# Кобыла из Понивилля и полюбивший ее жеребец

Кайт Ши

Неуемные розыгрыши Кобылы из Понивилля приводят к нашествию зомби.

Кобыла из Понивилля угоняет праздничную платформу и падает в озеро.

Такие заметки можно найти в любой газете — где-то на последних страницах, купленные задешево у маленьких изданий, чтобы занять место. Большинство над ними лишь посмеется, если заметит вообще, да и забудет. Но один жеребец заинтересовался этими историями и особенно их главной героиней.

После многих лет исследований и изучения он полон решимости выследить ее. Так или иначе, но он найдет эту загадочную Кобылу из Понивилля.

[Изображение: https://i.imgur.com/mY4P1ji.jpeg]

Разрешение на перевод есть.

Работа на Фикбуке.

## Заголовки и Сердцебиение

Пронзительный свисток поезда вырвал Плейсхолдера из дремоты. Он потер глаза, пытаясь, но так и не сумев сфокусироваться на холмах за окном, проносящихся мимо на огромной скорости. Жеребец зевнул, и его разум наконец сбросил последние оковы сна и проснулся как следует.

— Добрый день, дорогуша, — послышался голос слева. Он обернулся и увидел пожилую кобылу с улыбающимися глазами, толкающую тележку, полную закусок, напитков и всяких мелочей. — Вы проснулись как раз вовремя. Что-нибудь желаете?

— Ммм. У вас есть газеты?

Через мгновенье из-под печенья было что-то выужено.

— Manehattan Times или Canterlot Chronicle?

Он слабо улыбнулся.

— У вас случайно нет Ponyville Gazette?

Проводница задумалась на мгновение, а затем покачала головой.

— Извините, дорогуша. Мы обычно не распространяем издания маленьких городов.

Это было ожидаемо.

— Отлично. Мне тогда по выпуску той и другой.

Биты поменяли копыта, а Плейсхолдер принял стопку газетной бумаги.

— Спасибо за покупку, — произнесла кобыла, уходя. — Наслаждайтесь — до остановки в Понивилле около часа.

Плейсхолдер кивнул прежде чем взять и открыть первую газету. Его глаза тщательно сканировали листы, выискивая новые статьи про одну кобылу, о которой он очень хотел почитать.

Он полностью пропустил заголовки и передовицу. Там всегда была либо скучная политика, либо новости про очередную разрешённую Носительницами Элементов катастрофу. Он также отложил раздел финансов. Все, о чем там стоило читать, попало бы в его офис задолго до того, как об этом узнали газеты. Точно так же были отброшены спорт, новости мира и комиксы.

Теперь, когда газета сократилась до половины, он начал охоту за той единственной пони, чьи приключения всегда вызывали улыбку на его лице.

Кобыла из Понивилля.

Шесть лет назад Плейсхолдер впервые столкнулся с историей о Кобыле из Понивилля. В туалете станции метро, обнаружив, что у него нет другого способа скоротать время, он решил прочитать половинку газеты, оставленную кем-то из предыдущих сидельцев. Это была небольшая статья — едва содержащая заголовок и несколько строк контекста — втиснутая на страницу между авторской статьей и здоровенным рекламным блоком. Но заголовок привлек его внимание.

> Кобыла из Понивилля вмешивается в праздник, сбегает из города, возвращается со старинными драгоценностями и жертвует их Короне.

Внимание он привлекал, но подробностей содержал прискорбно мало. Следующая за ним статья давала не очень много подробностей. В историю явно было вовлечено несколько пони, но все они были сведены к «местным», «горожанкам» или «другим пони». За исключением Кобылы из Понивилля. Она была единственной, кого хоть как-то идентифицировали, хоть и скудно.

В то время он не придал этому значения. Любопытная история из небольшого издания, скорее всего написанная скучающим журналистом, просто пытающимся набрать свой объем статей. Как и любой другой, Плейсхолдер забыл эту историю уже через час после использования газеты.

Но затем она возникла снова.

В следующий раз он прочел о ней в кофейне Мейнхеттена. Еще одна небольшая статья, втиснутая среди бесчисленных прочих, понадерганных из местных газет.

> Кобыла из Понивилля уничтожает ратушу, пытаясь доставить посылку.

Затем была страница, попавшая ему в лицо одним ветреным вечером.

> Кобыла из Понивилля останавливает вооруженное противостояние пирогами и бурлеском.

Затем утренняя газета.

> Насмешничающая Кобыла из Понивилля призывает Малую Медведицу.

В этой Кобыле из Понивилля обнаружилось нечто, его пленившее. В унылом, сером мире больших финансов Мейнхеттена она стала пятном цвета и жизни. В сравнении с его жизнью, полной расписаний, деловых встреч и социально предписанными светскими ужинами, Кобыла из Понивилля делала то, что хотела и когда хотела, независимо от последствий. Она не была похожа ни на одного пони, которых Плейсхолдер когда-либо знал. Она, казалось, порхает с работы на работу, делая то, что ей интересно, а не то, что принесло бы больше денег или обеспечило большую стабильность.

Иногда он жалел, что не встретил ее или, по крайней мере, не услышал о ней в своей жизни раньше. Тогда, возможно, он никогда бы не пошел по пути финансов — цвета папки для бумаг и залитому флуоресцентным светом.

Примерно в это время он начал активно собирать истории о ней.

Плейсхолдер вздохнул, когда добрался до раздела, в котором обычно находил лучшие истории о Кобыле из Понивилля. Он так жаждал новой истории, что не заметил, что газета оказалась вчерашней. Он уже читал:

> Известная своей магией Кобыла из Понивилля побеждена маленькой кобылкой-расисткой.

— Вот и все на сегодня, — он сложил газету и отложил ее в сторону. Поезд сделал крутой поворот, и она соскользнула с его сиденья под противоположное сиденье. Плейсхолдер не стал ее поднимать. Вместо этого он расстегнул застежки своих дорожных сумок и вытащил увесистую папку. Открыв ее, жеребец начал листать толстые картонные страницы.

Страницы, заполненные воспоминаниями, проносились перед его глазами. На каждой из них была статья, вырезанная и тщательно сохраненная. Каждая история о Кобыле из Понивилля, которую ему удалось разыскать, прочесывая газеты от Baltimare's Sun до Las Pegasus's Highlight. В деловых командировках имелись свои преимущества.

> Кобыла из Понивилля нарушает этикет сидения на скамейке и подвергается штрафу в три бита.

> Кобыла из Понивилля приглашает разумную слизь на Гала; происходит крупное ограбление!

> Неузнаваемая Кобыла из Понивилля арестована за развращение молодежи стилем Альтернативный Панк.

Он остановился на своем любимом.

> Кобыла из Понивилля заполонила город двойниками и приговорена к обязательному изучению искусства.

Она всегда вызывала смех.

Странный оказался парадокс: Плейсхолдер знал об этой Кобыле так много и в то же время так мало. Он мог с легкостью перечислить ее величайшие достижения и самые памятные моменты, но запинался, если его спрашивали о ее возрасте, племени или даже имени.

Кем бы ни была, она явно имела связи с кем-то во власти. С тем, кто мог не допустить упоминания ее имени в газетах, несмотря на ее постоянно привлекающие внимание действия.

Но скоро все изменится. Имея достаточно времени на отпуск, чтобы провести неделю в Понивилле, он собирался выследить эту Кобылу — воплощение подлинной жизни — и получить ее автограф для своего альбома. И если все пройдет хорошо — хотя он и краснел от одной этой мысли — возможно, все перейдет в нечто большее.

Снова раздался свисток поезда, и жеребец взглянул в окно. Он уже виднелся вдали. Понивилль — город, где ему и ей суждено встретиться.

Плейсхолдер захлопнул альбом и ухмыльнулся. Охота началась.

* * *

Понивилль оказался... меньше, чем он ожидал. Конечно, стоило ожидать, что в сравнении с Мейнхеттеном он будет казаться маленьким, но все же ожиданий он не оправдал. С платформы железнодорожной станции он мог разглядеть крыши противоположного края городка. Разве что включить еще поля и рощи за ним, но это было бы расширением определения «края города». Как такая большая кобыла могла обитать в настолько маленьком месте?

Или, может быть, все наоборот. Город достаточно мал, чтобы она оказалась единственным жителем, который делал что-то стоящее упоминания в газете.

Единственное, что не вписывалось в уютное очарование маленького городка — возвышающееся кристальное здание, которое притягивало взгляд, как неправильно уложенная плитка, нарушающая в остальном идеальный узор. Оно напоминало фотографии замка принцессы Твайлайт, которые Плейсхолдер видел в газетах, но было слишком маленьким и безвкусным. Настоящий замок, скорее всего, находится в Кантерлоте, где живут все остальные принцессы. И почти наверняка настоящий не выглядит и вполовину настолько... безвкусно. Может быть, оно задумано как своего рода аттракцион. Туристическая ловушка. Как миниатюрная статуя Гармонии в Лас-Пегасе. В любом случае, очень странно для в остальном живописного города. Он лениво задался вопросом, приложила ли к идее копыто Кобыла из Понивилля. Построить копию замка принцессы? Это было как раз в ее духе.

Жеребец пробрался сквозь скудную толпу, высаживающуюся на станции — большинство пассажиров продолжали путь в Кантерлот — и вышел с платформы в город.

Там он сделал глубокий вдох. Чистый деревенский воздух бодрил, и он чувствовал, как наполняет его душу новой решимостью и целеустремленностью. Плейсхолдер планировал сначала найти отель, но зачем тратить время? Каждая минута, не потраченная на охоту за Кобылой из Понивилля, была минутой, потраченной на то, чтобы не узнать ее и не проникнуть в глубины ее души.

Помня о цели, он подошел к первой пони, которую увидел и выглядящей как местная жительница — кремовой земной пони, сидящей в уличном кафе.

— Прошу прощения, мэм?

Она оторвалась от салата, продолжая его жевать, и кудри ее идеально разделенной двухцветной гривы качнулись от внезапного движения.

— Хм?

Плейсхолдер внутренне содрогнулся. Он не понял, что в тот самый момент она ела. Но продолжил — было бы еще большей бестактностью сразу после этого неловко закончить разговор.

— Извините за беспокойство, но я недавно в городе и надеялся найти местного, который мог бы мне подсказать дорогу.

Кобыла подняла копыто, чтобы он подождал, быстро пожевала несколько секунд, затем сглотнула и улыбнулась.

— Конечно! Я с радостью помогу. Что вы ищете?

— Не столько что, сколько кого. Я ищу конкретную кобылу, но не знаю ее имени.

Кобыла нахмурилась.

— Если это такой подкат, то чтобы вы знали — я занята.

— Ничего подобного! — быстро возразил Плейсхолдер. — Видите ли, я следил за подвигами этой кобылы по газетам, но они никогда не упоминают ее имени. Все, что я знаю, это то, что она из Понивилля. Я уже давно надеюсь ее встретить.

Это объяснение ее успокоило.

— Хм. Сложно будет. Ну, если она оказалась в газете... откуда вы?

— Мейнхеттен.

— О, милое место. Я там раньше работала. В любом случае, вам, скорее всего, нужна Твайлайт или кто-то из ее подруг. Все интересное, что здесь происходит, как правило концентрируется вокруг них.

Плейсхолдер кивнул, переваривая эту новую информацию. Твайлайт — имя молодой пони, вероятно, названной в честь новой принцессы. В его голове промелькнула нехорошая мысль. Всеблагая Селестия, а что, если Кобыла из Понивилля на самом деле кобылка? Странный жеребец, проделавший сотни миль, чтобы увидеть кобылку, которую никогда не встречал — звучит не очень хорошо, как ни называй.

Он глубоко вздохнул и успокоился. Нет, она должна быть взрослой. В конце концов, она сменила бесчисленное количество работ, не говоря уже о статьях, посвященных инцидентам с сидром. В любом случае, место для начала поисков ничуть не хуже другого.

— Спасибо. Не подскажете, где я могу ее найти?

Кобыла указала ему за спину. Почти прямо на... нет, не может же она на самом деле иметь в виду...

— Большой кристальный замок. Не пропустите.

У Плейсхолдера на секунду перехватило дыхание. Кобыла по имени Твайлайт, живущая в большом кристальном замке? Нет, этого не может быть. Это, должно быть, какая-то туристическая уловка. Но судя по заметкам, она довольно эксцентрична...

Выбравшись из ямы, которую рыл его разум, жеребец прочистил горло.

— Вы... э-э... та Твайлайт, которую вы упомянули, это случайно не — и дайте мне знать, если я просто несу полную чушь — но... вы же не принцессу Твайлайт Спаркл имеете в виду, не так ли?

К величайшему его удивлению и тревоге, кобыла просто кивнула, как будто это был самый элементарный вопрос в мире.

— Угу. Заметьте, она не в восторге от этого титула. Обычно она дома и в целом нормально относится к пони, которые просто заглядывают в гости, пока не доставляют неприятностей...

Ее слова словно глохли, когда Плейсхолдер погрузился в раздумья. Это невозможно. Неужели его Кобыла из Понивилля на самом деле принцесса?

* * *

Понивилль оказался намного больше, чем выглядел. Или так показалось Плейсхолдеру, проходящему по улице Кремини уже в третий раз. В отличие от точного плана Мейнхеттена, улицы Понивилля, казалось, соединяли пункт А с пунктом Б самым что ни есть окольным путем, часто останавливаясь на половине других букв по пути. Как и сказала кобыла, бросающийся в глаза замок пропустить невозможно. Настоящей проблемой оказалось до него добраться. Каждая дорога, казалось, ведущая туда, медленно изгибалась и извивалась, каким-то образом уводя его еще дальше в сторону.

Маленькое утешение заключалось в убеждении, что Кобыла из Понивилля определенно не принцесса. Это непреодолимое препятствие, к которому Плейсхолдер был не готов. Но чем дольше он над этим раздумывал — на что у жеребца нашлось достаточно времени, так как терялся все сильнее — тем более все не складывалось.

Принцесса Твайлайт была известной публичной фигурой. Всё, стоящее хоть какого-то упоминания, оказывалось на первой странице, чтобы все могли увидеть и порадоваться. Почему некоторые случайные события оказались забыты? Конечно, она могла использовать королевскую власть, чтобы скрыть истории, которые ее смущали или выставляли в плохом свете, но если так, то зачем вообще разрешать их печатать? Это просто не имело смысла.

Тем не менее, если она настолько дружелюбна, как сказала Бон-Бон, то, скорее всего, очень поможет в поиске настоящей Кобылы из Понивилля.

Ему бы еще до замка добраться.

Заворчав, каким-то образом очередной раз оказавшись на городской площади, он поддался своим низменным инстинктам и начал искать понибудь, чтобы спросить дорогу. К счастью, мимо как раз не спеша проходила пара кобыл — это вселяло в мейнхеттенца уверенность, что они никуда не торопятся.

— Извините, — обратился он.

Пара остановилась, земная пони осторожно подняла бровь, в то время как глаза единорожки остались скрытыми за очками.

— Прошу прощения, но не могли бы вы мне подсказать, как добраться до замка? Я пытаюсь идти по улицам, но...

— А, понимаю, — прервала единорожка. Ее кантерлотский акцент был сильно искажен простонародным сленгом. — Здесь полный бардак. Позволь сказать, я раньше жила в Кантерлоте. И когда приехала сюда в первый раз, то так заблудилась, что едва не померла с голоду.

Ее спутница закатила глаза.

— Винил, перестань пугать бедного жеребца, — земная повернулась к нему. — Не обращайте внимания. Она пропустила обед и теперь ее немного штормит.

— Ничуть.

— Не начинай. У большинства улиц тут точных названий нет, но мы с радостью проводим вас.

Плейсхолдер вздохнул с облегчением. Проводник — идеальный вариант. И указания не забудешь, и не заблудишься.

— Спасибо, вы мне очень поможете.

Жеребец подошел к ним, и они свернули в переулок, который, казалось, ведет в сторону от замка. Быстро представившись, они несколько минут шли мирно молча, а потом Винил решила сломать лед.

— Итак, Плейсхолдер, зачем тебе нужна Твайлайт? Сразу тебе скажу — жеребца себе она не ищет.

— Я... нет, — покраснел он. — Мне просто нужна ее помощь, чтобы найти одну пони.

— Кого? — спросила Октавия.

— В этом-то и проблема. Я не знаю, — он кратко рассказал им о Кобыле из Понивилля и своих поисках.

— Хм. Странно, — прокомментировала Винил, когда жеребец закончил. — Я нечасто читаю газеты, поэтому никогда о ней не слышала, но некоторые заголовки кажутся мне знакомыми.

— Мы здесь бываем всего пару дней в неделю, — объяснила Октавия. — Поэтому есть вероятность, что мы пропустили многие из этих событий. Но мы достаточно хорошо знаем город. Может быть, если бы вы могли прочесть нам несколько статей, мы сможем что-нибудь узнать.

Идея была ничуть не хуже других, поэтому Плейсхолдер согласился.

— Ну, из тех, что быстро приходят в голову —

> Розыгрыши Кобылы из Понивилля приводят к значительной порче собственности и торту

. Это вам ни о чем не говорит?

— Розыгрыши — это по адресу Дэш, — сказала Винил.

— Верно, но торт заставляет задуматься о Пинки.

— Тави, если в деле Пинки, то все приводит к торту.

— Да. Полагаю, ты права. Плейсхолдер, у вас еще что-нибудь найдется?

Более глупого вопроса еще никто не задавал.

—

> Ужасная выпечка Кобылы из Понивилля приводит к эвакуации нескольких кварталов

.

— Вот это похоже на Пинки Пай, — уверенно ответила Винил. — Если это выпечка и попало в газеты, то речь о ней.

— Чушь. Пинки Пай не сможет испечь что-то плохо, даже если попытается. Но Рейнбоу Дэш, по слухам, способна сжечь сок. Или это Рарити?

Пинки Пай и Рейнбоу Дэш. Имена вертелись в памяти Плейсхолдера, но кто это — мейнхеттенец припомнить никак не мог. Наконец он сообразил.

— А! Вы имеете в виду Носительниц Смеха и Верности?

Винил искоса на него посмотрела, а бровь Октавии снова поднялась.

— Здесь их никто так не называет, но да, это они.

Значит, в Понивилле живет не только принцесса, но и величайшие герои новейшей истории? Пинки Пай, Носительница Смеха и главный организатор бесчисленных мероприятий в Кантерлоте, и Рейнбоу Дэш, Носительница Верности и звезда Вандерболтов. Что это за город такой, в котором столь выдающиеся личности живут в относительной безвестности? Он всегда предполагал, что Элементы — и, соответственно, их Носители — кто-то вроде супергероев. Они разбросаны по крупным городам по всей стране и объединяются только для того, чтобы противостоять действительно опасным врагам. Но вместо этого все они живут в каком-то маленьком сельском городке?

Он мог лишь надеяться, что Кобыла из Понивилля не окажется одной из них. С эксцентричной, но социально равной пони у него еще шансы имелись, но эксцентричная национальная героиня? Даже не близко. Но пока ни Смех, ни Верность не соответствовали шаблону, описанному в его книге. Ему придется просто продолжать искать, пока не найдется пони-то подходящая.

— Вот мы и пришли! Замок Дружбы Твайлайт, — дорога впереди разветвлялась, и хотя главная улица продолжалась дальше, от нее отходила вторая, явно новая и гораздо менее утоптанная. К счастью, она вела к воротам замка и никуда более.

— Если она не сможет помочь вам найти вашу таинственную кобылу, то я уверена, что сумеет кто-то из ее подруг, — сказала Октавия. — Они знают всех пони в Понивилле.

— Большое спасибо, что проводили, — ответил Плейсхолдер, нетерпеливо пожимая их копыта. — Думаю, дальше я и сам дойду.

— Ничего особенного, чувак, — Винил бросила на него поверх очков несколько жаркий взгляд. — Просто дай знать, когда найдешь. Думаю, я и сама не прочь с ней познакомиться.

Октавия ее пихнула.

— Ой! Что? Я просто говорю! Похоже, она классная цыпочка!

Плейсхолдер помахал им на прощание, и они разошлись. Кобылы по главной дороге, а он — к замку и, как надеялся, к Кобыле из Понивилля.

* * *

Как ему и сказали, принцесса была более чем рада его видеть. Ее помощник-дракон отвел его в библиотеку, где она ожидала его с дружелюбной улыбкой на лице.

— Привет! — произнесла она. — Чем я могу вам помочь? Какая-то проблема дружбы?

Плейсхолдер не совсем понял, что она имела в виду под "проблемой дружбы", но, учитывая контекст, решил, что это может быть не совсем точным термином для его ситуации. Тем не менее, будет нехорошо сразу отмахнуться. Насколько формальным он вообще должен быть? Она говорила легко, но все же была принцессой. Он прочистил горло и заговорил.

— Я не знаю, можно ли это действительно назвать проблемой дружбы. Я ищу определенную пони, и некоторые местные жители, которых я спрашивал, сказали, что вы способны помочь.

— Я, конечно, сделаю все возможное. Как ее зовут?

— ...Я не знаю.

Твайлайт бросила на него странный взгляд.

— Ладно... вы знаете, сколько ей лет?

— Она взрослая, но большего сказать не могу.

— А как насчет ее племени?

— Не знаю.

— А что ты знаешь? — спросил ее дракон.

— Спайк... — тихо упрекнула его Твайлайт.

— Я знаю, что она из Понивилля, — признался Плейсхолдер. — И что ее жизнь полна чудес и приключений.

— Отлично, мы исключили около четверти жителей Понивилля, — прокомментировал Спайк, заслужив еще один строгий взгляд аликорна.

Она повернулась к Плейсхолдеру, голос ее все еще оставался спокойным, но стал слегка напряженным.

— Есть ли что-то еще, что могло бы помочь нам сузить круг поиска?

— О, я знаю много подробностей о ней и ее деяниях. Они все время в газетах, но там никогда не упоминают, кто она.

Он полез в седельную сумку и вытащил свой альбом. Глаза Твайлайт загорелись.

— О! Вы принесли книгу!

— Да. Это моя коллекция статей о ней. Я так много читал о ней, что очень хочу узнать, кто она, и получить автограф.

— Ну, если это связано с книгами, то вы попали по адресу, — принцесса протянула копыто. — Можно?

Плейсхолдер обнаружил, что колеблется. С одной стороны, это была его ценная коллекция, которую он никогда никому не позволял видеть, не говоря уже о том, чтобы держать. С другой стороны, это принцесса. Если нельзя доверять принцессе, то кому можно доверять? Он кивнул, и она взяла книгу в копыта и магию.

Твайлайт открыла обложку и прочитала первую статью, а Плейсхолдер пытался разобрать выражение ее лица. Затем перевернула страницу и прочитала вторую, третью, четвертую. В уголке ее рта появилась легкая улыбка. Узнавание? Или просто веселье? Она перевернула еще одну страницу, и улыбка исчезла. Еще несколько, и принцесса помрачнела. Плейсхолдер мог только кусать щеку от беспокойства, пока его разум прокручивал все более тревожные и маловероятные сценарии.

Принцесса продолжала листать вперед. Либо скорость ее чтения была действительно неописуемой, либо она просто просматривала заголовки. Но на ее лице упорно держался мрачный взгляд. Вскоре к нему присоединились обеспокоенно нахмуренные брови. Она взглянула на него, и на мгновение их взгляды встретились. Что это в нем? Смущение, печаль и... жалость? Помимо всего — жалость?

Она со вздохом закрыла книгу и вернула ее Плейсхолдеру. Прошло всего несколько минут, но ему казалось, что годы. Теплая атмосфера исчезла, сменившись тревожным холодом, который не разгонял даже струящийся через окна свет солнца.

— Я думаю... — заговорила она наконец, из-за чего ее сердце пропустило удар. — Видите ли... о, Селестия, это трудно объяснить.

— Просто скажите мне! — выпалил он, когда его разум породил нехорошее предположение. — С ней что-то случилось? Она ранена? Погибла? Пожалуйста, мне нужно знать!

— Нет! Нет, ничего подобного! — ее крылья чуть раскрылись и тревожно зашевелились. — На самом деле, я не думаю, что она вообще существует!

Слова принцессы Твайлайт тяжело повисли в наступившей тишине. Обе стороны не произнесли ни слова и даже едва дышали в течение долгого периода шока и недоверия.

— Но... она реальна, — настоял Плейсхолдер, хотя ему не хватало прежней уверенности. — У меня... у меня целый сборник новостей о ней.

Слова принцессы обвились вокруг разума мейнхеттенца, как змея, отказываясь проникать, но медленно душа созданный им образ кобылы.

— Да... но, — медленно начала аликорн, явно не решаясь сказать ему то, что он очень не хотел слышать. — Это... Вы когда-нибудь слышали о Защитной Поправке Баквит?

Внезапная смена темы застала его врасплох, и на его лице быстро появилось отвращение.

— Баквит? Не та ли это кобыла, которая...

— Да. И да, и нет, — ответила Твайлайт, прежде чем он успел вдаваться в подробности, которые лучше не упоминать в приличном обществе. — Она названа в честь кобылы, о которой вы думаете, но она никогда не делала всех тех ужасных вещей, с которыми вы ее ассоциируете. Произошел ужасный случай недопонимания и личной обиды репортера. Он переврал факты и вырвал заявления пони из контекста, чтобы выставить небольшой инцидент намного хуже, чем он был на самом деле. На этом все и должно было закончиться — незначительный инцидент в маленьком городке, быстро проясненный и разрешенный. Но затем это попало в национальные средства массовой информации. В течение нескольких дней все крупные газеты Эквестрии опубликовали эту историю, не проверив факты, и в результате карьера Баквит не по ее вине оказалась разрушена, а сама она стала национальным посмешищем, а в некоторых регионах даже изгоем.

— ...О, — ничего большего Плейсхолдер выдавить не смог. Что вообще он мог на что-то подобное ответить? И какое отношение Баквит имеет к Кобыле из Понивилля?

— Из-за этого инцидента, — продолжила Твайлайт. — Принцесса Селестия издала Защитную Поправку Баквит. В ней говорится, что когда новостная организация перепечатывает новость из малого издания, то не может использовать настоящие имена вовлеченных пони, за исключением нескольких особых обстоятельств, — принцесса пристально посмотрела на него. — Короче говоря, большинство газет просто перефразируют статью и заменяют имя полом и местом жительства пони.

Плейсхолдера охватил страх, когда змея истины все же проникла в его разум.

— Подождите. То есть... Вы хотите сказать, что...

— Боюсь, что так. Ваша «Кобыла из Понивилля», скорее всего, представляет собой собирательный образ большинства кобыл города. Просто просматривая вашу книгу, я узнала истории о некоторых моих подругах, странствующей фокуснице, нескольких местных фермершах, кобылоподобном жеребце и даже пару обо мне самой.

Казалось, будто мир ушел из-под его копыт.

Дыхание Плейсхолдера участилось, когда ужасное осознание погружалось в него, как пони в смоляную яму. Она не настоящая. Она не существует. Пони совершали эти поступки, проживали эти истории — но они оказались десятками разных кобыл. Он содрогнулся, когда его фантазии и мечты сжались и умерли. Встреча с ней, выслушивание этих историй с ее точки зрения, даже самые фантастические мечты, в которых они вместе убегают, чтобы отправиться на поиски приключений и оставить его скучную жизнь позади. Как песчаный замок, они рассыпались под тяжестью правды, пока не осталось ничего, кроме пыли.

Он почувствовал копыто на своем плече и поднял глаза, встретившись с печальным взглядом принцессы.

— Мне жаль, что вам пришлось узнать это таким образом и после того, как вы проделали столь долгий путь. Если поможет, большинство этих инцидентов даже близко не так драматичны, как они описываются. Хотя технически заметки не неточны, какой бы репортер их ни написал, он, должно быть, очень старался сделать свои статьи интереснее.

Это не помогло. Напротив, стало только хуже. Не только Кобыла из Понивилля оказалась выдуманной, но и ее приключения тоже? Имелась ли тут какая-то реальность, или все ему дорогое оказалось вымыслом?

Судя по всему, Твайлайт либо не заметила его огорчения, либо неправильно его истолковала.

— Если хотите, — с оптимизмом продолжила она. — Я могла бы просмотреть статьи с подругами и попытаться сопоставить события с именами пони. А вы потом могли бы получить автографы каждой из них по отдельности.

Но это будет не то же самое.

— Нет... Я думаю, я пойду. Спасибо за то, что уделили мне время, принцесса, — повесив хвост и голову, Плейсхолдер покинул Замок Дружбы в гораздо худшем настроении, чем у него было при входе.

* * *

Она не настоящая.

Ее не существует.

Ты никогда с ней не встретишься.

Как туча мух, темные мысли роились вокруг трупа его мечты.

Потолок гостиничного номера не предлагал больше отвлечений или развлечений, чем в течение последних нескольких часов, но мейнхеттенец все равно продолжал смотреть на него. Трещины, что паутиной покрывали штукатурку, казалось, отражали поселившиеся в его голове.

Что теперь? Этот вопрос затмевал все остальные в водовороте его мыслей. Что ему теперь делать, когда он узнал правду? Вернуться на работу? Закончить отпуск пораньше и притвориться, что ее не существует?

Ее никогда не существовало.

В конце концов, какой смысл уныло торчать в Понивилле до конца недели? Он планировал осмотреть места, где происходили его любимые истории, но в чем смысл, если главная героиня, а возможно и сами истории выдуманы?

Он перевернулся на живот и открыл свой альбом на случайной странице, надеясь найти вдохновение в знакомых историях. Шуршание страниц теперь звучало старо, устало. Он просмотрел два отрывшихся ему заголовка.

> Кобыла из Понивилля поймана за работой вокальным двойником на благотворительном концерте.

> Кобыла из Понивилля украшает город, сходя с ума от могущества.

Он попытался представить их как разных кобыл. Он сделал первую единорожкой, а вторую — пегаской, смоделированной по образу какой-то прохожей, виденной в городе ранее.

Это не сработало. Он не смог этого сделать. Несмотря на знание правды, он не мог не думать о них как о простых актерах, играющих роль Кобылы из Понивилля.

Жеребец оттолкнул альбом немного сильнее, чем собирался. Тот покачнулся на краю кровати и начал соскальзывать. Плейсхолдер дернулся вперед, чтобы схватить его, но поймал лишь воздух, когда его альбом с глухим стуком и шорохом ударился о пол.

Он вскочил на копыта и обогнул кровать, чтобы подобрать свое сокровище. К счастью, падение произошло с не очень большой высоты и пол был устлан ковром. Когда он его поднял, на пол выпал клочок бумаги. Жеребец удивленно уставился на него. Это оказалась не газетная бумага.

Положив книгу на тумбочку, он поднял выпавший клочок и перевернул его.

Это оказался рисунок. Небрежный набросок вкопытную молодой кобылы с встрепанной гривой и горящими глазами. Он оказался не очень хорош, и кто-то стер большую его часть. Но подпись внизу осталась читаемой. Кобыла из Понивилля.

Глаза Плейсхолдера расширились от узнавания. Он узнал этот рисунок, хотя думал, что выбросил его много лет назад. На него нахлынули воспоминания того времени, когда он впервые начал собирать истории о Кобыле из Понивилля. Они его вдохновляли. Не только Кобыла, но и невероятная свобода ее действий и менталитет, который они являли. Молодой и полный сил, он пытался сделать ее более живой, чем в статьях, развивая истории с помощью собственного воображения.

И более того, он пытался придать ей форму, облик, все ее.

В его голове зародилась мысль. Намек на идею, который разогнал меланхолию, как свеча тьму.

Теперь, когда он узнал, что она не настоящая... действительно ли его положение изменилось?

Что с того, если она не настоящая? Если она вымысел? Идеи, связанные с Кобылой из Понивилля — свобода, аутентичность и простое наслаждение жизнью — остались настоящими. Они все еще что-то значат.

Плейсхолдер полистал книгу до конца, задаваясь вопросом, сохранились ли старые страницы или он их выбросил. К его удивлению и радости, они нашлись. Последние несколько страниц альбома были покрыты плотными строками, маленькими печатными буквами, которые переплетали некоторые из самых интересных историй о Кобыле из Понивилля в единое повествование. Ранние попытки Плейсхолдера расширить ту невеликую информацию, что несли статьи. Он построил для нее мир из обрывков новостей, которые смог найти. Дал ей друзей, личность и жизнь за пределами газетных статей. Что-то оказалось вычеркнуто и забыто, как рисунок, когда он пришел к мнению, что неправильно навязывать придуманный им образ и историю кобыле, которая где-то существует и имеет свои собственные.

Но больше это не проблема.

Легкая улыбка медленно расползлась по его лицу. Если Кобылы из Понивилля не существует, а истории о ней едва ли реальны, то что мешает ему сделать ее реальной?

Он встал с осознанием. Он может оживить ее. Никто не знает ее историю так, как он! Немного текста и немного рисунков — и дело в шляпе!

Когда он задумался над этим, в глубинах его сознания начал рождаться образ. Она молода, но возраста, который никто не может определить. Тело взрослого с детской энергией. Яркая шерстка, но взъерошенная и нечесаная из-за жизни слишком быстрой, чтобы ухаживать за ней. И она, очевидно, должна быть аликорном. Ни одна обычная пони не смогла бы проделать столь многое! Розово-желтая грива, как крыши самого Понивилля, которую она пытается уложить, но все время распускается во время ее приключений.

И ее улыбка. Он мог видеть ее так ясно, словно она стоит перед ним! Легкая ухмылка, дерзкая и полностью осознаваемая ею, словно побуждающая кого-то попытаться отчитать ее за устроенный хаос.

Схватив альбом, Плейсхолдер перенес его на стол и с нетерпением открыл чистую страницу. Взяв карандаш в копыто, он начал рисовать.

Не имело значения, существует ли она на самом деле. Пока он наслаждается ее приключениями, она может быть для него реальной — и он способен сделать ее реальной для других.