# Меж Звёзд

PegasusYaY

Времена старой Эквестрии. Прошло чуть больше века после передачи принцессой Платиной прав на престол юным сёстрам-аликорнам. Старшая сестра провозглашает себя королевой, что пускает трещину между диархами, и Эквестрию волной охватывают неприятные слухи...

Тем временем, принцессе Луне является Найтмер Мун, пытающаяся её утешить и подбодрить, однако, в своей манере.

Хочу сразу предупредить, данная история рассчитана на три книги. Вторая часть будет являться сюжетным ответвлением, лишь косвенно влияя на основную ветку, поэтому ещё не решено, выйдет ли она в свет в качестве полноценной отдельной книги, или в сокращённом виде войдёт в состав третьей. Этот вопрос будет решаться непосредственно сразу после окончания первой части трилогии. В то время как третья книга будет прямым продолжением основной ветки.

Книга на фикбуке: https://ficbook.net/readfic/018af188-40d4-7dc4-80f8-7ea2863467ca

[Изображение: https://derpicdn.net/img/2023/10/9/3215537/large.png]

Обложка: https://derpibooru.org/images/3215537

Иллюстрации:

1) Принцесса Луна в доспехах (https://derpibooru.org/images/3214891)

2) Принцесса Луна и Найтмер Мун (https://derpibooru.org/images/3215533)

## Глава 1. Упавшая звезда

Всегда, когда смотрю на звёзды, в груди появляется такое тёплое ощущение… Такое приятное, заботливое. Будто кто-то тебя прижимает к себе огромным мягким крылом, пытаясь согреть в холодной ночи. Мои друзья… Они всё, что у меня есть. Всегда готовы выслушать, как бы я ни изливалась бурными потоками чистых эмоций, звёзды всегда слушали. Молчаливо, но слушали. Они понимали меня, а я их… Висеть высоко в небе, наблюдая за активной земной жизнью, вовсе не так просто, как может показаться на первый взгляд. Ты молча наблюдаешь за тем, как жизнь проходит мимо тебя… Ты смотришь, как пони влюбляются, заводят семьи, совершают ошибки, дружат, ругаются, мирятся. И всё, на что ты способен — лишь смотреть на бесконечно вертящееся колесо Сансары. В какие-то моменты ты радуешься, что вся эта буря бушует где-то там, в миллионах километров от тебя, а когда-то горько жалеешь, что ты всего лишь одинокая звезда среди тысячи себе подобных.

Я всегда чувствовала себя упавшей на Эквус звездой. Порождением чьего-то желания. Радовало ли меня это? Сама не знаю. Порой хотелось наслаждаться бесценной жизнью среди пони, но чаще всего, пожалуй, мне хотелось вернуться домой, к родным молчаливым звёздам.

Эх… Полотно готово. Пожалуй, пора начинать.

Взмахиваю копытом, усыпая ночное небо тысячами-тысячами ярких звёзд. Движение туда — новая галактика. Движение сюда — новое созвездие. Пони когда-то называли меня художником, несущим свет во тьму, матерью звёзд… Возвышали мой талант до невероятных высот. Но на самом деле, рисовать на ночном полотне не так уж и сложно, словно водить копытами по песку. С такой задачей, пожалуй, справился бы каждый жеребёнок, что любит рисовать.

Нанесла последний штрих. Нет больше сил творить звёздные картины, пару движений и на том достаточно. А когда-то давно я буквально горела желанием привносить в этот мир нечто большее, чем просто звёздное небо. Но… Зачем? А точнее, ради кого?

Когда мы с сестрой взошли на престол, всё казалось таким новым, удивительным, интересным. Я была счастлива дарить своим подданным незабываемые шедевры. Помню, как ночью на улицах собирались толпы пони, лишь бы увидеть прекрасное, умопомрачительное звёздное полотно, привнесённый в жизнь принцессой ночи. Подданные собирались вокруг меня сотнями, на той самой поляне рядом с замком, и всё ради того, чтобы хотя бы краем глаза увидеть самое настоящее чудо воочию, как бессмертное величественное существо ювелирным движением копыта двигает целые галактики.

Как же мне грела душу эта компания… Да, я была незнакома со всеми этими пони. Но всё равно любила их всем своим сердцем, потому что они были рядом.

А они любили меня в ответ.

Для всех них это было чем-то совершенно невообразимым… Нечто, что казалось раньше абсолютно невозможным. Их сердца горели пламенем, как те далёкие звёзды в небе.

Шли годы. Пони становилось всё меньше, меньше и меньше… Пока я не осталась на той поляне совсем одна. То, что когда-то считалось божественным чудом, стало рутиной. То, что было подарком принцессы от всего сердца — данностью…

Мне было больно… Очень. Я не могла смотреть на то, как любовь ко мне с каждым днём уходит и уходит куда-то в тёплое доброе прошлое, сменяясь холодными ночами. Долгое время я боролась и пыталась обратить на себя внимание: создавала такие шедевры, какие даже в сравнение не идут с творениями прошлого. Но, к сожалению, всё тщетно. Никто не вернулся. И никто не вспомнил обо мне…

Душу рвало на части, меня буквально пожирала изнутри горечь, обида и отчаяние… Я не хотела расставаться. Но… В, конце концов, пришлось. Копыта опустились, и я просто отдалась этой яме безнадёги. Зачем мне делать каждую ночь ювелирные узоры, если можно просто рассыпать звёзды по полотну, сделать пару случайных движений, дабы выглядело более-менее презентабельно, и на том закончить? Всё равно никто даже не взглянет на небо… Даже краем глаза. Всё чудо осталось в прошлом… Пора мириться с холодным настоящим.

Сегодняшний день был грустнее обычного… Не знаю, с чем это связано. Наверное, внутри меня всё ещё оставалась капелька надежды, что хотя бы один пони поблагодарит меня за то, что ночное полотно даже спустя десятки лет всё ещё сияет небесными алмазами. Даже будь это хотя бы моя сестра…

Замок Двух Сестёр… Когда-то тут постоянно гуляли приезжие пони по ночам. Быть может и к лучшему, что улицы ныне пусты? Тихо и спокойно. Нет такой шумихи, как в Кантерлоте. Но при том немного одиноко…

Я вздохнула и поковыляла к главному входу. Стражники молча поклонились, пропуская меня внутрь замка.

Дом. Люблю его. Как же сильно я буду скучать по тебе…

Проходя по ночному коридору мимо витража, я остановилась. Мой взгляд был прикован к огромной серой горе за окном, на её склоне возвышалась сияющая золотыми огнями будущая столица. Почувствовала, как в горле томно заныло.

Кантерлотский замок обещает быть более величественным, более богатым. Вообще, это была не наша с Тией идея, ей тоже нравится наш старый уютный дом вдали от кипящей суеты. То была инициатива принцессы Платины и Старсвирла Бородатого, ибо Замок Двух Сестёр, по их мнению, не соответствует нашему с Тией «величию». Не говоря уже о том, что сам замок был построен ещё задолго до прихода аликорнов: его возвёл король Буллион спустя несколько лет после основания Эквестрии в качестве подарка для своей дочери Платины. Это её замок. А затем он перешёл нам с сестрой после коронации и передачи полномочий принцессы. Тогда она и настояла начать строительство нового замка, нашего собственного, более большого и грандиозного, какой бы соответствовал двум божественным бессмертным созданиям. Только вот я далеко не богиня… Обычная кобыла, которая уродилась с лишним рогом и парой крыльев. Которой важны всякие глупые мелочи, например, быть любимой, наслаждаться красотой природы, привносить в мир что-то своё и ловить момент сейчас. Пони видят во мне лишь принцессу, принесённую звёздами с ночного неба, думают, что я мыслю совершенно широкими вещами и не знаю горя с одиночеством, что я абсолютно идеальна, ибо «богиня»… Как же они ошибаются. Какая там богиня…

С губ сорвался тяжёлый вздох, вернувший меня из объятий размышлений. Что-то внутри потянуло меня вновь взглянуть на строящийся замок, но, увидев его силуэт вновь, резко одёрнулась. Подняв голову, окончательно вернулась в этот мир.

Куда же я направлялась? Почему меня вдруг копыта принесли в солнечное крыло замка?

Быть может…

Нет. Не пойду к ней. Мало ей работы без моего нытья под боком. Да и на что же я надеюсь? Ничего нового не услышу, проходили это уже.

Развернулась, дабы продолжить путь в спальню, как что-то всё-таки заставило меня обернуться назад.

Нет, не пойду. Не сейчас…

Я вздохнула и поцокала вдаль по коридору. Лунные лучи нежно скользили по длинным оранжевым гобеленам и сланцевым кирпичным стенам, немного бликуя от оттёсанной каменной глади. Интересный контраст ночи и солнечных знамён… Разве что только пылающие факела на стенах создают небольшой диссонанс.

* * *

Родное лунное крыло. Всегда любила синие приглушённые тона, особенно ночью. Никогда не нравились пёстрые яркие цвета, глаза режут.

Темно и приятно… Так и начинает клонить в сон. В моём крыле магические факела никогда не зажигаются, просто висят на стенах без дела да ждут своего часа, который никогда не наступит. Сестра всегда ругала меня за такое пренебрежение, а слуги, скорее всего, считают меня странной из-за подобного решения. Только вот они никогда не поймут, что ночь должна оставаться ночью. В этом и есть весь её смысл. Зачем брать и уничтожать её естественную красоту, если она буквально предназначена для того, чтобы давать блаженный отдых после изнурительного рабочего дня, погрузившись в тихую спокойную тьму? Лишь бы до ссоры с сестрой только не дошло… Она ещё как умеет из любой мелочи сделать мировую катастрофу.

— Ваше Высочество, — хором проговорили ночные стражи, стоящие на входе в мою спальню, и почтенно поклонились. Меня вновь выдернуло из размышлений. Как-то уж очень быстро я очутилась на другом конце замка…

Эх, мои маленькие фестралы. Благо, есть ещё у меня преданные пони в этом мире.

Почувствовала, как на лице сама проступила улыбка, стирая мрачное выражение.

Я отворила дверь и вошла внутрь.

## Глава 2. Солнце моё.

Луна в доспехах: [Изображение: https://derpicdn.net/img/2023/10/8/3214891/large.png]

Солнечные лучи рассекали тьму на части, в утренней туманке яркими полосами проникая вглубь светлой пещеры Древа Гармонии. На улице стоял сырой запах озона после прошедшей ночной грозы, а к мокрым копытцам так и липла грязь с песком после небольшой прогулки по влажному лесу. Так и хотелось сходить куда-нибудь да ноги сполоснуть, жаль места подходящего не было поблизости. Не в грязной же луже копыта мыть, верно?

Долго я сюда добиралась. Казалось бы, пещера Древа в десяти минутах ходьбы, а такое ощущение, будто ковыляла целых пол часа. Надеюсь, сестра не слишком сильно будет ругаться, если задержусь тут ненадолго. Очень на это рассчитываю… Столько раз мы ругались за последние дни, и так не хочется вновь брать и… Эх. Просто помирились мы в последний раз так, словно не по-настоящему. С одной стороны, всё закончилось хорошо, все проблемы уладили, а оставалось такое ощущение, будто не до конца отпустила она обиду… Тот приём был важен для Селестии, а я вновь всё испортила и подставила сестру под раздачу, на эмоциях слиняв прямо в разгар мероприятия. Не могла остаться я там, иначе, вероятно, всё было бы куда хуже: увидь аристократы, как представитель диархии ни с того ни с сего вдруг пускает слёзы… Тию бы это взбесило куда сильнее, чем просто внезапных уход. «С тебя берут пример другие пони! Ты должна быть сильной!», «Слабый правитель — слабое королевство. Ты обязана быть стойкой», «Покажешь волку свои раны — он тут же набросится». И всё правильно она мне говорила, всё до единого слова, только вот не получается у меня так, не стойкая я.

Совсем.

Убежала галопом в свои покои, приказав гвардейцам никого не впускать, даже Тию. Увидь она меня, ох… Совершенно не в состоянии тогда находилась для выслушивания очередных нотаций, выплеснуть нужно было всё накопившееся. Много разных вещей за те дни произошло, и слепились они все в одну огромную грозовую тучу, в один момент прорвавшись ливнем, когда стало туго держаться.

Самой последней каплей стали их безразличные неприязненные взгляды… За что они так? На меня смотрели как на пустое место, словно столь бездарную кобылу терпят здесь только из-за рога с крыльями за спиной. В тот вечер меня буквально выворачивало наизнанку от нахлынувшей бури, вновь лавиной закружились, словно карусель, тёплые воспоминания из прошлого, которые по идее должны были согреть меня… Только вот оказалось все совершенно наоборот. Как же хотелось подойти к сестрёнке и сказать ей: «Сестра, прошу, помоги мне. Я не справляюсь без тебя», но так и не решилась.

Оно и к лучшему…

В ответ мне последовало бы то, что слышала уже очень-очень много раз.

Но я не в обиде на Тию, правда. Столько у неё всяких обязанностей, что на себя то времени совершенно не хватает, чего уж там говорить о том, чтобы ещё выслушивать какие-то малозначимые, по сравнению с целым королевством, проблемы одной единственной пони. Она — прирождённый лидер, готова хоть своей грудью Эквестрию защищать, подставляясь под прямой удар копья, если то потребуется. Кто, если не Селестия? Без неё грифоны махом бы смели эти земли себе, а бедные пони… Даже страшно представить, что ждало бы миролюбивых безобидных существ в лапах воинственных хищников, для которых убийства и возвышение над другими в абсолютном почёте.

Порой мне становится очень стыдно за себя. Тия из кожи вон лезет, дабы защитить своё государство. Порой ночами не спит за бумажной работой, а потом весь день сидит на кофе и энергетических коктейлях. А её горе-сестра, тем временем, сбегает с важных мероприятий, рыдает в подушку, заперевшись в спальне, из-за апатии испытывает трудности даже с украшением звёздного полотна, а про обычные королевские дела вообще промолчу. Навозилась со мной Селестия, конечно… За что ни возьмусь — копыта просто не делают работу. И всё! Ну не делают и всё на этом. Вновь начинается гигантская волна тоски, от которой хочется испариться из этого мира, не то что бы работать… А сестре потом разгребать за мной каждый раз. От этого становится только ещё хуже…

Глубокий вздох сам сорвался с уст.

Почему я пришла именно сюда? Честно, сама не знаю. Поиск уединённого места в лесу проходил глубоко в размышлениях, копыта сами привели меня к Древу, пока я находилась «где-то там».

Окинула взглядом кристальные ветви. Утренние лучи красиво переливались в хрустале, преломлялись и радужным спектром рассеивались разноцветными зайчиками по грубым стенам холодной пещеры.

Это место идеально подойдёт. Надеюсь, никто меня не вырвет из глубокого транса, пока буду медитировать.

Подхожу к Древу поближе и прислоняю копыто к кристальной глади толстого ствола, двух метров в ширину. Какие воспоминания… Спасибо тебе, Древо, если бы не ты…

Глубоко вздыхаю и усаживаюсь на холодный каменный пол, спиной прислонившись к холодному стволу. Закрываю глаза и проваливаюсь глубоко внутрь себя…

* * *

— Войдите, — сделав заключительный мазок кистью, ответила я на стук в дверь. Красиво получилось. Не хватает разве что только немного холодных оттенков в противовес тёплым.

— С добрым утром, Лу, — дверь отворилась, и я машинально обернулась на голос. — Как спалось? Ох, как красиво… — увидев мою работу, Тия подошла к холсту поближе.

— С добрым утром, сестра, — ответила я, отложив палитру и двенадцатимиллиметровую кисть на заляпанную красками табуретку в стороне, не сдержав затяжной зевок.

— Или же, спокойной ночи… Вновь всю ночь предпочла провести за красками? — с укором взглянула на меня сестра.

А ведь правда. Даже сама не заметила, как подняла луну, и вот уже наступила пора вновь опускать её за горизонт. Всего пол часа назад солнце встало? Или час? В состоянии потока порой целая ночь может пролететь аж за пару минут…

— Ну… Засиделась немного, — виновато улыбнулась, поджав ушки.

— Ох Вуна, — Тия не стала ругаться, заботливо приобняв меня крылом и ласково улыбнувшись. — Но, полагаю, оно стоило того, верно? — вновь Селестия мазнула взглядом по только что законченной картине, и в её глазах плескалось нескрываемое восхищение. — Это самая реалистичная иллюстрация Замка Платины до переделки, которую мне только доводилось увидеть. Странно, что у тебя нет ещё одной кьютимарки, — Тия, усмехнувшись, игриво посмотрев на меня.

На душе как-то повеселело, а мордочка сама растянулась в смущённой улыбке.

— Ну, мне просто нравится рисовать красиво, — как же хочется тебя обнять.

Тия сдавленно усмехнулась и, словно прочитав мои мысли, сгребла меня в объятия, укрыв огромными белыми крыльями.

— Ты мой талантливый ночной цветочек, — заключила сестра, и я приобняла её крыльями в ответ, внутри царила абсолютная радость, а душа была доверху наполнена любовью. — Как же я горжусь тобой, Лулу.

Я так и не придумала, что ответить. Да и зачем? Порой тёплые объятия могут сказать куда больше тысячестрочного послания. Как же тепло и мягко… Люблю тебя, сестра. Я тоже горжусь тобой, даже не представляешь, насколько сильно…

Так и просидели, наверное, целых… Ого, уже почти без пятнадцати восемь?

— Ох, прости, — Селестия тоже вслед за мной обратила внимание на часы. — Даже и не заметила, как пленила тебя на целых пол часа, — она смущённо улыбнулась, поспешив сложить крылья, и выпустила меня из затянувшихся объятий. — Я ведь зашла к тебе с приглашением на совместную трапезу, сестра. В столовой, наконец, переоборудовали мебель, и теперь она вновь введена в работу. Ну как ты, Лулу?

— Спрашиваешь… Я буду только рада! — вскочила я на копытца.

* * *

— Будешь что-нибудь? — заботливо взглянула на меня сестра с противоположного края стола.

— Давай вон того, — чуть приподнялась со стула и указала копытом на большую стеклянную пиалу с морковным салатом. — И сока ягодного.

Тия удовлетворённо кивнула и подхватила пиалу телекинезом, ложкой выкладывая салат на тарелку.

Уставший у неё взгляд. Такое ощущение, будто снова засиделась допоздна с очередным проектом, который подкинули ей члены аристократии уже в который раз.

Сердце разрывается смотреть на всё это со стороны. Используют её доброту и самоотречение так, как только возможно… Всыпать бы этим снобам по-хорошему, да вот копыто не поднимается.

— Я могу тебе чем-нибудь помочь, сестра? — спросила я с некой настороженностью. Не могу смотреть на её мешки под глазами…

— М? О чём ты, Лулу? — в непонимании подняла она бровь, передавая мне тарелку с салатом и стакан с соком.

— Тия, ты себя в зеркало вообще видела? — пронзительно взглянула на неё. — Пока я больше половины своего времени провожу как попало, ты трудишься, словно полевая лошадь в смену. Не доведёт тебя всё это вот, — я обвела копытом Селестию, — до добра. Прошу, дай мне разделить с тобой хоть какую-нибудь часть работы, позволь мне исполнить свой долг как сестры.

— Ох, Луна, — она грустно улыбнулась, опустив взгляд. — На то эта работа и моя, что выполнять её должна принцесса солнца. Тебе не стоит переживать за моё состояние, я не так уж и много на себя взваливаю, как может показаться со стороны.

— Я вижу, — с сомнением подняла бровь. — Особенно когда ты глаз не смыкала целых пять суток напролёт во время подготовки проекта по принятию Кристальной Империи в качестве протектората Эквестрийского Королевства. Да у нас потом день длился трое суток!

— То было двадцать три года назад… — вздохнула Тия, вновь подняв на меня глаза. — Прошу, Луна, не беспокойся за меня столь сильно. Я очень ценю твоё рвение помочь, но уверяю, в том нет такой серьёзной нужды. Ситуация, что вырисовалась в твоём видении, на самом деле, не такая уж и крайняя. Королевские дела порой и вправду не дают мне продыху, но подобные случаи весьма редки, ты сама это понимаешь. Если тебя так сильно гложет неравное распределение обязанностей, то, думаю, у меня есть небольшая идея, чем ты можешь себя занять и при том принести огромную пользу королевству, и, к тому же, сможешь немного разгрузить мой список дел.

— Правда? — я чуть-чуть подалась вперёд. — Рассказывай, сестра.

— Ты ведь читала доклады о неких пони уникальной расы, недавно пришедших в эквестрийские земли с юга? — в глазах Селестии на момент мелькнули искры решительности.

Пожалуй, я догадываюсь, о какой работе сейчас пойдёт речь. Честно, я сама хотела начать этот разговор рано или поздно.

— Фестралы? — вопросительно взглянула на Тию.

— Фестралы, — она кивнула, скользнув взглядом по опустевшей чашке. — Бедные пони всё никак не могут адаптироваться и найти своё место в новом обществе. Работу им давать не рискуют из-за глупых предрассудков, я уже молчу о гонениях в некоторых поселениях. Однако, на самом деле, как показывают наши наблюдения, фестралы — очень даже мирный народ, ничем не отличающийся от обычных пони Эквестрии.

Я закусила губу.

— Ты хочешь, чтобы я помогла им стать частью королевства? — спросила я, взглянув на сестру.

— Да, — кивнула она, посмотрев на меня в ответ. — Причём не только в переносном смысле, но и в буквальном.

— М? — я вскинула брови, приглашая её продолжить фразу.

— Как ты смотришь на то, чтобы сформировать свою личную гвардию? — её слова эхом отразились от каменных стен.

В столовой воцарилось молчание.

Её предложение абсолютно сбило меня с толку. Наверное, пару минут я просто сидела, уставившись на сестру пустым взглядом.

— Прости, я слишком тороплю события… — заметив моё замешательство, заключила сестра, вернувшись к салату. Слова Тии резко вернули меня в реальность, и внутри началась самая настоящая борьба между неимоверной радостью и страхом перед огромной ответственностью.

— Нет-нет-нет, Тия! — резко одёрнула я сестру, вскинувшись со стула и оперевшись передними копытами о стол. — Просто это было… Весьма неожиданно.

— Ничего страшного, если ты захочешь отказаться от этой затеи, — спокойно проговорила она.

— Что? Нет! — выставила переднюю ногу в знак протеста. — Да я даже и мечтать о подобном не могла! Но это такая большая ответственность… А что если у меня не получится? Я ведь сделаю фестралам только хуже! Ежели народ увидит, как бэтпони вылетают один за другим со своих мест… — заметалась я, сама того не заметив.

Тия лишь ободрительно улыбнулась.

— Справишься, — кивнула она мне.

— Но…

— Луна, ты справишься, — Тия встала из-за стола и подошла поближе, вновь сгребая меня в объятия.

— Ох, — сорвался вздох с моих губ, и я покачала головой, пытаясь сбросить едкое волнение, прижимаясь к Селестии посильнее. — Сестра, ты ведь понимаешь, что мне ещё не доводилось работать над чем-то столь глобальным… А вдруг у меня не хватит опыта?

— Самое сложное — начать, Лулу. Первые ступеньки к вершине всегда самые скользкие, — почувствовала, как мягкое крыло поглаживает меня по спинке.

— Но в подобной ситуации нельзя допустить того, чтобы я поскользнулась! Любая ошибка может закончиться фатально! — совершенно не понимая спокойствия сестры, немного отпрянула и взглянула ей в глаза.

— Именно поэтому, подниматься ты будешь не в одиночку. Лулу, если что-то пойдёт не так, я поймаю тебя и не дам упасть вниз. Вместе ведь легче преодолевать трудности, чем взваливать на себя весь груз в одиночку, верно?

Внутри стало как-то гораздо спокойнее… Словно впервые на ногах стою настолько уверено. Я глубоко вздохнула.

— Ладно, Тия, убедила, — улыбнулась и посмотрела на неё с укором. — Но то же я могу сказать и про тебя. Теперь ты понимаешь, что мне приходится чувствовать, когда вижу тебя донельзя измученной? — игриво ткнула я копытцем ей в грудь, состроив выражение «Попалась!».

Селестия немного усмехнулась, прикрыв кончиком крыла рот.

— Всё-таки подловила, — покачала Тия головой.

— Обещай, что не будешь взваливать всё на себя, хорошо? — с надеждой заглянула ей в глаза. Прошу, сестра, ты не должна вот так вот истязаться…

— Обещаю, Лулу, — кивнула она, прижав меня к груди ещё сильнее. Как гора с плеч… — Но с одним условием!

— Каким условием? — уставилась я на неё.

— Ты перестанешь пренебрегать здоровым сном и наладишь свой режим, — заключила Селестия, коснувшись копытцем моего носа.

— Ничего не могу обещать, но всё же постараюсь. — демонстративно наигранно вздохнула я.

Скорее почувствовала, чем услышала, как Селестия хихикнула.

— Политики… Умеют же в свою пользу повернуть ситуацию! — утрировала я имитируемое негодование. Тия ничего не ответила, а лишь вновь прыснула.

Эх сестра… Люблю тебя. Только вот излишне мучаешь себя. «Один с сошкой, а семеро с ложкой» — так ведь говорится?

Вот и просидели мы вновь какое-то время. Никто из нас не хотел покидать тёплых объятий, даже не смотря на кучу дел впереди. Но вдруг двери столовой приоткрылись и в проёме появилась высунувшаяся голова стражника.

— Ваше Высочество, приношу глубочайшие извинения, но с наружных постов охраны пришло срочное донесение, пропустить посланника?

— Лулу, я ненадолго, ты не против? — взглянула она как-то виновато мне в глаза.

— Я присяду пока что, — одобрительно кивнула Тие и улыбнулась.

Мы с сестрой отстранились и она зацокала в сторону дверей.

Пока я ковыряла недоеденный салат, решила погреть уши на их разговоре. Интересно стало, быть может, помочь смогу сестре чем-нибудь? Эх, жаль только слова толком из-за двери не разобрать, но, судя по интонации стражника, он был чем-то весьма обеспокоен.

Спустя минут пять, дверь вновь отворилась, и я мельком обернулась, а когда увидела взволнованные бегающие глаза Селестии, сразу стало понятно, что что-то явно не так… Да она прямо-таки потеряно выглядит! Не знаю, что могло такого случиться, но внутри уже нарастала паника.

— Луна, прости, но завтрак придётся отложить, — сказала Тия, стараясь не встречаться со мной взглядом.

— Сестра, что случилось? — вскочила я с места и посеменила к ней.

— По дороге расскажу, дело чрезвычайной важности, — зашагала она к выходу.

* * *

— Ваше Высочество, пришло очередное сообщение о магической аномалии, — в дверях конференц-зала показался запыхавшийся стражник, уже раз десятый вынужденный бегать по лестнице на последний этаж.

— Откуда? — Селестия воинственно выставила уши вперёд.

— Старфолл, Ваше Высочество, — поклонился он.

— Даже на другом конце Эквестрии… — выпалила она, приложив копыто ко лбу.

— Сестра, у тебя есть догадки, с чем мы имеем дело? — с опаской проговорила я, попытавшись взглянуть ей в глаза.

— В том то и дело, что даже предположений никаких в голову не приходит… — она покачала головой, вздохнув.

Дело совсем дрянь. Всё вокруг буквально сходит с ума: трава ни с того ни с сего окрасилась в шахматную чёрно-белую клеточку, некоторые куски земли парят в воздухе, облака порозовели, при том далеко не от заката… Однако больше всего пугали слившиеся воедино солнце и луна, мы с сестрой потеряли ментальную связь со своими светилами, более не в состоянии ими управлять. Вот тут-то паника поднялась до небес, словами не передать наше состояние в те минуты… Благо, Тия быстро взяла себя в копыта и привела меня в чувства. Только положение остаётся воистину ужасным: как мы ни пытались бороться с аномалиями своими собственными силами, ничего не получалось, даже намёка на успех не заметили. Все эти странности будто вовсе не подвержены внешнему воздействию, такая обстановка окончательно сбила нас с толку, и мы потерялись в ситуации словно жеребята в ночном лесу…

Тут вдруг переговорный стол засветился и превратился в облако мыльных пузырей, заставив нас с сестрой ошарашено отшатнуться.

— Разве мыльные пузыри настолько страшные? Они же такие красивые! — эхом раздался чей-то мужской голос по залу, источник определить было невозможно. — Разве что, пока в глаза не попадают.

Что происходит?! Что ты такое?!

Те пузыри начали собираться в единую форму, а в следующий момент перед нами уже стояло жуткое существо, не похожее ни на одно знакомое создание. Его внешность внушала самый настоящий ужас… Его тело было собрано из частей тел других созданий.

Ох…

Почувствовала, как голова пошла кругом, а живот скрутило, чуть не вызвав приступ рвоты, который еле-еле удалось сдержать.

Что ты…

Потрясла головой, пытаясь прийти в себя. Неприятно отдало в затылок…

— Что ты такое? — донёсся слева звенящий голос сестры. Как с языка сняла.

Фух…

Набрав в лёгкие воздуха, медленно выдохнула, окончательно придя в себя. И вновь набралась сил взглянуть на это чудовище…

Стиснув зубы, силой подавила желание тела вновь выплеснуть всё наружу, поспешно отведя глаза.

И страшно до невозможности, и жутко… Ноги так хотели взять и сорваться в галоп, дабы оказаться где подальше, лишь бы не находиться рядом с этим…

— Дискорд, Ваши Высочества, — он демонстративно поклонился, сделав вид, будто снимает невидимую шляпу. — Подрабатываю Лордом Хаоса, даже духам необходимо жильё оплачивать, так что не серчайте.

Я отступила на шаг, и почувствовала тот же жест от сестры. Не понимаю, что происходит, от слова совсем. Мы с Тией настороженно переглянулись. Сестра тоже была не на шутку перепугана, но при том в её глазах зарождался огонь.

— Всё это — твоих лап дело? — явно пересиливая страх как только может, напористо сделала она шаг вперёд, взглянув в глаза Дискорду.

— Ой-йёй, принцесса, не сердитесь так, — поцыкал он языком, пальцем покачав из стороны в сторону. — Разве мир не стал разнообразнее и интереснее? — он махнул львиной лапой в сторону окна. — Вы только посмотрите: облака из сахарной ваты, шоколадные дожди… А эта Солуна… — уставился Дискорд на новое светило. — Жеребятам в самый раз резвиться, эгоистки, а вам лишь бы изысков каких…

Да как он… Да как ты?!

— Верни всё как было, немедленно! — Тия в сердцах топнула копытом. Да в её глазах же самый настоящий огонь горит…

— Принцесса, отведайте лучше пломбир. Ванильный, ммм… Самое то, дабы пыл охладить, — Дискорд протянул сестре взявшийся буквально из ниоткуда рожок, а она рывком ударила крылом по лапе существа, выбив мороженное из когтей.

— Как некрасиво… Где ваши хвалённые знания этикета? — покачал тот головой, разводя лапы в стороны. — Ну-с, вижу, тут мне совсем не рады. В общем, развлекайтесь, — не успели мы с сестрой окликнуть его, как Дискорд вдруг превратился в воздушный шарик и лопнул прямо у нас на глазах.

Снова тряхнула головой от наваждения… Всё это сводит меня с ума. Какой же мир вокруг ненастоящий… Агрх! Вцепилась в голову копытами, сдавливая с двух сторон словно стальные тиски. Не может быть вот так всё! Что происходит?! Аграааарх!

— Луна! — почувствовала цокот. — Сестра, что с тобой?

— Наш мир рушится! Вот что! — рявкнула я, отвернув голову.

И тут я почувствовала нежное прикосновение крылом к спинке, а затем тепло мягкой груди Селестии.

Внутри всё начало постепенно затихать.

— Даже когда всё вокруг сыпется на части, самое главное — что мы вместе будем до конца, каким бы он ни был, — удивительно спокойно проговорила Тия на фоне горячего пламени пару минут назад.

А ведь она права…

Тиски ослабли.

— Лулу, пора исполнить наш долг как правителей, взявших под крыло беззащитных подданных, как во времена войны с Королём Сомброй, — скользнула она кончиком пера по моему подбородку, полосой оставляя весьма щекотное ощущение. — Если оружейная ещё цела, то нам пора выдвигаться.

* * *

Яростным взмахом стальной боевой косы рассекаю летящее в меня бревно, превращая его в разлетающиеся щепки. Чувствую, как саднит горло от неимоверного рёва, как пульсирует кровь в висках, словно кипящее масло, а сердце в груди бухает словно огромный поршень парового двигателя.

— Убирайся с нашей земли, отродье! — проорала я. Как же меня раздражает его самодовольная ухмылка! Мы навсегда сотрём её с твоего уродливого лица, чудовище!

Схватка не из самых лёгких… Силы уже почти на исходе, однако ни мы, ни это проклятое отродье ещё не пропустили ни одного удара. Сложно пойти в атаку, когда в тебя один за другим пускают разные предметы с бешенной скоростью. Не подпускает он нас к себе, знает, что не станем в него заклинаниями пускать, увернётся и не заметит даже. При том его отношение к битве было каким-то совершенно несерьёзным, словно он просто заставляет нас побегать от постоянного потока летящих предметов, не пытаясь нас даже убить. Знает, что это бесполезно? Возможно…

Тем временем, заметила, как Селестия планирует с воздуха прямо за спину Дискорду, пока тот был отвлечён моей попыткой атаки. Она замахнулась огромной секирой, целясь прямо на серую шею уродливого существа, чтобы совершить фатальный удар. Да! Это победа!

…

Чтобы лезвие прошло прямо сквозь шею, словно через фантома, не нанеся абсолютно никакого ущерба…

Но как?! Почему…

Селестия, не ожидавшая такого поворота, с лязгом тяжёлых доспехов обрушилась на землю. Её позолоченный шлем слетел с головы и подкатился прямо к моим копытам, я всё никак не могла отвести от него взгляд.

Неужели, у нас всё-таки нет даже малейшего шанса?

Нервно отшагнула назад, чувствуя, как хватка телекинеза слабеет.

Отродье заливается хохотом…

Всё вокруг словно в толстой вате.

— Ооох… — отойдя от смеха, Дискорд смахнул слёзы с края глаза. — Видели бы вы свои лица! — новая волна хохота.

Внутри всё начинает пустеть, ноги онемели.

Вижу, как сестра поднимается на копыта, а в её глазах пылает самая настоящая ярость. Поравнявшись со мной, она подняла свой шлем и нацепила на голову, защёлкнув раскрывшиеся после падения фиксаторы. Взгляд Тии ни на секунду не сходил с чудовища.

Когда она приблизилась и встала рядом со мной, почувствовала, как уверенность вновь разносит доминирующее оцепенение в стороны, словно здоровый бульдозер. Мощный поршень внутри вновь заработал, прокачивая кипящее масло по жилам с неимоверным напором.

Дискорд тебя побери!

— Ещё одна попытка? — в пол оборота повернула я голову к Тие.

— До победного, — она мощно взмахнула крыльями, а я со всех сил, что есть мочи, подорвалась вперёд, занося косу над собой.

* * *

Подпалённые, треснувшие, помятые доспехи хаотично разбросаны по оружейной. Я обессилено распласталась по ледяному каменному полу, неприятно обжигающему своим колким холодом кожу. Мы с сестрой израненные, грязные, в засохшей крови и изнеможении решили отступить.

Внутри было пусто… Мы потерпели сокрушительное поражение. Впервые в жизни.

— Тия… — мой шёпот был адресован не столько сестре, сколько пустоте. — Всё кончено?

— Нет, Луна! — я оторопела от её возгласа, резко выдернувшего меня из прострации. — Сестра, нельзя теряться! Опустишь копыта — и мы сразу проиграли, понимаешь?! — сев напротив, она схватила меня за плечи, заставив усесться на круп, и заглянула в глаза чуть ли не вплотную поднеся лицо. В какой-то степени её порыв меня даже немного напугал. — Не сдавайся, слышишь меня?! — она немного тряхнула меня.

Внутри всё вновь зашевелилось. Перед глазами вновь и вновь появлялась та наглая улыбка… Зубы стиснулись. Ярость вновь стала подступать.

Как же меня этот самодовольный хмырь выводит из себя…

Зубы так и скрипели.

Но не можем мы ничего сделать с этим чудовищем! Всё! Приплыли мы! Конечная станция!

И это только больше начинало злить…

— Луна! — вновь она меня тряхнула.

— Слышу я! — оскалившись, прошипела сквозь зубы. И заметила, как Селестия дрогнула, еле заметно отшатнувшись.

Вдруг в голову пришло осознание, и я поникла, разжав челюсти.

— Прости меня… — отвернула голову в сторону. Она ко мне с поддержкой, а я на эмоциях тут… — Я словно здоровая баржа на волнах, то туда заносит, то сюда… — с губ сорвался глубокий вздох. То ярость, то потерянность… Из холода в жар, из жара в холод. — Не контролирую себя почти, — заметила, как Тия заботливо улыбнулась. На душе тут же стало куда приятнее.

— Ничего, милая, — она прижала меня к себе, укутав крыльями. — Весь мир вокруг сейчас заносит то туда, то сюда… — она вздохнула и вновь заглянула мне в глаза. — Именно поэтому мы должны взять себя в копыта и вернуть наш дом. Понимаешь?

Я неуверенно кивнула.

— Дискорд — не единственное бессмертное существо в этом мире, — Селестия не отводила глаз. — Только вот он один, а нас двое, сестра, — закончив, она улыбнулась и кивнула мне.

Тия… Ты не представляешь, как же мне нужно было услышать эти слова!

Улыбка сама растянулась на лице. Я смахнула краем крыла подступившие слёзы, прижавшись к сестре поближе.

— Ты очень сильная, Лулу, очень… — она погладила меня копытцами по спинке.

Так и просидели какое-то время, пока я не решила отстраниться, дабы продолжить идти вперёд, а не сидеть сложа копыта и смотреть как за окном летают розовые облака, своим существованием буквально унижающие нас с сестрой.

Решительности отправить это отродье куда-нибудь на тот свет у меня было хоть отбавляй…

— Пора продолжать наши поиски, — Селестия поднялась вслед за мной.

— Но раз он бессмертен, как нам одолеть его? — я взглянула на сестру, будто пытаясь найти в её глазах ответ.

— Уничтожить мы его не можем, как и он не в состоянии убить нас, — сделав небольшую паузу, она продолжила. — Теперь это битва интеллектов, сестра, — она резко развернулась и поцокала к выходу.

* * *

— Тия, быть может, мы не там ищем? — захлопнув очередной свод по самым мощным боевым артефактам повернулась я к Селестии, что-то внимательно пытающейся высмотреть в старой книге с пустым серым переплётом без обложки.

— Луна, я уверена, оно должно быть где-то здесь, — она перелистнула страницу, не поднимая глаз. — Наш учитель Старсвирл никогда бы не стал оставлять подобных посланий просто так.

— А что если то было просто метафорой? — усомнилась я.

— Луна, — она всё-таки подняла глаза на меня. — Поставь себя на место нашего учителя. Стал бы он отпускать своих учениц в свободное плавание, тут же исчезнув без следа, даже не оставив им хоть какого-нибудь наследства на случай, подобный этому, — она махнул копытом в сторону окна возле книжной полки.

— Возможно, ты права… — я вздохнула.

«Шесть элементов, что вас объединяет. То и есть ключ к миру» — вспомнилась та самая последняя фраза Старсвирла перед тем, как тот неожиданно исчез на следующий день. Двадцать три года уже прошло… Как же нам тебя не хватает, ты всегда показывал нам правильный путь, даже в самой, казалось, безвыходной ситуации.

Эх… Быть может, Тия права, и ты на самом деле не бросил нас здесь?

— Но что значит «Шесть элементов»? — обратилась я к сестре.

— Это я и пытаюсь понять… — покачала она головой, не отрываясь от текста. — Казалось, речь идёт о наших личных качествах, что объединяют тебя и меня. Но вряд ли это именно то, что хотел донести нам Старсвирл.

— Шесть столпов? — сделала попытку я, буквально наугад бросив первое пришедшее в голову суждение.

— Шесть столпов… — Селестия оторвала взгляд от книги, уставившись в пустоту, и задумчиво приложила копыто к губам. — Шесть столпов… Древо! — она вскинулась с места, оперевшись о стол передними копытами. — Он говорил о Древе Гармонии, Луна!

— Ты уверена? — не разделила я озарение Тии. Хотя…

— Нет, — честно призналась Селестия, — но что-то внутри меня подсказывает, что наш учитель говорил именно о Древе, посаженное шестью столпами много лет тому назад.

— Но Древо Гармонии — не более чем живой мемориал, оставленный нам с целью почтить память ушедших героев, когда тех заберёт старость? Разве не в том его главная суть? — подошла я к сестре поближе.

— Может и так, я не уверена в своих суждениях, Луна, — встав из-за стола она направилась к выходу. — Но мы просто обязаны сходить к Древу и попытаться понять, в чём же заключается его сила, если речь шла именно о нём… — она немного поникла, опустив уши. — Если Древо Гармонии ещё на месте…

* * *

— Сестра… — я смотрела на потерянную Селестию, отчаянно пробующую на Древе одно заклинание за другим. — Тия, побереги силы, прошу тебя…

— Но почему?! Я была уверена, что ответ лежит именно тут! — она осела на круп, растерянно уставившись на кристальный могучий ствол. В её глазах с каждой секундой таяла и таяла оставшаяся надежда. — Почему? — спустилась она уже на шёпот, опустив голову.

Смотря на Селестию, меня словно что-то загрызло изнутри. Эх, сестра… Когда слишком многое отдаёшь и не получаешь ничего взамен, можно и вовсе опустеть… Теперь моя очередь отдавать, Тия.

Я пристроилась рядом с ней и обняла так крепко, как только смогла, не жалея ни капли любви в своём сердце. Тебе сейчас силы куда нужнее… Забирай всё, до последней капли.

Послышался всхлип.

Яркая вспышка.

Древо…

* * *

— Ох, ну почему же вы такие серьёзные? Словно на похоронах, честное слово. Разве вы ещё не прониклись весельем вокруг? — он обвёл лапой просторы хаоса. — Неужели вы настолько бессердечные, что готовы до смерти бороться за ту мрачную и хмурую Эквестрию? — закончил он, принявшись доедать что-то похожее на семяна растений.

— Порой за хмурыми тучами тебя ждёт яркое солнце, а иногда за радугой прячется надвигающийся торнадо, Дискорд, — парировала сестра.

— Глубоко, глубоко, браво! — восседающее на троне чудовище похлопало в ладоши, и внезапно телепортировалось к Тие, закинув одну лапу ей нашею, оперевшись на принцессу, а затем щёлкнуло пальцами. У Селестии на шее появилась золотая медаль с гравировкой «Премия за научную работу в философском направлении. Принцесса Селестия», и букет роз в правом копыте. Дискорд вновь щёлкнул пальцами и телепортировался на трон, небрежно развалившись на подлокотниках, и завалил ногу на ногу.

Принцесса телекинезом сняла медаль, отшвырнув её в сторону, и букет роз полетел вслед за ней.

— Покончим с этим, сестра? — взглянула я на Тию, улыбнувшись.

— Как я и говорила, до победного, — улыбнулась она мне в ответ.

Элементы Гармонии телепортировались к нам и выстроились в ровный круг, завертевшись по часовой стрелке словно большое колесо.

С трона раздался заливистый смех.

— Охо-хо, очередные бесполезные блестяшки? — восстанавливая дыхание после волны смеха, проговорил Дискорд. — Мне даже интересно посмотреть, что произойдёт на этот раз, — встал он с седалища, разводя лапы в стороны, и закрыл глаза, мол «Делайте, что хотите».

— Быть может, мы и могли бы стать друзьями, Дискорд. Прости, но ты не оставил нам другого выбора, — поставила точку Селестия, и колесо Элементов Гармонии завертелось с бешеной скоростью. Энергия буквально чувствовалась в воздухе…

Вспышка.

* * *

Чувствую, как мышцы ужасно ноют от долгого сидения в одной позе, а шёрстку на мордочке неприятно стягивает. Ох… Попыталась встать я на копыта и ощутила, как по телу разогналась кровь, ударив теплом в затылок. Томно зевнув, потягиваю спинку и расправляю крылья в стороны, вызывая приятный хруст. Глаза не хотелось открывать.

Что это было? Видение? Скорее воспоминания былых времён… Но при том уж очень непохожие на обычный сон, решивший прокатить меня по задворкам памяти. Будто сама пережила всё вновь наяву. Нет, сны не бывают настолько конкретными, уж мне то не знать. Быть может, Древо решило напомнить мне о моменте, как мы, наконец, нашли наследие Шести Столпов? Всё возможно…

Сколько же лет прошло, а чувствуется, будто та битва была только ещё в прошлом году. Пришествие Дискорда значится шестьдесят третьим годом с момента основания Эквестрии: целых девяносто три года… Порой, меня так сильно пугает бессмертие… Осознание того, что жить ты будешь миллионы миллионов лет буквально выносит мозг, аж холодок по спине прошёл. С другой стороны, наше с Тией бессмертие не такое уж и бессмертное. Есть как минимум одно исключение — лишь другой аликорн способен убить себе подобного… Очень жутко. Тем не менее, откуда мы с сестрой обладаем такой информацией? Честно, сами представления не имеем. Возможно, светила вложили нам в головы всё необходимое, чтобы знать свою природу без загвоздок, ведь мы первые аликорны в этом мире, нам не удастся подчерпнуть нужную информацию из существующих знаний пони без выявления всех особенностей на личном опыте. Скорее всего, наши хранители таким образом пытаются уберечь своих детей от возможных глупостей, которые могут закончиться абсолютно фатально.

Аж крылья дрогнули от таких мрачных мыслей… Ну его. Как бы то ни было, мы бы не стали даже думать о подобных экспериментах, уже не говоря о вероятности их практического исполнения…

Агрх, жутко думать о подобном!

Я яро тряхнула головой, избавляясь от ушедших совсем не туда мыслей и, наконец открыла глаза.

Ладно, пора возвращаться к королевским делам.

Снова…

## Глава 3. Отчуждение - не безразличие

Цок, цок, цок, цок…

Почему же мне так страшно просто взять и войти? Не пойму я себя всё никак. То копыта сами ведут к ней, то насильно сюда не затащить.

Остановилась на мгновение и вновь окинула взглядом лакированную, отделанную золотом деревянную дверь рабочего кабинета сестры.

Я, разумеется, понимаю… Да чего я там понимаю? В себе разобраться не могу толком, не то что бы пытаться взглянуть на мир глазами Тии. Когда она в последний раз улыбалась? Нет, не протокольной улыбкой, а искренней, доброй, как когда-то.

Как когда-то…

Даже и не помню, в какой момент всё вдруг начало идти под откос. Казалось бы, ещё вчера мы рыдали от счастья, боясь разжать объятия после спасения Эквестрии от чудовища Дискорда, а вот стоит оглянуться и понимаешь, что прошло уже более полувека. Благо после заточения Духа Хаоса Эквестрию отныне не встречали серьёзные напасти. Старые времена, конечно, были абсолютно переполнены на всякого рода катастрофы, угрожающие расправиться с миром самым жестоким образом. Бесследное исчезновение единственных хранителей Эквестрии не прошло даром… То падение Кристальной Империи, пришествие тирании Короля Сомбры, а затем вишенкой на торте стало появление Дискорда. Угрозы шли одна за другой, и как только мы с сестрой умудрялись сохранять спокойствие в безумном кипящем котле?

Мда… Благо, всё закончилось. Королевство вновь в безопасности под крылом новых бессметных столпов, коими нас нарекло Древо Гармонии, дав полный контроль над Элементами.

Возможно, это может показаться весьма эгоистично с моей стороны, но за прошедшие шесть десятилетий стало даже немного скучновато. Я понимаю, что правителю даже думать не полагается о подобном, самое главное — пони в безопасности, радуются жизни и свободе. Интересы народа выше личных, как учил ещё Старсвирл с Платиной. Однако, всё же… Было ведь в тех битвах что-то такое… Сближающее нас с сестрой. Да мы друг за друга буквально горой стояли. Не могу передать словами те ощущения… Просто тогда мы были вместе.

По-настоящему.

Эх, Тия…

Я не виню её и ни за что не стану. Кто же виноват, что всё так со временем повернулось? С расширением Эквестрии начали появляться всё новые и новые дела, требующие неотложного внимания с нашей стороны. Взять тех же грифонов: раньше жили воинственными племенами, всё сражались друг с другом даже не за земли, а ради демонстрации превосходства. Нам никогда с сестрой не удавалось понять их мотивов, ровно как и всем остальным пони. Возвращаясь к племенам, семь лет назад некому мудрому грифону по имени Гровер удалось сплотить враждующие племена, в следствие чего было основано Королевство Гриффинстоун во главе с королём Гровером Первым. К сожалению, у нас мало информации, как ему удалось победить многовековую вражду племён, не дающую грифонам спокойно жить и процветать, словно проклятье. Были слухи, что король Гровер обладал превосходным умом и ораторским талантом, кто-то говорит, что правитель грифонов заключил сделку с какими-то богами, которые и привели его к власти, а кто-то утверждал, что контроль над своим народом подарил ему Идол Борея. Артефакт, взявшийся из ниоткуда. До сих пор он хранит в себе много неразгаданных тайн. В чём же заключалась его сила — неизвестно. Однако, мы с Тией искренне радовались пришедшему миру на просторах грифийского народа, сумевшего победить жажду превосходства над друг другом, по крайней мере, мы искренне верили в то, что оное положит начало их дружелюбному нраву, а наши королевства станут близкими союзниками в поддержании мира на всём Эквусе. Но, как показало время, мы ошибались… Ох как сильно ошибались… Поначалу молодое королевство относилось с опаской ко рвению Эквестрии заключить дипломатический союз, однако, когда грифоны почувствовали в наших посланиях якобы «нотки слабости»… Тут-то и всё началось. Ультиматумы, жёсткие требования, угрозы. Дело дошло даже до небольших пограничных конфликтов! Сестре чудом удалось предотвратить полномасштабную войну, однако всё равно прямой угрозой тотального кровопролития веет обстоятельно… Как итог, под боком теперь у нас не верный союзник, а ужасно сильный враг, так и выжидающий момента, дабы разорвать Эквестрию в клочья. Возможно, и не только её… Хотя ситуация с первого взгляда и может показаться чересчур мрачной, но Селестии удалось как-никак договориться с воинственной нацией, ветра грядущей войны значительно ослабли, но отношения между нашими государствами всё равно остаются весьма накалёнными.

Как-то задумалась я слишком, мнусь тут уже минут двадцать наверное…

Вернувшись в реальность, вновь окинула взглядом дверь, угрожающе нависающую надомной. Я глубоко вздохнула. Хочется — не хочется, а зайти к Тие придётся. Сестра хотела поручить мне какое-то очередное дело. Надеюсь, хотя бы сейчас не опозорю её…

Вознесла копыто, дабы постучать в дверь, но на середине остановилась.

Вздох вырвался из груди, и я покачала головой, прикрыв глаза.

Ладно, хватит уже с меня нерешимости…

Глухой деревянный гул раздался по коридору.

— Войдите, — послышался голос с стой стороны.

Я неуверенно приоткрыла дверь, и утренние солнечные лучи ударили по глазам. Селестия восседала на большом кресле за письменным столом, позади неё красовалось широкое панорамное окно высотой почти до потолка, а из-за горизонта уже наполовину высунулось ясное дневное светило, озаряя всю комнату яркими золотистыми полосами. Тия, уткнувшись в свиток, неотрывно бегала глазами по строчкам текста, сосредоточенно сузив веки.

— Сестра, ты хотела меня видеть? — робко выпалила я. Мой взгляд задержался на огромных небоскрёбах из документов, возвышающихся над столом.

— Да, принцесса Луна, — не отрываясь от пергамента, проговорила она. — Для вас есть работа, стоящая пристального внимания.

— Слушаю, Тия.

Она глубоко вздохнула. И этот вздох… Он как-то ранил меня.

Снова…

Селестия уже несколько лет упрекает меня за то, что я называю её просто «Тией» или «сестрой». Ведь «правителям не полагается пренебрегать уставному общению даже наедине». Она уже смирилась с тем, что я не обращаюсь к ней как «Принцесса Селестия», но только не с «Тией»… Ну не могу я просто обращаться к ней так по-холодному, я люблю её! Для меня она всё равно заботливая старшая сестрёнка Тия, которая тоже любит меня, хоть теперь и не показывает этого явно. Я очень боюсь… Боюсь того, что она перестанет быть для меня той любящей сестрой, если начну называть её так по-уставному, тем более даже наедине. Вся моя душа сопротивляется, даже несмотря на то, что моё обращение к ней противоречит нормам этикета.

— Вам необходимо приструнить свой гвардейский отдел. Один из стражников лунного крыла вчера спровоцировал конфликт с постовым дневной стражи, — Селестия хмуро посмотрела на меня. — В тот момент по замку прогуливался глава клаудсдейльской делегации, ожидающий аудиенции. И он мне лично донёс свою жалобу на «звенящие беспорядки в гвардейских рядах», — она буквально впилась в меня строгим взглядом, словно вампир острыми клыками схватил за шею. — Вы ведь понимаете, насколько сие происшествие может отразиться на репутации высшего социального класса, не способного контролировать даже свою собственную стражу, не говоря уже о целом королевстве?

— П-понимаю, — потеряно выдавила я, опустив ушки. Почувствовала себя каким-то грязным уличным котёнком, загнанным в угол лающими псами.

— Приструните, — грозно закончила она, не спуская с меня глаз. — Можете возвращаться к своим обязанностям, принцесса Луна, — Тия подхватила очередной свиток и вновь уткнулась в него взглядом.

Всё-таки опозорила… Синяя кляча. В горле застрял ноющий ком, а к уголкам глаз подступили слёзы. Опять я подвела её! Почему я просто не могу помочь своей бедной сестре с бесконечной работой?! Даже копыто прилагать не пришлось, дабы всё испортить…

— Прости меня, сестра, — опустила я голову.

Селестия грустно вздохнула.

— Просто не допускайте больше таких оплошностей, — голос Тии значительно смягчился.

Немного постояв на месте в прострации, я обессилено кивнула и направилась к выходу, аккуратно прикрыв за собой дверь.

Выйдя в коридор легче не стало… Даже разрыдаться сил не было, а выплеснуть всю эту эмоциональную смесь хотелось просто безумно… Стояла так возле двери и стояла, приложив холодный накопытник ко лбу.

— Ваше Высочество, с вами всё хорошо? — выдернул меня в реальность обеспокоенный голос стражника. — Мне вызвать врача?

Я взглянула на графитово-чёрного жеребца в золотых доспехах, переливающихся перламутром в солнечных лучах.

— Нет, — покачала я головой, прикрыв глаза. — Нет, спасибо за заботу. Отыщите пожалуйста капитана ночной гвардии Рэдиент Найта и передайте ему, что Её Высочество принцесса Луна требует немедленно явиться на аудиенцию в личный офис лунного крыла.

— Да, Ваше Высочество, — поклонился он и спешно зацокал вдаль по коридору.

На самом деле, меня даже удивило, что солнечный стражник проявил заботу по отношению ко мне… Давно такого не было.

Мой взгляд не отрывался от удаляющегося гвардейца.

Давно.

* * *

— Рэдиент Найт, — сверлила я взглядом капитана гвардии, стоявшего в метре от стола по стойке смирно. — Мы требуем от вас разъяснений касательно вчерашнего происшествия.

— Ваше Высочество, — согнул он ногу в поклоне, скрыв янтарные глаза за тёмно-серой гривой в цвет шёрстки. Выпрямился и продолжил. — Вчера ровно в двенадцать часов тридцать одну минуту рядовой ночной гвардии Колдстрим Винд вступил в словесную перепалку с младшим сержантом солнечной гвардии Блейд Болтом. В итоге конфликт перерос в драку, никто особо не пострадал, стоявшие поблизости постовые вовремя их угомонили и доложили обо всём офицерам. Рядовой понёс наказание в виде временного отстранения от службы и лишения надбавки.

— По какой причине вы не доложили сразу? — отчеканила я каждое слово по отдельности, испепеляя капитана взглядом.

— Ваше Высочество, я не посчитал необходимым беспокоить вас каким-то мелким рядовым случаем. Подобные ситуации, прежде всего, проблемы капитана ночной гвардии, — вновь он поклонился.

— Мелкий рядовой случай? — холодно проговорила я. — Пожалуй, вам ещё неизвестно, что сей «мелкий рядовой случай» привлёк внимание главы клаудсдейльской делегации, вызвав у высокопоставленного лица море негодования касательно организации и дисциплины королевской стражи. Жалоба дошла лично до Её Высочества принцессы Селестии. Вы ведь понимаете, что из-за вашей безответности и легкомысленного отношения к своим обязанностям вы, тем самым, опозорили не только ночную гвардию, но и представителей диархии?! — закончила я на повышенном тоне.

— П-прошу прощения, Ваше Высочество, — растерялся Рэдиент, вновь резко упав в поклон. — Такого больше не повторится! Я готов понести любое наказание!

Смотрю сейчас я на потерянного стражника, едва трясущегося от напряжения, и увидела в нём себя несколько минут назад. Как загнанный котёнок… Разошлась немного… Не могу я так, не хочу! Тия может, но не я.

Глубоко вздыхаю.

— Просто не допускайте больше таких оплошностей, — повторила я фразу сестры. — И прикажите рядовому Колдстрим Винду немедленно явиться в наш офис на аудиенцию. Вы свободны, капитан.

— Да, Ваше Высочество, — он кратко поклонился и поспешил поскорее удалиться.

Ничем я всё-таки не отличаюсь от обычных пони. Только лишь крылья да рог, и всего-то.

* * *

— В-ваше, в-высочество, — поклонился фестрал удивительно белой окраски, не свойственной своей расе. А его небесно-голубая грива только лишь дополняла образ явной полукровки. — В-вы хотели м-меня видеть?

Бедняга, весь от страха трясётся. Видимо думает, что сейчас пойдёт тотальный разнос касательно произошедшего, да ещё и лично от самой принцессы. Полагаю, без капитана тут тоже не обошлось, всыпали жеребцу знатно перед встречей…

— Рядовой Колдстрим Винд, — постаралась я сохранять нейтральное выражение. — Мы выслушали доклад капитана ночной гвардии Рэдиент Найта. Вам ведь известно, что столь безрассудный поступок с вашей стороны опозорил весь корпус ночной стражи, а также представителей диархии в глазах клаудсдейльской делегации?

— Ваше Высочество! — он резко выпрямился. — Я готов понести любое наказание. Прошу, отправьте меня на грифийскую границу, дабы я мог смыть этот позор кровью!

Такая резкая перемена в настроении абсолютно меня удивила. В его глазах полыхала решимость вперемешку с неимоверным страхом. Совсем ещё зелёный, а за свои поступки уже готов отвечать сполна… Не часто таких встретишь, даже среди фестралов, для которых честь своего народа значит многое. Жутко боится, но принципам не изменяет… Внутри меня даже зародилось уважение к этому жеребцу.

— Мы не собираемся отправлять вас на границу, рядовой, — вернув спокойное выражение, покачала я копытом. — К тому же, как доложил капитан, вы уже понесли наказание в виде временного отстранения от службы вкупе с лишением надбавки к жалованью. Мы соизволили вызвать вас по иной причине, — я вздохнула. — Нам хотелось бы услышать об инциденте во всех мельчайших подробностях из первых уст. Каков был ваш мотив, заставивший пойти против строгого устава. Осознавали ли вы, какие последствия ожидают вас за грубейшее дисциплинарное нарушение. А также прочие детали.

— Д-да, В-ваше Высочество, — он весьма неуверенно поклонился и замялся на месте. Смотря на его бегающие в панике глаза, создавалось такое ощущение, будто ему куда больше хотелось понести дополнительное наказание, нежели докладывать мне о подробностях инцидента.

— Не бойтесь, рядовой Колдстрим, мы не собираемся менять позицию по отношению к вам, что бы там ни произошло, — попыталась я успокоить жеребца. Он немного дёрнулся, услышав мои слова, но выдохнул и поуспокоился. В яблочко попала всё-таки.

— Хорошо, Ваше Высочество, — уже гораздо спокойнее проговорил он. — У нас с рядовым Ластер Муном был приказ по очередному обходу замка…

* * *

— Спасибо за честность, рядовой, вы свободны, — проговорила я немного поникшим голосом.

— Рад служить, Ваше Высочество, — он поклонился и отправился за дверь. Оставив меня наедине с тикающими в тишине часами.

Мой взгляд уткнулся в измазанную опустевшую золотую чернильницу.

Этот разговор… Он ошарашил меня. До глубины души. Вновь хотелось просто расплакаться от всего, что творится вокруг… Но сил не было, внутри лишь горечь да гадкий ноющий ком в горле.

Нет, я понимала, что пони уже давно не относятся ко мне, как в прежние времена. Особенно аристократия. Что всем на меня уже давно плевать: существует некая Луна, ну и пускай где-то там сидит в своём темном углу и не мешает другим жить. Даже смирилась с нескрываемыми неприязненными взглядами. Но вот то, что я стала предметом грязных шуток солнечных гвардейцев…

Ну почему?! Что я вам сделала?! Чем же таким я умудрилась насолить пони, что они настолько сильно меня ненавидят?! Я же люблю вас! Мы с сестрой готовы хоть своим телом закрывать вас от опасностей, лишь бы вы все были счастливы! За что вы так?!

И слёзы хлынули из глаз рекой под мощным безудержным напором.

Я просто хочу, чтобы вы были счастливы! Почему меня все ненавидят?!

Раздался стук, и дверь тут же открылась без моего разрешения войти.

— Ваше Высочество, Её Вы…

— УБИРАЙСЯ! — швырнула я чернильницу в дверь, заставив солнечного гвардейца скрыться.

Под всхлип я положила тяжёлую голову на стол и продолжила утопать в слезах.

* * *

— Войдите… — глубоко вздохнула я, услышав стук в дверь кабинета.

Весь день тут просидела. Выходить наружу не было абсолютно никакого желания. Заперлась тут и машинально начала проходиться по письмам подданных прошлых поколений. Благодарственные послания, приглашения на общественные мероприятия, даже открытые признания в любви… Лучше бы не ворошила прошлое, стало лишь только ещё более тяжко на душе. А новых писем… Нет их. Писать больше некому. Не нужна я тут ни единой душе.

Дверь потихоньку отворилась и на пороге появилась белая аликорна. Её регалии переливались золотом в персиковых вечерних лучах, бликуя зайчиками по стенам, а суровый взгляд розовых глаз почему-то был уже абсолютно безразличен.

— Принцесса Луна, мы требуем объяснений: по какой причине вы не соизволили явиться на запланированный ужин с министром сельского хозяйства? Просветите же нас! — она воинственно наклонила ушки вперёд, всем своим существом пытаясь показать крайнюю степень недовольства. А я лишь отрешённо посмотрела на неё и повернулась к окну.

— Тия, я…

— Принцесса Селестия, — выделила она часть слова «Селес», перебив меня.

— Принцесса Селестия, мы не смогли явиться на совместную трапезу по причине плохого самочувствия, — совершенно отстранённо проговорила я.

— Тогда соизвольте объяснить, почему вы находитесь не в медицинском блоке и не предупредили о своём предстоящем отсутствии, — продолжала напирать она.

— Медпони не способны вылечить такое… — грустно буркнула я.

Со стороны послышался недовольный вздох, показавшийся даже слегка агрессивным.

— Опять ты за своё… — обращение на «ты» заставило меня обернуться к Тие. Она приложила копыто ко лбу, прикрыв глаза. — Принцесса Луна, когда же вы уже повзрослеете.

Я ничего не ответила, лишь глубоко вздохнула и вновь повернулась к окну. Красиво, конечно. Вечерние облака купаются в солнечных лучах… Люблю закаты. Атмосферные они. И засим всегда следует восход луны.

— Мы изрекли не всё, что хотели донести, — продолжила Тия посуровевшим тоном. — Мы требовали от вас приструнить отдел ночной гвардии. Смею полагать, для вашего статуса это не слишком значимая работа, чтобы лично прикладывать к ней копыто. Мои суждения верны, принцесса Луна?

Я повернулась к Селестии и встретилась с ней взглядом. Её выражение мордочки сложно было передать словами… Будто я совершила какое-то преступление.

— Мы разобрались со вчерашним происшествием, была проведена строгая беседа с капитаном ночной гвардии и, следовательно, с самим виновником, он понёс наказание по всей строгости, — отстранённо заключила я.

— Не разобрались, принцесса Луна, — покачала Тия головой. — Судя по всему, вы абсолютно не в состоянии держать в узде даже вашу личную стражу, раз ижно после специально проведённой дисциплинарной аудиенции гвардейцы ночного крыла игнорируют ваши прямые наставления!

— Что-то произошло, принцесса Селестия? — совершенно безэмоционально выпалила я.

— Произошло, принцесса Луна. Мне только что доложили, что капитан ночной гвардии Рэдиент Найт инициировал словесный конфликт с капитаном солнечной гвардии Сан Сикером. Прямые оскорбления, хамство, а конфликт закончился тем, что капитан ночной стражи плеснул горячим кофе прямо в Сан Сикера. Он госпитализирован с ожогами второй степени.

— Ох… — внутри меня что-то ёкнуло. Впервые за разговор я хоть что-то почувствовала. Это ведь из-за меня он пошёл туда беседовать с главой солнечных гвардейцев… — Сестра, я проведу с ним наистрожайший разговор, больше такого не повторится, обещаю!

— Разумеется, не повторится, — продолжала она смотреть мне в глаза, не отводя взгляд. — Капитан ночной гвардии Рэдиент Найт перманентно отстранён от службы по статье некомпетентности, использованию своих полномочий в личных целях, а также открытому хамству по отношению к сослуживцам, и, разумеется, за нанесение побоев лицу, представляющему интересы Эквестрийского Королевства в сфере безопасности. Поэтому, смею полагать, да, больше не повторится.

— Что значит отстранён?! — я в сердцах ударила копытом по столу, вскинувшись с кресла. — Ты не имела никакого права! Это моя личная гвардия! Да как ты вообще смеешь влезать в жизнь моих ночных пони?!

— Простите, принцесса Луна, но вы не справились со свой работой, мы были вновь вынуждены взять дело в свои копыта во избежание серьёзных последствий, — она строго смирила меня взглядом.

Эмоциональный коктейль внутри меня сложно было описать… Ярость, разочарование, растерянность, обида на саму себя.

И самое страшное, я понимала, что ведь с какой-то стороны она была права… Я вновь подставила свою сестру… Всё это — лишь моя вина. Ни Тии, ни Рэдиента, ни Колдстрима, ни тех смеющихся надомной стражников… Моя.

Осев на круп, я пусто уставилась в пол.

— Это всё, принцесса Луна, — Тия направилась к выходу. — На этот раз всё, — закончила она и, немного постояв за порогом, прикрыла за собой дверь, оставляя сидеть меня в одиночестве.

Это моя вина…

Снова…

* * *

Проведя какое-то время в истерике, из меня словно тяжёлым молотом выбило все крупицы энергии, что у меня остались к концу тяжёлого дня, сейчас же внутри опять пустота, уже ставшая мне родной. Пожалуй, она моё единственное спасение от безумия бушующих эмоций на данный момент. Обычно пони говорят: уж лучше чувствовать разрывающую боль, нежели не чувствовать совсем ничего. Отчасти могу согласиться, а с другой стороны к Дискорду мне такое «удовольствие». Послушала бы я их, окажись они в ловушке своих же неконтролируемых чувств, особенно таких.

Пропитанный слезами кусок пергамента безучастно лежал под моим пристальным взором, кривой почерк совершенно не читался, расплываясь в чернильные пятна. Я глубоко вздохнула и скомкала неудавшееся письмо, телепортировав его в урну под столом, где покоился десяток недописанных родственных черновиков.

Просить прощения с помощью письма поначалу показалось хорошей идеей, однако у хаотично дрожащего в адском треморе телекинеза было совсем другое мнение на этот счёт. И, пожалуй, могу с этим согласиться. И без того делов наделала, так и ещё вместо нормального извинения совать бесчувственный кусок пергамента было бы как минимум грубо, а как максимум вообще оскорбительно по отношению к ней.

И к нему.

Рэдиент был лучшим капитаном моей ночной гвардии на веку. И не только капитаном, но даже другом. Да, не близким, и, возможно, я даже в принципе не была в его глазах чем-то большим, чем просто принцессой-аликорном. Рого-крыльевой барьер играет свою злую шутку, как всегда… Но даже если не брать этот грустный факт во внимание, в моих глазах Рэдиент Найт всегда был мне надёжной опорой. Сколько раз он заступался за меня, а я так и не успела отплатить ему.

Не успела, как же.

Кляча.

Не достойна я таких друзей. Быть может, оно и к лучшему, что судьба отводит от меня на расстояние магического выстрела всех по-настоящему хороших пони.

Ох, сено, мне нужно поговорить с ним… Как воздух нужно. Не могу я вот так вот взять и оставить всё. Просто не могу. В Тартар письма, в тартар дискордову трусость и бесчувственные маски.

Мои лёгкие инстинктивно резко набрали в себя воздух из-за неимоверного испуга от прикосновения к правому плечу, адреналин заставил меня отпрыгнуть вперёд, развернувшись на сто восемьдесят градусов и зажигая рог в боевой готовности.

Никого?

Аж до самих копыт пробрало…

Я немного потрясла передними ногами, сбрасывая неприятный леденящий холодок и рассеивая заклинание щита. Подняв голову вверх и закрыв глаза, попыталась сбросить наваждение, восстанавливая привычное дыхание.

Эти эмоциональные коктейли меня рано или поздно доведут до точки невозврата…

Тряхнув головой, я вновь открыла глаза, чтобы вновь увидеть совершенно пустую комнату, купающуюся в серебряных лунных лучах.

Я горько усмехнулась внутри.

* * *

Спланировав к небольшому дому, мои копыта соприкоснулись с мощённой булыжником дорогой. На просторах ночного Кантерлота не было ни души, и лишь холодная туманка в тёплом свету уличных фонарей была мне единственным спутником. Лишь только в доме напротив до сих пор горел свет, весь остальной город уже давно погрузился в тёплый, приятный сон.

Я неуверенно подошла к входной двери, и цокот моих копыт эхом раздался по улице, и, пожалуй, только сейчас на фоне этого контраста звуков я по-настоящему смогла оценить абсолютно гробовую тишину на улице. И этот факт почему-то лишь ещё сильнее надавил на меня, создавалось ощущение нахождения на широкой сцене под лучами яркого театрального проектора, будто взгляды тысячи пони устремлены на меня, жаждавши увидеть и осудить меня за любую мельчайшую оплошность.

Я вновь окинула дверь взглядом. Аккуратная, совсем новая, даже запах лака ещё чувствуется. Кантерлот, на самом деле, уже давно живёт своей жизнью. Замок, конечно же, планирует стать центром будущей столицы, даже если он ещё пока не готов к своей работе. Строительство нового кантерлотского замка шло полным ходом вот уже как семь лет, работа не утихала ни на секунду. По заявлениям королевского строительного отдела возведение замка должно закончиться вот уже через месяц-два, а там можно будет потихоньку вводить его в эксплуатацию. Только замок начали строить — так территории вокруг него сразу кинулись раскупать высшие представители аристократии, попытавшись урвать самые лакомые кусочки будущей столице раньше всех, дабы можно было потом похвастать: «А вот у моего семейства особняк прямо на соседней улице от замка!». Таким образом, получилось, что сам город вырос куда раньше замка, и теперь жизнь в Кантерлоте бьёт ключом: всё новые и новые заселенцы, первые бутики элитного класса, роскошные рестораны. Самая настоящая столица, всё как полагается. Однако, почему же вокруг Замка Двух Сестёр простирается сплошной лес? Всё довольно просто: земли вокруг него в радиусе пятидесяти километров были выкуплены принцессой Платиной ещё с самых давних времён. В её планах было строительство в тех местах полноценного личного городка для своей династии, а также для её личных подчинённых, однако, до дела так и не дошло. Планировалось создать закрытый город, в который бы допускались лишь пони, лично избранные самой принцессой. Как итог, нам с сестрой выкупленные земли перешли в наследство вместе с замком, и теперь мы понятия не имеем, что делать с этими просторами, особенно на фоне нужды в новом замке. Столицу возле старой крепости уже не было никакого смысла возводить. Принцесса Платина была настолько настойчивой в строительстве личного замка для новых принцесс, что даже взяла с нас сердечное обещание оставить старую Эквестрию в прошлом и двигаться вперёд. Насколько же долго задержалось строительство… Прошло чуть более ста лет, прежде чем начались работы по возведению духовного центра столицы. Новоиспечённое государство требовало всё новых и новых вложений для разрешения критических проблем, не терпящих отлагательств, а потому средства из казны шли лишь на исключительно важные цели, нежели строительство более роскошного замка. Лишь только сейчас появилась какая-никакая возможность исполнить своё давнее обещание. Жаль только Платина не увидит всей это красоты…

Да, красиво. Да, роскошно. Да, убийственный вид с одной из самых высоких гор Эквестрии. Но чуждо. Не мой дом там. Всё-таки переезд из тихого места на природе в шумную, наполненную одними только богатыми снобами столицу весьма гложило. Да и самой Тие эта идея не сказать что бы сильно нравилась, насколько я могла видеть со стороны, однако в том была прямая необходимость. Не для утоления наших нужд, и даже не исполнение обещания, а скорее поднятие общего духа народа пони, а также демонстрация величия Эквестрии своим соседям. В особенности Королевству Гриффинстоун. Вероятно, лишь этот один единственный символ сильной эквестрийской экономики и стал решающим фактором в определении судьбы пони. Скорее всего, грифоны даже не стали бы идти на переговоры, а сразу ринулись в бой, а чем бы вся эта история закончилась… Даже думать страшно. То было бы концом не только для пони и грифонов…

И тут я поняла, что тотально зависла в своих мыслях, застряв у порога. Хватит пытаться оттягивать момент до самого конца, отвратительная привычка. В который раз себя ловлю на том, отчего мне уже давно следовало бы отучиваться.

Испустила глубоких вздох, занеся копыто, чтобы постучать, поколебавшись пару секунд и все-таки решившись. За мутными шторами соседней комнаты в свету показалось движение, и спустя несколько секунд послышался металлический лязг отпирающегося замочного механизма. Дверь потихоньку отворилась, выпуская тёплый свет комнатных ламп наружу, тенью прочерчивая силуэт фестрала с порога, и по ту сторону на меня уставилась откровенно ошарашенная пара янтарный глаз. Рэдиент застыл как вкопанный, не в силах отвести от меня взгляд. Я, тем временем, тоже не могла решиться что-либо сказать ему первой…

Простояв какое-то время в абсолютно неловкой тишине, бывший капитан ночной гвардии наконец оправился от глубокой степени ошарашенности внезапным визитом королевской особы прямо посередь ночи. Он тряхнул головой и резко упал в поклон, в момент оживившись.

— Прошу прощения за моё невежество, Ваше Высочество. Прошу, пройдёмте внутрь, — он пригласительно указал копытом вдоль по коридору.

Я заметила, насколько невозмутимо прозвучал его голос, будто сегодняшних событий и не было вовсе. А в его взгляде было лишь искреннее удивление моим появлением, и ничего более. Рэдиент всё так же продолжал относиться ко мне с почтением, и это совсем сбивало с толку. По большей части, я ожидала, что он просто закроет дверь перед моим носом, увидев, какая именно пони решила вдруг наведаться к нему в гости. Я бы полностью его поняла, поступи он так, и более того, мне казалось это куда более логичным на фоне произошедшего. Кто бы стал приглашать к себе пони, сломавшую тебе жизнь своей безответственностью, даже если эта пони — принцесса?

Я лишь молча переступила порог, чуть-чуть наклонившись, дабы не задеть рогом дверную арку. Мне по-прежнему было трудно проронить хоть слово. Сейчас это казалось как-то совершенно неуместно. И вообще, что я собиралась ему сказать? Даже подумать не удосужилась. Да и что я в принципе могла бы ему сказать, чтобы донести свои извинения, не прозвуча они как «для галочки»? Такие вещи одними лишь словами не решить, а ничего другого у меня, к сожалению, и нет.

— Я приношу свои искренние извинения за столь скромные условия. К сожалению, пони, вроде меня, не сможет обеспечить должного приёма королевской особе, Ваше Высочество, — сказал Рэдиент, неожиданно для меня, пока мы шли по коридору, судя по всему, в гостиную.

— Ничего-ничего! Всё хорошо, — зачастила я, вновь чувствуя себя недостойной его заботы.

Как и полагала, мы подошли к гостиной. Вообще, дом изнутри выглядел весьма неплохо, по последнему слову интерьерного дизайна. Да, не богато, но и далеко не бедно. Вообще, в Кантерлоте, насколько я могу судить, почти все жилые строения выполнены по самым высоким стандартам, и дом капитана ночной гвардии был примерно из ряда самых простых среди всей городской выборки. Оно и не удивительно, всё в округе скуплено богатыми аристократами, у обычных смертных в ближайшие десятилетия не будет и шанса поселиться в столице из-за заоблачных цен на недвижимость.

— Прошу, присаживайтесь, Ваше Высочество, — Рэдиент вновь поклонился, указывая на белый диван рядом со стеклянной столешницей посреди комнаты. — Не желаете чаю? К сожалению, у меня есть лишь обычный чёрный, самый рядовой. Прошу, не примите за грубость, я бы купил что-то более подходящее-

— Нет! — вскинулась я, прервав его. — То есть, нет никакой нужды беспокоиться о нас. Нас вполне устраивает ваше предложение.

Рэдиент взглянул на меня немного удивлённо, но потом на смену пришли нотки вины на самого себя. Это было очень заметно. А крыльерогий барьер вновь уколол меня в самое сердце.

— Да, Ваше Высочество, дайте мне пару минут. Прошу, присаживайтесь, — сказал он, откланявшись, и спешно поцокал по коридору.

Я посмотрела ему вслед и, оставшись в гостиной одна, присела на диван. Немного непривычно сидеть, отвыкла совсем от мебели, не рассчитанные на габариты аликорнов. Но всё равно весьма мягко и удобно.

Спустя примерно минут пять Рэдиент появился в гостиничной арке, одним копытом удерживая поднос с чайным сервизом. Он аккуратно поставил его на столешницу, и принялся разливать заваренный чай по фарфоровым пиалам.

— Сахар, Ваше Высочество?

— Нет, спасибо за заботу, — эти слова дались мне с очередным уколом внутри.

Я подхватила телекинезом свою пиалу и аккуратно пригубила, заметив, как устроившийся напротив меня Найт вопросительно смотрит на меня, и когда мы встретились взглядами, он резко поспешил отвести глаза, взяв свою пиалу в копыта.

— Ваше Высочество, — начал он, смотря в сторону. — Я вынужден извиниться перед вами.

— За что? — спросила я, примерно догадываясь, о чём он говорит. Ох, сено, как бы я не хотела чтобы он сейчас сказал…

— За мою выходку, — сказал капитан, глубоко вздохнув.

В комнате воцарилась гнетущая тишина. Эти слова ударили по мне, словно молот.

Я не заслуживаю такого отношения…

Мои губы дёргались, пытаясь найти подходящие слова, чтобы опровергнуть его убеждение в собственной виновности, но мне так и не удалось. Это гнобило ещё сильнее. И, прежде чем я смогла что-либо выдавить из себя, он продолжил.

— Я искренне прошу у вас прощения, Ваше Высочество, — вдруг он вскочил с кресла и упал в самый низкий поклон. — Моему поступку нет никакого прощения! Я подвёл свой народ, я двухкратно опозорил весь корпус ночной стражи, — он глубоко вздохнул и сделал секундную паузу, явно собираясь с силами. — Я предал ваше доверие, принцесса.

Я лишь ошарашено смотрела на упавшего в ноги фестрала, качая про себя головой, не в состоянии принять его слова. Внутри всё сжалось, и в голове крутился один единственный вопрос: «Почему?». Я… Я не знаю, как на это реагировать… Я даже близко не могла предположить, что он мог принять всё на свой счёт… Я была абсолютно не готова к такому.

Помолчав несколько секунд, я, наконец, собралась с силами.

— Единственный пони, которому тут нужно извиняться, так это я, Рэдиент Найт, — прошептала я, отвернув голову в сторону.

Вновь воцарилась тишина. И когда я решила вновь повернуться, увидела абсолютно сбитого с толку капитана, с поднятыми бровями сверлившего меня взглядом.

С губ сорвался вздох, и я решила продолжить.

— Мне известно, по какой причине вы сделали то, что сделали, — покачала головой и отвела глаза в сторону. — У вас не было другого выбора, Рэдиент, на вашем месте я не колеблясь поступила бы так же. Порой поступать как предписывает устав противоречит морально правильному решению, — я сделала небольшую паузу, подбирая правильные слова. — Есть пони. Очень добрый и честный пони. Он занимается благотворительностью, раздаёт деньги бедным из своего собственного кармана и в качестве волонтёра помогает найти семьи жеребятам-сиротам. Но вдруг один богатенький аристократ-бизнесмен сваливает вину за своё тяжкое преступление на этого бедного пони, купив суд. И лишь только вам известна правда. Вы бы бросили его за решётку, поступи приказ сверху?

Я не хотела смотреть на Рэдиента, но всё-таки решилась. Он опустил голову вниз, закрыв глаза.

— Нет, — ответил он резко поникшим голосом.

Внутренне вздохнув, я продолжила.

— Именно поэтому, я никогда не буду вас достойна, — он резко поднял голову, а его выражение было абсолютно нечитаемым.

— Ваше Высочество-

Я подняла копыто вверх, останавливая Рэдиента. Я знаю, что он хотел сказать, и не могла ему этого позволить.

— Вы — тот самый добрый пони, а я… — глаза закрылись, и я грустно покачала повисшей вниз головой. — Богатый аристократ, подставивший вас.

Вновь воцарилось молчание. Я подняла голову вверх и открыла глаза, пытаясь утихомирить выпрыгивающее из груди сердце.

— Я очень сожалению, что вам так сильно не повезло попасть под руководство кого-то, вроде меня, — наши взгляды вновь встретились. В его глазах было нечто неуловимое. Он лишь смотрел на меня, не в силах что-либо сказать. — Прошу, не изменяйте себе. Прощайте.

Я буквально выплюнула последние слова и поспешила как можно скорее телепортироваться на другой конец Кантерлота.

Вновь ночная прохлада, вновь влажная туманка, вновь тёплый свет одиноких уличных фонарей.

Я жадно хватала ртом воздух, пытаясь изо всех сил успокоиться. Внутри всё вновь крутилось и вертелось, унося меня в глубокую впадину. Шёрстка вся взмокла, и продувающий до костей горный ветер вызывал хаотичные мышечные судороги. Я закрыла глаза и изо всех сил потрясла головой влево-вправо, стиснув зубы, и чёрная корона со звонким лязгом слетела с моей головы. Я села прямо на каменную дорогу, выполняя королевское дыхательное упражнение, дабы хоть как-то справиться с наваждением. Помогло.

Я… Ох, Сено.

Дыхание потихоньку начало восстанавливаться, превращаясь из хаотичного голодного хватания воздуха в редкие глубокие вдохи. Сердце, наконец, перестало сумасшедше бухать внутри, лишь нечасто совершая сильные удары.

Мне нужно прилечь…

* * *

Я ходила по своему кабинету туда-сюда, не находя себе места. Даже ноги устали, но присесть всё никак не получалось, вновь подрывало бесцельно ходить вокруг. В животе всё гадко елозило, а горло, казалось, будто что-то сжало.

Правильно ли я поступила вчера? Я была обязана извиниться перед Рэдиентом, даже несмотря на то, что из виноватых он видел лишь себя. Но мне было просто морально необходимо прибыть к нему лично. Это самое малое, что мне бы следовало сделать для него. Я понимаю, что он вряд ли примет мои заявления сразу и продолжит хвататься за несуществующую вину, которую он видит на своей стороне, но я надеюсь, что хотя бы со временем он признает вещи таковыми, какими они являются на самом деле. С одной стороны, Найт может вцепиться в тот факт, что я принцесса-аликорн, принципиально не давая мне взять вину на себя. И такое может быть. Но зная своего бывшего капитана ночной гвардии, каким он был рациональным и рассудительным, я почти уверена, что он не станет врать самому же себе прямо в лицо. Рэдиент всегда смотрел фактам прямо в глаза, такова обязанность капитана.

Никто не сможет в полной мере стать тебе заменой на посту, Найт. Пожалуй, я ещё никогда не встречала никого более достойного этой должности в рядах моей гвардии. Прости меня…

К сожалению, мне придётся подыскать нового пони на пост капитана. Как бы мне ни хотелось пойти сейчас к Тие и попытаться уговорить её, мне абсолютно точно не стоит этого делать. Зная свою сестру, она не отступит от своего решения, и, возможно, даже наоборот, ситуация может лишь усугубиться ввиду принципиальности Селестии. Я бы попробовала, но и без совершенно ненужного риска я уже и так превратила жизнь Рэдиент Найта в устланную сахаром дорогу, не стоит ещё более провоцировать появление осложнений.

Сено… И правильный ли этот поступок? Оставить всё как есть? Или всё-таки рискнуть и попытаться уговорить сестру? Ох… Сейчас я самая последняя пони, которая должна распоряжаться судьбой Найта.

Быть может…

Нет.

Мне прекрасно известно, что он ответит, если ответит вообще, даже без письма.

В любом случае, даже если вдруг и получится уломать Тию пойти на попятную, я очень переживаю, что солнечные гвардейцы устроят ему такую сладкую жизнь, что Рэдиент сам подаст в отставку.

Нет, сейчас я не вправе идти на такой риск. Так или иначе, я уже и без того прекрасно понимаю, какой выбор я собиралась совершить с самого начала. В этой ситуации я просто-напросто не в праве брать инициативу в свои копыта и пытаться решить что-то самовольно, и уж точно мне не следует подталкивать Найта. Пожалуй, единственной ситуацией, которая заставит меня всё-таки решиться пойти на такой риск, было бы если Рэдиент сам бы сейчас пришёл и попросил попытаться уговорить Тию. Но это абсолютно невозможный исход. Поэтому… Эх.

Задумчиво посмотрев на своё правое копыто, я покачала головой, глубоко вздохнула и поцокала к письменному столу. Мой взгляд скользнул по толстой жёлтой папке, в которой покоилось ещё множество других, более тонких, помеченных разноцветными заметочными стикерами. Как же я надеялась, что мне придётся возвращаться к этому процессу вновь лишь через лет десять-двадцать, а то и более…

Я уселась в мягкое кресло за столом и телекинезом подтянула папку поближе, раскрывая толстую корку. Посмотрим…

«Личное дело номер-

* * *

Это чуть не свело меня с ума… Нет, я, конечно, представляла, что поиск пони на столь важную должность может оказаться весьма проблематичным занятием, но я не могла предположить, что будет настолько сложно выбрать кого-то столь же достойного, каким был Рэдиент Найт.

За окном уже медленно садилось за горизонт дневное светило. Пожалуй, только сейчас я обратила внимание на то, сколько времени прошло с того момента, как я начала работу. Кстати говоря, мне показалось немного странным то, что сестра так и не зашла ко мне сегодня. Хотя, я понимаю, почему… Возможно, она даже видеть меня не хочет после перепалки между капитанами солнечной и ночной гвардий. Я даже забыла извиниться…

Кляча.

Я обязана пригласить её на совместный ужин. К сожалению, моих слов даже близко не хватит для того, чтобы передать моё искреннее раскаяние. Мне действительно очень и очень жаль, что не смогла уследить за ситуацией… Я была обязана быть более чуткой к тому, что происходит вокруг меня. И, отныне, я полна решимости доказать делом своей сестре, что на меня можно положиться. После вчерашнего дня что-то изменилось во мне, не могу сказать, что именно. Но мне будто бы дали какой-то тонизирующий коктейль, основным ингредиентом которого была уверенность в себе. Надеюсь, Тия примет мои извинения…

А сейчас, мне стоит вернуться к теме.

Итак, из выборки в более чем ста пятидесяти пони я смогла отобрать лишь два кандидата. Эти два фестрала определённо внушают доверие, и как минимум заслуживают повышения, по крайней мере лишь один из них, на кого падёт окончательный выбор. Астрал Винд, кобылка тридцати двух лет, родилась в Эмбервинге. Весьма далековато отсюда, почти что другой край Эквестрии, дальний юг. Однако, насколько я понимаю, второй кандидат тоже родом из Эмбервинга. Оно не удивительно, этот город фактически является на данный момент столицей народа фестралов, самое первое их поселение на территории Эквестрии, большинство бэтпони родом именно оттуда. С Астрал Винд я не знакома лично, однако я слышала очень много похвал из уст бывшего капитана об этой кобыле. По его словам, она крайне ответственно подходит к решению любой задачи, обладает блестящим тактическим мышлением и относится ко всему рационально и беспристрастно, идеальный набор для будущего капитана. Но, мне всё ещё необходимо встретиться с Астрал лично и провести должное собеседование.

Второй кандидат — Кресцент Скиф, жеребец тридцати лет. Совершенно необычный фестрал. Абсолютно необычный. С уверенностью могу заявить, встретить подобного пони — огроменная редкость. Пожалуй, только лишь вероятность встретить третьего аликорна будет меньшей. Дело в том, что фестралы, как правило, являются неким подвидом пегасов с кучей мутированных генов. Кресцент — аномалия, он хоть чисто технически и является фестралом, но при этом под общепризнанное определение он не подпадает ввиду того, что вместо крыльев в него рог. На данный момент официально известно лишь о трёх подобных единорогов-фестралов, проживающих на территории Эквестрии. И мне выпала честь иметь в своих рядах самую настоящую ходячую аномалию. Но, однако, нет, далеко не из-за этой причуды я выбрала Кресцента в качестве кандидата. Скифа я знаю лично, мы очень много общались и могу точно сказать, этот пони один из самых трудолюбивых, что я когда-либо встречала. Он всегда выполняет свою работу с душой, пожалуй, одно из важнейших качеств. К тому же, Кресцент, по словам Рэдиента, всегда мечтал служить в рядах королевской гвардии под предводительством принцессы Луны, он абсолютно предан ночному крылу. Ко всему прочему, могу сказать, этот фестрал — пони чести, он всегда руководствуется в первую очередь моральными принципами и изо всех сил пытается поступать настолько правильно, насколько это возможно. Как же он похож на бывшего капитана ночной гвардии… Пожалуй, мне определённо стоит дать Кресценту шанс, даже несмотря на то, что он находится немного ниже по званию, чем Астрал. Однако, в данный момент оценивается далеко не это.

Итак, теперь самое сложное — выбор. Мне стоит запланировать два собеседования на завтрашний вечер, но перед этим мне стоило бы посоветоваться с сестрой.

* * *

Я уже начинаю немного волноваться…

Еда на столе уже практически остыла, но я не собиралась даже прикасаться к ней, пока Селестия не явится в столовую. Честно, я, наверное, с ума бы сошла от столь долгого ожидания в подвешенном состоянии, если бы стражник не передал положительный ответ сестры на моё предложение. Скорее всего, вновь до талого за работой засиживается…

Впившись взглядом, я лениво крутила поблёскивающую в бирюзовом свете телекинеза вилку для салата, подперев голову копытом.

А с другой стороны, я была даже немного рада, что Тия задерживается. Страшно было с ней вот так вот сесть напротив и поужинать вместе после вчерашнего. Мне остаётся только догадываться, что она может чувствовать ко мне в данный момент. А её сегодняшнее молчание лишь подливало масло в огонь. Пожалуй, это самое худшее, что только может с тобой происходить — неизвестность и отсутствие ответа. Сиди и гадай, что происходит, а яркое воображение ещё и умножит это удовольствие десятикратно, чтобы так уж легко не жилось. И самая-самая вишенка на торте — убивающее ожидание под этим волнительным коктейлем. Ох…

Тут краем глаза я заметила золотое свечение с противоположной стороны столовой. Я резко выпрямилась и положила вилку на место, взглянув на входную пару дверей. Селестия появилась на пороге, шагнув внутрь, и, оглянувшись назад, прикрыла за собой дверь. Её ушки были напряжённо выставлены вперёд, однако её голова чуть свисала вниз, немного контрастируя. Розовые глаза были опущены в пол и, судя по всему, совсем не хотели встречаться со мной взглядом. Она медленно поцокала в направлении к своему месту за столом и, отодвинув мягкий отделанный красным атласом стул, устроилась за обеденными принадлежностями, чтобы уставиться остекляневшим взглядом в тарелку перед собой.

Честно, я не могла понять вот так с первого раза её эмоциональное состояние. Больше всего меня напрягало, что Селестия так и не поздоровалась со мной, и не упрекала меня в очередной раз за сложенные крылья во время трапезы. Что-то явно не так…

Набравшись сил, я всё-таки решилась сделать первый шаг, разбив в дребезги ужасно давящую тишину.

— Добрый вечер, принцесса Селестия, — сказала я осторожно.

Тия немного дёрнулась и в момент оживилась, выпрямляясь за столом. И, возвращая нейтральное выражение, взглянула на меня.

— Добрый вечер, принцесса Луна, — сказала она. — Прошу прощения за нашу нерасторопность. Мы сохраняли тенденцию ожидать вашего прибытия опосля

нашего.

Справедливо. Как правило, это она тут обычно играет роль той пони, что каждый раз ждёт опаздывающую горе-сестру.

— Мы премного вам признательны за приглашение на совместную трапезу, — добавила Тия.

Её брови немного нахмурились, и, подхватив телекинезом закусочную вилку, вдумчиво сверлила её взглядом, не торопясь прикасаться к еде.

— Принцесса Селестия, что-то случилось? — с грацией гидры в лоб спросила я, не обращая внимания на тошнотворные впечатления от официального стиля речи. — Вы сами на себя не похожи.

Сестра лишь глубоко вздохнула и отложила вилку в сторону, потянувшись телекинезом к кувшину с брусничным соком. И, помолчав какое-то время, она заговорила.

— Не буду таить, на нас свалилась дюжина донельзя изматывающей бумажной работы, требующей безотлагательного внимания с нашей стороны, принцесса, — Тия поставила стакан рядом с тарелкой и подхватила салатную пиалу.

То, что она, наконец, признала свои тяготы, однозначно было хорошим знаком. Ранее она всегда отмахивалась от меня при любом удобном случае, скрываясь за нейтральной маской. Или, быть может она решила мне немного открыться только лишь потому, что я потихоньку начала следовать её излюбленному официальному поведению? Это… Немного бы задело меня, будь оно правдой. Однако, я уверена, что моя любимая сестрёнка просто-напросто устала бороться со всем этим непосильным потоком бесконечной работы в одиночку. Быть может, она всё-таки позволит мне разделить с ней её обязанности? Не то что бы меня саму не изматывали собственные дела, однако я была готова помочь Тие хоть чем-нибудь. Чем смогу. Попробовать стоит.

— Тем не менее, мы бы хотели поинтересоваться у вас на счёт проекта Кантерлотского замка, — заговорила она, прежде чем я успела предложить свою помощь в работе. — Возведение вашего личного ночного крыла, принцесса Луна, уже близится к концу. Не желаете ли поделиться своими впечатлениями? Всё ли вас устраивает? Пока есть возможность мы располагаем оказией отдать приказ строительному отделу для изменения каких-либо деталей до окончательного завершения проекта, если оно понадобится. Нам необходимо лишь ваше слово.

Я нервно сглотнула и устремила свой взгляд в тарелку.

— Вы ведь выполнили нашу просьбу осуществить осмотр ночного крыла? — послышалось спереди.

Ох, конские яблоки…

— Понятно… — спустя несколько секунд моего молчания, грустно сказала Селестия.

В столовой повисла ужасно неприятная тишина. В копыта подошёл неприятный холодок от онемения, и мне казалось, что даже немного шевельнуться в данный момент для меня было бы абсолютной наглостью.

Как я могла вообще забыть? Неделю назад Селестия просила меня посетить Кантерлосткий замок, дабы проконтролировать работу по возведению моего крыла. В тот день она была в приподнятом настроении, ей так сильно хотелось показать мои покои лично, но гора нагрянувшей работы не позволила Тие пойти со мной, потому она поручила мне отправиться самой. Она просто хотела сделать мне что-то приятное, а я взяла и плюнула ей прямо в лицо в ответ на заботу, которую сестра и без того в последнее время мало проявляет из-за бесконечных дел…

Я жутко её обидела… И даже не нужно быть чутким к эмоциям окружающих, чтобы понять это. Дискорд, какая же я дура синяя… Что со мной, лягать, не так?!

— В таком случае, мы уже не успеем внести необходимые правки в проект, — холодно заключила Селестия. Эти слова впились мне ледяным клинком прямо в сердце.

— Тия, давай отправимся прямо сейчас! Я… Я-

— Принцесса Луна, сядьте пожалуйста, и не смейте пренебрегать нормами этикета, — перебив, она свирепо взглянула на меня.

Я грустно посмотрела на сестру, и, глубоко вздохнув, вновь уселась за стол, опустив взгляд в копыта.

Молодец…

В горле томно заныло, и, показалось, как к глазам начала подступать горькая влага. Мышцы по всему телу расслабились, полностью сникнув, отдавая меня в объятья буквально лишь недавно ушедшей тьме.

Почувствовав, как что-то тёплое капнуло на моё копыто, я кончиком пера смахнула слёзы с тягучих глаз. Шмыгнув носом, я выдавила дрожащий воздух из лёгких и в отчаянии прикрыла глаза. Посидев так какое-то время, я каменно потянулась телекинезом к папке, что лежала на соседнем стуле.

— Не во гнев будет сказано, принцесса Селестия, — сказала я, еле-еле выжимая из себя слова.

На что Тия лишь глубоко вздохнула, но спустя какое-то время убивающего молчания всё-таки заговорила.

— Мы принимаем ваши извинения, — в её голосе мне послышались нотки равнодушия. От этого мне стало лишь гораздо хуже…

Уже в который раз вновь повисла тишина, лишь цокот снующих пони за дверью хоть как-то разбавлял неимоверно давящую атмосферу.

Нет, не собравшись с силами, а вовсе наоборот, я положила папку перед собой, сухо пробежавшись по заголовку. А затем протянула её Селестии, не желая смотреть ей в глаза, предпочтя этому вид золотистой оконной рамы. И, будучи в полном отчаянии от желания хоть как-то избавиться от душащего безмолвия, я решила поднять тему, из-за которой, собственно, и позвала сестру на ужин. Возможно, это далеко не лучшее моё решение в данный момент… Но внутри меня будто бы всё кричало, что если мы закончим трапезу в тишине, всё рухнет, и на этот раз навсегда.

— Принцесса, мы понимаем, что в нашем положении мы не вправе просить у вас будешто

, но нам нужен ваш совет, — мне показалось, словно Тия хотела бы вскинуть бровь, но удержала этот жест на расстоянии от беседы.

Вместо этого, она просто подхватила мою папку и пристально впилась в неё взглядом, скользя взглядом по тексту на корке.

— Ох… Принцесса Луна, — она глубоко вздохнула, закрыв глаза, и отложила папку в сторону, приложив холодный накопытник ко лбу.

— Мы… Мы понимаем… — сказала я, опустив голову.

И зачем я только вообще решила открыть рот…

Еле-еле качая головой, она не торопилась что-либо добавлять, но, в конце концов, тишина была разрушена.

— Вы… — явно сражаясь с собой, начала она. — Ты, Луна… Ты не сможешь нанять нового капитана в ночную гвардию.

Что?

— Принцесса Селестия, о чём вы-

— Ты отстранена.

В комнате повисла безумная тишина. Просидев, наверное, минут десять, я остекленевшим взглядом смотрела на свою сестру, не в силах что-либо сказать. Мои губы дёргались, пытаясь вымолвить хоть что-то, я ровно стала немой.

— Принцесса Луна, мы… собирались объявить вам об этом завтра… — голос Тии немного дрожал. — Но отныне, вы полностью отстранены от управленческих дел и полномочий принцессы на неопределённый срок.

— Н-но… — попыталась заговорить я, но не смогла.

— Ваши приказы подданным отднесь не будут иметь никакой силы без нашего личного одобрения.

— Тия…

— Закон, провозглашающий нас королевой, уже был подписан.

— Сестра, прошу те-

— С сего времени вам насущно привыкать к новому жизненному укладу, — перебила она меня.

Я беспомощно смотрела в абсолютно безжизненные глаза своей сестры, пока моя душа распадалась на части.

— Прости, Луна, — одними губами не подавая голоса сказала она, неожиданно исчезнув во вспышке телепортации.

Я осталась наедине с осколками.

Острыми, впивающимися осколками…

* * *

Холодные лунные лучи скользили по тёмно-синему, почти что сливающемуся с темнотой ворсистому ковру. Я обессилено развалилась на широком подоконнике возле высокого окна, омертвевшим взглядом зависнув на разодранной в клочья подушке от прошедшей истерики. Шёрстку на щеках отвратительно стягивало, но на это я как-то даже не обращала внимания.

Всё рухнуло.

Сегодня я потеряла всё.

Свой титул. Свою гвардию. Своих подданных. Свою работу. Свою историю. Своё имя. И… Свою сестру.

Пару часов назад всё окончательно закончилось для нас с Тией. Шансов больше нет, и уже не будет. Она забрала у меня всё, что у меня осталось от былой жизни. Дальше ничего уже не будет. Это конец. Всё закончилось для меня…

Глубоко вздохнув, я сморгнула скупую одинокую слезу.

Нет, я знаю, что будет дальше…

Закрыв глаза, я покачала головой, громко шмыгнув. Мои уши сконцентрировались на ночном концерте ансамбля сверчков, заставляя меня вновь мучительно открыть чугунные веки.

Не получится… Даже с помощью Элементов. Я не смогу заставить их освободить меня…

Глубоко вздохнув, я вновь скользнула взглядом по разбросанным повсюду белым перьям.

Нет… Теперь я обречена на бессмысленное вечное существование под надзором сес-…

Королевы Селестии.

Как будто в моей жизни хоть когда-нибудь да был смысл. Смешно. Этот мир использовал меня только лишь для того, чтобы помочь Тие победить Сомбру и Дискорда, а затем он просто списал «принцессу Луну покровительницу ночи» со счетов и выбросил на помойку, как одноразовую тряпку, об которую просто вытерли ноги.

Разве я не была достойной хотя бы обычных маленьких счастливых вещей, которые есть у обычных пони? Разве я не заслуживаю просто быть хоть капельку счастливой?

Мне так хотелось вновь зарыдать, но в таком случае меня бы уже просто вырвало от переизбытка слёз, которых и без того совсем не осталось. Мне кажется, что я больше никогда уже не смогу заплакать. Нарыдалась на несколько жизней вперёд…

Бок уже отлежала, перевернуться хочу, но сил даже на это нет. Быть может, если я просто закрою глаза, жизнь всё-таки будет мила забрать меня в небытие?

Я не знаю, слышишь ты меня, или нет. Кем бы ты ни был. Богом, творцом, создателем… Прости меня, если вдруг я сделала в своей жизни что-то не так, мне очень жаль… Но прошу тебя, забери меня отсюда… У меня больше нет сил всё это терпеть. Я не справляюсь. Зачем я вообще тут? Прошу, подари мне желанный покой и свободу от оков бессмертия, вызволи меня…

— Я, конечно, не бог, и забрать тебя никуда не смогу, — послышался голос спереди, и я чуть ли не вскочила от неожиданности, будь у меня хоть капелька сил. — Но да, я слышу тебя, как видишь.

В паре метрах от меня стояла угольно-чёрная кобылица, озадаченно рассматривающая пострадавшую от моей истерики подушку. В белых лунных лучах её серебрянные доспехи переливались матовым перламутром, а её звёздная грива фиолетовым неоном освещала небольшое пространство вокруг.

Я замерла, обескураженно уставившись на неё.

Когда та обратила внимание на моё молчание, её бирюзовые драконьи глаза повернулись ко мне.

— Удивлена, да? — сказала она. И мне показалось, будто у неё вместо обычных зубов сплошные острые клыки…

— Кто ты? — выдавила я, пытаясь подняться на дрожащие ноги, но они подкосились и я вновь упала.

— Эх… — вздохнула она, покачав головой.

Кобылка подошла ко мне, и я инстинктивно отшатнулась от надвигающийся угрозы.

— Не бойся, — сказала пони, улыбнувшись мне.

Она протянула мне копыто, и, пару секунд поколебавшись, я всё-таки приняла его. Когда кобыла помогла мне подняться на ноги, она продолжила.

— Чего тут стоит бояться, так это твоих мыслей.

— Кто ты? — вновь спросила я, с опаской смотря ей в глаза.

И краем взгляда я обнаружила, что у неё за спиной есть крылья!

— Аликорн?! — наверное, будь я в нормальном состоянии, это не прозвучало бы как жалобный писк.

Она демонстративно расправила крылья во всю ширину и, кивнув мне, взмахнула, поднимая с пола самый настоящий вихрь из белых перьев.

— Но ты же ведь тоже аликорн? — сказала кобыла, как само собой разумеющееся.

— Но как?! — я отступила на шаг, замахав передним копытом. — Эквус породил лишь двух аликорнов! Это абсурд!

— Всё так, — совершенно не видя никакой проблемы, кивнула она.

Мой рот двигался, пытаясь связать из слогов слова, но ничего так и не вышло.

Кобыла напротив, увидев мою крайнюю степень удивления и обескураженность, лишь хихикнула и продолжила.

— Я, ну… Как бы тебе это сказать… Чтобы ты не заработала себе вывих мозга, который и без того уже вывихнут… Ммм, — задумчиво промычав, она приложила копыто к губам. — Я — это ты, но при этом не ты.

Я вновь уставилась на неё, лишь молча моргнув глазами. Мой рот открылся, чтобы что-то ей сказать, но я опять не понимала, что мне вообще говорить.

— Ладно-ладно, прости. Меня просто очень забавляет твой озадаченный вид, — сказала кобыла, начав ходить по круглому ковру, словно по кольцу, отчеканивая каждый свой шаг. — Итак, начнём с того, что меня зовут Найтмер Мун. Ну или же просто Найтмер, как тебе угодно. Можешь называть меня призраком, духом, раздвоением личности, — с нотками иронии выделила она последние слова. — Ну или же астральным сознанием. Ох, каких только слов пони не напридумывают, — про себя сказала Найтмер последнюю часть предложения, явно не адресуя слова мне. — В любом случае, я часть тебя, и при этом ты тоже часть меня. Чисто технически, мы одно целое, но при этом не совсем.

— Ч-… что значит «одно целое»? — наконец, смогла я сказать хоть что-то.

Кобыла напротив лишь закатила глаза, будто пытается объяснить непонятливому жеребёнку таблицу умножения.

— Это значит «одно целое»

Я вновь уставилась на неё.

— Прости, — прыснула она. — Кхм, итак. Если серьёзно, это значит, что моё сознание привязано к твоему сознанию, можно сказать, цепями. Я чувствую, что ты чувствуешь, я вижу, что ты видишь и всё в этом роде.

— Так, лаааадно… — протянула я, качнув головой. — Вы выбрали просто отвратительнейший момент, чтобы подшутить надомной. Не знаю, кто ответственен за этот ужасный розыгрыш, но все к нему причастные могут легко отправиться в темницу на пожизненное за вторжение в личные королевские покои. Не знаю, как тебя вообще пропустила стража, но мало им не покажется…

Эта кобыла лишь смотрела на меня, явно изо всех сил сдерживая смех, пока я двигалась к выходу. Я яростно отворила двери спальни и переступила через порог, сверля взглядом двух солнечных гвардейцев, которых приставила мне Тия, пока моя ночная гвардия готовиться к слиянию с дневной.

— Как это понимать?! — крикнула я, краем глаза заметив, как та кобыла внутри спальни упала на спину посреди комнаты и откровенно заливается смехом, схватившись за живот. Меня это ещё более разозлило. — По какому праву вы смели пустить постороннего в нашу усыпальню во время сонных видений?! Какую часть слова «никого не впускать» вы не поняли?!

Вздрогнув, стражники без слов синхронно вломились в спальную комнату в полной боевой готовности. А тот, что был единорогом, даже наложил на меня заклинание щита.

Кобыла, тем временем, восстанавливала дыхание от безудержного смеха, смахивая кончиком крыла слёзы с краёв глаз и медленно поднялась на копыта. А стражники… Или эти подлецы тоже участвуют в розыгрыше? Тогда всё становится понятно.

— Вы издеваетесь? — сказала я, покачав головой. — Посмеялись и хватит, завтра утром я всё доложу прин-… Королеве Селестии. Можете попрощаться со своими рабочими местами.

Найтмер Мун сновала засмеялась.

— Простите, Ваше Высочество? — абсолютно ошеломлённый стражник взглянул на меня полными растерянностью и невинностью глазами.

— Довольно, или вы хотите отправиться отдыхать в темницу до скончания своих дней? — я хмуро подняла бровь, и заметила, как кобыла подходит к тому гвардейцу, к которому я обращалась, чтобы помахать копытом прямо перед его мордой.

Тот даже не моргнул.

— Моё терпение кончилось, — я зажгла рог, плетя в сторону «Найтмер Мун» заклинание разоблачение иллюзии.

Ширма не спала.

— Давай я покажу тебе фокус, который, могу поспорить, ты ещё никогда в жизни не видела? — Найтмер провела копытом по морде стражника, которое прошло прямо сквозь него.

Я дёрнулась, и мои глаза непроизвольно расширились, а к мордочке и ушкам прилила кровь.

Ты правда меня слышишь?

Прошло какое-то время, но ответа не последовало. Так я и думала.

Когда я уже подготовила заклинание телепортации прямо в спальню сестры, Найтмер вдруг резко ответила.

— Слышу я тебя, слышу. Не смогла удержаться, прости, — усмехнулась она. — Ох, ну ты, конечно, умеешь поднять настроение.

Всё моё тело в момент окаменело, и я ошеломлённо посмотрела на Найтмер.

— Не на меня смотри, хочешь, чтобы тебя совсем за съехавшую приняли? — сказала она, и мой взгляд резко дёрнулся к напуганным стражникам, а моя мордочка буквально заполыхала.

Хотелось уйти сквозь землю с концами.

— Ладно, мы выражаем глубокое сожаление за беспокойство. В связи со сменой кадров в рядах моей личной стражи, мы были вынуждены устроить проверку, дабы быть в уверенными в абсолютной надёжности служащих, — как только могла, невозмутимо говорила я. — Завтра я сообщу прин-… — я недовольно покачала головой. — Королеве Селестии, чтобы вам повысили жалование за безупречную службу.

Стражники пару секунд стояли, молча обмениваясь сбитыми с толку взглядами, но потом один из них продолжил.

— Мы… премного благодарны, Ваше Высочество, — напряжённо сказал жеребец-единорог. — Могли бы мы вернуться на свой пост?

— Да, конечно, — кивнула я, и стражники, в последний раз обменявшись настороженными взглядами, скрылись за порогом, и телекинезом я закрыла за ними входную дверь.

— Итак? — сказала Найтмер, ехидно прищурившись, а на её морде красовалась издевательская улыбка.

— Ты правда…

— Настоящая? — продолжила за меня она. — Знаешь, это понятие весьма относительное. Облокуция из одного слова. Но, конкретно для тебя да, вполне.

Я лишь глубоко вздохнула, не зная, что и говорить.

— Знаешь, я всё строила варианты, как ты отреагируешь на мой приход, и знаешь, этот, — она махнула копытом в сторону двери, усмехнувшись. — Был очень маловероятным. Честно. Я не думала, что ты и вправду кинешься первым делом к стражникам, особенно солнечным. Хотя… Могу понять тебя.

— Ты следила за мной? — пропуская все остальные слова мимо ушей, спросила я.

— Наблюдала, — поправила меня Найтмер, подняв копыто. — За тобой, твоей жизнью, твоей… «сестрой», — с ядом выдавила она последнее слово. — Как я и говорила, моё сознание привязано к твоему цепями.

— Но почему… Ты вдруг взяла и… Теперь тут? — посмотрела я ей в глаза.

Она отвернулась от меня и подошла к окну, взглянув на яркий серебряный диск в ночном небе.

— А почему бы и нет? Наблюдать таааак скучно, даже представить себе не можешь, — протянула она, зевнув во всю пасть, потягивая крылья. — В любом случае, учавствовать в жизни самостоятельно куда интереснее, чем просто смотреть на весь этот спектакль.

Я подошла чуть поближе и кинула ей удивлённый взгляд в спину.

Честно, теперь я совершенно и абсолютно не имею представления, куда меня хочет забросить судьба…

## Глава 4. Королева Селестия

В столовой стоял яркий аромат распустившихся роз, собранных пару минут назад прямиком из дворцового сада. На нежных белых лепестках ещё не успела высохнуть утренняя роса, купая в себе огненные солнечные лучи, превращая их в цветастые радужные слои. В трапезной было весьма тихо и безжизненно, контрастируя на фоне пламенного радостного восхода, знаменующий начало нового дня.

Королева Селестия вращала в телекинетическом поле одну из роз, сверля её пустым взглядом. Весьма глупым решением было отправить приглашение принцессе Луне на совместный завтрак. В качестве ответа адресата последовал лишь пепел сожжённого письма, телепортированный самым небрежным образом прямиком над белоснежной ложе королевы. Однако, несмотря на столь противоречивый поступок сестры, Тия вовсе не была осержена.

Баклажановые стейки на тарелке уже давно остыли, завтрак всё никак не хотел лезть внутрь, так и оставшись нетронутым. Глубокий вздох Селестии раздался по столовой, и роза, парящая в золотом поле, опустилась на фарфоровую тарелку. Стул отодвинулся из-за стола, королева встала на ноги и двинулась в сторону выхода из столовой. Её золотые накопытники звонко лязгали по каменному полу, заставляя уши неприятно подрагивать после расставания с блаженной тишиной. Стражники у выхода почтенно поклонились и отворили дверь перед королевой. Селестия лишь благодарно кивнула, не рассчитывая, что её жест будет замечен жеребцами, упавшими в поклон.

Белоснежное копытце ступило в коридор, солнечные зайчики золотого накопытника игриво облизнули каменную кладку, чтобы в тот час вновь обернуться чёткими лучами дневного светила, пробивающихся сквозь панорамное окно.

На фоне столовой в коридоре было весьма живо: стражники статно патрулируют маршрут; снующие туда-сюда служанки, взволнованно прерывающиеся лишь на поклон Селестии; неспешно прогуливающаяся парочка аристократов, остановившаяся в замке на выходные. Но всё это совсем не привлекало взгляда королевы, не до того дело было.

Спустя несколько поворотов в запутанных, словно лабиринт, коридоров, Тия нашла взглядом долгожданную дверь и, даже не дожидаясь поклона стражников у входа, скользнула внутрь, закрыв за собой дверь.

По комнате раздался глубокий облегчённый вздох. Селестия измученно покачала головой и приложила холодный накопытник ко лбу, прикрыв глаза. Её сердце словно потеряло привычный ритм, сорвавшись в хаотичный галоп, гоняя кровь по жилам, словно рысака.

Сбросив наваждение, Селестия устало скользнула взглядом по своему рабочему месту возле панорамного окна возле книжной полки и, заприметив внушительную стопку бумаг, тяжело вздохнула, предвещая весьма нелёгкий рабочий день. Помедлив, копыта сами ступили навстречу рабочему креслу, подавив острое желание отложить дела на потом. Устроившись за просторным столом, Тия уже на автоматизме сняла первый листок пергамента с верхушки макулатурного небоскрёба, пропуская его содержание мимо сознания. Текст совершенно не хотел лезть в голову.

— Лулу… — сказала она в пустоту.

Посидев пару минут полностью погрузившись в себя, королева помотала головой, пытаясь вытрясти неугодные мысли, мешающие сконцентрироваться на работе.

* * *

— Ваше Вы… Ваше Величество, — поклонилась служанка, держа в телекинезе очередную новую партию макулатуры.

— Спасибо, — сдерживая рвущееся наружу раздражение, отрезала Тия, выхватывая пачку документов, тем самым вызвав сдавленный писк у служанки. Та растерянно поклонилась и поспешила скрыться за дверью.

Пергаментная башня стала выше ещё на сантиметров тридцать. И только сейчас, вырвавшись из рабочего потока, королева, наконец, заметила, что за целую рабочую смену небоскрёб сократилась чуть менее чем на половину.

— Ох… — вздохнула Селестия, покачав головой, и сняла с самой верхушки бежевый лист из свеже доставленной партии.

Потупив взгляд, она просидела пару минут, бездумно уставившись в рукописные строки, пробегающие мимо её восприятия. Тия вновь попыталась сконцентрироваться на чтении, но изнурённый ум всё снова и снова уводил её в прострацию внутри себя. Текст просто-напросто уже не хотел лезть в голову, превращаясь лишь в набор красиво выведенных букв и символов, не имеющих ровно никакого смыслового веса. Селестия раздражённо пригвоздила лист бумаги к столу, схватившись копытами за голову, пытаясь привести себя в чувства. Приятный холодок золотых накопытников уже не особо спасал ситуацию, сознание расплывается, словно кусок таящего сливочного масла на сковороде, всё вокруг вертится и пульсирует, смазываясь воедино, словно испорченный холст, испачканный мазнёй жеребёнка. Помассировав тяжёлые веки, Селестия развернула кресло к окну, чтобы яркое заходящее солнце обожгло уставшие покрасневшие глаза.

— Ах… — королева машинально расправила крыло, укрывшись от ядрённых лучей, отвернув мордочку в сторону.

Селестия повернула кресло спиной к окну, так и не решившись отдохнуть, любуясь заходом летнего солнца. Однако лишь от одного только взгляда на, казалось, бесконечную стопку бумаг, королеву словно начало выворачивать изнутри. Почувствовав новую волну тяжести, Тия поспешно отвела глаза, автоматически приложив накопытник ко лбу. Блаженно прикрыв веки, королева облокотилась на спинку кресла. Окаменевшие мышцы шеи начали потихоньку расслабляться, даруя сладкую минуту покоя и безмятежности на фоне бурной погони за концом рабочего дня.

Немного придя в чувства, Селестия решилась открыть глаза, уставившись в потолок.

Тишина и покой. Даже мысли решили уйти на второй план, давая короле желанную минутку отдыха.

И тут, словно гром посередь ясного лазурного неба, нарушая всякий лад да безмятежность, прогремела в голове мысль, заставившая королеву тот час оживиться. Неожиданно внутри ощутилась захлестнувшая усталость волна сил и мотивации. Селестия, охваченная идеей с головы до копыт, встала на ноги и двинулась к выходу из кабинета, лишь немного задержавшись на пороге, чтобы бросить краткий взгляд на заходящее за горизонт солнце.

* * *

— Итак, вы единственные, кто смогли добраться до финального этапа, — грациозно приложив копыто к груди, заявила Селестия. — Сегодня двое из вас покинут стены дворца, без шанса вновь попытать удачу занять столь высокопоставленную должность. Вы осознаёте степень важности последующего испытания?

Спустя примерно неделю напряжённых отборочных испытаний на должность королевского ассистента, из пятидесяти участников в финальный этап смогли пройти лишь трое. Не сказать, что это слишком огорчало Селестию, однако ей в очередной раз пришлось усомниться в компетентности своих служащих, по чьим рекомендациям и осуществлялся отбор кандидатов на пост.

— Да, Ваше Величество, — синхронно поклонились пони разных мастей.

Кобылка-единорог белой окраски с шоколадной гривой и прямоугольными очками с закруглёнными углами, пурпурный жеребец-земнопони с выцвевше-жёлтой от возраста гривой и ещё одна кобылка-пегас кремовой окраски с пастельно-розовыми волосами и многочисленными большими родимыми пятнами на шёрстке того же цвета в районе спины.

— Отлично, в таком случае, внимайте нашему итоговому заданию, — королева подняла копыто, привлекая к себе внимание. — Вашей задачей будет подробный сбор данных за прошедший месяц, связанных с обстановкой в сфере торговле по определённым городам, а также последующий анализ и выдвижение собственных предложений по улучшению ситуации. Ластер Венд, ваш город — Троттингем, Арис Сикер — Рейнбоу Фоллз, Винд Гейз — Ванхувер. Вам будет выдан ограниченный доступ в архивы для получения сводки прошлых лет. Жду подробного отчёта завтра вечером.

— Простите, Ваше Величество, — взволнованно пропищала пегаска.

— Мы слушаем, — кивнула Селестия.

— Ваше Величество, — упала в поклон пегаска, страшась смотреть королеве в глаза. — Вам не кажется, что учитывая столь небольшие сроки это… Чрезвычайно сложная задача, даже для должности королевского асис-

— Если вы сомневаетесь в своих силах, — пророкотал голос правительницы, заставив пегаску вздрогнуть. — Вы можете сразу покинуть стены дворца и даже не пытаться тратить ваше драгоценное время на непосильную задачу, — взгляд Тии стал откровенно суровым. — Это касается всех вас, если вы не уверены в своих силах, можете даже не прикасаться к выполнению итогового задания. Настоятельно рекомендую отказаться прямо здесь и сейчас, чтобы сэкономить наше время. Теперь же, я спрошу у вас — вы готовы приступить к прохождению заключительного испытания?

— Да, Ваше Величество, — в этот раз возглас претендентов на должность личного королевского ассистента был не столь уверенным, за исключением единорожки, чей взгляд оставался холодным и непоколебимым с самого начала аудиенции.

— В таком случае, мы желаем вам успехов, — кивком Тия маякнула стражам, дабы те проводили участников отбора в архивы замка.

Королеве казалось, что всё идёт безапелляционно по плану. Отстранение её младшей сестры от управленческих дел хоть и многократно повысило повседневную нагрузку на Селестию, но это не было такой уж серьёзной помехой. По многим причинам. В частности, что Луна — не незаменима, особенно учитывая её уровень компетенции... В противном же случае, Тия была готова взвалить всю появившуюся нагрузку на свои плечи, дабы сохранить королевство в безопасности и, наконец-таки, наладить все дела при дворе.

Она почувствовала язвительный укол от осознания собственной безответственности. Как она могла допустить разрастание столь критической ситуации до непомерных масштабов?

Тия прорычала про себя, гоня мысли о своей младшей сестре на задворки разума. Личные чувства не должны сказываться на судьбе королевства ни в каком проявлении. В тот день она попросту не могла поступить иначе. Внутренний голос здравомыслия, наконец-таки, смог докричаться до её сердца после сотен, и даже тысяч провальных попыток.

По спине Селестии пробежали мурашки.

* * *

— Впечатляет, но, увы, этого не достаточно. Мы искренне уважаем ваш труд, вы сделали всё, что было в ваших силах, — Селестия положила картонную папку на стол, и двинула её к кремовой пегаске. — У вас хороший потенциал, но вам не достаёт практического опыта. Быть может, если последний претендент не покажет себя лучше вашего, мы сделаем исключение и возьмём вас на испытательный срок.

— Правда? — поникшие ушки вдруг встали торчком. — Ваше Величество, я-

— Не стоит радоваться раньше времени, — Тия подняла копыто в останавливающем жесте. — Ластер Венд по итогу прошедших испытаний показала себя лучше всех в каждом из них.

— Ох… — ушки вновь грустно повисли. — Ваше Величество В любом случае, я вам очень благодарна за столь большую честь получить шанс стать вашим ассистентом.

На мгновение на мордочке Тии промелькнула улыбка, но тут же вернулось деловое серьёзное выражение.

— Позовите Ластер Вэнд и ожидайте нас в тронном зале, — подвела черту Селестия.

— Да, Ваше Величество, — пегаска оживлённо поклонилась, спрятав под крыло отчёт, и поцокала к выходу, в следующее мгновение скрывшись за входной дверью, на пороге которой появилась белошёрстая кобыла в очках.

Спокойный хладнокровный взгляд шоколадных глаз встретили королеву. Что-то в этом взгляде Тие показалось знакомым, но всё никак не могла понять природу этого ощущения, пока не увидела своё собственное отражение в очках белоснежной кобылы.

— Ваше Величество, — поклонилась та, левитируя папку на стол. — Здесь подробнейшая сводка по экономической обстановке Троттингема за последний месяц, — она деловито приложила копыто к груди, поправив очки и подняв тонкие бровки. -Также я собрала отчёты и по соседним городам, с которыми Троттингем мог бы организовать новые торговые пути для увеличения средней заработной платы не только в целевом поселении, но и в соседних тоже. Я-

Селестия молча подняла копыто, и кобылка остановилась, заметив этот жест. Королева окутала папку телекинезом и принялась перелистывать страницу за страницей с задумчивым выражением мордочки. Спустя несколько минут она молча закрыла папку и передвинула её назад кобылке.

— Весьма интересная работа, — заключила Тия. — Пройдите в тронный зал, мы огласим итоги отбора.

— Благодарю вас, Ваше Величество, — единорожка уверенно поклонилась и двинулась к выходу.

* * *

— Итак, вот и подошёл к концу столь длительный конкурс, — голос Селестии в этот момент был на удивление мягче, чем в последнее время. — Мы искренне благодарим всех участников этого кастинга за упорный труд и стремление преодолевать, казалось бы, непреодолимое — она бросила многозначительный взгляд на Винд Гейз, заставив её испуганно отвести глаза. — Особенно сильно мы выражаем глубокое уважение к вашему упорству и решительности дойти до финального этапа. Итак, настало время огласить результаты, — она сделала затяжную паузу. — Ластер Венд…

— Благодарю вас, Ваше Величество, я была уверена, что именно мне удастся занять титул вашего личного ассистента, — она поклонилась. — Я не подведу вас.

— Не прошла испытание, — терпеливо закончила Тия.

Единорожка вскинулась, до кожи и костей шокированная услышанным. В этот момент от её уверенности и стальной непоколебимости не осталось и следа.

— Но, но… — в панике она забегала взглядом по полу. — Но почему, Ваше Величество, я же-

— Не справилась, — заставив ту замолчать, закончила за неё Тия. — Вы не справились со своим заданием. Этот вердикт безапелляционный. Сохраняйте порядок во время аудиенции.

Единорожка потерянно уставилась прямо в глаза королеве, а в следующий момент её ушки поникли и голова разочарованно повисла на плечах.

— Простите, Ваше Величество… — она отступила на шаг, сверля взглядом ковёр под копытами.

— Арис Сикер, — убедившись, что никто более её не прервёт, продолжила Селестия. — Как вы и говорили ранее, у вас возникли проблемы с личными рекомендациями по улучшению обстановки в Рейнбоу Фоллз. Думаю, нам не стоит утруждаться объяснениями, почему вы покидаете финальный этап. Однако, ваш отчёт оказался весьма хорошо подготовлен, учитывая небольшие сроки.

— Спасибо, Ваше Величество, сочту за честь, — словно контрабас, раздался голос по просторам тронного зала.

— Винд Гейз, вы единственный участник, кто справился с заданием.

Пегаска, дёрнувшись от упоминания своего имени, ошарашено уставилась на королеву, не веря своим ушам, как и остальные участники. Но, спустя пару секунд повисшей тишины, до неё, наконец, дошло, что только что произошло, тут она будто превратилась в солнце, озаряя всё вокруг, и по её глазам можно было увидеть, что та словно была готова тотчас кинуться в объятья королеве.

— Однако, не стоит радоваться раньше времени, самые тяжёлые испытания в полевых условиях всё ещё ждут вас впереди, и этот конкурс по сравнению с ними окажется маленькой тусклой звездой на ночном небе по отношению к яркому солнечному диску, — однако, после этих слов пыл пегаски лишь немного утих, но и этого было достаточно, чтобы взять себя в копыта.

— Спасибо, Ваше Величество, — она поклонилась королеве.

Хоть и было слабо заметно, но всё же можно было понять, что Винд Гейз сдерживает себя изо всех сил, дабы не взмыть в воздух, выписывая петли счастья.

— Но почему?! — вновь выкрикнула единорожка, а её очки от резкого движения головой, немного съехали. — Я видела её отчёт, каким образом она вообще умудрилась опередить мою работу?! — она поправила очки, недовольно махнув копытом в сторону пегаски.

— Ты подглядела мой отчёт?! — удивлённо отступила назад Гейз.

— А ты, хочешь сказать, этого не делала?! Брось! — фыркнула Ластер. — Кобыла, стабильно занимающая последние места в каждом испытании и буквально чудом дошедшая до финала, вдруг оказалась первой! Ты-

— Молчать!!! — аликорний традиционный глас содрогнул стены, и чуть не оглушил находящихся в зале пони. — Сохранять порядок во время аудиенции!!!

Даже стражники, стоящие у ворот, нервно поёжились, не говоря уже о пони, находящихся в центре зала, в ужасе тотчас замеревших, словно статуи.

Несколько секунд в зале простояла тишина, пока королева окончательно не убедилась в том, что больше нарушения регламента не предвидится.

— Нам стоит утруждаться рассказать вам, почему же ваша работа была отвергнута? — кантерлотский глас утих, однако тон Селестии стал беспощадно суровым, контрастируя с началом аудиенции словно молоко с углём.

Кобыла, к которой обращались, нервно помотала головой. Однако королева проигнорировала её жест.

— Говоря «ваша работа», я имею ввиду заклинание, с помощью которого вы автоматизировали работу до сотни процентов, — Селестия грозно взглянула на единорожку, которая словно хотела что-то возразить, но тот час усмирила свой пыл. — Мы хоть и являемся правителем, а не учёным в области магии, однако ваши пристрастия к заклинаниям автоматизации были замечены в первый же день с начала кастинга. Отчёт, который безусловно является лучшим среди финалистов, к великому сожалению, принадлежит сотворённому вами заклинанию, что сделало всю работу за вас. Мы не можем быть уверены в том, что вы вообще обладаете даже самыми базовыми знаниями в сфере экономики и внутренней политики государства, не говоря уже о нежелании выполнять тяжкий копытный труд. Мы оказали вам честь, дав дойти до финального этапа лишь по одной причине, — королева взглянула в глаза единорожке, словно готовой провалиться прямо под пол, лишь бы не быть под прицелом этого убийственного взгляда. — Преподать вам ценный урок. Надеюсь, в итоге вы смогли вынести для себя хоть что-нибудь.

В зале повисла давящая тишина, однако, разбавленная вздохом королевы.

— Аудиенция объявляется оконченной, просим вас разойтись по домам, — вернув голосу нейтральный тон, подвела черту Тия. — Винд Гейз, мы вынуждены ещё раз поздравить вас с победой в отборе. Однако, мы хотели бы уточнить ещё раз, вы точно готовы вступить на столь ответственную должность?

Пегаска провожала взглядом уходящих пони. От радости и неожиданного прилива энергии не осталось и намёка после столь убийственного зрелища.

— Да, Ваше Величество, я готова, — поёжившись, ответила Гейз.

— В таком случае ожидайте письма с королевской печатью. Мы дадим вам знать, когда ваше исполнение начнётся, — Селестия кивнула, словно самой себе. — А теперь, желаем вам мирной дороги домой.

— Спасибо, Ваше Величество, — пегаска поклонилась и двинулась к выходу из тронного зала.

* * *

— Я всё ещё не могу поверить, что мне действительно удалось пройти отбор, — пегаска с наслаждением разглядывает цветущие белые розы рядом с вымощенной камнем тропинкой роскошного сада, высаженного за дворцом. — Ваше Величество, вы уверены, что именно я должна занимать должность королевского ассистента?

— Не заставляйте нас лишний раз сомневаться в нашем выборе, — спокойно проговорила Селестия, но в её голосе можно было заметить нотки суровости, хоть и не сотканные злостью или раздражением. — Как мы и говорили прежде, вам по праву принадлежит место среди нашего личного окружения, однако, — она многозначительно замолчала.

Но увидев непонимание на мордочке Гейз, она продолжила.

— Однако вам не стоит считать себя особенной. В Эквестрии живёт множество пони, которые были бы куда лучшим выбором. Не думайте, что вы незаменимы, если то потребуется, мы организуем повторный конкурс, — её голос значительно похолодел. — Нам ведь не придётся грузить себя лишними заботами по организации столь длительного мероприятия повторно?

— К-конечно нет! — сжавшись, пискнула пегаска. Я сделаю всё возможное, чтобы-

— Но готовы ли вы к невозможному? — королева приподняла бровь.

— Я… Думаю справлюсь, — отведя глаза, сказала кремовая.

— Уже лучше, — заключила Селестия. — Можем заверить вас, вы обладаете большим потенциалом, но также вам не хватает уверенности в себе. Это ключевое качество, которым должен обладать наш ассистент. Если хотите сохранить место на этой должности, вам необходимо поработать над собой, — голос Тии стал куда мягче по сравнению с началом разговора. — А пока…

Пегаска подняла бровки и выжидающе взглянула на королеву.

— А пока мы бы хотели поручить вам первое задание. Вам необходимо организовать новый кастинг, — видя испуганный взгляд Гейз, Тия подняла копыто и добавила. — Не по отбору ассистента. Нет. Пожалуй, это мероприятие будет являться не совсем конкурсом.

— Хорошо, Ваше Величество, — кивнула кремовая

— Скорее, школу, — вставила королева.

— Школу? — пегаска с полным непониманием посмотрела на королеву, отвлёкшись от наблюдения за пролетающей мимо бабочкой.

— Школу одарённых единорогов, — пояснила королева. — А именно набор учеников. Жеребят от четырёх до восьми лет, так или иначе заинтересованных в области магии. Но сам процесс отбора не совсем ваша забота, — когда кобылы на окраине сада дошли до небольшой беседки, выкрашенной в бело-золотые тона, Тия присела на красный пуф возле дощатой стенки, жестом приглашая пегаску присоединиться.

— Ваше Величество, что от меня требуется сделать? — спросила Гейз, усаживаясь напротив.

— Вашей задачей, Винд Гейз, будет являться организация комиссии, также вам необходимо рассчитать максимальный потолок количества учеников, руководствуясь количеством спальных комнат в выделенном месте солнечного крыла, а также сбалансировать нагрузку на преподавательский персонал, — немного помедлив, Тия задумчиво продолжила. — Желающих отдать своего жеребёнка под крыло правителя будет много, а учитывая небольшие размеры замка, могу предположить, что прошедших жеребят будет не более тридцати. Однако, нам нужна точная цифра.

— Ваше Величество, вы сказали «под крыло правителя», вы имели ввиду, что…

— Всё верно, Винд Гейз, — спокойно подтвердила королева. — Это весьма странно слышать от правящего лица, что тот решает вдруг заняться преподаванием, учитывая общую суммарную нагрузку со всех обязанностей.

— Ваше Величество, могу я задать вопрос? — жёлтые глазки взглянули на Селестию.

— Разумеется, для этого мы и соизволили организовать встречу, — ровно сказала королева.

— Кто… Кто был вашим ассистентом до моего прихода?

Столь неожиданный, и немного едкий вопрос заставил Тию еле заметно вздохнуть.

— Официального лица, занимающего должность нашего личного ассистента до сего момента ещё не существовало, вы — первая пони на сие, — взглянув в сторону сада, она продолжила. — Но ранее в прочих делах, на которые у нас не хватало сил и времени, нам помогала Её Высочество принцесса Луна.

Пегаска кинвула самой себе, словно ожидая именно этого ответа. На её мордочке было заметить, как она хочет что-то спросить, но боится.

— Если у вас есть вопросы — не бойтесь спрашивать, — подтолкнула Селестия, видя затруднения Гейз.

— Ваше Величество, я переживаю, что это вопрос слишком личного характера, — неуютно поёрзала на месте кремовая от такого напора.

— Ничего страшного. Если мы посчитаем ненужным давать ответ, мы так и скажем, — кивнула Тия, понимая, какой вопрос сейчас прозвучит.

— Ладно, — всё-таки согласилась Гейз. — Ваше Высочество, ходит множество глупых слухов... Порой настолько глупых, что рассказ жеребёнка кажется более правдивым. Мне... Мне просто хотелось бы узнать лично от вас, исключительно для себя. Я понимаю, что я сую нос не в своё дело, но что случилось с принцессой Луной? Почему она больше не помогает вам? Это как-то связано с вашим переходом на высший титул? Простите меня... — она вновь сжалась, чувствуя, что ей явно не стоило задавать этот вопрос... Однако, несоизмеримое любопытство узнать из первых уст о самом обсуждаемом событии последнего времени, что же на самом деле случилось, не могло оставить её в покое

Королева тут же переменилась в лице. Её улыбка сползла без следа, оставляя за собой лишь протокольную маску принцессы.

— Её Высочество принцесса Луна не справилась со своими обязательствами, потому и была отстранена от любого участия в управлении королевством, — Селестия говорила явно сквозь силу, хоть и пыталась это скрыть. — Наша сестра сохранила титул лишь по одной единственной причине — по закону Эквестрийского Королевства пони, принадлежащие расе аликорнов, априори получают титул принцессы без возможности его лишения извне, без добровольного согласия самого носителя короны. Согласно закону, даже королева не вправе лишить принцессу её титула, ибо он считается неоспоримым естественным достоянием расы. Что же касательно нашей недавней коронации, это была необходимость, чтобы получить право хоть и не лишить Её Высочество титула, но ограничить доступ к штурвалу государства, чтобы обезопасить Эквестрию от риска сесть на мель.

— Принцесса Луна подвергла Эквестрию опасности? — спросила пегаска.

— К сожалению, множество и множество раз… — тяжело вздохнув, закончила Селестия.

Повисла томная тишина, растворяемой лишь пением лесных птиц неподалёку.

— Полагаю, у вас больше нет вопросов?

Мотки головой.

— В таком случае, мы бы соизволили представить вам ваш личный кабинет в солнечном крыле дворца, — на мордочку Тии вернулась искусственная улыбка.

— У меня будет кабинет?! Прямо во дворце?! — ошарашено вскочила пегаска.

— Думаю, он должен вам понравиться, — Селестия устало поднялась на копыта.

## Глава 5. Внутренний демон

Ох… Что-то мне совсем нехорошо… Спать в два раза больше, чем установлено нормами, оказалось довольно плохой идеей. Ощущения такие, словно по голове прошлись тяжёлым молотом. Никогда не понимала, почему тело воспринимает пересып вот так вот в штыки, делая организм только ещё более уставшим после пробуждения, чем если бы я проспала 5-6 часов.

Еле еле приоткрываю тяжёлые веки, чтобы увидеть сквозь занавески повисшее над горизонтом солнце. Судя по всему, уже далеко за полдень, возможно, даже ранний вечер, часов пять примерно. Сестра, по всей видимости, опустила луну за меня.

Чувствую, как к горлу подкатил едкий ком, ноюще сжав всё внутри.

Раньше Тия будила меня, если вдруг я просыпала момент опускания луны. Ровно в шесть часов утра. И луну я потеряла? Эта мысль навевает на меня самый настоящий ужас… Надеюсь, что моя сестра не отобрала единственное, что у меня осталось, данное мне отроду самими звёздами. Если ей так угодно потешить своё самолюбие и принизить меня тем фактом, что она тоже способна управлять луной, являясь аликорном солнца — пожалуйста, флаг ей в копыта. Пускай, когда я не в состоянии опускать или поднимать ночное светило. Но вот если она вдруг решит ограничить мой доступ к луне и звёздам…

Меня всю передёрнуло, и, забыв о состоянии полудрёма, вскочила на копыта, попробовав дотянуться до луны магией, а затем попробовала её подвинуть буквально на пару метров за краем вселенной.

Фу-ух, нет, ещё нет. Ночь по-прежнему принадлежит мне. Вопрос лишь в том, как долго это продлится. Если вдруг моя дорогая сестра решит отобрать у меня и мои ночи… Я…

А способна ли я пойти против своей сестры в случае утраты самого последнего, что у меня осталось? Лишь одна только мысль на эту тему бросает меня в дрожь… Самое пугающее, что я не знаю ответа на этот вопрос. Это слишком сложно для меня… Я ненавижу эту… Королеву. Но я всё ещё люблю её. Мне даже представить сложно ситуацию, в которой меня отрывают от связи с луной и звёздами, я просто не знаю, что мне придётся вынести, и к чему это могло бы привести… Мне очень страшно… Я абсолютно не представляю, на что я действительно могу быть способна в такой ситуации, ибо разрыв этой связи для меня всё равно что смерть. Но я по прежнему люблю Тию…

Резко трясу головой, чтобы выбить эти дурные мысли из головы. В конце концов, она моя сестра… Да, отобравшая у меня почти всё, но никого другого у меня в жизни никогда не было и не будет. Смертные приходят и уходят, оставляя после себя лишь воспоминания, коих вовсе недостаточно бессмертному для ощущения того, что ты не одинок здесь и сейчас. В любом случае, я попытаюсь поверить, или хотя бы притвориться, что Тия не зайдёт настолько далеко во рвении обезопасить страну от никудышной принцессы Луны, всегда делающей всё наперекосяк.

Глубоко вздыхаю и подхожу к окну, раздвигаю шторы, чтобы яркое солнце ударило по глазам, заставив меня рефлекторно отвернуться и закрыть шторы поплотнее.

— Ты всё-таки не приснилась?

Обнаруживаю позади себя чёрную кобылу, сверлящую меня бирюзовыми драконьими глазами.

— Вообще-то говоря, нет, — услышав мои мыли, заявляет она. — Не приснилась. И то, как ты вчера решила заработать репутацию сумасшедшей, тоже было наяву, — насмехнулась Найтмер, заставив меня опустить ушки и немного покраснеть.

— Что ты здесь делаешь? — само вырвалось из меня.

Ответом мне послужила многозначительно поднятая левая бровь.

— Прости.

— Лучше Селестию заставь произнести эти слова, — кобыла небрежно плюхнулась на мою кровать. — Мне понравилась твоя мысленная тирада, к слову. В тебе определённо есть потенциал. Твоё желание, твоё намерение…

— Я не пойду против своей сестры! — тут же пытаюсь убедить ту в обратном.

— Даже если она вдруг придёт к тебе сейчас и скажет, мол «Принцесса Луна, мы тут соизволили пораскинуть мозгами и пришли к такому выводу, что столь бездарной лошади, коим вы являетесь, небезопасно доверять управление ночным светилом. Поэтому с настоящего момента вы больше не лунная кляча, а кляча обычная»? — пародируя Селестию, Найтмер показалась мне даже немного забавной. На удивление это нисколько не вызывало во мне злости, а даже наоборот. — Ты буквально минуту назад говорила самой себе практически обратное. Просто признай этот факт. В этом нет ничего зазорного. Ночь тебе никогда не делала больно по сравнению с твоей многоуважаемой недосестрой. Я понимаю твои чувства.

— Только если ты не будешь давить на меня и каким-либо образом заставлять меня идти против сестры, — приложив накопытник ко лбу, попыталась сказать как можно мягче.

— Ладно, — Найтмер пожала плечами. — Я и не собиралась этого делать. В конце концов, это дело твоё.

— Спасибо, — облегчённо вздыхаю.

В комнате повисла тишина на несколько мгновений.

— Может расскажешь мне что-нибудь о себе? О своей природе.

— Я вчера уже всё тебе рассказала, Луна, — недовольно проворчала кобыла, развалившись на спине, расправив угольные крылья в стороны.

— Но твои формулировки были… Весьма размытыми, — вздохнув, говорю я. — Что значит «мы одно целое»?

— И на это я тебе тоже ответила, — прозвучал ответ, заставив меня немного нахмуриться.

— Это был вовсе не ответ! — топнув копытом, говорю я с напором.

— Разве? — она перевернулась на бок, иронично взглянув на меня. — Ты не считаешь мой ответ ответом только потому, что это не то, что ты ожидала услышать?

— Но тут нет никакого смысла! — сил моих больше нет…

— Смысл есть во всём, Луна, — на удивление спокойно заявляет она, заставив меня почувствовать капризным жеребёнком, дергающего мать за платье. — Единственное, что не имеет смысла, отвергать его существование.

Я глубоко вздохнула, охлаждая свой пыл. В её словах действительно есть доля правды…

— Ладно, я попробую…

— Уже лучше, — удовлетворённо кивает она. — Тогда ты и поймёшь, что представляет моя сущность.

— Ты не против сходить в библиотеку? — взглянув на Найтмер, вижу, как она недовольно закатывает глаза.

— Вообще-то против, — говорит она, откинувшись на спину. — Что мы там будем делать? Это же убийственная скука!

— Искать смыслы, Найтмер, — говорю я, парируя её недовольное бурчание, вызвав со стороны кровати лишь недовольный вздох.

* * *

— Та-а-к, — откладываю книгу про изгнанных в тартар существ на вершину пергаментной башенки.

— Когда я говорила, что мы одно целое, я вовсе не имела ввиду, что я тартаровский ментис, — подперев голову копытом, заявила кобыла напротив.

— И всё же, мне нужно было удостовериться, — вздыхаю я, понимая, что книг больше не осталось, а дела вперёд так и не продвинулись.

— Удостовериться в том, что я не паразитирую на твоём сознании?

Она что, обиделась?

— Прости меня, — отвожу взгляд. — Просто… Это немного выглядит странно. Ты появилась из ниоткуда, никто, кроме меня, тебя не видит, и ты не рассказываешь мне, кто ты и откуда пришла. Мне, признаться, вообще-то немного не по себе от столь… — немного помолчала, подбирая слова. — От столь необычной ситуации. Раз ты каким-то образом привязана ко мне, я хотела бы иметь хоть какое-то подозрение о том, с кем же я на самом деле имею дело.

— Понимаю, — говорит она. — Знаешь, я могу уйти, если тебе не комфортно.

— Нет! — тут же вскинулась я, поймав удивлённый взгляд Найтмер. И, присев снова на место, продолжила. — Не надо.

— Не надо? Неужели передо мной сидит столь любопытная пони, чьё любопытство доминирует над страхом? — она иронично подняла бровь.

Я ничего не ответила. Не думала задеть такую стальную, на первый взгляд, кобылу своей предосторожностью. Хотя, если бы меня сравнивали с пустоголовым духом-паразитом из тартара, полагаю, обиделся бы кто угодно.

— Мы ещё долго тут торчать собираемся? — говорит она так, словно её заставляют тягать плуг.

— Я закончила, — встаю с пуфика, сгребая книги в телекинез. — Не желаешь пройтись по саду?

— Ну хоть не по тартару, — буркнула та в ответ.

* * *

Как же я люблю этот аромат летних цветов! Ни в одном месте более не найти ничего более успокающего и приятного. Вечернее солнце нежно греет шёрстку и дарит небосводу с копыт сшибательный розовый закат. Не люблю яркий жарящий полдень, от которого потом хочется в постель свалиться и не вставать больше до конца дня. А так, прохлада и наслаждение прекрасными видами, даже не смотря на то, что это не ночь. Красиво, как никак. Понимаю, почему пони так сильно любят Селестию, втаптывая в грязь слишком тёмные ночи.

— Селестия, — послышался голос сбоку. — Почему ты просто не пойдёшь и не выскажешь ей всё прямо в лицо? Какого Дискорда ты вообще терпишь всё это? Просто… Зачем?

— А что это изменит? — говорю, кратко посмотрев на кобылицу.

— Да всё изменит! — неожиданно повысила голос она. — Ты терпела, терпела, терпела, и ради чего? Ты посмотри, что сейчас происходит! Эта кривоногая взяла и выбросила тебя на помойку! И ты… Ты просто пошла и сказала себе: «Ох, как же мне плохо. Ну ладно, самый повод и дальше продолжать сидеть в своей скорлупе»!

По мне прошла волна раздражения и злости, но уже спустя мгновение она сменилась лишь грустью и обидой на саму себя.

— Почему, Луна? Зачем ты сама же себя закапываешь? Тебе откровенно больно от всего, что происходит вокруг, почему ты миришься с этим и не пытаешься хоть что-то изменить? — она встала передо мной, с искренним непониманием уставившись мне в глаза.

— Я люблю её, Найтмер, — опустив взгляд, ответила я. — Я люблю свою сестру, своих подданных. Да, меня уже все давно списали со счетов. Да, признаю, это не просто злит, это абсолютно полностью выбивает меня из колеи. Но раз я была для них лишь костью поперёк горла, лучше уйду с пути и не буду мешаться.

Очень тяжлый вздох привлёк моё внимание. Найтмер смотрела на меня с грустью и сожалением, покачивая головой из стороны в сторону.

— Это не те пони, которые достойны твоей любви, — сказала она спокойно. — Только не этот сброд, не дающий тебе сиять как самая яркая звезда на ночном небе.

— И всё же…

— И всё же, это мазохизм, — добавила кобыла к моим словам. — Ты себя окончательно загубишь, Луна. Оно просто того не стоит.

— Загублю и загублю, всё равно всем кругом плевать, если вдруг ночная принцесса решит покинуть этот мир, — покачав головой, продолжаю путь по вымощенной камнем тропе.

— В том то и дело, что всем вокруг плевать.

На этом диалог решил закончиться, а в пространстве повисло неприятное чувство недосказанности, от которого так и хотелось избавиться, но продолжать дискуссировать на эту тему не было особого желания. Хотелось просто забыться и насладиться успокаивающем вечером, который вот-вот должен закончиться, а на его смену придут ещё более красивые и умиротворяющие звёзды.

— Камень, брошенный по совету, летит дальше, — вдруг решила поставить точку Найтмер Мун.

* * *

— Никогда не понимала, в чём заключается смысл столь муторного занятия, — кобыла махнула копытом в сторону холста, и я от неожиданности чуть не оставила огромное пятно.

— Не мешай, пожалуйста, это очень сложный элемент, — не отвлекаясь, говорю я, прорисовывая блики на лезвии темно-синей стальной косы.

— Приношу глубочайшие извинения, — хоть она и находилась за спиной, я практически уверена, что она решила саркастично поклониться. — Так в чём же смысл? Зачем тратить часы на то, что ты всё равно выбросишь спустя неделю?

— Это искусство, Найтмер, — говорю я, выводя кратеры на луне. — Ты понимаешь, зачем пони нужно искусство?

— Скажу честно, не совсем, — ответила кобыла. — По крайней мере, зачем заниматься этим впустую. Можно ещё понять, когда все эти картины попадут на выставку, принеся тебе хороший заработок. Или когда ты пишешь симфонию, которая будет звучать на Гала. Ну или что угодно в подобной манере.

— Искусством занимаются прежде всего не в качестве работы, которая принесёт тебе выгоду. Разумеется, это приятный бонус, если тебе так угодно, однако первоисточник исходит далеко не отсюда.

— Так откуда же? — она села на пуф сбоку, прямо возле мраморных перил балкона.

— Выражение души и чувств. Не могу представить, как пони, никогда не бравшие в руки кисть, музыкальный инструмент или перо вообще самовыражаются. Это же такое такое давление изнутри, если не выпускать свой нрав вовне, — боковым зрением заметила поднятую бровь и абсолютно непонимающее выражение мордочки.

— Время убиваю, — нахмурившись, перефразировала я.

— Тогда это всё объясняет, — сказала Найтмер, повернувшись к звёздам. — Могу поинтересоваться, каков сюжет рисунка?

— Это первые мгновения после поражения Короля Сомбры, и, следовательно, после заточения Кристальной Империи, — немного суховато ответила я, пытаясь сохранять концентрацию на финальных штрихах.

Спустя несколько минут, я, наконец, закончила работу, довольно взглянув на холст.

— Вдоволь наубивалась?

— М? — непонимающее повернулась к кобыле.

— Время, я имею ввиду, — пояснила она.

— Вполне. Рисование успокаивает, даже если на холст переносятся одни из самых жутких воспоминаний. Этот процесс можно сравнить с медитацией, когда все мысли и эмоции уходят из твоей головы, транслируясь на полотно, — объясняю я.

— Мхм, — приставив копыто к подбородку, Найтмер внимательно рассматривает холст. — Как оно было?

— Что было? — непонимающе спрашиваю я.

— В этой войне. Как оно было? — уточнила кобыла.

Я лишь глубоко вздохнула.

— Мне лучше показать, чем томить и тебя и себя длинным монологом, — говорю я, направляясь к креслу.

— Что значит «показать»? Ты всё-таки решила пойти войной против своей недосестры? — насмешливо сказала она.

Я обернулась и грозно посмотрела на неё.

— Просто шутка, успокойся.

— Я знаю заклинание, способное транслировать воспоминания другому существу. Не знаю, сработает ли оно на тебе, — сажусь в кресло, приглашая Найтмер жестом присесть в соседнее.

— Неужели ты готова открыть мне частичку своей памяти? — иронизирует собеседница. — А я то думала ты всё ещё считаешь меня ментальным паразитом, — она искривила произношение последних слов.

— Я же извинилась, — прижимая копыто к груди, опустила ушки.

— Да мне просто нравится над тобой немного подтрунивать, не бери в голову, — она небрежно плюхается напротив. — Ну, валяй, показывай свои воспоминания, если, конечно, не боишься.

— Найтмер, я не считаю тебя ментисом! — моё заявление вызвало у неё лишь смешок, заставив меня тоже улыбнуться.

Закрыв глаза, я направляю рог в её сторону.

— Постой-постой, ты это всерьёз? — с искренним изумлением спрашивает Найтмер.

— Что всерьёз? — я отвела рог в сторону, остановив заклинание на пол пути.

— Как ты вообще так просто готова взять и открыть мне свою память? — переменившись в лице, с искренним беспокойством говорит Найтмер. — Нет, я конечно всё понимаю, что ты та ещё… Кобыла. Но мы знакомы буквально сутки. Ты в своём уме вообще? — она развела копыта в крайней степени изумления.

— Но в чём проблема? — погасив заклинание окончательно, наклоняю голову вбок.

Найтмер сделала просто нечитаемое выражение мордочки и, глубоко вздохнув, кладёт себе копыто на переносицу, закрывая глаза.

— Горе ты ходячее, — качает кобыла головой. — Ты у Старсвирла хоть слушала что-нибудь на лекциях о ментальной магии и её уязвимостях?

— Ну… — чувствую, как всё моё лицо просто полыхает.

— Заклинание творить научилась, это похвально, но даже я, — тыкает себе в грудь копытом Найтмер. — Существо, не способное применить эту вашу магию на практике, знаю, что будет, если ты вдруг впустишь себе в голову кого-нибудь с недобрыми намерениями.

Я просто молча сижу, чувствуя себя как жеребёнок, которого отчитывает мать за какую-нибудь оплошность.

— Тот, кого ты впускаешь в память, может усилием воли изменять твои воспоминания, как ему заблагорассудится, и ты даже ничего не заметишь, — откинулась на спинку кресла она, качая головой.

— Ну, если честно, — я не знаю почему, но даже после всех слов этой кобылы, мне почему-то не расхотелось дать ей доступ к памяти. — Я знаю, что это не аргумент, Найтмер, но у меня очень хорошо развитая интуиция. Скажу честно, в основном, именно поэтому я не стала истерично искать способ прогнать тебя вчера, да и сегодня тоже…

Аликорна лишь удивлённо сверлит меня глазами, ожидая, пока я закончу.

— Не знаю почему, но я доверяю тебе, — заканчиваю я.

Глубокий вздох спереди.

— Мне что-то подсказывает, что это не интуиция у тебя так хорошо развита, — вновь Найтмер закрывает копытом глаза. — Ну, я, разумеется, польщена, только вот мне теперь за тебя страшно…

— В любом случае, это мой выбор.

— Как скажешь, — пожимает плечами Найтмер. — Ну, давай. Демонстрируй свой фильм.

Вздохнув, я закрыла глаза и, пропустив всплывшее в памяти заклинание через рог, направила его на нас и в тот же момент почувствовала, как меня утягивает куда-то в памятный вихрь.

* * *

— Сестра, что происходит? Ты выглядишь довольно взволнованной, — говорю я, с нотками любопытства и беспокойства, подняв брови.

— Лулу, — ответила Тия, приложив накопытник ко лбу. И на этом её слова остановились.

— Что случилось? — паника уже понемногу начала нарастать.

— Пойдём, она всё расскажет, — позвала меня жестом сестра, направляясь к выходу из кабинета.

Какое-то время мы шли по широким коридорам, и мне только что бросилось в глаза, что почти весь служебный персонал, за исключением стражи, отсутствовал, а последние тревожно бегали туда-сюда. Когда мы дошли до тронного зала, внутри я увидела единорожку бледно-лавандовой масти с пастельно-голубой гривой. Её заплаканные глазки тут же метнулись в нашу сторону, и она подбежала к нам.

— В-ваше Высочество, прошу… Умоляю вас, не убивайте е-его! — она упала в копыта, и мощная волна слёз вырвалась наружу.

— Редиент Хоуп, мы не собираемся прибегать к столь крайним мерам, — Тия села рядом с ней и приобняла ту мягким крылом. — Мы сделаем всё возможное, чтобы уладить конфликт мирным путём.

Этот тон… Он знаком мне.

— Прошу вас, введите же меня, наконец, в курс дела, — говорю я слегка подрагивающим голосом.

— Я пойду следить за приготовлением к походу, — ответила сестра, поднимаясь на копыта. — Вы должны быть готовы к отбытию через пол часа. Редиент, — обратилась она к единорожке с кьютемаркой, судя по всему, лекаря-целителя. — Расскажи всё, что доложила мне полу часом ранее принцессе Луне.

— Д-да, Ваше Высочество, — поднялась Рэдиент на копыта, провожая взглядом уходящую Селестию. Её глаза, наполненные горечью и болью утраты метнулись ко мне. От этого мёртвого взгляда мне откровенно стало не по себе.

— Ваше Высочество, — начала она чуть более уверенно, сумев хоть на немного взять себя в копыта. — Пару часов тому назад мой… Мой друг… Он похитил Кристальное Сердце.

Что!?

— Похитил!? Кто!? — не контролируя себя, вскрик сам вырвался наружу.

— С-сомбра… — опустив голову, ответила целительница. — Принцесса Ми Аморе пыталась его переубедить… Но он…

Продолжения не нужно.

Не дослушав, я пропустила сквозь рог всплывшее в голове заклинание, и через мгновение я оказалась рядом с Селестией возле казарм.

— Сестра, нам нельзя терять ни минуты! — начала тараторить я, даже не понимая очевидности сказанных слов.

С громким лязгом доспехов, гвардейцы строем маршируют в сторону только что прибывшего военного состава.

— Я оповещу солнечных гвардейцев в своих покоях, — только я собралась двинуться к выходу, как меня остановил голос сестры.

— Я уже разобралась с этим, — спокойно сказала Тия, кивнув мне.

Я остановилась и поёжилась на месте. Виновато опустив уши.

— Мне стоит быть более бдительной…

— Я сама узнала о происшествии буквально чуть более получаса назад. Прости меня, что не успела оповестить тебя вовремя.

— Нет, как принцессе, мне следует быть в курсе всех происходящих в настоящий момент событий событий самостоятельно.

— И всё же, — сказала она задумчиво. — Это происшествие колоссального масштаба, представляющее угрозу далеко не только Эквестрии, но всему миру. Речь идёт о восстании в столице всего живого, в ядре самой магии. Если Кристальная Империя будет захвачена, жизнь на Эквусе будет уничтожена.

По коже прошла дрожь. Я…

— Нам следует держаться вместе, сестра, насколько бы плохо дела не обернулись.

— Ты сдаёшься!? — её слова ввергли меня в ужас.

— Нет, Луна, — Тия посмотрела на меня с нескрываемой грустью. — Однако, наш противник потенциально обладает силой аликорна. Я всё объясню тебе в поезде, — закончила она, заметив побеждавшего капитана солнечной гвардии.

* * *

За окном с огромной скоростью пробегали молодые ели, почти сливаясь в одну единую зелёную массу. Поймав неприятный отклик от вестибулярного аппарата, я, поморщившись, отворачиваюсь обратно к чашке чая.

— Сестра, я знаю, что сейчас не время для подобных вопросов, но с чего ты взяла, что этот единорог — умбрум?

— Ненависть пожирает любовь, а любовь пожирает ненависть, — загадочно начала она, не отрывая взгляда от окна. — Кому достанется победа — лишь вопрос в расстановке сил.

— Я не понимаю тебя, сестра.

— Редиент рассказала историю появления своей кьютимарки год тому назад, когда мы встретились впервые.

— Так вы уже знакомы?

— Редиент Хоуп — ученица Ми Аморе, о которой я тебе рассказывала, Луна. Неужели ты не помнишь? — немного разочаровано глянула на меня Тия.

— Прости, мне плохо даётся запоминания имён…

— В любом случае, и с лучшим другом её детства я была знакома, хоть лишь и из рассказов Редиент, — сестра внимательно посмотрела на меня вновь. — Ещё тогда я заподозрила неладное. Сомбра с раннего детства страдал аномальным недугом, проявляющимся лишь во время проведения Кристальных Ярмарок. Врачи пребывали в абсолютном неведении, столкнувшись с результатами анализов, показывающих, что с пациентом всё хорошо. Из года в год он мучился от страшных болей, пока в один роковой день его страдания не собрались оборваться.

Я сочувственно кивнула, сверля взглядом салфетку возле чашки.

— Тогда Редиент Хоуп смогла спасти своего единственного на тот момент друга от смерти, за что получила кьютимарку целительницы.

— В этом… Есть какой-то смысл. Но я по-прежнему не уверена, что Сомбра — умбрум.

— Как и я. Это лишь теория, на которую я ставлю хоть и не весь, но больший процент уверенности.

— Какой именно процент? — я взглянула на Тию.

— Восемь к десяти, — без колебаний ответила она. — Однако, больше меня волнует смерть принцессы Ми Аморе. Даже аликорн не способен в одиночку победить дочь самого духа Кристального Сердца. Даже умбрум не обладают настолько головокружительной мощью. Боюсь, мы имеем дело с их предводителем.

Ему удалось повергнуть Ми Аморе?

— Сестра… — тяжело проговорила я. — Ты убедила меня…

— Боюсь, нас ждут тяжёлые времена, Луна, — Тия горестно вздохнула. — Пока у нас есть шанс насладиться оставшимися крупицами покоя, я бы предложила побеседовать на более позитивную тему.

— С радостью, сестра… — мёртвые, как поверхность луны, слова, выдавила я из себя.

* * *

— Ваше Высочество, — в палатку вбежал стражник, оставляя снежные следы на ковре, занесённые с улицы. — Поступил доклад от разведотряда.

— Докладывайте, — воинственно сказала Тия, выставив уши вперёд.

Чувствую себя здесь немного лишней… Нет, я вовсе не лишена обязанностей, на моих плечах лежит руководство одним из батальонов, но всё же под указом сестры они вполне могут себе временно попасть под её юрисдикцию.

— Армия короля Сомбры надёжно укрепилась за кристальными стенами. Скорый анализ показал, что по всему периметру города разбросаны обереги, поглощающие любые магические воздействия, — стражник говорил на одном дыхании, и сделал паузу для вдоха. — Боюсь, мы пока что не знаем, каким образом можно попасть в город.

— Он решил осадить самого же себя? — пробормотала я себе под нос. Судя по всему, мои слова услышала только Тия.

— Что-то ещё?

— Нет, Ваше Высочество, из-за антимагического барьера у нас нет никакой информации, что происходит за стенами.

— Благодарю вас, возвращайтесь к капитану и передайте ему, чтобы он обеспечил безопасное сопровождение группы полевых исследователей, — заключила Селестия. — О результатах вылазки сообщить мне немедленно.

— Да, Ваше Высочество, — поклонился стражник тёмной масти и выбежал наружу.

Тия глубоко вздохнула и вновь уселась за стол, где покоилась развёрнутая карта Кристальной Империи.

— Тебе не кажется это странным, сестра? — сверля взглядом периметр кристальной стены на карте, начала я. — Сомбра взял и так просто запер свою армию внутри стен, с лёгкостью дав нам шанс организовать осаду и взять их измором. Я не вижу в этом никакого смысла.

— Боюсь, жизни его… рабов… не имеют для короля никакой ценности, — вздохнула Тия. — Однако, я вижу всего несколько вариантов. Первый — Сомбра хоть и обладает неописуемой мощью, но при том является никудышным предводителем и понятия не имеет, как правильно вести войну, и от страха проиграть он решил запереть всех пони за непроходимой стеной, надеясь, что это к чему-то да приведёт. Второй вариант — самый вероятный — он хочет выиграть время. Кристальная Империя никогда не была милитаристическим королевством, и захват сознаний пони был лишь первым этапом, теперь же своих марионеток нужно вооружить, при том в кратчайшие сроки. И третий вариант — это лишь уловка, чтобы заставить нас так думать.

— Дело дрянь… — говорю я себе под нос, переваривая услышанное.

— К великому сожалению, — кивает сестра. — Если всё-таки сбудется третье предположение, есть большие шансы на полный крах, даже несмотря на ориентировочное численное превосходство с нашей стороны. Однако, несколько лучших разведотрядов патрулируют местность вокруг. Если вдруг враг пойдёт в атаку, у нас будет как минимум около часа на подготовку.

— Ваше Высочество! — ворвался в палату стражник, а на его лице читался откровенный ужас. — На нас напали!

— Откуда!? — вскинулись мы с сестрой.

— Они появились прямо над… — не успел договорить стражник, как того пронзил магический луч, подпалив стену палаты.

* * *

Ужасающая картина, снег, залитый брызгами крови, всё ещё стояла у меня перед глазами и лишь добавляла мне большей решимости и ярости. Мы с сестрой, до самих ушей облачённые в боевые доспехи, шли по когда-то оживлённым жизнерадостным улочкам Кристальной Империи. Но теперь, помимо отчаяния и боли, он больше не ассоциировался ни с чем другим. Тут веет тьмой и смертью…

Взглянув на Тию, вижу, как её лицо приняло абсолютно непрошибаемое выражение, смесь самой настоящей ярости и горечи от потери армии…

Нет, не армии. Мы потеряли наших маленьких пони, которых поклялись когда-то защищать, но мы предали свою клятву. Мы не смогли их защитить, как ни пытались. И вот, теперь мы идём казнить Сомбру, провозгласившего себя королём всего мира. В этот раз на нас полагается весь Эквус, ибо нет более могущественного существа, который смог бы одолеть лидера умбрум.

— Это была ошибка, — вдруг неожиданно сказала сестра.

— Тия-

— Нет, Луна, не говори ничего, — прервала она меня резко. — Это была ошибка, на том всё сказано.

И вновь мы замолчали. Мне нечего было возразить, ибо Тия была права. Не Сомбра погубил наших подданных, не его копыта по локоть в крови.

— Он знает, что мы идём прямо к нему, — начала вновь сестра. — И при том терпеливо ждёт встречи, не стремясь атаковать из засады.

— Как ты это поняла? — взглянула на Тию, приподняв бровь.

— Такие чудовища, как Король Сомбра, всегда остаются на своём троне, посылая на убой лишь своих рабов.

Я промолчала, не зная, что сказать.

— Луна, — Селестия остановилась и посмотрела мне в глаза. Какое-то время помолчав, она глубоко вздохнула и продолжила. — Держись рядом, — она повернулась к дверям замка и пошла внутрь, а я последовала за ней.

* * *

Меня вытянуло из кинофильма воспоминаний, лёгкое головокружение поприветствовало меня первым в этом мире. Немного потряся головой, открываю глаза. Найтмер выглядела весьма задумчивой, уставившись в пустоту.

— Прости, — наконец, сказала она.

Что?

— За что?

— Я не думала, через что вам пришлось пройти на самом деле, — кобыла встала с кресла и направляясь к балкону.

Я лишь вздохнула и последовала за ней. Мы подошли к перилам, какое-то время молча любуюсь красотами ночного леса.

— В тот момент я действительно поверила, что аликорн способен умереть, — честно сказала я. — Благо, эти мысли были лишь порождением страха.

Найтмер ничего не ответила, словно пропустила мои слова мимо ушей, но я заметила, как её ухо дёрнулось в мою сторону от неожиданности.

— Я не про то, что твоя сеструня решила поиграть в смерть под алебардой Короля Сомбры, — спустя какое-то время, ответила она, немного сбив меня с толку. — Потери… Потери в этой войне, Луна.

Я посмотрела на неё, но она всё ещё принципиально избегает встречи взглядами.

— Сотни тысяч… И нет, я даже не про служащих армии Эквестрии, — кобылица, наконец, посмотрела мне прямо в глаза.

Я впервые вижу Найтмер настолько серьёзной и холодной, даже несмотря на столь небольшой срок, что мы провели вместе. От этого взгляда становится немного не по себе.

— Граждане Кристальной Империи. Девяносто процентов пали в кровавой резне, девять тяжело ранены, и всего один процент кристальных пони чудом остались невредимыми.

Мне нечего было сказать. После той войны я провела первый год в абсолютно обезбашенном состоянии, а следующие десять лет мне не удавалось даже немного улыбнуться и выйти из глубокого подавленного состояния. Однако, это было так давно… С течением времени удалось реабилитироваться.

— Ох… — Найтмер поднесла копыто ко лбу, прикрыв глаза. — Скажи мне, Луна.

Мой взгляд метнулся на неё.

— Его тюрьма… Сколько лет она должна простоять?

— Чуть более тысячи лет, быть может, полторы, — ответила я сухо.

— Мало. Этого мало, Луна. Ко всему прочему, это ведь ещё и идеальный прогноз? Без учёта внешних факторов? — она посмотрела на меня в пол глаза.

— Да… — я инстинктивно отвернулась, повесив уши от осознания.

— Теперь у вас есть элементы, вы просто обязаны укрепить его тюрьму.

— Мы планировали, — глубоко вздохнула я. — Но есть риск разрушить вмешательством элементов заклинание, сдерживающее Сомбру.

Найтмер лишь зло фыркнула в ответ.

— Ваш план, смею предположить, сложа копыта ждать возвращение короля, чтобы в этот раз избавиться от него навечно? — кобыла повернулась ко мне, с явным недовольством подняв бровь.

— Нет других вариантов, ты это прекрасно понимаешь, — в свою защиту парировала я.

— Эх… — она вздохнула, а в её взгляде теперь преобладала лишь грусть. — Ваши подданные, ваше дело. Хотя… Я бы сказала, теперь это её проблема.

— Может теперь, это и её проблемы, но маленькие пони остаются маленькими пони, — немного помолчала я, прежде чем продолжить. — Я попробую что-нибудь придумать. До возвращения Короля ещё весьма много времени.

— Только вот толку от этого, — горько усмехнулась Найтмер. — Разве ты у нас королева?

Осознание вдруг ударило по голове кирпичом.

— Сеструню свою для начала на место поставь, а потом строй планы, — добавила кобыла.

— Я не собираюсь идти против Селестии, Найтмер! — возмутилась я, тыкнув копытом ей в грудь. — Хватит! Я же просила тебя!

— Прости, не могу смотреть, как об тебя вытирают ноги, — она убрала моё копыто со своей груди. — И я не подстрекаю тебя вот прямо сейчас взять, собрать своих фестралов и пойти свергать солнцезадую.

— Найтмер!

— Просто подкалываю, — усмехнулась она. — В любом случае, нужно же ещё разработать план, стратегию и-

— Ох… — что за горе-тиран мне попался? — Всё, я спать.

## Глава 6. Интервью

— С добрым утром! — раздался крик прямо над ухом, чуть не заставив меня упасть с постели.

Резко дёрнувшись, округлёнными глазами замечаю Найтмер в дюйме от моей мордочки.

— Найтмер! — переводя дыхание, выплёвываю я. — Какого сена?!

— Не благодари, — выпрямившись, гордо заявила та.

Что?

Непонимающе взираю на самодовольную кобылу.

— Это всё равно, что окатить спящего ледяной водой… — хныкаю я, приложив копыто ко лбу.

— Спасибо за идею.

Я дёрнулась, резко посмотрев на кобылу, чтобы увидеть злую клыкастую ухмылку.

— Не смотри на меня так. Если в следующий раз будешь спать до обеда и мучать меня скукотой, жалеть тебя я не буду. Выбирай, нормальный режим сна, или приятный холодный душ прямо не вставая с постели, — закончила она.

Судя по этому взгляду, настроена она вполне серьёзно…

— Довольно убедительно… — вздыхаю я.

Погодите-ка…

— Постой, а ты разве можешь взаимодействовать с материальными-

— Хочешь проверить? — надомной раздался магический хлопок, сопровождаясь появлением деревянного ведра.

— Стой!!! Я всё поняла! — в панике махаю копытами, жалобно уставившись на кобылу.

С довольной игривой усмешкой, она опустило ведро и поставила его на пол.

— Лучше не шути так со мной, — заключила она, взирая на меня искоса.

— Ладно, ладно, я поняла, — облегчённо вздохнув, делаю пару шагов вокруг, дабы окончательно проснуться. — Найтмер.

— М? — отозвалась она, разглядывая мой автопортрет на стене.

— Ты можешь взаимодействовать с этим миром?

Вижу, как её рог загорается и ручку ведра окутывает голубое свечение.

— Найтмер, не надо, пожалуйста. Мне просто любопытно.

Свечение погасло.

— А ты как думаешь? — безучастно отвечает она, продолжая разглядывать портрет.

— Я… Понятия не имею. Мне просто хотелось бы понять твою природу, вот и всё, — подхожу к ведру, всматриваясь в своё отражение на водной глади. Выглядит вполне реалистично, если бы не одно но… — Оно ведь не настоящее, верно?

— Луна, — посмеялась она приглушённо. — Ты прямо-таки вынуждаешь меня-

Встретившись с моим серьёзным взглядом, она замолчала. Я заметила, как вся игривость в её глазах ушла, от чего мне стало даже немного стыдно убивать хорошее настроение Найтмер. Она поспешила вернуться к картине. И, вздохнув, кобыла продолжила.

— Смотря, как ты к этому относишься, — она немного помолчала. — В твоём видении мира, скорее «нет», чем «да».

Так и знала.

— Выглядит довольно натурально… — заключила я.

— Так же натурально ледяная вода будет ощущаться ранним утром, — поспешила вставить она, и игривость в её глазах вновь заиграла, и от того мне стало немного спокойнее, несмотря на потенциальную угрозу.

— Ты можешь взять вот это? — левитирую со стола пустую золотую чернильницу поближе к кобыле.

Она посмотрела на неё, затем на меня, а потом вновь уставилась на картину.

— Если тебе и вправду интересны мои возможности, думаю, мне всё-таки стоит сказать тебе максимально прямо, — начала Найтмер. — Я не могу как обычная пони просто взять, и делать ваши обыденные штуки в материальном мире. Я… Не из этого класса. Как я, думаю, ты уже давно поняла.

— Но из какого же, Найтмер? — подошла к ней почти вплотную.

Она, улыбнувшись, взглянула на меня и пошла в направлении к выходу.

— Из класса тех, кому хочется пойти и поесть.

* * *

— Не думала, что тебе нужно есть… Тем более это… — говорю я, взирая на Найтмер, уплетающую за обе щёки иллюзию жареной рыбы.

Аж живот скрутило… Никогда не понимала, как можно употреблять в пищу куски мёртвых тел… Первое время на дипломатических встречах с грифонами меня буквально рвало при одном только виде приготовленных мясных блюд. Запах жаренного мясо просто выворачивал меня наизнанку. Благо со временем мне всё-таки удалось привыкнуть к столь нестандартному рациону плотоядных существ, хоть и не удалось полностью искоренить неприязнь к таким до ужаса «экзотическим» блюдам.

— Я думала, аликорны вполне себе способны питаться мясом, — закидывая кусок рыбы, подчеркнула кобыла.

— Дело не в этом… — потеряв всякий аппетит, наливаю в стакан воды. — Мне в принципе непонятно, как это можно… Класть себе в рот.

— А ты вообще когда-нибудь пробовала сочный стейк, приготовленный на натуральном огне в маринаде? — покончив с рыбой, Найтмер оперлась на спинку стула, закинув задние копыта на обеденный стол.

— Н-нет, — аж дрожь пробрала лишь от одной мысли…

— Так попробуй, — пожимает плечами она. — Это вкусно, хоть на первый взгляд и кажется отвратительно. Потом без мяса жить не сможешь, уверяю тебя.

— Нет, спасибо, — ставлю точку я. — Пожалуй, предпочту другой вид деликатесов.

— Как знаешь.

— Найтмер, тебе всё-таки нужно пропитание?

— Не-а, — легко сказала она, повернув голову в сторону окна. — Я бессмертна, как и ты, однако за исключением тебя с твоей сеструней, я не испытываю голода от слова совсем.

— Тогда зачем…

— Удовольствие, — кобыла завела передние копыта за голову, расслабленно прикрыв глаза. — Удовольствие, удовольствие, и ещё раз удовольствие. Если бы у тебя была возможность есть всё, что угодно, просто ради блаженного вкуса, при этом не боясь повредить своей фигуре, ты бы пользовалась этой привилегией? Вот взять тебя, Луна. Ты употребляешь пищу, чтобы не мучиться от голода, хотя знаешь, что недостаток питательных веществ тебя не убьёт, даже если ты не будешь есть хоть тысячу лет. У меня, могу сказать, нечто похожее… Только мучает меня не голод, а желание отведать чего-то аппетитного. Всё предельно просто.

— Ясно, — киваю я, в знак понимания. — Эта рыба… Она ведь, надеюсь, тоже иллюзия?

— А как я по твоему иначе смогла бы её достать? — несколько раздражённо отвечает Найтмер.

Облегчённо вздыхаю… Нет, я понимаю, что рыба не является разумным видом, как все остальные живые существа. Но лишь один факт поедания мёртвого тела весьма выбивает меня из колеи. Даже несмотря на то, что ежедневно в дикой природе происходят постоянные убийства других живых существ со стороны хищников ради пропитания. Одно дело, когда ты идёшь на такое лишь из-за своей природы, совсем же другое, когда это исходит только из желания получить удовольствие.

— Кстати говоря, давно не видела твою горе-сестру, что с ней? С дизайнером засиделась над проектирование сверх безбашенной новой короны?

— Я не знаю, — настроение значительно упало при упоминании Тии. — И врятли вообще хочу знать. У неё новые дела и обязанности, скорее всего она просто работает целыми днями, чтобы адаптировать новый уклад правления. Не хочу её отвлекать.

— На твоём месте я всё-таки поговорила бы с ней, — кобыла села прямо.

— Я не хочу, Найтмер, — серьёзно взглянула на неё. — По крайней мере, не сейчас… Я не готова к такой встрече в ближайшие дни… Один её вид меня ранит, понимаешь? Я… Я просто не могу сейчас пойти к ней.

Опускаю мордочку, еле сдерживая слёзы. Краем глаза заметила сочувственный взгляд Найтмер, за которым последовал тяжёлый вздох.

— Пойдём покажу тебе кое-что, — кобыла резко вскочила со стула и поцокала в сторону выхода.

* * *

— Цветы? — спрашиваю в недоумении я.

Чувствую, как тепло зенитного солнца жаром впивается в мою тёмно синюю шёрстку, а свежий, чуть заметный ветерок так ласково и приятно обдаёт прохладой, пронизывая эфирную гриву. Так и стояла бы здесь до бесконечности, наслаждаясь идеальной погодой.

— Нет, не цветы, — как нечто чрезвычайно очевидное, отвечает кобыла.

— Но что же тогда? — недоумение, наверное, уже прямо читается на моей мордочке.

— Что ты видишь вокруг? — сказала Найтмер необычайно спокойно, и… даже как-то заботливо. — Расслабься, выдохни, и просто присмотрись. Прислушайся.

Я какое-то время просто смотрела на Найтмер, но всё-таки решила исполнить её просьбу. Закрыв глаза, я сконцентрировалась на ощущениях своего тела, на каждом квадратном миллиметре. Все мои мышцы ныли от напряжения и томящей усталости. Сконцентрировалась, постепенно расслабляя и успокаивая каждый участок своего тела. Такое приятное ощущение… Мне и в голову не приходило ранее, отчего я постоянно чувствую себя уставшей и изнурённой. Постояв какое-то время вот так, нехотя открываю глаза.

Вау… Всё вокруг такое… Красочное? Такое живое и пёстрое. Листья шелестят на летнем ветру. Сладкий запах пионов и белых роз. Бабочки кружатся в вальсе. Аромат хвои, приносимый восточным ветром с леса. А небо… Такое голубое, циановое, ни облачка. Трава приятно щекочет подушечки копыт. Жужжание пчёлок и шмелей.

Вновь закрываю глаза, наслаждаясь моментом умиротворения и абсолютного покоя. Неужели, это было так просто? Всего-то нужно было расслабиться и обратить внимание на то, что тебя окружает, отпустив всё обыденное.

— Так что же ты видишь, Луна? — послышался голос Найтмер со стороны.

Я спокойно открываю глаза, улыбнувшись ей.

— Жизнь.

Она улыбнулась в ответ. Нет, не так, как она обычно делает, а искренне. Не привыкла я её видеть в таком расположении духа, с её обычным образом это идёт в абсолютный диссонанс. Однако, мне куда больше нравится видеть её именно такой. Хоть я и знаю её всего чуть больше недели, но не могу отделаться от мысли, что мы всю жизнь с самого рождения провели вместе. Искренне не понимаю, почему…

Найтмер закрыла глаза, повернув мордочку к солнцу, и вдохнула полной грудью.

— Когда меня нагоняли мрачные мысли, я уходила куда-нибудь в лес, чтобы вспомнить истоки всего живого, — она сладко выдохнула. — Все пони привыкли утопать в бесконечном потоке рутины и «важных неотложных дел», забывая, частью чего мы на самом деле являемся.

После этих слов на меня снизошло озарение.

— Спасибо, Найтмер, — сказала я искренне.

— Да не за что, подруга, — ответила она.

Подруга?

— Ты считаешь меня свои другом? — с величайшим удивлением спросила я.

Найтмер вдруг резко дёрнулась и смущённо прижала ушки к голове.

— Эээ… Я, ну… — она растерянно замялась.

А я, изо всех сил сдерживая хихиканье, наблюдала за тем, как «стальная кобыла» не может справиться с покрасневшими ушами. Кто бы мог подумать, что столь подгоревший и твёрдый зефир снаружи окажется таким мягким внутри?

— Да, я считаю тебя своим другом, — сдавшись, вздохнула она. — Скажу честно, ты довольно любопытная кобыла, с которой можно весьма неплохо скоротать время. Да и что ты будешь без меня делать наедине с солнечным тираном?

— Взаимно, — кивнула я, пропустив мимо ушей последнее предложение.

— Кстати говоря, могу я спросить? — она поцокала к ближайшей беседке. — Почему, всё-таки, ты не вылезаешь за пределы территории замка? — Найтмер уселась на пуфик, приглашая меня устроиться напротив. — Разве тебе не хотелось бы повидать мир? Посмотреть, как живут пони? Быть может, завести новые знакомства. Тем более, ты сейчас как-никогда можешь себе это позволить. И нет, это не очередной подкол. Королева, жаждая сковать тебе копыта, любезно подарила тебе бескрайнюю свободу, сама того не подозревая. И я бы очень советовала тебе хотя бы попробовать вкусить этот подаренный плод.

Перед глазами промелькнули сцены с их безразличными и осуждающими взглядами… Внутри меня вновь зародилась паника и горечь. Поспешно закрыв глаза, вновь сконцентрировалась на музыкальной природной гармонии вокруг, заботливо убаюкивающей мои нервы.

— Я… Я не готова, — удержав волну спокойствия за хвост, говорю я. — По крайней мере, не сейчас.

— Почему же? — с искренним любопытством спрашивает Найтмер.

— Последний раз, когда я пыталась завести друзей среди пони, когда я пыталась кому-то понравиться, в ответ об меня вытирали копыта. Их взгляды в мою сторону… Они смотрели на меня так, словно я проклятие этого мира, которое существует по исключительной ошибке. Меня ненавидят лишь за то, что я просто существую… — настроение окончательно ушло ниже плинтуса, и никакая мелодия леса уже не способна его поднять. — Поэтому я не хочу… Я просто боюсь вновь окунуться в этот ад, когда буквально каждый прохожий не скрывает своей ненависти, а матери поспешно уводят своих жеребят подальше при виде ночной принцессы. Мне больно, Найтмер. Лучше я останусь здесь и не буду попадаться на глаза, как все того и хотят. В тишине и покое.

Чёрная кобыла смотрела на меня какое-то время, а затем сочувственно вздохнула и отвела глаза в сторону.

Какое-то время мы так и сидели, пока Найтмер вдруг не встрепенулась и с наполненными энтузиазмом глаза не продолжила.

— Магия чейнджлингов! — воскликнула она.

Я вздрогнула от неожиданного возгласа.

Она правда хочет, чтобы я пошла на такое?

— Найтмер, я не думаю-

— Стой, послушай, — продолжила кобыла на энтузиазме. — Ты берёшь свой амулет, наполненный магией чейнджлингов, придумываешь себе новое имя, новый облик, биографию. И живёшь полноценной жизнью без тирана под боком! Да даже можно не горбатиться столь сильно, просто придумать имя и взять первый попавшийся облик, чтобы просто прогуляться по городу.

— Но, — я не знала, что ответить под таким напором, но идея мне не очень нравится. — Я не могу так, Найтмер. Это как минимум обман.

— Ты загнёшься в этих стенах, Луна! — сказала кобыла предельно серьёзно, облокотившись передними копытами о стол. — Одно дело не выходить в пони неделю, месяц, да даже год, другое — десятки лет.

— А если я с кем-то сближусь, и по истечении времени эти пони увидят, что я по какой-то неведомой причине не старею или что-то в этом духе? Я разобью этим пони сердце, когда они узнают, кто я на самом деле! — приложив копыто к груди, интонацией подчёркиваю я последнюю фразу.

Найтмер вздохнула уселась на своё место.

— Знаешь, как определить, настоящий друг или нет? — спросила она спокойно.

— Уж точно не игрой с чужими чувствами, — отрезала я.

Кобыла вновь вздохнула, но продолжила.

— Да, Луна. Возможно, ты разобьёшь кому-то сердце. Это не исключено. И, однажды, твоё истинное лицо точно будет раскрыто. Вопрос в том, как именно. Судьба может опрокинуть тебя в лужу и сама снять с тебя маску, но это ты можешь сделать и сама, — Найтмер сохраняла спокойный уверенный тон. — Если друзья окажутся настоящими, они примут тебя, даже окажись ты ненавистной всеми принцессой. Да, будут ужасно злиться, да, Луна. Без этого никак. Однако любая буря рано или поздно заканчивается, а вслед за ней на небе появляется радуга. Они поймут, почему тебе пришлось пойти на маскировку, уверяю. Рано или поздно.

Мне нечего было ответить. Её аргументы казались крайне убедительными, однако мне всё равно хотелось оставить всё как есть.

— Самое главное, Луна, — кобыла привлекла к себе внимание. — Будь собой. Даже пускай под чужим именем. Будь собой. Не притворяйся другой пони.

Я вздохнула.

— Прости, но мне надо подумать, — ответила я. — Вероятно, мой ответ будет скорее «нет», чем «да», однако ничего не исключено. Одно я знаю точно, не сейчас.

— Правильно, подумай хорошенько, — Найтмер понимающе кивнула. — Я не принуждаю тебя идти предложенным мною путём, однако всё-таки настоятельно рекомендую. Будет не легко, но я считаю, что оно того стоит.

— В любом случае, спасибо за идею, Найтмер.

— Да не за что, главное не спеши с решением.

* * *

— Ох… — кремовая пегаска положила мордочку на передние копыта, от усталости сложив бровки домиком. — Надеюсь, я всё сделала правильно…

Ещё раз пробежавшись взглядом по стопке бумаг, Гейз глубоко вздохнула от надвигающегося волнения и, встав со стула, закинула увесистую стопку себе на спину. Выйдя из помещения, её обдало прохладой вечернего коридора замка. Внутри кабинета всегда было душно ввиду его относительно небольших размеров, а также отсутствием артефактов, охлаждающие атмосферную температуру внутри. Пегаска вовсе не считала данное небольшое неудобство пренебрежением к персоналу со стороны королевы, ибо артефакты атмосферной магии были чрезвычайно сложны в производстве, насколько она могла знать. И располагались они лишь в избранных частях замка. Однако, летняя духота так или иначе сказывалась на продуктивности работы.

Кабинет королевы располагался совсем неподалёку, буквально за поворотом, но нести на спине эту башню даже несмотря на столь небольшое расстояние было немного проблематично.

— Её Величество королева Селестия просила её не беспокоить, — когда Гейз подошла ко входу в кабинет, стражник-пегас тёмно-синей окраски преградил путь копьём.

— Но Её Величество просила меня отнести ей важные бумаги, — Гейз отступила на шаг.

— Вам придётся подождать, — как стена, стоял на своём жеребец.

Винд лишь глубоко вздохнула, смирившись сыграть в самую худшую игру в жизни — игру в ожидание, и присела на пуфик у стены, сложив стопку на пол рядом с собой. Спустя целых два часа ожидания и изнуряющих бабочек в животе, пегаска заметила кобылку с подносом, направляющуюся в сторону кабинета, которую без лишних слов стражник пустил внутрь. Не понимая, в чём дело, Гейз направилась к стражнику.

— Так мне всё-таки можно войти? — в недоумении спросила ассистент.

— Возможно, — ехидно улыбнувшись, жеребец надменно посмотрел на робкую пегаску сверху вниз.

Винд отступила на шаг в абсолютном шоке от неожиданного порыва беспричинной издёвки над ней. В её глазах королевские стражники всегда были благородными рыцарями, хранящие мир и гармонию по всей стране. Она всегда чувствовала себя под защитой королевских гвардейцев, особенно в пределах замка, где концентрация стражи просто зашкаливает. Однако сейчас всё её представление о «героях в доспехах» рухнуло в тартар.

— Ох, нет, нет, нет, нет, нет! — взявшись копытами за голову, запаниковала пегаска.

В следующее мгновение, она вскочила со скоростью ошпаренной кобылы за бумагами, и кинулась к дверям кабинета, чуть не сбив служанку на пороге.

— Что вы себе позволяете! — с крайней степенью возмущения воскликнула королева повышенным тоном.

— Простите-простите-простите-простите! — в панике затараторила Гейз. — Я-

— Помолчите пожалуйста! — прервала королева. — Вы мало того, что бесцеремонно ворвались в наш кабинет, так ещё и просрочили наше поручение более, чем на целых два часа! Мы ждём объяснений вашему бестактному поведению! — Селестия с хлопком закрыла дверь сзади пегаски, грозно сверля ту взглядом.

— Простите пожалуйста, я… — переводя дыхание от подскочившего адреналина, пегаска продолжила. — Стражник возле дверей сказал вас не беспокоить, я ожидала в течение двух часов. Но, как я поняла, он решил поиздеваться надомной и намеренно меня не впустил.

Королева подняла одну бровь и какое-то время смотрела на пытающуюся сжаться чуть ли не в один атом бедную кобылку. Селестия вздохнула и молча поднялась с кресла, заставив Гейз в панике попятиться назад, однако правительница прошла мимо и, отворив дверь, вышла за порог.

— Снять доспехи, — ровно сказала Тия, уничтожая взглядом пегаса.

Винд аккуратно выглянула из-за угла.

— Ваше Величество? — настороженно подняв копыто, отклонился тот назад от нависшей над ним королевой.

— Нам следует повторить? — убийственно спокойно продолжала Селестия.

От такого спокойствия мурашки по коже пробежали не только у стражника, но и у пегаски. Гвардеец молча сглотнул и принялся поспешно стягивать с себя доспехи.

Когда все части брони были опущены на мраморную плитку, рог королевы загорелся, обволакивая снятые доспехи. По металлической поверхности прошлась магическая рябь, словно позолоченная сталь на момент превратилась в жидкость, а в следующий миг доспехи окрасились в ярко розовый цвет, а эстетические острые боевые узоры превратились в гравировки в виде роз.

Свечение погасло, и доспехи с громким лязгом упали на пол.

— Одевайте, — сказала Селестия холодно.

В глазах стражника воцарился самый настоящий ужас, глядя на розовые доспехи. Секунду помедлив, он решил всё-таки подчиниться и не доводить ситуацию ещё пуще. Закончив с доспехами, он решился подать голос.

— П-прошу прощения за недоразумение, Ваше Величество, — жеребец поклонился так низко, как только смог.

Селестия вновь окутала магией доспехи, явно накладывая какое-то заклинание.

— Приберегите извинения для церемонии, а теперь отправляйтесь к капитану Сан Сикеру и доложите прислать на ваш пост замену, — Тия развернулась и направилась в кабинет. — Организацией торжественной церемонии займётся мой ассистент Винд Гейз, — Тия указала крылом на пегаску, скромно наблюдающую из-за порога.

Выражение морды стражника в тот момент было не передать словами… Жеребец был абсолютно уничтожен осознанием того, насколько судьба порой может быть извращённой.

— Да… Ваше Величество, — сказал напоследок он с нескрываемым раздражением и поспешил удалиться, пряча взгляд.

Селестия вновь уселась за письменный стол, жестом крыла приглашая Винд сесть напротив.

— Ваше Величество… — подавляя порыв страха, сказала пегаска, укладывая стопку бумаг на стол.

— Мы слушаем, — кивнула Селестия, пододвигая отчёт ближе.

— Почему вы наказали его? — задала кремовая самый наивнейший из всех наивнейших вопросов.

Селестия удивлённо вскинула брови и посмотрела на Гейз.

— Он намеренно принял решение создать помехи рабочему процессу государства, полностью осознавая, на что тот идёт. Такое преступление, как правило, карается пожизненным заключением в темнице, — объяснила Тия, словно самую очевидную вещь на свете.

— Простите, я не так донесла вопрос, — пискнула Винд. — Почему вы наказали его? — она сделала максимальный акцент на последнем местоимении.

— Мхм, — Селестия кивнула в знак понимания. — Однажды нечто подобное уже случалось. С новенькой служанкой, которую мы совсем недавно приставили к себе. В то время мы изъявили думать, что бедная кобыла просто-напросто не способна признавать ошибки и готова напрямую лгать, дабы сгладить личное положения. Разумеется, она была навсегда отстранена от своей должности. Однако, это уже второй случай за неделю, и, ко всему прочему, мы можем с уверенностью заявить, что вы не из тех кобыл, что стали бы лгать, — объяснила Селестия. — Мы полагаем, вам следует изложить про «церемонию», — безапелляционно заявила она, увидев, что Гейз хочет задать ещё один вопрос. — В Дневной Гвардии есть негласные законы служебного этикета. «Служить солнцу доблестно, честно и мудро», как гласит их девиз. Смарт Харрикейн, стражник, которого мы избрали лично в состав на пост охраны нашего кабинета, не только нарушил все принципы служебного этикета, но и совершил преступление, которое можно расценивать чуть ли не как госизмену. А именно препятствие функционированию внутренних государственных процессов. Как мы и говорили ранее, преступление такого уровня карается пожизненным заключением в темнице, однако мы имели милость «смягчить» наказание лишь из-за доблестных героических заслуг Смарт Харрикейна в прошлом.

Винд Гейз с любопытством слушала, не отвлекаясь.

— «Доспехи позора», худшее из наказаний, которое можно только представить любому солнечному гвардейцу. Честь — главное, что движет любым стражником. Те же, кто ею не обладают и не стесняются выставлять этот изъян на показ, дабы опозорить весь гвардейский корпус, одевают доспехи позора, а затем мы лично ставим солнечную печать, тем самым делая невозможным любые попытки снять доспехи без нашего вмешательства. Лейтенанту Харрикейну предстоит носить их на протяжении долгого солнечного августа, а в конце срока его ожидает унизительная церемония отставки на глазах всего гвардейского корпуса и прочих желающих лицезреть мероприятие воочию, также, разумеется, под нашим прямым приказом приглашаются представители самых популярных СМИ. И, конечно же, все ранее выданные награды за службу аннулируются. После церемонии, как правило, служащие, кого настигла столь ужасная участь оказаться в доспехах позора, уезжают из страны. Ибо под нашим личным руководством новость о мероприятии разлетается столь активно, что практически нет места в королевстве, где не слышали бы о самом позорнейшем отстранении от должности.

Гейз лишь молча наблюдала за тем, как королева распинается.

— Доспехи позора назначаются лично нами, и, ко всему прочему, это требует множества наших сил и времени. Однако это необходимость, а не наша личная прихоть. В противном случае, удержать в узде целый корпус своенравных жеребцов, постоянно желающих помериться силами и показать личное превосходство друг над другом, не представляется возможным, — наконец, закончила Тия.

— Доспехи позора… Пожалуй, могу вспомнить. Возможно я уже видела что-то знакомое в газетах много лет назад, — наконец, подала голос Гейз.

— Это чрезвычайно редкий вид наказания для особо провинившихся гвардейцев, — королева сделала акцент на слове «особо». — Последний раз данное мероприятие проводилось пятнадцать лет тому назад.

— Ваше Высочество, простите меня, я не знаю, справлюсь ли я с организацией церемонии. Мне неизвестно, как она проходит! — мило запаниковала Винд.

— Ничего страшного, чуть позже мы объясним вам основные принципы, а сейчас, если вы не возражаете, мы приступим к и без того запоздалому делу, — немного едкости просочилось в голосе королевы. Хоть Винд и знала, что это упрёк вовсе не в её сторону, однако на душе стало немного томно.

— Конечно, Ваше Величество!

— Как мы можем заметить, вы справились со выданной задачей, — Тия перекладывала один за другим листы отчёта, пробегаясь глазами по тексту. — Вы поступили правильно, сконцентрировав рекламную компанию в Единорожьем Округе, особенно в Дымных Горах. По нашим личным наблюдениям это наиболее перспективная область поиска потенциально одарённых юных магов. Можем ли мы поинтересоваться, на данное решения вас сподвигло происхождение Старсвирла Бородатого?

— Да, Ваше Вилечество, — пегаска почтенно поклонилась. — Из учебников истории мне помнится, что Старсвирл Бородатый родом из Дымных Гор, подле я решила собрать статистику по количеству проживающих единорогов в округе, сравнив её с остальными. На данный момент это самый густонасёленный единорогами город.

Селестия улыбнулась, удовлетворённо кивнув.

— Очень хорошо, — титульный лист пергамента окутало золотое свечение, и в уголке появилась большая магическая печать в виде солнца. — Отнесите эти бумаги нашему бухгалтеру, она уже знает, что делать.

— Да, Ваше Величество, — Гейз поклонилась, неуклюже взгромождая громоздкую стопку себе на спину, и двинулась к выходу.

* * *

— …таким образом, мы хотели бы поздравить вас и ваших жеребят с успешным отбором. Тридцать юных талантов, которые, возможно, изменят королевство, а то и весь мир к лучшему, — Селестия заканчивает речь на вступительном родительском собрании. — А теперь, есть ли у вас какие-нибудь вопросы?

— В-ваше Величество, — поднял копыто светло-голубой единорог с переднего ряда трибуны лекционного зала.

Тия кивнула ему.

— Меня терзает вопрос оплаты. Перед отборочным туром мне не удалось найти какой-либо информации, касательно стоимости обучения. Учитывая статус школы, могу предположить, что оплата обучения будет довольно высокой. Наша семья… Далеко не из богатых. Сам я ветеран пограничных столкновений с грифонами, можем ли мы рассчитывать на льготы?

— Обучение в Школе Одарённых Единорогов абсолютно бесплатно, — сказала спокойно королева, вызвав своим ответом абсолютно ошарашено-радостные взгляды родителей. — Мы специально изволили не глаголить о стоимости обучения, дабы не допустить перегруза отборочной комиссии объёмом претендентов. Однако, несмотря на бесплатное обучение, проживание в солнечном корпусе замка, а также содержание учеников и обеспечение жеребят всем необходимым потребует ежемесячной оплаты, которая составит сто битс в месяц с одного жеребёнка.

Родители понимающе закивали, но никаких возражений не последовало в виду довольно-таки дешёвой цены для проживания в политическом центре государства.

— Если у какой-нибудь семьи нет возможности стабильно совершать ежемесячную оплату в данном объёме, прошу вас поднять копыто, мы обсудим этот вопрос после собрания, — последовала абсолютная тишина. — Очень хорошо, следующий вопрос.

— Ваше Высочество, — подняла копыто белая золотогривая пегаска.

— Мы внимаем, — ответила королева.

— Я сама не являюсь единорогом и не разбираюсь в магии, однако, мой муж так и не смог присутствовать сегодня на собрании. Он занимается исследованиями в области артефактории, сфера оберегостроения.

Она достала из под крыла кусочек бумаги.

— Цитирую его вопрос: «Какой уровень знаний в области создания артефактов получит Амбиент Мун? А также, какие области магии в целом будут затронуты в программе обучения за эти двенадцать лет?»

Селестия кивнула и начала отвечать лекционным тоном.

— Программу обучения в нашей школе нельзя сравнить ни с одним учебным планом, существующим на данный момент. Скорее, это смесь гимназийской школы и института. Всего мы можем выделить следующие фундаментальные направления в области единорожьей магии, изучаемых по нашей программе: артефактория, магия жизни, элементальная магия, магия крови, эфироделзим, алхимия, магия разрушения, магия воплощения, зачарование, пространственная магия, магия иллюзии, магия астрала. Это лишь самые основные направления, о полной программе обучения вы можете расспросить нашего ассистента. Что же касается конкретно оберегостроения, после получения диплома выпускники смогут совершенно свободно владеть созданием любых видов оберегов седьмого класса защиты, уже не говоря о полном редактировании и переписывании плетения уже существующих оберегов. Более подробную информацию вы можете узнать из документации, которую выдаст вам наш ассистент. Следующий вопрос, пожалуйста.

Светло серое копыто пожилого единорога с заднего ряда поднялось вверх.

— Мы слушаем.

— Ваше Величество, данный вопрос будет немного провокационным, — прохрипел старик.

Тия молча кивнула.

— Спасибо, — прокашлялся жеребец и продолжил. — Лично я был несколько обескуражен неожиданным решением открыть элитную школу в самом центре королевства, в которой некоторые дисциплины собираетесь преподавать лично вы, Ваше Величество. Я, конечно, далёк от политики, но на фоне недавних событий в стране создаётся впечатление, что государству что-то угрожает, оттого вы решаете создать некий бастион элитных магов, способных противостоять угрозе. Это правда, что наши дочери, сыновья и внуки будут поставлены под удар в случае опасности?

В зале прошла волна перешёптываний, обескураженные выжидающие взгляды родителей метались то к Селестии, то к старику.

— Ситуация на политической арене и вправду неспокойна, — сдержано начала Тия. — Королевство Гриффинстоун так и ждёт, чтобы нанести нам удар при первых же признаках слабости. И да, скажем прямо, отчасти ваши слова правдивы, но лишь отчасти.

Ошарашенные взгляды устремились к Селестии.

— Однако, мы никогда бы не поставили под удар учеников нашей школы, нет. Данный проект преследует лишь несколько целей, никогда не обговариваемых в СМИ ранее. Первая и самая главная — показательная демонстрация уровня владения магией среди единорогов. Грифоны чтят превосходство силы и никогда не станут нападать на государство, которое считают мощнее их самих. Ни о каком элитном боевом магическом отряде речи не идёт. Вторая причина — технологический прогресс. Эквестрия нуждается в юных умах со свежими взглядами на мир, ибо только они способны продвинуть королевство вперёд. И третья, пожалуй, причина нашего личного характера.

Во время речи родители заметно расслабились, услышав то, что они хотели услышать.

— Мы желаем найти десницу.

Родители вновь шокировано взглянули на королеву, но в этот раз радостно-шокировано. Одна лишь мысль, что их жеребёнок может стать правым копытом Селестии буквально сносила крышу. Впервые за всю историю правления Тии, она собирается взять в ученики совершенно обычного смертного. Имя самого первого ученика войдёт в учебники по истории!

* * *

Выпуск #127.

Дата печати: 30-е августа 124-го года аликорньей эры, 157-го года Эквестрийской эпохи.

Здравствуйте, всепони, меня зовут Грей Инк, я журналист «Canterlot Times». Как и, вероятно, у вас, сегодня мой день начался совершенно по шаблону. Чашечка крепкого кофе, запах яичницы, мятые брюки и утюг. Я уже собирался выходить на рабочее место, как вдруг заметил выглядывающий уголок письма из почтового ящика. Выругался про себя, ожидая увидеть извещение об уплате очередных налогов на жилище. Однако, не могу передать словами моего удивления, когда вместо привычного конверта я обнаружил свиток с королевской печатью. Разумеется, я, не теряя времени, сорвал печать и развернул письмо, адресантом которого оказалась сама Её Величество королева Селестия. Я был на седьмом небе от счастья, но обо всём по порядку. За неделю до этого я решил написать письмо Её Величеству с вопросом о проведении интервью про, однозначно, один из самых насыщенных месяцев за время существования королевства. Ходило множество слухов после принятия Её Величеством титула королевы, и, разумеется, чего только стоила сенсация с открытием Школы Одарённых Единорогов под личным руководством Её Величества. До этого дня не было дано официальных комментариев на счёт столь бурной череды событий, однако, сегодня нас ждёт самый сенсационный выпуск за всю историю Canterlot Times. Моему счастью не было предела, когда я увидел одобрительный ответ. Со скоростью ошпаренного пегаса я галопом забежал в редакцию газеты, дабы рассказать новость моему начальнику, а затем мигом добрался до вокзала, ибо время было назначено на сегодняшний вечер.

И так, настал тот час, проводив взглядом выходящего из тронного зала главу Клаудсдейльской делегации, меня пригласили на приём. Зайдя внутрь, я не мог сдержать восхищения её величественностью. Передомной большом золотом троне восседал царственный аликорн. Я никогда в жизни не видел столь изящного и утонченного создания, её мудрый взгляд таил за собой несоизмеримую мощь и силу. Лишь одно только присутствие в одном помещении с Её Величеством заставило меня задуматься о том, насколько значимость обычных пони мала по сравнению с бессмертными существами. Мне никогда ранее не представлялось возможным увидеть королеву Селестию воочию, и я даже представить не мог всё то могущество, которым от неё веяло в настоящей жизни… Спустя мгновение, я набрался решимости и взял себя в копыта, чтобы начать интервью.

— Здравствуйте, Ваше Величество, — сказал я, почтенно поклонившись. — Меня зовут Грей Инк, журналист «Canterlot Times». Я бесконечно рад, что вы положительно ответили на моё предложение взять у вас интервью.

— Доброго Вам вечера, Грей Инк, мы были бы очень рады ответить на интересующие вас вопросы, — прозвучал бархатный благородный глас Её Величества. — Мы надеемся, что сможем ответить вам в полной мере и не оставить никаких пробелов.

— Хорошо, спасибо. Хочу поинтересоваться, сколько времени вы готовы отвести на интервью? — осторожно спросил я.

— На сегодняшний день вы наш последний посетитель, мы не ограничены во времени, — кивнула она.

— В таком случае, дайте знать, когда будете готовы начинать.

— Мы готовы.

— Хорошо, тогда первый вопрос. Пожалуй, самый обсуждаемый в последний месяц. Ваши подданные в неведении и очень желают знать, что сподвигло вас, Ваше Величество, отказаться от устоявшихся традиций и принять титул королевы? Неужели это связано с агрессией Королевства Гриффинстоун?

— Пожалуй, нам стоило ответить на данный вопрос много ранее, дабы не держать в неведении граждан Эквестрии, однако, мы хотели бы принести свои извинения за столь длительное ожидание. Нам предстояло закончить множество дел, связанных с прошедшей коронацией. Отвечая на ваш вопрос, скажем лишь то, что это являлось чрезмерной необходимостью, дабы стабилизировать и укрепить положение государства на международной арене. Во многих соседних государствах титул принцессы не воспринимается всерьёз, что и побудило нас на столь радикальные изменения устоявшихся обычаев. Предупреждая ваш следующий вопрос, спешим заявить, титул королевы никак не скажется на привычной жизни подданных.

— Рад это слышать. Следующий вопрос. За прошедший месяц с момента коронации появилось множество сплетен касательно вашего решения. Некоторые пони думают, что вы приняли новый титул лишь для того, чтобы обеспечить властное неравенство по отношению к вашей сестре принцессе Луне. Что вы думаете об этих заявлениях? А также, как отреагировала сама принцесса? Какова её позиция во всей нынешней ситуации?

— Довольно интересный вопрос. Мы думаем, что некоторым пони пора прекращать строить бессмысленные теории заговора. Её Высочество, разумеется, отреагировала весьма вспыльчиво и несдержанно по отношению к нашему указу. Конечно, ибо это действительно порождает властное неравенство между нами, как правителями. Окажись мы на её месте, мы бы так же не смогли пойти на уступки, поэтому относимся с пониманием к столь неоднозначной реакции. К сожалению, нам не удалось мирно договориться на счёт данного решения, поэтому мы были вынуждены взять инициативу в свои копыта.

— Тогда хотел бы задать смежный вопрос. Могут ли повлиять ныне натянутые отношения вас и вашей сестры на жизнь королевства? Вам не кажется, что это может снизить стабильность в рядах власти?

— Как мы и говорили ранее, титул королевы никак не скажется на привычной жизни подданных. Несмотря на наше бессмертие, мы совершенно обычные кобылы-сёстры, которые постоянно ссорятся и мирятся, как это и происходит в бытовой жизни любого пони. Это просто житейское дело, которое, как правило, никогда ранее не влияло и не повлияет на внутреннюю стабильность государства.

— Очень рад слышать, что всё находится под вашим контролем. Думаю, это должно значительно успокоить пони со всех уголков королевства. Благодарю вас за ответ. Итак, следующий вопрос. Чуть менее месяца назад появилась информация о создании закрытой школы магов прямо в Замке Двух Сестёр, причём одним из преподавателей является вы, Ваше Величество. Это правда? Или это был чей-то нездоровый порыв ввести дезинформацию в массы?

— Вовсе нет. Это чистая правда. Я лично руковожу Школой Одарённых Единорогов, а также являюсь главным преподавателем большинства предметных областей.

— Тогда хочу спросить, почему ранее не последовало официальных заявлений и информации в открытом доступе на счёт школы и программы обучения?

— Всё довольно просто, Грей Инк. Расчёт был набрать всего одну группу обучающихся, состоящую из тридцати мест. Заяви мы об этом в открытую, избирательная комиссия бы лопнула от десятков, а то и сотен тысяч желающих попытать удачу отдать своего жеребёнка в элитную школу магии под нашим личным контролем. Ко всему прочему, нам удалось избежать вмешательства со стороны аристократии. Таким образом, мы смогли набрать самых талантливых из талантливейших жеребят совершенно разных происхождений из разных семей, что действительно продвинет Эквестрию вперёд по технологическому прогрессу. В противном случае, мы бы получили группу из тридцати жеребят богатейших семей из богатых.

— Это… Весьма неоднозначный ответ. Ваше Величество, вы не боитесь ополчения со стороны аристократии после таких слов?

— Представители крупнейших владений, конечно же, были возмущены. Это само собой разумеющееся. Однако, мы преследуем философию равенства, отбор должен происходить в абсолютно одинаковых условиях для всех, чтобы действительно выявить неогранённые алмазы среди населения. Именно поэтому организационные приготовления школы проходили в тайне, благодаря чему мы организовали абсолютно бесплатное обучение за счёт государства. Мы будем продолжать и далее преследовать данную политику.

— Ещё один вопрос, с какой периодичностью будет проходить набор в Школу Одарённых Единорогов? Может ли моя дочь попытать удачу пройти отбор?

— Боимся, ваша дочь уже перерастёт проходной возраст к тому моменту, когда будет организован следующий набор обучающихся. С учётом того, что школа рассчитана всего на одну группу, следующий конкурс будет проводится лишь через двенадцать лет после выпуска ныне набранного класса.

— Жаль это слышать, однако, попытаться стоило. Следующий вопрос, после печати интервью всё королевство узнает о существовании вашей школы. Разумеется, количество желающих, как вы говорили ранее, может достигать сотни тысяч. Ваше Величество, как вы планируете справиться с таким наплывом претендентов? Будет ли происходить какая-то предварительная фильтрация желающих перед основным отбором?

— Разумеется, Грей Инк. Хоть до следующего конкурса нам предстоит ждать довольно длительное время, однако, план уже разработан и готов к внедрению в любой момент. Никакой предварительной фильтрации, каждому жеребёнку будет предоставлен шанс показать свои навыки. Мы рассматриваем систему пирамиды. Кастинг будет проходить по всей территории королевства, в каждом, даже самом небольшом поселении, где есть хотя бы десяток-другой желающих. Далее, те претенденты, которые смогут пройти первый кастинг, отправляются на уровень выше, затем ещё на уровень и так далее, пока не будут отобраны финалисты на конкурс, к тому времени, уже в Кантерлотском замке. Финальную ступень судить будем лично мы. Также, кастинг будет стартовать за три года до окончания конкурса, чтобы успеть оценить всех желающих.

— Благодарю вас за столь развёрнутый ответ. Ещё один вопрос, вы упомянули, что к тому времени Кантерлотский замок будет построен. Можем ли мы услышать приблизительную дату окончания строительства и нарекания постоянной столицы?

— Разумеется. Кантерлот будет ознаменован столицей пятнадцатого июля сто двадцать девятого года аликорньей эры. За год до этого замок будет официально сдан в пользование.

— Рад, что осталось ждать совсем недолго. Многие нынешние жители Кантерлота ждут не дождутся, когда смогут похвастать тем, что живут по соседству со знатью. Итак, думаю, последний вопрос. Принцесса Луна, почему Её Высочество за сто двадцать с лишним лет правления так ни разу и не согласилась дать интервью или же хоть каким-нибудь образом изъявить участие выступить перед поданными? Почему принцесса так обходит стороной СМИ и всё, что с этим связано? Что вы об этом думаете?

Её Высочество королева Селестия тяжело вздохнула, покачав головой.

— Наша сестра… Не очень любит публику. Её Высочество любит тишину и покой, что делает её закоренелой затворницей. Она любыми способами избегает внимания со стороны подданных, несмотря на то, что одна из обязанностей правящего лица прежде всего слушать и уметь выслушивать тех, кто доверил тебе свою жизнь и судьбу, вложив бразды правления в твои копыта. Мы не можем винить нашу сестру за желание умиротворения и покоя, но также не можем одобрять полную изоляцию от мира сего. Придёт время, и Её Высочество осознает важность положения, мы считаем, ей нужно время привыкнуть к судьбе правителя. Все пони уникальны, всем пони нужно разное.

— Спасибо вам большое за интервью. Пожалуй, теперь всё встало на свои места. Благодарю вас за выделенное время, более вопросов нет, — сказал я, поклонившись.

— Очень рады, что смогли помочь развеять пелену неопределённости, — кивнула королева, поведя крылом. — В таком случае, аудиенция считается оконченной. Всех благ вам!

— Спасибо, Ваше Величество, хорошего вечера!

* * *

— Тётя Селестия, а куда мы идём? — спросила маленькая единорожка.

На вид ей было семь-восемь лет. Её полные детской наивности глаза цвета заката идеально сочетались с белой-белой шёрсткой и золотисто-огненной гривой. Удивительно, что в столь юном возрасте у неё на бёдрах уже красовалась кьютимарка в виде огненного шара, в то время как большинство жеребят из группы так и не нашли своё призвание.

— Кое-что очень красивое, Мелоди Файр, — заботливо ответила Селестия, прикрыв мягким крылом единорожку.

— Что, что, что?! — оживлённо, как язычки пламени, запрыгала она. — Мы пойдём смотреть на цветы? Или пойдём слушать пение птиц? Или… — задумалась единорожка на пару секунд. — Или мы пойдём изучать степень влияния лунного света на фотосинтез растений?

Тия легко усмехнулась, умиляясь столь пёстрой жизнерадостности юной кобылки.

— Почти, Мелоди. Однако, в этот раз я хотела бы показать тебе нечто более красивое. Нечто, чем не могу перестать восхищаться даже спустя более сотни лет своей жизни, — сказала Селестия, отворив заднюю дверь солнечного крыла, ведущую в небольшой собственный уголок сада Тии, за которым всегда ухаживала лично она сама. — Взгляни наверх, что ты видишь? — спросила аликорн, опустившись животом на мягкий газон возле куста белых роз, крылом укутывая Файр рядом с собой.

— Звёзды? — спросила Мелоди, посмотрев на Тию.

— Не просто звёзды, — она подняла голову вверх, наслаждаясь ночным небосводом. — Произведение искусства, шедевр, нарисованный гениальным художником всех времён. Это картина всего мира, олицетворяющая саму гармонию. Бесконечная бездна, усыпанная тысячами, миллионами ярких огней. Бездна без ярких огоньков была бы просто бескрайней пустотой, не имеющая никакого смысла, лишь холод и мрак укутывал бы ночное небо. Бескрайний свет же подобен пустоте, поглощающий в своей бездонной яркости всю материю, вижигая всё сущее с полотна. Однако стоит распределить массы равномерно, щепотку огней там, щепотку тьмы здесь, и получится нечто столь прекрасное, что не оставит равнодушным ни одну, даже самую заблудшую душу.

— Как красиво! — воскликнул огонёк. — Почему я раньше никогда не смотрела на звёзды?!

Селестия хихикнула, но потом немного погрустнела, глубоко вздохнув.

— Тётя Селестия, с вами всё хорошо? — заметила Файр.

Тия, не сводя взгляд с ночного неба, спросила.

— Что ты знаешь о звёздах, Мелоди? — Селестия одарила заботливым взглядом единорожку.

Та присела, задрав носик, прикрыла глаза, пытаясь сделать максимально умный начитанный вид.

— Это продукт магических остатков, поднявшихся в верхние слои атмосферы, а затем, спустя миллионы лет разложения, отрезанировавших к границам Вселенского Купола в виде радиоактивных атомов, которые на горизонте событий имеют тенденцию притягиваться к себе подобным, тем самым, сгруппировавшись в небольшие кучки, начинается процесс движения и, следовательно, бесконечного трения атомов друг о друга с абсурдно высокой скоростью и силой, что вызывает нагревание до десятков миллионов градусов, тем самым вызывая свечение, получившее название «звёзды», — закончила Файр с крайне довольным видом от демонстрации своих знаний.

— Ты бесподобно знаешь магическую физику, Мелоди, я горжусь тобой, — Тия мягко улыбнулась ей.

— Спасибо, тётя Селестия, — единорожка немного засмущалась от похвалы.

— Но если отбросить знания магической теории, — королева вновь устремила взгляд к небу. — С чем у тебя ассоциируются звёзды?

Этот вопрос сбил Мелоди с толку. Она задумчиво посмотрела на свою наставницу, приложив копыто к подбородку, а затем вновь на звезды, прищурив глаза и наклонив голову в бок.

— Красивые… искорки? — задумчиво ответила она. — Красивые искорки от пламени костра, — утвердилась в своём варианте Файр.

— Как символично, — улыбнувшись, Тия потрепала крылом огненную гриву своей ученицы.

— А что вы видите в звёздах, тётя Селестия? — выжидающе спросила кобылка.

Тия мягко улыбнулась и ответила.

— Частички души своей сестры, принцессы Луны, — немного погрустнев, начала она. — Она вкладывала всё своё существо в сие творение, дабы дарить подданным успокаивающие колыбели, опускающиеся прямиком с небосвода на Эквус. Никто, кроме неё, не способен подарить миру тишину и покой, когда так сильно нужно побыть наедине с собой и отдалиться от горящего колеса ежедневной суматохи под палящим солнцем.

— Ох, — посмотрела единорожка перед собой, усваивая сказанное. — Тётя Селестия, а принцесса Луна тоже живёт в замке?

— Да, Мелоди, она живёт в ночном крыле замка с другой стороны, — кивнула Тия.

— А можно её увидеть, пожалуйста? — запросила кобылка. — Я очень хочу с ней увидеться!

— Когда придёт время, — Селестия погладила единорожку крылом по спинке. — Когда придёт время, я обязательно вас познакомлю. Однако сейчас нам стоит вернуться в замок, пока вахтёрша не напорола нам крупы, — поднимаясь на ноги, сказала она.

— Гарден Страй?! Но она же просто вредная старушка, а вы… а вы королева! — воскликнула Файр.

— Порой и королевам, и принцессам достаётся ремня, не только жеребятам, — сказала Тия, открывая дверь замка.

Она обернулась, дабы напоследок вновь посмотреть на звёзды, но в этот раз вместо частиц души своей сестры она увидела искры пылающего пламени, охватившего мир.

## Глава 7. В объятиях ночи

Сегодняшнее утро поприветствовало королеву серыми сумерками, предвещающими лёгкий дождь. Погодное объединение пегасов запланировало на сегодня в районе Найтрайда проливные дожди, площадь которых должна была немного зацепить Замок Двух Сестёр. На самом деле, оно и к лучшему, ибо август выдался довольно-таки жарким, и сухой воздух потихоньку начал надоедать.

— Доброе утро, Ваше Величество, — поклонились стражники у входа в тронный зал, открывая массивные двери перед правителем.

— Доброе утро, — кивнула королева, ступая на красный ковёр.

Рядом с солнечным троном Тию ожидала Винд Гейз, выглядящая немного нервно.

— Ваше Величество, — поклонилась та в знак приветствия.

— Приветствую вас, — ответила Селестия, присаживаясь на мягкий трон.

— Что-то случилось, Ваше Величество? — интересуется та. — Ранее вы никогда не просили меня присутствовать на аудиенции…

— Нет, ничего не случилось, — ответила королева, взглянув на часы над дверьми. — Вам следует привыкать время от времени присутствовать на суде, дабы быть всегда в курсе положения дел государства, узнавая необходимую информацию из первых уст. Это значительно повысит продуктивность вашей работы в дальнейшем. Ко всему прочему, мне может понадобиться ваша помощь. Тем более, сегодня нам предстоит череда довольно важных встреч с одними из самых влиятельных лиц королевства.

— Моя помощь? Что мне нужно делать, Ваше Величество? — вскинув бровки, спросила Гейз.

— Прежде всего, слушать и запоминать, — кивнула Тия пегаске. — А во всём остальном, ничего, что бы вы не смогли осилить.

— Х-хорошо, — присев рядом на пуфик, нервно выплюнула Винд.

На часах стукнуло ровно восемь часов утра, и в эту же секунду двери распахнулись. Белый пегас, облачённый в золотые доспехи, вошёл внутрь, поклонившись королеве.

— Глава династии Даймондов, Голден Даймонд, Ваше Величество, прибыл на аудиенцию.

— Династия, владеющая доброй частью шахт на территории Эквестрии. В большинстве своём, именно благодаря им торговый оборот нашего королевства стал самым объёмным на международной арене, — пояснила Тия ассистенту в пол голоса. — Мы готовы принять Его Сиятельство Голден Даймонда, — обратилась она уже к стражнику.

Тот молча поклонился и скрылся за воротами, впуская в тронный зал бурого черногривого земнопони с серебряными глазами.

— Ваше Величество, — поклонился он. — Это огромная честь встретиться с вами. Наша семья в долгу перед вашим бесконечным милосердием, что сопровождает нас из поколения в поколение.

— Эквестрия в долгу перед вашим семейством, Голден Даймонд, — кинула краткий поклон королева в ответ. — Надеюсь, мы сможем обеспечить вам и вашей семье приём на самом высоком уровне в предстоящие дни.

— Мы не сомневаемся в вашем даровании, Ваше Величество, — поднялся жеребец с колен.

Тем временем, Винд Гейз изо всех сил пыталась не скривить мордочку от всей этой тошнотворной слащавости. Невооружённым глазом было видно, насколько же все эти столь лестные речи были пропитаны протокольной ложью. Особенно неприятно было от того, что аристократишка, на самом-то деле, терпеть не может ни королеву, ни этот замок. По крайней мере, это были лишь предположения пегаски, попросту было видно в глазах Даймонда отвращение к окружающему его месту, это ещё без учёта того, что в его голосе слышалось давление. Будто он с силой извлекал из себя всю эту слащавость, дабы угодить Селестии, расположив её мнение в свою выгоду. Однако, надо быть абсолютным глупцом, чтобы действительно верить в то, что удастся скрыть от мудрейшего векового правителя своё пренебрежение. По крайней мере, Винд в этом не сомневалась.

— Что привело вас сюда, Ваше Сиятельство?

— Я проделал весь этот путь от Кантерлота ради того, чтобы лично обсудить с вами вопрос о спонсировании государством строительства новой шахты неподалёку от Найтрайда, Ваше Величество, — без колебаний, объяснил жеребец.

Селестия еле удержалась от того, чтобы вскинуть бровь.

— Извольте предоставить, пожалуйста, строительный план, а также расчёты вашего бухгалтера, — настолько сдержано, насколько могла, ответила Тия.

По бегающим глазам аристократа, можно было понять, что он заметил в голосе королевы явное недовольство из-за, судя по всему, очередного запроса казённых денег. Гейз тоже заметила обострение в ситуации.

— Разумеется, Ваше Величество, — настолько слащаво, насколько только это было возможно, произнёс жеребец, дабы постараться смягчить ситуацию.

Только вот это возымело абсолютно обратный эффект. Пегаска заметила, как королева сильно нахмурилась на мгновение, пока Голден Даймонд доставал из седельной сумки папку с бумагами. Стражник, стоящий неподалёку от трона, подошёл к аристократу, приняв документы, и поспешил к Селестии. Тия раскрыла папку перед собой, пробегаясь глазами по тексту.

— Абсурд, — уже не сдержалась королева. — Зачем вам потребовалось новая точка добычи угля на таком небольшом расстоянии с уже построенной шахтой? Не говоря уже о сомнительно объёмном запросе в финансировании столь небольшого проекта, — Селестия грозно взглянула на жеребца, рывком сунув папку ассистенту, отчего та чуть не упала с пуфика от неожиданности. — Зачем королевству финансировать настолько бесперспективный проект? Куда вы собирались деть выделенные средства? — на возмущённом тоне закончила Тия, заставив жеребца немного сжаться.

— Ваше Величество, — растеряно начал Голден. — Моей группе исследователей удалось найти крупное месторождение угля неподалёку, способное троекратно окупить вложенные средства менее чем за пять лет.

— В любом случае, это не оправдывает запрошенную вами сумму, — холодно отрезала королева. — Мы проявим милость одобрить ваш проект, если вся его реализация перейдёт исключительно под юрисдикцию Эквестрийского Королевства. От бухгалтерских расчётов, до дальнейшего сопровождения. Ваша доля, в таком случае, составит пятнадцать процентов. Вы согласны принять моё предложение?

— Но это грабёж! — вскрикнул жеребец. — Вы не имеете никакого права подминать под себя проект, разработанный нашей компанией! Это произвол! Я требую вмешательства Её Высочества принцессы Луны в дальнейшее обсуждение этого вопроса!

Выражение лица Селестии на миг испугало Винд Гейз. Она ещё никогда не видела королеву настолько озлобленной.

— Нашим словом, Эквестрийское Королевство не осуществит спонсирование проекта по возведению новой точки добычи угля во главе династии Даймондов. Суд объявляется оконченным, просим вас покинуть тронный зал.

— Где Её Высочество?! Закон Эквестрийского Королевства не позволяет единоличное принятие управленческих решений! Вам не сойдёт это с копыт!

— Вы позорите не только всю аристократию королевства, но и светлое имя вашего прадеда! — встала с трона Селестия. — Прошу немедленно покинуть тронный зал!

Стража уже была готова насильно вывести упёртого жеребца, но он сам зло рыкнул и поспешил удалиться.

Как только Голден покинул помещение, Селестия села на трон, устало прикладывая накопытник ко лбу.

— Ваше Величество, с вами всё хорошо? — подоспела пегаска. — Мне вызвать врача?

— Нет, не стоит, — отмахнувшись копытом, покачала она головой. — С нами всё хорошо.

Пегаска несколько секунд беспокойно смотрела на королеву, но всё же решила прислушаться и заняла своё место. Тия какое-то время так и сидела, пытаясь собраться с мыслями, но вдруг подала голос.

— Династия Даймондов — весьма крупная фигура на шахматной доске. Они действительно могут повернуть ход партии не в нашу пользу, — сказала она, словно сама себе.

Гейз ничего на это не ответила. Она прекрасно понимала волнения королевы. Если эта династия является главной шахтёрской компанией в стране, они легко могут диктовать выгодные для себя условия, не боясь особых последствий. Теперь же, Даймонды, очевидно, стали королеве врагами.

* * *

В конце рабочего дня Тия не могла найти себе места. Вновь озлобленность на младшую сестру брала вверх. Разумеется, было довольно очевидно, почему аристократия требовала присутствие принцессы Луны, им попросту были выгодны предыдущие условия, когда подобными делами занималась младшая принцесса. Она позволила откормить дворян настолько, что те без зазрения совести теперь готовы приходить и требовать у правителей абсолютно невыполнимые, с точки зрения здравого смысла, условия.

«Как я только не заметила этого ранее?» — думала про себя Тия. Она бесконечно корила себя за то, что дала своей сестре столь ответственную работу, так ещё и без абсолютно никакого личного контроля ситуации. Теперь это встало поперёк горла королеве. Ибо теперь в рядах дворянства пойдут крайне неудобные для королевы слухи, распускаемые Даймондами. Это уже даже не говоря о том, что они, вероятно, будут публично ставить под сомнение факт принятия нового титула Селестией, что может повлечь за собой зарождение смуты. Если грифоны узнают о внутренней ситуации Эквестрии, будет война. В которой абсолютно ещё неизвестно, кто выживет. Дела идут совсем плохо. Однако, на попятную всё равно идти было нельзя. Если Луна и раскормила аристократов, нужно было дать понять, что королева не станет прогибаться под давление дворян, иначе это грозило бы полным обеднением казны в пользу наглых династий. Власть была бы безвозвратно утеряна.

— Агрх! — вновь зло рыкнула Селестия, пнув камень возле тропы.

От всей хладнокровности и сдержанности королевы не осталось и следа. Вновь и вновь она проклинала себя и свою сестру.

Тут она внезапно остановилась, глубоко вдохнула и выдохнула, выполняя королевское дыхательное упражнение для успокоения, серьезно нахмурилась и развернулась, решительно направляясь назад в замок. Озлобленность не позволяла Тие взять себя в копыта и очистить голову от лишних мыслей, перед глазами была лишь картина, как она высказывает своей младшей сестре всё, что она думает об этой ситуации.

Подойдя к двери ночных покоев, Тия настойчиво постучала, не обращая внимания на взволнованных стражников рядом.

— Принцесса Луна, — стук раздался по вечерним коридорам. — Принцесса Луна, мы требуем, чтобы вы немедленно открыли дверь!

Никакой реакции не последовало.

— Принцесса Луна, немедленно откройте! — ещё на порядок повысила тон королева.

Снова никакого ответа.

— Она внутри? — разъярённый взгляд метнулся к одному из стражников.

Тот лишь напуганно зажато покивал головой.

Тогда Тия ещё раз постучала, да так, что дверь аж немного затряслась. Когда вновь ответом послужила тишина, королева зажгла свой рог и попыталась телепортироваться. Однако, заклинание хоть и сработало, но она никуда не переместилась, магия оставила Тию на месте.

— Да как она смеет! — рявкнула Селестия, когда поняла, что Луна наложила на свои покои антителепортационное поле.

— Передать ей наш приказ тот час явиться в солнечный рабочий кабинет, как только Её Высочество изволит покинуть свои покои, — скомандовала королева стражникам.

—Д-да, Ваше Величество, — поклонились они.

Селестия на мгновение засмотрелась на неприступную дверь, и решила всё-таки отступить, и это лишь больше взращивало в её душе злобу.

* * *

Всё никак не пойму, она издевается? Нет, конечно, я осознаю, что эта кобыла хочет мне помочь, но не таким же образом!

— Ну так что? — спросила кобылица, вызывающе подняв бровь. — Будешь пробовать?

— Найтмер, ты рассчитывала, что я по запаху не почувствую? — в ответ уставилась на неё.

— Ты даже представить себе не можешь, сколько ты упускаешь, Луна, — вызывающее выражение вдруг сменилось искренней невинностью.

Аж злиться на неё не могу теперь…

— Но не нужно мне подсовывать жаренную… Рыбу. Тем более вот так, — отодвигаю тарелку с фаршированным баклажаном. — Ты могла бы просто… Ну… Заинтересовать меня попробовать это другим способом.

— Я уже весь месяц пытаюсь тебя уломать попробовать мясо, — скрестив копыта на груди, заявляет она. — А ты всё никак не решаешься хотя бы попробовать.

Я опустила ушки.

— Ладно, прости, — через некоторое время заявляет она, встретившись со мной взглядом. — Мне не стоило прямо-таки впихивать в тебя рыбу… Просто это настолько вкусно, Луна! Ты представить себе не можешь. Я просто не могла не попытать удачу!

Я вновь взглянула на тарелку перед моим носом. Эх… Конечно, мясо обычные пони не едят, аликорны хоть и способны переварить любую пищу, в том числе даже драгоценные камни, но мясо… Всё-таки никак не могу отделаться от мысли, что это мёртвая плоть когда-то жившего на свете существа… Хоть и приготовленная. Однако, любопытство всё равно кипит во мне. Неужели, это может быть действительно настолько вкусно? Быть может, я сейчас просто как упёртый маленький жеребёнок, капризно воротящий нос от запаха запечённой цветной капусты?

— Найтмер, — немного пододвинула я тарёлку поближе. — А… Это же ведь иллюзия, так?

— Конечно. А ты думала, я слетала к реке, голыми копытами выловила лосося и стояла, готовила у плиты? — кобыла усмехнулась. А затем заметила мой решительный взгляд. — Ты что, правда…

— Да, — говорю я, подцепляя вилкой немного фарша. — Только перед этим, пожалуйста, можешь описать вкус? Если меня вдруг стошнит, я очень сильно обижусь на тебя.

— Хорошо, — с энтузиазмом кивает она. — Во-первых, начнём с того, что это блюдо не материально. Ты всё равно не сможешь получить полного удовольствия от его поедания, так как когда ты его проглотишь, оно испарится в пространстве. Это я могу есть и вкушать полный спектр удовольствия, на счёт тебя — не уверена.

— Ну, буду я получать удовольствие или рвотный рефлекс, полагаю, решать будет мой организм, — настороженно говорю я.

— Во-вторых, вкус мяса сложно описать. Скажем так, вся вот эта трава, которую ты любишь поедать… — Найтмер обвела копытом салат рядом с моей тарелкой. — Слишком лёгкая, пустая, пресная, безвкусная и так далее. А мясо невероятно сочное, яркое и пёстрое. Ох, честно, я не могу описать, тебе просто нужно попробовать.

Я взглянула на неё с сомнением.

— Какой процент того, что я пожалею?

— Даю десять процентов. В конце концов, я понятия не имею, какие у тебя сформируются впечатления, — оперлась о спинку стула она, внимательно наблюдая за моими телодвижениями.

— Ручаешься? — вскинула бровь я так, словно её ответ что-то изменит.

— Ручаюсь, Луна, — она приложила копыто себе к груди, кивнув в знак подтверждения своих слов. — Просто попробуй, тебя не стошнит. Потом всю оставшуюся жизнь будешь наслаждаться новым рационом, наполненным красками потрясных вкусов.

— Ну… Ладно, — говорю я, поднося вилку ближе.

На первый взгляд выглядит как каша, только имеющая непривычный запах и странный красно-оранжевый цвет. Если держать в уме, что это всего лишь иллюзия, лишь имитация настоящей рыбы, а не плоть жившего ранее существа, то вроде не так уж и страшно… Хотя момент весьма волнительный. Как-никак, меня не грифоны вырастили. С давних пор в обществе пони порицалось поедание мяса. Нет, не потому, что они физически не могут его переварить, а потому, что все-таки жертвовать жизнями ради вкусового удовлетворения просто-напросто неправильно. Кстати говоря, мало кто знает, что в нашем замке на кухне всегда есть определённый запас свежей рыбы. Сделано это для того, чтобы в любой момент можно было спокойно принять делегацию грифонов, драконов или прочих хищных соседей, не упав в грязь мордой из-за отсутствия подходящего меню. В конце концов, хищные существа не могут переварить растительные продукты, ровно как пони мясо. Поэтому, каждый день добывается как минимум пару килограмм рыбы, а затем вечером просто так выбрасываются. Думаю, если мне всё-таки понравится, в чём я очень сомневаюсь, можно было бы и не тратить рыбу в пустую… Ох, сено, о чём я только думаю? Ещё ничего не попробовала, а уже строю планы… Хищница, блин… Найтмер, спасибо тебе, что, вероятно, сделала из меня грифона…

Выдохнув, закрываю глаза. Ух, ладно, была не была.

— Ну как? — слышу взволнованный голос спереди, но меня всю полностью и целиком поглотил вкус.

Ох, святая Селестия! Аж слезу сдержать не смогла…

— Как фкуфно, ммм, — растворяясь в абсолютном экстазе, отвечаю я, постанывая от неимоверной волны вкусового удовольствия.

— А ты упрямилась, как только могла, — Найтмер сделала максимально показательный вид «Я же говорила! А ты…» — Смотри до оргазма случайно не дойди.

Проглотив кусок, я тут же накинулась поедать всё блюдо целиком. Сено, как же это дискордовски вкусно! Почему я была настолько упрямой клячей?! Ох, да это же как самый настоящий наркотик! Теперь я прекрасно понимаю Найтмер…

Когда блюдо было доедено, я откинулась на спинку кресла и довольно закрыла глаза. Хоть и не было даже намёка на чувство насыщения по понятным причинам, но вот вкусовые рецепторы буквально таяли от удовольствия. Ну всё, теперь вся рыба в замке будет моей! Лишь бы только слухи какие не пошли, а хотя, мою репутацию уже ничем не испортить. Пускай говорят, что принцесса Луна сошла с ума ещё больше, но рыба того стоит!

— Ладно, Найтмер, прости, — довольно говорю я. — Я была не права.

— Ты ещё сочные стейки в маринаде не пробовала, — усмехнулась она в ответ.

— Прости, но, думаю, я обойдусь только рыбой, — села ровно я. — Всё-таки рыба не разумна по сравнению с остальными живыми существами. Я потом в зеркало посмотреть на себя не смогу, Найтмер.

— А я тебя и не подталкиваю, — парировала кобыла. — Просто знай, что это вкусно. А пытаться достать мясо или нет — решать тебе.

— Найтмер, спасибо ещё раз, — говорю я.

— Да не за что. Сердце разрывалось смотреть на то, как ты идёшь по максимально аскетичному пути, сама того не подозревая.

Тут в дверь раздался напористый стук, отчего я чуть не уронила тарелку на пол.

— Принцесса Луна, — моя шерсть буквально встала дыбом… — Принцесса Луна, мы требуем, чтобы вы немедленно открыли дверь!

Это она…

— Ооо… — Найтмер сложила копыта на груди. — Сколько лет, сколько зим…

Я тут же вскочила на копыта и наложила заклинание, препятствующее телепортации, молясь, что это всё-таки её остановит.

— Принцесса Луна, немедленно откройте! — ещё на порядок повысила тон королева.

Прошу… Уходи…

— Почему бы тебе просто не-… — повернувшись ко мне, она увидела слёзы, стекающие по моим щекам. — Луна, что с тобой? — кобыла встала передо мной, загораживая мне вид на дверь. В её глазах читалось искреннее беспокойство.

Когда стук прекратился, сдерживающее заклинание распалось, я рухнула на круп и просто разрыдалась…

Найтмер потерянно отступила на шаг, не зная, как реагировать.

Я опустила голову и трясущимися копытами закрыла глаза, хаотично всхлипывая…

Почему она пришла? Что ей ещё от меня нужно?! Я не могу… Я не могу сейчас… Только не сейчас! Я боюсь… Мне страшно! Что, если она пришла объявить, что хочет взять меня под стражу?! А если вдруг она захотела взять под контроль мои звёзды и луну? Или я опять в чём-то ей навредила?! Мне не хватит сил выслушать это… Меня разорвёт на части… Как же, лягать, больно!!! Почему?! Я не понимаю… Почему меня изнутри так разъедает?! Голова сейчас разорвётся от давления… Меня… Меня сейчас вырвет…

Чувствую, как голова бешено вертится кругом, а грудь просто рвёт на части. В висках, словно отбойный молот, бьёт прямо по мозгам резко подскочивший пульс, отдавая острой режущей болью, словно сосуды сейчас просто не выдержат и лопнут…

Вдруг я почувствовала мягкое тепло, как что-то прижимает меня к себе. Мышцы потихоньку начали расслабляться, а отбойный молот потихоньку сбавляет амплитуду… Жадные глотки воздуха становятся всё реже, реже и реже… Всхлипы медленно уходят, и слёзы перестают течь ручьём. Вестибулярный аппарат перестаёт играть в карусель. Чувствую, как дыхание постепенно выравнивается, и по всему телу проходит волна расслабления.

Не понимая, что происходит, трясущимися копытами обхватываю источник тепла и прижимаюсь к нему сильнее.

— Всё будет хорошо, — послышался голос спереди.

Её копыто успокаивающе поглаживает мою гриву. И я обмякла в её объятиях от бессилия.

— Всё будет хорошо, я с тобой, — чувствую, как её мягкие крылья укутали меня.

Водоворот боли успокоился, превращаясь в смиренную водную гладь. Время для меня словно остановилось… Секунды словно превратились в часы, весь мир вокруг исчез, остались только лишь мы. Дыхание постепенно выровнялось, и я прижалась к ней ещё сильнее.

Её тепло… Её дыхание… Так успокаивает. Её мягкая гладкая шёрстка так приятно убаюкивает… Так хорошо и приятно… Биение её сердца… Чувствую, как монотонно вздымается и опускается её грудь. Хотелось остаться здесь навсегда, и никогда не возвращаться в тот мир…

Я ведь… Больше не одна?

Чувствую, как горячие слёзы вновь начали стекать по щекам.

— Больше нет, Луна… Больше нет.

Чувствую, как на моём лице появилась слабая улыбка.

— Спасибо… — прошептала я.

## Глава 8. Прощай, мой дорогой рог!

Как же сильно болит голова… Ох, сено… Тело всё так и ломит.

Сонно зеваю, растягивая крылья во всю ширь, заставляя суставы захрустеть. Стягиваю с себя покрывало, но… Оно возвращается на своё место. Не поняв делов, открываю глаза и вижу, что это вовсе не покрывало. Испуганно дёрнув голову назад, вижу спящую рядом Найтмер, укрывшую меня крылом. Моё лицо тут же заливается краской и, вероятнее всего, стало походить на помидор.

Это весьма странно, до этого она со мной не ложилась спать.

И тут в голову начали приходить воспоминания вчерашнего вечера. Селестия попыталась со мной поговорить, а у меня началась самая что ни на есть истерика. Я буквально потеряла контроль над собой и могла натворить невесть что. Вспоминаю, как Найтмер меня обняла и успокоила.

Ощущение тёплых пушистиков в груди приятно расползлось внутри меня.

Она правда это сделала? Это ведь был не сон… Эта кобыла заключила меня в объятия, словно готова как-либо угодно меня защитить и не дать в обиду сестре. Я… Даже не знаю, что сказать. Не ожидала от неё такого жеста. Мне невероятно приятно от того, что она и впрямь была готова меня защитить, когда я буквально сходила с ума от нахлынувших эмоций.

Улыбка невольно появилась на моей мордочке, и я вновь взглянула на спящую Найтмер.

— Не мешай спать, — сказала она, немного меня испугав.

— Ты не спишь? — спросила я.

— Теперь нет, — недовольно буркнула кобыла, складывая крыло, которым она меня укрывала. — Когда под боком раздаётся такая мысленная тирада, проснётся кто угодно. Пожалуйста, сделай одолжение, либо перестань думать, либо давай закроем мысленный мост ко мне.

Открыв рот в непонимании, чтобы задать вопрос, что же, собственно, это такое, я так и не смогла сформулировать вопрос.

— Это астральный туннель, сквозь который я вижу твои мысли, — смирившись с тем, что поспать уже не получится, она вздохнула и перевернулась на спину, открыв глаза. — Ты и вправду у Старсвирла ничего не слушала на лекциях, — приложив копыто к переносице, она вновь меня упрекнула.

— Если я это сделаю, ты перестанешь видеть мои мысли? — с ходу спросила я наперёд.

— Да, я, вообще-то говоря, хотела попросить у тебя об этом уже очень давно, ещё примерно месяц назад, в первые дни, когда мы только встретились, но всё никак да никак…

— Тебе мешают мои мысли? — примерно понимаю, почему она просит меня об этом.

— Да, — кивает она, уставившись в потолок. — В обычный жизни не так сильно, но вот когда ты погружаешься в размышления… Ты уж прости, но это порой невыносимо.

— Ох… Конечно, — встаю я с постели. — Что мне нужно сделать?

Она посмотрела на меня кратко и начала потирать морду копытами спросонья.

— Для начала сядь, — сквозь копыта говорит она. — Затем закрой глаза и расслабься.

Я сделала всё, что она сказала, применяя для расслабления медитативную дыхательную технику.

Судя по звукам, она поднялась с постели и как следует потянулась, протяжно зевнув.

— Расслабилась?

— Мхм, — киваю я.

— А теперь представь, как наши души связывает некая нить. Как по этой нити пульсируют потоки информации, уходящие прямо ко мне в голову, — она села на против меня.

Я вновь кивнула, готовая двигаться дальше.

— Итак, самое важное. Не теряй концентрацию, продолжай фокусироваться на данной мыслеформе и слушай только мой голос. Если ты сейчас накосячишь, то и тебе, и мне, будет ОЧЕНЬ больно.

Я тут же вздрогнула, чуть не потеряв концентрацию, но, в последний момент, успела её удержать.

— Теперь мне страшно… — заявила кобыла спереди, судя по всему, заметив мои проблемы. — Восстанови концентрацию и забудь, что я только что тебе сказала.

Ладно хоть она не начала со слов «сохраняй спокойствие». Это, пожалуй, самая худшая фраза, которую только можно сказать, если действительно нужно не терять головы. Разумеется, перспектива получить порцию сильной боли сказывалась далеко не в лучшую сторону, но хотя бы Найтмер говорит честно и прямо, уже радует.

— Я готова, — восстановив концентрацию, говорю я.

— Теперь, слушай меня внимательно, сейчас будет самое сложное, — начала она серьёзным тоном. — По моей команде ты должна сделать следующее, — я чуть вздрогнула, когда она прислонилась своим рогом к моему. — Когда я дам сигнал, ты представляешь ножницы, и режешь нить. И, самое главное, ты должна одновременно вместе с этим произнести совмещённое заклинание психической устойчивости с заклинанием разрыва связи. То самое стандартное заклинание по разрыву ментальной связи, которое ты использовала чтобы разъединить меня с твоими воспоминаниями, когда ты открывала мне свою память. Я не смогу наложить его на себя сама, потому это придётся сделать тебе. Всё ясно?

— Да, я поняла, — говорю я.

— Тогда… — она выждала секунд десять, будто концентрируясь на чём-то. — Давай!

Я мгновенно разрезаю нить, параллельно сплетая друг с другом два весьма сложных заклинания, и пропускаю его сквозь рог, накладывая на себя и на Найтмер одновременно.

— Ох, блаженство… — послышался голос спереди.

Я открываю глаза и вижу распластавшуюся по полу Найтмер, раскинувшую крылья и копыта в разные стороны с воистину удовлетворённым выражением мордочки.

— Тишина, тишина, тишина… Как же хорошо…

— Тебе правда настолько мешали мои мысли?

Она ничего не ответила, явно наслаждаясь моментом. А я, тем временем, решив, что её лучше не стоит беспокоить, подошла к окну, рассматривая живописный лес.

— Ох, Луна, ты не представляешь, как же приятно, когда тебя не разрывают твои собственные, так ещё и вдобавок чужие мысли…

— Представляю, — говорю я, повернувшись к Найтмер. — Но раз они тебе так сильно мешали, почему ты раньше не сказала?

— Я уже ответила тебе. На самом деле, я хотела попросить тебя об этом с самого начала, но подумала, что смогу свыкнуться, так как помех трудностей в первое время я особо не чувствовала. Но когда мы пробыли в этой связи целый месяц… Голова уже бухнуть начала. А что было бы дальше, так и не разорви мы её… — Найтмер многозначительно посмотрела куда-то мимо меня. — Может с ума бы сошла, а может твоим клоном бы стала, или ещё чего по хуже.

— Моим клоном? — с крайней степенью удивления спросила я.

— Лишь моя догадка, взятая с неба, на беспокойся, — приподняла она копыто в успокаивающем жесте.

— Фух, ладно, — с облегчением выдохнула я.

В комнате повисла тишина.

— Так… Чем займёмся сегодня? — она поравнялась со мной, тоже всматриваясь в лесной пейзаж.

Тут мне в голову пришло ещё одно воспоминание прошедшего вечера. Я ведь в эмоциональном порыве думала кое о чём важном, о том, что, вероятно, может полностью изменить мою жизнь. Я полагала, что я приняла то решение абсолютно импульсивно, лишь исходя из моей эмоциональной вспышки. Однако, как говорится, утро вечера мудренее, а утром я свою решительность всё-таки с не потеряла.

Да, это до дискордиков страшно, однако, любое потенциальное изменение в привычном жизненном укладе сопровождается страхом, это абсолютно естественно. Однако, сейчас страх перед сестрой куда значительнее перевешивает этот.

— Я всё-таки решила принять твоё предложение, — говорю я серьезно, повернувшись к ней.

— М? Какое предложение? — она на секунду задумалась. — Неужели-

— Да, — утвердительно киваю я.

Найтмер значительно просияла лицом, но попыталась скрыть своё резко поднявшееся настроение за нейтральной маской, дабы, как обычно, не терять образ уравновешенной кобылы. С сестрой ей, конечно, не тягаться…

— Это мудрое решение, — подавив свой всплеск, она просто улыбнулась мне. — Так, когда же ты отправишься? Есть идеи, куда? Или ты только на прогулку?

— Нет, я и вправду хочу попробовать пожить в шкуре обычного подданного какое-то время. Не на постоянной основе, разумеется. Появляться в замке мне иногда да нужно, иначе, если меня потеряют, всё может обернуться очень плохо. Не то что бы они заметят, конечно… — хмуро заключила я. — Я хочу отправиться в Найтрайд.

— Не слишком ли близко? — Найтмер подняла бровь.

— Мне морально сложно уйти куда-нибудь на другой край Эквестрии, — кивнула я, понимая её сомнения. — Ты уж не пойми меня неправильно, но мне и без того это решение приходится весьма тяжко, — глубоко вздыхаю, прикрыв глаза, дабы успокоить бухующее от волнения сердце. — Я более сотни лет жила здесь, в этих покоях, ты не представляешь, сколько волнений мне это доставляет.

— Представляю, — она отвела взгляд на лес. — Но, в любом случае, ты не пожалеешь, уж поверь.

— Хотелось бы верить… — говорю я, двинувшись к небольшому сундучку в углу комнаты.

— Это из-за Селестии? — не отводя глаз от окна, спросила Найтмер.

Я глубоко вздохнула, отпирая магический замок.

— Да, — сухо согласилась я.

Разгребая всякие безделушки старых лет в стороны, я ту самую оловянную шкатулку с атласной лентой, фиксирующей крышку на месте. Развязав бант, я откинула крышку.

Как же давно это было… Подарок Старсвирла на день нашей коронации. Так ни разу его и не открывала. У Селестии есть абсолютно такой же. Не знаю, пользовалась она им вообще когда-нибудь. Честно говоря, мы сами не знаем, откуда у нашего наставника вообще взялись эти артефакты, ибо чейнджлинги не подпускают к своему рою нипони даже на расстояние магического луча. И сидят они безвылазно уже несколько сотен лет в Бесплодных Землях. Не удивлюсь, если дедушка Старсвирл сам смог воссоздать подобие чейнджлинговой магии, пускай даже если это будет лишь имитацией.

— Кстати говоря, — прячу я под крыло артефакт. — А как ты вообще узнала об амулете? — я требовательно посмотрела на неё, щурясь.

— Вообще-то говоря, я наблюдаю за тобой с самого рождения, разве не говорила? — она взглянула на меня, вопросительно подняв бровь.

— Ты рассказывала, что наблюдала за мной, но не говорила, сколько именно.

— Ну, теперь будешь знать, — пожала она плечами. — Ты что, прямо сейчас хочешь-

— Да, прямо сейчас, — я глубоко вздохнула, опустив голову. — Чем раньше, тем лучше…

Найтмер вздохнула и подошла поближе ко мне.

— Всё будет хорошо, ты поступаешь правильно, — она подбадривающе взглянула на меня, кончиком пера подняв мне мордочку за подбородок. — Тебе не место среди них, — она крылом указала на дверь.

— Быть может, ты всё-таки права, Найтмер, — вновь вздохнула я. — Ладно, не хочу тянуть.

Я подошла к двери и оглянула свои покои на прощание. Честно, я не знаю, чего мне стоит ожидать дальше. Всё может пойти совсем не так, как я ожидаю, есть вероятность, что я больше не вернусь сюда никогда…

Эти слова отозвались тяжестью в груди.

Но я не могу дальше смотреть на то, как я потихоньку умираю изнутри, даже не в силах ничего с этим поделать.

Глубоко вздохнув, я отпираю дверь своей спальни и вхожу в коридор.

— Ваше Высочество, — я чуть не подпрыгнула от испуга.

Зачем же так резко?! Фу-у-х.

— Её Величество королева Селестия приказала вам немедленно явиться на аудиенцию в её кабинет, — пока я пыталась, восстановить дыхание, говорил стражник.

— Луна, если ты не силах пойти к ней, скажи, что скоро явишься, прямой отказ не даст тебе просто так уйти, — увидев моё намерение, предостерегла меня Найтмер.

— Хорошо, передайте Её Величеству, что мы явимся на запланированную аудиенцию сразу после утренних купален, если она соизволит навестить нас в наше отсутствие.

— Как прикажите, Ваше Высочество, — даже не поклонившись, стражник вновь уставился вперёд.

— А теперь я бы советовала тебе поскорее убираться отсюда, пока не поздно.

Как жаль, что теперь она не слышит моих мыслей… Это может очень нас ограничить в дальнейшем.

Я еле заметно кивнула и поспешным шагом направилась в сторону купален, дабы оттуда телепортироваться за пределы замка.

* * *

— Ты биографию, хотя бы краткую, надеюсь, придумала? — летя в четырёх метрах справа от меня, вдруг разорвала тишину Найтмер.

— Не точный вариант, но всё же поверхностная идея у меня есть.

— Уже лучше, чем ничего, — удовлетворённо ответила кобыла. — Просветишь?

Я прикладываю копыто к амулету, прижимая его к груди, и осмысливаю образ в голове, который я придумала прошлой ночью. Облик фестралки предстал перед глазами, тёмно-серая шёрстка, грива цвета лунного света, серебрянные глаза и кьютимарка в виде скрещённых полумесяцев. Удостоверившись, что все элементы внешности представлены чётко и ярко, не упуская в завбении ни одну деталь, я пропускаю свою магию сквозь рог и направляю потоки энергии через амулет. Я почувствовала, как по всему телу прошёлся огненный жар, как мои копыта, шея и туловище немного уменьшились, а крылья приобрели совершенно новую чувствительность.

— Оригинальный выбор, — кобыла внимательно меня осматривает со стороны.

— Это обличие пришло мне в голову совершенно спонтанно, — говорю я.

Облизываю свои новые клычки.

Очень непривычно… Понятия не имею, как вообще Найтмер умудряется с ними уживаться. Так у меня, ко всему прочему, всего одна пара, в то время как у неё все зубы — одни сплошные клыки, словно пила.

Вчера мне пришла в голову идея принять облик молодой кобылы-фестралки, учитывая, что Найтрайд — город, преимущественно, принадлежащий именно этой расе. Он находится совсем рядом с местной угольной шахтой, километров пять от нашего замка. Это единственный городок в округе, построенный полностью за счёт королевства. Для него я выделила небольшой кусок земли принцессы Платины, тем самым, почтив её идею возведения личного закрытого города рядом с Замком Двух Сестёр, однако, немного в ином и более скромном исполнении. Ко всему прочему, Найтрайд не является закрытым поселением, во всяком потому, чтобы не ограничивать его рост и развитие. Единственная причина, почему я, поначалу, просто не продала те земли застройщикам — нужно было оперативно заинтересовать подданных в заселении, предоставив уже готовое жильё за счёт государства, ибо новоиспечённой шахте требовалось огромное количество рабочей силы. А учитывая, что рядом нет никакой инфраструктуры в радиусе километров так пятидесяти, желающих осуществить застройку буквально на огромном пустыре, разумеется, не было. Ни одна строительная компания просто не пойдёт на такой риск, даже учитывая весь потенциал денежной отдачи от угольного месторождения. Поэтому я приняла решение взять ответственность на себя и дать небольшой толчок, построив базовую необходимую инфраструктуру, а затем потихоньку планомерно застройщики поняли, что здесь дела действительно пахнут деньгами, и начали изъявлять огромное желание осуществлять застройку, глядя на довольно-таки большой приток новых жителей. Теперь же механизм запущен и работает как нужно, королевство просто потихоньку распродаёт земли вокруг Найтрайда строительным фирмам, чтобы те развивали молодой город и привлекали новых жителей. По-началу мы с Тией были немного сбиты с толку тем, что сюда переезжали жить в абсолютно подавляющем большинстве именно фестралы. Как оказалось, не спроста. Выяснилось, что благодаря своему природному дару к эхолокации, бэтпони, как их ещё называют, могут ориентироваться в сколько угодно запутанных пещерах, совершенно не испытывая никаких проблем, что делает их просто незаменимыми в шахтёрском деле, уже не говоря об отсутствии нужды в освещении рабочего пространства. Ко всему прочему, сверху наложился ещё тот факт, что фестралы — народ в королевстве новый, и его подавляющая численность страдает от безработицы, посему поток желающих устроиться на столь идеальную работу был просто огромным.

И да, это мой город. Я руководила его строительством с самого начала, и именно под моим руководством возводилась угольная шахта в тех землях. Я продолжала контролировать ход развития своего проекта до того момента, пока им не заинтересовались внешние строительные компании. И, к тому же, там живут мои фестралы. Они единственные не презирают меня в открытую. Не скажу, конечно, что гражданское население уважает меня также, как моя личная гвардия, но я хотя бы им не ненавистна, по ясным причинам. В основном, именно поэтому я и выбрала этот город в качестве моего прокси-жилья, в то время как нежелание жить подальше от замка было лишь второстепенной причиной.

— Найтмер.

— М?

— Слушай, могу я узнать твоё мнение? — взглянула я на неё кратко, вновь возвращаясь к отслеживанию лётного пути.

— Валяй.

— Ты наблюдала за мной с самого моего рождения, и, полагаю, тебе прекрасно известно, как ко мне относились подданные ранее, — задумчиво смотрю себя под копыта, наблюдая за проносящимися внизу сосновыми кронами. — Ты лицезрела всё со стороны, и тебе легче будет ответить на мой вопрос. Селестия всегда отмахивалась от от ответа и настойчиво переводила стрелки на мою неопытность как правителя. Да, я и вправду неопытна, но интуиция подсказывает мне, что дело вовсе не в этом… Почему меня вдруг возненавидели? Я разве что-то не так сделала? Найтмер, что я упускаю?

На собственное удивление, внутри меня царил покой. Обычно один лишь факт присутствия этих мыслей ранил меня так сильно, что не хочется даже вспоминать… Но сейчас, когда вокруг лишь бескрайний простор и бесконечная свобода, когда нет давящих массивных стен, одним лишь своим присутствием угнетающих всё настроение, моя аффективность значительно поугасла.

— Хочешь моего мнения? Хорошо… — Найтмер призадумалась, явно подбирая слова. — Знаешь, даже мне самой эта ситуация доставляет трудности ответить на твой вопрос… Но у меня есть некоторые предположения.

Я посмотрела на неё, сосредоточённо навострив уши.

— Первая догадка — вся проблема в фестралах.

— В фестралах?

— Да, — вновь призадумалась она. — Ты, фактически, всю свою инициативу сфокусировала на одной единственной расе, отдав Селестии волю заниматься их проблемами самостоятельно. Этот жест мог быть распознан населением так, словно ты считаешь, что все остальные представители вида попросту не стоят твоего внимания. Это я ещё не беру на рассмотрение тот факт, что к фестралам относились, да и до сих пор относятся, весьма так горячо… — она многозначительно на меня посмотрела. — Не удивительно, что представители всех остальных народов тебя попросту возненавидели за, якобы, «высокомерное и наплевательское отношение» к их жизням.

Ох, сено… А ведь это чистая правда. Когда-то давно после предложения Селестии я абсолютно загорелась своим проектом по внедрению фестралов в жизнь королевства. Но я расценила ситуацию так, словно мы с Тией просто делим обязанности поровну… Она занимается поддержанием уже гладкой жизни трёх рас, а я пытаюсь побороть расистские гонения бэтпони и стремлюсь подарить им лучшую жизнь в новом обществе. Но я даже подумать не могла, что остальные подданные расценят это как плевок под копыта…

— Что же касается второй теории… Только воздержись от упрёков сейчас, — она сделала нейтрально-серьёзное выражение лица.

— Ладно, какая вторая версия?

— Её Величество королева Тортлестия, — я лишь вздохнула, но воздержалась от вероятной словесной перепалки. — Я прекрасно понимаю, что ты считаешь меня законченным параноиком и не хочешь даже слышать никаких обвинений в адрес этой кривоно-

— Найтмер, — прервала я её. — Да, я испытываю к ней ненависть, это правда. И я польщена, что ты по-своему заступаешься за меня, хоть и делаешь несколько агрессивно. Но она, как-никак, моя сестра и я по-прежнему её люблю, давай обойдёмся без очередных оскорблений. Не пойми меня неправильно, просто уши вянут, — мы встретились взглядами, и в её глазах я смогла увидеть нотки разочарования, вперемешку с пониманием.

— Ладно, буду пытаться быть мягче, специально для тебя, но не ручаюсь, — она выпрямилась и отвела взгляд на лётную траекторию перед собой. — Так вот, — Найтмер прочистила горло. — Теория заключается в том, что твоя сеструня попросту не хочет делить с тобой своё обожание со стороны подданных. Она прекрасно понимает, что она, откровенно говоря, более опытна, и что подданные больше предрасположены именно к ней, нежели к тебе. Она видит, что, в большинстве своём, Эквестрия в том виде, в котором она есть сейчас — исключительно её заслуга. И тут вдруг какой-то там Луне достаётся значительная часть почтения со стороны её пони. Королеву поглощает неосознаваемое чувство, будто на её заслугах паразитируют, и подсознательно пытается это уладить. Тут на горизонте появляются фестралы, которые ещё совсем «не обкатаны» и не определились со своим предрасположением к тому или иному диарху. Тия видит в этом возможность и предлагает тебе заняться работой по их внедрению в королевство, тем самым создавая ситуацию, где ты ищешь своё собственно заслуженное обожание со стороны фестралов, а Тия, тем самым, в полной мере получает её законную долю от своих достижений перед остальным населением, — немного помолчав, она добавила. — Врятли она сделала это со злым умыслом. Все разумные существа, в какой-то степени, лишь животные с соответствующими инстинктами. Я уже не говорю о подсознании, которое постоянно влияет на наши поступки, и мы просто не в силах контролировать его.

Ничего себе…

— Я удивлена, — глядя на Найтмер я качаю головой. — Ты впервые не стала просто так обвинять мою сестру во всевозможных грехах.

— Не привыкай, — она кратко посмотрела на меня, и вновь устремила взгляд вперёд. — Я по-прежнему всем сердцем ненавижу эту… кобылищу… — изказив морду в токсичном отвращении, проговорила она. — За то, что она вообще о себе возомнила. То, что я сказала тебе ранее, никак не оправдывает Её Величество, и не имеет абсолютно никакого отношения к тому, что она просто так вытирает об тебя ноги, дабы потешить своё самомнение. Уже не говоря о том, что твоя сестрица основательно заигралась в тирана, намеренно причиняя боль как и тебе, так и всему своему близкому окружению. Да, в прошлом, на первый взгляд, она была неплохой кобылой, но всё имеет тенденцию меняться, Луна, — Найтмер посмотрела на меня очень серьёзно. — Жизнь исключительно прошлым имеет лишь один конец. Тебе стоит отпустить его, как бы больно это не было.

Вздохнув, я прикрыла глаза.

— Мне нужно переварить твои слова, Найтмер, — еле заметно кивнув, ответила я. — Просто дай мне немного времени.

— Разумеется, — понимающе кивнула она мне.

* * *

— Кстати, ты так мне и не рассказала, какую биографию придумала, — облокотившись о сосну, прервала тишину Найтмер. — Лучше изложи сейчас, пока ещё не поздно, — она кивает в сторону Найтрайда, ближайшие дома которого располагаются уже в ста метрах от нас.

— Ты права, — я прочистила горло. — Итак, меня зовут Мун Римлайт. Мне двадцать семь лет и я родом из Эмбервинга, проживала в южном районе у своей тёти Ассент Шайн, работающей поставщиком целительных трав в местную лавку неподалёку с нашим домом. Сирота, воспитанная сестрой своего отца. Работала художником-реставротором на самозанятой основе. Заработанных денег вполне хватало, чтобы поддерживать бедное существование, не разоряя тётю лишним ртом. Однако, однажды случился несчастный случай, когда Ассент не вернулась из очередного похода в лес. Через какое-то время её признали официально погибшей. После чего, жизнь в Эмбервинге стала откровенно невыносимой. На мои плечи теперь легли ещё налоги на жильё в купе прочих расходов на дом. Из-за чего я была вынуждена жить голодая, дабы избежать проблем с налоговой королевства. Я решила найти новую работу в Эмбервинге, однако, все попытки были тщетны. Открытых рабочих мест попросту не хватало, я рисковала оказаться на улице. Из-за чего я приняла решение продать дом, пока не стало ещё слишком поздно, и переехать в гораздо более дешёвые для проживания места, в небольшой городок Найтрайд. Этот городок привлёк моё внимание своими низкими ценами на жильё, а также льготами в виду отсутствия необходимости уплаты налогов за проживание под условиям трудоустройства в местные шахты. Тем самым, я убила двух зайцев: решила проблемы с жильём, а также нашла потенциальную работу со стабильно выплачиваемой заработной платой, — поставила точку я. — Что скажешь?

— Не похоже на черновой набросок, — оценивающе взглянув на меня, ответила Найтмер.

— Пока мы летели, я проработала остальные детали, — немного смутившись, заявила я.

— И как ты собираешься купить жильё, не имея с собой никаких средств? — она взглянула на меня, подняв бровь. — Я не помню, что мы заходили к бухгалтеру.

— Я, как принцесса, имею законное основание брать из казны столько, сколько мне заблагорассудится, — подняла копыто, привлекая внимание Найтмер. — Мне не обязательно извещать бухгалтера. Я могу свободно телепортировать необходимую сумму битсов прямо из казны, а специальное заклинание, наложенное на хранилище, автоматически подсчитает количество взятых средств, и сообщит бухгалтеру за меня.

— Но, в таком случае, полагаю, Селестия тоже узнает о взятых деньгах, верно? — с сомнением, кобыла посмотрела на меня.

— Узнает, но мне всё равно, — холодно отрезала я. — Она не сможет отследить, из какой именно точки мира я призвала средства, всё остальное мне не так уж важно. По законодательству я имею полное право брать столько средств, сколько потребуется, уже не говоря о том, что мне нужна абсолютно незначимая сумма по меркам целого государства.

— Хм… — Найтмер задумчиво поднесла копыто к губам. — Последний вопрос, пожалуй, и оставлю тебя в покое. Как ты собираешься теперь вернуться в свой истинный облик, не имея рога? Или я чего-то не понимаю…

— Второй вариант, — создав в голове мыслеформу отката преобразования, я приложила копыто к амулету, прижав его к груди. Огненный жар вновь прошёлся по коже.

— Мхм, ладно, вопросов нет, — поведя крылом, она кивнула.

— Разве что, без амулета я не смогу вернуться к истинной форме, — я подцепила его копытом и немного покружила перед глазами. — Если я его потеряю, мне придётся воспользоваться амулетом Тии, либо устроить специальный ритуал отката заклинания, который тоже придётся устраивать вместе с моей сестрой.

— Перспективы, мягко говоря, оставляют желать лучшего, — Найтмер косо посмотрела на меня.

— Именно поэтому, пока я в этом облике, — вновь надавила на амулет, переходя в образ фестралки. — Я даже не подумаю о том, чтобы снять его хоть на секунду, — я решительно двинулась в сторону города.

— Я прослежу за этим, не хватало нам ещё новых проблем класса «Тортлестия», — вздохнув, Найтмер последовала за мной.

## Глава 9. Цена прогресса

— Таким образом, магия воздействия на подпространственную энергию является ничем иным, как магией астрала, — прочерчивая мелом магическую схему, объясняет Тия. — Это… — она тыкает указкой на рисунок, повернувшись к классу. — Основной конструкт астрального типа магии, с которым нам предстоит работать на протяжение двенадцати лет. Пожалуйста, перерисуйте его в свои тетради.

Жеребята, как один, принялись старательно вычерчивать копию сложной магической схемы в тетрадях, не задавая лишних вопросов.

— Астральная магия — одна из самых опаснейших разновидностей заклинательной практики. Если неправильно применить трансформацию материального тела в астральное, то есть большой риск безвозвратности данного объекта в материальный мир. Таким образом, он навсегда останется на нематериальном плане, — Селестия продолжала начитывать лекцию, пока ученики занимались перерисовкой схемы. — Именно поэтому применение астральной магии на любом разумном живом существе карается пожизненным заключением в темнице. Пожалуй, это одно из самых страшных преступлений, которое только можно совершить, ибо вы рискуете обрести существо на бессмертную мучительную жизнь на подпространственном плане, и жертва неудачного заклинания будет даже не в состоянии вступить в какой угодно контакт с прочими живыми существами в материальном мире, даруя ему судьбу веками наблюдать за жизнью мира со стороны. Думаю, вам было бы интересно узнать, что именно из столь печальных последствий неудавшихся магических экспериментов на пони и произошли выдуманные книжные монстры, называемых «Призраками».

Жеребята, все до единого, шокировано уставились на королеву.

— Кхм, — прочистила горло Селестия. — Продолжим…

Тут в дверь раздался стук, и из-за неё выглянула мордочка бледно-голубой седой единорожки в квадратных очках с толстой оправой.

— Ваше Величество, — она поклонилась в знак приветствия.

Селестия тут же глянула на часы и заметила, как заболталась аж на целых двадцать минут.

— Ох, мисс Медиал, просим у вас прощения, мы совершенно потеряли счёт времени, — кратко поклонилась Тия в знак приветствия. — Итак, домашнее задание. На следующий урок выучить базовый конструкт астральной магии, уметь его воссоздавать по памяти, а также быть способным объяснить связи его компонентов с точки зрения базовой магической теории. На следующем уроке проведём проверочную работу, — завершила Селестия, вызвав недовольные стоны жеребят. — Ещё раз просим прощения за смещённый график, — вновь Тия обратилась к единорожке, направляясь к выходу.

— Ничего страшного, Ваше Величество, — она вновь поклонилась, входя в класс.

Селестия переступила порог кабинета и прикрыла за собой дверь, на автопилоте направляясь в свой рабочий кабинет.

Волна усталости пробежалась по телу. Преподавание в Школе Одарённых Единорогов изрядно выматывало Селестию. Эта нагрузка умножалась на вес государственных дел троекратно, что буквально каждый день выжимало королеву, словно лимон. Однако, даже при условии такой гигантской нагрузки, ей было вовсе не в тягость преподавать. В большинстве своём, от этой небольшой группы жеребят может зависеть судьба Эквестрии, а, быть может, и всего мира. Королевство находится на пороге войны, и Эквестрийское государство пребывало далеко не в самом выгодном положении на международной арене… После той войны с Сомброй, выкосившей значительную часть населения, Селестия раз и навсегда дала себе обет, что более никогда не допустит подобных трагедий.

После той войны Тия не смогла смотреть на себя в зеркало, ибо в отражении она видела с ног до головы окровавленную кобылу. Пожалуй, именно это и стало отправной точкой её самосовершенствования как лидера. Селестия на протяжении многих лет изучала труды древних стратегов доэквестрийских времён, в большинстве своём, пегасийских полководцев и правителей. Крылатое племя всегда славилось мудростью и решительностью своих предводителей: один лишь трактат о лидерском знании, написанный Релайд Клаудом около семисот лет тому назад, до сих пор является основным объектом изучения любого правителя.

Селестия посвятила десятилетия, пытаясь перенять всю ту мудрость величайших правителей всех времён и народов. И, со временем, она начала становиться всё лучше и лучше в познании лидерства, пока не стала действительно устрашающим правителем в глазах соседних государств, с которым почти никому не хотелось вступать в конфликт.

Было очень нелегко… Снова и снова она жалела, что пошла по столь каверзному пути. Пришлось пожертвовать очень многим, чтобы обеспечить должную безопасность и отпугнуть вероятные внешние угрозы. Однако, каждый день, когда она возвращалась в свои покои, зеркало напротив ложе из разу в раз напоминало, что Селестия идёт по верной дороге.

Проходя по коридору, взгляд Тии приковал витраж с изображением солнца и луны, симметрично делящих окно пополам.

«Луна… Не была ли я чересчур строга с ней?» — задумалась Селестия. Отстранение младшей принцессы от правительственных обязанностей, разумеется, было верным решением. Судьба надёжного лидера весьма тяжела, ибо ему полагается отречение от личных чувств в пользу государства, даже если их придётся обрезать под самые корни, полностью задушив внутри себя.

Что пугало больше всего в этом непростом решении, так это подозрения… Нет, Тия прекрасно понимала, на что способна её сестра. Какой она искусный боец и мастер дуэльных сражений. Королева всегда восхищалась мастерством Луны в ведении ближнего и дальнемагического боя, но навыками стратегического планирования могла похвастать лишь Селестия.

С тех самых пор, как Тия решила отстранить свою младшую сестру от королевских дел, она сама не знала почему ей в голову стал приходить один единственный вопрос: а смогла бы она одолеть свою сестру в схватке? Нет, Тия, разумеется, понимала, что этот вопрос не имеет абсолютно никакого веса, ибо ситуация, в которой королеве пришлось бы сражаться с Луной за рамками обычного спарринга, казалась абсолютно нереалистичной, но всё же её до ужаса беспокоил тот факт, что ответом на этот вопрос было безапелляционное «Нет». На фоне всех этих глобальных перемен в диархии, попросту нельзя было не пытаться понять суть подобных вещей, даже если вероятность худшего исхода равняется абсолютному нулю. Тия — правитель, ей положено брать во внимание и такие дилеммы.

И всё же… Ответ на её главный вопрос последнего месяца — «нет».

Селестия потрясла головой, отстраняясь от этих мыслей, сознание вернулась к воспоминаниям вчерашнего вечера.

Тот гневный порыв, пожалуй, был чересчур сильным. Да, Луна в очередной раз подвела как и королевство, так и Селестию, но если призадуматься, на чьих плечах возлежит вина на самом деле? Сейчас Тия начинает понимать, что никого, кроме неё, в виноватые записывать не имеет смысла. В порыве самосовершенствования, Тия сама не заметила, как многократно превзошла свою младшую сестру в правительственном ремесле. Именно она не уследила, что Луна значительно отстаёт от Селестии как и по опыту, так и по силе характера. То, что королева поручила сестре разбираться с торговыми делами аристократии — исключительно её вина, а вовсе не Луны. Было крайне глупо винить свою сестру за это… Однако, ярость столь значительного поражения затмила суть вещей вокруг. Пожалуй, нужно извиниться перед ней…

* * *

День потихоньку начал клониться к вечеру. Заливаясь огненно-золотым светом, солнце повисло над линией горизонта, будучи готовым в любой момент уступить своё место луне. Тия сидела за письменным столом, составляя ответ на очередной запрос денежных средств со стороны кантерлотской мэрии. Закончив письмо, она скрутила его в свиток, поставив печать, и телепортировала адресату.

Глубоко вздохнув, Селестия устало облокотилась на спинку кресла, и вновь её мысли обратились к Луне. Прошёл уже целый день, но младшая сестра так и не изволила явиться. Беспокойство потихоньку стало охватывать королеву, ибо стражники должны были передать принцессе её послание, как только та решит покинуть покои. Однако, визит Её Высочества так и не нагрянул. Могло выйти и так, что младшая сестра решила запереться в своих покоях, с головой уйдя в затворничество. Это в значительной степени волновало королеву, ибо душевное состояние принцессы и без того явно было на грани.

Селестия прекрасно видела, в каком расположении духа находится её младшая сестра, нужно быть абсолютно слепой, чтобы не заметить то, как её тяготит сложившаяся ситуация вокруг, а масло в огонь ещё подливал новый титул Тии и отстранение Луны от обязанностей. Однако, лишь пройдя через бурю можно истинно насладиться покоем штиля. По крайней мере, Селестия искренне верила в философию превозмогания трудностей и душевной боли, дабы стать мудрее и овладеть стойкостью стальной кобылы первой закалки и навсегда забыть о всех былых, на самом деле, незначительных невзгодах, кажущимися в настоящий момент центром бытия. Определённо, это эффективный метод стать хладнокровной и абсолютно устойчивой к сколь угодно напряжённым ситуациям. Однако, всему нужна своя мера, если ненароком дать слишком сильную нагрузку, можно не закалиться, а сломаться.

И вот, теперь Селестии потихоньку начало становиться не по себе от этих мыслей. А не сломала ли она Луну? Не переборщила ли она, всё-таки, со своим намерением сделать сестру сильнее? Впервые за десяток лет Тия была на пороге потерять равновесие. Последнее, чего она хотела, так это навредить своей сестре, напрочь сломив её волю и превратив Луну в рыхлую потерянную тряпку.

Более не в силах сидеть на месте и ждать прибытия сестры, Тия поднялась с кресла и решительно направилась к выходу.

* * *

— Ваше Величество, — поклонились стражники, охраняющие покои принцессы Луны.

— Приветствуем вас, — кивнула Селестия. — Мы вольны узнать, было ли наше поручение, касающееся Её Высочества, исполнено? — её тон значительно посуровел.

— Д-да, Ваше Величество. Принцесса Луна просила передать сообщение в случае вашего визита, что Её Высочество изволит посетить вас после утренних процедур, — не вставая из поклона, гласил гвардеец. — Однако… Это было шесть часов тому назад.

— Шесть часов назад? — удивлённо подняла брови Селестия.

— Да, Ваше Величество.

Внутри королевы воцарилась пустота. Ей не требовалось объяснения, что же произошло…

Тия слабо кивнула и отправилась назад, в свой кабинет.

Всё-таки сломала…

Горечь прошлась по душе асфальтоукладчиком, это вовсе не то, чего добивалась Селестия… Возможно, теперь уже поздно метаться с извинениями, остаётся ждать возвращения Луны и надеяться на то, что Тия всё-таки ошибается. Вероятно, сестре просто необходимо временное уединение, чтобы обдумать всю эту ситуацию и сделать определённые выводы. Если это так, то есть большие надежды на лучший исход. Пройдя через такое эмоциональное перенапряжение, вполне себе можно рассчитывать на положительный прирост силы воли. Однако, если всё-таки дела пойдут по худшему сценарию?

По спине прошли мурашки.

Когда Тия планировала своё косвенное наставничество, на первый взгляд, последствия провала не казались такими уж страшными, ибо его вероятность была не более процентов пяти-десяти. Однако, сейчас этот риск стал вполне себе реальным, а не абстрактным. Возможность сломать сестру действительно пробирала до самых костей…

Тут внимание Селестии привлекло поспешно приближающееся эхо цокота копыт ориентировочно в поворотах двух-трёх. Спустя пару секунд из-за угла выскочил стражник и поспешил к королеве.

— Ваше… Величество… — восстанавливая дыхание, обратился к Тие стражник.

— Мы слушаем, — бетонно замаскировав свой страх и горечь, с невероятным холодом ответила королева.

— В замке вор, — наконец, отдышавшись, выпалил стражник.

— Вор?! — разгневано переспросила Селестия, а маска пошла по швам.

— Д-да, Ваше Величество. Смотрительница замочного музея только что доложила о пропаже, — не рискуя поднять взгляд, с нотками страха докладывает гвардеец.

— Поднимите весь корпус на копыта, никто не посмеет воровать в моём замке! — разгневанно повысила голос королева. — Доложите, какой экспонат был утрачен!

— Часть боевого арсенала Её Высочества времён Сомбровской тирании.

Тия, шокированная услышанным, уставилась на стражника, и, не теряя ни секунды, телепортировалась в музей на другом конце замка.

— Ваше Величество! — воскликнула смотрительница. — У нас…

Не обращая внимания на кобылу-единорожку, Тия побежала к тому самому стенду. Чуть не споткнувшись о ковёр, Селестия остановилась, гася инерцию после галопа.

Нет, всё-таки не обман…

Увидев, что на привычном месте отсутствуют доспехи и боевая коса младшей сестры, Тию словно ударила молния изнутри. Она сформировала в голове заклинание и пропустила его сквозь рог, направляя на область, где только что находилась пропажа.

Её худшие опасения подтвердились…

Сканирующее заклинание уловило магический след, принадлежащий её сестре.

«Неужели… Нет, этого не может быть!» — думала про себя Тия. Её сестра… Неужели, она действительно…

Селестия сделала глубокий вдох и выдох, выполняя королевское дыхательное упражнение. Тряхнув головой, она задумалась, выбрасывая все лишние мысли из головы.

К ситуации необходимо подойти рационально, ибо поспешные выводы сейчас абсолютно неуместны. Нужно провести детальный анализ, и, возможно, привлечь прочих доверенных пони для помощи в расследовании. Даже если Луна и собирается устроить государственный переворот, даже с учётом того, что у неё было больше месяца, она не смогла бы подготовиться столь быстро. Нужны ресурсы.

Очень много ресурсов.

Перевороты просто так не делаются. Здесь нужна подпольная пропаганда, много оружия, огромное множество доверенных лиц, которыми Луна абсолютно точно не располагает. Даже если она сейчас в одиночку ворвётся в замок и попробует убить Селестию, у неё, вероятнее всего, это получится. Однако, всё не так просто. Даже убив королеву, Луне просто так не дадут бразды правления личная солнечная гвардия королевы, уже не говоря о тотальном неподчинении со стороны обычных подданных, ибо в обществе Луну не признают как правителя. За исключением разве что только того варианта, когда младшая сестра пойдёт на геноцид всех несогласных, чтобы добиться подчинения силой, ввергая всех пони в ужас. Но этот путь абсолютно маловероятен, если не невозможен, учитывая крайне мягкий темперамент Луны.

Либо же, младшей сестре по какой-то другой причине могли понадобится тяжёлые боевые доспехи высочайшего класса защиты за пределами замка. Очень интересно… Но такой исход тоже вполне имеет место быть.

Тия глубоко вдохнула и выдохнула вновь.

«С этим нужно разобраться в кратчайшие сроки» — подумала она. Мысленно ругая себя за то, что так и не решилась наложить на свою сестру отслеживающее заклинание, когда был шанс.

Тут подоспела смотрительница музея, изрядно запыхавшись.

— Ваше… Величество, — пытаясь восстановить дыхание, прохрипела она. — Я искренне сожалею, что не смогла уследить за памятным арсеналом Её Высочества. Грабитель, судя по всему, применил телепортацию для совершения преступления.

— Ничего страшного, мисс Ваулт Сэйф, — Тия натянула безэмоциональную маску. — Сообщите стражникам у входа, что нашим гласом приказываем прекратить поиски вора. Пропажа была найдена.

— Х-хорошо, Ваше Величество, — с явным непониманием в голосе поклонилась единорожка, но решила воздержаться от лишних вопросов и отправилась к выходу.

Селестия потёрла висок копытом и телепортировалась в свой рабочий кабинет. Не прошло и секунды, как в дверь постучали.

— Войдите, — сказала Тия раздражённо.

Пожалуй, меньше всего, чего бы ей сейчас хотелось, так это заниматься рабочими делами.

Дверь кабинета осторожно отворилась, в проёме появилась мордочка ассистента.

— Ваше Величество, — поклонилась Винд Гейз. — Вот обновлённая строительная смета замка, доставленная пол часа назад.

Пегаска вынула папку из-под крыла и положила её на стол перед Селестией.

— Спасибо, Винд Гейз, прошу, присаживайтесь, — Королева нехотя указала на кресло с противоположной стороны стола, пододвинув папку к себе.

Винд Гейз подошла и уселась рядом. Сразу, что бросилось ей в глаза, было разочаровано-раздражённым взглядом королевы. То же было заметно и в жестах Селестии, она резкими неаккуратными движениями перелистывала одну страницу за другой, толком не вдаваясь в подробности, зафиксированные в отчёте. Было явно видно, что королева прямо-таки на взводе и была чем-то очень сильно огорчена и обеспокоена. Что больше всего удивляло, так это то, что она даже не пыталась скрывать своё состояние за привычной маской королевы, как Тия всегда делала раньше, особенно во время встреч с Винд Гейз.

Селестия глубоко вздохнула, рывком закрыв папку, и двинула её в сторону пегаски. Королева вытащила из ящика чистый листок пергамента, взяла в телекинетический захват перо и начала что-то активно записывать. Спустя примерно минуту-две, она свернула лист в свиток и, подвязав его красной лентой, магией сформировала кусок воска, под нагревом преобразуя его в солнечную печать. Королева подняла послание в воздух и телепортировала его в неизвестном направлении, а затем с глубоким вздохом положила копыто на переносицу и устало прикрыла глаза.

— Ваше Высочество, с вами всё хорошо? — с искренним беспокойством спросила пегаска.

— С нами всё хорошо, — не открывая глаз, сухо ответила Тия.

В кабинете повисла неловкая тишина. Винд не хотела подавать голос или, тем более, просто взять и уйти, ибо после той солнечной вспышки во время финального тура попросту было очень страшно вызвать гнев Селестии в свой адрес. А другая часть Гейз так и кричала, что сейчас ей просто необходимо остаться здесь, рядом с королевой.

Юная пегаска всегда умела читать пони как открытую книгу. Что более иронично, сама она придерживалась более интровертного образа жизни, особо не общаясь с другими пони. Скорее, это понимание строилось на более высоком интуитивном восприятии, нежели на социальном опыте. И сейчас эта самая интуиция говорит ей, что королеве в настоящий момент словно нужна компания, что не могло не удивлять Гейз.

Тик… так… тик… так…

Ритмичное тиканье часового шкафа, пожалуй, было одним единственным звуком в повисшей давящей тишине. Пегаска лишь терпеливо сидела и ждала момента, пока молчание не будет прервано. Она сочувственно взирала на Селестию. Усталость, гнев, отчаяние, разочарование, обида, раздражение, грусть, подавленность и… страх? Всё это разъедало сидящую перед ней аликорну изнутри. В этот момент она увидела в Тие не строгую бессмертную королеву, несущую на своих плечах не только крупнейшее королевство на планете, но и, возможно, даже целый мир, а совершенно обыкновенную, уставшую, запутавшуюся в себе кобылу, которой всего-то нужно немного любви. Её разрывает изнутри ураган тьмы, и, если ничего не предпринять, он поглотит её с головы до копыт, не оставив и шанса.

То, что она не стала надевать маску перед Гейз… Неужели, это крик о помощи?

Тут в голову Гейз пришла, наверное, самая сумасшедшая идея из всех сумасшедших, которые когда-либо приходили ей в голову за всю жизнь. Всё внутри неё сжалось от напряжения. Одна часть отчаянно боролась с неожиданным порывом и прямо-таки кричала, что не стоит этого делать, что всё закончится далеко не так, как ей кажется на первый взгляд. Но другая часть прониклась полным сочувствием к Селестии, и не могла оставить её вот так наедине со всеми накопившимися проблемами. Гейз казалось, словно если она оставит её вот так, то может произойти что-то непоправимое. Пегаска уже давным-давно заметила, что что-то в поведении её королевы совсем не так, но до сих пор она не могла понять причину своих ощущений. Теперь же, всё потихоньку начинает проясняться, но источник её плохого самочувствия всё ещё остаётся неизведанным. Быть может, если Селестия ей раскроется, то Гейз сможет ей хоть чем-нибудь помочь. Вероятность этого крайне мала, но всегда стоит надеяться на лучшее.

Собрав всю свою волю и решительность, Винд сквозь страх и сомнения поднялась на копыта, обошла стол и обняла королеву.

Тия дёрнулась и ошарашено распахнула глаза, обескураженно уставившись на свою подчинённую. Всё внутри неё сжалось с такой силой, словно она только что услышала объявление войны со стороны союзного государства. Её дыхание начало учащаться, а пульс значительно повышал свою амплитуду.

Гейз заметила изменившееся состояние королевы и решила отстраниться. Взглянув Селестии в глаза, пегаска заметила в них смертоносную ярость и гнев, закипающие внутри королевы. Это заставило всё внутри неё сжаться от страха. Всё, что осталось во взгляде Тии кроме негодования, это небольшие намёки на грусть и разочарование.

«Неужели я совершила ошибку?» — внутри Гейз значительно нарастала паника, а молчание Селестии лишь подливало масло в огонь. Винд поспешно отвела глаза, ибо испепеляющий взгляд королевы очень пугал её.

Тия глубоко вздохнула и отвернулась спинкой кресла к лицу Гейз.

— Вы уволены, — словно рокот грома раздался спокойный голос по кабинету.

Гейз дёрнулась, отступив на шаг, но ничего не ответила. Она понимала, на что шла… Помедлив какое-то время, она всё-таки нашла силы сделать первый шаг ко входной двери. Ватные копыта еле несли её.

«И всё же, я ошиблась» — думала про себя Винд. Она на прощание взглянула назад, чтобы увидеть лишь спинку кресла и развевающуюся радужную гриву. Она смахнула крылом подступившие слёзы и покинула кабинет.

## Глава 10. Без оплеухи прозрение не наступит

Сделав пару нерешительных шагов в сторону города, я остановилась на месте. Волна страха прошлась по телу, словно прилепив мои копыта к земле.

Я… Я точно должна идти туда? Почему бы мне просто не вернуться в замок? Страшно-то как… Я ведь ещё никогда не общалась с обычными пони на равных. А что, если они отвергнут меня и в этом облике? Я уже молчу о том, что будет, если вдруг магия амулета даст сбой и облик принцессы откроется всем? Ох, сено… Что же будет… А если Селестия вдруг узнает, что я отправилась именно сюда? Она же целый наряд приведёт и устроит глобальные обыски, дабы найти меня. А когда фестралы поймут, что это из-за меня всё переворачивают вверх дном, то и они могут меня возненавидеть…

— Луна…

А что, если она решит, что бэтпони решили меня выкрасть и взять в заложники? Селестия хоть и зла на меня, но она меня любит, я уверена в этом.

Сердце начало бешено колотиться, копыта онемели от холода, а крылья словно превратились в вату.

Даже если и нет, сестра пойдёт на всё что угодно, дабы поставить на место пони, которые решили провернуть нечто подобное. Она просто так не оставит эту ситуацию… Тогда дела не закончатся лишь обыском…

— Луна! — крикнула Найтмер, встав прямо передо мной. — Что с тобой?

Меня выдернуло из дум, и от неожиданности отступила на шаг.

Посмотрела на кобылу, нависающую надомной, и опустила голову, повесив уши, так ничего и не ответив.

Спереди послышался глубокий вздох, и я почувствовала прикосновение её крыла к правому боку.

— Если ты не возьмёшь себя в копыта сейчас, то не справишься с этим никогда, — она прижала меня копытом к груди.

Когда я вновь почувствовала тепло её шёрстки, страх потихоньку стал отступать на задний план, а колотящееся сердце начало планомерно успокаиваться. Я просто закрыла глаза и расслабилась, утопая в этом приятном ощущении. Её копыто нежно поглаживало мой загривок, а мягкие перья дарили мне умиротворяющее чувство уюта и комфорта, которого я не испытывала ещё со времён… Даже вспомнить не могу, с каких вообще…

Внутри меня вновь воцарилось то тёплое чувство, которое я, оказывается, так давно искала. Её дыхание, её медленные движения, все это напомнило мне о том, что в нашем мире есть место для каждого пони, место, где мы можем быть собой, не боясь ничего и никого.

Этот момент напомнил мне о том, как важно просто остановиться и насладиться моментом. Всё остальное, все заботы и тревоги, казались такими мелкими и ничтожными рядом с этой невероятной гармонией. Я… Буквально лишь в этот момент поняла, что счастье не всегда заключается в том, чтобы стремиться ко всеобщему обожанию и гнаться за одобрением со стороны окружающих. Оно может быть прямо здесь, под открытым небом, среди тех, кто тебя понимает.

И сейчас я осознала, что должна учиться жить так, как живёт она, Найтмер Мун. Принимать моменты такими, какие они есть, и находить в них свою гармонию. Полагаю, это начало новой главы в моей жизни, главы, в которой я буду стремиться быть ближе к пони, ближе к себе, искать своё место в этом огромном мире и, возможно, помогать другим найти свою собственную гармонию. Вопрос лишь в том, хватит ли мне сил…

Я глубоко вдохнула и выдохнула, позволяя умиротворению расползтись по всему телу от кончиков ушей до самых копыт. Мышцы полностью расслаблены, а душа полна теплом и спокойствием… На этом свете, в объятиях Найтмер, я почувствовала, что смогу найти ответы на многие вопросы, которые давно беспокоили меня. В этот момент я осознала, что несмотря на все трудности и неизвестность, мир остается невероятно красивым местом, полным прекрасных вещей.

Найтмер, кажется, почувствовала ход моих размышлений и в ответ прижала меня чуть нежнее. Её дыхание было как унисон с моим собственным, и я почувствовала себя частью чего-то гораздо большего, чем просто моя собственная жизнь. Я почувствовала гармонию, единение с собой и этим миром, это ощущение было чем-то волшебным и, без сомнения, драгоценным мне.

На какое-то время я осталась в этом волшебном моменте, где время исчезло, а мир ожил своей непередаваемой красотой. Внутри меня уже был ответ на многие вопросы, и я знала, что несмотря на все сложности, я смогу найти свою собственную гармонию. Думаю, у меня хватит сил, чтобы пройти сквозь любые вызовы, которые могли бы появиться на пути.

Сквозь огромное нежелание я всё-таки решила отстраниться. И первое, что я увидела, это необычный взгляд Найтмер. Её глаза были просто переполнены заботой, а мягкая улыбка ещё более подбадривала меня. Она ещё никогда не демонстрировала нечто подобное в открытую…

— Полегчало? — спросила она спокойно.

Я глубоко выдохнула, расслабляя лёгкие.

— Думаю да, — улыбнулась я в ответ.

— Не волнуйся, — она встала сбоку, легонько подталкивая меня крылом сзади. — Это нормально, что тебе сложно сделать первый шаг. Со всеми так, ты уж поверь, — мы двинулись в сторону города. — Можно сидеть и бояться, тогда ничего не изменится, ты так и будешь сидеть и ждать чуда, которое никогда не наступит. Но вместо этого можешь попробовать рискнуть и всё-таки подняться на злосчастную первую ступеньку, и вот увидишь, потом ты будешь себя долго ругать за то, что не решилась ранее.

— Я… верю тебе, Найтмер, — вздохнув, я подавила вновь наступающее волнение. — Я пойду за тобой.

Почувствовала, как её крыло немного дрогнуло.

— Спасибо, что доверяешь, — сказала она тихо, глубоко вздохнув.

Я посмотрела на неё, Найтмер, глядя куда-то в землю, умиротворённо улыбалась.

— Кхм, — сложив крыло, кобыла прочистила горло, восстанавливая свою привычно-поучительную интонацию. — Ты молодец, что всё-таки смогла преодолеть свои страхи. Это о многом говорит. Представить себе не можешь, какой небольшой процент пони в принципе способны пробить столь толстый психологический барьер. Ты сильна духом, Луна.

— С-спасибо… — сказала я неуверенно, чувствуя, как щёки начали заливаться краской.

Найтмер вдруг резко остановилась. Я обернулась, вопросительно посмотрев на неё.

— Что-то не так? — спросила я, наклонив голову на бок.

— Ты ничего не забыла? — она демонстративно оглядела меня с головы до ног. — Нет, я, конечно же, абсолютно за, если ты вдруг решила вместо первой ступеньки сразу же взобраться на десятый этаж.

Я поспешно оглядела себя и, увидев в чём проблема, активировала амулет, перевоплощаясь в облик фестралки.

— Судя по всему, на его работу могут влиять сильные эмоциональные всплески, — заключила Найтмер, вновь подходя ко мне.

— Полагаю, — кивнула я нервно. — Лишь бы только это не сыграло в неподходящий момент.

— Всё будет хорошо, ты сможешь удержать в узде свои эмоции, если только этого захочешь. Ко всему прочему, Селестии здесь нет, врятли тебе вообще придётся беспокоиться о чём-либо.

— Искренне на это надеюсь…

* * *

— Как же непривычно… — сказала я шёпотом, дабы не привлекать к себе внимание прохожих.

— А ты думала, — усмехнулась Найтмер. — Это тебе не отшельнеческий замок где-то там в лесу. И ночные прогулки по Кантерлоту, когда нипони на улицах нет, не в счёт.

Найтрайд кажется местом, ушедшим во времени, улицы мощены неровными камнями, а дома, возвышаясь над пешеходными тропами, создавали лабиринт уютных переулков. Строения скорее напоминают старинные деревенские хижины, построенные из древесины и покрытые соломенными крышами для лучшего утепления в несколько северном климате. Определённо, этот городок далеко не из богатых… Но чего ещё ждать от изолированного лесом небольшого поселения, куда лишь изредка приезжают торговцы, за исключением разве что караванов, осуществляющих экспорт угля строго по расписанию.

Вокруг очень много пони… Непривычно много… Из-за чего мне абсолютно не по себе. Но, в то же время, успокаивает наличие Найтмер справа, а также эффект маски. Когда ты замаскирован, чувствуешь себя прямо-таки огороженной от каких-либо внешних неприятных факторов. Словно, если в общении ты скажешь что-то не так, и это повлечёт за собой возмущение со стороны окружающих, то в голове у меня какая-то странная установка, словно под маскировкой это самое возмущение будет направлено не на меня, а на мою маску Мун Римлайт. Честно, это весьма странно… Но самое главное, что успокаивает и придаёт дополнительной решительности.

Над головой пролетела парочка фестралов, скрывшись за соседним поворотом. Моё внимание вновь обратилось к окружению.

Пони здесь явно вели абсолютно спокойный неспешный образ жизни. Кто-то сидит на скамейке, закрыв глаза наслаждаясь теплом дневного солнца, кто-то прибирает участок возле дома, кто-то просто гуляет и мирно общается. Каждый занят своим делом, и никто не обращает внимания на очередную фестралку в моём лице.

Как-то даже непривычно… Обычно стоит мне пойти куда-нибудь, волей-неволей, а взгляды бросаются отовсюду, да ещё какие взгляды… Всегда чувствовала себя словно под постоянным прицелом, пока жила в замке.

Я вздохнула.

Благо, хотя бы сейчас могу себе позволить слиться с обыденной жизнью моих подданных, не привлекая лишнего внимания.

Взор задержался на парочке фестралов, идущих с противоположной стороны. Рабочие местной достопримечательности, по всей видимости, возвращающиеся из шахты. На их шёрстке видны угольные пятна, покрывающие всё тело с головы до самых копыт, крылья обвисают от усталости, но глаза сияют настойчивой решимостью и гордостью, судя по всему, за свой вклад в обеспечение Эквестрии необходимыми ресурсами.

Аж гордость за них пробирает… Вспоминая нытиков-аристократов, которые пекутся о том, чтобы на столовых приборах не было ни единого водяного развода, не говоря уже о прочих ситуациях… Пока обычные пони выполняют грязнейшую тяжелейшую работу, дворяне восседают на золотых унитазах.

А здесь стало стыдно уже за себя… Мы с Тией, как раз-таки и являемся представителями высшего дворянства, не знающих по-настоящему тяжёлого физического труда. Хотя, сестру ещё можно оправдать, она держит на своих плечах всё королевство, пахая словно полевая кобыла день и ночь напролёт. А вот я…

Глубокий вздох.

Резкий удар в левое плечо, и, потеряв равновесие, падаю на тропу, чуть не зашибив Найтмер рядом, успевшую отскочить в последний момент.

— Ох, святая Луна, прошу простить меня, — раздался голос сверху.

Святая кто?!

Надомной повис жеребец-фестрал, очень обеспокоенно разглядывая меня янтарными глазами.

— Вы не ушиблись? — он протянул мне копыто.

Я лишь ошарашено на него смотрела, осмысливая, что он сказал секундой ранее. Но, тряхнув головой, я взяла себя в копыта, и приняла его помощь, поднимаясь на ноги.

— Всё хорошо, мы… я не пострадала, — осматриваю себя, отряхивая шёрстку от пыли.

— Ох, прошу, простите меня мисс…

— Мун Римлайт.

— Мун Римлайт, — сказал он, кивнув. — Порой меня настолько сильно поглощает чтение, что весь мир просто пропадает вокруг, ох… — он приложил копыто ко лбу, качая головой. — Меня зовут Райт Скиф, приятно познакомиться, — он протянул копыто.

Тем временем, Найтмер появилась в моём поле зрения. Она смотрела на меня полуприкрытыми глазами со вскинутыми вверх бровями, а на её мордочке лицезрела улыбка.

— Очень приятно познакомиться, — я пожала ему копыто в знак благодарности.

— Да, будь обстоятельства получше… — он усмехнулся. — Позвольте мне искупить свою вину и угостить вас чашечкой кофе.

— Только ступила на улицы Найтрайда, а жеребцы уже покоя не дают, — прыснула кобыла.

После слов Найтмер мои щёки залились краской, и я поспешно подавила рефлекторное желание закрыть лицо крыльями.

— Н-нет, спасибо, — ответила я, отведя мордочку в сторону. — Лучше подскажите, где находится мэрия, я буквально только что прибыла в город, и пока что не выучила здешние улицы.

— Разумеется, — повернулся в пол оборота жеребец, указав копытом влево на перекрёсток. — Вот туда, на развилке налево, и прямо до упора, пока не выйдете на центральную площадь. Увидите большое здание прямо по центру, точно не перепутаете, к площади все улицы города ведут.

— Благодарю вас, — кивнула я.

— Однако, если вдруг захотите пообщаться за чашкой кофе, — он указал крылом на здание с противоположной стороны улицы. — Я работаю баристой в местном кафе. Приходите, я всегда готов приятно пообщаться.

— Спасибо, возьму на заметку, всего вам доброго, — подвела я диалог к концу, чувствуя себя несколько неуютно таким ярым проявлением внимания.

— Доброго дня, — кивнул он напоследок и, подняв упавшую книгу, направился к указанному заведению.

Найтмер продолжала сверлить меня ехидным взглядом.

— Почему ты так на меня смотришь? — смущённо спросила я.

— Просто восхищаюсь твоим мастерством общения с жеребцами, — она хихикнула, прикрыв рот копытом.

Это заставило покраснеть меня ещё больше.

— Давай просто найдём уже эту мэрию… — спрятав будто огнём полыхающую мордочку, я поспешно двинулась в указанном Скифом направлении.

— Ой, ну не смущайся ты так, — продолжала давить на больное Найтмер. — Привыкай, тебе частенько придётся быть объектом внимания жеребцов. Ты та ещё обаяшка.

Селестия святая… Я не могу.

— Ну всё, я поняла, хватит, пожалуйста, — уже в голос сказала я.

Поспешно оглядевшись по сторонам, облегчённо выдохнула, обнаружив, что все пони поблизости слишком заняты своими делами, чтобы обращать внимание на говорящую с собой кобылу.

— Ладно-ладно, смущняшка ты моя, — Найтмер вновь хихикнула, легонько пихнув меня крупом, вызвав ещё больше негодования. — Ты лучше расскажи, как ощущения?

Жар постепенно начал уходить, и на мордочке воцарилась спокойная улыбка.

— Знаешь… Сложно на первый взгляд сказать, — призадумавшись, я приложила кончик крыла к губам. — Непривычно.

— Так конечно тебе не привычно, ты когда в последний раз с подданными на одной планке вообще общалась?

— На моей памяти, никогда, к сожалению, — улыбка немного поугасла.

— Вот именно. А теперь осознай, что ты только что сделала.

После этих слов, волна понимания прошлась по телу. Я ведь действительно только что исполнила одну из своих самых заветных мечт! Я общалась с пони! Без крылато-рогатого барьера! Он относился ко мне ни как к принцессе! Ох, конские яблоки… Сколько же эмоций внутри, Дискорд меня побери.

Волна счастья просто снесла меня без шансов устоять. Я была готова сейчас буквально взмыть в небо, выписывая воздушные пируэты и смеяться во всё горло.

Ох… Как же это было здорово! Ко мне впервые обратился подданный не по титулу! Как же я счастлива!

И, буквально только что заметила, как некоторые прохожие бросают на меня недоумевающие взгляды. Тут мне пришло осознание, что я с невероятно счастливым видом бежала и пританцовывала любыми возможными частями тела. Представив, как это выглядело со стороны, мои щёки вновь заполыхали, и, укрывшись крыльями, я поспешила спрятаться за поворотом, слушая хихиканье Найтмер сбоку.

— Ох, клыкастик, — восстанавливала дыхание кобыла после заливистой волны смеха.

— Клыкастик? Кто бы говорил, — я многозначительно посмотрела на неё, избавляясь от остатков смущения.

— Аргумент принят, — Найтмер пожала плечами, всё ещё хихикая.

* * *

— Да, мисс Мун, в городе есть один свободный дом, — сказала кобыла, вчитываясь в документ. — Вас утроит жилище на окраине города?

— Разумеется, — кивнула я.

— Мхм, — она кивнула, делая запись. — Этот дом когда-то был в личном владении, но хозяин скончался, наследников у него не было. Он перешёл во владение города. Хочу предупредить вас, за ним никто не приглядывал уже вот как пять лет, однако, он в весьма хорошем состоянии, разве что, потребуется организовать глобальную уборку и, возможно, дезинсекцию. Вы согласны на покупку?

— Уборка — не проблема. Пожалуй, я согласна, — вновь киваю я. — Лишь бы он был пригоден для проживания.

— В таком случае, с вас десять тысяч битсов, триста девяносто девять, — она опустила бумаги, уставившись на меня.

Я достала мешочек с битсами, телепортированными ранее, и, отсчитав необходимую цену, сложила их монетными башенками на столе мэра.

— Мхм, — кобыла принялась пересчитывать сумму и, удостоверившись, что всё верно, она продолжила. — В таком случае, мисс Мун, добро пожаловать в город! — мэр приветливо протянула мне копыто, и я пожала его в ответ. — Мы всегда рады новым членам нашей одной большой семьи, надеюсь, уже в скором времени вы почувствуете себя как в Эмбервинге.

— Благодарю вас, — от столь дружелюбного обращения, мордочка растянулась в лёгкой улыбке.

— Если вдруг вы захотите отказаться от покупки после осмотра жилища, не стесняйтесь обращаться ко мне, мы что-нибудь придумаем. В крайнем случае, осуществим возврат средств в полном объёме, — она размашисто подписала документ и поставила печать, протянув мне бумаги о праве владения домом. — Вторая копия останется в архиве, удачи и хорошего вам дня, мисс Мун!

— Спасибо, ещё увидимся, — кратко поклонилась я, отправившись к выходу.

Мы с Найтмер вышли из мэрии. Я развернула второй листок со схематично нарисованной картой, которую сделала для меня мэр, и, примерно прикинув в голове, куда нужно двигаться, начала путь.

— Не терпится? — послышался голос справа.

— Не представляешь, насколько, — сдерживая счастливый порыв, говорю я. — В последний раз я жила в обычном гражданском доме более полутора века назад, Найтмер, когда была ещё совсем жеребёнком. Я даже не помню, каким он был…

Кобыла рядом сочувственно вздохнула.

— Скучаешь?

— Сложно соскучиться по тому, чего даже не помнишь, — радость угасла, сменившись грустью. — Порой я задумываюсь, а как бы сложилась наша с Тией жизнь, не возьми нас под опеку Платина. Мы ведь… Мы бы жили совершенно обычной жизнью, как все остальные подданные. Зарабатывали бы себе на жизнь, готовили и убирались сами, были бы совершенно нормальными… Никто бы не следил за каждым твоим телодвижением, подвергая критике любой возможный неправильный жест. Мы бы просто-напросто жили, не беспокоясь ни о чём. Порой, я очень завидую подданным, ибо многие находятся в сладком неведении, что вот-вот может начаться война, они живут под крылом государства, которое за них беспокоится о безопасности и внешних угрозах. Ты не представляешь, как порой хочется самой оказаться на их месте, чтобы кто-нибудь другой волновался о всех тех ужасах, от которых мы с сестрой старательно укрывали своих горожан…

— А разве, это не тот ли самый момент, Луна? — улыбнувшись, сказала Найтмер.

Улыбка вновь вернулась на мордочку.

— Пожалуй, ты права, — кивнула я, осматривая городские улицы.

Звуки жизни… Кто-то где-то спорит, кто-то смеётся, где-то играет виолончель, звук повозок и цокота копыт. Всё такое живое вокруг. Прямо-таки энергия у этого места совершенно другая. В замке всё было так пусто и мрачно, а здесь словно другой мир.

— Найтмер.

— М?

— Ты говорила, что наблюдаешь за мной с самого рождения, — начала я.

— Ну, чисто фактически, — кобыла повела крылом.

— Ты не знаешь, кто мои родители? — с надеждой спросила я.

Между нами повисла тишина, я посмотрела на Найтмер. Она уставилась куда-то в пустоту, явно обдумывая свой ответ. В конце концов, кобыла вздохнула, продолжая смотреть вперёд.

— Как бы тебе объяснить, Лулу, — она озадачено приложила кончик крыла к губам. — Я, ммм… — она замялась. — Я родилась вместе с тобой.

Я остановилась как вкопанная, ошарашено смотря на Найтмер.

— Что? — всё, что смогла выпалить я.

Кобыла смотрела на меня в ответ, словно всё, что она должна была сказать, уже сказано.

— Ты мне сестра?

— Ох, — захихикала Найтмер, мотая копытом. — Нет, не переживай, я не твоя сестра.

Фу-у-х…

Но почему же я испытываю облегчение от этой новости?

— Честно, я сама без понятия, как описать нашу связь, — кобыла вздохнула, и я поравнялась рядом с ней, продолжая путь. — Держу пари, наш случай уникален. Я вообще сомневаюсь, что нас можно приписывать к родственникам, ибо уж очень оно на то не похоже…

— Я запуталась… — приложив крыло ко лбу, покачала головой.

— На самом деле, я всю жизнь пыталась разобраться в том, кем же мне считать тебя по отношению к себе. Но, так и не смогла понять, — Найтмер покачала головой. — В итоге, махнула копытом на это гиблое дело, и вот только тогда я осознала: а какая, собственно, разница, кем мы друг другу приходимся? Я вознамерилась самой принимать решение, как мне относиться к тебе, без насильно заложенных в меня общественных установок.

— И кем ты меня считаешь? — вопрос сам выскочил, и, спустя секунду я очень пожалела, прижав ушки к голове.

Найтмер глубоко вздохнула и ответила.

— Единственным, но самым близким другом, — она мягко улыбнулась мне.

Внутри вновь заиграло то тёплоё чувство.

— Спасибо, — немного смутившись, я устремила взгляд в землю. — Ты тоже мой самый близкий друг, Найтмер.

Я почувствовала, как её крыло ложится мне на спину. Щёки вновь заполыхали, но желание избавиться от смущения основательно уступало желанию остаться под её мягким крылом на подольше.

Какое-то время мы так и шли, наслаждаясь умиротворяющими звуками города. До места назначения оставалось буквально пару поворотов.

— Получается, ты всё-таки не знаешь, кто мои родители? — для уточнения спросила я.

— К сожалению, нет, — Найтмер сложила крыло. — Всё, что я помню, это моменты раннего детства. Помню, как первое время мне было страшно и непонятно, почему меня никто не слышит и не видит, — она глубоко вздохнула. — Помню, когда вы с Селестией играли вместе, я притворялась, что тоже принимала участие вместе с вами. Помню, как когда-то ты стащила у неё любимую заколку, и потом убегала по всему замку под обстрелом солнечных лучей, а я бежала рядом с тобой и отстреливалась в ответ. — Найтмер горько усмехнулась. — Было весело…

Я остановилась как вкопанная, абсолютно шокированная услышанным.

— М? — кобыла обернулась ко мне.

А я просто подошла и обняла её, укрыв крыльями. Она вздрогнула от неожиданности, но обняла меня в ответ. Так и просидели какое-то время прямо посередь улицы.

Когда мы, наконец, отпустили друг друга, я увидела слезы счастья в её глазах. Они блеснули в солнечном свете ярче, чем звёзды, и она улыбнулась мне той же искренней улыбкой, что и всегда.

— Просто знай, что теперь ты не одна, — от всей души я улыбнулась ей.

Она смахнула крылом слёзы, отведя мордочку в сторону.

— Спасибо, — прошептала она, закрыв глаза, а я вновь прижала её к себе.

Так мы и просидели какое-то время. Прохожие проходили мимо, глядя на меня, судя по всему, как на двинутую, но мне было абсолютно наплевать. Сейчас никого нет рядом, кроме нас, попросту никого не может быть, не существует их…

Но я почувствовала, как Найтмер решила разорвать объятия.

— Пойдём, ещё напридумывают про тебя что-то плохое, сидишь, воздух обнимаешь посередь дороги, — её голос еле заметно подрагивал.

Я лишь глубоко вздохнула, но поднялась на копыта.

— И всё равно спасибо, Луна, — на её мордочке воцарилась спокойная счастливая улыбка.

— Ну не всегда же тебе меня утешать, — усмехнувшись, сказала я в ответ.

Найтмер лишь хихикнула в ответ, обвив меня крылом. И мы продолжили путь.

* * *

— Мда… — протянула Найтмер. — Ты уверена, что не хочешь отказаться от покупки?

— Абсолютно, — отрезала я.

— Как знаешь, тебе прибираться, — пожала плечами кобыла, усаживаясь на пыльное, обвитое паутиной кресло.

Дом был весьма солидный, двухэтажный, на первый взгляд, весьма крепкий, ибо построен он был из камня, в то время как подавляющее большинство домов в Найтрайде были возведены из сосны. На первом этаже была довольно просторная гостиная с эркером, совмещённая с кухней, и небольшая кладовая с санузлом. На втором этаже расположились три спальни, одна из которых была вдвое больше остальных. Те маленькие, судя по всему, должны были быть детскими, но мебели внутри не обнаружилось, посему сделать однозначный вывод было довольно-таки сложно.

Оглядев, мягко говоря, страшнейший кошмар любой служанки, я глубоко вздохнула. По углам везде всё было в паутине, толстенный слой пыли, дышать было практически невозможно, не говоря уже о возможности комфортного пребывания в этом дискордовом хаосе. На удивление, все вещи были аккуратно расставлены по своим местам. Кухонные приборы, свечи, книги — всё располагалось там, где нужно, не захламляя пространство внутри. Полагаю, жилище освободилось либо после тщательной уборки, либо же хозяин был весьма чистоплотен.

Я подошла к окну и одёрнула шторы, впуская лучи дневного солнца внутрь. Пыль золотыми искрами тревожно закружилась в вихре, заставив меня поморщиться.

Пожалуй, копытный труд всё-таки оставлю пегасам и земнопони…

Активировав амулет, я вернулась в свой привычный облик, дабы разблокировать свои единорожьи способности. Вспомнив необходимое заклинание, я перенесла возникшее в сознании плетение на область внутри дома. После небольшой вспышки, я открыла глаза, чтобы увидеть вокруг идеальную чистоту. Ни грамма пыли, пауки со своими паутинами были успешно телепортированы в лес.

Всё, теперь здесь можно и пожить вдоволь.

— Эффективно, — кивнула Найтмер, поджав губы.

— Я все ещё не готова убираться голыми копытами, — присела на диван напротив кобылы.

— Ну, как говорится, однажды взлетев, никогда больше не удовольствуешься землёй. Это нормально, — сказала Найтмер. — Так, что дальше? Какие планы?

— Знаешь, это сложно… — призадумалась я, приложив копыто к губам. — Полагаю, мне стоит познакомиться с местными получше. Быть может, даже завести приятелей среди подданных, я всегда мечтала иметь друга не аликорна.

— А пару часов назад ты боялась даже в город зайти, — улыбнулась кобыла. — Ну, как видишь, ничего страшного в этом не было, верно?

— Полагаю, ты права, — я посмотрела в окно. — Снова.

— Мясо где добывать будешь? — она ехидно посмотрела на меня.

— Ох… Найтмер, мне, конечно, понравилось мясо, но… Я всё ещё не готова морально сама его добывать, — я вздохнула, а слюнки прямо-таки сами начали течь от вкусных воспоминаний. — Возможно, попробую найти мясную лавку где-нибудь здесь.

— Ты ведь в курсе, что фестралы не едят мясо? А грифонов по близости я не видела.

— Да, я знаю. Шансы почти равны нулю, но попытаться, думаю, стоит. В крайнем случае, просто по-тихому стащу немного рыбы на запас с кухни замка. Надеюсь, повара не слишком разозлятся если-

Тут, моё сердце словно замерло. Пробирающий до мозга и костей рёв раздался снаружи, содрогая стены дома. Люстра наверху закачалась, словно маятник. Зрачки Найтмер сузились в тонкую линию от испуга.

— Чт… Что это было? — сказала она, оглядываясь по окнам.

Я тут же подбежала к проёму и увидела вдали устрашающий силуэт, направляющийся прямо к Найтрайду. Пони вокруг в панике начали разбегаться в разные стороны, разрывая глотки от неимоверного страха.

Молниеносно телепортировав свои старые доспехи с косой, я поспешно начала облачаться в броню.

— Гидра, — сказала я, поспешно надевая защитные накопытники. — Тут рядом болото. Вышла из древней спячки.

— Стой-стой-стой! Ты куда собралась?! — с полным беспокойством запротестовала Найтмер. — Ты умереть хочешь?!

— Я бессмертна, — отрезала я, защёлкивая фиксаторы нагрудника. — Есть только одно существо, способное меня убить.

— Откуда тебе вообще знать?! — кобыла вскинулась, встав прямо в упор передо мной. — Ты хочешь быть съеденной этой… этой… — она нервно указывала копытом в окно.

— Найтмер, успокойся, — я опустила её копыто. — Тебе ли не знать, через что мне приходилось проходить из разу в раз когда-то давно.

— Но ты никогда не подставлялась под удар!

Я лишь улыбнулась.

— И в этот раз не подставлюсь, Найтмер.

Она лишь смотрела на меня взглядом, переполненным откровенным ужасом, и пыталась отдышаться от поступившего в кровь адреналина. Закрыв глаза, она продолжила.

— Луна, останься, пожалуйста, — она глубоко вдохнула и выдохнула. — Жители эвакуируются, твоё вмешательство не обязательно.

— Не успеют, даже полётом, она в пяти минутах, — сказала я, поднимая тяжёлую косу. — Мне нужно срочно идти туда.

Я двинулась к двери, но заметила, что Найтмер осталась на месте, с великой грустью смотря в пол.

— Я не пойду с тобой, — сказала она слабо. — Останусь здесь, смотреть не смогу.

Я опечалено посмотрела на неё.

— Обещаю, всё будет хорошо, — открыв дверь, я уставилась на Найтмер, чтобы удостовериться, что она поняла мои слова.

Она взглянула на меня в ответ с непередаваемым взглядом.

— Я люблю тебя, Луна.

Моё сердце словно остановилось.

— Ты-

Грохот содрогнул землю настолько, что меня повалило с копыт, а стена дома пошла трещиной.

Поспешно поднявшись, я вновь глянула на Найтмер. Поняв, что лучше шанса, возможно, не будет, я ответила.

— И я тебя.

В глазах Найтмер промелькнула надежда, но беспокойство так и не ушло на второй план.

С улицы раздалась новая порция рёва вперемешку с паникующими криками пони, и я рванула на улицу.

## Глава 11. Время откровений

Итак, вот таким вот тёплым вышел конец первого акта. Впереди нас ждут ещё два. Вторая часть книги будет гораздо более медленной в повествовании и, по большей степени, направленной на повседневность. А сейчас, мне бы хотелось уйти на небольшой отдых, ибо последние две недели я писал как чёрт всё своё свободное и несвободное время. Хотя, кто знает, быть может, жажда писать вновь меня сломает и в итоге продолжу прямо-таки без отдыха.

Вибрация отдаёт по всему телу… Всё сознание плывёт… Тошнит и рвёт желудок, словно сейчас я просто-напросто сама вывернусь…

Слышу какие-то голоса, эхом отдающиеся в голове…

Живот крутит… Остро и невыносимо. Я чувствую, как каждая вибрация проходит сквозь меня, словно удары электрического тока, сотрясающие каждую клетку моего тела. Чувствую, как конечности тяжело распластались на чём-то мягком, словно изолированные от моего сознания, я могу почувствовать свои копыта, но они не подчиняются моей воле.

Сознание плывет, как легкий пузырек на поверхности воды. Словно я скользнула в другое измерение, где реальность исказилась и стала неразличимой. Не получается сфокусировать внимание, голова кружится и наполняется странными образами и звуками, которые ничего не значат.

Слышу голоса. Они приходят и уходят, как прилив и отлив. Они медленно проникают в забитые уши, и я не могу понять, что говорят. Эти голоса отдаются в моей голове, будто бы в каком-то пустом, звонком пространстве. Не могу понять, кому они принадлежат и как далеко находятся. Это словно хаотичные звуки, доносящиеся откуда-то издали в абсолютно непроглядном тумане.

Мой желудок сжимается, и тошнота усиливается. Чувствую, как меня может вырвать в любой момент… Боли нет, лишь непонимание того, что произошло. Я беспомощна, как птица в клетке, и мои мысли скользят, как мутная вода в ручье.

Чувствую, как по телу неожиданно волной прошла убийственная сонливость, и сознание скатилось в небытие…

* * *

Всё тело ломит… Вибрация еще не утихла, но стала тусклее. Ноющая боль теперь потихоньку начала давать о себе знать… Я рефлекторно пытаюсь согнуть бабку правого копыта, но это как будто происходит лишь в моём сознании, ноги все еще не подчиняются моей воле.

Где я? Вопрос медленно всплывает в моей расплывчатой, но сознательной части ума. Я борюсь за ясность, но словно смутный контур возвращающегося сознания, я пытаюсь собрать кусочки паззла воедино.

Все вокруг постепенно приходит в фокус, но это такой медленный процесс, словно моя голова висит на длинной нити, плавно опускаясь обратно в мир ясности. Когда наконец мне удаётся открыть глаза, я встречаю взглядом размытый потолок. Огромные усилия требуются, чтобы немного приподнять голову, поворачиваю мордочку на бок и замечаю мерцание света, проникающее сквозь занавеси. В глазах всё двоится… Место, где я нахожусь, остается загадкой, но по мере возвращения чувств, моя память начинает всплывать. Вижу, как в углу комнаты разбросаны мои окровавленные, помятые, потрескавшиеся доспехи, а рядом стену подпирает надломленная коса, и на полу заметила недостающую половину лезвия. Жутчайшее зрелище… Словно они попали под вал гигантской мясорубки. Кряхтя от боли, повернула голову направо и заметила спящую Найтмер, положившую голову мне на плечо. Её шёрстка на щеках безобразно слиплась, словно она долго и безудержно рыдала…

По телу прошла волна дрожи…

Это была гидра… Помню её ужасающий рёв, когда отсекала одну голову за другой, но на их месте всё вырастали и вырастали новые. Помню резкий удар и все мгновенно превратилось в сплошной хаос…

С горьким вкусом во рту и упорством, достойным супергероя, я попыталась сесть, но резкая волна боли заставила меня тут же пересмотреть свои намерения. Сознание начинает собираться воедино, словно мозаика, и пульсация в голове уменьшается.

Звуки становятся более различимыми. Я слышу шорох и голоса. Они, кажется, приближаются.

Все еще не понимая толком, что произошло, я начинаю осматривать себя. Вскоре замечаю, что моя грудь полностью обмотана белой повязкой, как и практически вся не укрытая одеялом верхняя часть тела, почти до самой шеи. Вижу, как в районе сгиба левого копыта в вену вставлена игла, трубочкой уходя в подвесную капельницу рядом с кроватью. Тут моё мутное сознание, наконец, поняло, где я нахожусь…

Осмотрев прочие койки, я поняла, что в палате в качестве пациента нахожусь полностью одна.

Тут дверь аккуратно приоткрылась, заставляя меня дёрнуться. На пороге появился крупный жеребец-фестрал в белом халате с необычной, по меркам своей расы, бежевой мастью шёрстки. Устремив свой взгляд в планшет с документами, он немного постоял возле двери, делая какую-то запись, и, перевернув листок, его взгляд метнулся ко мне.

— Ох, Ваше Высочество, — он резко упал в поклон настолько низко, насколько только смог. — Как же я счастлив, что вы пришли в себя. Как вы себя чувствуете?

— Что произошло? — мой голос хрипел так, словно после приступа астмы.

Врач глубоко вздохнул, не поднимаясь из поклона.

— Вы… Каждый житель нашего городка обязан вам своей жизнью, Ваше Высочество, — его голос значительно сменил оттенок с радости на томную грусть.

В палате воцарилась тишина, и фестрал не спешил подниматься.

— Что произошло? — более требовательно переспросила я, вновь попытавшись усесться, и боль ударила меня по голове кувалдой, вызывая мучительный стон.

— Стойте! Сейчас вам нельзя двигаться! — он резко вскочил, выставив копыто вперёд.

Он постоял так какое-то время, с беспокойством глядя на меня, и, опустив копыто с глубоким вздохом, отвёл взгляд.

— Ваше Высочество, то, что вы сделали… — он глубоко вздохнул. — После того, как гидра бездыханно упала, местная стража совершила облёт, дабы узнать причину происходящего. Лишь на третьи сутки, когда труп начал гнить, было обнаружено, что гидра и вправду пала замертво… — жеребец явно выдавливал из себя слова, прилагая значительные усилия. — Когда резали гигантский труп на части, дабы убрать его с территории города… — он тряхнул головой, словно пытаясь отделаться от каких-то жутких воспоминаний. — Местная стража обнаружила, как вы, Ваше Высочество, бездыханно покоились в пасти чудовища, будучи нанизанной на тысячи острых зубов…

Я вздохнула. Теперь, всё обретает смысл… Полагаю, гидру отравила моя переполненная магией аликорнья кровь.

— Увидев это страшное зрелище, мы… Совершенно не рассчитывали, что сможем поставить вас на копыта, — он глубоко вздохнул, стараясь не смотреть на меня.

Жеребец поднёс папку к носу, открывая первую страницу.

— Как врач, я обязан сообщить вам о результатах обследования, — он достал из футляра очки, расположив их на переносице. — Множественные переломы плечевых костей, в том числе ключицы, переломы локтевых костей и лучевой кости, переломы костей предплечья и бабковых костей передних копыт, раздробленные кости грудной клетки, переломы позвоночника в восьми местах, переломы бедренных костей и костей голени. Помимо переломов, были обнаружены сильные сотрясения внутренних органов, не говоря уже о полностью пронизанной насквозь в абсурдном количестве нижней части вашего тела. Была зафиксирована страшная потеря крови, однако… — он перевернул листок. — Судя по всему, благодаря вашей регенерации, кровь успевала сохранять свой предельный минимум для выживания, — врач отвёл взгляд от планшета и серьёзно посмотрел на меня, опустив очки. — Ваше Высочество, мы, разумеется, не разбираемся в физиологии аликорнов и чтим официальные заявления о вашей бессмертности, но по данным тщательного исследования, мы пришли к выводу что у вашей регенерации есть предел, — он протёр халатом линзы очков и сложил их в футляр. — После диагностики стало видно, что некоторые повреждения, судя по всему, не успевали заживать должным образом, пока вы находились… там… У нас есть все основания полагать, пробудь вы там ещё лишний день, или даже несколько часов, регенерация крови стала бы значительно слабее, — он поднялся на копыта.

Вздор!

Я вновь попыталась подняться.

— Ваше Высочество! — врач подоспел ко мне, останавливая мой порыв. — Вам нельзя двигаться! Переломы ещё не успели зажить!

Я лишь посмотрела на него, глубоко вздохнув, и послушалась, удержав лишнее возмущение при себе. Как-никак, работники этой больницы выходили меня.

— Сколько нам пришлось находиться в бесчувствии? — спросила я, расфокусировано устремив взгляд вперёд.

— Смею сказать, чуть менее четырёх дней. Вас нашли на третий день после гибели гидры и тут же доставили в городскую больницу Найтрайда, — жеребец подошёл к окну, пошире раскрывая шторы. — Спустя чуть более двенадцати часов, вы уже пришли в себя.

Я кивнула головой, измучено прикрыв глаза.

— Сколько пони знает о нашем прибывании здесь?

— На данный момент, лишь корпус стражи, персонал больницы и мэр города мисс Найт Петал, — врач отложил планшет на стойку рядом с койкой, постучав копытом по ёмкости с физраствором моей капельницы. — Мы сочли верным решением не допускать публичной огласки без вашего личного согласия, дабы избежать лишнего внимания со стороны городских жителей и обеспечить вам должный покой.

Я удовлетворённо кивнула, слабо улыбнувшись.

— Благодарим вас за заботу. Нашим гласом просим и впредь ни под каким предлогом не допускать сие публичной огласке. Мы приказываем не позволить распространиться вести о пробудившемся чудовище за пределы города, дабы избежать полномасштабной паники средь населения королевства. Также, просим удержать вас известие сие и всё, связанное с ним, от доноса в замок, — я глубоко вздохнула от ноющей боли, открыв глаза. — Нашим гласом приказываем.

— Я передам мэру, Ваше Высочество, — врач поклонился.

— Благодарим вас за понимание, — посмотрела на жеребца. — Изволили бы мы узнать, когда смогли бы мы покинуть больницу?

— Учитывая невероятную скорость вашего восстановления, около суток, быть может, немного раньше, — он поднялся из поклона. — Мы проводили регулярный монитор вашего состояния, на данный момент большинство внутренних органов успели восстановиться. Уровень крови почти стабилизирован. Однако, заживление переломов идёт значительно медленнее. Кости уже начали процесс сращения, тем не менее, по нашим прогнозам, на исцеление может уйти более десяти часов.

— Спасибо вам за проделанный тяжкий труд, — я глубоко вздохнула, от этого в груди отдало жгучей болью, заставив меня поморщиться. — Мы озаботимся обеспечением персонала больницы королевской пенсией, дабы отблагодарить вас за проявленную заботу.

— Мы лишь исполняем врачебный долг, Ваше Высочество, — он вновь кратко поклонился, улыбнувшись. — Я проведаю вас в полдень, прошу вас не совершать резких движений и держать тело в состоянии покоя, иначе кости могут неправильно срастись. Мы не стали накладывать гипс в виду вашего скоросрочного восстановления, обойдясь лишь магнитным заклинанием, удерживающее кусочки костей вместе.

— Хорошо, благодарим вас.

— Всего доброго, поправляйтесь, — врач спрятал папку под крылом и, на прощание кивнув, скрылся за дверью.

Я глубоко вздохнула, прикрыв глаза.

Сколько же всего произошло… Как меня только так угораздило попасть гидре в пасть… Последнее, что я помню, это мощный удар, дальше была лишь пустота. Полагаю, что меня основательно огрело гигантским хвостом.

В мыслях на передний план вышли слова врача.

Я что, действительно могла взять и погибнуть? Не знаю даже, что и думать на этот счёт…

Дело в том, что на моей памяти действительно не было таких ярых случаев, когда я была бы совсем близка к смерти. Да, были ранения, крайне серьёзные и абсолютно смертельные для обычных пони, и они легко восстанавливались за считанные минуты или часы. Но не было такого, чтобы меня чуть ли не перемололо в фарш…

Меня передёрнуло от мурашек.

Очень жуткие мысли… Но, фактически, пару дней назад такой шанс был бы мне вполне предоставлен. Думать над вопросом своей смертности весьма и весьма пугающее занятие, но, ничего отрицать нельзя.

С другой стороны, ни один врач до этого самого момента ещё не работал с аликорном. Не говоря уже о том, что ранее исследования нашей природы и физиологии никогда не проводились. Посему, могу сделать вывод, что тот врач мог попросту ошибиться в своих суждениях. Просто-напросто никто не знает, как работает наша регенерация, есть ли у неё предел и от чего зависит её сила. Обследования могли показать всё что угодно, и, пожалуй, меня этот факт успокаивает. Как-никак, в мою, да и в голову сестры тоже вложено знание о нашем практически абсолютном бессмертии. Мы сами понятия не имеем, откуда это знание у нас есть… Оно словно вырвано из контекста. Нет никаких воспоминаний, которые указывали бы на источник данной информации, но при этом есть абсолютная и практически непоколебимая уверенность в том, что это чистая истина. У меня есть всего несколько догадок столь странной ситуации. Во-первых, мы могли получить это знание в раннем детстве. Быть может, если наши с Тией родители — аликорны, именно они могли поведать нам о факте бессмертия перед внешним миром, и при том ещё о смертности перед друг другом. Во-вторых, если у нас нет родителей, и нас породили наши светила, они могли вложить в наши головы всю необходимую информацию о нашей природе, которую мы просто должны знать.

Кстати говоря, вторая теория хоть и является тычком копытом в небо, но мне почему-то больше верится именно в неё… Тия считает это абсурдом, но вот я верю. Просто-напросто слишком уж много фактов сходится к данной теории. Мы с сестрой вообще ничего не помним о раннем детстве, кем мы были, как мы жили до того, как Платина и Старсвирл взяли нас под опеку. Возможно, мы с Тией просто взяли и появились в один момент уже в определённом возрасте, что опять может указывать на вмешательство светил. Во-вторых, до нашего появления, во главе со Стар Свирлом была организована специальная группа единорогов по управлению небесными телами. Каждый день они смертно изнурялись от сумасшедшей нагрузки во время применения сильнейшего заклинания целых два раза в сутки. Наши светила могли специально создать нас, чтобы мы взяли эту ношу на свои плечи.

Эх… Теории — всего лишь теории. Жаль, что я, вероятно, никогда не узнаю, откуда мы с сестрой пришли…

Почувствовала, как шёрстка левого плеча начала намокать. Повернув голову, я обнаружила плачущую сквозь зажмуренные глаза Найтмер.

Попытавшись расправить крыло, дабы обнять её, я почувствовала резкую боль, заставив лёгкие резко сжаться, и я решила, что шевелиться — всё-таки не лучшая идея в данный момент.

— Прости меня, — сказала она, наконец.

Найтмер отстранилась, вытерев слёзы копытом. Когда она распахнула веки, мне открылось ужасающее зрелище её измученных покрасневших глаз, словно она рыдала сутками напролёт.

— Найтмер… — я повесила ушки, уставившись на неё.

Она поднялась на ноги и подошла к окну, положив передние копыта на подоконник, явно избегая встречи взглядом со мной.

— Мне стоило удержать при себе всю эту затею, — безжизненно сказала кобыла, пустота так и чувствовалась в её голосе.

Создавалось очень сильно ощущение, что все слёзы она уже выплакала, пока я находилась без сознания.

— Ты шутишь? — искренне удивилась я. — Да только благодаря тебе я исполнила свою мечту! Я абсолютно серьёзно хочу продолжать здесь жить, Найтмер! Выбрось всю эту дурь из головы, не ты гидру разбудила!

— И всё же, — она покачала головой.

— Найтмер… — грустно сказала я. — Прошу тебя…

Она выставила копыто в останавливающем жесте.

— Всё, что мне нужно, это немного отойти от всего этого… — она создала перед собой ведро с водой и принялась промывать глаза. — Не успокаивай меня. Мне просто нужно перевести дух…

Умывшись, она растворила ведёрко и принялась вытираться материализованным полотенцем. Её взгляд вдруг устремился в пустоту.

— Пока ты находилась в пасти разлагающегося трупа, я просто сходила с ума… — откинув полотенце в сторону, она опустила голову.

Дрожь прошла по всему телу… Мне было невыносимо сложно представить, через что Найтмер вообще пришлось пройти, пока я «отдыхала»…

— Но когда тебя всё-таки нашли, я… — кобыла тяжело вздохнула. — Я начала приходить в себя…

Даже понять не могу, она специально говорит так, чтобы меня не беспокоить, или она действительно начала приходить в чувства? С одной стороны, мне совершенно не хочется исполнять её просьбу, но с другой всё-таки кажется, что она говорит правду и ей просто нужно немного времени.

Ох, какая же я всё-таки дура…

— Мне просто нужно пару дней отдышаться от произошедшего, тогда я приду в норму, — закончила она, всё-таки решившись посмотреть мне в глаза.

Я не могла прочитать этот взгляд. Беспокойство, страх, горечь и практически все эмоции, которые я только могла опознать, купались внутри неё.

— Найтмер, прости меня, — я опустила голову. — Мне следовало послушать тебя…

— В какой-то степени, я даже счастлива, что ты всё-таки меня проигнорировала, — кобыла покачала головой. — Я чуть не двинулась от того, что произошло, но ты спасла пять тысяч пони, как никак, — она вздохнула. — Я бы не решилась на твоём месте… Прошу, оставайся такой, Луна, но умоляю тебя, не подставляйся больше…

Я прикрыла глаза.

— Обещаю.

Спереди послышался облегчённый вздох.

— Спасибо.

В комнате воцарилась короткая тишина, нарушенная мной спустя несколько секунд молчания.

— Найтмер, ты точно в порядке? — я посмотрела на неё вновь.

— Глупый вопрос, Луна, разумеется нет, — она покачала головой. — Я знаю, ты свято полагаешься на своё бессмертие, только вот я не могу так! Мне чуть не пришлось лицезреть твою смерть, а потом целых три дня наблюдала за тем, как твоё превратившиеся в месиво тело истекает кровью, нанизанное на острые клыки гниющего трупа, а я даже сделать ничего не могла… Поэтому нет, не в порядке, Луна, — Найтмер крайне серьёзно посмотрела на меня, но затем, её взгляд значительно смягчился, и она отвела глаза в сторону. — Одно радует, что всё обошлось, и ты всё-таки выкарабкалась. Мне нужно пару дней, чтобы перевести дыхание, тогда я, возможно, буду в норме. Но, скажу тебе честно, то, что произошло, на всю жизнь останется со мной, в этом я не сомневаюсь. И давай, пожалуйста, не будем говорить о произошедшем какое-то время, прошу тебя… Сейчас ты цела и это всё, о чём мне хотелось бы думать.

Я опустила голову на подушку.

— Только не вини себя, — сказала я горестно.

Ответом мне послужил глубокий вздох и слабый кивок.

Мне самой не хотелось говорить о том, что произошло. Всё это лишь один сплошной несчастный случай, благо, всё хоть и закончилось тяжело, но имело хороший конец. Полагаю, будет лучше, если мы просто на какое-то время дадим этому усвоиться у нас в голове, чтобы обсудить всё рационально через какое-то время. Сейчас совершенно не тот момент…

И тут, мне в голову пришло ещё одно воспоминание, на этот раз тёплое. Весь мрак словно копытом смело, а щёки залились краской. Есть, конечно, и более удачное решение для смены темы, да и мне самой как-то не хотелось бы заводить разговор о том, что я сказала Найтмер… В тот момент всё было так быстро и спонтанно. Мне самой было глубоко неизвестно, почему эти слова сами вырвались изнутри.

Ох, сено…

— На счёт того, что я сказала перед твоим уходом, — словно прочитав мои мысли, начала Найтмер, заставляя меня в значительной степени покраснеть. — Это правда… — она посмотрела на меня, но в этот раз живым радостным взглядом.

Вся мертвечина испарилась из её голоса, безумно контрастируя с её состоянием некоторое время назад.

— Ты…

— Да, — сказала она просто, продолжая мягко улыбаться.

Я почувствовала, как сердце внутри заколотилось, а приятное тепло начало расползаться по всему телу.

— Я… — чуть ли не задыхаясь от учащённого сердцебиения, выдавливала из себя слова. — Тоже…

Найтмер лишь спокойно кивнула.

— Знаю.

В тишине комнаты, наполненной теплотой и волнением, мы смотрели друг на друга, словно между нами установилась особая связь. То, что произошло, казалось чем-то невероятным, словно судьба сама вмешалась в наши жизни, чтобы нашла идеальный момент для этой откровенности.

— Но, сколько ты уже… — я буквально сходила с ума от частоты пульса…

— Более сотни лет, — ответила Найтмер ласково.

Внутри меня что-то ёкнуло… Более сотни лет?

Брови всё никак не могли найти своего места, то складывались домиком, то хмурились, то ещё что… А глаза забегали от волнения.

Я хотела что-то сказать, но всё внутри меня просто сходило с ума от неимоверного прилива всевозможных эмоций, а копыта полностью онемели.

Сквозь мгновение, которое казалось вечностью, Найтмер подошла к моей койке и легонько наклонилась. Она смотрела на меня, так ласково и заботливо, я просто не могла отвести взгляд от её бирюзовых глаз. Найтмер прикрыла веки и аккуратно приблизилась. Моё сердце заколотилось ещё сильнее, и я просто решила отдаться течению. Я закрыла глаза и почувствовала, как её губы нежно соприкоснулись с моими. В этот момент я ощутила, как весь мир исчез вокруг нас. Все мои сомнения и страхи улетучились, а этот поцелуй стал настоящим эмоциональным взрывом у меня в груди.

Наши губы обменивались лаской, словно каждое движение было истинным откровением, раскрывающим наши самые глубокие чувства. Этот поцелуй был долгим и медленным, и я ощущала, как внутри меня бушевала жажда искренней близости.

По мере того, как мы тонули в поцелуе, Найтмер нежно поглаживала меня крылом. Её перья отдавали прохладой, но одновременно приятно мягкой. Моё неповреждённое копыто скользнуло по её шее, и я ощутила невероятную нежность от гладкости её шёрстки.

С каждой секундой нашего поцелуя моё влечение становилось сильнее, а сердце билось все быстрее. Я знала, что этот момент — начало чего-то столь великого, что просто невозможно описать словами.

Когда наш поцелуй наконец завершился, мы тепло взглянули друг на друга. Тишина в комнате была наполнена магией этой связи, и я поняла, что моё будущее стало намного ярче.

Найтмер ласково улыбнулась и снова нежно скользнула крылом по моей щеке. Я не могла оторвать взгляда от ее глаз, которые сверкали невероятной глубиной и заботой.

— Это только начало, не так ли? — прошептала она, словно читая мои мысли.

Я кивнула, чувствуя внутри себя горячую волну счастья. Наши жизни слились в этот момент, и я понимала, что всё остальное в мире более не важно. Мы нашли друг друга, и то, что только что произошло, без сомнения было самым важным моментом долгой истории.

Найтмер аккуратно улеглась рядом, нежно укрыв меня крылом. Её тепло… Пожалуй, это всё, что мне сейчас нужно.

1

Не ошибка, это старое выражение слова "после"

2

Старое выражение «что-либо»