# Пикантная ночь в замке Кантерлот

NIGHT__FURY__

Мостин, Морсимер и Монтегю: сестра и двое братьев, родом из Холлоу Шейдс, в течение своей первой настоящей рабочей недели находятся на службе в страже замка Кантерлот. Их таланты делают их подходящими для этой должности, даже если они испытывают терпение начальства.

Однако эта ночь не похожа ни на одну другую. У стены замка появился незваный гость, и троица вынуждена разбираться с ситуацией. Они и не подозревают, что совершенно не подготовлены к такому сценарию, и всё быстро принимает непристойный оборот...

Эта история — продолжение романа A Tryst at Midnight

Перевод Свидание в полночь

## Знакомство с трио

— Так она с ним трахается?

Морсимер вывернул шею и посмотрел вдоль ряда, его темно-янтарные глаза сфокусировались на начальнице, которая медленно приближалась к нему. Смена караула только начиналась, и Морсимер, Монтегю и Мостин приступали к своему второму ночному дежурству, второму настоящему дежурству, поскольку все они проходили предварительную подготовку и успешно её закончили. Морсимеру до смерти хотелось узнать, нет ли между Миднайт Блоссом и Клауд Скипером интимных отношений. Отношения на службе не одобрялись принцессой Луной, и ходили пикантные слухи, что у Миднайт сейчас отношения с пегасом офицером, Клауд Скиппером. Конечно, никаких доказательств этому не было, кроме слухов, но, разумеется, всегда есть способ выяснить это без скучных прямых доказательств. У его сестры Мостин на такие вещи был намётан глаз.

Четыре глаза. Два на голове, и по одному на каждом боку.

— Слушай, я спрошу, когда она подойдёт, и всё узнаю, — сказала Мостин с небольшой улыбкой на мордочке. Она тряхнула гривой, сине-белые волосы закружились вокруг её головы. На каждом её боку красовался бледно-голубой глаз с вертикальным зрачком — её особый талант делал её ходячим говорящим детектором лжи. Просто глядя на пони, изучая язык их тела и реакцию, она могла определить, говорит ли он правду или лжёт.

А реакция есть у каждого пони.

— Только не втягивай нас в неприятности, Мостин. Мне не хочется сегодня сидеть запертым в башне, — ворчал Монтегю, самый старший из троицы. Будучи самым старшим из троих, он часто чувствовал себя ответственным за младших брата и сестру, которые часто уклонялись от выполнения правил и попадали в неприятности чаще, чем нужно. Кроме того, он был физически самым крупным и сильным из троицы и не раз побеждал в армрестлинге.

Монтегю провел когтем по темно-зеленым волосам, когда Миднайт Блоссом приблизилась к нему. Он чувствовал, что неприятности неминуемы. Его сестра собиралась задать очень личный вопрос их начальнику, а также потому, что его брат снова был не в форме.

— Где твоя форма? — рявкнула Миднайт. Морсимер, на котором был только металлический нагрудник, с притворным удивлением оглядел себя.

— Я не могу найти ее, босс! — ответил Морсимер, глядя прямо перед собой, и не встречаясь взглядом с Миднайт.

— Для тебя "Сэр", новичок, — прорычала Миднайт.

— Сэр, босс, сэр! Простите, сэр! Больше такого не повторится, босс, сэр! — ответил Морсимер с огромной туповатой ухмылкой на морде.

— Иди в казарму и забери остатки своей формы, или ты застрянешь в саду на всю следующую неделю! — приказала Миднайт, топнув копытом. — МАРШ!"

Морсимер сорвался с места и полетел к казармам так быстро, как только могли нести его крылья. Миднайт закатила глаза и застонала, глядя, как жеребец делает вид, что врезается в каменную колонну.

— Где командир Клауд Скиппер? Разве не он обычно занимается проверкой, прежде чем назначить нас на посты? — вежливо поинтересовалась Мостин, в её глазах не было ничего, кроме невинности.

— Клауд Скиппер сейчас на встрече с Хай Нун, — с горечью ответила Миднайт. — По его просьбе я провожу инспекцию и отправляю всех вас на посты. Это лишь временная мера...

— Вы что, трахаешься с ним? — перебила Мостин.

Все праздные разговоры в строю прекратились при этом вопросе. Никто не произнес больше ни слова. Даже сверчки, казалось, были ошеломлены, и их фоновый стрёкот на время прекратился.

— Что. Что. Ты мне только что сказала? — Миднайт пронзила острым взглядом глубокие фиолетовые глаза Мостин.

— Ты его трахаешь? — повторила Мостин с зубастой улыбкой.

Миднайт Блоссом бросила убийственный взгляд на кобылу. — Отношения между сослуживцами строго запрещены. Нет, это не так, и если я ещё раз услышу об этом, мисси, то могу гарантировать нечто гораздо худшее, чем просто выговор.

— Принято к сведению, босс, — ответила Мостин, используя как можно более самодовольный тон голоса.

Миднайт окинула строй пронзительным взглядом, мгновенно заглушив тихий шепот, возникший среди других жеребцов. Кобыла быстро осмотрела Монтегю, убедившись, что он в полном соответствии, и указала ему невероятно скучное место, где он будет стоять на страже следующие восемь часов.

— Ты на восточной стене, дальняя сторона. Ты будешь сопровождать своих брата и сестру. Нянчиться с ними. Всю ночь. И если ты будешь умным, у тебя будет достаточно времени, чтобы привести их в порядок.

-Да Сэр! — Монтегю отсалютовал Миднайт с типичным для стражника задором.

— Любые промахи, которые произойдут с ними сегодня ночью, будут приписаны тебе. И любые наказания или выговоры, лягут на твои крылья.

Миднайт Блоссом ткнула его копытом в грудь. Мостин присвистнула, услышав это замечание.

— Понял, Монтегю?

— Понял, сэр! — Монтегю отсалютовал, и Миднайт промаршировала дальше по строю.

Через секунду прилетел Морсимер и приземлился рядом с братом и сестрой в полной форме.

— Так она с ним трахается? — быстро спросил Морсимер, поправляя шлем.

Мостин хмыкнула. — Оооо дааа.

— Вы вдвоём не могли бы быть менее ужасными? — я не должен присматривать за вами обоими и на работе. Мне хватало того, что я нянчился с вами пока вы росли. — пожаловался Монтегю, расхаживая взад-вперед перед ними.

— Да, но теперь тебе платят, чтобы ты нянчился с нами, Монти, — заметила Мостин, лениво почёсывая ухо.

Морсимер рассмеялся и уселся на пол. — Мама и папа никогда не платили тебе за это? Пора бы тебе получить хоть немного денег за то, что присматриваешь за нами!

— Ну, сегодня на кону будет стоять мой круп, если вы двое что-то натворите и будете наказаны, я, конечно, очень люблю вас, ребята, но прекратите эти выходки до завтра. Я хочу спокойно провести ночь, просто патрулируя третью по скучности часть замка, — вздохнул Монтегю, и тоже сел.

— Ты же знаешь, что именно на самом скучном участке стены плохие парни чаще всего и действуют, верно, Монти? — проворчала Мостин, взмахнув гривой и приняв боевую позу. — Сегодня мы надерём хвосты подменышам!

— Мисси, ты не будешь ввязываться ни в какие драки, пока я стою рядом. Я видел бананы, на которых синяков меньше, чем на тебе, — усмехнулся Монтегю.

— Мне показалось забавным, что Миднайт назвала тебя прозвищем, которым мы называли тебя, когда были маленькими.

— Глупое совпадение, — высунула язык Мостин.

Когда Морсимер и Мостин были жеребятами, у её брата возникли проблемы с произношением её имени. Вместо того чтобы звать её Мостин, он называл её просто "Мисси", пока ему не исполнилось шесть или семь лет. Монтегю это прозвище показалось очаровательным, и он продолжал называть сестру "Мисси" даже когда та выросла. Даже Морсимер недавно вернулась к этому прозвищу. Поначалу её это раздражало, но потом прозвище прижилось.

— Почему у меня нет прозвища? — язвительно спросил Морсимер.

— Мы с Монти уже решили, что твое имя слишком крутое, чтобы заменять его прозвищем, Морсимер. Это твое вечное наказание, — заметила Мостин не менее язвительным тоном.

— Но нынешнее наказание как-то не очень. Я не хочу, чтобы у Монти были неприятности из-за того, чего он не делал, — вздохнул Морсимер, вставая и перекидывая передние копыта через стену. Чтобы кто-то отвечал за то, чего он не делал, было не в его правилах, и как бы весело он ни дурачился, он не хотел, чтобы старшего брата наказали. На мгновение все замолчали, тяжело переживая сложившуюся ситуацию. Ветер в горах тихонько посвистывал, но потом и он утих.

— Итак, Мисси, я знаю, что тебе очень хочется рассказать, как ты поняла, что Миднайт встречается с Клауд Скиппером, так что давай, расскажи нам, — наконец сказал Монтегю, желая разрядить обстановку.

— О. — глаза Мостин загорелись, — так вот, я уловила несколько особенностей. Миднайт не умеет врать. Когда я спросила, её левое ухо слегка дёрнулось, она приподняла правую ногу на волосок, как будто пытаясь отшатнутся. Я видела, как расширились её зрачки, и слегка подёргивался глаз, как шерсть встала дыбом, как она перевела дыхание, а её хвост переметнулся на другую сторону, — закончила Мостин, в её голосе звучала гордость.

— Дааам, — прошептал Морсимер. — Значит, девяносто девять процентов?

— Сто десять процентов того, что они трахаются, как новички на пике охоты, — ухмыльнулась Мостин, — и я готова поспорить, что если бы я надавила на неё, то получила бы еще больше признаков, но мне достаточно и одной угрозы.

— Так... что это значит? — спросил Морсимер.

— Это значит, что у нас есть компромат на Миднайт и Скиппера, пока они либо не признаются публично, либо их не уволят, — серьезно ответил Монтегю.

— Мостин сняла шлем, который обязательно должен был быть на ней во время дежурства, и положила его на землю, радостно взмахнув гривой. — Даже без вещественных доказательств я знаю, что она лжёт. Это то, в чём я хороша.

— А ты уверена, что твоя метка не означает, что ты просто отличная лгунья? — Монтегю ткнул сестру в бок.

— Брось, Монти, я знаю, в чём я хороша, — фыркнула Мостин, махнув на него хвостом.

— Ты хороша в том, чтобы влипать в неприятности, — поддразнил Монтегю.

— А ты нет! Сколько раз ты попадал в неприятности из-за того, что первым начинал драку!

— Это преимущество в любой драке!

— В драке, которую технически ты и начинаешь!

— Если я не начну, то могу пострадать!

— Ты всё равно всегда получаешь травмы, тупица.

— И что? Я всегда выигрываю свои бои. Ты даже не сможешь назвать ни одного боя, который я проиграл.

— Может, потому что ты всегда так решительно их начинаешь?

— Это лучший способ драться! Ну же, Мисси, это у меня на метке. Я — громила. А ты вроде как синюшная.

Мостин насмешливо хмыкнула. — Такого слова даже нет.

— О, ты прекрасно знаешь, что я имею в виду.

— Ребята, — тихо сказал Морсимер. Слишком тихо, так как брат с сестрой его не услышали из за препирательств.

— Я не такая уж и мягкотелая, — ворчала Мостин, — Помнишь, как я сражался с этим, как его, Найт Вочем, и выиграл тот бой?

— Да ладно, — закатил свои темно-фиолетовые глаза Монтегю, — вы сражались как кобылы. Я слышал, вы оба потом плакали от боли.

— НУ. Я не плакала! — огрызнулся Мостин. — Я выиграла тот бой, Морсимер видел, он там был.

— Ей, ребята, — повторил Морсимер, всё ещё выглядывая за стену.

— И я готов поспорить, что ты не сделала первый удар.

— Ну да, я не ожидала, что будет драка!

— Я тоже не ожидал, что ты победишь. И вообще, кто это решил? Морсимер? Потому что мне кажется, что вы оба проиграли.

— О-ха-ха, тебя там даже не было, ты большой...

— РЕБЯТА!"

Брат с сестрой переглянулись и посмотрели на Морсимера, который был рад, что наконец-то привлёк их внимание.

— В чём дело, Морсимер? — спросил Монтегю, ожидая какого-нибудь глупого комментария в ответ на рассказ сестры.

Но он не ожидал, что Морсимер прочистив горло, и, показав за стену скажет. — Там, в кустах, кобыла земнопони копошится или что-то в этом роде.

Двое других бросились к стене и взглянули вниз, осматриваясь в поисках кобылы.

— Я не вижу её, Морсимер, — шипела Мостин, стараясь не шуметь. — Ты уверен, что видел там пони?

— Уверен так же, как и в том, что ты улавливаешь ложь, — ответил Морсимер, с полной уверенностью взбираясь на край стены. — Это точно была кобыла, и у неё была зелёная шерсть.

— Ну и чего же мы тогда ждём? — Монтегю вскарабкался на стену, — Пойдем, посмотрим и узнаем, что это там такое...

Он взглянул на сестру. — Эй, Мостин, если она разведчица перевёртышей и ты раскусишь её, то, возможно, тебе не придётся получать выговор от Миднайт.

— Как пожелает Луна. — пробормотала она и последовала за братьями вниз.

## Самая сладкая ночь в мае

Первым спустился Морсимер, приземлившись в нескольких футах от кобылы, ударив по земле копытами с такой силой, что раскрошил несколько камешков. Кобыла испуганно вскрикнула и попятилась назад.

— Стоять! Кто там идет! – заговорил Морсимер своим суровым голосом. Несмотря на то что он был не таким крупным, как его брат, он тоже мог напугать, когда пытался. — Назовите свою цель, род занятий и наименее любимый праздник!

— Это...э. Ох! Привет! Ты меня прямо напугал! — ответила кобыла, отворачиваясь от Морсимера.

Она оказалась довольно невзрачной земнопони, среднего роста, со светло-зелёной шерстью и рыжевато-оранжевой гривой со светло-оранжевыми полосками. На голове у неё была жёлтая бандана, а на спине седельные сумки, в которых, похоже, было не слишком много вещей. Маленькая кобыла посмотрела на Морсимера, и в её ярко-голубых глазах плескался страх.

— Назови свое имя, а также ответь на кое какие другие вопросы.

— Д-Дейзи Мэй! — сразу же пролепетала она, — Но все мои друзья зовут меня Свит Дейзи Мэй!

— Все твои друзья, да? — ухмыльнулся Морсимер, расправив крылья. — А как тебя называет твой... дедушка!

— Он... называет меня Спраут. — Дейзи Мэй сделала шаг назад. — А какое это имеет значение?

— Что ты делаешь здесь, у стен замка, а? — спросил Монтегю на лету, с мощным ударом опустившись за спиной гораздо меньшей пони.

— Ну, я... э-э-э, видите ли, я была здесь снаружи и заблудилась... нет, я заблудилась и вроде как пыталась найти дорогу туда, где мне нужно быть, но отвлеклась вон на ту маленькую клумбу с цветами...

— Может быть, ты ещё скажешь, что эти цветы особенно красивые? — спросил Морсимер, с подозрением разглядывая цветы.

— Тьфу, может, хватит уже? Я не хочу всю ночь допрашивать лжеца, когда могу просто выяснить, лжёт он или нет, — вмешалась Мостин, подойдя к кобыле и, глядя прямо в её напряжённые темно-фиолетовые глаза, и задала маленькой зеленой кобылке один простой вопрос.

— Как выглядит твоя метка?

Мостин не сводила глаз с кобылы чуть меньшего размера, зная, что получит ответ, даже если эта кобыла вообще ничего не скажет в ответ.

Дейзи Мэй внимательно изучила мордочку Мостин и ответила очень осторожно, но уверенно. — Это небольшая миска салата с зелеными листьями и маленькими помидорами черри, и рядом с ней стеклянная миска для винегрета.

Монтегю и Морсимер смотрели на сестру, ожидая указаний. Мостин молча изучал мордочку зелёной кобылы.

— Монти, проверь её метку, — наконец сказала она.

Монтегю обошёл маленькую пони и осмотрел её круп. На боку у неё красовалось описанная её метка

— Всё так, как она говорит, — подтвердил Монтегю.

— Ладно, ты прошла проверку, — ухмыльнулась Мостин, довольная собой. — Так что ты здесь делаешь, Дейзи Мэй? И не лги мне. Я всё равно узнаю.

Дейзи Мэй глубоко вдохнула и закрыла глаза. — Я... пришла сюда сегодня вечером, чтобы познакомиться с вами.

Вся группа замерла в напряжённой паузе.

— Что? — воскликнул Морсимер, нарушив воцарившуюся тишину.

— Чтобы познакомиться со всеми вами, — тихо сказала Дейзи Мэй.

— Ммм, ну да, конечно, — сказала Мостин, будучи немного менее ошеломлённой ответом кобылы, чем её братья. — А что ещё?

— Простите? — Дейзи Мэй наклонила голову.

— Вся причина, по которой ты здесь. — надавила Мостин. – Она вертится у тебя на кончике языка, но ты скрываешь правду. Выкладывай, прямо сейчас, или мы бросим тебя в камеру за незаконное проникновение на территорию замка.

Дейзи Мэй нервно заскулила, сглотнула и произнесла. — Я пришла сюда сегодня вечером... в надежде встретить таких пони, как вы... а... также... чтобы...

— Скажи это, — потребовала Мостин, топнув копытом.

— "Поваляться на сене", — ответила Дейзи Мэй, плотно зажмурив глаза.

У Монтегю отвисла челюсть. Морсимер громко свистнул и широко ухмыльнулся. Мостин просто выпрямилась и гордо улыбнулась, довольная тем что выудив правду из другой пони.

— Мне очень жаль! Мне так стыдно! Я не должна была этого делать, — Дейзи Мэй поморщилась и прикусила копыто. — Это было глупо.

— Определенно, — согласилась Мостин со злобной ухмылкой. — Но ты пошла на это. И теперь ты здесь, с нами тремя в своём распоряжении, готовыми и желающими сделать эту ночь лучшей в твоей жизни.

— Двумя, — кашлянул Монтегю.

— Что? Правда, брат? — Морсимер посмотрел на него с недоверием. — Ты собираешься уйти?

Монтегю закатил глаза. — Я был бы за, если бы Мисси не поставила наши крупы под удар своим вопросом. Мне придётся вернуться на стену и следить за всем. И в случаи, если Миднайт нас засечёт, мне также нужно будет придумать оправдание, почему вы пропали.

Мостин и Морсимер переглянулись и молча поклонились.

— Мы недостойны, иметь тебя в качестве брата, Монти, — сказали они в один голос.

— Заканчивайте. — усмехнулся он, расправив свои большие кожистые крылья.

— И постарайтесь побыстрее. У вас нет целой ночи, чтобы возиться здесь.

Монтегю взлетел обратно на крепостную стену и подал знак крылом, как только оказался на месте. Морсимер и Мостин помахали ему в ответ, а затем повернулись к кобыле, стоявшей позади них.

— Так... и что же мы с тобой будем делать... — сказала Мостин с развратной ухмылкой.

— Ну. — Дейзи Мэй выскользнула из своих седельных сумок. — Я подумала, что мы могли бы...

— Тише! — Мостин ткнула копытом в мордочку Дейзи. — Неважно, что ты думаешь. Всё произойдет так: ты будешь лежать на спине, пока мой брат будет трахать тебя, а я буду сидеть на твоей мордочке, чтобы заглушить твои крики.

— С чего бы мне кричать? — пробормотала Дейзи сквозь копыто Мостин. Вместо ответа Мостин толкнул земнопони на землю. Толчок был лёгким, а трава мягкой, так что она не пострадала. Когда она потрусив головой подняла глаза, то тихо ахнула.

Морсимер был уже полностью раздет и с удовольствием поглаживал копытом свой член. Он был огромным, длинным, угольно-чёрным, и пульсировал в его копытах, быстро твердея. В мгновение ока он вырос до полно размера и теперь покачивался у него под животом. На кончике уже выступали капельки смазки, которые капали на землю.

— Ох, — кротко пискнула Дейзи Мэй, прикусив губу. Мостин взмыла в воздух и подлетела к кобыле, встав над ней.

— Так... если ты будешь сидеть у меня на мордочке... как я буду дышать? — требовательно спросила Дейзи.

Мостин опустила голову, оказавшись, мордочка к мордочке с Дейзи Мэй.

— Ты не будешь. Ты будешь лизать.

С этими словами Мостин сделала два шага вперёд и опустила свой пышный, стройный круп прямо на мордочку Дейзи Мэйс.

— Мппф! — пробормотала она в тёплые влажные складки оказавшиеся на её мордочке. Обхватив передними копытами бёдра Мостин, она почувствовала, как чуть более крупная кобыла начала ёрзать взад-вперёд. И Дейзи Мэй тут же принялась вылизывать вход перед собой. Конечно, это было не совсем так, как она себе представляла, но это было то, чего она хотела.

Морсимер подошёл и приставил свой большой, пульсирующий член к киске Дейзи Мэй. Она была маленькой, но очень мокрой. Даже в тусклом лунном свете он мог разглядеть мокрый участок травы под ней. Без особого труда он раздвинул её задние ноги и просунул головку члена внутрь. Кобыла взвизгнула и издала приглушенный вопль. Морсимер не мог про себя не усмехнуться. “Это будет потрясающе.” Он медленно продвигался вперёд, проталкивая дюйм за дюймом, свой член в её тугое лоно, до самого её предела. Он почти полностью вошел в неё. Кобыла под ним завизжала от удовольствия, прижимаясь задними ногами к его телу так крепко, как только могла. Морсимер взмахнул крыльями и закинул обе передние ноги на плечи сестры для опоры, на мгновение, прислонившись лбом к её шее. Жар, теснота, и влажность на его члене, всё это было почти невыносимо. Эта кобыла очень хотела, чтобы её трахнули.

И она это получит.

Морсимер поднял голову, крепче ухватился копыта за сестру и принялся всерьёз двигать бёдрами. Дополнительный вес на плечах Мостин ещё больше придавил её киску к Дейзи Мэй и ещё глубже погрузил её мордочку в киску Мостин.

— О, да, — Мостин зашевелила бёдрами, ускоряясь. Язык Дейзи Мэй был очень старательным, он лихорадочно двигался и вылизывал всё внутри её киски. Каждый раз, когда она подавалась вперёд, её клитор ударялся о нос Дейзи, и по позвоночнику пробегала волна удовольствия. Она быстро приближалась к пику. Всё, что ей было нужно, — это немного больше, немного быстрее.

Мостин почувствовала особенно сильную волну удовольствия и начала замедлятся. Все её конечности неистово задрожали, приостановив её движения. Дейзи не могла сделать и половины глотка воздуха из-за того, что Мостин двигалась вперёд-назад. Её душила киска! Отчаянно пытаясь отдышаться, она извивалась и засовывала язык так глубоко, как только могла, и шершавый язык лизнул клитор Мостин.

— ААААААААААААА!!!- Мостин распахнула крылья, выгнулась дугой и закричала, когда первый оргазм охватил её тело, практически утопив Дейзи Мэй в горячем, сладком соке бэтпони.

Внезапное движение чуть не опрокинуло Морсимера. Но он устоял, продолжая крепко держаться копытами за сестру, и не переставая двигается в тугой киске Дейзи Мэй. Каждый толчок обволакивал его большой, пульсирующий член тёплой, влажной, бархатистой упругостью. Она была очень горячей и тугой внутри. Каждый раз, когда он выходил, от члена поднимались лёгкие струйки пара. Развратное хлюпанье её соков и легкое похлопывание его тяжелых яиц о её задницу были музыкой для его ушей. “Какая удача — наткнуться в ночной глуши на развратную кобылку, жаждущую секса.” Морсимер расправил крылья и приподнял ими её круп в воздух. Под таким углом он мог входить в неё ещё быстрее и жестче. С каждым новым толчком он слышал её приглушенные стоны.

Когда сестра отошла от оргазма, он погрузил себя глубоко внутрь Дейзи Мэй и задержался там, чтобы ощутить теплую пульсацию её нутра, массирующего его член, выдаивая смазку из его кончика. Он был так глубоко внутри, что, мог поклясться, что чувствовал, как его кончик целует её матку. Мысль о том, что он может извергнуться и наполнить эту маленькую кобылу своим семенем, заставляла его член пульсировать ещё больше, предвкушая наслаждение.

— Чувствуешь себя... хорошо, сестрёнка? — выдохнул Морсимер в ухо Мостин.

— Да, — прошипела она, поворачиваясь через плечо и облизывая его щёку. — Так хорошо.

Мостин повесила голову и возобновила свои движения, на этот раз медленнее и легче, пытаясь вызвать очередной оргазм. Морсимер фыркнул и вернулся к жёсткому сексу с Дейзи Мэй. Ему нужно было кончить. Его член изнывал, а чресла жаждали разрядки.

— ММММММФФМФ!- Дейзи Мэй почувствовала, как её оргазм взорвался внутри неё, словно тысяча фейерверков. Она металась, брыкалась и кричала во всю мощь своих легких,но её крики к счастью, были заглушены пухлыми губками Мостин. Крик Дейзи вызвал у Мостин второй, более сильный оргазм, пронёсшийся по её телу. Бэтпони, выгнув шею назад, завыла от удовольствия, и ещё один поток горячих соков пролился на мордочку Дейзи Мэйс, намочив шерсть на её шее.

— Чёрт возьми, я сейчас кончу. Я кончаю! БЛЯДЬ! Мостин, слезай!

Мостин просто стонала и слабо дёргала крыльями, слишком увлечённая оргазмом, чтобы двигаться. Член Морсимера напряжённо пульсировал, головка члена начинала расти. Если он сейчас же не вытащит его, он застрянет в её киске. С ворчанием он отпихнул сестру в сторону, и приподнявшись на задних ногах, с сочным, мокрым шлепком, вытащил свой подёргивающийся ствол из Дейзи Мэй.

Кончик его члена вспыхнул и выпустил огромную, густую струю семени, заляпав шерсть Дейзи от внутренней стороны бёдер до самого лба. Вторая струя была еще более бурной, чем первая, и извивающийся поток семени попал на её левую заднюю ногу, живот и правую переднюю ногу. Третья, четвертая и пятая струи покрыли её грудь, и живот толстыми нитями его семени. Шестая и седьмая были слабее, они скопились на её животе и покачивались, как желе на шатающейся тарелке. Восьмая струя вырвалась слабым потоком и попала на её хвост, ещё немного семени вытекло по его головке, и на этом всё закончилось. Морсимер уселся на круп и выдохнул. Его сердце колотилось в груди, и он готов был поклясться, что выдыхает пар.

— Это было чертовски... возбуждающе, — Мостин встал на шаткие ноги.

Морсимер просто кивнул и широко улыбнулся.

— Звёзды милостивые, — продолжила она, шатко переступая с ноги на ногу и усаживаясь рядом с братом. Они оба смотрели на Свит Дейзи Мэй. Кобыла всё ещё лежала на спине и пыхтела. Её светло-зеленая шерсть свалялась по всей мордочке и шее, всё тело было покрыто жемчужно-белым семенем. В лунном свете она блестела. Нить семени, свисавшая с её носа, упала, и присоединился к луже на груди.

— Чёрт... Морсимер, мы, блядь, затрахали эту пони, — восхищенно произнесла Мостин, любуясь их работой.

— Я знаю... ощущения просто потрясающие, — согласился Морсимер, вытирая лоб. Они просидели вместе еще несколько секунд, собираясь с мыслями, когда Дейзи Мэй со стоном пошевелилась.

Она устало подняла голову, и на её мордочке появилась довольная и счастливая ухмылка. — Это был самый лучший секс в моей жизни!

Морсимер гордо выпятил грудь. — Я часто это слышу.

Мостин ударила его в плечо.

— О, милостивая Селестия, вы только посмотрите на меня! – осмотрела Дейзи Мэй липкий беспорядок на себе. — Почему ты вытащил?

— Почему!? — Морсимер чуть не прикусил язык.

— Те цветы, на которые я тебе указала, не совсем обычные. Они в форме сердца, и действуют как контрацептив. Я ела их целый час, — объяснила она, бросив взгляд на ряд стеблей позади себя. — Ты этого не заметил?

— Нет, — наморщил нос Морсимер. Он бросил на Мостин тоскливый взгляд.

— Что?

— Ты можешь сказать, что она лжёт, но не можешь сказать, что она ела противозачаточные цветы?

— Она указывала на них тебе! — Мостин ткнула его в грудь.

— Что, ты не могла посмотреть на них и секунды?

— Я смотрела на неё, Морсимер, это то, что я делаю. Мне нет дела до цветов. Ты видишь цветы на моей метке?

— Простите... но... — Дейзи Мэй приподнялась, чтобы лучше видеть припирающихся бэтпони. — И что теперь?

Мостин и Морсимер обменялись взглядами.

— Ну... — начала Мостин.

— Наш брат всё это время присматривал за нами... — сказал Морсимер с блеском в глазах.

— Но не принимал никакого участия.

— Вообще никакого.

— Если тебя всё устраивает, можешь вставать и уходить, а мы снова наденем форму и вернёмся на свой пост до конца ночи, патрулируя крепостную стену и рассказывая Монти все подробности обо всех горячих, безумных сексуальных штучках, которые мы только что делали или...

Морсимер усмехнулся. — Или мы вернёмся на наш пост, и будем следить за ним, а он спустится сюда, чтобы трахнуть тебя до потери сознания.

Мостин тряхнула своей длинной бело-голубой гривой и снова надела шлем. — Так что же ты выберешь, Свит Дейзи Мэй?

Лёжа на земле, с гривой, мокрой от соков бэтпони, и шерстью, покрытой липким, остывающим семенем. Земнопони смотрела на двух пони, которые только что исполнили её желание — устроить самые дикие в её жизни скачки, а потом взглянула на стену, где, без сомнения, стоял на посту Монтегю.

Свит Дейзи Мэй проводила пару долгим взглядом и прикусила губу.