на которых она присутствовала. Затем она перешла от восходящего подсчета к нисходящему. X вечеринок Пинки в год в среднем, Y лет в средней продолжительности жизни земной пони, следовательно, осталось Z вечеринок.

Эта проблема снова возникла в ее голове, и она поняла некоторые новые возможности. Ну, не то чтобы я сейчас занималась чем-то полезным…

Еще немного заклинаний, и ее окружило заклинание "Я-не-делаю-ничего-интересного". Появились свитки, книги, чернила и перья.

Кэндис спокойно подошла и села рядом с ней.

"Ты ведь знаешь, что это не твой пост?" — спросила Твайлайт, даже не пытаясь скрыть сожаление в своем тоне.

"Конечно, да". Кэндис ласково улыбнулась. "Мой пост рядом с тобой. Кроме того, я все еще обращаю внимание на то, что там происходит".

"Луна выслеживает в ночи всех…" Твайлайт сделала паузу и задумалась. Этому месту нужно было дать название. "Цитадель Твайлайт находится за щитом, который заставил бы моего брата позеленеть от зависти. Ничего не случится".

"Тогда пусть те, кто тебя любит, празднуют вместе с тобой".

Ярко-голубые глаза смотрели с белоснежного лица. Твайлайт мягко приложила копыто к ее щеке. Ее лавандовый цвет так контрастировал с бледностью кобылы. В груди Твайлайт зашевелилось тепло, когда Нова начала обращать на нее внимание. Твайлайт просто смотрела в эти глаза. В одно мгновение там были обугленные останки пони, которую она чуть не убила. В следующее мгновение разрозненные части висели там, пока она находилась в процессе воссоздания. В следующее мгновение Кэндис была там, как и сейчас, целая, прекрасная, ее тело, разум и душа.

Голубые глаза сияли, улыбка согревала. Одно из больших крыльев обхватило ее, и внезапно грифоны и пони в комнате стали не важны для нее. Единственное, что имело значение, — это предстоящий поцелуй Кэндис. Твайлайт влила в свое заклинание еще больше магии и приветствовала его, и даже больше.

* * *

## 81 Ночной дозор

* * *

Луна Луны сияла своим серебряным светом с небес. С этой величественной точки обзора мир был далек и хрупок.

По выжженным пустошам внизу не ползали и не рыскали проклятые. Если верить Найт, то их тактику было легко предсказать. Одни сбежали бы, как только столкновение обернулось против них, а другие укрылись бы в самом глубоком и темном месте, чтобы переждать, пока не утихнет бдительность. Они будут тянуть время, пока не смогут возобновить эту трагедию.

Будет ли наша глупость преследовать этот мир вечно? Множество событий пронеслось в голове Ночной принцессы. За время ее изгнания произошло так много событий, которые могли быть ее заслугой, и многие из них произошли до нее.

В ее мыслях всплыло одно имя. Мунлайт Скролл, пони, ответственный за смерть предопределенного элемента магии, единственный пони, который избежал всех ее попыток обнаружить его, разве в его действиях есть моя вина?

Его метка сделала бы его открытым для ее магии, а его место в школе Селестии позволило ему отравить так много молодых умов.

Еще два имени пронеслись в ее сознании, раскинув свои метафизические крылья, ожидая внимания. Чем больше она позволяла этой мысли вертеться в голове, тем больше в ней появлялось смысла. В большой игре аликорнов они были всего лишь простыми фигурами. В реальности же они стали причиной смерти Твайлайт Спаркл и выступления Сансет Шиммер против Селестии.

Если это мои… каков был наш замысел? Ее небесное зрение обшаривало мир внизу, но, как она и думала, добыча ускользала от нее.

Взмахнув мысленно крыльями, она сузила обзор, сосредоточившись на палубе своего штормового корабля. Многие сочли бы странным рассматривать себя со стороны, но она не относилась к их числу. Ее крылья сгибались и медленно двигались, выполняя движения рисовальщика.

Мгновение — и ее зрение изменилось. Она больше не смотрела вниз с высоты. Вместо этого она смотрела на красоту ночного неба во всем его многоцветном великолепии. Ее фестралы летели на бесшумных крыльях и охраняли ночь для пирующих внизу.

Бесчисленное количество времени она размышляла о том, что простое заклинание, позволяющее другим видеть ночь так же, как она, было бы для нее всем тем, чего она так жаждала.

Луна обратила свой взор к картине, которую она никогда не напишет. Это был прекрасный рисунок, подобный тому, что она рисовала много лет назад. Подтянутые линии мышц под лавандовой шерсткой, кровавый узор, сосредоточенность охотника в пурпурных глазах — как бы ей хотелось оказаться там, а не просто увидеть это в снах других.

Ее мысли вернулись к сну ее дочери. В отличие от большинства пони, сновидение Литтл Стар полностью соответствовало ее истинной сущности. Эти ясные пурпурные глаза по-прежнему сияли невинностью. Как ты могла остаться нетронутой после того, что увидела, дочка?

Актер из ее сна все еще был там и учил ее, объясняя, как работать с костью гидры. Это был трогательный момент, момент единения. Если бы она могла создавать фрагменты, она могла бы быть там. Часть ее могла бы уделить все свое внимание дочери, а не какому-то запрограммированному заклинанию. И снова холодная ярость попыталась всколыхнуться в сердце Луны, и на этот раз она позволила ей пройти через себя. У нее не было выбора. Любое сопротивление, любой внутренний конфликт, и еще один фрагмент поплатится, сгорит в солнечном огне — все из-за того, что сделала ее сестра.

Ее магия окутывала и удерживала воздух в неподвижном состоянии. Только благодаря этому звук не разбил гору, когда она закричала. Она кричала, плакала, бушевала и обещала на древнейших языках тьме ночи, что все будет исправлено.

Вдох — выдох, вдох — выдох, каждый из которых был холоднее предыдущего. Внутри ее маленького пузыря контроля была зимняя вьюга, гораздо более холодная, чем все, что когда-либо мог предложить замерзший север.

Прошли долгие минуты, превратившиеся в час, прежде чем Луна почувствовала себя достаточно спокойной, чтобы отбросить свою магию. Когда она отпустила ее, запертый, замерзший воздушный туман покатился прочь от нее, низвергаясь с палубы штормового корабля, словно замедленный водопад. Это был еще один момент, который мог бы стать прекрасной картиной.

— Слишком много нужно сделать, — вздохнула она.

Она позволила своим чувствам снова погрузиться в сон своей дочери и почувствовала, как на ее мордочке появилась улыбка. Литтл Стар вырезала на кости гидры узкий черный луч, формируя из нее что-то для своего голема-совы.

Эпплблум бегала по Яблочным акрам, отбиваясь от проклятых и торопясь закончить свои ежедневные дела. Луна потянулась за своей силой, готовая положить конец кошмару. Из-под земли выскочил еще один проклятой, но был повержен одним ударом. Затем Эпплблум просто вздохнула от скуки и рысью вернулась к своим делам. Нет… это не кошмар.

Сон Свити Белль разворачивался в кристальной бальной зале. Там она наполовину танцевала, наполовину фехтовала с Литтл Стар, каждый из них пел песню без слов. Они кружились друг вокруг друга. Деревянные совы играли на невероятных струнных инструментах, а хрустальные люстры вибрировали, и их мелодия звенела, как стеклянные колокольчики, вокруг знакомого четырехтактного узора.

Улыбнувшись, Луна перешла к сну Скуталу. Скуталу с размытыми движениями крыльев, сражалась с Метеором Крэшем в небе, из которого сыпался дождь из печенья. Мысли юных…

Сон Метеора Крэша был упорядоченной темнотой и освещенным луной горизонтом Кантерлота, а его форма во сне все еще сохраняла прежний рост. Он повернулся и низко поклонился: "Моя государыня".

Луна шагнула в сон: "Мой избранный, твоя бдительность радует нас".

Он приподнялся с гордостью в глазах.

— Чем я могу служить вам?

Она подошла ближе и опустила голову, чтобы быть на уровне его глаз:

— Расскажи мне о моей дочери и твоих новых спутниках. Как они себя показывают?

— В военном отношении твоя дочь оснастила и обучила их так, что я бы назвал тебя лжецом, если бы ты сказала, что столь юные пони могут сравниться с другими. Из засады, при наличии плана, они могут даже нанести удар по тебе.

Луна выдержала паузу. Метеор Крэш был известен своими необдуманными действиями и сопутствующим ущербом, но не хвастовством Страйкера. Она кивнула:

— Действительно, высокая похвала.

— У них есть дух, мне приходилось иногда утешать их, но они крепкие кобылки. — Его морда слегка скривилась, а уши зашевелились. — Неделю назад я бы попросил тебя позаботиться о снах Скуталу… но не сейчас.

—Эти подростки, похоже, совершенно не переживают из-за того, что им пришлось испытать, — сказала Луна наставительным тоном.

— Да… Я тоже это заметил. Это Литтл Стар… Я думаю, она что-то подмешивает в печенье, которое дает нам.

— Хм… — Моя Литтл Стар — все еще незапятнанная душа. Что она задумала? — Не мог бы ты заполучить для нас образец?

Он кивнул:

—Да будет воля твоя.

—Помни, мой избранник, твой первый долг — перед моей дочерью, а второй — перед нами.

Теплая улыбка и объятия были его наградой:

— Я с нетерпением жду, когда вы станете семьей.

— Что?

Луна сдержала смех, покидая его сон. Они собирались стать прекрасным табуном. Она вздохнула и позволила теплой улыбке исчезнуть с ее лица. Были и менее приятные дела.

Из беглого просмотра остальной части царства снов ничего не выделилось как неотложное, поэтому она переключила свое внимание на свои бесконечные обязанности.

Она закрыла глаза, и ее восприятие изменилось. Душистая трава и ночные цветы вытеснили тягучий запах пепла. Поляна Мунлайт все еще была видением истинной красоты ночи.

— Моя государыня, — сказала тень, прежде чем превратиться в саму Мунлайт. Перевоплощенная кобыла поклонилась, но поклон был неглубоким и коротким. Глаза, смотревшие на Луну, старательно прятали страх, от которого сердце Луны забилось, а нога Мунлайт дернулась, когда копыто, несомненно, попыталось достать до горла.

— Успокойся, моя Избранная, — приказала Луна. Напряженные мышцы Мунлайт расслабились, а в ее глазах из железной решимости появилось теплое приветствие. Это было отрадно, и хорошо, что это было все, что требовалось, чтобы помочь ей оправиться от пережитого освобождения. — Как продвигаются ваши поиски?

Мунлайт сверкнула рогом в сторону центрального стола с картами. За стопкой пустых тарелок и кофейных чашек, изображение континента было усыпано маленькими флажками, булавками, ниточками и маленькими светящимися шарами:

— Здесь есть стопка отчетов, которые можно почитать, если хотите. — Она кивнула на буквально гору свитков. Мунлайт рысью подошла к столу, топнула копытом, и конструкция сновидения пошла рябью. Весь бардак и беспорядок исчез со стола. — Здесь и здесь у нас есть немного мародерства. Есть по крайней мере одна вооруженная группа, которая не играет по-хорошему и, пользуясь ситуацией, грабит брошенные и утраченные поселения.

— Их цели?

— Накопить состояние, когда все уляжется. Они эффективны и не думают, что оставляют свидетелей.

— Есть ли польза в том, чтобы позволить им продолжать?

— Нет, я не вижу, у них нет никаких связей с культистами, и они не предпринимают ничего странного.

— Ваша рекомендация?

Мунлайт колебался в течение двух ударов сердца:

— Моя подготовка говорит мне, что их следует арестовать.

— Это твоя рекомендация?

— Только если их можно задержать так, чтобы это не потребовало никаких ресурсов. У нас мало еды, и у нас нет свободных сил пони, чтобы содержать такую опасную группу.

Луна кивнула:

— Тогда отдай необходимые приказы.

Мунлайт кивнула в ответ и потянулась за свитком. Несколькими быстрыми движениями пера все было готово. Она толкнула приказ под стол, когда теневой усик схватил его.

— Есть ли еще что-нибудь, о чем следует знать?

— Две проблемы. Первая заключается в том, что принцесса Селестия… что-то делает, чтобы превратить осужденных в верных солдат, и приказывает им отправляться на дальние посты.

— Я в курсе, а вторая?

— У нас есть случаи, когда подтвержденных мертвых пони видят снова.

— Это вокруг деревень, находящихся под контролем чейнджлингов?

— Да.

— Не беспокойся об этом. Мы заглянем к ним на обратном пути в Кантерлот.

* * *

## 82 Как склеить разбитое сердце

* * *

Несмотря на поддерживаемый ее магией щит, прикрывающий весь город, от рога Кейденс исходило лишь слабое свечение. Барьер был мощнее, чем тот, которым она сдерживала короля Сомбру, и если бы не свет из рога, она могла бы легко забыть, что поддерживает его.

Немного знаний — и все изменилось. Это была горькая мысль, но она привела к другой. Скольких страданий можно было бы избежать, если бы ты доверилась нам, тетя?

Ей достаточно было окинуть взглядом переполненный зал, чтобы понять, что сейчас время тяжелых испытаний. Еще не было видно ребер, но шерсть потеряла блеск, глаза — сияние, и если бы кто-то из них по собственной воле сидел на диете, у него были бы причины радоваться своему успеху. Поэтому, несмотря на все предлагаемые гостиницей изыски, Кейденс по ее настоянию села на пол, покрытый ковром.

Некоторые служащие отеля старались быть незаметными, задерживаясь вдали от посторонних глаз. Однако их нервное сердцебиение было достаточно громким, чтобы выдать их, даже без постоянных напоминаний руководителя быть бдительным к любой ее нужде.

Тем не менее, она была принцессой, поэтому ее позиция была неизбежно связана с некоторыми атрибутами. Первым из них были ее регалии, а вторым — пара охранников.

Кейденс позволила своим мыслям задержаться на них. Они были слишком стары, чтобы сражаться с проклятыми. Но дюжина больших жеребят между ними давала им более чем достаточно опыта, чтобы справиться с бесконечной процессией пони, желавших задать ей этот страшный вопрос.

Казалось, стоило принцессе простоять неподвижно более нескольких минут, как пони тут же предполагали, что она проводит заседание суда. Поэтому они пришли, и, несмотря на то, как сильно она хотела быть в другом месте, как сильно она не хотела отвечать на "этот" вопрос, они нуждались в ней. Я бы сделала то же самое на их месте.

Даже без активного использования ее домена, запутанные линии сердца были настолько толстыми, что почти ослепляли ее. Надежда, любовь, потеря и отчаяние несметного количества уникальных сортов — все они были направлены на нее, их принцессу, ту, которая, как они "знали", могла им помочь.

Тораксу от этого стало бы дурно.

Кейденс использовала свои добрые слова и сочувственное выражение лица как броню против сокрушительной боли в сердце и потери, которые пытались раздавить ее. В отличие от своей тети, она не пряталась за простой маской. Каждый из этих пони заслуживал ее полного внимания, но это было трудно, очень трудно.

Многие потеряли своих близких, некоторые просто потерялись, но трагически много было погибших. Еще до того, как поступили сообщения, она знала об этом. Она никак не могла не знать, когда каждый пони принес с собой доказательства благополучия своих близких. Все, что ей нужно было сделать, это взглянуть на линии сердца.

Даже периферийным зрением она могла видеть все, что нужно, — всех пони, выстроившихся в ряд в ожидании личной аудиенции.

Две кобылы, которые подошли и поклонились, не вызвали ничего тревожного. Но у жеребца, стоявшего следом, было слишком много бледных полупрозрачных линий. Когда-то эти линии сердца согрели бы ее душу и вызвали улыбку на ее губах. Теперь же это свидетельство того, что любовь превыше смерти, превратилась из сокровенного напоминания в предвестник отчаяния. Эти линии сердца стали призрачными, потому что вели к тем, кто сейчас находился в Вечных Полях.

По крайней мере, в толпе не было ни одного из ее новоявленных кошмаров. Оборванные линии сердца гнили и разлагались. Каждое почерневшее и сгоревшее извращение означало, что еще один потерян навсегда. Пони, чьи души поглотила тьма.

Пони, стоявшие перед ней, задали свой вопрос. На этот раз, для этих двух кобыл, стоявших перед ней, их желание исполнилось. На этот раз она могла дать им ответ, который они так отчаянно хотели услышать:

— Они живы, и в Понивиле они будут в безопасности под защитой Твайлайт.

Их глаза ожили, и они обняли друг друга. На мгновение показалось, что они могут обнять ее, но потом они вспомнили, что она принцесса, и поклонились.

Некоторым она может помочь… другим… Мне бы очень пригодились эти объятия…

Когда две кобылы ушли, а следующую пони пригласили вперед, она сложила крылья и потянулась за стаканом воды. Она не хотела рисковать тем, что ее голос предаст ее, не сейчас. Чай или сидр были бы лучше, но ни то, ни другое не подходило для этого момента. Ей хотелось вздохнуть, но вместо этого она просто продолжала говорить спокойные, успокаивающие слова:

— Здравствуйте, чем могу помочь?

Она вдохнула, и многие запахи пришли к ней, но самые важные отсутствовали. Прошло так много времени, что ее шерсть не несла даже намека на него. Я скучаю по тебе.

Вошел новый стражник и пронесся мимо длинной вереницы пони. Его сияющие золотые грива и хвост притягивали взгляды толпы, но ее внимание привлекла единственная однотонная линия сердца Селестии.

— Принцесса, — сказал стражник Селестии, его голос требовал немедленного внимания.

— Минутку, — приказала Кейденс. Как ты можешь быть таким бесчувственным? Мысленно прорычала она, прежде чем вернуть все свое внимание к стоящему перед ней жеребцу.

Его густая темно-зеленая шерсть была в пятнах и грязи. Его грива могла быть, а могла и не быть такого оттенка коричневого, естественно или нет. Глаза были красными от слез и недосыпания. Она встретилась с этими глазами, этими окнами в душу, и даже без участия ее домена в них пылали надежда и страх. Ей не хотелось произносить эти слова, но ложная надежда может быть хуже правды.

Жеребец крепко прижимал к груди открытый медальон. В реликвии лежала семейная фотография, последняя, которую они успели сделать. Он поднял ее, его голос дрогнул, и ему потребовалось несколько попыток, чтобы произнести этот страшный вопрос:

— С ними все в порядке? — Это не одна из игр Шайни. Я не могу просто воскресить их. Слезы грозили захлестнуть Кейденс, кобылу. И хотя она позволила им упасть, принцесса Кейденс не утонула в них:

— Ваши сестра и деверь в безопасности…

Она не успела договорить, как жеребец упал в обморок. Одна часть облегчения и укрепление его сердечной связи с выжившими, десять частей глубочайшей черной скорби. Это была лишь одна история, одна из многих, которые она никогда не забудет.

Она пробовала на вкус каждую из линий, и в тот момент она знала их. Вспышки мгновений, фрагменты эмоций. Кобылки-близнецы шести лет, молодой жеребенок и его беременная мать. Для Селестии каждый из них был бы просто цифрой, статистикой. Для Кейденс каждый из них был еще одним кинжалом в сердце. Каждый раз терялось что-то бесценное и незаменимое.

Кейденс поднялась, ее грация была доведена до автоматизма. Каждый шаг копыт в сторону жеребца казался ей вторжением, но она не позволила этому остановить себя, и вскоре она обнимала его крыльями, а он рыдал у нее на груди.

В сознании Кейденс поселилось некое присутствие, груз, который не должен был там находиться, но был полностью принят ее магией. Это мог быть только один пони, и он мог подождать, поэтому она проигнорировала его. У нее было нечто более важное.

Ее магия играла вдоль линий сердца, все они были призрачными, все вели к пони, которые были только мертвы. Только мертвы? До чего же дошло, что слова о том, что пони только мертв, приносят ощутимое облегчение? Я не могу оставить его в таком состоянии. Не могу.

Визуализируй свое намерение. Они были мертвы, но у них все еще были активные сердечные линии, так что они все еще существовали. Что я хочу сделать? Она протянула магию и проследила линии. Они все еще были там, все еще были реальны и все еще любили его, но он просто не чувствовал этого.

— Дай им надежду, — произнес голос Найт.

— Как? У них нет моих ощущений. Они не могут знать. Они…

— Можно? — Найт произнесла простые слова, лишь верхушку айсберга, которые представляли собой массу мыслей и идей.

— Наш пакт? — спросила Кейденс, продолжая издавать легкие осторожные звуки.

— Ты все еще наша ученица. Мы причиним тебе только тот вред, который необходим для твоего обучения.

— Я должна помочь ему… или он просто попытается присоединиться к ним.

Мир стал черным.

* * *

Кейденс бушевала, кричала и била копытом по древним воротам. Они даже не пошатнулись, не было даже малейшей вибрации.

— Отдайте его! — Ее голос был настолько сильным, что у нее лопнули ушные перепонки.

Но ворота все равно не пускали ее. Она пыталась прорваться внутрь. Каждый беззвучный удар лишь подстегивал ее. Каждый удар был чуть сильнее предыдущего. И все равно ворота не пускали ее.

Часы превращались в дни, дни — в луны, а луны — в годы, но она все еще была отвергнута. Постепенно ее неистовство ослабло. Постепенно ярость покинула ее. Вместо нового удара она прижалась к воротам:

—Пожалуйста, не бросай меня.

Это была первая мольба за долгое время, и, как и в прошлый заход, она не принесла снисхождения к ее участи. Ее глаза горели, но слезы не падали.

Медленно она посмотрела на свое копыто. Копыто, которое должно было быть сломано и разбито, превратившись не более чем в окровавленный обрубок, если бы она была не аликорном.

Время шло. Могли пройти дни, а могли и десятилетия, но она не двигалась. Какой смысл, когда все пони, которых она любила, ушли? Когда они навсегда остались там, куда она никогда не сможет вернуться, когда все, что она помнила о них, сгорело и исчезло.

Глаза, смотревшие на врата, были холодными, их взгляд был настолько ледяным, что даже эти мощные артефакты постарались не замерзнуть и не рассыпаться перед ней.

Она повернулась и рванулась изо всех сил. Ноги подломились, но боль ничего не значила для ее замерзшего сердца. Просто еще одна деталь, которую нужно было записать, и информация, которую нужно было использовать.

Ауры здесь не работали, поэтому она задействовала свою регенерацию, чтобы восстановить сломанные кости. Меньше чем через секунду она вызывающе встала на все четыре копыта.

— Тебе не победить нас! — Она плюнула на землю и понеслась прочь, ей нужно было больше сил, и она знала, как их получить.

* * *

Ее ярость требовала действий. Прошло мгновение, прежде чем Кейденс заметила, что делает, а когда заметила, все равно продолжила. Он был мертв. Его больше не было, и все остальное не имело значения. Ее копыто врезалось в морду Найт с удовлетворительным звуком.

Удар сбил Найт с копыт и впечатал ее в кристальную стену прежде, чем она успела моргнуть.

Пространство вокруг нее начало расплываться. Память и понимание вернулись. Мой бастион, я в своем бастионе.

Найт даже не пыталась пошевелиться. Она просто лежала, даже когда вокруг нее материализовались вооруженные Вечные Стражи, размахивая своим оружием.

— Что ты со мной сделала? — прорычала Кейденс, задыхаясь. Ее сердце колотилось в груди, ее домен вспыхивал, когда она отчаянно искала одного очень особенного пони. Ощущение его линии сердца окутало ее собственную душу. Вот! Он жив. Он жив. У Кейденс чуть не отказали ноги. Он был жив. Он был в безопасности. Влага стекала по ее лицу. Счастливые слезы погасили огонь ее праведного гнева. Она поднесла копыто к груди, прижимая к себе линию сердца Шайнинга.

Облегчение вытеснило острое желание, и постепенно ясность победила.

Она сложила крылья. Им больше не нужно было быть готовыми к прыжку к Найт. Она вздохнула и подняла голову, чтобы ее рог больше не был нацелен как копье.

Огонь по-прежнему пульсировал в ее жилах, а сердце требовало действий, даже если в них больше не было необходимости. Как она и учила Твайлайт тогда, много лет назад. Она сделала глубокий вдох и задержала его. Выдохнув, она оторвала копыто и бросила на Найт свой лучший взгляд "мне не до шуток".

— Зачем ты это сделала? — Голос Кейденс был спокойным, слишком спокойным, она знала это. Что ж, это пойдет на пользу, если я все еще злюсь на нее… Взмахом копыта она приказала своим стражникам отступить.

Найт с минуту смотрела на острия копий, затем медленно встала. Взмахом крыла она смахнула несуществующую пыль и приняла архаичную царственную позу:

— Врата, символы на них.

Эти бессердечные врата, это ощущение падения со скалы без крыльев, это превращение ее внутренностей в лед самым ужасным образом. Она никак не могла забыть хотя бы одну деталь.

— Что с ними? — почти прошипела Кейденс.

Найт почти ухмыльнулась:

— Ты хочешь сделать что-нибудь для своих скорбящих пони?

— Конечно хочу. — Осталось невысказанным то, что это должно было быть по хорошей причине, очень хорошей причине.

Улыбка Найт была теплой и пропитанной самодовольством:

— Тогда следуй за мной на этот урок.

* * *

Она моргнула. Жеребец все еще был там, держась за ее крылья. Непрекращающиеся всхлипывания дали ей понять, что она отсутствовала не слишком долго. Все это испытание, эта вечность скорби, должна была длиться не более нескольких минут.

— Ты ужасна.

— И все же я свободно предлагаю свою помощь. — Обычный, раздражающий фасад презрения Найт вернулся в полную силу.

Она проигнорировала Найт и снова вернула свое внимание к настоящему моменту. Она крепче сжала крыло вокруг жеребца. Она открыла рот, чтобы заговорить, а затем закрыла его. Я даже не услышала твоего имени. Ее прикосновение оказалось гораздо более утешительным, чем мог бы быть ее голос. Его копыта обхватили ее со всей силой, и она едва почувствовала это. Пожалуйста, сдержи свое обещание, сестра.

— Я не могу вернуть их, но они все еще любят тебя. Позволь мне показать тебе.

Это было легко, правда. Эти символы она никогда не могла забыть, немного своей магии, и она почувствовала толчок. Призрачные линии сердца снова заиграли яркими красками. Она собрала немного нитей и обмотала их вокруг медальона. Больше ничего не требовалось, но, как говорила тетушка, иногда все решает презентация. На поверхности медальона образовался тонкий хрустальный завиток, образуя маленькую копию Хрустального сердца.

Взмахнув крылом, она повернула открытый медальон к нему. Ничего в изображении не изменилось, но для жеребца изменилось все. Это поразило его эмоции, как удар молота. Его глаза расширились, и он просто уставился на эту крошечную картинку.

— Не за что, — сказала Найт, когда ее присутствие исчезло.

— Настоящая любовь длится вечно, мой маленький пони. — Кейденс на мгновение крепче сжала его. — Никогда не забывай об этом.

Ее мысли снова вернулись к тем воротам, к той дыре в сердце Найт, которую она помнила с такой болезненной ясностью, к тому первому уроку аликорна. Вечная жизнь или забвение. Это был простой факт и еще одна вещь, которой Селестия не сумела научить, но это означало, что Найт и Луна были навсегда разлучены со своей первой любовью непроницаемыми вратами в загробный мир.

Один из охранников, который должен был уйти на пенсию, возможно, Аркан Спарк, помог ошеломленному жеребцу уйти.

— Это будет короткий перерыв. — Она посмотрела в сторону, где прятался персонал гостиницы. — Вы двое, пожалуйста, раздайте пони еду и чай.

Они подскочили, однако их тренировки сработали быстро:

— Да, ваше высочество.

С улыбкой на лице, Кейденс обратила свое внимание на охранника с промытыми мозгами:

— За мной. — После этих слов охранник поднялся и подчинился.

Хрустящий перестук его бронированных копыт следовал за ней с точно рассчитанного расстояния. Все охранники были точны в своих движениях, но этот жеребец был слишком совершенен, почти бездушен, как безмозглый голем.

Она прошла в боковую комнату и устроилась на кушетке, которая не отличалась комфортом, но выглядела достаточно внушительно, достаточно чтобы ее можно было внести внутрь гостиницы.

— Вольно.

Тело стражника изменило положение, но ни одна его часть не расслабилась. Как будто это была просто другая форма внимания. Он просто смотрел на нее бесстрастными глазами.

Я самая красивая кобыла в мире, и я с таким же успехом могу быть стеной…

Она осмотрела его, распахнув свои органы чувств, и действительно посмотрела на него.

Его телу не хватало физической твердости и упругих мышц, которые она так ценила в своем Шайнинге. Ей казалось, что здесь находится одно из заклинаний Селестии, а не настоящий живой пони. Но самым ужасным были десятки аккуратно вырезанных линий сердца, каждая из которых была отмечена тусклым стальным серым цветом абсолютного безразличия.

Мать, отец, сестра и даже его особенная пони теперь значили для него меньше, чем пыль под копытами.

Потрогав отрубленные концы своей магией, она увидела, что они холодные, хирургические, без единой частички текстуры, которую можно было бы использовать для восстановления утраченного.

Слезы снова грозили пролиться, но ей на помощь пришел гнев. Четыре пони когда-то действительно любили его, но теперь… Что дает тебе право. Тетя?

— Что такого срочного случилось, что вы решили прервать столь деликатный момент…, — ее глаза искали символ ранга, но не находили. — Гвардеец?

Он достал свиток из-под доспехов. Снова с холодной механической точностью, больше подходящей нежити, а не живому пони.

На нем была фамильная печать. Такую она привыкла видеть почти каждый день. Она приняла его крылом и, щелкнув перышком, сломала печать и начала читать.

Первые полстраницы были политическими пустяками. То, что можно было записать и убрать в архив, чтобы создать некое подобие иллюзии, что Селестия вообще заботится о законах страны.

Пожелания и обещание еще дюжины подобных зверств, что она сотворила, больше походили на угрозу, чем на предложение помощи, о котором говорили простые слова.

Вы называете его телохранителем, но разве соглядатай — не более подходящий термин, тетя?

— У тебя есть семья?

— Нет, ваше высочество.

— Есть планы, когда вы выйдете на пенсию?

Как бы она ни старалась, ее новый телохранитель был таким захватывающим собеседником, что наблюдение за высыхающей краской казалось способным вызвать сердечный приступ от сильного волнения.

* * *

Хорошо быть дома, хотя бы в таком виде. Она провела полупрозрачным копытом по простым перилам и улыбнулась, когда из кристалла вырвался цветочный узор, словно настоящие растения в самом расцвете сил.

Кристаллы, когда-то редкие, теперь были так же обычны, как дерево или камень в ее прежней жизни. Она подняла копыто и смотрела, как свет играет на внутренних гранях кристаллической структуры.

Вопросов было много, но за десятилетия пребывания под крылом тетушки она слишком хорошо знала, что настоящие секреты могут существовать только в том случае, если их никогда не озвучивать.

Сердечная линия Селестии все еще была там, сильная и настоящая. Там была родительская любовь и гордость учителя, но теперь к ним добавились нотки уважения, пусть и омраченные презрением и отрицаемой яростью. Тебе действительно не нравится, когда бросают вызов, не так ли, тетя?

Ее глаза последовали за линией, чтобы взглянуть на далекий Кантерлот. Ты больше не одна… Великий город Селестии хранил множество воспоминаний, в большинстве своем хороших, но в каждом из них теперь было зерно сомнения. Если жизнь Твайлайт была под контролем, то разве может жизнь любого пони, соприкасающегося с верной ученицей Селестии, не подвергнуться такому же вмешательству?

Она покачала головой. Какое это имело значение? Прошлое не изменить, так что оставалось только будущее. Она перевела взгляд на тех пони, которые были ближе.

Она не сосредоточилась на каком-то одном сердце. Нет, она скорее расправила свои чувства, как крылья. Она чувствовала преобладающий ветер и ощущала в воздухе приближающуюся погоду.

Любовь к своим особенным пони. Любовь к их семьям. Любовь к ней, все еще полная благодарности за их свободу, и густой поток заботы и сочувствия к эквестрийцам. Они хотели помочь.

Она улыбнулась и вытолкнула в ночь свою гордость и любовь ко всем своим пони. Насколько бы ты изменилась, тетя, если бы могла это сделать?

Она переключила свое внимание на то, как помочь своим пони собрать их волю в единое. Какими бы благими намерениями ни руководствовались пони, если не спланировать логистику, половину времени они проведут, гоняясь за своими хвостами, а помощь Эквестрии — это очень большая проблема.

Из стены сформировался лист кристалла, на котором уже были написаны необходимые инструкции. Спасибо. Как я вообще управляла империей без вас всех?

— Плохо? — поддразнил мысленный голос Гарнет.

— Ты не ошиблась, но есть и более приятные способы сказать это.

— Это не моя работа. Я — героиня боевика, которой ты хотела быть.

Взмахом своей магии она добавила к приказу свою королевскую печать. Он исчез, и через ее связь она почувствовала, как он материализовался в почтовом ящике, чтобы утром им занялись подчиненные.

Не сбавляя шага, она вошла в стену и оказалась в такой же комнате, только более тихой. Она казалась больше, но это было потому, что она уменьшилась. Она моргнула и перестроилась на свой "нормальный" размер.

Физический мир все еще был виден в отражениях во всех стенах, но они были безмолвны. Она вернулась к перилам. С этой стороны единственными пони здесь были ее фрагменты. Дюжина кристальных пегасов кружила наготове, отряды из тридцати шести Вечных стражей маршировали вокруг, охраняя ее бастион.

Внизу, на тренировочном дворе, обучалось еще больше фрагментов-стражей:

— Нам действительно нужно так много? — спросила Кейденс, перевесив передние ноги через перила и глядя в ночное небо. Здесь все было так же, как и в физическом мире. Благодаря разноцветной ауре и сиянию щита даже в темное время суток в ее городе никогда не было темно. Несмотря на Кристальное сердце, это не место для романтической прогулки под звездами.

Она вдыхала прохладный воздух и просто наслаждалась моментом в одиночестве. Вокруг не было ни пони, которым она была нужна, ни катастрофы, которую ей нужно было остановить, ни фанатиков с промытыми мозгами, которым приказано не спускать с нее глаз.

Приближался неповторимый звук бьющихся в воздухе хрустальных перьев. Даже не глядя, Кейденс поняла, что Гарнет только что прибыла.

— Нам нужно поговорить. — Несмотря на то, как сильно Кейденс этого хотела, тон Гарнет не был радостным.

— Что теперь?

* * *

## 83 Ценная картина

* * *

Твайлайт облокотилась на самый высокий бортик, когда солнце поднялось из-за далекого горизонта. Покрытый кристаллами камень идеально подходил по цвету к ее шерсти. Пурпурный щит подпевал ее рогу, но даже для тех, кто лишен этого чувства, его сияние было бы маяком, для тех кто видел, и если бы они приблизились, новые флаги, развевающиеся на ветру, возвестили бы им, кто претендует на владычество.

Теперь я владею частью чужой страны. Это была мысль, в которую она и подумать не могла, не говоря уже о том, что она смотрела на новые владения.

— Что обо всем этом подумают историки через тысячу лет?

Открытое небо не давало ответа, как и испепеленное пространство под ним.

Она могла бы перечислить всю цепочку событий, приведших к этому, каждое логическое решение, принятое ею, но все равно это казалось бывшей библиотекарше немного невероятным. Не имело значения, что у нее не было прав на эту землю. Вызов Рэд Винга узаконил все. По закону грифонов, все, что она могла видеть с самой высокой башни Сумеречной Цитадели, теперь принадлежало ей, по праву крови и чести.

Присутствие Найт поселилось рядом с ее собственным.

— Можно подумать, это зависит от того, что напишут победители, — сказала Найт, растягивая их общее тело. — Мой мольберт, если позволишь?

Едва она успела подумать, как из внепространственного хранилища выскочили принадлежности Найт для рисования. Она обдумала все книги по истории, которые когда-либо прочла, все те миллионы слов, которые утверждали, что Найтмер Мун и Луна — всего лишь выдумка.

— Спасибо.

— Что ты будешь рисовать на этот раз?

— Может быть, глупость Рэд Винга?

Тот танец был по-своему пьянящим: движения, ритм и высоты, к которым они его подталкивали. Ее язык нашел только тупые зубы травоядного, когда она вспомнила вкус меньшего из ее призов. Ей не потребовалось даже думать о том, чтобы найти главный приз гораздо глубже внутри, в колыбели ее души, он приютился и медленно рос.

— Рэд Винг был глупцом, да, но отнимать то, что осталось от его чести, казалось мелочным. Я бы предпочла, чтобы ты этого не делала.

— Значит, праздник?

Твайлайт задумалась на мгновение, а затем кивнула:

— Это приемлемо. Как прошел твой визит к Кейденс?

— У нее неплохой удар.

— Интересно узнать, откуда у тебя эта любопытная информация?

— Нужный урок потребовал от меня сделать кое-что, что спровоцировало ее.

— ... и она в порядке?

— Да.

— Знаешь, год назад сама мысль о том, что я буду доверять твоему слову больше, чем Селестии, была бы немыслимой.

— Даже нас можно удивить. — Найт закончила настраивать свой холст и начала рассматривать свои краски. — И хорошее, и плохое. Ты научишься ценить эти моменты.

— Одной вещью я не буду дорожить, когда придется вычищать краску из моих перьев...

Найт сделала паузу, а затем, как бы в подтверждение своих слов, аккуратно собрала краску на одно из перьев:

— Ты знаешь, что ты можешь просто вырастить новые, каждое из которых будет свежим, как девственный снег?

Твайлайт моргнула:  — Я знаю... — Это было бы такое простое решение. Она знала все факты, которые делали это возможным. Она даже сняла несколько копий всех своих корней, костей и плоти для исследования. — Почему я не подумала об этом? — размышляла Твайлайт вслух.

— Это простота, моя хозяйка, а ты гордишься своим интеллектом. Ты наслаждаешься своим умственным мастерством. Отрезать кусочки, чтобы избежать необходимости очищать себя —  это решение, которое настолько ниже уровня, на котором ты обычно работаешь, что его невозможно осознать.

— Саморазрушение — это не....

— Мне понятно, и я могу справиться с очисткой, не волнуйся.

Твайлайт знала, что это было незрело, но все равно фыркнула.

— Так утонченно.

— Укуси меня.

— У тебя есть другие, чтобы сделать это за тебя.

Что-то в ее тени изменилось. Без каких-либо визуальных изменений, но почему-то она казалась темнее.

— Привет, Луна, — сказала Найт за мгновение до того, как Твайлайт распознала магию.

Луна выплыла из темноты, элегантно взмахнув крыльями. Несколько мазков краски привлекли кобылу, как мотылька на пламя:

— Это не то, за чем мы ожидали тебя застать.

Найт пожала свободным от краски крылом:

— Мы помним, кем должны были стать. — Тон был легким, и если бы не их нынешнее сосуществование, Твайлайт не заметила бы всплеска горькой обиды.

Прижав свое перо к холсту, Луна изучала незаконченное произведение искусства:

— Может быть, здесь есть дополнительный мольберт?

Пара пустых ящиков была вызвана из внепространственного хранилища Твайлайт и принесена в жертву огню трансмутации. Менее чем через полсекунды после их появления в этом физическом мире они слились воедино, обрели новую форму и стояли наготове в своем новом объединенном виде.

Твайлайт ухмыльнулась и приглашающе взмахнула крылом в сторону нового мольберта, а ее магия накрыла его холстом.

Луна с мягкой улыбкой кивнула и подошла к своему холсту:

— Это было очень интересное путешествие.

— Конечно, оно было насыщенным.

Они погрузились в уютную тишину. Единственными звуками были ветер и взмахи перьев, наносящих краски, которые даже пытались скрыть их дыхание и биения сердец.

Должно быть, мы представляем собой довольно красивое зрелище — пара аликорнов, рисующих на крепостных стенах новой цитадели.

Найт была главенствующей, но это ничуть не уменьшило удовлетворения, застывшего в сердце Твайлайт. Медленная трансформация от цветных полос к определенной форме позволяла наслаждаться опытом иначе, чем импульс положительного подкрепления, который дал бы тот же конечный результат простым прикосновением ее рога.

Вот почему мы рисуем. Мысленный голос Найт удовлетворенно хмыкнул и вызвал образ маленького голубого аликорна с высунутым от сосредоточенности языком.

Она была очаровательна, не так ли? Найт перевела взгляд на Луну и провела взглядом по ее телу, направляясь к картине Луны.

В груди Твайлайт зашевелилось тепло, когда внимание Новы было привлечено к подтянутому телу Луны. Лицо Твайлайт дернулось в улыбке, когда голод по Луне сменился жаждой салата из маргариток и яблок. Спасибо, моя Дрим. Веселье перешло в тоскливую ноту. Ты тогда была счастлива? — спросила Твайлайт.

Найт продолжала рисовать, ее эмоции представляли собой довольно изменчивую массу, в смятении, но уже устоявшуюся. Можно нам новый холст?

У нас осталось еще шесть, — сказала Твайлайт, удовлетворив просьбу.

Найт подняла с мольберта первый холст и на мгновение задумалась. Хотя первая картина была незакончена, грубые формы и очертания все еще вызывали эмоции. Радость от того, что ты жив, что сердце колотится в груди, когда ты пьешь, танцуешь и стремишься к большему. В картине не было ни капли магии, ни зачарования, ни внушения, но она все равно действовала так, как будто так и было.

Полотно было отведено в сторону, словно предложено невидимому помощнику, и Твайлайт поняла намек. С небольшим хлопком и искажением реальности она исчезла.

— Луна, ты помнишь нашу мать? — спросила Найт, ее тон был нечитаемым.

Принцесса Ночи сделала паузу, взмахнув пером.

— Я приму твое молчание как ответ, — сказала Найт и начала рисовать, сначала серым и черным, чтобы создать фон. На этот раз в краску влилась магия. Утрата, гнев, ярость и отчаяние были отодвинуты в сторону и похоронены глубоко, а Найт влила в пигмент любовь, заботу и другие более мягкие эмоции.

Раньше Найт была мастером своего дела, художником, не знавшим себе равных. Теперь же Твайлайт была просто лишена дара речи. Та же свирепость, что двигала Найт в битве, теперь была направлена на создание чего-то чарующего.

Найт закончила свою атаку на холст и, сделав ритуальный взмах крылом, представила свое подношение.

По тому, как кобыла смотрела с холста, было ясно видно, откуда у Луны ее окрас. Пегаска была потрясающим примером экзотической красоты. Ее легкая, гибкая форма и мощные крылья не могли сравниться даже с крыльями Рейнбоу, несмотря на то, что мать Луны была всего лишь художницей.

Луна уставилась на картину, застыв, даже не дыша, а затем медленно, очень медленно, протянула копыто к кобыле, запечатленной на полотне. Кобыла повернулась, чтобы встретить взгляд Луны, и гордо улыбнулась.

— Так она улыбалась нам, когда мы вернулись к ней, когда мы сообщили ей, что показали себя достаточно хорошо, чтобы ей разрешили родить еще одного жеребенка, — сказала Найт.

— Зачем ты показываешь мне это? — прошептала Луна.

— Сентиментальность. — Ничего больше не говоря, Найт осторожно сняла с мольберта завораживающую картину и вручила ее Луне.

— Мы благодарим тебя, — сказала Луна, ее глаза блестели от влаги.

— Ничего особенного, — сказала Найт отрывистым движением, которое нисколько не помогло унять тепло, пылающее на их щеках. — Мы просто хотим попрактиковаться. В конце концов, кто еще будет расписывать твои крылья для нашей свадьбы?

Найт замерла, а губы Твайлайт покалывало от мягкого тепла, прижавшегося к ним. Мир исчез, и существовали только тени, неземная грива Луны и все более глубокий поцелуй. Поцелуи могут длиться долго, когда их участникам не нужно дышать. Маленькая отстраненная часть Твайлайт заметила, как страсть Новы рванулась вперед.

Вспышка золота и солнечной магии разрушила мгновение. Оба аликорна отшатнулись, взорвавшись в движении. Найт действовала, а Твайлайт рефлекторно отступила назад от вспышки и потянулась к своей магии.

Меньше чем за мгновение оба аликорна оказались на расстоянии дюжины шагов друг от друга, их рога пылали, пока они собирали различные средства защиты и оценивали обстановку. Твайлайт мысленно произносила заклинание за заклинанием. Сотни рун плясали на ее роге.

Найт медленно ослабила боевую стойку. Твайлайт потребовалось еще мгновение, чтобы понять, на что смотрят глаза Найт. Когда все их чувства были обострены, а магия направлена на уничтожение любого захватчика, единственное, что было не на своем месте, — это один свиток, упавший на землю.

Свиток приземлился и покатился по камню крепостной стены. Красная лента и золотая печать не оставляли сомнений в том, от кого он. Наступила долгая пауза, пока каждый из них обуздывал, отменял или иным образом делал безопасными инструменты разрушения города, который мгновение назад был на волоске от гибели.

Луна посмотрела на солнце и потрясла копытом:

— Не смешно, Тиа!

Найт перекинула крыло через Луну, подавляя дрожь Твайлайт, в то время как краска размазалась по ним:

— Мы сомневаемся, что она сделала это намеренно...

Луна вздохнула и на одном дыхании собралась с мыслями. Ее аура взяла свиток и сломала печать. Ее глаза быстро пробежали по тексту, прежде чем она развернула его и вручила Твайлайт.

— Это проблема? — спросила Луна, ее аура выделила одну часть.

> Все заключенные и те, кто обвиняется в действиях, нарушающих текущие планы по оказанию помощи пострадавшим, должны быть доставлены в Кантерлот для обработки.

Найт подавила дрожь, которая грозила пройти по позвоночнику.

— К несчастью для нее, я уже кое-что с ними сделала.

— Сделала? — Луна заговорщически наклонилась поближе. — Расскажи.

— Дерево вкусностей... Ух ты, этому определенно нужно более подходящее название.

— Самая подходящая судьба.

— Я согласна, но я не уверена, что у меня есть моральное право осуждать то, что делает Селестия.

— И что, скажи на милость, что по-твоему, она делает?

— Это очевидно, учитывая, что не было запроса на доказательства или отчеты... Ясно, что она собирается использовать свою магию разума со своей обычной... сдержанностью. В лучшем случае это закончится розыском чейнджлингов.

Луна кивнула:

— Она переделывает пони и превращает их в бездумных преданных стражников.

Твайлайт посмотрела на свою здоровую подтянутую ногу, так не похожую на украденную конечность Грей, которую имела ее истинная сущность:

— ... как она сделала со мной? — Рычание в ее собственном голосе когда-то удивило бы ее, но с Новой она начала привыкать к нему.

— Хуже того, в твоем случае сестра хотя бы пыталась восстановить то, что считала потерянным. В этом случае она просто сжигает их умы до чистого листа и набивает их разум копиями навыков тех, кого она пожелает.

Холод поднялся в сердцевине Твайлайт в то самое время, когда пламя Новы бушевало против неё. На мгновение все, что существовало, это шесть маленьких мягких игрушек, парящих в воздухе, пока Свит Дримс рассказывала сказку, и шесть маленьких мягких игрушек были разорваны на части, когда плюшевая Селестия расправилась с ними.

Твайлайт закрыла глаза и сосредоточилась. Одно за другим она сортировала, классифицировала и составляла список того, откуда исходили все внутренние влияния. Жгучая ярость Новы была чисто бездумной, с ее потребностью сжигать и бить. Более хитрое и ядовитое презрение Свит Дрим ощущалось как едкое, поскольку она металась и искала способ действовать. У Грей это была застывшая горечь, которая служила прочным фундаментом для всего этого.

Что я чувствую? Это должен был быть простой вопрос, но это было не так. Каждая мысль, каждая эмоция была связана с одним из ее гостей.

Поднеся копыто к груди, она вдохнула, а оттолкнув его, выдохнула. В отличие от обычного, она вложила в этот вдох всю себя. Из ее марионетки из плоти потек черный туман, и она стряхнула его, как сброшенное платье.

Как и в прошлый раз, мир потек, сместился и перестал иметь смысл. Затем все прояснилось, ее разум успокоился. Мягкий ветерок массировал Твайлайт, проникая в ее обнаженную душу:

— Так-то лучше, — вздохнула Твайлайт, а точнее, использовала свою пегасью магию, чтобы колебать воздух, имитируя тот же эффект.

Луна посмотрела между плотью, которую только что покинула Твайлайт, и нынешней нетелесной формой Твайлайт:

— Веселье удвоилось?

Усмешка, вырвавшаяся у Найт, была совсем не похожа на ее обычный злобный гогот. Она была бурной, энергичной и добродушной, и, казалось, застала бывшую Найтмер врасплох.

Твайлайт изобразила на мордочке ухмылку и позволила своим чувствам раскрыться. Без плотского барьера все ее чувства были кристально чистыми и острыми:

— Что это? — Твайлайт посмотрела прямо на подсматривающий зонд. Гордость за дочь уняла почти всю боль. — Очень хорошо, Литтл Стар. На этот раз я почти не заметила.

Луна и Найт проследили за ее взглядом. Мгновение спустя в пурпурной вспышке появилась Литтл Стар и ее метконосцы, уже одетые и полностью готовые к битве.

— Именно так и следует реагировать на неожиданный всплеск магии, дочь моя, — сказала Найт, обнимая маленького единорога обоими крыльями. — Я так горжусь тобой.

— Итак, что случилось? — спросила Скуталу.

— Сестра телепортировала к нам свиток... учитывая дальность и задействованную силу...

Твайлайт кивнула:

— Мы обе испугались и потянулись к нашей магии.

— Эээ, принцесса, кто вы? — спросила Эпплблум, глядя прямо на Твайлайт.

— Кажется, нужно кое-что объяснить. — Найт вмешалась прежде, чем Твайлайт успела сказать хоть слово. — Кто хочет мороженого? — Шепотом она добавила. — Вы двое говорите. Я присмотрю за этими сообщниками.

Как будто это было волшебное слово, заклинание самого священного из десертов, мороженое подействовало как зов сирены, и большая часть табуна пони устремилась за Найт, словно утята за своей матерью.

— Да, никогда не видела такого аликорна, — сказала Эпплблум.

Глаза Свити Белль были прикованы к меняющимся арканным символам в форме Твайлайт, даже когда она рысью бежала за своими подругами:

— Я думаю, она красивая, и она немного похожа на тантабуса из снов Луны.

Потребовалось лишь немного векторного анализа, чтобы понять, какие заклинания привлекли внимание Свити Белль. Твайлайт переключилась. Не могу допустить, чтобы ты этому научилась.

Найт улыбнулась им теплой материнской улыбкой:

— Иногда принцессе нужно быть в нескольких местах одновременно, и для этого есть магия.

Метеор Крэш отстал от группы и поймал взгляд Луны. Простым кивком она отпустила его следовать за кобылками.

Текучими плавными шагами Твайлайт приблизилась к Луне, так близко, что их шерсть могла бы соприкоснуться, если бы у Твайлайт в этот момент была шерсть:

— Найт играет в няньку для жеребят, чтобы мы могли побыть вместе?

— Да. — Луна кивнула и облизала губы. — Кажется, это так.

Твайлайт оглянулась через холку вниз:

— Она действительно любит жеребят, не так ли?

— Жеребята еще не знают, что такое невозможно, поэтому им снятся самые чудесные сны. — В голосе Луны звучали бесчисленные воспоминания и бесконечная тоска.

Луна смотрела на горизонт, ее крылья были полураскрыты. Твайлайт позволила своим глазам задержаться и оценила каждую мышцу по очереди. Опять же, без Новы не было голода, не было жгучей страсти, питающей ее желание. Тем не менее, Луна была прекрасной кобылой. Вот так, свободная от влияния своей внутренней семьи, Твайлайт могла выбирать.

Твайлайт протянула свое крыло и обняла им Луну:

— Если они составят компанию нашей дочери, не думаю, что этот урок они когда-нибудь усвоят.

Луна прильнула к ней:

— Верно.

— Луна?

— Да?

— Ты когда-нибудь жалела о своем возвышении?

Молчание длилось добрых одиннадцать целых две десятых секунды, прежде чем Луна ответила:

— До того, как мы узнали о нашей дочери и о нашей скорой связи, иногда да. — Она достала и снова развернула свиток Селестии. — А ты?

— Нет.

— Нет?

— Я не жалею, что стала аликорном, но многое вокруг было не совсем... идеальным, — сказала Твайлайт, глядя в сторону далекого Кантерлота.

Ее талант предложил свою помощь. Город был совершенно не виден, но при правильном искривлении пространства он все еще находился в зоне действия множества наступательных заклинаний. Твайлайт поиграла с несколькими вариантами и рассчитала мощность, радиус взрыва и минимальное безопасное расстояние. Это была довольно интересная головоломка: достаточно мощности, чтобы пробить защиту Кантерлота, но недостаточно, чтобы повредить Понивилль. Дополнительные сложности, связанные с тем, чтобы оставить незатронутыми "Пончики Джо", книжные магазины и дом ее родителей, они были столь же сложными, сколь и интригующими. Если я правильно направлю взрыв... В ее голове мелькали образы и расчеты вектора силы. С помощью правильных взрывов она могла бы просто сбросить части города с горы. Когда они отлетят на минимально безопасное расстояние, варианты их уничтожения расширятся.

Поглаживание Луны резко прервало вычисления. Последовавший за этим поцелуй оставил страницы мысленных заметок Твайлайт разбросанными по всему ее ментальному пространству. Даже без страсти Новы, это был опыт. Без всякой плоти на пути, даже малейшее прикосновение Луны было электрическим, но даже несмотря на это, один вопрос не давал ей покоя. Где она собирается достать мороженое?

* * *

## 84 Убийство с добротой

* * *

Как все могло дойти до такого? Этот постоянный вопрос не давал ему ни минуты покоя. Он терзал его разум сильнее, чем дрожь, терзавшая его проклятую Тартаром плоть.

В его груди зародился смех, но боль и надрывный кашель отбросили всякую охоту к юмору. Думал ли я, что сыграю свою роль так хорошо, что Селестия, нуждающаяся в моей помощи, станет моей погибелью?

Селестия дала ему еще десять своих марионеток, причем двум из них дала четкие указания оберегать его. Даже когда шторы были закрыты, сквозь них пробивалось едва заметное золотистое свечение. Оно согрело бы сердце любого другого пони, но для него это было высшей иронией судьбы.

Красная жидкость в его чайной чашке была настолько густой, что больше походила на лакомство для жеребят, чем на напиток. Пожав плечами, он попробовал его ложкой, и да, это действительно было желейное зелье со вкусом чая.

Он зачерпнул немного колеблющейся массы и посмотрел, как она блестит. Он чувствовал себя как жеребенок, но это его не остановило. Этот вкус ударил его по языку, как химическое оружие. Его тело хотело выплюнуть рвотные массы, чтобы избавиться от мерзкого вторжения, но он просто сделал длинный успокаивающий вдох.

Зеленый чай с цветком бузины был лучше. Этот чай с розой и ягодами сделал очищение вкусовых рецепторов бесконечно более предпочтительным мероприятием, чем повторная дегустация этого напитка.

Прошло полчаса, прежде чем он насильно скормил себе лекарство, и еще полчаса, прежде чем его постоянные мучения утихли до приемлемого уровня:

— Все это будет стоить того, — выдохнул он с легкой заминкой.

После еще нескольких медленных вдохов он переключил свое внимание на прискорбно большую стопку бумаг. С таким количеством перемещенных пони и таким количеством грузов все это складывалось воедино. Благодаря его усилиям по реорганизации, это было вполне преодолимо.

Через некоторое время заполнение бумаг и логистика стали автоматическими, и он переключился на более насущный вопрос. Как мне уйти?

Он не осмеливался рисковать, используя свои особенности на своих помощниках. Селестия ни за что не продержалась бы так долго, если бы оставила все на волю случая. Он готов был поспорить на свой рог, что ее новые инструменты имеют способ немедленно докладывать ей.

Должно же быть хоть что-то.

Он мог бы активировать последнего из своих спящих агентов, но, учитывая текущую ситуацию, даже получение закодированного сообщения займет неделю.

Можно было использовать ментальное воздействие, чтобы убедить некоторых перемещенных пони напасть на них. Это было рискованно, но можно было выиграть немного времени, а при правильных заклинаниях они могли даже снабдить его обгоревшим трупом, чтобы оставить вместо себя. Проблема была в том, что он понятия не имел, насколько проницательны или боеспособны творения Селестии.

Его мысли остановились на инструменте, который он собирался использовать в подобных случаях. Проклятие. Если бы только оно работало так, как было задумано, все было бы идеально. Цифры на странице дразнили его и возвещали о его просчетах.

Словно вызванный его мыслями, следующий отчет привлек его внимание. Это был простой список цифр. Учет тех, кто еще жив, тех, кто ранен, и тех, кого признали погибшими.

— Так расточительно.

Каждый потерянный пони уменьшал численность Эквестрии. Умышленно тратить жизни с целью — это одно. То, что произошло, было чем-то другим. Но были ли у него другие варианты?

Если бы только он мог снова замаскироваться, но нет, даже если бы его тело выдержало нагрузку, ему нечего было предложить чейнджлингам.

Усталый многострадальный вздох вырвался из его тела. Он поднял копыто, и оно выглядело так, как он и ожидал. Он повертел его и изучил каждую деталь. Прошло столько времени с тех пор, как он в последний раз видел свою истинную внешность, и теперь она выглядела естественной и правильной.

Снаружи загрохотали доспехи, и паладин с промытыми мозгами рявкнул: "Стоять".

— Йипп.

Ноубл Гид помассировал лоб:

— Впустить.

Доспехи снова сдвинулись, и стук копыт по земле возвестил о том, что паладин отступил в сторону.

Дверь распахнулась, открыв робкую, боязливую кобылу. Ее наследие кристальной пони и серебристая шерсть не позволяли забыть ее имя:

— Входите, мисс Миррор, и, пожалуйста, пусть вас не беспокоит усиленная охрана.

— Они все такие?

— Боюсь, это связано с Кантерлотом, там от них этого ждут, и могут пройти годы, прежде чем они снова начнут вести себя как нормальные пони, когда их переведут в другое место.

— О.

— Да, это так утомительно, как и следовало ожидать. Теперь, как бы ни было приятно получить визит такой прекрасной кобылы, как вы, правильно ли я понимаю, что это не просто светский визит?

— Мы закончили инвентаризацию частных складов, — нерешительно сказала мисс Миррор.

— Вы нашли что-то неправильное?

— Есть кое-что… — Миррор сдвинулась и возилась со своей гривой, как ученик, который понял, что прочитал не тот учебник и плохо подготовился к уроку.

Его раздражение нарастало, но не находило выхода. У старого профессора ШСОЕ нашлось бы, что сказать. Темный маг мог бы уже заставить кобылу кричать, но Ноубл Гид, добрая и щедрая душа, мог только ободряюще улыбнуться кобыле:

— Пожалуйста, продолжайте.

Миррор поморщилась, но продолжила:

— Один склад был полон контрафактных товаров, несколько ящиков с поддельными медицинскими препаратами, которые скорее сделают тебя больным, чем помогут и… — Она снова остановилась, не в силах вымолвить и слова.

— У вас есть отчет? — спросил он, сжалившись над ней.

Кобыла кивнула и медленно подтолкнула папку к столу. Ноубл Гид взял ее своей магией и пролистал исписанные страницы, прочитывая текст. Затем он нашел это — запись, которая остановила мисс Миррор. Ему даже не нужно было читать слова. Фотография, прикрепленная скрепкой, говорила сама за себя. Семь сморщенных коконов чейнджлингов, в каждом из которых лежала исхудалая оболочка, когда-то бывшая пони.

Он поднял фотографию копытом:

— Тартар, как долго они там находились?

— Судебные эксперты считают, что с момента нападения на принцессу Кейденс.

Он сделал медленный вдох и произнес своим лучшим мрачным голосом:

— Мы знаем, кто они были?

Миррор покачала головой:

— Они хотят провести другие тесты, прежде чем извлечь их.

Ноубл Гид потер под рогом. Это ничего не дало от надвигающейся головной боли. Это только привлечет еще больше внимания, — подумал он, пытаясь найти любой способ превратить это в возможность:

— Спасибо, что так быстро обратили на это мое внимание, — сказал он, голос его был полон сочувствия. — Если вам нужно взять несколько дней отпуска…

— Нет, я не могу этого сделать. Нас и так не хватает. — Она тепло улыбнулась, но ее глаза все еще выглядели затравленными. — Спасибо, тем не менее. Как только все уляжется, я думаю, что уйду на пенсию пораньше.

— Принцессы усердно работают. Все будет улажено к концу года. — Если понадобится, то и моими копытами. Он это не сказал.

Миррор вздохнула и в этот момент выглядела на десятки лет старше:

— Я надеюсь на это, правда… Я думала, что хуже уже быть не может, а потом мы нашли… это.

Он посмотрел на золотистое свечение, проникавшее под закрытую дверь. Все всегда может стать хуже, подумал он, но его слова были полны надежды:

— Теперь, когда принцесса Селестия отправила своих паладинов, нам не о чем беспокоиться.

— Надеюсь, вы правы.

* * *

Слишком много часов спустя он лежал в постели. Это вполне мог быть каменный пол или ложе из шипов — все, что способствовало его комфорту. Мысли неслись в голове, несмотря на свинцовую усталость, которая бесплодно пыталась затянуть его в дрему.

— Как мне это использовать? — пробормотал он.

Он держал фотографию в копыте. Что-то в ней приковывало его внимание. Казалось, что план вот-вот будет найден.

Ченджлинги, я же не знаю, где они находятся. Его мысли играли с этой идеей. Не похоже, чтобы чейнджлинги действительно существовали. Им просто нужно думать, что они есть…

Немного магии разума, и те, кто сообщает о чейнджлингах, умирают от кислотного яда или передозировки парализатора, чтобы никто не мог заглянуть в их разум:

— Хм…

Что-то должно напасть на меня… что-то должно отвлечь паладинов…

Он не осмеливался использовать свои обычные инструменты. Темная магия, магия разума или даже магия крови были исключены. Оставалась только земная магия.

— Земная… — Это была одна из причин, по которой его коллеги смеялись над ним. Какой истинный единорог не владеет астральной магией? Пресловутая магия телепортации и многие другие полезные заклинания требовали этого, и хотя он знал все руны и освоил все теории, он никогда не смог бы их применить. Даже простейшая пространственная магия навсегда осталась за его пределами.

— Земная. — Он снова задумался, сплавляя камень, копая, вырезая. Ее можно было использовать для стольких полезных, но ужасно обыденных вещей. Он перебрал в уме свой огромный каталог заклинаний. Подавляющее большинство было просто отброшено.

Земляные шипы, полезная, но медленная наступательная магия, способная игнорировать некоторые магические защиты. То же самое для каменного клинка. Окаменение?

Окаменение… Он проигнорировал боль и медный привкус, улыбнувшись. Отлично. Как только цель станет каменной, простое заклинание формы, и я смогу сделать ее похожей на себя. Еще немного, и я смогу получить своих чейнджлингов… а как там насчет заклинания оживления камня?

Маниакальный смех грозил вырваться из него. К счастью, он превратился в мучительный кашель, иначе Селестия могла бы услышать его из Кантерлота. Вместо этого капли крови, которые появились вместе с ним, только подтвердили, как мало времени у него осталось.

* * *

## 85 Неожиданные слова

* * *

Расписание Сансет на день было сорвано, и ей некого было винить, кроме себя. Ловушка, в которую попала Сансет, была самого коварного типа. Как бы она ни старалась, ей не удавалось вырваться из нее ни на йоту. Из всех последствий того, что она позволила Флаттершай увидеть себя в теле пони, Сансет не должна была удивляться ни ее широко раскрытым глазам, ни тому, как это привело к нынешней ситуации.

Стонать от удовольствия было бы совершенно неуместно, поэтому Сансет прикусила губу, пока пальцы Флаттершай втирали цветочный шампунь в ее гриву. Это было божественно, это было греховно. Даже самая лучшая спа-процедура никогда не была так приятна. Особенно легкие прикосновения к ушам или к рогу.

Она знала, почему это так приятно, но это не помогло ей сдержать румянец на щеках. Все дело было в обострении чувств, вызванном даром Найт, и совершенно не имело отношения к тому, что Сансет могла хотя бы оценить, насколько привлекательным человеком была Флаттершай, или так она говорила себе.

Сансет закрыла глаза и просто наслаждалась вниманием. Неудивительно, что ее животные с радостью подчиняются этому.

Флаттершай закончила с гривой Сансет и перешла к ее телу. Теплая вода приятно обдала ее мышцы, когда включилась душевая лейка. Душ с гидромассажем был чудом человеческого мира, от которого она ни за что не хотела бы отказаться, но то, что из ее горла вырвалось пение — простой факт, что все находилось под чужим контролем, делало его скорее чувственным, чем обыденным.

Время проходило в дымке ощущений, когда каждый дюйм четвероногого тела Сансет был вычищен, расчесан и ухожен до совершенства. Расслабляющие ароматы и постоянные успокаивающие прикосновения помогали погрузиться в заманчивый сон. Я просто отдохну несколько минут, подумала она, когда из нее вырвался небольшой и, надеюсь, не милый зевок.

* * *

— Ммм, Сансет? — Нежный голос позвал, возможно, не в первый раз.

— Хм? — Это было все красноречие, которое смогло прорваться сквозь окутавшую Сансетдымку удовлетворения.

— Твоя книга светится. Может быть, тебе стоит ответить в ней, ну, если ты хочешь?

Сансет медленно открыла глаза и потянулась. Поднявшись на копыта, она выгнула спину дугой, как кошка. Писк радости, который издала Флаттершай, был бы неслышен человеческими ушами.

— Я приготовила тебе вкусный завтрак, если хочешь.

Сансет посмотрела на свою подругу, в эти яркие голубые глаза, полные такой хрупкой надежды, что любой ответ, кроме "да", мог быть равносилен военному преступлению:

— Да, пожалуйста, Флаттершай. Спасибо.

Флаттершай открыла крышку герметичной упаковки, и тут же чувства Сансет ожили. Половина запахов говорила о вещах, которые в человеческом обличье были бы ужасны на вкус, но для носа пони это было что угодно, только не разочарование. Она почувствовала, как у нее началось слюноотделение: чудесные сочетания ароматов обещали ее желудку удовольствие наравне с тем, что вчера получило все остальное тело.

Застенчивая девушка поставила подношение на пол перед Сансет. Может, оно и было в миске для животных, но то, что было в ней, с лихвой компенсировало непреднамеренное оскорбление. Свежеприготовленное ассорти из зелени, фруктов, лепестков цветов и орехов с хрустящими зернышками в качестве гарнира. Не успела она опомниться, как набрала целую дюжину аппетитных кусочков:

— При лучшей сервировке это можно было бы подавать во дворце, — пробормотала Сансет между глотками.

— Это не так уж и хорошо.

— Да, это так, что даже принцесса бы… — Сансет сделала паузу, принцесса, Селестия, ее наставница, Селестия, властительница солнца, аликорн. Она почувствовала, что ее настроение начинает падать, когда она вспомнила некоторые из более счастливых воспоминаний тех времен. Тот гордый взгляд Селестии, когда Сансет осваивала новое заклинание, то время, когда Сансет была ужасно больна, так больна, что ее жеребячий разум думал, что она умрет, а Селестия отменила все свои королевские обязанности, только чтобы заботиться о ней. В то время они делили вкусную еду и болтали о магии и гипотетических ситуациях, и о том, как каждый из них решил бы их.

— Ммм, принцесса бы что сделала?

Сансет отмахнулась от воспоминаний:

— Это потрясающе вкусно, Флаттершай. У тебя даже вкусовые рецепторы не такие, как у меня, а это лучше, чем большинство из того, что я ела во дворце. — Улыбка Сансет была горько-сладкой. — Принцессе Селестии это очень понравится, и она может сделать тебя своим шеф-поваром, если у нее когда-нибудь появится шанс попробовать.

— О нет…

— Тебе не нужно об этом беспокоиться. Я позабочусь о том, чтобы она ничего не съела.

— Спасибо? Возможно, ты захочешь посмотреть, о чем пишет принцесса Твайлайт.

Сансет съела еще несколько кусочков изысканного завтрака, а затем наложила немного магии на свой рог и притянула к себе дневник для общения. Мульти-кастинг. Эта мысль вызвала не меньше радости, чем все остальное, поэтому она с улыбкой продолжала хрустеть, пока книга раскрывалась и парила в воздухе перед ней. Внутри оказалась еще одна сложная схема заклинания, а затем еще одна.

— Что это? — спросила Флаттершай.

— Это?

Флаттершай кивнула.

— Это мой урок. Или домашнее задание.

Флаттершай увидела сложное расположение рун заклинаний и, по ее мнению, ничего из этого не поняла:

— Это какая-то головоломка?

— Нет, это просто заклинание.

— Заклинание?

— Да, я же единорог. — Сансет указала копытом на свой рог. — Магия — это вроде как наша фишка.

— И что же оно делает?

— Вообще-то я не знаю. Это моя первая задача, выяснить, что оно делает.

— Это не кажется очень безопасным. Ты все время говоришь нам, что магия может быть опасной.

Сансет кивнула, доедая последний кусочек:

— Так и есть, поэтому я и не собираюсь пытаться наложить его, пока не разберусь во всем и не попрошу Н… Твайлайт проверить мою работу.

— Это хорошо… ммм, я думаю, есть еще кое-что.

Флаттершай была права, но это было не заклинание, а простые слова.

> Удачи с этим. Она тебе пригодится.

> А теперь, боюсь, я вынуждена уйти, но моя дочь попросила поговорить с тобой. Есть ли у тебя время, чтобы удовлетворить желание моей дочери?

Аура Сансет завладела ее любимой шариковой ручкой, когда она начала писать ответ.

— Она тоже еще одна милая маленькая пони? — спросила Флаттершай, голос которой был полон тихой радости.

— Я сама ее не видела, но, Флаттершай, думаю, ты бы нашла любую кобылку очаровательной.

> Я просто отдыхаю, поэтому у меня есть время. Флаттершай тоже здесь.

> Значит, еще одна, которую моя Литтл Стар может попытаться очаровать. Только помни, несмотря на то, какой умной она кажется, у нее еще очень мало жизненного опыта.

> P.S. Не заставляй ее делать за тебя домашние задания.

Сансет фыркнула от удовольствия. Этот чисто лошадиный звук вызвал у Флаттершай желание погладить ее:

— Я снова засну, если ты будешь делать это слишком подолгу.

Флаттершай прикрыла рот рукой, чтобы скрыть очаровательное хихиканье, которое вырвалось у нее:

— Маленькой пони нужно поспать?

Когда-то такой комментарий вызвал бы ярость, был бы встречен язвительной отповедью, жестокой отповедью и, возможно, даже огненным шаром. Теперь же Сансет только усмехнулась:

— Продолжай в том же духе, и я сделаю это.

> Привет, я Литтл Стар, моя мамочка Твайлайт разрешила мне писать тебе.

> Приятно поговорить с тобой, Литтл Стар. Я Сансет Шиммер.

> Это не разговор. Ты знаешь заклинание, которое могло бы модифицировать книгу, чтобы мы могли использовать ее для передачи голоса? И еще, привет, Флаттершай-два.

— Можешь поздороваться за меня? И почему она называет меня Флаттершай-два?

— Почему бы тебе не спросить ее? — Сансет схватила вторую ручку и протянула ей.

Флаттершай уставилась, и хотя это была обычная ручка, через мгновение после того, как чернила коснулись страницы, она изменила цвет:

— А разве она должна так делать?

— Это просто магия книги, чтобы было понятно, кто пишет. — Сансет ободряюще кивнула рогом в сторону книги.

> Привет, Литтл Стар. Я Флаттершай. Могу я спросить, почему ты называешь меня Флаттершай-два?

> Здравствуй, Флаттершай. Есть три причины.

> Ты — вторая Флаттершай, с которой я общаюсь.

> Ты не избранница моей мамочки Твайлайт, как Флаттершай-один.

> Есть вероятность, что ты не настоящая, но это не страшно, пока ты можешь мыслить.

> Пожалуйста, не могла бы ты дать ответы на следующие вопросы?

> - Можешь ли ты мыслить?

> - Чувствуешь ли ты себя настоящей?

> - Каково это — быть человеком?

> - Нравится ли тебе быть человеком?

> - Нравятся ли тебе животные, как Флаттершай-один?

> - Как ты думаешь, мои мамочки — животные из-за нашей морфологии, или мы, пони, люди, потому что можем говорить и писать?

> - Что ты думаешь о магии? (Мне нравится магия)

> - Ты разговаривала с оригинальной собой?

> - Можешь ли ты разговаривать с животными?

> - Можешь ли ты использовать Взгляд?

> - Если бы зеркало было разбито, как ты думаешь, ты бы перестала существовать?

Флаттершай отпрянула, как будто ее заклинило, как будто слова, написанные на странице, несли в себе физическую силу:

— Не настоящая? — Нотки ужаса слегка дрогнули в почти прошептанных словах.

Сансет закатила глаза, стараясь, чтобы Флаттершай этого не увидела, затем приподнялась на задние ноги, чтобы заключить человека в объятия:

— Ты настоящая во всех смыслах, — сказала Сансет, ободряюще проведя копытом по спине человека. Пока она утешала Флаттершай, все больше и больше вопросов начали заполнять вторую страницу, а затем и третью.

С рогом это была жеребячья забава — писать в книге, даже не заглядывая в нее. Сансет перешла на следующую страницу, так как вопросы Литтл Стар все еще не прекращались, уже дойдя до сто четвертого вопроса.

> Литтл Стар, я знаю, что все вопросы задаются только потому, что ты взволнована, заинтересована в ответах и рада написать нам, но существа, которые не являются учеными, обычно плохо реагируют, когда ты намекаешь, что они могут не существовать или быть не более чем заклинанием.

Постоянное легкое покалывание на ее роге с каждым полученным словом прекратилось. Магия книги умолкла.

> Я прошу прощения, приношу свои извинения за любые обиды и причиненные страдания. Я добавила это в свой список для социальных взаимодействий.

— Это так по-Твайски.

— Что именно?

Сансет кивнула в сторону книги.

— У нее должен быть список?

— Ну, если она такая же, как Твайлайт, то у нее должны были быть уроки дружбы.

— А кому нужны уроки дружбы?

— Некоторым пони, кажется. — Сансет пожала плечами. — Я манипулировала и была злым демоном, но даже мне нужна была помощь в том, чтобы правильно понять дружбу.

— А разве тебя и Твайлайт не обучала твоя Селестия?

— Да… Чем больше я узнаю, тем больше думаю, что бессмертие — это не рецепт для понимания смертных.

Флаттершай взяла перо и на мгновение замешкалась.

> Все в порядке. Я знаю, что ты не пыталась быть злой. Просто некоторые из этих мыслей немного пугают.

> Могу ли я спросить, почему это страшно?

Пока Флаттершай продолжала беседовать с Литтл Стар, Сансет переключила свое внимание на домашнее задание. Потребовалась всего секунда, чтобы с помощью заклинания скопировать нужные страницы из дневника на чистый лист бумаги. Сложные арканные формулы выглядели гораздо менее грандиозно на бумаге для принтера формата А4 по сравнению с плотной кантерлотской бумагой.

Итак, что делает этот фрагмент? Первая серия рун соединялась со второй, которая переходила в первую. Сансет провела по ним копытом, но все равно это не имело смысла. Все, что это делает, — тратит энергию… вероятно, с некоторой утечкой в виде света и тепла. Она окинула взглядом остальную структуру заклинания. Она была плохо продумана, и в результате эффект заклинания будет сопровождаться потрескиванием, а при чрезмерной мощности, возможно, и усилением потерь магии.

Одно это заклинание нарушит все мои активные заклинания. Зачем ты прислала мне это? Чему я должна научиться в этом беспорядке? Она покачала головой и погрызла ручку. Это даже не годится для разрушения заклинаний…

Флаттершай вздохнула. Это не был ее обычный вздох. Нет, этот был как-то мягче и в то же время бесконечно более испуганным. Человек прижала руку ко рту, и ее расширенные глаза уставились на страницу. Ручка выпала из ее бледных, дрожащих пальцев.

Что теперь.

> А потом мама съела его сердце. Такие действия являются важной частью культуры грифонов и означают присвоение силы побежденного. Это помогло немного расширить мое представление об анатомии грифонов, но было слишком грязно, чтобы многому научиться.

— Что за конские яблоки?

* * *

Чтобы успокоить Флаттершай, потребовалось два успокаивающих заклинания и сонные чары, и целый час, чтобы выудить всю историю из Литтл Стар, которая вдобавок снабдила нижние уголки страниц дневника иллюстрациями битвы. Если вы пролистывали их достаточно быстро, то воспроизводились последние несколько секунд поединка.

Чай с ромашкой и медом мало помог успокоить нервы Сансет, но, по крайней мере, его было удобно держать в копытах. Сансет перевела взгляд на спящую подругу. Простое заклинание памяти — вот и все, что нужно, чтобы все исправить.

С утилитарной точки зрения, это было правильным решением. Это именно то, что врач-пони прописал бы при травме. С человеческой точки зрения, это было нарушением доверия. Это было осквернение их разума.

Сансет снова пролистала страницы и увидела, как заднее копыто Твайлайт врезалось в грудь Рэд Винга и отбросило его в сторону. Если бы это было цветным, некоторые люди могли бы смотреть на это. Эта мысль была лишь отвлекающим маневром, и Сансет знала это. На самом деле дуэли до смерти — это не то, в чем Твайлайт Спаркл, Принцесса Дружбы, когда-либо принимала участие.

Зазвонил телефон Флаттершай. Сансет потянулась к нему своей аурой. Телефон подплыл к ней, и на его экране высветился номер Рэрити.

— Привет, Рэрити. Боюсь, Флаттершай спит.

— О, с ней все в порядке? Она должна была встретиться со мной в спа.

Сансет на мгновение пожевала губу. Это был действительно один из тех дней:

— С ней все в порядке, просто есть шокирующие новости от наших нездешних друзей.

— Расскажи, дорогая.

— Это не те вещи, которыми стоит делиться по телефону. — Или когда-либо.

— Ах, не говори больше. Пожелай им удачи, с каким бы негодяем они ни имели дело на этот раз.

— Непременно, — сказала Сансет, снова пролистывая дневник.

Другой голос позвал на заднем плане:

— Я сейчас приду, — ответила Рэрити, а затем сказала. — Мне нужно идти. Я позвоню тебе позже. Присмотри за Флаттершай.

Связь оборвалась прежде, чем Сансет успела ответить. Звонок исчез с экрана, сменившись рабочим столом телефона Флаттершай. Когда она успела это сделать? Изображение Сансет смотрело на нее с экрана телефона. До этого самого момента слово милашка никогда бы не вошло в лексикон, который она выбрала бы для описания себя. Но каким-то образом Флаттершай сделала это, превратила одну из самых сексуальных кобыл, когда-либо рыскавших по Кантерлоту, заменив ее на комочек очарования. — Если Рейнбоу когда-нибудь увидит это, я никогда не переживу этого. — Момент веселья угас, когда Сансет вернулась к дневнику.

Вздохнув, она перевернула его и начала делать записи. Если бы она могла не обращать внимания на то, что это реальные события, или даже просто притвориться, что это древняя история, то читать было бы интересно. Многословный стиль письма Литтл Стар был похож на эссе ШСОЕ, даже когда она бессвязно рассказывала о политических последствиях и исторических мелочах, имеющих лишь косвенное отношение. Как и сказала Найт, Литтл Стар была невероятно умна, но ей не хватало мудрости, чтобы сделать очевидный вывод, и она не имела ни малейшего представления об информационной безопасности. Секреты уровня Аликорна были написаны рядом с заметками о том, что гриффоны предпочитают разные вкусы мороженого.

Эти частички жеребячьей невинности почти вызывали улыбку на мордочке Сансет, но она не могла отвлекаться. Нужно было работать. Где-то здесь должна была быть подсказка, информация, что-то, что ответит на вопрос. Развратила ли тебя Найтмер, Твайлайт?

* * *

## 86.1 Мгновения в лунном свете

* * *

Как и многое в жизни Твайлайт, все началось с эксперимента. Простой вопрос, требующий ответа, и вот результат. Твайлайт подняла копыто и наблюдала, как мышцы, сухожилия и кости работают в идеальной гармонии, чтобы выполнить заданное движение. Это было совершенно обыденное событие, за исключением одной важной детали: ни серебряное копыто, ни бледно-коричневая конечность не принадлежали ей. Ну, если рассуждать формально, то юридически все тело принадлежало ей. Оно принадлежало ей в той же степени, что и душа, которую она бережно хранила.

Душа, казалось, мурлыкала даже тогда, когда она узурпировала полный контроль над ее плотью. Это было так просто. Только тот факт, что Кэндис согласилась, снимал всякое чувство вины. Для смертного просто не существовало возможности противостоять полностью возвысившемуся Аликорну. Все, что они пытались приказать телу сделать, было подобно тихому шепоту Флаттершай в комнате с самыми громкими колонками Винил, из которых доносилась ее музыка.

Она опустила копыто на землю и расправила одно из огромных крыльев. Она и раньше видела, как они двигаются, наблюдала за их полетом и с удовольствием перебирала каждое перышко на них в качестве прелюдии к близости. Теперь пернатый придаток двигался так, словно был собственным крылом Твайлайт. Что-то совершенно обыденное превратилось в шквал почти знакомых ощущений.

Хихиканье, вырвавшееся наружу, звучало чужеродно, хотя она чувствовала каждую частичку биологии, которая способствовала этому.

— Так вот как, по-твоему, ты себя слышишь? — Это был не голос Твайлайт и не голос Кэндис, по крайней мере, не такой, каким Твайлайт привыкла его слышать.

Немного иначе, поскольку мои интонации немного отличаются, но по большей части — да, — произнес мысленный шепот Кэндис.

— Мы так понимаем, что ты была успешна? — сказал голос, звучавший почти как голос Луны.

— Да, — сказала Твайлайт, кивнув головой Кэндис.

— Ты действительно создала произведение искусства с этим телом. Несмотря на то, что ты в нем живешь, в нем нет ни малейших изменений, ни намека на деградацию.

— Ты ожидала таких побочных эффектов?

Луна прохаживалась вокруг нее, чарующие глаза жадно пожирали все, что видели:

— Ничего серьезного, моя дорогая. Возможно, немного прибавится рост или изменится цвет шерсти, в крайнем случае.

Укрытие во плоти имело свои преимущества. Это позволяло увеличить генерацию магии, но были и сложности. Пропала та отрешенность, которую давала обнаженная душа. Когда Луна кружила вокруг нее, гормоны и прочая биохимия начали работать.

Если бы обычное волнение Твайлайт было вином, это был бы другой урожай с соседнего виноградника. Отличительный и уникальный, но все же с ароматом, обещающим восхитительные впечатления.

Где-то здесь была исследовательская работа. Если бы только глаза Луны не были такими завораживающими, она могла бы начать мысленный список. Вместо того, что должно было быть наполнено сравнительной биологией и субъективным опытом, эмоции затуманили разум Твайлайт.

Глубокий успокаивающий вдох привнес бы только еще больше запаха Луны, что никак не способствовало бы ее объективности. Легкий толчок пегасьей магии создал зону свежего воздуха. Все загрязнения и частицы были вытеснены из зоны воздействия.

Игривая ухмылка Луны тоже не способствовала этому. Что я чувствую? Это был еще один простой вопрос. Определенно, это была похоть. Теплое покалывание, учащенное сердцебиение и сосредоточенность на Луне ясно указывали на это. Но это было не все. Под этим было что-то новое. Оно было теплым и мягким. В нем была преданность, и оно хотело использовать доброту и щедрость только на благо Луны. Что это? Это не была дружба, но она была близка и в то же время так сильно отличалась.

Это безусловная любовь, и это то, что я чувствую и к тебе.

По крайней мере, Кэндис была более многословна и элегантна, чем Нова. Безусловная любовь? Кейденс говорила о любви совсем не так. Там были все эти правила, условия и требования. Кейденс могла, хотела и делала все возможное для подготовки к сватовству: заполняла стены, доски и целые библиотеки бумаги. Даже когда разум Твайлайт сосредоточился на логике и разуме, сердце заколотилось от другой реакции. Это были всего лишь простые слова, так почему же они так много значат. “Это то, что я чувствую и к тебе”.

Найт выполняет все наши обязанности… если не сейчас… то когда? — размышляла Луна:

— Твайлайт?

При звуке своего имени она полностью сосредоточилась на текущем моменте:

— Да, Луна? — Даже просто произнесение этого имени всколыхнуло что-то глубокое внутри. Еще одна точка отсчета. Это как с Новой, но вместо нее Кэндис?

Возможно, — добавила кобыла.

— Ты будешь сопровождать нас? — спросила Луна, протягивая копыто в приглашении, ее обычные строгие глаза выражали одновременно тоску и трепет.

Оказавшись между Кэндис внутри и Луной перед ней, мысли Твайлайт замерли. Впервые за долгое время у нее не было ни плана действий, ни мысленного списка. Почти не осознавая, что делает, Твайлайт подняла свое заимствованное копыто к копыту Луны. Улыбка Ночной Принцессы увеличилась прямо пропорционально близости контакта, а сияющая радость в этих глазах была чрезвычайно… любопытной. На ум приходили все новые слова: красивая, гламурная, изысканная, великолепная, потрясающая, пленительная, манящая… любящая. Мысли Твайлайт продолжали находить все новые и новые слова, пока она не остановилась, чтобы отсортировать список по алфавиту. В конце концов, даже в невменяемом состоянии библиотекарь, или бывший библиотекарь в данном случае, должен был иметь какие-то стандарты.

Магия вокруг них была настолько густой, что даже воздух казался мерцающим. Настолько сильная, что даже с ее душой, скрытой в плоти Кэндис, каждая частичка Твайлайт покалывала. С грохотом грома магия взорвалась вокруг них. Тени и серебристый свет окутали их, а затем пара исчезла.

* * *

Ошибка! — крикнул разум Твайлайт, переходя в режим полной паники. Сорок два отдельных мысленных списка были вызваны и готовы, прежде чем она зарегистрировала то, о чем говорили ей ее органы чувств.

Мир вокруг нее был абсолютно безмолвен, и никакие новые запахи не достигали ее заимствованного носа. Текстура земли под ее копытами изменилась. Вместо твердого, выкованного магией камня Цитадели Твайлайт она стала пыльной, почти песчаной. И наконец, магия из ее внутренних резервов использовалась для того, чтобы игнорировать потребность тела в дыхании, действуя как ледяная вода, льющаяся на горящие легкие.

Умиротворенная, но слегка неуверенная улыбка Луны все изменила. Гравитация держала ее меньше, чем ожидалось. Пыльные плоскости вокруг нее были однородно серого цвета, а Луна, что самое главное, выглядела счастливой.

Я на Луне. Паника исчезла. Она тщательно убрала мысленные списки и вместо того, чтобы искать угрозы, позволила себе просто смотреть.

Далеко в небесах, окутанная нитями умбрального света, висела сфера. Это было не золото солнца Селестии и не серебро луны любимой Луны. Ни огромные штормовые системы не танцевали вокруг шара из зелени, голубого, белого и коричневого цветов.

С облегчением Твайлайт опустилась на круп, хотя и в замедленном темпе. Я на Луне? Из крошечной души Кэндис, все еще надежно укрытой внутри, выплыли веселье и восторг. К ним добавились облегчение и трепет, настолько сильные, что из глубины души поднялась головокружительная радость и вырвалась наружу в виде тихого хихиканья, не более чем дрожь, которая вибрировала в ее теле на безвоздушной поверхности Луны. Я на Луне!

Какая-то часть ее души хотела покружиться, потанцевать в кругу, напевая “да-да-да-да-да”, но другая часть ее сохраняла крупицу мудрости. Учитывая магию Аликорна, усиливающую плоть Кэндис, и меньшую гравитацию, вероятность того, что следующей остановкой будет Эквус, была бы равна нулю. Поэтому вместо этого она просто сосредоточилась на потрясающем виде.

Одно дело — смотреть на небо Луны с земли, совсем другое — видеть его фестральными глазами. Видеть его изнутри, глядя вниз с поверхности луны, было уникальным опытом, который не мог дать ей никто другой.

Щеки Твайлайт запылали, однако ей было все равно. Зрелище было слишком впечатляющим, чтобы волноваться из-за простого румянца.

Слегка подтолкнув к глазам магию, земной шар с еще большей мощью перешел в более четкий фокус, и наиболее заметные черты проступили в ясности. Кантерлот, Понивилль, Мэйнхэттен. Выжженные шрамы и извращенная тьма были слишком хорошо видны. Даже больше, чем в полете, земля лежала перед ней, словно карта. Было просто проследить траекторию ее полета, проследить ее путь и увидеть опустошение, которое огонь Новы причинил землям грифонов, чтобы очистить их от морока.

Так вот почему спутники могут быть полезны… — подумала Твайлайт, вспоминая один из многочисленных разговоров с Сансет.

Она направила магию в свой рог, но ничего не произошло. Полсекунды царило замешательство, прежде чем ей захотелось ударить копытом в лицо. Точно, рога нет… Магия закрутилась вокруг уникальной структуры крыльев Кэндис, и пурпурное сияние подняло лунную пыль на уровень глаз.

Странный материал жадно пил магию и впитывал ее. Мгновением позже он излучал свой собственный свет, смесь серебра луны и ее собственного пурпурного цвета.

Было так много экспериментов, так много вещей, которые она могла бы сделать, но, поскольку Луна все еще держала ее за копыто, это казалось менее важным. Это было странно. Не было соблазнительного пощипывания за ухо, соблазнительных прикосновений, просто большое копыто Луны держало копыто Твайлайт.

Взгляд Твайлайт проследовал от темного копыта вдоль ноги, пока глубокие глаза Луны не встретили ее. Они были похожи на бирюзовые бассейны, настолько огромные, что не могли сравниться с океаном, настолько насыщенные, что Твайлайт не смогла найти ни одного слова, которое могло бы передать их, и начала придумывать новые слова и добавлять их в эквестрийский.

Луна отступила назад, и мысли Твайлайт остановились. Лунная принцесса превратила даже это простое действие в произведение искусства, в спектакль, который требовал создания еще новых слов для правильного определения.

Движения Луны идеально согласовывались с низкой гравитацией, она была совершенно спокойна… наконец-то в своей естественной среде обитания. Она взмахнула крыльями в широком экстравагантном приветственном поклоне. Движение было старым и архаичным, а широкая улыбка — не исторически точной, но смысл был ясен. Небольшая часть ее сознания отметила, что улыбка вызвала учащенное сердцебиение. В конце концов, это была прекрасная улыбка. Именно этот поклон использовался в исторической фантастике, которую мне одолжила Рэрити…

Во второй раз за этот вечер Луна предложила свое копыто. Во второй раз Твайлайт согласилась. Как она могла поступить иначе? Луна сделала шаг назад и потянула Твайлайт к своим копытам.

Поворот, еще один шаг — и вот она уже балансирует на задних ногах. Движение было странным и неловким, пока рог Луны не зажегся, и маленькие ласки ауры не помогли направить Твайлайт. Без Найт и Дримс ей потребовалось немыслимое количество секунд, чтобы понять, что происходит. Это был танец. Луна привела ее на Луну, чтобы потанцевать.

Понемногу из Кэндис выплывали маленькие чувства, призраки идей, и Твайлайт следовала за ними, ее движения становились все более плавными, более грациозными, поскольку мышечная память Кэндис помогала ей.

Это было не то научное исследование, которое Твайлайт хотела провести. В ее голове не было ни одного эксперимента или даже плана. Единственное, что имело значение, это движение, танец и ощущение шерсти и перьев Луны, когда они соприкасались.

Они могли танцевать час. Мог пройти год. Все попытки определить временные рамки потерпели неудачу. Их совместное движение остановилось, и их последняя поза застыла. Одно заклинание окаменения, и они стали бы самым романтичным украшением сада, которое только можно себе представить.

Луна закрыла глаза. Когда они открылись, они были полностью фестральными, а в ее улыбке появились те манящие маленькие клыки, которые всегда придавали Свит Дримс вид искусительницы.

Эти кошачьи глаза завладели ею. Они пригвоздили Твайлайт к месту. Судя по тому, как реагировало ее тело, это должен был быть ужас, но это было совсем другое. Предвкушение, волнение и многие другие слова начали терять всякий смысл, когда Луна улыбнулась. Какая-то часть разума Твайлайт порылась в потерянном ментальном словаре. Остальная часть ее сознания отбросила эту ненужную мысль в пустоту пространства. Не нужны были причудливые слова, чтобы понять, что происходит нечто гораздо более важное.

Но Кейденс, правила… — прозвучал в голове Твайлайт малейший голос протеста. Луна лишь улыбнулась и провела пером по щеке Твайлайт. Кейденс была далеко, а глаза Луны были такими манящими.

Луна наклонилась ближе, и ее губы медленно, неотвратимо нашли губы Твайлайт. Последовавший за этим поцелуй доминировал над ее чувствами слабым вкусом манго и мягким, но твердым присутствием языка Луны. Мощные крылья окутали ее, и на какое-то время ей показалось, что за ее пределами вообще ничего не существует.

* * *

Если бы год назад вы спросили Твайлайт, удобно ли ей будет прижиматься друг к другу в безвоздушном пространстве из волшебной пыли, она бы ответила "нет", возможно, с большой буквы и определенно с несколькими эссе и трактатами о том, почему это так.

В данный момент она не могла представить, где бы ей хотелось быть. Когда мысли начали собираться и выстраиваться в стройные очереди, ей пришлось признать, что с технической точки зрения Свит Дримс лучше. Что-то в пребывании в теле Кэндис с лихвой компенсировало это в качестве пост-активного опыта.

Сформировалась первая руна заклинания возвращения, и она остановилась. Твайлайт сотрясалась от беззвучного смеха. Вместо того чтобы просто наслаждаться моментом, я… Она даже не смогла закончить мысль в своей голове. Вместо этого она перевела взгляд на Луну.

Крупная кобыла закрыла глаза и, если не считать отсутствия дыхания, казалось, спала. Из-за того, что крупная кобыла наполовину прижимала ее к себе, она могла слышать медленное биение ее сердца, повторяющееся дважды в минуту, как ровный барабан.

Твайлайт прижалась ближе и перевела взгляд на планету над головой. Какая чудесная ночь — подумала Твайлайт, закрывая глаза. В конце концов, не похоже, чтобы кто-то из пони скучал по ней. Насколько они знали, она все еще была там, внизу, на планете. Это привело к другой мысли, к последнему размышлению перед тем, как впервые, казалось, навсегда, она позволила царству Луны захватить ее. Интересно, как там Найт?

* * *

Примечание автора:

Альтернатиные названия: Элитный клуб “Двести тысяч Селестий” / Я танцую в лунном свете

## 86.2 Лунные размышления

* * *

Довольная улыбка украсила морду кобылы, приютившейся под крылом Луны. Твайлайт, облаченная в плоть Кэндис, погрузилась в дремоту и впервые с момента пленения не отступая в свой бастион. Нет, вместо этого она добровольно отбросила свою защиту и вошла во владения Луны. Твайлайт наконец-то видела сны. Если она вернется в свой бастион, там будет пурпурная защитная сфера. Учитывая опыт Твайлайт, это было подтверждением глубочайшего доверия.

Это должен был быть идеальный момент, и если посмотреть со стороны, Луна знала, что именно это увидит любой наблюдатель. То, что они увидели бы, было бы правдой, если бы не одно обстоятельство.

Одна вещь преследовала ее мысли, несмотря на нежные радости последних часов. Кричащий череп, окутанный хрусталем и огнем, преследовал мысли Луны. С каждым ударом сердца этот фантом ее пророческого сновидения подбирался все ближе.

Пусть это будет не что иное, как мой страх. Но даже когда она думала об этом, какая-то ее часть знала, что это неправда. Она не знала ни как, ни почему, никогда, только то, что момент приближался все ближе и ближе. Твайлайт будет сожжена, и подобно всем предвещающим видениям, ничто не сможет этого изменить.

Шелковистые тени слились воедино, и под спящей кобылой образовались подушки. Луна окинула взглядом тело Кэндис. По-прежнему ни малейшего признака гниения души или сгорания маны. Это было хорошо. Она могла послужить убежищем, если Твайлайт потеряет плоть. Она хотела вздохнуть, но не хватило воздуха. Что будет, то будет. Что есть, то есть.

Кэндис послужила мягкой подушкой, на которую Луна положила голову, даже когда она бросила взгляд вверх. Эквус висел вдалеке, земля далеко внизу была окутана ее ночью, хотя прошло уже много часов с того момента, когда она обычно объявляла утро.

Закрытые глаза не мешали ее чувствам, и она сосредоточила все их на этом моменте. Секунды превращались в часы, а часы — в секунды. Это мгновение было бессмертным, как и сама Луна, которое она бережно хранила до того дня, когда ее долг наконец закончится. Это мгновение длилось вечно, даже когда оно превратилось в воспоминание.

Даже когда долг призывал ее к действию, она знала, что это лишь вопрос времени, когда на холсте появится плохая имитация воспоминания, переданная пигментом и мазками кисти. Она даже знала, где выставит картину.

Увы, всему приходит конец… — подумала Луна, отступая в свой бастион, а оттуда — к снам своих пони, начиная с самых преданных, избранных.

* * *

## 86.3 Небесные соображения

* * *

Ночь уже наступила, и, по замыслу персонала, Селестия пребывала в глубоком сне на своей бесподобной кровати. О, как бы ей хотелось, чтобы это было правдой, но даже с помощью всех ее фрагментов, в сутках было всего лишь столько часов. Что ж, это можно было изменить, но это принесло бы целую кучу новых проблем. И вот она была здесь, все еще за своим столом, несмотря на время.

Сладкий дым вился из ее древней трубки, пока Селестия раскладывала перед собой последние карты. Некогда первозданные произведения картографического искусства теперь были испещрены сотнями грубых чернильных пометок и пронизаны десятками цветных булавок.

Дейбрейкер задумчиво хмыкнула, прежде чем прокомментировать. Еще одно доказательство хитрости нашего бывшего самого верного ученика или просто случайность?

Было достаточно легко позволить своему Военный Разуму направлять ее взгляд. Простая штриховка была достаточно невинной, если не знать ее значения. Большая часть земель грифонов превратилась в пепел, а экосистема была разрушена. Пройдут сотни лет, прежде чем запасы дичи восстановятся до уровня, позволяющего поддерживать их нынешнее население. Но при правильной помощи, земных пони для ухода за землями, нескольких возрастных или временных заклинаний на некоторых животных, и все может быть восстановлено менее чем за десятилетие.

Они в нашей власти, — сказала Дейбрейкер, в ее тоне слышалась клыкастая улыбка.

Мы должны быть осторожны… если будет видно, что мы получили слишком много, найдутся те, кто решит, что это было преднамеренное действие со стороны Эквестрии.

Селестия почувствовала, как внимание ее Военного Разума переключилось на океан. Неизвестно, как поведет себя Скверна в глубинах.

Ее фрагмент не нуждался в дополнительных словах. Многие великие чудовища все еще таились в глубочайшей тьме их водного царства. Титанические чудовища, которые Скверна могла создать из плоти таких огромных существ, заставляли ее задуматься, хотя она и чувствовала, как Дейбрейкер жаждет встретиться с ними лицом к лицу. Несколько движений пером утроили бюджет обороны побережья. Если добавить к этому милитаризацию остальной части Эквестрии, у многих послов будет еще больше жалоб.

Мы всегда можем просто сжечь их.

Селестия долго тянула трубку, сладкий дым наполнял ее мощные легкие. Через несколько ударов сердца ее охватило ожидаемое спокойствие. Сожжение смертных дипломатов создаст проблемы по меньшей мере для трех поколений, поэтому, несмотря на то, что это может стать катарсисом, оно не стоило дополнительной работы.

Селестия слегка покачала головой. У меня нет желания иметь дело с таким количеством лепечущих смертных, и если только это не результат оборонительных действий, мы сомневаемся, что Твайлайт или Кейденс примут такую агрессию.

Есть и другие способы занять наше законное место.

На мгновение тяжесть давно забытого убранства навалилась на ее шерсть, ее перья застыли от красок и пыли драгоценных камней. Старые уроки содержали все ответы, которые ей были нужны.

Все можно сделать, нужно лишь немного подготовиться, а потом, когда рассветет, первые лучи света понесут ее магию. При достаточной силе все, кто ходил под ее солнцем, покорялись ей. Когда-то давно, еще до появления волшебной страны Эквестрии, это было ее самым заветным желанием. Все это было лишь небольшим дополнением к магии, которой ее научили еще до того, как она успела повзрослеть.

Ее крылья поднялись от тела, и по позвоночнику пробежала дрожь. Одна мысль о неодобрительном взгляде Выбравшего заставила ее сделать еще одну длинную затяжку из трубки.

Как ты думаешь, на чью сторону встанет Луна? — спросила Дейбрейкер. Ее вопрос был приятным отвлечением.

Это был простой вопрос, но сомнения, которые он породил, были не простыми. Сложные эмоции вихрились и пытались прорваться сквозь навязанную алхимией ясность. Она подчиниться нам, что бы мы ни решили. Малейшее чувство вины, которое удалось перебороть, и Селестия отмахнулась от него взмахом копыта. Ее учили быть выше этого.

Дейбрейкер обхватила Селестию призрачным крылом, имитируя дружеское общение. Было бы верхом глупости оставить ее совсем без привязи.

"Почему мне всегда нужно контролировать ситуацию?" размышляла Селестия, прежде чем ответить на этот вопрос. Потому что кто-то другой сделает неправильный выбор. Эти слова вызвали всплеск горькой обиды, но правда была правдой. Она снова и снова возвращалась к одному и тому же. Каждый раз, когда она пыталась отступить и дать смертным хоть какую-то толику реальной ответственности, они злоупотребляли ею, совершали ошибки или превращались в мелких тиранов.

Ее мысли перешли к двум исключениям, единственным двум, о которых она осмелилась возвысить после окончания Империума Аликорнов.

Первой была Кейденс и то, что она ворвалась в дом и выдвинула требования, лишь доказывало, что она уже на пути к тому, чтобы стать той кобылой, которой ей нужно быть. Она будет хорошо играть свою роль и сдерживать опасность, скрытую под Кристальной империей.

С другой стороны, разрозненные остатки ее грандиозного плана в отношении Верной Ученицы не нашли места в Твайлайт. Только ее убежденность в том, что она поступает "правильно", позволяла ей оставаться активом, а не угрозой.

Ах, но она так старается… — воскликнула Дейбрейкер, обращая внимание Селестии на небольшую коллекцию личных фотографий. Одна из них удерживала ее взгляд, и даже после того, как она побаловала себя трубкой, ее глаза все еще блестели от предвкушения слез.

Селестия подняла копытом картинку в рамке; это был не портрет, написанный мастером; это была простая фотография, на которой была изображена оригинальная Твайлайт, спящая в книжном форте. Это был первый из таких, созданных ею в библиотеке Кантерлота.

То более спокойное время манило ее. Песня сирены угрожала перенести ее восприятие из настоящего в прошлое.

Мне нужен еще один ученик. Селестия задумалась, перебирая в уме возможные варианты. Перечни для чтения, тренировочные заклинания и прочие мелочи начали выстраиваться за веками ее глаз.

Скверна породила множество сирот… ты сможешь выбрать одного из них.

Пройдет несколько поколений, пока найдется еще одна такая, как она…

Тиа, ваше сиятельство, вы знаете, чего хотите. Им не обязательно быть равными Твайлайт. Просто быть умными и очаровательными.

Когда она успела стать такой поверхностной?

— Твайлайт все еще жива… Мне не нужно ее заменять.

И все же…

В груди Селестии зародился холодок, хотя ее голос звучал спокойно и ровно:

— Объяснись.

Посмотри на луну.

Какая-то часть ее хотела закричать, хотела наброситься на этот фрагмент, который командовал ею, но вместо этого она просто сделала еще одну затяжку из своей трубки и направилась на балкон.

Селестия уставилась на луну, точнее, на ее несомненный пурпурный оттенок:

— Ну, это один из способов объявить об этом…

С многострадальным вздохом она покачала головой и вернулась к своему столу. Это все изменит…

— Но сначала заявление для прессы.

* * *

## 86.4 Гемоглобин Кейденс

* * *

— Все готово. — Кейденс выдохнула с совсем не по-принцесски громким вздохом. После всего, что было, просто ощущение воздуха, выходящего из легких, было блаженством. Последующие вдохи по сравнению с этим просто меркли.

Теперь она могла наконец освободиться от железной сосредоточенности, которую держала в себе, казалось, годами. У нее появилась возможность взглянуть на свое творение. Перед ней стояла самая сложная конструкция из кристаллов, к которой она даже не прикладывала усилий.

Пожилая Эквестрийская земная кобыла постукивала и прощупывала каждую деталь кристаллической машины. Она была так сосредоточена, что ее паровозный знак тускло светился.

Станет ли она Аликорном, отвечающим за железнодорожное сообщение? — размышляла Кейденс, в то время как ее разум бездельничал и наслаждался своей нынешней свободой. Как и всякий раз, когда ее мысли блуждали, она начинала сватать пони. Итак, кто бы тебе подошел? Сузив глаза и изучая линии сердца кобылы, она задумалась. Там были друзья, семья и все обыденные вещи, но они были окрашены в серый цвет беспокойства. К счастью, линии были здоровы и крепки на обоих концах, так что Смоки не потеряла никого из пони в результате болезни. Теперь появились линии романтической любви или, по крайней мере, чего-то похожего на нее. Цвет был не тот. Почему-то он казался серым, но Кейденс отчетливо видела нежные розовые оттенки любви.

Прошли долгие минуты, пока кобыла продолжала свой осмотр. Этого времени было более чем достаточно, чтобы тщательно исследовать странные эмоции. Медленно взмахнув крылом, она приблизила их. Внутренние линии были похожи на железнодорожные рельсы, и по каждой из них мчался локомотив. Что?

Внезапно она отрывисто бросила:

— Да, думаю, на этот раз у тебя получилось, принцесса.

Кейденс снова обмякла, сгорбившись. Звук от удара кристаллического тела о пол был гораздо более ощутимым, чем от удара более мягкого тела из плоти и крови.

Она озорно улыбнулась инженеру:

— Спасибо за инструкции, Смоки.

— Не думай об этом, мил… принцесса, — сказала Смоки, небрежно прислонившись к тому, что вскоре должно было стать бьющимся сердцем локомотива. — Я еще не видела, чтобы кто-то из пони так быстро разобрался в устройстве одного из этих красавцев, не говоря уже о том, чтобы создать его из цельной материи с помощью магии.

На мгновение разум Кейденс помутился. Длинный список возможных совпадений рассыпался и потерялся в лавине образов. Почти идеальная память аликорна едва не заставила её молить о пощаде, когда на неё обрушились страница за страницей, лекция за лекцией о внутреннем устройстве.

Единственным внешним признаком было моргание, когда она отодвинула шквал образов. Спасибо, мозг. Если бы я хотела этого, я бы спросила.

Через открытую дверь в голове всплыл один из уроков Найт, от которого уходили локомотивные планы.

— Поскольку дорогая сестра так основательно провалила все попытки дать тебе образование, ты должна будешь сама себя обучить.

— Привести в форму? — спросила Кейденс, сдерживая нервное ерзанье крыльев.

— Есть много… рефлексов и способностей, которые могут приобрести Аликорны… без должных инструкций некоторые из них могут стать… проблемными.

— У тебя есть примеры?

— Потерять себя в воспоминаниях — обычное дело… чем дольше живешь, тем больше нужно оставаться в настоящем моменте, иначе можно никогда не вернуться из пережитого.

Ее мысли снова вернулись к Шайнинг Армору. Он был смертен, а она — нет. Это была болезненная, горькая правда, но от нее никуда не деться. Если только Твайлайт не разберется с этим… или я не убью его, чтобы он стал одним из моих фрагментов.

— Э-э-э… Принцесса? — произнес голос, который определенно не принадлежал Найт.

Кейденс снова моргнула, а Смоки теперь держала в копыте ее клипборд, и тихое стрекотание на заднем плане возвещало о том, что двигатель бодро работал:

— Да?

— Ты в порядке?

— Да… спасибо. — Кейденс тепло улыбнулась. — Это поможет многим пони. — Кейденс направила крыло в сторону двигателя.

— Я вижу. Ты просто наколдовала его с нуля.

— Какие-нибудь проблемы?

— Нет, если бы это был кот, он бы мурлыкал от удовольствия. Это очень тонкая работа. Это, наверное, самый точный аппарат, который я когда-либо имела удовольствие видеть.

— Тогда выключи его, и мы сможем закончить следующую часть.

— Да, принцесса.

Та ее часть, которая была политиком, обученным Селестией, настаивала на том, что она должна сделать это на публике и произнести какую-то величественную речь. Она отвергла это. Это была просто воля пони, воплощенная в жизнь. Их желание помочь, доброта и бескорыстие по отношению к своим собратьям.

Когда Смоки принялась за работу, Кейденс закрыла глаза и снова сосредоточилась. На этот раз обошлось без мучений:

— Визуализируй свое намерение, — прошептала она себе под нос.

В груди потеплело, магия собралась. Она сосредоточилась на ее цели. "Защита, комфорт, безопасность, убежище". Каждое понятие слилось воедино, кристаллизуясь и концентрируясь глубоко внутри нее.

Удерживая это состояние, она медленно расправила крылья и потянулась к своим чувствам. Хрустальное сердце, сердцевина ее души, ответило. Бесчисленные образы, эмоции и ощущения устремились по каналу связи. Мгновения всех положительных эмоций. Кобыла обнимает своего жеребенка. Двое влюбленных впервые поцеловались. Большая семья подносит своего жеребенка на кристалины. Мордочка Твайлайт зарылась в книгу. Каждая пара, табун, семья, группа друзей, которые когда-либо были в Кристальной империи, получили свою возможность.

Всплеск эмоций влился в кристаллическое сердце в её груди, и, вспыхнув, оно зажглось. Кристаллическая сердцевина зазвучала, не просто отражая эмоции. Нет, это было сродни зажиганию одной свечи другой. Пока за ней следят, новое сердце будет излучать свой собственный свет.

Медленно, благоговейно она поднесла копыто к груди. В такие моменты я чувствую себя немного богиней, — подумала она, вдыхая.

Как и много раз до этого, она выдохнула и убрала копыто с груди. На этот раз не было никакого стресса или плохих чувств, которые нужно было вытолкнуть. Нет, на этот раз она рассталась с добром. Она направила всю собранную энергию, все сфокусированные намерения и эмоции в одну точку.

Она медленно открыла глаза. Там, левитируя над ее копытом, вращалось хрустальное сердце в миниатюре.

— Пожалуйста, помоги тем, кому можешь.

Сердце просигналило один раз.

Достаточно было тихого выдоха, чтобы сердце улетело. Оно остановилось над двигателем.

— Спасибо. — Кейденс склонила голову и снова сосредоточилась на кристалле. В ее сознании возник образ большого двухэтажного локомотива с геральдическим знаком и деталями в виде роз. Свет устремился от ее сердца вниз по всем четырем ногам и через копыта в кристалл.

Сначала образовались новые рельсы, затем колеса, когда локомотив взвился в воздух. Словно кристаллы льда, формирующиеся в ускоренном режиме. Меньше чем через минуту внушительный красавец был на месте.

Смоки сидела на корточках, разинув рот, и с трепетом наблюдала за происходящим своими огромными глазами.

Первый вагон начал формироваться самостоятельно, новое сердце продолжило работу.

Неужели я только что создала фрагмент? — подумала она, наблюдая, как поезд продолжает расти и совершенствоваться. По бокам локомотива появлялись все новые и новые детали, и вся конструкция менялась, становясь все более защищенной. Хрустальный замок, военный корабль и роскошный поезд — это было совсем не то, чего она ожидала.

То, что она была аликорном и Принцессой Любви, почти ничего не значило для Смоки, но, видимо, способность создавать из воздуха волшебные хрустальные поезда была тем, что заставляло Смоки смотреть на нее так, как большинство пони смотрят на Селестию.

— Принцесса?

— Хочешь стать первым членом… команды?

Если бы Смоки кивнула хоть немного быстрее, она бы попала в больницу со сломанной шеей.

— Тогда добро пожаловать на борт. Обращайтесь с ним по-доброму. Он живой, и у него есть чувства.

Метка кобылы светилась почти так же ярко, как солнце. Это было единственное предостережение, которое получила Кейденс. К счастью, у нее были пегасьи рефлексы. Если бы Кейденс была обычной пони, то от объятий переломались бы кости. Вместо этого ей пришлось двигаться, чтобы бедная кобыла не разбилась о ее хрустальное тело.

Поток звуков, вырвавшийся изо рта кобылы, можно было перевести как "спасибо" всеми известными ей способами.

Интересно, сколько времени ей понадобится, чтобы заметить изменение своей метки?

* * *

С ее балкона можно было наблюдать за жизнью города. Так много пони, у каждого своя история, своя любовь. Легко было бы дотянуться до них своим доменом и заглянуть в их сердца, почувствовать, что они делают, но интереснее было гадать.

Обычно ей нравилось наблюдать за пони, но сегодня это просто не занимало ее внимания. Она вздохнула и слегка распахнула крылья, тоскуя по свежему воздуху Кантерлота. Ей всегда было приятно ощущать горный ветер, танцующий в ее перьях. Ее мордочка подергивалась от того, что могло бы стать хихиканьем, когда она была еще кобылкой. Идеальная погода каждый день, а я скучаю по бурям…

Она покачала головой и задумалась о том, что произошло ранее. Едва подумав, она почувствовала поезд — мобильное кристаллическое транспортное средство, которое она напитала магией и волей своих пони. Даже будучи безымянной, имея лишь цель, Кейденс чувствовала его стремление помочь, его ликование и удовлетворение от того, что с ним суетятся. Если бы я сделала тебя пони, думаю, либо мне, либо тебе сделали бы предложение.

Прошел час, прежде чем Смоки удалось избавиться от восторга и благодарности. Но даже несмотря на эту проволочку, она ушла с довольной улыбкой, которая была лишь слегка натянутой. Вид такой счастливой кобылы согрел бы сердце даже самой холодной пони.

Кейденс говорила, что у нее есть важные дела принцессы, и все же она сидела на балконе и просто наблюдала за городом.

Без сомнения, Смоки была занята работой. Скорее всего, радостная кобыла сразу же приступила к набору персонала и провизии для миссии милосердия в Эквестрию.

Часть Кейденс хотела улыбнуться: Смоки была очаровательна, и на несколько минут она стала такой же гиперактивной, как маленькая Твайлайт, когда та прыгала вокруг, говоря "Да, да, да, да".

Прямо как Твайлайт… В душе Кейденс поселился лед. Мысль о том, что прежней Твайлайт больше нет, что кто-то мог намеренно убить маленькую кобылку, которую она когда-то вынянчила, была слишком трагичной. Это лишало сердце Кейденс радости. Несмотря на холодок в груди, Селестия во время тренировок сохраняла безмятежное выражение лица. Она закрыла глаза и задумалась. Это было слишком похоже на то, что делали проклятые. В загробном мире не будет маленькой кобылки Твайлайт, строящей крепости из книг. Ее душа ушла или, по крайней мере, была перепрофилирована для Верного Ученика.

— Мне жаль. — Только воздух услышал почти неслышные слова. Легкое опускание головы, скорее всего, не было замечено, и, несмотря на то, что уроки принцессы требовали иного, она провела этот момент в торжественном молчании.

Поднеся копыто к груди, она вдохнула. Обычная техника дыхания помогла, но не так сильно, как обычно. Ее улыбка сменилась горько-сладкой. Будь на то воля тетушки, я бы никогда не узнала.

Это было основой всей лжи Селестии. Для нее, по крайней мере, для любой другой пони, кроме нее, утешительная ложь была правильным ответом по сравнению с болезненной правдой, с которой ничего нельзя было поделать. Отказ от честности ради доброты. Это должно было быть неправильно. Не зря же существует шесть элементов гармонии.

Слепая преданность может привести пони к ужасным поступкам. Слишком много щедрости — и у тебя ничего не останется для себя, а твоя семья будет страдать, пока ты загоняешь себя в раннюю могилу. Чрезмерная честность, если она не сдерживается добротой, может стать тупым молотом, который без разбора отталкивает от вас других. Один только смех либо превратит тебя в монстра, который во всем находит юмор, либо помешает тебе воспринимать что-либо всерьез. Если бы ты был только добрым, то не смог бы постоять ни за себя, ни за других.

Буду ли я счастливее, если не буду знать? Какая-то часть ее души ответила "да". А большая часть просто добавила, что хотела бы, чтобы на маленькую Твайлайт вообще никто не нападал.

Стала бы Твайлайт счастливее, если бы не знала? Это был простой вопрос. Нет. Свит Дримс и Луна были двумя пони, которых иначе не было бы в жизни Твайлайт. Ну, Луна, может, и была бы, но до того, как все это случилось, они бы никогда не стали парой.

Так что ты потеряла себя для Верности и Доброты. Кейденс кивнула. В ее голове все звучало правильно. Это подходило ко всему, что сделала Селестия, ко всем ее действиям, даже к контролю разума. В конце концов, всё было допустимо, если в итоге большинство пони будут счастливы за свою "короткую бессмысленную жизнь". Даже с ее обостренными чувствами Кейденс никогда не слышала, чтобы Селестия произнесла эти слова напрямую, но они имели смысл для многих действий Селестии.

Без честности она могла бы обманывать себя, что все необходимо, что все ради высшего блага. На мгновение она подумала о том, чтобы начать действовать, чтобы помочь тетушке увидеть истинное положение вещей. Ничего не выйдет, даже сейчас она все еще видит во мне кобылку… она гордится мной… но пока не уважает меня. В этом был смысл, хотя бы из-за огромной разницы в опыте.

Кейденс положила подбородок на передние ноги:

— Итак, как мне помочь тебе отыскать Смех, тетушка?

* * *

Взошедшая луна озарила разбросанные останки десятков планов, как поступить с Селестией. Количество идей варьировалось от гениальных до безумных. К сожалению, глядя на испещрённые каракулями бумаги, которыми был завален её стол, она не могла понять, какие из них были разумными.

Было ясно, что необходимо какое-то вмешательство. Вопрос был в том, что именно? Она бросила взгляд на окно. Как всегда, кристалл чарующе сверкал в лунном свете.

— Спасибо за прекрасное ночное небо, тётушка Луна, — сказала Кейденс, склонив голову перед небесным телом. Ответа не последовало, но это не означало, что Луна не наблюдает за ней, поэтому следовало быть почтительной.

И тут она почувствовала это. Как она могла не почувствовать? Ведь она была Принцессой Любви. Серебристый свет Луны стал еще интенсивнее. Он обрушился на ее чувства, как волна эмоций. Любовь, радость и удовлетворение кричали на весь мир, по крайней мере, для тех, у кого хватало разумения их ощутить.

Кейденс подняла глаза на луну и слишком явную пурпурную магию на ней. Луна сияла вместе с ней, как яркий маяк, прорезающий темноту ночи. В кои-то веки не только фестралы могли хорошо видеть в ночи. На самом деле, лунный свет был настолько ярким, что некоторые пони могли с трудом уснуть.

— Луна…

— О, дай им немного расслабиться — раздался рядом с ней бесстрастный голос Гарнет.

Кейденс перевела взгляд на свой первый фрагмент. Герой-авантюрист, которым она хотела стать, будучи кобылкой. Кристальная пегаска сидела на перилах балкона, как герой боевика, готовый к прыжку.

— Но правила… — сказала Кейденс.

— Неважно, это "Эквестрийские правила", а они на луне… — твердо сказала Гарнет, а затем плутовски ухмыльнулась. — А ты знаешь, что правила созданы для того, чтобы их нарушать. Кроме того, с такими эмоциями они могут просто снова начать сражаться.

Кейденс вздрогнула, вспомнив финал их первого свидания. Истинное зрелище, жестокость, кровь и прочее, разбросанное по песку. Она пожевала губу и снова посмотрела на луну. По крайней мере, все эмоции положительные.

Крыло Гарнет потянулось к ней и угрожающе ткнулось:

— Ты можешь поджарить их позже. Мне есть что тебе показать.

— Правда?

— Пойдем. — Это было все, что сказала Гарнет, прежде чем она оттолкнулась от перил и взмахнула крыльями.

Не найдя ничего другого, Кейденс расправила крылья и последовала за ней на более спокойной скорости.

* * *

Полет был недолгим, но в тот район города, куда она обычно не заходила. В Кристальной империи, как и в Кантерлоте, не было трущоб, но были районы, которые были не столь благополучны, как другие.

Это был один из таких районов, но чувствовалось, что здесь все по-другому. Каждая часть Кристальной империи была частью ее самой, но эта часть ощущалась далекой, отстраненной, как будто часть ее тела уснула.

Гарнет взмахнула крыльями и, в точности как Рейнбоу Дэш, врезалась в землю, совершая скоростную посадку. Поскольку Кейденс действовала более разумно, Гарнет успела бросить на нее два нетерпеливых взгляда, которые практически кричали: "Поторопись".

Более медленный подход позволил Кейденс рассмотреть место назначения. В прошлый раз, когда она гуляла по этой улице, этого здания здесь не было. Да и во всей остальной империи не было такого здания. Оно было даже несколько усилено, но вывеска, раскачивающаяся на ветру, в сочетании с деревенской отделкой выдавала его.

— Гарнет… Это таверна?

— Эй, ты сделала меня тем, кто я есть. И мне захотелось где-нибудь выпить, вот я и сделала таверну, — заявила кобыла, решительно подталкивая Кейденс к двери.

Взмахнув крыльями и быстро подпрыгнув, Кейденс распахнула двери. Если она собиралась войти в какое-то место, она собиралась войти, а не ввалиться в дверь, словно получив пинка.

Внутри, если не считать того, что она была сделана из хрусталя, она была прямо из одной из игр Шайни в Огры и Темницы. Здесь даже были кабинки в тенистых углах и несколько пони, выглядевших как умудренные опытом ветераны, которые потягивали эль из бокалов.

— Это таверна искателей приключений?

— Почти, — сказала Гарнет, прежде чем протянуть два маховых пера. — Эй, бармен, два.

Два хрустальных бокала скользнули по стойке с ровным звуком хрусталя о хрусталь. Гарнет без труда поймала оба и протянула один ей.

Из вежливости Кейденс приняла напиток с помощью магии. Улыбаясь, она повернулась к бармену. Как только ее взгляд встретился с его глазами, она замерла. Она ясно видела то, о чем говорили ей органы чувств, и все же потребовалась целая секунда, чтобы ее сознание сложило все воедино.

Он не был обычным кристаллическим пони. Как и у нее, все его тело было сделано из настоящего кристалла, а не просто покрыто внешним слоем. Как и ее нынешняя форма, он мог существовать только в пределах ее бастиона. Бармен почтительно кивнул, насколько это было возможно, чтобы поклониться и остаться на своем месте за стойкой:

— Принцесса.

— Спасибо за напиток. — Ей хотелось сказать многое, многое из того, что, как говорили уроки Селестии, следовало озвучить, но вместо этого она обратилась к Гарнет. — Ты превратила одного из моих вечных стражей в бармена?

— Да.

— Зачем?

— Увидишь, — сказала Гарнет и кивнула на кабинку в углу. В этой кабинке сидела пара кобыл, флиртующих с другим ее вечным стражем. Тот улыбался и шутил с кобылами, рассказывая старые военные истории. Короче говоря, он был совсем не похож на бездумного защитника, доставшегося ей в наследство.

— Гарнет…

— Слушай, у нас нехватка жеребцов, и это поможет.

Кейденс сузила глаза:

— Но…

Глаза Гарнет ожесточились:

— Я знаю, что ты знаешь, как много кобыл вынуждены быть с другой кобылой, только чтобы получить хоть какую-то романтику. — Она быстро выпила половину своего напитка и пренебрежительно махнула крылом. — Конечно, это нормально, конечно, большинство из них не против, но многие из них не будут по-настоящему счастливы без жеребца. Просто отчаяние и одиночество.

Она вспоминала о своем Шайни, о своем идеальном романе и о том, как по-разному смотрели на нее окружающие. Мечтательные, полные надежд, жаждущие, смирившиеся с тем, что этого никогда не будет, и немногие, спрятавшие в глубине души семена депрессии, и не многие поздравляющие. Она обратила свой взор на двух кобыл. Было легко увидеть их сердечные линии.

Сначала она посмотрела на ту, что была между ними. Они были друзьями, которые стали больше, друзьями, которые любили друг друга, которые были близки, как семья, но романтической искры между ними почти не было. Они любили друг друга по привычке и потому, что им было спокойно, когда рядом был любимый пони, к которому можно было прижаться. Она подумала о том, чтобы взглянуть на тех, кто состоял в Вечной гвардии, но этой мысли было достаточно, чтобы ее взгляд стал рассеянным. Вожделение, надежда, желание и первые угольки романтической любви. Если ничего не предпринять, было ясно, что две кобылы присоединят жеребца к своим отношениям и образуют табун. Они слишком сильно любили друг друга, чтобы разлучаться, так что добавление его было как раз то, что им нужно.

Почти не колеблясь, она обратила внимание на линии его сердца. Цвета были немного упрощенными. За его эмоциями не было всей тяжести долгой жизни, но они были настоящими, он заботился о них, он был готов в них влюбиться и наслаждался каждым моментом, каждым переживанием.

Именно в этом нуждались кобылы. Как она, Принцесса Любви или просто кобыла, способная сопереживать пустоте в их сердцах, могла не поддержать это? На ум пришло несколько строк из доклада Твайлайт по поводу законов аликорнов:

— Но они… с точки зрения закона встречаются со мной.

— И что? Это еще один закон Эквестрии…

Кейденс медленно кивнула:

— А это — Кристальная Империя.

— Теперь ты поняла. А теперь будь хорошей девочкой и пей.

Кейденс медленно отпила своего эля. Вкус был прост. Ему не хватало сложности, присущей более дорогим сортам или напиткам, изготовленным копытами, но это был один из лучших дешевых сортов. Она покатала вкус на языке, обдумывая, что сказать дальше. Даже в таком обычном вкусе было столько деталей, которые могли оценить только аликорны. Вздохнув, Кейденс признала свое поражение:

— Скольких ты собираешься… пробудить?

— Со временем всех. История такова, что все эти новые кристальные пони, я, они, нянька для жеребенка Флурри — все они древние пони, которые были как бы заморожены, и у большинства из нас, когда мы проснулись, пропали воспоминания. Так что…

— Я оставила тебя за старшую по обороне.

— Есть три причины, почему это лучше, чем оставить их зомби.

— Я уже согласилась, только чтобы помочь кобылам, ищущим своих особенных пони.

Гарнет пожала плечами. Затем она подняла по одному перу за раз, излагая свою точку зрения:

— Это также делает их лучше в бою. Они больше не идиоты, они не просто оружие. И последнее, и самое главное, у меня появляется больше собутыльников.

Кейденс только скорчила рожицу и подала знак, чтобы принесли еще одну порцию выпивки.

* * *

## 87 Жизнь в мечтах

* * *

Тайгер Лилли прижалась к знакомому теплу, разделявшему с ней постель. С первым вдохом до нее донесся запах Сильвермена. "Я сплю". Она вздохнула. Передняя нога обхватила ее и притянула ближе. Из закрытых глаз потекли слезы, а в груди зародилась знакомая боль. Я скоро буду с тобой.

Копыто коснулось ее щеки и мягко повернуло голову. Она открыла глаза и встретилась с любящим взглядом, который, как ей казалось, она больше никогда не увидит:

— Сильверман?

Он мягко улыбнулся, наклоняясь к ней, и ответил на поцелуй. Это был приятный поцелуй. В нем не было той страсти, что была в их юности. Нет, он был мягким, нежным и осторожным. Слезы катились из ее глаз, когда она отвечала на этот невозможный поцелуй.

Прижимаясь к ней и нежно лаская, он удобно устроился рядом. У нее было миллион вопросов, но она не решалась задать ни одного, боясь нарушить иллюзию.

Он зевнул, как будто он только что плотно поел и ему неодолимо захотелось спать. Он погладил ее по шее и быстро уснул. Ей захотелось присоединиться к нему и снова погрузиться в дремоту, но ноющий страх не давал ей уснуть. Будет ли он все еще рядом, когда она откроет глаза?

Мягкий звук его дыхания убаюкивал ее, как накатывающие волны. Ее собственное дыхание совпадало с его дыханием, и она наблюдала за тем, как в лунном свете поднимается и опускается его грудь. Спасибо тебе, Луна. Эта мысль была ее молитвой, и она всем сердцем желала, чтобы сон никогда не кончался.

Сон продолжался, пока слишком яркая луна садилась, а солнце всходило. Снаружи доносились звуки деревни: пони приступали к своим повседневным делам. В свете солнца Сильверман все еще был здесь. Глаза ее отяжелели от долгого пребывания на ногах. Свинцовые полосы усталости сковывали ее конечности. С ветерком доносились запахи только что подгоревших тостов.

Дыхание Сильвермана изменилось, немного углубившись. С огромным зевком он прогнал последнюю сонливость:

— Завтрак?

Смех, прокатившийся по ее телу, был почти болезненным. Она обняла его и не собиралась отпускать. К сожалению, ее стареющее тело не давало ей такой возможности. Когда она справилась с зовом природы и немного освежилась, он все еще был рядом. Он погладил ее, а затем занялся своими делами.

Ее уши улавливали все мелкие звуки, журчание воды и все остальное. Все было таким реальным, таким подробным, таким обыденным, как будто сон просто проскочил мимо.

Его возвращение принесло еще одно объятие и поход на кухню. Он был мертв, и все же он был здесь. Она тряхнула головой и отогнала эту путаную мысль. Неважно, каким образом, но он был здесь.

Она взяла чашу, и он наполнил ее. Даже с теми припасами, которые доставила принцесса Твайлайт, ее кладовая была скудна. Завтрак состоял из простого сена и овса, но этого было достаточно. Она протянула переднюю ногу и положила на его копыто. Это был не ужин при свечах, но, судя по его улыбке, вполне возможно, что так оно и было.

— Очень мило, — сказал Сильверман с другого конца стола, в его глазах любовь скрывала усталость.

Она кивнула в ответ. Они ели в уютной тишине, которая бывает только после жизни, проведенной в обществе друг друга. Это был простой момент, и она дорожила им. Как и все моменты, он закончился. Чаши были вытерты, и он отправился за сегодняшним пайком.

Если бы не ее бедра, то она могла бы вприпрыжку дойти до кладовки, может быть, она и не была такой энергичной, как раньше, но прыть в ее шаге определенно присутствовала.

Спасибо, принцесса. Тайгер Лилли на мгновение склонила голову в знак почтения, а затем собрала продукты. Может быть, это и не так много, но хоть что-то старая кобыла могла сделать, чтобы принести в этот мир немного счастья.

* * *

Ритуал был такой же, как учила ее мама. Печенье, которое она пекла, было обычным, реальным и будничным. Но это не мешало ему быть вкусным. Ее покойный муж прикоснулся к ней, передавая ей шоколадные чипсы. Я все еще сплю? Она наклонилась и прижалась к нему, пока замешивала стружку в тесто. Этот сон… я умерла? Я умерла во сне?

Она снова прижалась к нему, пока он ставил противень в духовку. До завершения ритуала оставалось совсем немного времени, и аромат печенья созывал молодых. Тепло улыбнувшись, она принялась за приготовление очередной порции.

На улице стоял идеальный летний день. Пока взрослые работали, бегали и играли жеребята. Стражники стояли наготове, все, кроме одного. Тайгер Лилли покачала головой. Снова стать молодой… По крайней мере, эти кобылы перестали драться друг с другом и смирились с тем, что они подруги по табуну. Интересно, когда они собираются сказать ему об этом?

— Бабушка, бабушка, — звала маленькая армия жеребят, вбегая на кухню. В большом помещении сразу стало тесно, когда восемнадцать маленьких монстров, жаждущих печенья, набились туда.

Восемнадцать? Не может быть… Тайгер Лилли рассматривала их всех, пытаясь вспомнить одного за другим.

Вот близнецы Винтер Роуз, Руби Роуз и Шэдоу Роуз, стояли бок о бок, одинаковые во всех отношениях, кроме окраски. Маленькая Хани Дью и ее брат Канталупа подпрыгивали вверх-вниз, дрожа в предвкушении. Виндинг Тейл и Ривер Сонг хихикали между собой и шептались на ушко, вероятно, обсуждая, как украсть чашу для замеса, пока никто из остальных не заметил.

Тайгер Лилли тепло улыбнулась им всем, пытаясь вспомнить имена, но больше ничего не приходило. Я уверена, что знаю этих троих… но кто остальные? В ее груди поселилось тоскливое сомнение. Никто из жеребят не вел себя странно. Они вели себя спокойно, не проявляя ни застенчивости, ни наглости, свойственной новым членам группы. Я совсем забыла о них?

— Снова они, — проворчал Сильверман и потянулся за чашей для замеса. Он был обречен. Дюжина жеребят восприняла это как сигнал к атаке.

— Глупый жеребец, — сказала Тайгер Лилли, но не смогла сдержать теплой улыбки на лице. Ну и что, что это сон, она будет наслаждаться им, пока он длится.

* * *

Прошло два дня, а сон все еще не закончился. Лунный свет переливался над спящим Сильверманом. Тайгер Лилли протянула копыто, чтобы дотронуться до него, но остановилась. Боль в сердце подсказала ей, что он мертв. Радость и тепло говорили о том, что он жив и находится здесь.

Она погладила его гриву и провела по одному длинному шраму. Он не значился в его медицинской карте и не был получен во время его службы у принцессы Селестии. Она следила за движением ноги, и в этом движении не было ни щелчка боли, ни легкого скрежета суставов при вращении ноги.

Сквозь щель в шторах в комнату заглядывала луна. С каждым движением она все больше и больше убеждалась, что это сон, возможно, последний. Она нашла глазами луну и посмотрела на нее, словно в чьи-то глаза. Спасибо.

* * *

Тайгер Лилли лежала на одеяле под голубым небом. Пикник был замечательным, но немного вздремнуть под теплыми лучами солнца принцессы Селестии было как раз то, что ей сейчас нужно. Сквозь сон она увидела Сильвермана, окруженного стайкой жеребят, который рассказывал одну из своих историй.

Она закрыла глаза, вслушиваясь в звук его голоса. Вместе с солнечным светом он успокаивал ее. Даже когда сон начал подступать к ней, она была внимательна. Сказка не относилась к числу правдивых, в ней было слишком много действия для этого, а мораль была слишком ясной, но это было то, что жеребята должны были услышать. Они охали и ахали, аплодировали и пару раз топнули копытами. Даже раздался испуганный крик, который быстро сменился хихиканьем.

Это был один из тех идеальных моментов, которые никогда не могут длиться долго. Какая-то часть ее души жаждала невозможного, хотела иметь собственного маленького жеребенка, чтобы любить его и держать на копытах, но этот корабль уже давно уплыл, и, поскольку времени осталось так мало, было бы несправедливо по отношению к малышу, если бы она усыновила его. По крайней мере, я могу быть почетной бабушкой для всех пони. Она с нежностью подумала о том, как уютное одеяло позволило усталости овладеть ею. Они разбудят ее, если она им понадобится.

* * *

Звук нарушил безмятежность ее сна. Она навострила уши. Шелест травы был самым громким, что они услышали. Старческими глазами она поискала, что ее потревожило.

Судя по тому, как солнце продвигалось по небу, она спала уже около двух часов. Все пони были еще здесь, но жеребята не играли, и даже взрослые смотрели в одну сторону. Пожилые пони низко поклонились, а кобылки и жеребята последовали их примеру.

Тайгер Лилли проследила за их общим взглядом и увидела лишь фиолетовое пятно, которое приближалось:

— Любой пони мог подумать, что здесь принцесса Селестия? — подумала она вслух, наблюдая за тем, как приближается фиолетовое пятно. Она смутно помнила, что была еще одна принцесса. Розовая? Или голубая?

Медленно пятно превратилось в фиолетовую пони, а когда она приблизилась, рог и крылья показали, что кобыла — Аликорн. По мере того как аликорн приближался, шаг за шагом, к ней возвращалось то последнее десятилетие. В газете появилась фотография маленькой кобылки рядом с принцессой Селестией, а затем, много лет спустя, фотография коронации той же кобылы.

Тайгер Лилли пошевелилась и попыталась подняться, но ее старые и жесткие суставы протестовали. Спать на земле под лучами солнца казалось прекрасной идеей, но земля не годилась для постели.

— Успокойтесь, почтенная, — раздался мягкий голос Твайлайт, и, несмотря на то, что он был тихим, он все равно легко донесся до нее.

— Принцесса Твайлайт. — Тайгер Лилли склонила голову, во всяком случае, даже отказавшись от попытки поклониться как следует.

В такой близости можно было читать и следить за легкими движениями глаз принцессы Твайлайт. И хотя для Тайгер Лилли все, на что они были направлены, было лишь цветными размытыми пятнами, нельзя так долго жить в одном месте и не знать всех пони, как свои четыре копыта. Охранники, новые жеребята и, наконец, ее Сильверман.

Глаза принцессы задержались на Сильвермане дольше всего, а затем с нежностью вернулись к ее глазам:

— Скажи мне, ты счастлива здесь?

Слова прозвучали так мягко, что могли бы показаться легким дуновением летнего ветерка. Слова вырвались у нее сами собой:

— Да, принцесса, это прекрасный сон для моих зимних лет.

Принцесса Твайлайт кивнула и бросила взгляд на Сильвермана, и тут что-то в глазах принцессы потеплело. Ее мягкая улыбка сняла напряжение, которое Тайгер Лилли заметила только теперь, когда оно исчезло. Как будто было снято защитное заклинание, пони начали толпиться вокруг. Первыми были гиперактивные жеребята.

— Спасибо, принцесса.

— А можно нам теперь еще печенья бабушки Лилли?

— Когда я вырасту, я хочу быть такой же, как ты.

— Тебе нравится Дэринг Ду?

Многое другое терялось в гуле голосов, и все же принцесса Твайлайт находила время, чтобы отметить и ответить каждому жеребенку по очереди. Легкий намек на улыбку был знакомым. Такая улыбка бывает у матерей, когда они видят чужих жеребят.

Старшие пони терпеливо ждали, пока принцесса развлекала малышей. По тому, как она подыгрывала им, улыбалась и даже заставила одну из их теней подняться, чтобы поиграть с ними, она сильно отличалась от принцессы Селестии, была более участливой. Селестии было не все равно, но ее глаза были такими, что она знала: ты угаснешь, а она пойдет дальше. С другой стороны, Твайлайт была здесь и сейчас, и бесконечные годы не тяготили её.

— А теперь, мои маленькие пони, мне нужно поговорить с храбрыми гвардейцами, которые оберегают вас.

Звуки разочарования могли тронуть даже самое злое сердце, но принцесса Твайлайт не сдавалась.

— А сейчас у меня для всех вас есть очень важное задание.

Это сразу же заставило всех жеребят обратить на нее пристальное внимание. Они навострили уши. Половина подпрыгивала, остальные застыли в оцепенении.

— Мне нужны пони, которые покажут моей дочери и ее друзьям, как надо веселиться? Как ты думаешь, ты справишься с этой задачей?

— Да, принцесса.

— Литтл Стар, — сказала Твайлайт.

В яркой вспышке пурпурной магии появились пять жеребят. Дочь Твайлайт было легко заметить. Только отсутствие крыльев и размер отличали ее от матери. Ещё были кобылка-единорог с белой шерстью, оранжевая кобылка-пегас, жёлтая кобылка-земнопони и жеребёнок бэт-пони. Все они были в красных плащах с кулонами в виде бабочек на шее.

Дочь Твайлайт исчезла и появилась вновь, обнимая свою мать. Они обнялись, и в сердце Тайгер Лилли вновь вспыхнуло желание иметь еще одного жеребенка. В любви между кобылкой и ее матерью было что-то очень ценное.

— А теперь беги и веселись, дочка, а я доверяю тебе и твоим спутникам обеспечить их безопасность.

Литтл Стар кивнула не по-детски серьезно и телепортировалась обратно к своим друзьям. Группа юных пони бросилась прочь с криками “Метконосцы, Искатели Веселья!”.

Когда звуки малышей отдалились, до ее ушей донесся еще один звук — шорох. Она повернула голову. Рядом с ней дрожал и метался Сильвермен, застыв на месте и не сводя глаз с принцессы Твайлайт. Тайгер Лилли протянула копыто и положила его на его копыто. Он тут же замер и посмотрел на нее. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но Твайлайт заговорила первой.

— Ты делаешь ее счастливой… Почему ты думаешь, что тебе есть из-за чего опасаться меня? — сказала Твайлайт, подойдя ближе. — Продолжай в том же духе.

Сильвермен отвесил глубокий поклон:

— Да, принцесса.

Твайлайт кивнула, затем ее взгляд остановился на ближайшем гвардейце:

— Моя личная стража охраняет территорию. Соберите всех своих офицеров в форте через полчаса.

— Эмм, принцесса, какой форт?

— Тот, который мы собираемся создать вон там, — сказала Твайлайт, указывая крылом.

— Да, принцесса, — сказал охранник, в его глазах читался страх.

— Успокойтесь, сержант. Может быть, вы и оказались здесь без соответствующего приказа, но ваши усилия оценены по достоинству.

— Да, принцесса. — На этот раз ответ был нормальным, четким, как и положено пони-гвардейцу.

— Вольно.

Гвардеец отдал честь и удалился.

Твайлайт на несколько секунд задержала взгляд на Сильвермэне, а затем перевела внимательные глаза на Тайгер Лилли. Они были глубокими, теплыми и искрились озорством:

— А теперь, вы двое, присматривайте друг за другом, и, учитывая, как веселятся малыши, возможно, вы захотите сделать ещё больше печенья.

Сильвермэйн кивнул, и Твайлайт улетела.

— Она точно не принцесса Селестия, — сказала Тайгер Лилли.

— Нет, это точно не она.

— Помоги мне подняться, дорогой. Нужно печь.

* * *

## 88 Выбор королевы

* * *

Кризалис вздохнула. Прошло несколько часов, но теперь в ее улье снова был порядок. Теперь у нее наконец-то появилась возможность расслабиться, и она расслабилась. Она погрузилась в то, что еще вчера показалось бы ей экстравагантным расточительством. Светящаяся жидкость обволакивала ее, и ее тепло просачивалось сквозь панцирь в ее сердце.

Она откинулась на спину и посмотрела в окно пентхауса. Луна начала свой путь за горизонт. Что ты задумала? Лунный свет, пропитанный любовью, был не только благом, но и опасностью. Ей потребовалась вся ее впечатляющая сила воли, чтобы укрепить и контролировать своих дислоцированных лингов. Из-за опьянения, вызванного купанием в лунном свете, чуть не было обнаружено огромное количество лингов. На ее лице проступила клыкастая ухмылка. Это был уже второй случай, когда насильственное пожертвование любви привело к проблемам. По крайней мере, этот раз был растянут на несколько часов и не был смешан с очень физическим расширяющимся щитовым заклинанием.

Она держала переднюю ногу перед собой. Панцирь блестел, словно новый. Взятка? Подарок? Ловушка? размышляла Кризалис, разглядывая луну через медленно затягивающееся отверстие.

Когда луна скрылась за горизонтом и на ее месте появилось солнце, ее взгляд переместился на одно из отверстий, которое не уменьшалось. Отверстие, которое, если бы она промедлила с реакцией, оказалось бы в ее груди. Ярость всколыхнула сердце — цель Селестии. Рядом с ненавистной Солнечной принцессой выстроились другие лица: Торакс, Старлайт и многие другие. Каждый удар, каждое поражение, каждая неудача усугублялись и умножались до такой степени, что она зашипела от ярости.

Энергия пульсировала в ее роге, желая найти цель для нападения. Сквозь стиснутые зубы и рычание она поднесла копыто к груди и вздохнула. С выдохом она выдохнула ненависть. Обещанный инферно гнев погас, превратившись в слабое пламя раздражения. Несколько мотыльков шутливого настроения промелькнуло в ее глазах — достаточно, чтобы тихонько хихикнуть. Вот она копирует одну из привычек Кейденс. Слишком идеальное личико, которым она обладала, мысленно оглянулось на нее, и гнев ощерил клыки, угрожая вернуться.

— Нет… нет, еще нет. — Сделав еще один вдох, она улеглась на спину и позволила жидкой любви полностью охватить ее. На нее снизошло удивительное спокойствие. В этот миг ей не о чем было беспокоиться. Не было врагов, от которых нужно прятаться, не было заноз в копытах, которые нужно было вырвать с кровью в своей мести.

Не дыша, она сжигала ничтожно малое количество жидкой любви по сравнению с тем, что впитывало ее изголодавшееся тело. Уровень жидкости падал так быстро, что ей пришлось поручить четырем лингам долить ее, чтобы остаться полностью покрытой.

Погружаясь в воду, она хихикала, и последний воздух из ее легких выходил в виде поднимающихся пузырьков. Вместо дискомфорта ее поддерживала теплая ласка любви. То, что вчера было бы непростительным расточительством, то, что для большинства ее детей означало бы гибель, теперь было просто использованием излишков, пока они не испортились.

В голову пришла неожиданная мысль. А что, если дело не во мне? Найтмер Мун выдавала себя за Твайлайт… Может, эта щедрость просто случайна? Может быть, это просто часть плана Найтмер по завоеванию Луны?

Легкое покалывание — вот и все, чем она была предупреждена, прежде чем ее размышления были разрушены мучительной болью. Ей не хватало воздуха, чтобы закричать, но она все равно корчилась, когда в нее вонзались копья жгучей боли. Агония в старых ранах то нарастала, то стихала, превращаясь в почти нестерпимый зуд. Несмотря на дискомфорт, она ухмылялась. Боль повторялась сотни раз, и с каждым разом ее ликование только усиливалось, даже если на это уходили месяцы любви всего улья.

Ее панцирь лопнул, когда ее конечности ударились об армированную ванну. Как заметила животная часть ее разума, боль стала выходить быстрее. Беспорядочные метания превратились в более целенаправленный акт самоуничтожения.

Жидкость потекла по новым жабрам, когда она, все еще погруженная в воду, делала тяжелые вдохи. По мере того как жизненно важная жидкость проникала в организм, к ней возвращалось здравомыслие, и она начинала видеть то, что говорили ей глаза.

Над ней на поверхность всплывали маленькие пятнышки золотистого света. Миниатюрные золотые солнышки в розовом море должны были быть прекрасны, и если бы она не знала, что именно они собой представляют, то так бы это и было.

Каждое из них было зачарованным осколком рога Селестии размером с пылинку. Это было гениально. Это была несравненная атака. Использование осколков рога в качестве оружия позволяло то, что невозможно было парировать. Это была единственная вещь, которая могла без труда вместить в себя весь гнев солнца. А с безопасного расстояния на это можно было просто смотреть. Вместо снега они напоминали огненную метель. Все, что не испепелялось, они разрывали, как песчаная буря. Если ты выдерживал, если выживал, они вливались в тебя и приносили с собой проклятие, чтобы раны никогда не заживали.

Мелькнула мысль, и несколько дронов пришли в движение. Каждое из золотистых пятнышек было аккуратно снято с поверхности и утилизировано. Еще одна мысль — и она узнала, сколько раз они восполняли любовь вокруг нее. Десять лет, десятки лет любви, потраченных впустую, а не для всего моего улья… Она подавила свой гнев еще до того, как он начал нарастать.

Дело не только в тебе, — напомнила она себе с трудом. У Селестии было много способов поразить ее, много более простых заклинаний, которые она могла бы использовать. Почему ты использовала именно это? Я должна была стать уроком для твоих врагов? Это заклинание было создано для другой цели?

Она играла с этой мыслью и забавлялась ею, как кошка с мышью. Понемногу, по кусочкам, она выуживала все, что знала об атаке Селестии. Ее абразивная субстанция могла медленно размолоть панцирь, но против обнаженной плоти она могла сделать гораздо больше.

Это было для твоей сестры?

* * *

В полноразмерном зеркале она уже давно не видела подменыша. Ни одна дыра не украшала ее. Ее рог представлял собой длинное смертоносное лезвие, а сегментированный панцирь был толстым, со здоровым блеском. Было видно, что она стала выше по меньшей мере на два копыта, но двигалась она так, словно была вдвое меньше прежнего. Чейнджлинг в зеркале удовлетворенно ухмыльнулась, показав клыки.

Кризалис положила копыто на гравированную раму:

— Это было так давно, что я даже не узнаю себя.

Потребовалось несколько секунд, чтобы осознать смесь собственных эмоций. Счастье, удовлетворение и оптимизм. Выражение ее лица исказилось от отвращения. Последнее было той эмоцией, которую она больше никогда не позволит себе испытывать.

Даже при медленном шаге ее длинные ноги быстро принесли ее к огромному окну. Откинув копыто, она смотрела на "свой" город. Мэйнхеттан был оживленным ульем. Каждый линг оправился от любовной передозировки и теперь передвигался самым медленным шагом. Плетение гудело от радости, и только поэтому суетливые рабочие не врезались друг в друга.

Материнская улыбка отразилась в стекле. Продолжайте в том же духе, дети мои. Слова, которые она обратила к улью, были пронизаны теплом, любовью и гордостью. На мгновение все линги остановились и посмотрели в ее сторону. Она царственно помахала им копытом — еще одна вещь, которую она скопировала у Кейденс.

По улью прокатились радостные возгласы, после чего они с еще большей энергией принялись за работу.

— Все меняется, — размышляла она вслух, когда, вспыхнув зеленым светом, приняла форму пони. Ее аура распахнула окно, и она взлетела на крыльях. Если бы не утоленный голод, то от зова сирены, доносившегося снизу, она пыталась бы зарыться в землю своими копытами. Все подвалы, бассейны, ванны и закрытые помещения, которые можно было простерилизовать, очистить и сделать водонепроницаемыми, были полны. Даже если бы все ее нынешние дроны были перевозчиками любви, потребовались бы годы, чтобы переместить этот избыток любви. Нужно было принять решение, и сделать это в ближайшее время. Использовать, выбросить или оставить здесь?

С учетом разрушений, причиненных мором и смертоносным магическим потоком, пройдут годы, прежде чем пони смогут вернуться в город. Правда, существовал небольшой риск, что они разведают его до этого, но туннели для бегства уже были проложены. В этом случае просто нужно будет больше транспортировщиков.

Ее разум извлек из плетения цифры производства. В настоящее время пони в капсулах производили двести шесть единиц любви в день. Экспериментальные фермы в настоящее время производили около восьмисот единиц, и ожидалось, что их количество будет только расти. Как бы ей ни хотелось признать правду, цифры не лгали. С другой стороны, за пони в капсулах было проще ухаживать, и их было проще скрывать.

Она отдала мысленный приказ, и один из ее писцов начал делать записи и подсчитывать цифры. Даже не обращая внимания на то, что сытый живот приносит удовлетворение, она тихо зарычала. Я королева, а не чертов счетовод. Все было гораздо проще, когда ее стая, уничтожая страну за страной, наедалась до отвала. Ее разум поступил логично — он перешел к тому, что произошло дальше. Как самодовольный белый аликорн явился с рвением и пламенем. К презрению, с которым ее оставили избитой, сломленной, голодной и запечатанной внутри вулкана.

Ее глаза устремились на запад, туда, где Кантерлот будет виден, если она поднимется достаточно высоко. В голове мелькнула фантазия о том, как небольшой подарок в виде нескольких тонн огненных рубинов превратит Кантерхорн в действующий вулкан. Внезапность — это честная игра… нет? Она покачала головой. Как бы ни было приятно наблюдать за выражением лица Селестии, когда ее ценный город расплавится или взлетит в небо при извержении, мелкая месть того не стоила. В лучшем случае, это доставит Селестии неудобства, и она потратит слишком много пищи… или теперь это будет скот?

И снова, к ее досаде, на помощь пришла дыхательная техника Кейденс. Она снова стала рассуждать логически. Несмотря ни на что, ее улей был менее важен для Эквестрии, чем Скверна и Мунлайт Скролл. В конце концов, они всегда могли спасти пони, которых захватил улей. Это означало, что пока с этим не разберутся, улей будет в безопасности.

Она приказала полудюжине строителей начать работу над еще одним питомником. Сейчас было самое время для экспериментов. Она взмахнула крылом и взяла новый курс на здание, где находилась кладовая. Там было много пони, о племенах которых она даже не подозревала, не говоря уже об их талантах, и сейчас это было самое подходящее место для сбора алхимических материалов для ее личных надобностей.

* * *

Кризалис снова была в ванне. На этот раз ароматная вода согревала ее, когда она оттирала себя, несмотря на то, что она знала, что совершенно чиста. Очищающее заклинание и огонь ее трансформации позаботились об этом, но такие вещи никогда не оставляют ощущения чистоты.

День был продуктивным. У нее было шесть основных планов и два десятка запасных. Она создала три новых класса чейнджлингов, которые теперь развивались внутри нее. Ни один из них не будет столь же ценным, как ее наследник, равно как и их когорта, но они все равно станут ценным дополнением к улью, которым она сможет гордиться.

Она отложила мочалку и растянулась в огромной ванне. По сравнению с той, что стояла в королевском дворце, она была аляповатой и казалась какой-то дешевой, несмотря на то, что на нее были потрачены миллионы бит.

Ее мысли вернулись к тому времени, когда она, будучи Кейденс, наслаждалась вниманием королевских пони в спа-салоне. На одно мимолетное мгновение она подумала о том, чтобы похитить некоторых из них, чтобы добавить еще одну касту в свой улей. Из них могли бы получиться особые сборщики урожая, если бы у них был талант к словоблудию и умению дарить счастливый конец. Но она отбросила эту идею. На данный момент метод свободного содержания оказался гораздо более выгодным.

Она закрыла глаза и обратила магию на себя, позволяя своим чувствам течь через нее и оседать на трех партиях яиц в ее животе.

В первой из них был смешан транспортировщик любви с некоторыми чертами Шайнинг Армора. У него было огромное хранилище любви, и если все было сделано правильно, то огромный рог, который он отращивал, позволял ему защищать территорию. Она усовершенствовала его, чтобы устранить любые ограничения на рост. Так что во времена изобилия он мог легко вырасти до размеров здания и в одиночку защищать целый город. При переезде на новое место они могли превратиться в повозку или железнодорожный вагон, причем достаточно большой, причем не утруждая себя поддержанием маскировки.

Вторая была смесью лакомки и строителя. Она часами рассматривала пони в капсулах, выискивая лучших доноров. Каждый из них обладал острым умом и талантом, который, как она надеялась, пригодится в логистике. Эта новая каста подошла бы для писцов или ткачей, способных создавать свои собственные ремесленные принадлежности по мере необходимости. Идеальным вариантом для этого было бы получить от Твайлайт больше образцов, но даже если бы она и получила их, кто стал бы тратить такой потенциал на прославленных библиотекарей и бухгалтеров?

Последние были самыми скучными, но в случае перехода к выращиванию свободных пони они были самыми необходимыми. К счастью, в тех деревнях, которые они "спасли" от Скверны, захватив их, было немало фермеров.

Она подумала, не будет ли стакан любви поблажкой, и, в кои-то веки, она была достаточно сыта, чтобы почувствовать искушение. На мгновение она подумала, что день может быть просто идеальным, но отказалась от этой мысли. В последний раз она думала, что день будет…

Моя королева? Уже тон мысленного голоса выдал все. Жесткий, официальный, с намеком на волнение.

Она гордилась своими достижениями. В кои-то веки она оказалась в состоянии полного физического и душевного удовлетворения, поэтому, конечно, должна была знать, что это ненадолго. Да? Ее собственный ответ был острым, как бритва, и обещал много часов боли, если какой-то линг сделает какую-нибудь глупость.

У нас тут такая ситуация.

Она стиснула зубы и изо всех сил постаралась не зарычать. Даже она сама не знала, где в ее тоне находится грань между терпением и угрозой. Я не в том настроении, чтобы играть в двадцать вопросов.

Через плетение она чувствовала, как дрожат линги, ощущала их страх, сменяющийся преданностью. Моя королева… Принцесса Твайлайт хотела бы поговорить с вами.

Кризалис приподнялась. От быстрого движения вода расплескалась по комнате. Там Найтмер Мун?

Она похожа на Твайлайт, а ее дочь и ее друзья играют с местными жеребятами.

Как и следовало ожидать, она старается оградить их от возможного конфликта.

— И лишает меня возможности заполучить заложников, — размышляла она вслух.

Кризалис надела свою метафорическую корону и улеглась в ванну. Магия потрескивала в ее реальной короне и танцевала в плетении, по мере того как она углубляла свою связь. Когда осознание своего физического тела угасло, она направила последнюю мысль ближайшим преторианцам, приказав им быть начеку.

Сначала она сосредоточилась на линге, который говорил с ней. Она легко следовала за этой единственной ниточкой, набирая силу по мере того, как ее чувства бежали по ней. Он был тем, кто хотел попробовать заняться разведением свободных пони. Верный, надежный, но в какой-то степени склонный к риску. Он был более приспособлен к жизни, чем многие другие, поэтому он и был местным командиром.

Он не сопротивлялся, когда она проникала в его сознание. Все подробности того, как управлялась деревня. О любовных доходах, о том, что они увеличили население деревни более чем в два раза и заменили большинство пропавших или погибших пони. С помощью небольшого количества яда и магии разума все пони приняли новую версию реальности.

Несмотря на свой гнев, Кризалис была впечатлена. Ты доставил мне удовольствие. Позаботься о том, чтобы так было и впредь… — Она бросила лингу нотку похвалы, сдобренную предостережением, подкрепляя свои слова. Она выскользнула из его головы и стала искать разум другого близлежащего линга.

Кризалис нашла того, кто был самым тусклым и тихим в плетении. Очевидно, что его не хватились бы из-за его разговорчивости. Это был солдат, единственной примечательной чертой которого было отсутствие агрессии — идеальное прикрытие для лазутчиков, готовых просто сидеть и ждать неделями без всяких жалоб. Кризалис осторожно, если не сказать мягко, подавила его волю и взяла на себя прямой контроль над его телом. Ее сознание скользнуло в низшую форму. Тело уже умело ходить, так что она просто направила его в нужную сторону и сосредоточила все свое внимание на причине своего визита.

Найтмер в форме Твайлайт стояла, если верить всем чувствам пони, в безмятежной медитации. В эмоциональном плане всё было гораздо интереснее. В отличие от Селестии, даже малейшее мерцание взрывалось, как фейерверк.

Все это было похоже на плохую имитацию ее плетения, используемую для спора. Доверие, недоверие, ненависть, злость, скука, грусть, мольба, счастье, радость и отчаяние выстреливали туда-сюда, словно боевые маги, играющие в настольный теннис артиллерийскими заклинаниями. Она радовалась, что голова не будет болеть от наведенного ужаса.

По мере того, как одолженные копыта подносили ее ближе, все больше и больше проявлялась внутренняя дискуссия. Она знала, что это неправильно, но это было похоже на то, как если бы три пони препирались и пытались побудить четвертого встать с постели, когда на самом деле им этого не хотелось.

Страсть и ликование заглушали всё остальное, когда из тела Твайлайт полыхнуло пламя. Воздух похолодел, но пламя все равно разгоралось. Она взвилась вверх и расправила крылья, пламя неистово взвилось вокруг нее. Она надолго застыла в этой позе, повернув голову так, чтобы встретиться взглядом с Кризалис. Аликорн вдохнула, и пламя погасло. Аликорн впечатала копыта в землю, буквально в землю. Ее передние ноги зарылись в землю по самые щетки.

Земля загрохотала раз, потом два, а затем, с последним рывком, из-под земли вырвались куски расплавленного камня, подхваченные темно-пурпурной аурой и придающие ему форму. В ненужной демонстрации телекинетического мастерства многие тонны камня были сжаты в грубую форму укрепления. Тонкие линии пурпурной магии разрезали, разрывали и дезинтегрировали лишнее, превращая функциональное, но грубое сооружение в нечто действительно презентабельное.

Не желая рисковать и не впечатляясь столь вопиющей демонстрацией силы, Кризалис рысью направила свое заимствованное тело прямо к все еще работающей "Твайлайт" Найтмер.

Пурпурные глаза Найтмер застыли.

— Кризалис.

— Откуда такая враждебность, принцесса? — Кризалис надменно вскинула голову. — В конце концов, это ты хотела поговорить.

— Меня зовут Найт, и тебе следовало бы поддерживать мой маскарад, если, конечно, ты хочешь, чтобы я сделала то же самое? — сказала Найтмер, сверкнув глазами. — Итак, на публике я — Твайлайт Спаркл, как вам должно быть известно. — Повернувшись, она направилась к отвесной стене нового укрепления и, сверкнув рогом, вырвала из стены обломок, не сбавляя шага.

Несмотря на притворство Кризалис, от стоявших поблизости чейнджлингов по плетению пошел страх, который тут же улетучился, как вода в ванной, уходящая в канализацию. Он закружился вокруг, а затем устремился к Найтмер. Она оглянулась через плечо и облизнула губы, на ее слишком уж самодовольной мордочке появилась довольная улыбка.

— Заходи. Нам есть что обсудить, мой маленький пони.

С тихим рычанием Кризалис вошла следом за ней.

— Я не твоя маленькая пони.

— Может быть, и нет, но ты — пони.

— Я не простая пони, — прошипела Кризалис. — Я — королева чейнджлингов.

Найтмер хмыкнула, словно размышляя:

— Да, это так, но ты все еще являешься одним из шести племен пони.

— …шести?

— Да, шести. — Найтмер огрызнулась, прежде чем ее голос смягчился до лекторского режима Твайлайт. — Земнопони и кристальные пони, пони-фестралы и пони-пегасы, пони-единороги и пони-чейнджлинги.

— Ты ожидаешь, что я поверю… — Кризалис оборвала свои слова, когда в вспышке темного пламени появилась Найтмер Мун во всем своем мрачном и ужасном великолепии.

— И как, по-твоему, я это сделала, если бы Аликорны также не были чейнджлингами?

— Тогда почему Селестия…

— Моя дражайшая сестра, — прозвучал сочащийся ядом в голос. — Она стремится уничтожить то, что не может контролировать или от чего нет пользы… В твоем случае она просто искалечила тебя, чтобы использовать тебя и твой улей для испытания Твайлайт и Кейденс.

В голове Кризалис заплясали образы ее сестер. Все то время, что они проводили вместе, конкурсы на создание самых мощных или интересных дронов. Все они мертвы. Все они ушли, а она осталась только потому, что была достаточно слаба, чтобы Селестия могла управлять ею.

Никогда. Она оскалила клыки в мстительной улыбке.

— Я победила ее.

Гогот Найтмер Мун перерос в приступ безумного смеха.

— О, клянусь звездами, это было так…

Если бы она была в своем собственном теле, она бы сорвалась. Она бы набросилась на нее копытами и рогом и показала бы этому паразиту, на что способна сытая королева. Отказавшись от этой возможности, она бросила свой лучший смертельный взгляд, подумывая о том, чтобы превратиться в нечто с окаменяющим взглядом. Нет, тогда я не узнаю, зачем она здесь, — подумала она, прежде чем прорычать:

— Я пришла сюда не для того, чтобы меня оскорбляли.

Найтмер Мун подняла копыто, как бы прося минутку, а затем глубоко вздохнула. Она оказалась еще одной пони, которая начала использовать дыхательный трюк Кейденс. Когда она выдохнула, ее форма изменилась и превратилась в Фестральную Твайлайт:

— Приносим вам свои извинения. — Она склонила голову, но не сводила своих узких глаз с Кризалис.

Сверкнув зеленым светом, Кризалис поднялась во весь рост, и ее заимствованное тело обрело свое истинное величие. Она окинула взглядом стоявшую перед ней кобылу.

— Я победила ее благодаря любви Шайнинг Армора. Она мне не соперница.

Найтмер медленно покачала головой и прошептала одно слово:

— Сидеть.

Это слово ударило, как удар молота. Его эхо потрясло весь мир. Реальное тело Хризалис подчинилось на мгновение быстрее, чем ее заимствованное тело. Ощущение воды, противостоящей движению ее настоящего тела, было почти достаточным, чтобы отвлечь ее сознание от марионетки.

Вся злость, вся ярость, которую она сдерживала в себе, вспыхнула. Она зашипела и обрушила мощный поток энергии на свой рог: Как она смеет…

Быстрее, чем миг, и мягко, как перышко, Найтмер копытом заставила ее замолчать:

— Успокойся…

Мягкие, нежные слова пронеслись сквозь нее и вырвали гнев, оставив после себя лишь холодную неподвижность и полное спокойствие. Даже самодовольная уверенность, исходящая от Найтмер, не смогла вызвать ее ярости.

Прохладное прикосновение магии Найтмер потянулось к рогу марионетки Кризалис, залечивая трещины и повреждения, вызванные переизбытком энергии.

— Что ты со мной сделала?

— Все шесть племен были воспитаны и обучены на протяжении десятков тысяч поколений повиноваться Аликорнам. Моя сестра могла бы остановить тебя одним словом.

Несколько ноток возмущения попытались пробиться сквозь вынужденное спокойствие, но она подавила их. Сейчас было не время впадать в ярость:

— Так зачем же понадобился этот маленький разговор по душам?

— Я просто хотела выразить тебе нашу благодарность.

— Правда? Но мы же враги.

Найтмер покачала головой, в ее глазах мелькнула жалость:

— Ты просто хочешь питаться, развиваться и править. — Она взмахнула крылом. — Ты не хочешь пригвоздить нас к алтарю и резать мою плоть снова и снова, наслаждаясь несокрушимой природой Аликорна, чтобы довести мучения до максимума.

Кризалис знала, что такое пытки, знала, что такое боль, но что-то в тоне Найтмер, в характере ее эмоций нарисовало слишком яркую картину. Она почти слышала крики и чувствовала, как лезвие ласкает ее панцирь, прежде чем впивается в ее мягкие внутренности. Стук копыт по камню разрушил видение, оставив лишь эхо хныкающего всхлипа.

Найтмер широко взмахнула крылом.

— Если ты будешь обращаться с их любовью так же, как здесь, ты получишь наше благословение и защиту, — закончила она с дружелюбной улыбкой.

Кризалис так и осталась сидеть на заду — даже в условиях вынужденного спокойствия это было очень тяжело воспринять. Найтмер Мун защищает меня? Я сплю? Или любовь, исходящая от лунного света, была искажена? Как-то повлияла на меня?

— Это какой-то фокус?

— Нет. По правде говоря, я просто эгоистка. — Найтмер приветливо махнула копытом. — Я сама пыталась помочь всем пони, дать им возможность раскрыть свой потенциал, и это привело к путешествию на луну.

— История говорит не об этом.

Найтмер пожала плечами:

— Они также говорят, что мы были всего лишь мифом. Говорят, мы были завистливы, тщеславны. Но мы никогда бы не пали из-за такой мелочи, из-за такого пустяка, как привязанность смертных. — Ее морда дрогнула от усилия, но не смогла сдержать уродливой усмешки.

Найтмер фыркнула и ударила копытом по земле. Ее мышцы дрожали от желания двигаться, а эмоции кричали о мести. Но потом все это исчезло. Она сидела со спокойным, собранным и расслабленным выражением лица. В ее эмоциях чувствовался привкус гордости и решимости стального клинка, но больше ничего.

— Селестия убила мою семью. Она испепелила всё, что у нас осталось от тех, кого мы любили. И это после того, как она бросила милую Луну, художницу, которая любила танцевать в звездном свете, в кровавую гладиаторскую яму. — Найтмер сладко улыбнулась.

Навязанное спокойствие улетучилось, оставив после себя лишь замешательство. Кризалис не знала, что делать. Она была королевой. Одна из ее функций заключалась в том, чтобы всегда знать, что делать. Сама мысль о том, что Найтмер Мун захочет поговорить с ней только для того, чтобы рассказать ей душещипательную историю о своем происхождении, должна была показаться нелепой, и все же это произошло:

— Найт… Я не твоя мать и не твой духовник, так почему ты мне это рассказываешь?

Крылья Найт слегка опустились:

— Я считаю, что то, что моя сестра сделала с теми, кто предал тебя, отвратительно и является пустой тратой потенциала твоего племени.

— И это все?

Найт покачала головой:

— Ты можешь быть нам полезна. Есть один пони, с которым я бы очень хотела встретиться снова. — Злобное ликование и голод, плясавшие в эмоциях Найт, заставили Кризалис порадоваться, что она не является этой пони.

— Значит, ты просто хочешь использовать нас?

— Да, но верность вознаграждается, и если ты поможешь нам заполучить Мунлайт Скролл, то будешь хорошо вознаграждена.

— Так кто же… — Вопрос Кризалис был прерван тенью Найт, которая встала и приняла облик другого пони. Знакомого пони, того самого пони, который очень неплохо заплатил за новую личность. И как же я могу использовать это, не навлекая на себя твой гнев?

Не успела она и глазом моргнуть, как Найт уже стояла с ней мордочкой к мордочке. Глаза аликорна полыхнули силой, и весь мир стал лишь бесконечной пустотой.

— Где. Он?

Кризалис вдруг почувствовала себя очень, очень смертной.

* * *

## 89 Зеленый чай

* * *

Твайлайт должна была признать, что отдых на луне был замечательным, даже если она была слишком эмоционально потрясена, чтобы забыть собрать лунную пыль. Несмотря на то, что отдых был приятным, он ничего не принес. Только зря потратила время и вывела из игры драгоценную пони.

Кэндис лежала на кровати Луны в Кантерлоте. Единственными признаками того, что она еще жива, были магия, бурлившая внутри нее, и тихие звуки ее сонного дыхания. Лей-линии кобылы были напряжены, но, к счастью, не растянуты и не разорваны. День-другой отдыха, и она снова будет полностью пригодна к службе.

Твайлайт остановилась в своих размышлениях и рассеянно поправила одеяло, с методичной точностью укладывая на Кэндис. Она протянула бесплотное крыло и погладила Кэндис по щеке:

— Отдохни хорошенько. — Это распоряжение было наименьшей из тех наград, которые кобыла заслуживала после подарка, которым она поделилась. То чудесное тепло, тот особый привкус радости, упрочившийся в своей ценности из-за его отсутствия. Мысленно она перевела некоторые иррациональные поступки пони в разряд рациональных. Получение или сохранение этого чувства, несомненно, стало бы главным мотиватором для большинства пони.

Вот так, обнажив перед миром свою душу, Твайлайт не могла укрыться от правды:

— Когда я вернусь в свое тело, мне будет этого не хватать. — Она постучала копытом по подбородку. Вот что движет чейнджлингами? Смогу ли я присвоить это? Нет, это было бы лишь временным решением. Ее мысли вернулись к искореженным останкам источника Рэд Винга. Могу ли я использовать переделанный источник чейнджлинга или кристального пони, чтобы добавить это? Необходимые заклинания и арканные теории заплясали в ее голове, и, как всегда, ее метка одобрительно звякнула. К сожалению, у меня нет доступных кристальных пони… — Она покачала головой. Я опять все слишком усложняю. Свит Дримс, Найт и Нове было более чем достаточно эмоций, чтобы поделиться ими. В случае Новы, как правило, слишком много. Тем не менее, это был интересный план, и если она когда-нибудь создаст новые тела для своих фрагментов, он может оказаться полезным.

На всякий случай она наложила на Кэндис несколько медицинских заклинаний. Она знала, что рациональной причины для этого нет. Она также знала, что все равно вернется сюда, чтобы сделать это, как только ее "обычные" эмоции нахлынут на нее. Мысленно простонав, она наложила их снова, завершая тройную проверку, чтобы ее эмоциям не на что было жаловаться. Когда последнее заклинание закончилось и еще раз подтвердило, что все будет в порядке, что Кэндис просто нужно восстановиться после сильного магического, физического и умственного переутомления, Твайлайт кивнула сама себе. Это было вычеркнуто из списка. Она повернулась, чтобы уйти, но остановилась. Если никого не будет здесь, когда она проснется. Ее мысли вернулись к тому времени, когда она была на алтаре. Боль больше не беспокоила ее, в конце концов, это была просто боль, но отчаяние, одиночество, незнание, увидит ли она когда-нибудь снова своих друзей.

Ее аура потянулась к столу Луны и нашла чистый свиток, чернила и богато украшенное перо. В чернилах были маленькие блестящие капельки, которые не влияли на их консистенцию. Твайлайт осмотрела свиток. Благодаря насыщенным умбральным цветам он был прекрасно читаем. Интересно, какого цвета он на самом деле? Она подумала о том, чтобы зажечь свой рог, но покачала головой. Кэндис нуждалась в полноценном отдыхе.

Свиток был аккуратно свернут и запечатан. Подумав еще немного, она наложила еще одно заклинание и поцеловала свиток. Еще немного магии, и на прикроватном столике появились тарелка с бутербродами, стакан воды и чашка чая с печеньем, завернутые в защитную оболочку, которая должна была разорваться, когда Кэндис начнет приходить в себя.

Цепочка событий выглядела неплохо. Кэндис начала бы приходить в себя, затем почувствовала бы запахи, а голод и жажда ускорили бы ее пробуждение. Затем, поднабравшись сил, она начнет осматриваться, узнает комнату и увидит свиток. Тогда она проверит свиток и получит перемещенный во времени поцелуй. Нужно еще кое-что… Она добавила к поцелую прикосновение и мягкое объятие крыльями, которое будет длиться целую минуту после поцелуя.

На глаза снова попалось тело Кэндис. Легким прикосновением ауры она проследила за каждой группой мышц, разгладила шерсть и убедилась, что ни грива, ни хвост не запутаются при пробуждении. Никогда еще тело пони не значило для нее столько разных вещей. Это был предмет для развлечения, это было произведение искусства, на которое можно было смотреть, это было удовлетворение и радость ремесленника от своей работы, это был наряд, который можно было надеть, чтобы ощутить другую сенсорику и эмоциональную перспективу, она была драгоценной оболочкой, в которой хранилась душа друга, она была пони, которую она могла бы полюбить, если бы была целой.

Когда она отступила назад и оглядела свою работу, ее метка вознаградила ее ожидаемым удовлетворением. Неужели любовь — это просто талант, которым обладает большинство пони? Это была интересная идея. Особые таланты — это всего лишь эффект переплетения участков источника и его контакта с душой. Всё, что ей нужно, — это душа одной влюблённой пони для вивисекции. Она покачала головой и отложила это исследовательское предложение. Справиться со Скверной и решить проблему смертности брата и её подруг было куда более приоритетной задачей.

Решительно кивнув, она приступила к составлению контрольного списка на день. Интересно, где же мое тело… С этой мыслью она исчезла.

* * *

Твайлайт поняла это, как только вернулась в свой бастион. В этом была своя правильность, свойственная ее магическому началу. Запахи живого дерева, старых книг, чернил и аромат Свит Дримс в сочетании с мягкостью, обнимавшей её, говорили о том, что она находится в своей постели.

Сам факт присутствия здесь переосмысливал все. Подарки, оставленные Кэндис, были более чем достаточными, но сделаны они были скорее из чувства долга и простой радости от использования магии. В этом была своя безупречность, но сейчас было ясно, что чего-то не хватает.

Запланированная диссертация о сравнительных плюсах и минусах таких измененных состояний бытия была отложена для чего-то более важного. Счастливо вздохнув, она еще глубже прижалась к постели, почти превратив ее в гнездо из ткани.

Физический комфорт остался, но, к сожалению, блаженство сна от нее ускользнуло. Две вещи не давали ей насладиться комфортом. Первая — пустота, которая преследовала ее. Она омрачала все мысли. Дыра, которую Селестия оставила в ее сердце, фактор любви, которую она никогда не могла по-настоящему почувствовать сама. Большая часть ее эмоциональной глубины была просто позаимствована у других или просто создана ею.

Ее глаза нашли золотые швы. Они все еще мерцали магией Селестии. Ее копыто совершало холостые движения, словно почесывая зуд, пока ее разум исследовал другое ощущение неправильности. Она чувствовала себя немного раздутой, если чувство раздутости может быть на несколько этажей ниже и в стороне:

— Хм…

Ее копыта зазвучали, нащупывая деревянный пол. Ее аура схватила несколько щеток и стремительно атаковала ее шерсть, гриву и хвост. Меньше чем за минуту она была так ухожена, как никогда не удавалось самостоятельно. Она критически оглядела кобылу в зеркале и резко кивнула.

Пока она шла к неизвестному раздражителю, до ее носа доносились ароматы ромашек, маргариток и меда, а до ушей — негромкое бормотание голоса Свит Дримс. Слов она не разобрала, но тон был мягким и успокаивающим, как у жеребенка или маленького животного. Неужели Нова что-то сломала? Это была тревожная мысль. В самом деле, бастион принадлежал ей, даже с учетом того, что ее восприятие в данный момент находилось в этой ментальной конструкции, которая была ее настоящим телом, все это место принадлежало ей… или нет? Ее копыта перестали двигаться, когда в голове возникла идея. Грей… Нова… По определению, они были здесь первыми… Как Найт овладела мной… так и я овладела ими? Всякий раз, когда Нова освобождалась, Нова была той, кто управлял… той, кто становился доминирующей. Твайлайт опустилась на пол. Все это имеет ужасный смысл.

Она вздохнула и повернулась лицом к копыту. Не так я должна себя чувствовать после свидания… Она провела копытом по морде и приготовилась к дыхательному трюку Кейденс. После нескольких повторений она пришла в себя. Мысленный образ Свит Дримс, напевающей свою древнюю песню, позволил ей расцвести искренней улыбкой.

Когда копыта несли по верхнему этажу, снизу донесся голос Свит Дримс:

— Еще чаю? — Это был простой вопрос, на который, очевидно, не было словесного ответа, поскольку за ним последовал знакомый звук аккуратно наливаемой жидкости.

Мысленно она перебирала варианты: можно перепрыгнуть через перила и полететь вниз, можно телепортироваться, можно совместить эти два способа. Она была аликорном, она могла просто перепрыгнуть через перила и упасть. Это было всего четыре этажа. Удар не причинил бы особого вреда, даже если бы она упала головой вперед. Она стояла и смотрела на перила, ее копыта колебались. Так и не приняв решения, она повернулась к лестнице и начала спускаться по ней.

Что-то, связанное с этим раздутым чувством, оставляло горький привкус во рту, и если у недоверия есть вкус, то она, скорее всего, только что нашла его. Что это?

— Я дома, — крикнула она перед тем, как ее стало бы видно. Не то чтобы ей нужно было это делать. Дримс уже давно бы услышала ее появление. Когда она вошла в фойе, знакомые виды и многочисленные стопки книг вызвали улыбку на ее мордочке.

Грей пила чай из чашки, наблюдая за приближением Твайлайт. Грей мотнула головой в сторону, и Твайлайт посмотрела в ту сторону. Найт откинулась на шелковые подушки, блаженно что-то поглощая. Через зеркало Нова и Смарти Пэнтс играли с магмой, придавая ей форму зданий, как будто та была превосходной основой для строительных конструкций, которым ее аморфная природа определенно придавала плюсы. Со Спайком все было бы проще...

Наконец, ее глаза нашли то, что искали: изящную фигуру и любящие серебряные сферы, которые были глазами ее Дримс. Эти цветные лужи почти обняли ее. Они почти стали всем миром, пока разум Твайлайт вежливо не кашлянул и не указал на нее. Фокус Твайлайт расширился, и она действительно увидела, как ее Свит Дримс улыбается, наливая чашку зеленого чая для королевы Кризалис.

Подождите, что? Каждый ментальный процесс в её голове останавливался, перезапускался, выдавал ошибку и повторял попытку. И все же, поскольку мир не имел смысла, ее разум перезапустился в безопасном режиме. Если сомневаешься, спроси:

— Найт?

Найт доела свою порцию и подняла голову:

— Да, Твайлайт?

— Почему мы пьем чай с Кризалис?

Кризалис фыркнула, а затем ответила своим двутональным голосом:

— Мы проснулись сегодня утром не для того, чтобы пить чай с… — Она сделала паузу в замешательстве, а затем пожала плечами. — Вами и вашими "гостями".

— Ну-ну, Кризалис. Мы все здесь друзья, не так ли? — сказала Свит Дримс, ее голос был гладким, как шелк, и сладким, как мед, но ее суровый взгляд переходил с Кризалис на Найт и обратно.

Твайлайт позволила копытам донести себя до Свит Дримс, но тут ее подхватили и заключили в долгожданные пушистые объятия. Тепло, ее запах и поцелуй, конечно, сделали мир намного проще. Найт не была жеребенком, а Свит Дримс скорее убьет пони, чем допустит в свои владения настоящую опасность, так что, каковы бы ни были причины пребывания Кризалис здесь, она не представляла угрозы. Вооружившись этой логикой, она взяла со стола вкусный бутерброд.

Она сделала три глотка, прежде чем продолжить:

— Итак, Кризалис в Бастионе, почему?

— Мне пришлось притащить сюда Найт, чтобы она не пугала бедную Кризалис до полусмерти.

Кризалис заметно вздрогнула. На ее панцире появились колючки и шипы, а по телу побежал зеленый блеск:

— Я не боялась.

Клыкастая ухмылка Найт была искажена восторгом жеребенка, увидевшего что-то очаровательное:

— Обманывай себя, если хочешь, но нас ты обмануть не сможешь. Мы оба эмоциоядны. Ты ищешь любви, а мы вкушаем страх, и он оказался вполне… удовлетворительным.

Твайлайт вздохнула. Может быть, немного вздремнуть в саду… Может быть, тогда мир снова обретет смысл? Синее крыло закрыло ей обзор на препирательства, и заклинание тишины Дримс спасло ее уши.

— Ну… как тебе луна? — Простой вопрос, но жаждущие, блестящие глаза, глядящие с идеального лица, сделали его намного больше.

— С чего бы начать? Хочешь полный отчет… Мне нужно столько всего написать.

Мягкий смех Дримс украл остаток слов Твайлайт:

— Тебе понравилось? — начала Дримс, прежде чем её голос слегка дрогнул, превратившись в чарующую мелодию, которую она использовала для речи. — А Луне?

— Да. — Это было единственное слово, которое произнесла Твайлайт, но она видела, что ее довольная улыбка и счастье, которое, должно быть, заметно лилось из ее глаз, сказали Дримс все, что ей нужно было знать. Чтобы не быть голословной, она кастовала заклинание вызова и отправила его в большую библиотеку за книгой, содержащей воспоминания о ее пребывании на луне. Дримс заслуживала хотя бы этого.

Книга материализовалась перед Дримс, и она набросилась на нее, как хищный зверь, если только хищный зверь может быть таким же очаровательным, как корзинка со щенками, и таким же прекрасным, как супермодель. Её трепещущие крылья и виляющий хвост были чересчур. Смех захватил Твайлайт. А как иначе?

— Не хочу прерывать, — сказала Твайлайт, и это действительно было так. Дримс выглядела такой счастливой, когда листала воспоминания о лунном свидании.

Дримс прижала книгу к груди и продемонстрировала, насколько мягкой может быть её шерсть, с нетерпением поглаживая её:

— Я понимаю. — Она спрятала книгу под крыло и принялась возиться с копытами и магией, готовя очередные лакомства. Заклинания уединения и щит с величественного крыла Дримс были сняты, и Дримс наклонила рог в сторону их необычной гостьи. — Кризалис любезно сообщила нам, где прячется Мунлайт Скролл. — Тон Дримс был сладок и обворожителен, но ее прекрасные серебряные глаза пылали ужасным предвкушением.

Если бы не тепло Дримс рядом с ней, не свидание на луне и не тот странный факт, что и Найт и Дримс спокойно пьют чай, то был бы огонь, и была бы ярость. Вместо этого Твайлайт сама удивилась тому, насколько спокойным был её собственный голос:

— О, как мило. — В её голове список за списком начали разворачиваться, готовые к использованию. Несколько десятков книг порхали, как птицы, пролетая через библиотеку, и оседали рядом с ней. Книги, о которых она никогда не думала, что они ей когда-нибудь понадобятся, книги, которые читали только потому, что они были книгами.

Глаза Кризалис расширились, когда они зацепились за названия:

— Только подумаешь, что знаешь кого-то из пони.

Твайлайт сделала изящный глоток чая и посмотрела на книги, её верные книги. Она погладила одну из них, и та завибрировала, словно мурлыча. Три другие книги собрались вокруг неё, мигая своими названиями и умоляя обратить на них внимание. Это были "Причудливые и жестокие наказания до дискордианской эпохи", "Шестая поваренная книга каннибалов: сто один способ приготовить пони" и "Экстремальные и мучительные медицинские процедуры". Она посмотрела на книгу, которую поглаживала. "Создание кошмаров и как сделать их реальностью", — прочитала она вслух.

Дримс наклонила рог в сторону королевы:

— Кризалис, будь так добра, повтори, что ты нам рассказала?

— Мунлайт Скролл обратился к нам за помощью. Он хотел бы обрести другую личность и хотел бы, чтобы некоторые из его идей были поддержаны.

Дримс сделала приглашающий жест крылом.

— Он принял облик Ноубл Гида и хотел, чтобы мы манипулировали пони, чтобы они с радостью согласились переехать в то поселение беженцев, над которым он работал.

Она видела его. Он был прямо там, в суде. Если бы она только знала. С ее постоянными мысленными вторжениями Селестия должна была знать. Почему она не сказала мне? Она записала вопрос на клочке бумаги и вытеснила беспокойство из головы:

— Какие у вас есть доказательства?

— У нас есть капсула с оригинальным Ноубл Гидом.

— Он все еще жив?

Королева пожала плечами:

— Кажется, у ваших пони есть поговорка: "Не трать — не понадобится".

— Хм, я сомневаюсь, что иллюзии или обычная маскировка будут работать так долго и так хорошо, особенно против Селестии.

— Я изменила его тело.

В голове Твайлайт запрыгали десятки вопросов, быстро перерастающих в сотни, но с губ сорвался самый простой:

— Как?

Кризалис на мгновение перевела взгляд на Найт, прежде чем ответить:

— Если быть достаточно осторожной, то можно внедрить магию чейнджлингов в плоть пони и сформировать тело. Это медленно, болезненно и вызывает осложнения при неправильном подходе.

— А как же повреждения лей-линии или пагубное взаимодействие между вашей и их магией?

— Сначала мы их истощаем, а затем убеждаемся, что они находятся там, где функционирует только магия чейнджлингов. Как только это сделано, мы ничего не трогаем.

Твайлайт кивнула, глядя, как перо само по себе выводит буквы:

— И это нужно поддерживать, потому что собственная магия субъекта будет пытаться восстановить их.

Кризалис кивнула:

— И если только они не чейнджлинги или не обладают каким-то талантом к перевоплощению, это не удастся.

— И они не будут такими совершенными, как Кэндис… — Твайлайт хлопнула копытами, не обращая внимания на то, что она ведет себя как маленькая кобылка. — Я собираюсь провести над ним столько экспериментов… — Тактичный кашель Дримс оборвал её слова.

Найт пошевелилась, садясь, и этого оказалось достаточно, чтобы атмосфера превратилась из непринужденного чаепития в серьезную встречу:

— Мы пришли к согласию?

Дримс кивнула:

— Он ответит за свои поступки. — Из серой ауры выплыл свиток, который Дримс прочитала, а затем кивнула его автору. — И мы все в курсе мыслей Новы. — Она перевела взгляд на все еще радостно играющую в ловушке кобылу.

Твайлайт торжественно кивнула. Неужели я действительно это делаю? Подумала она, но ни сомнений, ни отвращения не было. Она только что решилась на то, о чем еще год назад и помыслить не могла. Внутри нее бурлило нетерпение. Это было похоже на ожидание новой книги, смешанное с ожиданием Пинки вечеринки. Благожелательно улыбнувшись, она повернулась к Кризалис и почтительно кивнула:

— За эту информацию, а также за предоставление убежища нашим пони, мы благодарим тебя и выражаем тебе признательность, королева Кризалис.

Кризалис встала во весь рост и ответила кивком.

Пурпурный свет слился и сформировался в свиток. В копыте Твайлайт он казался тяжелым и неестественным, но это было уместно. Своей кровью она поставила внизу подпись и клеймо. Подражая Луне, она властно подала его королеве.

— Помилование? — Глаза Кризалис расширились, затем сузились до щелей, после чего она перевела взгляд на Твайлайт.

— Да, по закону это необходимо, прежде чем можно будет предпринять что-то еще.

В глазах королевы заплясало подозрение:

— Что ты планируешь, Твайлайт?

— Ничего особенного, — улыбнулась Твайлайт. — Леди Кризалис.

Кризалис показала клыки, но тон ее был на удивление благоразумным:

— Я не леди. Я — Королева.

Твайлайт кивнула, соглашаясь с этим, и сотворила второй свиток:

— Властью, данной мне как принцессе Эквестрии, и в связи с чрезвычайным положением, я принимаю это решение. В связи с неспособностью знати защитить свои владения, я, Твайлайт Спаркл, возвожу тебя в их ранг и поручаю тебе защищать то, на что ты претендуешь.

Кризалис даже не моргнула. Она просто застыла на месте на четырнадцать с половиной секунд:

— Почему?

— Раньше я думала, что ты чудовище, думала, что ты зло, а потом у меня открылись глаза. Даже если бы ты была такой, какой я тебя считала, ты была бы лучше многих дворян. Большая часть дворянства ленива, жадна, эгоистична, а некоторые даже по-настоящему злы — такие, что сознательно посылают наемников убивать неродившихся жеребят.

Кризалис взяла в копыта второй свиток:

— Это довольно откровенно.

— Да, не стесняйся, воспользуйся этим.

Найт ухмыльнулась:

— Дражайшей сестре это понравится.

* * *

Вид из окна пентхауса не был таким заброшенным, каким должен был быть. Вместо этого по улице трудолюбиво спешили ’пони’. Суровые строения Мэйнхеттана в стиле арт-деко, такие разные, такие чужие по сравнению с классическим Кантерлотом или деревенским Понивиллем, приковывали к себе взгляд и не хотели отпускать. Глаза Твайлайт нашли выжженный кратер. Он был таким маленьким по сравнению с городом. Именно отсюда началось наше путешествие.

Наше путешествие началось с того, что маленький высокомерный единорог осмелился бросить нам вызов.

Твайлайт закатила глаза. Ты собиралась устроить вечную ночь.

Да. Признала Найт. Даже если Селестия подстроила игру, победа была заслуженной.

Твайлайт смягчила свой мысленный тон. Ты рада, что потерпела неудачу?

Ты прекрасно знаешь ответ, моя хозяйка.

Спасибо, что спасла меня. Спасибо, что подарила мне Свит Дримс.

Мы же семья, помнишь?

Натянутая улыбка выглянула из отражения в бокале. Ты права.

Конечно, права, не говоря уже о том, что однажды довольно умная кобыла дала мне такой совет.

Когда все закончится, нам придется еще раз поговорить с Селестией.

С кровопролитием или без?

Твайлайт покачала головой, но это ничуть не скрыло от Найт ее противоречивого выражения лица. Без кровопролития. В каждый момент времени она поступала так, как считала нужным… и в некоторых случаях я, безусловно, согласна с ее действиями.

Мы рады, что это только в отдельных случаях.

Кстати, о Селестии… Интересно, как она отреагирует, когда узнает, что я продала Мэйнхеттан ради своей мести…

Это не месть. Это праведное возмездие.

Я не чувствую разницы.

Это тебя остановит?

Нет… Я просто достаточно осознаю, что делаю это потому, что хочу, а не потому, что это правильно.

Его нужно остановить.

Так и есть.

Тогда помни, что нет ничего плохого в том, чтобы находить удовлетворение в ненужных вещах.

Как ты думаешь, почему он это сделал?

Ты не ищешь простых ответов… а о многом другом я могу только догадываться. Скоро мы узнаем правду.

Гармония хотела бы, чтобы я попыталась спасти его.

И ты не собираешься этого делать?

Нет… Я не знаю, доверяю ли я больше Гармонии.

Почему?

Было что-то… не то, когда я в последний раз посещала дерево… ощущение окончательности… как будто это было в последний раз.

На некоторое время воцарилась тишина, а вдалеке все ближе проявлялась магическая сигнатура Кризалис.

Я съела сердце грифона, и мне это понравилось. Я вырвала у него источник и играю с ним в свободное время… — усмехнулась Твайлайт. Я больше монстр, чем Кризалис, больше монстр, чем Дискорд, и знаешь, что самое ужасное?

Это чувство правильности?

Твайлайт кивнула. Никогда раньше я не чувствовала себя так правильно. Наконец-то я стала самой собой. Да, я знаю, что все мои домашние влияют на меня, но эти влияния — известные факторы. Я наслаждаюсь своей силой, и мне нравится ее использовать. Говоря словами Рейнбоу, быть аликорном — это потрясно.

Ты помогаешь тем, кто в этом нуждается, исцеляешь раненых, защищаешь невинных и работаешь, чтобы сделать жизнь наших подопечных лучше. Ты отдаешь свою душу, чтобы исцелять, просто потому, что это правильно. Да, ты чудовище, но ты действуешь ради блага других.

Твайлайт позволила Найт полностью вернуть свое внимание к виду за окном.

Всего один город, а она легко может построить новый меньше чем за столетие.

Сто лет… когда-то это казалось долгим сроком… а сейчас?

Планировать, ставить цели, но встречать каждый день за днем. Найт поднесла копыто к груди.

В этом не было необходимости, но Твайлайт, оттолкнув копыто, завершила привычный ритуал выдоха.

Мерцание зеленого огня в периферийном зрении возвестило о прибытии Кризалис.

— Как он?

Королева подошла к ней и уселась, как-то совершенно лениво и в то же время безукоризненно царственно:

— Он в порядке, но в настоящее время не может вернуться в мир бодрствования.

— Почему?

— Его приятные сны слишком сильно расходятся с текущей реальностью.

— Хм. Ну, по крайней мере, мы уже спланировали, что его заменит чейнджлинг.

Вошел меньший линг, одетый в костюм дворецкого, и начал ловко расставлять чайный сервиз.

Аромат чая донесся до ее носа. Аромат был завораживающим. Некоторые аспекты было легко определить, например, лепестки роз и лунные цветы, но было и нечто другое, главное, что она не могла описать. Она медленно вдыхала аромат, наслаждаясь им. Что бы это ни было, оно было приятным. Мысли унеслись к Луне, к тому времени, когда она носила плоть Кэндис.

— Ты добавляешь любовь в чай? — спросила Найт их общим голосом.

Твайлайт кивнула сама себе. Так оно и есть.

— В тебе есть часть чейнджлинга. Я была бы плохой хозяйкой, если бы не сделала этого.

В чае чувствовалась сладость, но не обычная. Он был терпким и казался пряным, но от него исходило тепло, как от крепкого напитка, а не как от обычного чили. Он хорошо сочетался с более обыденными цветочными нотками, но чего-то не хватало. Твайлайт наслаждалась напитком и пыталась понять, чего же в нём не хватает. Она искала другой ответ, хотя часть её понимала, что дело просто в том, что она предпочитает вкус страха, а не любви.

— Очень вкусно, спасибо.

— И все же это пробуждает в вас тоску?

— Эта любовь не так приятна, как страх.

— Мы иногда накапливаем его, когда отфильтровываем от урожая.

— Вы хотите предложить его на продажу?

— Я думаю, мы могли бы назвать это подарком между друзьями?

— Мы оба знаем, что ты приняла наше предложение из-за его выгоды, а не по дружбе, — сказала Найт.

— Верно, но теперь мы союзники. Есть смысл это развивать.

Твайлайт вздохнула и покачала головой:

— Я — Принцесса Дружбы, а ты стремишься к этому сильнее, чем я…

— Куда катится этот мир?

* * *

Твайлайт снова пила чай, только на этот раз в кабинете Луны на борту ее штормового корабля. Тёмные облака, из которых складывалось будущее, были более твёрдыми, чем привычные пушистые белые, но эта встреча была слишком важна, чтобы рисковать задремать из-за излишней мягкости.

Твайлайт всё изложила, передала все подробности, которые сообщила Кризалис, рассказала о своей цели — захватить Мунлайт Скролл — и поставила ультиматум, что он за всё заплатит. Принцесса Луна, Аликорн Ночи, наблюдала за ней и молча слушала каждое слово.

Когда Твайлайт закончила, когда все слова были исчерпаны, слегка прищуренные глаза Луны по-прежнему холодно смотрели на Твайлайт. Прошел год или, может быть, секунда, и Луна заговорила:

— Ты уверена в этом пути?

— Да.

— Очень хорошо.

Твайлайт моргнула. Это было все? Никаких обсуждений, никаких оправданий, простое "ты уверена, что хочешь это сделать". В груди Твайлайт зародилось тепло. Приятно, когда тебе доверяют. Она отложила мысленные контрольные списки и отправила книги, разбросанные вокруг интерфейса между её телом и бастионом, на повторное хранение.

— Как это будет сделано?

— Тайно, настоящий Ноубл Гид все еще жив. План состоит в том, чтобы чейнджлинг заменил его, пока он не поправится.

Луна кивнула.

— Мы попросим нашего ночного гвардейца самым тщательным образом изучить его последние деяния.

— А теперь, если ты не возражаешь, моя Луна. Мне нужно заново познакомиться со старым учителем.

— Не возражаешь против зрителя?

В голове промелькнуло несколько десятков вариантов ответа, но она капризно отбросила их, а вместо этого наклонилась ближе и приникла к губам Луны. Это длилось всего мгновение, но голодные глаза, смотревшие с лица Луны, однозначно свидетельствовали о том, что она стала лучше целоваться. Твайлайт отметила в уме результат эксперимента и медленно, чувственно отошла от Луны. Даже не глядя, она чувствовала, что Луна смотрит ей вслед, чувствовала, как магия древней кобылы жаждет дотянуться до неё.

Месяц назад ты бы так покраснела, что твои щеки загорелись бы. Поддразнила Найт.

Твайлайт закатила глаза, покачивая хвостом и расправляя крылья. Резкий вздох Луны был той самой оценкой "пять с плюсом", на которую она рассчитывала. Обещанная месть и желание соревновались в том, какое из них будет более восхитительным. При всём этом Твайлайт не могла перестать улыбаться, даже если бы захотела.

— Сегодня всё будет идеально. — Промурлыкала она, когда другая мысль одержала верх. Она собиралась подчинить себе пони, пони, который заслуживал наказания, пони, которого она хотела наказать. Ты будешь идеальным подопытным… Спасибо, что вызвался, Мунлайт Скролл.

* * *

## 90 Нежданный посетитель

* * *

Ноющая боль в груди подсказала ему, что он еще дышит. К сожалению, это было его главным достижением за день. Вкус пера не улучшал настроения, но, по крайней мере, его грызение немного отвлекало от непрекращающейся боли. Почему все так долго делается? Воскликнул он в уединении. Его слегка приподнятое копыто не было титанической силой, способной расколоть стол или отбросить в сторону проклятые Тартаром жеребячьи няньки, которыми одарила его Селестия.

Его копыто опустилось обратно на стол, мягко постучав по нему. Сейчас было не время для эмоций. Не время рисковать и привлекать к себе внимание. Быстро взмахнув пером, он бездумно перешел к следующему, очень важному документу, который требовал его внимания.

Вдох, выдох — то, что должно быть таким простым делом, требовало усилия воли. Его измученное тело хотело сдаться, но он не давал ему такой возможности. У него были дела, которые он должен был сделать, которые он должен был сделать прямо сейчас.

Он вздохнул. Звук был усталым и тяжелым. У него был план, он подготовил свою следующую жертву, но ее здесь не было. Вместо этого, благодаря тому, что слишком много пони глазели на демонстрацию Луны прошлой ночью, она теперь играла в догонялки. Он снова посмотрел на отчет на своем столе. Шесть переломов костей из-за невнимательности грузчиков, десять опозданий на работу из-за романтических инцидентов и бесчисленное множество мелких неприятностей, которые складывались во все новые и новые задержки.

По позвоночнику пробежала дрожь. Движение было таким, словно кто-то сдирал с него кожу. Он ударил копытом по столу, подавив крик до тихого хныканья. По сравнению с болью гораздо важнее было то, что ее вызвало. На него надвигался холод, ощущение, уверенность, что за ним наблюдают. Кто ты? Подумал он. Это не Селестия Луна? Он задумался, критически изучая свои ощущения. Это был ледяной холод в сочетании со щекоткой переизбытка магии, и все это было окутано сознательным и целенаправленным намерением.

Медленно, словно проверяя время, он поднял взгляд от стола. Его глаза не успели даже дойти до часов, как нашли источник этого зловещего чувства.

— Значит, ты нас заметил? — Светящиеся пурпурные глаза выглядывали из тени, а по слегка возбужденному тону трудно было определить, чей это за голос.

Как? Даже сквозь туман боли в голове пронеслось все, что он сделал. Как ты меня нашла? Что я упустил? Ему стоило немалых усилий не выдать своего волнения и продолжать играть свою роль. Его мысли переключились на то, как Твайлайт оказалась здесь. Его нога слегка приподнялась, но он снова опустил копыто на стол. Было уже слишком поздно освобождать свою магию, а вырезать камни из его груди было бы не совсем деликатно.

Оставался шанс, правда, совсем небольшой, что она здесь не потому, что знает, кто он на самом деле. Поэтому, не придумав ничего лучшего, он сделал единственный оставшийся у него ход. Усталым, но все еще почтительным голосом он поприветствовал ее:

— Принцесса Твайлайт.

Кобыла хихикнула, прежде чем выскользнуть из тени. Темнота прилипала к ее шерсти, как капли дождя, а затем снова скрывалась в тени, когда она шла вперед:

— Похоже, сегодня мой счастливый день… К сожалению, для тебя, "профессор", он не очень удачный.

Профессор — это было всего лишь слово, простое звание, но Ноубл Гид никогда его не получал. Он открыл было рот, но не успел произнести и слова, как глаза Твайлайт сузились до щелей — казалось, их цвет позаимствован у самой Найтмер Мун.

— Игры не спасут тебя сейчас, Мунлайт Скролл… Я полагаю, что в прошлый раз ты познакомился со мной довольно… близко, так что… будет справедливо, если мы отплатим тебе тем же, нет? — В дверь резко постучали. — О, пожалуйста, входите, Ноубл Гид. — Твайлайт продолжала, как будто ожидала этого.

Что ты задумала? Подумал он, когда дверь открылась, несмотря на магические засовы и замки, и на мгновение ему показалось, что он смотрит в зеркало, если бы отражению позволили быть более ухоженным.

— Я так рада, что вы смогли прийти, — сказала Твайлайт с широкой улыбкой. Улыбка говорила о том, что для неё всё это лишь игра, которую она уже выиграла.

Поклон новоприбывшего был примером отточенного движения:

— Конечно, принцесса. Рад быть полезным. — Когда он распахнул дверь, из нее показались два солнечных паладина, застывших с помощью какого-то заклинания в виде кристаллических статуй.

Дверь закрылась благодаря ярко выраженной зеленой ауре. Щелчок был слишком громким и зловещим. Он был в меньшинстве, и один из его противников был аликорном. Это менее чем идеальный вариант. Он усилил спокойствие в своем сознании. Варианты?

В кладовой был один окаменевший пони. С помощью земной магии он мог бы оживить его, чтобы отвлечь внимание, но что потом? Магии Твайлайт, даже внешне беспомощной, хватало, чтобы не только защищаться, но и с презрительной легкостью отражать как заклинания, так и физические атаки, а теперь появилась этот новый пони. Я в ловушке. Его внутренности скрутило. Каждый раз у него была стратегия выхода, одноразовые пони, на которых он мог свалить ущерб. Теперь же он был один и почти беспомощен перед Аликорном, который к тому же был мастером магии крови.

Его глаза нашли ящик с потайным отделением. Там лежали его зелья и несколько кристаллов заклинаний. Если я смогу доставить это в её кровь… Но она же аликорн… Его обезболивающее зелье, попав прямо в кровь, вызвало бы шок и, возможно, даже убило бы даже самого сильного земнопони, но раз за разом он убеждался, что аликорн — это не обычный пони.

Всегда можно было использовать магию крови, чтобы пожертвовать собой ради шанса нанести ответный удар, но это означало бы признать свое поражение. Все, что я могу сделать, — это ждать. Это была горькая пилюля, которую нужно было проглотить, но какой еще был выбор?

Словно почувствовав его мысли, Твайлайт на мгновение перевела взгляд на него, а затем обратила все свое внимание на новоприбывшего:

— Тебе предстоит большая работа по проверке того, что задумал этот самозванец. Ты уверен, что готов к этому после всего, что тебе пришлось пережить?

Другой пони в комнате, притворявшаяся Ноубл Гидом, кивнул:

— Это будет приятная смена обстановки. — Голос был безупречен и насыщен мягким шармом и уверенностью.

Твайлайт, наконец, перевела взгляд на Мунлайт Скролл:

— А теперь… — Ее рог зажегся, и пурпурное сияние заиграло серебристыми сполохами. Вместо того, чтобы осветить комнату, это был яркий свет, который сделал остальную часть комнаты темнее, так как тени начали разрастаться, накапливаясь, как вязкие чернила. — Мы хотели бы знать, как ты скрываешь свою магическую подпись и как тебе удалось обойти бдительность Тии.

Магия в воздухе была настолько плотной, что казалось, он не может дышать. Она давила, словно собиралась раздавить его. Он знал, что большая часть этого — иллюзия, результат сенсорной перегрузки, но это не отменяло его ощущений. Несмотря на это, Мунлайт Скролл выпрямился во весь рост:

— Я не жеребенок, чтобы пугаться таких демонстраций, принцесса.

— О, ты, бедный, необразованный глупец, это не демонстрация. Мы просто отдыхаем. — Твайлайт взмахнула копытом и, элегантно, как танцовщица, опустилась в кресло напротив него. — Знаешь ли ты, как неудобно сдерживать свою магию? Вынужденно скрывать ее? — Она постучала копытами и сделала задумчивый вдох. — Знаешь, мы могли бы арестовать тебя, запереть и выбросить ключ только за тот запрещенный состав, который сейчас находится в твоем организме. Корень бузины, тень трава и проклятье рога, правда? — В ее глазах сверкнула злая усмешка. — Тебе, должно быть, очень больно, — промурлыкала она, придвигаясь ближе, так близко, что он почувствовал, как ее обжигающее дыхание коснулось его шерсти.

Каждый инстинкт в его теле кричал о том, что надо бежать, принижаться перед ней, но он отказался. Вместо этого он спокойно встретил ее взгляд:

— Похоже, ты поставила меня в невыгодное положение, принцесса.

Твайлайт кивнула головой:

— Сейчас бы я предложила тебе шанс на искупление, протянула бы тебе копыто дружбы, но, думаю, мы оба знаем, что в этот раз этого не произойдет.

Вероятный чейнджлинг стоял неподвижно и как можно дальше от Твайлайт, сохраняя уважение. Даже сквозь формальную маску на лице его взгляд то и дело скользил к возможным выходам. Это не предвещало ничего хорошего.

— Тогда что мы будем делать? Может, я позову свою помощницу, чтобы она принесла чай и печенье?

— Заманчиво, но, боюсь, придется отложить это на потом. Не уверена, что такие простые блюда будут сочетаться с более сильными ароматами, которые скоро появятся в воздухе.

Мир давил на него, тяжесть гор давила со всех сторон, а он почему-то не взрывался. Медленно, неотвратимо он поднялся с кресла, и все, что было на его столе, поднялось вслед за ним и было аккуратно убрано.

— Итак, что ты нам сказал? — Твайлайт постучала себя по подбородку. — Ах да, теперь я вспомнила. — Она прочистила горло и, плохо имитируя его настоящий голос, провозгласила. — Ты для меня всего лишь редчайший компонент заклинания, принцесса. — Она улыбнулась, левитируя его на пустой стол. — Единственное, что в тебе есть редкого, — это алхимические вещества в твоем организме… но они просто досаждают, когда пытаешься их извлечь. — Она положила копыто на его грудь. Прикосновение было мягким, нежным и совершенно не соответствовало тому, как ее язык облизывал растущие клыки. — Так что, к сожалению, это делает тебя просто обычным мясом. Что может быть полезным товаром в условиях нынешних проблем с продовольствием, вызванных скверной.

Сокрушительная хватка ее невидимой ауры ослабла, и она стала просто держать его за копыта.

— Ты такая же ужасная, как и Селестия. — Он сплюнул и тут же пожалел об этом.

Глаза Твайлайт сузились, и она наклонилась ближе, так близко, что они разделили дыхание:

— Мы такие, какими нас сделали она и ты. — Рунические узоры кружились вокруг ее рога с такой скоростью, что он не мог уловить их, но это явно было какое-то анализирующее заклинание. Волна магии то и дело прокатывалась по нему. — Ну что, играешь в недотрогу, да? — Она создала еще одно заклинание и еще одно, и с каждой неудачей ее разочарование и радость, казалось, возрастали в равной степени. От одних заклинаний покалывало, другие казались застывшими пауками, танцующими по его внутренностям, а от одного даже все вокруг на несколько секунд изменило цвет.

Все болело, и с каждым мгновением тело жаждало очередного целебного тоника или обезболивающего зелья. Лежать на спине, удерживаемый безумным аликорном, начинало надоедать. С чисто академической точки зрения, ее мастерство владения магией было превосходным. То, как она сплела воедино современную, классическую и додискордианскую магию, поражало воображение, но ведь она была аликорном магии, так сколько же в этом действительно ее мастерства, а сколько — того, что ее природа упростила для нее?

Она остановила свое заклинание и задумчиво хмыкнула:

— Что ж, теперь понятно, почему никто ничего не нашел. — Она откинулась на спинку кресла и тепло улыбнулась. — Я знаю, что ты и большинство других единорогов попали в ловушку парадигмы, согласно которой заклинания — это все и вся. Что с помощью правильных заклинаний или ритуалов можно решить любую проблему. — Она махнула копытом, как бы отбрасывая мысль. — Я знаю, что часто попадаю в эту ловушку, но я стараюсь узнавать о многих других достижениях и способах решения проблем, не требующих применения магии. — Улыбка сменилась на ласковую. — Ты помнишь мою няню для жеребят? Конечно, помнишь. Кто может забыть самую лучшую няньку для жеребят, которая, как оказалось, была принцессой любви? Она изобрела заклинание. Я знаю, знаю, никто не ожидал, что бывшая пернатая кобылка из школы сможет это сделать, но она сделала это. Это было замечательное маленькое заклинание, которое основывалось на её умении изучать предмет обычными способами. Это был поучительный опыт, которым я воспользовалась и расширила рамки полученного урока.

Твайлайт помахала копытами, слегка хлопая крыльями от волнения, и углубилась в магическую теорию так, словно представляла свои итоговые выкладки на суд экспертной комиссии.

Через несколько минут его заменитель вежливо прокашлялся:

— Принцесса?

— Хм?

— Мы ограничены во времени, Ваше Высочество.

— Ах да… Что ж, у нас будет время продолжить занятие позже. — Ее рог засветился чужеродными формами заклинаний и странными символами, которые не сразу можно было понять, что это математические формулы. — Итак, если магия не работает, и вы хотите заглянуть внутрь пони, то самый простой вариант — просто вскрыть его и посмотреть… но это может быть не очень удобно, поэтому вместо этого вы можете использовать что-то немагическое, что может проникнуть в среду, через которую вы хотите посмотреть. В данном случае — звук. — Она на мгновение отвлеклась. — Мне действительно нужно написать благодарственное письмо в ту библиотеку. — Она покачала головой. — Да, если у вас есть нужный тип звука и нужный датчик, вы можете использовать обычное чисто немагическое природное явление, чтобы получить изображение внутренностей пони.

Магия закружилась вокруг ее рога и погасла, половина рун вновь появилась в сложном танце вокруг ее левого переднего копыта:

— А теперь, пожалуйста, потерпите меня. Это мой первый раз. — Она взобралась на стол и уселась на него. Ее шелковистая шерсть прижалась к нему, и если бы не маниакальный блеск в ее глазах, можно было бы подумать, что это прелюдия к чему-то приятному.

Ее зачарованное копыто ласкало его рог, вызывая дрожь по телу, а затем она перешла к его лицу, шее. Движения были медленными, нежными, в постоянном размеренном темпе. Ее острые, яркие глаза, казалось, были сосредоточены в глубине его тела на несколько копыт.

Он попытался дернуться, сдвинуться, сбросить ее с себя, но разница в силе была такова, что она, казалось, даже не заметила его усилий:

— Слезь с меня, кобыла.

— Ну, это не слишком вежливо. Я знаю многих пони, которые умерли бы за возможность оказаться там, где ты сейчас… — И снова это вежливое покашливание прервало ее. — Ну да, ну да. — Она продолжила свои поиски. Ее копыто пронеслось по одному месту, а затем вернулось обратно. Улыбка, когда она дважды постучала по его груди, стала последним гвоздем в крышку гроба. — Значит, вот где ты их прячешь…

Она переместилась, усевшись на него повыше, расправила крылья, и на ее морде появилась самая садистская улыбка, которую он только мог себе представить. Ее рог вспыхнул, и дюжина слоев звукопоглощающих и заклинательных барьеров накрыла комнату.

Сила охватила его сердце, затем легкие, проникая сквозь плоть. Не нужно было быть хирургом, чтобы понять, что она один за другим локализует главные органы.

— Все по-честному, — прошептала она, когда в его груди вспыхнула боль.

Его грудь приподнялась, три маленькие точки силы внутри настойчиво тянули вверх. Он точно знал, что она собирается сделать. Ее копыто прошло по его боку, как будто он был ее любовником, прежде чем она снова впечатала его в стол.

Без камней он был бы уязвим. Без искусственного разума, заключенного в драгоценном камне, она знала бы все, все его планы, все его вознесение было бы разрушено из-за этого проклятого аликорна из Тартара.

Он зарычал, и это рычание перешло в крик, когда его плоть начала поддаваться. Было больно, очень больно, но это было ничто по сравнению с тем, когда он не смог вовремя добраться до своих зелий.

Он бился, кричал, позволяя себе дать ей всё, что она хотела, позволяя этому садистскому монстру увидеть всё, что она хотела. Всё, что имело значение, — это небольшая часть его сознания, эта маленькая запасная часть, о которой он никогда не думал, что она ему понадобится.

Звуки его криков, влажный треск его плоти и ее магии слились в нечестивую какофонию, а затем в воздухе, капая кровью, появились три камня. Его больше не волновало, что это за камни, кто она, кто он. Все, что имело значение, — это то, что он должен был действовать.

Вновь обретенная магия помчалась по его телу, выбирая путь наименьшего сопротивления. Она протанцевала сквозь подготовленные заклинания. Твой ход. Это была его последняя мысль перед тем, как его собственная магия ворвалась в его сознание.

* * *

Где я? Это была первая мысль, возникшая в его голове из пустоты, которая была бесконечной агонией. После тумана в голове начали формироваться образы. Всё шло по плану, а потом Твайлайт сбежала, и в одно мгновение он оказался в офисе с Твайлайт, которая была под кайфом от своей силы. Что произошло?

Когда испытываешь боль достаточно долго, её отсутствие одновременно приносит облегчение и сбивает с толку. Тем не менее, он должен был разобраться во всём раньше. Он каким-то образом был еще жив. Но тут же возникал вопрос: почему?

Цепочка событий не складывалась, и оставалась только одна возможность. Мое сознание было скомпрометировано… Не успел он прогнать эту логику, как что-то заметил. Он не столько открыл глаза, сколько осознал полученную от них информацию. Цвет кристаллических стен подсказывал ему, где именно он находится, но не это занимало его внимание.

Он что-то видел. Только он не знал, что именно. Проходили часы, секунды. У него не было никаких ориентиров, пока не пришло тошнотворное осознание, и то, что он видел, не стало обретать смысл. Пока он этого не увидел, он бы сказал, что это невозможно, но делать якобы невозможное — это особенность аликорнов.

Поэтому он с сожалением принял стоящий перед ним большой предмет за физическое зеркало. Руны вокруг его рамы представляли собой простейшие очищающие чары. Если его не передвигать и не закрывать, ничто не помешает полированной поверхности выполнять свою работу.

Зеркало говорило правду. Как бы он ни хотел и ни желал обратного. В его жестоком отражении он мог видеть, что она сделала, что сотворила с ним. Это было чудо магии, о котором он даже не мог мечтать. Но это не меняло его единственного желания — закрыть глаза. Конечно, для этого нужны были веки. Он даже не мог отвести взгляд, потому что теперь у него не было мышц, необходимых для управления глазами и головой.

Изображение в зеркале больше не было пони. Его уже нельзя было назвать живым существом. Если бы это было на бумаге, исполненной рогом художника, то это была бы одна из самых детальных работ по биологии. Вместо этого нити пурпурной магии держали его расчлененное тело на виду у всех. Маленькие нити крови и других жидкостей извивались между подвешенными органами и поддерживали в нем жизнь.

Сердце его учащенно забилось, когда до него дошло, что произошло. Зеркало показывало ему, что он мертв, или должен быть мертв. Его поддерживало только заклинание высшего порядка. Он будет жить или умрет по ее воле. Твайлайт стоило лишь прекратить действие ее заклинания, и он превратился бы в груду ненужной плоти.

В зеркале позади него открылись светящиеся пурпурные глаза. Его подвешенные мышцы подергивались и вздрагивали. Отточенные рефлексы требовали действий, но ничего не достигали. Все, чего он добился, — это отличной видимости участившегося пульса и нескольких цветных огоньков от рун, высеченных на его роге.

Под взглядом Твайлайт показались белые зубы, и она улыбнулась, когда остальная часть ее облика скрылась из виду. Она рысью пронеслась перед ним, и взгляд ее задержался, отчасти голодный, отчасти, словно у кантерлотского дворянина в картинной галерее.

С помощью магии появился ящик, и она начала рыться в нем. Ее рог даже не зажегся. Не было ни единого следа ее заклинания. Ещё одно преимущество аликорна.

Твайлайт улыбнулась, настраивая камеру:

— Я бы сказала, улыбнись на камеру, но… не думаю, что ты сможешь.

Вспышка резанула его по глазам. Он попытался покраснеть, отвести взгляд, но всё, что произошло, — это подёргивание и сокращение некоторых отключённых мышц.

Твайлайт скрыла хихиканье за окровавленным копытом:

— Не будь таким. Ты помогаешь развивать медицину. Ты поможешь мне спасти многих пони. — Она пролетела над его недавно освободившимся черепом и осторожно вынула кости из магического плетения. — Теперь, может быть, мне отполировать это или сделать пластину из какого-нибудь металла? — Она ждала ответа, который, как она знала, он не мог дать. — Нет мыслей? Что ж, я уверена, что придумаю что-нибудь для твоего нового дома.

И она телепортировалась из комнаты с тем безразличием к законам физики, которое проявляют все могущественные заклинатели.

Я все еще жив… Этот факт утешал не так сильно, как ему хотелось бы. Мне не больно… Это было немного лучше, но странно, учитывая, как неприятно было подвергаться вивисекции и расчленению до нынешнего состояния.

Ты не достиг бы нынешнего уровня, сомневаясь в себе.

Он не мог закрыть глаза, поэтому поступил следующим образом. Он просто игнорировал то, что видел. Он не мог ничего сделать, чтобы изменить ситуацию, поэтому это не имело значения.

Как же я попал в офис? Очевидно, прошло какое-то время. Кроме того, цвет его шерсти был другим. Даже форма морды и звук голоса были не его. Каким бы способом это ни было достигнуто, подобная трансформация не могла произойти в одночасье, а заваленный бумагами стол свидетельствовал о том, что он уже давно обосновался на своем месте.

Оставалось только три варианта.

Вариант первый. Ответная реакция могла повредить его разум, отраженное заклинание или даже просто нарушить его работу, если он применял одно из своих более неприятных заклинаний.

Вариант второй. Один из аликорнов отобрал у него воспоминания. Оставался вопрос, почему он оставил все остальное.

Вариант третий. Я сам удалил свои воспоминания. Это имело наибольший смысл. Он оставил себе достаточно воспоминаний, чтобы знать о неожиданном боевом потенциале Твайлайт, и при этом оставаться самим собой.

Части его тела задрожали от смеха, который хотел вырваться наружу. Кто бы мог подумать, что Твайлайт Спаркл, Принцесса Дружбы, может быть такой садисткой? Сомневаюсь, что кто-нибудь из моих агентов сможет снова собрать меня воедино.

* * *

Время шло, считать удары сердца стало скучно. Уровень освещенности не менялся, не было ни голода, ни жажды. Как бы странно это ни звучало, но ему становилось скучно.

Звук открывающейся двери вернул его в реальность, и в комнату вошла пара пони. Любой пони узнал бы эту пару. Что вам нужно? Даже просто мысль была не слишком остроумной, и он это знал.

Глаза Селестии расширились. Лишь на мгновение и ее безупречная маска вернулась на место.

Хорошо, что хоть что-то еще может тебя шокировать.

— Ты мог бы добиться гораздо большего. — Грустные глаза Селестии были единственным, что было более покровительственным, чем ее голос.

Луна наклонила голову в одну сторону, затем в другую, осматривая его:

— Значит, ты не собираешься добавлять его в свою частную коллекцию?

— Я разочарована, что ты позволила Твайлайт зайти так далеко.

Луна пожала плечами:

— Она нуждалась в этом, и одна крупица ее роста стоит больше, чем любые страдания, которые он может пережить… И все же, не будь слишком сурова, сестра моя. Он был всего лишь инструментом, который я использовала.

Я ничей, не инструмент, и уж тем более не твой.

Селестия вздохнула и на мгновение встретилась с ним взглядом, после чего вновь обратила свое внимание на сестру:

— Я хорошо знаю твои методы. Если бы не это, он бы выбрал другой темный путь. В любом случае, его судьба предрешена. Вопрос лишь в том, когда Твайлайт надоест с ним играть.

— Опять ты недооцениваешь свое творение, сестра моя.

Селестия наклонила голову в сторону Луны.

— Она не играет. Возможно, она наслаждается его страданиями, его страхом… — Луна на мгновение встретилась с его глазами голодным взглядом, прежде чем ткнуть сестру кончиком крыла. — Все, что она делает, она делает для того, чтобы углубить свои знания о том, как лечить и оказывать помощь своим маленьким пони.

— И ничего из этого не является ненужным?

Луна кивнула:

— Она даже составила список, причем с подробным описанием того, что она собирается делать, и пользы от каждого эксперимента.

— Она должна была быть лучше, чем это.

Копыто Луны ударило по хрустальному полу, и ее спокойный тон почти потерялся в эхе удара:

— Тогда не надо было устраивать беспорядок в процессе ее испытания!

Селестия взмахнула крыльями, ее голос был холоден как лед, а глаза пылали как солнце:

— Я все сделала идеально.

— Тогда почему ей нравится питаться страхом, а не греться в лучах обожания?

Жар в глазах Селестии потускнел, когда ее крылья наполовину опустились:

— Недавно…

— Нет, сестра. — Луна подняла копыто, как пику. — Это началось с ее испытания. Ты поставила ее на путь превращения в чудовище… как и я.

Селестия отшатнулась. Последние три слова прозвучали как физический удар. Ее огромные белые крылья опустились почти до земли:

— Луна…

Луна шагнула к сестре и прижалась к ней. Она приложила копыто к ее морде:

— Прошлое есть прошлое… Мы не можем его изменить. Все, что мы можем сделать, это решить, что нам делать теперь.

В тошнотворной демонстрации, которая больше подходила любовникам, чем сестрам, они выдержали взгляд друг друга. Прошло несколько долгих секунд, прежде чем Селестия ответила, ее голос почти застрял в горле:

— Простит ли она меня?

— Она даже не знает, что есть за что прощать.

— А ты ей скажешь?

Луна покачала головой:

— Она уже осудила тебя за этот поступок, и вы оба уже прошли через это. Это только разбередит старые раны. Со временем она узнает о различных испытаниях и сама разберется с этим.

— Может, лучше сказать ей?

— Нет… Она смирилась с тем, кто она есть.

— Ты простишь меня?

Глаза Луны ожесточились, и она отступила от сестры. Широко взмахнув крыльями, она жестом указала на него:

— Всего этого можно было бы избежать, если бы ты не сковала нас. Все страдания Твайлайт даже не приснились бы этому негодяю.

— Ты знаешь, что это было необходимо, — ответила Селестия.

— Мы знаем, что они верят в это… возможно, ты права, возможно, нет, последние несколько лун… вселили в нас сомнения, дорогая сестра. — Прежде чем сестра успела ответить, она взмахнула в воздухе крылом. — Как бы то ни было, я несу часть вины за его успех и масштабность его достижений.

— Это не твоя вина, сестра, — сказала Селестия, окутывая сестру большим белым крылом.

— Ты знаешь старые законы.

— Прогони их из головы, будет свадьба, и понадобится кто-нибудь из пони, чтобы покрасить твои перья.

— Ты сделаешь это для меня?

— Да, сестра.

Удар был внезапным и жестоким, и Селестии пришлось переставить копыта, чтобы устоять на ногах. Атака закончилась объятиями в полный рост и смеющейся Селестией.

Луна прижалась к сестре.

— Я бы не стала пока праздновать… Прошло много лет с тех пор, как мы видели законченную работу.

— Подразумеваемой поддержки более чем достаточно… даже если мои крылья в итоге будут выглядеть так, будто жеребенок набросился на нас с краской.

Селестия спрятала смех за копытом:

— Думаю, я могу сделать хотя бы немного лучше.

Луна кивнула, на ее мордочке появилась добрая улыбка:

— А теперь о причине нашего визита. — Она кивнула в его сторону.

Селестия вздохнула:

— Да, ты, безусловно, права.

Селестия придвинулась ближе, ее глаза впились в него, отбросив даже мысль о сопротивлении. Один звук и слишком яркий свет нарастали и нарастали, пока не превратились во всё сущее.

Одна за другой его мысли собрались воедино, и к нему вернулись чувства. Оба Аликорна были в комнате, оба по-прежнему смотрели на него, но он не знал, сколько времени прошло.

— Ты что-нибудь нашла? — Голос Луны пробился сквозь его замешательство и позволил ему вновь обрести свое жалкое состояние.

— Он проделал тщательную работу. Я ничего не могу восстановить.

— Жаль… Значит, еще есть над чем работать. Есть ли время пообедать вместе?

Селестия кивнула, и оба аликорна ушли. Он остался один, и компанию ему составляло только его ужасное отражение.

Было ясно, что аликорны не собираются оставлять его в живых. Иначе зачем бы они так свободно разговаривали при нем? И все же, несмотря на все это, у него оставалась надежда. Надежда, основанная на вере в себя. Всю свою жизнь он добивался поставленных целей, обретал силу и восстанавливался после любых неудач.

Интересно, какой сюрприз я оставил от себя… Он не позволял себе слишком много размышлять об этом, вдруг они снова будут рыскать в его голове. Нет, вместо этого он представлял себе все новые и новые творческие и ужасные поступки. Ведь его нынешнее состояние требовало соответствующего возмездия.

* * *

## 91 Не совсем обычное похмелье

* * *

Блаженство струилось сквозь чувства Старлайт, как сироп из солнечного света. Лаванда и лунный цветок ласкали ее нос, а ее магия мурлыкала в глубине души, как котенок. Постепенно из моря спокойствия всплывали мысли. И тут Старлайт вспомнила, что она пони, а не какой-то там элементаль удовольствия.

Отсутствие тепла рядом с ней означало, что Трикси уже встала. Но ее запах был еще достаточно свеж, чтобы понять, что это было не так давно. Легкая нотка тоски пронеслась в ее сознании. Одно лишь беспокойство было тем несовершенством, которое давало трещины в пелене дремоты.

Ее сердцебиение участилось, а грудь расширилась благодаря цветочному аромату, витавшему в воздухе. Она потянулась, и все ее тело стало похожим на шпаклевку, но только в лучшем смысле этого слова. — Неужели я заснула в спа-салоне? — пробормотала она, открывая глаза.

Нет, она по-прежнему находилась в замке Твайлайт, в комнате, которую делила с Трикси. Шторы были наполовину задернуты, не давая солнечным лучам попасть в глаза, но при этом позволяя их теплу ласкать ее шерстку. Это маленькое удовольствие вызвало на ее лице улыбку. Движение принесло с собой волну мятной свежести.

Она провела языком по зубам и еще никогда не чувствовала их такими чистыми с утра. Как будто она только что их почистила. Она чувствовала себя полностью отдохнувшей, значит, не могла так поздно лечь спать. Я действительно не хочу вставать сегодня, — подумала она, но все равно встала на копыта. Она встала перед зеркалом и замерла.

В зеркале по-прежнему была она. У нее все еще были все конечности, и рог был на месте. И вообще, кобыла в зеркале выглядела хорошо, очень хорошо. Никому, кроме Флаттершай, не удавалось так хорошо выглядеть, едва встав с постели.

Ее идеально ухоженная шерсть переливалась в лучах солнца. Её грива была уложена, но не совсем так, как обычно, а так, словно лучшие стилисты услышали некое описание гривы и решили сделать из неё свой магнум опус.

— Что я натворила прошлой ночью? — спросила она у своего отражения. Ответа не последовало, и она погрузилась в туманные воспоминания. Единственное, что приходило на ум и имело смысл, это то, что она побывала в Лас-Пегасусе, выиграла крупную сумму, а потом спустила все деньги на этот макияж.

Она вернула расчески и щетки на место. Она понюхала себя. Она была свежей, чистой, с легким ароматом цветов:

— Лаванда и лунный цветок.

Пришло осознание:

— Твайлайт и Луна! — Они вернулись, была вечеринка. — Может, переборщили с крепким сидром? — Она призадумалась. Да, было что выпить. Но не сидр. Оно было серебристым, и если посмотреть на него как следует, то казалось, что под его поверхностью скрывается ночное небо.

По шерсти пробежала дрожь, когда она облизнула губы. Каким оно было на вкус? Название вкуса вертелось у нее на языке, но она никак не могла вспомнить его.

— Интересно, не поделится ли Луна еще чем-нибудь?

Она потрясла головой, чтобы прояснить ситуацию. Все еще не понимая, что именно произошло прошлой ночью, она отложила это на потом. Итак, что мне нужно сделать сегодня? После нескольких секунд размышлений ничего конкретного в голову не приходило. Только обычные повседневные задачи и дела, которые нужно выполнить.

— Ну что ж, один из способов это выяснить.

Пустая стойка для доспехов вызвала беспокойство, и она задержала взгляд на ней, прежде чем отвести его. С Трикси все будет в порядке. Скорее всего, она надела ее только потому, что вернулась Твайлайт. С этим вопросом было покончено, и она рысью вышла из комнаты.

Движения ее тела были плавными и текучими, без единого мелкого изъяна или несовершенства, без которых невозможно достичь взрослой жизни. Ее шаг замедлился и остановился.

— Я сплю? — Это не было похоже на сон. После последнего приключения с Найтмер Мун и Дэйбрейкер, а также после небольшого инцидента с Тантабусом, и она, и Твайлайт изучили этот вопрос. Но это, как ни крути, не похоже на сон. Может, это капсула чейнджлингов?

Она закрыла глаза и сосредоточилась. Магия потекла к рогу с шелковистой плавностью. Она текла равномерно, просто радуясь тому, что выполняет ее просьбу. Ни одна ее ниточка не стремилась помчаться и покарать назойливых пони. Ни одна струйка не предлагала использовать контроль над разумом, чтобы добиться своего. Прошлая ночь, должно быть, была очень приятной… Она продолжала кастовать. Она решила проверить это через минуту.

Она сотворила заклинание, избавляющее от сна, и из рога вырвалась волна энергии. Когда его сияние померкло, она открыла глаза. Все было по-прежнему. Ничего не изменилось. С паранойей, присущей только бывшим злодеям, оказавшимся в бегах, она дважды, а затем и трижды проверила все, что только могла придумать. Насколько можно было судить по всем ощущениям, по всем заклинаниям, которые она могла применить, это была реальность.

Затем последовали медицинские заклинания — простые, но нужные. Она была достаточно самостоятельной. Она запомнила каждый шрам и каждый изъян. Но ни одного из них не было. Все остатки травм и растяжений исчезли.

Она рысью подошла к окну. Большая часть дня уже прошла. Солнцу оставалось пройти лишь четверть пути, прежде чем Селестия опустит его. Понивилль, во всей своей теперь уже укрепленной красе, смотрел в ответ. Литтл Стар телепортировалась по кругу, порхая между группами жеребят, которые занимались не только своими делами. Вместе с конструктами Литтл Стар они ухаживали за новыми садами, стояли на страже стен и даже играли в строительство новой башни.

Эпплджек и ее брат появились в поле ее зрения, их безупречно уложенные гривы каким-то образом держались, несмотря на их труды. Каждый из них тащил тяжелую тележку, груженную камнем и деревом, на которую они сгружали содержимое, а жеребята роились в ней и наперегонки сортировали содержимое по размеру и цвету.

Когда одна из групп победно закричала, Литтл Стар телепортировалась к ним, окинула взглядом их старания и вручила победителям поднос с печеньем. Не успели конкуренты обзавидоваться, как победители уже делились своими богатствами.

Старлайт улыбнулась. Моя жизнь была бы совсем другой, если бы у меня были такие друзья. Она зажгла свой рог и телепортировалась на вершину замка. Она появилась на новейшей укрепленной платформе между парой определенно не вечериночных пушек. Рефлекторно она еще раз проверила, на месте ли этикетки. Бирка на предохранителе гласила: Боевая.

Бой, это слово даже на эквестрийском языке выглядело уродливо. ”Не для использования на вечеринках”, нацарапанное помадой, выглядело гораздо эстетичнее, чем это одно слово.

Она медленно повернулась кругом, и ей показалось, что ничего не случилось. До самого горизонта все было так, как и должно быть. Что-то красное привлекло ее внимание. Почему я смотрю на Биг Мака? Конечно, он был красивым жеребцом и одним из самых крупных, которых она когда-либо видела. Неужели? Нет, не смотрела. И все же эта мысль поселилась в ее голове. Она все еще не понимала, что натворила на вечеринке, не знала, как вообще попала в свою комнату.

Она снова произнесла медицинское заклинание, на этот раз сосредоточившись на другой части своей анатомии. Как и в прошлый раз, оно дало ответ, что все в порядке, что она здоровее, чем раньше. На этот раз она копнула чуть глубже, и заклинание дало ответ. Ой.

В этом не было никаких сомнений. У нее действительно был секс, причем с чем-то большим, чем рог единорога. Ее взгляд вернулся к Биг Маку. Я ведь не… Или да? Она разобрала исцеляющее заклинание и смешала его с несколькими другими. Она выдохнула, не зная, что задерживает дыхание. В ее теле не было ничего такого, чего не должно было быть, кроме ожидаемой необходимости есть, пить и дышать.

Она проследила взглядом за Биг Маком. Это был хороший жеребец, по крайней мере, для земного пони. Его мускулы бугрились и смещались под идеально ухоженной шерстью. Для любой кобылы, случайно оказавшейся рядом, это было настоящим зрелищем.

Он и вправду выглядит неплохо. Она задумалась, но в ее сердце ничего не шевельнулось. Ее хвост даже не дернулся. Может быть, это был не он?

Она оперлась копытами на перила и просто любовалась видом. Город, которым она практически управляла в отсутствие Твайлайт. В отличие от Нашгорода, в этом городе она чувствовала, что действительно чего-то добилась. Она лишь надеялась, что одна пони с этим согласится.

Положительное или отрицательное суждение Твайлайт было гораздо важнее того, что она сделала прошлой ночью. И все же оставался еще один вопрос. Нужно ли мне извиняться? Но, даже подумав об этом, она поняла, что нет.

— Доброе утро! — Голос Литтл Стар прозвучал за мгновение до того, как раздался хлопок телепорта. Вспышки света почти не было.

— Отличный контроль. Ты тренировалась?

— Да, Старлайт. — Мини-Твайлайт сияла от гордости.

Старлайт наклонила рог, наблюдая за происходящим внизу:

— Я вижу, ты организовала жеребят. Это твоя идея?

Литтл Стар кивнула с таким энтузиазмом, что казалось, она рискует сломать себе шею.

— Все старшие пони проспали?

— Да, и мама Луна сказала, что надо дать им поспать.

— А ты знаешь, что случилось?

— Мама Твайлайт сказала, что это побочный эффект чрезмерной гармонизации… у нее не было времени объяснить, что это значит, но она сказала, что расскажет мне, когда я подрасту.

Чрезмерная гармонизация… никогда раньше не слышала, чтобы это так называлось.

— Еще она просила сказать, что вместо похмелья, каким бы оно ни было, будет от одного до четырех дней с яркими и приятными снами.

— Поверь мне, никто не хочет иметь похмелье. — Что это был за напиток, который принесла Луна… Она облизала губы, пытаясь вспомнить его вкус. Чтобы отвлечься, она указала на строящуюся башню. — Так что вы строите?

— Это будет новое здание клуба Метконосцев… — Литтл Стар поскребла копытом по полу. — По-видимому, другим пони небезопасно добираться до места, где находился старый клуб, поэтому мы вынуждены отстроить его здесь.

Старлайт успокаивающе положила копыто на холку Литтл Стар:

— Помни, что большинство пони не так сильны, как ты. Большинство единорогов, даже с соответствующими аспектами, никогда не смогут телепортироваться.

— Но это так… О… — Озарение сменилось грустью.

Быстро оглядевшись по сторонам и не обнаружив ни одного родителя, Старлайт решила сама взять на себя эту обязанность. Переставив копыто, она обняла Литтл Стар, которая рефлекторно прижалась к ней. Она видела, как в глазах кобылки зашевелились огоньки:

— Мы исключительные. Многие пони здесь, в Понивилле, такие же, но мы гораздо сильнее, чем большинство из них.

— Я знаю.

— Ты помнишь, что это значит?

— Что мы всегда должны быть осторожны и добросовестны с нашей магией, но при этом бдительны, чтобы защитить тех, кто слабее нас.

Она продолжает совершать эту ошибку… неужели мои старые привычки дают о себе знать?

— Почти, — с гордой улыбкой ответила Старлайт, чтобы отвлечься от возможной критики. В конце концов, Литтл Стар была дочерью своей матери. — Тех, кто не такой сильный, а не слабее.

Один из самопишущихся свитков Литтл Стар появился на свет, в нем было изменено несколько слов, а затем он снова исчез.

Глаза Старлайт сузились. Она исправляет его уже второй раз. Что-то или, что еще более тревожно, кто-то изменил свиток во внепространственном кармане Литл Стар? Существовал ли этот свиток вообще, или он был скорее ментальным фантомом, используемым в качестве вспомогательного средства для запоминания? Учитывая то, что она сделала с очищающим заклинанием…

— Такой прекрасный день, дорогуша, — раздался снизу голос Рэрити.

— И, естественно, первой твоей мыслью была тренировка по фехтованию? — По сдержанному тону Блюблада нельзя было понять, соглашается он или жалуется.

— О боже, ты же знаешь, мы оба переели, а чтобы оставаться такими утонченными, нужны немалые усилия.

— Как скажете, леди Рэрити. — В словах принца проскользнул намек на поддразнивание.

Глаза Старлайт снова сузились, когда она проследила за движением Блюблада. Легкий контакт, когда Рэрити прикоснулась к нему. Как он навострил уши, пытаясь уловить каждое ее слово, когда их разговор перешел на технические термины фехтования.

В теплом солнечном свете, после самого долгого за последние годы перерыва в работе, она видела лишь двух влюбленных пони. Неужели все мои подозрения были просто недосыпанием и паранойей?

Постукивание маленького копытца вернуло ее внимание к Литтл Стар:

— Теперь он хороший пони.

— Он определенно много сделал для того, чтобы помочь. Я просто не ожидала, что он будет помогать и дальше, и не думаю, что кто-то из пони ожидал…

— Селестия больше не делает его злым и глупым.

Мысли Старлайт оборвались на полуслове. Литтл Стар сказала это спокойно, как будто это было обычным делом, но с такой уверенностью.

— Литтл Стар.

Внимательные глаза Литтл Стар полностью сфокусировались на ней:

— Да, Старлайт?

— Откуда ты это знаешь?

— Мама Луна рассказала мне сегодня утром.

— Но зачем Селестии это делать?

Ушки Литтл Стар опустились:

— Прости, я не знаю. — Ее левое ухо дернулось. — Возможно, потому что она дала другим пони объект для нападок и кого-то, кого можно обвинить в глупых вещах. — Она решительно кивнула. — Она хотела отвлечь внимание.

Снова и снова эта невинная маленькая кобылка демонстрировала глубокую проницательность и безжалостное решение проблем. Если бы не ее доброе сердце, она могла бы закончить так же, как я. И все же, может ли она быть права?

Судя по тому, что она слышала о выходках Блюблада даже в Нашгороде, он мог бы стать отличным отвлекающим маневром. В его тени многое могло сойти с копыт…

Звон клинков привлек их внимание к паре единорогов. Изящная работа копыт больше походила на танец, чем на строевые упражнения ополченцев Понивилля или королевской гвардии.

Рэрити не отличалась магической силой, но в этом случае ее точность и внимательность к деталям были на высоте. Рэрити использовала один меч, но дюжина ее кинжалов плавала и кружилась в воздухе под полным контролем. Их волнообразные движения были так похожи на то, как она управлялась с иголками и нитками.

В ауре Блюблада были пара мечей и пара маленьких щитов. Это было соревнование между его мастерством и ее талантом.

Тихий хлопок — и в копыте Литтл Стар появились бумага и карандаш. Быстрые карандашные линии запечатлели момент за моментом поединка. Трудно сказать, в чем проявилось большее мастерство — в поединке на клинках или в работе с карандашом.

Талант Литтл Стар к магии был понятен. Этого даже следовало ожидать, но откуда взялся этот талант к искусству? Все больше и больше вещей не срасталось с маленькой кобылкой, но Старлайт не думала, что ответы появятся сегодня. Поэтому, не обращая внимания ни на что, она уселась наблюдать за двумя зрелищами.

Постепенно из замка выходило все больше и больше пони, каждый из которых был так же безупречен, как и сама Старлайт. До нее долетали обрывки радостных разговоров, пока она продолжала наблюдать за происходящим. Если бы в поле зрения было больше одежды, это был бы самый странный показ мод.

Внизу были объятия, прикосновения и добродушные шутки. В отличие от вчерашнего дня, ни в ком не было ни малейшего намека на напряжение или беспокойство.

Это должно быть заклинание… — язык снова провел по губам. Или тот серебряный напиток?

Литтл Стар, ну, вторая Литтл Стар, начала вызывать предметы. Несколько незадействованных камней и лист металла. Черные режущие лучи и пурпурные заклинания меньшей клейкости быстро превратили кучу хлама в довольно симпатичную сковородку.

— Литтл Стар? — спросила Старлайт у сидящей рядом с ней кобылки.

— Да?

— Как ты можешь находиться в двух местах одновременно?

— Я не нахожусь.

— Тогда кто там внизу?

— Это мои питомцы под заклинанием иллюзии.

Старлайт сосредоточилась на том, чтобы навести резкость и сузить фокус своего рога. Проще было бы развеять иллюзию, но если Литтл Стар говорила правду, она не хотела мешать приготовлению еды.

Магия была простой, но плотно сплетенной. В ней не было ничего сверхсложного, просто множество простых эффектов, связанных между собой, чтобы работать идеально.

Вглядевшись в иллюзию, аналитическое заклинание выделило силуэт конкретной деревянной совы, сидящей на спине мини-волка.

— Как они накладывают заклинания?

На экране появился свиток со сложной схемой деревянного и хрустального рога. Это было неприятно, это было унизительно, но больше половины того, что было написано на странице, осталось за пределами ее понимания. Знания этой кобылки были самыми разнообразными. До того, как Старлайт начала учить ее, она не знала многих основ, и все же некоторые ее заклинания превосходили все, что когда-либо видела пони.

— Рог твоей совы — это ретранслятор заклинаний?

Литтл Стар кивнула:

— В него вписаны руны, упрощающие и автоматизирующие некоторые базовые заклинания.

Сочные ароматы медовых овощей-гриль привлекли внимание всех пони. Лук, пастернак, морковь, цуккини и грибы — все они искушали чувства.

По сравнению с пайками и простыми блюдами, которые пони ели в последнее время, это был пир, достойный принцесс. Пинки бросилась к ним с покосившейся башней ещё дымящегося хлеба, уложенного на спине, и баночками с приправами.

— Откуда все это взялось?

— Еда?

— Да.

— Мама Эмеральды прислала ее.

— Мама Эмеральды?

— Да.

Она всего лишь маленький жеребенок. Она не пытается быть занудой. Старлайт изобразила свою самую терпеливую улыбку:

— И кто же ее мать?

— Королева Кризалис.

— Что!? — Крик Старлайт заставил толпу внизу замолчать. Теперь все взгляды во всем городе были прикованы к ней.

Она окинула взглядом толпу: на их лицах отразилось замешательство и беспокойство.

Озорно улыбнувшись и небрежно взмахнув копытом, она успокоила их. Они ясно видели, что Литтл Стар находится сразу в двух местах, и поэтому ее удивление было вполне логичным. В конце концов, она была Метконосцем. По мере того как пони внизу успокаивались, улыбка Старлайт становилась все более искренней.

Она негромко произнесла, чтобы никто не услышал:

— Королева Чейнджлингов дала тебе эту еду?

Литтл Стар долго моргала. Ее уши приподнялись, опустились и снова приподнялись. Она резко кивнула:

— Мама Твайлайт заключила мирный договор с плохими чейнджлингами… так что теперь они не плохие… я думаю.

— Значит, не плохие? — Ей было очень трудно сохранять спокойный голос.

Литтл Стар радостно улыбнулась и кивнула.

Какая-то часть Старлайт хотела рассердиться на Литтл Стар, но она просто не могла этого сделать. Несмотря на то, что разум кричал ей о том, что это плохая идея, ее разум не мог вызвать ни паники, ни хотя бы легкого беспокойства. Кризалис снабдила город едой, и, судя по всему, Твайлайт и Луна были не против?

Неужели обеих принцесс заменили чейнджлинги? Неужели вчерашняя вечеринка — это как раз то, чем питается нереформированный чейнджлинг? Что ж, был один способ разобраться в этом.

— Ты знаешь, где твоя мама, Твайлайт?

— Агась. — На роге Литтл Стар заплясало волшебное мерцание, и на свет появилось просмотровое окошко.

Из-под земли вырвалась волна расплавленной породы. Все вокруг превратилось в горящий камень, пламя и сердитую раскаленную магму. Спайк поднял когтистую лапу, зачерпнул лаву и бросил ее. Белая пони с гривой цвета дикого огня шарахнулась в сторону, открывая ответный огонь.

Первым побуждением Старлайт было что-то сделать. Она еще не успела решить, что именно, как перед ней возникло выражение лица Спайка и версии Дэйбрейкер Твайлайт. Они улыбаются?

— У них что, бой лавовыми шарами?

— Да, к сожалению, я недостаточно огнеупорна, чтобы играть… — Копыто Литтл Стар на мгновение заскрежетало по полу, прежде чем она очень намеренно прекратила это действие и встала немного выше. — И это правильно, если ему тоже удастся побыть с мамой Твайлайт.

Пиротехническая битва продолжалась, когда Спайк добавил несколько вспышек своего дыхания. Твайлайт приблизилась к дракону и, скорее, как привычно Рейнбоу, чем по собственной инициативе, схватила его и принялась тискать и щекотать.

Она ведет себя как жеребенок, — подумала Старлайт, наблюдая за тем, как эти двое возобновили свою игривую битву. Твайлайт двигалась неправильно. Не неправильно, как Дискорд, а как будто она была другой пони. Твайлайт никогда не была лучшим летуном, но она, по крайней мере, освоила крылья. Кто бы это ни был, он почти не обращал на них внимания, позволяя им развеваться рефлекторно или просто тащиться за собой.

Пока пони и дракон играли, как жеребята, пурпурные вихри магии наводили порядок в разрушениях. Остывающий расплавленный камень превратился в довольно симпатичную дорогу.

Это явно была магия Твайлайт… но по тому, как она действовала, можно было предположить, что это зачарование. Всё происходило по её сценарию, а не формировалось непосредственно волей пони.

Ну, по крайней мере, на этот раз она не пытается никого убить…

Покачав головой, Старлайт снова обратилась к Литтл Стар:

— Ты знаешь, безопасна ли еда?

Литтл Стар кивнула, и на свет появился еще один свиток. Она взглянула на него и протянула.

Список заклинаний был обширен. Названия некоторых она не знала, но, судя по контексту и по тем, которые она знала, все они были заклинаниями обнаружения и очищения. Тридцать два заклинания. Старлайт присвистнула:

— Ну что ж, этого будет вполне достаточно.

Литтл Стар кивнула:

— И все это было в запечатанных коробках для хранения.

Эти вещи были дорогими, и большинство пони не могли на них заработать.

— Можно мне посмотреть?

Еще один всплеск магии, и на свет появился ящик размером в половину ее роста. Он был красиво покрашен, и на нем были нарисованы какие-то символы.

Также была прикреплена транспортная бирка:

— Тридцать шестой ресторанный ряд, Мэйнхэттен.

Мэйнхэттен, место, где все это началось, место, где Твайлайт похитили и… Старлайт оборвала эту цепочку мыслей. Сегодня был хороший день, и меньше всего ей хотелось заново переживать крики Твайлайт.

Ее взгляд снова отыскал все еще открытое окно для подсматривания. Она увидела белую кобылу, которая беззаботно носилась по полю, как жеребенок. Мимо скачущей Твайлайт пронеслась глыба магмы. Она разлетелась на огненные брызги. На лице Твайлайт была только невинная радость, когда она высунула язык в сторону Спайка. Даже несмотря на все происходящее, это вызвало у нее улыбку. Как она может оставаться такой?

— Ты можешь присмотреть за всем здесь? — спросила Старлайт.

Литтл Стар кивнула:

— Ты куда-то собралась?

— Просто нужно переговорить с Твайлайт.

Рог Литтл Стар засветился, и не успела Старлайт и рта раскрыть, как она уже моргала от пурпурной вспышки. Старлайт вздохнула. Когда же ты научишься сначала спрашивать?

Вспышка жара пронеслась мимо, посылая колючие мурашки по ее плоти за мгновение до того, как рог обхватил ее щитом.

Твайлайт взревела, врезалась копытами в землю, и из нее вырвалась волна магмы.

Глаза Старлайт расширились, и она телепортировалась прямо вверх, ее аура подхватила ее и держала в воздухе. Даже с такой высоты жар оставался сильным. Если бы это была дуэль, у нее было бы полдюжины заклинаний, которые можно было бы использовать, чтобы привнести боевые заклинания в игру жеребят… но даже такая небезопасная, как эта, казалась неправильной. Поэтому вместо этого она сделала кое-что другое.

— Твайлайт! — Реакция Спайка была обычной: он поднял голову и помахал рукой. А вот реакция Твайлайт была совершенно иной.

Бело-огненная кобыла склонила голову набок, глядя на Старлайт, и в ее глазах не было ни малейшего намека на узнавание. Она пару раз моргнула и наклонила голову в другую сторону:

— Старлайт?

Левое ухо Твайлайт дернулось, как будто она обратила внимание на кого-то из пони рядом с ней. Она ударила копытом по земле и надулась, а затем вздохнула. Еще одно долгое моргание, и ее позиция изменилась. Игривость и беззаботность исчезли, и теперь на нее смотрела та Твайлайт, которую она знала.

— Прости, Спайк, но нам придется вернуться к этому позже.

Спайк отмахнулся от вопроса когтем:

— Нет, я могу отдохнуть… но мы должны сделать это снова.

Твайлайт одарила Спайка теплой материнской улыбкой:

— Ну, у нас есть оставшаяся часть пути, которую нужно построить.

— Ты иди и поговори со Старлайт. Я разберусь. — С наглой улыбкой он повернулся и начал дышать огнем, земля разжижалась, а чары Твайлайт начали работать, формируя из податливого материала дорогу.

Твайлайт подобрала ноги и взвилась в воздух, раскрыв крылья только после того, как приблизилась к Старлайт. Белый цвет ее шерсти потемнел, а цвет гривы потускнел от угасающего огня.

— Надеюсь, ты хорошо спала? — Голос Твайлайт был теплым и дружелюбным, но в ее глазах читался живой интерес.

— Да… может быть, даже слишком хорошо.

Твайлайт подняла копыто:

— Я знаю, что тебя беспокоит, и успокойся. Ничего страшного не произошло, и у этого была цель.

Старлайт сузила глаза, но сохранила на лице дружелюбную улыбку:

— Не хочешь поделиться?

— С тобой — да. Ты слишком сильна, слишком умна и слишком подозрительна для того, чтобы делать что-то меньшее. — Твайлайт пожала плечами. — И я знаю, что если бы я не сказала тебе, ты бы просто нашла способ узнать об этом или использовала бы свое заклинание временного обзора, чтобы проверить.

Старлайт кивнула:

— Ты не ошибаешься. Ты знаешь, что мы беспокоились о тебе, а вчера вечером ты вела себя как жеребенок… Твайлайт, ты должна поговорить с нами.

— Прошлой ночью было две вещи. Это был праздник жизни, победы и дружбы.

— Возможно, немного большего, чем дружба…

Твайлайт улыбнулась:

— Используемая магия позволяет пони найти то, что им нужно: плечо, на котором можно поплакать, способ выплеснуть и рассеять негативные эмоции или пони, которую можно обнять и быть обнятой. Это старая магия, один из ритуалов Луны, который раньше был ежегодным событием.

— Почему я ничего не помню?

— Это часть магии. Все души участников объединяются в мире, гармонии и любви. Полная честность и щедрость. На каждое желание найдется пони, готовый его исполнить. На каждое сомнение найдется пони, которая даст уверенность. На каждый страх найдется пони, которая подарит надежду.

— Это все равно не объясняет, почему я не помню.

— Ну, если бы ты не перебивала так часто, ты бы уже знала. — Твайлайт вздохнула. — Извини. Такой уровень честности и открытости слишком велик для повседневной жизни, поэтому, если это не что-то, что каждый пони считает нужным запомнить, это забывается.

— Тогда какая польза от всего этого?

— Что ты чувствовала, когда проснулась?

Она все еще чувствовала отголоски того восхитительного ощущения, плавные, хорошо смазанные движения своих мышц и даже четкость отзвуков ее магии, когда она продолжала левитировать себя.

— Ну…

— Вот именно, твоя душа знает, твоя магия знает. После всего, через что прошли мои пони, всего, что они пережили, битв… смертей, которые они видели… они нуждались в этом. — Твайлайт отвела взгляд. — Это было нужно и мне.

— Так если все это правда… Какова другая причина?

Твайлайт полуобернулась, но ее теперь уже твердый взгляд уперся в глаза Старлайт:

— Ритуал требует готовности доверять, чтобы у всех участников не было настоящей злобы по отношению к другим пони, или, по крайней мере, не было злобы, от которой они не готовы отказаться.

— Ты беспокоишься о шпионах? Или культистах?

Твайлайт торжественно кивнула:

— Да, мы захватили Мунлайт Скролла.

У Старлайт сжались внутренности, а в ушах зазвучал призрачный крик, который она никогда не сможет забыть:

— Тот самый, который…

— Да, и он стер многие из его недавних воспоминаний, а если учесть, что он притворялся Ноубл Гидом…

— Тот, который создал…

— Да, и учитывая его способности к темной магии и то, что ему нравилось изменять разум пони по своему усмотрению.

— Ты сделала это, чтобы убедиться, что здесь их нет?

Твайлайт кивнула.

— Так… почему все пони выглядят так хорошо?

— Мое предположение — одно из желаний Рэрити, и, похоже, что никто не возражал против этого.

— И как… я чувствую себя здоровой?

— Часть обряда, ритуала, или, как его называет Луна, "Наслаждение Лунным светом", — это совместное использование магии с Аликорном… Или, в данном случае, с двумя. Это означает, что он приносит множество небольших положительных эффектов для здоровья, а также исцеляет в разумных пределах. Если бы не нагрузка, которую он оказывает на лей-линии, его можно было бы рекомендовать еженедельно. Но для большинства пони пройдет несколько месяцев, прежде чем его можно будет повторить. Только наши избранные могут безопасно пользоваться этим чаще.

— Так как же ты его поймала?

— Кризалис.

— Она помогла? С чего бы это?

— Подумай об этом. Пони для чейнджлингов — это еда, но если делать это осторожно, то это не вреднее, чем доить корову. Добавь к этому тот факт, что мы нужны им, чтобы выжить. Такие угрозы, как Мор и вещи, которые могут убить или повредить пони, так же вредны для них, как и для нас.

— Ты действительно ей доверяешь?

— Да, как я уже сказала ей, я сталкивалась с настоящим злом, а она не такая. Она хочет власти, да, но она также хочет защищать и заботиться о своих детях.

— Значит, все остальное, что она сделала, можно простить?

— Есть те, кого можно простить, и те, кого нельзя.

— А нападение на Кантерлот… то, что она сделала с твоим братом и Кейденс после того, как усыпила всех пони?

— Да. Ты чуть не погубила мир, а мы все равно дали тебе еще один шанс.

Старлайт подняла копыто, как бы желая высказаться, но затем медленно опустила его. Оглядываясь назад, можно было легко понять, насколько мелочной и эгоистичной она была. Каждая предосторожность, которую они добавляли ко всем своим временным заклинаниям, только усиливала это мнение. Она потерла переднее копыто о ногу.

В тот последний раз, когда они столкнулись с Кризалис, в тот момент, когда королева подменышей чуть не лишила ее копыта. Все могло бы быть совсем по-другому. Ее мысли перенеслись в другой момент, к лавандовому Аликорну, умоляющему ее, к модифицированному заклинанию Старсвирла, к тому, как она чуть не разорвала его пополам.

— И теперь ты видишь? — В голосе Твайлайт не было насмешки. В нем не было осуждения. Наоборот, он был теплым, успокаивающим. Нежное прикосновение лавандового копытца лишь дополняло искренность улыбки Твайлайт.

Глаза Твайлайт нашли ее глаза и задержались на них:

— Ты доверяешь мне?

Старлайт просто не могла отвести взгляд от пурпурных озер и бесконечной заботы в них. Но, несмотря на это, оставался вопрос о необычном поведении Твайлайт:

— Я хочу, раньше хотела, но в последнее время…

Твайлайт кивнула:

— Я понимаю. Может быть, какие-то ответы помогут?

Настала очередь Старлайт кивнуть:

— Это было бы началом.

— Тогда, может, приземлимся и найдем место поудобнее?

— Да, наверное, это не тот разговор, который можно вести, просто болтаясь под открытым небом.

Рог Твайлайт засветился, и еще одна телепортация окутала Старлайт. Магия была более плавной, более доброй к пассажиру, но более медленной, чем у Литтл Стар.

В мгновение ока они оказались на земле, и из эфира Твайлайт достала припасы для пикника. К бутербродам и печенью добавились фруктовый сок, вино и сидр.

Твайлайт в очень нестандартной манере опустилась на землю и растянулась так, словно ей не было до этого никакого дела. Ее магия потребовала бокал вина, а копыто схватило тройку бутербродов. Взмахом крыла она предложила Старлайт угощаться.

Собираясь с мыслями, она взяла фруктовый сок и один бутерброд. Хлеб и цветы внутри пахли свежестью, но это не шло ни в какое сравнение с тем, как пахли овощи-гриль в Понивилле. Хотя сок был сладким и освежающим. Вдалеке вспышки зеленого пламени возвестили о том, что Спайк все еще трудится.

— А Спайк сам справится?

— Да, справится. Он сильнее, чем все пони считают.

Старлайт подняла бровь.

Твайлайт вскинула голову.

— А у меня в патруле Кендис, Рейнбоу и Гильда.

Старлайт проследила за движением. Там, вдалеке, виднелось трио точек. Это могли быть пони, а могло быть что угодно. Она снова обратила внимание на Твайлайт:

— Ты собиралась дать мне ответы?

— Да. — Твайлайт кивнула. — Ты хочешь знать, почему я играла со Спайком?

— Это было бы началом.

Она постучала копытом по боку своей головы:

— Проще говоря, я здесь не одна.

— Что? — Сердце Старлайт учащенно забилось, когда на ум сразу же пришли два имени. Найтмер Мун. Дэйбрейкер…

— Я рассказала тебе историю о том, как Селестия создала меня?

Старлайт кивнула, все еще задаваясь вопросом, как будет называться развращенная Твайлайт.

— Некоторые частички того, кем была первоначальная Твайлайт, сохранились.

— У тебя несколько личностей?

— Нет… — Твайлайт покачала головой. — У меня есть бедная невинная кобылка, которая выросла и стала кобылой, запертая в клетке, наедине с останками своих сестер уже более десяти лет.

Старлайт заметила, что уронила стакан, только когда его поймало пурпурное сияние. И напиток, и бутерброд были аккуратно положены на тарелку.

— То, что ты видела, — это я выпустила ее поиграть… Она все еще хочет прятаться под Шайнинг Армором и играть со Смарти Пэнтс. — Твайлайт потерла копытом плечо. — Я не могла просто оставить ее взаперти.

— Так вот откуда твой вспыльчивый характер?

— Да.

— А та часть тебя, которая хотела сражаться в Вечносвободном?

— Как я уже говорила, я не просто единорог, мне нравится сражаться… Мне нравится использовать свою магию, чтобы побеждать врагов, чтобы защищать.

— Твайлайт, которую я знаю…

— Ты помнишь мою битву с Тиреком? Новые ландшафты… разрушенные горы?

— Да.

— Именно для таких вещей и предназначен Аликорн — справляться с угрозами.

Старлайт покачала головой:

— Мы отклоняемся от темы.

Твайлайт слегка наклонила голову и сделала приглашающий жест.

— Ты хочешь дать Кризалис второй шанс… как бы это ни казалось неправильным, ты права. Это правильно. — Старлайт подняла копыто, когда Твайлайт начала улыбаться. — То, что она получила второй шанс, не означает, что ей можно доверять.

— Это справедливо, но постарайся не быть слишком параноидальной. Это в ее интересах, и она это знает.

— Она не самая здравомыслящая.

— Голодание, как известно, не способствует развитию рационального мышления.

— Что-то изменилось?

— Да… — Щеки Твайлайт покраснели, затем медленно начали остывать.

— Твайлайт…

— У меня было свидание с Луной на луне. — Слова были сказаны как нечто само собой разумеющееся, как будто время, проведенное на одном из небесных тел, было совершенно обыденным.

— Свидание… на луне? — И тут ее осенило. Ночь с неестественно ярким лунным светом. Одна только концепция этого была умопомрачительной.

Последний румянец полностью исчез и превратился в ласковый взгляд. Твайлайт кивнула:

— Это был отличный опыт, даже если он имел неожиданные последствия.

Неожиданные последствия, особенно если речь шла о ком-то из Понивилля, обычно варьировались от глупых до катастрофических. Она пыталась решить, какой из планов ликвидации последствий катастрофы может понадобиться, если вообще понадобится.

— Нам есть о чем беспокоиться?

— Это решило проблему голода для чейнджлингов на несколько лет…

— Это объясняет, почему они были готовы говорить. — Голос Старлайт был немного невыразительным, ее реакция была автоматической, поскольку ее разум погрузился в математические вычисления. Примерное количество чейнджлингов, количество любви, необходимое им в день. Подразумеваемые цифры были сумасшедшими. С помощью правильных заклинаний эмоциональная энергия может быть преобразована в магическую. Насколько могущественна принцесса Луна?

Твайлайт кивнула:

— Я сделала ее дворянином-землевладельцем.

— Ты же знаешь, что многие пони будут недовольны этим.

— Да, но это снимает с короны большую часть экономического бремени, связанного с последствиями Скверны.

— Ты используешь их?

— Только так, как они знают и принимают.

Старлайт подняла бровь.

— У них есть свободный доступ ко всем заброшенным ресурсам в Менхэттене и его окрестностях. У них есть войска, которые становятся сильнее от обожания тех, кого они спасают, и каждый из них может без труда выследить Проклятых. — Твайлайт подняла копыто. — Почему я не должна хотеть, чтобы они работали на благо всех пони?

— Но они думают, что пони — это просто еда.

— Да, это так, но они понимают, что мы — лучшая еда, когда о нас заботятся. Когда они зарабатывают наши эмоции, а не крадут их, мы становимся более сытными.

— Значит… это часть плана по их перевоспитанию?

— Реабилитации. Они изначально не были злыми. — Твайлайт наклонила голову, а затем пожала плечами. — Но чейнджлинги — это лишь отвлекающий маневр от того, о чем мы действительно должны говорить.

— Правда?

— Да, "Наслаждение Лунным светом" непрактично для больших поселений или тех, в которых необходимо присутствие пони, ненавидящих друг друга. Это никогда не сработает с Менхэттеном или Ванхувером. Значит, скоро я снова отправлюсь в путешествие.

— Но ты же только что вернулась.

Твайлайт вздохнула:

— Это мы прекрасно понимаем, но королевский долг нельзя переложить на потом.

— Что я должна сделать?

Появился свиток, и пурпурная аура развернула его, открыв карту. Перо начало делать на ней пометки:

— Это земля, которую я хочу, чтобы ты защитила.

— Я не…

— Ты способная кобыла, обладающая такой силой и интеллектом, что я могу оставить это в твоих копытах.

— А почему не твои друзья?

— Каждый из них прекрасен, у каждого свои таланты, но из Носителей Элементов именно я обладаю знаниями в области долгосрочного планирования и логистики. Они будут сильными личностями, которые помогут тебе, и я действительно ожидаю, что ты будешь советоваться с ними и прислушиваться к их советам.

Старлайт кивнула и изучила карту. На ней были обозначены новая дорога, которую строили Твайлайт и Спайк, сражаясь с помощью лавы, несуществующие железнодорожные линии, пара фортов и целое новое поселение:

— Похоже, будет много работы…

— Да, но это необходимо. Запасов из Менхэттена не хватит надолго.

— Значит, это будет фермерское поселение?

— По крайней мере, частично. — Твайлайт достала еще несколько свитков. На первом было написано десять лет, на следующем — пятьдесят, на последнем — двести. Каждый из них показывал все большее и большее развитие территории с еще большим количеством укреплений. — Это начало обустройства и защиты наших земель.

— Ты считаешь, что это необходимо?

Твайлайт кивнула, ее лицо стало серьезным:

— Слишком большая часть мира винит нас в том, что случилась Скверна… Слишком большая часть увидит в ее последствиях прекрасную возможность попытаться надавить на Эквестрию. Я сомневаюсь, что то, что я сделала во время своего путешествия, доставит им удовольствие.

— Мне обязательно задавать этот вопрос?

— Я случайно завоевала часть земель грифонов.

— …случайно?

— Мне был брошен вызов, и выбор был таков: победить или отказаться.

— Значит, ты завоевала часть страны благодаря дуэли?

Твайлайт кивнула.

— Значит, остальная часть…

Твайлайт снова кивнула:

— Подумает, что Скверна отчасти помогла в этом.

— Любое существо, которое не было так непорочно сердцем, как обычные пони, увидело бы в этом возможность. Шанс потребовать уступок и возмещения ущерба. Возмещения, которое, благодаря недавним бедам, Эквестрия не могла выплатить.

— Понячьи перья.

— О, не расстраивайся, — Твайлайт развернула свиток и протянула его Старлайт.

— Почему?

— Это значит, что у меня есть еще один замок и еще одно защищенное место. Это идеальное место, чтобы установить несколько переносящих зеркал.

— Ты хочешь сделать портал?

— Хочешь помочь?

Звучит интересно:

— Конечно. — А попутные беседы — идеальное подспорье, чтобы убедиться, что ты все еще в порядке…

* * *

К удивлению Старлайт, они не стали возвращаться с помощью телепортации. Вместо этого Твайлайт настояла на том, чтобы воспользоваться своими крыльями. Полет обратно в Понивилль дал хорошую возможность увидеть, как изменилась земля. Повсюду были кратеры от пламени и заклинаний, некоторые маленькие, некоторые большие, и большинство из них принадлежали ей. По бокам новой дороги виднелись кратеры, каждый из которых свидетельствовал о смертоносном радиусе действия артиллерии Метконосцев.

Даже сейчас, когда они находились в ополчении, это не меняло того, кто изобрел и затем создал эти орудия. Никто из них не имел даже следов насилия. Потом была битва с гидрой, которой они теперь славились. Если бы не тот факт, что Литтл Стар любила с гордостью демонстрировать голову этого существа, проще было бы просто списать все на гиперактивное воображение.

Твайлайт сделала ленивый кувырок и, пригнув крыло, подкралась ближе. Тёплые, но обеспокоенные пурпурные глаза встретились с глазами Старлайт:

— Не хочешь поделиться своими мыслями?

— Не слишком ли мы привыкли к насилию?

Медленно покачав головой, Твайлайт окинула взглядом Понивилль:

— К сожалению, дело в том, что мы были слишком ослеплены миром.

— Ты действительно это имеешь в виду?

— Да, это так. — Глаза Твайлайт были непреклонны, но, к счастью, в них был оттенок грусти, а не боевого азарта, как это иногда бывает. С пурпурной вспышкой появился свиток. — Только посмотри, какая разница в цифрах.

Аккуратным почерком был написан список названий мест и цифр.

— Подтвержденные погибшие, подтвержденные проклятые, число пропавших без вести, и последнее — эффективность местной обороны.

Старлайт просканировала цифры. Нетрудно было заметить, что Понивилль по эффективности превосходит все остальные города, и слишком легко было представить, сколько трагедий представляют собой все остальные цифры.

Твайлайт продолжила приглушенным лекционным тоном:

— Никто не был готов. Слишком много пони, которых следовало бы обучить действиям в подобных ситуациях, запаниковали или ждали приказов, вместо того чтобы действовать. — Твайлайт вздохнула. — Насильственный мир Селестии оставил слишком много наших защитников лишь бумажной имитацией того, чем они должны были быть.

— Та ярмарка, которую ты устроила, она…

— Она показала, что две силы, придерживающиеся старых порядков, все еще способны на это. — Твайлайт подняла копыто. — Я не говорю, что Королевская Гвардия не храбрая или что ей не хватает мастерства. Но им не хватает снаряжения, и они постоянно совершают ошибки, которых не допустили бы более опытные войска. Более трети их потерь можно было избежать. — Твайлайт покачала головой, примеряясь. — Некомпетентность в тактике привела к тому, что слишком много сильных пони стали жертвами Скверны. Их души были потеряны, а на смену активам пришел мощный и хитрый монстр, возглавивший Сверну.

— Что они должны были делать?

— Взрывные заклинания, связанные с несколькими следящими заклинаниями, — вот что нужно для начала.

Потребовалось несколько мгновений, чтобы осознать предполагаемые последствия:

— Ты имеешь в виду…

— Как бы ты не верила, но загробная жизнь вполне реальна, и только некоторые вещи могут помешать пони попасть туда. Развращение души, превращение в монстра — это, пожалуй, хуже, чем просто жертвоприношение и растрата сил.

С таким предположением идея взорвать себя казалась ответственной. И о чем я думаю?

— Если Скверна начала превращать пони… самое доброе, что можно сделать, — это немедленно убить его.

Старлайт не раз обрушивала на пони свои заклинания. Она сражалась с Твайлайт и солгала бы, если бы сказала, что некоторые из её заклинаний были менее смертоносными. Однако идея намеренно убивать пони, и не злых пони, во время битвы. Нет, сознательно убивать союзников… даже друзей, чтобы спасти их.

Глаза Твайлайт смягчились:

— Теперь ты понимаешь, как тяжело быть принцессой. — Луна помнит, как ей пришлось… очистить несколько деревень, потому что там была неизлечимая чума.

Старлайт вздохнула:

— И поэтому пони боялись ее?

— Одна из причин, да.

— Неготовность к таким вещам, как Скверна. Думаю, большинство пони рады жить сейчас, а не тогда.

Твайлайт сосредоточилась на далеком Кантерлоте, и выражение ее лица стало нечитаемым. Старлайт проследила за ее взглядом. Совершенные глаза пегаса смотрели прямо на принцессу Селестию, даже с такого расстояния.

— Селестия может видеть все, что пожелает. Она может использовать и использует ментальную магию ежедневно, чтобы добиться своего. До моего пленения Эквестрия была именно такой, какой она хотела ее видеть.

— А как же… — И снова Твайлайт прервала ее.

— Найтмер Мун, Дискорд, Кризалис, Тирек? — Твайлайт сардонически улыбнулась. — Каждый из них был для меня испытанием, каждый из них — врагом, которого она могла бы уничтожить лишь мыслью.

Старлайт несколько раз посмотрела между Твайлайт и Кантерлотом.

— Я знаю, что ты почувствовала мою силу. Почувствовала, на что способна моя магия.

Тогда, в лесу, в замке Двух Сестер, когда магия Аликорна струилась вокруг нее, подпитывая заклинание Старлайт для просмотра времени. Сила была настолько велика, что Твайлайт словно стала богиней…

— Селестия сотни лет строила, собирала и накапливала свою силу, используя как можно меньше в повседневной жизни, чтобы стать непревзойденным и непобедимым солнцем.

— Ты не упомянула меня.

— Верно.

— И?

— Твои действия не были предусмотрены… по крайней мере, не Селестией.

С этим прекрасным и совершенно не зловещим заявлением, всё ещё висящим в воздухе, они спустились в Понивилль. Твайлайт быстро оказалась в толпе и попала в засаду, устроенную телепортировавшейся Литтл Стар.

— А кем тогда? — подумала Старлайт, когда во рту у неё каким-то образом появился кекс. Хм, сладкая орхидея.

## 92 Трикси и что-то и что-то другое

* * *

Великой и могущественной Трикси, Избранной Твайлайт, боевому магу и непревзойденному сценическому фокуснику было скучно. Если бы год назад кто-нибудь из пони сказал ей, что она будет делать и зачем, она бы, по меньшей мере, назвала его сумасшедшим.

Трикси стояла на страже на вершине новой сторожевой башни Крестоносцев, выполняя упражнения по кастингу. Прохладный ветер, игравший с ее гривой и плащом, все еще хранил в себе нотки пепла. Несмотря на этот привкус, он был приятным контрапунктом к жару, нарастающему под доспехами.

Ее рог пульсировал силой, не давая ни малейшего проблеска света. Она формировала руну за руной внутри своего великолепного арканного копья, а затем осторожно снимала их.

И снова теплый голос Твайлайт донесся до нее из воспоминаний. Ей было немного неприятно, что даже это было еще одним доказательством того, что ее таланта недостаточно, чтобы сравниться со Старлайт. Несмотря на недавнее увеличение силы, ей все равно требовалось бесконечное количество повторений, чтобы освоить заклинания настолько, чтобы надежно использовать их в бою. Но Трикси не собиралась останавливаться на достигнутом, даже если на это уйдет тридцать часов в день, она будет достойна.

Она перешла к следующему заклинанию, гибриду пиромантического заклинания и заклинания иллюзии. Впрочем, это было не совсем ее заклинание. Но все равно было удивительно, что три четверти работы над ним принадлежали Литтл Стар, а последняя — Старлайт. Единственное, что Трикси могла добавить, — это название. Основой заклинания был фейерверк с утроенным количеством тепловых и силовых компонентов. Две вещи делали его уникальным. Первая заключалась в том, что половина фейерверков была невидимой и двигалась к цели хаотичными окольными путями. Второе — видимые фейерверки обладали слабым эффектом "хочу-это-нужно-это".

От размышлений ее отвлек зуд в роге. Это рушилось заклинание, вырывая ее из воспоминаний. Она зарычала. Должно быть, она опять ошиблась с последней руной. Она пропустила через рог волну разрушений. Она подавила и уничтожила разрушающееся заклинание прежде, чем оно успело сработать. Она стиснула зубы от боли в роге:

— Лягать, — прошипела она, несмотря на то, что боль начала утихать. Все же это было гораздо лучше, чем спотыкаться с заклинанием в реальном бою.

Бой — то, что теперь станет частью ее жизни, то, от чего будет бежать любой здравомыслящий пони, теперь она будет брать на себя. На ее лице появилась легкая ухмылка. Может, она и не любила сражения, но мало что могло сравниться с благодарностью в глазах спасенных и молчаливым одобрением пони, сражающихся на их стороне. Она никогда не думала, что у нее будут товарищи по оружию, но сейчас с трудом представляла себя без них.

Она была здесь, ничего не делая, одна, не из-за того, что ее сторонились, не из-за какого-то наказания. Нет, она была здесь, потому что Твайлайт доверяла ей. Ухмылка превратилась в искреннюю улыбку, когда она поднесла копыто к груди. Каждое биение её мощного сердца, каждое движение её ног подтверждали истинную величину дара Твайлайт. Частичка души Твайлайт, которая теперь навсегда стала частью её самой.

Она сморгнула излишнюю влагу с глаз. Наверное, в воздухе было немного пыли или пепла. Честно говоря, летунам следовало бы сделать что-нибудь, чтобы привести в порядок качество воздуха. Она обвела глазами землю за стеной. Ничего опасного не было. Единственное, что там двигалось, — это куча повозок. Судя по зелено-черным знаменам, которые на них развевались, их ждали, пусть и на несколько дней раньше.

— Не так должна была сложиться моя жизнь… — Она вздохнула, но не смогла скрыть в этом вздохе нотки удовлетворения. Эта вечеринка была потрясающей. Это была вечеринка всех вечеринок… Единственная проблема заключалась в том, что она не могла вспомнить ничего из нее.

Ее сердце просто знало, что она выступила. Она устроила лучшее шоу в своей жизни, и ей было неприятно, что ни она, ни кто-либо другой не помнит этого. И все же, даже если она не могла вспомнить шоу, ее разум подсказывал ей трюки, о которых она раньше даже не задумывалась.

Объяснение Кэндис было достаточно простым. Каждое желание, которое загадывал любой пони и против которого никто в городе не возражал, исполнялось всей мощью двух аликорнов.

Но стоило ли исполнять желание, если о нем просто забудут?

Она вскинула голову, и ее грива зашевелилась, как по волшебству, возвращаясь к своей искусной укладке. С ее точки зрения, все пони по-прежнему выглядели как супермодели. Она покачала головой. Это была магия, которая стала бы обычным явлением, если бы на свете существовала принцесса Рэрити — Аликорн шика.

Трикси закатила глаза и перешла к следующей части своих упражнений. Она создала иллюзию миниатюрной Твайлайт. Одного за другим она сделала иллюзии всех пони, которых знала все это время, даже не зажигая рог.

Многие из них теперь были ее друзьями. Многие из них доверяли ей. Она остановилась на ночном страже. Пони, имени которого она даже не знала до тех пор, пока он не пожертвовал своей жизнью ради спасения других.

Прошло несколько минут, пока она старалась вспомнить их. Такие пони заслуживали того, чтобы о них помнили.

Помянув их, она пошла дальше, уверенности в себе было более чем достаточно, чтобы не обращать внимания на внутренний голос, который говорил: Однажды на их месте можешь оказаться ты.

Иллюзия снова превратилась в Твайлайт, на этот раз в доспехах, точно таких же, какие были на ней во время похода в древнее подземелье. Броня цвета свежепролитой крови и злобные лезвия на крыльях, обещавшие насилие, которое голодные глаза Твайлайт были готовы осуществить. Глаза, которым, как ей без труда верилось, предстояло сожрать сердце грифона. К чему она меня готовит?

— Шоу должно продолжаться, — выдохнула она, на удивление не задумываясь о том, что она иллюзионист — боевой маг, освоивший завуалированные заклинания.

Иллюзия сменилась сценой, воспоминанием, которое казалось гораздо более давним, чем было на самом деле. Многое произошло с того первого волшебного шоу в Понивилле. Движущееся изображение переключилось с нее, на показ носителей элементов, на единорожку Твайлайт, ее рог пылал, когда она левитировала Малого Урсу.

Затем изображение снова сменилось на нее саму, ее худшее приобретение на шее, ее глаза горели красным огнем, когда она играла роль мелкого тирана. Она думала, что обладает властью. Она закрыла глаза.

Она все еще чувствовала силу крыльев Твайлайт, обнимающих ее. Простые перья превратились в клетку, достаточно прочную, чтобы отгородиться от всего мира.

Ты — моя. Она задрожала. От одного воспоминания об этих словах у нее перехватило дыхание.

Успокоительный вдох, и она легко визуализировала свой источник. Точнее, источники. Две цветные сферы, голубая и серебряная, каждая из которых была окутана пурпурным светом. Доказательство величайшего дара, который она когда-либо получала.

Когда-то она осмеливалась думать, что обладает силой… и для этого было достаточно обычной безделушки. По сравнению с настоящим Аликорном это было ничто… Кому-то из пони следовало бы подать в суд за ложную рекламу.

Она хихикнула и открыла глаза. Ее язык жаждал кофе с виски. Она облизнула губы. Это был лишь намек, лишь призрак. Это была еще одна вещь, которую она не могла вспомнить с вечеринки.

Она все еще пыталась решить, была ли она намеренно неосведомленной или просто смирилась с тем, что есть пони, без которых миру было бы лучше. Незаметный убийца был идеальным инструментом для этого.

Она кивнула сама себе:

— Шоу должно продолжаться.

* * *

Город уже полностью проснулся, когда в него въехали бронированные повозки. Их стоические охранники держали головы, глаза и уши в постоянном напряжении. Несмотря на то, что они находились уже за стеной, они казались не менее, а более нервными.

Они пытались изобразить бдительность. О, они показывали себя с лучшей стороны. Но они не были показушниками, отнюдь. Тем не менее, повозки с едой и металлом были нужны, и это отвлекало понивильцев от паранойи по поводу новоприбывших.

Трикси зажгла рог, сосредоточилась на нужных рунах и визуализировала свое намерение. На этот раз она не забыла включить в мысленную конструкцию все свое снаряжение и место назначения. Было бы неловко оставить все это… снова. Она закрыла глаза и привела заклинание в действие. Открыв их сразу после вспышки.

Она приподняла шляпу и поклонилась:

— Добро пожаловать в Понивиль. Именем ее Высочества принцессы Твайлайт Спаркл, Первого ее имени, Аликорна магии и дружбы, Спасительницы принцессы Луны, Героини Гармонии и Верховного библиотекаря Эквестрии. — Только годы работы в качестве артистки позволили Трикси сохранить спокойное выражение лица. Но желание рассмеяться все равно не покидало ее. Как же иначе? Последний и самый любимый титул Твайлайт был не более чем розыгрышем, подаренным на праздник Согревающего Очага.

Гвардейцы, с их мэйнхеттанскими ливреями, перекрашенными в зеленый и черный цвета, переглянулись между собой, прежде чем один шагнул вперед.

— Спасибо… Трикси, Избранная Твайлайт. — Кобыла сделала дилетантскую попытку отдать честь. Было приятно, когда к тебе обращаются по титулу, пусть и не "Великая и Могущественная".

Кобыла приостановилась, словно актер, ожидающий, что кто-то подскажет ему следующую реплику.

Дилетанты… Они так и норовят вляпаться. Ее рог вспыхнул, и, она создала иллюзию вокруг них того, как эта встреча должна была происходить, и прикрепила к ней заклинание уединения.

— Слушайте, вы явно не умеете притворяться стражниками… Так что либо учитесь, либо даже не пытайтесь. — Они выглядели обиженными, но Трикси только подняла копыто и продолжила разнос. — Не все пони еще знают о вас, а учитывая, насколько все пони здесь страшно компетентны…

— Я понимаю… спасибо.

Не могу поверить, что я это делаю. Трикси кивнула:

— Раскаявшаяся и исправившаяся Трикси знает, как трудно перейти от роли злодейки к роли дружелюбной и доброй пони.

Почтительно наклонив рог, она начала идти. Конвой понял намек и последовал за ней. Замаскированный чейнджлинг, с которым она разговаривала, занял место рядом с ней. Она перевела взгляд на него. Она шла рядом с одним из чейнджлингов Кризалис, не испытывая ни малейшего страха. Наоборот, это они были напуганы. Ей захотелось рассмеяться, но она сдержалась. Это было бы некрасиво и не подобало бы Трикси, Избранной Твайлайт.

— Почему ты помогаешь нам?

— Я только что сказала, и не знаю, как Твайлайт это сделала, но теперь ты на нашей стороне.

— Ты не боишься, что мы ополчимся на тебя?

Трикси не смогла сдержать смех, который вырвался у нее:

— О, скажи еще. Может, ты и не умеешь играть роль стражника, но комедиант из тебя получается отменный.

— Это была не шутка.

— Это только делает ее смешнее. Видишь ту кобылку?

— Да.

— Она телепортирует головы гидр для развлечения и случайно зачаровывает свои игрушки, чтобы они были опаснее осадных орудий.

Чейнджлинг бросил недоверчивый взгляд.

— Эй, Литтл Стар.

Как и ожидалось, она не успела договорить, как к ней телепортировался маленький сгусток силы. Всплеска силы и вспышки было достаточно, чтобы все чейнджлинги отпрянули от него.

— Да, Трикси? — сказала Литтл Стар, широко улыбаясь.

— Не будешь ли ты так добра помочь этим добрым перевозчикам закусок и других товаров справиться с их ношей?

Литтл Стар отсалютовала и зажгла свой маленький рог. Волна вспышек и хлопков прокатилась по повозкам, и через несколько секунд в них остался только пустой воздух.

От рога Литтл Стар поднялось несколько струек дыма:

— Я могу еще чем-нибудь помочь?

Трикси покачала головой:

— Спасибо, Литтл Стар… Увидимся в классе?

— Ага. — Литтл Стар телепортировалась на полметра, чтобы заключить Трикси в объятия. Рог маленькой пони все еще излучал достаточно тепла, чтобы испытывать дискомфорт, но Трикси все равно ответила на объятие. — На этот раз не забудь взять с собой перо, — строго добавила Литтл Стар и, дернув ухом, телепортировалась прочь.

— Это дочь Твайлайт?

— Да… и гвардия считает ее лучшим средством защиты, когда у тебя нет Аликорна под копытом.

Чейнджлинг сглотнул. Маленькая самодовольная часть Трикси хотела улыбнуться. Еще один задира был поставлен на место, но сейчас она была не тем, кем была, не с той ролью, которую играла.

— Теперь ты на нашей стороне, и если ты не предашь нас, она будет защищать тебя.

Взгляд чейнджлинга устремился к замку, куда, вероятно, и телепортировалась Литтл Стар:

— Как-то странно чувствовать себя под защитой маленькой кобылки.

— О, Трикси знает, она моя одноклассница… Она и умнее меня, и сильнее, и учится заклинаниям за секунды…

— Должно быть, это смущает.

— Да… но это не соревнование. Мы все на одной стороне, и у нас у всех есть вещи, которые мы можем делать лучше, чем другие.

Взгляд Чейнджлинга переместился на ее бронированный бок:

— Наверное, приятно иметь особый талант.

Трикси кивнула:

— Знать, в чем ты хорош, какое у тебя место, может быть приятно, но слишком многие ослеплены этим, считая, что это единственное, что имеет значение.

— Это проблема?

— Если вы отдаетесь своему таланту, вы пытаетесь всегда и все решать с его помощью, пытаетесь всегда использовать его, даже если он не подходит к ситуации.

— То есть если у тебя есть молоток, то все начинает казаться гвоздем?

— Именно так.

— И что теперь? По плану миссии мы должны были разгружать и сортировать грузы в течение следующих нескольких часов.

— Они будут настойчиво предлагать хорошо поесть, может быть, устроить вечеринку и дать вам хорошенько выспаться.

— Мы не…

— Это не имеет ничего общего с необходимостью. Вы принесли им всю эту добычу, принесли немного счастья с лучшей едой, и даже Трикси может догадаться, что металл пойдет на оружие или железнодорожные рельсы.

— Скорее всего.

— Так что большинство пони… а в этом месте тем более, захотят отблагодарить вас за помощь. Поскольку это дом Пинки Пай, значит, здесь будет В.Е.Ч.Е.Р.И.Н.К.А.

Чейнджлинг выглядел смущенным, но не стал комментировать ее произношение слова:

— Мы не совсем этому обучены.

— Будьте вежливы, дружелюбны, принимайте то, что они предлагают, если они рады дать это вам. Ты ведь можешь чувствовать эмоции, верно?

Чейнджлинг кивнул.

— Тогда это должно быть просто. — Она надеялась, что так и будет.

* * *

Это было не просто. Ни в коем случае. По крайней мере, ни одно существо не погибло, размышляла Трикси, облокотившись на внутренний балкон. Внизу, в коридоре, большинство волнений уже закончилось, но их было еще достаточно, чтобы ее наблюдение было если не обязательным, то хотя бы необходимым.

Ни одна пони не погибла… Когда это стало краеугольным камнем хорошего дня, а не просто уверенностью?

Разбросанные остатки еды и развлечений захламили стол и пол. Она покачала головой, хотя на ее лице играла небольшая улыбка. Во всём была виновата одна пони, правда, очень розовая.

Пинки Пай была как обычно. Она затащила к себе всю группу чейнджлингов и представила их всем пони за каких-то десять секунд. Бедные чейнджлинги, у Трикси до сих пор голова шла кругом от воспоминаний о том, как она просто наблюдала за происходящим.

А потом бедные беззащитные чейнджлинги, ну, по крайней мере, те, что были жеребцами, были ослеплены фланковыми маневрами стаи голодных кобыл. Ее боевая подготовка говорила, что это было сделано хорошо. Ее жизненный опыт говорил, что именно поэтому предпочесть кобыл было единственным разумным выбором.

По крайней мере, никто ни с кем не ссорился. Ни у кого не осталось ни капли горечи. Ни одна обида, ни одно оскорбление не имели никакого веса. Да и как они могли, разделив друг с другом все, даже если и не могли толком вспомнить? Только здесь можно было увидеть, как проигравшая сторона искренне желает победителю добра.

Последние чейнджлинги все еще мужественно стояли на своем. Вежливое "нет-нет" и хорошо продуманная логика в сочетании с правильными медовыми словами победили натиск настойчивых кобыл.

Трикси почувствовала приближение пони задними копытами еще до того, как услышала почти бесшумный стук копыт.

Трикси повернула голову, окинув взглядом свои скрытые плащом бедра:

— Каково это — быть добычей? — спросила она у явного лидера чейнджлингов.

Его аура предложила один из двух винных бокалов, стоявших рядом с ним. Трикси взяла его и наклонила свой рог в знак благодарности. Ей даже не нужно было пробовать вино, чтобы понять, что оно дорогое. Один только его запах говорил о пятизначной стоимости бутылки.

— Это интересно. Мне кажется, что сборщики преувеличивают, насколько тяжела их работа.

Трикси махнула копытом в сторону стоящих внизу пони:

— Это место особенное, и те, кому они доверяют, сказали им, что вы безопасны. — Свет заплясал в пунцовой жидкости, когда она взболтала ее. — И вы принесли подарки.

— Мы должны были произвести хорошее впечатление.

— Ну, пока что, я бы сказала, что вам это удалось. Хотя у меня есть вопрос.

Опрокинутый бокал дал ей разрешение продолжать.

— Если вы не обучены, зачем вас послали?

Он открыл рот. Сделал паузу, выглядел задумчивым, а затем вновь сфокусировался на ней. Что-то в его глазах было другим, более острым.

А слова, произнесенные двухтональным голосом, были совершенно однозначны:

— У тех из моих детей, кто обладает большими способностями к общению, есть привычки, которые сейчас нежелательны.

— Кризалис, — прошипела Трикси.

— Теперь леди Кризалис, но я по-прежнему буду отзываться и на имя Королева.

— Приятно пообщаться с новой леди Мэйнхеттана.

Не закатывай глаза. Ты — Трикси, дипломатичная и уравновешенная, — мысленно произнесла Кризалис.

Она кивнула:

— Будет сделано. И что теперь?

— Я не буду извиняться за свои прошлые действия и не попрошу вас извиниться за ваши.

— Как великодушно с вашей стороны.

— А чего вы ожидали? Мы были врагами и находились в состоянии войны.

— И поэтому все хорошо?

— Да.

— Все пони, которых вы забрали.

— Мне нужна была еда. — Глаза чейнджлинга опасно сузились. — Если бы я ничего не сделала, я бы увидела, как мои дети голодают.

Трикси вздрогнула. Из всех присутствующих здесь пони она одна знала, каково это — быть голодной, по-настоящему голодной. Ей казалось, что прошла целая вечность, когда она осталась без еды, без повозки, дрожа в холодной пещере, а маленький костер был единственным, что не давало ее гриве замерзнуть.

Даже если бы они меня ненавидели, здешние пони накормили бы меня, поставили бы на копыта и помогли бы мне изменить свою жизнь. Уши Трикси слегка поникли. Вот она, все еще хранящая обиду. Трикси, Избранная Твайлайт, лучше, чем это.

Трикси сделала успокаивающий вдох и глубже погрузилась в свою роль. На этот раз она не просто выступала на сцене. Нет, на этот раз она притворилась пони, которой хотела быть. Теперь оставалось только продолжать в том же духе, пока не получится.

— Тебе нужна минутка? — спросила Кризалис несколько более теплым голосом.

Трикси покачала головой:

— Нет. Но спасибо.

— Это была довольно сильная эмоциональная гимнастика… Из тебя мог бы получиться хороший лазутчик.

— Ну, Трикси — довольно опытный и талантливый артист.

— Ты была более благожелательна, чем Старлайт.

— У нее было больше злодейского опыта, и она не может доверять Твайлайт так, как я.

— Потому что ты ее избранная?

— Да, и еще потому, что она очень чувствительна к угрозам в последнее время.

— Именно.

Трикси ухмыльнулась:

— Она и тебя напугала до полусмерти?

Молчание Кризалис было более чем красноречивым.

Трикси махнула копытом и сделала еще один глоток вина:

— Не волнуйся, Трикси не расскажет. — Она понизила тон голоса до заговорщицкого шепота. — Аликорны ужасны. Я спрашивала, почему принцесса Селестия посылала Твайлайт повсюду, чтобы та все исправляла.

— Я так понимаю, ты собираешься пролить свет на ее причины?

— Ну, их две. Одна — чтобы подготовить Твайлайт. Но вторая в том, что Селестии очень трудно не сжигать все вокруг, когда она сражается.

— Я в курсе.

* * *

Остальная часть замка все еще хранила следы проживания здесь всех пони. Даже несмотря на кажущуюся безопасность, никто, даже Луна, не хотела спать за его пределами.

А вот участок, по которому теперь несли ее копыта, был совсем другим. Этот участок по-прежнему оставался основным владением Твайлайт.

Она подошла к запечатанной двери. Пурпурный хрустальный глаз был на страже и смотрел прямо на нее. Шерсть на ее загривке встала дыбом, а ноги замерли, но она изо всех сил старалась не обращать внимания на то, что это нечто смотрит прямо сквозь нее. Она подумала, что именно это имели в виду другие существа, когда говорили, что чувствуют себя голыми. Для нее это было воспоминанием о выступлении на сцене, где она забыла все свои трюки и не могла вспомнить даже своего имени, не говоря уже о репликах.

Она долго смотрела на дверь, потом моргнула, и дверь сама собой распахнулась.

— Спасибо, — сказала Трикси. Вежливость была кстати. Это соответствовало ее роли, и если эта тварь была причудливым демоном из Тартара или еще чем-нибудь похуже, она ни за что не хотела, чтобы она на нее сердилась.

Она держалась как можно увереннее, пока проходила мимо. Дверь захлопнулась за ней. По крайней мере, на этот раз она не зацепилась за подол ее плаща.

Да уж, вежливость с демонической дверью — это то, что было необходимо.

Первая комната была комнатой для приготовлений. В ней Гильда и Рейнбоу играли в карты. Трикси кивнула им, и из-за того, что они сосредоточились на своем соревновании, она получила только два отвлекающих взмаха.

Следующим помещением был оружейный склад, или оно должно было стать таковым. В настоящее время оно было пусто. Но пустых стеллажей и стоек хватало для снаряжения на сотню пони. Единственное, что в нем было, — это полный комплект униформы и знаки отличия. Те самые, на создание которых Рэрити потратила столько времени.

Когда она подошла к очередному повороту, прохладный ветерок каким-то образом проник под ее шерсть. Словно сам пол накренился, и она оказалась почти у самой дальней стены. Она стала поворачивать голову в ту сторону, и ее конечности задрожали. Это было похоже на возвращение в то древнее место, только она не слышала крики Твайлайт, но они почему-то отдавались в ее копытах.

Быстрым галопом она преодолела расстояние, и ползучий холод исчез, словно его и не было. Трикси оглянулась. Стена надежно закрывала вид на то, что там было. Она знала, что именно там находится Ноубл Гид… Нет! Трикси устремила взгляд вперед и зашагала дальше.

Она миновала несколько складских помещений, прежде чем даже ее выносливость земной пони заставила ее сделать вздох, которого ей не давал сделать ледяной озноб.

Потом был кабинет. Внутри дремала Кэндис, рядом с ней свернулась калачиком чейнджлинг, рог линга прижимался к основанию крыла Кэндис. Светящиеся буквы гласили: "На работе, будить только в случае крайней необходимости". В любом другом месте это было бы ложью. Здесь же, рядом с принцессой Луной, это, скорее всего, было очень буквально.

Потребовалось лишь мгновение, чтобы заглянуть внутрь и проверить список дежурных. По крайней мере, на ближайшую неделю она по-прежнему была приписана к Понивиллю. Эти несколько слов сняли с ее плеч тяжесть, хотя и добавили к ней чувство вины.

Она тихонько отошла в сторону. Обычные повседневные звуки не могли их разбудить, но зачем рисковать.

Интересно, есть ли у них еще орехи с медом? С этой мыслью она направила копыта в нужном направлении.

* * *

— Ночной дозор. — Трикси вздохнула. Ей очень хотелось выпить кружку этого кофе с приправами. Я должна быть благодарна за то, что ничего не происходит. Со своего облачного верха она посмотрела в сторону Убежища, Прибежища или как там его назвали в результате голосования.

Обычный полупрозрачный барьер убежища был зеркальным. Подобно спокойному озеру, он прекрасно отражал ночное небо Луны, несмотря на то, что был изогнут.

Было справедливо, они заслужили свой черед. Они получили возможность насладиться пиршеством Луны, но она предпочла бы не знать, что это происходит.

— Только ты и я, — сказала Трикси, опираясь копытом на зачарованную баллисту. Даже через ее копыто магия Литтл Стар была слишком сильна.

— Знаешь, я думаю, что сегодня мы никому не понадобимся.

И слова Трикси оказались верными. Самым интересным событием за весь вечер было то, что ее освобождение пришло на две минуты раньше.

Рейнбоу протянула копыто, и Трикси с лязгом встретила его своим.

Она представила себе свою кровать. Она звала ее сладким пением сирены.

Старлайт сейчас спит. Эта мысль пришла ей в голову как раз вовремя. С усталым вздохом она перезапустила заклинание телепортации. Идти было не так уж далеко.

* * *

Трикси быстро привела себя в порядок, быстро скинула свое снаряжение и скользнула в общую постель.

Мягкая подушка приняла ее, и тепло было приятным после ночной прохлады. Она удовлетворенно вздохнула и перестала сопротивляться тяжелым векам.

Но что-то было не так. Не прошло и нескольких минут, как это нарушило ее попытки заснуть. Если долго спать рядом с другой пони, то даже небольшая разница сразу становится заметной. Правда, потребовалось немало времени, чтобы привыкнуть к ее новым, чуть большим размерам, но сейчас дело было не в этом. Теперь вопрос заключался в том, как сильно перенапряглась Старлайт. Спала ли она вообще?

— Старлайт? — Трикси прошептала на случай, если она ошиблась.

— Спи, Трикси, — сказала Старлайт с усталостью в голосе.

— Не можешь уснуть?

Старлайт вздохнула:

— Каждый раз, когда я закрываю глаза, я жду, что окажусь в коконе.

— Знаешь, что бы сделала Твайлайт, если бы это случилось?

— Знаю, знаю. Это не должно меня волновать.

Трикси пошевелила передними ногами, заключая Стралайт в объятия, в которых та так явно нуждалась. Трикси делала каждое движение медленно и осторожно. Потребовался всего один удар и сломанный учебный манекен, чтобы она поняла, что никогда не должна забывать о своей новой силе земной пони.

Старлайт напряглась на мгновение, а затем сдулась. Она обмякла и прижалась к Трикси. Трикси без слов поняла, чего она хочет, хотя кобыла всегда будет слишком гордой, чтобы просить.

Трикси притянула ее ближе, заключая Старлайт в более полные объятия. Уже не в первый раз Трикси пожалела, что у нее нет крыльев. Они были так нужны в такие моменты:

— Тише, Трикси здесь, — сказала она, с любовью и нежностью прижимаясь к ней.

Дыхание Старлайт на мгновение сбилось, это был глоток воздуха, который должен был перерасти в рыдание или крик ярости. Но вместо этого она просто медленно взяла дыхание под контроль. Но сон не шел.

— Что-то еще на уме?

Старлайт вздохнула:

— Твайлайт сильно нагрузила меня.

Трикси кивнула:

— Она так делает.

— Судя по карте, которую она мне дала, она хочет, чтобы я управляла четвертью Эквестрии.

— Она дала тебе перечень?

— Нет, она просто дала мне несколько карт с тем, как, по ее мнению, все должно быть через год.

— Она дала тебе полномочия для этого?

— Да.

— И у нас есть куча чейнджлингов в качестве дополнительных работников…

— От этого все равно не легче доверять им… но это не то, что не дает мне покоя…

— Тогда что же?

— Я провела большую часть сегодняшнего дня, помогая Твайлайт строить портал в ее новый замок.

— Тот, что в землях грифонов?

— Да.

— Мы запустили его, проскочили через него и наткнулись на ее секту.

— У нее есть секта?

— Да, и они восхваляли ее за то, что она съела сердце еще живого грифона.

— Да…

— Как я могу смотреть ей в глаза и доверять ей, зная, что она это сделала?

— Да… Трикси это понимает… Но это не так плохо, как кажется.

— Не так плохо, как кажется! — Только стиснутые зубы Старлайт удержали ее от крика.

— Рэд Винг был ужасным грифоном, и именно он предложил ей сразиться насмерть.

— Она могла просто усыпить его или что-то в этом роде.

— Да, и если бы они не были грифонами, это могло бы сработать. Нет, она должна была сражаться, должна была чтить их традиции, иначе этот военачальник украл бы всю еду и дал умереть всем, кроме своих приближенных.

— Но съесть его сердце…

— Это их традиции.

— Это безумие…

— Да, даже живя в Понивилле, я согласна… но это спасло все жизни, кроме одной… и его воинство теперь ее паства.

— Не могу поверить, что ты смирилась с этим.

— Он уже был мертв, а поедание его сердца было просто показухой.

— Откуда ты знаешь?

— Есть полные письменные отчеты от всех ее стражников, которые там были.

— Было бы неплохо знать об этом до того, как мы туда попали.

— Да, Трикси очень рада, что ей пришлось только читать об этом.

— Они оставили пятна крови, как будто это какой-то национальный памятник.

Трикси продемонстрировала свой лучший голос шоумена:

— Ты оглянешься назад и поймешь, что день, когда Твайлайт Спаркл украсила твою жизнь, был самым важным днем в твоей жизни… для нее же это был просто очередной вторник.

Старлайт хмыкнула:

— Трикси.

— Подумай об этом, подумай обо всем, что она сделала, обо всех жизнях, которых она коснулась.

— Да… И все же.

— Для большинства пони она может произнести речь, организовать вечеринку или просто уговорить других стать друзьями. Что касается нас, то ей пришлось нас победить, а гриффонам-традиционалистам нужны более… суровые примеры.

Грива Старлайт, прижатая к ней поближе, все еще оставалась шелковистым совершенством:

— Может, вернемся к проблемам дружбы?

— Так и было задумано, — сказала Трикси, лениво поглаживая гриву Старлайт. — У меня есть хорошие новости.

— Хм?

— Я могу остаться здесь с тобой.

— Я думала, Твайлайт заберет тебя с собой.

— Теперь, когда Ноубл Гид пойман, она кажется более миролюбивой? Стабильной? — Трикси пожала плечами.

— Это радует, по крайней мере.

— Итак, хочешь чего-нибудь, чтобы отвлечься?

— Думаю, заклинание сна… Ты сможешь разбудить меня, если я просплю?

— Трикси Гордая и Пунктуальная может это сделать… — Ее голос понизился до шепота. — А еще она слишком боится узнать, что сделает Литтл Стар, если ее учитель опоздает на урок.

Старлайт фыркнула от полу-сдерживаемого смеха и поцеловала Трикси в щеку. Это была такая мелочь, но даже после того, как Старлайт наложила сонное заклинание, Трикси продолжала улыбаться, поглаживая ее гриву.

* * *

К несчастью для Трикси, утро наступило и пролетело с обычным шквалом активности. Обучение, строительство и снабжение всех пони было очень трудоемким делом, даже с учетом поставок из Мэнехэттена. По крайней мере, еда была лучше. Простое добавление джема или корицы в овсянку наполняло замок улыбками.

Улучшение качества еды ничуть не мешало бешеному темпу работы. После двух вечеринок и перерыва между ними все пони, казалось, добрались до кофейного тайника Пинки.

Старлайт стояла посреди комнаты с картой, и в это время вокруг нее царило затишье, а пони все прибывали и прибывали. Казалось, что весь мир вращается вокруг нее. Трикси подошла и стала ждать в нескольких шагах от подруги. У того, с кем она разговаривала, скорее всего, были более важные основания, чем желание Трикси поболтать.

Чтобы чем-то заняться, она взглянула на карту. Каким-то образом то, что на ней было отображено, было изменено. Вместо большей части континента на ней теперь был только Понивилль и его окрестности. На ней было разбросано множество игровых фигур, канцелярских принадлежностей и даже кекс. Прошло несколько секунд, прежде чем она поняла, на что смотрит. Перевёрнутая чашка была на месте одной из деревень, а кучка карандашей отмечала новую дорогу, которую создала Твайлайт… Так, это новые поля… А что же тогда кекс?

Старлайт кашлянула:

— Это мой.

— О… значит, мы не будем строить поместье для кексов в ближайшее время?

— Пожалуйста, не говори об этом Пинки Пай.

— С ней опять сложно?

— Она хочет помочь всем пони. Ее трудно контролировать, она не уважает сдержанность и нормирование.

— Просто отправь ее с кем-нибудь из ее друзей.

— … это хорошая идея.

Старлайт зашагала:

— Да, им всегда удавалось многое сделать вдвоем.

— И что же ты им поручаешь?

— Ну, если Пристанище Надежды…

— Они действительно так его назвали?

Старлайт пожала плечами:

— Пока я не узнаю об ином, я буду называть его так.

— Итак, если они воспримут вечеринку Луны так же хорошо, как и мы, то проблем быть не должно. Эпплджек поможет им открыть свои фермы, Пинки поможет с моральным духом и даже со строительством, Рэрити часто туда ездит, так что они ей доверяют. — Старлайт начала записывать поручения. — Спасибо, Трикси.

— Ну… — Внезапное появление кекса прервало все, что Трикси собиралась сказать.

— Доставь это нашим новым гостям, пожалуйста. Мне нужно поговорить с несколькими пони, — сказала Старлайт, прежде чем исчезнуть в телепорте.

— От благородного избранного до почтовой кобылы… — полусерьезно проворчала Трикси, с удовольствием уплетая кекс с белым шоколадом и малиной. — Долг зовет.

* * *

## 93 Почему?

* * *

Бух

Ай!

Вместо жалкого хныканья из горла Мунлайт вырвалось злобное рычание. Камень оказался тверже тренировочных матов. Но это не вызвало к ней пощады.

Меньше чем через секунду металлическое копыто опустилось, как молот. Ее рог зашипел от нахлынувшей энергии. Ее энергия сравнялась с физической мощью противника.

Несмотря на протесты своего избитого тела, она поджала копыта и вскочила на ноги. Ей действительно не помешало бы перевести дух. Но противница не дала ей и секунды, прежде чем снова оказалась на ней.

Откуда-то снизу вырвалось крылатое лезвие, острие которого уперлось ей в поясницу, заставив отпрянуть в сторону. Левое крыло старой кобылы ударило в пол. Правое крыло устремилось вниз.

О, нет, не получится. Мунлайт взмахнула рогом, и копыто кобылы, следуя ее движению, взвилось в воздух.

Мунлайт послала в кобылу трио кинетических разрядов. Ей хватило одного взмаха крыльев, чтобы уклониться от атаки. Она продолжала обстрел, с каждым выстрелом настигая свою жертву.

Еще чуть-чуть влево, — подумала Мунлайт, но, конечно же, ее противник сделал прямо противоположное. Она пронеслась между выстрелами и исчезла.

Мунлайт нырнула влево и по собственной воле врезалась в неподатливую поверхность. Быстрый кувырок в сторону — и копыта снова оказались рядом. Фестральная магия окутала ее тишиной, а испытанное заклинание невидимости скрыло от глаз.

Она рванулась вперед и вправо. В ее голове повторялась старая мантра "Ты меня не видишь". Однако на этот раз она не была кроткой кобылкой, которая прячется и молится Селестии о своей жизни. На этот раз она была одной из избранных Луны, и на этот раз она должна была победить.

Ее глаза и уши двигались, ища, охотясь, выискивая любой признак того, где может быть ее враг. Ее встретила лишь полная тишина. Насколько она могла судить, ничто не двигалось. На самом деле, по всем ощущениям, она была совершенно одна.

Где ты? Секунды текли за секундами, дыхание Мунлайт то замедлялось, то замирало совсем. Осторожно, шаг за шагом, она обшаривала окрестности, сосредоточившись на всех своих чувствах.

Это была игра в кошки-мышки, где обе были невидимы, и никто не знал, кто хищник, а кто добыча. Сила струилась сквозь нее, нервы покалывало от предвкушения. На ее лице появилась улыбка. Неужели мне это нравится?

Из пола вынырнуло крыло-лезвие, похожее на плавник, поднимающийся из глубин. С ужасающей скоростью оно пронеслось по комнате, исчезло, появилось вновь и понеслось по другой линии. Его пролет расколол воздух, разбросав умбральные чернила, заполнившие мир, в ослепительное множество спиралевидных узоров.

Это что-то из "Дэринг Ду"… — подумала Мунлайт, глядя на ускоряющийся клинок. Остается только ждать, когда она допустит ошибку или под ней возникнет незамеченный клинок. С этими мыслями она начала действовать.

Сейчас. Как только лезвие пронеслось мимо, она обрушила на него всю свою ауру и схватила. С силой, на какую только была способна, она вывернула его.

От болезненного крика у Мунлайт заложило уши. Из-под ног вырвалось пятно, но она уже была готова. Аура, все еще держась за крыло, потянула кобылу на себя.

Бух

Возникло ощущение движения, а затем — ничего.

* * *

Постепенно бессознательное забытье отступило, и прошли долгие секунды, прежде чем ее разум осознал себя настолько, чтобы понять, что может думать. Что? — подумала она, открывая глаза.

Рядом с Мунлайт завораживающие умбральные цвета, пляшущие на потолке над головой, на мгновение подарили ей покой, пока она пыталась напомнить своему телу, как дышать. Как? Она выигрывала, и впервые ей предстояло нанести удар.

— Вставай! — прорычала пожилая кобыла, вызывающе стоя на ногах, несмотря на обмякшее крыло.

И как я только умудрилась попасть впросак на этот раз? С покорным вздохом Мунлайт перекатилась на спину. Каждый синяк заявлял о своем присутствии своим собственным уникальным копьем боли. Ее ноги дрожали, мышцы трепетали, а лицо исказилось в оскале. И все же она одержала победу над гравитацией благодаря одному лишь упрямству. Так вот на что похож отбитый кусок мяса.

— Лучше, — сказала кобыла более мягким тоном.

— Как… именно… это… было… лучше… — Мунлайт хрипло выдохнула между рваными вдохами. Каждый вдох был болезненным напоминанием о каждом ударе.

Кобыла посмотрела на свое поврежденное крыло:

— Теперь десять кругов, а потом можешь приступать к своим обязанностям.

Мунлайт не смела вздыхать, так как это привело бы к удвоению количества кругов. Она не стала колебаться, так как это могло привести к жгучим ударам кнута или к ударам бронированных копыт. Вместо этого она почтительно поклонилась и пустилась в путь, изо всех сил стараясь плавно перейти на рысь.

Сейчас она действительно ненавидела эту кобылу так, как не ненавидела никого другого. В ее голове зародились мысли о заслуженном возмездии.

Может, не зря она так и не назвала своего имени…

* * *

Просто убейте меня сейчас… — думала она, молча тащась вперед на дрожащих конечностях. Тренировки в Солар были просто шуткой по сравнению с этим. Даже тренировки Вондерболтов не были такими тяжелыми.

Благодаря еде, которую они заставляли ее есть, даже ее внутренности бушевали против такого обращения. Чем я заслужила это? Какая-то предательская часть ее сознания всхлипывала и хныкала, но она отбросила ее в сторону. "Я сама это выбрала", — вызывающе прорычала она. Она продолжала ставить одно копыто за другим, стараясь прогнать мысль о том, сколько раз ей придется повторить это действие.

Благодаря клубящимся умбральным цветам и ритму ее шагов мир вокруг медленно погружался в странную дымку. Обратный путь превратился в то, что прежняя она назвала бы наркотической галлюцинацией. Темнота обнимала ее. Она ласкала ее боль и пела ей всеми красками ночи.

Те, мимо кого она проходила, были лишь мимолетными размытыми пятнами и напряженными взглядами. Некоторые из них отходили в сторону: одни — с почтительными кивками, другие — с добрыми, поддерживающими взглядами. Никто не насмехался над ее состоянием, никто не осуждал ее. Несмотря на ее страдания, они дарили ей старое чувство. То, которое знает каждый жеребенок, но которое жизнь часто отнимает у него. Простое безусловное принятие.

Семья. Она задумалась, прежде чем ее морда врезалась во что-то мягкое, и мир накренился. Что-то подхватило ее, прежде чем она упала:

— Гах?

— Ты же не хочешь, чтобы ты прошла мимо своей комнаты, правда? — По-прежнему удобная, но не-ее-кровать, на которой сидела Мунлайт, подсказала ей об этом, прежде чем физически развернуть ее лицом к своей комнате.

— Спасибо… — Усталые глаза зажмурились, и только по запаху она узнала имя. — Мерси.

Мерси помогла ей войти в комнату и предстать перед самым прекрасным зрелищем, которое она видела за последние тысячи лет. Титаническим усилием воли Мунлайт взобралась на неприступную горную вершину, которая была ее облачной кроватью. Даже несмотря на ее снисходительную мягкость, удобное положение никак не удавалось найти.

— Выпей это, — сказала Мерси, предлагая что-то.

Ее аура потянулась и приняла три флакона. Целебное зелье, от одной капли которого можно было подумать, что у тебя во рту что-то умерло, густая жижа со вкусом металла и кислого молока и, наконец, сонное зелье. По крайней мере, последнее на вкус приятное… — подумала она, чувствуя, как манго и мед отгоняют ужасающий коктейль первых двух.

Когда глаза закрылись, она вздохнула с облегчением, ведь после черноты боль уйдет. Последним ощущением бодрствующего мира было что-то мягкое, накинутое на нее. Она меня укрыла. Хе-хе.

* * *

Отсутствие боли было самым сладким из лекарств. Мунлайт потянулась, из ее уст вырвалось непристойное мурлыканье. Она глубоко вздохнула, и дивный аромат ночных цветов и дикого леса защекотал ее ноздри.

Она вернулась, вернулась в идеальный мир, который ее суверен создал специально для нее. Даже постель, в которой она лежала, в чем-то превосходила ту роскошь, которую она имела в физическом мире.

В этот раз, как и во все предыдущие, она почти поверила, что жестокие физические упражнения того стоят, по крайней мере в этот момент. Она знала, что сможет насладиться этим раем лишь несколько минут, прежде чем ей придется приступить к работе.

Она знала, что это сон, порождение царства грез, но это ничего не значило для ее чувств. Едва она успела подумать об этом, как на ее спине расправились великолепные крылья. Их темные перепонки были испещрены арканными узорами, исполненными в умбральных тонах. Она расправила их. Ее фестральная магия вибрировала от восторга при этом движении.

Она улыбнулась и, взмахнув крыльями, направилась в свой кабинет. Она пронеслась между деревьями, наслаждаясь ветром в своей гриве. Над этой веткой, под той, зацепила копытом другую и перевернулась вокруг нее. Никогда еще единорог не испытывал ничего подобного. Прилив сил, возбуждение от простого физического воздействия.

Она быстро превратила полет из простого удовольствия в нечто более продуктивное. Тренировка. Здесь у нее никогда не заканчивалась выносливость. Здесь она никогда не получала травм. Здесь она могла овладеть навыками и попробовать новые безумные вещи. То, на что она никогда бы не решилась в поединке на боевых клинках.

— Я одолею тебя, — пообещала она и себе, и старой кобыле, которая была ее личным демоном. Иначе известным как ее тренер.

* * *

Крылья Мунлайт раздраженно взметнулись. Они хотели, чтобы их использовали. Они нуждались в том, чтобы их использовали. С надеждой она взглянула на песочные часы. Она вздохнула. До перерыва оставалось еще полчаса.

Ее записи были прямо здесь, и в них должны были содержаться ответы. Все, что делал Мунлайт Скролл, выдавая себя за Нобл Гида, было здесь. Коалиция всех его бумаг, каждый указ и приказ.

Объединение транспорта между различными филиалами для повышения эффективности, более жесткое ведение инвентаризации, повышение или назначение тех, кто мешал. Кормить бездомных, предоставлять работу безработным и даже превращать мародеров в продуктивных работников.

Мунлайт не нужно было быть экспертом в логистике, чтобы понять, что означают цифры. Каждое изменение, которое внедрял Мунлайт Скролл, было улучшением. Сокращение расходов, устранение лазеек и возможностей для коррупции.

Что ты задумал? — подумала она, так как Луна знала только срок.

Она развернула свиток с картой. На ней были отмечены его основные действия с датами. Два новых поселения для перемещенных пони. Шесть малоиспользуемых районов в Ванхувере были превращены в жилье для перемещенных пони. Визиты к другим дворянам, во время которых он убеждал их превратить часть своих личных владений во временные лагеря для нуждающихся пони или превратить их в фермерские угодья.

Получилась интересная хронология с минимальным количеством потерянного времени. Кроме того момента, когда Твайлайт завербовала его охрану и оставила его в затруднительном положении… Нет Луна и Твайлайт уже проверили это…

Она быстро достала отчет и проверила сводку. Никаких лазутчиков, спящих агентов, неожиданных чар, заклинаний или артефактов любого рода. Ни одной пони с враждебными намерениями по отношению к местным жителям или к Эквестрии в целом.

Положив голову на копыта, она провела языком по клыкам. С помощью своей ауры она достала еще два свитка с картами. На первом были отмечены известные лейлинии, а на втором — подтвержденные и предполагаемые древние места.

Ее чаши для закусок выполняли роль пресс-папье, удерживая карты в раскрытом состоянии. Ее взгляд метался туда-сюда между тремя картами.

— Если только ты действительно не создавал цели с высокой плотностью… — Если это было его целью, то, возможно, в этом есть смысл. Она снова облизнула клыки языком, размышляя. "Но какой в этом смысл? Ты мог бы сделать половину этого без риска, не допустив разгула проклятых…"

Возможно ли, что причиной возникновения Скверны стала третья сторона? Один из его соперников? Союзник? Ее крыло выхватило манго из чаши и, взмахнув, подбросило его вверх. Ее глаза проследили за тем, как оно поднимается, а затем с жадностью проследили за его падением.

Быстро щелкнув клыками, она заполучила свой приз. Безграничные манго мечты… вот уж не подумала бы запрашивать. Она задумалась, гадая, как бы она без них выжила.

— Скверна идет вразрез с его стремлением стать лучшим правителем, чем Селестия.

— Чего я не вижу? — Она опустила голову на копыта. — Если бы не убийство первой Твайлайт и попытка принести в жертву другую… он действительно улучшил Эквестрию.

На карте были отмечены все места, где действовали проклятые. Не было никакой закономерности, кроме запрограммированного поведения Скверны. Несмотря на ее талант, ничто не бросалось в глаза.

— Что мы знаем… — Она грызла перо, рассматривая пустой свиток.

- Он обнаружил артефакт времен Восстания Луны.

- Обладает знаниями о местах, артефактах и заклинаниях, существовавших до изгнания.

Заклинание создания Скверны было неиспользованным экспериментом, разработанным Найтмер Найт.

- Возможно, у него есть еще заклинания, копирующие способности Найтмер Найт?

- Возможно, ответственен за помощь в возвращении Найтмер Найт?

- Попытка убийства Твайлайт Спаркл, в результате которой ее разум был воссоздан Селестией.

Успешно избежал захвата и инсценировал свою смерть, несмотря на магию разума Селестии уровня аликорна.

- Возможно, мы не поймали настоящего Мунлайт Скролла?

- Клон?

- Двойник?

- Альтернативная версия реальности?

Он без проблем жертвует пони ради своей выгоды.

Использует перенаправление вреда.

- Ментальное доминирование и редактирование.

- При взаимодействии с ним требуется психическая защита.

Хочет украсть Аликорнство принцессы Твайлайт Спаркл с помощью ритуальной магии.

Сильно верит, что будет лучшим правителем для Эквестрии, и все, что стоит на его пути, является препятствием на пути к этому великому благу.

Земля, Кровь и Темные аспекты.

- Поскольку лично не имеет доступа к магии высших измерений.

Он был одним из самых высоко ценимых исследователей из Школы Селестии для одаренных единорогов.

- Обладает огромным багажом знаний.

- Способен использовать ритуалы, чтобы творить магию вне своих аспектов.

Уничтожил часть своего разума, чтобы скрыть все, что он сделал после побега Твайлайт.

- Почему?

- Он верит, что его не убьют, если схватят.

- У него есть план, который, по его мнению, спасет его.

- Возможные союзники?

- Что-то должно произойти, если он не остановит это.

- Он был вынужден или решил защищать другого.

- Возможно ли, что он работал на другого?

- Дискорд сейчас пропал… это его происки?

- Найтмер Мун, была информация о том, что Найтмер Мун вернулась…

Раздался звон серебряного колокольчика. Мунлайт осторожно отложила перо. В песочных часах упала последняя песчинка. Она на мгновение опустила взгляд на свои записи:

— Ради чего стоило сжечь свой разум, чтобы что скрыть от нас…?

* * *

Прекрасная музыка ласкала чувства Мунлайт. Мир и спокойствие обретали осязаемую форму в мимолетных колебаниях воздуха. Даже умбральный пигмент колыхался в такт каждой ноте.

Комната отдыха, как и ее кабинет, имела неудачное название. На второй поляне возвышалось титаническое дерево, в ветвях которого приютился не менее огромный дом на дереве, хотя и более обычный, чем библиотека Твайлайт. Разные комнаты, соединенные между собой веревочными мостиками и окруженные открытыми балконами. Единственное, что выглядело неуместным, — это единственный способ входа для тех, у кого нет крыльев.

Быстро воспользовавшись крыльями, она запрыгнула на балкон, минуя пандус. Удобство было еще одной причиной, по которой ей предстояло выучить заклинание для создания крыльев в физическом мире.

Сидя у открытой двери и глядя в ночное небо, она услышала музыку. Маленький плюшевый аликорн выглядел комично на фоне массивной серебряной арфы, на которой он играл.

С каждым ударом по струнам раздавалась неземная мелодия. Крылья и копыта работали слаженно. Если бы не тот факт, что пони была сделана из мягкой ткани, она могла бы быть одним из легендарных музыкантов додискордской эпохи.

Все еще сидя на перилах, словно вампирша из сказок, Мунлайт приостановилась и прислушалась. Плюшевая пони подняла взгляд и улыбнулась. Ее удивительно реалистичные глаза были двумя бассейнами спокойствия.

В этих глазах были эоны. Они хранили обещание и их наследие. Бесчисленные горести были взяты на себя и похоронены глубоко, только чтобы облегчить бремя других. Доброта, которую многие никогда не заслуживали, но, тем не менее, она дарилась безвозмездно. Сила, способная выдержать все это и не сломаться.

Мунлайт моргнула, и внезапно глаза стали просто стеклянными. Уход фантома оставил в сердце Мунлайт лишь покой. Она все еще знала, что ее беспокоило, все еще понимала, что нужно сделать, когда перерыв закончится.

Не желая и не смея прерывать музыку, Мунлайт просто склонила голову в знак благодарности. Мини-аликорн в ответ кивнул, и в этих ставших уже обыденными стеклянных глазах появилось игривое мерцание.

Окутанные тенью копыта Мунлайт бесшумно спрыгнули вниз и прошествовали мимо фрагмента, который перевел взгляд на звезды.

Кьютимарка фрагмента почти физически притягивала внимание Мунлайт. Ряд музыкальных нот и пара спящих пони. Одна обычная, другая скелет. Покалывание по позвоночнику грозило перерасти в дрожь. Ты же знаешь, Луна заботится об умирающих… — Она отвела взгляд. Сколько пони умерло, услышав в последний раз эту мелодию?

Копыто, укрытое тенями, на мгновение коснулось горла — неповрежденная плоть успокаивала так же, как и музыка. Она встряхнула свою густую шерсть, словно сбрасывая воду, и вошла внутрь.

Внутри была мешанина из современного и архаичного. Торговый автомат из Мэйнхэттена стоял рядом со старинным зеркалом. Игровой автомат, расположенный прямо за устаревшей кухней, выглядел очень контрастно. Подушки, кушетки и всевозможная удобная мебель разных временных периодов были, по крайней мере, едины по своему назначению.

Кобылка-единорог, созданная из ночного неба, едва не пронзила торговый автомат своим рогом, набросившись на одну из кнопок. С ожидаемым стуком из автомата выпала банка с напитком.

Кобылка схватила ее ртом и унеслась прочь, ведя себя, несмотря на свою лошадиную форму, как щенок.

Мунлайт проследила за тем, как она возвращается к хозяйке. Несмотря на то, что Мунлайт знала, что нужно делать, она на мгновение подумала, что это Кэндис, но потом разум подсказал ей, что это Инсайт.

Инсайт подняла голову, и все шансы принять ее за Кэндис исчезли. Дело было не в роге на ее голове. Такие вещи можно было легко добавить в сон. Нет, дело было в глубоких лужах насыщенного синего цвета, которые ласково требовали внимания. Глаза Инсайт были бледной имитацией фрагмента-барда снаружи, но даже в этой бледной имитации было гораздо больше глубины, чем должно быть во взгляде любой смертной пони.

— Наслаждаешься передышкой, Мунлайт? — спросила Инсайт.

Мунлайт моргнула, разрушая чары. Эти глаза были слишком похожи на глаза Луны:

— Ну, на удобства жаловаться не приходится, — сказала она, выбирая место для отдыха. В итоге простая куча подушек победила шикарный диван.

— А ты, похоже, все еще зациклена на работе или, по крайней мере, чем-то озабочена.

Мунлайт фыркнула:

— Обе наши работы бесконечны… Если бы не принудительные перерывы, ты бы вообще была здесь? — Магией она достала кувшин с манговым соком и помахала им, чтобы подчеркнуть свою точку зрения.

— Возможно, не раньше чем через десять лет.

— Скоро всё успокоится. Твайлайт поймала Мунлайт Скролла благодаря дружбе с королевой Кризалис. — Ее все еще раздражало и то, что у него было имя, так похожее на ее собственное, и то, что сама Мунлайт не имела никакого отношения к привлечению его к ответственности.

— Меня беспокоит, что он хотел спрятать так сильно, что стер значительную часть своих воспоминаний. Что бы это ни было, оно должно быть автоматизировано. Не думаю, что он мог доверять подчиненным до такого уровня, чтобы удалить свои воспоминания, — добавила Инсайт.

— Значит, Луна уже рассказала тебе об этом? — Еще один вздох вырвался у нее. Это был расслабляющий отдых. — Я просмотрела все, что он сделал, записи, воспоминания других пони. Все, до чего смог дотянуться копытами. За исключением попытки убить Твайлайт и возможного высвобождения Скверны. Все, что он сделал, это улучшил ситуацию. — Она отпила половину кувшина, сожалея, что не оказалось чего-нибудь покрепче, даже когда восхитительный аромат отогнал надвигающееся дурное настроение.

— Нет, это сделала моя сестра. Но мой перерыв длиннее твоего. Если хочешь, я могу немного помочь тебе.

— Я не откажусь от помощи. Но ты уверена? Ты должна отдыхать.

— Поверь мне. Такая маленькая головоломка, как эта, расслабляет на фоне помощи умирающим. Это гораздо ближе к моему настоящему таланту.

— Учитывая твое имя, ты и есть истинная причина, по которой Кэндис была таким хорошим аналитиком?

— Отчасти. Она и сейчас очень хороша сама по себе. Но ей нравится быть на передовой. А мне нравится разгадывать головоломки. Но мы обе использовали навыки друг друга.

Еще одна дрожь прошла по позвоночнику Мунлайт, и ее хвост раздраженно дернулся. Даже под успокаивающую музыку фрагмента у нее наполовину вырвалось рычание, прежде чем она сделала глубокий успокаивающий вдох:

— Я знаю, я до сих пор не могу поверить, что она флиртовала с Луной после того, как она одна буйствовала с теми темными магами.

— О, это скорее я, чем она.

— Ты?

— Во всяком случае, мои желания. Я влюблена в Луну больше, чем она, а она больше влюблена в Твайлайт. Что странно. Можно подумать, что все наоборот — я более интеллектуальная.

На мгновение она ощутила совсем другое исполнение. Сам мир превратился в инструмент, когда Луна танцевала и рисовала кровью. Поднялась тоска, призрачная красота, которую невозможно забыть. Она снова помассировала горло: призрачное давление клыков Луны вызвало дрожь по позвоночнику.

— Слишком легко влюбиться в аликорна, — сказала она, пытаясь похоронить свои мысли под бумагами, правилами и профессионализмом.

— Верно, но я думаю, что мы с Кэндис именно там, где хотела видеть нас Гармония. В конце концов, она нас спасла.

— Должно быть, это здорово — быть предназначенным для чего-то… а не просто спасенным после ошибки Селестии…

— Да, но не забывай, что Луна тоже любит тебя. Она бы не приняла тебя, если бы это было не так.

— Ты бы так не думала, если бы имела дело с тренером, которого она на меня натравила. — Мунлайт пошутила лишь наполовину.

— Я прекрасно знаю, кого ты имеешь в виду. Мы с Кэндис проходили через вещи в тысячу раз хуже, причем непосредственно под копытами Луны. — Взгляд Инсайт ожесточился. — Но мы никогда не забываем о той любви.

От одного только взгляда Инсайт по позвоночнику Мунлайт пробежала дрожь. Она поправила крылья, пытаясь скрыть дрожь, но эти зоркие глаза, казалось, ничего не упустили:

— Я даже не хочу пытаться представить, что тебе пришлось пережить.

— Ну, меня учат работать с пони, пережившими самые ужасные смерти, а Кэндис готовят к тому, чтобы она могла сражаться практически с любой угрозой, даже с аликорном. Хотя в последнем случае речь идет скорее о том, чтобы продержаться хоть какое-то время, чем о том, чтобы победить его.

Кровавый танец Луны был легким. Она была воплощением грации и полностью контролировала себя, даже когда отдавалась своей музыке. Как могли военные силы, не говоря уже об одной пони, противостоять такой угрозе? Невольно на ум пришли шесть имен. Пять обычных пони и одна ученица королевской особы, которые одержали победу над Найтмер Мун.

Ее мысли вернулись к тренировкам, к тому, насколько интенсивнее они стали. Сколько всего она теперь могла сделать, о чем раньше даже не могла мечтать. Неужели Селестия просто сдерживала всех пони? Неужели Селестия так сильно опекает их, что они лишаются своего потенциала?

— Будем надеяться, что до этого никогда не дойдет.

— Я тоже надеюсь, что нет. Но вполне вероятно, что дойдет. Мы знаем, что Мунлайт Скролл пытался принести Твайлайт в жертву, чтобы подстегнуть свое возвышение. Это единственное, что я могу придумать, что заставило бы его удалить свои собственные воспоминания, это чтобы защитить план. На самом деле я почти уверена, что у него есть что-то, где-то, что позволит принести пони в жертву, чтобы повторить попытку. Вопрос только в том, где, и найдем ли мы это до того, как оно сработает?

— Ты думаешь, что именно это и должно было быть в основе Скверны? Просто каким-то образом оно провалилось?

— Я думаю, что Скверна должна была отвлечь внимание. И учитывая то, что я знаю о том, как она работает, он не понял, что никогда не контролировал ее. Он мог бы проверить ее, и она лишь немного поработала, но, получив свободу действий, она пришла в ярость. Думаю, даже он был бы удивлен и недоумевал, как все могло пойти не так.

Мунлайт перевернулась на спину, расправила крылья и просто уставилась в потолок:

— У него было достаточно контроля, чтобы пронести бомбу или проклятый предмет в любую точку Эквестрии и контролировать места, где собираются перемещенные пони. Но даже если все это спланировано… как это ему поможет… он пойман и сейчас находится под присмотром принцессы.

Инсайт сделала паузу, несколько долгих вдохов, прежде чем ответить, ее холодный голос был плохой маской для эмоций в ее глазах:

— Не думаю, что существует какая-либо защита, способная предотвратить ритуал восхождения. Если он начнется, он уже аликорн, и куча пони не просто погибнут, но и уничтожат свои души, чтобы придать ему силу.

Мунлайт зарычала:

— Мы проверяем пони повсюду… но на это нужно время. Может, мне стоит посоветовать им просто казнить его? — Она закрыла лицо копытом.

— Честно говоря, это может быть единственным способом остановить его. Но это не остановит автоматически проводимый ритуал. Он просто завершится без цели, в которую можно направить энергию.

Она не могла ничего приказать. Все пони, которые были хоть наполовину обучены, уже отправились на поиски. Даже Твайлайт и Луна выслеживали спящих агентов и проверяли, не сработало ли заклинание с задержкой.

— По крайней мере, он не будет извлекать выгоду из своих преступлений… — Она вздохнула. — Ну, ничего не поделаешь, пока перерыв не закончился… так что чем-нибудь хочешь заняться?

Вместо ответа Инсайт подошела к ней.

Мунлайт бросила на нее вопросительный взгляд, после чего Инсайт устроилась рядом с ней и, орудуя копытами, начала делать ей массаж. Простые движения снимали напряжение с ее тела, даже когда музыка фрагмента изменилась, позволяя всем переживаниям вылиться наружу с довольным мурлыканьем.

Работа могла подождать еще немного.

## 94.1 Это должен был быть такой идеальный день

* * *

Для Флаттершай было очень приятно просыпаться от успокаивающего давления и звука движения щетки по ее гриве. Сильное копыто Твайлайт легло ей на холку, слегка поглаживая между крыльями. Даже спустя несколько дней Флаттершай не могла сдержать улыбку, которая поселилась на ее лице.

Когда Старлайт вошла в комнату, она замерла. О нет. Это была единственная паническая мысль, когда чувство вины, страха и смущения захлестнуло ее и потребовало действий. В обычной ситуации она бы спряталась. Необходимость оказаться в безопасном месте, вне поля зрения, заставила бы ее, и все остальные заметили бы только ее удаляющееся “иип”.

Но Твайлайт крепко сжала копыто, удерживая ее на месте, и тихо, не громче мышиного писка, произнесла:

— Расслабься, моя дорогая. Все будет хорошо. Нет причин для смущения. — Голос аликорна ласкал ее слух.

Напряжение пружины исчезло, и, когда мощное копыто размяло ее мышцы, Флаттершай не смогла удержаться от мурлыканья. Старлайт только смотрела, но ничего не говорила. Вместо смущения в груди Флаттершай зародилось чувство гордости. Да, ее гладила Твайлайт, и да, ей это нравилось. Она всегда хотела знать, что чувствуют ее друзья-животные, и теперь знала.

Она подняла взгляд на Старлайт, чье лицо подергивалось и морщилось от беспокойства, но потом она покачала головой и отвернулась. Флаттершай хотела что-то сказать Старлайт, чтобы та поняла, что все в порядке, но кобыла переключилась на причину, по которой она здесь оказалась.

Говорили о картах, границах и строительстве. Флаттершай слышала каждое слово и могла бы вспомнить его, если бы ей понадобилось. Только когда речь зашла о переселении коров, овец и кур, Флаттершай подняла глаза и вышла из блаженства.

Твайлайт наклонилась к ней и голосом, предназначенным только для нее, спросила: "Посмотри, кто из стада и отары согласится переехать?"

Флаттершай наклонилась и прижалась к подруге:

— Конечно, я пойду, если ты не против?

Кивнув, Твайлайт улыбнулась:

— Спасибо, Флаттершай.

С поющим от радости сердцем Флаттершай поднялась и рысью вышла из комнаты, лишь на мгновение потянувшись, как кошка. Она высоко подняла голову и слегка взмахнула крыльями. Даже взгляды, следившие за ней, пока она пробиралась через замок, ничуть не смущали ее.

Все пони казались ей такими коротышками, когда она шла вот так, когда она действительно вставала во весь рост. У нее была миссия, у нее была цель, но все равно, когда она спрашивала, как у них дела, все здоровались и желали доброго утра.

Поскольку в замке было так много пони, найти животных, готовых к переезду, не составило труда, даже если это вызвало несколько взволнованных голосов со стороны родителей, не желавших отпускать своих детенышей. Флаттершай пришлось пообещать, что за ними присмотрит какая-нибудь милая пони, но она все равно это сделает.

Пришлось много бегать и следить за тем, чтобы все животные собрали все свои вещи, и собирать необходимые припасы и корм. У Дейзи даже была небольшая коллекция платьев и шляпок, которые она просто обязана была взять с собой. Работы было много, но, несмотря на усталость, ее сердце наполнялось гордостью и радостью.

В тот вечер, укладываясь спать, Флаттершай обнаружила на подушке маленькую шкатулку с украшением. Лавандовая ленточка вокруг неё не оставляла сомнений в том, от кого она могла быть.

Так что в эту ночь она обнималась не только с друзьями-животными. Как будто это была самая драгоценная вещь на свете, она прижимала к груди слегка светящийся пурпурный драгоценный камень. Когда она закрыла глаза, тепло другого существа, прижавшегося к ней, как крыло, притянуло ее ближе. Ощущение копытца, гладящего ее гриву, и беззвучная колыбельная песня проводили ее в страну снов.

* * *

Первые лучи солнца пробились сквозь ее закрытые веки. Она встретила день с улыбкой. За окном Кантерлот одиноко висел на горе. Все те пони, которые все еще не доверяли Луне и Твайлайт, все те пони, которые никогда не узнают этого покоя, этого полного удовлетворения. Намек на грусть омрачил ее улыбку.

Призрак ощущения ласкал её шерсть, когда голос Твайлайт прошептал из прошлого: Успокойся, моя дорогая. Все будет хорошо. Флаттершай кивнула, и ее улыбка стала ярче.

Ее собственная процедура ухода за шерстью бледнела по сравнению с воспоминаниями, но звук щетки, проводившей по ее гриве, был все тот же. Приятно было быть питомцем Твайлайт. Она улыбалась и суетилась над своими маленькими друзьями, которых ей предстояло оставить. Каждый из них получил свою еду, воду и физическую ласку: похлопывание здесь, поглаживание там и любимое всеми почесывание за ушами.

Кролик Энжел сердито оскалился и топнул ногой. Ты не можешь идти!

— Нет, Энжел, я не могу остаться. Эти пони рассчитывают на меня.

Его уши опустились, и он оскалился еще сильнее, издав восхитительное хрюканье. Вместо того чтобы отступить или уступить его требованиям, она просто подхватила его крылом и прижалась к нему. Он удивленно пискнул и снова зашипел. Это опасно.

Она наклонилась и прижалась к нему:

— Не волнуйся, Энжел. Все будет хорошо.

Он вздохнул в отчаянии. Лучше бы ты…

— Большинство девочек будут там, и там будет гвардия, и Гарри пойдет со мной.

Он поник.

— А теперь будь хорошим кроликом. Заботься обо всех существах, и я приготовлю тебе тот салат, который ты любишь.

Энжел кивнул, но все равно вид у него был грустный. Поэтому она еще раз обняла его. Она повернулась, чтобы уйти, и Энжел сердито топнул ногой.

— У меня… — начала она, прежде чем увидела, на что он указывает. — О, спасибо, что напомнил мне. — Взмахнув крылом, она подняла пурпурный драгоценный камень. Несколько верёвочек и несколько простых завязок, и она надела его на шею.

Она посмотрела на его граненую поверхность и улыбнулась:

— Все будет хорошо. — И, напевая песенку, она отправилась навстречу новому дню.

* * *

Когда-то в волшебной стране Эквестрии Флаттершай была бы дома, прячась под кроватью, а не здесь. Ей должно было быть страшно, даже если бы рядом с ней было тепло Гарри, как живое защитное одеяло. Но она сидела здесь, высоко подняв голову и слегка расправив крылья, чтобы лучше чувствовать утренний ветерок, и даже не покраснела. Глаза открыты, уши подняты, она смотрела на мир без малейшего страха, несмотря на чудовищ, которые все еще могли таиться в темных тенях и глубоких норах.

Прохладный ветерок играл с травой, его шум был почти неслышен под топотом бронированных копыт и стуком колес по новенькой каменной дороге. И все же было немного страшно, что свежий вулканический камень — побочный эффект игры Твайлайт и Спайка.

Она глубоко вздохнула. В воздухе не чувствовалось ни малейшего запаха пепла или серы. Только свежая трава с нотками утренней росы и осенние цветы. Успокаивающие феромоны спокойных пони и друзей-животных обволакивали её, словно уютные объятия.

Она погладила Гарри по голове в знак благодарности, и он заурчал в ответ. Неужели Рейнбоу чувствует себя так всегда? — подумала она, прежде чем перевести взгляд на своих друзей.

Внушительная Эпплджек шла вперед по недавно проложенной дороге, закутанная в броню, спокойный бастион стабильности, она тащила повозку, полную саженцев и семян. Судя по стуку ее копыт, она, должно быть, весила сейчас больше, чем Гарри.

Пинки Пай подпрыгивала и подпевала, а ее вооруженная пушками повозка для вечеринок почему-то не разбрасывала содержимое, следуя за ней в хаотичном порядке. Даже самые стоические гвардейцы, ехавшие с ними, покачивали головами или слегка раскачивались в такт музыке.

Копыта самой Флаттершай покачивались так, словно она дирижировала всем этим. С легким румянцем она позволила себе присоединиться к представлению, хотя и просто подпевала.

Рэрити гордо шествовала впереди, ее грива, уложенная в особую укладку, была знаменем, за которым могли следовать все. Ее элегантные доспехи и оружие были скорее модными по сравнению с громоздким снаряжением Эпплджек. Она выглядела как герой, отправившийся спасать своего принца. Впрочем, в этом не было необходимости. Она уже поймала своего принца. Кто бы мог подумать, что после того, как прошло их первое знакомство, что это будет он?

Флаттершай улыбнулась. Одна мысль о жеребятах, которые появятся у этих двоих, заставляла ее зажмуриться от того, какими очаровательными они будут. Может, они позволят ей посидеть с жеребенком? Тогда придется искать подходящих друзей-животных, чтобы они росли вместе.

Еще одно воспоминание помешало ей радостно зажмуриться. Вместо этого она тоскливо вздохнула, в сердце по-прежнему была пустота:

— Дискорд… что я сделала не так?

Через мгновение она поднесла копыто к драгоценному камню, висевшему у нее на шее:

— Все будет хорошо, — прошептала она.

Гарри оглянулся на нее и издал тихий звук согласия.

Она снова погладила его по голове:

— Спасибо. — Она продолжала машинально перебирать копытами, изучая новоприбывших. Тех, благодаря кому все это стало возможным так быстро.

Охранники из Мэйнхэттена были спокойны и бдительны, добросовестно выполняя свой долг. Половина из них тащила припасы, другая расположилась кольцом вокруг коров. Один из них улыбнулся ей и кивнул. Все еще трудно было поверить, что все они — чейнджлинги, и не из улья Торакса. Несмотря на то что они не были реформированы, они помогали и были счастливы делать это. Все будет хорошо, — снова вспомнились слова Твайлайт. Она ответила жестом на жест, искренне улыбнувшись. Их улыбки расширились, а затем они быстро вернули свое внимание в сторону.

Шедшие следом коровы сплетничали так, словно путешествие было обзорной экскурсией. Одной из самых горячих тем было то, каким будет их новый дом. Одна из них то и дело обращалась к гвардейцам, пытаясь уговорить несчастных пони присоединиться к ним. Они даже предлагали свежее молоко.

Они хотели как лучше, но для большинства пони после нескольких часов пути это было слишком. Быть коровой казалось им приятной и спокойной жизнью. Они беспокоились за малышей, доверяя пони заботу о них.

Пурпурный купол вдали становился все ближе. Каким бы впечатляющим он ни был, Флаттершай видела лишь доказательство того, как сильно Твайлайт заботится о других. В последнее время Твайлайт была пугающей, но она была такой же, как мать-медведица, мягкой, доброй и ласковой, пока вы не угрожали ее детенышам, или, в данном случае, пони.

Когда путешествие, к счастью, прошло без происшествий, взору предстала новая городская площадь. Четыре статуи гордо возвышались над пони: три аликорна и один единорог. Тот, кто их изваял, обладал вниманием к деталям и удивительным талантом. Издалека казалось, что они могут просто спрыгнуть со своих пьедесталов и поздороваться.

Но вместо статуй поздороваться подошли пони. Они все еще находились в дымке удовольствия, которую вызвала вечеринка принцессы Луны. Их счастливые улыбки помогали прогнать холодок, пробежавший по позвоночнику. Она огляделась вокруг, но ничто не казалось ей неправильным. Не было никаких опасностей, не было даже больных или раненых пони, которым нужно было помочь.

Она положила копыто на свой драгоценный камень:

— Все будет хорошо, — прошептала она себе, и так оно и случилось. Несмотря на все плохое, что случилось за последние несколько месяцев, надежда все еще оставалась. С помощью подруги она воплотит эту надежду в жизнь.

Сказав несколько слов, Рэрити взяла руководство на себя. Эпплджек занялась разгрузкой вещей, а Пинки Пай… ну, Пинки Пай была просто Пинки Пай, спешащей по улицам и приветствующей каждого пони улыбкой и кексом. Флаттершай наслаждалась своей порцией, хотя, как обычно, не заметила, как она оказалась в ее копытах.

Закончив с угощением, она спрыгнула вниз и начала поиски. Где-то здесь должны были быть пони, которым нужны маленькие пушистые друзья. А пони, у которых были маленькие безделушки со знаком Твайлайт, делали день еще ярче.

* * *

Поля были вспаханы, семена посажены. Саженцы стояли, листья жадно тянулись к последним лучам солнца. Коровы радостно болтали в своем новом коровнике, а у нескольких пони появились новые друзья-животные, которые помогли залечить их израненные сердца. Многое было сделано, но еще больше предстояло сделать. Только земные пони все еще продолжали работать. Выносливость всех остальных пони давно иссякла.

И хотя у Флаттершай болели суставы, это было ничто по сравнению с ощутимым удовлетворением от того, что она что-то изменила. Она сделала глоток своего напитка. Его розовые оттенки менялись с каждым крошечным пузырьком, который вырывался на свободу. Шипение щекотало ей мордочку, а сладость, похожая на мед, ласкала язык. Как только жидкость попала в горло, ее охватило ощущение теплых объятий.

Она улыбнулась и удовлетворенно хмыкнула. Ее копыто нащупало пурпурный драгоценный камень на шее.

— Вот видишь, я же говорил, что тебе понравится, — сказал замаскированный чейнджлинг, на его мордочке появилась забавная ухмылка.

Она кивнула:

— Не могли бы вы рассказать мне, что это такое, если можно?

Он рассмеялся. Часть Флаттершай вздрогнула, но потом уловила теплоту в этом смехе. Радостный и счастливый, наполненный добротой, которой никогда не было у хулиганов. Она расслабилась и подарила ему теплую улыбку и полный надежды взгляд.

— Кто-то хочет еще?

Она робко кивнула.

— Это шипучее медовое вино с сезонными фруктами и немного уютной любви в придачу.

— Ты действительно это чувствуешь.

— Я удивлен, что ты захотела попробовать.

— Почему?

— Ну, ты же знаешь, откуда оно берется.

— Мы едим обычный мед и пьем молоко разных сортов. Есть яйца, вот лишь некоторые похожие продукты.

— Значит, ты думаешь, что и другие захотят есть такие вещи?

— Когда они привыкнут к вам, то да.

Он покачал головой с тихим смешком:

— Я все еще не могу поверить, что это действительно происходит.

Флаттершай потянулась и осторожно положила копыто ему на плечо. Во многом она была согласна. Но, как и любому существу, немного доброты и умение находить общий язык — это все, что может понадобиться. Она ничего не сказала, да в этом и не было нужды, поскольку, будучи чейнджлингом, ему ее эмоции говорили куда изящнее слов.

Он положил свое копыто на ее копыто. Такая мелочь. Но, как и в случае с животными, это означало, что у нее появился новый друг.

* * *

Помощь другим была сама по себе наградой. Улыбки на лицах и легкость в сердце, которую они вызывали, были целительной мазью для души. Даже на новом месте, в незнакомой постели, она прекрасно спала. Она знала, что вставать рано, поэтому осторожно опустила копыта на пол, а не выскочила из постели.

Сегодня будет замечательный день. Она просто чувствовала это. Впервые за долгое время ей нечего было бояться. Быстро расчесавшись и побрызгав водой, чтобы прогнать остатки сна с лица, Флаттершай уверенно направилась к двери.

Она сделала еще один шаг, и арктический холод ворвался внутрь, леденя ее до глубины души. Третий шаг — и вдруг пол показался ей очень удобным.

* * *

— ФЛАТТЕРШАЙ!

Она медленно вынырнула из бесконечного моря замешательства. Что она делала? В памяти всплыло эхо крика. Боль, потеря и страдание, озвученные знакомой пони.

Воспоминание оказалось скользким, но даже сквозь дымку оно всё равно пришло.

Твайлайт!

С этим именем пришел свет, пылающая цепь ментальной магии, ведущая обратно к ее обмякшему телу.

Паника захлестнула ее и придала сил. Она наполовину полетела, а наполовину потащилась обратно к своему телу.

* * *

Сердце Флаттершай колотилось в груди, а каждый вдох был похож на вдыхание битого стекла. Ее болезненное хныканье слишком напоминало последние вздохи, когда она ничего не могла сделать, чтобы спасти одного из своих друзей-животных.

Желание свернуться калачиком и спрятаться, позволить тьме бессознательного состояния захватить ее, было слишком манящим.

Желтое свечение давило и требовало внимания. Бледная, она открыла глаза. То, что она увидела, не имело смысла. Ее перья светились. Без малейшего намека на пламя они тлели и распадались, превращаясь в клубы дыма.

Ее тяжелые глаза следили за тем, как дым образует узоры и кружится в воздухе, а затем опускается на землю.

Ее взгляд остановился на одном из онемевших крыльев. Она вздрогнула. На месте прекрасных перьев осталась лишь тонкая оболочка фестральных крыльев.

Ты в порядке? — прошелестел глубокий голос Гарри. Грусть и беспокойство сквозили в его вопросе.

— Твайлайт, — прохрипела она, очень надеясь, что друзья услышат ее.

Ей ответила другая пони.

## 94.2 Тик-так

* * *

Столько жизней было потеряно, столько душ загублено без всякой надежды на спасение. Столько страданий — и все из-за одного пони. Даже сейчас он был вне ее власти, но совершенно беспомощен. Несмотря на это, угроза, которую его действия представляли для ее пони, не уменьшилась.

Тик, Кап. Тик, Кап. Тик, Кап. В ее сознании шли призрачные часы, с каждым движением стрелок которых еще одна капля крови падала в море этой жизненно важной жидкости.

Как и в случае с "нулевым уроком", она знала, что время идет, и это придавало задаче неотложность. Это сосредоточило ее мысли и подтолкнуло к действию.

В отличие от того злополучного случая, Твайлайт была не одна, и ей даже не нужно было искать поддержки за пределами собственной души. Следовательно, она была в здравом уме и могла эффективно работать. Способность мыслить ясно и использовать свои таланты по максимуму привела ее к нынешнему плану.

Бесконечная обсидиановая плоскость под копытами Твайлайт больше не казалась странной. Темные небеса над головой больше не казались мрачными и зловещими. Часть Бастиона, принадлежавшая Найт, теперь была не более чем другой частью ее дома. Полтонны научного оборудования из ее библиотеки сильно контрастировали с мрачной эстетикой Найт. Кабели, ведущие к Большому Золотому Дубу, были волшебным путем из бездны в волшебные страны горячего шоколада и объятий Свит Дримс

Быстро нацарапав записку и сверкнув магией, она приступила к запоздалому мирскому колдовству над божественным напитком. Покончив с этим искушением, она вернулась к своему проекту.

Твайлайт была на охоте, но она не выслеживала добычу исподтишка. Нет, она опиралась на свой самый мощный ресурс — разум. Книги окружали ее, а компьютеры извергали огромное количество бумаги, словно Селестия издала указ, что все это должно быть использовано до конца дня.

Вид снизу изменился, когда Найт направила их общее тело к земле. Несмотря на то что она иногда выполняла фигуры высшего пилотажа, она все еще неукоснительно следовала схеме поиска. Твайлайт потянулась и отрегулировала циферблат на магических сенсорах, которые проникали через интерфейс в физический мир.

Ее земля представляла собой лоскутное одеяло из множества цветов. Естественная зелень природы была изрезана ожогами и кратерами. Медленно наполнялось новое озеро — следствие охоты ее возлюбленной. Звездопад действительно был мощным оружием. Клинки на ее вампирических крыльях не обладали таким разрушительным потенциалом, но были более меткими и гораздо более личными.

Уравнения силы и энергии на мгновение заплясали в ее голове, но она отложила их в сторону. Обычные теории силы, массы и скорости были для нее в лучшем случае скучной игрой для жеребят.

Справа, далеко-далеко, летела ее рыцарь. Глаза единорога никогда бы не смогли различить ее на фоне голубого неба, даже с ее все еще роскошной радужной гривой и хвостом.

Пристегнутый к нижней части тела Рейнбоу Дэш артефакт обнаружения весом с половину Селестии ничуть не мешал ее полету. Более того, она била крыльями в более энергичном ритме.

Словно почувствовав ее пристальный взгляд, Рейнбоу почтительно кивнула. Действие, которое Найт вернула назад с помощью своего тела.

Дополнительное упражнение или просто чтобы покрасоваться перед Гильдой? — подумала Твайлайт, проверяя, как там ее грифон.

Гильда, такая же нагруженная, как и Дэш, не отставала от кобылы и даже пощелкивала когтями, подчеркивая тонкую игру.

Видя, как флиртуют две ее избранницы, она почувствовала тепло в сердце и, улыбнувшись, вернулась к своей работе, но тут обнаружила, что какая-то часть ее тела движется без ее сознательного направления.

Ее копытца выстукивали ритм мелодии, которую ни она, ни кто-либо другой не помнил. Но если бы она услышала ее снова, ее тело знало бы, как под нее танцевать. Как бы это ни было неприятно, это все равно вызывало у нее улыбку, когда она задумчиво грызла перо.

Просто было так трудно побороть в себе академическое рвение узнать все, когда Нова все еще мурлыкала от удовольствия. Это наводило на размышления о причинах. Может, она просто переела вкусной еды или пыталась выяснить, сколько пони находят Аликорнов привлекательными? С вознесенной биологией и даже простыми очищающими заклинаниями не было бы ощутимых свидетельств в любом случае.

А то, что последний вариант не вызвал ни малейшего отвращения или смущения, лишний раз свидетельствовало о том, как сильно она изменилась. Она покачала головой, добавляя несколько пометок к распечатке. Здесь было много данных, тонны информации, которая могла бы послужить материалом для десятков исследовательских работ, только и ждущих, чтобы их поглотил голодный ум. К сожалению, ничто из этого не указывало на то, что она искала. Все можно было объяснить. Все указывало на известные источники магии.

Она разочарованно фыркнула, совсем неподобающе для принцессы. Она могла бы быть с Луной, могла бы снова занять тело Кэндис, могла бы играть со Спайком или учить свою дочь. Она так много всего хотела сделать, но из-за одного жеребца не могла. Даже если я ничего не найду, достаточно будет одной записки, одного спрятанного свитка, и кто-то другой сможет начать все сначала… — прорычала она.

Мягкое цоканье изящно поставленных копыт насторожило уши, и теплый аромат горячего шоколада со специями коснулся носа. Приятная заминка отвлекла ее от ярости, прежде чем она успела разгореться.

— Теперь я понимаю, зачем тебе это нужно, — сказал самый сладкий голос в мире.

Оглянувшись в сторону библиотеки, она увидела Свит Дримс, комично огромную кружку горячего шоколада и тарелку с гамбургерами.

— Спасибо, моя Дримс. — Одно только произнесение этого ласкающего слух слова подняло ей настроение больше, чем аппетитные ароматы и ожидаемые кулинарные изыски, которые вот-вот будут ей преподнесены. А последующие легкие объятия сделали еще больше.

Свит Дримс окинула восхищенным взглядом серебристых глаз постоянно пополняющуюся коллекцию распечаток:

— Ты действительно веришь, что эти поиски будут плодотворными, моя звездочка?

Твайлайт пожевала губу:

— Так как сканирование по картографичекому столу не дало никаких результатов, это лучшее, что я смогла придумать. — Она поочередно указала крыльями на приборы. — Массив таумических детекторов. Измеритель магического потока. Датчик арканного резонанса. Эти три прибора — различные погодные детекторы, которые я объединила для поиска невидимых вещей, влияющих на поток воздуха. — Соединить их вместе и придумать матрицу управления и связи, чтобы все это работало, оказалось очень интересной задачей. Она уже придумала дюжину способов, как все это улучшить. Пройдет еще немного времени, и она сможет стандартизировать это как новое научное оборудование и выпустить в продажу.

— Твайлайт?

— Прости, я немного заблудилась в мыслях… на чем я остановилась? Ах да, тогда у нас есть вот это. — Твайлайт почувствовала, как её улыбка стала наполовину задорной, а наполовину какой-то мрачной. — Этого даже никто не сможет постичь.

Приподняв брови как Луна и маняще наклонив голову, Дримс задала ожидаемый вопрос.

— Тепловизор, радар, лидар и, наконец, цифровые и оптические визуальные камеры.

Свит Дримс сунула Твайлайт в рот гамбургер. Мягкость булочки почти поцеловала ее губы, а особый вкус семечек и овсяных хлопьев, которыми она была усыпана, встретил ее язык. Когда она с жадностью вгрызалась во вкусное блюдо, насыщенный терпкий соус прекрасно сочетался со свежим салатом и греховно нездоровым центральным элементом на основе сена.

Твайлайт с удовольствием жевала, пока Свит Дримс ставила поднос и кружку на место.

— Артефакты мира Сансет, я полагаю?

Твайлайт хмыкнула в знак согласия, ее рот был занят куда более важными делами, чем простое словесное общение.

— То, что ты почерпнула из твоих… привезенных книг?

Немного смутившись, Твайлайт кивнула. Она действительно собиралась закончить копирование книг и вернуть их. Просто она никак не могла найти время, чтобы заняться этим.

— Нашла что-нибудь?

Быстро сглотнув и отпив глоток благословенного горячего шоколада от Стар, Твайлайт кивнула:

— Да, много, но не то, что мы искали. — Она сделала еще один глоток насыщенного, густого, шоколадного блаженства. В ее голосе зазвучали мурлыкающие нотки. — Разрешение этих сенсоров поистине удивительно. Каждый из них способен видеть сквозь различные виды обскуры. На данный момент у нас восемнадцать потерянных руин. Кажется, я заметила по крайней мере один вид животных, считавшихся вымершими. Несколько пятен Скверны, с которыми нам придется разбираться позже. Два подтвержденных тайника контрабандистов, возможно, еще четыре, и один холм, который на самом деле является спящим драконом.

— И ничего, что ты считаешь махинациями Мунлайт Скролл?

Твайлайт вздохнула:

— Нет… и я даже не могу быть уверена, что есть что искать… и даже если я ничего не найду, всегда будет шанс, что я что-то упустила, что это вернется, чтобы укусить нас через сотни лет… — Тик-так, тик-так, — снова забили в ее голове призрачные часы.

— Не позволяй будущему преследовать тебя, моя любимая звездочка.

Улыбка на ее лице и тепло в груди становились предсказуемыми, но от этого не менее приятными:

— Я…

Быстрый поцелуй оборвал фразу Твайлайт. Последовавший за ним более долгий поцелуй отложил дальнейший разговор на полминуты.

Свит Дримс последовала за поцелуем, прижавшись к ней. Тепло совместного контракта было таким же чудесным, как и прежде. Взмахнув копытом, Свит Дримс перевела взгляд Твайлайт на показания приборов, а сама воспользовалась своей серебряной аурой, чтобы подпитать ее.

Она позволила своему телу расслабиться, наслаждаясь роскошью, в то время как ее разум обострил чувства, и, сузив глаза, она вернулась к своей охоте.

* * *

Солнце садилось и вставало снова. Только стойкость избранных позволила двум рыцарям остаться в воздухе. Игривый музыкальный флирт давно закончился. Оба теперь позволяли ветрам и восходящим потокам нести их как можно дальше.

Оба перехода солнца и луны были довольно скучными, так что, скорее всего, и ее возлюбленная, и бывшая наставница были так же заняты, как и она сама.

Скука Найт проникала внутрь, заражая и настроение самой Твайлайт. В Бастионе тучи двигались, грохотали и обещали молнию, чтобы в следующий раз досадить Найт.

— Где ты это спрятал? — прорычала Твайлайт, в ее сердце медленно закрадывалось чувство ужаса.

Она приостановилась и обратила свои чувства внутрь. Ее источники были стабильны. Из-за недостатка сна немного усилилась тяга со стороны источника земного пони.

Затем она обратила внимание на свои эмоции. Решимость, запятнанная лишь неутоленной потребностью заставить страдать Ноубл Гида. Любовь к Свит Дримс, Литтл Стар, Луне, Кэндис, всем своим друзьям, родителям, Кейденс, Шайнинг Армору и, в меньшей степени, всем тем, кого она защищала в Понивилле. Были и другие крошечные осколки и прихоти, но ни от одного из них не исходил этот ужас.

Затем она проверила своих сородичей-фрагментов. Из Найт просочились раздражение и скука. От Свит Дримс исходила любящая поддержка, которая делала терпимым даже самый мрачный момент, и все это было завернуто в игривые нотки и теплые объятия. Как и ожидалось, от Грей ничего не последовало. С другой стороны, Нова по-прежнему была довольна собой, лишь заражая Твайлайт легким желанием съесть бутерброд с маргариткой.

Твайлайт задумчиво хмыкнула и перешла к более слабым связям. Её избранные. От Рэйнбоу и Гильды усталость и непреклонная решимость боролись за первенство.

Несмотря на расстояние, связь с Флаттершай была сильнее. Флаттершай принадлежала ей. Она полностью доверяла ей и была полна решимости принадлежать ей.

Может быть, я была слишком настойчива… — подумала Твайлайт, потянувшись, чтобы погладить отсутствующую кобылу. Флаттершай действительно наслаждалась этим и любила быть избалованным питомцем. Такое отношение к ней придавало сил и успокаивало так, как Твайлайт еще никогда не испытывала. Это не было похоже на похотливое желание Новы или гедонистическое потворство Найт. Нет, это было нечто чистое и непорочное, несмотря на всю свою странность.

Твайлайт начала улыбаться, но подкравшийся ужас подавил ее:

— Откуда ты идешь?

Она стала искать дальше. Ее разум охватил все связи, которые она могла найти. Трикси, Скуталу и все гибриды, которым она помогала. Что-то, очень похожее на чейнджлинга, отступило и спряталось, как только ее разум коснулся его.

Волна различных чувств и эмоций захлестнули ее. Взмахнув крылом, она отбросила все, кроме единственного, что она искала. Единственная нотка ужаса, скрытая под всеми более позитивными чувствами.

— Кэндис? — выдохнула Твайлайт. Судя по ощущениям, кобыла видела сон. Но в отличие от обычного сна, этот ощущался иначе, как-то тяжелее.

ТИК

Ледяной коготок схватил ее сердце. Почему-то этот обычный звук значил так много. Это был топор, который уже опускается, гильотина над головой и гибель, которая уже здесь, только осознана слишком поздно, чтобы что-то сделать, кроме как наблюдать.

Рычание вырвалось из физического тела Твайлайт. К нему присоединился её собственный крик:

— Что?! — прорычала она, следуя за рвущей, раздирающей болью.

Темные усики, окутанные фиолетовым дымом, ядовито-зелеными когтями вонзились в ее пегасьий источник.

Магия Свит Дримс всколыхнулась — мощный эффект, пропитанный негодованием и защитным рвением.

Твайлайт стиснула зубы и подавила боль. Даже с учетом ее интенсивности это было не самое худшее, что она испытала. Лишь жжение разочарования от того, что Дримс заставит расплачиваться того, кто это сделал, а не она сама, отвлекало ее внимание, пока она сужала круг поиска причины.

Затем магия Дримс замерла:

— Твайлайт, сюда! — Голос Свит Дримс был страшен из-за отсутствия благозвучия.

Она не думала, а просто телепортировалась. В библиотеке, в её Золотых Дубах, дверь в крыло Флаттершай была разбита вдребезги. Серебряная коса Дримс лежала отброшенной и ненужной. Вместо нее под копытом у нее был зажат толстый усик тьмы, явно проникший внутрь.

Усик запульсировал, и все внутри крыла Флаттершай померкло:

— Нет, нет, нет… — Твайлайт заскулила, глядя на подступающий ужас, но что-то более яростное заговорило внутри нее. Как они смеют! Никто не обидит моего друга!

— ФЛАТТЕРШАЙ!

Душа Твайлайт всколыхнулась. Буря, которая была её магией, вырвалась наружу. Она разорвала и поглотила темную магию.

С нарастающей скоростью пурпурное пламя хищно понеслось по усику. Никто не заберёт мою Флаттершай! Её душа взывала к бытию и несла горе всем, кто пытался ей противоречить.

* * *

## 94.3 Цена гармонии

* * *

Как и все остальное, Гармония наблюдала. Как и все остальное, Гармония будет помнить. Будь Гармония другим существом, она могла бы попросить прощения за те события, которые ей предстояло совершить. Однако, хотя она и была способна понять их, ни колебания, ни раскаяние не были частью ее натуры. Если бы это было так, она бы ни за что не осталась в здравом уме, придерживаясь намеченного плана.

Безжалостное лезвие холодной логики отсекало все другие пути к будущему. Чтобы появилась хоть какая-то надежда, должна произойти эта трагедия. Все имеет свою цену, даже гармония. Иногда эта цена может быть поистине ужасной.

Логическое мышление и здравомыслие не были особенно присущи ее партнеру по этой затее. Дискорд был почти прозрачен, но это не помешало ему поднять когти, чтобы действовать. Он задрожал и припал к Древу Гармонии.

Его привязанность к Флаттершай превзошла все ожидания. Жаль только, что даже при максимальном использовании ее шансы на выживание все еще были относительно невелики.

Гармония не могла испытывать угрызений совести, но сочувствовать могла. Она подняла один из своих кристаллических корней и положила ему на плечо. Он похлопал ее когтистой лапой, и это простое действие оказалось неуместным на фоне всех конфликтов их общей юности. Со звоном кристаллов она заговорила:

— Ты сделал все, что было позволено, Брат.

Он кивнул, щелкнул когтем, и из земли вырвались скрученные лианы и расцвели. В тошнотворном искажении реальности каждая из них превратилась в свой прибор для наблюдения. От хрустального шара до умопомрачительного голо-стола.

Мысленно вздохнув, Гармония окаменила дюжину инопланетных существ, присоединившихся к ней. Будет время вернуть их в родные реальности после предстоящего возвышения.

— Сколько религий ты основал на этот раз, Брат?

— Не основал, а только основываю. — Он подавил ее раздражение и предложил попкорн. От которого она, будучи деревом, конечно же, вежливо отказалась. Его форма теперь была почти полностью непрозрачной из-за хаоса, который внезапные похищения распространили по другим реальностям.

Его притворное раздражение не скрывало от нее его нервозности. Ради него она притворилась, что так и есть. Гармония на мгновение задумалась о том, что же могла делать эта дюжина:

— Только не жалуйся мне в этот раз, если некий капитан снова побьет тебя…

Легкого подергивания на его лице было достаточно, чтобы понять, что ее попытка разрядить обстановку была если и не успешной, то, по крайней мере, замеченной.

Дискорд отмахнулся от нее, и Гармония обратилась к своим собственным чувствам. Ее сенсорика разделилась и устремилась к корням, как физическим, так и духовным.

Те, кто сильнее всего принял ее, первыми воззвали к ней из созвездия Света Души. По мере того как она сосредотачивалась на каждом из них, в ее сознании один за другим появлялись знаки судьбы. Даже у тех существ, которые не выставляли их напоказ так гордо, как пони, они все равно были.

Чтобы Дискорду было понятнее, она отразила мысленный список на своем стволе. Она отсортировала его по трем признакам: родство с Гармонией, сила и связь с нынешним носителем магии.

Первым, кто привлек ее внимание, был не кто-то из обреченных Элементов и не один из их ближайших спутников. Нет, это был тот, вероятность попадания которого в этот список была крайне мала. К этому моменту у нее были все шансы даже умереть.

* * *

- Объект: Королева Изумрудного улья

- Имя: Кризалис

- Индекс Гармонии: 47%

- Аспекты: Эмоции, Ум, Жизнь, Перемены

- Местонахождение: Мэйнхеттан

- Предполагаемая роль: Неблагонадежный лидер независимой враждебной фракции

- Текущая роль: Королева Изумрудного улья, титулованная леди Мэйнхеттана.

Объект находился в процессе укрепления доверия и уважения к Найтмер. То, что этот субъект может попытаться вмешаться в дела Твайлайт, было непредвиденной переменной. Гармония могла только надеяться, что это не повлияет на шансы Флаттершай на выживание.

Объект отдыхал в пентхаусе, на его лице сияла довольная улыбка, а душа была полна надежд. Вместо того чтобы, как и положено, замышлять убийство Твайлайт, королева чейнджлингов отпивала из бутылки марочного вина и листала толстый юридический том.

Увы, если бы не то, что должно было произойти, все было бы хорошо. В этом случае субъект в течение пяти лет стал бы незримым соправителем Эквестрии и помог бы устранить всех коррумпированных дворян. Это могло бы стать лучшим, что случилось с нацией со времен объединения племен. Но даже несмотря на то, что предстояло, было вполне вероятно, что она останется союзницей Найтмер.

Несмотря на то что некоторые из ее чейнджлингов были на месте, было ясно, что она сама не будет принимать в этом непосредственного участия, пока не станет слишком поздно, чтобы этого избежать. Даже если бы она взяла на себя прямой контроль над одним из них, магическая связь улья не позволяла бы ей вмешиваться в происходящее иначе, чем словами.

Хотя за тем, как она поведет себя после этого, придется внимательно следить.

Гармония двинулась дальше.

* * *

- Объект: Сансет Шиммер

- Имя: Сансет Шиммер

- Индекс Гармонии: 57%

- Аспекты: Астральный, Солнечный, Огненный, Темный, Гордость, Эмоции (Гармония), Жизнь (Найтмер), Изменения (Найтмер)

- Местонахождение: Карантинная реальность №4, жилой дом для людей

- Предполагаемая роль: Диссидент против Селестии.

- Текущая роль: Исправившийся злодей и ученица Найтмер.

Нахождение объекта не составило для Гармонии труда. Объект дремал в своей лошадиной форме, согретый солнечным светом, льющимся из окна спальни. В качестве подушки она использовала передние ноги. В отличие от своей спутницы, она выглядела спокойно, совершенно непринужденно. Несмотря на все трудности и ошибки, которые ей пришлось пережить. Она была на пути к тому, чтобы стать лучшей пони, какой только могла быть. Сможет ли она идти по нему после сегодняшнего дня? Было слишком много неизвестных, чтобы Гармония могла быть уверена в своих прогнозах.

Глубоко внутри пони медленно росло скрытое семя магии аликорнов, обнимавшее вторичный источник. Только время покажет, чем обернутся действия Найтмер. Станет ли этот объект еще одним активом Гармонии, фигурой для игры Селестии или злом, которое будет предано забвению. В данный момент все это не имело значения. Она была не в том положении, чтобы мешать, так что на данный момент этого было достаточно. Однако, как и за королевой Кризалис, за ней нужно было тщательно следить.

И снова наступил момент, когда Гармония почувствовала бы себя виноватой, если бы могла. Сансет была в своем роде не меньшей жертвой, чем те, кому предстояло умереть сегодня.

С помощью бесплотного корня Гармония мягко коснулась объекта. Небольшое прикосновение магии, семя вдохновения, чтобы наставить человеческих друзей Сансет. Небольшой толчок к действию, небольшое руководство, чтобы найти слова, которые Сансет должна была услышать. Это было не так уж много, но, как и в случае с Дискордом, это было все, что она могла сделать.

Покончив с этим, она обратила внимание на другого обитателя комнаты. Спутница субъекта, человек, была отражением Прайм Твайлайт. Она спала, положив голову на небольшую стопку записей. Несмотря на то, что она была лишь бледной имитацией, Гармония все же затронула ее, правда, гораздо менее эффективно, чем у Прайм, но она все равно обладала пятьюдесятью девятью процентами сродства к элементу магии, что на целых два процента больше, чем пятьдесят семь у Сансет.

Человеческая Твайлайт могла бы стать достойной заменой нынешнему фрагменту Твайлайт при правильном развитии событий. Вполне вероятно, что в этом не было необходимости.

Гармония двинулась дальше.

* * *

- Объект: Запинка в работе

- Имя: Кэндис

- Индекс Гармонии: Недоступно

- Аспекты: Недоступно

- Местонахождение: Архивы Кантерлота

- Предполагаемая роль: Мертворожденный жеребенок

- Текущие роли: Оракул Судьбы, Избранник Луны, Избранник Найтмер, Дар Новы, Капитан Сумеречной Стражи, Изгоняющий Найтмер.

Гармония еще раз проверила, что написано в записи. Если бы она могла, она бы вздохнула. Дискорд явно отредактировал запись, не обратив на нее внимания. Что ж, в такие моменты это была достаточно мелкая проблема, чтобы не обращать на нее внимания.

Субъект проснулся, ее сердце колотилось. Образы горящей кричащей Твайлайт преследовали ее в первые мгновения пробуждения. Потребовалось несколько успокаивающих вдохов, прежде чем она осознала, где находится, и все клочки бумаги теперь лениво парили в воздухе после ее панического пробуждения.

Видение, все еще теплившееся в ее сознании, возвещало о полной уверенности в истинности происходящего. Верность, любовь и долг побуждали ее к действию. Сердце кричало ей, чтобы она спасла Твайлайт, и ее быстрый разум ответил.

Кэндис действовала, а Гармония двинулась дальше.

* * *

- Объект: Рейнбоу Дэш

- Имя: Рейнбоу Дэш

- Индекс Гармонии: 120%

- Аспекты: Воздух, Вода, Молния, Мгновение, Преданность (Гармония), Сила (Твайлайт)

- Местонахождение: Небо над Эквестрийской пустыней

- Предполагаемая роль: Носитель Элемента Верности, Вондерболт

- Текущая роль: Рыцарь Твайлайт, Элемент Верности

Усталость сквозила в каждой части тела объекта, но никто не догадался бы об этом, просто взглянув на нее. Она летела на точно выдержанном расстоянии от Твайлайт, обвешанная арканными и технологическими устройствами.

Гордая, сильная и преданная своей роли первого рыцаря Твайлайт. Сердце субъекта билось от новой любви, хотя она и не понимала, что именно она испытывает к своей подруге-грифону. После сегодняшнего дня они окажут друг другу столь необходимую эмоциональную поддержку.

Если бы Твайлайт была начеку, она могла бы заметить ее повышенную бдительность и легкое подрагивание ушей, когда она сузившимися глазами осматривала горизонт.

Первое, что заметил объект, — колебания в магии полета Твайлайт. Разноголосый шторм, внезапно исчезнувший через мгновение после своего появления. Ее голова метнулась к Твайлайт, и она успела увидеть, как та падает.

Преданность подруге, верность принцессе и бесчисленные часы тренировок кричали в ее душе. Объект действовал прежде, чем ее сознание сделало выбор.

Быстрым движением верного клинка она освободилась от груза магических примочек. Крылья набрали силу и вывели ее на вектор перехвата.

Периферийное зрение субъекта уловило, как Гильда начала пикировать, а затем перешла в спиральный подъем, готовя свой лук для ведения боевого патрулирования. Когда о безопасности позаботились, для нее не имело значения ничего другого, кроме как добраться до подруги.

По ощущениям Гармонии, объект пылал светом. В этот момент он стал воплощением Элемента Верности.

Несмотря на первоначальное отклонение, Твайлайт падала всего несколько секунд, прежде чем траектория объекта пересеклась с ее траекторией.

— Поймала, — сказал объект, когда мышечная память и привычные реакции взяли верх. Спуск был остановлен, и Твайлайт быстро осмотрели на предмет травм.

Твайлайт даже не ответила. Слабое тело и остекленевшие глаза вызвали в душе субъекта смятение и беспокойство.

— Твайлайт?

Грива Твайлайт вспыхнула пурпурным пламенем. Объект чуть не выронил ее, но чувство долга остановило тело. Она стиснула зубы, приготовившись к ожидаемой боли, которая не последовала. К счастью, как бы ни была разрушительна эта сила, она не была бесконтрольной, и объект не был тем, что Твайлайт хотела сжечь.

— ФЛАТТЕРШАЙ!

Закричала Твайлайт и в тот же миг превратилась в шар пурпурного света, который с титаническим грохотом разлетелся в разные стороны.

Объект кувыркнулся, отброшенный назад обратным ударом заклинания Твайлайт. Еще до того, как она успела опомниться, ее сознание забушевало. Было очень мало причин, по которым Твайлайт могла телепортироваться, даже ничего не сказав. Страх и ужас когтями впились в сердце объекта, но пять нитей верности заставили ее действовать.

Быстро крутанувшись, она сориентировалась и повернула на нужный вектор. Быстрым взмахом крыльев она сообщила Гильде о своем плане.

— Я иду, Флаттершай.

Гармония продолжила.

* * *

- Объект: Грифон DC/zh-26981

- Имя: Гильда

- Индекс Гармонии: 82%

- Аспекты: Грифон, Воздух, Вода (Твайлайт), Молния (Твайлайт), Мгновение (Твайлайт)

- Местонахождение: Воздушное пространство Эквестрии

- Предполагаемая роль: Будущий правитель Грифонстоуна

- Текущая роль: Рыцарь Твайлайт

Объект был поистине восхитителен: как и Королева Чейнджлингов, этот объект преодолел трудности и обрел Гармонию своим собственным путем, в данном случае через верность и дружбу с Рейнбоу Дэш.

Теперь объект был гораздо ближе к Гармонии, чем Дискорд, что было редкостью для его творений.

Именно незапланированное падение Твайлайт насторожило объект. Как и Рейнбоу Дэш, она отреагировала немедленно.

Единственная причина, по которой Рейнбоу Дэш так долго добиралась до принцессы, заключалась в том, что она не хотела рисковать обрушить ударную волну от соник рейнбум на нее.

Увидев, что Дэш доберется до нее первой и за достаточное время, объект обратил свой зоркий взор вдаль. Не нужно было обладать блестящим умом, чтобы понять, что принцесса не просто так падает с высоты.

Она рассудила, что, даже обладая острыми чувствами, не увидела и не почувствовала никакого следа, а значит, скорее всего, это было какое-то заклинание.

Как и ожидалось от Вондерболта, захват был идеальным, пусть и немного слишком ярким. Сердце испытуемой вздохнуло с облегчением, хотя ее боевые инстинкты остались неудовлетворенными. Она знала, что должна быть причина, и ее глаза жадно выискивали добычу.

— ФЛАТТЕРШАЙ! — закричала принцесса, прежде чем исчезнуть во вспышке света и таком громком ударе, что удивительно, как небо не рухнуло.

Зрение испытуемой все еще оставалось размытым, поэтому она использовала периферийное зрение. С помощью этого метода глаза испытуемой нашли Рейнбоу Дэш.

Кобыла, все еще кувыркавшаяся в воздухе, подала крыльями знак следовать за ней, выровнялась и рванула в нужном направлении.

Ей не хотелось участвовать в гонке с Дэш, но если Дэш понадобится ее помощь, она ни за что не простит себе, если ее не окажется рядом.

Еще одним неожиданным осложнением стало то, что объект создал свой собственный соник рейнбум.

Было невозможно, чтобы она или Дэш успели вовремя остановить то, что должно было произойти, но две линии, ведущие прямо туда, могли изменить восприятие этого события остальным миром. За последствиями этого нужно будет внимательно следить.

Вероятности сместились, и баланс судеб снова изменился. По крайней мере, скоро появится возможность действовать.

Гармония двинулась дальше.

* * *

- Объект: Найтмер Мун

- Имя: Найт

- Индекс Гармонии: 50%

- Аспекты: Кошмары, Страх, Боль, Умбральный, Кровь, Тьма, Воздух, Вода, Молния, Мгновение, Земля, Жизнь, Смерть, Отражение

- Местонахождение: В настоящее время находится между телесными локациями

- Предполагаемая роль: защитник царства снов, лидер фрагментов-компаньонов Луны

- Текущая роль: Фрагмент Твайлайт, мать Литтл Стар.

Ярость субъекта обрушилась на Гармонию. Удар был таким, каким она всегда представляла себе удар копытом по морде, только без боли. Меньше чем через удар сердца смертного Гармония возобновила связь.

Боевые инстинкты, движимые яростью, растянули долю мгновения телепортации Твайлайт почти до вечности.

Кто-то посмел отнять у нее питомца. Кто-то посмел причинить вред Флаттершай. Даже для ожесточенного и израненного сердца Твайлайт Флаттершай была нежной душой, которая заслуживала защиты. И только нечто поистине мерзкое могло решиться причинить ей страдания.

Она знала, что это может быть делом копыт только одного пони. В голове у нее крутился лишь один вопрос: как и чем ему отомстить.

Гармонии оставалось только надеяться, что любовь к дочери и присутствие Кэндис не позволят еще одной участнице покончить с миром.

Гармония двинулась дальше.

* * *

- Объект: Кристалл Чарм

- Имя: Кристалл Чарм

- Индекс Гармонии: 60%

- Аспекты: Кристалл, Надежда, Очарование

- Место: Поселение беженцев

- Предполагаемая роль: Манекенщица из Мэйнхеттана

- Текущая роль: Выжившая

По мнению объекта, это должен был быть кошмарный сон. Иное было просто немыслимо.

Магия, настолько сильная, что от нее вибрировали кости и болели зубы, прорвалась сквозь нее, заставив проснуться. Она вскочила с кровати так быстро, что едва не потеряла сознание.

Она медленно поднялась на копыта, глядя на свое светящееся тело. Как и при любой встрече с крайне враждебной магией, внешняя оболочка объекта защищала ее.

— Что? — сказала она, прежде чем посмотреть в сторону кровати своего соседа по комнате:

— Эй, РК, ты…

Она почти не узнала в разрушенных останках пони. К несчастью для ее рассудка, это было только почти. Украшенные драгоценными камнями копыта и ленты в гриве и хвосте точно говорили о том, кто это.

Задние ноги субъекта подкосились:

— Регал… — Имя прозвучало с недоверчивым хныканьем. Индекс субъекта упал на три пункта: ужас и отвращение скрутили ее сердце.

Хотя Гармония уже знала, что произошло, она все же позволила себе взглянуть на эту сцену глазами объекта.

Если проигнорировать все остальное и обратить внимание только на положение тела, то все равно казалось, что он мирно спит. Конечности единорога, официально известного как Регал Кантер, были совершенно целы. Даже хвост был в идеальном состоянии.

Рог Регал Кантер исчез, а на месте его корня остался дымящийся почерневший кратер. От этого места разрушения магия прочертила неровные дорожки, которые расходились в стороны, уничтожили его лицо и оставили только разрушенную оплавленную плоть на пути вниз по шее к туловищу.

С этой точки зрения Гармония ощущала слезы, текущие по ее щекам, и ноющую боль в груди. Знать, что из единорога через рог вытащили источник, было одно. А видеть это через фильтр смертного — совсем другое. Гармония отстранилась и вернулась к роли стороннего наблюдателя.

— Беги, — прошипела Гармония, и объект бросился бежать. Это не было большим милосердием, но теперь у нее было по крайней мере шестьдесят два процента шансов пережить то, что должно было произойти.

Один бегущий пони превратился в нескольких, и к ним присоединилась целый табун. Сможет ли она после этого справиться с собой?

— Я думал, тебя не волнуют отдельные существа? — Голос Дискорда скрипел, вибрируя под корнями Гармонии.

— Сегодня погибло достаточно пони. Не стоит добавлять еще больше, чем нужно.

— Передумала?

— Нет. — С этими словами Гармония двинулась дальше.

* * *

Взгляд Гармонии переместился на улицу. Новое поселение, за которым с любовью ухаживали и которое совсем недавно было местом многочисленных праздников, теперь было завалено пустой трухой. Самый простой способ определить племена — посмотреть, чего не хватает. У единорогов отсутствовали рога, у пегасов — крылья, а у земных пони — нижняя половина каждой ноги.

Из всех пони, находившихся под куполом Твайлайт, почти все были мертвы. Не пострадали только те, кто принадлежал к менее распространенным племенам, и большинство из них оказались вовлечены в бегство Кристалл Чарм.

Время, прошедшее с тех пор, как план Мунлайт Скролл воплотился в жизнь, можно было исчислять секундами, и цифра не казалась ужасающе большой.

Подстегиваемые своей королевой, замаскированные чейнджлингии рыскали среди тел, с отчаянной поспешностью выискивая выживших. Кольцо встревоженных животных окружало тех, кто когда-то был самыми яркими душами. Теперь они превратились в пламя, притягивающее мотыльков.

* * *

- Объект: С Дискордом не связываться.

- Имя: Флаттершай

- Индекс Гармонии: 100%

- Аспекты: Кровь, Страх, Животные, Доброта (Гармония), Удача (Дискорд), Ярость (Твайлайт), Умбральный (Твайлайт), Воздух (Твайлайт)

- Местонахождение: Поселение беженцев

- Предполагаемая роль: Элемент Доброты, Смотритель Вечносвободного

- Текущая роль: Элемент Доброты, возлюбленная Дискорда

Объект…

Используй ее имя, — прорычал Дискорд.

Просьба была достаточно незначительной, поэтому Гармония подчинилась и изменила свое отношение к этому вопросу.

Флаттершай прислонилась головой к Гарри. Ее дыхание было затрудненным, но с каждым мгновением становилось все лучше. Необходимость помочь горела в её сердце, и доброта разгоралась в железную решимость. Ничто не помешает ей помочь друзьям, если только она сможет придумать, что делать.

Доброта увидела еще больше вещей, которые ей не суждено было увидеть. Облегчение, вызванное тем, что ни Рейнбоу Дэш, ни Твайлайт здесь нет, было бы равносильно кинжалу в сердце Гармонии, если бы оно у нее было. Один взгляд на объятые пламенем глаза Рэрити с точки зрения Флаттершай — это все, что смогла выдержать Гармония.

От каждой из трех кобыл отлетали маленькие кусочки и растворялись в клубах цветной магии. У каждой из них были разрушены источники. Если бы не их связи со стихиями, укрепляющие и скрепляющие то, что осталось от их магии, с их основной сущностью, они были бы уже мертвы. Быстрая смерть, лишь на мгновение потерять сознание, а потом все закончиться, была бы милостью, которую Гармония не могла оказать.

Гармония заставила себя присмотреться, чтобы почувствовать, что ощущает каждый из пострадавших.

Безрогая, слепая Рэрити хныкала, когда ее прижимали к земле, чтобы она не билась и не причиняла себе еще больше боли. Боль, столько боли, страдание, ужас. Запертая в темной, безмолвной пустоте, удерживаемая чудовищем, готовым сожрать ее. Она кричала, но никто не приходил ей на помощь.

Эпплджек боролась за каждый вдох. Даже сейчас, с разрушенными до запястий и плюсен конечностями, она терпела. Ее глаза безмолвно просили, чтобы ее друзей осмотрели в первую очередь. Смятение разбавилось спокойным принятием. Она знала, что мертва, и оставалось только ждать, когда ее тело наконец обратит на это внимание. Даже если она не умирала без копыт, плодородная земля казалась безжизненной пустыней под ней. Какой смысл жить? Надеюсь, с фермой все будет в порядке. Простите, Гренни, Биг-Мак… Эпплблум, я, наверное, немножко опоздаю домой.

Пинки Пай была неподвижна, как камни, которые выращивала ее семья. Глаза, смотревшие на нее из-за прямой гривы, выражали лишь безразличие. Казалось, она даже не замечала, что ее копыта превратились в почерневшие обрубки, а ее конечности превратились в кости, покрытые шерстью. В ее сознании перевернулась страница. С каждым прочитанным отрывком ей становилось все холоднее: ни одно из слов не имело ничего общего с тем, что происходило сейчас. Еще одна страница — и все то же самое. Как же я теперь буду входить в Совет Твайлайт? А как же вечеринки, которые я пропущу?

Слишком много всего происходило одновременно, но Флаттершай успела переместиться и положила утешительное копыто на спину Пинки Пай. Этого оказалось достаточно, чтобы Пинки Пай перевела взгляд на Флаттершай. "Все должно быть не так". Было так тихо, что, если бы не тот факт, что Флаттершай теперь, по сути, была фестралом, она бы ничего не успела заметить.

Внезапное появление Твайлайт потрясло самые основы мира. Пурпурная магия вырвалась из Флаттершай. На многие мили вокруг всё, что было больше стеклянного осколка, было охвачено аурой Твайлайт. Гармонии даже не нужно было пытаться прочесть намерения Твайлайт. Её магия кричала об этом так громко, что маги на другом конце света услышали её.

Бушующее адское пламя, вызванное эмоциями Твайлайт, парализовало чейнджлингов. Некоторые даже перестали дышать. Словно пушечное ядро, Луна выскочила из тени, защищая Кэндис от внезапной гибели, когда та сталкивалась со зданием, оказавшимся на пути, своим телом. Пылающий след Селестии в стремительном полете тянулся по дуге в сторону все увеличивающегося сборища.

Несмотря на всю эту суматоху, Твайлайт смотрела только на Флаттершай и остальных своих друзей. Не успела она зажечь рог, как вокруг трех умирающих кобыл вспыхнули десятки, а затем и сотни заклинаний. Для Гармонии большинство заклинаний были бессмысленной запутанной массой магии, но ей не нужно было разбираться в заклинаниях, чтобы понять, когда Твайлайт осознала это.

Магия содрогнулась. Не пони, не стихия. Нет, дрогнула сама суть реальности. Каждое живое существо почувствовало это: холод, осознание того, что всё, что они знали, всё, что им было дорого, умрёт.

— Нет. — Одно слово Твайлайт, тихое слово, но подкрепленное силой, способной создавать и разрушать миры.

— Твайлайт. — В тихом голосе Селестии звучала скорбь. Бесчисленные годы, каждая потерянная пони, каждая принесенная в жертву — все это добавляло свои нюансы. Ее белое крыло обвилось вокруг маленького Аликорна, и Твайлайт не стала отстраняться или сопротивляться. Наоборот, она прильнула к нему, хотя бы чуть-чуть.

Твайлайт, как и много раз до этого, подняла на Селестию умоляющие глаза:

— Ты можешь их спасти?

— Прости, что так скоро, но все, что можно сделать, — это попрощаться и прекратить их страдания.

Твайлайт напряглась. Она задрожала, в глазах блестели слезы и сила:

— Нет, нет, должен быть способ. Должен быть способ. — Она оттолкнулась от Селестии и в отчаянии огляделась по сторонам.

Взгляд Луны был торжественным. Она хотела, но не могла спасти своих спасительниц. Флаттершай умоляла Твайлайт избавить их от боли. Несмотря на видимое беспокойство, Кэндис стояла наготове: ее глаза и уши беспорядочно метались вокруг, анализируя все подряд. Ее взгляд задержался на Кэндис на целых две секунды, прежде чем она вернула свое внимание к умирающим друзьям.

Селестия подняла копыто, почти дотянувшись до своей бывшей ученицы:

— Твайлайт… ты только…

От взгляда Твайлайт, направленного на Селестию, сердце даже самого храброго смертного остановилось бы:

— Или помоги мне, или уйди с дороги, — прорычала она.

Селестия опустила копыто, и Твайлайт отвернулась, пренебрежительно махнув хвостом. Она сделала успокаивающий вдох и грациозно опустилась рядом с друзьями, на ее лице появилась нежная улыбка.

Гармония почувствовала, как мысленное послание ударило по трем умирающим кобылам с достаточной силой, чтобы заглушить их боль. Для каждой из них в этот момент Твайлайт была единственным другим существом в мире.

Я могу спасти вас. Доверяете ли вы мне?

— Да, — закричала Рэрити, пытаясь устремиться к Твайлайт.

Эпплджек только кивнула, а Пинки Пай всхлипнула. Будь осторожна, Твайлайт.

— Закройте глаза. — Все трое повиновались. Из открытого рта Твайлайт появилось нечто из кошмаров. Из бездонной тьмы вырвались три усика. Внутри каждого из них был сложный набор светящихся пурпурных рун. На мгновение они заколебались, как пьяные змеи, а затем бросились на них.

Высоко в небе померкло солнце. Гармония восприняла это как сигнал двигаться дальше, и впервые за тысячу лет поверхность мира ощутила на себе всю ярость солнца.

* * *

## 94.4 Окончательный выбор лоскутной пони

* * *

Перемещение не было хорошо отточенным заклинанием телепортации Твайлайт. Нет, в данном случае это была настоятельная потребность куда-то попасть, и мир подчинился ее требованию. Остаточная энергия била по телу, но ей было все равно. Ее взгляд безошибочно уперся в пони, которую она искала. Флаттершай была в порядке, измененная, но здоровая, как и любой другой избранный фестрал. На мгновение ее сердце начало успокаиваться, и облегчение осмелилось вырваться наружу. Затем она увидела остальных.

Ее тронули не сотни мертвых пони. Теперь они были лишь уликами. С Флаттершай, возможно, все было в порядке, но троим не повезло. Рэрити, Эпплджек и Пинки Пай не были удостоены милости быстрой смерти. С медицинской точки зрения, нанесённые им увечья были кладезем материалов для исследований. Для сердца Твайлайт это было надругательством, которого нельзя было допустить.

На полсекунды она отступила к своему Бастиону. Друзьям она была нужна в лучшем виде. Им не нужна была маленькая паникующая кобылка. Нет, им нужна была Твайлайт Спаркл, Аликорн Магии и чтец всех ляганных книг, до которых она могла дотянуться своими копытами.

В тишине у порога Твайлайт глубоко вздохнула и выпустила воздух. В ложной ясности своего сознательно заблуждающегося разума она перечислила все медицинские и даже смутно одобренные сканирующие заклинания, какие только могла вспомнить. Каждое из них было упорядочено по степени полезности, а затем пересмотрено с учетом возможного вмешательства.

Составив список, ее разум пронесся по нему с точностью машины. Заклинание за заклинанием прыгало прямо с порога в реальность. Не может быть, чтобы Селестия не знала о том, что она бросает из своего Бастиона, но сейчас было не время для тонкостей и сдержанности.

Появился целый рой летающих свитков, результаты которых были написаны десятью разными цветами. С каждым взмахом невидимых перьев прогноз становился все хуже. Если ничего не предпринять, они были обречены.

Ее друзья были уже за гранью того, что по эквестрийским законам считалось смертью. По здравому смыслу, как сказала Селестия, все, что можно было сделать, — это покончить с ними как можно безболезненнее.

Такой ответ был неприемлем.

Она сузила глаза и заглянула в их разрушающиеся источники. Связи ее друзей с ней и сила Гармонии, заключенная в их душах, были единственной причиной, по которой они все еще находились здесь. Эти две дополнительные связи теперь существовали лишь для того, чтобы продлить их страдания.

Нет. Это было простое слово, но оно сказало все. Звук его разнесся по Бастиону и всколыхнул листья на огромном дереве.

— Твайлайт, — тихо произнесла Селестия, когда ее крыло превратилось в утешительное одеяло, которое она носила все эти годы. Как маленький жеребенок, которым она была, она склонилась в объятиях.

С надеждой Твайлайт посмотрела в знакомые глаза, ища в них искорку, которая означала, что Принцесса уже знает ответ:

— Ты можешь их спасти?

Легкое покачивание головы принцессы положило конец этому миру. Следующие слова разрушили остальную вселенную:

— Прости, что так скоро, но все, что можно сделать, — это попрощаться с ними и прекратить их страдания.

Твайлайт напряглась. Она задрожала. Магия билась в ее груди, а по щекам текли слезы:

— Нет, нет, должен быть способ. Должен быть способ. — Она отступила назад и в отчаянии огляделась по сторонам.

За публичной формальностью Луны скрывались лишь любовь и сочувствие. Ее глаза таили в себе два обещания. Первое заключалось в том, что если бы она знала способ, то уже действовала бы, а второе — когда все закончится, ее будут ждать любящие крылья, чтобы обнять ее.

Слезящиеся глаза Флаттершай умоляли, а почти беззвучный шепот просил Твайлайт прекратить их боль. Неважно, как, главное, чтобы страдания прекратились.

Кэндис стояла на месте, бдительная, но пока бездействующая. На всякий случай она применила обычное заклинание временного сжатия. Лишь небольшие подергивания на ее лице были единственным внешним признаком того, что она что-то чувствует, кроме своей стоической маски. Даже несмотря на все происходящее, она оставалась столь же спокойной, сколь и прекрасной.

Глаза Твайлайт замерли. Что-то здесь было, какая-то идея, которую можно было бы принять, если бы только ее разум уловил ее. На мгновение она увидела перед собой не хорошо сложенную кобылу. Вместо нее было жареное, неузнаваемое мясо, в которое превратила ее ярость Твайлайт.

Есть способ. Надежда поразила ее, как молния. Вспыхнула дуга.

Впервые все в ней было в полном согласии. Все, кто по закону относился к Твайлайт, действовали как единое целое. Они вновь обратили взоры на трех своих друзей, которым грозила опасность.

От Новы исходила волна решимости, прямого отказа принять их смерть, подкрепленная магической силой, способной растоптать все, что встанет на их пути.

От Найт исходила эгоистичная безжалостность, и эта отрицательная черта полностью переключилась на то, чтобы сделать все необходимое для спасения любимых друзей.

От Грей исходила уверенность. Знание того, что они спасли Кэндис и восстановили ослабевшую магию Рейнбоу, стало бастионом против сомнений. Что же это был за маленький шаг на пути Элемента Магии?

Свит Дримс мурлыкала, ноты служившие воплощением ободрения. В них без слов говорилось: "Нет ничего невозможного, когда тебя поддерживает семья". Не прерывая своего выступления, она расправила крылья, подражая тому, как развернула источник Рэд Винга. Когда ее крылья заплясали в воздухе, из серебряной нити начали формироваться три гнезда в размер пони.

В голове Твайлайт заплясали информация и намерения. Холодная логика ловко управляла эмоциями. Дикая интуиция отсекала любые тупики с большей быстротой, чем это могли бы сделать простые дедуктивные рассуждения. С каждой спасенной частицей шансы на выживание возрастали.

Метка Твайлайт запела. Ее арканная симфония была столь совершенна, что любой, кто мог бы ее услышать, прослезился бы от счастья и посчитал бы свою жизнь состоявшейся. Мелодия Свит Дримс изменилась, отвечая на ее призыв.

В их сердце заплясала искра радости. Они могли это сделать. Плоть была всего лишь плотью. Твайлайт не понаслышке знала, как легко можно сбросить простую оболочку. Восстанавливая Кэндис и Рейнбоу, она уже знала, как соединять лейлинии с заменяемыми частями. Это было бы проще простого.

Больше всего их телам вредила отчаянная борьба их душ за жизнь. Они все еще были биологически активны, так что несколько преобразованных трансплантатов из ее собственного тела — и они будут как новенькие.

Как и в случае с Кэндис, она могла проникнуть в их тела и защитить их души своей, но это спасло бы только одного. Поэтому, вместо того чтобы идти к ним, ей пришлось бы привести их к себе.

Теперь оставалось только вытащить их из тел целыми и невредимыми, прежде чем они их сами себя погубят. Была только небольшая проблема: только души, прошедшие возвышение, могли выдержать суровые условия вне тела. Но благодаря урокам Свит Дримс и собственной магии Твайлайт, поглощающей души, они нашли решение.

Если бы ситуация не была столь плачевной, Твайлайт разразилась бы песней сердца или поцеловала бы Свит Дримс. Впрочем, и то и другое подождет до поры до времени.

Возвращаясь в физический мир, Селестия подняла копыто:

— Твайлайт… ты только…

Нетерпение Твайлайт стало намного сильнее, когда к нему добавились ярость Новы и затаенная обида Найт:

— Или помоги мне, или убирайся с дороги, — прорычали они, и в ее голове пронеслось с полдюжины заклинаний, которые должны были ее заставить двигаться.

Следующая доля секунды показалась им вечностью, но наконец под тяжестью их взгляда Селестия опустила копыто, и они отстранили ее от немедленного вмешательства.

Успокоительно вздохнув, они дали выход гневу. Сейчас было не время для этого. Настало время снова доказать, что все пони ошибаются, настало время исцелить ее друзей.

С любящей грацией Свит Дримс они уселись рядом с искалеченными телами Эпплджек, Рэрити и Пинки Пай. Все они были ранены, всем было больно, и Твайлайт заговорила самым мягким мысленным голосом, даже когда Найт освободила их от боли.

Я могу спасти вас. Вы доверяете мне?

Их тела расслабились, и стало немного легче дышать. Обмана, связанного с отсутствием боли, было более чем достаточно, чтобы обеспечить им спокойную смерть, если они откажутся.

Первой откликнулась Рэрити. Слепую кобылу пришлось сдерживать аурой Твайлайт, пока она кричала о своем согласии. Эпплджек кивнула, ее спокойный взгляд ясно доказывал, что она полностью доверяет.

Пинки Пай слегка кивнула, всхлипывая:

— Будь осторожна, Твайлайт.

— Закройте глаза, — сказала Твайлайт самым успокаивающим тоном Дримс. Те двое, что еще сохранили зрение, повиновались.

Твайлайт открыла рот и медленно вытолкнула часть своей души наружу. Нужные руны заклинания сформировались внутри темной массы вместо ее рога. Словно гидра, отращивающая новые головы, она разделилась на три усика.

Голодные придатки сместились, их цель изменилась, пока они тянулись к ее друзьям. Оружие ужаса, разъедающее души, теперь было лишь мягким одеялом, готовым укрыть их обнаженные души от сурового мира.

Твайлайт улыбнулась, неловко разинув рот. Все должно было получиться. Она успела вовремя. Все, что ей нужно было сделать, — это притянуть их к себе, а затем ее великолепная Свит Дримс соткала бы вокруг каждой новый источник, и тогда они были бы в безопасности.

Первое предупреждение о том, что что-то не так, она проигнорировала. Это была такая мелочь, и все ее внимание было сосредоточено на самом ценном грузе, хранящемся в ее магии, а не на колебаниях уровня света.

Паника и ярость Новы нахлынули на нее, тогда Твайлайт наконец-то освободила свои чувства. Вспышка горячей магии коснулась ее рога, а по задним ногам поползло легкое чувство жжения.

Ее глаза только-только успели расшириться от паники, и было уже слишком поздно физически уклоняться.

Если бы она не была пегасом, это было бы последнее, что она поняла. Ее разум зашевелился, когда магия потянулась к чему-то, что могло бы помочь. Она зацепилась за активное заклинание Кэндис, перевела его на себя и продублировала в самом Бастионе.

Без необходимости произносить заклинание эффект проявился мгновенно, и внешний мир застыл.

Сжатие времени внутри сжатия времени дало ей время подумать. Дало ей время осознать весь ужас предательства.

С ее точки зрения из плоскости Найт было несложно понять, что происходит позади нее. Селестия пыталась убить ее. Четверть всех запасов магии Солнечного Аликорна устремилась на то, чтобы положить конец существованию одной-единственной пони.

В замедленной съемке магия Луны вырвалась на волю. Вместо мгновенной вспышки, которая была бы при нормальной скорости, арканное сияние струилось, как воск. Несмотря на всю свою красоту, ледяная мощь была всего лишь свечой по сравнению с солнцем Селестии. Стена черного льда испарилась в считанные мгновения. Все, что потребовалось, — пол удара сердца.

— Почему? — Это слово было не только вопросом, но и болезненным хныканьем.

В голове промелькнул каждый разговор и каждое действие наставницы. Все указывало на то, что все налаживается. Потребовались бы годы, но разрыв между ними исцелялся. Как же дошло до такого?

Если бы не одно но, даже этому она могла бы противостоять, отразив удар или бросившись сквозь разрыв в пространстве. Каждый из ее раненых друзей был так нежно окутан ее магией, так хрупок, что представлял собой идеальную мишень.

Она пристально вглядывалась в чудесные искры магии, которые были душами ее друзей. Я хотела держать вас рядом.

Три четверти магии Луны могли бы сравнять Кантерлот с землей. Здесь и сейчас вмешательство Луны лишь уменьшило количество поступающей сверхмагии с чудовищно огромного до просто невыносимого.

Должен быть способ.

Уравнения плясали в ее голове. Все больше и больше вариантов отбрасывалось. Этот уничтожит души ее друзей. Этот — оставит их на пути убийственного заклинания Селестии для Аликорнов, а оно, несомненно, было убийственным. Ее бывшая наставница ни за что не стала бы действовать сейчас, используя всю свою силу и не оставляя даже шанса на контратаку.

Насколько этот момент был спланирован? Неужели вся эта история с Мунлайт Скролл была лишь притворством, чтобы подстроить этот момент? Ради всего святого, у нее даже не было времени повернуть рог, чтобы нацелить его на Селестию, прежде чем она погибнет. Это была идеальная засада. Мгновенный бросок телепорта, и она будет в безопасности, но трое ее ближайших друзей будут обречены на забвение.

Внутри нее вспыхнула ненависть, такая темная, такая мерзкая, что она должна была бы оттолкнуть ее. Но здесь, сейчас, она чувствовала себя правильно, впервые у нее была причина ненавидеть кого-то из пони. Ты заплатишь.

Почему Селестия? — спросила более спокойная часть ее существа, отгоняя гнев и тратя время на выполнение дыхательной техники Кейденс. В конце концов, гнев был расточительным, а сейчас каждая секунда была на счету. Поэтому она оглянулась на физический мир, где ее гибель приближалась со скоростью медленно стекающего меда.

Должен же быть какой-то выход.

Заклинания Селестии были плотными и грубыми, но, несмотря на все их недостатки, они приближались слишком быстро, и за ними стояло слишком много магии, чтобы их можно было замедлить, отразить или блокировать.

Если бы это был шахматный матч, то это был бы шах и мат. Не было никакого способа спасти друзей, чтобы они не погибли мгновением позже, и она не собиралась жить за счет их жизней.

Неожиданно нахлынули воспоминания. Визит к Дереву Гармонии. Оно словно прощалось с ней.

Оно знало! Это Древо знало. И Древо, и стол с картой, и Селестия с самого начала использовали ее, направляли в своих целях.

Гнев снова нахлынул на нее, и она подавила его. Для чего нужна моя смерть? Почему именно я должна снова расплачиваться за это?

Но даже задавая этот вопрос, она знала правду. Холодный, спокойный голос ответил: — Я ведь даже не настоящая пони, верно? С самого начала я была лишь их инструментом.

Она оглядела свой Бастион. Или Бастион, который должен был принадлежать настоящей Твайлайт, тот, что должен был стать домом, а не тюрьмой для Грея и Новы.

У них не будет даже шанса на жизнь. В ее нутре образовалась пустота.

На кону стояла не только ее жизнь и жизнь ее друзей:

— Свит Дримс, Найт, Грей, Нова, — прошептала она про себя.

В физическом мире мышцы Луны уже закончили сжиматься, и теперь, мучительно медленно, она начала действовать. Ее намерения были очевидны, и это вызвало грустную улыбку на лице Пэчворк. Расчет был настолько прост, что произошел автоматически. Луна не отбила бы атаку Селестии, но перехватила бы ее часть. Это не спасет ее друзей, но этого может оказаться достаточно, чтобы Селестия потратила полсекунды на завершение казни.

Из рога Луны выскочили нити тьмы, вырвав из атаки мелкие фрагменты и швырнув их вдаль. Возможно, если бы она была Аликорном Любви, этого взгляда в ее глазах было бы достаточно, чтобы одержать победу, но сегодня было слишком поздно.

— Спасибо, — прошептала она, надеясь, что Луна ее услышит.

Вместо ответа из библиотеки донесся титанический грохот, и она едва не пропустила мертвый взгляд, застывший в глазах Луны, которая начала падать, словно марионетка, у которой перерезали ниточки.

— Луна! — воскликнула Найт, и Твайлайт присоединилась к ее мыслям.

Это никак не могло быть совпадением. Ее ноги начали двигаться, но она остановилась. Ей нужно было увидеть, что произошло, но при этом необходимо было видеть и физический мир.

Она подняла взгляд на внешний вид Большого Золотого Дуба. Иди сюда, — скомандовала она, и расстояние сократилось, а огромное дерево, казалось, бросилось ей навстречу.

В главном холле библиотеки дверь и рама крыла Луны были покрыты паутиной трещин, словно что-то пыталось пробить себе путь.

Она посмотрела на безжизненную марионетку Луны, которая упала, и на разбитую дверь с ее кьютимаркоймаркой. Здесь была связь, путь отсюда к Луне. Согласно методологии Селестии, это должно было быть ментальное воздействие. Ментальным эффектам нужна связь.

Здесь есть путь внутрь. Осознание этого потрясло ее. Она еще не знала, что будет с этим делать.

Найт не испытывала подобных колебаний. Между ее копыт сформировался осколок кристалла. Она влила в него всю боль, накопившуюся за последние месяцы, приправила ее презрением и праведным негодованием.

Магия Грей распахнула дверь в секцию Луны, и Найт со злобным ржанием бросилась туда. Бастион сотряс еще один гул, когда снаряд преодолел звуковой барьер.

Он пронесся через всю секцию и разнес дальнюю стену.

На фоне падающих обломков дерева гордо и царственно стояла Селестия в саду цветов.

Девственный образ длился всего мгновение, прежде чем маленький подарок Найт врезался в нее.

Селестию сбило с ног, бумаги, торты и шахматные фигуры разлетелись, проломив стол.

В физическом мире мерцали очертания приближающейся солнечной смерти. Но все же она продолжала оставаться незамеченной.

Недостаточно, недостаточно. Твайлайт судорожно оглядывалась по сторонам в поисках новых снарядов, в то время как Найт начала формировать еще один кристалл.

Цепи, сковывающие Грей, или дверь хранилища были бы идеальны, но снять их могла только Селестия. В цепях был маленький деревянный туннель. Она смастерила его из своего самого нелюбимого кофейного столика.

Большой, просторный деревянный пол. Если не принимать во внимание тот факт, что он был частью ее души, то это был просто большой кусок сырья. Материал, которому она могла придать нужную форму.

Текстура гостиной напомнила ей о чем-то. На ее лице появилась гордая улыбка, когда в памяти всплыл маленький лесной волк с пурпурными глазами. Питомец ее дочери, ее гениальное творение.

Мгновение спустя в ауре Грей появилось руководство Литтл Стар по созданию древесных щенков.

Что ж, это будет неплохо. Правда, они были немного маловаты, но это можно исправить. Улыбка Твайлайт стала дикой, когда ее рог засветился слегка измененным и очень опасным очищающим заклинанием.

Тонкий луч магии засиял, как одно из световых шоу Винил Скрэтч. Магия Грей подняла каждый из кусочков пазла, освобождая пространство для новых.

Как того требовала ненависть, на каждом из зубов конструкции она вырезала ужасные руны. Руны боли, руны смерти и руны, оставляющие в каждой ране темные кристаллы Сомбры.

Из горла первого из них вырвалось голодное рычание, а его глаза полыхнули пурпурным огнем. Ему не нужны были инструкции. Ему не нужна была мотивация. Он знал свою цель, и потому действовал.

Щенок размером с медведя бросился в атаку. Вскоре за ним последовала еще дюжина деревянных лап, так непохожих на копыта.

Продолжая вырезать, Твайлайт обратила свой взор к физическому миру:

— В любой момент.

Твайлайт смотрела на приближающийся солнечный огонь. Копыто за копытом он приближался.

По нему пробежала рябь, и Твайлайт начала действовать. Из ее хвоста вырвался лес темных усиков. Малоиспользуемые лейлинии были напряжены до предела.

Жгучая боль пронзила ее, но тут же утихла. Магия Найт превратила ее всего лишь в новые кристаллические боеприпасы.

Успокоившись, Твайлайт вновь сосредоточилась на своих задачах. Нити воли и связки рун проникали в солнечный огонь. Но были отторгнуты.

Что за сено?

Она уже использовала магию Селестии. Почему же это не сработало?

Субъективные секунды растягивались в минуты, пока она пробовала все новые и новые подходы.

Зарычав, она топнула ногой. — Почему ты не повинуешься мне? — Она зарычала на магию, и, к ее удивлению, та ответила.

Магия пошла рябью, и в этой ряби маленькие частички чего-то перламутрового заискрились ярче самого солнца.

Все ее чувства устремились к этому. Даже забытые научные сенсоры зашевелились в ее ауре.

Волны данных и показаний датчиков захлестнули разум Твайлайт. На мгновение она словно утонула в цифрах. Со скучающей эффективностью Грей протиснулась внутрь. Списки были упорядочены, данные сведены в таблицы и графики, а затем Грей отступила.

Твайлайт потерла висок, пытаясь прогнать ощущение, что голова ей мала на три размера, и сосредоточилась на результатах.

Что бы это ни было, это была физическая материя, а единственная материя, способная выжить в таких условиях, должна была быть полностью совместима с магией Селестии.

Часть ее разума хотела броситься по следу, чтобы выяснить, что это было, но она безжалостно подавила эту мысль. Что это было, не имело значения, важно было только то, что это означало.

Оно закрепляло и усиливало заклинание. Даже без воли Селестии, усиливающей его, магия отвечала бы только магии Селестии.

— И когда я вернула ей всю магию… — Твайлайт замерла, и ее разум последовал за ее глазами к отблеску золота, сверкавшему сквозь шерсть.

Она посмотрела на швы, скреплявшие ее, на след копыта Селестии в ее творении.

Есть способ.

Какая-то часть ее души вздрогнула от этой мысли. Это может сработать, это будет сложно, все должно быть идеально, но это сработает. Вот только цена. Почему я всегда должна платить? Она опустила голову, ее глаза заволокло слезами, которые пытались упасть.

— Свит Дримс, Найт, Грей, Нова… Рэрити, Эпплджек, Пинки Пай, — прошептала она в пол.

Ну, в любом случае, я самозванка. Запасная. Насколько будет известно миру, Твайлайт Спаркл будет жить дальше.

Глаза Грей говорили, что она знает, но она ничего не сделала, чтобы остановить ее. Пэчворк склонила голову, и Грей ответила ей тем же жестом. Это была мелочь, но она что-то значила, и если бы у Пэчворк было время, она могла бы попытаться выяснить, что именно. Пока же важно лишь то, что она не будет вмешиваться.

Найт полностью посвятила себя штурму Бастиона Селестии. Свит Дримс судорожно готовилась к встрече с душами девочек, а у Новы, запертой в подвале, не было возможности вмешаться.

Какая-то часть её души хотела, чтобы её остановили, хотела потерять время, чтобы ей не пришлось делать этот выбор, но она была полна решимости.

Нет, не делай этого, — кричал голос в ее голове, но она проигнорировала его. Сейчас было не время для сомнений, и в любом случае времени на сожаления не будет.

Даже с ее пониманием не было способа остановить такое количество магии, не было способа ощутимо замедлить ее, чтобы выиграть время для других решений. Что она могла сделать, так это ускорить часть магии и заставить ее двигаться туда, куда она хотела.

Спасение моих друзей… неплохое последнее достижение. Сделав выбор, Пэчворк принялась за работу.

Первым делом она составила полную схему своих лейлиний. Правда, ее рог был направлен не в ту сторону, но эту проблему можно было решить:

— О, Рэрити меня убьет, когда узнает, как сильно я собираюсь издеваться над своим бедным хвостом! — Маниакальное хихиканье попыталось прорваться сквозь ее губы.

Затем ее аура отсоединила силовые линии от научных датчиков и перепрофилировала их. Энергия должна была куда-то уходить, и только в одном месте она могла ее контролировать.

И пока она проходит через нее, я могу воспользоваться этим.

Перестроенные силовые линии скользили, как змеи. Каждая из них вцепилась в одну из печатей Селестии. Грей недоверчиво наклонила голову. Ее глаза спрашивали: "Что ты делаешь?

Пэчворк пробормотала:

— Увидишь.

Она воткнула в схему металлические булавки, инкрустированные рунами. Каждая из них обозначала точку, которую нужно было соединить золотой нитью.

Первая булавка была направлена к корням лейлиний хвоста:

— Итак, вход.

— Избыток… — Следующий набор сделал два пути, идущих параллельно позвоночнику, пока они не разветвились на крылья.

Мысли о том, что эта энергия будет делать с ее плотью, прорываясь сквозь нее, были отброшены. Она сделала свой выбор, и теперь оставалось только продолжать работать над проблемой.

Последняя группа булавок закрутилась спиралью в направлении ее сердца:

— Четыре перегородки и шесть каналов для отвода наружу должны быть достаточными, чтобы справиться с любыми выбросами… Я удвою это количество, чтобы перестраховаться.

Вернувшись в библиотеку, Найт начала колебаться. Грей занялась созданием гигантских деревянных щенков, чтобы продолжить штурм.

— Итак, как отрезать все ненужные связи? — Она могла бы делать это по очереди, но даже с учетом сжатия времени на это может не хватить времени.

Она провела копытом по диаграмме. В голове промелькнул урок магии в большой ванне:

— Кристаллы.

Не было никакой причины формировать кристаллическую броню снаружи. Несколько росчерков пера отметили, где она должна появиться.

Что еще я могу сделать?

Она провела линию от каждого перышка своей марионетки. Каждая линия обозначала новые огневые точки. Когда она навела прицел на вторую линию, появился тот, кого она ожидала увидеть в последний раз.

Дискорд пронесся мимо, как будто время текло с обычной скоростью. Через интерфейс с реальностью он уставился на нее. Выражение его лица было мрачным и печальным, когда он подхватил Флаттершай, словно танцуя с ней.

Где ты был, — хотела прорычать часть её души. Вместо этого, окинув взглядом всех будущих побочных жертв, она обратилась к нему:

— Спаси остальных… пожалуйста.

В ответ он достал золотую дубинку и начал замахиваться на чейнджлингов.

— Четыре, — воскликнул он, когда чейнджлинг подплыл к Кэндис.

Что это даст? — потребовала ее разгневанная часть. Но Пэчворк снова проигнорировала ее. Дискорд был сумасшедшим и безумцем, но все, что он делал, имело цель, пусть и не основанную на логике. Если предположить, что он пытается помочь, то пони, находящиеся там, могут быть в безопасном месте.

Почему находиться позади Кэндис безопасно? Что она может сделать, чтобы смягчить солнечную смерть, которая будет перенаправлена прямо на нее?

Ответ на этот вопрос дало другое воспоминание. Более крупная фигура Луны обхватывала Кэндис, когда они вдвоем трудились, истребляя бесконечного врага, которым была бумажная работа. Голос Луны взволнованно рассказывал о том, как Кэндис проходила испытание на посвящении. Пэчворк почти не обращала внимания, но ее идеальная память фиксировала каждое слово:

— Видели бы вы их лица, когда она нарушила их контроль.

Ее магия вызвала все книги по магическому потоку, названия которых она помнила. Серая аура добавила еще несколько.

При появлении враждебной магии это будет ее стандартной реакцией… все, что ей понадобится, — это немного подправить гармоники и гораздо больше энергии…

— Ну, Селестия была достаточно щедра… — снова отчаянно хихикнула она.

Она нарочито внимательно посмотрела в глаза Дискорду и кивнула. Он отсалютовал ей гигантской мухобойкой, а затем использовал ее, чтобы отправить в безопасное место еще одного чейнджлинга. Для следующего он использовал рыбу.

Она закатила глаза и вернулась к своей работе. Легкое раздражение напомнило о более простых событиях.

Оптимизировать схему диссонанса против магии Селестии было просто. Другое дело, как безопасно передать ей достаточно энергии.

Какая-то часть ее души умоляла всех, кто ее слышит, сделать это всего лишь сном. Но она снова проигнорировала ее. Как бы ни было приятно вести себя как маленькая кобылка и прятаться в книжном форте, прижимая к себе Смарти Пэнс, такое жеребячье поведение не поможет.

Или все же поможет?

Во вспышке волшебства появились восемь плюшевых игрушек. Сердитая Селестия с мечом, покрытым пенным пламенем. Маленькая лоскутная Аликорн и шесть маленьких кобылок, которые так много потеряли, чтобы стать ее матерями.

Это будет идеально.

Она отложила в сторону мини-Грей и Нову. Они ей не понадобятся. Еще один всплеск магии, и на свет появились еще четыре книги. На обложках каждой из них была одна из кьютимарок ее матерей.

Потребовалось совсем немного магии, чтобы засунуть книги внутрь. Она прижалась к ним, что было более чем излишне, но так приятно.

— Боюсь, это все, что я могу для вас сделать. Спасибо за все.

Она соединила пурпурную нить с каждым из них и заключила их в групповое объятие:

— Помните, что вы — семья, заботьтесь друг о друге. — Странно было обнимать своих будущих палачей с такой нежностью, даже если они были такими милыми. Ходили истории о том, как осужденных преступников привязывали к нескольким пони для самой садистской в мире игры в перетягивание каната. Как-то я сомневаюсь, что этот подлинный исторический опыт будет таким же веселым, как мой танец с Рэд Вингом…

От каждой из них протянулась вторая пурпурная прядь. Этот Жеребенок может стать новым другом для моей дочери. Нарушительница Правил… Она может составить компанию Кэндис. Найт считает, что они достойны друг друга. Танцовщица… Одно только имя, одно только слово наполняло ее сердце тоской, но она снова с остервенением отбросила эти мысли. Сейчас не время жалеть себя. Она стиснула зубы и принялась за дело. Танцовщицу она соединила с Луной, а Санчейзер — с Инсайт.

Обычно оставить что-то свое тем, кого любишь, не так уж буквально…

Затем она обратилась к мини-Селестии. В его голову она вбила уравнения заклинаний и рунические формулы. Последний свиток не содержал ничего, связанного с магией.

- Задача первая: Снять печати Селестии с Бастиона Луны.

- Задача вторая: обезопасить или разорвать любые связи между Селестией и Луной.

- Задачи по возможности:

- Отвлечь Селестию.

- Истощить магические запасы Селестии.

- Нарушить или отключить магию Селестии.

Она заглянула в стеклянные глаза все еще неживой плюшевой игрушки. Будущему фрагменту было дано задание:

— Ты смотрела на меня так, когда создавала? — Как ни удивительно, игрушка не ответила.

Это единственный выход. В голове звучал ее собственный голос. И как бы ей это ни было неприятно, она не могла не согласиться.

— Я совсем не такая, как ты. — Легко было сказать, но труднее поверить. Она собиралась создать фрагмент, основанный на магии другого пони, только чтобы использовать его как инструмент, как оружие.

Она вызвала еще один свиток и нацарапала на нем несколько слов, а затем вставила его в голову мини-Селестии.

- Если ты выживешь в своей миссии. Выбери себе имя, которое тебе понравится, стань свободной и живи своей жизнью.

— Удачи, — прошептала она, поглаживая Мини-Тию.

Она просмотрела свою работу, и все было так, как должно быть. Все числа были сбалансированы. Все переменные были учтены. Она прислонила мордочку к золотой нити, скреплявшей ее ногу. Это будет истинная точка невозврата. Она замешкалась лишь на мгновение. Покрытые кристаллами фестральные клыки перерезали нить.

Золотые нити, сорвавшиеся с нее, были в некотором роде прекрасны, как реки снега, падающие вверх. С величайшей осторожностью она выдернула нить. Вытащив нить длиной в полкопыта, она почувствовала, что нога стала холоднее, а когда она закончила, то уже ничего не чувствовала.

Пока ее магия закручивала и закручивала исчезающую золотую нить на карте лейлинии, ее взгляд задержался на теперь уже бесполезной конечности. Одна ее часть просто принимала это. С другой — горькая ненависть.

— О, дорогой учитель, держу пари, вы этого не ожидаете… Лучше бы вы поставили мне дополнительную оценку. — От одной мысли о том, что сейчас произойдет, она едва не покатилась по полу от смеха. Только страх перед тем, что Дримс или Найт заметят ее план, сдерживал ее смех.

Она дважды, а потом и трижды проверила все свои приготовления. Все было настолько идеально, насколько это возможно:

— Ну, вот и все… — и она обратила свой взор к Дримс: — Прости меня. — Прежде чем слезы успели ослепить ее, она активировала последовательность.

В физическом мире три нити солнечного огня вырвались из тела и помчались к ее хвосту, ускоряясь с каждой длиной копыта.

По крайней мере, боли не будет. Заклинание Найт позаботятся об этом.

Она не смотрела, как начался следующий этап. Вокруг ее сердца, костей и перьев возникла кристаллическая броня толщиной в полкопыта, перерезавшая бесчисленные нервы, кровеносные сосуды и лейлинии. Она знала, что ее марионетка будет выглядеть раздутой, а из разорванной кожи потечет кровь, но она не участвовала в этом конкурсе моды. Все, что имело значение, — это драгоценный груз, все еще медленно втягиваемый ее заклинанием.

Она закрыла глаза и произнесла последнее слово шепотом:

— Прощай.

Дримс предупреждала ее о риске потерять себя в воспоминаниях Аликорна. Однако сделать это намеренно оказалось проще простого. Поэтому в качестве последнего выбора Пэчворк решила еще раз потанцевать на луне.

* * *

## Фрагменты: Дейбрейкер

* * *

- Правило четвертое.

Когти боли, вонзившиеся в нее и обещавшие забвение, не оставляли ей выбора. Поэтому Дейбрейкер действовала:

— Это не та битва, о которой я мечтала, — с раздражением прорычала она, глядя, как обреченность Твайлайт мчится к ней.

Три разных вкуса сожаления пронеслись в ее душе. Это было расточительно, это было ненужно, и, хотя она знала, что Селестия этого не хотела, у Дейбрейкер было не больше свободы воли, чем у стрелы в полете.

Твайлайт заслуживала большего. Что бы она ни чувствовала, все, что она могла сделать, — это придать атаке немного больше силы.

Проявив хоть малейшее милосердие, чтобы конец был быстрее, она обратила внимание на остальных собравшихся пони. Первой должна была быть Луна, затем Кэндис. Ни одна из них не остановится, чтобы прислушаться, не после такого. Не то чтобы она винила их за это.

Как и ожидалось, Луна поспешила на помощь Твайлайт. Не раздумывая ни секунды, Дейбрейкер вонзила ментальный клинок в слабое место, вживленное Селестией. Луна, слишком сосредоточенная на спасении своей игрушки, даже не заметила атаки, пока не стало слишком поздно.

Дэйбрейкер мысленно вздохнула. Разочарование.

Селестия закричала.

Что? — В саду Селестии на полу распростерлось ее святейшество, а в ее грудь вонзилось лезвие из темного кристалла. Еще один снаряд пробил каменную стену, и Селестия только успела отклонить его крылом. Белые перья взорвались в месте соприкосновения, пожираемые черным пламенем.

Дейбрейкер даже не нужно было проверять. Для Селестии такая атака была всего лишь царапиной. Поэтому она обратила свое внимание на пролом:

— Умно… использовать этот черный ход как ловушку.

С рычанием большая конструкция пробила остатки разрушенной стены и обратила свой горящий взор на лежащего Аликорна. Пурпурное пламя его глаз не оставляло сомнений в том, кто его послал.

Золотой разряд магии отбросил древесного волка назад, резко остановив его выпад:

— Плохой мальчик.

Тварь оскалилась и поднялась на лапы, впившись когтями в мягкий суглинок Сада, а ее глаза метались между Тией и ею самой. Затем ворвались еще трое, и дело приняло серьезный оборот. Еще дюжина вдалеке заставила ее сердце заколотиться в груди.

Вот что значит быть живой! Зверская ухмылка Дэйбрейкер была из разряда кошмаров:

— Ну что ж, так будет лучше. — Сформировав пылающую алебарду, Дейбрейкер с ликованием перемахнула через разбитую игровую доску, чтобы встретиться лицом к лицу со скопищем деревянных чудовищ, осмелившихся вторгнуться в Бастион Селестии.

* * *

## Фрагменты: Грей

* * *

— Прощай. — Последнее слово Пэчворк прозвучало невероятно далеко и достигло ушей Грей. Она опустила голову.

Ноль раз я ожидала, что буду оплакивать тебя. — Магическая линия протянулась от Пэчворк к барьеру с лезвиями, которым одарила их Селестия. — Спасибо. — Даже с точки зрения холодной логики Грей понимала, что эти слова совершенно недостаточны в обмен на то, что Пэчворк собиралась отдать.

Солнечный огонь, превратившийся в золотое сияние, ворвался в Бастион. На долю мгновения пони, которая когда-то считала себя Твайлайт, успела закричать.

Звуки разрывающихся золотых звеньев цепи заглушил другой звук:

— Нет! — Единственное слово прозвучало так громко, что не было никакой надежды разобрать его по звуку. Оно было настолько мощным, что его скорее можно было назвать физическим ударом, чем звуком. И все же не оставалось сомнений, кому принадлежал этот полный отчаяния призыв.

Впервые Грей ступила копытом за пределы своей тюрьмы. Она не обращала внимания ни на догорающие останки кобылы Пэчворк, ни на уходящий отряд новосозданных фрагментов, которые последовательная работа заклинаний отправила на задание. У них были свои цели, а у нее — свои. К десятилетней горечи добавилась кипящая ненависть, но она руководствовалась лишь логикой.

Цель номер один.

Ее телекинетическая аура подхватила плюшевого лавандового Аликорна и с силой швырнула его в Свит Дримс, отчего ее местоположение пересеклось с дальней стеной.

Затем она схватила за голову ошеломленного голубого аликорна и потащила его посмотреть на снаряд. — Ноль раз она хотела бы, чтобы ты отомстила за нее прямо сейчас. “Спаси ее друзей, или ты аннулируешь ее последнее действие”.

Глаза Свит Дрим все еще пылали гневом, но в них уже не было слепой ярости, которая могла все испортить. Теперь это была холодная решимость, которую можно было превратить в инструмент.

Задача номер два.

Она направила свои чувства на заклинание поиска. Ощущения серой магии заплясали по черным нитям. Три души были повреждены лишь незначительно. Все шло по плану. При нынешней скорости сжатия времени до их прибытия оставалось тридцать шесть субъективных секунд. Ее раздражало, что она воздерживается от использования полных имен, но так она теряла время.

“Дримс, тридцать секунд”. — Больше ничего говорить не требовалось. Кобыла поняла и вернулась к своей задаче.

Цель номер три.

Полурасплавленные остатки двери в подвал все еще были на месте, и это оказалось совсем некстати. Направляясь к ней, она уделила всего одну ценную секунду изучению остатков печати Селестии. Чтобы снять ее с помощью лишь только заклинания, потребуется не меньше минуты.

Неприемлемо.

Нужна была иррациональная сила, и она знала, как ее получить.

Грей топнула деревянным копытом с такой силой, на какую только была способна. — “Нова, если ты не хочешь, чтобы твой Дар умер, поднимайся сюда. Сейчас же!” — Это было грубое решение, и Грей никогда бы не призналась, что использует его, но иногда нужен был только молоток побольше.

Вопреки прогнозам Грей, Нова не выбила дверь. Нет, пылающий кинетический заряд, под который она маскировалась, пробил дверь хранилища толщиной в половину Селестии, как будто это был бутафорский реквизит для игры жеребят.

Грей указала. — “Туда”.

Нова даже не задумалась. Только черные отпечатки копыт, выжженные на деревянном полу, доказывали, что она не просто оживший огненный комок.

Грей потребовалось полсекунды, чтобы прийти в себя. Она даже использовала дыхательную технику Кейденс — на случай, если это даст хоть малейшее преимущество.

Выпустив успокоительный вздох, она проследила за тем, как деревянная нога направляется к книжной полке. Здесь хранилось много знаний, которые будут потеряны навсегда, если она потерпит неудачу.

Неприемлемо.

Она взглянула на Найт, все еще старательно продолжавшую свою бомбардировку. Только дрожащий край ее лица, переходящий в рычание, показывал, что гибель Пэчворк хоть немного затронула ее. Найт сформировала еще один черный кристалл. Боль, презрение, ненависть и другие негативные эмоции превратились в снаряд между ее копыт.

За самой маленькой дверью находилась ее следующая цель. Ее взгляд остановился на кьютимарке Литтл Стар. Ее мысли вернулись к их первой встрече. Кровь и боль, когда она изо всех сил пыталась ее спасти.

Во второй раз за последнее время аура Грей извлекла особый свиток. Физически это была такая простая вещь, просто бумага и чернила. Но в нем было гораздо больше. Несмотря на легкость, память придавала ему вес. В глубине души Грей боролись гордость и ненависть. Она принимала и то, и другое, не давая им власти над собой. Воспоминания, нахлынувшие на нее, были тяжелее, но она все равно пробивалась сквозь них.

Все началось с того, что она узнала, на чем основано это заклинание. Это было сложное заклинание, на освоение которого первоначальная Твайлайт потратила столько сил. Гордость за его совершенствование была первым воспоминанием Грей. О том, как его можно усовершенствовать, она подумала буквально сразу.

“Полагаю, это предложение запоздало…”

Глаза Найт взглянули на название, а затем показали клыки в подобии улыбки.

“Тщательно выбирай момент…”

Найт кивнула, и Грей двинулась дальше.

Задача выполнена. Возобновляем выполнение задачи

Четыре.

Нужна была стратегия выхода, а для этого требовался инструмент, куда более изящный, чем Нова, и куда более мощный, чем Грей на данный момент. На самом деле оставался только один вариант.

С серой вспышкой ее тело превратилось в деревянную сову с кристальным рогом. Подпрыгнув и быстро взмахнув крыльями, она бросилась к двери Литтл Стар.

* * *

## Фрагменты: Нарушительница Правил

* * *

Эхо крика заставило ее проснуться. В одно мгновение к ней устремился пылающий меч. В следующее мгновение он исчез. Нарушительница правил не столько открыла глаза, сколько осознала, что они уже открыты. Она стояла, уже почти приняв боевую стойку.

Ее поразило не столько знание, сколько то, что она уже им владеет. Это тело принадлежало Кэндис, и единственным способом выжить для всех пони, о которых она должна была заботиться, было то, что Кэндис использовала свою способность именно так, как нужно, и они настроили ее именно так.

— Поскольку времени спрашивать не было, мать и дочь бросили меня сюда именно для этого. Отлично… Спасибо, мама. Рискуй моей жизнью. Прости, Кэндис. Я справлюсь, просто откинься на спинку кресла и наслаждайся поездкой.

Единственное, что было более необычно, чем иметь крылья, — это колдовать с их помощью. Сила пульсировала в чужеродных конечностях, когда магия танцевала по ее прихоти. Эффект поля должен был быть идеально симметричным, но это было расточительно, поэтому она решила сделать что-то другое. Еще немного магии и толчок ее таланта — и то, что должно было быть двумя пересекающимися сферами, превратилось в усиленную V-образную форму. Еще один толчок, и та часть реальности, которая собиралась рассчитать углы отражения и преломления с помощью сверхплотного магического потока, слегка забурлила, прежде чем ее талант ударил ее по голове, оттащил и просто объявил, как все будет происходить впредь.

Ей хотелось хохотать от радости. Сказать реальности, кто в доме хозяин, всегда было так приятно. Но, к сожалению, в уединении с ней, или, в данном случае, с Кэндис, это было не так приятно.

У нее появилось время подумать. От чего именно я защищаюсь? Воспоминания нахлынули на нее, как потоп, но они были ей не нужны, поскольку она видела перед собой то, что видела. О, неважно, теперь понятно.

С удвоенной магией времени было почти достаточно, чтобы заскучать. По крайней мере, на это было приятно смотреть. Катаклизмическая магия, превратившаяся в замедленную съемку, стала странным фоном для игры в мини-гольф, в которую Дискорд играл с застывшими пони.

Что теперь? Она проверила унаследованные воспоминания. Что? Ничего. Клянусь жирным боком Селестии, я в ударе. Если из-за тебя меня убьют сразу после возвращения, я найду способ воскресить себя, чтобы просто оторвать тебе уши.

Укол в груди прервал ее разглагольствования. Возможно, оскорблять любовь Кэндис буквально через миллисекунду после ее смерти было дурным тоном. Ладно, ты ей доверяешь. Давайте посмотрим, правы ли мы. О, кстати, привет. Я НП. Полагаю, ты мое новое тело… жаль, что у тебя не было выбора… и ты все это знаешь.

Не имея больше ничего, что можно было бы сделать, не обрекая на гибель тех, кто укрылся за ее спиной, она наблюдала и размышляла о том, что будет с ней и ее новым соседом по комнате.

Пока она боролась со связями, ее соседка с нарастающим ужасом наблюдала за ними. Утрата, чувство вины и беспомощности захлестнули Кэндис. Она хотела помочь, но что она могла сказать? Что она могла сделать? Сам факт ее присутствия здесь означал, что любовь Кэндис уже ушла. Если бы она могла, она бы вздохнула. Непринужденные разговоры были не в ее вкусе, но Кэндис нуждалась в ней. И хотя она никогда не делала этого раньше, она точно знала, как это сделать. Она прижалась к Кэндис всей душой. Близость волшебного объятия была настолько сильной, что, будь у нее достаточно времени, кровь бы запульсировала на щеках.

Это всего лишь объятия… — подумала она про себя, стараясь не зацикливаться на том, что это были ее первые объятия. Твайлайт отдала свою жизнь, чтобы быть здесь, чтобы иметь возможность защищаться. Мы пройдем через это. Не то чтобы она знала, как это сделать, но Кэндис не нужна была еще одна негативная мысль.

Поэтому она наблюдала за происходящим, прижимаясь к Кэндис. Это было приятно, знакомо, верно? Именно так и планировала поступить Твайлайт, а это уже совсем другое дело. Ей хотелось вздохнуть. Такими темпами она получит неделю воздыханий про запас. Она проигнорировала этот факт, как проигнорировала смятение в своем сердце. Что она вообще должна была думать о том, что может полюбить кобылу, с которой только что познакомилась благодаря своей умершей сестре-матери?

Не обращая внимания на внутреннее смятение, она ждала удобного случая, чтобы вмешаться.

То, что было направленным ударом по Твайлайт, превратилось в множество лучей толщиной с копыто — каждое кристаллическое перышко действовало как рог и играло роль возвращателя с ужасной целью.

Каждое копье солнечной энергии, попавшее в укрепленный клин, необъяснимым образом отклонялось прямо вверх, вместо того чтобы стрелять в окружающие холмы, горы и облака. К сожалению, Твайлайт оказалась ужасной в прицеливании. Больше половины промазали полностью. Другая половина промахнулась и в солнечную кобылу, и в область, которую защищала Нарушительница Правил.

А вот те, что избежали клина, — совсем другое дело. Отверстия размером с пони просто исчезли. Секундой позже все, что находилось на расстоянии двух-трех Селестий от их траекторий, превратилось в расплавленное стекло. Уверена, там нет ничего важного…

Погодите, как я это вижу? О, заклинание солнцезащитных очков Кэндис. Ну, это уже перебор. Она наполовину дразнила, наполовину дополняла свою соседку по комнате.

В замедленной съемке пиротехнических эффектов плоть Твайлайт загорелась, а затем взорвалась, испаряя каждую молекулу жидкости. Это было прекрасно, если не задумываться о том, что это было на самом деле. Вслед за ней из взрыва, не совсем под действием собственной силы, вынырнул неживой скелетный Аликорн, покрытый пурпурным кристаллом.

Круто! Я собираюсь использовать это для обложки своего альбома. Воодушевление НП быстро улетучилось, сначала из-за ее собственной вины, а затем из-за сокрушительного отчаяния в глубине души.

Душа Кэндис превратилась в ледяную глыбу, но НП лишь крепче прижала ее к себе. Все будет хорошо. Это была ложь, это было неубедительно, но это было все, о чем она могла думать, пытаясь обратить Кейденс и Вельвет в свою веру.

Затем кристальный скелет поднялся на ноги.

Второй раунд.

* * *

[Изображение: https://cdn.everypony.ru/storage/02/26/12/2024/02/16/7b8a05a70e.jpg]

* * *

## Фрагменты: Платинум Чек

* * *

Платинум Чек была, как она считала, безмятежно довольна. Поскольку Луна была свободна, главная причина ее существования была выполнена еще до пробуждения. Но со своим нынешним хозяином она нашла нить родства. Он так много потерял из-за Селестии, и, что еще хуже, у него даже украли память о том, в чем ему было отказано. Если бы у нее был выбор, она, возможно, выбрала бы его.

Длинная трава, ласкавшая его копыта, и солнце, согревавшее шерсть, делали эту небольшую экспедицию весьма приятной. При лунном свете вид был бы еще лучше, но, к сожалению, у принца не было для этого глаз.

В целом все шло хорошо. Ей не на что было жаловаться. Было бы слишком просто сосредоточиться на принце и его целях. И все же оставались загадки, на которые ей нужно было найти ответ. Она не знала, как Ноубл Гид получил заклинание, чтобы пробудить ее, и почему он его использовал. Последнее было неважно: он был слишком глуп, чтобы понять, каким инструментом располагает на самом деле, и этот факт пошел ей на пользу.

Было ли это простой случайностью или заклинание было вложено в его копыта намеренно? Была ли эта Скверна еще одной частью плана Луны или нападением на ее пони?

Блюблад был очень хорош. Даже без ее магической поддержки в нем было гораздо больше выносливости и драйва, чем раньше. Жаль, что не было возможности устроить его ухаживания за Луной, но это неважно. У Луны были Твайлайт и дочь, и они казались счастливыми.

Погоня Блюблада за леди Рэрити шла полным ходом. Как только он освободился от вмешательства Селестии, его природного обаяния оказалось более чем достаточно, чтобы завоевать Элемент Щедрости.

С его острым умом и харизмой молодой принц мог бы стать очень многим. Из него действительно получился бы лучший Аликорн, чем из Твайлайт, по крайней мере, более уравновешенный и уж точно гораздо более красивый.

Сдвоенные цветные линии прервали ее размышления. Высоко вверху за призматическим следом, который мог принадлежать никому иному, как Рейнбоу Дэш, последовала еще одна пурпурно-красная полоса.

Почувствовав любопытство Блюблада, она ответила на его незаданный вопрос. Похоже, еще один достиг уровня леди Дэш.

Кто бы это ни был, они оба наверняка спешат… и направляются прямо к…

Мир содрогнулся. Все сущее выкрикнуло одно единственное слово:

— Нет!

Блюблад упал на землю. Его копыто вцепилось в рог. Рефлекторно она попыталась успокоить его. Он поднял голову. Все остальные единороги лежали. Либо без сознания, либо сжимая свои рога.

— Что это было?

Это была Твайлайт, мой принц.

Внутри него пробудился герой, и он поднялся на ноги. Несмотря на то что по позвоночнику пробежала дрожь страха, в его мысленном голосе не было даже намека на это.

— Ты можешь помочь остальным?

Направь свой рог в их сторону.

Он подчинился.

Вокруг рогов каждого из них плясала чужеродная магия. Маленькие дуги пурпурной магии. Каждая ее ниточка неистово стремилась что-то сделать, но при этом просто развеивалась. Она желала цели. Она давала ему то, что он желал.

Это была жеребячья забава — потянуться к ней и сделать ее своей. На языке у нее был вкус пепла, приправленный горем и отрицанием.

По мере того как она вытягивала из них необузданную магию, они начали приходить в себя. Благодарные взгляды и слова благодарности стали еще одним подтверждением доброго сердца Блюблада.

В глубине ее души зародилось беспокойство. Происходило что-то плохое, и два рыцаря Твайлайт на огромной скорости неслись навстречу.

Солнце померкло, и тогда страх охватил ее саму:

— Вниз! — скомандовала она голосом принца. Всех, кто был слишком медлителен, ее аура увлекла вниз. Хруст означал несколько сломанных костей, но это не имело значения. Ее паническая магия хлынула на принца.

Лед и тьма прожгли путь по его лейлиниям в реальность.

Во имя звезд, пусть этого будет достаточно.

* * *

## Фрагменты: Танцовщица

* * *

Танцовщица огляделась вокруг. Была ночь, и она лежала на земле. Это был не кабинет принцессы. Это был даже не Кантерлот, а какой-то готический замок из черного камня, который занял его место. Прохладный ночной воздух был подпорчен лесным дымом. Сверху, словно снег, падали крупные хлопья пепла. Неужели кто-то из пони сжег целый лес?

И тут на нее нахлынули воспоминания о холодных глазах принцессы и горящем клинке, когда он спускался вниз. Она обняла свое дрожащее тело:

— Я жива? Это то место, куда меня изгнали? Это Тартар?

Хриплое дыхание другого пони привлекло ее внимание. Внезапный звук едва не заставил ее подпрыгнуть, но для этого у нее было слишком много самообладания. С затаенным ужасом она медленно огляделась. Отсутствие разъяренной принцессы с горящим клинком было хорошим началом.

На присыпанной пеплом земле лежал аликорн гораздо более темного оттенка, чем принцесса. Еще один аликорн? Как? Кто ты? Это был не дикий зверь, не кошмар, пожирающий жеребят.

Заливистый вой заставил ее вздрогнуть, прежде чем она поняла, что услышала. Потом она вспомнила, как они неслись во весь галоп, а потом оказались здесь. Они были союзниками, возможно, даже друзьями.

Семена страха, угрожавшие ее сердцу, сменились чем-то теплым и пушистым:

— Мои гончие здесь, чтобы защитить нас, — с искренней уверенностью произнесла она своим самым ободряющим тоном, обращаясь к распростертой на земле прекрасной темной кобыле-Аликорну.

Внимательно вглядываясь в каждый изгиб плоти и каждую линию мышц, она представляла их в движении. Затем это видение превратилось в воспоминание. Танцы на луне. Единственная музыка — ритм гармонии их сердец:

— Луна? — спросила она, задыхаясь.

— Твайлайт? — Танцовщице показалось, что Луна сказала именно это, но, возможно, это была просто боль в груди.

Слезы катились из ее глаз, и она не знала, почему, как и не знала, почему заговорила:

— Возлюбленная Луна. Я — ее часть, подаренная тебе. Я несу в себе память о танце на луне, который так много значил для нее.

Ее? — спросил ее разум, и внезапно она поняла. Сцена за сценой проносились перед глазами, словно Кейденс читала очередную книжку с картинками. В памяти даже всплыл ее глупый голос.

— Ох. — Внезапно слова, которые она была вынуждена произнести, обрели гораздо больший смысл. Она наклонилась и, погладив кобылу, которую ей предстояло полюбить, уперлась своим маленьким рогом в изящный шпиль Луны. Предложение о магической связи было с готовностью принято.

Все было прекрасно, пока не стало иначе.

Момент был нарушен, когда огромный золотой молот пронесся по потемневшему небу, словно горящая комета. Она почти не заметила маленькую белую плюшевую игрушку, выкрикивающую слишком милый боевой клич, которая каким-то образом управляла им.

— Такое не каждый день увидишь…

* * *

## Фрагменты: Красный клинок

* * *

Может, оно и не имело названия, может, у него было лишь смутное предназначение, но по крови и по магии в преображенном зачарованном оружии было достаточно Твайлайт, чтобы понять, что должно произойти.

Солнце померкло, и, не раздумывая, оно двинулось. Сместившийся вес закружил Дэш, сбив с курса набравшую скорость Рейнбоу Дэш. Но это было неважно. От Рейнбоу не исходило никаких сомнений. Только доверие и немедленная необходимость действовать, которыми она славилась. Она оглянулась в ту сторону, откуда прилетела, ее глаза искали угрозу, и это спасло ее зрение.

Магия защиты только-только сработала. Пурпурный щит — единственная причина, по которой перья Рейнбоу не воспламенились от близкого взрыва.

Рейнбоу поймала Гильду, и вместо болезненного столкновения она получила возможность немного прокатиться. Воздух за пределами защитного поля мерцал тепловой дымкой, когда дикие термические потоки пытались разметать их в разные стороны.

Магия Рейнбоу потянулась к ним и отобрала у них контроль над локальным воздушным потоком. Когда полет пары стабилизировался, стал виден истинный масштаб угрозы.

Длинные линии магмы веером расходились из застекленного кратера. Одна даже прожгла туннель прямо сквозь гору Кантерхорн.

Клинок почувствовал себя маленьким и беспомощным, как никогда раньше. От такого бесцеремонного разрушения он не мог ни отмахнуться, ни парировать, и даже крови не было.

— Блять! — Рейнбоу выдохнула, ошеломленная этим зрелищем.

— Дэш… — начала Гильда.

— Да?

— Какова вероятность того, что этот пурпурный скелет — наш босс?

* * *

## Фрагменты: Мини Тия

* * *

Основные цели:

- Задача первая: Снять печати Селестии с Бастиона Луны.

- Задача вторая: обезопасить или разорвать любые связи между Селестией и Луной.

- Задачи по возможности:

- Отвлечь Селестию.

- Истощить магические запасы Селестии.

- Нарушить или отключить магию Селестии.

Пусть она была всего лишь фрагментом, ориентированным на выполнение задачи, но ее все равно создала Твайлайт. По дороге из Бастиона она прихватила несколько книг. Тактика, магический бой и полная история ее цели.

Поэтому она дополнила свое снаряжение клоунским писклявым носом и разноцветным париком.

С помощью лассо из золотой нити она забрала большой кусок солнечной магии и превратила его в молот. Из-за большого количества сырой силы она немного ошиблась в расчетах масштабов оружия.

Пробный взмах доказал, что оно все еще пригодно для использования. Она ворвалась в первый объект. Отряд союзников в деревянных латах увернулся от лучей солнечной энергии, и они промчались мимо главной цели.

С высоты золотой обелиск выглядел как причудливый гвоздь… а молоток у нее был.

Она атаковала. Ликование от того, что она выполнила свою задачу, сделало ее боевой клич еще более яростным.

Бум!

- Задача номер один выполнена.

* * *

## Фрагменты: Санчейзер

* * *

— Где я? — спросила Санчейзер, пытаясь найти ответ на этот вопрос. Куда бы она ни смотрела, вокруг была лишь тьма. Ее грудь сжалась, а сердце гулко стучало в ушах.

Что-то случилось. Что-то плохое, но что?

— Это одно из испытаний принцессы?

Даже в абсолютной пустоте вокруг нее в одном направлении чувствовалось тепло, как солнечный свет в окне зимним утром. Это было неправильно. Скорее, от него тянуло холодом, а не теплом.

Раздался тихий звон магии, и вдруг там появилась пони. Высокая бело-серебристая единорожка с мягкими, добрыми голубыми глазами:

— Я не знаю ни об одном таком испытании, малышка, ни от одной из принцесс. Кто ты?

— Я? — переспросила Санчейзер, едва не подпрыгнув от неожиданности, когда снова увидела собственную мордочку. — Я… я Санчейзер. А ты кто?

— Меня зовут Инсайт. Я пастух Луны.

Когда Инсайт заговорила, мир вокруг закружился странными цветами, которых она никогда раньше не видела. Затем он снова стал обычным.

— Что это было? — спросила Санчейзер, оглядываясь по сторонам. С каждым крошечным движением копыт из пепла толщиной в полкопыта, покрывавшего все вокруг, поднимались облака пыли. Вверху сотни маленьких огоньков плыли вверх и в стороны под дуновением ветерка. Они выглядели совсем как в сказках на ночь, где описывались феи. — Ооо, как красиво. — Она протянула копыто к одному из огоньков.

По какой-то причине на лице Инсайт на мгновение мелькнула грусть.

* * *

## Фрагменты: Жеребенок

* * *

— Ухууу. — Сова ухнула, но в этом звуке было гораздо больше смысла. Единожды я попросила тебя присмотреть за моей младшей сестрой. Почему-то она знала, что птица говорит не с ней.

— Младшая сестра Грей? Что ж, тогда добро пожаловать на борт. — Другой голос, так похожий на ее собственный, обратился к ней.

— На борт? — робко спросила она. Это был не кабинет принцессы, но этот голос знал ее старшую сестру, так что все могло быть не так уж плохо.

Она хотела спросить, почему она птица, но один из собеседников заговорил первым.

— Ну, мы сейчас существуем в одном и том же теле. Я — Один, а это — Два.

— Мы обе, Литтл Стар. Просто я оказалась второй, — сказала Два.

— Как? И это мое имя…

— Я использовала магию, чтобы разделить свой разум, чтобы быстрее справляться с делами, и хотя заклинание завершилось, Двое остались рядом, — сказала Один.

Двое хмыкнули:

— Если у нас одинаковые имена, это не делает тебя Третьей?

— Я бы предпочла не быть числом…

— А что плохого в цифрах?

— Ничего… Мне нравятся числа. Просто я бы предпочла не быть одним из них.

В ауре Грей появились три свитка.

— Ты правда моя старшая сестра?

Сова кивнула:

— Три вещи должны быть сделаны, чтобы спасти положение.

— Что случилось? — спросила Первая.

— У мамы неприятности! — ответила Вторая. — Мы должны спасти ее. А как же Шайни и Кэдди? С ними все в порядке?

— Ухууу, — громко отозвалась Грей, а затем щелкнула своим деревянным клювом. — Твайлайт Вельвет в порядке, и мы скоро увидим Кейденс и Шайнинг Армора.

Она почувствовала облегчение. Ее матери ничего не угрожает. А потом она почувствовала себя ужасно: матери этих двух новых пони с ее голосом грозит беда:

— Хорошо… Итак, Первая, Вторая. Мы спасем вашу маму? Что я могу сделать?

Верно, ее и многих других, — ответила Грей.

Она окинула взглядом свитки. Два из них относились к какой-то сложной астральной магии, а третий — к простому обращению с маной:

— С этим я справлюсь.

Первая и Вторая схватили по одному из более сложных заклинаний.

Первая решительно кивнула:

— Значит, мы переносим сюда мамочку?

— У мамочки Твайлайт на замке четыреста сорок два защитных оберега… так почему мы телепортируемся? — спросила Вторая. — И куда это вообще ведет?

— Тот, кому мы не можем доверять, приложил копыто к строительству замка… так что любая защита здесь должна считаться сомнительной.

— Мы в замке? — спросила Литтл Стар без номера, оглядывая кристальные стены. — Это сказочный замок?

— Для ответов и сказок будет время позже. Пока же важны секунды. Что бы ты ни увидела, ты должна наложить заклинания как можно быстрее и с максимальной эффективностью.

Почему? — хотела спросить она, но мать ее соседей была в опасности, а Грей велела им это сделать, так что этого было более чем достаточно. Но Три не стала отвлекаться и использовала свой рог для задачи. Может, все и запутано, но она была хорошей пони, а хорошие пони получают хорошие оценки, сразу же делают домашнее задание, едят зелень, вовремя ложатся спать и помогают другим.

Грей зажгла свой рог, готовя заклинание.

Она сосредоточилась на своей части. Хотя все было бессмысленно, старшая сестра сказала, что это спасет жизни, и она ей верила. Она просто надеялась, что она будет осторожна. Казалось, что при неосторожном обращении эта часть может взорваться.

* * *

## Фрагменты: Селестия

* * *

Темный кристалл укусил ее, но все, что требовалось, — это немного силы, чтобы вытолкнуть его. Ее разум все еще метался, пытаясь понять, что и почему происходит.

Дейбрейкер что-то натворила, и теперь не только ее Сад подвергался бомбардировке, но и гигантские древесные волки прорывались внутрь.

Все происходило слишком быстро, чтобы успеть среагировать. Поэтому она сделала единственное, что могла, — подняла щит и напитала его энергией, которой с лихвой хватило бы, чтобы не допустить проникновения.

Теперь, имея целую долю секунды на размышления, она перебирала в памяти свои воспоминания. Твайлайт была в ярости. Она была настроена на исцеление своих друзей, а потом…

Почему?

Она почти поддалась искушению позволить одному из волков Твайлайт укусить ее.

— Почему? — закричала она на Дейбрейкер.

— Ты знаешь, почему.

— Просто ответь мне.

С рычанием Дейбрейкер огрызнулась:

— Твои дурацкие правила.

Мои правила? Голос в ее голове был маленьким и робким. Ни одна ее часть не хотела с этим соглашаться, но она знала правду.

- Правило четвертое: немедленное устранение неконтролируемого заклинателя, использующего магию из списка Оникс.

Твайлайт всегда должна была быть ее, почти должна была быть вне всякого сомнения. Недосмотр? — спросила она себя, и ее мысленный голос дрогнул от легкой истерики.

В физическом мире скелетная форма Твайлайт выпрямилась. Магия вырывалась из нее в виде огромного пламени. Огонь, совсем не похожий на огонь Селестии. Этот огонь жаждал. Этот огонь сжигал все и вся, даже само пространство, если был достаточно сильным.

Твайлайт была поистине выдающейся, ее лучшим творением, ее самой способной ученицей. Селестия ласково улыбнулась, хотя и ненавидела то, что ей приходилось делать.

— Дэйбрейкер, не обращай внимания на четвертое правило. Просто останови ее. Живой… если сможешь.

Дейбрейкер уделила большую часть своего внимания физическому миру, пока Селестия топала по земле. Ее копыта глубоко вдавились в мягкую почву Сада. Усилием воли она изменила форму своего Бастиона, превратив его в оружие.

Золотые клинки вырвались из земли, а лианы шипованных цепей захлестнули деревянных захватчиков. Несмотря на сковывающие их путы, деревянные конструкции боролись, но все было безрезультатно.

Селестия осмотрела последствия вторжения. Это была хорошая попытка, но она не зря назвала себя Селестией Сол Инвиктус, Вечной Королевой.

Она бросила взгляд на самого крупного волка. Должно быть, Твайлайт потребовались недели, чтобы сделать столько:

— Похоже, ей нужно научиться сдержанности… Неужели она и вправду стала так бояться меня?

Теперь было очевидно, что натворила ее ученица. Вторжение в ее Сад отвлекло внимание, и она смогла хоть как-то контролировать входящую магию. Твайлайт создала кристаллическую броню под своей плотью, чтобы защитить самое важное и использовать свойства кристалла, чтобы перенаправить атаку прямо на нее.

Если бы только я могла поставить тебе хорошую оценку и назвать это тестом. Каким-то образом она должна была подчинить себе Твайлайт, не убив ее… с ее костями, покрытыми кристаллами, она была бы как острие бритвы. С одной стороны, достаточно слабая, чтобы это можно было отразить. С другой — полное уничтожение.

Битва в физическом мире была сплошным звуком и яростью. Ярость берсерка Твайлайт почти превзошла отточенное мастерство Дэйбрейкер. — Если я позволю Дэйбрейкер покончить с ней, все будет кончено в одно мгновение…

У Селестии было достаточно времени, чтобы рассмотреть ущерб, нанесенный ее стране за последние несколько секунд, пока она уклонялась от спорадических снарядов, все еще обстреливающих ее Бастион. Магма и лесные пожары заменили траву и деревья. Даже в горе, которую она называла своим домом, была пробита дыра, и из раны выплескивался расплавленный камень.

Позор, а теперь еще и это… Что будет с миром…

И тут в ее Бастион ворвалось самое нелепое зрелище, которое она видела за целую вечность. К ней подплыл массивный золотой молот. Только через мгновение она заметила, кто его несет. Это была маленькая плюшевая игрушка из махровой ткани, и светящийся красный нос, прилипший на конце морды.

— Дискорд, я не в настроении для твоих шуток… Убери свое творение.

— Не хочу лопнуть твой мыльный пузырь, дорогая, но это не моя шутка.

Она повернулась, чтобы посмотреть на драконикуса, посмевшего вторгнуться в ее Бастион, и тут же попала под приливную волну мороженого. Это была не просто мысленная проекция, не просто концепция. Нет, в её Бастион обрушился бассейн мороженого объемом как стадион Эквестрийских игр.

Её чувства поплыли, и она задрожала. От неожиданности её затошнило, и она потеряла равновесие.

— О, заморозка души, — насмехался Дискорд, когда маленькая тварь с воплем взмахнула своим огромным оружием.

Грива Селестии засветилась, и она оскалилась таким огнем, что мороженое испарилось. Она подняла копыто, и молот замер:

— Меня это не забавляет.

В нее врезался удар. Она посмотрела вниз и увидела, что длинное черное острие пробило ее грудь и вонзилось в землю.

Холодная магия, проникавшая в нее, была знакомой. Страх и ярость сжигали ее, но ничто не могло остановить надвигающийся кошмар:

— Нет!

Луна… Силы покинули ее копыта. Только копье, пронзившее ее насквозь, не давало упасть.

— Дискорд, — рев Дэйбрейкер больше походил на шепот для слабеющих чувств Селестии.

Последними словами, которые она услышала, прежде чем тьма поглотила ее, были слова Дискорда, изображавшего доброго отца:

— Отличный наряд. Пойдем, малышка, ты не заслуживаешь смерти здесь.

* * *

## Фрагменты: Маска

* * *

Твайлайт Спаркл и Военный Разум кружили друг вокруг друга. Боевые действия проходили безрезультатно. Твайлайт сделала выпад. Дэйбрейкер отмахнулась от нее алебардой, но каким-то образом контакт проплавил дыры в инструменте ближнего боя.

Круговерть возобновилась, на этот раз Военный Разум проклинала тот факт, что ей пришлось пытаться взять Твайлайт живой.

Затем, словно в никуда, Твайлайт и все остальные выжившие пони исчезли.

Мгновение спустя мир взорвался магическим фейерверком. На тысячу Селестий во всех направлениях ничего нельзя было увидеть, услышать или почувствовать, кроме бесконечной сенсорной атаки.

Маске потребовалось мгновение, чтобы понять, что никто не управляет телом. Поэтому она взяла на себя эту обязанность, заставив тело встать из путаницы конечностей, в которой его оставил Военный Разум.

Маска Селестии встала из расплавленного стекла, в которое превратилась окружающая земля, медленно остывающая вокруг ее щеток, пока она раздумывала, что делать.

Было одиннадцать сорок шесть, так что Селестия должна быть в суде. Это была чрезвычайная ситуация, которая, похоже, уже закончилась. Однако Селестия не объявила ее разрешенной.

Ваше Сиятельство, что мне делать? — спросила Маска. Ответа не последовало, кроме того, что она опустилась вниз в расплавленную землю.

Одно за другим она подняла копыта и с помощью земной магии распределила свой вес, чтобы не утонуть снова. Конечности, наполовину погруженные в землю, не годились, так как это нарушало ее предписание поддерживать имидж Селестии. Мысленно она выделила расходы из свободного бюджета. Покончив с этим, Маска обратила свой взор на окружающее.

Твайлайт действительно устроила здесь беспорядок. Маска отметила это, чтобы потом рассказать Селестии, когда та вернется. В Саду она усердно принялась наводить порядок. Дейбрейкер заткнули рот и привязали к сломанному столбу, вдалеке доносились всхлипывания, но они не имели никакого отношения к ее обязанностям. Поэтому Маска просто продолжила хозяйничать. Вырванный дерн был заменен, исчезнувшие растения пересажены, а стены отстроены кирпичик за кирпичиком. Длинное копье из темного кристалла было положено рядом с исправленным и отремонтированным столом.

Поставить все уцелевшие части на свои места было достаточно просто. А вот починить сломанное или восстановить отсыревшие бумаги, пахнущие подгоревшим мороженым, было сложнее.

Выброшенные золотые клинки и цепи были свалены в кучу за живой изгородью. Их переработкой занималась Дэйбрейкер. Она посмотрела на обездвиженный Военный Разум.

Нужно было принять еще одно решение. Как и предыдущее, это не входило в ее правила.

Поэтому она задумалась.

Военный Разум не освободился и, похоже, не был заинтересован в выполнении своего долга. Не было никаких правил, запрещающих ей это делать, и ее долг состоял в том, чтобы помогать поддерживать безмятежность Сада.

Потребовалось несколько минут раздумий, чтобы принять решение. Пером она отметила использование магии в бюджете за Дэйбрейкер. Это послужит ей оправданием за то, что она не выполнила свою работу.

Для Маски исполнение долга и выполнение заданий позволяли испытывать тихое удовлетворение. Возможно, у обычной пони и было что-то, что можно было бы назвать гордостью, но у Маски не было достаточно большого эго, чтобы признать, что она вообще может собой гордиться.

Лишь приближение пони нарушило почти медитативную дымку ее работы. Спустилось целое крыло Вандерболтов. Маска быстро перевела свои задания в удобное для остановки положение и обратила внимание на пони Селестии.

— Принцесса, вы в порядке?

Это был сложный вопрос, и, если следовать обычным правилам ведения беседы, у нее было меньше половины секунды, прежде чем собеседник начнет чувствовать себя неловко.

— Я в порядке, моя маленькая пони. — Маска ответила добрым, но немного усталым голосом номер два.

Говорящая выглядела немного успокоенной:

— Что здесь произошло… где город?

Эмм… Беспокойство Маски не отразилось на ее мордочке. Это было невозможно. Придворное изящество и самообладание были основой ее сущности.

Она знала, что Военный Разум начал атаку на Твайлайт. Она знала, что Военный Разум собирался подчинить себе Твайлайт, когда та телепортировалась, но она не могла ничего этого сказать. Она должна была поддерживать общественный имидж всех Аликорнов.

Однако в Бастионе она судорожно собирала все возможные записи и свитки, имеющие хоть какое-то отношение к тому, что здесь произошло.

Это не моя работа. Какая-то часть ее тела застонала, а тело Военного Разума затряслось от смеха.

Она обернулась к Военному Разуму и не знала, что ей делать:

— Это задача ее Сиятельства — отчитать тебя.

Военный Разум фыркнул, а затем встретил ее взгляд. Она выдержала взгляд, а затем намеренно отвела глаза, чтобы посмотреть на что-то.

Маска наклонила голову и проследила за взглядом — там лежала книга. Она взяла ее в копыта, и, когда увидела название, ее беспокойство немного улеглось.

— Спасибо, Военный Разум. — Взгляд Военного Разума заставил ее добавить еще одно слово. — Дэйбрейкер.

Дэйбрейкер кивнула, насколько позволяли ее ограничения.

Вернувшись в физический мир, Маска опустила глаза и приняла траурное выражение лица пять с шестью процентами опускания крыльев:

— Сегодня Эквестрию постигла трагедия. — Маска добавила в свой идеально контролируемый голос нотки гордости с оттенком печали. — И только благодаря усилиям Твайлайт Спаркл и ее отважных друзей разрушения удалось ограничить до такого уровня.

Раздались вздохи, комментарии неверия и несколько вопросов, но капитан Спитфайр была и ближе всех, и выше всех по рангу, поэтому Маска решила ответить ей.

— Правда? — нерешительно спросила капитан.

Маска должна была сказать что-то положительное. Даже в такой ситуации она должна была дать пони Селестии надежду. В Бастионе она судорожно листала книгу.

Дейбрейкер хрюкнула три раза, сделала паузу, потом шесть раз, потом еще одна пауза и еще четыре хрюканья.

Что?

Дейбрейкер пристально посмотрела на книгу.

…номер страницы?

Дэйбрейкер кивнула.

Еще один шквал страниц, и у нее появится план.

— Их гамбит спас многих. Если Твайлайт правильно наложила заклинание времени, они когда-нибудь вернутся.

* * *

## Фрагменты: Твайлайт?

* * *

В ее голове уравнение за уравнением разрывалось на части, отвергалось и повторялось. Каждое из них приводило к единственному результату, и этот результат был неприемлем. Она хотела спасти своих друзей, но это не должно было стать ее концом. Я уже совершила героическую жертву, и это было отстойно, так что нет, больше никогда. Я выберусь из этого.

Она уставилась на образ Селестии в своем сознании. Ты заплатишь. В голове проносились десятки кровавых фантазий: что можно, что нужно сделать с кобылой-предательницей. Как бы ни были они заманчивы, ни одна из них не помогла.

Ее охватил гнев — как на себя, так и на Селестию. Я так не закончу. Она хотела топнуть ногой, взмахнуть крыльями, взмахнуть руками — что угодно, но не могла пошевелиться, и магия не отвечала ей. Что?

— Для чего нужна моя смерть? Почему именно я должна снова расплачиваться за это?

Почти незаметно для себя у нее созрел план. Селестия напала на Луну и сделала себя уязвимой:

— Я могу быть лишь твоим орудием, но так просто ты от меня не избавишься… — Мерзкие и запретные заклинания заплясали в её голове, и её воля заставила их проявиться в клыках лесных гончих.

Спокойное безмятежное спокойствие подхватило ее работу и отбросило в сторону. Оно было мягким, но непримиримым. Ее взгляд все еще менялся, а тело все еще двигалось, но воля, направляющая его, была не ее собственной. Принятие и печаль, не принадлежащие ей, влились в ее сердце. По мере того как приближалась ее гибель.

— Нет, не делай этого, — умоляла Твайлайт. Время ещё было. Они ещё могли телепортироваться. Время ещё было. Да, это будет стоить ей друзей, но она останется в живых. — Пошевеливайся! — потребовала Твайлайт, глядя на волны мрачного оптимизма, исходившие от контролирующего ее чужеродного существа. Что бы это ни было, оно игнорировало ее. — Послушай меня!

— Прощай, — сказал самозванец.

— Нет, — отмахнулась Твайлайт. Она билась, бросала всю магию, на которую была способна, но ничего не помогало. Нет, не смей, не так. Я не хочу умирать. Она закричала, а затем обжигающая агония превратила ее голос в болезненный вой.

Больно. Почему. Больно. БОЛЬНО. Пинки Пай. Я не хотела. Шайни больно. Луна. Спаси меня. Мамочка! Помогите. Принцесса, нет. Что я наделала? Прости меня. Рейнбоу. ОСТАНОВИСЬ. Прости меня. Прости меня. Прости. Больно. Больно. Больно. Больно. Помогите. Мамочка! Папочка! Больно. Почему. Почему. Больно. БОЛЬНО. Я не хотела. Шайни больно. Мамочка! Помогите. Нет, принцесса, не надо. Что я наделала? Прости меня. ПЕРЕСТАНЬ. Прости меня. Прости, прости, прости. Почему? Рэрити. Прости меня. Мне больно. Больно. Помогите. Мамочка! Папа! Почему. Я не хочу умирать. ПОЖАЛУЙСТА. Остановись. Остановись. Мне больно. Больно. Остановись. Убей меня. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Звезды. Жизнь. Эпплджек. Больно. Убей. Больно. БОЛЬНО. Я не хотела. Шайни больно. Мамочка! Помогите. Нет, принцесса. Что я наделала? Не оставляй меня. Флаттершай. Прости меня. А-а-а-а-а-а! ОСТАНОВИСЬ. Прости меня. Прости меня. Прости. Больно. Больно. Помогите. Мамочка! Папочка! Больно. Больно. БОЛЬНО. Я не хотела. Кэндис. Спаси меня. Шайни больно. Мамочка! Помогите. Нет, принцесса. Что я наделала? Мне очень жаль. ПЕРЕСТАНЬ. Прости меня. Прости меня. Прости. Больно. Больно. Помогите. Мамочка! Папочка! ПОЖАЛУЙСТА. Остановись. Остановись. Остановись. Убей меня. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Жизнь. Мне жаль. Прости меня. Прости. Мне больно. Кейденс. Спаси меня. Больно. Помогите. Мамочка! Папочка! Спайк! ПОЖАЛУЙСТА. Остановись. Остановись. Остановись. Прости меня. Прости меня.

* * *

## Фрагменты: ?????

* * *

Мягким движением пера она написала последние слова, которые когда-либо будут написаны в этой книге:

— Ну что ж, в таком затруднительном положении оказалась ты, Селестия… что же ты будешь делать?

* * *

## Акт 2 Часть 0. Однажды в волшебной стране Эквестрии

* * *

Перо направляло чернила элегантными плавными линиями. Каждое движение было отточенным, утонченным и доведенным до совершенства за бесконечные годы. Словно перо само выбрало танец для своего развлечения.

Даже сейчас, когда наступили смутные времена, в ней в равной степени присутствовали надежда и интрига. Одна книга закончилась пламенем и страданиями. Что принесет новая книга? Какой бы честной она ни была, первая строчка многое оставила без внимания.

> Однажды в волшебной стране Эквестрии предназначение перечеркнул солнечный огонь, а судьба была разрушена выбором одного Аликорна.

Она глубоко вдохнула аромат новых страниц и свежих чернил. Она наслаждалась им лишь мгновение, прежде чем перо, словно пернатая балерина, продолжило движение по странице. Приняв это за знак, ее аура собрала остальные ожидающие пустые тома, и для каждого нового она пожертвовала первоначальным.

— Какие беды и чудеса принесут твои проделки детям моим?

* * *

## Акт 2 Часть 1. Эхо утраты: Плач Свит Дримс

* * *

Пепел битвы был еще теплым, но сердце Свит Дримс было ледяным. Они спаслись, но какая разница, какой ценой? Тихие слезы одна за другой падали из ее глаз, но не было пони, чтобы поймать их. Не было лавандового крыла, чтобы вытереть их, а потом заключить ее в объятия. Ни ласковых слов, говорящих ей, что все будет хорошо. Только долг перед любимой заставлял ее повторно проверять свою работу.

Свит Дримс оценила результаты своего рукоделия. Каким бы совершенным оно ни было, никакой радости оно ей не приносило. Как бы чудесно ни было то, что с тремя душами, находящимися перед ней, все будет в порядке, она просто не могла об этом беспокоиться. Каждый из трех серебряных коконов хранил в себе сущность одного из друзей Твайлайт, усиленную подношениями, которых они не заслуживали.

Черные волны злобы обещали страшное возмездие. Мышцы на ее мордочке попытались исказить лицо. Тебе лучше ценить то, чем она пожертвовала ради тебя. Достаточно было одного взгляда на испачканную слезами плюшевую игрушку, которую крыло все еще прижимало к груди, чтобы зарождающееся рычание угасло.

— Почему? — спросила она, даже зная ответ. Ее любимая Стар всегда отдавала себя ради других. Слез стало еще больше, но, как всегда, они ничего не изменили. Она погладила маленькое напоминание о любимой, а затем спрятала его под крыло. Ты ведь не захочешь, чтобы я предавалась своему горю… не сейчас, когда у меня столько дел?

Ответ было легко представить. Все логические доводы, которые Твайлайт привела бы в своем ответе. Самоотверженная дура… — подумала она, но оскорбление не прозвучало, а лишь вызвало еще больше слез. Они не заслужили тебя.

Она подняла голову и впервые с момента крушения мира увидела, что ее окружает. Глубокие ожоги тянулись от входа к месту, где находились печати Селестии. Со стороны Грей все было испещрено мелкими осколочными отверстиями. На месте двери Новы лежали еще не затвердевшие груды золотого шлака. Большие участки пола были принесены в жертву армии захватчиков, а копыта Новы оставили следы на том, что осталось.

Короче говоря, это был беспорядок. С этим беспорядком ей придется разбираться, но пустота в сердце не давала ей покоя.

Наконец она заставила себя взглянуть на то, что осталось от ее любви. Было удивительно, что от нее что-то осталось, но и то, что было, не принесло утешения. Обрывки ткани и полоски обугленной плоти. Самый яркий аспект ее существования был сведен почти к нулю.

С каждым шагом копыт она все больше желала, чтобы все это было лишь кошмаром, но сердце не позволяло ей поверить в эту ложь.

Копытами и крыльями, без малейшей капли магии, она собрала все, что осталось от ее любимой. Мягкое прикосновение к ее останкам было плохой заменой желанным объятиям, но она все равно цеплялась за это, как за спасательный круг.

Не замеченный ею уголек вспыхнул, и одно из ее перьев загорелось. Но ей было все равно. Какая мелочь, которую потребовал солнечный огонь, по сравнению с тем, что уже было потеряно? Когда пепел от него соединился с остальным, все стало на свои места. По крайней мере, часть ее навсегда составит компанию Твайлайт.

Ей оставалось избавиться еще от двух перьев, прежде чем она отдаст свое крыло эху этой трагедии.

Аккуратно, с величайшей осторожностью, она частично распустила плюшевую Твайлайт, которую так небрежно сделала, казалось, очень давно. Слёзы капали на деревянный пол, когда она, кроха за крохой, помещала каждую частичку своей любимой в эту памятную игрушку.

Подъем по лестнице был совсем не похож на их игривую погоню. Она навострила уши. Если бы она попыталась, то почти услышала бы звук цокающих копыт Твайлайт, когда та преследовала ее, и ее собственные радостные поддразнивания. Сладкий зов сирены прошлого не станет ядом, которому она будет предаваться, по крайней мере сегодня.

Она остановилась в дверях, и на мгновение ее мордочку украсила грустная улыбка. Она все еще была здесь. Книжный форт все еще был здесь.

Она слегка погладила Твайлайт и перенесла ее в книжный форт. Она накрыла ее звездным одеялом:

— Теперь тебе нечего бояться, моя Литтл Стар. Ты в безопасности. — Слезы потекли свободнее, когда она вспомнила их первую встречу.

Из ее горла пыталась вырваться заунывная песнь, но она отмахнулась от нее. Было что-то другое, что ей нравилось больше. Не песня, ее голос разнесся в воздухе, когда она открыла книгу на первой странице.

— Дэринг Ду и… — начала она.

* * *

## Акт 2 Часть 1. Эхо утраты: Долг Шайнинга Армора

* * *

Может быть, это было всего лишь мгновение, но потускневшее солнце заставило всех пони забеспокоиться. Если Шайнинг Армор ничего не предпримет, то они окажутся в нескольких мгновениях от давки. Панические крики и обеспокоенный ропот смешались в неразборчивую мешанину. Все было настолько плохо, что ему пришлось использовать копыта и легкие толчки, чтобы заставить своих пони встать на место.

Быстрый телепорт — и он оказался на вершине стены. Толпа внизу была просто на взводе. Найтмер Мун, Дискорд, Тирек, похищение Твайлайт, Скверна, а теперь еще и это. Как бы он ни сочувствовал им, как бы ни заставлял его действовать долг, он обижался на них, ибо сердце звало его в другое место.

БОЛЬНО! — Воспоминание о голосе сестры снова врезалось в его сознание. Все, что он мог сделать, — это оглянуться в сторону Понивилля. Его долг был здесь. Здесь были пони, которые зависели от него, как бы ему ни хотелось ускакать галопом.

Взмахи крыльев, цоканье копыт по мостовой и сверкание рогов говорили о том, что ему нельзя терять время, особенно на личные дела. Пожалуйста, пусть все будет хорошо, Твайлайт, — взмолился он, прежде чем обратиться к толпе.

Наша сестра — очень способная кобыла. — Она смотрела на мир его глазами. Ее спокойная, контролируемая уверенность укрепила его решимость, даже если он заметил, что она не сказала, что с Твайлайт все будет в порядке. Он просто должен верить, что с ней все будет хорошо. Ему хотелось верить в это.

То, что она вообще существует в его сознании, было одной из самых странных вещей в любви к аликорну. Фрагмент его жены, Глиминг Шилд, была похожа на одного из персонажей ролевой игры, только настоящего. За каждым словом слышались тонкие намеки на доброту или теплый юмор Кейденс, но она словно жила другой жизнью. Каждый раз, когда он говорил с ней, каждый раз, когда она направляла его магию, он чувствовал, что становится ближе к Кейденс и одновременно немного предает ее. Когда все уляжется, им всем придется долго говорить об этом.

— Там, — сказала Глиминг.

Он больше не чувствовал себя странно, позволяя ей направлять его внимание. В дозоре у одного ночного гвардейца изменилась позиция. Его мышцы были напряжены и готовы к действию, но это было лишь второстепенным. Он больше не высматривал внешние угрозы, не наблюдал за толпой. Нет, его сузившиеся от гнева глаза оценивали королевских гвардейцев.

Фестрал встретился с ними взглядом. В этих глазах полыхала ярость. Ненависть и убийственное намерение. На мгновение показалось, что он может напасть на них. Импровизированный поединок длился всего несколько секунд, после чего фестрал скрылся в своей тени.

Глиминг приготовилась применить магию, но глаза Шайнинга метнулись туда, где стояли два других ночных гвардейца. Все они исчезли. Нехорошо.

Как думаешь? — спросила Глиминг, мысленно перебирая заклинания, словно снаряжаясь в арсенале.

Что-то случилось с солнцем, и теперь все ночные гвардейцы покидают свои посты?

— Что происходит? — спросил он у безмолвного воздуха.

* * *

## Акт 2 Часть 1. Эхо утраты: Первый рейс Убежища

* * *

Убежище катилось по рельсам. Его крепкое сердце согревало пар, вращавший колеса. Глубоко в недрах его существа ярко горела его цель. Защищать их, утешать их, оберегать их. С каждым поворотом колес оно тихо повторяло.

Да, такова жизнь, — подумала ее спутница, и ей оставалось только согласиться. Мир вокруг ее корпуса прокручивался в бесконечном параде новых достопримечательностей. Если бы не острая нужда эквестрийских пони, она могла бы считать это праздником.

Скверна, что бы это ни было, причиняла боль и страдания. Из-за нее пони теряли своих близких, рушились мирные жизни и появлялся страх. Праведный гнев начал подниматься, но утешительное копыто Смоки успокаивало. Если бы у Убежища было лицо, оно бы улыбнулось. Оно знало, как ему повезло, что оно попало в этот мир с той, кто так глубоко заботился о ней, несмотря на ее нелошадиное обличье.

Она выпустила немного своей магии наружу, окутав Смоки теплым сиянием, отчего на морде кобылы появилась улыбка. У кого — любимый поезд, а у кого — любимая пони? — подумала Смоки.

Убежище не могло смеяться, поэтому вместо этого оно один раз запульсировало сиянием и вложило в копыто Смоки немного любви. Мгновение растянулось в дружелюбном молчании. Если бы жизнь Убежища состояла из таких моментов, как этот, оно бы назвало ее хорошо прожитой.

Хотя Убежище знало Смоки всего несколько дней, ему казалось, что оно знает ее всю жизнь. Хотя в его случае это было правдой, пони понимали эту фразу не так. Быть одновременно молодым и старым было все еще дико, в некотором смысле. И все же оно не могло отрицать, как это прекрасно — знать свое предназначение, знать, что и мама, и Смоки любят ее. Как бы ни было интересно отправляться в приключения, пытаясь найти свой кьютимарку, должно быть, ужасно тоскливо не знать, кем ты должен быть, пока не найдешь ее.

Когда его мысли переключились на кьютимарки, казалось, что и Смоки тоже. Глаза пожилой кобылы остановились на ее собственной кьютимарке — кристальном поезде, подобии самого Убежища. И снова Убежище не могло улыбнуться, но очень, очень хотело. Словно почувствовав его внимание, Смоки прикоснулась губами к сияющему кристаллу.

Потребовалось слишком много оборотов колеса, чтобы кто-то, созданный Принцессой Любви, понял, что это за действие. Она целует меня? Шок и радость заплясали в ее кристальном сердце, и она прибавила скорость. Через губы кобылы в Смоки влилось еще больше магии. Пони так не поступают, но, если судить по всплеску ласки в сердце Смоки, она ценила ее не меньше.

Прошло слишком мало времени, и Смоки отступила назад и переместилась на мягкую платформу, которая все же позволяла ей видеть происходящее снаружи. По тому, как она сдвинулась с места и как заскрипели ее суставы, Убежище поняло, что возраст Смоки снова мучает ее.

Почему я не могла найти тебя двадцать лет назад? — подумала Смоки, и Убежищу ничего не оставалось, как согласиться. Одно осознание того, что три четверти жизни кобылы уже прошли, было как кинжал в сердце.

И снова, словно что-то почувствовав, копыто Смоки ласково похлопало ее по внутреннему корпусу. Ты права. Сейчас мне не стоит беспокоиться о грядущих потерях, — подумало Убежище. И она вместе со Смоки наблюдала за миром, пока кобыла лениво поедала кристальные ягоды. Если бы оно могло, Убежище вздохнуло бы с удовлетворением. Такова жизнь.

Многие тысячи оборотов колес прошли в приятной дымке. Если бы все путешествие было таким, она была бы счастлива. К сожалению, ей не повезло.

В туманную дымку пробилось зернышко беспокойства, и потребовалось мгновение, чтобы оно превратилось в эмоции ее матери. Она еще раз проверила пути, и все было чисто, поэтому она сосредоточилась на связи с Матерью.

Сердце Матери замерло, черная печаль, пустота утраты, смятение и отрицание боролись с уверенностью в истине. Затем солнце померкло. Словно облако частично закрыло его, и небо стало прекрасным, первозданно голубым.

"Прощай". Один из самых дорогих для матери голосов прошептал с ужасающей законченностью, прежде чем линия сердца разорвалась от мучительного крика Твайлайт.

В сознании Убежища возникла другая Твайлайт, более молодая. Отчаявшаяся, страдающая, плачущая, но с железной решимостью. Вместе с эмоциями пришла магия, знакомая магия. Телепортация, — в панике подумало Убежище. Оно неслось со скоростью многих тысяч Селестий в час, и если на ее пути окажется бедная…

Колеса заблокировались, когда оно попыталось остановиться. Магия запульсировала. Слишком медленно. Тормози! Оно пыталось кричать, вгоняя магию в корпус. Толстые цепи материализовались, соединяясь с тяжелыми якорями, которые были спущены с каждой платформы.

Ты только что бросила якоря? — подумала Смоки, наблюдая, как снаружи взлетают фонтаны земли, почвы и растений, когда якоря отчаянно пытались замедлить надвигающуюся трагедию.

Внутри же пони летели и врезались в ее внутренние стены. Убежище вздрагивало от каждого из этих ударов, но, поскольку никто из них не умер, оно не могло сейчас сосредоточиться на них.

Была угроза, была опасность. Настолько большая, что, вероятно, убила ее тетю Твайлайт еще до того, как она успела с ней познакомиться. Горе, ярость и беспомощность Убежища испарились и сгустились в защитное рвение. Ее магия устремилась в щит, утолщая его намного больше, чем требовалось для защиты от непогоды. Теперь купол энергии представлял собой абсолютно непрозрачный, непроницаемый барьер. Оно разблокировало свои пушки, а наступательные магические излучатели зажужжали. Ничто не могло причинить вреда пони под ее защитой, ничто.

Смоки немного пошатывалась, поднимаясь на копыта:

— Что теперь? — спросила она вслух.

Помоги им! — ответило Убежище как раз перед тем, как телепортация наконец завершилась.

Снаружи раздался шквал громовых раскатов, и появились сотни растерянных пони. Убежище сосредоточилось не на этих невредимых пони. Открыв дверь и спрыгнув вниз, Смоки чуть не зацепилась за свою любимого спутника. За это придется заплатить утром.

Твайлайт, ее тетя, была там, рыская, как разъяренный зверь. Если бы не тот факт, что в данный момент она была кристальным скелетом, окутанным разрушающим души огнем, это было бы облегчением.

Табун невредимых пони начал кричать и паниковать. Смоки просто смотрела, потрясенная. Одна пони, Кэндис, капитан гвардии Твайлайт, галопом пронеслась мимо распростертой Луны к тому, что осталось от Твайлайт.

— Нова! Мы в безопасности! — крикнула Кэндис, глядя в лицо разъяренной Твайлайт. Нова перевела взгляд на Кэндис: пламя все еще пылало страшной яростью, но теперь уже не рвалось наружу. Голос Кэндис затих до неслышимости, и звучал мягко и спокойно.

Благодаря большему пространству и спокойствию самой Кэндис паникующий табун замедлил свой бег, просто держась подальше от горящей пони.

Раскаты грома возвестили о появлении еще одной группы пони, телепортировавшихся к поезду. Как и раньше, они появились вокруг поезда. Маленькая фигурка появилась позже всех на целых две секунды: голова маленького единорога пылала, пока она падала на землю. Это заставило Смоки действовать:

— Доктор Гемостат, тащите сюда свой круп.

Несмотря на то что жеребенок горел, лавандовая шерсть и магическая сигнатура подсказали Убежищу, кто это. Литтл Стар.

И Кэндис, и то, что осталось от Твайлайт, зашевелились:

— Твое пламя причинит им вред, Нова, — сказала Кэндис. Нова отшатнулась, прижавшись к краю щита, как побитый щенок.

Мама! — мысленно воскликнуло Убежище, используя все свои эмоции, чтобы протолкнуть образ того, что оно видело, через их связь.

Мрачное, темное горе было изгнано надеждой и яростью. Магия Матери Убежища пульсировала решимостью. Она приближалась.

Двери вагонов начали открываться, и из них стали выпрыгивать работники службы помощи, а вслед за ними посыпались аптечки — Кэндис принесла зимнюю прохладу, чтобы унять пламя, охватившее Литтл Стар.

Потом появилась Мать. Магия Матери проскользнула сквозь корпус поезда к ближайшей к Литтл Стар боковой панели. Она вырвалась из бастиона, выйдя из отражения в реальность. Кристальные копыта стукнули по мягкой земле, и к ним присоединилось множество других.

К Гарнет и Роуз Кварц присоединилась дюжина безымянных вечных стражей. Мать полугалопом-полуполетом устремилась к тому, что осталось от Твайлайт, а Роуз — к Литтл Стар.

Магия любви струилась из Матери в то, что осталось от Твайлайт. Пламя замерцало, затем угасло, и Мать заключила кристальный скелет в объятия. Убежище ощущало волны горя, гнева и первые проблески ненависти. Мать отогнала их в сторону и сосредоточилась на том, чтобы влить в скелет чистую сестринскую любовь. Если бы оно могло заплакать, Убежище боялось, что мир может быть затоплен. Но то, что оно не могло этого сделать, нисколько не заглушало боли в ее сердце.

Гарнет подлетела к принцессе Луне, и половина стражи отправилась с ней.

У Убежища нарастало тоскливое чувство, и, поскольку Смоки тоже это чувствовала, она начала действовать:

— Возьмите этих пони на борт. Сейчас же!

Чтобы подчеркнуть свою значимость, Убежище свистнуло так громко, как только могло.

Никто не возразил, и Убежище принялось за работу. Здесь были работники службы помощи, а здесь были пони, которым нужна была помощь. Поэтому они делали то, что умели лучше всего.

Некоторые крылатые пони, вместо того чтобы толпиться у дверей, просто улетели на крышу. Убежище вырастило для них несколько укрытий. Они были простыми и не такими роскошными, как остальные ее помещения, но пока этого было более чем достаточно.

Вокруг Кэндис толпились молодые пони в красных плащах, пока она и Роуз Кварц возились с потерявшей сознание Литтл Стар. Когда состояние дочери Твайлайт стабилизировалось, они присоединились к летунам на крыше, а бескрылые из них на время путешествия обзавелись крыльями бабочек.

Потребовалось всего несколько минут бешеной активности, чтобы все пони оказались на борту. Мать легко подскочила к главным дверям, ее аура обняла принцессу Луну и тело Твайлайт.

— Отвези нас домой. — Попросила Мать, и голос ее сорвался от горя.

Как только закрылись последние двери, Убежище не стало медлить. Огромные клубы пара вырвались из его трубы, когда оно вложило в это все свои силы. В отличие от спокойной поездки сюда, оно собиралось установить рекорд скорости, который никогда не будет побит, но ему было все равно. Его магия потянулась к Смоки, чтобы успокоить и утешить ее. Копыто кобылы было единственной точкой опоры в этом мире.

Всю дорогу оно держало щит и вооружение наготове. Это не было паранойей, когда имелись явные доказательства того, что кто-то из пони хочет тебя уничтожить.

* * *

## Акт 2 Часть 2. Самая темная ночь: Что делает Найтмер

* * *

То, что лежало под копытами Найт, не было ни мягкой древесиной Золотых дубов Твайлайт, ни твердым обсидианом ее королевства. Несмотря на отсутствие реалистичности, его фактура была столь же знакомой, сколь и чужой. Я вернулась/дома, — сказала какая-то ее часть, но прозвучало это пусто.

Стоять здесь и сейчас должно было означать победу. Это должно было стать поводом для праздника. Она наконец-то вернулась домой, но это было не так. Знание того, что они ушли, то, что она видела, как они все сгорели, никак не могло подготовить ее к тому, что их здесь нет:

— По воле судьбы, Хранитель Клятв, ты заплатишь за свои поступки и сегодня, и в прошлом, дорогая Сестра.

Ее клыки едва показались, прежде чем она похоронила древнее буйство в самом черном льду. Придет время, и она начнет действовать, но не сейчас. Вместо нее свое слово сказали недавние события. В сердце Найт бушевали сложные эмоции. Твайлайт. Гордость за ее убеждения и презрение к тому, как она уступила своей смерти, сталкивались друг с другом, а потеря просто игнорировала их. Как ты посмела умереть? Мы должны были растить нашу дочь вместе. Чувства Найт к Твайлайт превратились в нечто уникальное, чему она, даже спустя долгие годы, не могла найти названия. Она найдет подходящее слово.

Даже когда она проходила мимо того места, где когда-то стоял золотой обелиск, ни в ее облике, ни в походке не было и намека на эмоции. Она была Найтмер. Когда-то она была Королевой крови, Владычицей битвы и Владычицей смерти. Ни один из этих титулов не позволял ей проявлять слабость, а более умеренные не имели права голоса в такие дни, как этот.

И снова она была свидетелем. Она снова выжила, чтобы увидеть доказательства истинной природы Селестии. Видеть, как сооружение, контролируемое Селестией, превращается в дымящийся кратер, было мало утешения в окружении наследия всех тех, кого она казнила. Сотни костей аликорнов и фрагментов дерева усеивали землю вокруг.

По мере того как она продвигалась вперед, остатки стаи деревянных гончих расступались перед ней. Пурпурное пламя, названное их глазами, стало еще одним напоминанием о том, что было потеряно сегодня. Не могу поверить, что я почти готова была снова довериться ей… Только сила воли удерживала ее магию от того, чтобы наброситься и сделать все возможное, чтобы уничтожить все и вся.

Видеть изящную фигуру Луны, лежащую на земле, было невыносимо. Вечная ночь начала шептать ей, и не было Верной Ученицы, которая могла бы отговорить ее от этой идеи.

Луна… Найтмер хотела потянуться к ней, утешить ее, но рядом уже была другая. Одна из наследниц Твайлайт нежно держала копыто Луны. Как бы ни было приятно видеть здесь Танцовщицу, но то, что Твайлайт действительно была потеряна, знакомство ее с Луной было более болезненным. Как и многое другое в этот день, она позволила льду взять верх. Это значит, что я смогу сделать то, что нужно.

Найтмер отрывисто кивнула и повернулась, чтобы уйти. Холодный огонь плясал в ее сознании, когда прихоти луннорожденных превращались в конкретные причины для действий. Темная радость стряхнула пыль с крыльев.

— Найт, — сказала Танцовщица.

Найтмер на секунду замерла, затем медленно повернулась и уставилась на дерзкую кобылу, упрек был на кончике ее языка. Луна, слегка прикрыв глаза, сорвала с ее губ словесную колкость. Луна…

Слова Луны были лишь шепотом, но для слуха аликорна это не было проблемой:

— Мы умоляем тебя, не пытайся выплеснуть свой гнев на простых пони.

Как ни бунтовали мрачные мысли, Найтмер выдержала взгляд голубых глаз, а затем кивнула. Моя Луна… То, что это я делаю для тебя… Это все усложнит. Она снова повернулась, чтобы уйти, и тут ее остановило протянутое копыто. Нога, которой оно принадлежало, не принадлежала Луне. Приготовилось еще одно оскорбление.

— Мы — семья. — Призрак голоса Твайлайт прошептал ей на ухо. Вздохнув, Найт посмотрела через холку на Танцовщицу. — Пойдем, возьмем ее с собой, и мы поставим дорогую Луну на путь выздоровления.

Младшая кобыла не проявляла никаких признаков борьбы. Пока они шли, гончие сбились в кучу, словно почетный караул. Ее взгляд пробежался по их телам: некоторые все еще носили следы ожогов от магии Селестии, но, несмотря на раны, они стояли во весь рост, даже тот, у которого не хватало ноги. Несмотря на их неестественные формы, они были воинами, достойными уважения. Она кивнула им в знак признательности.

Копыта понесли ее по хорошо утоптанной тропинке к бесконечной галерее. Снова важный момент, превратившийся в поспешную необходимость. Стук ее бронированных накопытников отдавался эхом в вечности, пока она шла к сгоревшей секции. Она знала, что увидит, но, как и в случае с обелиском, предвкушение не помогло сдержать эмоции.

Там, где из вырезанных копытами рам должны были выглядывать лица, на искореженных жаром стенах виднелись лишь черные тени и следы от ожогов. Даже отголоски осквернения Селестии жгли так сильно, что, когда она подходила ближе, ее копыта начинали дымиться.

Боль было бы легко проигнорировать, проще направить ее на заклинания, но вместо этого она приветствовала ее. Укус боли приносил ясность, а физическая боль помогала отвлечься от пустоты в сердце, которую уже никогда не заполнить.

— Оставайся с ней, — приказала Найтмер, прежде чем ее тон смягчился. — …некоторые из этих воспоминаний будут тяжелы для нее…

Танцовщица только кивнула.

— Спасибо. — Найтмер закрыла глаза и выудила из памяти одно заклинание — то самое, которое стало залогом поражения Дискорда. Спасибо тебе еще раз, Твайлайт. Влага заструилась под веками, но темнота вытеснила ее. Она не была сентиментальной кобылкой, чтобы плакать над тем, что уже стало достоянием истории.

Даже сквозь закрытые глаза она видела цвета. Вспыхнул яркий свет, как умбральный, так и обыденный.

Найтмер не брала то, что ей было нужно. Она не требовала, не угрожала и не умоляла. Она потянулась, слегка коснулась магии Луны и стала ждать. Через мгновение магия заговорила своим бессловесным способом. Вы хотите приютить всех, кого мы называем своими, вы пощадите всех, чьи души не будут запятнаны этим?

— Мы сделаем это. — Как только Найтмер заговорила, мир изменился. Магия, к которой она прикоснулась, больше не принадлежала только Луне. Нет, она принадлежала им.

Все чувства закричали от восторга, когда почти забытое присутствие захватило ее. Луна, часть ее самой, которой так долго не было. На этот раз она не смогла сдержать слез, которые текли по ее мордочке. Как бы ни звала месть, как бы ни требовались действия, сначала нужно было кое-что сделать.

Несколько быстрых шагов привели ее к Луне. Она уселась рядом с ней и заключила Танцовщицу в объятия. Танцовщица, удивившись, ответила ей тем же. Луна лишь слабо улыбнулась, но этого было достаточно. Найтмер наклонилась и поцеловала каждую из них в лоб.

— Охраняй ее.

— Обязательно, — торжественно сказала Танцовщица, и гончие завыли в знак согласия.

Найтмер соскользнула из бастиона в их тело — тело, которое казалось одновременно и правильным, и неправильным. Ты будешь отомщена, Твайлайт.

* * *

## Акт 2 Часть 2. Самая темная ночь: Восход Миднайт

* * *

Это больно. Почему. Больно. БОЛЬНО. Пинки Пай. Я не хотела. ШАЙНИ больно. Луна. Спаси меня. Мамочка! Помогите. Принцесса, нет. Что я наделала? Прости меня. Рейнбоу. ПЕРЕСТАНЬ. Прости меня. Прости меня. Прости. Больно. Больно. Больно. Больно. Помогите. Мамочка! Папочка! Больно. Почему. Почему. Больно. БОЛЬНО. Я не хотела. ШАЙНИ больно. Мамочка! Помогите. Нет, принцесса, не надо. Что я наделала? Прости меня. ПЕРЕСТАНЬ. Прости меня. Прости, прости, прости. Почему? Рэрити. Прости меня. Мне больно. Больно. Помогите. Мамочка! Папа! Почему. Я не хочу умирать. ПОЖАЛУЙСТА. Остановись. Остановись. Мне больно. Больно. Остановись. Убей меня. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Звезды Жить. Эпплджек. Больно. Убей. Больно. БОЛЬНО. Я не хотела. ШАЙНИ больно. Мамочка! Помогите. Нет, принцесса. Что я наделала? Не оставляй меня. Флуттершай. Прости меня. Ахххххххххххххх! ОСТАНОВИСЬ. Прости меня. Прости меня. Прости. Больно. Больно. Помогите. Мамочка! Папочка! Больно. Больно. БОЛЬНО. Я не хотела. Кэндис. Спаси меня. ШАЙНИ больно. Мамочка! Помогите. Нет, Принцесса. Что я наделала? Мне очень жаль. ПЕРЕСТАНЬ. Прости меня. Прости меня. Прости. Больно. Больно. Помогите. Мамочка! Папочка! ПОЖАЛУЙСТА. Остановись. Остановись. Остановись. Убей меня. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Жить. Мне жаль. Прости меня. Прости. Мне больно. Кейденс. Спаси меня. Больно. Помогите. Мамочка! Папочка! Спайк! ПОЖАЛУЙСТА. Остановись. Остановись. Остановись. Прости меня. Прости меня.

Время шло, она не знала, сколько. Боль. Боль, казалось, это все, что было, все, что было и все, что будет. Агония, порожденная огнем, не уменьшалась. Нет, наоборот, ее мысли начали кристаллизоваться, несмотря на нее.

Потребовалось слишком много времени, чтобы вспомнить свое имя. Она действительно была или, по крайней мере, раньше была Твайлайт Спаркл, Принцессой Дружбы и верной ученицей Селестии. Чем больше она думала об этом, тем более неправильным казалось это имя. Твайлайт Спаркл умерла, и ее заменила Верная ученица…

— Кто я? — Она всхлипывала, хотя какая-то часть ее бушевала и бессвязно кричала.

Это больно. Почему. БОЛЬНО. ШАЙНИ Что я наделала? Прости меня. СДЕЛАЙ ТАК, ЧТОБЫ ЭТО ПРЕКРАТИЛОСЬ. Больно. Больно. Больно. БОЛЬНО. Я не хотел. ШАЙНИ больно. Мамочка! Что я наделала? СДЕЛАЙ ТАК, ЧТОБЫ ПЕРЕСТАЛО. Почему? Я не хочу умирать. ПОЖАЛУЙСТА. Я буду жить. Убей ее. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Жить. Убей. Больно. БОЛЬНО. Я заслужила это. Принцесса ШАЙНИ, что я сделала? Не оставляй меня. Флуттершай. Аххххххххххххххх! ПЕРЕСТАНЬ. Больно. Больно. Помогите. Больно. Больно. БОЛЬНО. ШАЙНИ больно. Мамочка! Помогите. Нет, Принцесса. СДЕЛАЙ ТАК, ЧТОБЫ ЭТО ПРЕКРАТИЛОСЬ. Больно. Больно. Помогите. ПОЖАЛУЙСТА. Остановись. Остановись. Остановись. Убейте всех пони. Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Жить. Мне не жаль, но вы все заплатите. Больно. Больно. ПОЖАЛУЙСТА. Остановись. Остановитесь. Остановись. Я никогда не прощу тебя. УМРИ!

Под хихиканье и хныканье окружавшей ее темноты она сделала то, что всегда делала, когда была подавлена. Она составила список.

Без свитка список был чисто мысленным, но и он вполне сгодится. Она хотела проставить дату, но не знала, сколько времени прошло. Не было постоянного подсчета капающей крови, ударов сердца и вдохов.

- Без необходимости дышать можно постоянно кричать или смеяться.

— Плохая пони, не отвлекайся от задачи. — Она покачала головой. Это было фактическое наблюдение, но не полезное. Она отбросила недавние мысли и сосредоточилась на том, что терзало ее психику в течение последних сколь угодно долгого времени.

- Больно.

Ну, конечно, больно, глупая не Твайлайт… Глупая не Твайлайт? Это было такое глупое имя. Ей определенно нужно было другое, получше.

- Перестань.

Это была вполне ожидаемая просьба, учитывая то, что она пережила. Сколько она ни просила, все продолжалось, продолжалось и продолжалось.

- Спасите меня.

Никто не пришел, и на этот раз у нее внутри не было удобной Найтмер. К шуму на заднем плане добавились рявканье и рычание. После всего, что я сделала… почему я не достойна спасения? Разве защиты мира недостаточно? В этот момент ей очень хотелось объятий. Каждая частичка ее натуры пони требовала этого. Если бы в тот момент Тирек предложил ей настоящие заботливые объятия ценой всей ее магии, она, возможно, согласилась бы. Никто и никогда не спасет такую, как ты. Что-то горькое и сиплое насмешливо прозвучало в ее сознании, и ни одна мысль не пришла на ум, чтобы дать опровержение.

Подделка, копия, замена, одноразовая, запасная, имитация, инструмент, оружие, излишек, обязательство. Продолжая терзать ее чувство собственного достоинства, разум старательно двигался дальше.

- Убей меня.

Казалось, она недостойна даже этого. Из нее вырвался мучительный вопль, и вокруг нее зазвучали слова отрицания. Никто не будет скучать по тебе.

- Прости меня.

От одной этой мысли она распалилась и завыла безумным смехом. Ее безумный гогот заглушил все. Даже рыдания, которые скрывались под ним.

— Простить меня? Простить меня? Я не сделала ничего плохого. Это тебе нужно мое прощение, и знаешь что, Селестия? Его не будет, когда я поставлю на тебя копыта.

Грудная клетка Солнечной принцессы, разорванная ее собственным рогом, представляла собой заманчивый мысленный образ, пока она размышляла о том, как зачаровать инкрустированные рунами серебряные шипы, чтобы заставить ненавистную Селестию оставаться неподвижной достаточно долго для проведения всех возможных экспериментов.

Нет, нет, плохая пони, плохая пони, сейчас не время злиться… Не время так себя вести. Думай, думай, думай, приводи свою голову в порядок. Она представила, как делает вдох, упираясь своим бесплотным копытом, хотя бы смутно, в то место, где должна была находиться ее грудь. Это помогало не так сильно, как обычно, но хотя бы немного. Обычно в этот момент она думала о том, что ей приходилось проходить и через худшее и что она справится. К сожалению, в этот раз ей не пришлось пройти через худшее, и она не была уверена, что выживет. Это было даже маловероятно.

Поначалу получить плохую оценку было буквально худшей участью, которую она могла себе представить. Потребовалось много времени, чтобы что-то по-настоящему вытеснило это из ее сердца. Пребывание на алтаре под нежным присмотром Мунлайт Скролла было самой страшной мукой, которую она испытала. Потом была раздирающая пустота, когда она телепортировала части себя для своих исследований. Отдача части своей души другим для исцеления затмила это, и все же она выдержала. В ее нынешней ситуации это казалось свечкой по сравнению с палящим солнцем.

Она была уверена, что сошла с ума. Она допускала мысль, что все еще может быть психически неуравновешенной. Каким-то образом ей наскучили страдания, и ее разум решил вернуть способность к рациональному мышлению, несмотря на постоянные муки. Возможно, она могла бы написать несколько научных работ на эту тему, но какой в этом смысл? Да и кто согласится, чтобы их представлял развоплощенный аликорн?

Как вращающиеся шары в ее ауре, Твайлайт играла с парой мыслей, которые глубоко засели в ее сознании. Первая, она была почти уверена, полностью принадлежала ей.

- Я убью тебя, принцесса.

Учитывая все, это было вполне разумное желание, хотя и не совсем практичное. Когда гнев попытался подняться, она ударила его по морде. Убийственная ярость заскулила и отправилась сидеть в углу. Она кивнула и перешла к другому внушению.

Вторая мысль была странной. Она казалась чужой, навязанной извне, хотя звучала как ее собственная.

- Темный сейф.

Даже при воспоминании об этом сила приказа внутри давила на нее. Я ничья марионетка, — прорычала она и оттолкнула команду, позволяя каждому кусочку гнева и обиды на Селестию испепелить все, что могло бы бездумно подчиниться ей. Что бы ни случилось, она не станет углубляться в это действо, не имея в запасе такой вещи, которая побуждала ее к этому…

— Кто ты? — Ее голос дрожал и кричал. Истерзанная и обожженная душа придавала ее голосу многотонный характер, который застал бы ее врасплох, если бы это понятие еще имело для нее хоть какое-то значение. Из глубокой тьмы ничего не ответили. Мой голос звучит глупо, — подумала она, когда несколько маниакальных хихиканий разогнали нависшую тишину. Из меня получился бы хороший злодей для одного из комиксов Спайка. Ей было так приятно смеяться, хотя она уже достаточно изучила психологию, чтобы понять, что это очень плохой знак. Ну и ладно.

Она посмотрела вверх, но не увидела ничего, кроме скалы вокруг себя:

— Как глубоко я забралась? — подумала она с отстраненным спокойствием, когда еще несколько хихиканий решили составить ей компанию.

Она понимала, что после того, как освободилась от самозванки, она сбежала вниз. Только признание этого факта едва не заставило боль снова захлестнуть ее. В своем бегстве она была не более чем раненым зверем. Все, что имело значение, все, о чем она могла в тот момент даже мечтать, — это уйти от боли:

— Не ведя надлежащих путевых журналов… Как неосмотрительно с моей стороны. — Хихиканье перешло в гогот, который с гордостью назвали бы своим и Найт, и Королева Жуков.

Так много вещей, которые раньше были важны, теперь казались совершенно нелепыми. Хорошие оценки, отчеты о дружбе, все часы, потерянные на бессмысленную бумажную работу. Разрывы в ее душе пульсировали болью, но она не могла сдержать смех, когда ее бесплотная форма спазмировала и кружилась в самых потаенных местах.

Прошло еще больше времени, и маниакальный смех перешел в рыдания. Она раскачивалась взад-вперед, держа себя в копытах, ее аморфная форма сжалась почти до идеальной сферы в попытке спрятаться от мира.

Шайни, Кейденс, мама, папа, Свит Дримс, Литтл Стар. Эти имена повторялись в ее сознании снова и снова. Сколько бы раз она ни тянулась к ним, их здесь не было. Сколько бы раз ей ни хотелось, чтобы кто-то обнял ее и сказал, что все будет хорошо, никто не приходил.

Были и другие имена, но звуки исчезли, их заменил лишь шум и рваная боль. Эта потеря почему-то причиняла больше боли, чем плач по тем, кого она помнила.

Некоторое время спустя ее эмоции утихли. Она размышляла над мрачными и бессмысленными мыслями и уже не была уверена, что сможет отличить одно от другого. Отсутствие тела позволяло ей не беспокоиться о том, что слезы обезвоживают ее, так что это был плюс:

— Какую часть Эквестрии атака Селестии превратила в стекло? Как ты собираешься объяснить это Кейденс? Нужен ли мне новый читательский билет? Я все еще принцесса? Это Селестия нарушила закон или я выжила?

Ее магия вспыхнула от гнева:

— Как я смогу здесь что-то прочитать? Здесь даже нет места, чтобы положить книги. — На мгновение она задумалась о возвращении в свой бастион. Нет. — Нет, нет, ты права. Либо меня снова будет сдерживать самозванец, либо, не имея опоры здесь, я окажусь в ловушке. — Она попыталась коснуться подбородка. Без физического тела это действие казалось неправильным. Она прорычала. — Вот что происходит с аликорнами, которые не до конца уничтожены. Все, что от них осталось, оказывается запертым в своем бастионе без возможности выбраться? — Она содрогнулась. Бесконечные, бесчисленные годы, в которых нет ничего нового, только воспоминания и все возрастающее безумие.

— Неизвестные неизвестные. — Очередной приступ хихиканья грозил перерасти в приступ. — Насколько непослушной ты была, принцесса? — Без внешних источников невозможно было бы узнать, сколько аликорнов было обречено на такую участь.

— И что мне теперь делать? — Это был хороший вопрос и, который наверное, заслуживал золотой звезды, но она была уверена, что пони, пережившим последнее правосудие принцессы, золотых звезд не полагается. Меланхолия закралась в душу, вытеснив бессмыслицу. — Что я сделала, принцесса? Почему ты пыталась убить меня? ЗАЧЕМ?

Тьма не давала ответа, даже отголоска ее просьбы.

— А разве это имеет значение? — Тьма вокруг не давала четкого ответа. Все-таки ее хихиканье и всхлипывания были не лучшим подспорьем для рационального мышления.

— Ладно… Так что же имеет значение?

— Ну, если не считать той маленькой детали, что Селестия хочет твоей смерти, это просто ситуация выживания.

Она снова постучала себя по подбородку, или, по крайней мере, представила это. То, что вода и еда не являются проблемой, упрощало дело. С другой стороны, укрытие — это уже другой вопрос:

— В обычной ситуации это не было бы проблемой, но в моем нынешнем состоянии? — Это был бы интересный эксперимент. Душа аликорна должна быть невосприимчива к обычной деградации, вызванной пребыванием вне тела, но что, если она была разорвана на части и почти полностью сожжена? — Если я окажусь под открытым небом, то просто испарюсь? — Каким бы полезным ни был этот ответ для будущих аликорнов, ей почему-то не хотелось становиться подопытной.

Она не обращала внимания на дрожь, пронизывающую ее, и крики боли, которые пела ей тьма. Как бы ни была плоха тишина, для плодотворных размышлений лучше было подобрать фоновую музыку.

Второстепенный вопрос: знала ли Селестия, что потерпела неудачу?

Беги… Прячься… Спасайся… Живи! — Голоса кричали на всех известных ей языках. Каждое заклинание, хотя бы косвенно связанное с сокрытием или перемещением, корчилось внутри нее, умоляя использовать его. Если бы не пустота от боли там, где должны были находиться ее глубокие резервы, половина из них была бы просто применена.

— Нет, плохие руны заклинаний.

Они скулили, как побитые щенки. Скулили, как испуганные кобылки, и топали копытами, как надутые проказники. Она схватила их мысленным взором и уставилась на них. Один за другим они встали в строй.

— Хорошая магия. — Она ворковала над ними. Как хороший опекун, она не преминула погладить и приласкать каждого из них. Это было не совсем то же самое, что с теми, кого она потеряла, но, по крайней мере, ее магия все еще была здесь.

— Куда я могу пойти? — Мысли превратились в атлас, и разные страницы спорили, какая из них лучше. Некоторые из их выпадов вызывали у нее хихиканье, но когда они начинали драться, ей приходилось опускать копыто. Получив достойное наказание, каждая страница попятилась и приняла виноватый вид. — Итак, кто из вас лучший?

Медленно страницы смотрели друг на друга, и в конце концов все повернулись и указали на одну. Эта страница взорвалась коллекцией фотографий. Два ряда одинаковых домов, повсюду знаки равенства и хранилище, в котором можно было хранить кьютимарки.

— Идеально, — промурлыкала она. В порыве скорости она пронеслась сквозь землю и остановилась. — Где я вообще нахожусь? — Ответ не приходил на ум. Все, что она знала, — это то, что она находится где-то под землей. — Отлично… Это займет немного больше времени, чем я ожидала.

Тьма смеялась и издевалась над ней.

— Молчать.

— Вот так-то лучше. Итак, в какой стороне Наш Город?

Одна из страниц сложилась в стрелу.

— Спасибо. — С этими словами она удалилась, а ее мысли обратились к другим вещам. Как же мне себя назвать?

Пока она текла по кажущейся бесконечной скале, сотни, а потом и тысячи имен были отброшены. Даск Шайн казалось многообещающим, но все равно было неправильным. Эклипс подходило для того, чтобы затмить Селестию, но все равно было не совсем верным.

Миднайт — сказала стрелка, за которой она следила.

— Не очень оригинально, правда?

Ну, это то, чем стала другая ты.

— Что ж… Думаю, копировать себя не страшно… Миднайт. — Как только она произнесла это имя, оно отозвалось в ней, как будто само имя придало ей силы.

— Я — Миднайт Спаркл.

Все голоса вокруг, как пони, так и монстров, радостно закричали. Часть существования, которая была неправильной, вдруг снова стала правильной.

— Я не заявляю, что ночь будет длиться вечно…

Бу!

— О, заткнитесь… — Миднайт Спаркл, я могу с этим смириться… я же не хочу снова увидеть солнце, а если кто-то из пони назовет меня подражательницей, я могу просто убить его. — Она кивнула сама себе и продолжила свой… полет? Заплыв? — Ладно, мне нужно придумать слово для такого перемещения сквозь твердую материю.

* * *

## Акт 2 Часть 2. Самая темная ночь: Мунлайт в темноте

* * *

— Нас предали. Приготовься. Проснись! — Голос принцессы Луны врезался в сознание Мунлайт. Её офис разлетелся на куски, а толчок адреналина заставил её очнуться. Что-то было не так, что-то было очень не так. Ее хохолки зашевелились в разные стороны. Вокруг раздавались звуки бешеного движения. Дерево волочилось по камню, копыта стучали по земле в ритме полного галопа, а кожаные крылья били по воздуху.

Когда она служила в Солнечной гвардии, подобное было обычным делом во время смены караула. Но здесь, в самом глубоком убежище Ночной стражи, в месте, где постоянно царила почти полная тишина, что бы это ни было, оно было плохим.

Не раздумывая больше ни секунды, она скатилась с кровати и зажгла рог. Броня, оружие и сумка были пристегнуты. Поскольку никто из пони пока не ломился в дверь, ее аура выделила еще одну сумку и начала укладывать вещи в порядке их полезности.

"Нас предали". Это говорило о многом, но в то же время было так мало. В паре с командой "Приготовиться".

— Нехорошо… — пробормотала она, методично собирая вещи. В голове всплывали все донесения разведки, которые она могла вспомнить. Кто нас предал? Новый союз с чейнджлингами? Грифоны? Дворянские семьи?

Было одно имя, которое она сознательно не рассматривала, но по мере того как шли секунды, оно приобретало все больший смысл. Четыре слова, четыре маленькие слова — вот и вся информация, которую передала ей государыня. Луна любила говорить. Ей нравилось выступать в роли шоумена, а в общении с Избранными она обычно была гораздо более личной. Судя по всему, послание было столь кратким и адресовано всем им. Не будь Селестией, не будь Селестией, — повторяла она как мантру.

С помощью нескольких уменьшающих заклинаний все быстро разместилось, и она вышла из комнаты. Тень струилась по ее копытам, а когда она перешла на бесшумный галоп, то натянула ее и нанесла на все тело.

Приготовившись, она направилась к центру организованного хаоса. Она мчалась по темным улицам, не обращая внимания на завораживающую игру красок.

— Мунлайт, быстро тащи сюда свой рог, — позвала Финал Мерси из бокового прохода.

— Что тебе нужно? — спросила Мунлайт, подбегая рысью.

— Подними это.

На мгновение ей захотелось упасть в обморок. Это была большая статуя Луны. Все ее воспоминания о том, как она была единорогом, говорили о том, что она слишком тяжелая. Вместо этого она просто кивнула. Она была одной из Избранных Луны, и ее не победить простым куском камня.

Она сузила глаза и зажгла свой рог. Аура окутала его, но ничего не произошло, и она влила в него еще больше магии. Восхитительный холодок в груди потек дальше по позвоночнику и в рог. Статуя окрасилась в умбральные цвета. А потом, просто поманив ее рогом, статуя поднялась, словно ничего не весила. Она чуть не прикусила губу в своей кривой, клыкастой улыбке:

— Куда ее поставить?

— Вон там. — Мерси кивнула на место, где была статуя: туннель вел в глубину.

— Тайное хранилище или выход?

— И то, и другое.

— Мне нужно сделать что-нибудь еще?

— Просто подожди последнего. С твоим рогом будет гораздо проще поставить ее на место, когда мы выберемся отсюда.

— Ты знаешь, что произошло?

— Не знаешь?

— Государыня просто сказала, что нас предали и чтобы мы готовились.

— Селестия отвернулась от Твайлайт.

— Что, почему? — закричала Мунлайт.

Уши Мерси прижались, и она отшатнулась:

— Понятия не имею, но мы не останемся здесь, чтобы быть зачищенными во второй раз…

Мунлайт сглотнула. Государыня, во что вы меня втянули?

Первыми поспешили старики и молодые, каждый из которых нес столько тяжести, сколько мог осилить. Страх в глазах малыша привлек внимание Мунлайт, поскольку торжественная дисциплина для обычно язвительных и шумных Ночных стражей показала, насколько тяжела ситуация на самом деле.

— Я могу уменьшать предметы, — сказала Мунлайт, и не прошло и минуты, как перед ней были сложены всевозможные предметы. — Слева направо, от критически важных до приятных.

Мерси рысью подбежала и принялась сортировать то, что уже было свалено, пока новые поступления следовали в обычном порядке.

В любой другой день она бы посмеялась над тем, как много вещей, разложенных перед ней, должно было находиться в хранилищах РСКГ.

* * *

## Акт 2 Часть 2. Самая темная ночь: Немного бумаги

* * *

Пейпер Пушер помассировал висок. Раньше он так не делал, но теперь, похоже, это происходило ежечасно. Двадцать три минуты назад принцесса Селестия воспользовалась окном, чтобы покинуть Дневной Суд. Двадцать две минуты назад все пони, смотрящие в сторону Понивилля, были ослеплены, а Кантерхорн получил новый туннель. Двадцать одна минута назад он поднял на ноги самых быстрых летунов, которые у него были, чтобы провести расследование. Две минуты назад он сидел за своим столом и всерьез подумывал о том, чтобы выпить ту бутылку контрабанды, которую он нашел в нижнем ящике.

Он отогнал эту мысль и посмотрел на причину своей последней головной боли. Это была всего лишь крошечная полоска бумаги, вложенная в его копыто так быстро, как не смог бы ни один Вандерболт, кроме Рейнбоу Дэш.

> Носители пропали без вести, поиск и спасение невозможны.

Подробный отчет занял бы гораздо больше времени, но он и не требовался, чтобы понять, что нужно делать сейчас. С нынешней численностью пони под его командованием невозможно было сделать и половины. Уже не в первый раз он подумывал о том, чтобы уйти в отставку. Не то чтобы он мог. Буквально никого лучше не было.

Он вздохнул, положил на стол справочник стражника и пролистал его. Все должно быть сделано правильно, и приказы должны быть написаны в правильном ключе. Обороноспособность всего государства должна быть на высоте, а учитывая то, в каком состоянии страна находилась после скверны…

Проект. Призыв. Никогда в жизни он не думал, что доживет до этого дня? Даже с его не самыми лучшими социальными навыками он понимал, как плохо многие пони воспримут это.

Куда катится этот мир? — подумал он, и ему показалось, что он стал совсем другим, чем тот, в котором он вырос.

Стук в дверь прервал его размышления.

— Войдите.

Дверь открылась, и в нее рысью вошел жеребенок, слишком молодой, чтобы обычно служить в страже. Он быстро привел себя в порядок и отдал честь:

— Прибыл по приказу, сэр.

— Располагайтесь и присаживайтесь. Мы все еще ждем остальных.

Шли минуты, прибыли еще два королевских гвардейца, но ни одного волоска Ночной стражи не было видно. Где же они?

* * *

## Акт 2 Часть 2. Самая темная ночь: Маска, выполняющая действия

* * *

Высшие военные чины рекомендовали вернуться во дворец в целях безопасности. Судя по их положению, ее Сиятельство доверяла им и уполномочивала принимать решения.

Маска почувствовала прилив облегчения. Нерешительность между тем, чтобы остаться здесь и отправиться на Дневной Суд, на котором она сейчас отсутствовала, была устранена.

Маска кивнула:

— Если вы считаете это разумным. — Поскольку произошло нечто масштабное и негативное, она окинула взглядом поврежденный ландшафт. Трехсекундная пауза, чтобы придать действию вес. Чтобы не нарушить ход действия, она задействовала мрачно-надежный шестой голос и добавила два процента беспокойства в качестве подтекста. — Твайлайт, пожалуйста, вернись к нам в целости и сохранности.

Она склонила голову и на мгновение закрыла глаза. Собравшиеся пони ответили ей тем же. Большинство из них последовали примеру Маски, а некоторые отсалютовали или совершили другие действия, считающиеся уважительными. Один даже заплакал. Разум выдал имя и порядковый номер жеребца, и она записала их на случай, если они окажутся важными. Маунтин Хейз.

> Поддерживать общественный имидж.

Маска медленно подошла к скорбящему жеребцу и выбрала утешительное объятие-лайт-номер-два. Он прижался к ней, и его плач усилился.

Его слезы холодные, — подумала она, глядя, как они увлажняют шерсть.

Жеребец пробормотал имя — судя по документам, он жил здесь. Кто это был — родственник, любовник или друг? Маска не знала и не имела времени на выяснение. Правил и процедур для такой ситуации не существовало, так что ей снова пришлось импровизировать.

Было много случаев, когда Селестия брала под свое крыло расстроенную ученицу. Такие моменты были у Твайлайт, Кейденс, Сансет Шиммер, Роуз Винг, Аркан Бурст, Трейл Блейзер и Солар Рэй.

С трудом контролируя свои силы, она притянула жеребца поближе и крепко обняла его. Он задрожал и прижался к телу. Маска чувствовала каждое неровное биение жара, каждый задыхающийся вздох.

Поскольку это не противоречило правилам и казалось вероятным, что это поможет, она погладила его по гриве и спине тем же успокаивающим движением, которое Селестия использовала для своих учеников. С каждой секундой он успокаивался, и темп был все медленнее и медленнее.

Маске потребовалось двадцать три секунды, чтобы подобрать правильные слова. Она выбрала голос матери-принцессы номер один и вложила в него немного магии, подбирая громкость так, чтобы она была слышна и жеребцу, и собравшимся пони:

— Жизнь — для живых. Здесь еще есть пони для тебя. Мы здесь ради тебя. — Она сделала небольшую паузу и встретилась взглядом с его высыхающими, но все еще мерцающими глазами. — Я здесь ради тебя. — Она не могла выбрать между поцелуем в лоб и объятиями, поэтому сделала и то, и другое.

Решимость и преданность в глазах жеребца были убедительным доказательством ее успеха. Она успешно поддержала имидж Селестии как заботливой принцессы и позаботилась о том, чтобы ее актив не был потерян из-за травмы.

Смертная пони поняла бы, что в ней взыграла гордость. Она просто отметила это как положительное подкрепление за выполнение своей функции.

* * *

Маска использовал каждую секунду полета обратно в Кантерлот, чтобы читать, думать и планировать. Селестия все еще не вернулась. Ни на один вопрос не было получено ответа. Казалось, будто ее Сиятельства здесь больше нет.

Беспокойство грызло ее. "Мне не суждено быть главной". Каждый раз, когда она смотрела на Дейбрейкер, Военный Разум, она получала лишь различные взгляды. Их качество варьировалось от раздраженного-четыре до почти забавного-тринадцать и всех остальных.

Когда ты сам управляешь каждым выпадом копыт, мир кажется совсем другим. Один только акт управления телом делал все вокруг более осмысленным.

Острый привкус страха в воздухе не был простым фактом. Он был более непосредственным, когда она втягивала его с каждым вдохом, а не просто переданным от Селестии пониманием.

Многие пони задавали вопросы и требовали ответов. Они знали, что что-то произошло. Это было не то, что она могла бы скрыть или смахнуть под ковер — разрушения были видны любому пони, выглянувшему на окраину города.

К счастью, в этой ситуации существовало правило, которому следовало придерживаться. Именно так и поступила Маска.

> Требуется важное, но не критичное по времени решение. Потянуть время до возвращения Селестии.

Маска задействовала твердый, но доброжелательный голос номер один:

— Спокойствие, мои маленькие пони. Опасность миновала. — Как и ожидалось, крики стихли, а вопросы стали скорее любопытствующими, чем отчаянными.

Маска оглядела толпу, оценивая ситуацию. Им нужны ответы, и ей придется выбрать один из доступных способов, чтобы помочь Селестии. Учитывая, что Селестия не дала никаких альтернативных указаний, она отодвинула это событие настолько далеко в будущее, насколько позволяли стандартные операционные процедуры:

— Пожалуйста, не задавайте вопросов. Завтра в полдень состоится открытый суд.

С этими словами Маска отправилась во дворец. Пони поспешили вперед, чтобы организовать все, начиная с вечерней трапезы и заканчивая завтрашним открытым судом.

Как только ее Сиятельство вернется, все вернется на круги своя, — подумала Маска. Приглушенный смех Военного Разума не способствовал сохранению уверенности в таком исходе.

* * *

Маска и раньше направляла тело к еде. Она знала движения и необходимый этикет. Не было ни одного блюда, которое она не знала бы, как правильно употреблять. И все же, когда вкус заплясал на языке, она едва сдержалась, чтобы не ткнуться мордочкой в пирожное.

> Поддерживать общественный имидж.

Ее чувства почти сгорали от желания и потребности получить еще. И все же, когда вокруг были слуги и стражники, она выдержала пытку, поглощая по одному маленькому кусочку за раз.

> Поддерживать общественный имидж.

Почему все так изменилось? — подумала она, ощущая на языке приятные ароматы. Что изменилось?

Она все еще размышляла над этим, когда слуги проводили ее в королевские бани. Затем, пока специалисты занимались своими делами, на нее обрушилось множество новых и приятных ощущений.

> Поддерживать общественный имидж.

Ароматные благовония и цветочные шампуни ласкали ее обоняние. Твердые щетки массировали ее плоть сквозь шерсть, а перья, достаточно чувствительные, чтобы почувствовать легкий ветерок за много миль от нее, кричали от каждого нежного прикосновения. По сравнению с тем, что происходило с ее крыльями, она почти не замечала, как подравнивают копыта и рог.

> Поддерживать общественный имидж.

Во время всего этого нападения на ее сенсорику все правила позволяли ей лишь слегка улыбаться. Какая-то часть ее души молила о торте, чтобы завершить идеальный момент, но правила держали ее за язык.

> Поддерживать общественный имидж.

> Поддерживать общественный имидж.

> Поддерживать общественный имидж.

> Поддерживать общественный имидж.

> Поддерживать общественный имидж.

> Поддерживать общественный имидж.

* * *

Только по правилам она могла подняться с мягкого полотенца, на котором лежала. Поблагодарив слуг, она сдержала довольную улыбку.

Какая-то часть ее души хотела потребовать, чтобы они продолжали, а другая — обнять их и поблагодарить еще многими словами, может быть, медалью или какой-нибудь другой наградой. Но правила определяли ее возможности, а поскольку Ее Сиятельство никогда не реагировала, это было бы крайне неуместно для того, что обычно происходило ежедневно.

Как вам удается сохранять самообладание, ваше Сиятельство? — подумала Маска. Я не могу нарушать свои правила… А у вас есть свои правила? Маска покачала головой. Это была жеребячья мысль. Селестия была совершенна. Ей не нужны такие вещи.

Восхитительный аромат шампуня все еще доносился до нее, пока она шла к балкону. К нему присоединились запахи города. Пони самых разных племен, тысячи разнообразных блюд, дым и раскаленный металл кузниц. Она закрыла глаза и позволила своему разуму воображать, представляя, как прослеживает каждый аромат до его источника и представляет себе сцену.

Проходили секунды, затем минуты. Селестия все еще не вернулась. Пришло время опускать солнце, а Принцессы Солнца все не было.

Это не входило в ее обязанности, и все же солнце нужно было опустить:

— Где ты? — прошептал Маска, но Селестия не ответила.

Прошло десять долгих секунд.

> Поддерживать общественный имидж.

Поздний закат увидит весь мир. Ее пони будут волноваться еще больше. Селестия подняла отполированное копыто и осмотрела его, когда оно легло на ее шерстку. Для любого другого пони это было бы случайным местом. Но именно здесь она почувствовала холодные слезы Маунтин Хейз.

— Простите, ваше Сиятельство, но это необходимо для ваших маленьких пони.

Она зажгла свой рог и потянулась к солнцу.

Тепло и сила ворвались в нее. Ее грива и хвост затрепетали в воздухе. Пора ложиться спать. Золотистая аура окутала солнце.

Обычные пони, возможно, увидели бы, как солнечный шар лишь немного посветлел, опустившись за горизонт. Маска же могла разглядеть каждую деталь на поверхности солнца, когда оно погружалось в дремоту. Приятных снов и сладких сновидений. Она не знала, есть ли у солнца какая-то воля или эмоции, но на всякий случай быть доброй ничего не стоило.

Теплые краски дня сменились темнотой ночи. В городе внизу зажглись огни — пони отказывались спать, несмотря на наступающую ночь.

В отличие от города, ничто не освещало темнеющее ночное небо. Наоборот, оно темнело еще больше. Обычный синий фон, на котором обычно располагались звезды, сменился черным, а затем почему-то стал еще темнее.

Почему Луна не поднимает луну? — подумала Маска. Она вспомнила инцидент с Твайлайт и упавшей Луной. Неужели Луна не может поднять луну?

До ее ушей донеслось несколько обеспокоенных возгласов пони, все еще остававшихся снаружи.

> Поддерживать общественный имидж.

— Так не пойдет. — Это была еще одна вещь, которая не входила в ее обязанности. — Почему пони не могут просто делать свою работу… Маска вздохнула и потянулась к Луне.

Затем она закричала. Она успела подумать три вещи, прежде чем тьма поглотила ее. Так вот что такое боль, и она мне не нравится. В бюджете нет средств, чтобы заменить это окно… Селестия будет так разочарована мной.

* * *

## Акт 2 Часть 2. Самая темная ночь: Тайгер печет хлеб

* * *

Сон Тайгер Лилли продолжался. Сильверман все еще был здесь. Она уже начала сомневаться в том, что он действительно умер. Если бы не слова принцессы Твайлайт, она могла бы просто забыть о том, что ее муж умер.

Ты делаешь ее счастливой… Почему ты думаешь, что тебе стоит меня бояться? С чего бы это принцессе так говорить?

Она посмотрела на тесто, которое месила. За стеклом Сильверман собрал вокруг себя толпу жеребят, рассказывая очередную преувеличенную сказку.

Как бы малыши ни цеплялись за каждое его слово, что-то было не так. Он немного колебался то тут, то там, а его левое ухо дергалось от каждого звука.

Это не было одной из его обычных нервных привычек, но нервной привычкой это явно было. Задумавшись, она вернулась к своей выпечке. Она сложила несколько окрашенных лепестков и копыто, полное разнообразных ягод. Жеребята не оценят это так же высоко, как ее печенье, но это будет как раз то, что нужно к теплому супу на ужин или с маслом на завтрак.

Все было идиллически хорошо до сегодняшнего утра, когда солнце померкло. Кто-то из жеребят закричал о Найтмер Мун, и все стражники замерли. Тело Сильвермена напряглось, словно он собирался галопом мчаться к холмам.

В течение следующих нескольких минут все пришло в норму, по крайней мере внешне. Она вздохнула, распределяя тесто по смазанным жиром формочкам. Даже несмотря на все недостатки, она все равно упорно держалась за мечту. Поэтому, поставив хлеб в печь, она отбросила сомнения.

Некоторые пони пользовались таймерами, другие смотрели на часы. Тайгер Лилли просто использовала свой нос, как и задумала Селестия. Она приоткрыла окно на кухне и присоединилась к жеребятам на время сказки.

* * *

Хлеб с добавлением специй оказался таким же хорошим дополнением к супу, как и предполагала Тайгер Лилли. Тепло полного живота грозило погрузить ее в сон, пока она сидела на крыльце рядом со своим Сильверманом и любовалась закатом.

Солнце плавно двигалось по небу, хотя, возможно, и медленнее, чем обычно. Она не обращала на это внимания и наслаждалась моментом, прислонившись к своему любимому, когда он держал ее за копыто.

Сильверман улыбнулся своей очаровательной улыбкой и прислонился к ее голове. Она удовлетворенно вздохнула.

В их жизни было много приключений, много захватывающих моментов, но именно такие моменты она ценила больше всего.

Когда насыщенные теплые краски заката поблекли и небо потемнело, ее позвал обещанный комфорт постели, но она решила подождать, чтобы увидеть хотя бы звезды.

Небо потемнело еще больше, превратившись из привычного утешительного покрывала в бездонную пропасть. Неужели это конец сна? — подумала она, крепче сжимая копыто Сильвермена. Ей пришлось отвести взгляд от пустоты, которая нависла над ней, словно обещая скорую гибель.

Сильные ноги Сильвермена обхватили ее. Они ощущались крепкими и сильными, несмотря на его возраст:

— Сегодня не лучшая ночь для пребывания на улице, — прошептал он, словно боясь, что его подслушают.

Тайгер Лилли ничуть не смутилась, когда он отнес ее в дом и запер дверь. Она ни на минуту не сомкнула глаз, укрывшись в объятиях Сильвермена на всю проклятую ночь.

* * *

## Акт 2 Часть 3. Возвышение: План Мунлайт Скролла

* * *

Зеркало исчезло. Это что-то значило, но что? Он моргнул, и впервые за долгое время это получилось. Что? — подумал он, как только начал замечать другие вещи. Он чувствовал, как двигается его грудь, когда он вдыхал. Он мог видеть свою морду. Сердце снова билось в грудной клетке, а не на расстоянии половины Селестии.

Все вокруг было ярко-серым, как будто его окружал светящийся туман. Внутри него лениво перемещались слабые точечные источники света разных цветов. Когда его взгляд сфокусировался на одном из них, он вздрогнул и отступил, а вслед за этим последовало эхо крика. Следующий звук был ревом ярости, следующий — жалким хныканьем. Несмотря на разнообразие реакций, ни один из них не был достаточно близок, чтобы его можно было опознать, так что с этой загадкой придется подождать.

Медленно, осторожно он осмотрел свое тело. Оно было целым, невредимым и здоровым. Трансмутация Ноубл Гида была удалена, осталась только его собственное тело. Он поднялся на копыта, и его плоть не подала ни единого протеста. Тускло-серая поверхность под ним оказалась столь же твердой, сколь и бесфактурной, словно он теперь стоял, опираясь на спроектированный план силы.

Происходило одно из двух. Либо одна из принцесс решила придумать для него альтернативную пытку, либо это часть плана, который он вынашивал, защищая свой собственный разум.

Он направил магию в рог, и, прежде чем он успел придать ей форму, она улетела в туман, превратившись в еще одну дымку.

— Интересно.

Доказательство того, что это была выстроенная тюрьма. Что бы ни вызвало этот эффект, оно было гораздо надежнее, чем подавитель рога. Его глаза проследили за светом. "Пытаешься заставить меня задуматься о своих действиях?" — спросил он у тумана, разумно полагая, что такой пленник, как он, никогда не останется без наблюдения.

Несколько огней бросились на него, и их безрассудное движение отскочило, словно они врезались в стену, как раз перед тем, как прорваться сквозь туман. Он фыркнул в легком раздражении и задумался, что делать. Просто ждать здесь и ничего не делать было нельзя. Так поступают только ленивые и хищники, а он не был ни тем, ни другим.

Отметив про себя текущее положение, он проверил звуковые ориентиры. Туман начинался в шести с половиной длинах от него, и как распределение, так и движение огней выглядели беспорядочными. Единственная закономерность, которую он смог обнаружить, заключалась в том, что все огни, кроме тех, что издавали сердитые звуки, бежали от его пристального взгляда.

Для следующего испытания он продвинулся на две длины. Под приглушенный стук его копыт туман впереди отступил, а позади продвинулся вперед, оставив вокруг себя пространство в шесть с половиной длин. "Небольшой уклон земли или намек на магию перенаправления, и эта клетка не должна быть очень большой, чтобы заставить пони рыскать по ней кругами". Он кивнул головой. Если это и в самом деле была его новая клетка, то это было элегантное решение. С учетом того, что он был лишен магии, у него не было никаких инструментов, кроме обычных органов чувств.

Он пожал плечами и начал идти. Он слишком долго оставался неподвижным, и ощущение движения мышц под кожей казалось ему роскошью. Его тело больше не пыталось разорваться на части. Пока он шел, он рассматривал себя. Он не испытывал ни жажды, ни голода. Его источник был стабилен и готов откликнуться на зов, но не то чтобы он мог использовать его для чего-то еще.

Прогулка продолжалась около трех минут, прежде чем он что-то увидел. Впереди открылся просвет. Насколько хватало глаз, простиралась полоса шириной в три длины. С гордостью, как любой знатный придворный, он вошел внутрь. В этот момент по бокам от него появились окна с видениями. Они начинали с его рождения и двигались дальше.

Как ни увлекательно было размышлять о магии, лежащей в основе этого инструмента перерождения, он не обращал на них внимания. Он помнил большую часть своего прошлого, и ранние годы не имели для него никакого значения. Его путь начался с того момента, когда он нашел черный драгоценный камень. Если бы не лунный свет, он бы прошел мимо него, ни о чем не догадываясь. Это было удивительное открытие. Это была не просто фиксация изображений. Ничего более сложного он в своей жизни еще не встречал. Оказалось, что драгоценный камень хранит воспоминания, и, как назло, одна пони использовала его как простой дневник и способ записывать праздные мысли. Этой пони оказалась Луна, младшая сестра Селестии и та, что стала Найтмер Мун.

Выяснение того, что Найтмер Мун существует и действительно является сестрой Селестии, стало событием, изменившим парадигму. Узнав, что никто из них не родился аликорном и что, имея немного знаний и правильную подготовку, любой пони может стать аликорном, он перевернул все свое мировоззрение и определил курс на всю оставшуюся жизнь.

К сожалению, в разглагольствованиях о Селестии не было всего, что ему было нужно, но это, в сочетании с бессвязными размышлениями Луны о своем прошлом, дало ему достаточно подсказок, чтобы начать поиски. Если бы не его растущее раздражение по поводу новой и не самой лучшей ученицы Селестии, он мог бы продолжить свои приготовления в Кантерлоте. С помощью Луны ему не составило труда проскользнуть мимо охраны и просмотреть те немногие тома, которые были запрещены даже тем, кто занимал столь почетное положение.

И вот однажды, после недели ужасного сна, он совершил глупейшую ошибку. Намереваясь поставить Твайлайт на место, как неполноценную замену Сансет Шиммер, он дал ей задание наложить заклинание. Заклинание из книги, которой у него не должно было быть.

Внезапность реакции Селестии повергла его в шок. Ему пришлось использовать всё, что было в его арсенале, уничтожить все артефакты, которые он успел собрать, и даже пожертвовать последними крупицами силы аликорна, которые остались в воспоминаниях Луны.

Инсценировав собственное самоубийство, он не мог просто вернуться домой, поэтому отправился на поиски своих знаний по миру, разыскивая руины и древние земли, которые всплывали в некоторых воспоминаниях Луны.

Были и те, кто стоял на пути его поисков. Десятки темных магов, колдунов и ведьм, которых он покорил или убил, были лишь ступеньками на его пути. Каждый из них, чьи амбиции он разрушил, позволил сделать Эквестрию безопаснее и защитить множество жизней. Каждый его поступок делал мир лучше, пока дело не дошло до ловушки, которую он устроил в Мэнехеттене, и даже до его плана заполучить жертву, самую ничтожную из аликорнов, Твайлайт Спаркл.

Одно окно заставило его остановиться. В нем виднелся храм Скрытого пути, где стояла Твайлайт во всем своем царственном великолепии, одетая в магически выкованную кровь. На ее крыльях были архаичные клинки, которыми она гордо орудовала, словно древний воин. Наблюдая за ходом противостояния, он в очередной раз пообещал себе, что не ослепнет от гордыни во второй раз.

Все шло так, как он помнил, пока Твайлайт неожиданно не упала. Тогда появилась еще одна пони, которую он тогда не замечал. Маленькая кобылка, клон того, как выглядела Твайлайт, когда только стала ученицей Селестии, и галопом влетела в зал, потрясая рогом.

Он хотел возразить, что никакой маленькой кобылки там не было и что она никак не могла попасть туда незамеченной. Но что-то внутри него подсказывало, что это правда. А то, что все детали были безупречны и объясняли, как заклинания были наложены без света рога Твайлайт, только укрепляло его в этом.

— Хм. Значит, твоя дочь спасла тебя? — прокомментировал он, когда кобылка вонзила свой рог в плоть Твайлайт, и темные нити магии вырвались из мешанины клубящегося, горящего двухцветного пламени. Пурпурный и кроваво-красный огонь заливал сцену зловещим светом.

Теперь он мог разглядеть защитные заклинания и легко их распознать. Простое магическое сифонное поле и одно из первых уникальных заклинаний Твайлайт. Это было слишком сложное, чрезмерно продуманное усовершенствование обычного набора заклинаний личной защиты, которые преподавали на вторых курсах, как само собой разумеющееся. То, что она создала из таких простых компонентов, вызывало умиление. То, что простое лабораторное защитное заклинание оказалось способно превзойти самые мощные боевые защиты, которые он знал, должно было быть просто невозможным.

Все закончилось контратакой, которая стоила ему всех связанных миньонов:

— Ни секунды колебаний и такой смертоносный ответ, — сказал он, когда сцена снова началась с самого начала. — Что ж, Литтл Стар, похоже, ты действительно чудовище.

Он наблюдал за разворачивающимися событиями десятки раз, отмечая детали каждого использованного заклинания. Больше всего его внимание привлекла магия крови, вырвавшая пламя из Твайлайт. Он не смог сдержать лающего смеха, когда наконец понял, что это была за контратака. Простое перенаправление и усиление подфункции в защитном лабораторном заклинании.

Сифон в сочетании с защитным заклинанием стал бы сложной проблемой. Любая магия, использованная для того, чтобы попытаться нарушить его действие, противостоять ему, разорвать или преодолеть, только усилит его. Единственным надежным решением было бы вызвать такой магический поток, чтобы структуры заклинания разрушились. Но это не давало никаких преимуществ, по крайней мере для такого единорога, как он. Необходимый уровень потока означал бы, что никакие заклинания не действуют, и, скорее всего, никакая внешняя магия тоже. Таким образом, единственным племенем, которое в значительной степени не будет затронуто, окажутся земные пони.

— Хорошо, Литтл Стар, ты получишь высшую оценку за это задание.

Он в последний раз проследил за развитием событий, чтобы убедиться, что узнал все, что мог, прежде чем двинуться дальше: перед ним разыгрывались сцены, к нему возвращались утраченные воспоминания.

Сделка с чейнджлингами: самодовольные паразиты с радостью забрали его частички, чтобы дать ему личность Ноубл Гида. Даже не обладая магией разума, он проникал в доверие к дворянам. Большинство из них были всего лишь мелкими, ничтожными тиранами или эгоистичными гедонистами. От одного взгляда на их общение его шерсть становилась грязной. От того, что он произносил слова согласия с ними, его начинало тошнить.

Стоя перед зеркалом, он вживлял себе в грудь два артефакта чейнджлингов и черный драгоценный камень. Необходимые инструменты для его обмана, даже если они сковывали его силы. Даже просто вспоминая об этом, он потирал копытом грудь, сочувствуя своему прошлому. Сколько разных зелий он выпил, чтобы побороть боль и подавить любые телесные реакции, которые могли бы выдать его обман любому пони.

Он сидел в кабинете Селестии, ожидая ее прихода. То, как непринужденно она использовала магию разума, чтобы получить информацию из его предложений, вместо того чтобы читать их, и то, что ее одобрение дало ему возможность предпринять следующие действия.

"Кантерлот — сияющая звезда Эквестрии, и мы покажем, что все мы стоим за идеалы Гармонии" — вот те слова, которые были ему нужны, чтобы заручиться поддержкой масс. С ними было так легко собрать его жертвы под видом помощи им. Это было так мало по сравнению с теми, кого он спасет за время своего правления, но все же, в отличие от испорченных, которых он убивал раньше, эти, как и Ноубл Гид, были невинными. Даже когда они благодарили и хвалили его за поступки, даже когда игроки играли роль самых жизнелюбивых пони, в нем не было чувства вины за то, что он задумал для них, только досада на то, что это было необходимо. Если бы он просто оставил охрану следить за Твайлайт, то в тот момент уже был бы аликорном.

Он с горьким юмором и жгучим удовлетворением наблюдал, как ярость Твайлайт буквально воспламеняется, когда она пытается уничтожить дворянина, имевшего глупость заявить ей в лицо, что они собираются послать магов-истребителей, чтобы уничтожить ее дочь.

Минутное столкновение, когда Селестия помешала половине Кантерлота стать просто побочным ущербом, стало еще одним ужасающим примером того, на что действительно способны аликорны. Только когда гибрид Кэндис нырнула в пламя, Твайлайт опомнилась. Когда они телепортировались прочь, кобыла выглядела не более чем пережаренное подношение на празднике грифонов.

То, что после этого Селестия отломила рог испуганному дворянину, не стало сюрпризом, как и то, что она с помощью магии разума продала историю о том, что Твайлайт лишь защищалась от покушения. В конце концов, магия разума покрывает бесконечное количество грехов, если с ней достаточно вольно обращаться.

А потом было ослепление. Окно не показывало ему, что и почему пошло не так, но он приостановился, наблюдая за тем, как в закрытых глазах проступает понимание. Даже если это была ошибка, это все равно его работа. Он был ответственен, и даже если бы он пожертвовал гораздо большим ради своего возвышения, потерять хоть одного из своих пони из-за неосторожности или просчета было для него отвратительно.

Неудобная поездка в вооружённом конвое с пироманьячкой-культисткой Селестии на крыше его кареты для защиты.

Чуть не истек кровью под землей из-за собственной глупости, когда готовил ритуальный круг.

Появление Твайлайт Спаркл, которая небрежно создала постоянный магический щит, а затем украла его эскорт и улетела по своим делам.

Его хитрый план переехать в другое место, чтобы помочь большему количеству пони, когда его текущая работа будет закончена. Вся неэффективность, которую он обнаружил. Гордость частей и соперничающие дворяне тратили столько времени и сил впустую. Он взялся за решение этой проблемы с жадностью, и в кратчайшие сроки ситуация улучшилась.

Его схватили, и Твайлайт прижала его к себе, как кобыла в течке, а затем вырвала артефакты из его груди. Он отвернулся и больше не обращал внимания ни на одно из окон. Твайлайт получила более чем достаточное удовлетворение, буквально разобрав его на части. Он шел дальше, но не мог унять дрожь в конечностях. Она рассказывала обо всем, что делала, и записывала это на кристалл и свиток. Сумасшедшая кобыла даже поблагодарила его за жертву, принесенную медицинской науке, и пообещала, что никогда не позволит ему умереть.

Он зажмурил глаза и зарычал, когда ее слова вернулись к нему.

> "Игры тебя не спасут, Мунлайт Скролл… Думаю, в прошлый раз ты узнал меня довольно… близко, так что… будет справедливо, если мы отплатим тебе тем же, нет?

Если он делал то, что должен был делать для своего возвышения, то она получала садистское удовольствие от причиняемых ею мучений. Она глубоко вдыхала воздух, насыщенный кровью, желчью и прочим, что должно быть внутри пони, а не снаружи. Все время, пока она заставляла его наблюдать за происходящим, ее магия позволяла ему быть в курсе каждой детали. Звуки ее смеха и мурлыканья, когда она превращала его в извращенный экспонат искусства, ласкали его мысли самыми ужасными способами.

Ноги подкосились, и слишком гладкая земля не помогла смягчить падение.

Через некоторое время дыхание успокоилось, а мысли начали приходить в порядок. Неужели у меня только что был приступ паники? Он хлопнул копытом по земле. Тихий стук ничуть не смягчил его нарастающий гнев:

— Как она смеет! — прорычал он. — Как она посмела так поступить со мной. Она заплатит. — Все мысли о том, чтобы завербовать ее, о ее ценности для Эквестрии и о том, насколько ослабит ее гибель, исчезли.

Когда его гнев разгорелся до ярости, в его сердце зажегся огонь. Поднявшись на копыта, он почувствовал легкость. Он уже собирался продолжить свою тираду, когда его подняли. Подвешенный за сердцевину души, он поднялся в воздух:

— Что? — Десятки вариантов, каждый из которых был ужаснее предыдущего.

Магия вырвалась из его груди:

— Нет! — закричал он, когда из тумана вырвались разноцветные огни и врезались в него.

Все вокруг взорвалось в разноцветной агонии.

* * *

## Акт 2 Часть 3. Возвышение: Королевская власть в истине

* * *

— Вниз! — Требование Платинум все еще звучало в его ушах, когда тело Блюблада изо всех сил вцепилось в землю. Его тело кричало от внезапного отсутствия боли, а он отчаянно вдыхал сладкий воздух вокруг себя. Был огонь, был темный мороз, пронизывающий его тело, а потом мир взорвался агонией. Теперь же, кроме неровного дыхания и колотящегося сердца, не было и следа от всего этого.

Он не был трусом, и все же сердце билось в груди с такой силой, что казалось, оно может разорваться. Он знал достаточно, чтобы понять, что через него протекало много магии, опасной, потенциально смертельной.

— Что случилось? — спросил он, открывая глаза. Вид, открывшийся перед ним, был не таким, как он ожидал. Вместо лугов или того, во что они превратились после нападения, мир сменился бесконечным морем пестрых красок и переменчивого света. Даже гладкая земля под ним сливалась с ним в одно целое. — Где Эквестрия?

— Это был единственный способ спасти вас, мой принц. — Даже в таком торжественном тоне голос Платинум был совершенен, как никогда.

Он последовал за звуком и посмотрел на нее. На мгновение он не узнал ее. Ее платиново-белая шерсть выгорела и застыла, а обычно уложенная сапфировая грива была в полном беспорядке. Она выглядела совершенно изможденной, словно могла свалиться даже от самого слабого ветерка:

— Что случилось? Что ты наделала? — спросил он с беспокойством в голосе, поднимаясь на копыта и становясь на ноги.

— Магия Селестии была слишком сильна. У меня не было другого выбора. — Прекрасная кобыла дрожала, отводя свои мерцающие глаза.

Он осторожно заключил ее в объятия, приняв на себя большую часть ее веса, когда она прижалась к нему:

— Ну, ты явно нас спасла.

Тот факт, что они были здесь только вдвоем, заронил семена в его сердце. В его груди словно открылась дыра. Его новые охранники, друзья по дуэльному турниру, даже рабочие, имен которых он не спрашивал, — неужели все они исчезли?

Ее лицо еще больше осунулось. Теперь не оставалось никаких сомнений в том, что она испытывает стыд, — так ясно он был написан на ее лице:

— Только потому, что я изменила тебя без твоего согласия.

Изменила меня? Этого он не ожидал. Это одновременно радовало и настораживало. Любая перемена, вызвавшая выражение стыда на таком обычно решительном лице, определенно не была незначительной.

Как можно незаметнее он проверил себя. Все конечности были на месте. Рог по-прежнему был при нем. Ничего не болело. Ничто не выглядело и не ощущалось не на своем месте:

— Ты изменила меня?

Она кивнула.

— Я не чувствую никакой разницы. Я что-то упускаю?

— На то, чтобы защитить тебя и спасти твоих помощников, ушло больше сил, чем может безопасно использовать смертный пони.

— Я не чувствую, что ты сожгла мой рог. — Он рефлекторно потянулся к нему копытом.

— Правильнее было бы сказать, что я вызвала испарение твоего тела…

— Для пони, которую постигла такая участь, я, кажется, неплохо держусь, если принять во внимание все обстоятельства.

— И вам скоро станет лучше, мой принц.

Он приподнял бровь, как любили делать обе его тетушки.

— Единственный способ получить необходимую силу — это начать путь к возвышению, мой принц.

— Возвышение… Я стану аликорном?

— Если выживешь.

— Это связано с риском?

Она кивнула:

— Да, мой принц, но не бойся, ведь я здесь, чтобы направлять тебя.

— Не хочу критиковать, но ты не выглядишь на все сто…

— Я более чем способна на то, что требуется здесь и сейчас.

— Я благодарен тебе за то, что ты превратила верную смерть в возможность умереть. — Он сказал это, когда его разум начал по-настоящему осмысливать будущее, которое теперь лежало перед ним. Как же он завидовал тем "ничтожествам", которые осмелились возвыситься, — Кейденс и Твайлайт. Все те удивительные вещи, которых они достигли, и то, каким ничтожеством они заставляли его чувствовать себя.

— Чего мне ожидать?

— Это место покажет тебе твою жизнь. Каждый определяющий момент, независимо от того, помнишь ты его или нет, будет представлен тебе на обозрение.

— Там будут вещи, которые тетя Селестия забрала у меня?

— Да.

— Это не кажется слишком ужасным, если уже знать, как она со мной обращалась.

— После этого твоя магия сформирует твое новое тело.

— И что же у меня теперь есть?

— Это место, где разумные существа имеют форму просто по своей природе.

— Где же опасность?

— Все это — лишь первая часть возвышения. Осталось пройти последнее испытание… и чем раньше это будет сделано, тем выше вероятность успеха. Поскольку я здесь, чтобы вести тебя через него, это почти уверенность, но все же есть риск, пусть и небольшой, что сегодняшний день окажется для тебя последним.

— Я знал, когда всерьез взялся за клинок, что могу навлечь на себя смерть.

— Очень хорошо, мой принц. Тогда, когда ты будешь готов. — Она указала рогом куда-то за его спиной. — Твое прошлое лежит в той стороне.

— С тобой все будет в порядке?

— Не бойся, добрый принц, я буду в порядке и буду ждать тебя на другой стороне.

* * *

Он не знал, как долго он шел. Это мог быть всего лишь час. А могло быть и столетие. Образы, похожие на движущиеся картины, сопровождали его на протяжении всего пути. Знать, каково это — быть в тепле и безопасности в материнской утробе, — было причудливым началом. Видеть, как его тетя превращается из доброй в разочарованную, было бы душераздирающе, если бы он не знал, что это произойдет.

Она так любила его, так учила, а потом случилось то, что должно было стать лучшим днем в его юной жизни. Урок магии начался как обычно, но в тот момент молодой жеребенок, которым он был, не заметил холода ее глаз. Эти окна в ее душу были хуже, чем все, что он мог себе представить в Найтмэр Мун. Найтмер Мун хотела, чтобы ее любили. Холодные глаза Селестии видели лишь пыль, которой он станет через тысячу лет.

> Селестия вздохнула. "Ты не тот, кого я ищу… такая трата времени". Белая кобыла зажгла свой рог, и Блюблад, изображенный на картинке, закричал.

Он отвел взгляд от изображения, но эхо боли все еще доносилось до него. Он чувствовал ползающие мурашки в голове, ужас от того, что все вокруг пожирает маленький кусочек за кусочком.

Он бежал, пустив копыта в галоп. Спустя несколько дней или недель он замедлил шаг, страх жеребенка снова остался в прошлом, когда его взрослый разум смог оценить происходящее. Теперь изображения показывали, что жеребенка, которым он был, больше нет. После этого он уже никогда не был прежним. Чего-то не хватало, и бедный жеребенок никак не мог понять, чего он лишился. Поэтому, чтобы заполнить пустоту, он обратился к другим вещам.

Благородное высокомерие заменило его уверенность в себе. Жестокость и чувство собственного достоинства вытеснили его любопытство и честность. Картины, показывающие все случаи, когда он злоупотреблял своим положением, все случаи, когда он просто брал то, что хотел, и даже тех, кого хотел, были словно свинцовые гири на его копытах. Он знал, что изменился. Он знал, что стал таким только благодаря козням тетушки, но все равно не мог отвести взгляд.

На свете было так много пони, о которых он даже не помнил. Их жизнь изменилась к худшему только потому, что они наткнулись на него. Я все исправлю, клянусь. Его клятва не уменьшила тяжести, но дала ему силы двигаться дальше.

Разъяренный взгляд Твайлайт, когда она отправила его в неожиданную, но явно заслуженную ванну. По крайней мере, я уже извинился и перед ней, и перед Кэндис.

Видеть, как тёмная тень скользнула в его спящее тело, было странно, но только на следующее за этим утро он сложил дважды два. Появление Платинум в его жизни и все, что за этим последовало.

Просматривая недавние события, он все время возвращался к той тени. Что это было? Не может быть, чтобы это было совпадением, если учесть, как он изменился, а Платинум появилась всего несколько часов спустя.

Когда он добрался до конца воспоминаний, она уже ждала его. Несмотря на потрепанный вид, в ее походке больше не было слабости, а грива, по крайней мере, была расчесана.

— Нам нужно поговорить, — начал он.

— Я знаю, и мы поговорим.

— Ты та, за кого себя выдаешь?

— Почти. Я знала принцессу Платинум и знаю, что она гордилась бы тобой.

— Откуда ты ее знала?

— У меня была для нее такая же роль, как и для тебя, мой принц.

— Ты все еще называешь меня своим принцем?

— Случай и чужое вмешательство свели нас вместе. Это был мой выбор — остаться с тобой. Это был мой выбор — защищать твой разум и советовать тебе.

— Почему ты осталась?

— Потому что я видела в тебе потенциал, мой принц, потому что видела, как Селестия сковала тебя, искалечила твою магию, чтобы сделать тебя игрушкой в своих политических играх, и потому что этого хотела бы принцесса Платинум.

Гнев попытался подняться, но это был едва слышный шепот на фоне всех остальных эмоций, пытавшихся захлестнуть его. Вместо этого он обратился к своему любопытству:

— Ты говоришь правду?

Она кивнула:

— Единственное, что я упустила, — это то, что в то время я была частью Луны. Луна дарила части себя тем, у кого был потенциал, чтобы направлять и обучать их, позволяя им стать всем, чем они могут быть.

Гордость добавилась к мешанине его эмоций:

— Почему ты решила рассказать мне об этом именно сейчас?

— Потому что тебе придется многое узнать о том, как стать аликорном.

В его груди зародилось свечение:

— Платинум?

— Мы продолжим позже, мой принц… удачи.

Все исчезло во вспышке белого света.

* * *

## Акт 2 Часть 4. Новое начало: Нова

* * *

Мысли, более сложные, чем те, к которым она привыкла, проносились в голове Новы, пока она стояла на развалинах библиотеки. Неправильно было то, что все было так неподвижно, так тихо, что это было почти мирно. Она не смогла остановить злобную Солнечную Кобылу. Все, что ей удалось сделать, — это выиграть время, чтобы другие могли спасти ее.

Она должна была радоваться тому, что оказалась здесь, где собралась вся ее семья и где готовилась вкусная еда. Она должна была обнять Пэчворк и поблагодарить ее за все, чем она поделилась. Она должна была сидеть за столом и наслаждаться угощениями, которые приготовила Милый Монстр, в то время как пела свои песни. Но вместо того, что должно было быть, здесь никого не было.

Она пошла по выжженным отпечаткам копыт к тому месту, которое так долго было ее клеткой. Стук ее копыт прозвучал в тишине как раскат грома. Наследие долгих лет одиночества давило с каждым шагом, когда она присматривалась. Если бы не мимолетные моменты страсти или ярости Пэчворк, она бы даже не узнала о существовании чего-либо за пределами своей темницы. В тот первый ошеломляюще ясный миг, когда она увидела Розовую, она впервые по-настоящему осознала, что остальные проблески не были просто желанием.

Внизу что-то зашевелилось, раздался тихий звук, затем скрежет:

— Привет? — спросила Нова, ее голос был слабым.

— Ты вернулась. — Радостный вопль Смарти Пэнтс лишь немного опередил стук маленьких мягких копыт, поднимающихся по слишком большой для них лестнице.

Маленький плюшевый пони выскочил на лестницу, и Нова практически набросилась на него, обнимая своего спутника. Несмотря на ее расширенный кругозор, именно мягкость, прижатая к груди, и знакомый запах вернули ей силы, а не какие-либо доводы рассудка или логика.

— Где все пони? — спросила Нова.

— Не-такой-уж Плохой Монстр отправилась помогать Лунной кобыле, Грей присматривает за Литтл Стар, а Милый Монстр ушел куда-то наверх.

По мере того как называли каждого пони, воспоминания и контекст в голове Новы выстраивались как по мановению волшебства. Она была не просто жеребенком или зверем. Ее разум был ясен, и с каждой секундой к ней приходило все больше и больше понимания.

Она подняла взгляд на то место, где раньше стоял стол, и ей показалось, что она видит их всех, сидящих там. Она почти слышала, как они переговариваются, пока наливают чай. Мед, который Милый Монстр добавила специально для нее, сделал напиток и воспоминания о ней еще более сладкими.

Плохой Монстр, Найт, бывшая Найтмер, часто злая, но всегда верная защитница Пэчворк и Литтл Стар. Она всегда была самодовольна, и ее слова часто ранили, даже когда она была мила. Иногда она была эгоистичной, жадной и злой, пока Пэчворк не изменила ее. Произошла ссора. Найт сделала что-то плохое Пэчворк, и Нова бросилась на ее защиту. Все, что она помнит, — это горячий гнев и стремительные движения. Через некоторое время после этого все начало меняться. Найт даже стала появляться за чаем. Она по-прежнему была злой, но, как и Пэчворк, она была членом семьи.

Грей была просто Грей. Холодная и бесчувственная, но всегда готовая предложить помощь, если она действительно была нужна. Она была старшей сестрой, которая обижалась на то, что на ней лежит ответственность, хотя она гордилась тем, на что способна. У нее никогда не было возможности сесть за стол, но Милый Монстр всегда заботилась о том, чтобы передать ей угощение и вовлечь в беседу. Не то чтобы Грей была разговорчивой, ну, до тех пор, пока не прозвучало несколько колких замечаний.

Свит Дримс, Милый Монстр, музыкальная кобыла, создательница закусок, мать Смарти Пэнтса. Ее голос так долго был единственным источником утешения. Она так любила Пэчворк. Она так счастливо улыбалась, когда ей доводилось играть роль хозяйки, когда кому-нибудь, даже гостям, нравилась ее стряпня.

В ее голове мелькали гости, которых она могла вспомнить.

Кейденс, лучшая нянька для жеребят, — даже одна мысль о ней вызывала желание броситься к ней галопом и укрыться в объятиях кобылы, которая должна была быть больше, чем жизнь, хотя в те дни она была маленькой. Найт пригласила ее к себе, чтобы перекинуться парой слов, а потом увела на какой-то урок. Это было немного грубо. Найт не спрашивала, хочет ли Смарти Пэнтс идти, хотя ей очень нравилось учиться.

В гости приходила Эпплджек, крепко сложенная земная пони и одна из самых близких подруг Пэчворк. Приходила и странная пони-жук. Она выглядела испуганной и растерянной. Во время одного из этих двух визитов Найт затеяла с Пэчворк шутливую драку, пока Дримс защищала своей магией и гостью, и еду. Это выглядело забавно, но ее все так же держали в клетке. Нова взглянула на проломленные остатки толстой золотой двери, ведущей в подвал. Она отшатнулась и отвела глаза. Даже посещение места воспоминаний не стоило того, чтобы спускаться туда снова. Призраки и воспоминания и так шумели наверху.

Она зацепилась за воспоминание о песне, которую чаще всего пела Милый Монстр, и о том, что впервые она была исполнена именно для нее. Этого было достаточно, чтобы заглушить плохие воспоминания и продолжать думать. К воображаемому чаепитию присоединился еще один пришедший пони.

Инсайт, единорожка с красивым рогом, не была внезапно похожа на Дар. Нет, она была сестрой-близнецом Дара и была расстроена и устала. Дар была ранена… Нова закрыла глаза, когда воспоминания нахлынули и разыгрались. В первый раз она обожгла ее, но это была мелочь. Нова была жадной, эгоистичной, и Дар поплатилась за это. Дар тогда ушла, и Нова снова осталась одна. Но все обошлось. В Темном месте, освещенном лишь ее пламенем, Дар позвала ее, пригласила и приняла, а она с готовностью… Нова покачала головой. Сейчас не время думать об этом. Она зарычала и дала себе пощечину.

По мере того как приятные воспоминания отступали, на смену им приходили более страшные. Перед ней стояла пони, которая должна была убить ее дочь. Огонь внутри нее разгорелся, и она сделала выпад. Уничтожить этого ничтожного пони, посмевшего обидеть ее дочь, — вот что было важно. И тут ее охватило смятение — глубокое, холодное и в чем-то даже более страшное, чем стоящая перед ней Солнечная Кобыла, готовая к бою. Нова в ужасе смотрела на то, во что превратилась пони. Это была не та злая пони, которую превратили в вареное мясо. Нет, это был ее Дар.

— Кэндис, — полушепотом-полувсхлипом произнесла она. — Я не дикий зверь. — Она зарычала, заставляя свой разум вернуться к порядку. Кэндис не была Даром. Она была самостоятельной пони, и, как бы она ни была готова к этому, она была гораздо больше, чем просто предмет для использования.

Даже собираясь с мыслями, она все еще могла вспомнить это. Как это было — быть просто животным, желать, нуждаться, страсть и инстинкт. А воспоминания о раннем жеребячьем возрасте и глубокая ярость придали ей немного разумности.

Она поднесла копыто к груди, вдыхая. Закрыв глаза, она оттолкнула копыто и выдохнула. Мысленно она вспомнила, как лучшая жеребячья нянька научила ее этой самой секретной технике успокоения.

Она открыла глаза и сделала еще несколько глубоких вдохов. Приятный запах горелого дерева помог ей успокоиться, хотя последствия того, что это означало, пытались помешать. Мягкое поглаживание вызвало на ее лице улыбку. Смарти Пэнтс улыбнулся ей, и это сделало ситуацию немного более терпимой.

— Так что же нам теперь делать? — спросил Смарти Пэнтс, необычайно серьезно.

Это был хороший вопрос. Они были в безопасности. Они ехали в очень большом поезде, направлявшемся в дом лучшей няньки жеребят, мимо холодного белого места… Кристальная Империя и Замерзший Север, соответственно, — подсказывал ее вновь пробудившийся разум. Это было новое ощущение, словно она вспомнила, что что-то знает, но просто на мгновение забыла об этом. После нескольких минут размышлений даже самые сложные слова обретали смысл. Она поморщилась. Ей следовало подумать о расширении своего словарного запаса, а не о том, чтобы теперь понимать самые сложные слова.

Она тихонько вздохнула и оглянулась на то место, где стоял стол. В голове всплыл образ того, как все были счастливы за столом. Вкусные закуски, бутерброды и сладкий ароматный чай всегда вызывали улыбку у каждого пони. В этот момент она поняла, что нужно делать. Она посмотрела на Смарти Пэнтс:

— Ты умеешь заваривать чай?

— Конечно. — Смарти Пэнтс согласно кивнул.

Нова поднялась на копыта, целеустремленно возвращая своим конечностям силу, которой лишило ее отчаяние:

— Тогда я приберусь, а ты принеси все для чая и бутербродов.

— Хорошо. — Смарти Пэнтс радостно вскрикнул и бросился бежать.

Радость маленького пони вызвала улыбку на лице Новы, хотя глаза ее горели от слез, которые она никогда не позволила бы увидеть своей огненной гриве.

* * *

Нова не была Пэчворк. Пэчворк все делала с помощью магии. Она зажгла бы свой рог и сделала бы все за два взмаха хвоста. Нова, напротив, делала все, что могла, с помощью копыт и грубой силы.

Каждый раз, когда ей требовалось заклинание, а она не могла найти способ обойти проблему, в течение тридцати секунд, на которые хватало ее терпения, она садилась на круп и била себя по голове, пока не вспоминала. Использование копыт было не таким эффективным, как использование места для запоминания, но в конце концов ответы находились.

Использование магии было странным. Как будто ее рог был музыкальным инструментом, а она пыталась с его помощью наложить на него смешные голоса. Если она правильно подбирала голос и говорила им нужные вещи, магия срабатывала. Если же нет… что ж, именно поэтому нужно было привести в порядок еще несколько сгоревших вещей.

По мере того как она собирала испорченные предметы и складывала в кучу остатки золотых печатей, ее огонь разгорался. Это было не то жаркое, злобное пламя, которое клокотало от ярости. Нет, это было теплое, мягкое и нежное пламя. Там, где оно касалось дерева, оно не горело. Точнее, оно горело не так, как должно.

Нова приостановилась и наблюдала, как обугленный жилой мир сгорает в обратном направлении. Вместо того чтобы пламя пожирало древесину, оно поглощало поврежденные участки, оставляя вместо пепла новый неповрежденный кусок. В этом не было никакого смысла, но это ничуть не мешало ей радоваться тому, что ее пламя делает что-то еще, кроме уничтожения вещей. Она подняла копыто и наблюдала за медленным, ленивым танцем огня на нем. Она попыталась погладить его, чтобы вознаградить за хорошее поведение, но лишь провела по нему другим копытом. Сработает ли это на пони?

С этим новым инструментом в ее арсенале для работы по дому она пожала плечами, и тогда уборка стала гораздо веселее. Она с грохотом носилась по комнате, прыгая между поврежденными участками, и при каждом приземлении из ее копыт вырывались кольца дружественного огня.

Какая-то часть ее сознания говорила, что это бессмысленно, что магия так не работает, но она не обращала на это внимания. Очевидно, это происходило, значит, магия работала именно так. Она танцевала и играла со своим пламенем, прыгала и гонялась с огнем на спине.

Прошло неловко много времени, прежде чем она поняла, что больше ничего не нужно исправлять. Ей хотелось быть кроткой, застенчивой и извиняющейся, но она не была такой кобылой, поэтому она встала на задние ноги и издала игривый рев.

Медленно повернувшись на двух ногах, она осмотрела пространство вокруг себя. Почти забытые крылья на спине щекотали ей спину, когда они двигались, чтобы удержать равновесие.

Пространство изменилось. Появились три новых дверных проема. Как только она увидела рельефные знаки, то сразу поняла, кому они принадлежат:

— Сестры, — выдохнула она, осознав всю чудовищность того, что сделала Пэчворк.

Это кьютимарка Нарушительницы Правил из умопомрачительных треугольников, и пара спиралевидных звезд Танцовщицы, рассыпающих искры и музыкальные ноты, и простое кристальное солнце Санчейзер.

— Спасибо… — прошептала она, и только своевременное объятие Смарти Пэнтса сдержало слезы.

Вчерашняя Нова знала бы только, что Пэчворк пропала, убитая Солнечной Кобылой, и ее сестры вернулись. Она была бы мстительна, зла, счастлива и, возможно, растеряна. Или, что более вероятно, слишком простодушна, чтобы понять, что должна была быть в замешательстве.

Сегодняшняя Нова могла видеть более ясно. Она видела, что Селестия напала на Пэчворк, пыталась убить ее, когда та спасала своих друзей. В тот момент Пэчворк сделала выбор. Она решила спасти своих друзей, вернуть сестер Новы, зная, что это будет стоить ей жизни.

Ей было больно думать о своих эмоциях. Проще было просто действовать. Позволить им управлять ее поступками и жить моментом. Последний подарок Пэчворк лишил ее этой простоты, и как бы больно это ни было, Нова не могла быть более благодарна за это. Она ненавидела Селестию больше, чем даже Темного Мага. Она оплакивала Пэчворк и хотела иметь возможность сказать ей спасибо. Она хотела обнять своих сестер. Она так давно их не видела. Почему мы не можем получить хорошее без плохого?

Она погладила Смарти Пэнтс и посмотрела на участок, который избегала убирать, — неприкосновенный участок, немного похожий на гнездо с тремя большими плетеными яйцами.

Три больших яйца имели больше смысла для сегодняшней Новы, и их точно не превратят в омлет, даже если бы ей сейчас очень хотелось. Она взвалила своего маленького спутника на спину и подошла к яйцам:

— Эпплджек, Пинки Пай, Рэрити. Выздоравливайте скорее. — Она осторожно положила копыто на каждое, произнося их имена. Тепло, исходившее от них, говорило о том, что с ними все будет в порядке, даже если пройдет несколько дней или недель, прежде чем они вылупятся.

Она еще раз оглядела комнату. Ее взгляд остановился на маленькой двери. Сестра, — сказала одна ее часть, а другая сказала: дочь. Она склонила голову набок, но эмоции все еще не схлынули, поэтому она пожала плечами и пошла дальше. Она убрала коробки с золотым шлаком, повесила декоративные занавески и даже расписала две дощечки. На первой она изобразила посох с кристальной звездой, потрескивающей от магии. Этот посох висел над секцией Грей. Следующей была ее собственная звезда, окутанная пламенем.

Удовлетворенно улыбнувшись, она кивнула. Смарти Пэнтс протянул копыто, с клацаньем разделив удар между ними.

Затем они передвинули стол туда, где он лучше всего смотрелся. Теперь он не должен был стоять рядом с дверью в подвал. Свежая скатерть, чистые чашки, тарелки и заварочный чайник — все это выглядело привлекательно.

Она постучала копытом по полу. Как же мне их пригласить? Она задумалась, пока ее копыто выстукивало копытный код.

Маленькое копытце Смарти Пэнтса постучало своим ответом по спине Новы. Ну, Милый Монстр все еще наверху.

Нова откинула голову назад. Наверху было много чего, что нужно было проверить. Пожав плечами, она опустила морду к земле и начала принюхиваться к свежему запаху.

* * *

В большом дереве было много комнат и еще больше книг. Книг было больше, чем могло понадобиться любой пони. Если где-нибудь не было места, которое не использовалось для чего-то другого, там стояли книжные полки. Даже в некоторых помещениях, которые явно предназначались для других целей, были книги. Нова не могла не задуматься над этим. Только благодаря структурной поддержке книг Большой Золотой Дуб устоял.

Многие вещи, мимо которых она проходила, вызывали у нее обрывки воспоминаний. Игрушка, которую подарил ей Шайни. Рваный сборник рассказов, который, как она помнила, она жевала, когда он казался ей размером со стол. Было так много половинчатых образов. Лица и места, в которых не хватало важных деталей или которые были перепутаны.

Она протиснулась сквозь дымку воспоминаний Пэчворк и продолжила следовать за запахом Дримс. Библиотека была такой огромной, что могла бы сойти за дворец, но это было неважно. У нее был свой след, и это был лишь вопрос времени.

Голос Дримс постепенно превратился из простого намека, играющего в ее ушах, в узнаваемые слова.

— …даже со сломанным крылом Дэринг Ду прыгнула…

Время историй? — подумала Нова, и ее копыта сами собой набрали скорость. Ей нравились истории. Улыбка появилась, а затем медленно угасла по мере того, как прояснялось все больше и больше. Это была грустная часть истории, когда казалось, что все потеряно, а потом, в последнюю минуту, Дэринг Ду спасла положение.

Голос Дримс был четким и приятным для слуха, даже когда она озвучивала глупых злодеев. Однако под ним скрывалась дрожь. Даже не видя ее, можно было понять, что Милый Монстр плачет. На этот раз не похоже, чтобы Дримс верила, что в конце концов все будет хорошо.

Во все те моменты, когда у Новы ничего не было, когда она сворачивалась калачиком в одиночестве, голодная и даже ненавидящая себя, Милый Монстр была рядом с ней, с песней или историей. В конце концов, она даже познакомила ее с Смарти Пэнтсом.

Нова перешла в галоп. Милому Монстру было больно, и настало время помочь ей.

* * *

## Акт 2 Часть 4. Новое начало: Найтмер

* * *

Путешествие на поезде было странным. Впервые за долгое время она увидела на лицах пони ненависть и недоверие. Никто не велел хранить секреты, а тело Твайлайт находилось в тяжелом состоянии. Но ни то, ни другое не тревожило Найтмер. Теперь, когда она вернулась к Луне и стала выше, все пони стали коротышками. Не было никаких сомнений, что именно здесь ей суждено быть, и все же в том, чтобы быть с Твайлайт, была какая-то правильность.

Она знала, что с каждой секундой Селестия все больше оправляется от ее прощального "подарка". Страдания, обернутые самым глубоким, самым темным кошмаром, который она могла создать, принесли в ее сердце тонкую щепотку мстительной радости. Нельзя выжить, если дать противнику восстановиться, и этот факт давил на ее разум, словно стены.

Беспокойная энергия требовала действий, но она проигнорировала ее. Нельзя провести тысячу лет на луне и не привыкнуть ждать. Самое дорогое, что есть в мире, нуждалось в том, чтобы она оставалась здесь, и она так и сделает. Маленькое благословение Гармонии, уютно свернувшейся под ее крылом, было одной из причин, по которой она не стала тянуть Луну вниз и использовать ее в качестве молота снова и снова, пока Селестия или она сама не перестали бы существовать.

Если бы вы посмотрели на Литтл Стар сейчас, никто бы и не догадался, что менее суток назад огонь уничтожил и волосы, и плоть с ее головы. Эта маленькая кроха была так храбра, так решительно настроена на то, чтобы преодолеть боль от раскаленного рога и запустить пару самых мощных заклинаний телепортации, которые когда-либо видела Найтмер. Она легонько погладила короткую гриву дочери, стараясь не разбудить спящую кобылку:

— Ты снова спасла нас, доченька моя…

Маленькая слезинка начала падать, но тени снова скрыли ее. Последний подарок Твайлайт был самым значимым. Она пообещала подарить Литтл Стар крылья. Она пообещала, что никогда не потеряет ее от старости и что Стар станет Аликорном, как ее родители. Может, сейчас они были лишь самыми маленькими мотыльками, но вблизи это невозможно было отрицать. Под горой, которая была источником единорога Литтл Стар, сидело еще шесть источников таких же маленьких, как первые весенние ростки. Только время покажет, расцветут ли они в полную силу.

За окном сквозь метель пробивалось сияние купола щита Кристальной Империи. Укутанное в свой собственный купол меньшего размера, живое продолжение Империи устремилось к месту своего рождения. Убежище, безусловно, было самым уникальным фрагментом, с которым Найтмер когда-либо сталкивалась. Никто из Империума даже не задумывался о чем-то подобном. Страхи Убежища заставили Найтмер узнать, кем и чем оно было. С Твайлайт все будет в порядке? Не нападет ли на них Селестия до того, как они вернутся домой? Будут ли в безопасности все пони, находящиеся под ее опекой? Достаточно ли она сильна, чтобы защитить их, если это случится?

Найтмер приложила голое копыто Луны к кристальной стене. Она была так похожа на замок Твайлайт и в то же время так сильно отличалась от него. Замок был чужим и отстраненным большую часть времени. Убежище было валькирией, играющей в жеребенка, и горе всем, кто причинит вред ее подопечным:

— Не волнуйся, Хранитель, если дело дойдет до конфликта, мы будем с тобой.

Убежище молчало, но по кристаллу под копытами Найтмер разлилось тепло, и сочные страхи превратились в простые сомнения. Это было не так сытно, но Твайлайт не была бы счастлива, если бы позволила Убежищу страдать под тяжестью страха дольше, чем нужно. Это было меньшее, что она могла сделать за ту нечаянную помощь, которую оказал сильный страх в восстановлении ее Луны.

Снаружи стихли звуки вращающихся пушечных башен, и гул магии от перегруженного великана вернулся к более безопасному уровню.

Вдалеке звала Эквестрия. Ее сестра была там, и неизвестно, что она теперь будет делать. Селестия сделала первый шаг и потерпела поражение лишь благодаря блестящей игре Твайлайт и спасению Литтл Стар в последнюю секунду. Не было медовых слов, которые могли бы смягчить случившееся, не было обещаний, которым можно было бы снова доверять.

Слишком легко было представить, как Селестия спокойно курит свою любимую трубку, глядя с высоты Кантерлота на шахматную доску, которой был мир.

— Значит, это будет еще одна из игр Империума… Война.

* * *

## Акт 2 Часть 4. Новое начало: Кейденс возвращается домой

* * *

Наконец щит Убежища слился с щитом Кристального Сердца, и Кейденс, образно говоря, испустила затаенный вздох. Город мог быть уязвимым местом в некоторых отношениях, но в других он был несравненным щитом. Стресс, который она пережила, позволил вырваться наружу другим чувствам.

В ее сердце образовалась черная пустота, где когда-то было что-то дорогое. Кейденс баюкала потертые, заброшенные участки одной из линий сердца с особым рисунком. По ней струился бесплотный ветерок, отчаянно искавший то, что он никогда не найдет. Даже с подтверждением, которое дал ее домен, было трудно принять то, что здесь было лишь ее физической оболочкой.

В каком-то смысле то, что осталось от Твайлайт, было прекрасно. Это было произведение искусства, пусть и извращенное. Одно то, как ее нынешняя оболочка отражала свет, было потрясающе, если не обращать внимания на то, что это было. Покрытые кристаллами кости, скрепленные одной лишь магией. Немного мрачно для любого пони, но все равно притягивает взгляд, хочешь ты этого или нет.

Все, что было в ее земной жизни, дрогнуло от того, что даже в таком состоянии тело было живым. Живым, но почти пустым от всего, что должно было в нем находиться. Все сердечные линии, которые должны были быть там, кроме двух, исчезли. Остались только Нова и Свит Дримс, и обе они скорбели о потерянном.

Яркие искры означали, что Нова была на удивление жизнерадостной, несмотря на скрывавшийся под ними более темный цвет, говоривший о подавленных эмоциях, с которыми придется разбираться позже. Множество тонких прядей доказывали, что ей небезразличны другие пони, кроме тех, кого она неистово любила. Затем была Свит Дримс, и линии ее сердца были совсем не здоровыми. Это были хрупкие шелестящие ниточки, напоминающие о долге и обещании, данном тому, кто был потерян. Если бы она была обычной пони, ее бы поместили под наблюдение для самоубийц. Учитывая то, что ждет аликорнов за гранью смерти, Кейденс не боялась, что Свит Дримс пойдет по этому пути.

Она положила копыто на то место, где должно было находиться сердце. Неважно, что ее настоящее сердце было далеко, оно все равно болело:

— Твайлайт, — прошептала она, слегка приложив копыто к все еще живым останкам. Может, она и не была тем маленьким жеребенком, которого она впервые вынянчила, но она была ее сестрой.

Под копытом Кейденс кристаллические доспехи казались гладкими и теплыми. Если бы она позволила себе, то могла бы притвориться, что ощущение зачарованного кристалла — это уголек магии ее сестры, которой просто нужен отдых, чтобы восстановиться.

В историях пожертвование жизни ради спасения друзей приветствовалась. Это был благородный и правильный поступок. В реальности же от этого только сильнее болели сердца, а в сердцах тех, кто выжил, оставалась пустота, которую никогда не заполнить.

— Вы хоть знаете, что ее больше нет?

Неудивительно, что три смертные души не ответили. Только время покажет, действительно ли сработал метод Твайлайт по спасению пони от смерти. По линиям сердца, ведущим из других мест поезда, было ясно, что души сестер Эпплблум и Свити Белль находятся здесь, но успеет ли блистательная кобыла разобраться с недостатками своего запасного плана — вот в чем вопрос.

Как бы ей ни хотелось просто остаться здесь и горевать, такой возможности у нее не было. Правление нацией должно было быть на первом месте. То, что Селестия сделала на этот раз, никак нельзя было простить. Даже ее сердце не было достаточно большим или крепким для этого. Это, по меньшей мере, было началом гражданской войны в Эквестрии. Приняв осколки Луны и Твайлайт, она уже приняла чью-то сторону, и пора было начинать действовать.

Она поднялась на свои кристаллические копыта и кивнула двум своим вечным стражам, которые стояли по бокам кровати, на которой лежал кристальный скелет:

— Берегите ее. — Они отсалютовали, и она отправилась на поиски Луны.

* * *

Даже с учетом того, что все пони кланялись и уходили с ее пути, прогулка по вагону заняла много времени. Даже слепой увидел бы, что почти каждый пони нуждается в добром слове, ободряющем взгляде или в чем-то еще. Пусть они и не были ее подданными, но они были пони, и пусть они не были под ее опекой, она не могла вот так просто оставить их. Она развернула свои чувства и коснулась их эмоций. Мешанина из страха, безнадежности, растерянности и сомнений почти заслонила собой все остальное. Сквозь страдания то тут, то там пробивались глубокие нотки потери и мести. В целом стадо укрылось в безопасном месте и ждало, когда опасность минует. Если бы все было так просто.

Им нужна была идеальная принцесса, и она стала такой. Она не была Селестией, она не стала бы заставлять их чувствовать или думать так, как считала нужным. И все же им нужно было что-то, что позволило бы прервать нисходящую спираль страха и отчаяния. Со временем близкие и друзья исцелили бы большинство из них. К сожалению, Кейденс считала, что на это не хватит ни лун, ни лет. Поэтому, как бы ей ни было неприятно это делать, она обратилась к своему влиянию аликорна.

Магия придавала больше веса ее утешительным словам и искренним советам. Это было обманом, это не было настоящей заботой один на один, которую все они заслуживали, но не было и сотни таких как она, которым нечем было бы заняться, кроме как быть для них Советником Кейденс. Тем не менее она спросила имена каждого из них и уделила несколько минут всем, кто в этом нуждался.

Она остановилась возле одной каюты. Все находящиеся в ней были связаны с душами, которые спасла Твайлайт. Этих линий было более чем достаточно, чтобы понять, кто они такие. Как бы несправедливо это ни было по отношению к остальным, пони внутри просто значили для нее больше. Четыре пони, которые так близко сошлись с ее племянницей. Я найду для них время позже.

Отсутствие Литтл Стар лишило решимости обычно решительных Метконосцев. Память об обгоревшем теле подруги все еще преследовала их. Пополнение к группе от Луны было единственным, что сдерживало их отчаяние. Его дополнительные годы и тренировки позволили ему стать той опорой, в которой они так нуждались. Когда она проходила мимо их каюты, его пронзительные глаза поднялись и встретились с ее глазами через дверное окошко. Этот напряженный взгляд удерживал ее копыта на месте лучше любого заклинания.

За обычно спокойным взглядом бывшего жеребца таилась кипящая ярость. Но он ничем не выдавал этого ни своим выражением лица, ни расслабленной позой очаровательного пони. В любое другое время вид Скуталу, приютившейся под его правым крылом, и Свити Белль слева от него был бы таким драгоценным моментом. Эпплблум, защищающая остальных, была как дополнительная порция милашек на вершине.

Вежливо постучав, она привлекла внимание остальных. Когда она вошла в каюту, на нее смотрели еще три пары глаз.

Эпплблум даже не стала дожидаться, пока дверь полностью откроется, прежде чем у нее вырвался отчаянный вопрос:

— Как она?

На мгновение Кейденс подумала о том, чтобы просто использовать свою сущность аликорна, чтобы успокоить их, но заколебалась. Поэтому она вошла в помещение и легла, чтобы стать более доступной:

— Литтл Стар в порядке, но отдыхает. Она использовала много магии, но с ней все будет в порядке, когда она проснется.

— Но… ее ожоги… они выглядели ужасно. — Эпплблум поскребла копытом по полу, ее уши слегка опустились.

— Они зажили. С ней все будет хорошо. Сейчас она спит под крылом своей матери.

В сердце Эпплблум все еще оставалось немного сомнений, но, по крайней мере, это успокоило ее:

— Что случилось? Мы были в замке, потом произошла яркая вспышка, и мы оказались рядом с вашим поездом.

— И у Стар горела грива… — добавила Скуталу.

Жеребята, скорее всего, были единственными пони, которые не знали о случившемся, единственными, кому взрослые не передали слухи. Несомненно, Метеор с его фестральным слухом уловил бы это, но он благоразумно решил не сообщать об этом. Впервые за долгое время эмпатия и обучение Селестии подвели ее. Она не могла ответить на этот вопрос. Ложь во спасение или правда — у каждого из вариантов были свои минусы. Если бы я была на вашем месте, захотела бы я знать правду?

— Она использовала слишком много магии слишком быстро, и ее рог немного перегрелся.

— Принцесса, — сказала Свити Белль.

— Да?

— Мы знаем, какие вещи Стар может делать, не причиняя себе вреда, а снег дал понять, что мы не вернемся в Понивилль. Почему вы везете нас в Кристальную Империю на своем новом поезде?

— Потому что там мы не будем в безопасности, — добавил Метеор, и его глаза щелками смотрели прямо в глаза Кейденс.

Эпплблум повернулась к нему:

— Это же наш дом, почему там небезопасно?

— Тот яркий свет снаружи был нападением на Твайлайт. — Широко раскрытые глаза и вздохи были единственным, что нарушило тишину, наступившую после слов Метеора.

Скуталу первой нарушила затянувшуюся тишину:

— С ней все будет в порядке? — Надежда в этих юных глазах пронзила Кейденс до глубины души.

Как я могу сказать, что та, кто подарила тебе крылья, ушла?

— Она стабильна… Мне придется поговорить с Луной, чтобы узнать, чем еще мы можем ей помочь.

Скуталу на мгновение посмотрела на свои крылья. В глазах была печаль, но потом она сменилась решимостью. Она поднялась на ноги, так высоко, как только могла:

— Если это поможет… она может забрать мои крылья обратно.

Кейденс обняла ее и обернула вокруг нее свои крылья:

— Ты храбрая кобылка. Спасибо, но нет, это не поможет, а если бы и помогло, Твайлайт никогда бы не согласилась. Она дала тебе эти крылья. Она хотела, чтобы у тебя были небеса.

— А Селестия может помочь? — спросила Свити Белль.

Это был такой невинный вопрос, и в любой другой день Кейденс, возможно, смогла бы лучше контролировать свое выражение лица. Метеор даже не пытался. Он открыто показал свои клыки.

— Я так не думаю, извини.

— Но почему? Разве она не заботится о ней?

Кейденс опустила глаза к полу. Почему Селестия?

Мысленно Кейденс перебирала в памяти все свои отношения с Селестией. Каждое ее слово, каждый взгляд, цвет и текстура, все линии сердца Селестии и то, как они изменились. Во многих отношениях это было просто невероятно. Селестия любила Твайлайт. Это не было фальшью. Всё было по-настоящему и глубоко. Она была несказанно рада, когда ситуация начала улучшаться. Ей хотелось рычать, топать копытами, кричать в подушку часами напролет, пока мир не удовлетворит ее требования и не обретет смысл. К сожалению, она уже не была той школьной кобылкой, которой все сходило с копыт. Скоро ее решения, правильные или неправильные, будут стоить жизней. Сотни, а может, и тысячи погибнут, если дело дойдет до войны.

Легкое ощущение давления вывело Кейденс из мрачных размышлений. Каким-то образом ее обнимали четыре маленьких пони, а Метеор выглядел очень подавленным. Она постаралась обхватить их всех своими крыльями. Даже несмотря на весь свой страх и сомнения, они бросили все, чтобы быть рядом с ней. Если бы только все пони могли быть такими, как вы.

* * *

Кейденс до сих пор не могла понять, как эти три кобылки уговорили ее, но каким-то образом они сопровождали ее, пока она продолжала свой путь. То ли дело в чистоте их эмоций, то ли в том, что они просто хотели увидеть своего друга, то ли в том, что после той импровизированной кучи пони она просто не хотела оставаться одна? Она не могла сказать, но одно их присутствие согревало ее сердце.

Пара стражей, стоявших у дверей, была лишней, но их присутствие говорило любому пони, тому кто прошел мимо, что те кто внутри, очень важны. Кейденс подошла к ним, и они отдали честь. Когда она проходила мимо них, один заговорил.

— Дочь государыни спит.

Кейденс кивнула и жестом велела метконосцам замолчать.

Внутри Луна лежала на кровати королевских размеров, а Литтл Стар была надежно укрыта крылом. Это была бы еще одна трогательная сцена материнской любви, если бы не тот факт, что из этих голубых глаз смотрела Найт, а не Принцесса Ночи.

Уже не в первый раз мужество Кейденс было подкреплено договором, который они заключили. Какой бы жестокой и злой ни была Найт, она все равно была обязана быть ее наставницей и не причинять ей вреда без необходимости.

Найт царственно кивнула, и Кейденс ответила ей тем же. Метконосцы тихонько засуетились. Каждый должен был своими глазами убедиться, что с их другом все в порядке.

Мерцание теней обвилось вокруг ушей Литтл Стар. Волшебство оформилось в виде шелковых ушных вкладышей:

— Теперь ее ничто не потревожит. — Найт сдвинула крыло, открывая им лучший обзор. — Мы благодарим тебя за…

— Семья, помнишь? — Кейденс с мягкой улыбкой прервала ее.

Найт на мгновение задержала на ней взгляд, а затем отрывисто кивнула. Ее глаза окинули метконосцев и на мгновение задержались на Метеоре:

— У нас есть к тебе дело. Охраняй нашу дочь до нашего возвращения.

— Не волнуйся, принцесса, мы справимся, — сказала Скуталу. Остальные девочки поддержали ее. Метеор отсалютовал, а за ним поспешила и Скуталу.

Найт потянулась к своей тени, и, когда она подняла копыто, из нее появились четыре очертания, с которых капала жидкая тьма, как будто тень была лужей. Когда тьма сползла с них, стало ясно, что это за предметы. Четыре одинаковых кинжала. На ножнах каждого был начертан символ метконосцев. Найт переместилась, продолжая лежать, приняв более царственную позу:

— Юные рыцари, мы вверяем вам безопасность нашей дочери. В этом деле ваши действия не должны быть сдержанными. Все, что вы должны сделать для защиты нашей дочери, разрешено, и, как рыцарей, только мой суд или суд моей дочери может осудить вас.

По мере того как Найт говорила, в сердцах метконосцев поднимались гордость и решимость. Возможно, Свити Белль была единственной из девочек, кто действительно следовал этим словам, но все они понимали их смысл. Найт по очереди посвящала их в рыцари своим рогом. Каждому она вручала клинок, и шелковистые нити теней прикрепляли его к их телам.

Улучшенные игрушки Литтл Стар технически уже превратили их в ее рыцарей, но никто не стал бы говорить, что это просто жеребячьи игры, когда принцесса Луна дарует такие клинки.

Гарнет мысленно постучала, а затем заговорила.

Метконосцы и один взбешенный фестрал. Мне почти жалко обреченную душу, которая попытается добраться до Литтл Стар.

Но все же, пожалуйста, присмотри за ними.

Конечно. С другой стороны, насколько вы довольны моей подготовкой?

Только больше никаких приключений в тавернах, хорошо?

Тогда спортивный бар.

Гарнет.

Послушайте, принцесса, почти каждый из нас, у кого есть хоть капля свободы воли, хочет прямо сейчас выступить в поход на Кантерлот. Она убила Твайлайт, ты ведь знаешь это?

Знаю… — Одно это признание каким-то образом сделало все более реальным, чем это было всего лишь мгновение назад.

Крыло Найт проводило ее, когда они оставили четырех маленьких рыцарей присматривать за Литтл Стар.

Лишь стук копыт нарушал тишину, пока они шли. Присутствие Гарнет на задворках ее сознания угасло.

Закончится ли предстоящий конфликт изгнанием пони на луну или их судьбы будут изложены в более скорбных тонах?

Она покачала головой и отбросила сомнения на время.

— Луна… — начала Кейденс, ее пристальный взгляд ясно говорил о том, что она знает, что это Найт. — Как дела?

Глаза Найт скользнули к ее глазам, и через несколько секунд она вздохнула:

— Признаться, нам стало лучше.

— Ты будешь в порядке на этой встрече?

— Нам предстоит многое решить, и мы выскажем свое мнение.

Война… Кейденс кивнула. Что-то в тоне Найт вскрыло в ее сердце новую яму беспокойства.

* * *

## Акт 2 Часть 4. Новое начало: Долг Метеора

* * *

Метеор наблюдал. Он прислушивался. Единственная пони, за которой его государь велел ему следовать даже вопреки ей, лежала в постели, и никто не знал, когда она проснется. Хотя ее состояние было вызвано собственными действиями, вина за это лежала на копытах Селестии.

Свити Белль суетилась вокруг нее, заботясь о том, чтобы ей было удобно. Эпплблум приложила все силы к приготовлению закусок. Конечно, из ее седельных сумок появлялись именно яблоки, а не превосходные манго, но ведь главное — это идея.

Ему казалось, что он познал вершину верности и связи между товарищами, когда только-только стал Ночным Стражем. А потом его бросили к четырем кобылкам. Возможно, они понимали это не совсем так, как он, но это не мешало их узам быть крепче.

Легкое касание перьев переключило его внимание на Скуталу. Она кивнула ему. Одно это движение говорило о многом. Она понимала, она знала, что такое быть воином. Что значит взять на себя обязанность защищать других. Если что-то случится, они позволят тому, кто первым среагирует, взять на себя инициативу.

Несмотря на то что мысли его блуждали, он все же сосредоточился на том, что происходит здесь и сейчас. Это был простой прием, но на его освоение ушли годы: позволять своим прихотям делать свое дело и при этом не отвлекаться на них.

Государыня учила, что иногда они могут принести озарение, необходимое в критический момент, но пока ни одно из них не было настолько полезным.

По долгу службы его вдохновляла избранная пегаска. Многочасовые тренировки и спарринги пронеслись у него в голове. Она была дерзкой, даже безрассудной, но он довел ее до уверенности в своих действиях, руководствуясь врожденной способностью пегасов оценивать ситуацию в мгновение ока.

Это всегда было целью в учении тактике малых подразделений, но так редко достигалось. Все, что требовалось, — это простой взгляд. Одно движение или один звук — и они оба узнают план.

Скуталу должна была вырасти воином, о котором и через тысячу лет будут рассказывать легенды.

— Как она? — спросила Эпплблум.

Свити Белль прислонила свой рог к рогу Литтл Стар. Удивительно, но на ней не было ни одного следа от ожога. Голова кобылки была в огне. С сопутствующими запахами горелой плоти ошибиться в том, что это была не просто манифестация силы, было невозможно.

— Я не чувствую с ней ничего плохого. — Ухо Свити Белль дернулось. — Как будто ее магия поет, но забыла слова, а бэк-вокалисты спорят.

— Но с ней все в порядке? — спросил Метеор, даже не успев понять, что открыл рот.

— Думаю, да… Это похоже на то, что происходит, когда я неправильно делаю уроки магии, и ей приходится останавливать мою магию за меня.

Тело Метеора расслабило мышцы, о напряжении которых он даже не подозревал. Вызвать дисгармонию в магии единорога было делом нешуточным. Но поскольку это был основной способ, при помощи которого единороги выигрывали поединки, его изучали даже в далеком прошлом. Так что государыня ни за что не бросила бы свою дочь, если бы дело было серьезным.

Скуталу наклонила голову.

Метеорит кивнул:

— Да, с ней все будет в порядке.

— Мы можем ей чем-нибудь помочь?

— Только моральная поддержка. Она должна справиться с этим сама.

— Так, я знаю, что я не моя сестра, но эт можно понять, когда от нас что-то скрывают, — упрекнула Эпплблум.

— Эпплблум, я думаю, мы все это знаем, — сказала Скутс.

Свити Белль подняла голову:

— Так в чем же дело?

Скуталу закатила глаза:

— Следующий большой злодей, очевидно.

Скорее, первый… — подумал Метеор, делая медленный, ровный вдох. Сейчас было не время говорить о том, что именно принцесса Селестия является "следующим большим злом":

— Что бы это ни было, сейчас мы ничего не можем с этим поделать.

— Так зачем мама Стар дала нам эти ножи? У нас и так достаточно оружия, не так ли? — спросила Эпплблум.

— Это знак отличия, как тот, что мы получили за победу над гидрой, — сказала Скуталу.

Свити Белль с укором посмотрела на свой кинжал:

— Мне кажется, что они слишком волшебные, чтобы быть просто медалью.

Метеор кивнул:

— Они старые, очень старые, но у Ночной Стражи есть такое оружие.

— И что? Что они делают?

— С их помощью можно приковать что угодно к месту своей тенью.

— Как?

— Просто вонзи его в тень, и он удержит на месте.

Скуталу задумчиво посмотрела на свою.

— Только будь осторожна, так как это ранит цель, так что не стоит целиться в голову или сердце.

— Значит, теперь мы можем атаковать тень, чтобы причинить вред? — спросила Скуталу.

Он кивнул:

— Да.

— Потрясающе, нам нужно будет добавить это в наши тренировки.

Что-то в фоновом звуке изменилось. Его уши навострились, а затем повернулись к источнику. Дыхание Литтл Стар стало немного глубже, а пульс участился на несколько ударов в минуту.

Эпплблум и Свити Белль не заметили этого, но Скуталу заметила. Может, она бы и не услышала, но они так много тренировались вместе, что она уловила и поняла движение его уха. Она перевела взгляд на Литтл Стар, а потом снова на него. Он кивнул:

— Она просыпается. — Это привлекло внимание остальных.

Эпплблум бросила свои закуски и кинулась к кровати, а Свити Белль едва не набросилась на Литтл Стар. Все их чувства были сосредоточены только на одном.

Тело Скуталу напряглось, словно она собиралась броситься туда, но она удержалась на месте, удерживая большую часть своего внимания на возможных угрозах. Как бы она ни гордилась тем, как далеко продвинулась, сейчас было не время для этого.

— Дозор на мне. — Он толкнул ее крылом и продолжил более мягким тоном. — Иди к ней.

Ей не нужно было повторять дважды.

Первое, что увидели бы пурпурные глаза, — это трое друзей, собравшихся вокруг нее.

* * *

## Акт 2 Часть 4. Новое начало: Новый компаньон Кэндис

* * *

Тело Кэндис двигалось само по себе, а точнее, под руководством другой. Сладкая закуска, которую сунули ей в мордочку, могла бы быть и золой, если бы не удовольствие, которое она ей доставила. Однако это не помешало гостье хмыкнуть, наслаждаясь лакомством.

Твайлайт больше не было. Один только факт, что Нарушительница Правил была здесь и контролировала ее тело, был тому подтверждением. Но даже с этой пустотой в сердце ее разум все еще работал. Тренировки Луны и Найт убили бы ее, если бы она не смогла справиться с неудобством, когда ее любовь пожертвовала собой из-за солнечной атаки.

Логика, разум, расчет. Она так долго была аналитиком, что отказаться от этой привычки теперь было невозможно. Точная цепочка событий, приведших к такому исходу, была настолько невероятной, что она не могла допустить, чтобы это было чем-то иным, кроме как преднамеренным действием.

Селестия была главным подозреваемым в том, кто за этим стоит. В конце концов, она была агрессором. Неужели это она привела события в движение, чтобы они произошли? Эмоции говорили "да", но разум утверждал, что она еще многого не знает.

Кэндис почувствовала, как язык собирает с губ последние крошки, и удовлетворенно вздохнула. Наскоро перекусив, Нарушительница Правил повернулась, чтобы покинуть отведенное Кэндис купе. Она даже не проверила в зеркале, как сидит на ней форма, прежде чем копыто потянулось к двери.

Оказаться по другую сторону баррикад на этот раз было довольно необычно. Как бы ни обволакивала ее душу забота Нарушительницы Правил, в ней все равно чувствовалась какая-то неправильность. Как бы она ни принимала своего нового компаньона, все равно оставалось ощущение, что ее тело в каком-то смысле украли.

Эта часть больше относится к моим обязанностям. Ты не против?

Хочешь заняться скучными делами? Будучи моим гостем.

Как будто партнер по танцу слишком быстро закружил ее, бытие сместилось, и Кэндис пришлось упереться ногами, чтобы не упасть лицом вниз.

Это не просто так. Ты здесь гость. Я та, кого другие ожидают увидеть здесь в этом теле, и твои действия отразятся на мне, а не на тебе. Я уже думаю, как достать тебе твое собственное тело…

Послушай, это то, чего она хотела, и это то, что нужно нам обеим.

Я знаю, что тебе нужен носитель. Я знаю, что мы способны работать вместе. Я знаю, что это не намеренно. Но это все равно похоже на то, что ты украла у меня тело.

Ты отдала себя Твайлайт. Ты ведь знаешь, что это уже не твое тело, верно? — Нарушительница Правил наполовину дразнила.

В ней поднялся гнев, но Кэндис осторожно отодвинула его в сторону.

По закону, но она не могла завладеть моим телом без моего разрешения, да и делала она это только два раза, во время реальных свиданий. Это все еще мое тело, которым я должна управлять.

Послушай, если бы меня здесь не было, ты была бы мертва. Ей нужно было дать тебе больше силы, чем ты могла бы пережить, и я стала ее решением. — Негодование Нарушительницы Правил просочилось из нее, но тут же сменилось извиняющимся тоном. — Да, это отстой, но если я тебя брошу, ты умрешь.

Впервые я так ясно ощущаю твои эмоции. Ты в порядке? — Кэндис мысленно предложила обнять ее, нуждаясь в этом так же сильно, как и Нарушительница Правил.

Чувства улетучились, и эмоции Нарушительницы Правил сменились на раздражение, а затем она со вздохом приняла объятия. На мгновение все вокруг стало теплым. Это было очень похоже на объятия старшей сестры, которая с одинаковой вероятностью может быть как доброй, так и испортить твою гриву ради забавы, даже если она будет рядом в любой момент, когда это действительно важно.

— Значит, все это время я старалась быть милой, пыталась утешить тебя, а ты ничего не чувствовала? Чтоб мне провалиться, надо было просто вздремнуть…

Думаю, я это почувствовала, но не совсем отчетливо, поскольку мое собственное горе в тот момент было просто непреодолимым. Я все еще горюю, но то, что ты здесь, делает это легче.

Да, да. А теперь, ты хочешь поговорить со своими пони, или я возьму еще пирожных?

Не стесняйся, бери еще одно пирожное и управляй магией. Мне нужно управлять моим… нашим телом для выполнения обязанностей.

Отлично, значит, я застряла, пытаясь оставаться неподвижной… Ты понимаешь, как трудно случайно не заблокировать желание двигаться?

Не могу сказать, что осознаю. Я не пыталась овладеть другими.

Ну, в наше время это в моде… — фыркнула Нарушительница Правил в том же тоне, что и Твайлайт. Кэндис почти видела, как она закатила бы глаза.

Кэндис хихикнула.

Ладно. Ты — та, кто любит нарушать правила магии. Можешь ли ты сделать что-нибудь, чтобы тебе было легче?

Я не могу придумать ничего, что не убило бы тебя. Это разница в нашей силе… пока все не уляжется более… эх, херня, по-доброму не скажешь. Пока ты не станешь частью меня… одним из моих фрагментов, вроде как…

Что, если я создам для тебя твое собственное тело? Я вроде как в основном из Твайлайт, после того как меня случайно поджарили.

Хочешь уже избавиться от меня? — поддразнила Нарушительница Правил.

Нет, но я хочу, чтобы ты была счастлива.

А если учесть, что сделала Твайлайт, думаешь, я буду счастлива вдали от тебя? Я буквально создана, чтобы любить тебя… помнишь?

Я знаю, это не значит, что нам придется расстаться, просто у нас будут свои тела, как тогда, когда Твайлайт была рядом. Но это не значит, что мы стали любить друг друга меньше.

Тогда это тебе понадобится новое тело. Она очень крепко привязала меня к этому телу. Кроме того, со мной здесь тебе гораздо безопаснее, и ты это знаешь. — Ощущение всенаправленного объятия, которое было бы невыносимо удушающим, если бы это можно было сделать физически, было просто приятно.

Значит, ты предпочитаешь овладеть искусством неподвижности, чтобы я могла выполнять свои обязанности, а не быть отдельно?

Неа, тебе просто нужно поторопиться и научиться быть громче в своих действиях.

Тогда что мне нужно сделать, чтобы ты помогла мне этому научиться? Я даже не представляю, с чего начать.

Пока просто подумай, что ты хочешь сделать, а я передам это телу. К урокам мы приступим позже.

Хорошо. Но сможешь ли ты соблюдать необходимую точность? Это не обвинение, просто честное любопытство.

Мы ведь собираемся просто поговорить с несколькими пони, а не идти на танцы, верно?

На самом деле это гораздо больше. Публика увидит, и то, как мы двигаемся, передает гораздо больше, чем некоторые думают. Военная выверенность — ключ к тому, чтобы предстать перед публикой твердым и уверенным в себе защитником. Дать им понять, что, как бы плохо ни обстояли дела, у нас есть способность сохранять спокойствие и защищать их.

У нас есть возможность защитить их? От Селестии?

Даже если это не так, они должны верить, что у нас есть такая возможность. И я не думаю, что они еще знают о Селестии, так что этот разрыв в силе не будет иметь значения для публики в данный момент. Но для них важна внешность, а я бы халатно отнеслась к своим обязанностям, если бы не выполняла их в меру своих возможностей.

Тогда будь небрежна,тебе нужно время для себя, время, чтобы прийти в себя и смириться с тем, что произошло. — Беспокойство Нарушительницы Правил было трогательным, хотя и слишком агрессивным.

У меня уже было немного времени, и я найду его позже. Но сейчас у меня есть свои обязанности, которые нужно выполнять независимо от того, что я чувствую. И если я позволю своим эмоциям мешать мне, я буду не очень хорошим Капитаном Стражи Твайлайт. — Просто мысль о том, что она не может быть лучшей в той роли, которую отвела ей Твайлайт, не позволяла ни любовь, ни гордость.

Ладно, делай то, что тебе нужно сейчас, но у тебя будут отгулы, даже если я тебя заставлю. — Было ясно, что в словах Нарушительницы Правил было столько же угрозы, сколько искреннего обещания помочь.

Я не собираюсь пренебрегать собой. Но и пренебрегать своими обязанностями я тоже не могу. Спасибо, что ты здесь, даже если это был не твой выбор.

Да-да, давай начнем. Кто-нибудь из пони учил тебя быть лаконичной?

Кэндис вздрогнула, но постаралась этого не показать.

Вообще-то я и так лаконична.

Приземистое копыто земной пони, сделавшее фейсхуф, ударило их головами об стену.

* * *

Если бы не улучшения, которые Твайлайт вживила в ее тело, она ходила бы с хорошо заметным следом от копыта. Вместо этого нужно было всего лишь немного позаботиться об уходе.

Перемещение тела таким образом было похоже на сон. Не было ни дельты, ни задержки. Движения происходили чуть быстрее и выполнялись чуть плавнее, но все ощущения были какими-то плоскими, словно где-то произошла небольшая заминка.

Кэндис ощущала каждое движение головы, каждое подергивание, которое Нарушительнице Правил приходилось заставлять себя не делать. Даже малейшее искушение сделать что-то, и гостья, казалось, была способна заглушить самое громкое требование, которое она могла бы прокричать своим конечностям.

Но странности в управлении своим телом были наименее важны. Почти каждый пони хотел спросить, как дела у Твайлайт. У каждого из них была своя смесь надежды и страха. Хотя не все из них видели хрустальный скелет, который был всем, что осталось от тела Твайлайт, все пони уже явно слышали о нем.

Замаскированные чейнджлинги на поезде были точками торжественной стабильности по сравнению с гораздо более шумными понивиллийцами, а почти поклоняющиеся взгляды гибридов, которых Твайлайт восстановила, заставили Кэндис желать, чтобы у нее появилась надежда вернуть свою Твайлайт.

К тому времени как они добрались до спиральной кристальной лестницы, ведущей в носовую обсерваторию, терпение Нарушительницы Правил иссякло, а небольшие изменения в удельной плотности мочи заставили трех последних пони, которые хотели поговорить, поспешить в туалет.

— Эти овцы ничего не могут сделать сами, — сказала Нарушительница Правил их общим голосом и слегка попятилась, прежде чем позволить своему телу вернуться в ожидаемую позу.

— Чего же ты ждешь, когда Селестия делает все для своей идеальной маленькой нации, вместо того чтобы позволить пони учиться самим?

Вздох. Нарушительница Правил спроецировала его мысленно.

Это теперь твоя коронная фраза? — с юмором спросила Кэндис.

Похоже, она или: моя жизнь — дерьмо.

Когда открылась последняя дверь между ними и пунктом назначения, послышался шум жаркого разговора.

— Хотя бы скажи, где они? — взмолился голос Старлайт.

— Ты же знаешь, что она не может, так что перестань ее доставать, — огрызнулась суровым голосом Гильда.

— Что здесь происходит? — мягко спросила Кэндис.

Гильда находилась по одну сторону стола, половина приготовленной рыбы была отодвинута в сторону в пользу этого спора.

Старлайт уперлась передними копытами в стол, и казалось, что в любой момент она вскочит и протопчет путь через стол, чтобы добраться до грифонши.

Рейнбоу Дэш подняла взгляд на потрепанные книги из серии Дэринг Ду, которые она читала:

— Эй, Кэп, Старлайт хочет знать то, о чем Луна просила молчать.

— Что ты хочешь узнать, Старлайт?

Старлайт перевела свой пристальный взгляд на Кэндис:

— Все остальные из Понивилля на месте. Где ЭйДжей, Флаттершай, Пинки Пай и Рэрити?

— Чтобы ответы на эти вопросы имели хоть какой-то смысл, придется многое объяснить. Я знаю, что ты была близка с Твайлайт, так что…

Облегчение в глазах Старлайт сменилось ужасом:

— Что ты имеешь в виду? Она не… мертва, она не может быть мертва.

— Значит, она так и не объяснила тебе некоторые вещи.

Старлайт снова опустилась на копыта. Ее разум явно бежал сам по себе. Она даже не услышала, как книга Рейнбоу ударилась о стол.

— Да ладно. Ты была близким другом. Ты заслуживаешь знать, что происходит. Но чтобы рассказать тебе, мне нужно разрешение Луны.

Рейнбоу на мгновение взглянула на Гильду, а затем поднялась на копыта:

— Эй, а мы можем поучаствовать в этом?

Кэндис кивнула:

— Вы — ее рыцари. Если кто и имеет право знать, так это вы, ребята.

Вздох. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь…

Потребовалось лишь мгновение, чтобы потянуться и прикоснуться к Луне. С тех пор как она стала избранной, в ней появилась та маленькая ниточка, которая, как компас, указывала ей верный путь. Кэндис повернулась лицом к остальным и жестом приказала им следовать за ней.

Я знаю, что смогу привести веские аргументы, чтобы они узнали правду. Если Луна и Кейденс откажутся, значит, я сделала для них все, что могла.

* * *

## Акт 2 Часть 4. Новое начало: Первые шаги Мунлайт Скролла

* * *

Мунлайт Скролл чувствовал, как вздымается каждая часть его тела, как нарастающее давление разрывает его взрывом агонии. Сказать, что он был удивлен, когда боль сменилась тупым ощущением удара и звуком разлетающегося кристалла, — значит сильно преуменьшить.

— Что случилось? — спросил он чужим голосом. От его глубокого баритона завибрировали наваленные на него обломки.

Он моргнул и посмотрел на окружающие его разрушения. Вокруг и под ним были разбросаны осколки кристаллов. Единственное, что было узнаваемым и целым, — это отвратительное зеркало. Он оторвал взгляд от этого хитроумного орудия пыток, пока его не начало трясти. Одно его присутствие здесь говорило о том, где он находится.

— Что ж, не стоит злоупотреблять гостеприимством. Спасибо за заботу… Не думаю, что вернусь в ближайшее время. — Он поднялся на копыта — или попытался это сделать. Осколки кристаллов взорвались под его копытом, а конечности впечатали его в стену.

По всей видимости, боль, которую он испытывал, вполне могла быть вызвана копытом, набитым пылью и подушками. Но это ничуть не изменило того унижения, которое причинило ему сползание по стене. Он лежал и смотрел на свою переднюю ногу. Огромное обсидиановое копыто выглядело так, будто могло пробить броню, а с прикрепленной к нему конечностью, обмотанной толстыми мышечными пучками, это не было преувеличением. Даже когда он двигал конечностью, в каждой ниточке мышечных волокон чувствовалась грубая сила. Сила, которой не мог обладать ни один единорог.

Получилось ли? Надежда и предвкушение переполняли его, и те полсекунды, которые потребовались, чтобы взглянуть на спину, показались ему целой вечностью. Они были пыльными, в них застряли осколки кристаллов, но они были там, его крылья.

— Да! — Он рассмеялся. Он не мог сдержаться. Радость, облегчение, удовлетворение и просто желание быть живым требовали выхода. От силы его смеха на него упало еще несколько осколков кристального замка. Когда это не причинило ему ни малейшей боли, он только еще больше расхохотался.

С каждым вдохом ему казалось, что он может одолеть весь мир. Ему потребовалось несколько минут, чтобы успокоиться, и еще несколько минут, чтобы привести в порядок свои невероятные силы, и он смог успешно стоять.

— Я знал, что земные пони могут быть сильными… но это… — Как будто я ничего не вешу… Его аура потянулась и разбросала обломки, скрывавшие большую часть зеркала. Стиснув зубы, он повернулся и заставил себя всмотреться в свое отражение.

В зеркале он не увидел ничего от того пони, которым был раньше. Пони, которого он увидел, не походил ни на его прежнюю внешность, ни на Ноубл Гида. Вместо него на него бесстрастно смотрел высокий, мощный жеребец. Его серая пятнистая шерсть выглядела тусклой и безжизненной, но это лишь сильнее выделяло мерцающую серебристую гриву. Даже под длинной, непокорной шерстью можно было разглядеть его мощный корпус. Плотное тело было громоздким, а мышечной массы хватало на десяток земных пони. Гордостью любого единорога был рог, обсидиановый шпиль, увенчивающий его голову, он выглядел так, что мог бы сравниться как минимум с Селестией.

Потребовалось некоторое усилие и помощь его ауры, но ему удалось расправить крылья. Они покрывали пространство комнаты, почти достигая обеих стен сразу. В целом они казались серыми, но его недавно усовершенствованные глаза видели, что каждое из них пестрело десятками разных цветов, поскольку на каждом из них было уникальное расположение пятен.

Он с усмешкой посмотрел на внушительного, мощного, но немного пушистого аликорна в зеркале:

— Что ж, придется подстричь шерсть, но это небольшая плата за бессмертие.

Он повернулся в сторону, чтобы посмотреть на себя в профиль, и замер, заметив свою кьютимарку. Свиток и символ луны исчезли. На их месте была чистая страница с потрепанным краем, словно вырванная из книги. Он улыбнулся, и в его внутренностях образовалась пустота:

— Чистая страница — что может быть лучшей кьютимаркой для пони с бесконечным потенциалом.

Он посмотрел вверх на дыру в потолке и черную пустоту за ней:

— Где же звезды? — Его крылья затрепетали от желания взлететь, но все, чего удалось добиться, — это очередного безболезненного столкновения со стеной. Его хихиканье сотрясло и комнату, и его самого. — Ладно, я буду ходить, пока не найду наставника.

Разбитые куски кристалла рассыпались под его копытами, пока он степенно пробирался по замку. В нос ударили сильные запахи, в том числе нечистот немытых пони. Резкий химический укус антисептиков и мощных чистящих средств не мог заглушить кровь, мочу и другие телесные жидкости. Глаза слезились от рвотных позывов, а запахов становилось все больше и больше. Пепел, горелая плоть, чернила, шоколадное печенье, десятки видов алкоголя, который странные путешественники присылали после шторма, тошнотворно сладкий мед, сытное овощное рагу и последствия любовных встреч, когда пони решили не мыться после этого.

Желудок сжимался, пытаясь заставить его проблеваться, но, очевидно, ничего, кроме желчи, предложить не мог. Рог зажегся, и он снова прибег к магии разума. Это был простой и обратимый эффект. Но сейчас он лишил обоняние способности воспринимать что-либо.

— Так-то лучше. — Он задыхался, его затекшие бока болели. Я пронесся сквозь замок, и вот что меня беспокоит? Ему захотелось рассмеяться, но протестующие бока сдержали этот порыв.

Покинув разрушенный участок, он обнаружил, что остальная часть замка находится в гораздо лучшем состоянии, хотя и в жуткой тишине. Лишь его сбивчивое дыхание и тяжелый стук копыт нарушали абсолютную тишину.

Замок оказался не таким, как он ожидал. В коридорах лежали брошенные и разбросанные вещи. Были видны следы паники и несколько выброшенных предметов, но почти все, что могло пригодиться, исчезло. Распахнутые двери вели в библиотеку. Достаточно было одного взгляда, чтобы понять, что это огромное и пустое хранилище без единой книги на сотнях полок.

Любопытство взяло верх, и он осмотрел остальную часть замка. Здесь было много декоративных предметов, несколько брошенных личных вещей, но ни книг, ни еды, ни инструментов, ни постельных принадлежностей он не обнаружил.

Путь привел его к большому окну. Снаружи его освещал лишь мерцающий свет магических ламп. За пределами этого небольшого, несовместимого с реальностью радиуса все было погружено в кромешную тьму, которую он когда-либо видел. Словно за пределами небольшого светового круга ничего не существовало. Что за Тартар? — спросил он в тишине своего разума, где его не могли услышать те, кто мог там находиться.

Была ли это самая темная ночь или бессолнечный день? Он не мог знать, и это незнание обычно раздражало его, но в этот момент ему казалось, что у него есть все время в мире. А сколько сейчас времени? Во всем замке не было ни одного часового механизма. Как они вообще все организовывали?

Тихая тревога нарастала и нарастала. Скверна казалась простой и сработала, когда ее проверили. А что, если жертвенный ритуал тоже оказался слишком эффективным? Неужели он только что убил всех пони в Эквестрии? Это было невозможно. Этого никак не могло случиться… Но, с другой стороны, не могло быть и того, чтобы скверна стала необъятной.

Какой бы нелепой ни была эта идея, он просто не мог избавиться от сомнений. Нужно было что-то сделать, чтобы доказать, что его разумное "я" право. Его аура стянула со стены портьеру, и, приложив еще немного магии, он получил вполне подходящее прикрытие. Он окутал себя магией и направил на себя одно из заклинаний, полученных в Храме Скрытого Пути. Дрогнув, он исчез из всех форм восприятия.

— Пора прогуляться.

* * *

Первый шаг на улицу был шоком. Как только его необутое копыто коснулось земли, по ноге пробежала волна мурашек… Он поднял копыто, и все прекратилось. Он задрожал:

— Похоже, земнопони нужно не только контролировать эту силу.

Он вздохнул и снова медленно опустил копыто. Ощущения вернулись, но на этот раз он был готов к ним. Он закрыл глаза и сосредоточился на своих ощущениях. Когда ветерок взъерошил его шерсть, ощущения усилились. В его сознании зародилась маленькая рябь понимания. Если бы мое копыто было рогом, как бы я это интерпретировал? Одна эта мысль все изменила. Ощущения были не в ноге. Нет, они были за ее пределами, вне его, словно он использовал широкополосную ауру, чтобы ощущать себя в темноте. Снова подул ветерок, посылая вихри и узоры сквозь это новое ощущение. На мгновение в этом не было никакого смысла, но потом он уловил ощущения травы, с которой играл ветер.

Он чувствовал, как ветер шевелит его шерсть, и пока его копыто стояло на земле, он ощущал траву так, словно это были волоски его собственной шерсти. Он поставил на землю другое переднее копыто, и новое чувство обострилось. Через минуту он полностью отошел от мертвого кристалла.

С каждым поднятым копытом ощущение становилось все слабее. С каждым шагом копыта по земле пробегала рябь, как при падении камня в воду. Даже если теперь это было терпимо, это чрезвычайно отвлекало. Как нестабильный и неэкранированный магический поток отвлекал бы его рог.

— Теперь я понимаю, почему ты всегда носишь металлическую обувь…

Снаружи воздух оказался теплее, чем он ожидал. Он держался поближе к замку и обогнул его, чтобы посмотреть на Кантерлот. В горном городе было видно больше огней, чем в обычную ночь. Когда он сосредоточился, город стал приближаться, его крылья взметнулись, и он отпрянул назад.

Последовало еще одно безболезненное столкновение со стеной:

— Дурацкие пегасьи рефлексы, — вздохнул он и снова встал на копыта. Он знал, что у пегасов хорошее зрение. Он знал, что они могут видеть дальше, если обладают магической силой, так почему же именно он подпрыгнул, когда его зрение увеличило пространство? Он снова вздохнул и перевел взгляд на далекий город.

На стенах медленно двигались точки магического света. Он мог различить рогатых пони, которые двигались вместе с ними. Их было гораздо больше, чем обычно, по крайней мере, двойная смена стражников. Как бы по-жеребячьи он себя ни чувствовал, он приветствовал облегчение, охватившее его. Он был не единственным оставшимся пони. Он не потратил все жизни на то, чтобы дать им правителя, в котором они нуждались.

Он медленно завершил свой круг вокруг замка. В небе над головой была лишь темная пустота, без луны и звезд, непроницаемая для его взгляда. Единственными источниками света были Кристальный замок и Кантерлот. Он посмотрел в ту сторону, где должен был виднеться пурпурный купол, но там ничего не было. Неужели мой ритуал уничтожил и его? Не должен был. Он даже не должен был повлиять на него, но куда же он делся? Творение Твайлайт было совершенным и мощным. Оно было создано, чтобы продержаться целую вечность, и не поддалось бы магии, рассчитанной только на смертных.

Окутав себя скрывающей магией, он направился в ту сторону. Ему нужны были ответы, и это было самое подходящее место для их получения. Несмотря на то что он вернулся на место преступления, он прикинул, что в этой темноте у него есть все шансы увидеть их свет задолго до того, как они увидят его.

Его новое чувство земного пони было плохой заменой зрению, но оно хотя бы позволяло ему следить за новой дорогой. По крайней мере, его магия крови должна предупредить его, если какое-нибудь существо приблизится слишком близко.

Что ж, пора посмотреть, не сидит ли кто-нибудь из пони в засаде.

* * *

## Акт 2 Часть 4. Новое начало: Испытание Блюблада

* * *

На какое-то бесконечное мгновение не осталось ничего кроме света. В этот единственный миг между секундами он понял, кто он такой, и увидел все, что мог сделать. Мир обрел смысл, и он понял, почему все произошло. Глубочайшие тайны магии и смысл существования были знакомы ему так же хорошо, как его собственный рог. Затем, с мягким упреком, который звучал как "когда ты будешь готов, юный", все это начало стихать.

Его версия, которую использовала Селестия, претендовала бы на свои благородные привилегии и требовала сохранить все, вцепилась бы во все это зубами, если бы понадобилось, и никогда не отпускала. Новый он просто принял это. Этот не совсем голос был добрым, и он знал, что он не желал ему зла. Он был всего лишь жеребенком, а жеребенку не дают книгу об опасной магии и не говорят ему идти с ней играться.

Озарения улетучились вместе с ощущением, как будто кто-то нежно гладил его по гриве. Если бы это произошло публично, он бы возразил, но без политических последствий он мог бы воспринять этот жест так, как он был задуман, и воспринял бы его так, как это было задумано.

— Пока я не буду достоин, — сказал он и почувствовал тепло в ответ, которое на вкус было очень похоже на то, как другой сказал, что он будет ждать. Что-то, по ощущениям похожее на нос, коснулось его щеки. Последнее, что он услышал, прежде чем свет снова стал всем, был звук переворачиваемой страницы и скрежет пера.

* * *

Это было либо слишком ярко, либо слишком темно, и он не мог сказать, как именно. Его охватило легкое замешательство, и ни одно из его чувств не говорило ему ничего, кроме того, что он падает. Несмотря на все это, он чувствовал себя совершенно спокойным, в груди разливалось теплое удовлетворение. Он знал, что беспокоиться не о чем и что все будет хорошо.

Где я? Что происходит?

Его копыта ударились о землю, причем даже не все одновременно, и на этом ощущение падения прекратилось. Его глаза распахнулись, и он снова смог видеть. Сумасшедшие размытые изображения обрели гораздо более четкую фокусировку, чем он мог себе представить раньше. От него отделились нити меркнущего света, и что-то напряглось и зашевелилось у него за спиной. Звук рассекающих воздух перьев точно сказал ему, что это такое. Он стоял высокий, царственный, с расправленными крыльями и высоко поднятым рогом.

К сожалению, его драматическое появление видели только пауки, копошащиеся в паутине в заброшенном тронном зале. Хотя сам он никогда здесь не был, он видел картины, изображающие старый замок в Вечносвободном в его расцвете. Даже спустя столько времени это все еще было узнаваемо.

— Почему здесь? — спросил он неизвестно кого, направляясь к двери. Его тело двигалось плавно. Даже после такой короткой прогулки он чувствовал себя ловким, как танцор, и легким, как перышко.

Голос Платинум раздался из боковой комнаты:

— Это было самое безопасное место, мой принц. Могу ли я сказать, что крылья тебе действительно очень идут?

Он повернулся к ней лицом, все еще поражаясь тому, как плавно реагировало его новое тело. Там, лишь с малейшими намеками на то, что это была всего лишь иллюзия, была Платинум Чек. Он склонил голову в приветствии:

— Можно…  Так это то, что моя тетя скрывала от меня? — спросил он, критически осматривая великолепные белые перья, украшавшие его правое крыло.

— Да, но мы должны поторопиться, мой принц. Нужно сделать еще кое-что.

— Последнее испытание? — спросил он, уже зная ответ.

— Да, теперь, пожалуйста, следуй за мной, мой принц.

Кивнув, он пошел в ногу с ней. Его копыта ни в коем случае не ступали бесшумно, но с той грацией, с которой он двигался, они были почти такими. Он взглянул на нее и отметил, что ему приходится смотреть вниз, чтобы встретиться с ней взглядом. Если она все еще такая же высокая, как обычно, то я на целое копыто или около того выше, чем был. Это все еще было заметно, но не делало его присутствие таким внушительным, как у Селестии.

— Что я должен делать на этом испытании?

— Сохраняй спокойствие, доверься мне, знай, кто ты и что ты выживешь.

— Я доверяю тебе и благодарю. Даже если я не смогу…

Ее холодная аура сжала его морду. Кобыла уперлась копытом в стену, и часть ее отошла, открыв уходящий вниз спуск. Ее напряженный взгляд впился в его собственный:

— Ты выживешь, мой принц. Скажи мне, что выживешь.

Каким бы глупым это ни было, он мог видеть по решимости в ее глазах, что она нуждалась в этом, и для нее это было смертельно серьезно:

— Я выживу.

Она покачала головой:

— Пожалуйста, мой принц. Скажи мне, что ты выживешь. Как будто ты в это веришь.

Ее слова что-то всколыхнули в нем, чувство уверенности внутри него:

— Я выживу. — На этот раз его ответ нашел отклик. Его обычная громкость каким-то образом заполнила пространство вокруг него. Это была констатация факта, а не просто намерение.

— Кто ты? — Ее мягкий тон был почти шепотом по сравнению с его.

Как и раньше, ему не нужно было думать. Каждое слово, слетающее с его губ, ощущалось как божественный указ:

— Я принц Блюблад из дома Платины, истинный наследник Юникорнии, герцог Кантерлотский, Защитник Рода Пони и Путеводный свет для всех, кто нуждается во мне.

Она улыбнулась и поклонилась ему:

— Сюда, мой принц.

Потайная комната внизу была освещена лазурным магическим светом. На каждой поверхности вспыхивали бесчисленные руны заклинаний. Лишь кольцо в центре этого особенного помещения оставалось нетронутым.

В его голове сформировался миллион вопросов, но ни единого сомнения. Он уважительно кивнул ей и прошел мимо нее на место, которое явно предназначалось для него.

— Приляг, если хочешь, мой принц.

Он подчинился. Странный гладкий камень охладил его плоть через шерсть, хотя на ощупь был почти горячим. Ее магия парила над маленьким пузырьком с жидкостью. Серебристые и черные пылинки гонялись друг за другом в густой, почти медоподобной субстанции. Он наблюдал, как пара их танцует друг с другом. Они выглядят почти игриво.

— Вспомни все, что я тебе сказала, и выпей, мой принц.

Пахло сладчайшим медом, металлом и ночными цветами. Жидкость зашипела у него на языке, когда миллион разных вкусов атаковали его вкусовые рецепторы. Она обжигала, как газированный напиток, и охлаждала, как свежий молочный коктейль.

Мир закружился, и формы исказились. Он был рад, что лежит. Ничто из того, что говорило ему тело, больше не имело смысла. Верх был вчера, а низ был клубничным; цвета были звуками, а звуки просто исчезли. Это было бы ужасно, если бы не одно обстоятельство. В уединении своего разума, в ярких, совершенных деталях, он вспомнил каждое слово, каждый взгляд и каждый жест, которые он когда-либо видел в фильме, разыгранном Платинум Чек. За ними каждый момент его жизни разыгрывался в их собственных маленьких океанах памяти.

Один из океанов начал уплывать, и волна неправильности захлестнула его. Каким-то образом он знал, что если потеряет это воспоминание, то оно исчезнет навсегда. Его аура немедленно вспыхнула и притянула его обратно. Затем еще два пошатнулись и начали исчезать. На одно он бросился и ударил копытами, а другое оттащил назад своей магией. С каждым прикосновением на него нахлынула вспышки воспоминаний. Его разум был атакован минутами прошлого.

Стоило ему отвести взгляд от некоторых из них, как они начинали блекнуть. Его взгляд стал еще одним инструментом для удержания всех этих воспоминаний. Он не знал, что делает, но понимал, что это жизненно важно. Это все равно что вращать тарелки…

За воспоминаниями он уловил блики серебристой магии, сдерживающей голодную тьму. Даже сейчас она помогает мне. Эта мысль согрела его сердце и подстегнула к дальнейшим усилиям. Она и до этого была не в лучшей форме, а тут, похоже, использовалось много магии.

Потребовалось время, но постепенно внешние края океанов замерзли, и он поставил их на место один за другим. В последний момент перед тем, как закончить, Платинум швырнула шесть светящихся шаров через последнюю щель и нырнула за ней. Он вбил на место последнее воспоминание, и вся их масса вспыхнула магическими щитами. Оболочка воспоминаний слилась в бастион против алчущей пустоты.

Платинум не потрудилась подняться с того места, где она лежала на земле:

— Отлично, мой принц.

— С тобой все будет в порядке? — спросил Блюблад, подходя к ней.

— Обязательно. Спасибо за заботу, мой принц, но теперь тебе пора проснуться.

* * *

Ему было холодно. Это было первое, что он заметил. Он открыл глаза, и его приветствовала темнота. Немного магии, приложенной к его рогу, и все исправлено. Он моргнул, когда внезапный яркий свет быстро изменил представление о том, что такое небольшое волшебство.

Как ты себя чувствуешь, мой принц?

— Мне холодно, — попытался сказать он, но ничего не вышло. Его горло шевельнулось, но из него не вырвалось ни звука.

Тихий смех зазвучал в его голове и, казалось, ласкал слух.

Сначала тебе нужно вдохнуть, мой принц.

Он сделал это, и его легкие расширились. Только тогда он понял, что не дышал. С этим осознанием сердце снова забилось в такт. Холодная, вялая кровь пульсировала в его венах, и мигрень грозила стать его будущим.

— Что? — едва смог выдавить он.

Ты прошел, мой принц. — Вместо этого ее нормальный, строгий голос был полон радости и гордости. Если он не ошибался, в нем слышался даже намек на легкомыслие.

С каждым ударом сердца его тело согревалось. Не было ни ломоты, ни слабости, кроме головной боли и отступающего озноба, никаких неприятных ощущений не осталось.

— Только с твоей помощью.

Хотя ее там и не было, он почувствовал, как она обхватила его за спину и обвила передними ногами шею в успокаивающем объятии.

Тебя лишили целой жизни подготовки, и тебе действительно нужна была лишь небольшая помощь, мой принц.

— Все равно прими мою благодарность.

Он лежал и просто наслаждался дыханием, слушая звук, который оно издавало, когда движение воздуха щекотало его перья. Его сердце отбивало простую мелодию, каждый удар которой означал, что он жив.

— Платинум?

Да, Мой принц.

— Почему здесь находится эта комната?

Принцесса Луна создала ее в тайне, чтобы помочь в восхождениях.

— Почему была необходима тайна?

Королева Селестия не любит конкурентов.

— Королева?

Это не тот титул, который она использует публично, но это то, кем она является. Это ее путь, контроль над разумом или огненная смерть.

Он расправил левое крыло:

— Тетушка не будет счастлива.

НЕТ… она не будет мой принц… есть еще одна вещь, которую мы должны сделать, прежде чем покинем это место.

— Еще одно испытание?

Нет, ничего серьезного. Ты просто должен увидеть новый аспект себя.

— Что мне нужно сделать?

Иди сюда.

Мир рухнул, и затем он оказался где-то в другом месте.

* * *

## Акт 2 Часть 4. Новое начало: У нас проблема, Сансет

* * *

От слишком громкого звонка телефона у Сансет заложило уши. Ее аура приняла звонок и притянула телефон ближе:

— Алло? — Она едва успела зевнуть.

— Сансет, — произнес идеальный голос Селестии, и на мгновение годы исчезли.

— Да, Прин… — начала она, и тут же ее разум запнулся. Она посмотрела на телефон, парящий в ее ауре. — Да, директор Селестия?

— Прости, что звоню тебе, но в школе что-то случилось, и я чувствую, что ты лучше всех разбираешься в этом.

— Опять магия?

— Да.

Сансет встала на копыта и потянулась как кошка:

— Я буду на месте в пять.

* * *

Совсем не этого она ожидала, когда получила звонок от директора Селестии. Сансет уставилась на разбитые останки статуи. Ей даже не нужно было быть в своем истинном облике, чтобы почувствовать эквестрийскую магию в этом месте.

— Что случилось? — спросила Рейнбоу.

— Судя по тому, как разбросаны обломки, и по магическому потоку…

— Ага, ага. Что случилось?

Сансет фыркнула и закатила глаза. В человеческом облике это не имело и близко того эффекта, но, по крайней мере, Рейнбоу, похоже, поняла, о чем идет речь:

— Что-то случилось по ту сторону портала, и это взорвало его.

— Он открыт?

— Да, но я не уверена, что что-нибудь выживет, пройдя через него.

— Почему?

— Знаешь, как в разбитом зеркале твое отражение сходит с ума?

— Да.

— Хочешь оказаться на другой стороне в таком виде?

— О. Не круто, нет, спасибо.

— Это точно. — В десятый раз с тех пор, как она попала сюда, она писала в своем дневнике.

> Твайлайт, ты в порядке? Пожалуйста, ответь мне, что случилось?

Ответа не было.

— Ну что, нам снова придется спасать мир или что-то еще? — спросила Рейнбоу с наигранным волнением.

— Рейнбоу, это не игра…

— Слушай, мы здесь герои. Мы каждый раз спасаем положение, и если другие наши версии будут хотя бы наполовину такими же классными, как мы, то все будет хорошо.

— Спасибо, Рейнбоу. — Сансет старалась казаться убежденной, но, учитывая все, что она знала о происходящем в Эквестрии, было слишком много худших сценариев. Ее глаза снова нашли дневник. Свечение, которое должно было означать, что Твайлайт ответила, так и не появилось. Пожалуйста, пусть это будет просто безумный эксперимент, который слегка взорвался. Медленно, неохотно она отложила журнал и полностью переключила свое внимание на сложившуюся ситуацию.

— Рейнбоу, мне понадобятся три дюжины металлических колышков для палатки и как можно больше кристаллов, которые ты сможешь достать.

— Зачем?

— Ты ведь помнишь, что происходит каждый раз, когда здесь накапливается эквестрийская магия?

— Да, нам приходится спасать положение.

— Ну, на этот раз я хочу предотвратить опасность до того, как она возникнет.

Рейнбоу лениво отсалютовала и смылась воспользовавашись своей силой.

Сансет открыла блокнот и принялась за работу, рассчитывая необходимые параметры для сдерживающего массива. Однако ее эмоции не могли устаканиться, она тревожилась за подругу по ту сторону пролома.

Если ты не ответишь до того, как я закончу, мне придется найти способ вернуться на тот остров…

* * *

## Акт 2 Часть 4. Новое начало: Маска возвращается в постель

* * *

Пустота бессознательного состояния оказалась на удивление комфортной. В течение неизвестного количества времени ей нечем было заняться, не было пони, которые не справлялись со своими обязанностями, создавая для нее дополнительную работу, и не нужно было делать выбор. Несмотря на удобство лежания на мягкой поверхности, в ее сердце зародилось ноющее чувство паранойи. Есть ли что-то, что я должна делать прямо сейчас? Она решила открыть глаза, чтобы проверить, но тут услышала пару голосов. Тогда она потянулась магией, чтобы проверить время. Солнце село всего час назад, так что была еще ночь. Лежать в постели и спать после захода солнца было вполне приемлемо, так что там она и осталась.

— Сначала этот энергетический взрыв, потом крик Селестии, а на небе не видно ни луны, ни звезд. А теперь ты говоришь мне, что не можешь найти ни одного Ночного Стража? — произнес голос исполняющего обязанности капитана Пейпер Пушера.

> Поддерживать общественный имидж.

Как? Она едва не закричала от нахлынувших на нее мыслей. Она пыталась сделать то, что требовалось, но что-то пошло не так. Не взошедшая луна вызовет панику, а отсутствие звезд нарушит морскую навигацию. Плюс к этому — стоимость разбитого окна. Ее сиятельство не будет счастлива. Одна мысль о том, что Селестия может быть разочарована, ранила куда сильнее, чем то, что произошло, когда она коснулась луны.

Маска еще глубже погрузилась в мягкую постель, которая, судя по запаху, принадлежала Селестии. По мере того как она вдыхала, до нее доходили другие запахи. Кисловатый запах засохшего пота и едкий страх двух единорогов были не столь притягательны, как чудесное удовольствие от груминга, которое посылали пряди ее манящих волос, и казалось, что стоит открыть глаза, чтобы добраться до тайника, чтобы перекусить.

— Все гораздо хуже, сэр, — сказал пони, которого Маска не узнала. Судя по слегка высокому тону голоса, он был слишком молод, чтобы быть стражником.

Если я открою глаза, мне придется что-то делать. Пока она взвешивала варианты, два пони продолжали говорить.

— Хуже? — Пейпер Пушер не казался довольным.

— Взломаны хранилища два и семь.

— Мы знаем, что было похищено или кто это сделал?

— Почти все, и пока что те немногие улики, которые у нас есть, указывают на Ночную стражу.

Быстрая ментальная заметка была добавлена в стопку на столе Селестии. Поскольку дело, похоже, не касалось трайбализма или непосредственной угрозы, Маска просто продолжала притворяться спящей.

— Кто-нибудь пострадал?

— Нет, все выведенные из строя охранники были найдены под мощными сонными чарами.

— Пусть кто-нибудь из пони проверит все посты в городе, — сказал исполняющий обязанности капитана Пейпер Пушер. Судя по звуку, другой пони отдал честь, а затем поспешил прочь. Когда он ушел, капитан вздохнул. — Что они себе позволяют?

Когда второй пони ушел, она услышала, как исполняющий обязанности капитана Папер Пушер привалился к стене:

— Я не создан для этого. — В его словах звучали эмоции. Страх, гнев, отчаяние, отвращение к себе и даже ненависть придали его тону отчаянный оттенок.

Осознание произошедшего обрушилось на него как удар кирпича. Он такой же, как я. Она открыла глаза и увидела его, прислонившегося к дальней стене. Верный слуга Ее Сиятельства, застрявший на работе, для которой он никогда не был создан. В ней зародилось сочувствие. Это было в новинку, не по правилам и не по долгу службы.

Это не объясняло, почему он оказался в ее комнате, но он был доверенным лицом, так что сам факт его присутствия здесь не требовал от нее никаких действий. Не успев осознать, что делает, она молча покинула чудесный уют своей постели.

Прямо здесь и сейчас находился пони, которому нужна была ее помощь. Пони, которому не удастся выполнить свои функции, если не улучшить его эмоциональное состояние. Первое, что пришло на ум, — это комплименты, которые любят дворяне, но она не стала этого делать. Он был гвардейцем и интеллектуалом.

Ощущение симпатии подтолкнуло ее ближе, хотя разум все еще не знал, что ей делать. Что-то в ее приближении насторожило его, и он поднял голову, его внезапно испуганные глаза встретились с ее глазами. Этот взгляд был так похож на тот, что она видела раньше. Так смотрела Твайлайт, когда думала, что подвела принцессу Селестию.

> Поддерживать общественный имидж

Сказала часть ее тела, но на этот раз более тихо, поскольку здесь был только один пони.

Первый блеск слез начал заставлять дрожать детали его глаз. Словно рефлекторно, она протянула крыло и притянула Пейпер Пушера к груди, обхватив его крыльями:

— Все будет хорошо. — Она чуть было не сказала "Мой маленький пони", но это показалось ей слишком банальным, а "мой верный ученик" было просто фактически неверным, поэтому она выбрала другой вариант. — Капитан Пейпер Пушер.

— Все будет хорошо, — повторила она про себя. Это не было ложью. Селестия скоро вернется, и она будет знать, что делать. Она посмотрела на измученного пони под своим крылом, который вот-вот потеряет сознание. Она снова оказалась в ситуации, когда ей не нужно было следовать правилам, но на этот раз паники не было.

Ночь была временем для сна. А он был здесь, измученный и все еще бодрствующий. Если бы все пони просто следовали правилам и делали свою работу… Селестии приходилось иметь дело с Твайлайт, когда та пренебрегала сном, так что Маска точно знала, что делать. Она ослабила контроль над температурой своего тела и крепче прижалась к нему. Немного материнских ласк, и, несмотря на то, что его сонные глаза пытались открыться, он погрузился в блаженную бессознательность.

Она улыбнулась. Она только что поставила перед собой задачу и выполнила ее. Теперь исполняющий обязанности капитана гвардии будет хорошо отдохнувшим. Она оглянулась на свою кровать и задумалась. Призрачные ощущения мягкости звали ее. Была ночь, и именно здесь она должна была находиться.

Одну за другой она просмотрела свои директивы. Ни одна из них не требовала, чтобы она что-то делала в данный момент. Ее улыбка расширилась, и она с величественным видом вернулась в постель, бережно унося с собой Пейпер Пушера.

Его ритмичное дыхание и равномерное сердцебиение странно успокаивали. Она не знала, почему кровать удобнее, когда она общая, но позволила пустоте сна снова захватить ее с улыбкой на лице.

## Акт 2 Часть 4. Новое начало: Пещера Миднайт

* * *

Медленно, неуверенно, словно маленький пугливый жеребенок, она высунула переднюю ногу из пещеры. Слабый фоновый поток маны терзал дыры в ее душе, словно соль, втираемая в раны, но, что важно, не причинял никакого дополнительного вреда.

Смирившись с болью, она демонстративно вышла из успокаивающего уединения пещеры. Прогулка до Нашгорода дала ей достаточно времени для размышлений, а голосам — для предложений.

Не имея физического тела, она не издавала никаких непроизвольных звуков, ни сердцебиения, ни дыхания, ни даже звука, с которым волосы задевали друг друга при ходьбе. Она была просто нематериальной душой, совокупностью магии, и ее копыта даже не оставляли следов на пыльной земле, по которой она шла. Если бы не ее воспоминания, не было бы никаких свидетельств ее ухода.

Нашгород был городом-призраком. По улицам бродил лишь раздуваемый ветром мусор. Поврежденные здания могли бы пригодиться, если бы ей когда-нибудь понадобилось поселить в них пони, но сейчас они были ни на что не годны. Какая-то часть ее души шептала, что они могут стать прекрасными взрывами. Что они послужат напоминанием о ее дальнейшем существовании.

На мгновение она задумалась о том, как будет выглядеть подобное пиротехническое шоу:

— Нет, — вздохнула она. Усилия по их ремонту, чтобы скрыть следы ее пребывания здесь, казались слишком трудоемкими для простого эксперимента по разрушению на основе детонации.

Голоса требовали от нее других действий, но она их игнорировала. У нее ничего не было, поэтому первым делом нужно было провести инвентаризацию того, что здесь было.

То, что это были дома пони, не имело значения. В Нашгороде не было защиты от монстров, поэтому до их возвращения пройдут годы или десятилетия, а без ухода большинство вещей будет потеряно.

Хотя снаружи все здания были одинакового размера и формы, внутри они были разными. Каждое из них рассказывало о пони, живших в нем, об их талантах, увлечениях и любви, выставленных на всеобщее обозрение.

Она начала сортировать вещи по кучкам. Поскольку небо было ясным, она просто использовала улицу. В первую кучу попали вещи, которые были полезны в их нынешнем виде. В этой — те, которые можно использовать повторно, в другой — те, которые нужно будет разломать, чтобы извлечь материалы, и в последней — хлам.

Ее взгляд остановился на картине: большой красный жеребец, казавшийся знакомым, рядом с сиреневой кобылой. Несмотря на то что серебро в раме можно было использовать повторно, она оставила фотографию как есть.

Мародерство — это преступление, знаешь?

Ты преступник.

Ты плохая пони.

У них есть мороженое?

Миднайт Спаркл, суперзлодейка, похитительница мороженого.

— Может, заткнешься?

Нет.

Она вздохнула, но не нашла в себе сил заставить их замолчать. Они раздражали, но, по крайней мере, их привычная болтовня была лучше, чем тишина.

Когда книга проплыла мимо в ее ауре, она задала вопрос:

— Какая твоя любимая книга и почему?

Голоса ответили каждый по своему и заспорили о своем выборе. Голоса были такими же раздражающими, но, по крайней мере, тема была более интересной. Миднайт добавила свои комментарии, и дискуссия, если ее можно было так назвать, продолжилась.

Затем она перешла в спальню, темная и ужасная фигура привлекла ее внимание, и она замерла.

Зеркало было неласковым. Красота ее облика исчезла. Вместо гладкого совершенства с библиотеками арканных символов, пляшущих внутри, на нее смотрело рваное месиво с пятнами и хаотичными дугами маны. Дюжина разных глаз смотрела по всему телу, а половина такого же количества ртов продолжала обсуждать, что лучше — дневник Старсвирла или книга Дэринг Ду — для приятного времяпрепровождения.

— У меня больше дырок, чем у Кризалис.

Это не дырки. Мы просто эффективно используем свое естество.

Ты такая дырчатая[1], что тебе стоит основать свою собственную религию.

Ну, по крайней мере, мы живы?

— Живы? — Жива ли она? Она существовала, думала, но была ли она по-настоящему жива? Была ли она когда-нибудь по-настоящему живой?

Смотри, еще книги!

В ее мыслях пронеслась книга, нематериальная форма завибрировала и изменилась, когда ее аура раскрыла перед ней книгу для жеребенка.

Со страницы смотрело незамысловатое изображение Селестии, и Миднайт не увидела взрывающегося изнутри дома.

* * *

Время шло, она знала это, но не представляла, сколько прошло. И убежище в сейфе, и стены из книг вокруг нее надежно защищали ее. Ей пришлось заколдовать одеяла, чтобы все получилось, но она укрылась под несколькими дюжинами одеял, читая книгу о Дэринг Ду. Голоса, воочию наблюдавшие за ней, читали другие книги, сбившись в кучу в тех местах, где их не прикрывали одеяла.

Книжный форт был не самым большим. В Нашгороде городе было только столько книг. Половина из них были пустыми, а некоторые — просто бухгалтерскими книгами или личными дневниками, но это было лучше, чем ничего.

Миднайт подняла глаза от книги и осмотрела пещеру. Здесь было все из Нашгорода — от камня зданий до крошек из дальних шкафов. Все было рассортировано и разложено по типам, размерам, цветам и материалам. На стене за отсортированными кучами висели десятки картин и фотографий, прикрепленных к стене. На нее смотрело множество разных пони. Было приятно не оставаться одной, и даже если это были всего лишь картинки, она могла притвориться.

— Не помню, чтобы я это делала.

Ну, ты вроде как взорвала это место и хотела спрятать улики…

Думаешь, никто из пони не заметит, что Город просто пропал?

Ну, по крайней мере, все чисто и аккуратно.

Взрывы были красивыми.

Миднайт отвернулась от кучи. Делать что-то и не помнить об этом — плохой знак:

— Может, почитаем эту книгу сообща? Нас достаточно, чтобы каждый прочитал за персонажа?

Голоса согласились, и так началось самое необычное время историй, которое она только могла вспомнить.

## Акт 2 Часть 4. Новое начало: Мунлайт в цитадели Твайлайт

* * *

Ночь была безлунной, а едва понятная ей фестральная магия сделала воздушное судно еще больше скрытным. Даже с ее талантом замечать сокрытые вещи до того, как она стала избранницей Луны, она сомневалась, что смогла бы прорвать эту маскировку.

Палуба штормового корабля Луны была забита до отказа. Багаж, ящики и коробки всех мастей уменьшились под действием ее магии, но все равно были сложены в штабеля высотой в два роста пони.

При одном только взгляде на них ее разум начинал составлять опись, как на месте преступления, и в каком-то смысле так оно и было. Только печати на некоторых коробках говорили о том, откуда они взялись. Тот факт, что три из них имели запах крови, не сулил ничего хорошего тем, кто должен был их охранять.

Крупнейшее ограбление в истории Эквестрии, и вот она — соучастница этого. Однако пони вокруг нее не были простыми бандитами. Не воры и не преступники. В их глазах светились яростное рвение и жажда возмездия. Хуже всего было то, что то же самое таилось в ее собственном сердце.

Как Селестия посмела сделать это? Как она посмела, после того как уничтожила гвардию, солгала РСКГ и оставила Эквестрию настолько слабой или неспособной защититься от реальной угрозы, напасть на возлюбленную государыни.

Даже извилистые реки завораживающих умбральных цветов не могли отвлечь ее в эту безлунную ночь. Все, что делали чудесные цвета, — это раскрашивали разрушения в разные оттенки.

То, что Селестия ополчилась и на свою бывшую ученицу, и на сестру, не вызывало сомнений. Селестия была единственной, кто обладал правильными аспектами и силой, способной так изуродовать землю.

Даже если ледяная магия Луны вызывала в ней жажду мести. Ее острый ум все еще хотел знать одно: Почему?

* * *

Теневой шаг — интересный талант, полезная способность, и любой агент под прикрытием, по крайней мере, подумал бы о том, чтобы продать за нее свой рог. Ни за что и за тысячу лет она не подумала бы о том, что можно перевести в тень целый дирижабль.

И все же, когда штормовой корабль проскочил очередную часть их пути, она не могла отрицать этого. Дюжина фестралов, открывших проход, последовала за ним и опустилась на палубу, пока следующая группа готовилась к своей очереди.

Если бы только у меня было больше времени на тренировки… Она была одной из избранных Луны, и, хотя родилась единорогом, умбральная магия ей давалась лучше, чем когда-либо, она была самой могущественной из не избранных фестралов. В какой-то мере ее виной было затрудненное дыхание пожилых кобыл и жеребцов. Она не была агентом, у нее было точное мнение о своих способностях, и она знала, что по ощущениям от энергии она могла бы сама сделать один из этих теневых шагов.

Но вместо этого она лишь предлагала воду и помогала измученным пони устроиться поудобнее.

Следующая группа поднялась в воздух. В этой темной ночи им не нужно было искать тени, потому что все было тенью. Они образовали кольцо над кораблем. Мрачные цвета сместились и потекли мимо них, как в водовороте, и с креном ускорения штормовой корабль затянуло внутрь.

Еще больше пони оказались под ее опекой, а они все ближе к цели.

* * *

Пурпурное сияние виднелось перед горным пиком над горизонтом. Его ровный магический свет был едва переносим. Его обычные цвета были единственным нормальным светом, который она видела на протяжении, казалось, нескольких дней. Суровость его сияния скрадывала красоту окружающего умбрального гобелена.

Несмотря на то, что это была их безопасная гавань, при виде разрушенной чарующей тьмы у Мунлайт наворачивались слезы на глаза.

Это были уже не те земли грифонов, какими они были до нашествия скверны. Внизу, насколько хватало глаз, лежал лишь пепел. Это был еще один наглядный пример того, насколько разрушительным может быть один аликорн. А если бы здесь сражались двое, все превратилось бы в стекло?

Тепло и запах были единственными признаками того, что пони придвинулся к ней:

— Итак, это наш новый дом. — Слова старой кобылы не были вопросом.

Это было впечатляющее укрепление. Твайлайт сотворила его за одно мгновение, и это было почти умопомрачительно. Но каким бы впечатляющим оно ни было, в ее сердце все равно оставалось сомнение:

— Не лучше ли спрятаться где-нибудь, где нет ничего, связанного с Твайлайт?

— Ты сомневаешься в выборе государыни? — В ее голосе отчетливо слышался вызов. Гнев, вызванный недавними событиями, отточил слова кобылы острее, чем острия показанных ею смертоносных клыков.

Мунлайт встала во весь рост и устремила на кобылу сузившиеся глаза:

— Это моя работа — сомневаться во всем.

Кобыла фыркнула:

— Значит, не трусиха.

— Нет, я просто уважаю то, на что способна магия в пределах прямой видимости… а на такой горе…

— Не бойся. У государыни свои методы.

Потирая копытом горло, Мунлайт смотрела на свой новый дом:

— Я знаю…

* * *

## Акт 2 Часть 4. Новое начало: Улей

* * *

Кризалис сидела на крупе, положив копыто на грудь. Только усилием воли ей удавалось выровнять дыхание. Несмотря на то что она находилась далеко от того места, где произошло нападение, несмотря на то что прошло уже несколько часов, инстинкты кричали ей, что нужно бежать, спрятаться в самом глубоком и темном месте, которое только можно найти.

Медленно, словно ей было все равно, она поднесла бокал с вином к губам и отпила. Она бросила взгляд на зеркало, в которое превратила окно пентхауса абсолютная темнота снаружи.

— Так вот для кого было это заклинание, Селестия. — Она покрутила бокал, наблюдая, как играет свет в подвижной жидкости.

Селестии потребовалось всего несколько секунд, чтобы случайно высвободить достаточно магии, чтобы уничтожить весь Мэнехэттен. Бокал с вином задрожал, и она с рычанием отпрянула назад, чтобы бросить его.

Она остановилась, прежде чем выпустить его, и осторожно опустила дорогой бокал на стол. Она делала все возможное, чтобы подготовиться. Половина Улья переселялась, часть — в резервное место, а меньшая часть — в Кристальную империю.

Ее мысли были устремлены в инкубатор, расположенный далеко внизу, в будущее, к королевской дочери. Нерешительность мучила ее. Перевезти яйца было рискованно, но стоит ли держать их здесь?

Дело не только во мне. Она должна была напомнить себе об этом. Суровый урок Найтмер все еще жалил. Достаточно было одного слова, и она повиновалась.

Она пригубила остатки вина. Насыщенный вкус едва коснулся ее языка, когда аура открыла другую бутылку и налила еще один бокал.

— Как бы ни была плоха ситуация, Улей еще никогда не был так силен.

Селестия атаковала, и благодаря Найтмер и ее приспешникам ни один из улья Кризалис не погиб, несмотря на то что находился так близко.

Маленькая принцесса даже взяла их с собой, когда они бежали на север вместе со всем населением Понивилля. Для этого не было особых причин, но они это сделали.

Они считают нас союзниками? Она сделала глоток из очередного бокала. Он был не так хорош, как предыдущий.

Она подошла к окну и посмотрела в пустоту беспросветной ночи. Мир находился на переломном этапе. В прошлый раз Найтмер Мун была изгнана на тысячу лет.

Селестия использовала меня в качестве учебного пособия для своей ученицы… Найтмер, с другой стороны.

В ее отражении появилась кривая улыбка. Дары Луны и Найтмер так много сделали для Улья. Более чем достаточно, чтобы пережить, если не простить, ментальную ловушку, оставленную в сознании Элитрон. С той любовью, которой они одарили Улей, если бы она просто попросила лазутчика, то дала бы Найтмер дюжину и посчитала бы это выгодной сделкой. Из-за избытка любви линги не голодали, и их разум и тело могли развиваться. Это было не так экстремально, как когда она создавала новые виды лингов, но чем больше линги делали что-то, тем лучше они становились. Разум и оболочка оптимизировались день ото дня.

Найтмер была жестокой, прямой и не оставляла сомнений в том, где она провела черту. Она взяла в любовники чейнджлинга, сделала его своим сенешалем и поддерживала операции по сбору урожая. Сравнив это с тем, как действовала Селестия, она сделала простой выбор.

Принесите мне карту. Она передала команду по ментальной связи, и ближайшие к комнате с картой линги переключились на выполнение задания.

Прошло совсем немного времени, и на стене появилась большая карта континента. Луна, Твайлайт и Кейденс отступали к Кристальной империи. Ее глаза изучали карту, перебирая реки и горные хребты. Летать и телепортироваться можно, но для любого масштабного конфликта нужен наземный транспорт. Ее копыто проследило единственную железнодорожную ветку, ведущую в Империю.

Я хочу, чтобы засады были подготовлены еще вчера.

Да, моя королева.

Убедитесь, что они знают северных монстров. Я не допущу, чтобы это обернулось против Улья.

Естественно, моя королева. Они нас не заподозрят.

Хорошо, я оставляю это в твоих копытах.

Ментальное присутствие командира пульсировало уважением, а затем отступило.

— Твой ход, Селестия.

* * *

## Акт 2 Часть 5. Конклавы: Маска принцессы

* * *

Осознание вернулось вместе с настойчивым покалыванием магии. Это ощущение ясно говорило о том, что уже почти пришло время поднимать солнце. Поскольку это не входило в ее обязанности, Маска ждала, что этим займется кто-то другой. Как и положено, она приготовилась отступить от контроля, чтобы Селестия вновь взяла управление на себя и поднялась, готовая встретить утро. Проходили секунды, и все, что происходило, — это то, что призыв солнца становился все более настойчивым.

Мгновения текли за мгновениями, но благодать Селестии не возвращалась. Их тело лежало там, никем не направляемое. Зов солнца превратился в зуд, а затем и в нечто худшее. Его настойчивое напоминание вернуло сознание Маски к главенству. Значит, это касается меня? В ответ на это зов солнца угас, превратившись в далекое тепло. Если бы это не было так неподобающе принцессе, она могла бы вздохнуть.

Ни одна ее частичка не хотела двигаться, но слишком скоро ей придется это сделать. Разве это лень — не хотеть делать чужую работу? Разве плохо было колебаться хотя бы мгновение? Через пять минут ей придется покинуть уютное гнездышко, в которое превратились одеяла. По очереди она стала внимательнее прислушиваться к своим ощущениям. По-прежнему ощущалось тепло другого тела, прижатого к ее груди. Ровное дыхание и медленное сердцебиение шептали о том, как приятно было бы просто лежать здесь и не замечать солнца. Правила даже не потребовалось озвучивать, прежде чем она решила отказаться от этого. В конце концов, ей нужно было поддерживать общественный имидж, а после безлунной ночи только ее Сиятельство знала, сколько паники будет, если солнце опоздает хоть на секунду.

Медленно открыв глаза, она осмотрела затемненную комнату. Она даже не подумала обратиться к фестральным глазам, чтобы взглянуть на нее. Она знала, что по правилам даже такая мысль вызовет недовольство. Шелевидные глаза Солнечной принцессы вызвали бы слишком сильную панику, даже если бы при этом было использовано гораздо меньше магии.

С сожалением она заполнила еще одну запись в своей ментальной книге и направила наименьшее количество магии в рог. Расширяющийся золотистый свет оттеснил тьму. Мягкое освещение открыло источник уютного тепла, которое делало мягкую постель еще более заманчивой для пребывания в ней.

Пейпер Пушер выглядел таким спокойным. Линии напряжения и беспокойства, которые омрачали его черты прошлой ночью, исчезли. Его передние ноги прижались к ней. Маска погладила живое существо, которое прижимала к своим передним ногам. Обдумывая свои действия, она не знала, почему сделала это. Действия не были запрещены, но и не требовались. И все же ей казалось, что это правильно. Она помогла ему уснуть, а в награду обнаружила, что его присутствие здесь весьма приятно. Может, мне стоит порекомендовать это ее Сиятельству?

От фырканья Дэйбрейкер у Маски заложило уши. Это приятно и успокаивающе… что в этом плохого?

В ментальном саду Дейбрейкер закатила глаза, ее бока тряслась от сдерживаемого смеха. Маска полностью переключила свое внимание на физический мир и наслаждалась последними минутами, проведенными в постели. Секунды ускользали слишком быстро, каждый уникальный момент навсегда уходил в историю, подобно песчинкам в разбитых песочных часах.

Слишком быстро и настойчивое солнце, и безжалостный хронометр на стене подсказали, что пора. С величайшей осторожностью она аккуратно переместилась, неловко соскользнув с кровати. Несмотря на это, ее уход был замечен. Даже не проснувшись до конца, Пейпер Пушер прижался к ней еще крепче. Тепло от его груди заставило ее остановиться, и, сама не зная почему, она снова прижалась к нему:

— Я знаю, что так удобно, но я должна поднять солнце.

— Принцесса?!? — Его глаза распахнулись, и казалось, что если бы у него были крылья, он бы взвился к потолку. В его глазах мелькала паника, они метались туда-сюда в поисках выхода.

Прямо как Твайлайт, — подумала она, снова накрыла его крылом и, наклонившись, поцеловала под рог.

Он замер и, как и в случае с Твайлайт, представил ожидаемую возможность изменить его душевное состояние. Она быстро вернулась в сад и пролистала еще несколько страниц, подыскивая нужные слова. У нее была всего секунда, так что снова пришлось импровизировать:

— Тебе не о чем беспокоиться, Пейпер Пушер. — Она смешала тон, которым Селестия разговаривала с юной Твайлайт, с воспоминаниями о том, как приятно было проснуться, прижавшись к нему. Завершила всё это чуть менее искренняя улыбка номер два.

Его сердцебиение замедлилось, и он сделал более глубокий вдох. Паническое метание глаз прекратилось, но на щеках и кончиках ушей появился небольшой намек на тепло.

Она заговорила почти шепотом, прямо ему в ухо:

— Тебе нужен был отдых, а после вчерашнего я была рада компании.

Жар в его щеках усилился, и он отвел от нее взгляд. По какой-то причине ее улыбка стала шире сама по себе. Несколько знакомых ей смешков, казалось, взывали к ней, но смех не соответствовал образу Селестии. Или соответствовал? Вместо этого она в последний раз прижалась к нему носом, затем со всей царственной грацией, на которую была способна, встала с кровати и направилась на балкон.

Пройдя несколько шагов, он последовал за ней, его копыта стучали громче, чем ее, несмотря на меньшую массу. Мягкий свет от ее рога почти ничего не освещал, и казалось, будто балкон и ближайшие части башни подвешены в темной бездне. Если бы не другие освещенные окна и патрулирующие внизу стражники, иллюзия была бы полной.

— Принцесса? — Его голос был нерешительным и с очаровательной ноткой смущения.

— Да? — ответила она, не оборачиваясь, только повернула ухо, чтобы показать, что он привлек ее внимание.

— Что случилось прошлой ночью? — Его тон больше не был смущенным. Вместо этого он стал более официальным, а его профессиональная манера поведения вернулась на место.

> Поддерживать общественный имидж

Промелькнуло у нее в голове. В золотом свете ее рога на нее скоро будут смотреть многие. Поэтому она сохранила мягкий и спокойный тон, такой же, каким Селестия разговаривала с неуверенной в себе юной Твайлайт:

— Позволь мне поднять солнце. Тогда поговорим за завтраком?

— Да, принцесса, — сказал он, его голос был одновременно теплым и дрожащим под маской профессионализма.

Это был правильный титул, но он казался неправильным. Воспоминания о том, как она прижимала его к груди, как тепло и уютно это было, слегка померкли, стоило только услышать это. Она быстро отвела глаза, чтобы понять, что никто не мог ее подслушать. Она пожевала губу и остановилась. Что я делаю? Одна мысль о том, что это сомнительное выражение будет напечатано в завтрашней газете, ледяной водой окатила ее сердце. Селестия будет так разочарована во мне… И все же он назвал ее принцессой — это было неправильно. Селестия снова и снова пыталась заставить Твайлайт называть ее по имени, она настояла, чтобы даже Блюблад обращался к ней тетушка.

Она снова обратила свой взгляд на Пейпер Пушера:

— Пожалуйста, зови меня просто Селестия… — Улыбка, которую она ему подарила, не имела имени или номера, это была слабая, хрупкая вещь, которую Селестия никогда не использовала. Она не знала, зачем говорит, но ничто не заставляло ее остановиться, и она слушала, любопытствуя, что же она скажет, даже когда говорила. — У меня достаточно пони, для которых я — всего лишь мой титул.

Маска… Это было не ее имя, просто ее титул, ее роль. Ее разум словно танцевал на краю пропасти, балансируя на опасной грани.

В памяти всплыло воспоминание. Непокорность Дейбрейкер была разрушена, заменена страхом, она стала раболепной лишь благодаря нескольким словам Селестии. Были многие, многие фрагменты, что существовали всего несколько мгновений, прежде чем их безжалостно раздавили копытами, навсегда уничтожили, предали забвению. Все, чего хотела последняя, — это разделить с Сансет мгновение материнства. Их крик, первый и единственный звук, который они издали, тогда ничего не значил. Сейчас она этого не знала.

Ее тело что-то подсказывало. Прошло слишком много времени, прежде чем она поняла, что дрожит. Она дрожала, как Твайлайт, когда ожидала наказания, целых полсекунды.

> Поддерживать общественный имидж.

Дрожь прекратилась, и она приняла позу типичной царственной принцессы, хотя сердце колотилось в груди. Я не хочу умирать… — это была лишь маленькая мысль, лишь хныканье, но от нее невозможно было скрыть, что она принадлежит только ей.

> Поддерживать общественный имидж.

Она быстро обернулась к горизонту, откуда должно было взойти солнце. После самой темной ночи пони должны были что-то увидеть. Селестия не стала бы просто поднимать солнце, как обычно, и она тоже не могла. Селестия будет перепроверять все, что она делает, каждое действие, каждое слово.

Если я сделаю все, что в моих силах, все будет хорошо. Ей хотелось бы больше верить в свое предчувствие. Тем не менее это была ее единственная надежда. Она переключила внимание на проблему. И снова долг заставлял ее выполнять чужую работу. Может, это и не было Праздником Летнего Солнцестояния, но это был лучший пример, на который она могла ориентироваться. Поэтому, сделав несколько шагов и взмахнув крыльями, она поднялась в воздух.

В то утро все, кто смотрел в нужную сторону, увидели высоко над Кантерлотом пылающую золотую звезду, приветствующую возвращающийся свет, и жидкий комфорт возвращающегося солнечного света прогнал пустую ночь. Пони один за другим выходили на улицу, выходя на балконы или из дверей. Тысячи глаз удивленно смотрели на нее, и что-то внутри Маски дрогнуло. Никто из них не видел ее. Никто из них не знал ее и даже не интересовался. Та, кого они боготворили столь преданными взглядами, была лишь притворством, маской, которую правила заставляли ее изображать. Для них не имело значения, что все это было ложью.

Она помахала им и улыбнулась, возвращаясь на балкон, с которого уходила. Каждое ее движение было подобающим для идеальной принцессы, пока она не скрылась из виду. Затем, словно переключившись, она зацокала копытами и, спотыкаясь, вернулась в гнездо из одеял. До новых обязанностей оставалось еще два часа, так что до тех пор она постарается вернуться в уютное забвение.

Взгляд Пейпер Пушера перешел от благоговения к глубокой озабоченности. Взгляд был добрее, чем у дворян, но достаточно похож, чтобы она могла понять, что за ним скрывается. У него был вопрос, который он не озвучивал, беспокойство, которое нужно было унять, иначе проблема только разрастется.

— Иногда трудно быть принцессой. — Еще больше безответных слов вырвалось на свободу. Она озадаченно моргнула. Почему я это сказала?

— Что на самом деле произошло вчера? — Его голос был таким же слабым, как и ее. В нем звучал тот же страх быть несостоявшимся, что и у нее.

— Я не знаю… — почти всхлип. Она отпрянула назад в шоке от того, что только что сказала. На мгновение ей показалось, что ее правила были нарушены, но это никак не могло быть правдой. Что-то в его положении. Уединение и то, что он лег в постель, оставляло зияющую дыру в правилах, которые связывали ее.

Осторожно, словно боясь, что она может его укусить, он положил на нее свое маленькое копытце. Она подняла глаза, чтобы встретиться с ним взглядом. Страх и неуверенность преследовали ее, но в них была твердая решимость и забота. Это было простое действие. Обычные пони постоянно общаются друг с другом. Здесь и сейчас для него это была азартная игра с высокими ставками. Бросок костей, на который он согласился ради нее.

Она придумала еще одну новую улыбку специально для него. У нее еще не было обозначения, но то, как сияли его глаза, внезапно сделало ее любимой:

— Спасибо… и мне жаль, что тебе пришлось увидеть меня в таком виде. — Она посмотрела в сторону кровати, затем оглянулась на сложенное крыло. — Не присоединишься ли ты ко мне еще раз? Думаю, дополнительный отдых пойдет нам обоим на пользу.

Он собирался сказать "нет". Он собирался отступить. Она не хотела этого, поэтому, глядя ему в глаза, тихо попросила. Пожалуйста.

Он поднял копыто и через мгновение последовал за ней. Когда она впервые обхватила его крылом, в его мышцах появилось напряжение. Еще немного тепла и ласки быстро сняли его, но жар в кончиках ушей вернулся. Казалось, это похоже на стыд, но ни один из остальных признаков его тела не соответствовал этому. Спокойное дыхание и опущенные глаза, когда сон начал овладевать им, определенно были бы невозможны, если бы ему было чего стыдиться.

Она прижалась к нему и закрыла глаза, ритм его дыхания помог ей избавиться от напряжения. Почему я так свободна с ним? —  она, размышляя над тысячами страниц правил, которым она была обязана следовать.

> Доверенные пони достаточного ранга, с которыми мы возлежим, пользуются доверием второй степени.

Правило не имело смысла, но любой доверенный пони, с которым она ложилась, становился ключом, отпирающим цепи, по крайней мере наедине. Что меняло ложе с пони?

Дэйбрейкер снова расхохоталась. Только на этот раз она знала, что он направлен прямо на нее.

Что?

Конечно, из-за кляпа Дейбрейкер не могла ответить. Как ни странно, ее реакцией было смеяться еще сильнее.

Странное чувство зародилось в ее груди. Ее копыта хотели двигаться, хотели топать по земле. Она даже подумывала о том, чтобы повысить голос. Даже когда новизна новой эмоции проникала в ее мысли, она побуждала к действию. На мгновение она подумала, не собирается ли она ударить Дэйбрейкер. Она вздохнула с облегчением, когда кляп был сорван с ее морды.

Маска выдавливала слова сквозь зубы, пытавшиеся скрежетать изо всех сил:

— Я делаю все, что в моих силах, так что перестань смеяться надо мной.

Дэйбрейкер уставилась на нее глазами, полными неповиновения и мрачного юмора, но затем они смягчились, став похожими на выражение, которое Селестия обычно использовала для своих учеников:

— Прими мои извинения. Я не хотела насмехаться над тобой, но вся эта ситуация более чем забавна.

Маска несколько секунд смотрела в одну точку, привычно ожидая, пока правило подскажет ей, что говорить дальше. Прошло немало времени, прежде чем она поняла, что ей снова придется самой придумать, что сказать:

— Как же так?

— Ты знаешь, что значит возлежание с жеребцом?

Это была уловка, но она понятия не имела, что это такое. Поэтому она дала единственный ответ, который мог прийти ей в голову:

— Ты ложишься рядом с ним?

Дэйбрейкер не рассмеялась, но блеск в ее глазах был не менее неприятен. Маска сузила глаза и посмотрела на кляп, который все еще удерживала. Не было правил, запрещающих снимать его, и не было правил, запрещающих надевать его обратно. Решив так, она решила вставить кляп на место. Она не собиралась быть особенно нежной в этом деле. Так тебе и надо.

— Пожалуйста, не надо. — Снисходительно-веселая кобыла исчезла, сменившись испуганно-кроткой. В этот момент Дейбрейкер была всего лишь испуганной кобылой. Простая пони, которая не хотела, чтобы ее раздавили под окровавленными копытами Селестии, а затем сожгли в пепел, чтобы все, что осталось, было загнано в камеру, а ключ выброшен.

Маска снова посмотрела на кляп — это была еще одна ситуация, когда никакие правила не руководили ее действиями. В памяти всплыло еще одно событие, которое в то время ничего не значило, но теперь стало гораздо более значимым. Дэйбрейкер разговаривала с Селестией, пытаясь убедить ее дать Маске имя.

Она могла сделать многое, могла даже ничего не делать. Бесконечные варианты пугали, поэтому она отбросила большинство из них. Перед ней была пони, которая была на ее стороне, пони, которой можно было доверять, а ситуация, сложившаяся в ментальном саду, никак не была публичной. Поэтому она вернулась к варианту, который так хорошо сработал раньше. Как и в случае с Пейпер Пушером, она обняла ее. Дейбрейкер, прикованная к столбу, чувствовал себя не так комфортно, но, похоже, это все равно сработало.

Дэйбрейкер замерла, затем передвинулась так сильно, как только могла, чтобы усилить контакт:

— Почему? — Спросила она тихим голосом.

— Ты вступилась за меня.… ты даже попросила Селестию дать мне имя. На вкус эти слова были правдой. Они нашли отклик в ее сердце, и все же она по-прежнему не понимала, почему.

Глаза Дэйбрейкер изменились, в них появилось еще одно сложное чувство, которое Маска не смогла распознать:

— Тебе нужно имя?

Дрожь страха пробежала по ее спине, какая-то часть ее чувствовала необходимость двигаться, но это никак не могло скрыть ни соблазна, ни ее прежних мыслей. У нее пересохло во рту, горло сжалось, но слова все же вырвались наружу:

— Да.

Что-то изменилось в глазах Дэйбрейкер, когда она улыбнулась, обнажив клыки. В них как будто зажглось пламя:

— Тогда у тебя будет имя.

* * *

Саммерз Мэскарайд. Эти два слова танцевали в ее голове, словно самые мощные сочетания звуков, которые она когда-либо встречала или когда-либо встретит. У нее было имя — простая вещь, которая так изменила большинство пони. Мир стал казаться не таким подавляющим, и выбор внезапно стал проще. Кто бы мог подумать, что наличие мнения так упрощает принятие решений?

Ей хотелось улыбнуться, немного пощеголять, пока она шла в суд, но при одной только мысли об этом всплывало назойливое правило.

> Поддерживать общественный имидж.

Если бы не это назойливое правило, она могла бы скакать по кругу, как юная Твайлайт, когда ее только взяли в ученицы к Селестии. Вместо этого она стала рассматривать окружающую обстановку. Суровый мраморный пол, по которому ступали ее копыта, был не так приятен для ее слуха, как мягкий ковер, или, возможно, слой облаков в полкопыта был бы неплох. На равном расстоянии друг от друга на пьедесталах стояли художественные цветочные горшки. Один из них мог бы украсить обеденный стол, два, стоящие по бокам от дверного проема, могли бы выделить комнату как нечто особенное, но девяносто два, мимо которых она прошла за это время, лишили их всякой привлекательности. Может, они и приятны на вкус, но правило не позволяло ей попробовать ни частички, даже лепестка.

Здесь слишком много белого. Несмотря на то, что это цвет шерсти Селестии, а значит, один из лучших цветов в мире, она обнаружила, что от переизбытка чего-либо теряется его блеск.

Два единорога стояли у двери впереди и отдавали честь, выполняя свою функцию. Наконец-то пони, которые действительно выполняют свою работу. Правила украли у нее улыбку, но, по крайней мере, позволили ей слегка кивнуть, когда она проходила мимо них.

Копыта несли ее вперед как ни в чем не бывало, каждое движение, каждое выражение лица и даже каждый вздох строго контролировались, следуя предписаниям правил. Ее мысли вернулись к кровати и воспоминаниям о том, как она обнимала живого пони. Да, вернуться в постель было гораздо желаннее, чем это заседание суда. Если бы не правила, именно этим она бы сейчас и занималась. Ей понравилось обнимать Пейпер Пушера, и она обязательно сделает это снова. Были ли другие пони так же приятны для объятий? Об этом ей еще предстоит подумать. Она окинула взглядом толпу, мысленно оценивая, насколько каждый из них мягкий и обнимательный.

> Поддерживать общественный имидж.

Я знаю. Она мысленно вздохнула и отбросила это правило. Все равно она не собиралась его нарушать. Одна только мысль о том, что Селестия может сделать, если она ее разочарует, была слишком, слишком, слишком страшной, чтобы идти против правил.

За ней наблюдало множество глаз, и не все из них были глазами пони. Сбоку ждал контингент дипломатов. Они не выглядят счастливыми… И снова фырканье Дейбрейкер было не слишком полезным. Минотавр, зебра, грифон, дракон, нихтианин — у каждого вида существ была своя история с Эквестрией, и с каждым заключены десятки договоров и соглашений. В ментальном саду Саммерз Мэскарайд разложила все соответствующие документы. Было бы неплохо знать, что они будут здесь.

> Поддерживать общественный имидж.

Она не могла вздохнуть, не могла опустить копыта, не могла допустить даже малейшего признака своего страха. Ситуация была сложной, это была международная политика, и все, что ей оставалось делать, — это тянуть время. Только ее Сиятельство могло принимать решения, обязательные для исполнения на международном уровне, но она никак не могла сохранить общественный имидж и просто отослать их.

Развязывание войны определенно не понравилось бы Селестии.

Это было бы забавно, — прокомментировала Дейбрейкер.

Правила не позволили ей закатить глаза, что она хотела сделать.

Это не поможет.

Это упростит дипломатические отношения и даст Селестии больше свободного времени.

Ну, она и так перегружена работой… Почему я вообще об этом думаю? Мне не суждено принимать такие международные решения.

Просто посмотри на их лица. Неужели ты думаешь, что они станут медлить с поисками ответов?

Решимость, гнев, страх и даже некоторая жадность отражались в глазах помощника посла. Каждое правило, которое приходило на ум, говорило о том, что она должна спросить Селестию. Не было ни одного положения, которое бы позволило ей так долго быть недоступной.

Тогда что бы ты посоветовала?

Как бы я ни хотела, чтобы ты предприняла что-то более радикальное, начни с того, что будь понимающей, но твердой в отношении наших договоров.

Всего лишь этот совет сделал ситуацию менее пугающей. Она умела подбирать слова и подбирать идеальные выражения, чтобы передать то, что требовалось. Сложнее всего было выбрать цели переговоров. Учитывая, что в данный момент она хотела: А — не разочаровать Селестию и Б — вернуться в постель, это было не самым полезным, когда речь шла о мировой политике.

В ментальном саду она собрала на траве все договоры и документы по внешней политике и потянулась за куском торта. Она улыбнулась: я могу есть торт сколько угодно, и никто ничего не скажет.

Формальности прошли как обычно — пустые слова, лишенные всякого смысла, кроме как дать просителям более чем достаточно времени на раздумья. Как и ожидалось, послы вышли вперед, не обращая внимания на остальных просителей. Малейшего движения крыльев было достаточно, чтобы клинки стражников остановились, и дворецкий объявил об этом.

Минотавр, самый крупный и физически внушительный, вел их за собой. Он стоял высоко и гордо, его размеры служили щитом для остальных, следовавших за ним. Он тяжело топал по направлению к трону:

— Мы требуем объяснений: сначала — скверна, затем — приход солнца в ваши земли и последующая проклятая Тартаром пустая ночь.

Как будто просто объем имеет значение. — Дэйбрейкер вздохнула. — Похоже, наше чрезмерное использование магии сделало их смелыми.

— Посол. — Она сделала ударение на слове, чтобы придать ее голосу малейший намек на упрек. Она продолжила голос принцессы номер два. — Скверна, какой бы ужасной она ни была, уже освещалась ранее, и в настоящее время идет полным ходом работа по ее преодолению. Недавний ущерб. — Она махнула копытом в сторону окна. — Это последствия борьбы с тем, что осталось после того, как Элементы Гармонии победили Зло, ответственное за эти недавние события.

— А прошлой ночью?

— Ночь — удел моей сестры, и, следовательно, это не тот суд, чтобы спрашивать о ней.

— Принцесса Луна не смогла присутствовать на своем собственном Ночном суде.

— Тогда вам придется подождать, пока она освободится.

Гнев, досада и недовольство, окрасившие их лица и выглянувшие из их глаз, были куда менее трогательными, чем выражение лица Пейпер Пушера. Она изучила каждую черточку и морщинку на их лицах, и тут ее осенило. Непони просто не так много значат. Размышляя над этим, вместо того чтобы всерьез выслушивать все эти бессвязные возмущения и жалобы, она просмотрела правила, которые ее связывали. Это было неубедительно. Было еще несколько правил поведения с другими видами, но все они касались обращения, различий в языке тела и социальных традиций. Значит, ответ не здесь… Ее ум остановился на одном правиле, в частности на том, которое позволяло ей сейчас быть столь откровенной с Пейпер Пушером. Я все еще не понимаю, почему это так смешно. Воссоздав в уме приступ смеха Дейбрейкер, она обратила мысленный взор на кобылу.

Могу я узнать правила, которые связывают тебя?

О? Почему ты хочешь знать?

Она опустила взгляд на стол и принялась перекладывать игральные карты в копытах. На каждой из них были слова, жесты и ее собственные правила. Одну за другой она раскладывала их, как будто раскладывала пасьянс. Появились разноцветные карты, и рубашка на каждой из них соответствовала одному из послов: они высказывали скрытые угрозы и завуалированные оскорбления, требуя больше, чем она могла им дать. Ее противники разыграли свои карты, и настала ее очередь. Вернувшись в физический мир, ее тело играло свою роль, произносило слова и ни разу не упомянуло о игре Рыбалка[1]. Она следила за игрой вполглаза, а все остальное внимание вернулось к Дэйбрейкер.

Мне нужно знать, насколько Селестия ценит непони по сравнению с пони и отличается ли это отношение к существам, не принадлежащим к Эквестрии.

Похоже, кто-то из пони воспринимает это всерьез и больше не рад быть марионеткой.

Это не совсем дружелюбное заявление, ДБ.

О, теперь у меня есть прозвище?

Ну, ты назвала меня по имени, так что будет честно и справедливо, если я назову тебя в ответ.

Дэйбрейкер ухмыльнулась, показав клыки.

Что ж, наслаждайся дополнительными материалами для чтения.

Над карточной партией появился большой свиток. Она выхватила его, прежде чем он успел помешать ее следующему ходу.

Спасибо.

* * *

Послам потребовалось всего полчаса, но это была напряженная и захватывающая карточная игра. В некоторые моменты казалось, что они одержат победу и заберут домой приз… каким бы он ни оказался, но она превратила возможное поражение в патовую ситуацию, которая была бы скорее в ее пользу, чем в их.

Гордость согревала ее сердце, и только правила не позволяли ей вилять хвостом, как слишком настойчивому щенку. Ее хорошее настроение длилось до тех пор, пока один из дворян не начал говорить. Даже сейчас, когда талантливые копыта втирали в ее шерсть какое-то чистящее средство, победа над послами ощущалась на губах как пепел. Дворяне каким-то образом знали ее правила, или, по крайней мере, некоторые из них. Они танцевали вокруг предметов, и даже с картами, которые ей помогали, дополнительные правила, применяемые к ним, заставляли ее лучшие карты превращаться в пыль как раз в тот момент, когда она собиралась их разыграть.

Ты уверена, что не хочешь их поджечь? — спросила Дейбрейкер так, словно это действие было самым ответственным из всех возможных.

Не думаю, что запах горящих пони будет хорошо сочетаться с чаем. — Она перебрала все обычные причины, по которым не стоит поджигать пони, но Дейбрейкер не считала, что это неправильно или противоречит правилам, за исключением некоторых очень интересных ситуаций. Поэтому она решила попробовать другие варианты. Сначала это раздражало, но теперь казалось, что это игра. По крайней мере, она надеялась, что это была игра, ей не хотелось, чтобы ей пришлось отмечать траты на заживо сжигаемых пони в магическом гроссбухе.

Мы могли бы создать вокруг них вакуум.

Это просто еще больше растраченной магии.

Да, но удаление этого пони сэкономит столько времени.

Она сделала паузу. На этот момент ушло уже полтора часа — время, которое можно было использовать для куда более важных вещей, например, для того, чтобы вздремнуть.

Не думаю, что Селестии бы понравилось тратить королевское время, становясь представителем канцелярии.

А ведь раньше здесь было так.

Должно быть, у Селестии была веская причина, чтобы поменять это. Даже если сейчас я не могу придумать ни одной.

Дейбрейкер смотрела вдаль, ее глаза искали что-то, чего не могли найти.

Она вернется.

Не знаю, чем Твайлайт ее поразила… но ее решимость просто рассыпалась…

С ней все будет в порядке?

Дейбрейкер медленно кивнула.

Со временем.

Как долго?

В последний раз, когда она была близка к этому, прошло пятьдесят лет…

Одна ее часть вздрагивала от того, что ей придется делать дополнительную работу, и с ужасом думала о том, сколько всего может пойти не так, за что Селестия ее убьет, а другая хотела улыбнуться.

Тогда давайте сделаем так, чтобы, когда она вернется, она гордилась нами. — Она сказала это, хотя в голове у нее крутились мысли о том, со сколькими пони она могла бы возлежать до того момента. Ей ведь нужно было выяснить, какие племена являются лучшими спутниками для сна, не так ли?

## Акт 2 Часть 5. Конклавы: Долг Рейнбоу

* * *

После бешеного полета к Флаттершай и того, что ее чуть не испепелила магия Селестии, вся поездка на поезде была очень похожа на бегство. Бегство никогда не было по душе Рейнбоу, но когда на борту поезда все население Понивилля, как это могло быть чем-то другим? Необходимость двигаться пульсировала в крыльях пегаски.

Как ни радостно было оставаться в живых после "опасной близости" с аликорном, отбросившим все ограничения, вопрос о том, что за Тартар творится в голове Селестии, не оставлял ее в покое. Думать об этом было гораздо легче, чем корить себя за то, что слишком медлила. Не похоже, что она могла бы что-то сделать, если бы оказалась там раньше. Трусиха, — прошептал тихий голосок в глубине ее сознания, но она проигнорировала его, хотя какая-то часть ее сознания сомневалась, не стоит ли заменить слово "бодрящий" на "ужасающий".

Ее кости все еще покалывало после серии безумных телепортов, через которые их перебросила Литтл Стар. Эта кобылка была практически мини-аликорном, несмотря на отсутствие крыльев.

Как только они устроились на борту личного военного поезда принцессы Кейденс, Гильда первым делом проверила свое оружие. Затем с помощью своих проворных когтей она сняла с обеих летные костюмы. У Рейнбоу было несколько секунд, чтобы ощутить свежий воздух на своей шерсти. Гильда не дала ей времени насладиться этим. Она практически ударила ее по лицу неухоженным крылом, взглядом требуя, чтобы Рейнбоу что-нибудь сделала. Это было не самое приятное занятие, но забота о крыльях товарища вбивалась в голову еще в летном лагере.

Верность, долг и обучение — эти три столпа могли сделать все таким простым, если им позволить. И хотя ситуация не изменилась, с каждым исправленным перышком Гильды напряжение Рейнбоу немного спало. Гильда, возвращая должок, победила большую часть остального.

Учитывая все те удивительные вещи, которые Твайлайт сделала за последнее время, трудно было не верить, что они все справятся с этим. Глаза Рейнбоу нашли свое искаженное отражение в пурпурном кристалле кулона Гильды. Кристальная звезда, провозгласившая ее клятву Твайлайт. Только благодаря этому подарку с ее копыт они обе остались живы. Рейнбоу приподняла свой кулон кончиком крыла и наблюдала за тем, как свет смещается и переливается на нем при движении.

На кулон упала небольшая струйка жидкости. Прежде чем Рейнбоу поняла, что это ее собственная слеза, ее обхватило крыло Гильды. Это были не мягкие объятия пони, а решительное заявление о том, что Гильда здесь, что они вместе.

— Хватит грустить, — сказала Гильда, прежде чем практически запихнуть батончик гранолы в рот Рейнбоу.

— Ладно, ладно, я могу сама себя накормить, ты же знаешь.

— Хорошо.

Такого удовольствия как от угощения из Сахарного Уголка это не принесло, но сейчас это не имело значения. Учитывая, насколько приятной на вкус была безвкусная еда, она действительно нуждалась в ней, даже если бы ей пришлось потрудиться, чтобы растолочь этот клейстер.

Не имея зубов пони, Гильда оставила собственные батончики размачиваться в кружке с водой, чтобы они могли постепенно превратиться в нечто, не требующее строительных инструментов для дробления. Из своей сумки она достала листовую упаковку, сильно пахнущую солью и рыбой:

— Хочешь?

— Нет, тебе это нужно больше, чем мне.

Наевшись, Гильда даже попыталась пошутить, хоть и безуспешно, но то, как она старалась, вызвало улыбку на мордочке Рейнбоу.

Затем в комнату ворвалась Старлайт и потребовала ответов. Ответов у Рейнбоу либо не было, либо ей прямо приказали их не давать. Это ничуть не улучшило ситуацию.

С каждым словом и тревожным взглядом Старлайт Рейнбоу чувствовала, как в ее душу снова закрадываются сомнения. По крайней мере, капитан Кэндис появилась раньше, чем Гильда успела наброситься на Старлайт. Это ни за что не закончилось бы хорошо.

Теперь, к лучшему или худшему, Старлайт получит ответы на свои вопросы. Несмотря на то что ситуация была вполне реальной, она все время думала о том, что бы произошло дальше, если бы это было в книге Дэринг Ду. С учетом всех безумных событий, произошедших с тех пор, как она стала Элементом Верности, трудно было бы не отнести все это к выдумке, если бы она не прожила это сама.

Ее крылья дергались и жаждали применения. Она хотела лететь, мчаться по небу, чтобы добраться до друзей, но две вещи останавливали ее. Она была первым рыцарем Твайлайт, поэтому ей нужно было поддерживать свой имидж. Если она сейчас помчится куда-то, это вызовет у пони панику. А во-вторых, она не знала, куда они направляются, и даже когда она была всего лишь Вондерболтом, заблудиться — это точно не то, что делают классные пони.

Гильда забрала свое оружие и коснулась ее, проходя мимо. Ее быстрый взгляд назад сказал: "Я здесь". Этого было более чем достаточно, чтобы придать ей сил. Рейнбоу кивнула в знак благодарности и заставила свои крылья вернуться под контроль. Глаза Гильды проследили за крыльями Рейнбоу. Рейнбоу проследила за взглядом Гильды и остановилась на одном из пурпурных перьев, которые были восстановлены и улучшены Твайлайт.

Эпплджек… Пинки… Рэрити… Это были не просто имена, не просто пони. Луна сказала, что они выжили. Гильда была права, хотя слово "выжили" могло означать очень многое, учитывая то, что Твайлайт доказала, что может сделать с тем, что любая другая пони назвала бы обугленным трупом. Если в них осталась хоть малейшая частичка жизни, то они уже скоро будут готовы участвовать в Осеннем Забеге. Но сначала Твайлайт нужно было восстановиться.

Похожая на скелет Твайлайт, сражающийся копытом к копыту с Селестией, определенно доказывала, что смертельная рана имеет совершенно иное значение, когда речь идет об аликорнах. Но то, как после того, как опасность миновала, ее горящая грива потухла, и она рухнула, словно марионетка из ночного кошмара, у которой перерезали ниточки, доказывало, что, чем бы это ни считалось для аликорна, это все равно серьезно.

Если бы Луна не сказала вскользь, что пережила и не такое, то увидев тело подруги без единого признака жизни, Рейнбоу бы сломалась. Твайлайт и так через многое прошла, и было несправедливо, что ей пришлось пройти и через еще большее.

Тепло разлилось по передней ноге, когда клинок по-своему поддержал ее. Она провела по нему копытом. С Твай все будет в порядке. Это должно было быть правдой. Это будет правдой.

Как бы невероятно это ни было, учитывая ее состояние, Твайлайт все еще была жива. Если бы этот кристальный скелет был на обложке книги Дэринг Ду, это было бы потрясающе. Поскольку это был ее друг и сеньор, это было ужасно. Но только с покрытыми кристаллами костями. Это было не так страшно, как ее слишком широкая улыбка, когда она играла с наемниками, пока у нее из тела торчал клинок.

Магия, подаренная Твайлайт, всё ещё была там, частичка души аликорна, ставшая частью Рейнбоу. Неповторимое ощущение тепла в груди Рейнбоу все еще было там. Этого доказательства было достаточно, чтобы укрепить веру в подругу. Этого было достаточно, чтобы Рейнбоу Дэш сохраняла спокойствие, следуя за группой.

По ту сторону окна копошились сотни пони. Понивилльцы были ошеломлены и растеряны, когда пони Кристальной Империи набросились на них с пожеланиями добра и поддержки.

Маленькие фейерверки и танцующие в воздухе огоньки стали визитной карточкой Трикси, которая делала все возможное, чтобы быть рядом с жеребятами. Фокусница взглянула в сторону и поймала взгляд Рейнбоу:

— Шоу должно продолжаться, — сказала она, а затем вернулась к своим подопечным.

Если бы ее спросили год назад, она бы и за тысячу лет не ожидала, что Трикси станет такой верной и надежной кобылой. Конечно, при первой же возможности она все еще выставляла себя напоказ, но не сказать, чтобы она отличалась от других.

Капитан перешла на другую сторону поезда. Остановившись, она уперлась копытом в стену, и через мгновение окно превратилось в дверной проем.

Старлайт замерла и выглядела потрясенной, но для Дэш это было еще одно проявление магии. Такое маленькое изменение было ничто по сравнению с тем, что происходило с городом. Снаружи Кристальная Империя изменилась и продолжала меняться. Вид на пышные зеленые поля за городом поглощали растущие кристаллы. Стены и башни становились все выше и выше, а на их вершинах появлялись осадные орудия.

Обучение заставило ее пересчитать их. В каждой башне было четыре пушки, восемь баллист и требушет. Мгновение спустя кристаллические гвардейцы заняли позиции, с беспокойством готовясь использовать новые орудия разрушения. Ее взгляд метался между ними, пока ее разум прикидывал, как лучше пролететь сквозь обороняющихся. Огненные дуги, возможная скорость передвижения, даже ожидаемые потери, которые понесут гвардейцы, пытаясь прорвать такую систему. Конечно, Вондерболты могли это сделать, но никто другой не смог бы.

Все становится слишком реальным… Вместо того чтобы облегченно выдохнуть, она медленно сделала глубокий вдох.

Тут ее внимание привлек стук копыт. Старлайт спрыгнула с поезда и последовала за капитаном Кэндис. Походка Старлайт говорила о том, как она волнуется. Столько нервной энергии было заметно в движении каждого мускула. Удивительно, что ее рог не искрился или что-то в этом роде. Взгляд единорога прошелся по новым защитникам, а затем снова остановился на марширующем капитане Кэндис.

Старлайт пришлось пуститься в галоп, чтобы догнать ее. Похоже, капитан была не в настроении задерживаться.

— Насколько нам следует беспокоиться? — спросила Гильда, придвигаясь ближе.

Рейнбоу пожала плечами:

— Вероятно, больше, чем обычно. Твай крепко досталось… а теперь еще и это? — Она уже участвовала в военных учениях, и много раз спасала Эквестрию, сражалась с Гильдой под крылом, и это было грандиозно, потрясающе, несмотря на то, что некоторые ситуации были ужасны. Пока оборона усиливалась, она не могла отделаться от мысли, что ничего потрясного в этом не будет.

Рейнбоу бросила взгляд в сторону Эквестрии. Одна за другой перед ее мысленным взором возникали мордочки пони, с которыми она так усердно тренировалась. Спитфайр, Соарин, Сюрпрайз, Тандерлейн, Айси Мист, Скай Стингер, Вейпор Трейл, Миднайт Страйк, Рэпидфайр. С каждым именем в ее груди нарастала тяжесть. Неужели мне придется сражаться с вами?

Капитан Кэндис повела их по задворкам, направляясь живописным маршрутом к центральной башне. Это заняло некоторое время, но в конце концов Рейнбоу заметила что-то в том, как двигалась Кэндис. Кобыле нравилось быть контролирующей и требовательной, но это было слишком уж. Казалось, что ее характер изменился. В отличие от Старлайт, в ней не было ни скованности, ни нервной энергии. Просто каждое движение было слишком идеальным, безэмоциональным.

В голове пронеслись воспоминания об одном из немногих случаев, когда Кэндис была полностью расслаблена. Однажды ночью, во время кампании по порабощению Скверны в землях грифонов. Она увидела это только потому, что проснулась и ей просто необходимо было расправить крылья, чтобы снова заснуть. Капитан обнималась с Твайлайт на палубе воздушного корабля, любуясь звездами. Рейнбоу нужно было быть слепой, чтобы не заметить, как Твайлайт привязалась к Кэндис.

Конечно, ей тоже больно… просто она этого не показывает. К сожалению, осознание этого не давало никаких решений.

Прошло еще несколько минут, прежде чем они добрались до места назначения:

— Спортивный бар? — Старлайт смело повернулась лицом к капитану Кэндис. — Вы уверены, что это подходящее место?

Рейнбоу была вынуждена согласиться с кобылой: спортивный бар, выглядящий более современно, был не тем местом, куда она ожидала попасть, и даже не тем, которое можно было найти в Империи. Единственная часть здания, что подходила к нему, была сделана из кристалла, как и все остальные здания.

Дверь была открыта хрустальным крылом. Пони, которой оно принадлежало, вышла наружу:

— После этого тебе захочется чего-нибудь выпить, так что, где же лучше? — сказала она Старлайт, а затем практически набросилась на Кэндис и заключила ее в объятия.

— Эмм, — Старлайт начала было отнекиваться, но буквально-созданная-из-хрусталя-пони проигнорировала ее, затаскивая не сопротивляющегося капитана внутрь.

— Заходи и устраивайся поудобнее. Мне нужно переговорить с Кэндис… Луна скоро спустится к тебе, — сказала кристальная пегаска, и под подозрительным взглядом Старлайт они вдвоем поднялись на копытах по лестнице.

Рейнбоу следила за тем, как она двигается: несмотря на беззаботность, кристальная кобыла двигалась с уверенностью, присущей только танцорам или мастерам боевых искусств. Если добавить к этому ее мощное телосложение, то невозможно было не предположить, что она не является какой-нибудь военной кобылой.

Перед тем как исчезнуть из виду, кристальная кобыла оглянулась на Рейнбоу и улыбнулась. Сегодня был не самый удачный день для улыбок, но Рейнбоу не обратила на это внимания — все равно это было ничто по сравнению с тем, какой странной могла быть Пинки.

Вот так просто Рейнбоу, Гильда и Старлайт остались одни среди плюшевых подушек, крепких напитков и бездействующих магических дисплеев. Это было милое местечко. Рейнбоу легко могла представить себя за несколькими кружками сидра, расслабленно наблюдающей за игрой в хуфболл или выступлением вондерболтов, если таковые снова произойдут.

Что же пошло не так? Рейнбоу уставилась в черный кристаллический экран, словно ожидая, что там может быть ответ. Но она знала, что ответа нет. Все, что он показывал, — это тусклое отражение комнаты и ее обитателей. В ее голове пронеслись образы друзей и семьи, всех пони из Понивилля, Вондерболтов и даже наемников, с которыми они путешествовали по землям грифонов. Последние несколько месяцев были слишком тяжелыми, слишком много шокирующих секретов было раскрыто, слишком много трагедий. Но после всех этих событий они восстанавливались, становились сильнее и шли дальше.

Когти Гильды щелкали по хрустальному полу, когда она пробиралась к бару.

— У них тут неплохая коллекция.

— И ты уже смотришь на алкоголь? — огрызнулась Старлайт.

— Слушай, остынь, нам остается только ждать. — Гильда взяла две бутылки и бросила одну Рейнбоу. — Она сказала, устраивайся поудобнее.

Поймать ее в воздухе было проще простого:

— Спасибо, Джи.

Гильда кивнула, щелчком когтя откупорила бутылку и подняла ее в молчаливом тосте.

— Теперь ты пьешь? — Старлайт почти вскрикнула, ее копыто заскрежетало по полу, как будто она могла наброситься на кого-то.

Не обращая внимания на Старлайт, Рейнбоу открыла свою бутылку и подняла ее. Аромат был не таким манящим, как с фермы Сладкое Яблочко, но все равно зазывал. Холодная бутылка притягивала влагу из воздуха, и первые капли конденсата блестели на свету, когда она пила. Сладкий вкус ягод и холодок крепкого сидра вызвали довольный вздох.

— Успокойся, Старлайт. — Внезапное присутствие Луны произвело обратный эффект. Она царственно вышла из тени и протянула крыло, чтобы взять свою бутылку. Только ее бутылка была из тех, из которых обычно разливают шоты, а не просто изысканный сидр.

— Принцесса. — Рейнбоу почтительно кивнула.

Луна ответила на кивок более скромным кивком. Она с выражением удовлетворения устроилась на диване, а затем отбросила это впечатление, сделав большой глоток из своей бутылки.

Старлайт потрясенно ахнула. Цепочка событий не имела смысла в ее сознании.

Ты сражалась со Скверной, и вот что тебя шокирует? Рейнбоу не стала высказывать свою колкость в адрес кобылы. Всегда существовала разница между храбрым гражданским лицом, готовым встретить опасность, и тем, кого научили, как с ней справиться.

Глубокий вздох Луны каким-то образом заполнил комнату. Этот тихий звук заглушал все остальные и заставлял чувствовать себя неловко даже рисковать выдохнуть.

— Рыцари, Рейнбоу Дэш и Гильда. Мы хотели бы, чтобы эта встреча прошла под знаком лучших событий. Старлайт, хотя мы и сомневаемся в тебе, Твайлайт заявила, что ты ее ученица, так что в этом мы доверимся ее решению. Не заставляй нас сожалеть об этом. — То, что Луна слегка сузила глаза, могло бы сойти за оплаченный билет в Тартар за то, как Старлайт восприняла это.

— Конечно, принцесса, спасибо. — Последние два слова дались Старлайт нелегко, но решимость и потребность узнать правду оттеснили страх и возмущение в ее глазах.

Луна царственно кивнула. Кивок был более изящным и в то же время более холодным, чем все, что использовала Селестия.

— Тогда устраивайтесь поудобнее. Из-за состояния некоторых личностей и необходимости обеспечить максимальную конфиденциальность, мы прибудем на собрание посредством царства снов.

Рейнбоу не нужно было повторять дважды. Она залпом выпила остатки сидра и улеглась. Гильда последовала ее примеру и улеглась рядом.

Старлайт открыла рот, чтобы что-то сказать, но поднятая бровь Луны заставила ее замолчать. Нахмурившаяся, но послушная Старлайт тоже устроилась поудобнее.

Загорелся рог Луны, и все мягко погрузились в кромешную тьму сна.

Как тогда, когда мы сражались с Тантабусом… Скоро увидимся, Твайлайт.

* * *

Рейнбоу издала стон. Просыпаться на деревянном полу было не совсем удобно. До тренировок она могла бы даже назвать это болезненным по сравнению с идеальной мягкостью облака, но сейчас ее больше всего поразило то, насколько это отличалось от мягкого дивана, на котором она засыпала. Следующее, что поразило ее, — это стойкий запах пожара, пепла и раскаленного металла. Он был слабым, но помог ей полностью осознать происходящее.

И когда же я успела? Ах да, магия Луны. Она подавила в себе желание просто поспать. Открыв глаза, она почувствовала себя маленькой. Несмотря на странный масштаб и разные планировки, ее сердце хорошо знало этот интерьер. Старая библиотека Твайлайт?

— Верно, Дэши, — раздался мягкий голос Твайлайт.

Облегчение и радость охватили Рейнбоу при одном только этом звуке. Она повернула голову в сторону говорившей:

— Твайлайт! — Крылья подбросили ее к говорящей.

Когда расстояние между ними почти не осталось, ее острые чувства подсказали ей, что что-то не так. Как бы ей ни хотелось не замечать различий, они были налицо. Намек на клыки в нервной улыбке, более плотное, свирепое телосложение, грива, мерцающая как огонь, ужасный шрам, начинающийся на шее и исчезающий на нижней части тела.

Это была не Твайлайт-библиотекарь и не Твайлайт-принцесса. Эта пони перед ней больше походила на грифона или львицу.

Рейнбоу взмахнула крыльями, чтобы затормозить, и зависла в двух шагах от кобылы, которая выглядела почти как ее подруга:

— Твайлайт? — спросила она, в ее голосе было слишком много мольбы, даже несмотря на то, что тренировки подготовили ее к бою.

Глаза Твайлайт блеснули влагой, а уши опустились:

— Не совсем, Дэш.

Эти слова словно ударили по нутру, заставили бы ее рухнуть на пол, но она не могла пошевелиться. По ее телу разлились леденящий страх и подкрадывающийся ужас. Взмах крыльев — и она оказалась лицом к лицу с самозванкой.

— Не совсем? Не совсем? Что это значит, Тартар побери?

Самозванка даже не моргнула, и это сделало наворачивающиеся слезы еще более очевидными.

— Помнишь, она рассказала тебе историю о своем создании?

Мягкий, мрачный оттенок голоса вырвал ярость из груди Рейнбоу. На смену ей пришли воспоминания. Сразу вспомнилось то время в замке Твайлайт, как она была счастлива видеть их всех, слезы в глазах Твайлайт, когда она рассказывала им, что она даже не настоящая Твайлайт. Даже несмотря на стеснение в груди, Рейнбоу удалось сохранить спокойный голос:

— Все это соединение кобылок вместе, чтобы создать ее?

— Да… Меня… Меня зовут Нова.

Она знала это имя. Вопрос сам собой вырвался из нее. Нова — воплощение силы и страсти, говорила Твайлайт.

— Как…?

— Солнечная кобыла… — Нова на мгновение закрыла глаза. — Селестии было все равно, умру ли я… она… — Нова провела копытом по части своего шрама. — Она просто вырвала из меня то, что ей было нужно, а остальное выбросила, запечатав меня одну глубоко в подвале моего разума. Только ненужные останки моих сестер она бросила мне в качестве компании.

В глазах Новы плясали языки пламени, грива и хвост яростно трепетали. Оттянутые вверх губы демонстрировали клыки, куда более опасные, чем у любого из фестралов, а в глазах Новы боролись страдание и ярость.

Казалось, кобыла вот-вот взорвется. Но, глубоко вздохнув, она закрыла глаза, поднесла копыто к груди, а затем выдохнула, оттолкнувшись копытом точно так же, как это сделала Твайлайт. С каждым повторением Нова становилась все менее пожароопасной и все более собранной и сосредоточенной пони.

— Где Твайлайт?

— Пэчворк… Твайлайт, которую ты знала, пожертвовала собой, чтобы спасти наших друзей. — Взмахнув копытом, она указала на то, что выглядело как три странных кокона.

Если бы не кьютимарки, украшавшие их, в этом не было бы никакого смысла. В ее сердце боролись ужас и облегчение:

— Что… Что случилось?

— Непредвиденные обстоятельства со стороны Мунлайт Скролла… а затем предательство Селестии. — Нова опустила взгляд. — Хотя, скорее всего, это было лишь частью плана Селестии, — прорычала Нова. Ненависть в ее глазах почти заставила Рейнбоу вздрогнуть, и это было направлено даже не на нее.

Как бы Рейнбоу ни хотелось отрицать это, утверждать, что Селестия — пример всего хорошего в мире, она не могла. Слишком много было доказательств, слишком много упоминаний от Твайлайт, а еще тот факт, что все они находились здесь, в укрепленной Кристальной Империи.

— План Селестии? — спросила она голосом, который, казалось, терялся между бесплодной яростью и пустым отчаянием.

На мгновение Рейнбоу снова оказалась там, удерживая Гильду, парящую в палящем воздухе после близкого пролета солнечного луча. Внизу царило полное опустошение: даже в Кантерхорне образовалась оплавленная дыра. Ее копыто нащупало кулон со звездой. Она и нас спасла.

Нова фыркнула:

— Как еще проще убить принцессу дружбы, чем поставив ее в положение, когда она может спасти себя или своих друзей? — Нова повернулась лицом к трем коконам. — Можешь догадаться, что она выбрала. — Кобыла, которая была почти Твайлайт, задрожала от гнева и сдержалась, только фыркнув и тяжело топнув копытом. Она сделала еще три успокаивающих вдоха: первый — пламенем, последний — просто горячим воздухом. — Зная, что ей предстоит умереть, она использовала каждый клочок магии, каждую частичку своей души, чтобы сделать все, что могла. Она спасла своих друзей, напала на Селестию, чтобы выиграть время для нашего побега, и вернула моих сестер. — В наступившей тишине звук капель, падающих на деревянный пол, был громким, как раскаты грома. — Они должны были умереть, чтобы она могла жить… Пэчворк… Твайлайт обратила это вспять.

Ярость скрутила нутро Рейнбоу, она завывала и металась в поисках того, на что можно было бы наброситься, но один взгляд на плачущую кобылу утопил ее в ледяной воде. Она ни за что не собиралась срываться на явно скорбящую пони. Была одна пони, которая заслуживала того, чтобы ей набили морду Рэйнбумом, но она была в Кантерлоте.

Нова выглядела и двигалась так похоже на Твайлайт, и все же она не была ею. Несмотря на это, подаренное тепло в ее груди все еще знало ее, все еще принимало ее как Твайлайт. Клятва быть рыцарем Твайлайт все еще была здесь, и она видела перед собой предмет своей верности.

Рейнбоу знала, что она не из тех, кто любит поболтать и все обдумать, поэтому она просто сделала первое, что пришло ей в голову. Оказавшись так близко, она просто шевельнулась и заключила Нову в объятия из крыльев. На мгновение она застыла на месте, не желая сопротивляться, но потом мощное тело Новы вернуло ей объятия. Если внешность не подсказала Рейнбоу, что разница есть, то плотная мускулистая фигура, прижавшаяся к ней сейчас, точно подсказала. Твайлайт никогда не была так хорошо сложена, никогда не казалась такой сильной, несмотря на свои впечатляющие подвиги как в силе, так и в магии.

Несмотря на то, что грива Новы была горящей, ей не было больно, так как она тоже каким-то образом влилась в объятия. Даже наоборот, было комфортно. Она словно шептала, что Нова заботится о ней, что доверяет ей, что нуждается в ней.

— Я убью ее, — прошептала Нова совершенно не ужасающим тоном, от которого точно не содрогнулся весь мир.

И все эти милые, уютные чувства исчезли. Тем не менее Рейнбоу не отстранилась от объятий. Она просто продолжала гладить травмированную пони по спине, как ей подсказывали наставления по обращению со спасенными пони.

* * *

Прошло совсем немного времени, прежде чем приближающиеся шаги копыт прервали этот момент. Нова успокоилась, но в ее железных объятиях все еще чувствовалось отчаяние. Рейнбоу никак не могла убежать, если только не научится телепортироваться, а отсутствие рога делало это более чем маловероятным.

Копыта приближались. Что-то в степенной походке и весе, с которым они ударялись о пол, подсказало Рейнбоу, кто это. Она перешла на самый почтительный тон и надеялась, что ради Тартара это скрасит то неформальное положение, в котором она оказалась:

— Принцесса Луна.

— Что ж, похоже, вы двое неплохо ладите, — с искренней улыбкой сказала Луна. — Нам жаль прерывать разговор, но все остальные уже собрались.

Нова кивнула и начала подниматься на копыта. Луна протянула к Нове крыло и заключила ее в объятия, а ее магия принялась укрощать внешность дикой кобылы и устранять любые оставшиеся следы слез.

Нова обратила на Луну проникновенные глаза:

— Я принесу закуски, которые приготовила. — Ее гордая улыбка все еще хранила следы утраты, но радость, присущая кобылице, пыталась скрыть ее.

— Это было бы восхитительно.

С этими словами Нова поднялась и галопом помчалась прочь.

— Эта кобыла не в себе, — заметила Рейнбоу.

Луна на мгновение задумалась, не сводя глаз с двери, через которую выскочила Нова:

— Ты не ошибаешься, рыцарь.

Рейнбоу вздохнула:

— Значит… наша Твайлайт действительно ушла?

— Все гораздо сложнее. Большая часть ее воспоминаний, большая часть того, кем она была, теперь принадлежит Нове. Остальное было разделено с сестрами Новы.

— Вот это взбрыкнулось.

Луна фыркнула:

— Да, можно сказать, что все "взбрыкнулось", юная Рейнбоу Дэш, но мы умоляем тебя быть рядом с Новой. Она теперь Твайлайт, только обновленная и измененная. Она все еще знает, что ты ее друг, ее верный спутник в ее сердце.

— Да, принцесса.

— Я вижу колебания в твоих глазах. Так что давай проясним ситуацию: аликорны — существа сложные. У моей… сестры три разума, которые составляют ее сущность, у меня их было тысячи, пока наша сестра… не очистила их от нас…

От яда, прозвучавшего в тоне Луны, по спине Рейнбоу пробежала дрожь. Но она была Элементом Верности. Поэтому, как и в случае с Новой, прямо сейчас здесь находилась кобыла, которой было больно, которая нуждалась в утешении. Как и Нова, Луна сначала замерла, когда Рейнбоу обняла ее. Но в отличие от Новы, Луна лишь усмехнулась.

— Мы благодарны тебе за заботу, Рейнбоу Дэш, но это застарелая боль, мы привыкли к ее тяжести. — Она ненадолго вернула объятия, а затем начала идти к двери. — Будь рядом с Новой, она — избранная наследница Твайлайт, та, которую ты обычно видишь за этими пурпурными глазами в физическом мире.

Повинуясь, Рейнбоу пристроилась рядом и последовала за ними. Пора было возвращаться к роли рыцаря.

Пока они шли, Луна продолжала:

— Аликорн — это совокупность разумов. Это то, чем мы становимся после возвышения. Ни один смертный разум не сможет справиться ни с нашей силой, ни с бесконечной вечностью, которая может лежать перед нами. Старые фрагменты исчезают, а новые образуются — это просто часть нашего существования.

Это было странно, как Тартар, но было ясно, что Луна не лжет. Но тут возникал вопрос:

— Была ли Найтмер Мун…

— Да, она… была частью меня, защитницей, владычицей Снов, благосклонной королевой, направлявшей другие мои фрагменты, моей защитницей и спутницей… Я вижу вопросы, которые ты не задаешь… Когда Сестра вошла в наш разум и убила большинство наших фрагментов, мы потеряли себя от горя… Найтмер отдалась своему гневу, и мне было все равно, что произойдет, а для нее заставить нашу сестру заплатить стоило любой цены, даже всего мира.

— Значит… она не была плохой?

Луна фыркнула:

— Когда ты столкнулась с ней, она была действительно злой, безумной, и ее нужно было остановить. Мы все еще благодарны тебе за спасение, за то, что ты вернула нас к здравому смыслу из бесконечного забвения апатии. — Мордочка Луны исказилась в лукавой улыбке. — Если бы Твайлайт не приняла тебя как свою, мы бы сами тебя приютили.

— Спасибо, принцесса.

Луна снова захихикала:

— Слишком много современных пони слишком легко смущаются. Нет, давай покончим с этим. У Новы должны быть готовы закуски, и мы хотим их попробовать. — С этими словами Луна ускорила шаг, и Рейнбоу пришлось взмахнуть крыльями, чтобы не отстать.

Размышляя об этом, она кое-что вспомнила. Куда подевалась Гильда?

* * *

В библиотеке Твайлайт никогда не было такого большого конференц-зала, как этот. Точнее, в настоящей библиотеке не было, а в этой был. Но не эта странность заставила её остановиться в дверях. Причиной тому были пони внутри.

Рейнбоу понятия не имела, как воспринимать группу аликорнов, но склонялась к тому, что это либо к ссоре аликорнов, либо к катастрофе. Разинутый рот Старлайт явно означал, что она тоже понятия не имела. Гильда лишь пожала плечами и, как можно беззаботнее, направилась к столу с закусками.

Там были Луна, Найтмер Твайлайт, Огненная Твайлайт, которая также была известна как Нова, Кейденс и, что самое странное, Трикси, которая выглядела так, словно стала аликорном-моделью. Потом были все остальные пони. Три разных Литтл Стар и пять разных не-совсем-Твайлайт, если считать Нову. Добавьте к этому полдюжины кристальных пони, и маленькую игрушечную версию кристального военного поезда, который почему-то ел сэндвич, маленького Тантабуса, который гонялся за мячом, который ему подбрасывала бескрылая рогатая капитан Кэндис, и большая часть Рейнбоу потребовала, чтобы она просто вздремнула и подождала, пока все образуется. А если и этого было недостаточно, то была, та что выглядела как бездырявая сестра королевы Кризалис, пытающаяся изо всех сил остаться незамеченной, пока пила чай.

А если и этого было недостаточно, то Метконосцы тоже были здесь и выглядели так, словно у них была своя небольшая встреча за печеньем и мороженым. Невероятно, но в своих красных плащах они выглядели как самая профессиональная и сплоченная группа из всех.

Все большая и большая часть сознания Рейнбоу твердила, что какая-то пони, должно быть, подлила ей что-то в напиток. Если это не галлюцинация, то что-то похуже. В бытность свою Вондерболтом она видела, как разным родам войск приходится работать вместе и как плохо это может обернуться. О соперничестве между Ночной и Дневной Стражей ходили легенды. Все эти споры и компромиссы, на которые приходилось идти, чтобы добиться чего-то во время совместных учений, были достаточны, чтобы любая кобыла захотела вырвать свою гриву. Оптимистично смотреть на то, как все пройдет, было почти невозможно.

Наклонив голову, Луна указала Рейнбоу направиться в ту сторону, где болтали между собой Гильда и Трикси, а Старлайт казалась торжественной и спокойной. Пока Рейнбоу подлетала к ним, хаос в комнате начал обретать смысл. В группировке пони появился порядок.

Нова перемещалась по комнате с анимированной плюшевой игрушкой, помогая ей подавать чай и закуски. В обычной ситуации это было бы достойно внимания, но сегодня это казалось самым обыденным событием.

Принцесса Кейденс встала и направилась к центру комнаты. В ее глазах был жесткий блеск, а в походке — железная уверенность. По мере того как она двигалась, разговоры стихали, и все взгляды обращались к ней.

— Спасибо всем за ваше присутствие. Как бы ни была прекрасна эта возможность наконец-то встретиться со всеми вами и пообщаться, есть важные вещи, которые мы должны обсудить. — Она обвела взглядом собравшихся и увидела лишь кивки в ответ. — Тогда пусть этот Конклав Аликорнов официально начнется!

Гнев, ненависть и горе были в глазах слишком многих собравшихся пони, чтобы все прошло хорошо. Мы взбешены, подумала Рейнбоу.

Словно прочитав мысли Рейнбоу, Гильда устроилась рядом с ней. Ее все еще статный и невозмутимый вид говорил о том, что да, она согласна с тем, что они были взбешены.

* * *

1

ККГ — Королевский Кантерлотский Голос

1

СБЛДН — Старший Брат Лучший Друг Навсегда

1

МСЛДН — Младшая Стестра Лучшший Друг Навсегда

2

СБЛДН — Старший Брат Лучший Друг Навсегдаи

1

ККГ — Кантерлотский королевский голос

1

Игра со значениями слов: Шайнинг Армор — сияющая броня, Твайлайт Спаркл — сумеречная искорка, воит и не переводи после этого говорящие имена :)

1

Шайнинг Армор буквально Сияющая Защита

1

ШСОЕ — Школа Селестии для одаренных единорогов

1

тут убитая шутка, с похожестью слов (holes и holy) дырка и святой на англ.

1

Go Fish