# По следу

Серафим Осмолкин

"Ну вот, на кой хуй!? На кой, я курил эту траву Ашота!?" — думал я, пока смотрел на белую пони в медицинской шапочке.

## Глава Первая. Не курите братья травку.

Зона. Чернобыльская зона отчуждения. Тут всегда мрачно и сыро. Солнечных дней мало, точнее их практически нет. Часто моросит мелкий дождь, да и нередко чернобыльское небо спускает ливни. Но сегодня на редкость сухо, хотя тучи налиты серым свинцом, а значит, скоро будет дождь. Главное, успеть добраться до базы Свободы, что в Темной Долине. А там и отдохнуть можно будет, поесть, попить, да и у Ашота травки курнуть. Вы не думайте, я не нарик. Просто в Зоне мало развлечений, кроме как бухать, да по аномалиям шататься и по мутантам стрелять. Так что развлекаться как-то надо.

Я уже выходил на тропу к границе Свалки. Ещё пара километров, и я буду у цели. Руки приятно оттягивал своим весом родной калаш с подствольным гранатомётом, а в кобуре лежал верный Браунинг Хай Пауэр. Я шёл, подкидывая перед собой гильзы, чем черт не шутит?

Тропа хоть и хоженая, да только это Зона. А она живёт своей жизнью. Неизвестно, что будет за следующим деревом, а осторожность никогда не помешает. Вот, например, как сейчас, брошенная мною гильза с хлопком улетела ввысь.

— Б-р-р-р, — прорычал я, смотря на трамплин, что расположился прямо по середине тропы.

Быстро обкидав аномалию и найдя ее границы, обошел её и пошёл дальше.

На подходе к базе я вышел на КПП Свободы. Вышел я к ним со стороны дороги, так что они меня заметили ещё метров за 150-200.

— Здоров, Бэр! — поздоровался со мной один из бойцов на КПП.

Это был Бобс, мужик уже в годах, годиков так за 40-45. Татарской внешности и ростом чуть ли не под два метра, да и в плечах почти столько же. Тот ещё шкафчик. В руках он держал свою любимую "джишку". На его фоне она казалась игрушкой, в его огромных руках.

— Привет, Бобс. Как жизнь? — произнес я, пожимая его огромную руку.

— Да всё как всегда, — с тоской в голосе ответил мне Бобс. — С поста практически не выходим. То плоти с кабанами набегут, то ещё чего-нибудь к нам в гости придет. Будто медом им тут намазано. — Бобс достал из нагрудного кармана разгрузки помятую пачку сигарет и предложил одну мне, я от такого отказываться не стал.

Мои сигареты кончились ещё на выходе с военных складов. Бобс достал свою фирменную бензиновую зажигалку, которую он ловко зажигал об бедро. Помню историю, как какой-то левый тип пытался выкупить эту зажигалку у него.

Закончилось всё тем, что он настолько достал Бобса с этим, что он ему челюсть в двух местах сломал. Бобс протянул мне зажигалку, от которой я прикурил свою сигарету. Жадно втянув в себя горький табачный дым, я с наслаждением выдохнул.

— А ты со Свалки идешь? — задал мне вопрос громила, на что я лишь кивнул, делая новую тяжку и наслаждаясь моментом.

— Ну и чего там нового? — я снисходительно посмотрел на Бобса. Вот не даст он насладиться моментом. Надо ему попиздеть.

— Б-р-р-р, да, в принципе, ничего, — с раздражением в голосе ответил я. — На тропе разве что только трамплин образовался. Но я его уже пометил — не пропустишь, — Бобс внимательно вслушивался в слова, пытаясь что-то понять.

А когда он так делал, то всё его лицо морщилось, и он становился похожим на собаку породы мопс. За что и получил своё прозвище.

— Понял тебя, Бэр. Ты сейчас к Ашоту? — тааак, что-то мне это не нравится. Бобс редко кого так спрашивает.

— Б-р-р-р. Ближе к делу, Бобс, — с ещё большим раздражением в голосе произнес я. Не люблю, когда начинают издалека заводить разговор о деле.

— Да я, собственно, хотел попросить тебя... — я не дал ему договорить.

— Блять! Бобс! Ты долго сосыча за хер тянуть будешь? Или всё же скажешь чего хотел? — прикрикнул я на него.

На нас тут же взглянули остальные свободовцы.

— Да не кипишуй ты, Бэр, — стал успокаивать меня Бобс. — Я только хотел, чтобы ты мне от Ашота травы принес. А то у меня кончилась. — я аж в ступор встал от такой просьбы.

— А чего сам не сходишь? — спросил его я. — Неужели должен Ашоту остался? — Бобс лишь тяжело вздохнул, тем самым подтвердив мою теорию.

— Ясно. Будет тебе трава, — вы бы видели этот взгляд: такое чувство, что я его из пожара спас. — Но с тебя тогда поляна и часть пакета, — предупредил я его, а то совсем обленится.

То принеси, это подай. Не, брат, так в Зоне не делают.

— Да без Б! — весело согласился он.

Мы пожали руки, и я отправился прямиком к Ашоту. Пройдя по базе, я зашёл в бар "Глоток Свободы". Этот бар делился на две части: первая находилась в гараже, а вторая под бетонным навесом. В закрытой части бара находились так называемые "номера" для гостей базы, а под навесом — сам бар с самодельной барной стойкой и столами. Я закинул свой калаш на плечо и пошел к стойке.

— Здоровеньки булы, Ашот, — с улыбкой поприветствовал я.

Его грузинская рожа с лёгкой щетиной расплылась в довольной и счастливой улыбке.

— Здрэствуй, дэрагой! Кэкими судьбами ты тут? — весело вскинув руки к небу, поприветствовал он меня.

Вот же паскуда! Уже накурился!

— Б-р-р-р, будто сам не знаешь, — резко ответил я.

— Э, дарагой. Не надо так говорить, — пригрозил он мне пальцем. — Я же к тэбе с добром, — произнес он и жестом позвал меня за собой.

Мы прошли в "номера" и зашли на склад. Тут у Ашота было что-то вроде магазина товаров. Если ты хочешь что-то у него купить или продать, то сначала ты должен получить разрешение у Чехова — это глава группировки "Свобода". Сами они его называют по разному: кто атаманом, кто батькой. Помещение магазинного склада было похоже чем-то на бункер Сидора. Такие же полки с товаром, такие же стол и стул. Ашот сел за стол, положив руки перед собой.

— Показывай, дарагой, с чем пришэл, — произнес он, жестом показывая на стол.

Я молча достал контейнер с артефактом. Открыв его, я показал, что в нем находится. Счастью Ашота не было предела, так он лыбился в первый раз. Ну, оно и понятно, симбионт артефактов "Душа" и "Лунный свет" — предельно редкое явление. Поэтому и стоит очень дорого.

— Ай, малодец! Ай, обманул Ашота! Будет Ашот с табой теперь внэмательней, — практически пропел Ашот свою коронную фразу, забирая контейнер и попутно выкладывая на стол три крупные пачки денег.

— Ага, на здоровье, — ответил я, забирая деньги.

Закинув две пачки во внутренние карманы рюкзака, я оставил в руках третью.

— Купить шота хочэшь, дарагой? — откинувшись на спинку стула, произнес Ашот.

— Хочу, — равнодушно ответил я.

— Слушаю тэбя, дарагой, — я назвал ему список своих "хотелок" и "необходимок", и Ашот отправился в закрома своих владений.

А что там находится — одной только Зоне и известно. В общем, примерно через десять минут всё было на столе передо мной. Ашот назвал цену, и я отсчитал из пачки несколько крупных купюр.

— Больше ничэго не хочешь? — всё так же с улыбкой спросил меня Ашот, забирая деньги.

— Жрать я хочу, и выпить тоже, — устало ответил я.

— Э!? А чэго сразу нэ сказал? — возмутился он, мотая головой.

— А потому что сначала дела надо сделать, — ответил я, складывая в рюкзак купленное.

— Нэ панимаю я тебя, Бэр, — с грустью в голосе произнес Ашот. — Вот нэ панимаю я тебя, — я закончил складывать вещи и патроны в рюкзак и распихивать по карманам разгрузки.

— А я и не требую, чтобы меня понимали, — безразлично ответил я, закидывая рюкзак на свободное плечо. — Пошли уже, а то я точно с голодухи ласты склею.

И мы направились обратно в бар. Я сел на стул возле стойки. А Ашот, как заправский повар, поставил передо мной целую тарелку горячего плова, а рядом поставил стакан, наполовину наполненный водкой. Я взял стакан и заметил, как Ашот налил и себе.

— Тебе же нельзя, или уже можно стало? — с интересом спросил я.

— Э, дарагой, за такое дэло и выпить не грех, — ответил он, поднимая свой стакан.

— Тут ты прав, — согласился я, поднимая свой.

Раздался звон ударяющихся друг о друга граненых стаканов с последующим их опустошением. Холодная водка горячим потоком устремилась вниз по пищеводу, обжигая его, и осела где-то на дне голодного желудка.

— Ух, хороша спиртяга, — отвесил я комплимент в сторону водки и тут же принялся за плов.

В общем, проторчал я в баре несколько часов и уже успел с Ашотом раскурить косяк-другой, как припёрся Бобс. Я передал ему только что купленный пакет травы, и мы начали пьянку. Я не люблю много пить, а вот травку курнуть могу. Да и её тоже не слишком много. Темнело. Я попросил Ашота принести мою гитару, что я оставляю у него на хранение, когда ухожу в вылазку.

Ашот вернулся с ней. Получив гитару, я присел возле костра и стал играть. Я знаю немного песен, но и этого вполне достаточно, чтобы хоть чутка расслабиться вечером возле костра. Спустя ещё пару часов я отправился на боковую. В "номерах" есть всегда одна или две свободные комнаты "для своих".

И вот, зайдя в такую, я скинул оружие вместе с рюкзаком в углу, а сам, сняв берцы, плюхнулся на койку спать.

* * *

Поле. Чистое и зелёное поле, что тянется до самого горизонта. Под таким же чистым бескрайним небом я ложусь в эту мягкую траву, устремляя свой взгляд в небо. Я дышу спокойно и не опасаюсь никаких мутантов и аномалий, ведь их тут нет. Дует приятный прохладный ветер. Как же тут хорошо! Солнечный диск медленно ползет по небосводу, а его лучи ласково греют мое тело и заставляют жмуриться в попытках взглянуть на небесное светило. Я улыбаюсь, продолжая лежать, наслаждаясь моментом. Недалеко под силой ветра мощными кронами с зелёной листвой шумел лес, заставляя все чувства и эмоции, что когда-то были натянуты как струны, расслабиться и успокоиться. Я проваливаюсь в нирвану этого мира.

* * *

Меня разбудил будильник моих наручных часов. Половина девятого — пора вставать. Голова немного побаливает, но оно и понятно, хотя дурман от травки никуда не делся. Поднявшись с койки, я осмотрелся. В углу лежит рюкзак с оружием и гитарой рядом.

— Хорошо вчера погуляли, — произнес я хриплым голосом.

Смакнул языком и осознал, что во рту сухо, как в пустыне. Я обул берцы, накинул рюкзак на плечо, заранее пристроив на нем гитару, а калаш повесил за ремень на другое плечо, и отправился обратно в бар. Ашот уже стоял за стойкой. Увидев меня, он быстро поставил перед собой две бутылки минеральной воды. Одну из них Ашот открыл заранее, её я и взял. Влив в себя больше половины-полуторалитровой бутылки, я всё же смог оторваться от нее.

— Спасибо, — поблагодарил я.

— Нэ за что, дарагой, — улыбнулся мне Ашот. — Выспался?

— Ага, — ответил я, всё ещё прикладываясь к бутылке. — Хорошо вчера погуляли, — я допил бутылку минералки, а вторую закинул в рюкзак. Пригодится ещё.

— Нэ то слово, дарагой. Ты куда сейчас? — так, блять, ещё один. — А тебе-то что? — спросил я, испытывая взглядом Ашота.

— Нэ смотри на меня так, просьба у мэня к тебе, — тут же оправдался он.

— Б-р-р-р, какая? — резко спросил я.

— Да вот, — Ашот достал из-за стойки небольшой туго завёрнутый пакет.

— Это ещё что такое? — спросил я, рассматривая его.

— Пакэт, перэдай его человеку на Росткэ. А я тэбя нэ обижу, — я ещё несколько минут рассматривал этот пакет. Ух, чует мое чутье сталкерское, что не к добру это, но Ашот меня ещё ни разу не обманывал.

— Б-р-р-р, хорошо, — согласился я. — Передам я этот пакет. Только кому? — произнес я, попутно закидывая пакет в рюкзак.

— Тэбя на подходе к Ростку встрэтит сталкэр, вот ему и отдашь пакэт, — объяснил Ашот. Мы пожали руки, он предложил раскурить косяк на дорожку. Я не стал отказываться, а зря.

Вот теперь представьте себе картинку: идёт по Зоне опытный сталкер и улыбку от уха до уха давит. Смешно? А вот мне нихуя не смешно. Сталкер должен быть собранным и настороже. А я чуть ли не ржу, как придурок. Ну Ашот, ну ты и гад, я тебе это ещё припомню. Так прошло примерно часа полтора после моего выхода с базы. Пока я не услышал треск. А вот это плохо. Резко разворачиваясь на месте, я вскинул автомат в сторону звука. Примерно в десяти метрах от меня плыл электрический шар.

— Ну всё, приплыл, сталкер, — пробормотал я, глядя на блуждающую электру.

Она мерно летела в мою сторону, изредка постреливая яркими молниями в землю под собой. Адреналин быстро заставил сердце биться чаще, разгоняя кровь по телу. Б-р-р-р, думай, сталкер, нужно найти выход. Кинуть в нее горстью гильз, чтобы разрядить ее? Нет, слишком близко. Бежать? Тоже нет. Такие аномалии чувствуют движения. Звать на помощь? Да кто же меня тут услышит? Мутанты, разве что. Пока я рассуждал, аномалия сократила дистанцию примерно вдвое. Ну всё, теперь мне точно пиздец. Электра зависла в полуметре от меня, заполняя воздух озоном. Ох, сука, как умирать-то не хочется.

Я смотрел на аномалию и вдруг почувствовал резкое успокоение. Словно во сне, будто мне ничего не навредит. Не знаю, каким местом или частью тела я думал, но уж точно не головой. Всё же я решил дотронуться до нее. Нет, а что? Я уже труп, мне не выбраться из этой западни. Так почему бы и нет? Помирать, так хоть добровольно. И я протянул руку. Раздался хлопок разряда аномалии, а меня ослепил яркий свет. Тело обожгло невыносимым огнем. Последнее, что я помню, это была мысль: "Шершавая"...

* * *

Я очнулся. Не, ну как очнулся. Первое, что я понял: я ни черта не вижу. А второе, что всё тело ломит, как при сильном жаре. И тут я услышал чьи-то голоса. Говорили на каком-то иностранном языке, я бы даже сказал, что он был похож на красивую трель. Я попытался что-то сказать. Да только хрен там лысый плавал. Всё, что я смог выдавить из себя, так это несуразное мычание ДЦП-дауна. Зато голоса все стихли, а после раздались звук открытия двери и быстро удаляющиеся щелчки. Заебись! Ладно, хоть жив остался. Да только вот где я? Уж точно не в Зоне. Пахнет тут совсем по-другому, не как там. Но и не на большой земле. У болотного доктора? Тоже нет, у него нет ассистентов. Тогда где?

Я не успел додумать ответ, как дверь снова открылась, и в комнату вошли.

— Вы меня слышите? — спросил меня твердый мужской голос. Не могу определить возраст по голосу. Но примерно этот парень не старше меня. А мне на минуту 28 лет.

— Просто кивните головой, если слышите, — что я, конечно, и сделал, дав понять, что я его слышу.

— Воды, — я все же смог выдавить из себя это слово.

Да только мой голос был похож на голос охрипшего, прокуренного и больного бронхитом человека. Судя по всему, док услышал меня. Так как через несколько секунд я услышал шум воды.

После чего он приподнял мою голову и поднес стакан воды к моим губам. Я жадно выпил всю воду в стакане большими глотками.

— Не торопитесь. Нам не нужно, чтобы Вы подавились водой, — произнес док, идя за новым стаканом воды.

— Где я? — уже более похожим на свой голосом задал я вопрос.

— В больнице, — ответил мне доктор. Он поднес стакан, и я снова быстро осушил его до дна.

— Спасибо, — поблагодарил я его за помощь. — Но в какой именно я больнице? На Янтаре? Если да, то позовите профессора Круглова или Сахарова, — док помедлил с ответом несколько секунд.

— Боюсь, я не могу этого сделать, — ответил он.

— Почему? — с недоумением спросил я.

— Вы не на Янтаре, — приплыли, вот такого ответа я точно не ожидал.

— Тогда где я? Кто Вы? И почему я ничего не вижу? — задал я сразу три вопроса. Нужно узнать как можно больше.

— Вы в Кантерлотской больнице, а меня зовут Артур. И видеть Вы пока не сможете ближайшие два-три дня, — ответил мне голос так называемого Артура. Кантерлотской больнице!? Он что, блять, смеётся надо мной?

— Какой ещё, нах, Кантерлотской? Это шутка такая? Где я, едрить вас в хуй!? — внезапно спросил я. Тело отозвалось резкой болью, и я застонал. Было пиздец как больно, особенно голове.

— Успокойтесь, с Вами все будет в порядке. Со временем Вы получите ответы на все Ваши вопросы, — после этих слов раздался звук открытия двери.

Кто-то что-то произнес на неизвестном, но в тоже время красивом языке, хотя по интонации, кажется, обладатель этого голоса был сильно раздражён. Артур, что стоял слева от меня, вздохнул и произнес что-то в ответ на том же языке. На минуту в комнате воцарилась тишина. Прервал её голос неизвестного, а точнее неизвестной. Мне почему-то кажется, что это женский голос, он более мелодичный, что-ли. Артур ничего не ответил, а вот я заметно напрягся всем телом. Я расслышал щелчки, снова трель и мне в лоб уперлось что-то острое. После, конец этого острия нагрелся. Кровать тряхнуло, из-за чего все мои ощущения и инстинкты на одно мгновение стали бить такую тревогу, что я чуть с места не сорвался, но я остановился, а по телу пробежала приятная успокаивающая волна. В голове словно из пушки выстрелили, создав новый импульс боли, но через несколько секунд от боли и след простыл.

— Вы меня понимаете? — спросил меня мягкий девичий голос.

— Да, да, понимаю, — ответил я.

— Ох, хорошо, — мне сейчас показалось или она произнесла это с улыбкой? Со стороны двери раздались щелчки, а после и голос.

— Артур? Твайлайт? Вы закончили? — ага, значит ту, кто стоит справа от меня зовут Твайлайт. Странное имя, хотя у них и язык-то странный, так что нечему удивляться.

— Да, сестра Кросс, — ответил ей Артур.

Я же лежал молча, всё равно я ни хрена не сделаю. Я хрен проссышь где, да и в придачу слеп, как крот. Так что лежим и не рыпаемся.

— Отлично, я позову доктора Редхарт. Она проведет осмотр, — после этих слов раздались удаляющиеся щелчки.

Видимо, это Кросс ушла. И всё-таки интересные у них имена. И вот снова, тишина. Все молчат, не зная с чего начать разговор.

— А что с вами произошло? — раздался робкий с ноткой интереса голос Твайлайт.

Так, а вот это уже интересно, они что, об аномалиях не знают? Или же знают, но не понимают, как я выжил. Что ж, тогда ответим правдой.

— В блуждающую электру попал. Как выжил? Не знаю, повезло, видимо, — в комнате на мгновение снова повисла тишина, но её прервал вопрос Артура.

— Блуждающая Электра? Что это? — ага, видимо, не знают и слышат об этом впервые.

— Аномалия такая, — кратко ответил я, показывая, что не намерен больше продолжать разговор.

Видимо, он понял это и замолчал. Снова тишина. Чёрт, как спать-то охота. Устал я что-то, но надо дождаться доктора. К счастью, она долго ждать себя не заставила. Да и пришла она, видимо, не одна. Слишком много щелчков. Значит там ещё кто-то помимо нее и сестры Кросс.

— Здравствуйте, я Ваш лечащий врач. Зовите меня Редхард, — произнесла девушка, подходя ко мне слева.

Я почувствовал, как ко мне прикладывают что-то металлическое и круглое. Это вызвало новый всплеск паники, и я заметно напрягся. Док никак на это не отреагировала, продолжая осмотр. Через пару прикладываний этой холодной железки к моему телу до меня доперло, что это стетоскоп и я расслабился. Да и вообще, чего я так напрягаюсь? Ведь если бы они хотели меня убить, то уже давно бы это сделали. А если они хотят из меня выбить инфу? Не, ну это уже бред. Если бы они этого хотели, я был бы не тут. Значит они меня просто спасли. Что ж, надо им хоть спасибо сказать.

— Вы идёте на поправку. Давление в норме, регенерация и восстановление проходят хорошо. Ещё пара дней и мы снимем с вас повязку, — мягким голосом проговорила доктор Редхард.

Ага, представляю какие у меня там шрамы, ну да ладно, заслужил. Провафлил аномалию, вот и расплата. Да, сталкер, хреново ты чутье свое слушал. И, как на зло, вспомнились слова Брома, наставника моего. "Назвался сталкером — полезай в Зону. А она уж рассудит, кто ты на самом деле".

И ведь прав оказался, старый хрен.

— Спасибо, что утешаете, док. Но лучше говорите правду. Ожоги совсем плохи? — с грустной улыбкой и голосом спросил я ее.

— Что Вы, нет, нам удалось практически полностью регенерировать их, — быстро ответила она. Ого, и ведь не врёт, не слышу я в голосе лжи. Что ж это за маги-шаманы, раз сумели такое?

— Вам нужно отдохнуть, через час ужин. Его Вам принесут, так что отдыхайте, — это вызвало у меня небольшой восторг. Фига! Меня ещё и покормят, нормально живём.

— Ага, спасибо, док, — поблагодарил я ее.

— Не стоит, это моя работа, — стала отмазываться Редхард. Но я человек-баран, так что теперь принимай комплимент.

— Ещё как стоит, доктор Редхарт, вы меня с того света достали. Так что теперь я вам должен, — видимо, я заставил ее засмущаться, ведь ответа на эти слова не последовало.

— Х-хорошо, — с запинкой произнесла Редхард. — Мы пойдем, а вам нужно отдохнуть, — после этих слов раздались щелчки шагов и хлопок двери.

Наконец-то, тишина и спокойствие. Есть время обдумать полученную информацию. Я хер знает где, точнее знает. Я в больнице... В Кантерлотской больнице. Меня вытащили с того света и убивать пока не думают, видимо, хотят получить информацию. Но так просто они её не получат, где гарантия того, что они не бросят меня за решётку, как только получат её? Правильно, гарантий нет. Моё сталкерское нутро, что натренировано годами ходок по Зоне, стало бить тревогу и настойчиво говорить: "Тут кто-то есть и он на тебя пялится".

— Кто здесь? — твёрдым и уверенным голосом произнёс я.

— Это я, — ответил мне голос сестры Кросс, справа от меня. — Зовите меня сестра Кросс.

— Бэр, — кратко ответил я.

— Простите что? — видимо, она не поняла, что я произнес или имел ввиду. Ну, оно и понятно, даже в Зоне многие сталкеры с первого раза не понимали, что это мое прозвище.

— Бэр, — повторил я. — Моё прозвище.

— Прозвище? — видимо, она не ожидала такого ответа. Меня это чуть-чуть рассмешило.

— Ага, — ответил я с лёгкой улыбкой.

— У Вас нет имени? — с осторожностью и робостью в голосе спросила меня сестра Кросс.

Я открыл рот и через несколько секунд закрыл его. И тут до меня дошло, а имени-то я своего не помню. Здрасьте, блять! Мне ещё и память отбило! Слава яйцам, что не полностью. Надо быстро пробежаться по памяти, что я ещё успел забыть о себе? Детство? Помню. Первую работу? Тоже помню. Студенчество в колледже, из которого меня поперли? Тоже помню. Первая ходка по Зоне в одиночку? Помню. Ещё спустя несколько секунд блуждания по памяти, я всё-таки понял. Я не помню имена и лица родных мне людей.

— Бэр? — осторожно спросила меня сестра Кросс.

— А? — я резко вышел из своих раздумий.

— Вы помните своё имя? — спросила сестра.

— Нет, — спокойно ответил я. — Ни своего, ни имён родных. Только прозвища.

— Оу, — Мне сейчас показалось или она расстроилась?

— Всё в норме, — поспешил заверить я сестру Кросс.

— Эм, хорошо, — уже более спокойным тоном произнесла она. Вот и хорошо.

— Так, зачем вы тут? — поспешил спросил я.

— Чтобы наблюдать за вами. Вы же в случае чего, даже на кнопку нажать не сможете, — произнесла она.

Зашибись, ко мне приставили сиделку. С одной стороны оно и понятно: я слеп и беспомощен. Но для меня все ещё остаётся неясным один вопрос. В больницу какого уровня и какой страны я попал? Ко мне даже сиделку приставили!

— Ваша правда, но как видите, со мной всё в норме, — мягко ответил я. — Да и тем более, у вас наверняка найдутся дела поинтереснее, чем наблюдать за таким как я, — старался я уверить сестру Кросс.

— Что вы, это моя работа, — начала оправдываться сестра Кросс. О-хо-хо, кажется я заставил её смущаться.

— Хорошо, тогда давайте вы будете навещать меня раз в час. Как вам такая идея? — предложил я ей, мысленно молясь, чтобы она согласилась.

— Эм, хорошо, — чуть замявшись, произнесла она. — Если вам так удобно, то ладно, — раздались щелчки шагов сестры Кросс с последующими звуками закрытия двери.

Ну, вот я и остался один. Я ещё раз прислушался к своим ощущениям. Ничего, кроме настойчивого желания чего-нибудь пожрать и поспать, мне не хотелось. Я постарался расслабиться и отдохнуть в ожидании еды. Чуйка пока молчала и хорошо. Значит я тут один. В моей комнате повисла тишина. М-да, давненько я не слышал такой тишины. В Зоне вообще редко бывает тихо. Постоянно где-то стреляют, а ночью просыпаются мутанты. Чернобыльские пси-собаки всей сворой воют на луну. Шуршат по углам крысы в мусоре, а в подземных лабораторных комплексах бродят бюреры под руку с контроллером. А тут? А тут тишина и спокойствие. Такого не было даже в научном лагере, что на Янтаре. Даже сквозь те толстые стены, что спасали от выбросов научный персонал, охрану лагеря и сталкеров, что пришли продать артефакты. Даже через них было слышно звуки Зоны, что она живёт, что она всегда рядом с тобой. А тут тишина...

Меня вырвал из раздумий, звук открывающейся двери и шагов миловидной сестры Кросс.

— Бэр, вы не спите? — весело произнесла она, на что я с улыбкой ответил.

— Нет, сестра Кросс. Я не сплю, — по звуку я определил, что ко мне подкатили какую-то тележку, а после опустили ко мне на ноги что-то плоское.

— Я принесла ужин, — Произнесла сестра и я принюхиваясь к запаху.

— Судя по запаху, это что-то вкусное, — в ответ на мою догадку я получил тихий смешок.

Я оказался прав, это была овсянка с орехами и кусочками фруктов, а так же блины с мёдом. От такой еды я даже прибалдел. Меня хоть и кормили с ложечки, но да и хер с ним. Знаете как долго я нормальной еды не ел!? Плов у Ашота не считается, он приготовлен из консервированной говядины, а не из настоящего мяса. А тут такое! Сладкое, вкусное и горячее.

— У вас хороший аппетит, — со смехом в голосе произнесла Кросс, убирая поднос.

— Я пять лет нормальной еды не видел, — стал я объяснять причину своего аппетита.

— И что же вы ели всё это время? — с нескрываемым интересом и любопытством в голосе спросила меня сестра Кросс.

— Консервы и армейские ИРПы. Такая себе еда, — с усмешкой ответил я ей.

— Они были не вкусные? — продолжала расспрашивать меня Кросс.

— И да, и нет, — ответил я ей. — Первое время, они будут казаться вкусными. Но потребляя их постоянно, теряешь к ним интерес и вкус тоже, — объяснил я, после чего протяжно зевнул.

— Хих, вам стоит отдохнуть. В следующий раз я снова принесу что-нибудь вкусное, — в голосе сестры Кросс проскочили нотки смеха.

— Спасибо, сестра, — и на этом наш диалог закончился.

Сестра Кросс ушла, оставив меня одного. А я, устроившись как можно удобнее в своем практически неподвижном состоянии, провалился в сон без сновидений.

Из приятного сна меня выдернуло моё сталкерское чутье, что беспощадно било тревогу. Я постарался прислушаться к звукам, что окружали меня. Всё та же тишина, что указывала на то, что я тут один и тут никого нет. Но вот чуйка была категорически против и утверждала, что я тут нихуя не один и мне грозит опасность. А сталкер, как известно, привык доверять чутью, а не окружению. Я ещё несколько минут вслушивался в тишину, но в конце всё же решил спросить.

— Сестра Кросс? Это вы? — произнес я, нарушая тишину в комнате.

— Оу, ты не спишь. — ответил мне глубокий, бархатный, девичий голос. Любой человек с развитым слухом, поплыл бы от этого голоса. И я не был исключением, но я быстро взял себя в руки и собрался с мыслями.

— Что Вы тут делаете? — резко спросил я.

— Я пришла посмотреть на твое состояние, — быстро ответила мне обладательница голоса.

— А где сестра Кросс? — тут же задал я следующий вопрос.

— Эм... Она проводит осмотр в другой комнате, — в голосе моей ночной визитерши проскочила некая неуверенность.

— Хорошо, — не стал давить я. — Как видите, со мной все в порядке. Спасибо за беспокойство, — ответил я ей, стараясь успокоить чуйку.

— Раз так, тогда я пойду, — с некой печалью в голосе произнесла моя визитерша, после чего вышла из комнаты.

Я пролежал ещё минуту, напряжённо вслушиваясь в тишину. Поняв, что больше никого тут нет, я провалился в сон.

* * *

Сталкерский бар "Сто рентген". Я занял дальний столик вместе со своим напарником, мужиком по прозвищу Рыба. На вид ему чуть больше 30 лет. Он был худощавым и ростом практически с меня, примерно 170-180 сантиметров.

По помещению бара летала табачная дымка вперемешку с запахами еды и крепкого алкоголя. Рыба был самым, что ни на есть, настоящим украинцем. Иногда его рассказы о доме и домашнем сале нервировали. Но он был отменным сталкером и собеседником. Всегда мог поддержать приятный полупьяный разговор. Например, как сейчас. Опустошив первую бутылку горячительно-смазачного напитка, в простонародье водки, мы стали обсуждать последние новости Зоны и травить бородатые анекдоты. Всё бы ничего, пока меня не позвал зов природы. Сгоняв до нужника и скинув балласт, я вернулся в бар и остановился на пороге в помещение.

В баре никого не оказалось, даже бармена Федорыча. Чуйка тут же стала бить тревогу, а рука сразу легла на рукоятку пистолета. Я осторожно обошел помещения, проверяя каждый угол, но так никого и не нашел. Это что, блять, шутка такая!? Но чутье говорило совсем иное. Я остановился по середине помещения, ещё раз сканируя всё взглядом. Вон недокуренная сигарета Рыбы в пепельнице, а рядом стоит наполовину выпитый мною стакан водки.

От созерцания сей обстановки меня вывел звук приближающихся щелчков, что доносились со стороны лестницы входа в бар. Я моментально развернулся на месте, попутно выхватывая из набедренной кобуры пистолет и направляя его в сторону выхода. На пороге стояла лошадь. Да, мать вашу! Вы не ослышались! Лошадь, с рогом и крыльями! Её грива и хвост цвета ночи развевались, словно подхваченные невидимым ветром. Наши взгляды встретились, и её глаза округлились по 50. Она стала медленно отступать назад, не сводя с меня взгляда. Она успела сделать лишь шаг, как я чётко и громко произнес, буквально приказывая голосом.

— А ну стоять! — не знаю, какой частью жопы я думал, когда произносил это, возможно самим очком, но всё же мои слова дошли до нее, и она остановилась как вкопанная. При этом ее взгляд стал метаться по помещению. Видимо, ищет выход.

— Дёрнешься — пристрелю, — четко проговорил я, вдавливая скобу в миллиметре от срабатывания. Её растерянный взгляд остановился на дуле пистолета, а после медленно перевёлся и сфокусировался на мне.

— Кто ты? Отвечай! — громко задал я вопрос, требуя ответа.

— П-принцесса Луна, — дрожащим от страха, но очень знакомым голосом, проговорила лошадь.

— Какая ещё, нахуй, принцесса Луна!? — со злостью в голосе произнёс я.

— Экве...- начала произносить кобыла, но я тут же перебил ее.

— Харе уши мне пиздежём ебать! У тебя есть ровно три секунды, чтобы начать говорить правду! А иначе в твоей голове появится смертельная доза свинца! Раз! — начал я считать. — Два!

— Остановись! — выкрикнула она, резко припав к полу. Я не успел среагировать, как её рог засветился в яркой и ослепительный вспышке.

Я проснулся. Если это можно так назвать, я всё равно до сих пор ни черта не вижу. Раздался звук открывающийся двери и быстро удаляющиеся щелчки. Так, блять. И кто это был!?

Чуйка все ещё продолжала поднимать бунт, а мысли в голове метались на сверхвысоких скоростях, проматывая детали сна. Из раздумий меня вывел мерно приближающийся звук щелчков. Кто-то вошёл ко мне в палату и закрыл дверь. Я уже относительно успокоился, чтобы начать более или менее нормальный разговор.

— Кому обязан? — с лёгкой улыбкой произношу я вопрос в пространство.

— Вы уже проснулись? — раздался голос сестры Кросс. Это меня немного успокоило.

— Как видите. А сколько сейчас времени? — спросил я.

— Раннее утро, — весёлым голосом произнесла сестра Кросс.

— Вот как. Отлично, — сказал я и расслабился.

И лучше бы я этого не делал. Всё тело начало яростно чесаться. Чувство такое, будто я в семена Жгучего пуха нырнул голым. Спина, грудь, руки, ноги. Всё тело беспощадно саднило и требовало почесать его.

— Скоро будет завтрак, а потом придет доктор Редхард и проведёт осмотр, — весело произнесла сестра Кросс. Хм, неплохое расписание, как по мне.

— Сестра? — задал я вопрос, привлекая внимание сестры Кросс.

— Да, — спокойным голосом ответила она.

— Сколько я уже тут? — спросил я то, что не успел спросить вчера.

— Три дня, — ответила мне сестра Кросс. Три дня!?

— А где меня нашли? — задал я второй по значимости для меня вопрос.

— На окраине леса, в очаге начинавшегося пожара, — произнесла она. Я замолчал, обдумывая полученную информацию, но моя жажда решила по-другому.

— Сестра Кросс, Вы ещё тут? — произнес я.

— Да, я все ещё тут, — ответила она, на мой вопрос.

— Принесите, пожалуйста, воды, — произнес свою просьбу я.

— Сейчас, — ответила мне сестра. После чего раздались щелчки шагов, а за ними и шум воды. Кросс поднесла стакан к моим губам и я осторожно перехватил его рукой.

— Ого, вы уже можете двигаться, — удивлённо произнесла она. Ага, только прилагая к этому титанические усилия. Я на ощупь нашёл ровную поверхность рядом с собой и поставил стакан.

— Сестра, не могли бы вы проводить меня до уборной? — я попробовал сесть, что у меня получилось, но я заработал лёгкое головокружение.

— Конечно, — произнесла она и потянула меня за рукав халата, ведя меня в туалет.

Я быстро сделал свои дела и помыл руки. Это всё же больница, как-никак. Я вернулся на свою кровать. Мне показались странными размеры некоторых предметов. Унитаз оказался слегка большим, раковина низковатой, как впрочем и кровать. Сев на последнее, я решил размять руки и шею. Прикладывая некоторое усилие, я всё же смог похрустеть фалангами пальцев и размять шею. И наконец-таки почесаться. Не сильно, но всё же почесаться. Пока я продолжал ловить кайф от движения, к нам зашла доктор Редхард.

— Вы уже можете двигаться? — с небольшим удивлением произнесла доктор. Я повернул голову в сторону её голоса.

— Ага, — согласился я с ней, продолжая ощупывать своё тело в поисках рубцов. Коих не оказалось, зато была мягкая и безволосая кожа.

— Прекрасно, Вы быстро идёте на поправку. Глаза не печёт? — поинтересовалась Редхарт, подходя ко мне.

— Нет, всё в норме, док, — ответил я на её вопрос.

— Прекрасно, сегодня вечером мы снимем с Вас повязку, — а вот это хорошие новости, я смогу наконец-таки видеть!

— Спасибо, док. Это хорошие новости, — после непродолжительного разговора и беглого осмотра сестра Кросс и доктор Редхарт ушли.

Ближе к вечеру я лежал в постели, напевая тексты и мотивы заученных мною песен. Дверь в мою комнату открылась и ко мне, судя по щелчкам шагов, зашло целое заседание КПСС.

— Я так понимаю, время пришло? — задал я вопрос, ни к кому не обращаясь.

— Вы правы, — ответил мне чуть взволнованный голос доктора Редхарт.

— Ну тогда вперёд, — весело произнес я, садясь на край кровати.

— Не торопитесь, в первый раз это надо сделать в темном помещении, чтобы не повредить глаза. Так что мы вас отвезём, — ко мне подкатили какую-то низковатую кресло-каталку, в которую я охотно и бесцеремонно плюхнулся.

— Вперёд, товарищи! — попытался я спародировать Ленина.

И видимо, у меня получилось, ведь кто-то еле слышно усмехнулся. Меня докатили до лифта, который резко рухнул вниз. От неожиданности я до хруста в пальцах вцепился в подлокотник инвалидки. Мы прошли ещё несколько поворотов, после чего меня закатили в просторное помещение. Катили меня долго, около минуты примерно.

— Мы сейчас снимем повязку и будем постепенно включать лампы, чтобы ваши глаза, могли привыкнуть, — произнесла взволнованным голосом доктор Редхарт.

— Хорошо, давайте начнём, — с энтузиазмом ответил я.

С меня сняли повязку и я медленно открыл глаза. Хоть в помещении и было темно, но те крупицы света, что проглядывали из под тёмных штор, неприятно резанули по зрению. Ну да, после столького времени, проведённого в непроглядной тьме, и спичка сваркой покажется. Быстро проморгав, я привыкнул к тому свету. Спустя минуту под потолком зажглись бледные лампы. Их тусклый и слабый свет едва разбавил мрак, царящий в комнате, но этого хватило, чтобы проступили очертания комнаты. Хоть граница и стала слабо видна, но света было ещё не достаточно.

— Давай еще, док. Со мной всё в норме. — ответа я не получил, но зажглись ещё лампы. Эти были ярче в несколько раз, это позволило мне понять, что я нахожусь в огромном зале.

— Ещё, — теперь отъехали занавески у дальних окон, впуская в зал вечерний свет.

Редхард, видимо, поняла время моего привыкания к свету. Когда все занавески были убраны, а зал был наполнен светом вечернего солнца, я осмотрел свои руки, а после перевел взгляд на окно.

Я не смог сдержать радости и с криками "ура" бросился к окну. Моё привыкшее к серости Зоны зрение было приятно удивлено. За окном оказались самые обычные зелёные деревья и трава. На удивление, чистое и голубое небо, с медленно заходящим оранжевым солнцем. Мне от счастья и удивления перехватило дыхание, а сердце пропустило удар. Как же я скучал по такому виду.

Уже развернувшись в желании бежать к Редхард, чтобы обнять её и в смерть расцеловать. Я сделал только первое, резко развернулся и впал в ступор. Потому что передо мной стояла целая орава разноцветных лошадей. Я уже было хотел схватиться за пистолет, как тут же отдернул себя от этой идеи. Я ещё с минуту вглядывался в этот табун, пока из этой оравы не вышел высокий худощавый парень славянской внешности. Он стал медленно подходить ко мне, я же стал пятиться от него. Быстро бросив взгляд за спину и не найдя выхода. Я понял одно — бежать мне некуда.

— Тихо, парень, тебе ничего не грозит. Мы не причиним тебе вреда. — произнес парень, похожим на голос Артура.

— Ага, так я тебе и поверил, контролёр ебливый, — проговорил я, продолжая отступать дальше к стене. Видимо мои слова ввели его в небольшой ступор, но он быстро собрался.

— Я не тот, о ком ты думаешь, я самый обычный человек, — продолжал уверять меня так называемый Артур.

Я упёрся спиной в стену. Вот же блядство! Мне никуда от него не деться. Парень остановился в метрах в трёх от меня. А я быстро сканировал огромный спортзал в попытках придумать выход из этой непроглядной задницы.

— Я прошу тебя успокоиться, я реагировал точно также. И нет, ты не сошёл с ума. Всё, что ты видишь — более, чем реально, — Артур продолжал меня убеждать, пока из табуна этих разноцветных лошадок не вышла белоснежная кобылица с гривой цвета утреней авроры. Она была примерно на голову выше меня, а её огромный рог делал её ещё выше. Я невольно засмотрелся на неё и присвистнув произнес:

— Хера себе, вот это Дуся агрегат, — услышав это, Артур невольно усмехнулся. Подойдя поближе к парню кобылица заговорила. Да, блять! Заговорила, как человек.

— Приветствую тебя, Бэр, — проговорила она мягким и нежным голосом. Когда она произнесла это, на меня будто гора упала. Я был в таком ахуе от этого, что словами описать трудно. Мне казалось, что у меня сейчас глаза из орбит вылезут.

— Тебе и в правду нечего бояться. Тебе не причинят здесь вреда, — продолжала говорить кобылица с мягкой улыбкой.

Нет, это, блять, не может быть правдой! Есть несколько вариантов развития событий. Либо я сдох в той аномалии, либо я всё же выжил, но мои мозги выжгло нахрен. И для обоих вариантов я слишком много думаю. Не знаю, что на меня нашло, но я просто сполз по стене на пол и закрыв ладонями лицо, тихо засмеялся. Заебись, я сдох, и Зона не придумала ничего лучше, как наслать на мою и так ёбнутую голову глюки в виде пони и одного человека. Это. Просто. Ахуенно!

— Бэр? — осторожно произнесла кобылица, делая неуверенные шаги ко мне. Я поднял на неё взгляд. На меня смотрела пара фиалковых глаз.

— С тобой все в порядке? — с беспокойством в голосе спросила меня кобыла.

— Ага, — кивнул я, поднимаясь обратно на ноги. Я направился к креслу-каталке и не думая плюхнулся в него, от чего оно отъехало на несколько сантиметров. Лошадки выстроились передо мной полукругом.

— Вот это меня штырит, — из толпы вышла белая пони с розовой гривой и хвостом, на её голове находилась белая шапочка с эмблемой красного креста.

— Бэр, вам это не кажется. Мы все реальны, — проговорила поняшка голосом доктора Редхард. Ну вот, на кой хуй!? На кой я курил эту траву Ашота!? Думал я, пока смотрел на белую пони в медицинской шапочке.

— Она права, — произнес Артур, подходя ближе. — Это всё реальность, — продолжал убеждать меня Артур. Меня начало уже это знатно раздражать.

— Б-р-р-р, как же, — прорычал я в ответ. — А я Мерлин Монро, что вышла из спальни президента США после дикого траха, — резко ответил я.

— Терзай себя сомнениями сколько душе угодно, но факт остаётся фактом. Это реальность. Ты в другом мире, — произнес Артур, доставая из кармана небольшую книжку, похожую на паспорт, и протягивая её мне.

Взяв книжку, которая — о чудо! — оказалась паспортом, и открыв её на второй странице с фотографией, я охренел. Это оказался мой паспорт. С фотографии на меня смотрел двадцатилетний русый парень.

— Эпифанцов Сергей Александрович, — полностью вслух прочёл я свои фамилию, имя и отчество.

— С возвращением с того света и добро пожаловать в Эквестрию, Серёг. — похлопал меня по плечу Артур. А я уже полностью осознал, что попал в полную и беспросветную задницу.

## Глава Вторая. Мир новый, а привычки старые.

После небольшого объяснения в том зале, я, Артур и Твайлайт шли по небольшому саду, находящемуся аккурат под окнами Кантерлотского госпиталя. Лавандовая единорожка шла по левую руку от меня, а Артур шёл позади, отставая на шаг. Видимо, опасается, что я выкину какую-нибудь подлянку. Пока мы прогуливались по саду, я невольно шарахался от каждого звука, что издавали местные птицы в кронах деревьев. Дойдя до ближайшей лавочки, на которую я и сел, ко мне присоединилась Твайлайт, а Артур встал напротив.

— Всё ещё не может уложиться в голове реальность происходящего? — спокойным голосом спросил меня Артур.

— Ага, — мрачно ответил я. Ещё раз для убеждения я бросил внимательный взгляд на Твайлайт. Тяжело вздохнув и поняв, что меня не глючит, я с лёгкой улыбкой произнес:

— Уж лучше бы меня глючило от травы. Понять бы было легче, — Артур усмехнулся, а Твайлайт вопросительно приподняла ушки.

— Что? — произношу я, замечая нерешительное желание единорожки спросить меня о чём-то.

— Ты на протяжении всего пути кажешься напряжённым и готовым в любой момент броситься бежать. Сначала я думала, что это из-за незнакомых тебе мест и мира. Но теперь мне так не кажется. Можно узнать, почему? — с интересом и небольшой робостью в голосе спрашивает меня Твайлайт. Я откинулся на спинку лавочки, глубоко вздохнул и произнёс:

— Представь себе мир, полный опасных тварей и неизвестных по своей природе аномальных образований, что готовы порвать тебя в клочья лишь за один неверно сделанный шаг, — кажется, я до усрачки напугал единорожку. Вон как глаза таращит. Но я всё равно продолжил рассказ.

— Так что приходилось быть всегда настороже и в случае опасности быстро реагировать. Сколько раз на моих глазах неопытные сталкеры, пренебрегая внимательностью и чувством опасности влетали в аномалии или вовремя не могли завидеть опасного мутанта, что вечером вышел из своего логова поохотиться, — всё, теперь я её конкретно напугал. Она аж трястись начала от страха. Её рот открывался и закрывался в беззвучном крике.

— Но в вашем же мире нет такого? — задал я вопрос с ноткой смеха, стараясь вывести единорожку из пучины первобытного страха.

— Н-нет, нету, — немного заикаясь и не до конца выйдя из наваждения от предоставленной картины, произнесла Твайлайт.

— В этом мире вообще мало опасностей. Можно сказать, что их практически нет, — стал объяснять Артур реакцию Твайлайт на мой рассказ. — А пони сами по себе мирные и впечатлительные. Так что не удивляйся, если какой-нибудь пони будет смотреть на тебя и обходить десятой дорогой, — закончил он своё объяснение, когда Твайлайт уже пришла в себя.

Из ближайших кустов, что росли рядом с лавкой, выпрыгнул прямо ко мне на ноги серый кролик. Все мои инстинкты совместно с реакцией тела сработали на мгновение быстрее, прежде, чем я успел подумать, что это обычный кролик.

Удар, и кролик пролетел около двух метров прежде, чем приземлился в цветочную клумбу. Спустя мгновение ошарашенная моими действиями Твайлайт сорвалась с места на помощь к пострадавшему кролику. Я же ещё несколько секунд приходил в себя от испуга. Рог Твайлайт окутало непонятной аурой, а через несколько секунд из клумбы выпрыгнул вполне здоровый кролик, но завидев меня, он в мгновение ока спрятался за ногой единорожки, что смотрела на меня, как на врага народа.

— Во имя Селестии! Зачем ты это сделал!? Ты мог навредить ему! — грозно произнесла единорожка, не сводя с меня своего взгляда. Всё моё нутро сжалось, а чуйка стала бить тревогу о том, что сейчас меня будут медленно убивать. Надо быстро придумать выход из этой ситуации.

— Так он сам виноват. Зачем так неожиданно из кустов прыгать? У него что, инстинкта самосохранения нет? — тут же оправдался я, но Твайлайт это не убедило, а только сильнее разозлило. — Да и вообще, не забывай откуда я пришел, — напомнил я единорожке. После этих слов черты её мордашки смягчились, тело расслабилось, а дыхание стало более спокойным.

— Скажи спасибо, что тут нет Флаттершай. Она бы вообще тебя прибила, — с небольшой усмешкой произнес Артур.

— Она бы так никогда не поступила, — уже более спокойно ответила Твайлайт.

— В тихом омуте, в тихом омуте... — неоднозначно произнес Артур, провожая взглядом быстро убегающего кролика.

— Простите, — еле как выдавил я. Ну не привык я извиняться. Трупу твои извинения нахуй не нужны, а терзания совести в Зоне равносильны самоубийству. Вот я и стал равнодушным, а иначе бы не выжил.

— Тело сработало быстрее, чем я успел среагировать, — стал оправдываться я, чувствуя себя конченым мудаком. И отведя взгляд в сторону, стараюсь не встречаться со взглядом Твайлайт. Обалдеть! Прошу прощения у

единорожки и при этом ещё и чувствую себя мудаком.

— Всё в порядке, я тебя прощаю, — мягким голосом произнесла Твайлайт, протягивая мне переднюю ногу.

Я же, сжав ладонь в кулак, легонько стукнул по ней. К моему удивлению, я ударил по мягкой подушечке, а не твердому копыту. Закончив с этой прелюдией или препонией, я произнёс:

— А где мои вещи? — задал я вопрос, вспоминая что на мне было и быстро покрываясь седыми волосами.

— В замке принцесс, — ответ мне дал Артур, указывая на несколько высоких башен, что величественно возвышались над городом. — И не волнуйся, с твоими вещами всё в порядке... Отчасти, — эти слова меня чуть успокоили.

— Можем пойти прямо сейчас, — предложила идею Твайлайт.

— А доктора ничего не скажут? — чуть дрогнувшим голосом произнёс я.

— Не думаю, что они будут против. Ты практически выздоровел. Так что проблем быть не должно, — будничным тоном произнёс Артур.

— Согласна. Артура они отпустили практически сразу, — подтвердила слова Артура Твайлайт.

Меня постоянно мучил вопрос — откуда поняха так хорошо знает русский язык. Ведь когда я лежал слепой, как чернобыльский слепыш, я слышал красивые музыкальные трели, похожие на пение птиц. А тут вон трещит и не замолкает.

— Твайлайт, — безобидным тоном позвал я лавандовую единорожку. Она посмотрела на меня своими выразительными глазами.

— Да? — отозвалась та, не отводя взгляда.

— Это тебя и остальных Артур научил так ловко балакать на чистом русском? — задал я свой вопрос. На что получил звонкий смех от Артура и Твайлайт.

— Н-нет, — задыхаясь от смеха, ответил мне Артур. — Я обучил Твайлайт только основам русского языка, а ты разговариваешь на эквестрийском. Родной язык местных жителей, — я в шоке уставился на моих сопровождающих.

— Я вложила тебе в разум знание эквестрийского. Поэтому ты и понимаешь пони, — немного успокоившись, объяснила мне Твайлайт.

ЧИВО БЛЯТЬ!? Какая-то там фиолетовая поняха на манер контролёра залезла ко мне в голову и, прополоскав мои мозги, вложила знание эквестрийского!? Артур, заметив мой конкретный ахуй от ситуации, поспешил разъяснить.

— Не удивляйся, со мной проделали ту же процедуру, что и с тобой. И русский ты не забыл, — поспешно произнес он, говоря на русском.

Я тряхнув головой, быстро стал копаться в голове и произносить слова как на русском, так и на эквестрийском. По большей части это оказались многоэтажные маты. Твайлайт немного покосившись и кривясь от этой импульсивной тирады ругани, смотрела на меня непонимающим взглядом.

— Она не знает матов? — спросил я Артура, который с небольшой улыбкой наблюдал за процессом.

Соглашусь, мне хотелось сначала избить Артура, а потом и Твайлайт. Не люблю, когда со мной делают что-то без моего разрешения. Пару раз я попадал под пси-атаку контролёра. Тот ещё аттракцион. Советую всем, кто поскорее хочет расстаться с мозгами и превратиться в покладистого зомби. После этого, я купил старенькую СВУ-АС и стал отстреливать этих мразей издалека. Благо, добрый дядя Яр дал пару уроков снайперской стрельбы и обращения с винтовкой.

— Нет, но я не удивлюсь, если до неё уже дошел смысл некоторых слов, — ответил Артур, искоса смотря на Твайлайт.

— Да, но если бы ты помог мне в этом. Я бы знала гораздо больше, — мило насупившись от злости, гордо ответила Твайлайт.

— Э, нет, подруга. Это давай ты без меня, я не хочу получать по шее от её величества Селестии, за то что обучил тебя таким словам, — тут же оправдался Артур. Твайлайт грустно опустила голову и тяжело вздохнула.

— Б-р-р-р, если вы закончили выяснять отношения, то, может быть, уже отправимся в замок? Я хотел бы вернуть свои вещи, — раздражённо произнёс я, поднимаясь с лавки.

— И то верно, — согласился Артур.

— Угу, — произнесла Твайлайт, спрыгивая с лавки на землю.

И мы всей компашкой двинулись обратно. Зайдя в больницу, я ещё раз поблагодарил докторов, и мне разрешили оставить больничный халат. Я обещал, что верну долг, как только появится возможность. Доктора, а в особенности Редхард, старались отказаться от такого предложения.

В общем, сошлись на том, что они в любой момент могут рассчитывать на любую помощь с моей стороны. Ещё раз завалив докторов фразами благодарности, мы всё-таки отправились в замок принцесс. Первое что меня насторожило, так это то, что у замка мало охраны. Пара белоснежных единорогов со светлыми гривой и хвостом, облаченные в сверкающие золотые доспехи, и пара точно таких же пегасов, что изредка летали кругами над замком. Они показались мне слишком слабыми, чтобы расценивать их как угрозу. Хотя Зона их знает, что они могут. Стоит быть настороже.

Попав внутрь замка, я ожидал увидеть, что всё будет блистать от позолоты и дорогих камней. Представьте моё удивление, когда я увидел, что всё оказалось наоборот. Нет, в редких местах присутствовало золото и драгоценные камни, но их было мало. В общем, замок местных правителей, а точнее правительниц был устроен скромно, но со вкусом. Я даже стал отчасти симпатизировать им. Через несколько шагов нас встретил стражник и попросил проследовать за ним. Проведя нас по нескольким бесконечным коридорам и лестницам, он привёл нас к небольшой двери.

— Вот ваша комната, — спокойным и чётким голосом произнёс стражник.

Я и Твайлайт прошли спокойно, хвала моему росту. А вот Артуру, что выше меня примерно на голову, пришлось пригибаться.

— Принцессы хотят видеть вас после заката дня, — отчеканил стражник.

— Спасибо, — ответила Твайлайт, и стражник чётко отработанными движениями развернулся на месте и ушёл прочь.

Я оглядел комнату. В углу стояла небольшая кровать, видимо, предназначенная для пони, рядом стояла небольшая тумбочка, по середине был стол, окружённый подушками, а у стены слева находилась пара мягких кресел.

— Херасе, вот это хоромы, — присвистнув от удивления, произнёс я, садясь в кресло и направляя взгляд в окно.

— Не забывайте, вы в другом мире и в замке принцесс, — напомнила весёлым с улыбкой голосом Твайлайт.

— Б-р-р-р, помню, — хмуро ответил я. Не люблю, когда мне напоминают об очевидном. Твайлайт, видимо, не ожидала такого ответа и приняла его за упрек, отступив назад.

— Прости, — извиняющимся тоном проговорила единорожка.

Я бросил на неё и Артура короткий взгляд. Твайлайт, понурившись, опустила голову, а Артур хмуро смотрел прямо на меня. Я же, поняв, что единорожка приняла мои слова и тон близко к сердцу, решил извиниться. Не стоит портить отношения в первые дни знакомства с этим миром.

— Извини, просто для меня это всё в новинку. Вот и реагирую на всё в своем стиле, — произнёс я, и Твайлайт тут же пришла в себя и улыбнулась.

— Хорошо, — уже более весёлым тоном ответила единорожка.

— Ну вот и хорошо, — так же с улыбкой произнес я и тут же добавил. — А где мои вещи-то? Что-то я их не наблюдаю, — я ещё раз окинул комнату внимательным взглядом.

— Их должны принести с минуту на минуту, — только и успела произнести Твайлайт, как в двери постучали.

Артур открыл их, и в комнату вошел стражник, неся за собой в слабо светящимся облачке три разнокалиберные коробки, которые были щедро замотаны в белую пленку. Стражник молча поставил коробки на стол и всё так же молча ушел.

— Отлично, — хлопнув и потирая ладоши, произнес я, подходя к ближайшей коробке.

— Я лучше выйду, — произнесла побледневшая единорожка и вышла за дверь.

Я же, не отрываясь, разорвал плёнку и открыл коробку. В нос ударил до боли знакомый сладковато-медный запах засохшей крови и разложения. Артур тут же открыл окно, выпуская запах наружу.

— Мда, хреново дело, — мрачно произнёс я.

Доставая из коробки обожженный и местами разрезанный сталкерский комбинезон Заря-М3. Этот комбинезон сделал для меня лично дядька Яр по моей просьбе. Он взял за основу всем знакомую севу и свободовский страж М2. В итоге вышел отличный комбинезон, что хорошо защищал от пуль, радиации и некоторых аномалий по типу Жарки, Электры, Жгучего пуха и ещё пары других.

Теперь же он напоминал лохмотья зомбированных сталкеров, что любят шататься по территории завода "Янтарь" и на границе выжигателя. Я внимательно осмотрел костюм, вдруг его ещё можно починить. Керамические бронепластины и кевларовые вставки были целы. Видимо, медики не смогли их разрезать. Зато смогли разрезать его вокруг пояса, отделив верх от низа.

Я тихо выругался сквозь зубы и продолжил осмотр. Было порезано всё, что можно. Рукава отделены, штанина так и вовсе порезана на лоскуты. Всё это конечно можно будет зашить, но вот о надёжности можно будет забыть навсегда. Я отложил комбинезон в сторону и достал окровавленную и так же превращенную в рваные лохмотья тельняшку. БЛЯТЬ! Ну это уже гадство! Я сдержал порыв обматерить тех, кто это сделал. Они всё-таки мне жизнь спасали тогда. Так что нехуй ругать их из-за каких-то тряпок, но всё равно было жалко, особенно за комбинезон.

Я, закончив осматривать одежду, закинул её обратно в коробку и, закрыв её, перешёл к следующей. Повторив манипуляции с плёнкой, я снова погрузился в исследование содержимого. Там оказалось моё оружие. Я опустил коробку на пол и стал выкладывать оружие поочередно на стол. Первым был АК-200 в относительном состоянии. Пластиковые части местами расплавились, но это не беда. Главное, что ствол не повело и автоматика затвора ходила исправно. Об остальном можно не беспокоиться. Я привычными движениями рук легко произвел неполную разборку автомата и стал осматривать детали. Артур, что наблюдал за происходящим, сухо произнёс:

— Лучше тебе это оставить, — пробормотал он, продолжая наблюдать.

— Б-р-р-р, тебя забыл спросить, — огрызнулся я, собирая калаш обратно.

Всё было в хорошем состоянии. Конечно, его требовалось немного почистить, заменить местами пластик и обильно смазать. Оружие же оно, как девушка: любит ласку и смазку. Но даже так калаш был в порядке и готов к бою. Я собрал всё воедино, сделал холостой спуск, поставил на предохранитель и, пристегнув магазин, отложил автомат в сторону. Артур подошёл ближе и произнёс:

— Тебя могут неправильно понять. Принцессы и так напряжённо относятся к тебе, — жёстко произнёс он.

— Угу, — равнодушно кивнул я, доставая из коробки Браунинг в кобуре из ударопрочного пластика.

А вот мой любимый Браун намертво застрял в сплавившейся кобуре. Хвала яйцам, что не сдетонировали патроны, а то прощай, пистолет и часть правого бедра. Деревянные накладки, которые я собственноручно сделал, сгорели практически полностью. А застывший пластик намертво обернул пистолет по самую рукоятку.

— Послушай, — начал Артур. — Если ты явишься на встречу с оружием, принцессы могут неправильно понять.

Я даже представить не могу их реакцию, — закончил читать мне мораль Артур. Я осторожно положил пистолет на стол и повернулся к нему.

— Б-р-р-р, а теперь послушай ты, — начал жёстко я. — Мне глубоко насрать, что решат там эти принцессы. Я не собираюсь тут надолго оставаться. Мне, блять, до пизды, как они там отреагируют. Это, ебать их в рот, моё оружие и мои вещи. И я буду носить его там, где захочу и когда захочу. Если им что-то не нравится, пускай убедят меня в обратном. Если смогут, то так тому и быть. А если нет, то пускай идут на далёкие хуи к псевдопсам. Это, блять, надеюсь, понятно? — жестоко закончил я, попутно сжимая и разжимая кулаки.

Ох, как же мне хочется съездить ему по роже. Меня даже охранники бара "Сто рентген", Гарик и Жора, не смогли убедить расстаться с любимым оружием. В итоге, мы с Фёдорычем сошлись только на пистолете. Артур напрягся, было ясно, что я уложу его с пары ударов. Слишком огромная разница в силе, он, видимо, тоже понимал это прекрасно.

— Поступай, как знаешь, — сухо произнёс он и, чуть отойдя, плюхнулся на ближайшую подушку.

Я же, не ответив, продолжил распаковать вещи. На дне коробки лежала связка ножен с пятью чёрными метательными ножами. Ножны, сделанные из грубой прорезиненной ткани, обгорели, но были в относительно сносном состоянии.

Все ремни и пластиковые застёжки были целы. Твайлайт, видимо, услышав нашу перепалку, приоткрыла дверь и засунула голову. Она тут же скривилась от запаха, что витал в комнате.

— Кхе, у вас тут все хорошо? — поинтересовалась она, зажимая нос копытом.

— Всё в норме, Твай, — с лёгкой улыбкой ответил Артур.

Я же пытался пристегнуть ножны, скреплённые ремнями, обратно на левую руку. Твайлайт завидев непонятные для нее предметы, что лежали на столе, подошла на трёх ногах, внимательно смотря на них.

— Не трогать, — тут же предупредил я единорожку.

— Что это? — все ещё с зажатым носом, произнесла Твайлайт.

— Оружие, — мрачно ответил Артур, переводя тяжёлый взгляд на меня.

Я же закончил застёгивать широкие ремни, одобрительно окинув взглядом ножи. Ножны сели, как влитые. Ремни чуть давили на руку, но это и понятно. Надел практически на голую руку. Я достал последнюю вещь в этой коробке. Это оказался ещё один нож — самый простой и надёжный охотничий нож. Его ножны практически не обгорели, я достал его на свет. Широкое отполированное до блеска лезвие хищно блеснуло в свете солнца. Твайлайт, завидев такое, в ужасе уставилась на него.

— Не бойся, — спокойно произнёс я, убирая клинок обратно в ножны. — Применять не буду. Пока, — уверил я ее. Но это ее не убедило.

— В каком смысле "пока"? — дрожащим голосом произнесла единорожка.

— Пока на меня не нападут или не будут представлять угрозу, — тут же заверил её я.

— Но тебе ничего не грозит, — чуть успокоившись, произнесла Твайлайт.

— Как знать, как знать, — ровным голосом ответил я, убирая всё, кроме метательных ножей, обратно в коробку.

Калаш, конечно, можно было бы и оставить, но он слишком громоздкий. Да и брать его на встречу с принцессами как-то не удобно. А вот пять небольших ножичков идеально подойдут.

— Пони мирные и не причинят вреда. Мы против насилия, — начала твердить лавандовая единорожка.

— Успокойся, Твайлайт, — равнодушно отозвался Артур. — Я пытался ему это объяснить. Но он не слушает. — закончил он, разводя руки в стороны.

— Б-р-р-р, вы ещё долго мне на мозги капать будете? — начал раздражённо я, принимаясь за третью коробку.

Я уже знал, что там лежит, но мне было интересно другое. Цела ли гитара? Вот этот вопрос меня мучил не меньше, чем боеспособность и состояние оружия. Раскрыв коробку, я тут же извлёк на свет потрепанную временем шестиструнную гитару.

Я с облегчением выдохнул, ведь гитара была цела. Хвала соскам снорка, она каким-то образом уцелела. Конечно, её чуть подпалило, местами лак потрескался и вздыбился мелкими пузырьками, но это всё чинится и полируется. Я провёл кончиками пальцев по струнам. Гитара ответила расстроенным звучанием. Скривившись, я принялся крутить колонки и настраивать её на слух.

— Это музыкальный инструмент? — с интересом в голосе спросила Твайлайт.

— Угу, — протянуто промычал я, настраивая самую паскудную и тонкую первую струну.

Кое-как настроив гитару, я с отцовской любовью провёл пальцами по струнам. Гитара ответила уже более мелодичным тоном. Я не сдержавая прорыва улыбки, наиграл пару нот. Твайлайт позабыв о вони, что практически выветрилась, стояла уже на всех четырех ногах и завороженно смотрела.

— Ты хочешь сыграть? — поинтересовалась у меня единорожка.

— Не сейчас, — с усмешкой ответил я. — Чуть позже, после разговора с принцессами, — убрав гитару в сторону, я достал на свет походный рюкзак и положил его на стол.

Он меня не сильно интересовал, больше всего меня интересует состояние двух контейнеров для артефактов. А точнее их содержимое. Я достал со дна коробки: два небольших, размером с ладонь, чёрных цилиндра. На их металлической поверхности было несколько царапин и потёртостей. В них должны были находиться два полезных и редких артефакта: Лунный свет и Пузырь. Открыв первый, я тихо и яростно выругался. Некогда горящий мерным, кислотно-зеленым светом Пузырь превратился в чёрный и бесполезный кусок камня.

— Что там? — с непосредственным интересом спросила Твайлайт.

Я перевернул контейнер и некогда полезный артефакт с гулким стуком упал на столешницу. Твайлайт внимательно осмотрела причудливой формы чёрный, как уголь, камень.

— Некогда полезная вещь, — с небольшой грустью ответил я, открывая второй контейнер и уже представляя, что там.

Да вот только хер лысого снорка там плавал. Голубая сфера светилась чуть ярким мягким светом. Я осторожно достал артефакт голой ладонью. Конечно, это опасно — брать артефакт голой рукой, но если быть аккуратным и не делать резкий движений, то всё будет нормально. Стоило мне только дотронуться до Лунного света, как по моей руке пробежал слабый электрический разряд. Было ощущение, будто всю руку кололи тысячи маленьких и слабых иголочек. Вытащив артефакт на свет, я внимательно осмотрел его. Все, кто находится в комнате, тут же обратили на него внимание.

— Что это? — завороженно и не отводя взгляда, произнесла Твайлайт.

— Артефакт, — сухо ответил я, продолжая осмотр Лунного света.

— Какой красивый, — произнесла единорожка и уже потянула к нему копыто. Я тут же убрал его.

— Я кому говорил ничего не трогать? — чуть жёстко произнес я.

— Прости, — чуть запинаясь, произнесла резко пришедшая в себя Твайлайт.

— Как он работает? — тут же задал вопрос Артур.

— В смысле? — ответил я вопросом на вопрос.

— Что он делает? — уже более точно задал вопрос Артур.

— Придает огромную выносливость носителю, но понижает сопротивление току, — ответил я, убирая артефакт обратно в контейнер и закрыв крышку.

На этом я закончил осмотр вещей и быстро сложил всё, что можно в рюкзак. Благо, место там оставалось. Оказалось, разгрузка и пояс со множеством подсумков лежали в нём. Они даже не пострадали, не считая пары обрезанных строп на разгрузке. Места оказалось мало, но мне всё-таки удалось впихнуть невпихуемое и рюкзак треща молниями, закрылся. К сожалению, остатки одежды пришлось оставить в коробке.

Гитару я привязал на свободные стропы рюкзака, а вот калаш теперь придётся постоянно таскать в руках. Рюкзак слишком огромный, чтобы носить автомат на плече. Я взглянул в окно. Солнце только начало уходить за горизонт, а значит времени было ещё много.

Так что, поставив рядом с креслом автомат, я отвязал гитару от рюкзака и устроившись по удобнее в кресле, я по тупой привычке несколько раз провел пальцами по струнам.

— Ты всё-таки решился сыграть? — с небольшой усмешкой произнес Артур.

— Не только сыграть, но и спеть. Время все равно ещё есть, — ответил я. Твайлайт всё время наблюдавшая за моими движениями, словно под гипнозом, произнесла:

— Я хотела бы услышать это, — я немного искоса посмотрел на Твайлайт.

— Сейчас всё сами услышите, — и с лёгкой улыбкой на лице я взял первый аккорд.

Я решил сыграть песню группы Небеса — "Дурак". По-моему, она идеально подходила для моей ситуации.

Как только песня закончилась и затухли последние звуки гитары. Мы ещё с пол минуты сидели молча.

— Ого. Никогда ничего подобного не слышала, — произнесла Твайлайт. — Хотя песня немного грустная. О чём она? — спросила единорожка.

— О человеке, что совершил очень маленькую, но в тоже время огромную ошибку, которая стоила ему жизни, — ответил я на вопрос единорожки.

Солнце практически скрылось за горизонтом. Я отложил гитару в сторону и поднялся с кресла.

— Идём, не будем заставлять принцесс ждать, — произнёс я, идя к выходу.

Мои сопровождающие тоже поднялись и направились к выходу. Пока мы петляли по бесконечным коридорам замка, моя чуйка начала потихоньку поднимать бунт и бить тревогу. Мне это очень не нравилось. Пока мы поднимались по винтовой лестнице в одной из башен, моя чуйка настолько взбунтовалась, что вдоль позвоночника пробежала холодная волна дрожи.

Я конечно шёл и не подавал виду, но вот ощущения мне, ой, как не нравились. Хотелось сорваться с места и бежать обратно в комнату за автоматом. Кажется, зря я его там оставил. Жопой чую, зря оставил.

Мы поднялись в башню и пройдя несколько коридоров, оказались у двери. Меня бил жуткий озноб, будто в окружение аномалий попал, откуда нет выхода. Вида я конечно не показывал, но вот желание сорваться и бежать было. Артур легонько постучался.

— Войдите, — раздался мелодичный голос из-за двери.

Артур вошёл первым, а за ним и мы с Твайлайт. Мы оказались в просторной комнате с выходом на огромный балкон. Моё сердце пропустило удар, а по телу пробежала предательская волна страха.

Моему взору предстали две величественные кобылицы, что сидели за чайным столом, на котором стояли чайные принадлежности с тортиками. Первую я видел ещё в больнице, когда с меня сняли повязку, но вот вторая. Это была та самая, что мне приснилась ночью. Та же грива, та же шерстка и даже глаза были одинаковыми. Я старался успокоиться, но всё было без толку. Чуйка била тревогу, а тело потихоньку начало деревенеть.

— Артур, Твайлайт, не могли бы вы нас оставить? — мягко и с такой же мягкой улыбкой, произнесла белая кобылица. Артур и Твайлайт не проронив не слова, вышли за дверь.

— Прошу, присаживайся, — произнесла белая кобылица, указывая крылом на подушки возле стола. Я же собрав последние силы воли, прошёл твёрдыми шагами к столу и сел по-турецки.

— Не надо нас бояться, — произнесла она, попивая чай. Мой взгляд метался между ними. Пока тишину не нарушила белая кобылица.

— Меня зовут Селестия, — начала она. — А это моя сестра Луна. — она показала на темную кобылицу. — Мы являемся принцессами и правителями Эквестрии. — закончила представляться Селестия. Я ещё раз окинул взглядом моих дознавателей и тоже решил представиться.

— Эпифанцов Сергей Александрович, сталкер по прозвищу Бэр, — сухо ответил я. Селестия отпив немного чая, произнесла:

— Как ты сюда попал? — меня трясло в их присутствии. Чуйка подсказывал, что что-то не так. Тут какой-то подвох.

— Не знаю. Последнее что я помню, что попал в аномалию. После очнулся тут. — ответил я правдой. Селестия и Луна переглянулись.

— Зачем я тут? — задал я вопрос, перебив Селестию.

— Для беседы, — ответила мне белая принцесса. Это меня нихуя не успокоило. Есть ещё что-то, но вот что? Что они хотят узнать?

— Хочешь ли ты власти? — спросила Селестия, вводя меня в небольшой ступор.

— Нет, — ответил я чуть дрогнувшим голосом.

— Хочешь ли ты принести вред Эквестрии? — продолжила задавать вопросы Селестия.

— Все зависит от того, как будут относиться ко мне, — расплывчато ответил я, ни на что не намекая.

— А именно? — решила уточнить она.

— Если ко мне будет проявлена агрессия, я отвечу тем же, — решительно ответил я. Селестия нахмурилась.

— Ты убивал? — задала она вопрос, холодным как лёд вопросом.

— Смотря, кого вы имеете в виду? — ответил я вопросом на вопрос.

— Себе подобных, — уточнила Селестия.

— Да, — ответил я и видимо шокировал обеих принцесс. Они переглянулись удивлёнными от ответа взглядами.

— З-зачем? — дрожащим от удивления и, видимо, от страха голосом спросила Селестия.

— Чтобы самому остаться живым, — холодно ответил я. Чуйка просто взбесилась, она то успокаивалась, то тут же поднимала тревогу.

— Ясно, — холодно произнесла Селестия. — Нам нужно прикоснуться к твоему разуму.

Услышав эти слова, я в одно мгновение перекатился, поднялся на ноги и положил руку на ножи, готовясь к броску. Принцессы тоже не стояли на месте, они быстро поднялись и приготовились. Ишь чего удумали, подчинить меня решили. Мутанты херовы. Только через мой труп.

— Успокойся, мы не причиним тебе вреда, — начало было Селестия, но ее перебила Луна.

— Я же тебе говорила, сестра, он опасен, — грозно произнесла она. Я стоял готовый в одно мгновение выбросить метательные ножи.

— Зачем вам это? — спросил я, всё ещё готовый в любой момент броситься в атаку.

— Чтобы просмотреть твою память и по лучше узнать тебя. — ответила мне Селестия. Ага, блять, так я вам и поверил.

— А может мне вам ещё и рога отсосать? — злобно произнёс я. Ответа не последовало. Рог Луны засветился в мгновенно ослепляющей вспышке. Я же выхватив два ножа, метнул их в принцесс, попутно теряя сознание.

## Глава третья. Время назад.

Свежий деревенский воздух. Я качусь на велосипеде вниз по крутому спуску. Небольшие колёса детского велосипеда подпрыгивают на мелких неровностях. Я только вчера научился кататься на двухколесном велосипеде и относительно держать равновесие. Приятный ветер обдувал моё радостное детское лицо. Колесо на полной скорости подлетает на мелком камне. Я вылетаю из седла. Удар, разодранные в кровь колени и локти. Иду домой, ведя рядом велик. Дома ругань матери и тёплая улыбка отца.

Мне шесть лет, мы переезжаем на окраину города. Сентябрь, первый класс, нас фотографируют. Мы толпой стоим на фоне школы. Проходит три года и снова переезд. Я иду в новую школу. Первая драка со старшеклассниками. С костяшек рук содрана кожа, нос разбит и болят ребра. Под глазом виднеется огромный синяк. На следующей день мы с матерью и отцом идём к директору.

Проходит год, снова переезд, но теперь в другой город. Новая школа, новые друзья. Я сижу за столом в своей комнате и делаю уроки. В комнату заходит отец.

— Привет, шалопай, — все с той же мягкой, но такой тёплой улыбкой произносит он. Поворачиваю голову и вижу его стоящего на пороге в мою комнату.

— Папа! — с радостью выкрикиваю я, бросаясь обнимать его.

— Тише, сына, раздавишь папку, — смеётся он, обнимая меня своими сильными руками.

От него пахнет бензином, машинным маслом и мазутом. Отец всегда работал водителем каких-нибудь машин. Вот и сейчас, он устроился работать дальнобойщиком. Из-за работы он не часто бывает дома, но когда он приезжает, то всегда привозит много вкусностей и игрушек. Только в этот раз он привез детскую пневматику. На следующий день я бежал из школы домой, желая по быстрее начать учиться стрелять. Конечно, из такой пневматики разве что по нарисованной на картоне мишени стрелять, но всё равно, это было весело. Отец с детства приучал меня к оружию и армейской дисциплине и ответственности. Он старался воспитать во мне волевого человека. Обучал меня основам бокса и самообороны. Учил со мной уроки. Летом он берёт нас с мамой в рейс под предлогом посмотреть страну.

Огромный Freightliner едет по дороге, держа путь на запад страны. Отец держит одной рукой руль, а во второй сигарету. Из старого CD-проигрывателя раздаются песни про водителей тягачей и тяжёлых машин. За окном пролетает меняющийся пейзаж. Бескрайние поля сменяются точно такими же бескрайними лесами. Изредка мы въезжаем в города и деревни. За время поездки мы успели проехать несколько десятков городов и рек, сделать невесть сколько фотографий. Мы бывали в Москве, Нижнем Новгороде, Екатеринбурге, Казани и даже в Уфе, и вернулись обратно домой.

Прошёл год. У отца случился инсульт где-то по дороге домой и правую половину его тела парализовало. И даже так, он как-то умудрился приехать домой. На работе ему дали отгул и он вернулся домой. Мама его тогда долго ругала и таскала по больницам. Прогноз вырисовывался страшным. У отца оказался рак мозга четвёртой стадии. Он ещё некоторое время находился дома, но с каждым днём ему становилось все хуже и хуже. Дело дошло до того, что он стал бредить. Мама каждый раз вызывала скорую, которая в конце концов вовсе отказывалась приезжать. Не выдержав этого, сестра мамы договорилась с каким-то хосписом, куда и увезли отца. Мама раз в два дня ездила навещать отца. Один раз в воскресенье она меня спросила:

— Серёж, — произнесла она усталым голосом.

— Да, мам? — ответил я, глядя на уставшую маму. Она сильно похудела. Из пышной и жизнерадостной женщины она превратилась в худую и уставшую тётку.

— Хочешь съездить со мной проведать папу? — спросила она меня. Лучше бы я тогда отказался.

Мы вышли из теплого автобуса на зимние и холодные городские улицы и скрепя снегом под ногами, мы пошли между домов. И пришли к небольшому четырёхэтажному зданию. Войдя внутрь, нас встретила медсестра и после недолгого разговора и заполнения нескольких бумаг нас отвели в палату к папе. Он лежал в кровати, уставившись пустым взглядом в потолок. К нему было подключено множество приборов и несколько капельниц. Он серьёзно исхудал и был похож на живой скелет, обтянутый кожей. Вся правая часть лица оплыла, из-за чего казалось, что она вот-вот отделиться от головы. Я не мог проронить и слова.

— Не боись, парень. — проговорил мужчина, что находился в одной палате с папой. — Местные доктора и не таких вытаскивали с того света. — эти слова придали мне частичку надежды. И я с улыбкой взглянул на маму. В уголках её глаз блестели слезы.

— Дядя прав, Серёж. Папа скоро поправится, — произнесла она с дрожью в голосе.

Мама попросила сестру принести ей таз с водой и мягкую губку. Получив через несколько минут, что она просила, мать скинула с груди отца одеяло. Представшая перед моим, на тот момент двенадцатилетним взглядом, картина на всю жизнь осталась в моей памяти и по сей день. Чёрные вены плотной паучьей паутиной опутывали всю грудную клетку папы. А выступавшие рёбра только дополняли картину.

Прошло примерно полгода с нашего визита к папе. Я с другом сидели за компьютером и играли в какую-то видеоигру. Настроение было приподнятое, мы шутили над игровым персонажем, как телефон мамы, что лежал на столе, зазвонил. Я взял трубку.

— Добрый вечер, я диспетчер, — весёлым голосом произнес я в трубку.

— Здравствуйте, это вас из хосписа беспокоят, — ответил мне глубокий мужской голос. Моё сердце пропустило удар. Из хосписа звонят только в двух случаях. И один из них мне очень не нравился.

— Подождите минуту, я передам телефон маме, — произнес я дрогнувшим голосом и понёс телефон матери.

Мама взяла телефон, поднесла его к уху. Она резко побледнела, а из уголков её глаз покатились слезы.

На похороны отца приехало много людей. Тут были все его друзья, родственники и знакомые. Даже его друзья по работе оставили свои машины в других городах и прилетели сюда на самолёте. Поминки провели скромно, в церковной столовой. Все поминали отца добрым словом и вспоминали весёлые случаи с его участием. Тогда я узнал, что среди дальнобойщиков гуляет забава — давать друг другу прозвища и клички. Моего отца звали "Гав-гав". Он всегда так говорил, когда хотел сократить рассказ.

С того момента в моей жизни что-то оборвалось. Мама долго не могла смириться с потерей отца. Она несколько ночей провела у себя в спальне и накрывшись одеялом, плакала. Потеря папы всем далась трудно, но время идёт, а с ним уходит боль, но шрам на душе останется навсегда. Я закрылся в себе, начал тайком курить и прогуливать школу. Я никого не хотел видеть. Огромное спасибо бабушке, что вправила нам с мамой мозги. Мама устроилась на работу, а я стал чаще ходить в школу. Первые годы без отца давались трудно. Денег часто стало не хватать.

Недолго думая, в свои тринадцать лет устроился на работу на всё лето в гараж дальнобойщиков в качестве помощника механика. Мужики не стали отказываться и обучили меня основам ремонта ходовой части автомобиля. Также, я получил навыки обращения с разными инструментами и наладке двигателей. Работа была тяжёлой, но я и не думал отступать, деньги были нужны, как воздух. Поэтому я работал и впитывал всю информацию, которую мне рассказывали. Лето закончилось и начался учебный год. Начался он для меня трудно, желание учиться не было от слова совсем. Мы с другом частенько прогуливали уроки и тайком смолили одну сигарету на двоих. Конечно, об этом узнала мать, сделала мне выговор, но это ничего не дало.

Спустя ещё полгода мама встретила моего отчима. На первый взгляд, он был толковый мужик средних лет, но какой же падалью он оказался внутри. Когда напьется, постоянно кричал, что знает каких-то там блатных и что мы ему обязаны, ведь это на его деньги мы живём. Так продолжалось около года, пока я не получил паспорт. И вот, мы с другом празднуем получение паспорта. Две полторашки пива уже лежат под столом, на всю катушку орёт музыка. Мы праздновали это в доме моего друга. Его родители были на работе допоздна и поэтому нам никто не мешал.

Мой телефон зазвонил, я собрав пьяный взгляд в кучу, пытался сфокусироваться на номере, но всё тщетно. Поняв это, я не глядя, отвечаю на звонок.

— Алле, — произношу я практически пьяным вусмерть голосом. В трубке раздавались прерывистое дыхание и всхлипы.

— С-сына, ты где? — раздается заплаканный голос матери. Всё моё опьянение, как ветром сдуло.

— У Санька. Мам, ты плачешь? Что случилось? — произношу я растерянным голосом. Саня завидев меня, тоже быстро пришел в себя.

— Юра, — тихо всхлипнув, произнесла мама. — Он опять напился. — на фоне ее голоса раздался ещё один, а после глухой звук удара, мама вскрикнула и звонок прервался. Переизбыток гормонов и алкоголя в крови в теле подростка тут же дали о себе знать. Меня заполнила первобытная и слепая ярость. Я резко поднялся со стула.

— Чего случилось, братка? — тревожным голосом спросил меня Саня.

— Отчим опять избивает маму. — сквозь зубы прошипел я, попутно одеваясь.

— Я с тобой, братка, давно пора ему рога обломать, — произнёс Саня и тоже стал быстро одеваться.

Нам с Саней не впервой было драться против старших. Так что мы не боялись и решительно побежали ко мне домой. Прибежав, я быстро зашёл в навес и взял огромный гаечный ключ, что был услужливо приварен к метровой трубе. В гараже дальнобойщиков они валялись сплошь и рядом. Вот и отец когда-то притащил один такой домой. На кой он ему понадобился, не знаю. Но сейчас, он как нельзя лучше подойдёт в качестве стальной биты. Схватив ключ, я бегом влетел в дом и оказался на кухне.

Из спальни мамы раздавались тихие всхлипы и громкий храп. Мы с Саней влетели в комнату и застали неприятную картину. Мама сидела вжавшись в угол с разбитым лицом, а отчим во всю дрых, развалившись на всю кровать. Саня, не долго думая, схватил его за шею и с силой сдернул на пол. От удара головой об пол он тут же проснулся.

— Ах, вы, щенки сучьи! — взревел он пьяным голосом. — Да я вас поубиваю сейчас нахер! — он попытался подняться, но мы ему не дали этого сделать, обрушивая на него град из ударов.

Даже в пьяном и яростном угаре, я четко осознавал, что бить по голове такой битой нельзя, убью его с нескольких ударов. Но как же мне это хотелось сделать. Какая-то там паскуда тронула мою маму и ещё пытается качать права!? Нет, я этого так просто не оставлю. Мы быстро пересчитали ему ребра, из-за чего ему пришлось вызвать скорую. Его увезли в больницу, а нас с мамой и Саньком в отделение полиции. Там мы дали показание, я просил маму написать заявление, но она отказалась. После этого случая, отчим стал бояться меня и бросил пить. По крайней мере, на какое-то время.

Я окончил школу с подавляющим количеством троек. Хотя, напротив предметов "физика" и "математика" стояли твёрдые четвёрки. Отстояв самую скучную линейку в своей жизни и наконец-то получив аттестат, я не долго думая, свалил с фотосессии всего класса домой. У меня был довольно скудный выбор дальнейшей учебы. Либо технарь радиофизики, либо институт железно-дорожника. Я выбрал второе в желании стать машинистом, но судьба такая сука.

В институте оказался перебор, как и в технаре, но мне позвонили из колледжа iT-технологий и предложили место и я, не думая, согласился. Колледж находился в другом городе, но это меня не остановило. Конечно, я думал, что буду конструировать роботов или создавать для них каркасы, но реальность оказалась куда проще.

Я попал на курс системных администраторов. Какая же это скука — сидеть за компьютером и налаживать виртуальную сеть ip-адресов. Но были и счастливые моменты: я быстро завёл среди студентов несколько друзей и даже умудрился начать встречаться с девушкой со старшего курса.

Её звали Александра, моя первая несостоявшаяся любовь. Она была старше меня на два года и уже оканчивала учебу на профессию повара. У неё не было родителей и я оказался практически единственным, кто стал заботиться о ней. Мы вместе гуляли по городу до позднего вечера и нередко встречали закаты на крышах многоэтажных домов в компании вина. По окончанию учёбы власти города были обязаны предоставить ей жильё. Они предоставили ей в расположение однокомнатную квартиру на окраине города.

Я же, не долго думая, собрал свои вещи из общаги и съехал к ней. Так мы и жили вместе до окончания учебного года. Я множество раз пытался уломать её на секс, но все мои попытки были тщетны. То у неё гости из Краснодара, то она боится, что кто-то узнает и тому подобные причины. В конце концов меня это достало и мы под конец учебного года разошлись.

Летом, мама с отчимом решили переехать в деревню и начать держать своё хозяйство. Переезд оказался быстрым. Хороший, крепкий дом на окраине деревни рядом с границей леса. Хорошее место, тихое. Отчим купил несколько голов домашнего скота, в том числе и корову. С продажи домашнего молока и масла мы выручали неплохие деньги. Жизнь потихоньку стала налаживаться.

Начался второй учебный год. Я ходил на пары, встречался с друзьями, да и вообще жил. В середине учёбы, на втором курсе я повстречал ещё одну девушку по имени Катя. Она училась на дизайнера. Низенькая, милая и застенчивая девушка в красивых очках. Она терялась на фоне наштукатуренных в десять слоев косметики, расфуфыренных куриц. Конечно, наученный жизненным опытом в прошлом, я не стремился подходить к ней. Но опять же, жизнь та ещё сучка и от нее никуда не денешься.

Мы с моим другом Женей стояли на железнодорожной платформе в ожидании нашей электрички. В тот день на улице стоял сильный мороз и электричка, как назло, опаздывала.

— Пиздец, Жек! Я сейчас коньками к земле примерзну, а губами к сигарете! — громко выругался я, трясясь от холода.

— Блять, Серег. Заебал пиздеть, сейчас они подойдут, — ответил Жека, точно также трясясь от холода. Тут с весёлым криком на спину Жекича прыгнула какая-то девушка.

— Алёнка, мать твою! Вы где пропадали? Мы тут чуть от холода не окоченели, — произнёс Жека отпуская стройную девушку из дружеских объятий.

— Прости, мы в магазин по дороге зашли, — тут же оправдалась Алёнка. — Кстати, познакомьтесь — это Катя, моя подруга. — произнесла Алёнка, показывая на низенькую девушку в запотевших от дыхания очках.

— Всем привет, — мило произнесла Катя, махая нам красной от холода ладонью. Моя, к тому моменту десятисантиметровая, борода чуть не отвалилась от лица, а сердце пропустило удар, но я быстро взял себя в руки.

— Хай, — с небольшой улыбкой поприветствовал их я. — А теперь давайте зайдём в здание вокзала, а то у меня скоро хер отмёрзнет. — произнёс я, выкидывая недокуренную сигарету.

— Серёга, бля, можешь быть чуть милее. Тут всё же девушки. — упрекнул меня Женя.

— Ой, блять, иди нахуй, Жек. Они, блять, по хлеще нас с тобой будут, — огрызнулся я, достав из кармана новую сигарету и прикуривая её. Кате, видимо, это не понравилось и она назло мне встала рядом. Я, затянувшийся во все легкие, выпустил огромное облако табачного дыма и пара. Катя тут же зашлась в приступе кашля.

— Да ебать, — протянул я, выкидывая только что прикуренную сигарету. Женя с Алёнкой тихо засмеялись.

— Вот видишь, — усмехнулся Жека и тут раздался гудок запоздавшей электрички. Мы быстро забрались в теплый вагон и отправились домой.

С той встречи прошло ещё немного времени. Я частенько видел Катю в колледже. Но так и не решался подойти. Да и на кой я ей такой вообще сдался. Она отличница, а я чуть ли не самый отстающий в группе. Мне не очень нравилось учиться на сисадмина, так что я частенько забивал на пары огромный болт. Из-за чего и стал отставать. Да и тем более, дуэт пай-девочки и анархиста бывает только в сопливых сериалах на подобии Сумерек. Но всё сложилось как раз-таки так, как в этих гребанных сериалах. Как-то раз, хорошенько нажравшись водки и выкурив очередной косяк с другом по имени Толя, меня дёрнул чёрт написать ей и рассказать о своих чувствах. Конечно, я не рассчитывал на ответные чувства, но всё вышло с точностью до наоборот.

В конце нашего разговора она решила подумать и дать ответ на следующей день, я согласился подождать. Естественно, ответа не последовало. Но когда меня это останавливало? Так что, не долго думая, я стал стучать ей в личку. Ответ не заставил себя долго ждать. Мы договорились встретиться завтра у меня дома. Естественно, я не рассчитывал ни на что, кроме тихого разговора, чая и домашней работы по некоторым предметам. Так что придя с пар домой, я быстро навёл порядок на квартире, что снимал с начала учебного года.

К счастью убирать, кроме пары пустых бутылок из под крепкого алкоголя, было нечего. Я всегда поддерживал дома относительную чистоту. По пути домой я накупил гору всяких вкусностей и чисто для себя — бутылку красного вина. Похмелье после вчерашнего никуда не делось. И вот дождавшись вечера, я плюхнулся за стол и стал делать философию. Через некоторое время мне написала Катя. И я накинув на плечи куртку, вышел на улицу встретить ее.

— Ты чего такой раздетый вышел то!? — вскрикнула Катя, завидев меня. Стоящего в домашних штанах, футболке и с курткой на плечах.

— Так на улице же тепло, — повседневным тоном ответил я.

— Какой тепло!? Минус 25 градусов! — начала спорить она и мило дуться.

— Ну я же говорю, тепло, — усмехнулся я, заходя в подъезд. — Идём, а то чай остынет. — подходя к двери в квартиру, я открыл дверь.

— Дамы вперёд, — произнес я, отходя в сторону и жестом приглашая пройти.

— Спасибо, — с милой улыбкой произнесла она, проходя в квартиру. Я помог снять Кате верхнюю одежду. Мы сели за стол, я налил ей чай и только хотел налить себе вина, как Катя произнесла:

— То есть, ты будешь пить вино, а девушка чай? — лукаво спросила она.

— Жека рассказывал, что ты не пьешь, — усмехнулся я и принес второй бокал.

— Мало ли, что они говорят, — с улыбкой произнесла она, беря наполовину полный бокал красного вина.

— Тоже верно, — ответил я, беря свой бокал. Раздался звон ударяющихся друг о друга бокалов. На учёбу был положен огромный и тяжёлый болт. А нас поглотил разговор. К концу бутылки Катя была уже изрядно пьяна.

— Мда, плохая была идея. Тебя в таком состоянии в общагу не пустят, — констатировал я факт. — Придется тебе у меня ночевать. — произнёс я, убирая со стола бокалы.

— А ты приставать не будешь? — заигрывающим тоном произнесла она.

— Вот ещё, — усмехнулся я. — Я что, по-твоему похож на полного отморозка, что накачивает алкоголем красивых девушек, а потом тащит их в койку? — Катя окинула меня вопросительным взглядом.

— А откуда мне знать? Вдруг это правда, — произнесла она. Я громко рассмеялся.

— Ага, а ещё я вампир-насильник и пью кровь девственниц, — продолжал смеяться я, но меня прервал неожиданный и в тоже время страстный поцелуй Кати.

От неожиданности я на мгновение растерялся, но инстинкты взяли верх. Грубо повалив Катю на расправленный диван, мы поддались любви. Сладкие стоны удовольствия и терпкий запах пота двух бьющихся в экстазе тел заполнили маленькую квартиру. Я крепко и грубо сжимал её грудь, она же, как голодная волчица впивалась зубами в мою шею в попытках сдержать стоны удовольствия. Мы не могли остановиться. Я двигался с каждым разом быстрее, получая в награду всё более громкие и сладостные стоны. Изредка мы делали перерывы, чтобы отдохнуть, но не проходило и пяти минут, как мы снова занимались сексом. И так прошла большая часть ночи. На утро никто из нас так не смог подняться на пары. Нам было глубоко плевать на всех. Сейчас мы были тут, рядом друг с другом.

Так прошел год наших отношений. Меня в конце концов отчислили, из-за чего Катя и мать устроили мне небольшой скандал. Но всё быстро устаканилось, я нашёл работу в одной из столярных мастерских и остался жить с Катей в одной квартире. Мы вместе выходили из дома. Она на учебу, а я на работу.

Жизнь шла своим чередом. Казалось, всё налаживается. У меня есть любимая девушка и более менее стабильный заработок, но всё в жизни когда-нибудь заканчивается. Мастерская закрылась и я остался без работы. За квартиру нечем было платить. Кате пришлось вернуться в общагу, а мне домой к отчиму и матери. Так прошло примерно с год. Мне исполнилось девятнадцать. Матери предложили стать директором сельского клуба и она согласилась.

Отчим стал рабочим по обслуживанию здания. А я отказался работать в клубе за какие-то там пять тысяч. Мне нужны были деньги и срочно, ведь я хотел сделать Кате предложение. Так что я стал быстро просматривать все свободные вакансии в городе. Мне повезло. В одной фирме по укладке и обслуживанию дорог требовались рабочие руки. Так что собрав манатки, я рванул в город. Прошел комиссию и стал работать в бригаде асфальтоукладчиков. Мы укладывали этот асфальт в любую погоду.

К сожалению, я так и не смог накопить нужную сумму. Да ещё и умудрился вывихнуть коленную чашку правой ноги и разорвать мышцы. Пришлось две недели валяться в больнице в разгар лета. Ко мне каждый день прибегала Катя и приносила каждый раз что-нибудь вкусное. Она умела отменно готовить. То суши ручной работы, то ещё какой-нибудь деликатес притащит. Как только я стал мало-мальски ходить с гипсом на всю ногу, я умудрился удрать из под присмотра врачей к Кате домой.

Спустя пару недель я вышел с больничного. И хотел я было вернуться на работу, как мне приходит сообщение, что меня уволили.

— Паскудство! — выругался я, смотря на сообщения в телефоне.

Где чётко и ясно написано, что меня просят забрать документы. Конечно, я забрал документы и снова вернулся домой. Пришлось устроиться на работу в клуб и качестве второго рабочего. С Катей начались скандалы и ругани. В итоге мы разругались в пух и прах, но чувства тяжёлым осадком осели на дне сердца. Как только я вернулся домой и стал делать большую часть работы по дому и клубу, у отчима появилось свободное время, которое он весело проводил в компании бутылки деревенского самогона.

Мать не выдержала этого и с громким скандалом выгнала его из дома. И вот, мы с матерью остались вдвоем. Жили, работали и держали хозяйство. Я стал работать в клубе не только в качестве рабочего, но так же проводить дискотеки и быть звуковым оператором. Но всё это было не по мне. И вот, как-то раз, сидя за ноутбуком, я наткнулся на интересное видео. Там два парня с оружием, шли по каким-то дебрям леса и рассказывали о какой-то Зоне. Что там водятся смертельные мутанты и невидимые глазу аномалии.

Я, конечно, не воспринял это всерьёз, но потом я стал натыкаться на упоминание об этой загадочной Зоне, всё чаще и чаще. Кто-то рассказывал о драгоценных артефактах, что стоят каких-то невообразимых денег. Кто-то рассказывал о том, что за части тел каких-то там мутантов тоже платят большие деньги. Меня это зацепило и я быстро нашёл координаты этой загадочной Зоны. То оказалась чернобыльская зона отчуждения.

Я загорелся желанием поехать туда и узнать правду. Так что быстро собрав вещи и навешав лапши на уши родственникам, я отправился в Украину. Прибыв туда, я быстро сориентировался по карте. Спасибо дядь Паше, нашему соседу, что в прошлом был лесником. Так что прибыв к границе так называемой Зоны меня поймал военный патруль и они мне быстро разъяснили на кулаках, куда мне следует идти. Я с разбитой рожей ввалился в ближайший кафе-бар и занял свободное место у стойки. Я заказал себе поесть и стал ждать заказа.

— Эй, парень, — позвал меня кто-то из-за спины и положил тяжёлую ладонь на плечо. — Ты не то место занял. — произнёс грубый голос.

— Катись к черту на куличики, — злобно произнёс я, не оборачиваясь и скидывая руку с плеча.

— Да я вижу, ты совсем края попутал, — продолжал всё тот же голос. Я резко развернулся и увидел перед собой мужчину средних лет крупного телосложения. Ростом он был практически на голову ваше меня.

— Послушай, дядя, — начал я. — Мне глубоко плевать кто ты и что ты. Я пришел сюда поесть и отдохнуть. У меня и так день не задался, так что отстань по добру, по здорову. — мужик лишь ухмыльнулся.

— Пойдём-ка выйдем, — предложил он. Я знал, чем заканчиваются такие предложения и был готов к этому.

— Ну пойдем поговорим, — произнес я, спускаясь со стула и направляясь к выходу следом за мужиком. Мы вышли на улицу и зашли за угол бара. Тут мне прилетел прямой удар в нос. Резкая боль, в голове зашумело, а из носа двумя тонкими струйками побежала кровь.

— Запомни раз и навсегда, парень. Тут все места заняты. Так что катись ка от сюда. — произнес он, пока я поднимался на ноги.

— Да ты охренел, дядя. — сквозь зубы прошипел я, попутно высмаркивая кровь из носа.

Следующий удар я поймал в захват и заломил руку противника за спину. Он взревел от резкой боли. Но физические силы были не равны. Развернувшись на месте, он прямым пинком отправил меня в полет на пару метров. Упав на спину, я перекатился и принял стойку. Мой противник понимал свое превосходство надо мной, но и я тоже не пальцем деланный. Быстро сократив дистанцию, я нанес удар в челюсть, но тут же получил ответный удар в область печени. От такого я согнулся и отошёл на несколько шагов, но постарался побыстрее прийти в себя.

Мой противник, тоже не стоял на месте. Он уже старался сократил дистанцию и нанести удар с левой руки. Я увернулся и нанёс прямой удар, целясь в нос противника. К сожалению, я слегка промазал и всего лишь разбил ему губу. За то я получил знатный удар по рёбрам, что выбил воздух из лёгких. Не долго думая, я нанес косой удар со всего маха, в область виска. От такого удара мой противник пошатнулся.

— Не плохо, парень, — с улыбкой произнес мой противник, сплевывая кровь.

— Стараюсь, — ухмыльнулся я. Наш обмен любезностями прервал патруль каких-то военных.

— А ну стоять! — выкрикнул один из них, а второй наставил на нас дуло автомата. Тяжело сопротивляться, когда на тебя наставлено оружие. Так что мы остановились и подняли руки вверх.

— Опять ты, Бромов, за старое? — произнес первый, подходя к нам.

— Никак нет, старшой. Мы с этим пареньком просто обмениваемся дружескими рукопожатиями, — сказал мой противник и подмигнул мне.

— Рукопожатиями говоришь? А что нам скажет твой приятель? — произнес старшина, бросая на меня презрительный взгляд.

— Всё верно, мы просто обменивается рукопожатиями, — ответил я.

— Ну-ну, оно и видно, — сухо произнес старшина. — Ладно, хер с вами. Но чтобы больше на глаза не попадались. Всё, валите отсюда. — мы с Бромовым переглянулись и пошли обратно в бар.

— Тебя как звать? — спросил меня мой бывший противник, заходя обратно в бар и идя обратно к стойке.

— Серёга, — ответил я.

— Гриша, — представился мне Бромов, садясь на стул возле стойки бара. — Тебя каким ветром сюда занесло? — спросил меня Гриша, попутно показывая бармену три пальца.

— Б-р-р-р, а тебе-то что? — раздражённо произнес я, садясь на стул по соседству.

— Да мне-то ничего. Просто интересно. На кой хрен такой молодой парень припёрся в нашу дыру? — задал вопрос Гриша, беря два стакана с водкой и ставя один из них передо мной, — За мой счёт, — я не стал отказываться от такого.

— В Зону хочу попасть, — сухо ответил я, делая несколько маленьких глотков холодной, как лёд водки.

— На кой она тебе? — поинтересовался он у меня.

— Деньги нужны, — глухо произнес я, смотря в стакан.

— Как и всем. И есть более лёгкие способы их добыть. Так ещё раз, на кой оно тебе? — снова задал вопрос Гриша, отпивая водку.

— А потому что деваться мне больше некуда. Нигде нормальной работы нет. Ещё чуть-чуть и сами голодать будем. А мать у меня одна, отца нет. Деньги нужны. Так что, вот я и решил пойти сюда. Слышал, тут можно быстро поднять их. Так что не долго думая, я приехал сюда. Попытался пробраться за оцепление, так поймали, дали пинка и вот я тут, — рассказал я свою короткую историю, допивая остатки водки в стакане.

— Мда, Серёг, не повезло тебе, — произнес Гриша и по дружески похлопал меня по спине. — Так и быть, помогу тебе. Парень, вроде, ты толковый. Посмотрим, что из тебя выйдет. — я усмехнулся.

— Ага. И стану я настоящим матёрым сталкером, — после этих слов Гриша рассмеялся.

— Ну всё, парень, — сквозь смех произнес он. — Назвался сталкером — полезай в Зону. А она уж рассудит, кто ты на самом деле. — продолжал смеяться Гриша.

Мы выпили ещё и разговорились. Оказалось, что Гриша является опытным сталкером. И уже не первый год топтал Зону. Он обучил меня всему, что знал сам. За один год он сколотил из меня сталкера и обучил меня слушать свою природную чуйку. Так мы и ходили парой в Зону и таскали артефакты торговцу по имени Сидорович. Эта жадная скотина, конечно, брал артефакты, но по такой низкой цене, что удавиться можно было. Но это было только начало. С каждым разом, мы с Бромом заходили все дальше в Зону. Откуда я и начал таскать более дорогие артефакты.

Так мало-помалу я скопил небольшую сумму. Часть этих денег ушла домой вместе с письмом, а остальное пошло на покупку более лучшего оружия и снаряжения. Прошло ещё полтора года. Я и Бром, шли по заросшему бурьяном Рыжему лесу. Это была одна из самых опасных территорий. Зверьё не видно, а аномалии и подавно. Идти приходилось медленно и осторожно. Детекторы аномалии в таких местах начинали глючить и сходить с ума. Так что оставалось полагаться на старую добрую гильзу и сталкерскую чуйку.

— Стоять, — резко скомандовал я, вставая, как вкопанный.

Бром тут же остановился и вскинув дробовик, стал водить стволом из стороны в сторону. Чуйка била не шуточную тревогу. Достав гильзу, я наотмашь кинул её в сторону предполагаемой опасности.

— Ну, что там? — тихо спросил из-за спины Бром.

— Б-р-р-р, а сосыч его знает, — раздражённо бросил я, не понимая сработала аномалия или нет, — но трясет меня знатно. — произнес я, до боли в глазах вглядываясь в бурную растительность.

— Уверен, что там аномалия? — спросил меня Бром, ни на секунду не отрываясь от прицела дробовика.

— Б-р-р-р, а ты хочешь проверить? — переспросил его я с ухмылкой на лице.

— Ясно. Тогда пошли в обход. — сказал он и мы двинулись в обход. К сожалению мы поздно поняли, что попали в кольцо.

— Да что б его! — выругался Бром. — Паскудство, в кольцо попали. — произнес он, садясь на небольшой камень.

— И как из него выбраться? — спросил я, присаживаясь рядом.

— А никак. Приплыли мы, Бэр. Из кольца нет выхода, — развёл руками Бром.

— Хуйня, — ответил я. — Аномалии постоянно двигаются, значит скоро появится разрыв. — выдвинул теорию я.

— Ты забыл чему я тебя учил? Или только прикидываешься придурком? — с сарказмом в голосе спросил Бром.

— Б-р-р-р, отлично помню, поэтому и говорю, — раздражённо ответил я.

Мы провели несколько дней в плотном кольце аномалии. Как-то раз Бром пошёл посрать. Да так и исчез в кустах. Без следов и крика. Я тогда все кусты перелопатил, но его так и не нашёл, даже кучки говна не осталось. А через пару часов в кольце образовался разрыв. Через который я и ушёл.

Я тогда предположил, что Бром попал в телепорт. Я всю Зону облазил, но так и не нашёл его. Так летел год за годом. Я заработал неплохую репутацию среди сталкеров и группировок. Таскал разные артефакты по заказу и исследовал подземные лаборатории, коих оказалось много от слова дохуя. В большинстве своём они были заперты на хитровыебанные магнитные замки. Но кое-что из колледжа я всё-таки усвоил. Так что в некоторые лаборатории я смог попасть. И лучше бы я туда не лез. Они оказались забиты под завязку такой дрянью, что даже в самых страшных кошмарах не присниться. Люди воистину безумные существа, ведь все самые странные мутанты и монстры выходят не из темных и страшных пещер. Они выходят из светлых и чистых лабораторий.

И вот, возвращаясь как-то из очередной ходки за заказом, я вышел к КПП Свободы. Там я поговорил с Бобсом, после направился к торговцу по прозвищу Ашот. Отдал ему артефакт. Потом пьянка и игра на гитаре у костра. Приятный сон и не очень приятное пробуждение. Просьба Ашота доставить какой-то пакет. Поход через Свалку, приятный дурман в голове.

Тревожный треск за спиной, резкий разворот на месте и мгновенная паника. Запах озона и нежелание умирать. После, резкое успокоение и я протягиваю руку. Ослепительная вспышка и по телу проносится волна огня. Два дня в полной темноте, а после встреча с двумя принцессами. Неудачный разговор. Меня ослепляет яркая вспышка, я из последних сил метаю два ножа в их сторону и после темнота.

Я теряю сознание.

## Глава четвертая. Последствия

Сознание медленно возвращалось, прорываясь сквозь тягучую и тупую, головную боль. Я медленно приходил в себя. Перед глазами плавали круги и разноцветные мошки. Ощущал я себя, как после весёлой попойки, которая кончилась не менее весёлой дракой, где мне хорошо так настучали по голове. Мне всё же удалось сфокусировать свой взгляд. Перед взглядом предстал знакомый потолок моей больничной палаты. Справа раздался тихий всхлип. Я плавно повернул голову в сторону звука. В метре от моей койки сидели принцессы. Селестия обнимала крылом плачущую Луну. По мордочке Селестии так же стекали тихие слезы. От одного только взгляда на них меня переполняла злоба. Я хотел убить их.

— Артур был прав. Я допустила фатальную ошибку. Прости, — произнесла тихим голосом Селестия, сдерживая слезы. Я аккуратно поднялся и сел на край кровати.

— Суки, — прошипел я сквозь сжатые от злобы зубы. — Вы насильно залезли ко мне в голову и теперь просите прощения!? — выкрикнул я, поднимаясь на не твёрдые ноги. Убью паскуд. Пронеслась единственная мысль в голове.

— Мы искренне просим прощения, — произнесла Луна, отстраняясь от сестры и вытирая крылом слёзы с мордочки.

Я в одно мгновение сократил дистанцию и схватив обоих принцесс за шеи, со всей силы припечатал их в стену позади. Мне не удалось оторвать Селестию от пола, но вот Луна была ниже её, так что мне удалось поднять её на несколько сантиметров от плоскости. Я до боли в пальцах сдавил их шеи.

— Паскуды, — мёртвым голосом произнёс я.

Дверь в палату распахнулась, а через мгновение мою шею схватили в удушающий захват. Мне пришлось отпустить принцесс и они упали на пол, не в силах подняться. Я пытался вырваться из захвата.

— Успокойся, — произнёс Артур, оттаскивая меня от принцесс.

Артур был выше меня, так что съездить ему затылком по носу не представлялось возможным. Но я знал куда более действенный аргумент. Коротко замахнувшись, я нанёс удар левым локтем в область печени. Послышался тихий стон боли и руки на моей шее разошлись в стороны. Резко развернувшись на месте, я отправил Артура в короткий полёт прямым ударом ноги. Я развернулся обратно к лежащим на полу принцессам. Луна и Селестия зашлись в приступе хриплого кашля, стараясь восстановить дыхание. Селестия бросила на меня взгляд полного отчаяния. По её щекам бежали тонкие линии слез.

Я бросил на них презрительный взгляд, сплюнув под ноги и развернувшись, направился к выходу. Да, я хотел их убить и отомстить. Но что мне это даст? Никакая месть не вернёт прошлое и не загладит их вину. Так пускай они живут с осознанием своей ошибки. Я вышел из палаты и направился к выходу. Путь до замка не занял много времени. Возле входа меня встретили два стражника.

— Стой, кто идёт? — произнёс один из них.

— Спокойно, служивый, я гость принцесс, — ответил я, подходя ближе.

— Простите, проходите, — ответил всё тот же стражник.

Я вошёл на территорию замка. Благо я хорошо запомнил дорогу до своей комнаты. Попав в комнату, я первым делом привязал гитару к рюкзаку и повесил его за спину. После, взяв калаш в руки, я перевёл флажок из положения предохранитель в положение одиночного огня и шумно передёрнул затвор. Стало немного легче. Какое бы оружие не было, оно всегда внушает спокойствие и чувство силы. За спиной тихо раскрылась дверь. Я резко развернулся на месте и вскинул автомат. В прицел попали два аликорна и одна потрясённая и растерянная единорожка. Мы с минуту смотрели друг на друга.

— Только попробуйте что-нибудь выкинуть, тут же получите пулю, — холодным голосом произнёс я.

Я вообще ничего не чувствовал. Ни презрения, ни сочувствия, ни страха. Ничего, кроме тихого стука крови в висках.

— И куда пойдешь? — прошипела Селестия.

Через её белоснежную шёрстку на шее выступал огромный синяк от удушья. На Луне хоть он и не был виден, но я абсолютно уверен, у неё он гораздо хуже.

— Куда подальше, — резко ответил я, не опуская автомат.

— Прошу... — прошипела она, делая шаг.

Прогремел оглушающий выстрел. Тяжёлая пуля калибра 5,45 просвистела над головой белоснежной кобылы и ушла в стену позади. Все пони встали как вкопанные, и у всех дружно округлились глаза от страха.

— Я же сказал, что убью. Или кто-то из вас жаждет испытать мои слова на честность? — презрительно бросил я, глядя, как Селестия вернула копыто назад.

— П-почему? — дрожащим от страха голосом произнесла Твайлайт.

— Почему!? — удивлённо выкрикнул я. — А давай, Твайлайт, они к тебе в голову залезут и хорошенько прополоскают твой мозг? А ещё и попутно заставят вспомнить всё то, что ты так хорошо старалась забыть! — не сдерживаясь, выкрикнул я. Твайлайт с удивлением посмотрела на принцесс, а те лишь опустили взгляд в пол.

— Вы же это и с Артуром проделали? — с издёвкой в голосе спросил я.

— Да... — тихо ответила Луна. Было видно, что говорить ей очень сложно.

— Что прости? Я не слышу. Повтори пожалуйста, да по громче. — продолжал я свою издёвку.

— Д-да! — прохрипела Луна сорванным голосом. — Да, мы сделали это и с ним. — закончила она и зашлась тихим кашлем.

— Ну и как? Чьи мозги трахать вам понравилось больше? — с усмешкой произнес я. Принцессы не ответили, а лишь снова опустили головы. В комнате повисла тишина.

— Прости нас, — тихо произнесла умоляющим голосом Селестия.

— Пошли вон, — произнёс я, до боли сжимая зубы, чтобы не спустить курок.

— Но... — начала было Твайлайт, но я её перебил.

— Вон! — выкрикнул я. Принцессы переглянулись.

— Идём, Твайлайт, — тихо произнесла Селестия, разворачиваясь и выходя обратно в коридор.

По мордочкам пони бежали тонкие линии слёз. Твайлайт в последний раз бросила на меня умоляющий взгляд, от которого у любого бездушного и бессердечного сухаря дрогнуло бы сердце. Но не в этот раз. Я был очень зол и пуст внутри. Они вышли в коридор и я, опустив наконец оружие, закрыл за ними дверь. Замка, к сожалению, не оказалось, но второе кресло пришлось ему прекрасной заменой. Я твёрдо решил, что покину замок, как только настанет утро. Так что стоит отоспаться. Я быстро нашёл в рюкзаке часы и поставил их на семь утра. Хотя хрен его знает, как тут идёт время, но будем надеяться, что примерно, как и у нас. С этими мыслями я сменил магазин, ещё раз взглянул на коробку с разорванным комбинезоном.

— Мда, дерьмово вышло, — тихо произнес я. — Да и где теперь достать одежду? — задал я вопрос в пустоту. Тут раздался стук в дверь.

— Пошли к хуям собачьим! — выкрикнул я.

— Серёг, открой. Это Артур, — произнес голос из-за двери. Я отодвинул кресло и открыл дверь. Передо мной стоял Артур в руках он держал бумажный пакет.

— Чего хотел? — сухо поинтересовался я.

— Может впустишь и я всё объясню? — я отошёл в сторону и Артур прошел в комнату, поставив пакет на стол.

— Что это? — спросил я, с опаской глядя на пакет.

— Одежда и обувь, — ответил Артур и по очереди достал из него вещи. Одна тёмно-синяя футболка с длинным рукавом, штаны и обувь, чем-то смахивающую на кроссовки на высокой подошве.

— Спасибо и прости, что припечатал, — извинился я и стал быстро переодеваться.

— Да ничего страшного. Я тоже был очень зол, когда принцессы просмотрели мою память, — со смешком в голосе произнёс Артур, когда я закончил переодеваться. Рукава у футболки оказались чуть длиннее, как и полы у штанов. Длиннее они оказались лишь на несколько сантиметров — это не критично, но не приятно. Хотя, вот обувь оказалась как раз в пору.

— И ты простил их? — усмехнулся я.

— Конечно. Куда деваться-то? Они как-никак принцессы. Да и не похожи они на злодеев, — произнёс Артур и развёл руками.

— А то, что они мозги утюжат, так это, ты хочешь сказать нормально? — возмутился я.

— Они боятся нас и волнуются за подданных. На их месте я поступил бы так же. — серьёзно произнёс Артур. Я ненадолго задумался. В его словах была правда, но это всё равно ничего не меняет.

— Возможно ты и прав, но есть более мирные способы добиться хороших отношений, — привёл я свой аргумент.

— Согласен, но увидев оружие, они не на шутку перепугались. Я пытался достучаться до них, но это было бесполезно. Я тебе больше скажу, они вообще меня за телепата приняли, — рассмеялся Артур.

Я усмехнулся и устало покачал головой. Надо выпить. Возникла в моей усталой голове мысль. Не долго думая, я стал доставать из рюкзака пластиковую полутора литровую бутылку водки, два стирильных стакана и один армейский ИРП. Я открыл бутылку и в нос тут же ударил резкий запах крепкого алкоголя. Что уж говорить, никто так и не знает, как Фёдорыч гонит свой фирменный чернобыльский самогон? По Зоне уже бродят такие байки, что аж смешно становится. Кто-то говорит, что он его через какие-то артефакты цедит. Кто-то говорит, что он на них сначала брагу ставит. В общем, бред полнейший, хотя сам Фёдорыч всё ещё хранит секрет и раскрывать пока, как мне известно, не собирается.

— Будешь? — спросил я Артура, наполняя свой стакан на завсегдатые три пальца.

— Не откажусь, — ответил он и я так же наполнил его стакан.

— За встречу и знакомство, — произнес я и комнату наполнил удар бьющихся друг о друга стальных стаканов.

Спустя час в нас плавала примерно половина бутылки, а комната наполнилась табачной дымкой от моей сигареты. Мы рассказывали друг другу истории из наших жизней.

— Так вот, — сказал я. — Я из кустов выползаю, грязный, блять, как бюррер. А мне в затылок так аккуратно ствол тык и голос такой басистый вопрос задаёт: "А ты куды хлопчик ползешь?" — Артур слушал внимательно и не отрываясь.

— А ты ему что? — спросил он с явным интересом.

— Ну а я что? Я ему и говорю, что туда, и рукой в сторону Складовска показываю. А он мне такой: "А чего ты там забыл?". А я мозгом понимаю, что этот зомби-то, сука, не такой и тупой. И я ничего лучше не придумал, как ляпнуть, что срать хочу, — на минуту в комнате стоял дикий ржач.

— И что он ответил? — сквозь хохот и слёзы спросил Артур.

— Дык, ничего, автомат в сторону отвёл и всё. Я, конечно, тогда и вправду чуть полные штаны ёжиков не наложил, так что не долго думая, руки в ноги и дёру на пузе оттуда. Добрался спокойно, но на всю жизнь это запомнил, — закончил я рассказывать историю из своих многочисленных похождений по Зоне.

Я сделал последнюю затяжку и активно стал тушить окурок в импровизированной пепельнице, что была сделана из пустой жестяной банки из-под тушенки.

— Весело у вас в Зоне, однако, — с улыбкой произнес Артур.

— Вообще пиздец, особенно, когда патроны кончились. Так вообще цирк на выезде, — усмехнулся я, разливая по стаканам самогон.

— За что пьём? — спросил Артур, поднимая свой стакан. Я с минуту колебаний и разглядывания содержимого стакана с тяжёлым вздохом произнёс:

— За новую жизнь. Пусть в этом мире она будет лучше, чем в прошлом.

— Уж за это не беспокойся, — усмехнулся Артур и мы звонко ударились стаканами. Только мы выпили, как в дверь постучали.

— Открыто! — выкрикнул я, тут же закусывая овощным рагу из армейского ИРПа.

В комнату вошла Селестия и тут же зашлась тихим кашлем. Артур не долго думая, встал из-за стола и открыл окно. Большую часть дыма тут же вытянуло в настежь распахнутое окно.

— Доброе утро Артур, Сергей, — приветственно произнесла Селестия. Её голос был в порядке, а на шее отсутствовали какие либо следы.

— А уже утро? — удивился я, бросая взгляд через окно на улицу. По утреннему небу тихо поднимался солнечный диск. — Ого, нормально так посидели за столом. — с усмешкой произнёс я.

— Сергей, я... — начала было Селестия, но я её тут же перебил.

— Всё нормально, Ваше Величество. Артур мне всё объяснил, так что это Вы простите меня, — извинился я и Селестия мягко улыбнувшись, кивнула.

— А где Луна? — поинтересовался Артур.

— Отдыхает, ей это далось немного тяжелее, чем она думала. Так что она спит крепким сном, — с тихим смехом произнесла Селестия.

— Интересно, что же вы там увидели? — усмехнулся я и заметил, как Селестию передёрнуло от воспоминания. — Ну да ладно, проехали. Вы же пришли не просто проведать, так ведь? — сказал я, жестом приглашая Селестию сесть.

— Верно, — кивнула принцесса и продолжила. — Я хотела бы поговорить с тобой насчёт будущего. — произнесла Селестия с мягкой улыбкой.

— Не волнуйтесь, я найду себе место. Руки на месте, ноги тоже, да и голова вроде работает. Так что не пропаду. В крайнем случае, у меня есть гитара и я неплохо играю. По крайней мере, бродячих музыкантов никто не отменял, — усмехнулся я.

— Приятно это слышать, — улыбнулась принцесса. — Могу я послушать, как ты играешь? — спросила меня принцесса.

— Да, пожалуйста. — не стал я отказывать и взяв в руки гитару, на мгновение задумался.

А что мне сыграть то? Я скользнул взглядом по комнате и встретился взглядом с принцессой. В голову пришла одна песня группы Перезумпция невменяемости "Феникс". А что? Песня хорошая и весёлая. Так что не долго думая, я поудобней взялся за гриф гитары и начал играть:

— Разноси к чертям

Этот серый глупый мир,

Ты же как звезда,

Сумасшедший Альтаир!

Нечего скрывать,

Волю дай своим лучам

Лучше уж сгорать,

Чем истлеть по мелочам.

Принцесса и Артур слушали внимательно и не отвлекались. Я играл от всей души, не боясь критики и чего-то ещё. Это была одна из самых любимых моих песен.

— Так живи, играй, твори, танцуй.

Пой мне громче all you need is love.

И если нечего сказать – целуй,

Поцелуи лучше слов

Разноси к чертям,

Чтобы не смогли забыть

Как произошло

То, чего не может быть.

Сломан наш штурвал,

Прогорели тормоза

А мне их не жаль

А, я очень даже за...

Так живи, играй, твори, танцуй.

Пой мне громче all you need is love

И если нечего сказать — целуй,

Поцелуи лучше слов

Жар иссякнет и…

Вдруг закончится запал.

Так заведено,

Кто горел — тот пеплом стал.

Но один секрет ты ещё не знала.

Мы воскреснем и...

Выдох-вдох...

И всё сначала

Так живи, играй, твори, танцуй.

Пой мне громче all you need is love

И если нечего сказать — целуй,

Поцелуи лучше слов.

Когда я закончил играть, в комнате ещё с минуту стояла полная тишина. Мы наслаждались последними отзвуками гитары у нас в головах.

— Я впервые слышу нечто подобное, — первая нарушила тишину Селестия. — Это было необычно. — произнесла она.

— Сочту это за комплимент, — усмехнулся я, откладывая гитару в сторону.

— Ты уже определился, где будешь жить? — произнесла Селестия и у меня тут же округлились глаза. Ебанный стыд! Вот это я дебил. О всём подумал, а про крышу над головой нет. Надо срочно исправить.

— Пока что нет, — честно ответил я. — Да и денег ваших у меня нет. — с сожалением произнёс я, разводя руки в стороны.

— Я могла бы выдать тебе небольшую сумму в качестве начального капитала, — предложила Селестия.

Я с минуту стал раскидывать мозгами. Стартовый капитал — оно конечно хорошо, но на сколько его хватит? Надо срочно найти работу, но сначала нужно решить вопрос с жильем, не всегда же мне жить в замке.

— А каков размер этой гуманитарной помощи? — задал вопрос я.

— Десять тысяч бит, — спокойно произнесла Селестия. Ага, блять, и сколько это? Много или мало? Хотя, если судить по снисходительному кивку Артура, это довольно много. Что же, тогда будет грех отказаться от такой помощи.

— Согласен, — спокойно ответил я.

— Тогда я распоряжусь об этом. Также, я позволила себе вызвать вам повозку для поездки в Понивиль, — произнесла принцесса, поднимаясь из-за стола.

— Спасибо, Ваше Величество, — поблагодарил её Артур и принцесса вышла за дверь.

— Понивиль? — с недоумением спросил я Артура.

— Ага, провинциальный городок, что находится рядом с Вечнозелёным лесом. Милое местечко, тебе понравится, — с лёгкой улыбкой произнес Артур.

— Хорошо, уговорил, — усмехнулся я и стал убираться.

Я быстро сгрёб весь мусор в пустую коробку из под ИРПа. Не вежливо это — оставлять после себя бардак. Закончив с уборкой, я закинул на плечи рюкзак и взял в руки автомат. Коробку с остатками комбинезона я брать не стал. Броне пластины я уже вынул, а что насчёт кевлара, то что-нибудь придумаю.

— Ну всё, двинули, — произнёс я, и мы направились к выходу из замка.

На выходе нас встретил один из стражей и отдал мне внушительный, как по размеру, так и по весу, мешочек. Раскрыв его, я удивлённо присвистнул. Он был полон серебряных монет номиналом в пятисот бит. Я быстро нашёл для него место в и так забитом доверху рюкзаке. Выйдя из замка, я охренел ещё больше. Нас ждала не просто повозка, это была, мать его, летающая повозка! Два стража-пегаса уже были запряжены и готовы ко взлёту. Стоящая рядом принцесса Селестия мягко улыбнулась.

— Мы на этом полетим? — удивлённо спросил я.

— Да, — мягко ответила Селестия.

— А мы нигде не шмякнимся? Не охота, знаете ли, превращаться в кляксу на земле, — спросил я, с опаской глядя на повозку.

— Не бойся, я сюда прибыл на точно такой же, — усмехнулся Артур и залез в повозку. Мне не осталось выбора, поэтому тяжело вздохнув, я забрался следом. Усевшись поудобнее, я спросил:

— А принцесса с нами не летит? — Селестия лишь покачала головой в ответ.

— Сожалею, но нет. У меня много работы. Так что вы отправляетесь одни, — с небольшой печалью в голосе произнесла она.

— Что ж, тогда до скорой встречи, Ваше Величество, — произнёс я и склонил голову.

— До встречи, Сергей, — с улыбкой произнесла Селестия, после чего жестом приказала пегасам лететь.

Запряжённая двойка летунов, расправив крылья, сорвались с места, унося нас в небо. Пока мы набирали высоту, под нами проносились красивые здания Кантерлота. Приятный ветер обдувал лицо и я на мгновение почувствовал себя тем самым ребёнком, кем я был много лет назад. Гнал свой маленький велосипед с крутой горки. Я невольно улыбнулся.

— Красиво, правда? — спросил Артур, выдёргивая меня из ностальгических воспоминаний.

— Это точно, — согласно кивнул я.

Когда долго остаёшься в Зоне, ты не придаёшь никакого значения красоте окружающего тебя мира. В Зоне погода остановилась на вечно моросящей поздней осени. Постоянный мелкий дождь, слякоть и серость кругом. Ты не замечаешь её до какой-то поры. А потом и вовсе не придаёшь этому значения, потому что привык.

Но вот я вырвался из этого и как мальчишка радуюсь цветам вокруг. Закалённый жизнью в Зоне сталкер радуется зелени вокруг. И в тоже время до сих пор шарахается от хруста ветки и от пения птиц в кронах деревьев. Смех, да и только. Оказалось, что полёт до Понивиля займёт несколько часов, этот факт меня немного порадовал. Так как я не выспался ночью, стоит хоть чуть-чуть поспать. Так что, не долго думая, я пристроил рюкзак под голову и провалился в сон. Из сна меня выдернул Артур, тряся за плечо. Я по привычке тут же схватился за автомат.

— А? Что? Где? — тут же стал я быстро задавать вопросы.

— Да успокойся ты, — усмехнулся Артур. — Мы практически прилетели. — я облегчённо выдохнул и, опустив оружие, глянул вниз.

И вправду, примерно в километре виднелся небольшой городок с разноцветными крышами. Выглядел он со стороны мило и мирно. По улицам ходили разномастные пони, что направлялись по своим делам. Мы пролетели чуть дальше города и сели практически у леса. Поблагодарив пегасов, мы направились к кирпичному двухэтажному дому. Артур открыл дверь и жестом пригласил внутрь. Пройдя вперёд, я оказался в самой что ни на есть нормальной человеческой гостиной с лестницей на второй этаж.

— Неплохой домишка, — оценивающе произнёс я.

— Согласен, можешь занять любую свободную комнату на втором этаже.

Только крайнюю не занимай, там иногда одна пегаска гостит, — произнёс Артур заходя следом.

— Понял, спасибо, — только и успел ответить я, как в гостиную, предположительно с кухни, вышла светло-голубая единорожка с практически такой же гривой.

— Арт, ты вернулся! — весело произнесла она, но увидев меня остановилась. — Здравствуйте. — с осторожностью произнесла она.

Я бросил на Артура удивленный взгляд. Он, блять, что!? Успел уже в койку затащить единорожку!? Ну, а в принципе чего я ожидал увидеть-то? Красивую и миловидную девушку? Ага, блять, это если не считать, что людей на весь этот мир всего двое — это я и Артур. Тьфу, блять! Как-то по-пидорски прозвучало. Я перевёл взгляд обратно на единорожку.

— Привет. Зови меня Серёгой или просто Бэр. А тебя как звать? — поздоровался я. Единорожка на мгновение смутилась, но после расслабилась и весело ответила.

— Я Беатрикс Луламун, для друзей просто Трикси, — с улыбкой произнесла единорожка.

— Или просто Беата, — дополнил её ответ Артур с ехидством в голосе. Трикси немного надулась и показала язык. Это заставило меня слегка рассмеяться.

— Рад знакомству, — с улыбкой произнёс я.

— И я тоже, — уже более раскрепощённо ответила Трикси.

— Ладно, я пошёл, скину хабар, если вы не против, — произнёс я.

— Хабар? — с недоумением спросила Трикси.

— Вещи, — ответил я и направился на второй этаж.

Так, раз крайняя занята, то выберем соседнюю. Зайдя в выбранную комнату, я быстро окинул её взглядом. Ну что, самая обычная комната. Самая обычная кровать с рядом стоящей тумбочкой, примерно в центре стоял стул и небольшой столик, вот и всё. Ну, а мне больше не надо. Крыша есть и ладно, жить по крайней мере временно можно.

Я не стал пока разбирать рюкзак, а просто поставил его рядом с кроватью и так же рядом поставил калаш. Но вот пару монет я всё же с собой прихватил, так, на всякий случай. Выйдя из комнаты, я тут же направился вниз. В гостиной никого не было, но вот со стороны предполагаемой кухни, я слышал тихий разговор. Не долго думая, я тихо приблизился и стал слушать. Знаю, подслушивать плохо, но не раз подслушанный в баре разговор спасал мне жизнь. Так что нахуй совесть и моральные принципы.

— Он теперь будет жить с нами? — с небольшой тревогой спросила Трикси

.

— Ага, пока не построит свой дом, — сухо ответил Артур.

— Но ведь он может его купить? — с непониманием произнесла Трикси.

— Он человек, Беата, не забывай это. Ваши дома малы для нас, — ответил он ей и единорожка на мгновение замолкла. Видимо, задумалась.

— Да не волнуйся ты, Беата, он неплохой человек. По крайней мере, я так думаю, — произнёс Артур.

— Ну, если ты так говоришь, то я поверю, — с тихим вздохом произнесла Трикси.

— А у тебя были сомнения? — с интересом спросил её Артур.

— Не знаю, просто от него веет... нехорошим, — с опаской ответила Трикси.

Опля! Видимо, у этих пони есть что-то наподобие чуйки. Ну, оно и понятно, они больше на животных смахивают, так что не удивительно. Я всё же решив, что хватит греть уши, спокойно, как ни в чём не бывало, зашёл на кухню.

— Я хотел бы побродить по городу.

Буду ближе к вечеру, так что не теряйте меня, — сказал я, смотря на Трикси и Артура сидящих за столом. Трикси кинула на меня короткий взгляд, в котором я уловил тень опасливости.

— А не заблудишься, Понивиль не маленький? — спросил меня Артур.

— Ты разговариваешь с тем, кто смертельно опасную Зону на пузе практически полностью прополз и в живых остался. Сам-то как думаешь? — самодовольно произнёс я.

— Уговорил. Но если потеряешься, искать не будем, — усмехнулся Артур и подмигнул Трикси.

— Ну, тогда я пошел, — ответил я и направился к выходу.

Попал на улицу, где непривычно пекло жаркое летнее солнце. Бля, как же я соскучился по солнцу и зелёной траве. Я не быстро зашагал по мало протоптанной тропинке в городок, по пути наслаждаясь видами. Дул приятный ветерок, так что торопиться я не собирался. Но вот, сука, чуйка начала бить тревогу на пятой минуте моей не быстрой прогулки. Я остановился и машинально хотел было полезть в карман за очередной гильзой, но отдернул себя. Вспомнив, что я сейчас не в Зоне.

Я стал вслушиваться в окружающие меня звуки. Вон на ветке птица щебечет, вот ветер шелестит листьями деревьев. А вот и ветка тихо хрустнула. Так, а вот это не есть гуд. Кто это так за мной пристально следит из небольших кустов справа? Ладно, не будем выдавать того факта, что я уже обнаружил неприятеля. Идём дальше и не обращаем внимание. С такими мыслями я двинул дальше, как и мой таинственный преследователь. Он постоянно выдавал себя, то тихо веткой хрустнет, то вот трава прошелестела невпопад всему. Мда, тоже мне шпион.

Не выдержав, решил зайти в небольшой подлесок и выманить своего преследователя. Зайдя за небольшое дерево, я присел и стал быстро обходить своего преследователя, стараясь зайти ему за спину. И как не удивительно, но мне это удалось. Моим преследователем оказался пони. Но не обычный, а чёрный с похожими на стрекозьи крыльями. Это ещё что за чудо-юдо невиданных чудес? Да и не похоже, что он вообще шерстью-то покрыт, больше смахивает на хитин. Вон как на свете блестит. И как назло, я автомат у Артура оставил, и нож тоже. Всё, нах, без оружия хуй куда выйду. "Расслабься" называется. "Да пони мирные! Тебе тут ничего не грозит!". Ага, блять! А на кой тогда хуй за мной этот недожук увязался!? Похуй, сейчас надо думать, что с этим не пойми откуда взявшимся шпионом делать. Напасть и допросить? Ну, как вариант можно. Но разумен ли он... Или это она. А, один хуй по ходу дела разберемся. Теперь осталось схватить и с пристрастием допросить.

Я осторожно стал красться попутно внимательно смотря под ноги. Надо подобраться как можно ближе. Семь метров. Ещё ближе. Пять метров. Ближе. Три метра. Ещё чуть-чуть. Полтора метра. Сейчас! Я резко выпрыгнул из-за дерева на спину моего преследователя, тем самым придавив его к земле. Ноги я запустил под его задние ноги, лишая возможности поднялся на все четыре ноги. А голову резко прижал к земле руками, лишая возможности подняться.

— Лежать! — выкрикнул я приказным голосом.

Но видимо меня плохо услышали, так как мой преследователь начал брыкаться и пытаться вывернуться из захвата. — А ну не дергайся! — выкрикнул я и в пол силы нанёс удар коленом в живот. Послышался сдавленный стон боли, но ёрзать пони перестал.

— А теперь отвечай чётко и ясно. — твёрдым голосом произнёс я. — Кто ты и зачем следил за мной? — требовательным голосом произнёс я.

Ответа не последовало. Понятно, будем играть в молчанку. Ну, это не страшно, знаем мы таких, проходили и не раз. Свободной рукой я взялся за тонкое на ощупь крыло и стал по тихонько его заламывать под неправильным углом.

— Говори! — потребовал я, продолжая медленно но верно гнуть крыло. Снова раздался приглушённый стон.

— Церка... — простонала моя преследовательница. Ага, всё-таки кобыла.

— Кто ты такая? — снова задал я вопрос, продолжая гнуть крыло, но теперь медленней.

— Чейнджлинг... Больно! — выкрикнула Церка. Я остановился, держа крыло в одном положении.

— Зачем следила за мной!? — тут же выкрикнул я.

— Хотела узнать о тебе больше, — ответила мне Церка.

— Зачем? — задал я вопрос, но Церка замолкла. — Оглохла что-ли!? — выкрикнул я, резко заломив крыло. Церка громко вскрикнула от боли.

— Хотела собрать любовь! — сквозь боль, выкрикнула она.

Какую ещё, нахуй, любовь, блять!? Она совсем ебанулась или только прикидывается? Хуй с ним, сейчас надо решать, что делать с ней дальше. Но и на этот счёт у меня есть одна идейка.

— Значит так, слушай внимательно, если жить хочешь. Жить же хочешь? — спросил её я, тихо надавливая на крыло.

— Да! — выкрикнула Церка от боли.

— Вот и молодец. Значит так, я сейчас слезу, а ты медленно встанешь и мы пойдем туда, откуда я пришёл. Поняла? — чётко произнёс я.

— Д-да, я поняла, — с дрожью в голосе ответила Церка.

— Вот и хорошо, — произнёс я, поднимаясь на ноги и делая несколько шагов назад. Церка поднялась и со злобой уставилась на меня.

— Чего глазенки вылупила! Шагай давай! И попробуй чего-нибудь выкинуть, тут же голову сверну, — припугнул я её и Церка, с мгновение поколебавшись, медленно пошагала к дому Артура. Я же шел, держась на расстоянии в два шага.

## Глава Пятая. Допрос или снова здравствуйте.

Я вёл Церку к дому Артура. Было видно, что она заметно нервничает. Всё её тело подрагивало, да и нередко она бросала на меня злобные взгляды. Вот она снова кинула на меня такой взгляд.

— Чего глазенки таращишь? Шагай давай быстрее, — злобно произнёс я, но Церке, видимо, захотелось поиздеваться, и она стала медленно сбавлять шаг.

— Если ты сейчас же не ускоришь шаг, я тебя пинками гнать буду, — предупредил её я и прибавил шаг.

— Ты не посмеешь это... — договорить она не успела.

Я в одно мгновение сократил дистанцию и отправил её в непродолжительное, но очень увлекательное путешествие с последующей встречей её морды с землёй крепким пинком под зад.

— А теперь вставай, и пошли, — грубо и сухо произнёс я.

Церка поднялась и прибавила шаг. Дошли мы быстрее, чем я думал. До дома Артура осталось примерно с десяток метров.

— Стоять! — командным голосом произнёс я, и Церка встала, как вкопанная. — АРТУР! — крикнул я во всю силу своих лёгких.

Через несколько секунд в дверях показался Артур и Трикси. Их ошарашенные рожи надо было видеть. Особенно Трикси. Она, наверное, с минуту ещё отходила от увиденного. А вот Артур быстро сменил удивление на злобную ухмылку. Артур подошёл к нам уверенным шагом, но зад Церки обошёл чуть ли не за километр. Видимо, у него был неплохой опыт, и он знал чего стоит опасаться. Ну, оно и понятно, как ни как сам с кобылкой живёт. Видимо, прилетало и возможно не раз.

— Привет, Церка, — злобно произнёс Артур, смотря на чейнджлинга.

Церка заметно вздрогнула от его слов. Ага, знакомы всё же.

— Поймал её тут неподалеку. Следила за мной из кустов, но шумела, как стадо кабанов во время спаривания,

— быстро рассказал я историю поимки чейнджлинга.

— Ты как её вообще умудрился поймать? — спросил меня Артур.

— Потом расскажу. Ты мне вот что скажи, у тебя есть место куда это чудо можно посадить? — спросил я, а вот Церка заметно напряглась. — Только попробуй что-нибудь выкинуть, — сразу предупредил её я, и Церка тут же стихла.

— Ещё как есть, — заверил меня Артур. — И клетка есть, и даже стражнички, — произнёс он и повёл нас.

Я же жестом приказал Церке идти следом за Артуром. Сейчас, конечно, всех мучает вопрос. А какого хуя она тебе подчиняется? Она же может прямо сейчас взять и свалить нах и вы её хуй догоните! Верно, но вас хоть раз пугали до усрачки? Если нет, то вы нихуя не поймёте. Дело не в том, что она может. А в том, что мы для неё представляем. Например, я и Артур представляем для неё силу и страх. Она нас боится. Поэтому и не может ничего поделать, кроме как подчиниться. Тоже самое проделывают опытные сталкеры с отмычками и зеленью. Сначала пугают до ёжиков в штанах, а потом по Зоне начинают таскать. Тем самым увеличивая количество этих ёжиков. Зато имеются и свои плюсы.

Ребятня быстро осознают, куда попали и что лучше делать. Примерно то же самое сейчас и происходит с Церкой. Она до усрачки боится и хочет жить. А что нужно делать, чтобы выжить в такой компании? Правильно, слушать, что тебе говорят. Мы прошли в помещение, напоминающее чем-то мастерскую. На столе лежали какие-то приборы и кристаллы. Да и всё помещение было обставлено в лучшем жанре, мастерская мастера на все руки. Мой взгляд сразу зацепился за несколько лежащих по углам куч кристаллов. На кой хрен они ему там сдались? А хрен его знает.

— Прошу, мадам, — наигранно сказал Артур, открывая дверцу небольшой клетки.

Куда как раз помещается пони. Церка, опустив голову, покорно прошла в клетку, где Артур её и запер.

— А где же твои стражнички-то? — с интересом спросил я, озираясь по сторонам.

— Сейчас всё увидишь, — с ухмылкой произнес Артур и звонко свистнул.

У кристаллических куч тут же загорелись светло-синим пламенем глаза и они стали подниматься во весь рост. Ох, ебать псевдыча в сраку! Да это же волки! Кристаллические, мать его, волки!

— Хуясе! — выкрикнул я, глядя на этих пёсиков. — А они меня не сожрут? — поинтересовался я, глядя, как стражнички обступили клетку с от страха дрожащей Церкой.

— Не волнуйтесь, они полностью под моим контролем, — произнёс Артур, и у меня возникли сомнения насчёт его человечности.

— А ты у нас часом не контролёр? — с подозрением спросил я.

— Это ещё кто такой? — с непониманием спросил меня Артур.

— Ясно, забей, — тут же отмахнулся я и перевёл взгляд на Церку. — Ну что, говорить будем? — сказал я и махнул Артуру, чтобы он отвёл волков.

Церка со страхом в глазах посмотрела на меня и робко произнесла:

— Что вы хотите знать? — я с секунду покумекал несколько вопросов в голове и спросил.

— Зачем ты следила за мной? — твердо произнес я вопрос, присаживаясь на корточки, чтобы наши глаза были на одном уровне.

— Хотела собрать любовь, — произнесла она и ее взгляд стал метаться из стороны в сторону.

— Б-р-р-р, хватит мне лапшу на уши вешать! — злобно выкрикнул я.

— Это правда, — сухо сказал Артур.

Я окинул его недоумевающим взглядом.

— Ты сейчас серьёзно? — саркастично произнёс я.

— Целиком и полностью. Чейнджлинги питаются скорее всего даже не любовью, а страстью и похотью, — начал рассказывать Артур. — Да и это тоже не точно. Я бы даже сказал, что они суккубы этого мира, — и тут я конкретно ахуел.

ЧТО, БЛЯТЬ?! Вот эта помесь радиоактивной любви жука переростка и пони является суккубом этого мира?!

— Также она имеет способность менять свой облик и применять магию разума, — произнёс Артур и меня это конкретно добило.

— Да ты, наверное, блять, шутишь, — устало произнёс я, качая головой.

Вот это попадалово. Как они ещё всю Эквестрию не захватили?! Ахуенные у нас тут соседи, просто заебись!

— Ни грамма, да ты и сам можешь убедиться в этом, — сказал Артур и посмотрел на Церку. — Смени облик, — попросил он её.

Церку, видимо, выбило из колеи такой просьбой.

— Что? — с недоумением спросила она.

— Внешность поменяй, — сухо произнёс я.

— Да, сейчас, — ответила Церка и вспыхнула зелёным пламенем.

Через мгновение перед нашими взглядами сидела Твайлайт.

— Чиво, блять?! — выкрикнул я, удивляясь происходящему.

— Ага, — усмехнулся Артур. — В таком виде она меня чуть не изнасиловала, — с улыбкой произнёс он, а я продолжал охуевать.

— Мда, — это всё, что я смог произнести, находясь в полном ахуе.

Церка уже к этому моменту вернулась в свой прежний облик.

— Ты закончил? — спросил меня Артур, пока я ещё отходил от шока.

— На данный момент — да, — устало произнес я, распрямляя ноги.

— А! — только выкрикнула Церка, но я её тут же перебил.

— А ты пока тут посидишь. Да и компания у тебя хорошая, — произнёс я, жестом указывая на кристальных волков. — Заодно подумаешь о своем поведении, — усмехнулся я, и мы с Артуром вышли из мастерской.

Мда, хорошая у меня прогулка выдалась. Я бы даже сказал, что она была богата на улов. Только вот теперь вообще настроения нет куда-то идти, тем более с пустыми руками. Спасибо удаче, что эта Церка не стала брыкаться. А сколько ещё таких среди пони бродят? Не, не, не! Всё! Решено! Без пушки никуда! Надо срочно привести Браунинг в относительно сносное состояние. Калаш пускай дома будет, он пока не нужен. А вот пистолет самое то будет. Пройдя в гостиную, мы застали Трикси развалившуюся на диване с газетой в телекинетическом поле с миской крекеров и арахисовой пастой. Завидев нас, она тут же убрала газету и окинула нас взглядом.

— Ну как? — рассеянно спросила она.

— Да никак, — ответил ей Артур. — Ничего нового не узнали. По крайней мере я, — усмехнулся он и посмотрел на меня.

— Я в этом мире всего лишь два дня, естественно для меня тут все новое. — ответил я и тяжело выдохнул. — Пиздец какой-то, — произнёс я на родном исконно русском.

— Ничего, скоро привыкнешь. — ответил он и похлопал меня по плечу. Хотелось бы, да не всё так просто.

— Возможно, ты прав. Ну да ладно, я к себе, а потом снова хочу прогуляться. Городок сам себя не исследует,— усмехнулся я и отправился к себе в комнату.

Зайдя в комнату, я первым делом бросился к рюкзаку и стал разбирать вещи. Пол часа спустя я разложил все вещи и проверил их ещё раз. Расклад был плох. У разгрузки были разрезаны стропы, поясная система тоже была не в лучшей форме, а про подсумки я вообще молчу. Ладно, хоть аптечка не пострадала.

Так, что у меня ещё там осталось? Блок сигарет, половина пакета травки от Ашота, два пайка, примерно литр водки и полторашка минералки, три гранаты РГД и одна Ф1, одна дымовая, пять выстрелов ВОГ-25 и четыре магазина с патронами. А нет, вру. Пятый был уже в калаше. Так, что ещё? Три обоймы для Браунинга, три пачки денег и посылка Ашота. Интересно, что там, но сейчас не до неё.

— Мда, бля, не густо, — произнёс я и вспомнил про ножи, — Ёпт твою налево! — выкрикнул я и стал по новой всё ворошить.

К счастью, мои опасения и мысли, что я их радостно проебал, были сметены, так как оказалось, что они просто лежали под разгрузкой.

— Так, ну вроде всё, — я окинул всё свое оставшееся снаряжение и тихо вздохнул.

Если вы спрашиваете, почему так мало? Где спальник? Где спички и так далее? То я вам задам встречный вопрос. А НА КОЙ ХУЙ МНЕ ОБ ЭТОМ ПИСАТЬ, ЕСЛИ ЭТО И ТАК ПОНЯТНО?! Естественно, они со мной, просто на кой их описывать? Окей, теперь все было на месте, и я стал разбирать все по полочкам. Что-то полетело в тумбочку, что-то под кровать, и так далее. Ножи я, естественно, припиздячил на левую руку, а ножны с охотничьим ножом повесил на пояс, благо клипса это позволяла. Теперь остался пистолет. Я взял его в руки и ещё раз хорошенько так обматерил весь белый свет. После этого, взяв нож, я стал ковырять пластиковую кобуру в попытках достать из неё пистолет.

— Ну, давай же, блять, — матерился я, в пятый раз стараясь достать Браунинг из намертво прилипшего к нему пластика.

К тому времени, мне удалось на половину отковырять пистолет. Но эта стальная сука всё никак не хотела выходить из кобуры!

— Давай, блядина, — прошипел я сквозь зубы, продолжая попытки достать Браунинг. — Вот же вцепился, как сосыч в хуй, — раздался тихий треск, и по кобуре побежали мелкие трещины.

Это меня воодушевило, и я ещё сильнее стал тянуть. В итоге кобура из прочного, как сталь, пластика поддалась, и я все же смог достать Браунинг на свет. УРААА БЛЯЯЯ! Моему счастью не было предела! Да я так в последний раз радовался, когда только первый артефакт добыл. Наконец-таки я буду вооружен! ГИП-ГИП! УРА! ГИП-ГИП! УРА! ГИП-ГИП! УРАААА! Ну, да ладно, повеселились и хватит. Теперь его надо в порядок привести, да и калаш тоже.

— Б-р-р-р, вот какого я это раньше не сделал? — задал я сам себе вопрос и приступил к работе.

Полчаса спустя всё было готово. Оружие было чисто и обильно смазано маслицем. Ммм, а запах-то какой! Аж слезу пустил от воспоминания. Конечно, пока разбирал калаш и доставал пенал, я, естественно, умудрился застрять среднем пальцем в этой чертовой дырке. Те, кто хоть пару раз разбирали АК, меня поймут. Это пиздец, как больно, и палец пиздец, как сложно достать обратно. Но теперь всё позади. Кстати о Браунинге, краска с него практически полностью слезла, а местами металл пошёл синеватыми побежалостями. Выглядит красиво, но осталась ещё одна проблема.

Где взять новые накладки на рукоять? Снова делать самому? Видимо, да, ибо иного выхода я не вижу. Ну да ладно, пока так побуду. Так, проверим ещё раз снаряжение. Ножи? На руке и на поясе. Пистолет? За поясом. Деньги? В кармане. Патроны? Тоже в кармане. Сигареты с зажигалкой? Во втором кармане. Ну, вроде всё взял. Ножи, конечно, не скроешь, а вот пистолет вроде как из-под рубашки не выделяется. Ну и всё, в путь-дорогу, так сказать. Я спустился вниз, махнул Артуру и Трикси рукой и вышел из дома во второй раз. Надеюсь, никто на меня теперь не нападет и следить не будет.

Пока я шёл по тропинке в город, мне невольно вспомнился мотив песни Любэ — по высокой траве. Невольно я расслабился и стал напевать строки из этой песни.

— По высокой-высокой траве.

Я пройду, в полный рост.

Полной грудью вдохну воздух этих полей.

Мной давно позабыты на вкус, — так я и шёл, любуясь видами природы.

Где нет опасности, и тебе не надо бороться за каждый вздох. Не надо каждый шаг кидать гильзу или болт, чтобы определить, что ждёт тебя впереди. А как я соскучился по виду чистого и голубого неба с его светилом? Ха! Так это даже словами не описать! Ну, да ладно, видами местной природы полюбовались и хватит. Надо думать, что с Церкой делать. Долго её так держать уж точно не выйдет, да и допрашивать не о чем. Но наказать как-то надо. Избить до полусмерти? Не, я же не садист. Отругать? Ха! Я ей что, папка, чтобы ругать. Неее, тут другой подход нужен. Вопрос только: какой?

— Привет! — выкрикнула какая-то розовая поняха прямо передо мной. Среагировал я моментально, отпрыгнув назад, попутно выхватывая из-за пояса пистолет. Чтоб тебя, дебила, за хуй, да в кисель! На кой хуй расслабился?! Прошляпил вспышку! Я ещё долгие десять секунд разглядывал поньку и боролся с желанием вдавить спуск.

— Ты друг Арта? — спросила меня розовая поняха.

Кстати, она была вся розовая: и грива розовая, и шерсть розовая. Бля! Слишком много оттенков розового!

— Арта... Артура, что ли? — в недоумении спросил, опуская пистолет и убирая его за пояс.

Понька внимательно проследила за моими движениями.

— Прости, что так резко отреагировал. Просто ты меня напугала, и да — можно сказать и так, я друг Артура

Вы хоть когда-нибудь видели зрачки обдолбанного вусмерть нарка, который за раз прогнал по вене всю дозу герыча? Нет? Вот и я нет. Но на данный момент могу сказать, что да. Я это прямо сейчас вижу. Потому что эта понька сейчас смотрит именно таким взглядом. Будто она осознала всю суть вселенной в этой дозе герыча.

— Атебякакзовутяпинкипайатыизтогожемирачтоиартатылюбишьвечеринкипокатаешьнарукахапочемутынижеартаичто этоутебянарукуодетоачтоэтотынаменятогданаставил? — начала засыпать меня вопросами Пинки, при этом произнося их на одном дыхании.

А после вопроса про вечеринки, так и вовсе прыгать начала. Едрить колотить! Да она ходячая батарейка! Вот это в ней энергии! В конце концов, меня уже начал раздражать этот прыгающий на месте комок гиперактивности и я поймал ее на очередном прыжке.

— О! Так ты все-таки меня покатаешь? — произнесла Пинки, при этом улыбаясь улыбкой во все... Да во все что есть зубы!

— Ты всегда такая активная? — спросил ее я, стараясь сдержать свое раздражение.

Ибо розовое пятно, что переливается всеми своими оттенками, начинало меня жутко раздражать.

— Ага, это весело, — беззаботно ответила мне понька.

Во бля попал.

— Прости, но нет, у меня сейчас на это нет времени и желания. Давай как-нибудь потом, хорошо? — произнес я, мысленно молясь, чтобы она согласилась.

— Хорошо! — быстро согласилась Пинки, но при этом даже и не думая затыкаться. — Ты на мои вопросы ещё не ответил, — напомнила она мне. Я тяжело вздохнул.

— Хорошо, я отвечу на твои вопросы. Но задавай их по одному, а то я немного теряюсь, — произнес я, опуская поняху обратно на землю.

— Ты из того же мира, что и Арт? — задала свой первый вопрос Пинки.

— Нет, но из похожего, — отвечаю я, идя рядом.

— А что у тебя на руке и почему ты ниже Арта? — снова спросила меня Пинки, указывая на наруч с ножнами метательных ножей.

— Это ножны с ножами, — начал я отвечать на вопрос. — А ниже Арта я, потому что таким вырос, — безмятежно ответил я и достал один нож, показывая его Пинки.

Не знаю почему, но я доверяю этой поняхе. Да и не выглядит она как-то опасно. С другой стороны, в тихом омуте черти водятся.

— И зачем он тебе? Ты повар? — задала сразу два вопроса Пинки.

Вызвав у меня приступ хохота. Я и повар! Нет, я конечно умею готовить. Но я уж точно не повар. Все блюда, что я могу приготовить, можно по пальцам пересчитать.

— Нет, Пинки, я не повар, — сквозь улыбку произнес я.

— Тогда зачем они тебе? — с веселой улыбкой спросила меня Пинки.

Она хочет демонстрацию? Хорошо, да будет так. Я быстро нашел ближайшее дерево с подходящей толщиной ствола.

— Погоди минуту, сейчас покажу, — произнес я и быстро пошел к дереву. Взяв еще один из метательных ножей, я на скорую руку накарябал на стволе дерева мишень и вернулся на место. — Мишень видишь? — спросил я Пинки, на что она утвердительно кивнул.

— Это игра такая? — весело задала она вопрос, держа нож в копыте. Хотя на копыто это не похоже, ай, и хер с ним, потом разберемся.

— Что-то наподобие того, — отвечаю я.

Не говорить ей, что ими я тихо и без зазрения совести отнимал человеческие жизни. Хотя тех подонков и людьми-то назвать сложно. По сравнению с ними даже кровосос приличным покажется. Я на глаз прикинул расстояние. Выходило где-то метров пять тире шесть. Знакомым до боли в пальцах движением я медленно вынул нож из ножен. Вдох-выдох, правая нога вперёд, левая назад, короткий замах правой руки, бросок. Холодный металл выскальзывает из ладони и летит к мишени. Полированное лезвие блеснуло в свете солнца и вошло чуть выше центра мишени.

— Вот же... — пробормотал я. Какие-то блядские три-четыре сантиметра мимо центра, а ощущение будто на метр промашка.

— Ого! — удивлённо выкрикнул Пинки. — Теперь моя очередь! — она попробовала скопировать мои движения. Выглядело это весело.

— Не промахнись, — усмехнулся я, внимательно наблюдая за действиями поньки.

Пинки сосредоточенно целилась, после повторила мои движения. Бросок! И нож прилетает тонкой стальной рукояткой в дерево и остаётся в нем. Херасе! Во дурная силища! Нож на половину рукоятки вошёл в свежую древесину! Я аж присвистнул, наблюдая за этим. Конечно, Пинки промахнулась на добрые десять сантиметров. Но рукояткой! Рукояткой мать вашу! В дерево!

— Неплохо. — произнес я, стараясь скрыть свое удивление.

— Правда?! — встрепенулась розовая, услышав мои слова.

— Правда-правда, — усмехнувшись произнес я.

Убирая первый нож на свое законное место и думая, как достать второй, ведь застрял он там знатно. Ладно, попробуем расшатать. Вверх, вниз, вправо, влево и второй нож на свободе. Вот и ладушки, рукоятку вроде не повело.

— Хороший бросок, но мимо. Нужно было попасть в центр, — произнес я, убирая нож на место.

— Давай ещё раз! — задорно произнесла Пинки, на что я лишь усмехнулся.

— Нет, мне надо идти. Хочу городок посмотреть, да и просто прогуляться. — ответил я ей.

— Я знаю весь Понивиль и всех его жителей! Тебе куда надо? — гордо произнесла Пинки и при этом продолжая аномально широко улыбаться.

Она что, вообще ВСЕХ знает тут? Фигасе! Вот это память, да и силушка не далеко сидит.

— Спасибо, но нет. Я хотел бы исследовать всё сам. Давай как-нибудь в следующий раз, — старался отмазаться я. Не говорить же ей, что я хочу тупо свалить от всех и привести мысли в порядок.

— Оки-доки-локи! — пропела Пинки, вызвав у меня ещё одну веселую улыбку.

Рядом с этой понькой настроение прям на глазах растет. Умеет она заражать позитивом. Конечно, с травой Ашота она и рядом не стоит, но тоже неплохо.

— Рядом с тобой прям заряжаешься позитивом. Как на вечеринке какой-то, — с улыбкой произнес я.

А вот Пинки почему-то замолчала, а её глаза снова округлились. Я что, что-то не то сказал? Да вроде нет, или всё-таки да? Ещё один вопрос в копилку, над которым надо будет подумать.

— Мне пора! — быстро произнесла Пинки и сорвалась с места на субсветовой скорости унеслась куда-то в сторону городка, оставив меня одного с ошарашенным выражением лица.

Херасе! Вот это скорость! Может, я её чем-то обидел? Если и да, то чем? Вроде ничего такого не говорил. Не хотелось бы так быстро набрать врагов среди мирных, со слов Артура, поней. Одна такая сейчас, конечно, в клетке сидит, но если их будет больше, то они меня сами в клетку упекут и стрельба не поможет. Ладно, не будем о грустном. Вытащив из кармана пачку сигарет и зажигалку, я вальяжным движением достал из пачки сигарету и прикурил ее. Я пошагал в городок.

Идти до него и вправду оказалось не долго, примерно десять-пятнадцать минут. К этому моменту я уже шагал по одной из запутанных улиц Понивиля. А тут и вправду легко заблудиться, если не знать куда идти. Все крыши домов цветастые, как в прочем и сами дома. Иногда попадается такой контраст красок, что любого эпилептика в кому сведёт. Но в остальном всё довольно приятно. Хотя нет, где-то на задворках разума, так и плещется желание оглянуться или вовсе кинуть вперёд гильзу. Да и постоянная чуйка, так и норовит сказать, что тут что-то не так и нужно быть начеку.

Всё это стало быстро меня раздражать, и я прибавил шагу. Чёрт, как же всё начинает бесить, а инстинкты так и вовсе начали игру на нервах. Вот на кой хрен один поперся?! Надо было Трикси или Артура брать с собой! Или вовсе на предложение Пинки согласиться! Думал я, пока шел быстрым шагом в сторону каких-то деревьев. Пройдя ещё метров двести, я свернул с дороги и вошел в ровные ряды деревьев, коими оказались яблони. Сорвав одно из показавшихся мне спелыми, я надкусил его. Ммм, сладкий яблочный сок тут же ударил по вкусовым рецепторам, а мягкая и приятная мякоть просто таяла во рту. Да, давненько я таких яблочек не ел. Недолго думая, я сел в тени ближайшей яблони, продолжая поглощение яблока. Мда, недолго музыка играла, недолго фраер танцевал, это я про яблоко. Кончилось оно быстро, жалко даже немного.

Ха! У меня же в пачке где-то косяк заранее готовый был! И вроде даже не один! Где-то то он тут был. Ага! Вот он родимый! Ну как говорил Амояк Акопян! Сначала надо дунуть, ведь если не дунуть, то никакого фокуса не произойдёт! Сказано-сделано! Я прикурил косяк, сделал первую затяжку во все что есть лёгкие и тут же задержал дыхание, начиная обратный отсчёт с 30 секунд и устремляя свой взгляд в крону яблони, где сквозь зеленную листву светило яркое и приятное солнце. А тут и вправду неплохо. Никто по крайней мере меня сожрать не хочет. Хотя некоторые индивиды всё же хотят получить от меня любовь. Но это вроде как редкость. Хотя кровосос его знает сколько таких, как эта Церка, бродят по городку. Выдох. По телу пробегает волна мурашек и лёгкой слабости, а в голове будто стальную струну расслабили, кайф.

Мда, вышел город посмотреть. А теперь сижу под яблоней и курю косяк, попутно стараясь привыкнуть к реальности нового для меня мира. Конечно, всё выглядит как бред какого-то наркомана тире шизоида, но к сожалению всё не так. Это, мать вашу, реальность. И в этой реальности я уже умудрился натворить дел. Как меня ещё принцессы по стенке тогда ровным слоем не намазали? А хрен его знает. Но что самое ебанутое, так это то, что они ещё извинялись! А я, обозленный на весь белый свет, напал на них и пытался убить. Спасибо Артуру за то, что вмешался. А иначе меня точно в блинчик раскатали бы.

— Б-р-р-р, — раздражённо прорычал я, начиная залиться на себя самого за глупые выходки.

Я не в Зоне и тут всё по-другому. Я практически докурил косяк, как до моих ушей донёсся звук шагов. Быстро потушенный бычок полетел в сторону, а ладонь привычным движением легла на рукоятку пистолета, а взгляд уже был направлен в сторону звука. По звуку шагов, было ясно, что идёт пони и не одна. Через мгновение из-за ближайших деревьев показалась Твайлайт с незнакомой мне пони соловой расцветки в ковбойской шляпе. Завидев их, я выдохнул с облегчением и убрав ладонь с рукоятки, помахал им. Завидев меня, Твайлайт и её подруга подошли ко мне.

— Привет, Сергей, — поздоровалась Твайлайт.

— И тебе не хворать, Твайлайт. И зови меня Бэр, так проще, — произнёс я с улыбкой на устах. — А кто это с тобой? — задал я вопрос, кивком указав на соловую земнопоньку в ковбойской шляпе.

— Это моя подруга ЭпплДжек, — представила Твай свою подругу.

— Ясно, будем знакомы, — протягивая руку, произнес я.

ЭпплДжек с секунду помедлила, но всё же вытянула вперёд переднюю лапку и положила её в мою ладонь. Я легонько пожал её лапку.

— Взаимно, сахарок, — произнесла ЭйДжей с явным акцентом.

— Так что ты тут делаешь? — спросила меня Твайлайт.

— Пытаюсь привести мысли в порядок. Слишком много информации за короткий отрезок времени перевернуло всё вверх дном в моей голове, — начал я свой рассказ. — До сих пор не верится, что я в другом мире, где всем заведуют разноцветные говорящие пони. А ими правят две рогато-крылатые принцессы, — продолжал я изливать душу двум сидящим передо мной поням.

— Мы понимаем тебя, Бэр, — произнесла Твайлайт, подойдя ближе и положив свою лапку мне на колено, она осторожно продолжила. — Я помню, что случилось в замке и твою реакцию на действия принцесс. Расскажи, почему ты так отреагировал? — осторожно и с явной опаской спросила меня Твайлайт и я усмехнулся.

— Как бы попроще это объяснить, — произнёс я и задумался.

И как мне им объяснить все так, чтобы они поняли? Нужно придумать или привести пример. Пример! Точно!

– Ну вот, смотри, — произнёс я, садясь поудобнее и начиная жестикулировать. — У каждого разумного существа есть свои секреты. И эти секреты настолько скрыты в нем, что они уйдут с этим существом в могилу. И у каждого они разные, у кого-то это первый поцелуй или, к примеру, секс, — после этих слов, сидящие передо мной пони покрылись лёгким румянцем.

Да вы, блять, верно шутите, сударь?! Пони и краснеть! Это как так, мать вашу?! Они же шёрсткой покрыты! Такими темпами, моя копилка ебанутых вопросов к пони в скором времени лопнет. Но это все потом, так что продолжим.

— А может и вовсе, что похуже, то же воровство, а может и вовсе убийство. И я не исключение, у меня есть свои секреты, которые я бы не хотел разглашать всем подряд. А принцессы в свою очередь насильно достали их из меня, — я закончил свое объяснение и внимательно наблюдал за реакцией Твайлайт и ЭйДжей — их мордочки выражали просто кучу эмоции и сильнейший мыслительный процесс.

— И что же это за секрет такой? Ты кого-то...Убил? — дрожащим голосом спросила меня Твайлайт, я лишь тяжело вздохнул.

— Твайлайт, помнишь вчера я тебе рассказывал из какого я мира? — единорожка утвердительно кивнула.

— А из какого ты мира, сахарок? — задала вопрос ЭйДжей.

— Из такого, где каждый вздох может стать последним, а смерть от рук ближнего кажется самой безобидной из множества других вариантов, — уклончиво ответил я, чем вогнал земную пони в ступор.

Меня веселило созерцание их реакции. Слова Артура были правдой. Они и представить не могут, что есть такой мир, где умереть проще простого. Не только от лап, клыков или когтей мутантов, но и от невидимых глазу аномалии. Но даже при изобилии всех этих опасностей, ты также можешь получить пулю от похожего на тебя. А ведь когда-то я мечтал, что выберусь из Зоны на большую землю, буду себе жить-поживать, да добра наживать. И вот я оказался в таком мире, где нет тех опасностей и всё тут мирно, да цветасто. Моя мечта сбылась, да только меня это совсем не тешит, а наоборот печалит. Я оказался лишним для этого мира. ЭйДжей всё же вышла из ступора быстрее, чем Твайлайт, и завидев мою печальную физиономию, тихо спросила:

— Ты странно выглядишь, сахарок, задумался о чем-то? — я поднял на нее чуть опечаленный взгляд и улыбнулся.

— Да так, задумался о своем, — произнёс я, доставая пачку сигарет и зажигалку.

Я прикурил сигарету и бросил взгляд в пачку. Раз, два, три, четыре и пятая в зубах, плохо. Такими темпами я либо лёгкие выплюну, либо начну искать замену табаку. Интересно, а у них тут растет что-то на подобии конопли или ещё какой-нибудь хрени, что можно курнуть?

— Что это? — задала вопрос неожиданно пришедшая в себя Твайлайт, указывая на сигарету.

Затянувшийся кисло-сладким дымом я выпустил пару колец и, пустив через них тонкую струйку дыма, стал объяснять.

— Сигарета, лёгкий наркотик, что иногда помогает расслабиться и перевести дух. Хотя в целом: тут больше минусов, чем плюсов. И, Твайлайт, я не хочу объяснять причину моей пагубной привычки. А если хочешь что-то разузнать, спроси меня о чем-нибудь другом. Я могу поведать тебе много историй из моей жизни в Зоне, — глаза единорожки загорелись, а вот ЭйДжей чуть напрягалась.

Твайлайт стала засыпать меня вопросами, а я отвечать на них, аккуратно подбирая слова и истории. Не хотелось бы травмировать психику пони, что наверное и трупов животных-то никогда не видели. Примерно минут через сорок в разговор втянулась и ЭйДжей, став расспрашивать меня о сельском хозяйстве и о том какие овощи мы выращиваем.

Из разговора с ними я тоже получил немало информации. Например, что сейчас я нахожусь на территории фермы Эпплов и что технологии находится на очень скромном уровне. Тут нет транспорта как такого, не считая поездов. Зато есть дирижабли, но даже они оставляют желать лучшего. Так же узнал, что вся энергетическая инфраструктура держится в основном на магии. Магия, что же это за неизвестная сила-то такая? Я задал несколько вопросов об этом Твайлайт, но однозначного ответа так и не получил. Для них магия была чем-то самим по себе разумеющимся. Видимо, пони ни разу не задавали себе такой вопрос, а только искали способы, как использовать эту магию. Да и то, не сильно-то и углублялись в этом вопросе. Надо будет расспросить Артура насчёт этого вопроса, да и Церку тоже. Возможно она знает что-то. Кстати о Церке, надо спросить.

— Девчат, у меня тут один вопрос есть, — сказал я, чем привлек особое внимание двух пони. — Кто такие чейнджлинги? — после моего вопроса Твайлайт и ЭйДжей встрепенулись и обменялись взглядами, и Твайлайт начала свой рассказ.

— Чейнджлинги — это существа, что отдаленно напоминают пони. Имеют в основном черную окраску шерстки, а на их спине находятся панцирь и пара прозрачных, похожих на стрекозьи, крыльев. Питаются сильными эмоциями, в основном эмоциями любви. — единорожка закончила разъяснения, а я продолжал выжидающе смотреть на нее.

— Это что, всё? — недоумевающе спросил я, Твайлайт кивнула.

— Да, а должно быть что-то еще? — с явным непониманием задала она вопрос.

В смысле "должно"? Обязано! Это, блять, потенциальные враги! А вы не знаете о них ничего от слова нихуя! Хотя о чем это я, пони ведь мирные создания и не привыкли видеть в каждом встречном потенциального врага. Видимо у пони просто сверхуспешные дипломаты, а иначе я не могу объяснить того факта, что их ещё никто не захватил.

— Да нет, просто я думал, что ответ будет более развернутый. Ну, да ладно, — будничным тоном ответил я, и в этот момент мой желудок решил, что пора дать о себе знать, на что обе поньки хихикнули.

— Я так понимаю, ты голоден, сахарок? — с лёгкой улыбкой произнесла ЭйДжей. — Пойдёмте, бабуля наверняка уже приготовила пару яблочных пирогов, — мы поднялись и пошли сквозь ровные ряды яблонь.

## Глава Шестая. Планы.

Мы с Твайлайт шли обратно в Понивиль. Наши животы были набиты яблочным пирогом и холодным яблочным соком. В моем случае ещё и парочкой кружек холодного сидра. Хотя и сидром-то назвать это было сложно, так, яблочный квас скорее, или даже вино из яблок. Ведь процесс получения так называемого всеми сидра был похож на процесс получения вина в старое время. Так же собирали, давили и настаивали в бочках ,только в этом случае место винограда занимали яблоки.

— Ты уже решил, чем будешь заниматься в Эквестрии? — неожиданно задала вопрос Твайлайт, заставив меня задуматься.

И вправду, а чем мне начать заниматься? Человеку, что прошел, не побоюсь этого слова, СУРОВУЮ закалку Зоной, теперь предстоит пройти ещё одно немаловажное испытание — прижиться в этом мире. Я, конечно, много чего разумею, но чем мне заинтересовать понях? Игрой на гитаре? Не, это оставим на крайний случай. Сейчас нужно подумать о чем-то более масштабном и прибыльном. Попробовать воссоздать что-то из своего мира? Хм, а почему бы собственно и нет. К примеру, какой-нибудь транспорт или ещё что-нибудь.

Хотя нет, что-то я переборщил. Рановато для таких дел. Сначала надо дом себе построить. У Артура может быть и хорошо жить, да только своя хата — она как-то по лучше будет. Но, всё равно, этот вопрос откладывать в долгий ящик нельзя. Его необходимо решить как можно скорее.

— Пока не знаю, — честно ответил я. — У вас и так есть практически всё, что нужно для хорошей и мирной жизни. Мои же навыки могут понадобиться только в тот момент, когда всё покатится в тартар, — подметил я, а Твайлайт, услышав это, серьезно так задумалась.

Ну, сейчас посыпаются предложения об устройстве на работу. Хотя, почему бы и нет. Послушаем, что скажешь, ходячая энциклопедия.

— Возможно, твои навыки могли бы пригодиться в королевской страже, — задумчиво предложила Твайлайт.

Хм, королевской страже говоришь? Это-то те, кто нас на входе в замке встретил? Ну уж нет, пошло оно в зад, да по глубже! Не охота мне как-то стоять целый день на посту в жару и в снег, да тупить в одну точку с каменным эбалом. Не, не, не, в сраку!

— Ну уж нет. Не собираюсь я служить в вашей страже, — тут же ответил я, и мы продолжили напряжённо думать, скрепя ржавыми шестернями в мозгу.

— Может, тогда начнёшь преподавать, как Артур? — спустя какое-то время произнесла Твайлайт. Стоп, блять, машина! Артур — преподаватель!? Что-то я не помню, чтобы он такое рассказывал.

— Ого, так он преподаватель, — удивлённо отозвался я.

— Угу, — единорожка кивнула. — Он — профессор Кантерлотского института кафедры теоретической магии и точечных наук. На это место его назначила принцесса Селестия. Она является ректором этого института, — услышав это, я удивлённо присвистнул.

Фигасе! А пацан к успеху-таки пришёл. И устроился не каким-то там учителем, а самим ПРОФЕССОРОМ. Ха! А, может, мне тоже начать что-нибудь преподавать? Хотя нет, не охота мне как-то с учебным планом возиться и тому подобной работой заниматься. Видимо, зря я так быстро откинул вариант с игрой на гитаре. Сыграю пару раз на публику во время каких-либо праздников, а, может, и вовсе спонтанно где-нибудь в парке. Да, звучит, как план музыканта-неудачника. Но что мне остаётся? Попробовать стать "профессором" и начать преподавать? Хуй с ним, оставим как запасной вариант наряду с предложением о службе. Из раздумий меня вывел внимательный взгляд Твайлайт. Единорожка внимательно всматривалась в мое задумчивое лицо.

— А твоя мордочка более эмоциональна, чем у Арта, — произнесла Твайлайт, внимательно разглядывая мою заросшую грубой щетиной рожу.

— Не морда, а лицо, — произнес я, указывая на ошибку. — И с чего ты это взяла? У Артура вроде то же самое что ни на есть обычное славянское лицо. Да и такое же выразительное.

— Славянское, что это? — задала вопрос Твайлайт. Точно, у них же нет национальностей как таковых, только видовые различия.

— Это национальность, — начал я своё объяснение. — Я и Артур — славяне, то есть русские. Так же есть татары, монголы, чеченцы, буряты, якуты, японцы, китайцы, украинцы, белорусы и ещё многие другие, — изумление на мордашке Твайлайт после услышанного было не описать.

— Арт рассказывал мне, что в его мире много стран. Но он не говорил, что это относится и к национальностям. — произнесла единорожка изумлённо-задумчивым голосом.

— Возможно, забыл, — повседневным тоном заметил я. — Твайлайт, я же тебе говорил, что наши с Артуром миры похожи и различаются они только тем, что в моем мире образовалась так называемая Зона, — единорожка утвердительно кивнула.

— Пожалуйста, расскажи ещё что-нибудь о так называемой Зоне, — вежливо попросила меня Твайлайт, на что я лишь хмыкнул.

— Твайлайт, ты и вправду хочешь знать об этом, не побоюсь этих слов, смертельном месте? — последние слова я произнёс с выражением, чтобы до единорожки наконец-таки дошло о чём идёт речь. — И вроде я уже как-то говорил, что может там произойти, и ты все равно хочешь знать больше? — после этих слов единорожка замялась.

— Да, я хочу знать больше. Как ты там выжил? Как попал туда и зачем? И почему не стремился вернуться обратно? — неуверенным тоном произнесла единорожка, в ответ получив мягкую улыбку.

Ну, а почему бы и не рассказать. Я хоть и описал им пару историй, сидя под деревом, но она, видимо, хочет знать больше. Да и попросила она вежливо, я бы даже сказал, неуверенно мило. Принцессы, вон, без зазрения совести залезли ко мне в голову. Да хорошенько там покуролесили.

— Ладно, расскажу. Но об этом никому ни слова. Понятно? — предупредил я, пригрозив единорожке пальцем.

Твайлайт, тут же улыбнувшись, кивнула и стала произносить какую-то странную клятву. Как только она закончила, я выдохнул и, собираясь с мыслями, приготовился рассказывать.

Всю дорогу до ее дома я рассказывал о своих ходках по Зоне. Рассказал, как мы с Бромом попали в кольцо аномалий, где он собственно и сгинул. Рассказал, как меня поймали бандиты на выходе с Агропрома и около трёх недель держали в подвале. Как полз через половину Радара, под снайперскими прицелами фанатиков. Как ползал по катакомбам и лабораториям, и что там видел.

— О! Вспомнил ещё один случай, — произнёс я, подняв указательный палец к небу. — Застрял я как-то раз в Припяти — это город такой. Забрался в многоэтажку какую-то, да на четвертый этаж поднялся. Нашел там квартирку более-менее целую. Думал, отдохну сейчас, поем, а там с утра дальше пойду. Рассчитывал, что дня через два-три буду на Складах. Да только не получилось у меня.

— И что же с там случилось? — с явным интересом спросила меня Твайлайт.

— А случилось то, что дом меня не выпускал. Я утром, как проснулся, сразу в дорогу собираться стал. На лестницу вышел и давай вниз спускаться. Да вот только, сколько не спускался, всё на том же этаже оказывался. Будто лестница бесконечной стала, — меня передёрнуло от воспоминаний.

— И как же ты тогда выбрался? — спросила Твайлайт, находясь под впечатлением.

— Ооо, это самое интересное, — протянуто сказал я. — Когда я все же понял, что попал в западню, то стал думать, что делать дальше. Еды, конечно, хватит ещё на сутки, двое. Но, а дальше-то что? В четырех стенах, да на четвертом этаже еды нет. Я даже думал, чтобы по стене вниз спуститься. Да только она полностью отвесная, и ухватиться не за что было, а веревки у меня с собой нет. Так что я сел на более-менее целый диван и проверил КПК, связи, конечно, не оказалось. Так что, поняв, что выхода нет, и связаться с кем-то у меня не выйдет. Я решил побродить по "своему" этажу. Я не надеялся, что вообще что-то найду. В соседней квартире, кроме кучи старой бумаги и нескольких шкафов, что пошли на дрова в костёр, я ничего ценного так и не нашел, но вот в соседней, — я сделал драматическую паузу.

— Что? Что ты там нашел? — быстро произнесла Твайлайт, не скрывая своего желания услышать продолжение.

— Много интересного, — продолжил я. — Та квартира, по видимому, раньше принадлежала музыканту или целой семье музыкантов. Различные духовые и клавишные инструменты были практически в каждой комнате, кроме кухни, конечно. Все они были в плачевном состоянии. Так что играть на них было нельзя. Больше всего мое внимание привлекло огромное фортепиано, что стояло в зале. Возможно, некогда умелые руки выдавали прекрасную игру на нем, но увы. Тогда оно сгодилось, разве что в дрова. Следующую ночь я провел в этой квартире. Развел небольшой костерок, приготовил спальное место, поел и только хотел лечь спать. Как услышал тихую мелодию из соседней комнаты. Мелодия была сбивчивая и неумелая. Создавалось ощущение, что играет новичок. Я, конечно, испугался, схватился за автомат и стал прислушиваться. Мелодия и не думала останавливаться. Как только она заканчивалась или сбивалась с ритма, то начиналась сначала. И так в течение часа. Я же собрав последние силы, решил проверить, что там. Так что, перехватив оружие поудобнее, осторожно пошел в ту комнату. Признаюсь честно, так страшно мне было впервые. Меня аж холодный пот от страха прошиб. И вот, я на дрожащих ногах и с дрожащим в руках оружием аккуратно открываю дверь, ведущую в комнату, что была некогда детской. Увиденное мной тогда заставило мое сердце замереть, а волосы на голове быстро стали покрываться сединой, — я бросил короткий взгляд на Твайлайт. Кажется, она полностью погрузилась в мой рассказ. — В той детской комнате сидело нечто похожее на темный силуэт ребенка и неумело пыталось играть на гитаре. Завидев меня, оно окинуло меня странным взглядом, таким ещё смотрят дети на своих родителей. Я не мог и пошевелиться, да что там говорить, я даже дышать рядом с этим боялся. Оно ещё несколько долгих секунд, что показались мне вечностью, смотрело на меня, а после протянуло гитару. Дрожа от страха и не в силах говорить, я принял протянутую мне гитару и дрожащими пальцами стал играть ту же мелодию. Я отлично знал ту мелодию, так как играл её и не раз. Не знаю, сколько я играл и как много раз повторял эту мелодию. Но, когда пришел в себя, уже было светло, а то нечто пропало. Так что я, не долго думая, сорвался с места, похватал свои вещи и побежал прочь от того дома, прихватив с собой и гитару. Бежал я долго и не разбирая дороги, а после и вовсе потерял сознание. Очнулся уже на следующей день, на Складах, на базе Свободы. Как я в живых остался, не знаю. Но с тех пор, та гитара постоянно со мной и продавать или дарить ее кому-то, я не собираюсь, — я закончил рассказ, а Твайлайт, помолчав с несколько мгновений, заговорила.

— Удивительно, — как-то отстранённо произнесла единорожка, видимо, находится ещё под впечатлением от услышанного. — То есть, та гитара — это... — я утвердительно кивнул.

— Да, та самая, что я вынес из той проклятой многоэтажки, — Твайлайт снова замолчала, видимо, принявшись над чем-то раздумывать.

Остальной путь мы преодолели молча. Увидев ее дом, я был поражен. Ее домом была библиотека, что находилась внутри дерева... Огромного дерева. Твайлайт стала предлагать остаться у нее на чай и поговорить ещё, но я отказался, сославшись на то, что у меня ещё много дел, и надо подумать, что делать дальше. Распрощавшись с единорожкой, которая к моему удивлению, крепко обняла меня на прощание и взяла с меня обещание, что я зайду к ней ещё, я отправился разведывать городок дальше.

После разговора с Твайлайт у меня поднялось настроение, чувство раздражения и тревоги отошли в сторону, а чуйка так и вовсе заткнулась и больше не проявляла своей деятельности. Гуляя по городу, я наблюдал за происходящим и реакцией окружающих на мое появление. К моему удивлению, никто даже и не думал швыряться в меня камнями и палками, казалось, что они меня вовсе не замечают. Хотя некоторые, что все же замечали меня, приветственно махали передними лапками, а получив в ответ такой же жест, шли дальше по своим делам. Погуляв ещё некоторое время, я увидел небольшую толпу пони, что стояли возле фонтана, оттуда же я и услышал приятную музыку, что доносилась из толпы. Мне стало интересно, кто там играет. Подойдя ближе, я увидел мятную единорожку, что играла на маленькой арфе. Она играла красивую мелодию, аккуратно перебирая струны арфы передними лапками. Я засмотрелся на это представление и решил дослушать мелодию до конца.

Как только мелодия закончилась, толпа пони разразилась одобрительным топотом. Это у них такие аплодисменты? Я присоединился к их овациям, только в своей форме. Мятная единорожка, видимо услышала посторонний звук хлопков, среди топота, отставила арфу в сторону и кинула на меня внимательный взгляд. Увидев меня и сменив выражение мордочки с внимательного на явное удивление, она неуверенно подошла ко мне, когда толпа начала расходиться.

— Здравствуйте, — с робостью в голосе произнесла она.

— Привет, — ответил я и сразу решил похвалить её игру. — Отлично играешь, приятно слушать хорошую музыку.

Я уже говорил, что меня удивляет, как пони умудряются краснеть? Да и выглядит это естественно, и в то же время мило! Так и хочется затискать обнимашками! Тьфу ты, блять! Что-то меня заносить начало. И когда это поняхи мне нравиться начали? Рано ещё в зоофилы вступать. Хотя с другой стороны они разумны и …Стоять! А ну быстро! Выкинуть всё это из головы! Тьфу! Тьфу! Тьфу!

— Спасибо, значит вам понравилось? — спросила меня единорожка.

— Очень, — честно ответил я. — Я тут недавно, всего четыре дня. И услышать музыку этого мира, за такой короткий срок, было великой удачей.

— Я так и знала! — вдруг громко произнесла единорожка. — Вы из другого мира, как и Арт! — продолжила она и указала лапкой на меня.

— А разве это так заметно? — саркастично ответил я.

— Конечно! Вы выделяетесь, особенно руками, — ответила единорожка, указав теперь на мои руки.

— С ними что-то не так? — с непониманием спросил я, начав рассматривать свои руки.

— Ещё бы, ни у кого из всех известных видов нет таких рук. Есть похожие, но они не идут ни в какое сравнение с вашими, — закончила пони, а я ещё сильнее удивился.

Что такого она нашла в этих руках? А! Ну да! Я же из другого мира, точно. И если считать с её слов, в этом мире нет таких рук, как у нас с Артуром.

— Понятно, — я прекратил осматривать руки и запустил их в карманы, а то как-то странно она на них смотрит. Будто отнять хочет. — И давай перейдем на "ты". Меня зовут Сергей, для друзей просто Бэр.

— Лира Хартстрингс, — представилась единорожка и пролевитировала над собой свою арфу.

— И часто ты тут играешь? — спросил я, делая неопределенный жест.

— Не очень, только когда есть настроение или свободное время, — ответила Лира, и мы пошли по ещё одной улице Понивиля. По пути я ставил себе зрительные ориентиры, чтобы не заблудиться.

— Понятно, а завтра играть будешь? — спросил я, надеясь на положительный ответ.

А то играть одному, будет как-то не интересно, а вот аккомпанировать будет уже интереснее и легче. Да, придется играть на слух, что отчасти сложно, но ничего страшного — и не с таким справлялись.

— Не знаю, у меня с моей подругой были планы, — мечтательно произнесла Лира.

— Блин, придется играть одному, — с наигранной печалью сказал я.

— Ты играешь!? — тут же оживилась Лира.

— А то! — самодовольно ответил я.

— И ты хочешь завтра сыграть со мной на площади!? — я кивнул.

Какая догадливая.

— Ну так что, устроим небольшой концерт? — ну же, давай, соглашайся.

— Хорошо, я поговорю с Бон-Бон. Наверняка она тоже согласится. — я мысленно обрадовался.

А поньки и вправду доверчивые.

— Ну, вот и договорились. Тогда завтра у фонтана, после обеда. Хорошо? — произнес я, глядя на часы.

Половина шестого. Надо шагать обратно и думать над репертуаром. Не буду же я петь поняхам военные песни или что-то в том духе. Надо подобрать более мягкие и мелодичные.

— Хорошо, тогда я побежала. До завтра! — выкрикнула Лира и помчалась дальше по улице.

Ладно, и мне пора честь знать. Я отправился обратно к дому Артура уже с приподнятым настроением и парой мыслей о завтрашнем дне.

Придя обратно в дом Артура, я прошел на кухню и налил себе стакан холодной воды.

— Ну и жара, — протянуто сказал я, делая очередной глоток.

— Как прогулялся? — раздался неожиданный голос Артура из-за спины.

От неожиданности я вздрогнул всем телом и саданул себе по зубам стеклянным стаканом, пролив часть воды на себя.

— Блять… — произнес я, глядя на облитую футболку и штаны. — Тебе не говорили, что пугать кого-то, когда он пьет — нехорошо? — злобно произношу я, разворачиваясь к Артуру и отряхиваясь.

— Прости, — хохоча, произнес он. — Ну, и как тебе Понивиль?

— Неплохой городок, — честно ответил я, уже обтираясь полотенцем. — Чем-то напоминает окраины Москвы или ещё каких-то крупных городов, — отложив полотенце в сторону, я подошёл к окну и, открыв его, достал пачку сигарет и закурил.

— Что думаешь делать с Церкой? — спросил меня Артур.

— А шут его знает. Надо с ней ещё немного поговорить, а там видно будет, — скурив сигарету до фильтра, я отправил её щелчком в окно. — Ладно, пойду с ней покумекаю, — произнёс я и отправился в мастерскую.

Зайдя туда, я бросил внимательный взгляд на Церку в клетке. Ого, чего это с ней такое? Выглядит так, будто пробежала десяток километров, без передышки и остановок. Лежит на полу, тяжело дышит и мелко дрожит.

Я в два широких шага преодолел расстояние от меня до клетки и присел на корточки.

— Что с тобой? — чётко и ясно произнес я, в то же время не скрывая своего беспокойства в голосе.

Ответа не последовало. Не долго думая, я протиснул сквозь прутья клетки руку и аккуратно потряс Церку за плечо.

— Проснись! — выкрикнул я, продолжая ее трясти. Ее налитые усталостью и слабостью глаза медленно раскрылись. — Что с тобой? — быстро задал я вопрос, намереваясь получить ответ.

— Голод... — тихо прошептала она. — Любовь...

ПИЗДЕЦ! Где я ей сейчас любовь возьму!? А что если... Похер! Один раз — не Гондурас, как говорится. Я поднялся обратно на ноги и быстро стал искать ключ. Где эта блядская железка!? А! Вот он где! В одном из ящиков в столе лежал под какими-то бумагами. Схватив ключ, я открыл клетку и подтянул Церку на руки. Едрить! Да она холодная, как труп! Точно сейчас ласты склеит!

Я аккуратно повернул её мордашку к себе и, не долго думая, заключил ее губы в долгий поцелуй. Несколько секунд ничего не происходило, но потом меня будто током ударило. Все мысли в голове смешались, а сердце забилось чаще.

* * *

Удар. Я ударяюсь об гладкую поверхность эмоций, что текут в реке снов. Перед глазами всплывают воспоминания о прошлой жизни, оставленной на границе Зоны. Вот я гуляю с Сашей по крыше многоэтажки. Я пою ей песню группы Сплин, а в голове шумит от вина. Она улыбается и смеется, я смеюсь вместе с ней. Снова удар. Я сижу в кресле и что-то печатаю в ноутбуке. Рядом со мной за столом сидит Катя и что-то рисует. Я прекращаю печатать и отставляю ноут в сторону, аккуратно обнимаю Катю за талию и резким движением подтягиваю ее к себе. Она вскрикивает от неожиданности и начинает требовать, чтобы я вернул её на место. Мы падаем на диван. Оказавшись сверху, я пристально смотрю на нее. Непослушная чёлка снова упала ей на глаза. Я аккуратно убираю ее. Катя мило улыбается, и я улыбаюсь ей в ответ. В её нежно-зеленых глазах загорается огонек азарта и наши губы сплетаются в страстном поцелуе.

* * *

Резким движением я отталкиваю от себя Церку.

— Что это, мать вашу, сейчас было!? — тяжело дыша, выкрикнул я.

Церка лежала в метре от меня, её шокированный взгляд лиловых глаз был устремлён на меня. Мы просидели так ещё с минуту, пялясь друг на друга.

— Ну и чего ты так смотришь на меня? — я первый нарушил тишину.

Церка отвела свой взгляд в сторону, но так и не сдвинулась с места.

— Ты... помог мне? — растерянно задала она вопрос.

— А надо было оставить тебя помирать? — с сарказмом произнес я. — Если бы я задержался ещё на минут так на десять. То застал бы только твой окоченевший труп. Скажи спасибо своей удаче, что такого не произошло.

— Спасибо... — все так же тихо произнесла она.

— Не за что. — ответил я, поднимаясь на ноги. — Идти можешь?

Церка растерянно посмотрела на меня и попыталась подняться. У неё это, конечно, получилось, хоть и с трудом, но, сделав шаг вперёд, она начала заваливаться набок. Вовремя среагировав, подхватываю её на руки и поднимаю. Мне показалось или она сейчас стала легче?

— Ожидаемо, — сухо подмечаю я.

Церка снова отводит взгляд в сторону. Чего это она? Неужели... Да не, не может быть, она же не может просмотреть память, как принцессы. Или всё же может? Хрен с ним, потом разберёмся. Я понес Церку в зал и, положив её на диван, сел рядом.

— Значит так, — произнёс я, доставая пистолет.

Увидев его, Церка внимательно стала следить за моими движениями.

— Я тебя сейчас спас и в благородство играть не буду, ты мне теперь должна — я вынул обойму и, достав из неё патрон, поставил его перед Церкой на стол. — Вот эту вещицу повяжешь на верёвочку и повесишь на шею. Это будет твоим соглашением.

— Соглашением на что? — задает она вопрос, беря патрон и внимательно осматривая.

— На то, что теперь ты будешь мне прислуживать, пока не отдашь долг, — отвечаю я.

— То есть рабыней? — ядовито замечает она.

— То есть помощницей, — с лёгкой улыбкой отвечаю ей.

— И сколько я должна буду тебе "помогать"? — снова задает она вопрос, продолжая рассматривать патрон.

— Год, — отвечаю я ей, на что она наконец-таки отрывается от изучения патрона и кидает на меня удивленный взгляд.

— Год? — удивительно спрашивает она, на что я лишь киваю.

— Не всю же жизнь мне тебя держать. Года вполне хватит, чтобы вернуть долг, — объясняю я.

— Хорошо... Я согласна, — чуть дрогнувшим голосом произносит она. — Я могу вплести его в гриву?

— Да хоть в хвост, главное, чтобы он был с тобой, и ты его не снимала. А если снимаешь, то не надолго, — одобрительно кивнув, отвечаю я.

Искривлённый рог Церки засветился кислотно-зеленным светом, и патрон охватило облачко такого же цвета. Бля, какой раз замечаю телекинез у пони, в особенности у единорогов. Причем свет этого телекинеза у каждого свой. У Лиры золотистого цвета, у Твайлайт фиолетовый или лавандовый, у Трикси голубой. Хм, у всех понях он под цвет шерстки. Тогда почему у Церки он кислотно-зелёный? Мда, ещё одним вопросом, на который я не получу ответа, больше. Подхваченный патрон подлетел к гриве Церки и аккуратно стал вплетаться в неё.

Спустя несколько секунд патрон калибра 9х19 бросал солнечные блики из гривы Церки.

## Глава Седьмая. Ритм.

Я внимательно рассматривал Церку, сидя с ней на одном диване. Чёрная и коротенькая шерстка, тонкие и прозрачные, похожие на стрекозиные, крылышки. Создавалось такое впечатление, что их можно сломать, только лишь коснувшись. Хотя на деле это не так.

Мой взгляд опустился на её лапки. Так, блять, а это что такое? Дырки? Точнее сказать, сквозные отверстия. И выглядят они совершенно естественно. Внутри была такая же короткая черная шерстка, но вот их размер меня иногда вводил в ступор. Были как маленькие, так и большие, в которые я с лёгкостью бы просунул три или четыре пальца. А того гляди и всю ладонь.

— Чего это ты меня так пристально рассматриваешь? — произнесла Церка, отползая от меня к краю дивана. Пошутить, что ли, над ней?

— Да вот, думаю, в кого ты ещё можешь превратиться? — как бы безразлично отвечаю ей, а сам начинаю выстраивать хитрый план.

— А у тебя есть предпочтения? — с ехидством в голосе произносит она вопрос.

— Допустим, — с таким же ехидством в голосе ответил я

В который раз я уже перелопачиваю свой список треков в КПК? В четвертый? Пятый раз? И все ещё не могу подобрать "нормальные" варианты для выступления, перед толпой пони. Да, большую часть моего вкуса занимают рок и хип-хоп. Хотя у первого явное преимущество, я бы даже сказал — огромное. И причем, когда я говорю рок, я имею ввиду хеви-метал и дед-метал. Их, к сожалению, на гитаре будет трудновато исполнить. Может, тогда взять что-то из хип-хопа? Так, погоди, а это что?

Я звонко хлопнул себя по лбу, тем самым заставив Церку взглянуть на меня. Кстати да, она была рядом со мной. И нет, мы не занимались чем-то эдаким. Мы просто слушали музыку. Ну, как слушали, она слушала, а я усердно подбирал треки.

— Ты чего? — удивлённо спросила она.

— А? — опешил я, забыв, что она находилась рядом. — Да ничего, просто нашел, что искал.

Оставив её без четкого ответа, я положил рядом с ней КПК и схватил рядом стоящую гитару. Ну как!? Как я мог про него забыть!? Тобиас Рейчел! Идеальный вариант, чтобы сыграть его на публику! Сев прямо на пол и откинувшись на боковину кровати, я поудобнее взял гитару. Так, теперь вспомнить, как играть его треки. Фингерстайл — это вам не хухры-мухры! Тут нужно подготовиться. Чуть потянувшись, я схватил КПК и, найдя знакомый мне трек Тобиаса, я включил его и стал вслушиваться, легонько бить по струнам и гитаре, вспоминая движения. Спустя несколько секунд воспоминаний я выключил КПК и убрал его в сторону.

— Что ты... — не успела договорить Церка, как я жестом приказал ей молчать. Как только в комнате наступила тишина, я прислушался к внутреннему ритму. Да, точно! Acousticore будет самое оно. Я начал игру.

Раньше мне казалось, что на гитаре нужно играть нежно, лаская каждую струну. О, как же я ошибался. Если играть, не рвя струны и не вкладывая в это все умение и желание, то ничего не получится. Ты должен желать этой игры. Ты должен потратить время, чтобы получить умение. И рвать струны, чтобы понять, как нужно правильно. И вот сейчас, я играю, из-под моих пальцев летит музыка, написанная не мной. Но в одном я уверен точно — в своём исполнении, я вложу все силы, чтобы не фальшивить. И поэтому я играл, вкладывая все свои умения.

— Вау... — завороженно проговорила Церка, когда я закончил.

Я даже не мог сказать, а нахожусь ли я вообще в себе. Меня переполняли чувства, различные чувства, удовольствие и эйфория вскружили меня. Я как бы впал в транс, растворяясь в своей же игре. Но я точно хотел одного, я хотел продолжить. Нужно снова подхватить внутренний ритм, но теперь по спокойнее.

Надо тихо вернуться в реальность. Я частенько впадал в такое состояние, когда чем-то увлеченно занимался, будь то работа или игра. Ты будто выпадаешь из реальности и попадаешь в пустоту, начинаешь наполнять её чувствами. Ты даже не замечаешь, что делаешь, или сколько времени ты это делаешь. Ты просто делаешь, и тебе это в кайф. Но вот, когда тебя резко выдергивают из этого состояния, ты несколько минут будешь себя ощущать так, будто головой об стену треснулся. Да хорошенько так. К сожалению в Зоне в такой транс не впасть. Чуть что и хоп! Ты уже в аномалии. Не знаю, сколько времени я над этим думал, но мои пальцы уже что-то начали наигрывать. Но что... А! Точно! Still awake.

Сыграв её, я всё же смог плавно выйти из этого состояния и спокойно выдохнуть. Пальцы ныли от игры, а с некоторых даже слетели маленькие кусочки кожи. Блять! Теперь будут шелушиться. Из моих мыслей о пальцах, меня выдернул сдвоенный топот копыт. Причем один раздавался слева на кровати, а второй справа в дверях. И сопровождал их звук хлопков в ладоши.

— Отлично играешь, — произнёс Артур, закончив аплодировать.

— Спасибо, — ответил я с легкой улыбкой на устах.

— Как вижу, ты выпустил её, — Артур кивком указал на Церку.

— Да, можно сказать, что теперь она работает на меня.

— У нас с ним договоренность, — вставила свои пять копеек Церка.

— По итогам которой она теперь будет помогать мне целый год и выполнять то, что я говорю. Так ведь, Церка?

— произнёс я это таким тоном, что Церка вздрогнула и лишь слабо кивнула.

— То есть, она теперь не схватит меня и не замотает в кокон, и не будет питаться моими эмоциями? — выговорила обеспокоенная Трикси на одном дыхании.

— Чейнджлинги никогда так не поступают! — тут же выдала Церка, и я поднял на неё вопросительный взгляд. — Ну... Может быть в редких случаях... Очень редких... Случаях... — стушевавшись под моим суровым взглядом, закончила она.

— Ладно, позже разберёмся, — произнёс я. — А вы сами-то, где пропадали?

— Ходили в Понивиль пополнять, так сказать, наши запасы еды, — ответил мне Артур. — И это, Бэр... У тебя остались...

Я кивнул, поняв, что он имеет ввиду. Мясные консервы теперь для нас с Артуром на вес золота, ибо поняхи от рождения веганы. Я, конечно, не против растительной пищи, но на постоянной основе!? Это пиздец, товарищи.

— Не волнуйся, всё на месте, — удостоверил его я.

— Ну тогда пойдём поедим, — предложил Артур.

Остаток вечера, после ужина, мы провели за столом на кухне, беседуя на разные темы и попивая чай. Хотя я не отказался бы от чего-нибудь покрепче чая. Из разговора я понял, что Артур раньше работал инженером-схемотехником или что-то вроде того. На электронике он, как говорится, собаку съел.

Так же вопросы не обошли стороной и Церку. Из её рассказа мы узнали, что она, так сказать, съебалась из улья — это что-то вроде её родного дома, по причине, что её достала жизнь под присмотром какой-то королевы. И она решила начать новую жизнь среди пони, у которых она незаметно притыривала бы любовь для пропитания. Но из-за того, что она плохо знала, как устроена жизнь простых пони, она не смогла приспособиться, и поэтому пряталась в лесу, поджидая различных путников. Мда, чем-то она напомнила мне химеру и кровососа в одном лице. Так же я рассказал, как и почему Церка стала моей помощницей. Беату этот рассказ немного ужаснул, а вот Артура удивило.

— Ты знаешь, что за магию она применяет, когда собирает так называемую любовь? — спросил меня Артур, когда Церка и Трикси пошли спать.

— А магия разве бывает разной? — с небольшим удивлением произнёс я.

— Я сам ещё точно не знаю, — ответил Артур и продолжил. — Но вот то, что у каждого существа в этом мире есть своя магия, это я знаю точно.

— К чему ты ведёшь? — с подозрением в голосе спросил я.

— К тому, что Церка, когда питается... Назовем это так. Она воздействует на фильтр восприятия.

— И?

— В общем, она закладывает тебе в голову свои взгляды на красоту.

— Короче, — с небольшим раздражением в голосе отозвался я.

— Короче, тебе теперь будут нравится пони. В том смысле, что ты на них теперь будешь смотреть, не как на мягких и пушистых созданий, а как на полноценных девушек, — Артур закончил свое разъяснение.

А я выпал в ступор.

— Подожьи, — сказал я, подняв руку в жесте. — То есть ты хочешь сказать, что теперь у меня поменялся взгляд на понях. И теперь, я буду... — я на секунду замолк, собираясь с мыслями в голове. — ...хотеть их трахнуть? — в ответ Артур кивнул.

— Я сам через это прошел. И скажу тебе так. Раз мы тут с тобой застряли, я не думаю, что это плохо.

— Кому как, — ответил я. — Я, по крайней мере, в зоофилы вступать не хочу.

— В зоофилы? — усмехнулся Артур. — Ты считаешь пони животными? — я почесал затылок, думая над ответом.

— Да, и в то же время нет. Они разумны, — я стушевался. Я не знал, как правильно ответить на этот вопрос.

— Хоть они и похожи на животных, но таковыми не являются, и в то же время они и пони, — я яростно растрепал свои короткие волосы, среди которых я нашел чистые участки кожи. — Пиздец! Я запутался! — выругался я, а Артур рассмеялся.

Мы ещё с минуту поперекидывались репликами, и он отправился в свой кабинет, а я остался на кухне. Открыв ближайшее окно и достав сигареты, я закурил и задумался.

Мои мысли метались из угла в угол, как затравленные тушканы в подвале. Затянувшись во все лёгкие и выпустив облако сизого дыма в окно, я попробовал собрать всех этих тушканчиков вместе. Отчасти у меня это получилось. И так, что мы имеем на данный момент? Снаряжение в относительно сносном состоянии. Десять тысяч местной валюты, гитару, чейнджлинга, огромный заряд позитивных мыслей и план действий на завтра. В принципе, неплохо. Если мерить по сталкерским меркам. Я докурил сигарету и щелчком отправил окурок в окно

Стоять, бояться! Когда это успело так стемнеть!? Подняв свой взгляд на ночное небо, я на некоторое время залип.

Ночное небо мерцало мириадами звезд, а полная луна довершала картину этого сказанного неба. Я вдохнул прохладный воздух ночи и почувствовал приятную сонливость и легкую усталость. Улыбнувшись этому небу и своему состоянию, я отправился на боковую.

На утро, мы с Церкой шли по улицам Понивиля. Цель нашей прогулки было встретиться с Лирой. До обеда Церка успела выучить пару текстов песен группы "Градусы". Пришлось конечно написать перевод на Эквестрийский. И тут отдельное спасибо Артуру. Без него и Беаты это заняло бы огромное количество времени. Я поправил ремень гитарного чехла на плече.

— Текст не забыла? — задал я вопрос Церке.

— Нет, у меня хорошая память, — ответила она с ухмылкой.

Я ответил ей такой же ухмылкой. Ну, посмотрим, как будет работать твоя память на публике. Я еще раз окинул маскировку Церки взглядом. Сейчас она выглядела милой единорожкой с кремового цвета шерсткой и гривой цвета спелой вишни. Мы вышли на главную площадь.

— Ну и где они? — задал я вопрос, оглядываясь по сторонам.

— Кто они? — незамедлительно отозвалась Церка.

— Лира и ее подруга, — ответил я, продолжая осматриваться по сторонам.

— Вот вы где! — раздался звонкий голос мятной единорожки.

Заметив Лиру, я не сразу обратил внимание на земную поньку с интересным цветом гривы.

— Привет, Лира, — поприветствовал её я.

— Привет, — ответила единорожка, обняв меня за пояс. — Готов играть?

Я на секунду опешил от такого приветствия, но быстро взял себя в руки.

— Конечно, — ответил я, оттянув лямку чехла к верху. — А ты?

Лира пролеветировала перед собой свою лиру. Да, как бы странно это не звучало, но Лира играла на лире.

— Целиком и полностью, — весело ответила она и посмотрела на Церку.

— С тобой мы еще не знакомы. Я Лира, а тебя как зовут? — с улыбкой обратилась к чейнджлингу мятная единорожка.

— Церка, — ответила моя помощница.

— Рада знакомству, — всё с той же улыбкой произнесла Лира, протягивая лапку кремовой единорожке.

Она не растерялась и с такой же улыбкой легонько стукнула по лапке Лиры своей. При этом раздался характерный щелчок.

— Лира, — обратилась к ней ее подруга. — Ты ничего не забыла?

— Ой, прости, Бон-Бон, — очнулась Лира. — Знакомьтесь, это Бон-Бон. Моя лучшая подруга и отменный кондитер. Бон-Бон, это Бэр. Он друг Артура.

— Приятно познакомиться, — произнёс я, протягивая Бон-Бон руку.

— Взаимно, Бэр, — Бон-Бон вложила свою лапку в мою ладонь, и я легонько пожал ее.

— Так, милые дамы. Вы пока тут разговаривайте, а мне нужно чуть подготовиться, — с этими с словами я отошёл от них на несколько шагов.

Сняв чехол с гитарой, я раскрыл его и стал осматривать гитару. Знаю, с ней ничего не случилось, но я тут по другой причине.

Достав пачку сигарет, я выудил от туда косяк и закурил его. Сделав продолжительную тяжку, я задержал дыхание на положенные 30 секунд. Затушив окурок, я отправил его обратно в пачку. Пригодится еще. Выдох, отлично.

Мир в глазах на секунду поплыл. А по телу пробежала приятная волна мурашек. А все ненужные мысли отступили на второй план. Теперь можно целиком и полностью сосредоточиться на игре.

Достав гитару из чехла, я закинул ремень через голову и вернулся к девчатам.

— Так значит ты будешь петь? — удивленно произнесла Лира.

— Ага, Бэр и Артур переписали несколько текстов на эквестрийский. И я успела их уже выучить. Также мы с Бэром их сегодня утром отрепетировали, — с улыбкой ответила Церка.

— Здорово! Значит сегодня мы услышим не только музыку, но и песни другого мира! — завелась Бон-Бон, узнав сегодняшнюю программу.

— А вот и я, — обозначил я своё возвращение, кладя на лавку чехол от гитары.

— О! Ты уже вернулся, — произнесла Церка.

— А я разве уходил? — в шутливой форме спросил я.

— Это гитара!? — выкрикнула от удивления Лира.

— Ну да, — слегка растерянно ответил я, не понимая чему она удивляется.

Через секунду до меня дошло. Я же из другого мира. Не удивлён, что она так реагирует, увидев мою гитару. Может, она её вообще в первый раз видит. Хотя, стоп. Она знает её название. Значит, тут что-то другое.

Лира подошла ближе и стала рассматривать мой инструмент.

— Что-то не так? — спросил я, пока Лира продолжала осматривать гитару.

— У тебя она какая-то не такая, — ответила она.

— Не удивительно, — ответил я с легкой улыбкой, — она же из другого мира.

— Верно, но всё же. У тебя гораздо меньше расстояния между струнами. А также у тебя их на одну больше. И больше смахивает на инструмент минотавров, — закончила Лира свой осмотр и отступила на шаг.

Я ещё раз взглянул на свою гитару. Значит, в этом мире есть похожий аналог. И это не может не радовать. Ведь если струны порвутся, то запросто можно будет найти новые.

— Хм, понятно, — хмыкнул я, переваривая полученную информацию. — Значит, моя гитара не ново для этого мира.

— Такую, как у тебя, я вижу впервые. А в остальном — нет. У нас тоже есть похожие инструменты, — ответила Лира.

— А не пора ли вам уже начинать? — вмешалась в разговор Бон-Бон, напомнив нам, для чего мы здесь.

— Ой! И правда, — опомнилась Лира, подхватив свой инструмент магией. — Готов начинать?

— А то! — уверенно ответил я, проведя большим пальцем по струнам гитары.

Я и Лира подошли к фонтану. Сев на его бортик, Лира стала играть. Её музыка звучала красиво, а журчание воды в фонтане добавляло в её музыку оттенок спокойствия. Я сел рядом и, подхватив её темп и ритм, стал играть.

Высокое звучание Лиры и глубокое звучание гитары в дуэте давали красивую мелодию. Через непродолжительное время вокруг нас собралось множество пони, что были заинтересованы внезапным выступлением.

Я посмотрел на Церку и кивком головы показал ей, что пора бы и ей присоединиться к нам.

Церка направилась к нам неуверенными шагами. Закончив играть, я жестом остановил Лиру.

— Готова? — обратился я к Церке и, получив в ответ легкий кивок, стал играть музыку группы Градусы.

Лира, услышав незнакомую ей мелодию, попыталась подхватить ее, что отчасти у нее получалось. А Церка начала петь. Под конец нашего выступления я в соло исполнил композиции Тобиаса Рейчера.

После того, как последние ноты были сыграны, все пони, что собрались во круг, взорвались градом аплодисментов и радостных криков.

— Это было круто! — радостно выкрикнула Лира. — Где ты так научился играть?

— Годы практики и тренировок, — ответил я, убирая гитару обратно в чехол.

— А ты, Церка, просто прекрасно поешь! — не обделила своей похвалой Лира мою помощницу.

— Я старалась, спасибо, — просто лучась от счастья, ответила Церка.

— Когда следующее выступление? — сходу спросила мятная единорожка, загоревшись выступлением.

— Тебе же не нравилось часто выступать на публику. Что-то изменилось? — с легкой улыбкой спросила Бон-Бон.

— Я... Не... Бон-Бон! — растерявшись ответила Лира.

И мы все радостно рассмеялись её реакции.

— Не знаю, — честно ответил я, чем расстроил девчат. — У нас с Церкой еще множество других дел. Так что, как закончим с ними, я сообщу вам.

— Будем ждать, — радостно произнесла Лира, пихнув в бок свою подругу. — Правда, Бон-Бон?

— Угу, — с улыбкой согласно кивнула понька.

Распрощавшись с Лирой и Бон-Бон, мы отправились домой к Артуру, но не успели мы пройти и половину улицы, как нас догнали две поняхи. Одна была в очках, с синей гривой и светло-серого окраса шерстки. Вторая с черной гривой и шерсткой цвета мокрого асфальта.

— Чувак! Это было круто! — начала серая поняха. Она оказалась единорогом.

— Согласна с Винил. Это было потрясающе. Особенно ваше сольное выступление, — продолжила за своей подругой пони с черной гривой.

Угу, значит единорожку зовут Винил.

— Спасибо вам, мы старались, — ответил я на похвалу двух понях.

— А твой голос был просто нечто! — обратилась Винил к Церке.

— С... Спасибо, — чуть замявшись, ответила Церка.

— Кстати, как вас зовут? — продолжила Винил.

В этот момент, видимо, что-то резко осознав, включилась подруга единорожки.

— Винил!?

— Чего? — ответила она вопросом на вопрос, не понимая, чего она сделала не так.

— Грубо интересоваться именем, не представившись самим, — осадила свою подругу земная понька.

— А? — продолжила недоумевать Винил.

Земная поняха приложила к своей груди лапку и, глубоко вздохнув, представилась.

— Меня зовут Октавия Мелоди. А это моя подруга Винил Скреч.

Ого, прям-таки и веет аристократией и высоким статусом с прилежным воспитанием. Чтобы не выставить себя и Церку в дурной свете, я поспешил представиться.

— Меня зовут Сергей, а этом моя помощница и подруга Церка. Я очень рад нашему знакомству.

— От вас так и веет всей этой аристократией и высокими манерами, — с усмешкой подметила поняха.

— Винил! — вновь решила осадить Октавия свою подругу, когда заметила наш с Церкой едва сдерживающийся смех.

— Так зачем мы вам? — произнёс я, когда подружки закончили выяснять отношения.

— Мы просто хотели тебя поблагодарить, чувак. — ответила Винил.

— И правда, — продолжила за неё Октавия. — Хоть Артур и пустил в наш мир свою музыку. Но одно дело слушать её на кристаллах и совсем другое. Услышать её в живую. -

— Вы знакомы с Артуром? — тут же вклинился я.

— А то, чувак! — радостно ответила Винил, будто хвастаясь. — Артур, мой лучший друг! -

За что охватила от своей подруги укорезненный взгляд.

— Ну может не самый лучший, — тут же исправилась Винил под взглядом Октавии. — но он явно не на последнем месте среди моих друзей. — Октавию видимо устроил такой ответ и она улыбнулась.

Хах! Видимо кто-то ревнует. А может они... Стоять! Не делаем поспешных выводов. Это другой мир Бэр. Тут все может быть чуть иначе. Эх Зона... Прошло так мало времени, а я уже скучаю по тебе. Как же всё там было просто.

Хочешь жить — выживай. Чтобы выжить нужны патроны. Купи их. Нужны деньги. Добудь их. А как добыть?

Добудь что-то ценное. Продай это ценное. После купи патроны и оружия. И будет тебе счастье. А так же в придачу "чуйка" и впервую ночь в Зоне кошмары вместо снов. Да сорванные нервы. Но все это ничто, по сравнению с ощущением свободы. Не той свободы, под которой подразумевает собой демократия и мирный мир. А животной свободы. Когда все твои инстинкты выходят на свободу и могут прекрасно показать себя на деле. При этом давая фору в сто очков, всем электронным приборам. И если мне предложат пойти по тропе которой сто раз просканировали всеми возможными сканерами и честно говорят, что там ничего нет. То я ни в коем случае не пойду туда. Если что-то внутри меня скажет, что там опасно. Ну да ладно, хватит лирики. У нас тут так то разговор.

— Так значит вы друзья Артура? — спросила за меня Церка.

— В точку! — подтвердила Винил.

— Соглашусь с Винил — поддержала её Октавия.

— Здорово, — подметил я. — Я сейчас живу у него. Так что буду рад видеть общих друзей в гостях, да за одним столом. -

— Это приглашение? — тут же стала уточнять Винил.

— Если можно так сказать. То да. — согласился я.

— Ей! Мы будем, чувак! — радостно произнесла Винил. — А ты сыграешь что-нибудь?

— Ну раз так просишь. То и сыграю. — ответил я.

То с какой довольной мордой ушла Винил. Не описать словами. Даже тот кот, который объелся сметаной ни в какое сравнение не идет с её мордой. И все же. Почему я так быстро позвал их в гости? Да и тем более не к себе домой. Я вообще практически на правах иммигранта у Артура живу. Нужно срочно собирать монатки и находить место под дом.

Мы уже подходили к дому Артура. Как меня охватило странное чувство. И Я встал на месте.

— Ты чего ? — тут же спросила меня Церка.

— Что-то не так. — коротко ответил я. Начав быстро искать взглядом, причину активации чуйки. А то что это было именно она. Я не сомневался ни на секунду.

— Всмысле " Что-то не так"? — не унималась Церка

— То и значит. — произношу в ответ. Не переставая искать причину. И попутно берясь за рукоять пистолета.

— Да что не так то? — продолжала она. Но увидев пистолет и видимо почуяв мой настрой. Церка быстро сникла.

— Держись за мной в паре шагов. И чтоб ни звука. — дважды повторять не пришлось.

Церка быстро заняла сказанное ей место. А я двинулся по направлению к дому. Продолжая держаться тени. И как на зло, стоял разгар дня. Время только только перевалило за обед. Но будем надеяться, что нас не видели в окна. А иначе нас снимут как цель в тире.

Когда мы подошли к двери. Чуйка просто таки взбесилась. Я приложил ухо к двери и прислушался. Вроде тихо все. Но все равно, что-то не так. Будто что-то царапает когтями на границе восприятия. А душу так и грызет гнилой червяк сомнения и волнения. Говоря что не все в порядке. И мало того. Так еще и все шторки закрыты. В помещении через окно не глянуть. Паскудство.

Приказав жестом Церке, отойти на несколько шагов. Я тихо открыл дверь и взглянул в щель. Блять! Темно как у негра в жопе! Не ужели Занавески могут настолько перекрыть весь свет!? Ай! К черту! Влетаю и всаживаю первому попавшемуся на мушку пулю в лоб, А после ухожу перекатом под прикрытием дивана. Сознание тут же выдало план. Которому я и решил последовать.

Дёренов на себя дверь влетаю в помещение. И только взвинченное с помощью адреналина, реакция. Успевает сработать чуть быстрее мозга. И я не вдавливаю спуск. Ведь когда я вошёл в дом. Включился свет и со всех сторон выстрелили хлопушки. Осыпав мою, героически стоящую фигуру с пистолетом в руках, конфети. А орава пони, что находилась тут. В дружном хоре, громко произнесли.

— ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В ПОНИВИЛЬ, БЭР!

Что б вас кровосос в уши выебал. Я хочу обратно в Зону...

## Глава Восьмая. Мы сегодня Фестивалем

— Наааа! Нан наран! Мы сегодня гуляем! Мы сегодня фестивалим! — заорал я в микрофон песню Сердючки, запрыгнув на импровизированную сцену.

На таком же импровизированном танцполе уже вовсю отжигали разноцветные пони. Бас долбил из колонок, алкоголь шумел в голове. Хотелось петь и веселиться. Тем более, мой это праздник или нет?

А как я попал на сцену, сейчас расскажу.

После того, как я ворвался в дом, и меня осыпали конфетти, а перед глазами стало мелькать размытое пятно по имени Пинки Пай, честное слово, хотел пойти взять свой калаш и лупануть из ГП раз эдак двадцать. Но удержал меня от этой идеи вовремя подошедший ко мне Артур. Он подошёл и, положив руку на мое плечо, тихо произнёс, чтобы не слышали другие:

— Успокойся, Бэр, — прошептал Артур. — Это у местных пони традиция — устраивать вечеринку в честь новых жителей Понивиля. Меня самого через это протащили.

— Ладно, — так же тихо ответил я, убирая пистолет за пояс. — Но предупредить же можно было?

— Не моя затея, — пожал плечами Артур, улыбнувшись мне. — За все ругай вот эту пони. Это её идея.

Он указал на Пинки, которая в это время лыбилась во все, да во все что есть зубы, и строила из себя саму невиновность. Вот же розовая бестия. Закатила, значит, вечеринку, а виновника даже не предупредила. Ну да ладно. Вечеринка, значит вечеринка.

Ну, а после мы с Артуром вылакали остатки моего запаса самогона. Но и на этом наши алкогольные приключения не остановились. Ведь у каждого уважаемого себя сталкера есть пресловутая заначка.

Тайники — наше всё! И на дне моего рюкзака была быстро найдена полулитровая бутылка чистого спирта. Я её таскал от нехуй делать. Ранку там промыть или против радиации бороться. Но она, к счастью, так ни разу и не пригодилась. До этого момента.

Так что мы быстро её разбодяжили до состояния "можно принимать внутрь", ибо воспринимать спонтанную вечеринку на трезвые мозги я не мог. Так что выпил, занюхал и курнул. Артур, кстати, в стороне не остался. Так же сделал добрую хапку священной травки Ашота. А потом началось. Поздравления, объятия, поцелуи, танцы.

— Поздравляю, дорогуша, — обратилась ко мне пони-единорог с тёмно-синим цветом гривы.

Её грива и хвост были элегантно завиты. Да и в общем она создавала впечатление красоты, элегантности и высоких манер. Отчасти она напомнила мне туповатых, зажравшихся и высокомерных шлюшек из богатых семей. Но вот в её голосе и повадках не было и намёков на это. Просто красивая и элегантная пони с замашками на аристократию.

— Благодарю, — ответил я, и чуть склонился вперёд, выдавая это за знак своих высоких манер.

Я все же не грубиян, а хорошо воспитанный человек. Спасибо крепкой руке отца и мягкому слову матери.

— Не стоит, дорогуша! — тут же засмущалась понька, закрывая своё смущение передней ногой. — Мы все же на вечеринке, а не на Галлопинг Гала.

— Как бы то не было, у нас принято отвечать на вежливость вежливостью, а на доброту добротой. Тем более, когда общаешься с такой прекрасной и красивой пони, — тут же ответил я.

— Настоящий джентелькольт, — видимо, обомлев от моих слов, тихо и на выдохе ответила пони-единорог.

— Кажется, мы с вами ещё не знакомы, — решил я тут же перевести тему разговора.

— Ох, простите мне мои манеры, — тут же оживилась понька, придя в себя. — Меня зовут Рарити. Я хозяйка модного бутика "Карусель". Заходите, буду рада видеть вас среди моих клиентов, — закончила она с приятной улыбкой на губах.

— Конечно, я буду рад, — ответил я, вновь чуть склонившись.

"Ни за что не появляться в вашем бутике." Продолжил я уже в мыслях, ибо вид её загоревшихся глаз заставил мою задницу сжаться до такого состояния, что арматуру перекусить можно. Зуб даю, будет использовать меня в качестве манекена. Пока полёт её безумной фантазии не иссякнет.

Поговорив со мной ещё несколько минут, она взяла с меня несколько обещаний, которые я конечно выполнять не буду, ибо с каждым данным ей словом моя чуйка каждый раз сходила с ума и старалась забиться в самый дальний тёмный угол. И я с ней был абсолютно солидарен. Ведь обещанием примерить несколько костюмов из её новой линейки модных нарядов наверняка не закончится. К счастью меня спасла вовремя подоспевшая Твайлайт.

— Вот ты где, — сказала сиреневая единорожка, подходя к нам с Рарити. — Привет, Рарити, — с улыбкой поприветствовала она, по всей видимости, свою подругу.

— Здравствуй, Твайлайт, дорогуша, — ответила Рарити, приобнимая Твайлайт за шею. — Я рада, что ты наконец-то смогла выбраться из своей душной библиотеки и развеяться. Как идут дела?

После этого вопроса Твайлайт заметно погрустнела, а с лица или всё же мордахи сползла счастливая улыбка.

Не дожидаясь её ответа, я решил исправить ситуацию.

— Так, дорогие дамы, — произнёс я, привлекая к себе внимание. — А не пора ли нам за стол? А то все вкусности без нас съедят.

— И правда, — подхватила Рарити. — Пойдемте, я так голодна. К сожалению, красота требует жертв. И чтобы поддерживать свою фигуру, приходится идти на уступки. Но сегодня ведь можно? — произнесла белая единорожка, показав на мгновение язык Твайлайт.

Как ни странно, это подействовало, и на мордашку Твайлайт вернулась улыбка.

— Хорошая идея, — ответила Твайлайт.

И мы направились к столу, выбирать вкусности.

А выбрать, поверьте мне, было из чего. Тут тебе и тортики, и эклеры, и нарезка из разных фруктов, разнокалиберные салаты, к которым я решил не притрагиваться, ведь заметил среди них цветы ромашек и ещё каких-то цветов. Хотя попробовать желание все же было. Но как-нибудь в следующий раз.

В общем, набив животы лёгкими закусками, я продолжил знакомиться и общаться с различными пони, и вести беседы на различные темы. Как вдруг раздался голос из колонок, которые я не сразу заметил.

— Привет, Понивиль! Готовы оторваться!? — ответ не заставил себя долго ждать, и вся толпа понях взорвалась радостным топотом и криками, от которых, мне на мгновение показалось, что дом зашелся ходуном.

— Отлично, ведь ваш любимый DjPon3 подготовил для вас особую программу! — после этих слов, из колонок раздалась клубная музыка.

Свет погас, а под балкончиком второго этажа зажглись разноцветные прожекторы и лазерные установки.

Я взглядом нашел расположение этого диджея. И от увиденного впал в секундный ступор. За пультом стояла Винил и магией управляла всей установкой, попутно не забывая жонглировать пластинками.

Я окинул взглядом начавших танцевать пони и, улыбнувшись, махнул рукой. А и сосыч с ним. Надо же когда-то и расслабиться.

— На! Най нан наранай! Мы сегодня гуляем! Мы сегодня фестивалим! — продолжал я петь, попутно ещё и пританцовывая на сцене. А поньки тем временем вошли в кураж, а некоторые даже начали подпевать.

— Привет, Понивиль! Встречай, Эквестрия! — закончил я и, прыгнув со сцены, уже начал танцевать под начавшийся трек.

И это было последнее, что я помню...

## Глава Девятая. Привет с Большого Бодуна.

Говорят, что если наутро хорошо, то погуляли плохо. А если наутро плохо, значит погуляли хорошо. Так вот. По ощущениям я могу смело сказать, что погуляли мы просто ПИЗДАТО! Ибо всё моё состояние можно было описать двумя словами. Большой Бодун. И он был настолько большой, что даже дышать было тяжело.

— До...бейте... — прохрипело нечто у меня на груди.

Я открыл один глаз, чтобы тут же его закрыть. Ибо увиденное вообще никак не вписывалось в мой маленький мир в голове. Ну не мог я этого сделать! Не встал бы! Или все же встал? Нет-нет-нет! Не верю! Не могло этого случится!

Пока я размышлял над сутью бытия, Церка сползла с моей груди и легла рядом. Дышать стало заметно легче. Это же сколько она весит, при её-то размерах?

— Ох... — простонал я от раздавшегося в голове резкого импульса боли.

Церка на это никак не отреагировала. Видимо вновь уснула. Ну и хрен с тобой, рыбка золотая. Сейчас задачка есть посложнее, чем разбор прошедшего. Добраться до белого трона.

Я стал медленно вставать и стараться сесть на край кровати. И у меня это получилось. В сопровождении целого оркестра головной боли. Плохо...очень плохо. И на кой черт мы пили эту хрень? Как же...Блять...Хуево...

Я оглядел себя. Голый и в одной кровати с Церкой. В голову тут же полезли неприятные мысли о, возможно, произошедшем. Я тряхнул головой, чтобы отогнать неприятные мысли. Но вместо ожидаемого результата получил лишь вспышку головной боли, которая ударом тяжёлой кувалды раздалась внутри черепа. Тяжело вздохнув, я собрался с силами, встал, кое-как нашёл штаны и направился вниз.

Спустившись на первый этаж, я охренел от беспорядка. Всё в конфетти, цветных лентах и ещё какой-то цветастой мишуре. Чтобы не заработать ещё один удар кувалды по мозгам, я быстро направился на кухню. Там уже сидел Артур, и не скажу, что ему было лучше, чем мне. Оплывшее лицо, налитые кровью глаза, всего чуть заметно шатает из стороны в сторону.

— Утро доброе, — тихо произнёс он, на что я лишь кивнул.

Поняв мое состояние, Артур пододвинул ко мне высокий стакан с какой-то красной хренью. Я не стал отказываться, ибо сушняк давил дикий. Выцедив всё до дна, я вернул стакан. Напитком оказался томатный сок с солью и ещё какой-то хренью. К счастью, после этого пойла мне ощутимо полегчало. По крайней мере внутренности перестали бунтовать.

— Спасибо. — произнес я голосом, уже более похожим на свой, садясь рядом.

— Помнишь что вчера было? — спросил меня Артур.

— После того момента, когда я пел и танцевал. Ничего. — ответил я, опуская голову на столешницу. — Как же херово. -

В этот момент из ванны вышла Трикси. А вот у неё вид был совершенно обычный. Будто и не было никакой вечеринки.

— Доброе утро! — весело и звоноко произнесла она. А в моей голове вновь раздались удары кувалды об наковальню, на которой лежала моя больная голова.

— Шшшшш... — зашипел от боли я. — Тише. И так плохо.

— А, поняла. — тут же ответила единорожка но уже заметно тише. — Подлечить?

Я поднял на неё взгляд полный недоумения, А после перевёл его на Артура. Тот кивнул и я повторил этот жест Беате. Та жестом попросила склониться. Я послушно опустился на колено. К моему лбу прикоснулся её рог. Я закрыл глаза и попробовал расслабиться. Через мгновение конец её рога ощутимо нагрелся, а тело и голову будто ведром ледяной воды окатили. Вымывая боль и усталость.

— Спасибо, — поблагодарил я Беату, возвращаясь на стул. — А что это было?

— Простое заклинание лечения. — как ни в чем не бывало, ответила она.

Интересно, А пулевые отверстия эта магия может лечить? А если ещё и в голове? Тогда это что же получается? Можно вообще что угодно этой магией лечить? Хотя вряд ли. Вон сколько меня в больнице продержали, аж целых пять дней, неделю практически. А за глаза как боялись? Так что нет. Вариант с пулей в голове отпадает сразу. Но вот ранение в конечность наверняка можно будет вылечить и то не сразу.

— Где Церка? — задал вопрос Артур, завидев мое улучшения в состоянии.

— Наверху, спит. — ответил я, наливая воду с лимоном себе в стакан. Да, я знаю что в нём до этого был томатный сок. Но как говорят заядлые туристы. Больше грязи — шире рожа.

— Беата, подлечишь и меня заодно? — обратился к ней Артур.

— Угу. — будничным тоном согласилась она. И процедура повторилась теперь с Артуром.

В этот момент мое тело напомнило, зачем я вообще вставал. И выйдя из-за стола, я направился в ванную. Умылся, почистил зубы. Благо у Артура нашлась запасная зубная щетка. И посмотрелся в зеркало. Мда, моей физиономией разве что мутантов пугать. Хотя они скорее всего за своего примут, особенно зомби.

Вся башка в небольших, частых и лысых проплешинах. А отрошая, жесткая щетина была в аналогичном состоянии.

— Блять, — тихо вы ругался я. — Бюррер и то краше выглядит, чем я.

Надо бы сбрить все это безобразие, к ебенефене. А то выгляжу как хрен пойми кто, да сбоку бантик. Я поискал чем бы подправить свою милую мордаху и, к счастью, нужный инструмент нашелся бысто. Опасная бритва, старый и очень действенный инструмент, любого уважающего себя цирюльника. Только надо Артура спросить, а то вдруг не только он ей пользуется. А подхватить какую-нибудь заразу под кожу, я желанием не горю.

— Арт!? — крикнул я из ванной.

Через несколько секунд, дверь приоткрылась. А в образовавшийся щели появилась голова Артура.

— Чего случилось?

— Воспользуюсь? — спросил я, показывая бритву.

— Да, только погоди, другую дам. — произнёс он, заходя в ванную и начав рыться в шкавчиках, набитыми разными баночками с какой-то хренью.

Я быстро смекнул что это не его. Вот она, одна из прелестей проживания с девушкой. Даже буть она кобылой из другого мира. Ванная комната постоянно забита всякой хренью. Начиная от мыльцев для рожи, жопы и пизды. И заканчивая кондиционером для волос в тех местах, где их в априоре быть не должно.

— Держи. — произнёс Артур через минуту, протягивая мне новеньку бритву.

Взяв бритву, я поблагодарил Артура и принялся за дело.

Ну вот, осталось воском натереть и можно будет прохожих ослеплять солнечными зайчиками. Ну-ка! Тест на, как говорится на яичко!

Шлеп!

Легонько ударил я ладонью по гладко выбритой голове. Посмеявшись над самим собой, за глупую выходку. Я вышел из ванной на кухню.

За столом уже сидела Церка. И видок у неё был на пару пунктов выше, чем полчаса назад.

— Утро доброе. — произнес я.

— Доброе. — радостно и как-то странно улыбаясь ответила мне Церка.

Я не стал интересоваться, что с ней. Но одна мысля все же проскочила. Нет нахуй! Забыли. Ничего не было и точка.

— Вкусно пахнет. — сказала Беата, принюхиваясь к запаху.

— Ага, — вторила ей Церка, так же ловя носом запах еды, витающий на кухне. — Что это?

— Блинчики с сыром. — довольно произнем Артур. Продолжая стоять за плитой с лопаткой в руках.

— Раз вы тут во всю кашеварити, то мы займемся уборкой. — преизнес я.

— Мы? — тут же встрепенулась Церка.

— Да, — подтвердил её догадку я. — Ты и я в сумме мы. Так что давай, заканчивай расстекаться по столу аморфной лужицей. Хватай веник с тряпками и пошли. — скомандовал я. И найдя взглядом искомое, взял в руки веник и направился в гостиную.

Через пару минут ко мне присоединилась и Церка, неся в облочке магии ведро с тряпками и шваброй. Работа закипела вовсю, а ещё через примерно, пять минут, к нам присоединилась и Беата. Работа пошла быстрее. Не удержавшись я задал Беате интересующий меня вопрос.

— Беата, ответь, пожалуйста, на один вопрос. — обратился я к ней, продолжая собирать конфетти в одну кучку.

— Давай. — ответила она, снимая мишуру с потолка своей магией.

— Вы с Артуром пара? — повседневным тоном задал я вопрос.

— Пара? — с недоумением переспросила меня Беата.

— Влюбленных. — уточнил я.

Единорожка на мгновение заметно подвисла. А после ответила совершенно спокойным и собраным голосом.

— Нет, мы просто друзья. Да и с чего ты решил, что мы пара?

— Ну на это указывают несколько факторов. — с легкой улыбкой ответил я.

— И какие же? — толи с издевкой, толи с интересом спросила Беата.

— Ну начнем с того, что вы живете одни, под одной крышей в доме на отшибе. Ведете размеренный образ жизни и в присутствии друг друга, каждый из вас ведёт себя легко и непринужденно. Чем не муж и жена? — закончил я своё суждение, а Беата звонко рассмеялась.

— Я сказал что-то смешное? — недоумевая от реакции, спросил я.

Закончив смеется и немного успокоившись Беата все же смогла ответить.

— Нет, ничего, — вытерая слезу у края глаза и продолжая посмееваться, сказала она. — хих...уууф... Нет, мы не пара в этом смысле. Мы просто хорошие друзья.

— Понятно. — произнёс я.

— А ты? — тут же подключилась к разговору Церка. — У тебя есть кто-то?

— Нет, — ответил я. — хоть и были варианты. Но как то не срослось.

— Почему? — спросила Беата, закончив с мишурой.

— Не знаю. — коротко ответил я, начиная вспоминать своих бывших. И невольно скривился.

— Не понравилась кобыла? — с ехидной улыбкой и таким же ехидныи голосом произнесла Церка.

— Что? Нет! Как раз таки наоборот. Просто не получилось. — ответил я, закончив собирать конфетти.

— Вот как? — продолжала капать ядом, Церка.

Я же решил резко поменять тему.

— Все, хватит воздух словами сотрясать. Меньше слов больше дела. А то Артур там все блины ещё горячими съест.

Дальше убирались молча и как все было закончено, Артур позвал за стол. И как раз вовремя, жрать хотелось со страшной силой. За завтраком Артур предложил сходить в местную мэрию и подыскать участок земли под будущий дом. Отказываться я не стал, ибо своя хата нужна сейчас как воздух.

Через час мы были в мэрии и я выбирал участок на карте под будущий дом.

— А вот тут что? — я ткнул пальцев в непонятное пятно с жёлтой обводкой.

— Это озеро. — пояснила мэр Понивиля.

Ей оказалась милая пони в годах. Не старушка, но и не молодая. Она находилась в том самом отрезке жизни, когда года начинают брать свое. Когда начинают появляются первые глубокие морщинки и первая седина.

— Угу, я возьму вот этот участок. — я обвел пальцем примерный участок земли, рядом с озером. Он приглянулся мне тем, что находился рядом с городком, лесом и озером под боком. Идеальное место для дома сталкера. И я никому не мешаю, и мне никто не мешает.

Мы обговорили ещё некоторые детали и составили договор. Участок обошёлся мне чуть больше чем в 600 бит. Хотя Артур сказал, что его участок стоил 500. Возможно я купил землю в дорогом районе. Ну да и ладно. За то у меня озеро, под окном! В прямом смысле! Построю небольшой мостик, буду сидеть и рыбку для ухи ловить. Я уже вижу эту картинку. Тёплый денек, лёгкий и прохладный ветер, в руках удочка, а рядом сачок с уже поймаными рыбешками. Ммм, ляпота. Теперь осталось нарисовать план будующеего дома, бани, с мастерской и ещё какой-нибудь лабудой. По пути мы заскочили в местную забегаловку. Артур рассказал, что тут подают блюда съедобные для нас, людей. Мы заняли свободный столик.

— Так значит ты всё же решил заняться музыкой? — произнес Артур, пока мы ждали официантку.

— Пока не подвернеться что-то стоящее, да, — ответил я, откидываясь на спинку дивана. — Ты вон, вообще профессор.

— Учить других тоже труд. — пожав плечами произнес он.

— Смотря чему. — не однозначно ответил я, на его слова.

— Теоретической магии и точным наукам. — произнес Артур.

— То есть математике, высшей математике, химии, физике, геометрии и тригонометрии? — уточнил я.

— В точку. — согласно кивнул Артур.

— Тогда причем тут магия? Или ты уже расскусил принцип её работы и уже сам вовсю изображаешь из себя шамана Вуду? — с лёгкой усмешкой спрашиваю я.

— Нет, — с таким же смехом ответил Артур. — но я уже кое-что понял и возможно я близок к разгадке ее тайн.

— Удивительно. — на выдохе произнес я задрав глаза к потолку.

— Что в этом удивительного? — спросил Артур.

— А то, как сами пони ещё не додумались до этого, — ответил я. — они веками жили и пользовались этой магией. Но такое чувство, что они совершенно ничего о ней не знают.

— Ну, ты не далек от истины, — сказал Артур. — по большей части, пони ищут применение магии, а не то что она такое. Хотя, есть и те, кто так же задался этим вопросом и ищет ответ.

— И? — спросил я, желая услышать продолжение.

— И успеха добились разве что единицы. — разведя руки в стороны и пожимая плечами, сказал Артур.

— Ладно, оставим этот вопрос на потом. Да и не время сейчас. — произнес я, и Артур согласно кивнул.

Через минуту к нам подошла пони-официантка и предложила ознакомиться с меню. Я взял в руки предложенную мне книжицу. Ой какие интересные закорючки. Будто учебник по ядерной физике на китайском языке читаю, да еще и вверх ногами.

— Интересно. — наиграным голос произношу я.

— Что? — отвлекся на меня Артур, явно отрываясь от чтения.

— Я нихрена не понимаю, — с кривой улыбкой ответил я, закрывая меню.

— Проблема. — вынес вердикт Артур.

— Не страшно, заказывай ты, а я возьму тоже самое. — на этом и договорились.

Надо бы побыстрее решить эту проблему. И кажется я знаю, кто в этом может помочь.

Быстро поев острого томатного супа, я попрощался с Артуром и направился в сторону одной знакомой единорожки.

## Главная Десятая. Учение - свет, а не учение...

Подойдя к двери, я громко постучал и стал ждать. Прошло 5-7 минут.

— И тишина была мне ответом, — озвучил я свои мысли.

Постучал ещё раз, результат тот же. Да что ж такое. Дома никого, что ли, нет? Осмотрелся по сторонам в поисках оставленного предупреждения об отсутствии дома хозяев. Такого не оказалось. Значит дома всё же кто-то есть. Тогда почему не открывают? А может всё же Твайлайт ушла?

Решил дернуть ручку двери. Дверь приветливо открылась.

— Не понял, — задумчиво произнёс я, но рукой за пистолет всё же взялся.

Протиснулся аккуратно в двери и осмотрелся, сканируя обстановку. Ну что сказать? Библиотека, как библиотека. Кругом книги на полках, есть небольшой диван и пара кресел, рядом стоит небольшой журнальный столик. Есть пара проходов в смежные комнаты и лестница на второй этаж. Скорее всего второй этаж отведен под дом, а первый для читателей, гостей и просто посетителей.

Решил проверить смежные комнаты. Кухня, уборная, кладовая, везде было пусто. Вернувшись в гостиную, уже было начал подниматься на второй этаж, как из-за двери, предположительно ведущей в подвал, раздался шорох. Прошло мгновение, как я уже держал её на прицеле. Медленным шагом двинулся к ней, не сводя с неё прицела. Подойдя вплотную, я прислушался. Из-за двери раздавались разные шорохи и вроде как голоса. Медленно открыл дверь. А то не дай сосыч петли скрипнут.

— Я что-то делаю не так. — раздался до боли знакомый голос одной единорожки.

— Твайлайт, может все же прервемся на обед? — взмолил чей-то мальчишечий голос.

Я до острой боли сжал зубы и убрал пистолет обратно за пояс.

Кровосос бы вас побрал! А я ведь тут чуть пальбу не устроил! Отдышавшись и приведя себя в порядок и уже не боясь, стал спускаться вниз. Но не успел я сделать и шагу, как на встречу мне выбежал маленький дракон. Он сшиб меня с ног, отчего я плашмя ебнулся на пол и хорошенько приложился затылком.

— Ой! — выпалил тот, кто вмазался в меня.

Я же зашипев от боли, злобно вытаращил свои гляделки на обидчика, чтобы в следующее мгновение округлить их по стольнику, ибо на меня сейчас, точно так же, таращился дракончик.

Всё, мужики! Бросаю пить! Заказал завсегдатый алкоголик Пятрович в моей голове.

Не, блять, а меня точно не глючит? Или я все же хорошенько так головой приложился. Раз мне пурпурные дракончики мерещиться начали.

— Простите! — выпалило это недоразумение игры радиации с генами ящеров.

Я только успел подняться на одну ногу, как из подвала примчалась Твайлайт.

— Бэр!? — удивленно выкрикнула она.

Да чего вы, блять, сегодня-то все орете!? В опере, что ли!?

— Привет, — прошипел я, не став озвучивать свои мысли. И уже полностью поднявшись на ноги.

— Бэр? Так это он!? — вторил её удивленному возгласу ящер.

Если они сейчас не замолчат. Я начну стрелять.

— Да я это, я. Ты только не кричи, — ответил я на его вопрос, ощупывая ощутимую шишку на затылке. — Кажись, всё же я хорошенько головой приложился. Раз мне начали казаться дракончики.

— Я настоящий! И меня зовут Спайк! — возразил ящер.

— Угу, приятно, блин, познакомиться. Ай! — выкрикнул я от неожиданности.

— Прости, — стушевалась Твайлайт. — Я просто хотела залечить ушиб.

Я потрогал место где должна была быть шишка, но теперь её уже не было. Да и боли как таковой тоже, нет.

— Спасибо, — поблагодарил я единорожку, от чего та вся аж засияла от гордости.

— Так...Зачем ты пришёл? — как то не уверенно начала Твайлайт.

— Ну, во-первых, я тебе обещал, что загляну в гости. А во-вторых, мне нужна помощь, — признался я.

— Помощь? С чем? — тут же оживилась Твайлайт.

— С грамотой, — ответил я и продолжил. — А то говорить могу, а читать и писать нет. Вот и пришел, подтянуть, так сказать, свои знания в этой сфере.

— Ну прям как с Артуром! — счастливо пропищала Твайка, а в её глазах загорелся странный огонек.

Не успел я и слова сказать, как эта понька уже пролевитировала откуда-то несколько книг.

— Я обещаю научить тебя всему так быстро как только смогу! — произнесла Твайка.

А уверенности-то сколько. Любой храбрец позавидовал бы.

— И читать, и писать? — уточнил я.

— Да. Так что не стоит терять время!

Следующие несколько часов мы провели за учебниками, тетрадями и объяснениями. К счастью, эквестрийский алфавит оказался лёгким в запоминании, и к концу уже первого занятия я мог читать, хоть и по слогам. С письменностью всё оказалось чуть-чуть сложнее. И как они только так пишут, да еще и ртом!? Короче, вникнуть в правописание с наскока у меня не вышло. Пришлось убить несколько часов, чтобы понять, как правильно выводить ту или иную букву.

— Ужин готов, — оповестил нас Спайк.

А наши с Твайлайт животы, не сговариваясь, синхронно заурчали. Ну, как говорится, война войной, а обед по расписанию. Так что мы отложили учебники в сторону и проследовали на кухню. К счастью, и для меня некоторые харчи оказались вполне съедобны. Но я не отказал себе в желании попробовать и еду понях. Ну, что сказать, если быть очень голодным, то есть можно. Но в данный момент я не стану это есть. А то с толчка орать "занято" как-то нет желания.

— А ты и вправду дрался с монстрами в одиночку и убивал их? — спросил меня Спайк.

В этот момент Твайлайт поперхнулась чаем, а я бросил на неё вопросительный взгляд.

Так, блять, и чего про меня тут уже рассказать успели? Я же вроде говорил ей, что бы она молчала про те истории, что я ей рассказывал.

— Спайк!? — с упреком выкрикнула Твайлайт, но я не дал ей продолжить.

— Да, Спайк, это правда. — подтвердил я его слова.

— И как это... Страшно? — дрожащим голосом произнёс Спайк.

— Ну, когда перед тобой встает суровый выбор, а ситуация диктует свои правила, то между "сдаться и умереть" и "драться и жить", я, не раздумывая, выберу второе, даже если это будет стоить мне чего-то дорогого, — ответил я на вопрос.

— Ты словно Деринг Ду! Она тоже исследует опасные места и попадает в разные опасные ситуации. И постоянно преодолевает их только благодаря своим храбрости и смекалке. Как в последней книге, где она боролась со стражем сокровищ! — радостно произнёс Спайк.

Я усмехнулся его словам.

— Всё, хватит Спайк. Нам с Бэром надо продолжить заниматься. — попробовала влезть в разговор Твайлайт.

Но я пропустил мимо ушей ее слова.

— Ну, если ваша Деренг Ду исследует запрещённые территории, где живут твари, которые хотят полакомиться твоим потрохами, и всё это ради денег, то — да, мы будем с ней похожи.

— Нет! Она всё это делает ради приключений! — встал на защиту своего героя Спайк.

— Ну раз так, то мы с ней вовсе не походим друг на друга, — ответил я.

— А тогда для чего ты всё это делал? — задал он вопрос.

— Твайлайт, не пора ли нам продолжить занятия? — напомнил я, услышав вопрос Спайка.

— Но... — хотел было возразить Спайк.

— Я не могу ответить на этот вопрос Спайк. Так как сам не знаю ответ, — ответил Я, поднимаясь из кресла. — идем Твайлайт.

— Да... Конечно... — как то растерянно или даже подавленно произнесла она.

Мы занимались до позднего вечера. И закончили только когда за мной пришла Церка.

— Вы чего тут делаете? — произнесла она, заходя в библиотеку.

— Занимаемся моим обучением грамматике. — ответил я, откладывая перо в сторону.

— А ты время видел? — произнесла Церка, как бы указывая на очевидное.

Поднимаясь со стула и зевая, я взглянул на часы.

— Ох, Ё, — произнес, глядя на циферблат.

Время было далеко заполночь. Так, быстрая математика. Я приперся к Твайлайт примерно в половине десятого, сейчас же практически два ночи. Округляем половину десятого до десяти и считаем. Раз.. Два... Три... Ебать! 17 часов! Да я столько времени за учебниками никогда не сидел. Даже в студенческие годы.

— Ты словно своего жеребенка пришла забрать из школы. — усмехнулась Твайлайт.

— А-ага... Наверное... — произнесла растерянным от неожиданности, голосом Церка. — Ты идешь?

— Да мамочка, только тетрадки соберу. — ответил я. Церка тут же покрылась пунцом, а мы с Твайлайт рассмеялись.

— Я подожду на улице. — ответила Церка на наш хохот и ушла.

— Она права, мне и правда пора. — произнес я, как только мы с Твайлайт, перестали смеяться и чуть-чуть успокоились.

— Вот, возьми, — Твайлайт пролевитировала мне книжку. — это учебник для жеребят начальных классов. Я занималась по нему, когда была маленькой. Так же там есть заметки, что помогут тебе в учебе.

— Ого, огромное спасибо тебе, — ответил я, принимая увесестый томик. — обещаю, я буду беречь его.

— Всегда пожалуйста. — лучезарно улыбаясь ответила мне Твайлайт.

На этой ноте, мы с ней распрощались. Выйдя на улицу, я встретился с гневным взглядом Церки.

— Что? — спросил я ее.

— Да ничего, просто... Аргх! — Церка отвернулась от меня и зашагала прочь.

Меня насторожило такая реакция на происходящее. Я покумекал эту ситуацию в голове. В сухом остатке получив несколько вопросов, которые начинали тревожить и меня.

До дома Артура мы шли в полном молчании. На протяжении пути Церка даже и не думала со мной разговаривать. Да что с ней? Обида? Злость? Ревность? Хотя нет, третье отпадает сразу. Не замечал я за ней любви ко мне. Хотя, не спроста же мы проснулись в одной кровати после вечеринки. Видимо что-то и было.

Я тряхнул головой выгоняя такие мысли из головы. Б-р-р-р, нет! Ничего не было и быть не могло! Я начал закипать и злиться на самого себя за не уверенность в решениях и бардак в мыслях. Я сдавил кулак до боли в пальцах. Соберись! Скомандовал я сам себе. Веду себя будто школьница перед первым сексом. Как я умудрился растерять собранность и спокойствие за дни проведённые в этом мире цветных лошадок? Я один из прожженных сталкеров Зоны. Так хули веду себя как хер пойми кто?

— Расскажешь чем вы занимались? — подала голос Церка, вырывая меня из размышлений.

— Просто учились. — коротко и даже жестко произнес я.

Церка остановилась и прижала уши. Я обошёл её, не обратив на это внимания.

— Прости. — тихо произнесла она.

Теперь остановился я и обернувшись, посмотрел на неё.

— За что?

— Я... Я думала что ты... Ушел... И... И бросил... меня... — всхлипывая произнесла она.

Услышав ноты отчаяния в её голосе, в груди неприятно кольнуло. Подойдя к ней, я сел на колено и взял её мордашку в ладони. Я поднял её и взгляд её глаз встретился с моим. Слезы, что наполнили её взгляд, блестели в свете луны. В груди ещё раз больно кольнуло.

— Я не брошу тебя. — как можно твёрже сказал Я.

— П-правда? — все еще всхлипывая, произнесла Церка.

— Да, даю слово сталкера. — ухмыльнувшись, ответил я.

— Я верю. — уже спокойным и полным надежды голосом проговорила Церка.

Я приложился своим лбом к её и стал тихо говорить.

— Мы похожи. Мы потерялись в попытках найти себя. Ты бежала из дому, что бы найти себе место в мире. Тоже самое сделал и я. И кажется это не просто слу...

Церка не дала договорить, заткнув меня поцелуем. Я не ожидал этого и уже хотел её оттолкнуть от себя. Но то тепло, что стремительно начало разливаться по всему телу не дало мне этого сделать. Оно наполняло каждую клетку моего тела. Заставляя сердце трепетать в груди.

Все прекратилось так же резко как и началось. Церка медленно отстранилась от меня. Став быстро покрываться румянцем.

— Прости! Я не знаю, что на меня нашло! — начала быстро оправдываться она и нести какую-то чушь. Но я быстро прекратил это. Прикрыв ей рот ладонью.

— Все в порядке, — произнес я стараясь успокоить её. — ты не в чем не виновата. Так что не за что просить прощения.

— Но ведь я... Поцеловала тебя. — все еще продолжала смущаться Церка.

— Знаю и это было приятно, — честно ответил я. — но давай не будем торопить события. Хорошо?

— Да конечно. — улыбнувшись ответила Церка.

— Сегодня отличная ночь, — произнес я, глядя на усыпанное звездами небо. — идем домой.

— Да. — кивнула Церка и продолжили идти.

Придя домой к Артуру, я отправил Церку спать. А сам вышел на крыльцо, покурить.

Закурив сигарету, я сел прямо на траву и стал любоваться звёздами.

— Не спится? — спросил Артур, стоя в дверях

— Как и тебе. — ответил я, продолжая созерцать ночное небо.

— Что-то случилось?

— Ну, — я сделал тяжку и выдохнув, продолжил. — тебе пони, хоть раз в любви признавались?

— Было дело, — произнёс Артур и видимо сложил в голове два плюс два. — тебе призналась Церка?

— Можно и так сказать, — ответил я, выбрасывая окурок. — она взяла с меня обещание не бросать её.

— Как мало ей потребовалось времени, что бы втрескаться в тебя. — подколол меня Артур.

— Я тут не причём. — ответил я.

— А кто её схватил, посадил в клетку, а после спас от голодной смерти? — продолжил подколку Артур.

— А это тут причём? — с непонимаем спросил я.

— Бэр, пони впечатлительные. А Церка, как я уже успел понять, вообще ничего за душой не имеет. Она скиталась по опасным лесам в голоде и холоде. После попала к тебе. Ты её схватил и посадил в клетку. А когда она уже с жизнью попрощалась, будучи в голодном обмороке, ты её спасаешь и берешь под своё крыло. А после даешь ей надежду на новую жизнь. Как думаешь, как она будет к тебе относится? — разложил мне по полочкам ситуацию Артур.

— Любить. — коротко ответил я, понимая суть заданного вопроса.

— Верно, — сказал Артур, садясь рядом. — а ты, как будешь к ней относится?

— В смысле, как? — переспросил я.

— Будешь ли ты, любить её в ответ? — серьезно спросил Артур.

Покумекав этот вопрос в голове с минуту, я ответил.

— Сложно сказать на данный момент. Но заботиться о ней я не перестану. Тем более, я дал ей слово, что не брошу её. А сталкеры народ суеверный и данное слово привыкли держать. Но вот буду ли я её любить как девушку? Не знаю. Может быть, когда-нибудь, когда я свыкнусь с безысходностью. Тогда и скажу точно, но никак не раньше. — честно ответил я.

Артур улыбнулся этим словам.

Мы посидели так еще с полчаса, поперекидывались парой фраз, а после отправились спать.

Зайдя в комнату, я увидел как Церка мирно спит. Невольно улыбнувшись, я подумал о словах Артура.

Люблю ли я Церку? Возможно. Я не стану отрицать того, что она мне симпатизирует как личность, да и не только. Чем-то она напоминает мне меня в начале пути сталкерства. Такая же потерянная и не знает что и как правильно. Из-за этого постоянно получает под зад пинков. А сейчас ей повезло найти такого же как и она. И теперь она цепляется за эту нить всеми силами, из-за тяги к жизни. О вопросе "Любит ли она меня?" я даже и думать не буду и так все ясно и понятно. И без разницы, любит она меня как парня или как отца. Факт остаётся фактом, она любит.

Скинув дневную одежду, я лег в кровать и, аккуратно обняв Церку, я сам не заметил, как заснул.

## Глава Одиннадцатая. Сыграем Рок?

На следующий день я решил всё же заняться своим домом. Хоть в гостях и хорошо, но свой дом, как говорится, всегда был в разы лучше. Так что, благодаря связям Артура, я в резвом темпе нанял группу строителей и быстренько обрисовал им план будущего дома.

Строители, которых я нанял, оказались кобылками. Хоть мне и было в начале не по себе от такого. Но все сомнения отпали, как только начался процесс обсуждения вопросов по типу: Из какого материала будет состоять будущий дом? Будет ли он модульный или с литым фундаментом?

Обсудив все нюансы и выбрав материалы, поньки очень даже резво приступили к работе. Убедившись, что кобылки-строители знают, что, куда и как, я отправился в библиотеку к Твайлайт за очередными уроками.

— Бэр! — окрикнул меня знакомый голос.

Я обернулся и увидел несущуюся со скоростью локомотива Лиру.

— Постой! — выкрикнула она, резко затормозив и тут же отправившись в кувырок через голову.

Осознав что этот мятный комок шерсти и магии, летит прямо в меня, попутно сшибая всех словно кегли, я уже решил стать одной из них. К счастью, рефлексы сработали быстрее, чем голова, заставляя тело, прыжком уйти с линии атаки этого метеора. Проносясь мимо меня, шар для боулинга под именем Лира, выбила страйк хорошенько так вмазавшись в прилавок какого-то ларька.

— Ой-ой-ой... — простонала единорожка, находясь в позе жопой кверху, мордой в землю, да еще попутно ловя звёздочки взглядом.

— Вы что себе позволяете!? — заорал жеребец-торговец, выходя из-за стойки своего ларька.

— Простите, простите, пожалуйста, — растерявшись, быстро проговорила Лира.

— Кто теперь купит мой антиквариат в разбитом состоянии!?- принялся причитать жеребец, а после угрожающе, по мнению пони, посмотрел на Лиру. — Я требую компенсации!

Ууу, как грозно произнес, даже копытом левым топнул. Гляди ещё и фыркать начнет. Ладно, поржал со стороны и хватит. Пора спасать подругу.

— Тише дружище, успокойся, — вклинился в разговор я. — Все же можно решить мирным путём.

— Да, путём компенсации за разбитый товар, — твердо произнёс жеребец.

Я поднял с земли один из осколков какой-то вазы, а может горшка, или еще какой-то антикварной фигни, прикинувшись выпускником с красным дипломом, актёрской академии имени Станиславского, придирчиво осмотрел осколок треугольной формы размером с мою ладонь.

Я, конечно, не спец во всей этой старости и древности антикварных вещей. Но что-то узорчатый рисунок слишком свежий. Нет трещин краски от времени, даже мелкой шероховатости нет. Интереса ради даже понюхал и слегка лизнул осколок.

— Хорошо, я всё оплачу, — начала соглашаться Лира с требованием жеребца.

— Не спеши так быстро сдавать позиции, подруга, — перебил я жеребца, который уже хотел озвучить цену.

— Нас дурят. Это не антиквариат.

— Да как ты... — уже начал расходиться жеребец. Но я вновь перебил его.

— Смею и еще как, — я помахал осколком. — Это не антиквариат. Это подделка. На поверхности краски нет трещин и шероховатости от времени. Да и сама керамика чересчур белая внутри. У антиквариата цвет керамики желтоватый, а местами и вовсе тёмно-жёлтый. А эта белая, как молоко, словно её вчера только обожгли и покрасили.

Надо было видеть как в этот момент, забегали в панике глаза жеребца. Видимо, он нифига не ожидал кого-то, что хоть чутка смыслит в этом деле.

— А может договоримся? — с натянутой улыбкой произнёс жеребец.

— Договоримся,- согласно кивнул я. — Только на моих условиях.

— И что за условия? — осторожно уточнил он, всё еще продолжая натянуто улыбаться.

— А всё просто, — спокойно произнёс я, пожимая плечами. — Мы все дружно забываем об этом случае и расходимся, не имея друг к другу претензий. Согласен?

— Да, я согласен, — быстро проговорил жеребец, активно кивая.

— Вот и хорошо, — произнёс я, так же согласно кивнув и обращаясь уже к Лире. — Ну пошли.

— Куда? — потупив взгляд, спросила она меня.

— В кафе, долг будешь отдавать за то, что я тебя спас из этой ситуации. Да заодно и расскажешь, чего меня искала, — произнёс я, уже начав шагать в сторону сказанного места.

Зайдя в кафе, я уселся за свободный столик у стены и откинулся на низкую спинку дивана. Лира села напротив меня, делая тоже самое.

— Спасибо за то, что выручил, я ведь уже была готова ему деньги отдать, — улыбнувшись, произнесла свою благодарность Лира. — Как ты узнал, что он торгует подделкой? Ты отлично разбираешься в антиквариате?

— Ну, во-первых, спасибо в карман не положишь, так что ты отплатишь наш с тобой перекус тут, — усмехнулся я и подмигнул ей. — Не бойся, много заказывать не буду. А насчёт остального. Ну есть немного. — произнёс я, пожав плечами.

В этот момент к нам подошла официантка и мы стали делать заказ, как только она ушла, я обратился к Лире.

— Ну и? Зачем искала меня?

— Ах, точно, чуть не забыла! — быстро и возбуждено произнесла она, и магией наколдовала какой-то плакат. — Вот!

— Это что еще такое? — взял я предложенный мне в магическом облачке листок формата А4.

Это оказалось какое-то объявление о каком-то там празднике. И, судя по иллюстрированным картинкам, он был связан с музыкой.

— Через неделю в Кантерлоте пройдет один из самых масштабных музыкальных праздников. На него съедутся музыканты со всех краёв Эквестрии! — радостно чуть ли не пропела Лира свои слова.

— Угу, — кивнул я, начиная переваривать полученную информацию. — И что дальше?

— В смысле, "и что?" — пораженно уставившись на меня, и так же пораженно проговорила Лира. — Это же музыкальный фестиваль, ты обязан на него поехать.

— Это еще почему? — спросил я, приподняв одну бровь.

— Ты же музыкант из другого мира. Твою музыку еще никто не слышал! — сказала Лира, как само собой разумеющееся.

Я быстро обдумал эту мыслю в голове и цыкнул языком.

— Ладно, — согласился я.

— Ей! — радостно и победоносно произнесла Лира.

В этот момент, нам принесли заказ и на несколько минут воцарилась молчание с отзвуками активного жевания.

— А ты едешь на этот фестиваль? — спросил я, отхлебывая горячего чая и слегка обжигая язык.

Горячо, блин! Но, сука, вкусно.

— Нет, — отрицательно качнула она головой.

— А чего так? — задал я следующий вопрос.

— Бонни уедет на полторы недели к родственникам. Так что кто-то должен будет приглядеть за магазинчиком сладостей, — с лучезарной улыбкой ответила мне Лира и продолжила. — Но я точно знаю, кто обязательно поедет.

— И кто же? — спросил я, уже полностью заинтересовавшись этой информацией.

Ведь проводник в Кантерлоте мне точно понадобится, ибо я там тупо ничего не знаю. Так что было бы легче отправиться с кем-то, кто знает окрестности.

— Октавия и Винил, — все так же улыбаясь, ответила Лира.

А это же те самые, что поблагодарили меня и Церку после выступления, а также были на вечеринке. Хотя насчёт вечеринки вообще трудно утверждать. Мне кажется, там вообще весь Понивиль был. Но всё же я удивлен, как сам до этого не додумался. Винил — отменный диджей и виртуоз в электронной музыке, а вот Октавия — практически её полная противоположность. Если меня не обманывает память, то она мастерски владеет виолончелью и скрипкой. Хреново, что я только частично помню её выступление на вечеринке, ибо был практически в щи пьян и до зелёных чёртиков накурен.

— Что-то не так? — спросила меня Лира.

— Да нет, всё в норме, — отмахнулся я, делая глоток чая.

Ай! Еще горячий.

— А ты знаешь, где живут Октавия и Винил?

— Да, знаю. Хочешь сходить к ним? — быстро спросила Лира.

— Ага, проводишь? — улыбнулся я

— С радостью, — ответила Лира.

Подходя к дому, где жили Октавия и Винил, я по привычке окинул место взглядом и заметил несколько интересных деталей. На соседнем доме были видны подпалины под козырьком крыши, да и трава была пожелтевшей от огня и времени. Все эти мелкие детали расходились кругом от дома Октавии и Винил. Это указывало на то, что горел именно их дом. Не стану браться за точное указание даты, как и причины пожара, но прошло не больше месяца, а может и меньше.

— Мы пришли, — сказала Лира, подходя к двери дома.

Я постучал в дверь. Через минуту на пороге передо мной стояла Октавия с шикарной распущенной гривой. Не стану врать, каких огромных сил мне стоило то, чтобы не уронить свою челюсть на пол и не подавиться слюнями. Её черная, словно тьма, грива лоснилась и играла бликами цвета металлика в лучах солнца. Взгляд её пурпурных глаз заставил мурашек пуститься в пляс по моей спине.

— Доброго дня, Лира, Сергей, — произнесла Октавия чистым, словно небо в морозный день, голосом. — Чем могу помочь?

— Привет, Октавия, — поздоровалась с ней Лира. — Бэр хотел поговорить с тобой насчет поездки в Кантерлот.

— Правда? — спросила Октавия, переведя взгляд на меня.

Выхо... Ат-та-та тра-та-тушечки-тра-та! А ну стоять! Чуть херь не ляпнул. Всё, тихо! Успокоились. Вдох-выдох, вдох-выдох. Хорошо.

— Лира предложила мне идею съездить на музыкальный фестиваль в Кантерлоте и выступить там. Я не против, но есть одна проблема. Я не знаю города и место проведения фестиваля. Так что я спросил у неё, кто может с этим мне помочь, и она посоветовала обратиться к тебе и Винил, — выложил я все как на духу чуть дрогнувшим голосом, а Лира приняла горделивую позу, показывая какая она молодец.

— Ого, это неожиданно, — удивленно произнесла Октавия, слегка тряхнув гривой.

Не пускать слюни! Не пускать слюни! НЕ ПУСКАТЬ СЛЮНИ!

— Что-то не так? — спросил я, заметив тень сомнения и раздумья в её прекрасных и таких...Не залипать!

— Нет, всё в порядке, — спохватившись, ответила понька. — Я не против, но надо спросить Винил на этот счёт.

— Может, тогда поговорим об этом в гостиной? — как бы невзначай сказала Лира.

— Ох, простите, — растерянным голосом произнесла Октавия и тут же пригласила нас пройти. — Прошу, заходите. Я сейчас её позову,

Хорошенько так пригнувшись, я смог протиснуться в дверной проём и, встав на пороге, быстрым взглядом окинул местность. Не считая дома ЭйДжей и Твайлайт, то это, можно сказать, первый раз, как я попал в дом пони. И выглядит он интересно. Разделённый на две практически равные части. В одной части обстановка относилась к более современному миру, будто часть танцпола перенесли в дом, другая же часть — к более классическому стилю. Я бы даже сказал времён Моцарта и Бетховена. А может и обоих.

Мы с Лирой сели на диван в гостиной, продолжая осматриваться по сторонам. Через некоторое время, со стороны лестницы, что вела на второй этаж раздались шаги. Первая спустилась Октавия, её аристократическая осанка даже не дрогнула, пока она спускалась с лестницы. Всё такой же походкой она прошла к стоящему напротив дивану и села. Многие наверное уже задались вопросом. Какого хрена я на неё залипаю? Ведь ты же, Бэр, не по поняхам. Как бы попроще ответить-то. Наблюдать за Октавией — это сродни наблюдению за спокойным потоком воды. Ну или что-то типа такого.

— Винил сейчас спуститься, — с каким-то печальным вздохом произнесла Окти. — Она только проснулась и немного не в форме.

— Ничего страшного, — ответил я, подняв руку в успокаивающем жесте. — Тем более это мы пришли без предупреждения. Так что всё нормально. — закончил я, пожав плечами.

— Вы тут не причём, — Окти покачала головой из стороны в сторону. — Она часто не спит до утра и засыпает только с рассветом.

— Потому что закатывать вечеринки днём — это полный отстой, — произнесла Винил, спускаясь с лестницы и протяжно зевая.

У-у-у-у, да у нас тут хроническое недосыпание. Рассеянный взгляд, синие мешки под глазами, лёгкая дезориентация в пространстве и резкие движения.

— Добрый день жителям ночи, — поприветствовал я Винил.

— А? — вопросительно произнесла Винил, окинув меня и Лиру мутным взглядом. — Бэр? Лира? А вы что тут делаете?

— Ну, вообще-то в гости пришли, — ответила за меня Лира.

— И не только, — продолжил я. — Есть небольшое предложение.

— Что за предложение? — спросила Винил, садясь рядом с Октавией.

— Они хотят поехать с нами на музыкальный фестиваль, — ответила ей Окти.

— Я не против, — тут же согласилась Винил, вновь зевая. — А-а-а...Больше народу, больше веселья.

— И не только. — заговорчески произнес я, поддавшись вперёд.

Все удивленные взгляды тут же были направлены на меня.

— Ты о чем? — спросила меня Лира

— Мы закатим рок-концерт, — довольно произнес я, предвкушая как будут взрываться трибуны и вспыхивать пламя спецэффектами.

## Глава Двенадцатая. Проблемы и их решения.

— Рок-концерт!? — заорали все поньки сразу, ощутимо оглушив меня.

— Да чего орать-то так? — ковыряясь в оглушенном ухе, спросил я.

— И как ты себе это представляешь? — спросила Октавия.

— Обычно, — ответит я. — Концерт как концерт.

— Это будет круто! — выкрикнула Винил.

— Да вы с ума сошли!? — выкрикнула в такт Винил Октавия с очумевшими глазами.

— Это ещё почему? — спросил я, ковыряясь теперь в другом оглушенном ухе.

— Да потому что это неприемлемо! Вот почему! — ответила Октавия.

Она спрыгнула с дивана и, начав ходить из стороны в сторону, приступила к своему объяснению.

— Это не спонтанная вечеринка и не чей-то день рождения. Это ежегодный Эквестрийский музыкальный фестиваль. Там собираются таланты со всего света, чтобы доказать своё мастерство на публике, чтобы стать известными или чтобы поступить в элитную Эквестрийскую филармонию. -

Мы наблюдали за Октавией, пока она излагала эту тираду.

— Там собираются мастера музыки и оценивают каждого кандидата. Там даже будут принцессы! Там исполняют классику!

— Ну, не совсем, — перебила Октавию Винил. — Хоть там и принято исполнять классику, диджеи тоже принимают в этом участие. Хоть им отводят гораздо меньше времени.

— И на то есть причины, — подтвердила Октавия слова Винил. — Фестиваль проводят не только для отбора кандидатов и показа своего таланта. Для музыкантов исполнение классических произведений, это как дань искусству. Что исполняется и по сей день.

— Так, стоп! — громко произнёс я. — Я понял к чему ты клонишь, Октавия. Но меня это не задержит. Так что я исполню задуманное. И меня мало что остановит.

— А я тебе помогу. — ободряюще сказала Лира, положив лапку мне на колено.

— Я с вами! — тут же подхватила Винил.

— Спасибо, девчат, — тепло улыбнулся им я.

— Окти, давай с нами, — позвала её Винил, жестом позвав к нам.

— Во имя Селестии, и во что я впутываюсь? — безысходно произнесла Октавия, — Хорошо, я с вами.

— Ты и вправду думаешь, что это хорошая идея? — сомнительно спросила Лира, идя рядом.

— Угу, — произнёс я, кивая с довольной улыбкой на лице.

— А тебе не кажется, что это будет... — Лира сделала неопределённый жест. — ну...Чересчур?

— Неа, — продолжая улыбаться, ответил я, — Это будет то, что нужно.

— Ну ладно, как знаешь, — пожала плечами Лира.

Мы прошли до фонтана на площади, где и разошлись в разные стороны. Лира пошла к себе домой за инструментом, а я к себе за гитарой и Церкой. Надеюсь она дома, а не ушуршала куда-то с Трикси. Ведь если да, то хрен я их один найду.

— Церка! — позвал я свою помощницу зайдя домой.

Ответа не последовало. Я прошёл по гостиной и нашел на столе записку.

"Ушли с Беатой в спа-салон, вернемся вечером. Артур отправился в Кантерлот по просьбе принцесс. Твоя Церка. "

Мда, не хватает только поцелуя губной помадой в углу записки. Хотя расскажи я ей о таком, непременно бы оставила. Ладно, вопрос теперь в другом. Где искать мне этот чертов спа-салон? Хуй с ним, попробую разузнать у прохожих. Уж подскажут куда идти. Так что, забрав гитару из комнаты и закинув её на плечо, отправился искать Церку.

К счастью, поиски не заняли много времени. Первый попавшийся мне пони очень подробно объяснил, куда и как идти, чтобы быстро найти салон. Так что, вынырнув из-за последнего поворота, я вышел прямо к спа-салону.

— Хм, а не дурно выглядит, — оценивающе произнёс я, подходя к зданию салона спа.

Подойдя ближе, я четко ощутил запах душистых трав, цветов и ещё какой-то фигни: то ли мыла, то ли кондиционера для волос. Не знаю, я в этой хрени не разбираюсь. Поднявшись по двум низеньким ступенькам, я мягко толкнул дверь. Та приветственно распахнулась передо мной, задев подвешенные над ней колокольчики, тем самым заставив их издать приятный перезвон. Я на автомате схватил колокольчики, заставив их замолчать. Никогда не любил эти штуки, постоянно раздражали своим звоном. Помню как-то мать решила поставить такие над дверью в дом. Первое время ещё как-то было весело и необычно. Но как только приходила зима и приходилось постоянно ходить за углем и дровами, при этом колокольчики постоянно звенели стоило выйти или зайти. Потом я начал ловить их свободной рукой, чтобы хоть как-то заткнуть их. Хотя мать всегда упиралась, стоило только начать разговор о том, чтобы убрать их.

— Здраствуйте, вам помочь? — вырвала меня из ностальгических воспоминаний земная понька с синим цветом шерстки и розовой гривой.

— Здрасте, — ответил я, отпуская колокольчики. — К вам заходили две единорожки?

— К нам заходит довольно много посетителей за день. Вы знаете их имена? — спросила она, заходя за стойку ресепшена.

— Церка и Беатрикс Луламун, — назвал я имена.

Понька раскрыла книги учёта клиентов и пробежалась быстрым взглядом по многочисленным строчкам. Ого, а к ним и вправду заходит множество пони за сутки. С другой стороны, я не удивлен.

Только зайдя сюда, уже чувствуешь какое-то расслабление. А тихая и спокойная музыка только подстегивает это чувство, которое так и просит остаться еще чуть на подольше. А может и даже попробовать некоторые их услуги. Возможно в следующий раз, но сейчас я тут не для этого.

— Нашла, — весело произнесла понька. — Сейчас у них процедуры в нашей сауне. Я провожу вас.

— Спасибо вам, — поблагодарил я поньку — Простите, но я не представился. Мое имя Сергей, но, прошу, зовите меня Бэр.

— Зовите меня Алоэ, — представилась понька. — Пойдемте, я провожу вас к ним.

— Буду премного благодарен, — с лёгким поклоном и улыбкой ответил я, начав следовать за понькой, которая как-то уж чересчур активно стала вертеть своими бедрами передо мной.

Или это уже у меня глюки? А, к черту! Просто не смотреть и все, проблем не будет. Хотя если уж на то поперло, то надо будет найти решение этой проблемы.

Идя за Алоэ и стараясь не шибко залипать на её бедра, я стал активно крутить головой и удивился увиденному. Я лишь однажды был в спа. И то, тот был в аквапарке и мне тогда показалось что там было все. Как же я ошибался, тут было гораздо больше всего. И грязевые ванны, расслабляющие ванны, огромная ванная с соленой водой. Короче не счесть сколько всего. Интересно, а у них есть камень хамон или хамам? Не помню, как правильно он назывался. Но время проведённое на его тёплой и плоской поверхности было приятным.

— Мы пришли, — вырвала меня из мечтаний Алоэ.

Я стоял перед дверьми в сауну. Из-за двери доносились звуки ленивого разговора и такого же ленивого и вальяжного смеха.

— Спасибо, дальше я сам, — поблагодарил я поньку, открывая дверь в сауну.

Меня обдало горячим и влажным воздухом. И под шокированные взгляды трёх понях, я вошёл в парилку.

— Бэр!? — синхронно произнесли Церка и Беата, лежа на полках.

— А кто же ещё? — ответил я вопросом на вопрос. — Чего разлеглись? А ну подъём! Отдых закончен! Бегом за работу!

Спустя примерно пол часа я, Церка и Беата шли к дому Винил и Октавии.

— А нельзя было это как-то перенести? — спросила Беата.

— Нет, — сухо ответил я.

— Но ведь у вас недавно было выступление. Неужели нельзя отдохнуть? Хотя бы чуть-чуть? — продолжала ныть Беата.

— В гробу отдохнем, там время будет. А сейчас мы живы и времени нет. Фестиваль через неделю, а у нас репертуара нет, — жестко произнёс я, пресекая дальнейшие споры.

— Ты хочешь отправиться на ежегодный музыкальный фестиваль!? — ошарашено воскликнула Беата, встав на месте с выпученными глазами.

— Верно, — ответил я. — Так что не стой столбом. Идём.

— Да ты с ума сошел!

— Беата, знаешь который раз я это за сегодня слышу? — спросил я, устало потирая переносицу.

— И что ты там хочешь исполнить?

— Музыку из моего мира.

— Это будет рок? — включилась в разговор Церка.

— Верно, — ответил я.

— Вы ненормальные, — заключила Беата.

— Не стану отрицать, — усмехнулся я.

Зайдя в дом Винил и Октавии без стука, мы застали двух мастеров за своим делом. Обе поняхи сидели в наушниках, Окти играла на воображаемом инструменте, а Винил колдовала над пультом. Мда, а нас даже не заметили.

— Я не понимаю! — взвыла Октавия, сорвав себя наушники. — Как я должна выучить и исполнить свою партию!? Если там играет трио!

— Ну вообще-то там одна скрипка. Просто на неё наложен эффект такой, — садясь на диван.

— Привет, Церка, привет Беата, — поприветствовала нас Винил. — А ты быстро вернулся.

— Рад стараться, — ответил я, усмехнувшись и пожав печами. — Ну и, в чем проблема?

— Кажись, у нас нехватка оборудования, — ответила Винил, взлохмачивая гриву.

— Точнее? — подтолкнул я.

— С нынешним оборудованием я не могу сделать такую обработку звука. Сразу на выходе из инструмента. Если с записью на кристаллах ещё что-то можно сделать, то тут никак, — обрисовала Винил вкратце ситуацию.

— Мда, проблема. — произнёс я, почесывая затылок.

Пиздец, как говорится, приплыли. И чего теперь делать? Как быть-то? Я бросил внимательный взгляд на Окти, после перевёл его на Винил, а после ещё и на гитару. От пришедшей мне в голову мысли хотелось бегать, прыгать и биться головой о стену, параллельно выкрикивая маты очень красноречивого содержания.

— Ты что-то придумал? — как бы невзначай спросила Церка.

— Угу, — плавно кивнул я, начиная улыбаться с каждой секундой всё шире и шире.

— И это по всей видимости что-то очень и очень странное? — подхватила Беата.

— Не совсем, — ответил я.

— Ну и чего ты там придумал? — включилась Винил.

— Звукосниматели и комбики! — произнёс я, уже загораясь идеей их создания.