# Зов Додж-Джанкшена

Roberto

Знаменитая ковпони заходит в бар и рассказывает завсегдатаям истории из её приключений, попивая сидр.

Вдохновлено игрой Call of Juarez Gunslinger.

Много вестерна, сидра, лассо, широкополых шляп и подобного.

## Глава 1. Толстый Тыква из Пампкин-Тауна

В Додж-Джанкшене, что неторопливо рос на юге Эквестрии, был солнечный и сухой день. Впрочем, так можно было сказать про вчерашний день, и день позавчерашний. В этой местности иная погода воспринимается как необычная. Что уж поделать – климат здесь такой, а команды пегасов нанимать дороговато – далеко от Клаудсдейла.

Жизнь здесь, можно сказать, только начинает действительно зарождаться – эту местность не так давно начали обживать, годика, эдак, три. Да, в целом на юг не так охотно пони-пилигримы идут. Жарковато, выращивать что-либо непросто. Но конкретно здесь, благо, хоть река имеется неподалеку, да пастбища неплохие раскинулись среди гор и каньонов.

Пара рядов невысоких деревянных домиков, высокая башня с часами, да мало-помалу тянут железную дорогу. Не то чтобы поездов много, вовсе нет. Это чудо техники не слишком давно начало приживаться. Однако именно для таких отдаленных уголков востребовано – тащиться сюда на своих четырех очень уж долго.

И ведь находятся переселенцы. Впрочем, имеются тут очень хорошие места – парочка шахт, одна даже, верьте не верьте, золотая, да какой-то безумец завёз сюда вишен, а они и прижились. Хотя, чему удивляться – этот земной пони был крайне целеустремленным, а также любил тёплую погоду. И вишни.

И покуда растет городок, покуда не столь много жителей здесь, покуда тихо в округе, и жизнь тут останется тихая…

Лишь по пыльной дороге, с каждым шагом вздымая сухие облачка, заставлявшие щуриться, цокая подкованными – вестимо, для дальних дорог – копытами, шла пони в широкополой шляпе, низко опущенной на глаза, и светло-коричневом плаще, прикрывающем пару седельных сумок. Шла она упорно и целенаправленно к зданию, едва не теряющемуся среди других – небольшому бару, с покосившейся табличкой «Сидровая кружка». Кто ж так его обозвал?..

Пони ступила на избитые множеством копыт ступеньки, и цокот стал звучать громче. Толкнула двери-створки, они по забавному тоненько заскрипели, а когда пони прошла, вернулись в закрытое положение сами по себе.

В баре царил полумрак – чего днём свечи или фонари жечь зазря? Здесь было совсем мало народу – за барной стойкой, достаточно длинной, чтобы на ней можно было подраться, но недостаточно, чтобы станцевать кордебалет, стояла, видимо, барпони, судя по тому, с каким скучным видом она протирала одну и ту же стопку. Барпони была кобылой, довольно молодой, с шёрсткой цвета свежевыпеченного хлеба и красной гривой, зачесанной назад. На шее был повязан черный галстук-бабочка, всё как положено. Она подняла взгляд на вошедшую, будто бы с какой-то надеждой на что-то, но тотчас, грустно усмехнувшись, опустила глаза на свою стопку.

— Приветствую, мы знакомы? – раздался чуть хриплый голос. Он принадлежал жеребцу, посетителю этого заведения. Пегас – вообще, любой не-земнопони в таких местах редкость, однако, и не столь большая – чуть прокашлялся, приветливо помахав копытом вошедшей. Сам он был тёмно-синего окраса, с коричневой короткой гривой, в которой виднелась проседь, небольшой бородой и усами, а одет в засаленную жилетку, и на шее длинный платок. Из кармана жилетки торчал ремешок, и виднелось стеклышко очков – да, здесь пегасу точно пригодятся средства защиты от вездесущей пыли, что он может поднять своими крыльями, да ещё, чего доброго, начнется буря, и вообще страх!

— Не думаю, — ответила кобыла, улыбаясь из-под шляпы. – Я давно не была в Додж-Джанкшене.

— Как же вас зовут? Отчего решили вернуться в наше захолустье? – хитро сощурился пегас, махнув копытом на пустующий табурет, стоящий рядом.

— Я Дасти Кейк, пришла уладить одно дельце тут, так что ненадолго. – Пони, кивнув, направилась к стойке, видимо, взять себе что-нибудь.

— Дасти Кейк?! Известная ковпони и искательница приключений?! – раздался вдруг звонкий голос. Это воскликнула молодая единорожка песчаного окраса, с яркими салатовыми косами, сидящая напротив пегаса. – Для меня будет честью угостить вас лучшим сидром, мэм!

— Тогда для меня будет честью выпить его! – с ухмылкой ответила Дасти, поворачиваясь к столику.

— Дасти Кейк? Первооткрывательница, ковпони, борец с преступностью, и в целом бурная личность? – Обернулся сидящий за другим столиком темно-жёлтый земнопони, с заплетенной в короткий хвостик куда как более темной зелёной гривой, и в запылённой куртке. – Нежданно-негаданно.

— А так всегда. – Невозмутимо ответила Дасти, пригубив сидра, что принесла разносчица. То была молодая лиловая земнопони со снежно-белыми гривой и хвостом, в красивом розовом платье с рюшами.

— Добро пожаловать. Я Кьюти, — представилась кобыла-разносчица. – Это Сэнди, — она указала на замахавшую копытом улыбающуюся кобылку за столом. – Вот сидят Бум, — пегас потянулся к голове, видимо, желая приподнять шляпу, но спохватился, поняв, что шляпы нет, и просто кивнул. – Олдер Пэар. – Тёмно-желтый пони ухмыльнулся, услышав своё имя. – Единственная барпони города Глэсс. – Барпони вежливо кивнула, и отставила в сторону многострадальную стопку, решая внимательнее послушать. – И Миддэй… Миддэй, у нас гостья, между прочим, — позвала сидящего напротив Олдера бордового жеребца Кьюти. Тот закатил глаза, смахнул в сторону съехавшую на глаза рыжую чёлку.

— Да я заметил. Просто хочу больше услышать, чем зря лезть с расспросами.

— Вовсе и не зря. Так и узнаешь больше. – Возразил Пэар.

— Приятно познакомиться, подниму тогда за всех вас этот бокал. – Кобыла высоко задрала голову, опустошая бокал, однако её шляпа даже не съехала с места! – Ох ты, действительно, лучший сидр, что я пробовала! Лучше, чем в Рок Бите!

— А то ж, не зря ж мы тут сидим. – Ухмыльнулся до ушей Бум.

— Ладно, ладно вам! – сердито замахала копытами Сэнди, а после повернулась к Дасти. – Мэм, я столько о вас слышала! Просто поверить не могу, что встретилась лично! Позвольте, спросить… — она обернулась, чтобы что-то достать из своих седельных сумок, висящих на спинке стула. Этим что-то оказалась небольшая книжка, и кобылка тут же принялась искать нужную страницу. – Ох, столько всего! Столько историй, столько приключений... это ведь вы самая известная и неуловимая ковпони, ещё бы. Ни одного промаха, ни одного провала. Берётесь за самое сложное, и ни царапинки!

— Не стоит верить всему, что пишут в грошовых романах, малышка. – Усмехнулась Дасти. – Если позволите, ещё горло немного промочить, то тут же начну.

Кьюти принесла ещё бокал, но этот кобыла только слегка пригубила.

— Будете травить всякие байки? – как бы из уважения поинтересовался Миддэй.

— А то. Благо, публика благодарная. – Невозмутимо кивнула ковпони.

— О, о, а расскажите о том случае в каньоне Сломанной подковы! Я слышала, что там водятся призраки, стерегущие сокровища, которые теряли путешественники! – радостно подскочила Сэнди.

— Чушь, нет там призраков, они все на Хэйсидских болотах. Но там была неплохая заварушка, да.

— Ещё бы, не каждый день происходит ограбление дилижансов важных пони из Кантерлота. Что тот напыщенный жеребец там делал вообще? – усмехнулся Олдер.

— Сейчас всё вам поведаю, из первых, так сказать, уст, хех. – Дасти фривольно облокотилась о спинку стула, и, прокашлявшись, начала рассказ.

* * *

— Да, давненько это было. Лет… пять назад? Примерно, может, меньше. В общем, я тогда была уже бывалой, много поднаторела, многое умела. Вот меня тогда и послали спасти того мистера… э-э… непростое имечко, минутку. Мистер Фэзер Хэмлайн! Язык сломаешь. Но во, видите? Память ещё ого-го! Так, о чем я? Ах да.

В общем, как я поняла, он ехал в какой-то местный городишко, потому что… ну, какое-то богатое дело, я не знаю. У богачей всегда что-то важное происходит, а потом мне приходится таких как он спасать.

— Так он ж ехал в Рок Бит на местный фестиваль. Известное ж дело, — вставил свои пять битсов Бум.

— А, да? Ну, я не вдавалась в подробности. Суть в том была, что он туда не доехал, а с ним был пегас-помощник, он-то сбежал и сообщил о грабителях. Ему повезло, что в том шахтерском городке неподалёку, прохлаждалась я, все равно надо было через перевал идти.

Ну, я быстро собралась, хотя брать особо нечего было – лассо, всегда со мной, наиполезнейшая вещица, полбутыли сидра, да палка от кирки. Просто на всякий взяла, мало ли. В общем, и поскакала за тем пегасом, он навязался, да и дорогу показывал.

Придя туда, я увидела, что дело серьезно. Во-первых, там место ещё такое, узкая дорога по дну оврага, и легко проходы завалить, и подступиться с обеих сторон. Да, путь кратчайший, но того не стоил. Хотя там везде виды красивые. Все эти скалы, утёсы, ветер в волосах… А во-вторых, того Фэзера уже связали, и всех его сторожей тоже. Кто ходит по тем местам всего с двумя вышибалами – только этот, больше никто, зуб даю. А грабители уже дилижанс разбирают.

Я этих ребят уже видала – у них главный по кличке Тыква – толстый, и цвет похож, и всех своих «Тыквенниками» обозвал. Толку – обычные плохие пони, нет бы как все, нормально жить, так приключений ищут. И ведь я была почти уверена – видали уже – половину сворованного растратят на сувениры, а половину проиграют в карты. Ничему таких жизнь не учит. Но затем кое-что было… слушайте дальше, в общем.

— Это же тот самый Толстый Тыква из Пампкин-Тауна! Безжалостный налётчик на дилижансы, хитрый, и всегда набирает больше всех добычи! Он много лет промышляет на новых, строящихся дорогах и городках, ходя с места на место! Он наверняка был жутким и опасным! – восторженно взвизгнула Сэнди.

— Ну не то чтобы… в общем, слушай дальше, там и поймешь.

— Итак, плана у меня тогда не было – хотя не то чтобы всегда он есть, просто я люблю импровизировать – и я решила использовать того пегаса… сено, не могу его имя вспомнить… чтобы он отвлек грабителей. Ну, в общем, едва он вылетел и принялся орать, как в него тут же кинули тыквенным пирогом и сбили в полете, и тоже связали. Но это реально дало мне несколько секунд!

Я выбежала на самый пологий склон, что там был, и, буквально скользя вниз на камнях, достала верное лассо. Первый грабитель поцеловал бренную землю, когда я уже прыгнула ко второму. Тот и оглянуться не успел, как начал пародировать товарища, а я, забрав его лассо – хотите верьте, хотите нет, у каждого уважающего себя пони в наших краях должно быть хоть одно – кинулась на следующего.

— Чего не верить? Мы тут живем.

— И то верно.

— Тут уж тыквенники зашевелились. У них с собой было пара корзин, так что скоро тыквенные пироги полетели в меня. И ведь, лягать, они были очень даже хороши! Не так хорошо было ловить их мордой, но что уж поделать, работа такая. Зато и перекусила сразу, главное было быстро работать языком и всё слизать.

Проблема была, в основном, в том, что они использовали ландшафт – многие из них взобрались повыше и кидали оттуда. Их было много, и они окружили меня, словно бизоны! Мне приходилось метаться туда и сюда, но мне представлялось, что они и есть дикие племена, и они хотят одолеть меня, взяв в кольцо на своей территории! О, мне приходилось подобное пережить, потому знаю, о чем говорю. Я почти что слышала тот сотрясающий землю топот и глухое фырканье. Почти что видела венцы из перьев, торчащие над камнями.

В общем, лезть было бессмысленно – закидают, и я пряталась за грудами камней, валяющихся тут и там, пробираясь к дилижансу. Было трудно даже голову высунуть, так как…

— Погодите-ка, я немного пропустил момент, — встрял Миддэй, тряся головой и прянув ушами. – Откуда там взялись бизоны?

— Нет-нет, ты не понял, они действовали как бизоны. – Пояснила Дасти.

Я достала палку от кирки и кинулась на пони с корзиной. По нему я не попала, зато удалось едва ли не отправить в полёт всю корзину! Пироги разлетелись в огромном радиусе, заляпав пони вокруг. Они ненадолго выбыли из игры, принявшись счищать с шерсти липкую массу – а это крайне необходимо сделать срочно, иначе слетятся все насекомые с округи. Уж я на себе проверила, разок, когда, будучи зеленой, поймала спиной пирог, и решила оставить на потом. Шкура месяц чесалась.

Так или иначе, это была лишь одна корзина, но мне удалось поймать и кинуть обратно несколько только что кинутых пирогов, сбив пару грабителей. Ещё двух пришлось сбить с ног грубой силой, третий сдался, а четвертый закрыл собой своего товарища, когда в него полетел пирог. Да, в какой-то момент началась паника, и они решили, что со мной подкрепление, так что работа была сделана ещё быстрее, чем я рассчитывала. Вернее, почти сделана.

«Эй, кто эта выскочка?!» — (Проговорила Дасти низким голосом, видимо, пародируя главаря бандитов).

— Уи-и-и, он наверняка так это и сказал, так и сказал! – прикрывая мордочку копытами, пролепетала Сэнди.

— Он был реально толстым – но сейчас, за решеткой, точно сбросил лишний вес – был в пыльнике и такой, знаете, смешной шапке, похожей на котелок. Она так и называется? Умора! Но явно был очень зол на меня – я отвлекла его от потрошения ящика с дилижанса.

— Что, никогда обо мне не слышал, Тыква? – Ответила я, забирая своё лассо. Того пони пришлось на время привязать к другому, не было времени веревки искать.

«И не таких уделывал! Готовься, я тебя брошу в колодец в местном городе!» — так он мне пригрозил, доставая лассо. Намечалась дуэль.

— Уи-и-и, дуэль! На лассо! Это так захватывающе! Вы ведь победили, победили, да?! – Не могла усидеть на месте Сэнди.

— Ну, разумеется, иначе бы тут не сидела. – Хмыкнул Олдер, махнув Кьюти, чтобы та принесла ему ещё сидра.

— Чш-ш-ш, дайте дослушать. Хоть какое-то разнообразие. – Попросила барпони, с интересом навострив уши.

— Спасибо. Так вот. Я ничего не ответила, а встала напротив, зажав в зубах своё лассо. Этого толстяка будет несложно уделать, это точно, но всё равно, каждая дуэль вызывала свой особенный мандраж.

Дуэли обычно как происходят – мы разматываем лассо, начинаем вращать над головой. Иногда ещё ходим туда-сюда, вот, ну вот почти как в твоих романах. Главное – следить за движениями противника. Как только хоть один из вас едва дернет хоть одним мускулом, соберётся напасть первым, хоть как-то выдаст себя – тут же немедля стоит накинуть лассо. Иначе момент упущен, противник отпрыгнул, всё пропало, и даже не заплатят.

Но это было не так уж сложно. Да, Тыква пыхтел, как паровоз, и было совершенно непонятно, что он мог выкинуть – он был так зол, что его аж трясло. Потому я рисковать не стала – вдруг ещё осуществит задуманное – и быстро, обманкой прыгнув в сторону, накинула на него лассо, связав ему ноги. Он и плюхнулся наземь.

— Как же круто! Я буквально читала это самое! А теперь слушаю от непосредственной участницы!

— Тс-с-с!

«Аргх! Так нечестно!» — проговорил он, когда я начала пытаться оттащить его к его подельникам – проще их вместе собрать, следить за всеми сразу.

— Ага, а честно нападать на дилижансы, ворюга? – так я ему и ответила!

«Мне приказали взять ребят и своровать добро – я это и делаю! Не одна ты на работе!»

И вот это вот меня снова напрягло. Да, в который раз уже, но вы поймёте позже, в чем дело.

— Так-так, минуточку, в смысле позже?

— В прямом, я тут пока никуда не тороплюсь, а сидра ведь много?

— Много-много, не переживайте. – Ответила барпони.

— Вот. И это большая история… ну как, средняя, скорее, думаю. Но поймёте суть позже.

— Звучит как-то немного нечестно, мне надо домой к восьми, – пожаловался Миддэй.

— Тебя никто не держит, лапочка. – Хихикнула Кьюти. – Прошу, продолжайте, я принесу ещё кружечку.

— Да, спасибо, милашка. Итак, меня к тому времени это достало, так что я сразу перешла к угрозам.

— Слушай сюда, Тыква, тебе так и так грозит решётка, так не усложняй жизнь другим. Где Инсидиос Уотер?

— Не может этого быть! Сам Злой, Неуловимый, и прочий Уотер! Главный антагонист всех романов про Дасти! – взвизгнула Сэнди, не в силах удержаться. – Его так до сих пор не поймали!

— Да, в этом и соль. Кхм, так вот.

«Да мне почём знать? Я бы и сам рад этого хмыря сдать!»

Я ни единому его слову не верила, честно говоря.

— Да-да, конечно. – Мне пришлось отодрать у него карман, но в нём была записка с координатами, и как раз та подпись, что везде в твоих романах, Сэнди – от Уотера. Кстати, то же письмо лежит за стёклышком у шерифа Рок Бита.

«Вот же… мне передал письмо его подельник. Послушай, девочка, жизнь у меня вообще не сахар, и не тебе меня судить, это уж точно. Мои ребята ни разу не такие бандиты, как я, так что ты сделаешь всё, чтобы они начали новую жизнь, а не провели остаток дней в тюрьме, как я!» — И так проникновенно говорил, с таким блеском в глазах, что я даже ничего не ответила, молча согласившись. Мне-то что? Пара слов законникам, и бандитов определят на общественно полезные работы, где и начнется перевоспитание. Насколько мне известно, почти все после такого разъезжаются кто куда и берутся за ум.

Но меня правда тронуло, что толстяк позаботился о своих тыквенниках. Не каждый бандюга на такое способен, я вам скажу! И, оглядываясь на весь опыт, куда как лучше пойти обезвреживать таких, ещё не до конца потерянных, пони, чем одного, но совсем безжалостного грабителя!

— А ещё Тыкву, вообще-то, за хорошее поведение отправили прокладывать новый путь в том каньоне! – снова вставил слово Бум.

— Это здорово! Но… я читала, что на вас там напала ещё часть тыквенников – они заплутали в скалах. И произошла вторая большая заварушка!

— А я что, не рассказала об этом? Вот сено! Ах, но да, хотя рассказывать особо не о чем – они были крайне утомленными, а когда увидели Тыкву связанным, совсем приуныли. Так что это не самый интересный момент. Вот, честно.

— Ладно, а что насчет Фэзера?

— А что Фэзер? Фэзер сидел себе со своими сторожами у колеса дилижанса и ждал, пока его спасут.

«Мисс! Если вы закончили, не могли бы…» — начал он говорить, но!

— Нет, пока не закончила.  – Мне надо было связать оставшихся бандитов, а веревка кончалась.

«Да, конечно, спасибо что спасли нас! Это главное что я хотел вам сказать! Учитывая весь кошмар ситуации…»

— Фэр, я фанята! – (Дасти сунула копыто в рот, видимо, показывая, что рот был занят вязанием веревки.)

«Да-да, конечно, простите. Кхм, не отвлекайтесь… у меня на крыше дилижанса ещё должно быть немного веревки» — Вот, хоть какой-то прок от него был!

Связав тех, кто остался, я-таки развязала Фэзера и его дуболомов, а потом закинула к ним в дилижанс того пегаса – я была уверена, что с ним все в порядке, они и сильнее могут головой ударяться без последствий.

Фэзер пустился в благодарности, но меня это не интересовало – я спросила, почему он поехал именно этим путём. На что мне был дан ответ, мол, им встретился по пути некто, кто сказал им, что на нормальном пути обвал разгребают. Представляете? Подстава!

— Кто бы мог подумать! – Усмехнулся Бум.

— Да, но разве за ними не было погони по узкому ущелью, и потом подрыва одной из скалы? – уточнила Сэнди.

— Не, кто бы тыквенникам взрывчатку продал? По ним же видно – и близко не умеют владеть таким. А погоня была за дилижансом, а не за мной, так что этого я не застала.

— У-у, жаль…

— Не переживай, малая, я припасла для тебя и историй со взрывами!

— А за всем этим, уже на подходе были законники. Они забрали бандюганов, я шепнула парочку слов шерифу, а потом мистер Фэзер любезно довез меня до Рок Бита. Вот такие вот дела. Я даже немного побыла на празднике.

* * *

Ковпони переводила дух, прильнув к новой кружке, пока собравшиеся обсуждали её рассказ.

— Мне так понравилось! Я будто пережила всё это сама! – не могла усидеть и крутилась как юла Сэнди. – Сколько читала, но такие эмоции – впервые!

— Мне тоже понравилось. Это так живо, и звучит задорно. Я даже слегка взбодрилась. – Поддержала её Кьюти.

— А по-моему, тут не всё – такая уж правда! – ухмыльнулся Олдер, сощурив один глаз. – Звучит-то складно, но как-то прям… так просто, как будто, р-раз – и всё!

— Не знаю. Мне показалось просто интересной историей. Может что и приукрашено, но я бы послушал ещё. Наверно, успею прослушать ещё парочку до восьми. – Миддэй глянул на часы на стене. Минутная стрелка там сильно погнутая, приходится голову наклонять, чтобы ровно казалось.

— Нет, неплохо, неплохо, — откинулся на спинку Бум. – Но неточности, прямо, невооруженным глазом видать. Вам бы поднатореть в ораторском искусстве, хе.

— А я бы просто хотела послушать ещё. – Немногословная барпони приняла от Кьюти кружку, что только что осушила Дасти.

— Я рада, что все оценили. – Дасти достала из кармашка куртки мешочек, в котором оказались орехи. Положив на стол, чтобы все могли дотянуться, закинула в рот парочку и, спрятав за щекой, продолжила:

— Таких историй у меня – завались. Одна ярче другой, не подумайте! И все – правда. Каждый бой, каждая дуэль, каждая разборка – всё испытала эта шкура, и всё видали эти глаза перед вами! Я здесь, думаю, задержусь… — она бросила быстрый взгляд в сторону барпони. – Благо, есть публика, и есть сидр.

Сэнди от такой новости, кажется, чуть не взорвалась взвизгами счастья, но вовремя сдержалась и полезла в сумку за другими книгами. Все в баре стали располагаться удобнее, придвигая поскрипывающие стулья поближе, барпони любезно предложила всем легких закусок за счет заведения, и обстановка превращалась в тёплую и уютную.

— Так, а про что вы теперь расскажите? О-о, может, про стычки с бизонами? Или, может, как вы останавливали грабёж Эквестрия-экспресс? Или… — начала было Сэнди, но Дасти остановила её, захихикав.

— Не торопи поней, малышка. Я буду рассказывать поступательно, с чувством, толком, расстановкой. Дела в Додж-Джанкшене не убегут, а я хочу, чтобы вы, практически, погрузились в мою историю!

— Хах, меня таким не проймешь. Но, однако ж, интересно, всё равно, — Олдер Пэар в этот раз удержался от ухмылки, лишь пару раз прянул ушами.

— А так что с Неуловимым Уотером? – опять подал голос Миддэй. – Я точно слышал, что вы всё время охотились за ним, пока он просто не пропал.

— Всё будет, всё. Но если в кучу свалю, вы не поймёте многое, так что позвольте, я расскажу по порядку. Путаницы чтоб не было.

— Продолжайте, мисс. И у меня появится немало историй для будущих посетителей! – хихикнула Кьюти.

Дасти улыбнулась, поправляя свою шляпу. Похоже, этой пони придется много всякого рассказать. Но это явно должно понравиться всем в этом баре!

## Глава 2. Старик Чесс, Инсидиос Уотер

— Так, я вспомнила, какую историю поведать теперь, и как её начать.

— Наконец-то! Жуть как интересно.

— Про что она, про что?

Ковпони широко ухмыльнулась, опять пряча глаза под шляпой.

* * *

— Я думаю, ты должна помнить эту главу. Произошло это за пару лет до случая с Тыквой, и я шла на поиски отъявленного негодяя, Старого Чесса, в горы, за которыми простираются Бесплодные земли.

— Слов нет! Это же тот жуткий одноглазый старый пони! Говорят, он был настоящим пиратом, озлобился на весь мир после потери корабля и команды, и с тех пор набирает команды на земле, но всякий раз теряет своих подельников по глупым причинам! Он очень опытный и опасный, и имеет сверхъестественное чутьё! – не могла не поделиться знаниями Сэнди.

— Почти что так и есть. Ума не приложу, на кой этот дедушка попёрся в горы, но пришлось переться и мне.

— Как это? Это причина известная – после того, как он облажался в очередной раз и не смог ограбить банк в Мэйнхеттене, на него – а вернее, заодно и на карту его пиратского клада — объявили охоту бандиты, в том числе Уотер, и он был вынужден податься в бега! Это ж всем известно! – чуть ли не возмущенно вскрикнул Бум.

— Да? Ну, вот, честное слово – я не спрашивала. Мне просто сказали, что его надо доставить в целости и сохранности, а почему он в горах, кто его хочет схватить – понятия не имею. Да и не в этом дело.

— Так или иначе, я полезла в горы. Там действительно красиво, но жуть как опасно. Виды завораживают, стоит только подняться повыше, да на ровном месте встать. Опасно, постоянно приходится выискивать площадки, куда копыто поставить, зато риск буквально подстегивает идти дальше. Голова кружится, но смотря на простор под копытами… ощущаешь полёт, даже если не пегас. А какой там воздух!.. И немного холодно.

Благо, Старик, видимо, сам побоялся, и залез не куда-то, куда и драконы не залетают, а в относительно неплохую, поначалу казалось, пещеру. Может, там когда-то и жил какой-нибудь дракон, или отшельник, но я была – там никто не жил. Пещера сама огромная – там заблудиться можно, но Старик помечал свой путь угольком. Я заметила след случайно, иначе бы, небось, до сих пор там бродила.

С собой у меня было, в целом, всё как всегда, но немногим больше, чем на случае с Тыквой. Побольше веревки – никогда не помешает, масляная лампа, еды на пару деньков, второе лассо – оно поменьше, но тоже не раз выручало, да и всё. Вот как видите – (Дасти указала на свои, уже достаточно потрепанные, но хорошо сшитые и, видимо, довольно прочные седельные сумки на боку) – с ними всё время и была. Мои подруги на долгие дни и темные ночи. И подушки, и подстилки, а разок – и защита, когда на меня натравили прирученных волков! Но то было давно, я почти не помню уже. Да и не о том сейчас речь.

Петляя по узким проходам, едва освещая путь лампой, мне, наконец, повезло – я наткнулась на маленький грот, где засел Чесс. Он вообще смешно выглядел – маленький, низкий, морщинистый, что изюмина, на левом глазу повязка, уши большущие, а на голове – треуголка, с дыркой для рога. Но – не поверите – не успела я войти, как он щелкнул у моих ног хлыстом!

«Прочь, я никому не отдам карту!» — (Дасти пришлось изрядно напрячь горло, чтобы передать такой скрипуче-старческий голос).

— По слухам, ему больше ста пятидесяти лет! – тихо сказала барпони.

— А может и больше. Некоторые считают, что он и не пони вовсе. – Поежился зябко Олдер.

— А кто тогда?

— Не знаю, но Старик Чесс – крайне загадочная личность.

— Кхм! Так вот.

— Я и не за картой, старик! – а он опять ударил хлыстом, буквально по месту, куда я только ступила!

«Тогда меня тем более не возьмёшь!» — и, подняв повыше хлыст, начал вышагивать вдоль стены.

— Это значит дуэль? Дуэль ведь, да?! – аж подпрыгнула на месте Сэнди, отчего Бум вздрогнул.

— Тише-тише, лучше не говори, когда знаешь что-то наперёд в истории – другим настрой собьёшь. – Нравоучительно сказал Олдер Пэар.

— О, ладно, простите. Просто сложно сдержаться. — Кобылка, затихнув, сильнее навострила уши – хотя, казалось бы, куда ещё сильнее-то? Не отвалятся, часом?

— Вот да, но ты всяко знаешь некоторые детали, и можешь понемногу объяснить, если я что упущу. Кхм, да, я этого тогда не говорила, тогда я другое сказала:

— Седой болван, я твою шкуру спасаю! Давай выбираться отсюда!

«С чего бы мне тебе верить, прохвостка? Одолей меня в честном поединке, как велит закон моря, и тогда я тебя выслушаю!»

— Честно говоря, я не думаю, что такие законы были когда-либо на море. – Миддэй задумчиво уставился на дно своей пустой кружки.

— Я не знаю, но звучит довольно поэтично, — подала голос барпони.

— Мне тоже так кажется.

— Так или иначе, мне пришлось бодаться с Чессом. И, казалось – ну дедушка, старенький, на него дунешь, у него спину прихватит – а на деле!..

Для меня начиналось всё как обычно – размотать лассо, внимательно следить, медленно двигаться… вот только в гроте потолок низкий, и я не могла сильно размахивать им. А Чесс знай себе, поигрывает хлыстом – я думаю, он планировал отобрать им у меня лассо и им же обезвредить меня. В какой-то момент я подумала, что будет проще отступить, дождаться, пока его найдут бандиты, и тогда спасти, но уходить было поздно.

А потом я заметила кое-что, что мне помогло – несмотря на, казалось, сверхпоньское чутьё, на зрение Чессу впору жаловаться – оставшимся глазом он то и дело щурился и часто моргал, а как факел я воткнула у входа, помочь он ему не мог. И я пошла на хитрость.

— Факел?

— Ну, лампу! Не столь важно!

Я встала, как вкопанная, на месте, несильно размахивая лассо. Старик, поняв, что я остановилась, напрягся, боясь, чего я удумала. В какой-то момент я наклонилась в сторону, шаркнув ногой, и он тут же ударил в той стороне хлыстом. Именно это помогло мне накинуть на него лассо, повалить и связать. Ох и повезло же!

— Да ну? Тогда он точно не видит будущего. — Хмыкнул Олдер, закидывая в рот немного изюма.

— А никто и не говорил, что он видит будущее. Он, как я понял, может предугадать какие-то события. Если б будущее видел, то не пошёл бы в горы! – со знанием дела ответил ему Бум.

— А может, он просто, опираясь на опыт, предугадывает, как будут действовать пони? Просто не всегда выходит, — пожала плечами Кьюти.

— Я уж не знаю, что и как, но вы удивитесь, как он мне затем помогал выйти оттуда!

— Помогал? С чего бы ему это делать?

— Сейчас поймёте.

— Я взвалила его на спину, в сумки собрала его скудные пожитки и направилась прочь отсюда, пока Старик ворчал мне на ухо.

«Ты жалкая жулик… ничего, вот выберусь… да тебе просто повезло, молодым всегда везёт… никакого уважения к старшим…» и всё в таком духе.

— Должно быть, долгий был путь, — усмехнулся Миддэй.

— Как минимум, первые минут пятнадцать – самые долгие так точно. Но потом он, кажется, устал.

— А затем я поняла, что, всё-таки, заблудилась. В какой-то момент забыв про пометки на стенах, и упорно стараясь не замечать ворчуна на спине, я, видимо, свернула не туда. И ладно бы просто заблудилась – так нет, эхо доносило до меня голоса бандитов, ищущих Старика. И мне очень не хотелось наткнуться на них.

«О, твои дружки объявились. Давай, сдай меня им!»

— Это не мои «дружки». И я бы сама рада их связать как тебя да упрятать за решетку.

Старик помолчал немного.

«Так, значит, ты страж порядка? Капитан королевского флота? Законник?»

— Последнее.

«Гм. Ты умеешь хранить секреты? Чужие, особенно?»

— А что? – мне даже смешно тогда стало. – Что-то неприличное?

«Если бы. Мне недолго травы топтать осталось, и, думаю, едва ли увижу небо в клеточку. Грустно признавать, я ведь так с семьей и не повидался за всё время. Так что давай-ка поступим, как морские волки – я тебе, ты мне?»

— И что, ты мне можешь предложить что-то необычное? – я остановилась, чтобы подправить его, как он растянулся на моей спине.

«А то. Щас направо поверни. Они уходят оттуда налево»

Я ему, конечно, не поверила. Но повернула.

— И там никого не было?

— Мистер Пэар, мы же договорились, чтобы без раскрытия карт! – возмутилась Кьюти.

— Между прочим, я сделал предположение, я сам не знаю, что дальше!

— И там никого не было!

— Я так и сказал…

Я пыталась прислушиваться сама, не слушая Чесса, но из-за эха никак не могла понять – казалось, бандиты везде! Но Старик продолжил вести меня, как на поводке, и мы петляли по этим пещерам и проходам.

«А скажи, у тебя уже есть кто на примете? Или, может, уже свои мелкие?»

— Нету у меня никого, — отмахнулась я от его слов. – У меня важное дело. И пока я его не закончу, я не могу начать нормальную жизнь. – Это, вообще, довольно пессимистично, но суть не в этом.

«Тю, не говори так. Плохо, плохо… я бы всё отдал, назад лишь бы вернуться. Бросил бы к Дискорду эту разбойничью жизнь, сколько бы весёлого не произошло, и век бы со своей кобылкой доживал… эх-хе-хе, щас меня никто не ждёт. А ведь у меня пятеро детей и пятнадцать внуков! А может, уже даже правнуки!»

— Замечательно, я очень рада за вас. – Его речи меня выматывали сильнее, чем дорога. А дорога была отнюдь не сахар – порой и пригибаться приходилось, чтобы не стукаться головой о потолок, иной раз в стенку упиралась. А разок, даже расслышала разговор бандитов через тонкую стену! Мне пришлось идти тихонько и медленно тогда.

«Ты меня-т не поймешь, старого. То есть, пока не поймешь»

— Ну, пока что, деда, я ни слова от тебя не понимаю, кроме как куда повернуть. – Я тогда карабкалась на выступ, там вверх надо было, круто очень. А с ним на спине, да с вещами в придачу… в общем, я была немного раздражена.

А он засмеялся, такой, и потом продолжил: «Ещё бы. Но ты не из робкого десятка, я б тя взял в команду»

— В какую из? – решила я подколоть его. А он в ответ ещё сильнее заржал. А потом вдруг зажал рот копытами, и сказал тихо:

«Ой, извиняй, шутница, но сейчас сюда сбегутся…»

Тогда мне хотелось просто скинуть его на землю. Я уже услышала дробный перестук копыт, и самой пришлось припустить. Эхо гуляло повсюду, казалось, своды пещеры содрогаются от грохота. И вот, на моём пути возник бандюган.

Он крикнул: «Ага, вот и Чесс! Все сюда, народ, все сюда!»

— Всего один? – поинтересовался Бум, наклонившись поближе к ковпони.

— Да, в том проходе только один был, отчего-то.

— Странно, одни бы они не бродили. Разделяться в пещерах – худший вариант. Да и бандиты те не дилетанты. Я видал награду за Чесса – это просто нечто! – Он аж привстал на задних ногах, разведя передние в стороны.

— Хм… может, потом… — Дасти потёрла подбородок, а потом цокнула копытом по столу. — А, тьфу, ну конечно! Его подельник выбежал следом!

— Хм, ну, это немного разнится с книгой, но наверняка лишь издержки писателей. – Пожала плечами Сэнди. – Там они ходили группками целыми. А, неважно.

«Чего ты орешь, полудурок, тут я!» — (Опять пытаясь воспроизвести грубый, но чуть более высокий, голос, сказала Дасти) — И, встав рядом с ним, перегородил мне путь.

У меня не осталось выхода, кроме как, с Чессом на спине, достать-таки лассо и попытаться обезвредить их.

«Лучше отдай его по-хорошему, красотка, иначе мы его у тебя отнимем!»

«Да, зачем тебе старикашка и проблемы на голову? Свали всё на нас!» — и так премерзко улыбнулся, что, ну, в общем, я прыгнула, в полете развернулась, и лягнула его.

— Ого, жестко.

Пролетев добрые пять метров, он, наконец, врезался в стену пещеры. Его друг, обалдев от такого, попятился, но меня было не остановить!

— Ну, пять метров – это как-то слишком…

— Зуб даю!

— Я хотела ударить второго, но тот отпрыгнул в сторону, раскручивая лассо! Пришлось и мне, и вот вскоре он уже летит вверх тормашками на землю! А цокот всё ближе! Кое-как отцепив лассо, и бросив бандита так, я поскакала прочь, наобум!

«Эй, мелкая, тебе щас налево… потом прямо… ага… а дальше пропасть. Перепрыгни, и мы почти выбрались. Да не дрейфь, я такие рифы обходил, такие шторма переживал, что тут и смотреть нечего» — жужжал на ухо Чесс. Но перед пропастью… я реально ощутила страх. Просто представьте – итак еле видимая дорога просто обрывается, и под ногами – беспроглядная тьма. Лишь через пару метров видно другую сторону обрыва. Я…

В баре повисла тишина, все замерли, боясь прервать рассказ. Ковпони с таким упоением пересказывала историю, будто бы переживала её вновь, а перед глазами её проносились образы приключений. Этот момент никто не хотел прерывать.

…прыгнула. В полете у меня из сумки выскочило несколько вещей и ухнуло вниз. Я осмелилась обернуться, лишь когда все четыре копыта твердо стояли на камнях в доброй дюжине метров от края. В какой-то момент, я едва не закричала от радости, но тут же вспомнила о бандитах. Пропасть осталась позади.

Все почти одновременно выдохнули. Напряжение, едва не ощущаемое физически, оседало невидимым паром на пол.

«Эй, горячая твоя голова, попридержи поней, я всю дыхалку отбил об твой тощий круп! Как будто на бочке в камбузе бурную ночь провёл» — Старик Чесс был как всегда в своём репертуаре. Я не обижалась – у Чесса явно нет вкуса от слова совсем.

— Скажи спасибо, что мы не померли там!

«Благодарить позже буду. Ох, и ведь нет чтоб подстелить чего-нить… Сейчас просто вперед топай, не сворачивай…»

Но бандиты дураками тоже не были – у входа в пещеру стояло и караулило трое пони. Я тогда была так серьезно настроена, что знала, что меня не остановить, и пошла напролом!

«Эй, это кто там ковыляет? О, ты наконец нашла его!» — тот пони обрадовался, улыбнулся до ушей. Видать, за свою принял. Они там трапезничали, кстати, пирогом каким-то – видимо, готовили их для погони, но не удержались. Думала, угостят хоть, ан нет…

— Ага, нашла. Может, поможете кобылке, я еле нашла путь наружу! – мне отчего-то стало смешно тогда, и, ну, я решила пошутить.

Двое подошли было ко мне, когда третья окликнула:

«Эй, а где остальные? Отстали?»

— Уж этого я не знаю. Двое как минимум пытаются прийти в себя после такого.

«Какого?» — не понял первый, озадаченно остановившись.

— А вот, гляди! – и, развернувшись, я лягнула подбежавшего ко мне второго бандита. Тот, кувыркнувшись в воздухе, едва не покатился под гору.

«Ах-ха-ха! Примерно так и было! Задай им жару, малая!» — это Чесс вовсю веселился, отдыхая на моей страдальческой спине.

Пока у оставшихся двоих отвисли челюсти, я подскочила к первому, и, ткнув мордой в землю, ударила по затылку. Тот, кажется, вырубился. Оставшаяся на ногах завопила, разматывая лассо:

«Тут законник! Эй, сюда все, выходите!»

Не потрудившись ответить ей, я достала своё лассо и вскоре стреноживала бандюган…шу. Вот так, расчистив путь, я стала делать ноги отсюда. Идти под гору легче, конечно, но с грузом на спине… в общем, приходилось каждый шаг рассчитывать. Но в конце концов, я добралась до подножия и потопала к городку поблизости.

— А не было разве мощного обвала, когда бандиты подорвали динамит? – опять влезла с вопросом Сэнди.

— Нет, малышка. Да кто б таким шалопаям динамит продал?

— Продали б, да еще как. Другое дело, что они не шалопаи, и понимали, что взорвав пещеру, завалили бы себя сами. – Нравоучительно сказал Бум.

— У-у-у, неужели никто не использует динамит для мощных и зрелищных взрывов ради... ради чего угодно, кроме угля?! – Сэнди обиженно всплеснула копытами и засопела.

— Хе-хе, не вешай нос, динамита и взрывов я видала – на всю жизнь хватит! И про это поведаю. – Дасти ободряюще улыбнулась кобылке, а потом попросила у барпони ещё сидра.

— О, ну ладно. Но мне просто хочется услышать как можно больше! – глаза молодой пони опять засветились любопытством и восторгом.

«Ух, ну и заварушка! Это было дискордовски весело! Я так у берегов Грифонстоуна в последний раз веселился» — Чесс и не думал угомониться.

— Ну-ну. Так что там насчет твоего обещания? – напомнила я.

«Ах, да-да... развяжи» — что ж, пришлось развязать да приглядывать за ним. А он знай, полез сперва в свои сумки, затем в мои, куда я закинула его вещи. Он то и дело ругался под нос, пока не вытащил пустую бутылку. Откупорив крышку, он вывалил на копыто скрученный листок бумаги.

— Карта сокровищ! Она была реальна!

— А то ж. Правда, я почти уверен, что нормальные пираты не то что не хранят их в бутылках, их они вовсе не рисуют. Но Чессу, думаю, можно.

— Кхм!

«Вот так. На самом деле… хе-хе, не, не буду говорить. Но вот что – пожалуйста, сохрани это в тайне, покуда я ещё дышу. Сам себя я не смогу простить за бесшабашную жизнь, но, может, у других получится» — твердил он, пока я его связывала.

— О, да? Как проказничать, так все горазды, а как натворят делов, тогда и думают о последствиях, — я подобные речи хотя и слыхала, но, казалось мне, не об одних грабежах он говорит. И не зря.

«Да эт-то понятно, вот только куда как хуже я себя чувствую, представляя родных. Некоторые в лицо меня не видели. Хотя я и помогал им – первое время, пока жена не узнала, откуда битсы, и не перестала принимать – это ни капли не заменит близкого общения. А я его променял на нечестную жизнь. Твой путь… мне кажется до ужаса знакомым. Только ты цель поставила, и идёшь другим маршрутом. Но это…»

Мне не нравилось, куда он клонит, так что я закинула его опять на спину и поцокала к городку.

«Зря ты не слушаешь. Не повтори моей ошибки. Не важно, что за цель ты преследуешь, чего добиваешься. Если ты это делаешь в ущерб своей настоящей жизни – оно не стоит того»

— Это и есть моя настоящая жизнь. – Упорно ответила я.

«Это ты так думаешь. На самом деле – это твоя выдумка. Затаённая обида, амбициозный план, что угодно – но не то, чего ты хочешь на самом деле. Я это чую за километр, хотя лежу у тебя на спине»

— Понятно, деда. А теперь, пожалуйста, помолчи оставшийся путь. Я очень устала, вылазя с тобой из тех гор.

Чесс ничего не ответил. На полпути нам встретился отряд законников – их послали за теми бандитами. Я передала одному из них Чесса, а сама… отправилась за сокровищами.

— Но… это были не сокровища?

— Нет. Но не менее значимы.

В общем, сокровища далековато были – у берегов Балтимейра, где-то в заливе Хорсшойс. Я действительно нашла время, чтобы съездить и посмотреть – не осуждайте моё кобылье любопытство.

Пришлось конечно побродить, поискать, но я нашла-таки. Выкопала, значит… не, не сундук. Такой, как ящик, небольшой. Значит, вытащила из грязи, вскрыла.

— Ну, и?

— Я не была удивлена. Скорее… ну, знаете, такое ощущение, когда знаешь чего-то, до последнего надеешься, что так не будет, но так случилось? Неважно.

Там лежало несколько фотографий. На некоторых я даже узнала молодого Чесса. Там были и другие пони, я никого не знала. Скорее всего, его семья.

Рядом же были ещё вещи. Несколько разных подков. Деревянная фигурка, она как бы из двух частей была сделана, они скреплялись. Маленькие резные шахматы. И множество писем. Я мельком пробежала парочку, в основном писал Чесс, отвечали ему редко. Эти его письма, очевидно, неотправленные и были похожи на черновики. И, наконец, мешочек. В нём лежали битсы, грифонские монетки, ещё какие-то, я не знаю названия. И среди них записка. Там Чесс просил нашедшего найти кого-нибудь из его семьи и передать это. Я там же заметила запечатанное письмо. Не знаю, что там. Наверное, извинения, или объяснения. Я собрала всё, закинула в сумку и пошла в обратный путь.

Никто не смел перебивать, все затихли, пока ковпони, опустив глаза на кружку, в которой болтала остатки сидра, негромко продолжала:

— Добралась, по адресу, до одного домишки рядом с Филлидельфией. Мне открыл пони, ну, уже довольно в возрасте, очень удивился, когда я ему протянула сумку. Думал, по почте кто что доставил. Больше удивился, когда узнал, что это и от кого. Я только тоже удивилась, что он не то, что не рад был – скорее, расстроился или рассердился даже. Взял сумку, поблагодарил, и дверь захлопнул. Про Старика Чесса ничего не спросил, я и не настаивала – я после той суматохи в горах о нём ничего и не слышала. Думаю… так и закончилась эта история.

* * *

Дасти допила оставшийся сидр и поставила кружку на стол. Кьюти, поколебавшись, взяла её и отнесла к барной стойке, а Глэсс наполнила вновь сидром. Пока никто не сказал ни слова. Но Бум, кашлянув, наконец разорвал гнетущую тишину… не лучшим, правда, способом:

— Чесс не доехал до тюрьмы, не успели его посадить. Что-то, видимо, он и впрямь предугадывал.

Дасти медленно и тяжело выпустила воздух через ноздри.

— Ну, я догадывалась, потому и пропустила его слова о «сохранить в тайне» мимо ушей. Старик Чесс оказался ещё одним из типов плохих пони – он не был плохим по своей сути. Он просто запутался, а когда понял, что всё было неправильно, стало поздно. Теперь мне его жаль, и, надеюсь, родня смогла простить его.

— Чего теперь горевать? Старый пират получил по заслугам, но успел раскаяться. Достойный был понь, значится. – Барпони пожала плечами, но видно было, история произвела на неё немалое впечатление – она опустила глаза в пол, задумавшись о чем-то своём.

— Угу… — Сэнди мялась и елозила на стуле, явно желая сменить тему. – А вы ничего не оставили себе из сокровищ? Это же настоящий, хотя и маленький, клад.

Дасти хмыкнула с улыбкой. – На что мне это? Я всё равно номиналов не знаю. Хотя, правда в том, что по одной монетке, иностранной, я всё же прикарманила. Очень уж необычные и красивые. – Ковпони вывалила из кармана несколько блестящих кругляшек, что весело зазвенели по столу. Сэнди тут же подхватила одну, восторженно вздохнув. Миддэй тоже подтянул к себе другую:

— Эта, вроде, от гиппогрифов… торговля-то есть?

— Почем мне знать? – ответила за всех барпони.

— А я всё равно не понял смысл некоторых его пространных фраз. – Вдруг, упорно помотав головой, сказал Олдер Пэар. Барпони тут же сердито зыркнула на него, но он отмахнулся. – И ты б тоже не передавала бы его якобы предречения, если б это не было важно в дальнейшем!

— Катастрофическая бестактность! – возвёл очи горе Миддэй.

Ковпони на эти заявления ухмыльнулась, но в глазах блеснула не радость, а что-то другое, и она потянулась за кружкой, которую принесла Кьюти.

— Я просто могу использовать это, как подводку к следующему рассказу.

— Что это значит? Часть пророчеств вы просто придумали? – недоверчиво покивал головой Бум.

— Ни в коем разе! Всё слово в слово передала!

— Да ладно уж, с этими пророчествами. Я теперь ужасно заинтересована, и уходить всё равно не собираюсь, но хочу узнать, как начинались все ваши приключения, с чего. – Кьюти облокотилась о спинку стула, на котором сидела Сэнди.

— Хм. Ну, можно как раз и это рассказать. Тоже неплохо подходит.

— О, я знаю, знаю! Это случилось во время первого самого крупного и опасного ограбления «Эквестрия экспресс»! Тогда только проложили дорогу до Балтимейра! И на Трясущемся Каменном Гребне засели преступники! С самым отъявленным, отпетым негодяем и злодеем всех романов и приключений – Инсидиосом Уотером! – Сэнди была рада поделиться знаниями, особенно сейчас, разряжая обстановку.

— О да, малая, так и есть! Это было так давно…

— Погодите-ка, минутку, я там тоже была! – вдруг встрепенулась барпони, все обернулись на неё. – Я помню, что в тот день произошло!

* * *

— Это был первый раз, когда поезд ехал от Кантерлота до Ванхувера. Я тогда была совсем мелкой – едва окончила курсы для барпони, и ехала домой. Со мной была лучшая подруга, Дэй Сёрч. Она всегда хотела быть сыщиком, но… ох, именно там мы потерялись навсегда. Я чуть не погибла, и… я не знаю, что с Дэй. Помню, только, как мы выбегали из вагона, когда мост начал заваливаться. Это было ужасно…

— Да уж, понимаю тебя, — кивнула Дасти, опять пряча глаза под шляпой. – Поганый был денёк. Вот, главное – ничего не предвещало беды. Но как я потом выясняла, суть была в чём – бандиты испортили мост, снесли несколько опор, и, забравшись по пути на поезд, дожидались, пока он мост проедет и застрянет на полпути, дабы обчистить его. Вот только, видимо, они просчитались – мост начал рушиться под весом поезда, и пони едва успели выбежать оттуда. Снизу ещё была река, кто упал – а это минимум машинист и еще кто-то из передних вагонов – может быть, даже выжили. Но я точно помню, писали о жертвах…

— Это дело знатно нашумело. По всей Эквестрии ходили слухи. Говорили, что даже гвардейцев высылали, чтобы ловить преступников, но почти безуспешно. А Уотер всё так же на свободе… — Пэар задумчиво подпёр голову копытом.

— Поезд, кстати, таки достали, вроде бы.

— Да вендиго с ним, меня поражает, как простые бандиты могли так филигранно мост попортить! Это ж не дерево срубить! – Миддэй стукнул по столу.

— Подпорки до сих пор из дерева делают, да и как иначе мосты в глуши делать? Материалы таскать долго, дорого, тяжело…

— Чушь, вот из-за такого и происходят обрушения! Вон выше по дороге тоже мост, а нормальный!

— А я всегда дивилась, читая подробности – бандиты сработали потрясающе слаженно, никто ничего не заподозрил, и их даже не заметили, пока все не начали убегать! – Сэнди помахала книжкой. – Профессионалы! Они много лет, и чуть ли не повсюду, злодействуют!

— Коварные ребята. Но, в общем, что было – я ехала себе спокойно, как и все. Вдруг поезд начал останавливаться, а пол вдруг наклонился. Все побежали к выходу из вагона, поднялся крик, ужас, в общем. И тут вдруг сверху открывается люк такой – я думаю, он сделан, чтоб если набок упадёт вагон. Или для пегасов – и оттуда выпрыгивает пони, в шляпе, в маске, и хищно озирается. Толпа пробежала дальше, а я тогда осознала, что это ограбление, и они напали. Тогда я, сама не знаю, как, нашла чей-то тяжелый багаж, он рядом лежал, и кинула в него. Он как раз рылся в чьих-то сумках, но вскоре лежал, постанывая, на полу. Я кинулась прочь, пока он не поднялся, но в другой вагон уже залазили двое!

— Погоди, так ты не сказала, куда ты ехала. И вообще, чем тогда занималась. Я точно уверена, истории про Дасти Кейк появились как раз через какое-то время после того ограбления. – Попросила Глэсс, переминаясь с ноги на ногу.

— Это вообще-т неважно, разницы-то никакой. Я-то не доехала, куда хотела, и всё пошло наперекосяк с того дня.

— Эх… я после того случая долго лежала в больнице, упустила все возможности, и была так подавлена, что не смогла хорошо работать в своей кофейне в Ванхувере. А ведь накопила! Пришлось продать. Потом дядя предложил поездить с ним, развеяться, путешествовать. Так я оказалась здесь. Не знаю, жалею ли, что не осталась там и не попыталась заново, но это тихое местечко знатно подлечило раны. Душевные в том числе. Но я всё ещё надеюсь найти Дэй. Хотя в Ванхувере о ней ни слуху…

— Хех, надеюсь, удача улыбнётся тебе когда-нибудь. Я же продолжу.

— В общем, пришлось действовать быстро. Я тогда была вообще неопытной, такое впервые видала, и действовала интуитивно. Благо кругом было барахло пассажиров, так что я начала закидывать бандитов им. Это было не то чтобы эффективно, но с толку сбивало. Я не хотела застревать тут, и, прыгая по сиденьям аки коза, двигалась к выходу. Эти двое запутались в чьем-то платье, выпавшем из кинутого мной чемодана, так что погони не было.

— В поезде, как я читала, было двое законников, ехавших в отпуск. Они связали боем кучу бандюганов, и только благодаря им не все они сбежали. – Поделилась знаниями Сэнди.

— Верно, малая. Они как раз были в следующем вагоне. Там была куча мала, все пёрли друг на друга, а ещё и кучка народа, что не успели выбраться, орали во все оралки, проталкиваясь к выходу. И вдруг весь состав знатно тряхнуло, и пол задрожал, всё заходило ходуном. Я, поднявшись после падения, схватила зубами сумочку и огрела ей пони в бандане. Он обиделся, начал заявлять, что это оскорбительно, пытаться вырубить его такой штукой. Тогда один из законников прописал ему в челюсть. Этому он был доволен и завалился под сиденье.

«Мелкая, катись к Дискорду отсюда, мы справимся!» — закричал на меня законник, колошматя уже другого грабителя.

Я хотела ответить, но заметила, как сзади подбираются бандиты – они, наверное, выпутались из платья. Я не могла просто удрать – хотя хотелось – и истошно завизжав, вцепилась одному из них в морду. Тот, ненадолго ослепнув, развернулся и пытался убежать, но наклон пола позволил лишь врезаться в стену. Я тоже ударилась, но успела подняться раньше его. Другой грабитель достал короткое лассо и попытался связать меня, но я нырнула под лавку, чтобы укусить его за ногу. Повалив и его, я вскочила и, не разбирая пути, рванула к выходу. Законники швырнули в проход тяжелые багажи, но я перемахнула через них.

— Давка была жуткая. Из-за неё я в больницу и попала. Мне в какой-то момент показалось, что меня просто раздавят. Вещи по пути мешали бежать, я споткнулась… — вспоминала Глэсс. – Многих там потоптали. Страшно очень… Я и не пыталась бороться с преступниками. Куда мне? Но пока меня вытаскивали, я увидела, как бандиты швыряют из окон багаж. Снаружи тоже было немного пони, они вещи складывали в небольшую телегу. Она прям на краю моста стояла. Много вещей упало… да и Селестия с ними. Страшно было, когда один пони упал с крыши, но он оказался пегасом, так что ничего, наверное.

— Жутко было. Крик, шум такой, что уши закладывало. Перед самым падением поезда я бежала уже по стене, последний вагон скользил вниз.

— Мой друг рассказывал, его знакомый видел падение издалека – он рыбачил там. Это было нечто. Поезд, вся цепочка, вагон за вагоном, медленно, протяжно стоная, просто скатывался, пока мост рушился прямо на глазах! Это было зрелище захватывающее, но, как он сказал, лучше бы в жизни не видеть такое. – Активно жестикулируя копытами, подал голос Миддэй.

— Это уж точно. Но оставался последний вагон. Пони выпрыгивали из окон – он стоял буквально перед мостом, и как вагон накренился, то прыгали сразу на землю – и я чуть было не последовала за ними. Но замерла, когда увидела ещё одного бандита, буквально передо мной запрыгнувшего с крыши. Как сейчас, запомнила его синюю шкуру. Он мастерски вскрывал и захапывал в сумки ценные вещи из багажей. Меня бы он не заметил, если бы я не кинула в него какой-то чемодан, но он увернулся в последний момент.

«Не тебе тягаться со мной. Лучше просто убеги» — и так махнул копытом, как на пустое место.

— Это уж мне решать! Ты... вы испортили поездку! Поезд сломали! Или что там сделали… сколько пострадают из-за вас?! – я была очень зла тогда.

«Сопутствующий ущерб. Видишь ли, всё имеет цену, и я забираю, что смогу… ценой некоторых. Мой будущий проект стоит того» — ну, знаете, все эти туманные фразочки. Он умудрялся отпускать их, балансируя на спинке сиденья!

— Ах ты гад! – я не придумала ничего получше, чем вновь что-то кинуть в него. Он опять увернулся, а потом, достав лассо, просто филигранно скрутил меня. Повалив на пол, то есть, уже стену, он наступил мне на грудь и наклонился к морде:

«Ну ты и дура. Не мешайся под копытами больших и страшных пони, и тебя не раздавят. Кроме как оскорблять, такие как ты ничего больше не можешь» — он потащил меня к окну.

— Засранец, тебя поймают и за решетку кинут! А попробуешь улизнуть – тебя найду уже я! – с чего я так грозилась? Да не знаю. Просто было досадно и… вот это чувство, когда видишь несправедливость, но бессильна что-то сделать. Вот эти бандиты – они же просто испортили жизнь целой кучи пони. И мне было так плохо это потом осознать… ох, может, потому я так рьяно взялась за поиски преступников.

Сверху, из люка, высунулась голова другого пони. Он недовольно спросил, чего Уотер так долго возится, на что тот огрызнулся, мол, не твоё дело, Датч, отвали, поищи лучше, нет ли в поезде сидра! В общем, тот пони был правым копытом Уотера. Про него потом будет. Сам Уотер опять посмотрел на меня.

«Жаль, я б тебя выкинул в воду. Но зато урок. Запомни – Уотер не проигрывает. Уж точно не такому ничтожеству, как ты» — и, подняв, как мешок с картошкой, вышвырнул меня из окна. Я башкой приложилась, довольно больно. Но вообще куда как от обиды больнее было. Там кто-то подбежал, развязал меня. В общем, я выбралась, а снаружи бандиты, взяв, что могли, стали убегать. Законники догнать их не могли – возились с теми, кого схватили уже, и завязывалась потасовка с теми, кто пытался выбраться. Тех бандитов, которых удалось в поезде обезвредить, подельники-пегасы через крышу забирали в последний момент. Или только нескольких. Благо с  грузом они не смогли далеко улететь, их тоже повязали.

Но я не могла просто стоять на месте. Пока пассажиры пытались прийти в себя и помогали пострадавшим, я взяла лассо Уотера и погналась за бандитом, который отстал от прочих. Он прихрамывал на одну ногу, видимо, при нападении повредил. Я успела его связать, покуда не улизнул. Видимо, мой первый пойманный злодей. Возвращалась я уже, когда поезд провалился вниз.

«Вот засада… довольна собой?» — недовольно спросил пони, пока я волочила его по земле. От такой наглости я аж веревку выплюнула и пнула его.

— Довольна?! Ты рехнулся?! Вы в реку поезд уронили, вы кучу пони подвергли смертельной опасности! Да как твой язык повернулся?! – мне хотелось уже его скинуть в реку.

«Да план не в этом был… отстой. Мне жаль, я просто грабить хотел» — это одно из самых жалких оправданий, что я вообще слышала.

— Плевать мне, что ты хотел. Теперь тебя ждёт тюрьма, подонок! – и, не желая больше слушать его, я тащила его к законникам. Те связали его другими верёвками, а я оставила себе то лассо. Оно было не совсем обычным – ручка, которую в зубах держат, отделана кожей, а снизу набалдашник, жёсткий такой, и красивый, в него вделан золотой бит, с нацарапанной подписью Уотера.

— Не может, лягать его, быть! Это самая знаменитая вещь Инсидиоса! За ней охотятся все поклонники романов о Дасти, и слухи о ней бродят отсюда до строящегося Понивилля! И ты держала его в своих копытах?! Конские яблоки, почему об этом нет упоминания в романе?! Как и об этом разговоре с Уотером — там просто была неудачная дуэль?! Я щас просто лопну от восторга! – Сэнди распирало от эмоций – она уже не пыталась усидеть на месте, а соскочила со стула и принялась ходить с места на место, рассуждая.

— Следи за языком, юная леди! – нахмурился Пэар. – И продолжай слушать. Лови момент, такое дважды в жизни не случается!

— А я вообще не думаю, что такое лассо было, — негромко проговорил Бум. – Звучит как-то… вычурно. – Затем он затих, и отвернулся.

— Да не говори. – Дасти усмехнулась, взглянув на него. — Но я вот те, зуб даю, что так и было. Сэнди, не ругайся, но я могу тебя понять – такое тебе не расскажут в книжках. Там вообще домыслов побольше правды будет, но всё равно, коли что забуду…

— В общем, так примерно всё кончилось. Я попыталась ещё кое-кого найти среди пассажиров, знакомая там была, с кем ехала, но там пегасы, кто были, организовали дело, уже отвозили самых пострадавших в ближайший город, так что я опоздала. Вообще этот день стал переломным – и я поклялась, перед теми законниками, перед бандитами, перед всеми кто там был, что однажды найду Уотера и лично упеку за решетку. Что не допущу, чтобы такие преступники отравляли жизнь мирным пони, и что не успокоюсь, пока не добьюсь справедливого наказания всем плохим пони. В общем, вскоре, мне уже подбирали шляпу и лассо. Я плюнула на всё, к чему стремилась до этого, оставила прошлую жизнь позади и началась моя, где-то… десятилетняя борьба с преступностью. Не, побольше. Сэнди?

— Книги стали выходить через полгода после крушения поезда. Выходили до… вчера выпуск новый купила. Одиннадцать лет выходят. – Отчеканила, встав по струнке, кобылка.

* * *

— Поразительно… а пролетело… ужас, да. Стольких я нашла, через столько прошла – всё не расписать. А Уотер до сих пор на свободе. Порой, думаю, чего это мне будет стоить? Чего уже стоит? – Дасти грустно сгорбилась на стуле, поправила шляпу. Эта пони мгновенно стала выглядеть такой уставшей, такой измотанной жизнью, что и не скажешь, что она может быть той-самой-Дасти-Кейк.

— Мне жаль, мэм… — промямлила, опустив глаза, Сэнди.

— Пустое, малая, я почти что смирилась. – Отмахнулась ковпони. — Можно ещё сидру?

— Мэм, вам, может, хватит? – забеспокоилась Кьюти, но, всё же, пошла к стойке.

— Милашка, можно мне самой решить, когда мне хватит? – не без усилия улыбнулась ковпони.

— Ну, меру знать надо, а то вам ещё историй травить! – покачал головой Олдер Пэар. Он поёрзал на стуле и подвигал ногами, видимо, уже затёкшими за всё время.

— Да мне чтоб надраться, надо весь бар выхлебать! Я говорила, как перепила однажды Пьяного Скотча?

— Не… и, пожалуй, не стоит – это самая посредственная глава была… — Сэнди отчего-то смутилась. Дасти возражать не стала:

— Как скажешь! Дай-ка ещё пропущу, и надумаю, что поведать дальше…

В баре ненадолго повисла тишина. Пони переводили дух от последней истории, но уже были в ожидании новой.

Дасти допила сидр и хлопнула кружкой по столу. – Ребята, а вы в предсказания верите? – вдруг, с вызовом, спросила она.

— Смотря какие, — Миддэй неуютно потёр копыто о копыто.

— Хах, а я поняла, к чему вопрос! – задорно ухмыльнулась Сэнди.

Дасти, улыбнувшись, подмигнула ей.

— Догадливая, далеко пойдёшь.

## Глава 3. Шаман Мудрый Рог, Кэйфул Брек

— Да, предсказания, я ж наконец-таки вспомнила полностью…

— Минутку, эта пауза была ради того, чтоб вы вспомнили?

— А почему бы и да? В конце-то концов, я же тоже живая пони. Где-то, может, уже не та, что раньше…

— Хах, ничего, это всяко будет того стоить. Но, неужто там произошло нечто настолько масштабное?

— Там, это где, кстати?..

— Хе-хе, не переживай, я ж еще не начинала.

* * *

— Да, в Макинтошевых горах было неспокойно. Та-а-ак… это было лет эдак… шесть-семь назад. То есть, хах, забавно… я уже нормально так втянулась в охоту на преступников, но впереди было ещё больше. И меня послали проверить границу с поселением бизонов. Дескать, обвиняют в грабежах да разбое – обида на пони, когда те хотели возвести перевалочный пункт у подножия, поломали священные… чего-то, тотемы, что ли, и, всё, надо мстить, значит.

— Ну, они вообще щепетильно к своим территориям относятся. Но я не слышал о том, что они специально выходили вредить пони. Это не в их компетенции. – Наконец-таки подал голос Бум.

— И половины не поняла, но в целом верно. Это было очень странно. Я уже разок имела дело с бизонами – в составе группы законников, меня взяли для прикрытия, на случай чего. И, мы просто пришли, чтобы наш пони обговорил с их… вождем, вроде, что-то важное. Они… да, они странные, понятное дело, но они не плохие. У них не висят в лагере черепа пони, и они не снимают ни с кого скальпа – фу, кто такое придумал вообще? – просто необычные ребята. Здоровые только, наступят, если не заметят – прощай спина.

— Кхм, так вот, да. Я и в этот раз не одна была – со мной послали небольшую, хорошо оснащенную группу законников. С нами был переговорщик, но, мы вообще не рассчитывали, что он пригодится. Нам надо было найти и схватить их вождя, или шамана, на худой конец – и узнать, в чем проблемы.

Дела пошли не так почти с самого начала. Нам пришлось скоро разделиться на три группы, чтобы прочесать горы. Пришли мы уже поздно днём, надо было хоть что-то успеть до заката. Надо к тому же было быть осторожными – это земля бизонов, на ней, по их законам, они имеют право схватить тебя в плен. Оттуда возвращались все пони, я говорила с неудачниками. Их даже кормили там! Но этих пони затем бизоны, если встречали вновь, просто вышвыривали как есть за границы. И там уж как повезет, дойти им до дома, или нет.

И с каждым незадачливым пленником, или, как раз-таки, негодяем, решившим, допустим, стянуть какую-нибудь красивую самоделку бизонов, их доверие к пони падало. Бывали даже редкие стычки, когда бизонов выселяли все дальше с нажитых мест. А что они противопоставят? И дальше им оставалось лишь намертво засесть на своих землях, не терпя изменений, вторжений и прочего.

Что же случилось тогда, было совершенно непонятно. Они не выходят со своих мест ради мелочных разорений пары телег. Тут было что-то нечисто, что мне стоило вынюхать.

Горы… м-м, как же я люблю горы после моих приключений. Обожаю просто. Не, жить там не очень, но вот так вот, заехать, м-м…

— Мэм, я думаю, можно опустить описания красот. Горы мы уже из позапрошлого рассказа узнали, — проворчал, кряхтя, Олдэр Пэар.

— Ворчун, такие красочные описания не грех дважды послушать, — буркнула Кьюти.

Дасти засмеялась, а потом погрозила Олдеру:

— Вот бывал бы ты в горах, тогда б понял, как же там!

Жеребец в ответ лишь закатил глаза и фыркнул.

— Ну, я бывал, но меня, похоже, не настолько впечатлило. – Пожал плечами Бум. – И, я думаю, я припоминаю, что за кипишь ты рассказываешь. Об этом не особо распространялись, но всё же…

— О, еще один догадливый, это радует, — сощурилась, ухмыльнувшись, ковпони.

Итак, я и двое законников шли по узенькой тропинке, петляющей через деревья, растущие на некрутом склоне. Тропинку было едва видно, но нам хватало. Мы все были максимально напряжены – бизоны умеют устраивать засады, они знают каждый кустик в своих землях.

Места красивые, да-а… причем, именно там, мы были как бы в лесу. Не дремучем, даже не слишком густом. Хвойный лесок, иголки под копытами хрустят, витает такой особый аромат смолы, и вообще лепота. Тогда ещё разгар весны был, м-м, природа просыпалась, я даже какие-то цветочки по дороге сорвать да пожевать успела. Вроде, не поспели, тогда.

Снаряжение со мной было другое – лассо я взяла самое большое, что было, а вместо сумок – корзинки, забиты доверху пирогами. Самое главное – метко попасть, и бизон, ослепленный липкой массой, падает, как подкошенный.

Вот только это легко на словах. На деле всегда возникают трудности. Первым тревожным звоночком было, что мы прошли несколько тотемов бизонов – такие толстые невысокие бревна, с вырезанными на них мордами. Или вроде того. Для них – это истуканы их богов, или духов, я не совсем поняла. Суть в том, что они во всём видят духов, вот везде. И их шаманы общаются с ними, там, подсказывают друг другу что-то, в карты играют, всё как у пони.

— Ч-что?! Нельзя играть в карты с духами!

— С чего вдруг, ты пробовал, что ль?

На этот аргумент Пэар не нашел, что ответить, лишь в негодовании хлопал глазами.

— Так вот. Мы оставили позади второй тотем, когда законник, идущий впереди, вдруг остановился. Его, кстати, звали… э-э… Игл Ай! Фуф, вспомнила…

«Притормозите-ка, ребятки» — сказал он нам. (Дасти неплохо изображала разные голоса и интонации. Сейчас получалось вполне похоже на жеребца средних лет, еще и картавого). – «Что-то тут нечисто. Нас бы уже давно встречали с цветами. Либо угрозами».

— Может, они не заметили нас? – такое предположение я сделала, еще будучи не-экспертом.

«Чушь. Они всегда следят за чужаками. Игл, у меня ощущение, что нас специально поглубже заманили» — ответил замыкающий, единорог, кстати. Э-э-м… Дабл… Дабл Трипл? Нет… но, ох, знаете, пусть пока его так зовут, хорошо? Я не вспомню сейчас.

— Зачем ж это бизонам? – не поняла я.

«Чтобы мы не успели убежать» — почти что прошептал Игл, пятясь назад. Мне пришлось напрячь зрение, но я всё-таки увидела – среди деревьев и кустов, почти невидимо, сновали фигуры. Отчасти лишь благодаря перьям на их головах я заметила бизонов.

— Чтобы бизоны-то, да незаметные? А у тебя как со зрением, кстати? – усмехнулся Бум.

— Эй, когда надо, эти ребята и с землей сольются – пройдешь не увидишь! – Обиделась Дасти. – Посмотрела бы я на тебя, если б отовсюду вдруг померещились эти здоровяки!

— Мисс Дасти права, я разговаривала с дядиным знакомым – он бывал в землях бизонов. Говорил, мол, пока их специально не позвать, или нагло не зайти, не найдешь и одного. – Вступилась за ковпони Сэнди.

— Ладно-ладно, все понятно, невидимые бизоны. Просим дальше! – нетерпеливо постучал по столику Миддэй.

— Да, итак. Мы, сбившись в кучку, пятились. Я обернулась, думая, щас как дам стрекоча – ага, раскатала губу, сзади тоже уже были бизоны, почти не таясь показывались. Мы встали, круп к крупу, и Игл осторожно начал:

«Мы пришли с миром! Мы хотим задать вопросы вождю!»

Это, кажется, мало убедило бизонов, потому как их теперь было ещё больше, и они явно были настроены не на добро. Когда видишь огромный, многотонный, очень сильный стог меха на ножках, зло фыркающий и бодающий землю – последнее чего хочется, это остаться на месте. Без преувеличения – тогда я вспомнила все жуткие байки про них.

Мои спутники выглядели уверенней, и, оттого ли, что уже бывалые, или еще отчего, только перекидывались отрывистыми фразами – я не запомнила, но они обсуждали план отступления, вроде. Их вид и настрой меня на месте удержали, но я все-таки спросила:

— Р-ребят, надо б ноги делать…

«Некуда. Мы в ловушке. Медленно достаём по пирогу и прорываемся направо. Там маленькая прореха есть. Несемся без оглядки. Дабл, постарайся отвлечь и вывести из строя как можно больше» — Игл неспешно опустил ногу в корзинку. Я последовала его примеру, и мы теперь пятились в определенном направлении.

«Остановитесь, пони! Если хотите вернуться домой целыми!» — это прозвучало как раскат грома, я такое не передам, уж простите, но я чуть не подпрыгнула.

«Нам нужно поговорить с вождём!» — настойчиво ответил Игл, вынимая пирог.

Тот бизон – видимо, командир их какой-то, только всхрапнул и помотал головой. – «Нет, остановитесь, пони, мы решим, что с вами делать! Вам не обмануть нас снова!» — Они были настроены серьезно. Так что остался только один вариант.

«Кинь в ближайшего» — быстро прошептал мне Игл, разворачиваясь. – «И улепетывай!» — Он с размаху запустил пирогом в бизона, преграждавшего нам путь. И ведь попал! Бизон от неожиданности дернулся в сторону и врезался в дерево. Сам же Игл бросился так, как будто за ним погналось целое стадо бизонов – и ведь, лягать, так и было!

Я швырнула свой пирог в бизона, заходящего слева, и мне повезло – тот запнулся и затормозил, а я припустила за Иглом. Дабл же чуть отстал, зато начал кидать пироги магией, один за другим, выведя еще пару-тройку врагов, так и когда за нами погнал, по пути доставал пироги и швырял.

Это было довольно страшно, вообще. Бизоны, на своей земле, загоняли нас, напирая отовсюду, как казалось. Мы бежали почти наобум, не разбирая дороги – которой не было – едва перепрыгивая поваленные деревья, камни и кустарники, силясь не упасть в овраги и ямы. А бизоны не отставали – напротив, казалось, вот-вот, и эти громилы нас затопчут, поминай как звали.

И вот тогда пришло время динамита!

— О-о-о Селестия, наконец-то! Вы просто повзрывали их ко всем вендиго, да?! Да?! – Сэнди подскочила со стула, уронив его, и завертелась на месте. А затем, через пару секунд, встала как вкопанная, и сконфуженно пробормотала. – Ой. Нет, я читала…

— Деточка, не пугай так, у меня ж сердце уже… — проворчал Олдер, вздрогнув, и положив копыто на грудь.

— Простите, — потупила взгляд Сэнди.

— Ух, это было резко. Так, на чем там я?..

— Ах да! Динамит! Хм, да, его немного у нас было. Я даже понятия не имела, что у Дабла есть одна палка…

— Шашка, – с видом знатока сказал Бум.

— Шашками же машут? – подняв одну бровь, уточнила Кьюти.

— Ими играют, — кивнув, самодовольно улыбнулся Олдер Пэар.

— Вроде, все же, шашка, да. Я бы все равно не запомнила, так что не важно. Суть в топ, что у него она была – я обернулась, когда он как раз доставал её. Видать, припрятал в корзине.

Но он не стал тут же её поджигать – хотя у меня сердце в копыта ушло, когда я её увидела, и я тут же нашла в себе силы бежать быстрее – а просто бежал дальше. Я догадалась, что он задумал, когда наше трио стало отклоняться всё дальше вправо. Бизоны гнали нас к узкому ущелью, целой гигантской трещине в скале. Игл уже забежал туда, я была следом, и успела расслышать это характерное шипение: — П-ш-ш-ш…

Дабл поджег фитиль и кинул шашку к стене. Благодаря сужению, мы успели немного оторваться от бизонов. Может, даже никто из них не пострадал от взрыва.

— Он ведь был просто мощнейший, да? Вот, всё обвалилось, вообще?! – не могла спокойно сидеть Сэнди.

— Ну почти.

— Взрыв и впрямь немного оглушил меня. Я бы сравнила его с раскатом грома, когда гроза прямо почти над тобой. Только гроза вряд ли может вызвать обвал – камни падали градом, и эхо раскатов оглушало ничуть не хуже, чем эхо взрыва. Проход оказался наглухо завален, пыль, дым столбом, а у Дабла, кажется, даже хвост обожгло. Но я теперь не уверена.

Лишь убедившись, что погони больше нет, мы остановились, чтобы отдышаться. С меня градом катился пот, грива прилипала к морде, вся взмокла. Но такой адреналин!

Запас пирогов уполовинился, но нам еще было, чем отбиваться, в случае чего. Игл, утершись шляпой – у него была очень стильная, черная, хотя и потрепанная, я такую тогда хотела – достал измятую карту. По всему выходило, мы где-то были на западной территории бизонов, и неподалеку полно расселин, пещер, всяких ходов. Они те ещё любители прятать всякие штучки в темных местах.

И намного большие любители ритуалов, гаданий и жертвоприношений духам.

— Они приносили в жертву пони, как говорят слухи? – тихо спросила Кьюти.

— Не. По крайней мере, я вообще такого не увидела. Мы уже спускались к пещерам и лазам бизонов. Сразу у входа стояли тотемы, а внутри было много незажженных факелов и даже масляных ламп, всё по стенам развешано. Стены сами расписаны всякими рисунками, там, я думаю, вся их история запечатлена. Мы позаимствовали один факел, и шли, внимательно всё осматривая – не исключено, что бизоны подготовят ловушки для непрошенных гостей.

Мы шли молча, лишь цокот наших копыт отражался эхом от стен и уходил вглубь пещер. Пещеры, порой, были просторные, как поляны, где-то даже потолка не было – только небо над нами, и было довольно светло.

Я подошла к стене и провела копытом по рисунку – там была изображена, видимо, семья бизонов вокруг костра. Рядом же был их шалаш-вигвам. А под этим, почти у пола, много разных символов.

— Ты знаешь, что это значит? – спросила я Игла.

«Без малейшего понятия. Этим лингвисты занимаются, я думаю» — ответил мне он. Я и не ожидала, что он знает, но спросить надо было.

Так бы и шли мы себе спокойно, если бы Дабл вдруг не кинулся в один невзрачный проход, а вернулся… с седельной сумкой.

«Тут кто-то до нас был. Тут динамит и пара пирогов. Видать, недолюбливают местных»

Такие новости меня знатно разозлили. Ну ё-моё – мы делаем всё, дабы сохранить шаткий мир, а какие-то… плохие пони просто берут, приходят, и!..

«Да, просто так такую комбинацию с собой брать не будут. Если найдем ещё… значит, это дело копыт банды. Вероятно, сильной. Вероятно, Уотера. Думаю, здесь они набирают дорогие штуки бизонов. Или отбирают, скорее. А теперь бизоны взяли, хех, быка за рога, и хотят отомстить. А те, не будь дураками, давно сбежали. Очень недурно» — Игл усмехнулся, закидывая на спину сумку.

— Недурно?! Из-за этих! – экхм, я пропущу часть фраз. – Мы тут, в этих! Пещерах, нас чуть не растоптали! Насмерть, и если нас найдут бизоны, мало не покажется! Всё из-за каких-то! Что эти пони себе позволяют?! Да как так! – я была так раздосадована, что просто хотела найти бандитов и побить как следует. Это было ни в какие рамки.

«Спокойнее, малая. Так дело не решить. Надо уйти сейчас, и вернуться для переговоров, когда бизоны остынут. Мы расскажем об этом…» — он вынул из сумки пирог и две шашки, и спрятал в тот угол. – «И об этом, как доказательство. Надеюсь, они поймут, что это не мы заложили, а так и нашли».

«Да поймут. Кто оставит пирог вот так вот лежать?» — Дабл вздохнул, видимо, думая о незавидной судьбе пирога.

— Хм, а с чем пирог-то был? – вдруг поинтересовалась Кьюти.

— Знаешь, не помню… вот с собой у нас точно был с картошкой, с луком были, кажется, даже с капустой пироги. Ням-ням, в общем.

— Почему фруктовых не было? Или это принципы ковпони – только с овощами? – ухмыльнулся Бум.

— Да наверное традиция какая-то. Никто ж раньше не кидался пирогами с вишней или яблоками, ведь так? Да и зачем, когда есть и такие. Что-то я и у бандитов не видала других пирогов. – Вернула ухмылку Дасти.

— Хватит о пирогах! Что было дальше? – нетерпеливо спросил Миддэй.

— Да-да, ох, уж о еде поговорить нельзя…

— Вдруг я что-то почувствовала. Небольшие вибрации, исходящие от земли, вверх по копытам. Игл тоже почувствовал это:

«Они нас ищут. Ускоримся.»

Пришлось двигать копытами. И все равно мы продолжали плутать по лабиринтам пещер, а дрожь земли всё усиливалась. В конце концов, я слышала эхо рева и топота множества ног. Надо срочно было выбираться оттуда.

Уже скоро мы пустились галопом, не понимая, откуда ждать преследования. Пока Дабл не крикнул, что они прямо позади нас! И… помните, я говорила, что страшно, когда бизон на тебя бежит? Вот когда он бежит, а вы в пещерах, где особо девать некуда, и грохот неимоверный – намного страшнее. На секунду я вспомнила Эквестрию экспресс, и давку там – аж дыхание перехватило. Мы неслись как никогда в жизни, пытаясь спастись, ища выход отсюда, хоть какая свободная территория. А бизоны нагоняли нас.

И вдруг нам повезло – впереди было небольшое сужение, и сразу за ним – обширная… галерея, кажется, такое большое пространство в пещере. Но там еще озерко мелкое было, по копыто. Куча всяких столбов… стол… сталакти-каких-то. В общем, оттуда проще будет убежать, ведь есть много входов и выходов!

Мы бежали один за другим, а стены были так близко, что сумки задевали их. В какой-то момент я расслышала глухой удар, и когда мы уже выпрыгнули к озеру, я обернулась, увидев, что в проходе застрял бизон. Вот так повезло, удача!

— Ха, выкуси, толстяк! Мы сваливаем отсюда!

«Не так быстро, мелкая…» — пробормотал Игл, вздохнув. Я обернулась… и встала как вкопанная. Из каждого прохода – вокруг они пошире уже были – выходили бизоны, один за другим. Они просто окружили нас плотнейшим кольцом. И из самого широкого и даже освещенного прохода вышел самый странный бизон, что я видела: он казался очень старым, чуть ли не весь седой. Его вот эта перьевая шапка, она тянулась вдоль всей спины! И вся шерсть разукрашена какими-то символами. Рога тоже как-то странно разукрашены, и на каждом блестят золотые украшения. В зубах у него была длиннющая трубка, из которой валил дымок. Мы замерли, ожидая, чего будет.

«Глупые пони. Всегда приходят. Всегда творят одно и то же» — пробормотал он таким глухим, низким голосом, что я даже пытаться не буду. Оно еще так эхом здорово отражалось, много раз, ух! – «Мы отведем вас прочь. Мы не рады вам»

«Дайте нам поговорить с вождем! Или вы, шаман, тоже… уполномочены?» — топнув ногой, спросил Игл. Я сглотнула – казалось, понь играет с огнем… бизоны вокруг очень недобро переглядываться начали.

«Я могу принять решение. Но ваши дела говорят о ваших намерениях. Хотя я знаю, отчего вы тут… ваши судьбы пока скрыты от меня. Я не желаю рисковать своим народом. Вы уйдете» — причем, он это говорил так спокойно, как газету читал.

— М-мы хотим разобраться! – я это пискнула так быстро и тихо тогда, что сама не разобрала. Шаман, кажется, попытался напрячь слух, но вскоре бросил затею – я уже зареклась, как мне казалось, тут что-то говорить. Еще и Дабл меня пихнул, мол, не лезь, щас профи справится.

«Мы не желаем зла! Вот, мы сами пришли. Нам надо просто поговорить!» — Игл не собирался сдаваться. Ах, вообще, классный он понь. Немного замкнутый только, на работе женился.

— Ха, запала? – усмехнулся Миддэй. – На таких не стоит западать… они несчастны в своей увлеченности. – И вздохнул о чем-то своем.

— Где это я сказала, что запала?! – вспылила ковпони, покраснев. – Я сказала, что он крутой!

— Спокойно, спокойно! – барпони пару раз стукнула копытом по стойке. – Все в порядке, продолжайте, пожалуйста.

— Простите, да… кхм-кхм.

«Я всё сказал» — шаман фыркнул, и на нас стали идти бизоны. Было обидно, что нас просто не послушают и вышвырнут, так что мы достали пироги из сумок, и приготовились хоть напоследок... не знаю, уйти с честью? С боем? Мы просто устали, я думаю, да и Игл не возражал.

Но меня задело тогда спокойствие шамана, и, видимо, мелочной мести ради, я швырнула пирог в него. Мда, сейчас-то понимаю, какая ж глупость, но тогда это казалось справедливым… фе.

Да и в шамана не попала. То есть, не полностью, так, слегка ноги запачкала. Но он тогда замер, нахмурился, и, указав на меня копытом, проговорил таким зловещим, медленным голосом:

«Злая пони, ведомая благими намерениями. Не стоит забывать, что ими вымощена дорога в тартар!» — и фыркнул. Бизоны остановились в нерешительности, видимо, подумав, что он им что-то новое прикажет, а Игл влепил мне подзатыльник.

«Извинись сейчас же, пока нас не превратили в блинчики» — потребовал он.

— Ага, сена с два! Мы делаем доброе дело, чтоб тебя! Мы им помогаем! – Я тогда сильно обиделась, на него, на бизонов, на бандитов… затопала копытами, зафыркала, ну, представляете. Тогда второй напарник влепил мне второй подзатыльник. А шаман же усмехнулся и покачал головой:

«Глупая пони. Тебя сгубит рвение. Ведите их в селение. Духи требуют меня взять бремя наставника…»

Это нас сильно удивило. Я-то обрадовалась, мол, ага, а вы мне подзатыльники, а я вот! Но никто вокруг рад особо не был. Бизоны шептались, мол, это духи разозлились на пони, другие, что наоборот, они нас оберегают… ну всё такое.

Нас вывели из пещеры и, под охраной – вернее, меховой стеной на ножках со всех сторон – повели к ним домой. Путь был… я вообще не запомнила, мы петляли так, что Дабла укачало и он стал серо-зеленым. Игл тоже был растерян – похоже было, что он тоже сбился с маршрута. А я одна шла, гордо задрав голову, как победительница. Хотя меня, по сути, в плен вели. Но я гордилась – вот, спасла миссию, дойду до вождя, ох-х…

Поселение было на относительно ровном пастбище, окруженном лесом и камнями величиной с дома. Множество палаток-вигвамов, и вовсе не хлипких и маленьких. Почти у каждого – тотем, везде снуют бизоны, говорят о чем-то. Живут.

Нас усадили на бревно возле погашенного костра и приказали ждать. То и дело подходили бизоны, спрашивали что-то у приставленных к нам сторожей. Бегали малые ихние, смеялись, копытами в нас тыкали. Бизоны зачастую просто глядели на нас да фыркали. Мы там были совсем чужие.

Наконец, из большого вигвама с кучей тотемов и висюлек каких-то, довольно красивых, вышел бизон и помахал мне ногой, мол, иди сюда. Игл пихнул меня в спину: «Иди давай, егоза». Думаю, напарники обиделись на меня тогда. А я что, я гордо встала и зашла внутрь вигвама.

Там было… странно, не сказать загадочно. В воздухе витал дымок и странный, но приятный аромат. Кругом маски, круглые висюльки, лучины какие-то. Посреди… всего, сидел шаман. Он опять что-то курил и задумчиво промычал, увидев меня, а потом поманил к себе.

«Я отсюда чую твою ярость, пони. Ты одержима»

— Что, вашими странными духами? – хмыкнула я, оглядываясь. Шаман вздохнул.

«Ты одержима своей мыслью. И скована прошлым. Потому ты так зла. Не отпустив прошлого, не встретить будущего. Ты застряла и мечешься, как бешеная. Надейся, чтобы не пострадали от того невинные». — Шаману, казалось, было до лампочки на мои слова, и присутствие вообще. Он курил, вздыхал, поправлял лучины и шептал что-то под нос.

— Я делаю правильное дело! – не соглашалась я. – Я хочу помочь! Вам, пони, всем! Я спасаю их от бандитов! От преступников!

«Но теряешь себя. Когда жар земли поглотит большинство пергаментов, дитя земли содрогнется от понимания, восседая на сокровищах потерянных лет. Тебе не стоит зря пытаться переиграть духов. Но ты в силах исправить свою судьбу». – Он опять затянулся и замолк.

— И что это значит? Мне не нравятся шарады! – я топнула опять ногой. Да-а, в те времена я была малость… импу… льсивной, вроде как. Что поделать-то? Ветер в башке. Зеленая еще.

«Я не знаю. Духи говорят – я передаю. Можешь идти, пони. Если бы ты пыталась послушать, то поняла бы предупреждение. Твой путь, кажущийся праведным, нанесет тебе самой вред. А если продолжишь – не только тебе. Прощай». – Он отвернулся и замолк совсем. Я хотела опять топнуть, спросить о его словах, но почувствовала неприятный холод на загривке, и легкий ветерок. Заткнувшись, я развернулась и пошла на выход.

Моих напарников он тоже к себе приглашал. С Иглом болтал дольше всех, когда он вышел, сказал, что мы тут еще посидим немного.

Нас затем покормили. Так, супчик какой-то, с приправами бизонов зато, а потом мы видели, как бизоны танцуют, бьют в бубны и поют свои песни вокруг костра. Завораживающее зрелище, голоса у большинства из них низкие, трубные, и ритм они четко отбивают. Шаман выходил, даже не смотрел на нас, но присоединился к… я не знаю, празднеству? Бил в свой, особый, бубен, а затем раскуривал большие, длинные трубки, которые затем принимали самые сильные и большие из бизонов.

За то время, пока мы сидели, приводили пони из наших отрядов. К концу дня собрались все, и последних привел сам вождь. Шаман завел его в палатку, поговорил с ним, а затем туда привели и главного нашего, и Игла, ну и вообще ведущих каждой группы. А потом нас выпроводили за территорию бизонов.

— Как, вот так, и всё?! А как же бандиты?! А как же побег от бизонов, еще одно обрушение и спуск почти по отвесной скале?! – взвыла Сэнди.

— Прости, малая. Но в тот день мы никого не поймали. И больше не убегали. Нас вышвырнули, и мы отправились обратно.

* * *

— Ну и дела. Что же, даже у ковпони не всё и всегда идет гладко?

— Нет, Глэсс. Да и из прошлых рассказов моих понятно, думаю, что приходилось изрядно попотеть… а вот это пророчество меня на некоторое время, потом, уже когда адреналин спал и я была в безопасности, вывело из колеи. Я не верила в эту мумбу-юмбу, но…

Олдер Пэар махнул разом полкружки сидра. – Но вас преследовали духи, да?! Я знал, что этим бизонам нельзя доверять, они нашлют беду!

— Ч-что?! Вовсе нет! По-моему, смысл его предсказания в чрезмерном увлечении охотой на бандитов без тормозов и мозгов! – ковпони возмущенно нахмурилась.

— Да? Я прост уже хуже соображаю, сколько-то выпил, уже? – пони задумчиво разглядывал свою кружку. – Но, скажем прямо – всё это звучит как глупая выдумка, духи, пророчества, ну и глупости! – Пони стукнул своей кружкой по столу, отчего из нее вверх взметнулся маленький столб сидра, но тут же плюхнулся обратно.

— Не глупости, вовсе нет, сэр! Я передаю слово в слово, как со мной всё было! – Дасти обиженно поджала губы, а Пэар в ответ лишь усмехнулся.

— Ну, может, честности ради, слегка приукрашиваете? – сощурился Миддэй. Ковпони махнула копытом – мол, и ты туда же.

— Ну так, что, исполнилось пророчество? Жар, там, и понимание? Или вы также идете по дороге борьбы с организованной преступностью? – Бум склонил голову набок, пристально глядя на Дасти. – А то про вас последний год-другой ни слухом ни духом не было…

— Это я вам расскажу чуть попозже, сперва надо-таки закончить эпопею с бизонами. Да-да, малая, — Сэнди удивленно подняла голову – похоже, сперва она расстроилась из-за резкого прерывания рассказа. – Это был конец лишь первой части. Я поймала бандитов через полгода поисков.

— Н-но как?! Я думала, вас больше не пустят к бизонам!

— Я и не пошла к ним. После того, как нас выпроводили, Игл сообщил шерифу обо мне. Видимо, прикинув, мол, инициатор, молодая, энергия бьёт, что тут думать-то? И спихнули  дело на меня. Засыпали по горло документами, картами и уликами. А я и рада была! Ух как отомстить хотелось. Я принялась за поиски, мне как будто вызов бросили! Дабл еще помощь предлагал, наивный, а я отмахнулась… он куда как разумнее, давно уже шериф в каком-то городишке, по слухам. Вон, вроде, сидит себе, семью завел, в ус не дует. Хитрюга. Хорошо устроился, ну да и понятно, что ему-то, и вообще…

Ковпони опустила взгляд на дно своей кружки и прижала уши к голове, о чем-то крепко задумавшись.

— Эм, мэм, а бандиты? – Кьюти поднесла ковпони еще кружечку.

— А? Какие бандиты? А-а, тьфу, чтоб их, да-да. В общем, теперь мой путь лежал на Хэйсидские болота… за отъявленным негодяем, мерзавцем, нападавшим на мирных пони, разоряющим маленькие поселения. Кэйфулом Брэком.

* * *

Кэйфул Брэк был негодяем всегда. Сперва мелким, хулиганом, мошенником, жуликом. Потом разбойником, вором, грабителем. И в конце концов – бандитом, главой крупной шайки, вторым помощником самого Уотера.

— Ага, значит это он и стоял за грабежом бизонов, да? Ну и фрукт! – возмущенно всплеснула копытами Глэсс.

— Так и есть. Это мне осталось доказать, схватив самого Брэка. Но все доказательства вели к нему. Не спрашивайте, чего это стоило, но полгода не было новых историй отважной, — она вздохнула. – Непобедимой и бесстрашной Дасти Кейк. Но вот, я, подстегиваемая вероятным успехом, даже упросив послать со мной небольшую команду законников, забыв давно про предупреждение Мудрого Рога, направилась в болота и топи, страшные, темные, влажные, гниющие и смердящие, ядовитые и полные полчищ насекомых. В жизни больше туда не совалась, премерзкое местечко, скажу я вам!

Брэк со своими бандитами – они назвали себя «счастливчики», за множество успешных налётов – сделали себе логово в болотах, глубоко и далеко. А как среди них было немало умелых единорогов, да и просто умных пони – они крайне хорошо просчитывали свои операции – у них было что-то вроде вычищенной и безопасной базы среди трясин.

Но дорог туда не вело, и петляла б я до сих пор, если б не моя команда. Среди законников были пегасы, мы шли длинной цепью, прочесывая утопающий лес, ведомые ими. Каждый был идеально снаряжен – начальники не пожалели на поимку одного из опаснейших бандитов выделить снаряжения. При себе у меня было моё излюбленное лассо, целых три коротких, два длинных, немного динамита – уж не знаю, что думали, когда его запихивали – да корзинка пирогов. Пироги у всех с картошкой были, давно остывшие и корзинки мы обмотали тряпками, дабы насекомые не пожрали нас еще по пути. Да и нас самих единороги перед дорогой как смогли, от насекомых оградили магией. Не то чтобы полная защита, но и на том была благодарна.

Мы шли долго… причем там всегда полумрак же, еще и непонятно, сколько, но я успела умотаться в край. Мы давно миновали ветхие развалины какой-то деревушки – поразительно, что кто-то пытался вообще жить в тех местах. Но притрагиваться к домишкам не решились – они выглядели так, что готовы рухнуть вот прямо на нас, да и нездоровое какое-то место вроде бы.

Так еще беда – двое из нашей группы отклонились в топи, в самую чащобу, а потом выбежали оттуда, погоняемые какими-то здоровенными пчелами. Бедняг искусали, пришлось отправить их назад. А нам – быть еще более внимательными.

Но вот, впереди замаячило что-то. Оказалось, бандиты выстроили целый форт, натянув канатных дорог меж деревьями, соорудив в них себе пристанища! Так еще и защищенный от смрада, тумана и насекомых единорожьей магией! Нас не заметили благодаря пегасам, и мы, срочно перегруппировавшись, стали думать, как подступиться к негодяям.

Сверху не вариант – еще легче заметят и собьют. Снизу – лезть долго, скинут. Так что мы отошли, и сами стали забираться на деревья, чтобы, по кронам и ветвям, долезть до бандитов. Хах, видели бы вы картину, как я с еще одной пони запихиваем не худенького законника на веточку, вот это было шоу.

В общем, под покровом листьев, мы, треща ветками как стадо медведей…

— У медведей может быть стадо?

— Не знаю, честно говоря. Так проще, просто.

— Так вот, треск стоял знатный, но, на наше счастье, мы рассредоточились, и шум был повсюду. Бандиты, мне казалось, перепугались, кто-то закричал: «Гидра! Гидра!», ну а мы лезли себе. Нивендиго не видно, деревья там ух какие густые, растительность, да еще и мошки тучами, да перепуганные птицы туда-сюда мечутся. Один наш даже заблудился по пути.

Но вот, наконец, я, как ведущая, спрыгнула на шаткий мостик. Меня даже не сразу заметили, и это дало мне время достать лассо. Первый бандюган полетел в грязь, а там и мои напарники подтянулись. Началась натуральная куча-мала:

Пироги летали отовсюду, успевай пригибаться. Я, ползком, подобралась к небольшому домику на дереве, вышвырнула из окна преступника и начала швырять пироги в пытавшихся залезть обратно, извазюканных, мокрых бандитов. А сзади пегасов наших таки сбили, и они сами рухнули в жижу. Кругом крики, драки, это была сама веселая облава в истории!

А потом начались взрывы! Кто-то, может наш, может нет, достал динамит! И понеслось! Бах-бах-бах! Всё болото заходило ходуном, динамит, счастье наше, проваливался вниз и взрывался под нами, в трясине. Те, кто упал, сломя голову разбегались, мы, наверху, прижимались к деревьям. Всех просто ослепил страх и паника, я кинула сразу две шашки… куда-то, не знаю, и потом просто свернулась калачиком на полу.

Я услышала после очередного взрыва страшный треск, вопли, свист веревок и шорох листвы, такой громкий, будто в ушах у меня. А затем ко мне подполз бандит, и, вопя, вмазал прямо по морде пирогом. Остывшим. Не простив, я, наскоро утершись, осадила болвана вырванной из стены доской. Тот упал, и я его связала.

Когда взрывы утихли, я осмелилась выглянуть. Моё «убежище» превратилось в решето, дырявый пол едва держал мой вес, хотя, казалось бы, уж такую-то стройную даже соломинка удержит.

Послышались смешки, а Сэнди покраснела. Дасти фыркнула:

— Да ладно вам, правду говорю.

— Снаружи болото… ну, оно выглядело странно. Редкие кочки покрылись рытвинами, из деревьев выдраны целые куски, одно дерево, с наполовину сохранившимся домиком, плавало в болоте – его падение я и слышала – и повсюду окрики и возгласы, в основном, спрашивали, кто еще остался цел.

Вообще – никто. Некоторым даже слишком сильно досталось, в больницах лежали. Уж не знаю, как нам повезло, что никто от динамита не погиб, но я списала это на то, что он тонул достаточно быстро и взрывался глубоко.

— Это вряд ли бы уберегло тех, кто рядом был. Скорее, сыграло расстояние и рассредоточенность, а также то, что никто не целился. – Важно заявил Бум.

— Может и так.

Я, пошатываясь – меня мандраж бил, и я была довольно уставшей к тому моменту – медленно направилась к самому большому дому на дереве. Там наверняка должны быть записи, награбленное, все в таком духе. Но вдруг дверь распахнулась, и мне навстречу вывалился сам Кэйфул Брэк.

Он пошатнулся, увидев меня. Со лба у него бежала полоска крови, а сам он был в ярости. Его просто перекосило, когда я преградила ему путь. Остановившись, он полез за своим лассо.

«Тебе живой не уйти от меня! Никому еще не удавалось изловить меня, и ты не станешь исключением!»

— Это мы еще посмотрим, Брэк. Головка не болит для дуэли? Потому что я уже тысячу раз готова! – О, он тоже меня разозлил. Строго говоря, думаю, мы отлично запитали друг друга ненавистью. И оба были не в себе. И оба немного изранены, так что… это было честно, я думаю.

— Честно?! Он в больнице потом месяц лежал, его отделали что мать родная не узнает! – воскликнул вдруг Пэар. – Это ты его так, что ли?!

— Ну-у не полностью я одна… — ковпони покраснела. – Да и на тот момент ко мне уже на помощь спешили, и вообще…

— Да какая разница, это злой бандит, и Дасти уж точно та, кто имела право поймать его. А уж что с ним, как, десятое дело! – заявила Сэнди. Дасти покраснела сильнее и прокашлялась.

— Да-а, спасибо, милая. Что там?.. Ах да, дуэль. В общем, мы стояли на раскачивающемся мостике, и глядели друг другу в глаза, пытаясь подобрать тот самый момент. И вдруг мимо меня пролетел пирог! Какой-то негодяй залез повыше и решил помочь своему главарю! Но пироги полетели и с другой стороны. Законники не дремали, пойдя на выручку мне. Они обстреливали друг друга, пока мы с Брэком уклонялись от пирогов и держали друг друга в поле зрения…

— Вообще, говорят, это самая жестокая облава была в истории. В том плане, что в тюрьму сразу после нее попал только один бандит, а всех остальных лечили сначала. Всё имеет цену, но аж настолько!..  – Вставил слово Бум.

— Но никто ж не помер! – воскликнула Дасти.

— Как знать, может, у кого травмы потом остались…

— Аргх, в общем, неважно. Это… — ковпони почесала голову, а потом вылезла из-за стола. – Обождите пять минуток, мне надо в комнату для кобылок. – И, приняв относительно невозмутимый вид, ушла в уборную.

— Как думаете, сколько правды в ее россказнях? От силы треть наберется? – заговорщически прищурив глаз, спросил Пэар.

— Отчего ж ты о ней так думаешь плохо? Половина, не меньше. – Хмыкнул Бум, отвернувшись.

— Да как вы можете?! Она пережила все это на собственной шкуре, она столько для Эквестрии сделала! Все ее поимки преступников, это всё есть официально! – возмущенно вступилась за ковпони Сэнди.

— Сэнди, никто не спорит, что она успешный законник, и многого добилась. Но послушать все это – серьезно, у всех были динамиты? База в болоте? Нет, вряд ли. Я верю ей, что она справлялась с преступниками, она хороша. Но явно налегла сейчас на сидр. – Кьюти улыбнулась и покачала головой.

— А по-моему, она хорошо рассказывает… да, понятно и так, что много прибавлено. Но сколько раз происходили странности, так почему бы у той, кто кидается в самое пекло, не случалось чего-то такого захватывающего? Знавала я одну пони, тоже усидеть на месте не могла… — произнесла Глэсс за стойкой, но ее перебил Миддэй:

— Чушь, одно дело – достоверно рассказывать, что было, и другое – рассказывать о себе, как о герое, чуть ли не бессмертном аликорне, на раз-два справляющимся с… ну, вот всем таким. Может, она и опытная, но некоторые моменты невооруженным глазом видно – выдумка!

Спор бы продолжался и дальше, если бы дверь не хлопнула и в зал не вернулась Дасти. Она плюхнулась на своё место и облегченно выдохнула.

— Ну, что там, продолжаем тур по болотам?

— Да-да, конечно. Не терпится уже! – Бум поднял свою кружку и кивнул Дасти. Пэар закатил глаза, а Сэнди радостно улыбнулась, ожидая продолжения. Что ж, ковпони не заставила их долго ждать.

— Ну и славно. Итак, настал момент для атаки. Я прыгнула вперед, метнув лассо, но промахнулась! Да-да, представляете, и такое со мной бывало!

«Чего? Ты кому?» — спросил Кэй… подождите, нет, такого не было. Тьфу, вот, стоило прерваться…

Еще разок. Настал момент для атаки. Я прыгнула вперед, ловко встала на бешено качающиеся доски над бурлящей трясиной, и метнула лассо. Но прямо на пути оказался чей-то пирог, он и спас тогда Брэка, и позволил ему контратаковать!

На моё счастье, он был куда менее расторопным и пошатнулся, отчего лассо даже не долетело. Мы уже сближались, когда часть досок посередине полетели вниз. Нас разделяла пропасть, и мы сворачивали лассо для повторной атаки, то и дело стараясь увернуться от летящих предметов. Пироги, я думаю, они истратили, так что теперь просто пытались сбить друг друга чем попало. А получить по спине деревяшкой явно больнее, чем пирогом!

Наконец, я подтянула к себе лассо и накинула на Брэка! Вот только тот взбрыкнул и потащил меня на себя, то есть, к дыре в мостике! Я вцепилась копытами в веревки, держа в зубах лассо, чтоб он не улизнул. Нас уже осыпали мелким мусором, держаться было всё труднее…

И вдруг какой-то бандит додумался перерезать канаты мостика. Кэйфул только и успел крикнуть: «Болван! Не смей!» как мы полетели вниз.

Было мокро, холодно, скользко, противно, гадко… в общем, это болото, чтоб его! Но теперь, когда меня больше не тянули, я вскочила, и ка-а-ак… как добралась до Брэка, и совершенно спокойно обезвредила. Связала его. Он-то, это, уже почти не сопротивлялся. А все тумаки, что получил, так это до меня еще. Я же говорила, он был уже усталым и едва держался на ногах.

— Но был в силах протащить вас по мостику?

— Я уверена, его охватила дикая ярость, которую охладило болото.

— Да ерунда, там бандитов отделали, мама не горюй. Не то чтобы я не против наказания этим плохим пони, но излишняя жестокость всегда плохо. Тем более от законников… это и значило ваше пророчество?

— Неужто вы думаете, что я еще и натаскала свою группу по пути? Нет, сэр! И, тем более, не моё. Я тогда про него не думала. Я выполнила очередное задание и мы, с успехом, возвратились обратно!

* * *

— Суд доказал виновность Брэка, в том числе по поводу бизонов, и нападений на телеги в тех районах, и он до сих пор где-то наверняка копает уголь или кладёт рельсы вместе с частью подельников. Часть, я надеюсь, благоразумно пошли по пути исправления, и может кого-то уже даже досрочно выпустили. Не все они законченные преступники, нет, господа. Просто, оступившись когда-то, сложно вернуться на правильный путь.

— Это да уж. Особенно если это законник, который может себе позволить перегнуть палку! – сердито заявил Пэар.

— Ничего подобного, сэр! Я за всё время такого не видала. Ну, может, были порой перегибы на местах, но они все строго наказывались! – Дасти помотала головой. – И если я когда что кого, то всё было осмысленно!

Кьюти вздохнула. – Что уж теперь думать? То было давно, и я, кстати, теперь вспомнила, что читала что-то подобное. В газете одной, думаю, и в самом деле упоминалось, как часть законников сняли с должностей после того дела. Были какие-то внутренние расследования… а что с вами тогда было, мэм?

— Я опять отправилась в путь… теперь уж одна. Я так и не нашла Уотера, и даже Кэйфул мало помог в этом. Зато набеги на караваны в тех округах прекратились, и бизонов никто не раздражал. Как и они поутихли, и больше пока не вышвыривают всех сразу за забор. Это хорошо, конечно, но главный преступник оставался на свободе. И оставалась лишь одна дорога, которая могла бы привести меня к нему.

— О, о, а я представляю, о ком вы, если по хронологии смотреть! – широко улыбнувшись, подняла переднюю ногу, как на уроке, Сэнди.

— Хе-хе, я и не сомневалась в тебе. Итак, в списке отъявленных негодяев, что на тот момент я не словила, было подчеркнуто еще одно имя – Датч Фьюри. О-о, не помните, кто отвлек Уотера в поезде? Вот-вот. Он был его правым копытом и той еще отъявленной дрянью, но шибко умным и своенравным. Несмотря на долгий разбой вместе, к тому моменту они разделялись, и Датч создавал свою банду. Уотер, кстати, думаю, вы знаете – уже тогда делал планы по завершению карьеры, и фактически перестал беззаконить, по крайней мере, не в тех масштабах. Я всерьез взялась за их поиски буквально года два где-то тому назад. Они стали моей постоянной, последней целью. Промышляли неподалеку от этого города, тогда еще едва начиналось строительство. Я направилась в Додж-Джанкшен.

## Глава 4. Датч Фьюри, Ласт Хоуп, Голден О’Фру Эбигейл фон Топ

— Я рыскала в окрестностях этого городка – тогда Додж-Джанкшен был совсем-совсем стройкой, но, разумеется, бар уже был. Мне хотелось поскорее найти Датча и вытрясти из него информацию. Тогда я уже мало заботилась об осторожности, мчась напролом, сшибая всё и всех на пути к цели. Это лишь придавало мне сил в моих бесконечных, изнурительных поисках. Жажда мести текла по моим венам, и я была ослеплена ею!

Был поздний вечер, закатное солнце едва держалось на горизонте, и пустыня была залита красно-оранжевым светом. Я не то чтобы писатель, но описала бы, что последние лучики… о, отчаянно цеплялись за верхушки строительных лесов! Красиво, да?

— Да, действительно, звучало неплохо.

— Не стоит, хех. Итак, я шла с востока, и петляла по каньонам, стараясь скорее добраться до города. Датч был там абсолютно точно – Додж-Джанкшен тогда терпел как раз нападения бандитов, и точно было известно, что среди них видели Датча. И Уотера. Как раз в то время их пути разошлись, и я не успела… ну буквально неделю-другую. Обидно.

К тому же, против меня стало играть само время – с разделением, Уотер практически ушел в тень, и мне стоило спешить, успеть нагнать его по последним следам, не то самый опасный преступник Эквестрии уйдет безнаказанным.

По пути же мне встретился небольшой лагерь бандитов Датча. Разделавшись с ними и выяснив, что Датч, похоже, пытался отжать себе бар – сейчас по-хорошему, но может и остальных привести в город – я немедля поскакала туда.

Рабочие и строители в основном работу дневную окончили и отдыхали, либо, как раз-таки, были в баре. Я неслась по пыльной, пустой улочке, едва не сшибла указатель и как ураган ворвалась в бар.

Да, да. Именно в этот самый бар. Можете не верить, но раньше он был совсем другим. Знатно пришлось его переделать, однако, да-а…

— Да ладно, в этот самый бар?! – воскликнула Глэсс, опершись о стойку и подавшись вперед.

— Да, Глэсс, именно он самый! – Дасти любовно провела ногой по столу, затем задрала голову и ухмыльнулась, указав копытом в потолок. – Ага, а тут не заменили.

Все задрали головы чтобы увидеть, что часть досок были темнее других, и испещрены множеством царапин, дырочек и сколов. Затем вопросительные взгляды опустились на Дасти. Ковпони ухмыльнулась и продолжала:

Тем временем, картина маслом – много народу, шумно, и посреди всего сыр-бора – Датч с подельниками, спорит с владельцем заведения. На стойке лежали мешочки с битами – шел спор и впрямь о баре, и, как оказалось впоследствии, это могла бы быть единственная честная сделка Датча в принципе. Он действительно хотел его купить, но вот только не чтобы стать барпони, а использовать как свою базу, близ прокладывающихся путей, в новом, отдаленном городке.

Я, расталкивая толпу, двигалась к бандитам. Какое-то отребье попытались было возмутится, но быстро получили чувственные тычки в шеи и бока, и решили отдышаться.

Вскоре я прорвалась к Датчу и с ухмылкой ткнула в него копытом:

— Ты арестован и имеешь право хранить молчание! Мордой в пол, копыта за голову, негодяй!

Его аж перекосило. Сначала он, да и многие вокруг, лишь хлопали глазами, осознавая, что происходит. А потом его подельник достал лассо.

Это послужило мне сигналом – едва бандит достает лассо, значит, будет драка. Отпрыгнув назад, я перевернула один из столов, столкнула пони со стула и кинула этот стул в сторону Датча. В него не попала – какой-то пьяница именно в этот момент додумался встать и получил им по спине. Кто-то вскрикнул, барпони, схватив битсы, нырнул под стойку, а бандиты оказались прямо посреди суматохи – местные решили не ввязываться и помчали на выход.

— Эй! Ну-ка вернул битсы, тоже бандитом стать захотел?! – заорала я барпони. Ведь, по логике, он бар не продал, значит, битсы ворует. Но ход мыслей прервал звон бутылок, когда Датч начал швырять ими в меня, а бандиты – окружать.

Я время зря не теряла, достала короткое лассо и заарканила ближайшего к себе бандита, а затем, прикрываясь им, стала отходить к стойке – там и бутылки, и барпони, и укрытие. А бандиты, слишком рассредоточенные и дезориентированные нарастающей паникой – местные просто выбегать не успевали, начиналась толкучка – не могли нормально меня схватить. Только Датч, отходя к окну, кидался бутылками.

«Ласт, чтоб тебя, вытаскивай меня отсюда!» — крикнул он кому-то. Меня не волновало, я ползла к стойке, и-таки доползла! Стукнув по копыту и отобрав у барпони битсы, а затем связав бандита, ставшего моим щитом, я наконец смогла встать на ноги. О да, перед мной было всё пойло Эквестрии, или почти. И теперь уже случайных пони, бандитов, и Датча, мочила я.

Ему я кстати выбила зуб, представляете? Хех, он больше не мог никого позвать, но и первого окрика хватило – окно разбили снаружи, и внутрь просунул голову очень кучерявый, рыжий пони.

«Босс, я так подумал, что ухожу. Справляйся как хочешь, только барахло себе новое сам ищи» — Потом он заметил меня и вздрогнул. – «Тем более, на схватку с сумасшедшей я не подписывался. Бывай» — и исчез.

В какой-то момент мне стало жаль Датча, но лишь на момент. Потом он взвыл, и полез в то злосчастное окно. Я, наплевав на оставшихся бандитов – их не так много было, да и местные все разбежались – схватила свой щит и поперла с ним за Датчем. Кинув наружу сперва того, я вдруг увидела, как Датч поджигает динамит. И швыряет прямо в окно бара.

— Кошмар.

— Лучше и не скажешь, я так скажу. Я знатно перепугалась.

— Никто бы не стал кидать и взрывать динамит в здании!

— А тот пони стал. Я вообще задумалась теперь, а зачем он это сделал-то?.. Действительно, кошмар. Кхм, тем временем, бандиты-то бросились тотчас врассыпную, но внутри оставался барпони. Я видела из разбитого окна убегающего Датча, но не могла тут же кинуться за ним. Я перемахнула через стойку, зубами, за шкирку, схватила барпони и поковыляла к злосчастному окну. Тот, видимо, перепугавшись, еще и брыкался, но я успокоила его парой пинков, краем уха слыша шипение шнура. Но вот, я вместе с ним перевалилась через подоконник, а через секунду все окна выбило изнутри.

— Это из-за динамита-то тут такое? – Пэар задрал голову и почесал подбородок. – Да не… не могли они уцелеть в принципе б тогда.

— Ну, как видишь. Убеждать не буду. – Ковпони просто пожала плечами, пока темно-желтый пони недовольно сощурился, переводя взгляд то на нее, то на потолок.

Немного оглушенная, я вскочила и принялась выискивать Датча. И он, чтоб его, уже отбежал далеко, а в город стекались бандиты. Я поковыляла за ним, параллельно оставляя за собой препятствия: переворачивала бочки, кидала на землю ящики, стройматериал, как могла, кидала попавшиеся инструменты за спину, в надежде, что они хотя бы не смогут подбежать близко. Но нет.

Я петляла меж строительных лесов, как передо мной выскочил бандит. Убрав его с дороги ударом доски я продолжала пробираться к своей цели. Казалось, все перестало иметь значение, кроме поимки Датча, и я упорно шла вперед. Я лягнула набежавшего бандита сзади, пихнула подбежавшего сбоку, но верно двигалась к цели…

Бандиты напирали со всех сторон уже, когда я раздавала направо и налево тумаки. Было много пони, в какой-то момент, я думаю, мне на подмогу пришли рабочие. Кто-то вцепился мне зубами в ухо, я швырнула его в бочку, только щепки полетели. Я вспомнила давку в поезде, ту самую, и реальность перемешалась с воспоминаниями. Я, не разбирая, начала пробираться через пони, всеми силами раздавая удары, швыряя всех подряд в стороны. Мне казалось, что меня там задавят, стало трудно дышать, я едва не задыхалась и в глазах потемнело. Очнулась я, когда уже вышла за пределы стройки. Позади продолжалась большая драка, бандитам, вроде, давали отпор. Кричали… все, наверное. Чуть отдышавшись, я припустила в сторону, куда убежал Датч.

И я добралась. Датч сцепился с тем рыжим пони на окраине города. Когда добралась к ним и я, Ласт одержал верх, схватил несколько сумок, закинул на спину и был таков. А я накинула лассо на Датча, и, радостная, подтащила к себе. Сама устала, и просто уселась на землю.

— Где Уотер, Датч? Я пришла за Уотером, Датч! Отвечай!.. – ковпони запнулась, покачала передним копытом и продолжила. – Просто живо мне, блин, отвечай, где Уотер!

— Сейчас Датч известен как бандит с самым большим количеством золотых зубов. Своих у него не осталось, когда его помещали в тюрьму. – Негромко сообщил Бум, ухмыльнувшись.

- Да-а… — проговорила Дасти, как будто смутившись. – Я сразу поняла, что у него с ними проблемы, еще когда первый вылетел тогда, в баре.

— Это ведь не вы выбили ему все зубы? – поджав уши, спросила Сэнди. Она не желала верить очерняющим кумира слухам и словам.

Но Дасти ничего не ответила, глотнула сидра и продолжила, не глядя на кобылку.

— Я его голос не запомнила, но, как оказалось, местонахождение убежищ бандитов имелось на двух картах, одна была у Уотера, вторая – у Датча. Ее-то утащил Ласт. Из города к нам устремлялись рабочие, видимо, отбившиеся сами от бандитов, так что я просто оставила связанного преступника и устремилась за Ластом, покуда не убежал далеко. Оказалось, он хорошо умеет петлять и теряться, я вышла на его след лишь через неделю, когда он проходил по огненному болоту. Знаете, такое, с гейзерами?

— А то ж, как же не знать! – опять усмехнулся Бум. – Там, говорят, и спрятаны все накопленные богатства Уотера!

— Награбленные. – Поправила его Дасти без тени улыбки на морде.

* * *

— Ласт Хоуп был смышленым малым. Как его занесло к бандитам – ума не приложу. А ведь на ученого какого-то учился, говорят, в Кантерлоте. Через пару лет, думаю, он, уже будет на свободе, поймет ошибки и возьмется за науки всерьез. Я очень надеюсь.

— А тогда он двигался на встречу с одной пони. О ней в процессе расскажу, суть в том, что они договорились найти сокровища по карте Датча, когда ее украдет Ласт, а она, тем временем, сверившись с картой Уотера, поможет Ласту. Ласт был подослан, собственно, Уотером, чтобы Датч не смог добыть его богатства, но Ласт-то не дурак. Разбогатев, они с О’Фру планировали уехать… не то к  грифонам, не то еще куда и жить припеваючи. Я не могла им позволить так просто забрать награбленное. К тому же, они и карты могли привести меня к Уотеру.

— У неё, кстати, не получилось карту-то выкрасть, хех. – Усмехнулся Бум. – Разве вы опись не проводили?

— Я просто не дошла до этого момента. – Закатила глаза ковпони.

В общем, я добралась, как смогла, до огненного болота. Премерзкое место. Жуткое. Оно вечно под завесой тумана, целый лес черных, скрюченных деревьев, тут и там вспыхивают огни и выбиваются из земли гейзеры. Я, как могла, аккуратно шла, петляя по редким безопасным местам, надеясь про себя, что не упаду в кипящую яму…

Там-то, притормозив, я начала вспоминать. Весь свой путь, всё, что произошло со мной. Вспомнила и ляганое пророчество, будто бы не сбывающееся. Я поймала кучу преступников. Переловила множество плохих пони, спасла хороших от бед. Где только не была.

И из раза в раз, прокручивая в голове свои приключения, я замечала странную деталь – поимки преступников приносили мало радости. Нет, я стала раздраженной. Как будто выдохлась, и держалась лишь на мести, злости к Уотеру. На обиде, за потерянные годы, за… неправильную жизнь. Оглядываясь назад, я бы никогда не стала законником. Это совершенно не моё. Несмотря на все победы… несмотря на то, что я – олицетворение слова «закон», я так и не полюбила своё дело. Нет. На тот момент я возненавидела его.

Я вспомнила, какими методами отлавливала бандитов последние года… два-три. Или даже четыре. Как, невзирая ни на что, круша всё и всех на своем пути, добиралась до противника, скручивала, упекала далеко, и срывалась с места, чтобы найти следующего. Это стало уродливой рутиной, которая хотя и приносила пользу, но не мне. И, подчас, не тем, кому я помогала.

Может, сперва и был азарт, новые ощущения. Радость успехов. Победы, более редкие, но более желанные. Но он иссяк, и я превратилась в… я не знаю даже. У меня была цель. Но стоила ли она того? Стоила ли, чтобы я потратила на нее всю свою жизнь?

Я не хотела отвечать себе, и шла вперед, дергаясь от струй огня и пара, щурилась, замечая играющие на черных стволах деревьев тени. В который раз я отдалась тому, что вело меня вперед все эти годы. Я всей душой желала удовлетворения, которого не нашла, и которое было… как будто недосягаемым. Неуловимый преступник оправдывал все слухи о себе. Но я была отчаянной. Во всех смыслах.

В какой-то момент я обнаружила, что вышла на малюсенькую сопку, относительно твердую, заросшую колючими кустами и сорняками. И где-то там различила голоса двух пони. Затаившись, я шла, пытаясь не выдать себя шагами или треском сучьев. В общем, как медведь в малиннике. Хорошо, там гейзеры то и дело извергались, иначе меня б за километр услышали, а далекие огни – недаром болото огненное – не освещали меня, пока что.

Наконец, мне удалось рассмотреть ту сладкую парочку. Они сидели на бугре, в окружении сумок и карт, отчаянно ругались и постоянно оглядывались, будто ища что-то. Именно что-то – взгляд скользил все время поверх моей головы. Скорее всего, нужное место искали. Когда очередной гейзер утих, я расслышала их разговор:

«Я тебе точно говорю, они где-то здесь. Переверни карту!» — это был высокий, писклявый голос, и принадлежал он Голден О’Фру Эбигейл фон Топ. Эта кобылка, как ни странно, потомственная графиня, и вообще была важной шишкой. После свадьбы, проведенной против ее воли, сбежала из Кантерлота, по пути ограбив свой первый дилижанс. Честно, лично мне кажется, ее искали больше всех бандитов вообще – родственники страстно желали вернуть, как они считали, «повредившуюся рассудком» кобылку, вручить нелюбимому жениху и стереть эту, очернявшую их род, историю, но у Эбигейл были иные планы. Она сбежала в Грифонстоун, грабила сперва там. Затем неудачно попыталась грабануть аж целого дракона, чтоб его. Чуть не погибнув, вернулась в Эквестрию, прибилась к Уотеру, а потом уже собрала свою банду. Незадолго до того, как я ее схватила, они совершили неудачный налет, и она осталась одна. Экстравагантная личность, не считаете?

— Ого, вот у кого из преступников действительно интересная история. Это ж целая трагедия! – всплеснула копытами Кьюти.

— Ух ты! Что с ней случилось, после того как ее поймали? –посмотрела на Бума Сэнди.

— Знамо чего. За решетку! А потом, говорят, за взятку, отпустили. Она, по слухам, сейчас на стройке Понивилля. Больше не грабит.

— Приятно слышать, надеюсь, так и есть. Так вот, а ей отвечает Ласт:

«Пустая твоя голова. Вон, подписи, значит, только так надо держать. И, гляди, пять деревьев, вон как те четыре. Подозреваю, пятое сгорело»

— Что за подписи? – спросил вдруг Бум, подавшись вперёд.

— Потом об этом, там будет момент с ними. – Отмахнулась ковпони.

«Чушь, раз пять, ищи пять!» — недовольно ответила О’Фру. Завязался спор, забил рядом гейзер, я, ничего не слыша, двинулась вперед сквозь кусты, пока поток не иссяк. Я замерла вновь.

«Давай, шевели извилинами, если на нас выйдет та ляганая психопатка, нам крышка!» — заявил Ласт, и принялся оглядываться.

«Ты что, придурок, оставил за собой хвост?!» — О’Фру подскочила на месте.

«Успокойся, никого за мной нет, я проверял. Ищи деревья, Эбигейл!» — Ласт раздраженно отмахнулся от нее, хотя я видела, как он нервничает. – «Просто поскорее. Место плохое, а она часто находила ребят, даже когда, казалось бы, они вообще тише воды ниже травы. Кэйфул, вон, слыхала?»

Эбигейл вздрогнула и отбежала от Ласта, встав на высокую кочку, принялась осматриваться внимательнее. Мне пришлось лечь на землю, чтобы меня не заметили, но кусты зашуршали, и Ласт сильно вздрогнул от звука.

«Тьфу, чтоб его, Эбигейл! Ну?!»

«Баранки гну! Нет пяти, есть четыре! Бери лопаты, проверим! Я не хочу повторить его судьбу, или всех остальных!» — она вернулась к нему, схватила магией лопату – она единорог – и помчалась было куда-то, мне видно уже не было.

«Подожди ты, блин… аргх, я никак не пойму, он на врача учился, что ли? Ни разу не художник… Блин, зря я кинул Датча… бедный Датч, надеюсь, он хоть сбежать успел…» — вот это было немного обидно, так как что бы я вообще плохого сделала? Тьфу!

«Ты бросил его на верную смерть, идиот! Я слышала уже, его ребятам тоже досталось! Всем в том городке досталось, вообще всем кто там был!» — ответила та издалека. Я же была недовольна – это какие слухи обо мне пошли среди преступников? Они должны были бояться, что я их настигну и упеку за решетку, а не то, что я их настигну, и, как бы, это будет худшим днем в их жизни. И вообще, кому это «всем»?!

«Н-ну, их много там было, Додж-Джанкшен они окружили, и… ну может, всё обошлось?»

«Ему крышка, Ласт, просто, попомни мои слова, ты мог его предать в другой день! Теперь он просто повторил судьбу Кэйфула, если не хуже! Он, и все твои бывшие друзья!»

«Умолкни, Эбигейл, это не так! Их всё равно ведь кладут в больницу после нее? И Датча доставят! Никого ж она еще не убила, вроде.» — То, как неуверенно это он сказал, чуть не заставило меня фыркнуть. Да я? Чтоб так! В общем, Ласт перехватывал планку лидерства у прочих бандитов в моем списке по плохому ко мне отношению.

«А ты что, знаешь наверняка? Что насчет старика Чесса, а? Вот-вот, а вдруг теперь и Датч? Я слышала, ему…» — что-то там, там гейзер вспыхнул, ненадолго. – «И кто следующий?!»

«Лишь бы не мы…» — моё терпением на этом лопнуло, как гейзер поблизости, и я выскочила из-за кустов. Когда Ласт меня заметил, было слишком поздно, даже чтобы закричать.

Я прыгнула, и рухнула на единорога сверху. Первым делом обезвредила его магию, ударив по рогу, — от этих слов Сэнди поморщилась и поёжилась. – А потом прижала к земле. Мне хотелось разделаться с ними быстро, чтобы переключиться на Уотера.

Но не тут-то было! Как бы Ласт не был шокирован, он умудрился лягнуть меня в живот. Думаю, у него это вышло рефлекторно, а я отлетела на добрый десяток метров.

— Ну это уж вообще невозможно…

- Чес слово!

«Н-на помощь!» — прохрипел жеребец, перевернувшись на ноги и пытаясь встать. На его беду неподалеку забил гейзер, и мечущаяся в поисках деревьев Эбигейл не расслышала его.

«Каким бы Уотер ни был преступным гением, он тот еще придурок!» — крикнула она, начиная копать.

— Она кажется грубоватой, не находите? – проговорил Бум.

— Это забавно. Типа, графиня же, хе-хе.

— Я, придя в себя, пошаталась к Ласту. Но тот дотянулся до своей лопаты, и, махнув ею, чуть не зарядил мне по морде. Пришлось отступить, чтобы достать лассо, а он набрал сил и крикнул:

«Помоги мне! Эй! Скорее, эй!»

Когда Эбигейл обернулась, мне казалось, ее удар хватит – так она побледнела. Как мел просто. Я думаю, тогда она колебалась, сбежать или остаться, но, видимо, благородная кровь взяла верх, и она, отчаянно завизжав и подняв лопату, бросилась на меня.

«Я тебе не сдамся!» — верещала она. – «Только не такому монстру как ты!» — И вот как она смела? Преступница, бандитка, грабительница. Фыркнув, я, отпрыгнув от взмахов ее лопат, развернула своё лассо. При себе у меня было только одно, на тот момент.

— Слышу от преступников и плохих пони! Вы – угроза обществу! – так, с достоинством, ответила я, пятясь от нее и начиная размахивать лассо. Тем временем поднимался с земли Ласт, собираясь на подмогу О’Фру.

«Ч-что ты сделала с Датчем? Ты прибила его?! Н-не трогай нас, пообещай, и я готов сдаться!» — он был и впрямь умным пони. Эбигейл бросила на него уничижительный взгляд.

— Я ничего никому не делала такого! Вы все отправитесь за решетку, где вам и место, никчемные грабители! – просто достало, что меня считают совсем пришибленной.

— Действительно, это ж не так.

— Вот-вот. Минуточку…

— Ничего-ничего, продолжайте, пожалуйста.

— Хм. Так или иначе, я вскоре захватила лопату Эбигейл, разоружила затем Ласта, и готова была уже вязать их, когда единорожка просто припустила прочь. Погони всегда раззадоривают, и я припустила за ней, только после того, как привязала Ласта за копыто к дереву, использовав кусок веревки, который завалялся в их сумках.

А потом началась самая опасная погоня на моем веку. Мы бежали меж черных деревьев, под ногами то и дело хлюпал кипяток, пар и туман заволакивали глаза, а по сторонам взрывались вверх гейзеры, обжигая наши бока и спины. Эбигейл, стоит отдать ей должное, была в прекрасной форме, и даже обернулась в процессе погони:

«Ты – не законник! Ты такая же преступница, как я!»

— Чушь собачья! Я защищаю пони! – ответила я между резкими вздохами – что-что, а я была закаленной уже пони, но на тех болотах дышать просто невозможно нормально.

«Нет! Ты жестокая! Ни один законник не творит, что ты делаешь!»

Мы огибали большой гейзер, когда он вдруг прыснул струей вверх. Нас окатило горячим паром, аж голова закружилась.

— А с вами только так! Надо было лучше думать, прежде чем идти в преступники!

Хотя моя логика была беспроигрышной, было обидно от ее слов. Я ведь и впрямь когда-то лишь отлавливала бандитов, но затем, я изменялась, в худшую сторону, и пускай преступность уменьшалась, какой ценой? Здоровьем пони, пусть даже после моих действий часть из них станет хорошими? А кто озлобится, и затаит обиду, что выльется в худшие преступления? До меня это не доходило, пока все не утихло. А в процессе беготни и подавно. Мне кажется, мы вообще носились по кругу там, как минимум, чтобы поболтать.

«И все получат по заслугам, но только не от тебя! Ты и душу выбить можешь! Я лучше брошусь с мольбами к копытам принцессы, чем попаду в твои копыта, чудовище! Отстань от меня, спасите!» — она, думаю, не переставала паниковать с того момента, как завидела меня.

— Ты отправишься в тюрьму, и никак по-другому, как я тебя туда зашвырну! Скольким ты испортила жизнь, преступница?!

«А ты?!» — было мне ответом, и вопросом. Я уже хотела крикнуть «я только помогаю хорошим пони», но в голове промелькнули слова шамана бизонов, о том, что я буду вредить не только плохим пони. Как, казалось бы?..

Бизонам я – ну, с командами — всё же немного, но подгадила, тут стоит быть честными. Но они не пони. Затем, облава на Кэйфула – там пострадало немало законников, хоть и не по моей вине, но, это ведь я раздавала им команды и придумала план действий. Я вела их за собой, и создала команду себе по плечу. Подставила под удар и натравила на убежище преступников. Какое счастье, что я работала одна.

— Ну, кроме того раза?

— Да, о том и речь.

— Потом была поимка Толстого Тыквы. Того пегаса я просто использовала, даже на миг не задумываясь, а потом лишь безучастно закинула в дилижанс – сами, мол, разберутся с ним. Да и сам тот… этот… ну, кого спасала? В общем, его просьбы помощи вызывали лишь раздражение, и я не особо торопилась.

— Ну, это не то чтобы прям… а, ладно, не важно.

— И, в конце концов, Датч. То, что творилось в баре, да и на стройке Додж-Джанкшена… слыхали, небось, что всех рабочих пришлось заменить, так как у каждого была какая-нибудь, да травма? Ну, вот во что мне обошлась поимка одного – только одного преступника, Датча. Ни одного бандита, даже того, связанного, там не поймали. Как оказалось, они смогли-таки сбежать, несмотря на драку с рабочими, и, представляете, на скоро прибывших законников. Моя облава обернулась катастрофой для строящегося городка, и, я думаю… да, это самый большой мой провал. Тогда я об этом не знала, да и преподносят это… Сэнди? – она, усмехнувшись, глянула на погрустневшую единорожку.

— В книге было, что вы героически настигли Датча, а бандиты, побросав пироги и лассо, бежали куда глядят. Да, там было сказано, что сколько-то смелых пони, бросившихся вам на помощь, пострадали в драке с бандитами – но и всего. Мэм, это печально слышать…

— Да, малая. А когда я услышала, меня едва не хватил удар. Это было после тех болот… тьфу, точно, болота. Аргх, все повествование сбила, вот я кляча… — ковпони постучала себя по лбу, вспоминая. – А, да, да, стоп, надо закончить.

— И вот, в какой-то момент, мне повезло – О’Фру споткнулась, взвизгнула, и полетела в грязь. Я прыгнула за ней, и вот уже мы обе бултыхаемся, пихаемся, лягаемся, и все это по уши в горячей грязи, посреди пара.

— Я бы посмотрел на такое.

— Кошмар, сэр.

— Кхм-кхм! Кое-как, с такими-то ляганиями, я все же, уставшая, взмыленная, грязнущая, как не знаю кто, схватила ее, связала, закинула на спину. Наскоро утершись измятой шляпой, поспешила к Ласту. Мало ли, что он мог успеть придумать.

Эбигейл сначала извивалась, как полоумная, у меня на спине, но потом, поняв бессмысленность попыток, обреченно растянулась. А затем и вовсе расплакалась.

— Умолкни, бить не буду, обещаю. – Отчего-то мне стало так нехорошо, она, видимо, подумала… не знаю, даже, чего, что я решу делать с ней. Стоило больших сил не стащить ее, и не заткнуть чем-нибудь.

«Т-тебе я никогда не поверю» — хныкала она.

— А мне что с этого? Просто замолчи. Из-за тебя… да ну тебя.

Мне не хотелось ничего, просто сбагрить их за решетку и… передохнуть, перед забегом за Уотером. Карты были бы мои. Эбигейл вскоре все же утихла, мы шли… ну, я шла, да, почти наобум, но через какое-то время сориентировавшись – в основном по следам и сломанным кустам – вернулись к Ласту.

Чтобы обнаружить… ох. В общем, неподалеку, видимо, был очередной гейзер, и извергнулся он, как раз пока мы гоняли по топям. Несчастный Ласт, с обожженной спиной, трясся, забившись под корни того дерева, где я его привязала, сжимая клочок бумаги в копытах, а все карты, да и вообще, все снаряжение, их и моё, да вся та сопка – тонула в огне. Я не помню, как, я думаю, я тогда отключилась, вытащила Ласта оттуда, бросила вместе с О’Фру на безопасном месте и сама рухнула на землю.

Всё оказалось зря. Поиски Ласта и Эбигейл, эта погоня… да вся моя работа, все эти года, потраченные на поиски Уотера… они потеряли всякий смысл. Что толку допрашивать Ласта или Эбигейл? Уотер уйдет задолго до того, как я приду на сказанное место, а на той бумажке остались лишь малозначимые заметки Уотера. Я тогда понятия не имела, что они значат, да и не задумывалась. Не до того было.

Думала, может, самой, или с законниками, искать убежища бандитов? Эдак сколько лет уйдет! И у Уотера ведь была своя карта – О’Фру не украла ее, лишь по памяти чуть зарисовала, чтобы сверяться. Конечно, были шансы у нее выпытать, но раз они вдвоем найти не смогли, с картой Датча…

В общем, я оказалась совершенно опустошена, и жизнь потеряла всякий смысл. Я легла на землю, не желая что-либо предпринимать дальше. Под боком тряслись два последних именитых, реально на слуху, известных преступников, но самый известный ушел. Я упустила его. Я сделала все что могла, выкладывалась больше, чем на все сто, поставила всё что имела на стол, и проиграла. Это было самым ужасным унижением за всё время моей карьеры.

Перед глазами проносились все пони, и не только. Я слышала ушами, как мне грозит Уотер, как в том поезде, не связываться с ним, слышала мольбы пощады от бандитов, угрозы, крики и вопли, слышала наставления старших законников и слова уважения младших, а когда это стало невыносимым – зажмурилась и заткнула уши, но это мало помогало. Затем вспомнилось пророчество – видимо, это всё и было жаром, сокровищами и пониманием с пергаментом?

Каждая моя облава была успешной, все мои поимки были ловкими и быстрыми, но самая главная даже не состоялась. Все было зря, сама моя жизнь оказалась потрачена на месть, которая не свершилась. Я стала заложником своей судьбы, и поплатилась за это сполна.

А потом я почувствовала шевеление под боком, и нашла силы подняться. Те двое попытались развязаться и свалить. Ну, тогда я уже была подавлена, так что хватило даже такой искры чтобы распалить во мне пожар гнева, куда сильнее, чем полыхал на тех болотах.

Я швырнула Ласта… куда-то, не знаю, и взвилась на дыбы перед Эбигейл, по-моему, с желанием явно недружественным. В чувства меня привел ее вопрос, или, скорее, хрип отчаяния, уж не знаю, как расслышала:

«Зачем?! Ты же обещала?!» — я не могла ответить, потому что ответа не было. Смысла больше для меня не было никакого, даже доставлять их в тюрьму. Отойдя назад, я как могла, отдышалась, притащила обратно Ласта, и, закинув обоих на спину, потопала к ближайшему селению, просто принципа ради. Кажется, там даже не было участка, так что мы еще и вместе, грязные, обожженные, и совершенно разбитые морально, ехали на поезде. Мне было настолько все равно, что за проезд заплатила Эбигейл, у нее осталась при себе, даже во время погони не потеряла, сумочка с мелочью.

Нас шугались как… как... как нас, а шериф, завидев меня, первым делом позвал врачей. Я слышала, как он говорил, мол, раз это я – а меня немало шерифов знало – то бандиты при смерти. Это было вторым ударом после поражения, а третьим, ну, рассказ одного из законников, что произошло в Додж-Джанкшене. После того, я сдала свой значок и год отходила от работы.

* * *

Ковпони, выдохнув, приложилась опять к сидру. Как ни странно, она не выглядела грустной, или подавленной. Нет, на ее морде застыла полуулыбка-полуухмылка, и она будто предвещала грядущий град вопросов. Или чего-то еще.

Вопросы не заставили себя долго ждать – поднялся гвалт, пони зашумели, перебивая друг друга:

— Чушь, мало того, что половина всего на том болоте просто не могла произойти, так и карты какие-то приплели, чуть ли не любовную историю, какие-то голоса в голове! Чушь! – вскричал Олдер Пэар.

— Не может быть, вы не могли бросить поиски, вы почти добрались до Уотера, как же так? – совсем огорчилась Сэнди.

Миддэй провел передними копытами по морде, потер ее, а затем, сложив их перед собой, сказал. – Что, вендиго возьми, ты такое несёшь? Почему огонь добрался до карт как раз тогда, когда вы убежали? И почему Ласта он не затронул? И как вы так успели вернуться, таща на себе Эбигейл, и потом и его вытащить, и все успеть? И даже затем – на поезд? Какие вообще поселения рядом с болотом? – затараторил он под конец.

— Мэм, что насчет прочих бандитов? Преступность, конечно, значительно упала, и прочие законники никуда не делись, но неужто вы просто отбросите весь накопленный опыт? А как же защита пони? – Кьюти колебалась рядом со стойкой, решая, просить еще сидра, или уже точно всё.

Только Глэсс и Бум молчали. Первая грустно качала головой, думая о своём, а второй нервно разглаживал усы, косясь на повеселевшую Дасти.

— Ладно-ладно вам! Тише, угомонитесь. Хе-хе, думайте, как хотите, я говорила, как было. Да, Сэнди, я была ближе всех к Уотеру. И затем, всё время, пока ушла в тень, искала ответ на другой вопрос, оказавшийся таким простым – куда девался Уотер? – Дасти ухмыльнулась и положила на стол передние копыта.

— Уйдя с поста законника, меня первое время хоть и грызла совесть, муки содеянного, призраки прошлого, штормило не по-детски, но также не оставляло и кое-что еще, вдруг так странно совпавшее.

— Уотер чаще всего грабил поезда, дилижансы, любой транспорт, и быстро скрывался, уходя далеко на неисследованные земли. Он знал все тайные и удобные тропы, раз спрятал награбленное аж на огненном болоте, но  также имел и уйму убежищ по окрестным землям. Он сам разведал несколько хороших мест, превратил их в свои убежища, мог быстро перемещаться меж них, но этого ему было недостаточно.

— В какой-то момент, он вдруг почти прекращает разбой, а затем ползут слухи, что он и вовсе уходит на покой. Как раз это началось… чуть больше трёх лет назад.

— Уотер никуда не исчезал. У него была своя мечта, идея, воплощать которую он решил после долгих лет грабежей. Помимо тяги к воровству и прочим преступлениям и плохим вещам, он имел тягу к созданию нового. Он решил основать город, и укрыться там, доживать дни спокойно и тихо. Ну, основать бы ему спокойно не дали, так что он стал инвестором. Поэтому он последние годы был тише воды ниже травы, а потом просто пропал. Ему наскучил разбой, и оставалось лишь подчистить хвосты.

— Датч, к примеру. Недаром их обоих видели перед той моей катастрофой в городе. Уотер не мог позволить, чтобы он купил бар, поэтому законники, по наводке, пришли как раз, когда ушла я, пусть толку от них не было в тот раз. Ласт украл его карту, чтобы он не смог воспользоваться сокровищами. Если бы я не достала его с Эбигейл – кто знает, продолжилась бы стройка Додж-Джанкшена на украденные биты?

— А ведь Ласт сохранил, прижав копытами к груди, часть клочков бумаг. Забавно, что заметки значили расположение будущих зданий здесь. Они кстати уже построены.

— Но я не была уверена. Были шансы, что это очередной его обман, отвод глаз, что угодно. Мне не оставалось ничего, кроме как проверить лично. Из того, что я помнила, было, что Уотер мог любить сидр, но тут я тыкнула копытом в небо, повезёт ли мне.

В баре воцарилась оглушительная тишина, а Дасти достала из сумки рваную, обожженную бумажку, развернула и, усмехнувшись, зачитала:

— Башню западнее мэрии, так… о, а чтоб бар был, кстати, между мэрией и башней, между прочим, так сейчас и есть, не замечали?

— Вздор, он не оставлял таких пометок. Это явная фальшивка. – Пробурчал Бум, нахмурившись. – Лучше покиньте бар, пока вас не выпнули. Вы и впрямь просто подвыпившая лгунья.

— Забавно, – проговорила Дасти, разворачивая бумажку к Уотеру и прочим пони. Они смотрели на кусок карты, обозначавший часть огненных болот, и в самом лишь уголке виднелись квадратики-домики какого-то города. И ни единой буквы. – Ведь так и есть на самом деле, Бум. Или, мне стоит звать тебя Инсидиос Уотер?

Пегас вздрогнул всем телом. – Н-нет! Нет, я не Уотер!

— Не может того быть. – Пэар покосился на свою кружку, потом на Уотера, потом на Дасти.

Сэнди, пискнув, вскочила со стула и отпрыгнула в сторону. Кьюти и Миддэй тоже вскочили со своих мест, шокированно глядя то на ковпони, то на пегаса.

— Как это может быть? – просто спросила Глэсс, видимо, решая, не то звать шерифа, не то доставать лассо на такие случаи.

— Может. Мне повезло, наконец-то. – Сказала Дасти, вставая с места, улыбаясь во весь рот и не отрывая глаз от пегаса. Вскочил и Уотер, уронив свой стул. – Ты, Уотер, никогда не отличался умением держать язык за зубами. За всё время тут, ты помог мне рассказать – а где-то и поправлял – что я могла бы остановиться на второй-третьей истории. Кроме тебя, никто не мог знать таких подробностей. Я нашла тебя, Уотер.

Уотер не ответил, испуганно пятясь назад, пока Дасти, не спеша, двигалась к нему.

— Мисс! Прошу, успокойтесь! Глэсс, что стоишь, беги за шерифом! – закричала Кьюти.

— Не стоит, я быстро. – Чуть ли не промурлыкала Дасти, с грохотом отбрасывая в сторону упавший стул. Уотеру было уже некуда особо пятиться – ковпони зажимала его в угол. – Я искала тебя одиннадцать лет, и у меня получилось. Я победила, Уотер.

— Постой! Я-я раскаялся! Исправился! Всё что не потратил на город, я раздал! – Уотер отчаянно метался в уголке, но деваться ему было некуда.

Кьюти схватила напуганную Сэнди, и обняла, чтобы та не видела возможной расправы. Миддэй схватил дрожащими копытами стул:

— Мисс, я абсолютно уверен что не позволю вам тут что-то такое сотворить! П-пожалуйста, лучше давайте его в клетку! Вы явно нетрезвы, без обид! Я даже заплачу за вас!

— О-о-о нет, Миддэй, не стоит. Я совершенно в здравом уме и бодром духе! – Улыбка Дасти постепенно превращалась в оскал, и, когда она-таки добралась до сжавшегося в углу пегаса, вовсе исчезла. – Молись Селестии, Уотер.

Уотер судорожно вздохнул и поднял копыта, защищаясь. – Мне жаль! Мне ужасно жаль! Я был плохим пони, но я исправил что мог! Я всё раздал, клянусь! Я до гроба буду работать! Во благо пони, прошу!

Ковпони, видимо, это мало убедило – она схватила его за шиворот, повалила на пол и придавила грудь копытом. Кьюти взвизгнула, Миддэй уронил стул (хотя тут же схватил обратно) а Пэар перепрыгнул барную стойку и затих там.

— В том поезде… — прорычала Дасти, наклонившись к самой морде Уотера. – Ты собственнокопытно убил одну пони, ну, и вот теперь она тут. Я… я потеряла всю жизнь из-за тебя. Я потеряла свою подругу! – Она вдруг замолкла, и подняла взгляд на напрягшуюся Глэсс. – Впрочем, сегодня просто мой день. Помимо тебя я нашла и ее.

— Что? – Барпони хлопала глазами. – Не может быть…

— Я искала тебя тоже, Глэсс. Просто… аргх, в Ванхувере о тебе было ни слуху, и я скоро оказалась поглощена поимкой преступников. Прости меня, Глэсс. – Пока барпони не верила своим ушам, Дасти обернулась к Уотеру. – Так вот. Я потеряла себя, с каждым днем превращаясь в… самую плохую пони, худшую из всех. Одержимую местью тебе, Уотер. Тебе не превзойти меня, трижды ты пойди ограбь банк Кантерлота. Из-за тебя я стала чудовищем! – Она с силой оттолкнула его, бросив на пол, и, полными гнева и слез глазами, смотрела, как он пытался подняться.

— Я всё раздал… — повторил Уотер дрожащим голосом. – Я помог кому мог, из бывших преступников, не плохих пони, нет, в нормальную жизнь войти, я исправился, я клянусь!

— Что мне с этого? Но сидя тут, я ведь тебя сразу узнала, меня не покидала мысль… одна такая мысль, забавная… — она мельком оглядела пони в баре. – Если… если я по справедливости отомщу… я ведь готова, веришь? Но если так, как исправиться мне?.. – Наконец, ковпони шмыгнула носом, и, сгорбившись, опять скрыла морду под полами шляпы.

— Дэй, это правда ты? – тихо спросила Глэсс.

— Нет, Глэсс, я умерла в поезде. Зато появилась Дасти Кейк. Худшая из пони. Н-но, возможно, даже у нее есть какие-то шансы на исправление? – она подняла глаза, по щекам текли ручейки слёз. – Проваливай, Уотер. Знание, понимание чего ты наделал, надеюсь, будет преследовать тебя до конца. Помни, что ты сотворил с одной пони.

Уотер, кое-как поднявшись, поковылял к выходу. – Я не забуду. Я не могу это исправить, но я не забуду. Это меньшее, что я теперь могу сделать.

Кьюти и Миддэй, хотя и стояли шокированные, и в напряжении, проводили Уотера презрительными взглядами. Глэсс же не отрываясь смотрела на Дэй Сёрч, уже просто севшую на пол и роняющую на старые доски слёзы.

— Селестия свидетель, я все силы приложила для этого. – Прошептала она, снимая шляпу. Глэсс, перемахнув через стойку, кинулась к ней и заключила в объятия.

Все облегченно выдохнули – ничего страшного не произошло. Олдер Пэар вылез из-под стойки, вооруженный бутылкой:

— А ну давай, нападай, негодяй! Ух я тебя… где он?

— Он ушел. Дасти… Ну, видимо, Дэй, его отпустила. – Сообщила Кьюти, отпуская Сэнди. Кобылка выглядела помятой, но она тут же кинулась к ковпони и барпони.

— Вот те на. Эм, мисс, видимо, мне стоит принести извинения и взять слова обратно! Это… ну, всё это, является лучшим доказательством! – крикнул тёмно-жёлтый пони Дэй, неловко перелезая через стойку.

Ковпони махнула копытом, отстранилась от Глэсс и утерла морду рукавом. – Благодарю, но стоит признать – чего-то и впрямь было не совсем так. Надо было оставить возможности для… исправления со стороны. – Потом она посмотрела на Глэсс. – Я рада, что у тебя всё хорошо здесь. Даже насчет этого я не буду волноваться.

— Дэй… — начала было та, но ковпони перебила её.

— Нет никакой Дэй! С того крушения, ее просто больше нет! И… — Но тут уже перебила барпони, строго покачав головой.

— Нет. Может быть, в бар и зашла незнакомая мне законница, героиня романов и охотница на преступников. Но сейчас я вижу перед собой свою давнюю подругу. Только Дэй могла бы найти силы простить Уотера. – Она положила копыто на плечо снова всхлипнувшей Дэй и потрепала ее. – Ты молодец.

— Мисс, это было лягать его трижды как невероятно! – проговорила Сэнди, всё же держась немного в стороне. – Я извиняюсь, но просто не могу описать по-другому! Прошу, пусть это будет в новом романе!

— Не знаю, малышка, не думаю, что еще кто-то захочет писать о пропавшей из виду ковпони. – Дасти, вдохнув и выдохнув, пришла в себя и поднялась с пола. – Но, знаешь… Глэсс, твои слова меня образумили. Пожалуй, ты права. Надо наверстывать упущенное. Может, ковпони Дасти больше нет, но что ей помешает переквалифицироваться в сыщика?

— Йей! – вскрикнула Сэнди, пару раз прыгнув на месте. – Нашему шерифу как раз не хватает копыт! Строго говоря, он вообще тут один работает. У нас тута мало кого пока, в целом…

— Серьезно? – Дэй оглянулась на Кьюти и Миддэя.

— Да, мэм. Вам явно стоит попробовать, говорят, хобби – а для вас так и вообще новая работа – помогает с, ну, всякими такими душевными проблемами! – заявил Миддэй, ставя стулья на места. – Извините, уже десять девятого, мне пора давно. Спасибо за истории, кстати, мне лично понравились. Но я всё равно не во всё что там было верю! Успехов вам, мисс Дэй. – И жеребец покинул бар.

— Да, мисс, это прекрасная идея! Но я настоятельно рекомендую реже посещать бар, вы выхлебали… — Кьюти забежала за стойку, цокнула языком и вышла обратно. – Должны будете, я думаю.

Дэй засмеялась на это. – За все мои награды, премии да пожизненные пенсии с прошлой работы я этот бар купить бы могла. Не переживай, милашка, не видишь, я вообще-то крепко стою на ногах! И, вот ведь, мне так и не дали рассказать, как я перепила Пьяного Скотча.

— Да и не надо, мисс! – излишне рьяно выкрикнула покрасневшая Сэнди. – Я-то уж точно верю!

— То есть, подожди, ты остаешься? – спросила Глэсс, направляясь обратно к барной стойке.

— Видимо да. Не хочу больше бесцельно скитаться и искать глубинный смысл полторы бумажки и строящегося городка. Я останусь в Додж-Джанкшене.

— Эх, эт вы хорошо придумали. А я вот буду вынужден вскоре прощаться с вами – с сынком, Грандом звать – думаю до Понивилля ехать. Там будет проще с грушами и вареньем, хотя, ох, конкуренцию ожидаю, слышал кое-что кое-где. – Пэар потянулся, хрустя костями. – Доехать б только в здравии… Ну да ладно. Тоже благодарствую, но время и впрямь позднее. Счастливо оставаться!

Олдер Пэар тоже покинул «Сидровую кружку». Оставшиеся там пони принялись приводить заведение в порядок, пока и Сэнди не побежала домой, веселая и счастливая от всего услышанного и пережитого.

Кьюти, закончив уборку, также не задержалась, лишь напомнила Глэсс, что вернётся к ночи – бар не пустует допоздна, обычно.

И барпони с ковпони остались одни.

— Порой я не верю, что прошла через всё это. – Сказала Дэй, глядя в окно бара, на заходящее солнце и розовый закат, превращающий каньоны в горы розовато-оранжевого, будто мягкого, теста. – И, да, я б не поверила, расскажи кто подобное.

— А я тебе поверила сразу. – С улыбкой ответила Глэсс. – Я бы и узнала тебя, не будь ты такой супер-скрытной и таинственной.

Дэй рассмеялась на это. – А я узнала тебя! Вот с порога!.. Я думаю, это и придало мне сил. Я скучала, действительно.

— Я тоже, я тоже. Не боишься, что Уотер возьмется за старое?

— Уотера тоже больше нет. Теперь есть Бум, и он знает – раз я нашла его сейчас, найду в любом случае.

- Ловко. – Глэсс вытащила из-за стойки бутылку сидра и, махнув Дэй, покинула бар. Вместе, двум пони, после такой долгой разлуки, предстоит многое наверстать. Но это совсем другая, спокойная и тихая история без погонь, драк, преступников и сокровищ.

Дэй, в перерывах между размеренной работой сыщиком, напишет мемуары, разлетевшиеся как пирожки, и по которым затем получится еще больше сомнительных бульварных романов о ковпони. Примирившись с прошлым, оправившись от душевных травм, она благополучно останется в Додж-Джанкшене.

Глэсс мало-помалу станет мэром, а вишневые рощи – достоянием города. Дела у нее будут идти в гору, и былые потрясения затеряются в ее памяти.

Миддэй в конце концов сойдется с Кьюти, вместе они проживут долгую и счастливую жизнь.

Олдер Пэар не доедет до Понивилля, но его сын продолжит дело отца уже там.

Про Бума – вернее, Уотера – больше никто ничего не слышал. Кто-то считает, он стал отшельником на огненных болотах. Кто-то – что улетел в горы. Никто не знает. Я думаю, он затерялся в больших городах, пытаясь искупить ошибки.

Что до Сэнди… а что я? Я передаю, как всё слышала сама, точь-в-точь, уж мне верить можете. Я еще немало бывала у мисс Дэй, и многое ещё слышала. Но, хах, начни я рассказывать, до завтра просидим. Лучше, почитайте книжку-другую… а, каково? Бестселлер! То ли еще будет, лягать их, извиняюсь за язык.

Тут, собственно, кончается история отважной Дасти Кейк, ковпони, охотницы за преступниками, и простой пони, когда-то потерявшей саму себя, но нашедшей силы себя же вернуть. Ох, но, я же вижу. Знаете что? Давайте еще по кружечке этого чудесного сидра, кроме как здесь, нигде такой не найдёте. Даже в Рок Бите. За ваш счёт, ха-ха, что скажете?

Конец.