# Схватка

Arri-o

Однажды в Пондалуссию явился рыцарь из суровой страны Кастельпонии

Написано на конкурс немалых фанфиков

## Схватка

Это был обычный день в Хорсдобе, столице Пондалуссии, волшебном городе, полном дворцов и садов.

Милая пони Эпплджек, прибывшая с визитом из далёкой Эквестрии рассказывала в уютной беседка в дворцовом саду своей вышедшей замуж в этой и ставшей правительницей этих мест подруге Твайлайт Спаркл и её мужу халифу Абд-эль-Хорпону о выращивании яблок за чаем, угощаясь фруктами со всей страны.

— Я уверен, что прекрасная Эпплджек была бы хороша и в выращивании апельсинов, — внезапно произнёс халиф.

— Такое ж мне моя Тётя Оранж говаривала тож.

— Тётя Оранж? Помелла Оранж, жена моего торгового агента в Мэйнхэттене?

— Да... я не знала, то дядя Фей с вами связан.

— О, Фейсал всё знает о торговле, он мой добрый друг, хотя мы редко видимся. Ах, как тесен Мир... я... ой, мои соболезнования.

— К чему это? — спросила яблочная пони.

— Я вспомнил, что вы сирота, перед тем, как спросить вас о семье, ведь Фейсал рассказывал мне, что вы рано потеряли ваших родителей.

— Да... они теперь в лучшем Мире, — сказала Эпплджек после краткой паузы.

Абд-эль-Хорпон тихо помолился. Он был аликорном светло-кремового цвета, и его сдержанные манеры и умение общаться нравились Эпплджек, а его истории, которые она часто рассказывал тихим голосом, заставляли её улыбаться. Из всех подруг Твайлайт она одна с ним толком то и не контактировала, и причиной её приезда стало то, что пондалуссцам очень понравились яблоки, но они не умели их выращивать, в отличие от кучи экзотических фруктов. Торговля, конечно, дело хорошее, но ещё лучше по некоторым позициям обеспечивать себя самим, и новая царица нашла эксперта, готового помочь Пондалуссии.

— Он очень милый и тактичный, — произнесла Твайлайт на ухо подруге, пока её супруг доливал кобылам чаю, — кстати, могу познакомить тебя с...

И тут их покой нарушила хинета, одна из элитных пегасок-воительниц Пондалуссии, известных тем, что они метают во врагов всё, что скажет им халиф.

— О, повелитель и повелительница! Жестокосердная воительница из Кастельпонии с цветком розы на щите прибыла к вратам Хорсдобы и несёт оскорбительную чепуху! Боюсь, нужно ваше присутствие!

Абд-эр-Хорпон не торопясь закончил свою молитву и произнёс:

— Хорошо, мы идём, но Твайлайт, душа моя, пообещай мне, что ты трижды подумаешь, чем скажешь что-то.

— Хорошо, дорогой. Эпплджек, подожди нас здесь...

— Нет уж, я пойду, посмотрю, что это у вас за воительница.

Султан сказал:

— Хорошо, — и они степенно направились ко вратам Хорсдобы.

А там стояла закованная в железные доспехиот копыт до носика, на которых были отчеканены цветы роз, кобылица-единорожка весьма мощного вида и вопила:

— И где же ваша госпожа? Наверное, прячется под диваном! Ха-ха, прячется, как курочка! Говорят, её наставница боится курочек, наверное, она была бы ей впечатлена.

Твайлайт возмутили такие слова, но муж обучил её держать себя всегда в копытах и сохранять холодную голову. Она вышла вперёд и громко произнесла:

— Вот я, Твайлайт Спаркл, царица Пондалуссии, принцесса Эквестрии! Что тебе надо?

— О, явилась! — ответила воительница ей, — знай, что я, Агата-Аллода-Антония-Ангела-Баталия-Бланка-Визитейкаена-Гертруда-Доминга-Лусия Ланца-Анфилада-и-Боло де Канела, паладин-единорог Священного Королевства Кастельпония, вызываю тебя на поединок мечом и магией насмерть во славу моей королевы! Выйди и умри достойно.

Услышав этот вызов, Абд-эр-Хорпон безмолвно положил супруге крыло на спину, призывая подумать не давать опрометчивого ответа.

Твайлайт была возмущена, но собравшись, спокойно ответила:

— Скажи, почему ты считаешь, что мы должны драться? Почему мы не можем решить проблемы дружелюбно?

— Ха-ха! Я не поведусь на твои уловки и не сойду с пути истинного, еретичка! Твои потуги тщетны, ибо я, старшая поборница Кастельпонии, рыцарь Розы! Я иду по пути Долга, а не слушаю еретические выкладки про Гармонию! Я верная рыцарь королевы и паладин культа Долга! Я, как и каждый в Кастельпонии, исполняя свой Долг, приближаю Эпоху Процветания!

— Эпоху Процветания? — переспросила Эпплджек.

— Эпоху, когда все пони познают свой долг и объединятся под Серебряной Короной и Железным Копытом Королев Кастельпонии! И ты, повелительница ереси, со своею так называемой Дружбой, стоишь у нас на пути! Но нас, верных кастельпонцев, Легион и больше! Оставь надежду и выходи, еретичка!

— Эй, хватит уж нести эту чушь! — бросилась тут в разговор молчавшая до того Эпплджек, — ты хуже чем Старлайт со своим "кьютимарки зло, всё зло от кьютимарок". Окстися! Мы все разные пони, и у каждого свой долг, и нет никой обязанности, чтобы именно твоя кастельпонская королева правила всем. На такое только Сомбра с подобными ему и покушается! Ты себя-то услышь-ка со стороны!

— Не смей открывать свой рот, грязепони, когда говорят гранды! Узурпаторша похитила у единорогов власть над Солнцем и Луной, а теперь её приспешница пытается смешать высших единорогов-аристократов с рядовыми пегасами и рабочими земными пони! Однако, род наших королев идёт от принцессы Тантал-Даркнест-Сорцирессы-Айс-Харт, и он вернёт всему роду поньскому осознание его Долга! А также изгонит зловредных любителей манго!

Твайлайт была просто ошеломлена злобностью и ненавистью воительницы. У неё даже не нашлось слов, чтобы ответить на такое.

Зато нашлись у Эпплджек:

— Едрить тебя, значится, по-твоему я тут для подпорки стен! А фигушки! Я те покажу, как мы тут таких в бараний рог крутим! Я сама тя так отделаю, тя собственная мать не узнает!

— Да как ты смеешь мне угрожать, грязепонка!

— Я те поддам, дура ты рогатая!

И тогда кастельпонка попыталась магией стащить Эпплджек со стены, но та слегка напряглась и вся магическая аура пришелицы слетела с неё, после чего она прокричала:

— Не жди, что всё будет так просто, зануда железнолобая!

— Я схвачу тебя за гриву, вырву твой мерзкий язык и поколочу, а затем отвезу в Кастельпонию и сделаю своей крепостной! Ты у меня за птицей ходить будешь и спать в грязи!

— Да я тя выпну из твоих доспехов и шкурку-то в грязи-то изваляю! Скачи ка за мылом пока, красавица, да за этой, перекусью, чтоб потом было чем тебя обработать сразу!

— Готовься, грязь! Завтра, на рассвете мы сойдёмся в сватке и ! — рыкнула единорожка-паладин и направилась прочь от городских стен.

* * *

— Ты с ума сошла, Эпплджек! Эта единорожка тебя в бараний рог согнёт! — Твайлайт была просто в ужасе от произошедшего, и теперь, наедине, просто не хотела этого скрывать, — да она тебя... убьёт... или хуже.

— Вынужден не согласится, — произнёс до того молчавший Абд-эр-Хорпон, — значит, всё ещё хуже, чем я думал, — кремовый аликорн ходил кругами и думал вслух, — кастельпонцы явно готовят войну. И Эпплджек в этой ситуации подарила нам лучшее, на что мы могли рассчитывать. Поединок с земнопони это не то, что прославит посланницу королевы в глазах её рыцарей. А если ты победишь...

— Кады я одолею энту выскочку ты хотел сказать! — произнесла Эпплджек.

— А ты понимаешь, что это фактически боевая дуэль? И только гордость кастельпонки позволила исключить смерь одного из участников из условий победы?

— А кто, по-вашенски, решал все проблемы с Вечнодиким до тебя, Твай? Я туды не хаживала особо, но как-то справлялась со всем, что оттуда выползало. Я же ж тебе показывала!

— Эпплджек, это всё же не родео! Это будет драка со злобной воительницей, желающей тебя изрубить!

— Нет, она обещалась меня поработить и ходить за птицей, а не изрублять.

— Эпплджек, не утрируй, если с тобой что-то случится... — попыталась воззвать к подруге Твайлайт...

— То ты приготовишь своих пони к войне с этими психованными, — закончила за неё Эпплджек, — чтой-т мне подсказывает, что одним этим делом всё не кончится. Лады, пойду тренироваться! Время-золото!

Тренировка было короткой, но удивила многих. Эпллджек довольно качественно отделала одну из пондалусских единорожек-гвардейцев, что хотя бы немного успокоило Твайлайт.

* * *

Птицы только проснулись и начинали петь, а соперницы уже стояли друг напротив друга в дуэльном круге. На Агате из Кастельпонии были её фирменные доспехи, с которыми, похоже, она и не расставалась. Для Эпплджек нашлась лёгкая кожаная броня, а на неё Абд-эр-Хорпон лично одел дополнительную кольчугу из какого-то лёгкого и прочного материала.

Увидев свою соперницу, кастельпонка присвистнула:

— О, мифрил! У кого украла, грязепони? Я не хочу иметь проблем, когда сорву с тебя эту кольчугу!

— Одолжил халиф, — невозмутимо ответила Эпплджек, — да не парься, это мне надо будет ломать голову, кому сдать ту гору металлолома, что ты на себя напялила.

Вынесли оружие. И если единорожка предпочла меч, то Эпплджек неожиданно...

— О, ты принесла верёвку? Спасибо, мне будет чем тебя связать! А из тебя выйдет неплохая слуга!

— Пой, да не запевайся! — Ответила Эпплджек, — ещё всё впереди.

Меж ними встала герольд и задала ритуальный вопрос:

— Есть ли шанс, что вы примиритесь и отложите оружие?

— Нет! — резко ответила Агата.

— Похоже, нет, — внимательно наблюдая за противницей, произнесла Эпплджек.

— Тогда, — герольд вытащила платок, — как он коснётся земли, начинайте!

После чего отошла к краю круга и бросила его на землю. Платок был из лёгкой и невесомой ткани, и летел он земле как парашютик, медленно, но неуклонно.

Едва он коснулся посыпанной песком поверхности дуэльного круга, как кастельпонка с боевым кличем бросилась на земнопони. Она попыталась уколоть её мечом, но та ушла от атаки, перекатом. Рыцарь попыталась её рубануть, но Эпплджек провернула прекрасный финт, буквально перепрыгнув меч.

Тогда её противница попыталась магией схватить её за ноги, но сопротивление земной пони оказалось слишком сильным, и больше таких попыток она не повторяла. Вместо этого она отвела меч на максимальную от себя дистанцию. В результате получилось, что угроза Эпплджек существовала сразу с двух сторон.

Земнопони, казалось, ужаснулась и отступила к краю площадки. Агата бросилась на неё с кличем, меч попытался ударить её плашмя...

То, что произошло дальше годами вся Пондалуссия разглядывала и обсуждала в замедленной съёмке. Эпплджек резко подпрыгнула и в воздухе лягнула клинок, снова перевернулась и всем весом приземлилась на бронированный круп пробегавшей под ней единорожки, а когда та стала заваливаться, спрыгнула с неё наземь.

Все охнули.

Агата с трудом встала и попыталась магией достать свой меч, но ей помешали:

— Клинок выбит за пределы круга. Ты обезоружена, — объявила герольд, — продолжай сражение копытами и магией, либо признай поражение!

— Никогда, — заявила кастельпонка, и попыталась что-то намагичить, но Эпплджек сбила её заклинание, набросив ей лассо на рог, после чего та вскрикнула. Несмотря на конусообразность рога, затянувшийся узел не соскакивал, Эпплджек тянула сбитую с толку кастельпонку на себя. Та сначала просто упиралась, а затем, поняв что к чему, попыталась пронзить свою соперницу, но земная пони резко отклонилась а затем одним могучим ударом задних ног повалила Агату на землю, после чего принялась увязывать той ноги. Буквально десять секунд, и единорожка- паладин оказалась связана, её рог и четыре ноги были плотно оплетены.

Для конца Эпплджек сделала узел и перевернула соперницу на спину:

— Ну вот, ты моя пленница! Поздравляю!

И на все окрестности раздалось:

— НЕЕЕЕЕТ!!!

* * *

Опозоренная рыцарь-паладин Кастельпонии, лишенная оружия и доспехов сидела в глубинах вражеских подземелий и ожидала извращённых пыток...

— Эй, просыпайся соня! — раздался снаружи голос Эпплджек, а затем появилась она сама.

После поединка Агата чувствовала себя проржавевшей на сквозь, практически мёртвой, почти зомби, она мечтала о смерти. Целые сутки она лежала, свернувшись калачиком в комнате, куда её доставили, даже не смотря на то, что её развязали. В первый раз, на следующее утро, Эпплджек до неё не удалось достучаться, она даже не пошевелилась, когда та опрашивала её. Не смогли её сдвинуть с места и врачи.

Зато смогла Сумеречная королева Пондалуссии.

Она вошла, как призрак возмездия, держа "Наставление для кабальерос в вопросах чести" в своей ауре и зачла те самые слова. "Проиграв дуэль насмерть и выжив, если не было иных условий, кабальера становится слугой победителя на неопределённый срок," — эти слова звучали в её ушах набатом до сих пор.

Агата должна была не допускать этого! Она должна была наложить на себя копыта!

Но честь это святое, и она встала, подошла к вошедшей вслед за Твайлайт Эпплджек и поклонившись, произнесла:

— Ваша слуга ждёт приказов, синьора.

Земнопони даже в ужасе отпрыгнула от такого, но Сумеречная королева сумела её успокоить. И теперь Агата с утра до ночи занимается сельхозработами.

— ...а по вечерам и ранним утром пишет рыцарские романы, — дочитала Эпплджек через плечо, — ты хуже Твайлайт, тоже с кучей книг всё время. И роман ты свой пишешь даже за работой! Причём дневник свой ты мне показываешь, а роман нет, где энта, как ея, логистика?

— Логика, синьора Эпплджек, логика! — возмущалась Агата, — это большая разница!

— Лады, как скажешь! Пошли, завтракать пора!

Завтрак Эпплджек был довольно ранним, и ела она вместе с халифом, который тоже был ранней пташкой. Твайлайт появлялась гораздо позднее, они виделись с ним только за обедом.

А потом начинались трудовые будни!

Эпплджек интенсивно обменивалась секретами с фермерскими хозяйствами и кооперативами Пондалуссии. Целые дни она изучала их сорта, приёмы посадок и демонстрировала свои.

Агата целыми днями торчала под солнцем с земными пони. Сначала они чурались её и обходили стороной, но, постепенно их природное дружелюбие взяло верх, и они начали приставать к ней с расспросами. Пока одна маленькая бежевая земная пони, не расстававшаяся с большой фиолетовой куклой, не задала ей вопрос, глядя ей прямо в душу своими большими зелёными глазами:

— Почему ты хотела убить царицу Твайлайт?

И, глядя в эти бездонные колодцы чистоты, Агата почувствовала всю глубину своего падения.

— Я... я ошибалась... — ответила единорожка и тут же в ужасе убежала с глаз.

Эпплджек бросилась за ней и нашла её у обрыва над бурной рекой, текущей с гор Сьерра-Пониада.

— Я... я разрушительница, — срывающимся голосом произнесла кастельпонка в пустоту, — Я то, с чем поклялась бороться... я... я должна остановиться... должна остановить... себя...

— Но ты уже остановилась, сахарок, — сказала ей земная пони, и, когда Агата обернулась к ней, сказала, — пойдём. У нас ещё много работы, — и глядя единорожке в глаза медленно приблизилась к ней и подала свое копытце. После некоторых колебаний кастельпонка опёрлась на него...

* * *

Когда Агата, спустя полтора года плена, выучила все свои уроки и вернулась в свою страну, ту было не узнать.

Один из дней королева Изабель исчезла без следа, и вместе с ней исчезло былое железное единство, теперь знать пыталась урвать себе лучшие куски, пользуясь смутой и слабостью регентского совета, а королевские рыцари действовали только в пределах основных законов королевства.

Докладывать о своём провале и выученных уроках было некому, и она направилась в свой личный небольшой замок, где занялась тем делом, что выбрала для себя ещё в Пондалуссии: отпустила своих крепостных, раздала им землю и стала защищать их буквально за копейки. Она была весьма могучей единорожкой, и поэтому первое время обходилась без своего "копья" — отряда поддержки — а затем к ней присоединились несколько странствующих рыцарей поддержавших её идеи, назвавшись воинами Розы. Также она бесплатно обучила нескольких земных пони основам боя, и даже помогла им отправиться в Пондалуссию, совершенствоваться.

Отряд её рос, а замок приходил в упадок, пока она не официально не отдала его и остатки своего имущества общине своих бывших крепостных, а сама стала жить в палатке.

Некоторое время всё было относительно спокойно, но затем соседние синьоры решили объединиться, чтобы ликвидировать "район крестьянского бандитизма". Они собрали довольно большое войско из своих вассалов, и свободным земным пони ничего не осталось, как бежать по совету Агаты в Пондалуссию.

Она с немногочисленными соратники сопровождали их до самой границы, где их нагнали и потребовали сдачи от всех, "дабы суд грандов установил вину всякого в нарушении Высоких Законов и Долга перед Кастельпонией"

И тогда, выйдя вперёд, Агата сказала:

— Мы уходим и ваши законы больше не наши! Оставьте нас!

Тогда вражеские бойцы бросились в атаку, но Агата и её соратники сдерживали их натиск, пока земные пони переходили границу, после чего уже она одна прикрывала отход своих друзей, пока не была ранена и взята в плен.

Её отвезли в ближайший город, признали одержимой Дискордом и приговорили к "очищению" огнём.

* * *

В последнюю ночь было тихо. Агата свернулась поудобнее в своей клетке, слишком маленькой, чтобы встать.

Холодно. Единорожка не ела три дня. Ей дали только немного воды на ночь... и дадут ещё немного перед казнью.

Было мертвенно тихо, и Агата безмолвно молилась, прощаясь с жизнью и готовясь к ответу за свои многочисленные грехи, что совершила на службе Железной королевы. И, несмотря на весь ужас своего положения, она испытывала тихую радость. Единорожка уже не чувствовала себя заржавленным и сломанным клинком своей правительницы, но смогла перестать быть просто орудием, научиться любить своих ближних пони и помогать им... пусть и не так хорошо, чтобы не вызвать беды. Ведь те, кто её пленил и казнит завтра тоже такие, какой была она, и уж точно не ей их судить. Быть может, Гармония тоже укажет им путь, однажды...

И тут тишину Мира нарушил новый звук. Как будто где-то что-то упало... и вскоре раздался новый звук, звук открывающейся двери, и слабый свет, показавшийся узнице самим Солнцем, проник в её камеру.

— Агата? — раздался подозрительно знакомый голос.

— Эпплджек? — удивилась пленница, — как ты здесь оказалась?

— Я за тобой, — ответила земная пони, которую сопровождали тёмные тени, явно бывшие фестралами, ужасными пони, распространявшими Тёмный Культ и манго, — я как узнала... а друг моего друга скала, что может помочь.

Ключём открыли её клетку, а затем Эпплджек, лихо орудуя гигантскими кусачками, освободила её от цепей, оставив только браслеты.

— Быстро, — бросил один из фестралов, — мы должны спешить!

И они последовали по запутанным коридорам, быстро, но внимательно, чтобы не столкнутся с патрулём. Они уже были на внешней стене, когда глухую ночь пронзил раздался сигнал тревоги, и тогда фестралы просто схватили обеих, Эпллджек и Агату, всеми четырьмя, и лихо полетели.

Видимо, их всё же заметили, и дежурный отряд пегассерии сел им на хвост. Однако, когда они покинули город и поля помчались над ними, вдруг на земле вспыхнуло адское пламя до небес, и пегассеры, в ужасе, побросав свои длинные копья и поджав хвосты, бросились наутёк.

Агату и Эпплджек доставили к месту встречи, где их ждали воины в чернённых доспехах, подозрительно похожие для опытного взгляда Агаты на хинет. Вела их единорог в железной маске. Или, не совсем единорог...

— Грасиас, госпожа, — поклонилась ей Агата.

— Не за что, я не бросаю друзей, — ответила командир, и отвела их небесным колесницам, ведомым быстрыми пегасами. На утро они уже подлетали к Хорсдубе...

* * *

Агата вновь ожила.

Теперь она работала в апельсиновых садах Хорсдобы, а вечером возвращалась во дворец, где ужинала с царицей и Эпплджек.

Иногда к ним заглядывал халиф. За годы отсутствия земная пони окончательно осела в Пондалуссии... а также во дворце и табуне Абд-эль Хорпона. Работала тоже она гораздо меньше, проводя время с маленькой дочерью Туфахаатан

Надо сказать, что правитель пондалуссов, шикарный кремовый аликорн-жеребец, был очень умён и мудр. Агате очень нравились дискуссии с ним и Твайлайт по всем вопросам, но иногда ей казалось, что она не на своём месте, и порывалась найти себе дело на стороне. И тут Абд-эр-Хорпон показывал свою мудрость, и поручал ей какое-нибудь дело, часто требующего небольшого путешествия и большого отчёта, например, оценить состояние оружия в гарнизонах или навести контакты с беженцами из Кастельпонии...

Так прошло ещё два года, когда в один из дней она получила предложение...

— Я... я не могу! — отнекивалась она, — я недостойна!

— Слушай, Агата, твой синдром вины очень тяжёлый, и это тоже меня беспокоит, — ответила ей Твайлайт, — Ты не чужая нам и постоянно с нами работаешь и живёшь. Меня уже дочь спрашивает, когда ты подаришь ей братика!

— Но я... кто я... а кто халиф? И собиралась убить тебя! И Эпплджек!

— Но не убила ведь, — ответила яблочная пони, — оставайся, всё равно без нас ты токмо неприятности находишь!

Агата оказалась в логическом углу.

— И Туфахаатан нравится, когда ты с ней сидишь, — добила её земная пони.

Но в этот миг ответ Агате дать было не суждено. В дверь постучали, и, после согласия, туда влетел Абд-эр-Хорпон.

— Агата, к тебе прибыла... старая подруга. Она хочет видеть тебя один на один.

— Кто? — спросила единорожка, и получив ответ, вздрогнула.

— Она сказала звать её Изабель...

* * *

Встреча состоялась в небольшой гостевой зале. Агата увидела у камина фигуру в плаще, которая, когда единорожка подошла ближе, спросила.

— Как ты смогла так быстро это сделать?

— Я... — бывшую паладина разбил страх, подобного которому она не чувствовала за всю жизнь. Но она вспомнила уроки Твайлайт, глубоко вдохнула, выдохнула и ответила, — я больше не твой рыцарь!

Ответ был неожидан:

— И это лучшее, что могло с тобой случиться, Агата, — ответила Изабель, повернувшись к ней и пристально глядя прямо в глаза, — после всех уроков, что преподала мне жизнь, я рада, что ты пошла правильным путём...

После чего королева подошла к ничего не понимающей Агате и бросилась на колени, умоляя:

— Прости меня! Я была монстром! Настоящим монстром, творящим зло и отравляющим жизнь всему роду пони! Я ужасна! — Изабель несколько раз всхлипнула, а затем достала из под плаща меч и протянула его эфесом к Агате, — из-за меня чуть не казнили тебя, из-за меня многие пони были в опасности. Суди меня, прощу! Жизнь моя в твоих копытах!

Шокированная Агата отбросила меч и, собравшись, ответила королеве:

— Не ты одна виновата. Наши предки-единороги навертели дел... Изабель... я всецело поддерживала тебя, когда была твоим первым рыцарем! Я... это наша общая вина. Не только тебя и меня, но каждого кастельпонского дворянина-единорога...

После чего тоже бросилась на колени, обняла Изабеллу и зарыдала. Вскоре они обе уже рыдали на два голоса...

Через некоторое время они достаточно успокоились, и Изабелла смогла сказать:

— Я хочу всё исправить.

— Я помогу, — ответила ей Агата.

— Нет. Даже, если не брать, что Хорпон тебя не отпустит, ты будешь как красная тряпка для оставшихся ретроградов. Я многому обучилась... я справлюсь, Агата, поверь мне. Обещай мне только одно: что будешь счастлива.

— Я... я обещаю! И обещаю, что если тебе нужна будет помощь, я сделаю всё, что смогу!

— О, мне не потребуется помощь... она скоро потребуется нашим грандам... Агата, ты не против, если я теперь буду звать тебя сестрицей?

— Ну... я... хорошо... наверное...

— А ты зови меня сестрицей Исой! Ха, всегда мечтала иметь сестру! — после чего королева поднялась, отряхнула сначала Агату, потом себя, — мне пора, время не ждёт. Жди хороших новостей!

* * *

Прошло несколько лет, и Агата вместе со своим жеребчиком Рустамом прошли в высокий зал, украшенный мозаикой и витражами.

Перед одним из витражей стояла прекрасная единорожка серебристого цвета в красном платье, за ушком которой красовался красивая хризантема. Они подошли к ней ближе и увидели, что она разглядывает. Под цветной картиной на стекле была надпись: "Благоверная Агата рассказывает земным пони об их правах."

— Это твоя мама, юным Рустам. Кстати, я твоя тётя, Анакиэкайя-Агуэла-Адорасьон-Алисия-Алексия-Аллодя-Донсия-Валентина-Вероника-Изабель-Мари-Катрин-Иманкулада, можно просто тётя Иса.

Жеребчик не растерялся, и как маленький витязь, стал на одно колено и произнёс:

— Здравствуйте, тётя Иса! Я, Рустам ибн Хорпон ибн Сулейман ибн Омар ибн Рахим ибн Мустафа аль-Омейи счастлив знакомство и поражён вашей красой.

— Как мило, юный рыцарь. Встань. Кто научил тебя этому?

— Это Твайлайт, — ответила за сына Агата, — и её книги. Рустам обожает читать всякие истории про героев и принцесс в башнях.

- — О, ты любишь древние истории?! Эс Экселенте! Мой юный будущий рыцарь, а ты когда-нибудь слышал историю о Заржавевшем королевстве, рыцаре Одинокой Розы и её схватке за будущее тамошних пони...

Конец