# Кровь в вине

Беляш

Медсестра Рэдхарт ожидает спокойный вечер с бокальчиком на диване, но к ней наведывается старая знакомая, которой нужна неотложная помощь.

Trigger warning: кровушка и пара графичных описаний.

Довольно старый фанфик, найденный в заметках воскрешённого телефона и значительно доработанный (написан около 2018 года — мне тогда очень нравился пейринг Дэринг Ду/Рэдхарт).

## Кровь в вине

Медсестра Рэдхарт тяжело вздохнула, когда её копыта наконец пересекли порог дома. Она едва передвигалась, ощущая усталость в каждой мышце. Несколько часов с врачом в операционной, куча проверок давления и температуры, отчёты, отчёты, отчёты... Гудящие ноги. Кобылка хотела только одного — спокойного вечера в своём доме.

Сбросив сумку в прихожей, она первым делом распустила волосы. Нежно-розовая грива, изогнутая из-за долгой причёски, ниспала на её спину.

Интерьер был скромным, но уютным: мягкая ковровая плитка, тёплые цвета обоев, уютный диван со столиком в гостиной напротив камина. Рэдхарт побрела на кухню, которая была украшена картинами розового многоколосника и уютными настенными светильниками.

Рэдхарт достала бутылку из мини-бара. Лёгкий пар вился вслед за охлаждённым стеклом, и совсем скоро на поверхности бутылки конденсировались капельки. Сняв фольгу и постучав о донышко бутылки копытом, кобылка вытащила пробку и ощутила слабый, но привлекательный фруктовый аромат.

Рэдхарт наполнила бокал вином бледно-рубинового цвета. Он был отправлен на кофейный столик в гостиную, после чего кобылка небрежно нарезала кусок сыра, поставила тарелку туда же и упала на диван. На больший ужин ей не хватало ни моральных, ни физических сил.

Рэдхарт вздохнула. Её нежно-розовая грива свободно струилась по декоративным подушкам. Тихий треск камина и расслабляющий напиток позволяли ей ненадолго забыться.

Однако стоило ей сделать первый глоток, как раздался удар в дверь. Её ушки рефлекторно повернулись в сторону неожиданного звука. Кобылка приподнялась и замерла, вслушиваясь. Спустя несколько секунд удар повторился.

— Рэд? — донёсся едва уловимый голос.

Рэдхарт, нахмурившись, поставила бокал на столик, спустилась с дивана и протрусила до входа. Кобылка приосанилась и, сняв цепочку с двери, приоткрыла её.

— Сестра Рэдхарт. Что у вас стряслось? — произнесла она на автомате первое приветствие, пришедшее в голову.

На мгновение Рэдхарт замешкалась, потому что ожидала, что визитёр будет стоять с ней вровень. Пони же стояла на полусогнутых ногах, пригнувшись так, будто ей на спину сложили несколько ящиков документации. Мордочку скрывали полы пробкового шлема. Облачная ночь не позволяла достаточно хорошо рассмотреть фигуру, но это была пегаска: левое крыло было раскрытым и безвольно лежало на земле.

Незваная пони с усилием подняла голову, и свет упал на её горчичного цвета мордочку. Полные надежды и торжества глаза уставились на Рэдхарт, а рот растянулся в неловкой улыбке. От губы по подбородку тянулась бороздка запёкшейся крови.

— Привет, Рэд.

— Дэринг?! — Рэдхарт выскочила за дверной проём, к пегаске. — Что случилось? Ты выглядишь...

— Нужна твоя помощь, — выдавила из себя Дэринг Ду.

Рэдхарт попыталась подхватить её копытом под грудью, чтобы приподнять, но пегаска дёрнулась и жалобно застонала, стоило лишь притронуться к её рёбрам. Тогда Рэдхарт поднырнула под её правое крыло. Дэринг обхватила крылом спину кобылки, и, оперевшись на неё, стала переставлять копыта. Вместе они прошли в дом.

— Что случилось? — повторила Рэдхарт настойчиво, сопровождая Дэринг до дивана и перебирая в голове варианты действий. Пегаска дышала тяжело и шумно.

— Враги, — коротко ответила Дэринг. — Нужно слегка залатать, ты это умеешь... Я в полном порядке...

На этих словах её повело в сторону, ноги подкосились. Рэдхарт тут же подхватила её шею, чтобы пегаска не ударилась головой при падении. Они задели кофейный столик, и бокал с вином опрокинулся на ковёр.

— Дэринг? Твою ж...

Рэдхарт заметила смазанный след из крови, тянувшийся за ними от самого крыльца, и уложила Дэринг на пол. Она сняла с пони шляпу, открыв комнатному освещению взмокший лоб с прилипшими прядями гривы. Проверила пульс.

— Дэринг, — Рэдхарт взяла её за щёки. — Посмотри на меня. Я здесь, слышишь? Дэринг? Всё хорошо. Посмотри на меня.

Взгляд Дэринг Ду вяло блуждал, пока не встретился со взглядом Рэдхарт.

— Всё хорошо, — повторила медсестра и подскочила. Она набрала стакан воды и размешала в нём кубик сахара, после чего приподняла голову Дэринг над полом и дала ей попить. Дэринг жадно глотала воду, но опустошить весь стакан Рэдхарт ей пока не позволила.

— Я тебя осмотрю. Станет хуже — дай знак.

Дэринг кивнула:

— Я так скучала по тебе, Рэд...

— Тише, тише. Всё хорошо.

Земная пони схватила крупные ножницы с ближайшей полки и стала беспощадно разрезать пропитанную кровью рубашку, чтобы быстрее избавить пегаску от одежды.

На левом боку — там, где не двигалось крыло — зияла длинная рана. Была серьёзно повреждена грудная мышца; вероятно, после этого Дэринг пыталась взлететь, и это лишь усугубило травму. Дэринг пискнула, когда Рэдхарт убрала оттуда ткань.

— Прости, прости, — забормотала Рэдхарт, — надо было предупредить.

Пони вскочила и достала из шкафа пару чистых полотенец. Скомкав их, одно она положила Дэринг под голову, а другое прижала к боку пегаски.

— Зажми, — скомандовала она. — Слышишь? Мне нужно взять аптечку.

Пациенты никогда не приходили к Рэдхарт домой, и хотя её домашняя аптечка была внушительного размера и регулярно обновлялась, подходящего оборудования для настолько экстренных ситуаций там было мало.

Рэдхарт приземлилась на пол около Дэринг, быстро собрала свою гриву в конский хвост, взяла в зубы фонарик, нацепила на передние копыта перчатки и, убрав полотенце, склонилась над раной.

— Сейчас будет немножко больно. Постарайся не дёргаться. Не дёргаться, хорошо?

Рэдхарт слегка раздвинула края раны, чтобы оценить её глубину. Дэринг зажмурилась, но не шевельнулась. Проглядывалась кость, но внутренние органы не были задеты.

— Всё хорошо, Дэринг. Нужно её промыть. Ты доберёшься до ванной?

Дэринг повременила, но кивнула. Рэдхарт снова зажала её бок полотенцем.

— Перевернись на живот. Через правую сторону. Медленно.

Рэдхарт помогла ей перевернуться и встать на копыта, после чего снова перекинула её крыло через свою спину.

— Как прошёл твой день? — тихо спросила Дэринг. Вопрос был настолько внезапен и неуместен, что медсестре понадобился весь её профессионализм, чтобы не ответить ничего резкого, и вся концентрация, чтобы быстро переключить мозг на другую тему.

— Как обычно, — сдержанно ответила Рэдхарт. — Пони с бытовыми травмами, бесконечный поток бабуль с жалобами на суставы, тупые бумаги. Куда интереснее узнать, что произошло у тебя.

Они зашли в ванную. Рэдхарт сняла душ с крепления, включила горячую воду и полила ею прохладный пол душевой кабины, после чего усадила туда Дэринг и принялась смывать кровь и грязь с её шёрстки. Дэринг сонно покачивалась, но её дыхание стало выравниваться.

— Тут, в Вечнодиком, есть полуразрушенная арка Истлих, — начала бормотать Дэринг, — а под ней — лабиринт из пещер... По преданию, там древняя сокровищница бэтпони, которые присягнули... Агх...

— Всё хорошо, — Рэдхарт промывала проточной водой рану и попутно разглядывала её в поисках инородных предметов. — Продолжай. Постарайся не останавливаться.

Рэдхарт нужно было, чтобы Дэринг продолжала говорить. Это отвлекало её от боли и позволяло проследить, не теряет ли она сознание.

— Проблема в том, — Дэринг продолжила, — что в этот раз я не справилась. Рэннон Фольк опустошила пещеры раньше меня... Оставила там засаду, чтобы мне отомстить. Я никогда не встречала таких жестоких пони.

Рэдхарт на секунду замерла. Иной заметил бы, как на её лбу пульсировала жилка, но голос её оставался невозмутимым.

— Кто такая Рэннон? Я думала, что зуб на тебя только у Кабаллерона.

— Мы с Кабаллероном давно не враждуем, — проговорила Дэринг. — То есть, мы соперничаем, конечно... Я во многом с ним не согласна. Но теперь я шлю ему свои черновики, а он приглашает меня на кофе. Он стал редко появляться в книгах, читатели недовольны... Но читатели всегда чем-то недовольны. А Рэннон — молодая, с севера. Там другие нравы...

Рэдхарт выключила воду и принялась вытирать шёрстку Дэринг, в то время как та прислонилась головой к прохладной стене душевой кабины.

— Ты не против, если я здесь и прилягу? — попросила Дэринг.

— Нет, сейчас мы тебя определим на диван, — отчеканила Рэдхарт, протирая ноги подруги.

— Не хочу залить кровищей твой диван.

— Закажу химчистку в "Перьях и софах"... Всё, не думай об этом. Теперь поднимаемся. Раз, два... Три.

Дэринг охнула, когда Рэдхарт потянула её вверх. Земнопони проследила, чтобы пегаска не поскользнулась на кафеле, и осторожно повела её обратно в гостиную.

— Как давно это произошло? — спросила Рэдхарт.

— Не знаю. Ещё было светло, — вяло ответила Дэринг. — Я бы выбралась оттуда без травм, я же Дэринг Ду... Но, кажется, возраст берёт своё.

— И ты пробралась через Вечнодикий в таком состоянии? — Рэдхарт приподняла бровь. Даже хорошо подготовленные пони не всегда оттуда возвращались.

Пегаска ухмыльнулась и повторила:

— Я же Дэринг Ду. Но дальше твоего дома, наверное, не доползла бы.

В этот раз они с Дэринг не задели кофейный столик. Рэдхарт взвалила кобылку на диван и, за неимением других средств, стала стягивать края её раны тонкими кусочками медицинского скотча. Дэринг морщилась от каждого её движения, но старалась не издавать звуков.

— Всё хорошо... Всё хорошо, — приговаривала медсестра. — Какие ещё есть травмы?

— Больно вдыхать, — ответила Дэринг. — Вмазали под грудь. Наверное, что-то с ребром. А остальное так, по мелочи... Я в порядке, нужно лишь ночку отлежаться, если ты не против.

— Так, слушай меня внимательно, — сказала Рэдхарт, закрывая стянутую скотчем рану сложенным в несколько раз бинтом. — Ты истощена и потеряла очень много крови. Я сейчас отправлю сигнал; через полчаса приедет Гейл, и мы доставим тебя в понивилльскую больницу.

— Нет! — Дэринг запротестовала. — Твой Хорс растреплет Свитхарт, Свитхарт расскажет своей тёте, и потом вся Эквестрия будет знать, что А.К.Йирлинг здесь. Рэннон сложит два и два, и вы все пострадаете...

— Тише, — Рэдхарт приложила копыто к горячему лбу Дэринг. — Есть такая вещь, как врачебная тайна. Никто не узнает, что ты в Понивилле. Это во-первых... Во-вторых, требуется хирургическое вмешательство.

— Рэд, ты ведь и не такое зашивала...

— Дэринг, послушай, — голос Рэдхарт впервые за время встречи дрогнул. — Я завязала. Я больше не полевой доктор Рэд Форчен из твоего романа. Я простая медсестра. У меня нет оборудования, у меня нет банального права этим заниматься. А нам с тобой уже не шестнадцать лет, когда всё заживает как на собаке. Будет чудо, если ты вообще сможешь летать!

Дэринг хмыкнула.

— Рэд Форчен ты или Рэдхарт, ты всё ещё моя милая Рэд... которая никогда не боялась рискнуть.

Рэдхарт отпрянула. Дэринг непонимающе посмотрела на неё.

Медсестра прижала уши и стала нервно расхаживать у кофейного столика, не замечая, как разносит по ковровой плитке пятна разлитого вина и крови, в которые наступила.

— Ты, — произнесла она, — заявляешься на мой порог посреди ночи. Полуживая. Спустя четыре года после последнего письма. И всё, что я о тебе узнавала за это время, я узнавала из твоих идиотских книг. Я нашла работу, живу относительно спокойной жизнью, пока ты мотаешься по Эквестрии, наживаешь новых врагов, о которых я даже не слышала, и каждый день рискуешь своей жизнью. А ради чего? Ради очередной главы?

Рэдхарт открыла застеклённый шкаф и взяла с одной из верхних полок красный кристалл, который замигал в её окровавленных копытах.

— Ты сумасшедшая, — продолжила Рэдхарт. — Находчивая, талантливая, но сумасшедшая. Твой авантюризм, твоя зависимость от адреналина и славы тебя погубят. Ты не становишься моложе, твои шрамы никуда не пропадают. Пора прекратить шкериться по разным городам, влезать в неприятности, строить из себя героиню-одиночку. Ты была на волоске от смерти. Не в приключенческом, не в экстремальном смысле; ты буквально едва дышишь. Чувствуешь ведь разницу?

Рэдхарт шмыгнула носом, затем заметила свои испачканные копыта и ушла их сполоснуть. Вернувшись, медсестра нацепила чистые перчатки и достала бинты.

— Нужно зафиксировать твоё крыло и рану. Гейл скоро будет. Я поеду с тобой.

Дэринг издала стон, когда Рэдхарт приподняла её, и медсестра тут же смутилась, поняв, что движение было чересчур резким.

— Прости.

— Лучше уж... я извинюсь, — слегка улыбнулась Дэринг. — Прости, что испортила твой вечер. Ты права — теперь я не скоро смогу вернуться к приключениям.

— Я сорвалась, — пробормотала Рэдхарт, обматывая бинт вокруг груди и левого крыла Дэринг. — Не должна была на тебе это вываливать. Врачи не должны нагружать пациентов лишним. Сейчас тебе нужно расслабиться.

— Я всё-таки не пациент, скорее друг, причём весьма дерьмовый, — отметила Дэринг и чмокнула склонившуюся над ней Рэдхарт в лоб, что ввело кобылку в ступор. — Я знала, что ты не захочешь возвращаться к старым делам, поэтому старалась тебя не втягивать... Но в последнее время одной всё тяжелее. Считай, что я тоже сорвалась. По-своему.

Рэдхарт смотрела Дэринг прямо в глаза, впервые за несколько лет. Под пеленой усталости и мучений было трудно разглядеть раскаяние, и медсестре до боли хотелось высказать всё, что накопилось за это время. Однако долг есть долг. Дэринг явно плохо соображала, и последнее, что ей было нужно — это обиды и нравоучения.

— Мы обсудим это, когда ты пойдёшь на поправку, — сказала Рэдхарт, вернувшись в свой строгий и бдительный "режим медсестры." — Сейчас тебе нужен покой. Ты больше не в чаще, и Рэннон тебя здесь не настигнет.

— Я это отлично знаю, — произнесла Дэринг, откидываясь на подушку. Рэдхарт хмыкнула, затем прикрыла подругу пледом и принесла ещё воды. Дэринг мельком оглянула пол, пока пила:

— Когда ты закажешь химчистку, они решат, что здесь кого-то убили.

— Хах, напиши об этом, — Рэдхарт села на край дивана и зевнула.

— Возьму и напишу. Фанаты будут счастливы возвращению легендарной Рэд Форчен.

— Это будет история о убийстве, или всё-таки о героическом спасении?

— Это будет история о том, как Дэринг Ду ворвалась к ней в дом и испортила ремонт, — произнесла Дэринг с закрытыми глазами. — Но, признаюсь... алый пикантно сочетается с твоими нежными пастельными локонами.

Рэдхарт зарделась, запустив копыто себе в гриву. Она постаралась сконцентрировать на мысли, что кобылка рядом с ней была в оглушённом состоянии и, более того, являлась писателем.

— Посмотрим. Если химчистка не поможет, то я попрошу перетянуть диван красной тканью.