# Моя классная Дерпи: дружба это любовь

Mordaneus

Бывает, что совпадение интересов разнополых друзей приводит к замечательному результату!

По традиции, повествование от второго лица переведено в повествование от первого лица.

## Глава единственная

В Понивиль меня занесло почти год назад. Вот так просто взял и свалился с неба, а как это произошло — никто до сих пор не понимает. Без травм не обошлось, но зато и не насмерть. Местные жители, мелкие разноцветные лошадки с самоназванием «пони», поначалу опасались меня, но когда убедились, что я не кусаюсь, приняли как своего. Я даже друзьями обзавёлся. Среди них затесалась и странная пегаска по имени Дерпи, которая работает на местной почте.

С ней у меня вообще отдельная история получилась.

Дома тут стоят удивительно дёшево, поэтому на собственную крышу над головой я накопил быстро. Ну а почему нет? Повезло найти вполне выгодную, хорошо оплачиваемую работу в местной ратуше. Мадам Мэр — весьма требовательная начальница, но после работы помощником адвоката на Земле местная бюрократия казалась мне практически игрушечной.

До тех же пор, пока я не обзавёлся личным домом, приходилось снимать комнату. У той самой Дерпи. Как-то вышло, что именно серая пегаска отнеслась ко мне с искренней, бескорыстной добротой и сочувствием. Остальные пони не то чтобы относились ко мне плохо — нет, просто они немного сторонились. А Дерпи взяла и сдала мне комнату всего за пятьдесят местных монет в неделю, что было заметно меньше, чем хотели все остальные. Я съехал от неё всего неделю как, и уже скучаю. Конечно, мы пересекаемся по вечерам, но это совсем не то же самое.

Сегодня утром я проснулся… и почти сразу застонал от раздражения, стоило мне кое-что осознать. Казалось бы, нормальное дело — «утренний стояк». Вот только беда в том, что я вполне здоровый парень, с вполне здоровыми потребностями, но уже больше года в моей постели не было нипони… то есть, ни одной женщины, разумеется! А у этих лошадок даже порнографии практически нет! По всем параметрам я нормальный местный горожанин, но вот ходить наперевес с «дубом»…

Сегодня был выходной, поэтому я благополучно провалялся в кровати чуть ли не до полудня и уже через какой-то час собирался встретиться с Дерпи, зайти в местную кафешку, чтобы вместе пообедать — и тут такая проблема!

Ещё раз застонав, я сунул руку в трусы и принялся мастурбировать. Ну да, как все со счастливых подростковых лет умеют. И здесь пришлось вернуться к этой привычке; вот только чем дальше, тем меньше от неё удовольствия. Вроде как зубы почистить. А сейчас мне надо управиться с утренней проблемой побыстрее: я собираюсь гулять с Дерпи, а не отвлекаться на лишь чуточку прикрытые хвостиками пушистые попки проходящих мимо кобыл.

Ну да, на Земле бы я уже записал себя в извращенцы, но здесь моё влечение достаточно быстро переключилось на местных красоток. Пони вообще достаточно милые существа, а уж кобылки… И нравы, во всех смыслах, тут куда проще, дружелюбнее, чем в моих родных краях. Так что, при некоторых раздумьях, я не отказался бы поухаживать за какой-нибудь пони, но докуда простирается эта самая простота нравов? Возможно, я не понимаю чего-то важного?

Очень не хотелось бы прослыть здесь, в Эквестрии, похотливым извращенцем. Тем более — в маленьком городке, где от такой сомнительной славы вовек не отмыться.

В общем, в качестве временного решения подойдёт и правая рука, а на перспективу подумаю как-нибудь потом.

И в этот момент в дверь громко постучали. Зарычав от разочарования, я вскочил и поковылял открывать, на ходу заправляя причиндалы в трусы. А в следующую секунду моё разочарование само собой исчезло при виде знакомой, покрытой серой шёрсткой фигурки на пороге. Дерпи.

Каждый раз, когда я вижу эту неуклюжую, но такую жизнерадостную пегаску, моё настроение резко улучшается. Так что я отложил самоудовлетворение до следующего похода в туалет и улыбнулся гостье.

— Привет, Дерпи! Пришла меня проведать?

— Здравствуй, Мэтт! — она радостно улыбнулась мне в ответ. — Да, я помню, что мы договаривались встретиться в обед, но подумала, может, сначала погуляем?

Тут до меня дошло, что впопыхах я ничего кроме, собственно, трусов не натянул. Для пони это не имело никакого значения, но мне пока что не хотелось расхаживать перед ними практически голышом.

Вдобавок, мой «стояк» никуда не делся, и очень хорошо, что Дерпи пока его не заметила.

— Э-э-э… извини, сейчас оденусь быстренько, — я торопливо повернулся к ней спиной и торопливо зашагал вглубь дома. — Ты пока проходи, подожди меня немного.

— Хорошо! — отозвалась серенькая пегаска, заходя.

А я кинулся по лестнице на второй этаж и торопливо распахнул шкаф. Вот рубашка… а штаны? Где же штаны? Одни в корзине для белья, вторые… ух, и им туда же пора. Как я ухитрился забыть, что надо постирать штаны?! Идиот!

Дерпи с удивлением смотрела, как я, изрыгая ругательства на каждом шагу, спускался по лестнице, одетый в рубашку и всё в те же трусы.

— Мэтт, с тобой всё в порядке? — сочувственно спросила она.

— Да со мной-то в порядке, вот только у меня нет чистых штанов.

— Но это не страшно же! Я знаю, что тебе нравится ходить одетым, но и мне, и другим пони всё равно, в одежде ты или без.

— Знаю, но для меня это важно, — вздохнув, ответил я. — Ты не обидишься, если мы немного задержимся, пока штаны не выстираются и не высохнут?

— Ну, раз тебе так хочется, я не против.

Закинув обе пары штанов в машину, ткнул пальцем в пусковой кристалл и вернулся в комнату, где застал Дерпи лежащей на диване.

— Знаешь, если ты голодна, можешь пойти пока пообедать, — предложил я, дико смущаясь от того, что лишаю её прогулки. — А поужинаем тогда вместе.

— Не стоит, я не настолько голодна.

Шлёпнулся рядом с ней на диван — пружины подбросили пони в воздух. Обалдело переглянулись и вместе рассмеялись.

— Мэтт, а можно я кое-что спрошу? — сев на диване, повернулась ко мне пегаска.

— Валяй!

— Вот до сих пор не могу понять, — начала она. — Ты явно смущаешься, когда пони видят тебя не полностью одетым. Но когда я вижу тебя в таком виде, ты беспокоишься куда меньше. Почему?

— Ты совсем другое дело, — не задумываясь, ответил я. — У людей можно ходить не полностью одетым при ком-то, с кем ты в близких отношениях.

— Ясно, — задумчиво протянула она. — Но это странно.

Усмехнувшись, я улыбнулся ей, но моя улыбка почти тут же пропала.

— Что такое? — участливо спросила Дерпи.

— Э… ничего, — торопливо ответил ей… пожалуй, излишне торопливо.

— Не верю, — принялась настаивать она. — Ты сегодня… напряжённый какой-то.

— Нет, серьёзно, ничего такого. Просто есть некоторая проблема.

— Какая?

— Понимаешь… личная, — ответил я, ощущая, что разговор начинает сворачивать в очень щекотливое направление.

— Но я же твой друг! — воскликнула Дерпи. — Расскажи, может я смогу помочь?

Я не смог не усмехнуться снова.

— Ох, Дерпи, я тебя люблю. Ты лучший друг, который у меня был за всю мою жизнь. Но есть проблемы, с которыми мне надо справляться самостоятельно.

Дерпи склонила голову набок. Выглядело это очень мило.

— Пожалуйста, расскажи мне, — тихо попросила она.

— Ладно, — вздохнул я, сдаваясь, — но помни, ты сама уговорила меня рассказать. Так вот… моя проблема в том, что я очень давно ни с кем не спал.

И отпрянул слегка, когда пегаска возбуждённо вскинулась, а её ушки так и встали торчком.

— То есть тебе одиноко, и нужна подруга?

— Ну… нет, не так уж и одиноко. У меня есть интересная работа, есть ты… просто… ну… ладно, слушай. Я просто хочу трахаться.

— Трахаться? — пискнула враз осипшая кобылка.

Я снова вздохнул. Дерпи вполне взрослая пони, но я вот ни разу не удивлюсь, если вдруг окажется, что она в жизни не занималась сексом. И зачем я вообще согласился отвечать?

— Ну да, трахаться. Пойми, Дерпи, для человеческих мужчин, секс — это вполне биологическая потребность, как голод или жажда, — попытался я объяснить. — И вот у меня настолько давно никого не было, что я уже с ума схожу.

Наступила долгая тишина. А потом…

— Н-ну… если хочешь, можешь трахнуть меня… — тихо произнесла, почти прошептала, пегаска.

— Чего?! — обалдело воскликнул я.

— Я… я знаю, наверное, со мной тебе не хочется из-за моих глаз, но… если всё же захочешь… я разрешу тебе.

У меня попросту отвисла челюсть. Густо покрасневшая Дерпи так старательно отводила взгляд, что практически отвернулась. Несколько секунд мне понадобилось, чтобы прийти в себя.

— Дерпи… это самое щедрое предложение, которое я когда-либо получал, — искренне произнёс я. — Но я не могу согласиться и совсем не из-за твоих глаз. Я просто боюсь, что испорчу нашу дружбу, а мне очень не хочется тебя терять.

Пегаска, похоже, тоже собралась с духом, и больше не пыталась отвернуться.

— А это не испортит нашу дружбу! — горячо возразила она. — Я просто помогу тебе! Я прекрасно знаю, что значит хотеть секса и не получать его! Из-за моих глаз ни один жеребец не смотрит на меня дважды. Может… может, мы поможем друг другу?

Я посмотрел на неё сочувственно.

— Ты сама хочешь этого?

— Ну да, — пробормотала она. — У меня уже несколько лет нипони не было, но это не значит, что мне не хочется…

— Но раньше всё же что-то было?

— Было… но давно и нечасто… а у тебя?

— У меня была парочка знакомых девушек. Хотя мне всегда хотелось больше.

— Ты не против заняться сексом со мной? — тихо спросила Дерпи. — Если не хочешь, то не надо, но я бы очень хотела.

Рациональная часть моих мозгов орала, что это дурная идея. Эмоциональная — что нельзя сдавать назад после первого шага, что наши отношения изменятся в любом случае. И что надо идти вперёд.

— Получается, наш секс… по дружбе? — слегка печально произнёс я. — Ну ладно, давай. Но это будет просто секс. Мы друзья, которые помогают друг другу, договорились? Может, потом ещё попробуем, может, не станем, но мы же всё равно останемся друзьями?

— Конечно, — в голосе пегаски отчётливо прозвучало облегчение.

— Только… знаешь, я ни разу ещё не трахался с пони, — опасливо признался я. — С чего мне начать?

— Давай пососу у тебя, — предложила Дерпи. При всей развратности положения это прозвучало настолько мило — да ещё её голоском, что мои предубеждения насчёт «секса по дружбе» дали широкую трещину.

— Я уже настолько возбуждён, что тут же кончу, и всё, — показал я на свои чресла. — Может, лучше я тебя… вылижу?

Дерпи широко улыбнулась и повторила мой жест, указав передним копытцем между своих слегка раздвинутых задних ног. Там растеклась вполне заметная лужица — и когда успела?

«Теперь диван чистить», — подумалось мне.

— А может… просто вставишь? — предложила она, не сводя косящего взгляда с торчащих бугром трусов.

— Ни разу не было, чтобы вот так сразу получалось, — признался я. — Всегда приходилось сначала разогревать девушку… а ты уже готова.

Я встал, с громким выдохом скинул на пол трусы и снова сел на диван. Глаза пегаски слегка округлились: то ли из-за необычного вида члена, то ли… от размера. А какой вообще размер у местных жеребцов?

Ох, не о том сейчас надо думать.

— На всякий случай, давай ты будешь сверху?

Дерпи неуклюже придвинулась и перекинула заднюю ногу через мои бёдра. Я обнял её, осторожно пристраивая у себя на коленях, и ощутил, как горячая и просто-таки мокрая щёлка коснулась моего торчащего словно кол члена. Пегаска обхватила меня передними ногами за шею и прижалась, уткнувшись мордочкой мне в щёку. Я опустил правую руку и, обхватив зажатый между нашими телами пенис, подвинул его головкой аккурат к самой щёлке.

Там было настолько влажно и скользко, что кончик немедленно сам собой провалился внутрь. Дерпи тихонько вскрикнула, и я мигом замер.

— Тебе больно?

— Нет… — простонала она. — Просто… давно не было…

Ощутив, насколько крепко пегаска ухватилась за меня, я не стал больше придерживать её и, проведя ладонями по пушистым бокам, ухватился за бёдра — как раз там, где были картинки-кьютимарки. Сжал их лёгонько и очень осторожно потянул вниз. И охнул: насколько же в ней было горячо! А смазки было так много, что член без особого затруднения начал погружаться внутрь, сантиметр за сантиметром, и как-то очень быстро и незаметно вошёл весь — пушистая попка прикоснулась к моим яйцам.

У меня хватило силы воли, чтобы остановиться на этом и посмотреть в золотые глаза.

— Ну как? Тебе нормально?

— Ох, ты большой, — пропищала она. — Ох… а тебе?

Я на секунду задумался — и осознал, что честно могу признаться: ещё ни разу в жизни мне не доводилось испытывать такого наслаждения. Ни с одной из немногих моих девушек.

— Ты такая тугая… никогда такого не ощущал.

— Правда? — возбуждённо поинтересовалась Дерпи.

— Правда, — хохотнул я. — Пусть у меня это случалось нечасто, но твоя киска — самая лучшая.

— Киска? — удивлённо переспросила пегаска.

— У нас так говорят, — торопливо ответил я, не желая сейчас вдаваться в объяснения. — Давай продолжим, а?

С этими словами я осторожно приподнял такую тёплую, уютную и тугую пони, а потом опустил обратно. И едва сумел сдержаться, зажмурившись изо всех сил. А чего другого я ждал, если, просто войдя во влагалище, получил такую кучу удовольствия? Стоило же начать двигаться — ощущения нахлынули потоком. Если я не хочу кончить прямо сейчас, придётся делать всё очень медленно.

Снова я поднял и медленно опустил пушистую попку — и продолжил дальше уже без остановок. Дыхание Дерпи обжигало мне ухо, и происходящее ей явно нравилось: вздохи с каждым моим движением в ней становились всё чаще и короче.

— Еба-ать… — прошептала она.

От такой неожиданности я аж вцепился ногтями в серую шкурку. Раньше я ни разу не слышал от неё подобных словечек, и сейчас успел даже пару секунд подивиться — пока не ощутил, как и без того узкое влагалище внезапно сжалось вокруг члена, а передние копытца сдавили мне шею.

Да она кончает! Я заставил её кончить!

Сама мысль о том, что я довёл пони до оргазма буквально в несколько движений, наполнила меня гордостью. И это было весьма неплохо, потому что я ощущал, что и сам ненамного от неё отстал. Собрав всю силу воли, я прекратил двигаться и подождал, пока влагалище прекратит сжиматься, а пегаска ослабит хватку.

— Ну, теперь держись, — прошептал я и, покрепче сжав пушистые бёдра, принялся толкать между ними, раз за разом увеличивая силу и размах. Дерпи запищала, а я трахал её всё резче, всё грубее, сосредоточившись на желании разрядиться. Я резко поднимал вжимавшуюся в меня пони, потом столь же резко тянул на себя, повторяя эти движения как можно быстрее.

Но долго так не могло продолжаться; я осознал, что больше не способен сдерживаться. Мысль о том, что надо вытащить член, даже не пришла в голову. С рыком я вжался в пегаску так глубоко и сильно, как только смог, и ощутил, как всплеск за всплеском изливается из меня семя.

— Ах! — взвизгнула Дерпи прямо мне в ухо. — Да, я чувствую!

Это возбудило меня ещё сильнее; я ощущал, как член содрогается внутри неё, представлял, как семя наполняет её нутро.

— Ох, Дерпи, — простонал я, совершенно не задумываясь, — как же с тобой хорошо…

Без малейшего предупреждения она прижалась губами к моим. Хотя мы договорились, что это будет просто секс без обязательств, я не посмел возразить, и позволил её язычку скользнуть мне в рот.

А потом горячая волна оргазма схлынула, и пегаска прервала поцелуй.

— И мне с тобой хорошо, — зардевшись, прошептала она.

Мой мозг снова начал соображать. Я посмотрел на Дерпи, потом опустил взгляд: мой член всё ещё пребывал в горячей тесноте её влагалища. Следом мысль, короткая и простая, рухнула на меня огромной пуховой подушкой. Я только что трахнул Дерпи. И пусть это была очень-очень плохая идея, но мне понравилось. Тоже очень-очень.

— Дерпи, я…

— Тш-ш-ш, — перебила она, приложив краешек копыта к моим губам. — Потом поговорим. Пока что давай обниматься.

Возражать и впрямь не хотелось, и я, не выпуская пегаску из объятий, растянулся на диване.

А потом, похоже, заснул.