# Сновидец - дорога в Понивилль

nyarn

Уставший от серости жизни человек, увлекся эзотерикой и осознанными снами.

И в какой-то момент, его увлечение принесло плоды — он осознал себя во сне. Очень ярком сне, но почему-то в теле пони.

Он еще не знает, что это совсем не обычный сон и кого тут можно встретить...

Внезапно в голове нарисовался сюжет. Начало написалось само собой. Возможно, это начало чего-то большого. Возможно — нет...

Эта же работа на фикбуке:

https://ficbook.net/readfic/019439f1-5c67-7980-a0d6-8e5958770f90

## Глава 1

Я открыл глаза и в непонимании осмотрелся вокруг. Почему-то, у меня не получалось вспомнить, как я здесь оказался и что это за место.

Вокруг меня располагался живописный луг. Ароматные запахи травы, шелест травы под легким ветерком и общее ощущение благости наполняли это место. Вот только все было очень ярким, слишком ярким и, местами, каким-то смазанным. Похоже на… сон.

Сон? Точно! Получилось! Я ведь попытался попасть в осознанный сон, и наконец-то, вышло!

Я, следуя какой-то вычитанной в интернете методике, тут же опустил глаза, чтобы посмотреть на свои ладони и то ли убедиться, что нахожусь во сне, то ли закрепиться в нем — уже не помню, зачем так нужно делать.

Я опустил голову и тупо уставился на…

— А что это?

Я подвигал конечностями, рассматривая их. Было похоже на… пожалуй, ножку дивана. Толстую ножку дивана, обитую кожзамом и покрытую бархатом, а оканчивалась эта «ножка» чем-то более твердым, но таким же нечетким, как и реальность в периферийном зрении.

— Так… Надо успокоиться, иначе меня выбьет из сна, и все окажется зря…

Я постарался расслабиться, успокоить дыхание и мысли, и… чуть не уснул еще глубже, но вовремя спохватился.

У меня все-таки получилось поймать ту грань спокойствия и активности, когда реальность вокруг не стремиться рассыпаться, выбивая меня из сна яркими эмоциями, и, когда я не начинаю рассыпаться сам, как отдельный сознательный наблюдатель.

Я вновь окинул взглядом все вокруг — вокруг все так же живописная полянка с очень яркой и сочной на вид травой. Приятные запахи, и… Это что, лес? Кажется, его тут раньше не было — недоуменно выдал я, посмотрев в другую сторону.

— Впрочем, не важно, сон все-таки…

Привыкнув к той мысли, что я нахожусь во сне и, заряжаясь уверенностью в том, что могу сделать все что угодно, я попытался мысленным усилием поднять камешек, лежавший на земле.

Это получилось на удивление быстро. Я ощутил, как мое сознание обхватывает камень и поднимает его вверх.

Ощущалось необычное мысленное напряжение. Это можно сравнить с поднятием предмета при помощи руки, но без ощущений самой руки. Чистая концепция тяжести предмета и того, что держишь его чем-то. Я ощущал, как частичка моего разума охватывает предмет, ощущая его структуру, шероховатость и вес, немного даже проникая внутрь материала.

Реальность чуть поплыла, стоило мне слишком сильно сфокусироваться на новом чувстве, и я поспешил отвлечься.

— Кстати, о руках…

Убедившись в своих силах, или, повторно убедив себя в своей всесильности, я захотел увидеть, что же я такое — увиденная конечность и, мельком замеченное тело, говорят о том, что либо я очень уж странный человек, либо, совсем не человек.

Повинуясь моей воле, в воздухе появилась плоскость, что в следующую секунду стала прозрачной – я совершенно забыл о рекомендации не пользоваться зеркалами во снах, а когда вспомнил – было уже поздно. Да и я чувствовал свое могущество – чего мне бояться?

Из зеркала на меня смотрело такое же, как и все вокруг, яркое существо. Кажется, таких называют «пони», вот только это не те животные, существующие на Земле, а другие, кажется, из мультика для маленьких девочек.

Хм… А ведь один мой знакомый что-то говорил об этом сериале и, кажется, даже, предлагал посмотреть его вместе. Сначала я посчитал это шуткой, а потом меня утащила рутина – я и думать забыл о каких-то там мультиках… А вон оно как сложилось.

Я с интересом рассматривал свое отражение, и помахал ему своим копытом. Отражение, закономерно, помахало мне в ответ.

Единственное, что я не мог разглядеть детали – то у меня в отражении появлялся рог, то крылья, то менялись цвета, перетекая друг в друга. Я решил посмотреть на свое тело, чтобы убедиться, но цвет был одним – разве что, не тем, что я увидел в первый раз. А еще заметил у себя мягкие и, на вид, легкие крылья.

Поднял взгляд на зеркало, а там снова все менялось и перетекало друг в друга. Стоило взглянуть на себя – у меня снова сменился цвет, а вместо крыльев, я ощутил нечто странное во лбу, а, пощупав, понял, что это был рог.

Как-то мне стало не по себе – вроде, ничего страшного не произошло, и я понимаю, что вокруг сон, но все же…

Стоило с этими мыслями вновь невольно взглянуть в зеркало, как мои мысли стали прорываться на него. И чем дольше я смотрел, тем больший объем обретали в нем мои опасения.

Финалом стало то, что я заметил, как за спиной у моего отражения начала формироваться темная фигура, имеющая узнаваемые, понячьи черты – развивающаяся грива, словно, на невидимом ветру, что напоминала собой космос.

Рог и крылья, как и все тело, почти абсолютно черные, а все это дополняли будто декоративные металлические элементы брони.

Завораживающе красиво, но вместе с тем и страшно. Я смотрел, застыв, и не мог отвести взгляд, а в моем разуме начал звучать пока неясный, но с каждой секундой, все более различимый, шепот. Я не мог разобрать слова, кроме одного: «Найтмер Мун».

В какой-то момент, я опомнился. Опомнился тогда, когда заметил, что из зеркала сочится тьма, похожая на плотный черный дым, а за своей спиной, уже не только в отражении, я начал ощущать отголоски чужого присутствия.

В этот момент я, с перепуга, вложив в это желание всю волю, что у меня была, сжал зеркало в точку – сделать это оказалось довольно просто, но почему-то, после этого действия я ощутил изнеможение. А может, это из-за пережитого страха?

Я упал на попу, часто дыша и отходя от пережитого. На месте убранного из реальности зеркала, все еще ощущалась какая-то неправильность, но та уже почти исчезла. Я даже и не заметил, как полянка вокруг из яркого и приятного места, превратилась в тёмное.. но, на удивление, не менее приятное место.

## Глава 2

Pov Лунная пони, владычица ночи и повелительница снов, Принцесса Луна:

Я пребывала в не лучшем расположении духа – опять поймала себя на мысли, что сестре уделяют больше внимания, чем мне, а еще… Она съела мой тортик!

Я сидела в уголке и дулась на всех вокруг, не замечая, как моя темная часть тихонько ворочается, выпуская свои щупальца в созданный моей волей сон. Здесь можно было дать волю чувствам, сделать что-нибудь безумное, выплакаться, прокричаться, или поесть вкусняшек.

Даже если бы я, не сдерживаясь, начала все вокруг громить, это вряд ли бы кому-то навредило.

Но вот, я внезапно ощутила, как вспышку – чью-то силу, подобную моей. Силу сноходца, причем столь великую, что, возможно, она бы даже могла затмить мою. Это сразу отодвинуло все мои переживания на второй план – их заменило любопытство.

Я, на время откинула плохие мысли, но они, похоже, не откинули меня – сгусток тьмы, что ранее незаметно вышел из меня, притаился в тени дерева.

Я захотела заглянуть туда, откуда ощутила такую яркую вспышку силы, но, к моему удивлению, у меня не получилось сходу войти в чужой сон, как я делала это с другими пони.

Не то чтобы я попыталась нагло нагрянуть в чужой сон – сначала просто заглянуть… И если все в порядке, а мое присутствие будет уместным, я могла бы туда проникнуть. Но не получилось даже этого.

– Вызов принят! – азартно потерла копыта Принцесса Луна, уже окончательно переменив настроение.

Ей, впервые за многие сотни лет, что-то не удалось сделать в ее вотчине – в мире снов. Это будоражило, возрождало уже начавший, было угасать интерес ко всему вокруг.

Я сосредоточилась на своих чувствах, пытаясь понять, откуда пришло это ощущение – да оно и сейчас осталось, лишь сменившись со вспышки, на равномерный, но не менее сильный, «гул».

С удивлением я обнаружила, что источник, похоже, не располагается в Понивилле. Более того – он, похоже, даже не в Эквусе, а где-то очень-очень далеко.

Не то чтобы Луна не знала о существовании других миров – скорее даже наоборот, и иногда даже наведывалась во сны их обитателей, но делала это очень редко и уже почти забыла о том, что так можно делать. Хватало забот с подопечными.

В мире снов расстояния не имеют такого большого влияния, поэтому, поняв, куда примерно она хочет заглянуть, Луна попробовала вновь, и в этот раз получилось открыть маленькую щель в чужой сон. И только Луна настроилась заглянуть туда, как проход резко закрылся.

Луна в недоумении смотрела в то место, где только что был разлом: я определенно его не закрывала. И некто на той стороне этого не делал – я бы почувствовала. Так что же тогда произошло?

Пока Луна изучала причины внезапного закрытия прохода, кусочек воли Найтмер Мун – внутреннего кошмара, темной сути Принцессы Луны – пробирался в чужой сон. Именно он, заметив проход, юркнул в него и закрыл тот за собой.

Осколок воли не был полноценным разумным существом, его скорее можно было назвать тенью тени принцессы. Лишь малый фрагмент, что руководствовался скорее чем-то похожим на инстинкты. Но стоило этой частичке получить больше энергии, больше внимания, больше чужого страха…

Сгусток это чувствовал и стремился туда, где было много ничейной силы, разлитой по сну, туда, где ощущался яркий огонек чужого разума, который можно напугать и получить так нужные сгустку эмоции, что позволили бы ему вновь обрести разум и полную самостоятельность. Он, какой-то частью своих инстинктов понимал, что существовать ему осталось ровно столько, сколько потребуется Принцессе, чтобы заметить пропажу, а нового шанса может не появиться еще очень долго…

Сгустку повезло – он нашел в чужом сне зеркало. Предмет, что у некоторых и в обычном состоянии вызывает страх, а стоит с ним что-нибудь сделать…

Сгусток незаметно вселился в зеркало, попутно собирая разлитую вокруг силу, постепенно меняя отражаемое в зеркале и обстановку в самом сне.

Как только сгусток закрепился в зеркале, по его гладкой поверхности прошла едва заметная рябь. Будто темное облако накрыло происходящее по ту сторону.

Отражение стало постепенно меняться: то силуэты теней едва заметно, но неестественно отклонятся, или возникнут на миг там, где, даже нет объекта, что должен отбрасывать эту тень.

Остановка, отражаемая в зеркале, начала приобретать холодный, мрачный оттенок – трава и постепенно проступившие в отражении деревья, из зеленых, стали серыми, небо заволокло черными, рваными облаками.

Поневоле захотелось отвести взгляд, но зеркало манило, подобно бездонной пропасти.

Вскоре, сгусток воли, вселившиеся в зеркало, ощутил желаемое – легкую струйку эмоций, направленную прямо на зеркало: еще не страх, но уже близко к этому.

Поняв, что двигается в правильном направлении, осколок воли Найтмер Мун, продолжил, нагоняя страху на свою невольную жертву. И чем больше страха испытывала цель, тем больше силы получал сгусток, тем более осмысленно действовал и тем больше власти обретал над сном вокруг.

По мере того, как сновидец смотрел на зеркало, в его глазах начали появляться беспокойство и тревога, а в глазах его отражения, было все меньше жизни – постепенно в них поселилась тьма.

Он сделал шаг назад, но не мог отвести взгляд: теперь его отражение казалось чуждым и незнакомым.

Постепенно и глаза сновидца теряли осмысленность. Они будто покрывались пленкой отчужденности, из глубины которого, проглядывал ужас.

Когда уже почти все получилось, во взгляде пони что-то изменилось. Он потерял ту поволоку страха и бессильного созерцания. В нем промелькнула осмысленность и воля, а потом осколок воли, порожденный кошмаром, исчез, будучи сжатым в точку вместе со своим вместилищем.

## Глава 3

Принцесса Луна с не меньшим страхом наблюдала за происходящим – она опять позволила этому случиться. И даже не заметила, когда… Ее вновь стали одолевать не самые радостные мысли, но лишь на миг – не время предаваться им, ведь пони в опасности.

В опасности из-за нее, и нужно как можно скорее его спасти.

Принцесса, уже не заботясь о тактичности или маскировке, начала ломать пространство сна, разрывая ткань реальности. Она, изо всех сил старалась ускорить открытие прохода в чужой сон.

В этот раз это было сложнее, чем в предыдущий – похоже, ее темная часть на той стороне противится этому, а возможно, сам пони, ощутив угрозу вторжения в и так не самый приятный сон, подсознательно сопротивляется.

Луна наблюдала все от начала и до конца – наблюдать за сном отсюда у нее получалось, но открыть туда проход, никак удавалось, хотя она уже была близка.

И вот, зеркало исчезло, сжавшись под взглядом пони в точку. Луна ощутила сильнейший всплеск силы – похоже, он вложил в это все, что смог…

Как только зеркало исчезло, значительная доля сопротивления пропала, и вскоре, принцесса смогла проникнуть в сон по ту сторону разлома.

Даже простым своим присутствием, без осознанного желания, она превратила чужой зарождающийся кошмар и пугающую, темную окружающую обстановку, в просто уютный ночной лес.

Возможно, даже более уютный, чем он был при свете дня.

## Глава 4

…

-Что? Ты говоришь, что являешься принцессой – правительницей Эквестрии и владычицей снов?

-Да… Примерно так, – чуть смущенно подтвердила собеседница, не переставая неспешно поглаживать меня своим крылом. Это было очень приятно, и я придвинулся чуть ближе.

…

Как-то так вышло, что я рассказал ей сначала о пережитом только что страхе, не заметив, как она вздрогнула и отвела взгляд, а потом, и обо всей своей жизни.

О скучной, неинтересной работе, что забирает всё моё время, о хобби, что уже не приносят радости, как раньше, о друзьях, которым сначала я не уделял достаточно времени, а потом и они обо мне забыли, и закончил тем, как увлёкся эзотерикой, осознанными и контролируемыми снами.

Рассказал о том, как ухожу в них с головой, убегая от серой реальности, а когда поднял на собеседницу взгляд, заметил, как её тело сотрясают беззвучные рыдания, с каким сочувствием и непонятной виной она на меня смотрит. Этот взгляд, обжёг меня, будто молчаливый крик о помощи.

Этот взгляд нес в себе многое: осознание своей вины, мольба о прощении и какая-то застарелая тоска.

Я не выдержал этого зрелища, и обнял её, прижав к себе, принявшись так же ласково, как и она недавно, гладить её по голове, спине и крыльям.

Она ответила на объятия, прижавшись плотнее, и, чуть успокоившись, уткнулась мне в шею, а потом, сначала едва различимо и со всхлипами, а потом всё спокойнее, принялась рассказывать свою историю.

Я с большим интересом выслушал историю, похожую на добрую сказку. Пусть и в ней были злодеи, одна из которых даже, в какой-то мере, была сейчас у меня в объятьях, но все они, даже будучи злодеями, были добрее многих людей, из того мира, за гранью сна.

Стоило мне вспомнить о реальности, как уже я тихо заплакал, уткнувшись ей в шею, и уже ей вновь пришлось меня утешать. А когда я чуть успокоился, объяснил свою реакцию – ведь всё вокруг – лишь сон, и когда я проснусь, возможно, даже не смогу четко всё вспомнить. А если вспомню… Что с того толку?

Мне стало грустно от того, что существо, ставшее мне ближе, чем все, кого можно было назвать друзьями по ту сторону, лишь иллюзия моего собственного сознания.

Я смотрел на Луну, на её тёплую улыбку, такую реальную, и понимал: всё это – лишь плод моего воображения, что развеется, как утренний туман, стоит лишь мне проснуться.

Выслушав меня, аликорна, что выглядела сейчас как-то величественно, встала и расправила крылья.

Её грива развевалась на невидимом ветру, создавая картину звёздного неба. Картину лишь немного портила лёгкая припухлость глаз пони.

-Мы – есть принцесса ночи, царственная сестра и владычица снов! – невольно перешла на кантерлотский глас принцесса, но быстро сбавила градус пафоса и тише добавила: Да, это твой сон, и я это знаю. Но это не значит, что меня не существует. Как и ты, я обладаю властью над миром грёз, могу проникать в чужие сновидения и управлять ими.

Ты ведь сам рассказывал о своём увлечении эзотерикой. Знаешь ведь, что такое сноходцы? – Увидев подтверждающий кивок и зарождающуюся надежду в глазах собеседника, она продолжила: – Так вот, я, как и ты, обладаю этой силой.

К тому же, я обладаю ещё и магией – более универсальной, но не слишком подходящей тут, силой. Но это позволит мне подтвердить свои слова. – Её рог засветился.

Сначала человек не понял, что случилось, но потом ощутил на своей левой руке тепло – именно руке. Он заметил боковым зрением, что теперь не пони, а вновь человек, но не успел удивиться, как снова превратился в пони.

– И что это было? – в непонимании он посмотрел на принцессу, а потом на своё копыто. На копыте он обнаружил будто рисунок половины луны, похожий на тот, что был на крупе у принцессы, только повернут он был зеркально.

Луна посмотрела на него и немного смутилась.

–Вот… Когда ты проснёшься, то сразу его увидишь, а ещё, я смогу по нему тебя найти в следующий раз, когда ты уснёшь. Возможно, он даст тебе что-то ещё – ещё больше смутилась принцесса, спрятав мордочку за крылом.

Человек с интересом посмотрел сначала на знак на своём копыте, а потом на смущённую принцессу, но решил не спрашивать о причине смущения – всё равно ведь не ответит, а лишь больше смутится. Вместо этого, просто сел рядом и обнял её.

-Кстати, а почему я оказался здесь в виде пони? – тихо и немного сумбурно задал он вопрос, уткнувшись носом между ушек принцессе, что пригрелась у него на груди, лёжа на ней спиной.

-Пони?.. Хм… Точно, ты ведь человек, и для тебя это, должно быть, необычно. Не знаю… Возможно, твоё подсознание решило, что так тебе будет комфортно, возможно, ты сам этого пожелал и забыл, или, ты попал не совсем в свой сон, а занял чей-то чужой, не успевший раствориться, но уже покинутый создателем.

-Хмм-м? – приподнял ушко заинтригованный сноходец, но был столь расслаблен, что просто не хотелось говорить что-то более сложное.

Принцесса поняла его без слов.

-Да, такое иногда бывает. Иногда пон… Люди, пони – не важно. Спящие, даже, не владея даром сновидца, разве что может, совсем чуть-чуть, могут неосознанно попадать в чужие сны. Обычно в такие, что не имеют внутри кого-то, кто может их поддерживать. Исчезающие сны.

Не знаю, почему так. Возможно, занять такой сон проще, чем создать свой, достаточно четкий, для того уровня осознанности, который присущ, например, тебе.

Возможно, достаточно четкие сны просто сами не хотят исчезать и притягивают к себе тех, кто может их поддерживать. Один из таких стал моим домом здесь. В нем всегда кто-то есть, а иногда, и не один.

Этот сон продолжает существовать, дополняется деталями, а окрепнув достаточно, может существовать и без спящего внутри, какое-то время...

Человек был очень заинтригован словами принцессы и хотел так много чего ещё спросить, но лишь ощутил непреодолимую сонливость и заметил понимающий взгляд Луны.

-Возвращайся сюда в следующую ночь, знак укажет тебе путь…

Луна быстро чмокнула собеседника в щечку, все так же, пылая смущением, но кажется, он этого уже не почувствовал.

Человек уснул во сне и заворочался в кровати. Сладко потянулся, а потом распахнул глаза и воскликнул:

-Луна!

## Глава 5

Я распахнул глаза.

События сна ощущались всё такими же яркими.

Не хотелось просыпаться. Хотелось вернуться назад — так уже бывало раньше несколько раз, но в этот раз всё было особенно реальным, таким настоящим…

Я стёр рукой с щеки невольно выступившую слезу, а потом посмотрел на руку, которой это сделал.

— Это… правда? — Я с неверием, но всё сильнее проступающим облегчением, переходящим в счастье, смотрел на тыльную сторону своей ладони.

На моей руке, именно там, где появился во сне, проступил знак луны.

На миг мне даже показалось, что он чуть светится, то разгораясь, то затухая, но или это было столь тускло, что сложно заметить, либо мне просто показалось, ведь теперь я этого не вижу. Кажется…

Занимаясь делами, которых день ото дня не становилось меньше, скорее наоборот, я всё больше склонялся к тому, что хочу всё это бросить и заняться чем-то другим.

Чем угодно, но только не возвращаться на осточертевшую работу и не выполнять просьбы начальства, которые и просьбами-то не были, в нерабочее время.

— Решено. Гори оно всё… Вот доделаю последнюю заявку, и пусть сами разбираются. Чёрт с ней, с этой премией, или даже, должностью. Я накопил уже достаточно, чтобы успеть найти новую работу, если даже уволят.

Отдыхать тоже нужно. — С этими мыслями, я уселся на диван перед большим экраном и задумался. — А почему бы и нет? – Я улыбнулся и нашел в поисковике первую серию My Little Pony, посмотрел на руку, где всё так же был знак луны. Даже если это всё — сбой уставшего сознания, или ещё что-то в таком духе — пускай. Я сделал достаточно.

…

Прошло уже несколько часов. Мультик оказался неожиданно увлекательным, добрым и приятным — именно тем, что было нужно измученной душе уставшего от всего человека.

Как-то неожиданно наступил вечер, а вскоре — и ночь.

Человек за это время посмотрел ещё несколько серий, а ещё, заглянув в комментарии под одной из них, вступил в обсуждение с одним из фанатов шоу.

Как оказалось, их — фанатов то бишь — называют брони. Он рассказал, что сообщество этих самых брони довольно большое и дружное, а на скептичный вопрос насчёт возраста участников, ответил, что, в основном старше 18 лет, но меньше 30.

Обсуждение сообщества продолжилось, постепенно переходя на другие темы, а потом, этот незнакомец предложил перейти в более удобное для таких бесед место и не захламлять комментарии.

Вскоре беседа продолжилась в отдельном приложении-мессенджере, где пришлось создавать аккаунт и учиться им пользоваться, но всё оказалось довольно интуитивным и удобным.

Теперь уже два брони остались довольны общением, выговорившись друг другу, а потом, от одного из них поступило предложение — вступить в некий «сервер» сообщества.

Оказалось, в этом приложении есть аналоги бесед, что позволяют пользователям объединяться, общаться — голосом или текстом, или даже, играть вместе.

Заинтригованный речью собеседника, я перешёл по его ссылке-приглашению, прошел вступительный опрос и вскоре изучал «сервер» сообщества — здесь было много всего: арты, чаты на разные темы, чаты с книгами, или «фанфиками» по вселенной и много чего ещё, причём всё такое уютное, окутанное доброй атмосферой, как и в самом мультике.

Чуть позже я узнал, что такая атмосфера царит тут не везде, но в те чаты я больше не заходил — ну их, злюк этих, которые там сидят…

Ночь застигла меня внезапно, за общением с новыми друзьями. Я даже не заметил, как лунный свет, попадающий в комнату через окно, упал на мою левую руку и, словно сделал знак ярче, контрастнее. Очень захотелось спать, и я не стал противиться желанию, лишь закрыв и отложив ноутбук в сторону.

## Глава 6

Миг забвения, и я вновь осознал себя на той же полянке, где оказался прошлой ночью.

Обстановка немного изменилась – пространство будто стало четче, а от мрачности не осталось и следа. Простая, уютная поляна.

Пахло здесь еще приятнее, чем в прошлый раз, а краски радовали глаз яркостью и разнообразием растений.

Обнаружилась здесь и Луна, махавщая мне копытом. Она лежала на подстилке посреди этого великолепия.

— Привет :3, — с улыбкой и довольным выражением на моське, сказала мне Луна, когда я подошел поближе.

Я заметил вокруг множество тарелок, блюд и пару заварочных чайников с кружками. Из одной такой, Луна отпила, поддерживая ее телекинезом.

— И тебе привет, — с не менее довольной улыбкой ответил ей я. Только теперь меня окончательно отпустило напряжение, ведь я не был до конца уверен, что вчера всё не было всего лишь сном. Точнее, сном это и было… Но не «всего лишь», как и сейчас.

Я немного запутался в своих мыслях, и Луна вывела меня из них совершенно неожиданным образом: она бупнула меня!

Нет, я не против, но это ведь я должен был сделать!

Луна наблюдала за моим лицом и прыснула в копыто, заметив сменяющиеся на нем эмоции.

— Присоединишься? — она, сделав крылом широкий жест, как бы, обводя вкусняшки вокруг, чуть подвинулась на подстилке, освобождая мне место.

— С радостью! — я отбросил лишние мысли и улегся рядом, с интересом осматривая еду вокруг. Мне захотелось взять что-нибудь и попробовать, но как только я протянул руку… увидел, что её опять заменило копыто.

— А как?... — в этот раз Луна сдержала смех, глядя на мое растерянное лицо, но всё же, улыбнулась.

— Ты во сне, не забывай. Тут можно всё. А ещё, похоже, твой образ здесь ещё не закрепился.

При мне, ты уже трижды сменил цвет, а ещё, у тебя появляются то рог, то крылья, то оба сразу.

Можешь просто волей что-нибудь взять, а можешь зацепиться за образ пони с рогом и воспользоваться способностью, даруемой им – телекинез осваивают все, за очень редким исключением, единороги.

Это простой навык, почти не требующий сил. Попробуй, — Луна озвучила своё предложение, периодически прерывая речь для того, чтобы отпить ароматного чая – запах даже на расстоянии был приятным и манил – попробовать тоже.

— Хм… так я делать уже умею, — я, отойдя от эмоций, вспомнил, как ранее использовал волевой телекинез, поднял им кружку и неуклюже, поднес её ко рту.

Довольно сложной задачей оказалось одновременно обдумывать вопрос, контролировать движение кружки и не перевернуть её случайно по пути. Один раз я был близок к этому, но всё-таки удержал.

Донёс кружку до рта и сделал глоток.

Я испытал настоящее блаженство.

Настолько вкусного и ароматного чая, я не пробовал никогда.

Мало того, что он был просто до невозможности вкусным, так у него ещё вкус постоянно менялся, не позволяя к нему привыкнуть, и каждый вкус был по-своему приятным.

— Вауу… это… просто слов нет. Это было очень вкусно, — смог сказать я, допив содержимое кружки и, ещё немного посидев с зажмуренными глазами, ощущая постепенно пропадающее приятное послевкусие.

— Ага, — Луна, с интересом наблюдающая за мной, за то время, пока я пил чай, успела выпить уже несколько кружек и съесть пару кексиков.

— То, что ты почувствовал, — это самые приятные вкусы, которые ты пробовал, или которые мог бы представить.

Не все из них, конечно, и не самые сильные из них – такое лучше пробовать по особым поводам, иначе приестся, да еще и обычная еда будет казаться пресной…

— А, да, точно, меня этот восхитительный чай с мысли сбил. Волевым телекинезом я пользоваться умею, а как мне зафиксировать облик с рогом и им пользоваться? — спросил я, отставив пустую кружку, которая как-то незаметно исчезла и появилась наполненной рядом с чайником.

— Я начну издалека, — Луна тоже поставила свою кружку и положила на меня крыло, переводя взгляд куда-то вдаль.

Пока она туда не посмотрела, я и не обращал внимания, что чем дальше от этого места, тем более зыбка реальность, тем более она нечеткая, изменчивая, а на расстоянии нескольких сотен метров, вообще сливалась в неразборчивое цветное месиво.

Которое, тем не менее, постепенно становилось чем-то осмысленным под направленным взглядом. Сила сновидца – это нечто уникальное.

Не в том смысле, что не встречается часто, скорее даже наоборот, а в том, что это не магия в привычном смысле этого слова. У нас тоже есть некий резерв, лимит на чудеса, если так можно сказать.

Один из тех, с кем я общалась на эту тему, был из далекого космического мира, тем не менее, обладал некой силой. Он назвал это «пси».

Так вот, он предположил, что за наши силы отвечает именно эта энергия.

Энергия разума. Но я не могу это ни подтвердить, ни опровергнуть, но мне кажется, что это не совсем так, или даже, совсем не так – просто ощущение.

Наша сила способна сделать всё что угодно с реальностью сна. Воплотить любое желание, или даже, повлиять на реальность в каком-то пределе.

Я не удержался и спросил:

— А как она может влиять на реальность?

— Всё очень просто, — Луна перевела взгляд на меня, пока я неосознанно поглаживал её крыло, будучи погружённым в беседу. – Ты знаешь, что такое «эгрегор»? – спросила она, так же, чуть проведя по моей спине крылом.

— Я что-то об этом слышал… Но смутно и не из очень надёжного источника. Лучше расскажи, — Попросил я, прикрыв глаза и положив голову на подложенное ей копыто.

— Если упрощать, то эгрегор – это совокупность веры, знаний, убежденности, стереотипов и всего прочего, живущего в умах, о каком-то явлении.

Эгрегоры могут быть как у реальных объектов и личностей, у исторических событий, зданий, мест… так и у совершенно вымышленных вещей.

Например, если какую-то сказку рассказать многим пони, и все они будут думать об одном персонаже из этой сказки, это создаст эгрегор этого персонажа, или, даже всей этой сказки.

Всего вымышленного мира. — Она прервалась, вновь отпив чай. Возможно, давая тем самым мне задать вопрос.

— Кажется, понимаю. Эгрегоры возникают у любого события, предмета, явления, или субъекта, если о нём знают достаточно много люд… разумных, так?

— Не совсем. Он может возникнуть и от мыслей одного существа, нужно лишь достаточно часто думать об объекте.

Ещё, имеет значение то, насколько ярок разум этого существа, — высказала Луна не совсем понятную мысль.

— Что значит «ярок»? — решил я уточнить непонятный момент.

— Ну… Я, наверное, не смогу объяснить. Это лишь ощущения. Очень часто «яркость» разума еще и с даром сновидца связана. Я не уверена полностью, что именно я ощущаю — дар сновидца, или эту самую «яркость».

Может, это одно и то же. Но это точно не магическая сила и, скорее всего, не та «пси», о которой я слышала.

Ярким разум может быть и у обычного человека, или пони, не имеющего чего-то выдающегося и не обладающего могуществом.

Так вот. Такие, яркие разумом, способны своей верой, вдохнуть жизнь в эгрегор единолично. На это даже не нужно так много времени, сколько бы потребовалось остальным.

— Ладно, с «яркими», вроде более-менее понял, хотя, позже еще хочу об этом узнать. Расскажи лучше побольше про эгрегор. Что дает его существование, или несуществование у предмета?

— Тут проще, и сложнее одновременно. Эгрегор может определять бытие предмета, как сказал кто-то из моих учеников, — ответила Луна.

— Учеников? И что значит «определять бытие»?

— Да, у меня есть ученики. Точнее, их нельзя назвать учениками в привычном смысле этого слова.

Они, как и ты, встретились мне случайно. Обычно это такие же, неопытные, яркие разумом существа.

Я замечаю их издалека. И говоря «издалека», я имею в виду, на расстоянии многих миров от себя. И чем ярче разум, тем дальше его видно.

— Если ты видишь таких, как я, так далеко, а дар этот не такой уж и редкий, как ты говоришь, то как ты попала именно ко мне? Неужели ты приходишь к каждому, кого найдешь? — решил я уточнить непонятный момент.

Луна грустно улыбнулась.

— Да, дар этот не очень редкий, вот только сохранить его могут немногие. Кто-то с головой уходит в рутину, забывает свои мечты, перестает фантазировать и грезить.

Становится совершенно ничем непримечательным пони, который только и думает, что о своих делах и ничем больше не интересуется. Я не говорю, что это плохо.

Возможно, их все и устраивает… Но как-то печалит, когда такое происходит.

Еще, хоть немного обученные сновидцы, учатся прятать себя от таких же видящих.

К сожалению, на их свет могу прийти не только я… — на этих словах Луна немного вздрогнула, что я ощутил через ее крыло, лежащее на мне, и бок, к которому прижался.

Мне показалось, что она не хочет рассказывать, что же ее так напугало, что она, лишь вспомнив об этом, вздрагивает, и я решил ничего не спрашивать. Мне и той жути в зеркале хватило, чтобы понять, что здесь есть, кого опасаться. Она ведь наверняка нашла меня так же.

— Ты ведь расскажешь, как скрывать себя? — решил я озаботиться своей безопасностью.

—Да, конечно. Это чуть ли не первое, чему стоит обучиться. Довольно простой прием, чем-то схож с волевым воздействием на сон. Раз уж ты сам попросил, давай сначала научим тебя это делать, а потом продолжим про эгрегоры, ладно?

Я кивнул и приготовился слушать.

Прием оказался и правда довольно простым – нечто схожее с медитацией, в которой нужно уловить пульсацию чего-то внутри себя и, как бы следуя ей, пропустить её через всю свою суть, ощутив нечто похожее на ауру вокруг себя.

А потом, удерживая это ощущение, волей втянуть её в себя и накинуть на неё гибкий кокон, представив, как он облегает эту «ауру», как пропускает сквозь себя всё в обе стороны, но вот излучение из этой «ауры» рассеивает, делая его неотличимым от окружающего пространства.

А потом отпустить «ауру» обратно, дав ей расправиться, но теперь, её внешний слой будет покрыт маскирующим слоем.

Луна помогла мне ощутить нужное состояние, да и с визуализацией, тоже подсказала. Отметила, что получается всё неплохо, но если действовать без помощи со стороны, это может занять несколько месяцев.

По крайней мере, по её словам, у нее на это ушло два месяца, ведь обучалась она всему сама, на начальных этапах.

— Отлично, у тебя всё получилось, и теперь я ощущаю тебя не сильно ярче, чем других людей твоего мира.

— Ты и других людей в моем мире чувствуешь? — меня это почему-то сильно удивило, и я уточнил.

— Конечно. В своём мире я ощущаю каждого пони и нередко прихожу в их сны, принося в них спокойствие и не давая случаться кошмарам.

В сны людей попадать сложнее. Особенно если они очень «тусклые». Таких даже найти очень сложно.

Это можно сравнить с искорками от костра, на фоне самого костра, где ты, я и ещё множество сновидцев – костёр, а остальные – едва заметные искорки.

А ещё… Я не очень хочу заглядывать в сны людей. Посмотрела уже некоторые из них. Даже пыталась, как и пони, помогать бороться с кошмарами, но после нескольких раз, больше не хочу, а то самой кошмары сниться будут…

Я обнял её, появившимися в очередной раз крыльями, и решил перевести тему:

— Так что с эгрегорами?

— Да, эгрегоры… В общем, все эти воплощённые знания, убеждения и верования, прикреплённые к объекту, в реальности обычно мало на что влияют.

Хотя, если во что-то необычное верят очень много разумных, особенно, ярких, это может сотворить что-то выходящее за рамки обыденности даже без магии.

Например, слышала об одном случае: в культуре народа, что я когда-то очень давно посетила, верили в то, что одно определённое дерево, способно раз во сколько-то лет, на определённый праздник, давать плоды, которые лечат от всех болезней.

Это дерево вообще не давало плодов. Это не было в его природе, но под влиянием эгрегора, дерево действительно дало плоды на этот праздник, спустя много поколений, которые верили в это.

Конечно, плоды эти были не такими чудодейственными, как описывалось, но поправить здоровье, или вылечить от простуды могли.

Думаю, спустя ещё несколько поколений, если они не утратят веру, эти плоды смогут лечить и более тяжёлые случаи и, возможно, даже, немного омолаживать.

Слышал ведь легенду из своего мира о молодильных яблоках?

— Да, но откуда ты её знаешь? — Я с большим вниманием и интересом слушал рассказ Луны.

Пока не очень верилось, что простой верой во что-то, можно это осуществить, но ей хотелось верить.

Луна улыбнулась, будто прочитав мои мысли по лицу. А может, и не по лицу, кто знает…

— А оттуда, что это не просто легенда. Такие яблоки действительно были, вот только не в вашем, а в соседнем мире.

И я даже общалась с теми, кто их ел — очень уж хотелось получить парочку таких для… Впрочем, уже не важно… Я так и не успела их добыть. — Луна на этих словах приуныла, но быстро пришла в себя, отпив ещё глоток чая. Похоже, это дело давно минувших лет.

— Вижу, ты не сильно мне веришь. В общем-то, понимаю.

Если бы всё было так просто, каждый миф, поверье, легенда, или даже, бог вашего мира, оживали бы.

И тогда, ваш мир не слишком бы отличался от нашего. Всюду бродили бы сказочные существа, цвели бы волшебные рощи и прочее. Но такого не наблюдается. Обычно…

— Обычно? — заинтересовала меня ее оговорка.

— Да, бывали и у вас исключения, но об этом потом. Главная проблема, или даже две, у влияния эгрегоров на мир такие:

Чем старше мир и чем больше в нем разумных существ, тем более незыблемы его законы. В этом и заключается главное отличие «реальных миров», от того, где мы находимся. Они реальны. То есть, существуют со своими законами, самоподдерживаются и отвергают стороннее вмешательство. Такое, как эгрегоры. Они в подобных мирах формируются и даже некоторое влияние оказывают, если достаточно окрепли, но это влияние обычно крайне слабо.

Ещё большая проблема заключается в другом. А именно в том, что эгрегор неоднороден. Он состоит из веры, знаний, убеждений и прочего, от многих разумных. Не все из них думают одинаково. Не все из них правильно понимают какой-то феномен. Но это не главное.

Многие думают об одном и том же противоположные вещи. Такое случается даже с полностью физическими и реальными вещами.

Вспомнить только теории заговоров. Да, некоторые из них оказались правдой, но чаще всего — это заблуждение.

Заблуждение, которое противоречит остальной части эгрегора, и на такие противоречия тратится тот потенциал эгрегора, который мог бы влиять на реальность.

Но это тоже не самое главное. Бывает такое, когда кто-то верит во что-то, а другой верит, что этого чего-то не существует. Хорошим примером может быть атеизм.

Я был очень удивлен всему тому, что рассказала Луна, и мне нужно было время на обдумывание, но она, похоже, вошла во вкус и продолжала рассказ.

— Да, на примере атеизма можно объяснить, почему у вас нет кого-то, подобного нам. Есть множество людей, что верят во что-то: в бога, в осознанную пустоту, в духов, во что угодно еще.

И будь они одни, все их верования воплотились бы, даже с учетом противоречий, но этому мешают те, кто верит, что этого всего нет.

И да, атеисты, как бы это смешно ни звучало, такие же верующие, как и их идеологические «противники».

Вот только они верят не в богов, а в их отсутствие. Ведь как иначе можно назвать безосновательную убежденность в отсутствии богов, если не верой?

Вот они и верят в то, что богов нет. И тем самым не дают им появиться.

— То есть, если бы у нас были одни только верующие, везде стояли храмы, а атеистов бы не существовало, бог был бы среди нас? — ошарашено спросил я.

Луна засмеялась.

— Нет, не совсем. Точнее, это могло бы быть так. Возможно, даже все те боги, в которых верят в вашем мире, у вас действительно были, но теперь, они либо ушли, либо развоплотились, либо…

Да мало ли что с ними могло случиться. Но вот если все действительно так, и они были когда-то, но куда-то делись, эгрегор, даже будь он единым, не может просто взять и создать нового из ничего.

Вся эта вера, вся сила эгрегора уходит к тому, к кому направлена.

Даже если он погиб.

В последнем случае, если вера не угаснет, а веры со знаком минус не будет слишком много, у такого бога даже есть шанс воскреснуть.

— Кстати, я думаю, что магия в вашем мире почти не распространена сейчас именно по той причине, что тех, кто верит в её отсутствие, значительно больше, чем тех, кто верит в то, что она есть.

Конечно, убрать из мира то, что там есть и в писано в его законы, простой верой нельзя, или очень сложно.

И уж точно нельзя, пока есть те, кто верит в обратное, но вот сильно уменьшить количество проявлений магии, сократить её фон, скрыть её от глаз, или заставить всех не замечать её — запросто, — Луна, кажется, закончила, посмотрев на меня.

А я находился в еще большей прострации, чем в начале ее рассказа.

— То есть, выходит… Если всё действительно так, мы своими руками убили и бога, и магию? — чувствуя мурашки по всему телу, осипшим голосом спросил я.

Луна, заметив моё состояние, обняла меня чуть крепче.

— Не всё так плохо, как тебе кажется. Маги в вашем мире есть. Возможно, даже, не только они…

Правда, они гораздо слабее, чем несколько тысяч лет назад, а отсутствие учителей, или даже просто, доступных и достоверных знаний, дополняет слабый фон.

В итоге, маги, будь они даже такими же, как я по силе, в вашем мире, не имея никаких знаний, максимум способны почуять угрозу, сдвинуть спичку взглядом, исцелить себя, или близкого искренним желанием, хотя последнее еще сложнее, ведь тут будет мешать эгрегор, создаваемый медициной, который будет противоречить подобному чуду.

Да и сам больной будет, зачастую уверен, что такое невозможно.

Я с пустым взглядом смотрел вперед. Ведь если она права…

Похоже, у меня сейчас рушится вся та картина мира, что строилась всю мою жизнь.

Часть её, конечно, останется, не противореча, да и я сам занимался эзотерикой — будучи уже близким к принятию слов Луны.

Почему-то я в итоге полностью доверился её словам, просто приняв их на веру.

Даже тот факт, что она смогла из сна нарисовать на моей руке знак, который я всё ещё видел на копыте, стоило мне лишь опустить взгляд, а ещё то, что она оказалась и в следующем сне…

Всё ещё может быть, что и прошлый сон, и то, что было после, и теперешние события — всё просто один большой и всё ещё продолжающийся сон. Или что-то не так с моей крышей, о чём я и раньше иногда думал, но я постарался отогнать эту мысль.

Ведь если это так, я проснусь в какой-то из дней. Один, в пустой квартире, в своей серой жизни, и не будет никакой сказки, которая уже стала такой важной частью моей реальности.

Я уже не хочу её отпускать…

А если я просто сошёл с ума… Что-ж. Пусть так. Всё равно я не смогу это ни доказать, ни опровергнуть, а такое безумие мне нравится.

С последней мыслью, я расслабился и посмотрел на, всё так же пристально смотрящую на меня Луну.

Кажется, она что-то разглядела в моих глазах и улыбнулась, расслабившись.

— Кажется, я слишком внезапно на тебя всё это вывалила… Только сейчас подумала, что ведь для тебя это всё — лишь мои слова. Слова сказочной пони из сна. И даже мой знак можно было как-то для себя объяснить.

Или, что ещё хуже, ты мог во всё это поверить и пасть в пучину безумия, если бы это слишком сильно противоречило всему тому, что ты знал, во что верил раньше…

Я очень давно не говорила ни с кем вот так, полностью открыто, без всяких расшаркиваний, подбирания слов…

Мне этого очень не хватало, но стоило быть сдержаннее…

— Нет, всё в порядке. Если всё это правда, то я тебе благодарен. Очень-очень благодарен.

И за то, что ты пришла ко мне вчера, и за то, что рассказала мне всё это, и за то, что продолжаешь со мной общаться.

Мне очень нравится всё — я неопределённо покрутил в воздухе копытом, что в процессе несколько раз сменило цвет. — Все вот это, — закончил я, улыбнувшись.

— Но что теперь? Вот, я знаю, что являюсь таким «ярким разумом» и что моя вера во что-то так важна. И теперь я вновь верю в чудеса, в магию… Может ли моя вера что-то изменить?

— Не думаю… — Луна чуть покачала головой, грустно вздохнув. — Здесь нужно что-то большее, чем один человек.

Да и ты ведь всё ещё сомневаешься. Моей целью не было заставить тебя поверить и вернуть тем самым в ваш мир магию, или что-то типа того.

Я просто рассказала то, что знала, ведь ты сам этого хотел — ответила Принцесса, изгибая взглядом чайную ложку, что висела перед ней, в замысловатые фигуры, сложив её в конце, в ленту Мёбиуса.

Я увлечённо наблюдал за превращениями ложки, слушая её ответ.

— Но я хочу этого. Если всё то, что ты сказала, правда, я хочу вернуть чудеса в свой мир! — даже как-то запальчиво сказал я, наполнившись энтузиазмом, ведь передомной замаячила грандиозная, невозможная, бредовая, казалось бы, цель.

Но ведь прямо перед моими глазами происходило то, что любой, не совсем уж закоренелый скептик, назвал бы чудом. А потому, что я понял из беседы с Луной, своей магией она могла бы сделать то же самое. Там, у себя в мире.

Луна заметила мой интерес и продолжила создавать интересные фигуры и иногда даже, играть с пространством вокруг и внутри них. Кажется, несколько раз она даже создала объекты, имеющие более, чем три измерения.

— Кажется, я невольно дала тебе цель. Столь сложную, что даже не смогу сказать, насколько реально это осуществить, но это точно не невозможно.

Если ты действительно возьмешься за это, я, возможно, даже помогу тебе в чем-то. Это было бы интересно…

…

— А я мог бы попасть в твой мир? — задал Принцессе я новый вопрос. Один из многих после того, как в моей голове начал проступать совсем зыбкий, но всё более четкий план, что дополнялся с каждым ответом Луны.

— Хм… Во плоти — не знаю. Заклинания межмировых порталов существуют, но я таких не знаю. Лишь слышала, что они очень сложны и много чего требуют.

Возможно, если задастая такой целью, я могла бы найти того, кто знает способ путешествовать между мирами.

Но есть другой способ. Во сне перемещаться гораздо проще, ведь перемещается не тело, а лишь отражение твоего разума. Даже не душа.

— Душа? Ты говоришь так, будто точно уверена, что она есть, — заинтересовался я этой темой.

— Конечно, есть. Иначе, перерождения с сохранением памяти были бы невозможны, а я лично общалась с несколькими такими перерожденцами в своём мире.

Думаю, у вас тоже таких немало. Просто им никто не верит, да и они сами обычно помалкивают. Такое ощущение, что при перерождении, желание молчать о своём статусе, прививается каким-то вселенским механизмом.

Но, может, это просто совпадение…

— Ты и с перерожденцами говорила? А какие они? — я, в буквальном смысле слова, навострил ушки, отчего Луна улыбнулась.

— Да… Обычные. Такие же, как и другие, только с памятью прошлой жизни, или даже, нескольких.

Я не знаю, почему они появляются, но обычно они желали именно этого. Всей своей сутью жаждали оказаться в том мире, куда попали.

Возможно, они не сразу принимали то, что это действительно случилось, но в итоге, были очень рады этому.

А ещё, они обычно близки по качествам к жителям того мира, где оказались. Будто души сортируются по мирам.

Душ, как и миров, бесконечное множество, и все они — очень разные. Бывает даже… — она снова вздрогнула. — Лучше с такими не встречаться…

…

Луна таки рассказала, как пользоваться некоторыми встроенными в понячье тело свойствами. Телекинез оказался самым простым и, по её словам, расходовал меньше силы, чем волевой, да и был проще в управлении.

Оказалось, ту самую волевую силу можно потратить всю, и тогда сон вокруг превратится в обычный, а осознанность растворится, потому за этим нужно следить.

…

— А чего ты так хитро на меня смотришь? — спросила Луна, опасливо отодвигаясь, но хитринка, заметная в её глазах, всё выдавала.

Я же, с улыбкой искусителя начал:

— Как думаешь, что будет, если брони обнаружит в своём сне тебя? Или, нас вдвоём, причём не один раз, а несколько снов подряд? — спросил я с выражением, по которому явно было видно, что я что-то задумал.

— Хм… Будут рады?.. — неуверенно спросила Луна.

— Именно! Они будут счастливы, а если получится их вытащить в осознанный сон, так ещё и групповой…

— Нет, я не хочу вторгаться во сны людей, я же говорила. Я столько… всякого там видела. Не хочу это повторять, — ответила Луна, не дослушав и замахав копытами.

— Так мы и мне будем этого делать со случайными людьми. Ты ведь наверняка это самое всякое видела у людей… всяких.

А мы можем предварительно выбрать, к кому в сон попадать. Ты ведь смогла бы попасть к определённому человеку в сон?

— М.. Думаю, да. А ведь это может сработать… — задумчиво сказала Луна.

— Признавайся, ты решил собрать секту брони и заставить их усиленно во что-то верить? — хихикнув, спросила Луна.

— Ну… — я чуть смутился, — не прям секту, но в общих чертах, да…

— Я в деле! — заявила Луна с лихой улыбкой.

## Глава 7

Этот день я бездарно потратил на игры и мультики — как сказали бы многие. Но нет! Это первая фаза моего хитрого плана.

Я знакомился с брони, с самыми приятными из них, отправлялся поиграть, или смотрел мультики, и потихоньку вокруг меня появлялась компания из довольно приятных в общении, любопытных и эрудированных личностей(а может, это я сам в их компанию вошел — непонятно пока).

Было непривычно так много общаться. Я ведь раньше мало с кем разговаривал, кроме как на работе. Особенно, так долго, а тут — целый день и так много с кем.

Но это, на удавление, не приносило дискомфорта. Скорее наоборот. А еще, я узнал о смежных с брони сообществах, самым большим и дружным из которых было сообщество фурри.

— Ниро, а чем ты занимаешься? — задал мне вопрос один из брони, с которым я чаще всего общался.

Именно он меня сюда и привел. Все здесь обращаются ко мне по нику.

Сначала это было непривычно, но потом так стало даже приятнее, и на вопросы об имени, я решил не отвечать.

Полный мой ник — Oneiros[1], но полный его вариант произносить довольно неудобно, поэтому, я пользуюсь сокращением — Niro.

— Я… Хм. Можно сказать, я в отпуске. Решил пожить в свое удовольствие. Поняшек вот смотреть начал, осознанными снами увлекался… — решил прощупать я степень интереса к этой теме у собеседника.

— Снами? И чего ты там делаешь? Эх… Мне вот ничего не снится уже давно. Раньше столько всего интересного тоже было.

По его ответу, я предположил, что эта тема ему все-таки интересна, но он мало что о ней знает, и потому, решил ее продолжить.

— О, тут ты не совсем прав. Сны снятся всем, даже крысам, что показали научные исследования. А когда кажется, что они не снятся, это лишь значит, что либо ты не прилагаешь достаточно усилий, чтобы их вспомнить, либо просыпаешься в глубокую фазу сна. Есть еще варианты, но эти — самые вероятные.

— В каком смысле «не прилагаешь достаточно усилий»? Для этого еще и делать что-то нужно? – ошарашенно спросил Минти – таким был ник у моего собеседника.

— Конечно. Но тут нет ничего сложного. Достаточно лишь считать сны чем-то важным, что нужно помнить.

И когда просыпаешься, не брать сразу телефон, не начинать с кем-то говорить и не уходить с головой в мысли о делах, или еще что-то такое делать. Вместо этого, полежать еще минут пять, пытаясь ухватить образы из сна.

Скорее всего, какая-то из мыслей, ухватится за что-то зыбкое, ускользающее.

Значит, нужно копать в этом направлении, и, когда получится вспомнить образ, уже от него можно вспомнить все остальное.

Иногда, стоит начать думать о сне, и он вспоминается сразу. И вот, если удалось вспомнить достаточно четко и, это что-то интересное, приятное, это желательно записать.

Если так делать достаточно часто, сны вскоре начнут вспоминаться сами, будут достаточно яркими и долгими. Иногда, очень долгими и насыщенными событиями.

— Звучит интересно… Возможно, попробую, — с некоторым сомнением ответил Минти.

— Попробуй. Не надо только подходить к этому, как к сложному делу. Всего 5 минут понежиться в кровати, вспоминая что-нибудь интересное из сна, — в моем голосе явно можно было услышать улыбку.

…

— Ну что, пойдем играть?

— Пойдем~ — Так закончился этот день. Хоть я и не сделал ничего, на первый взгляд, важного, но мне этого хватало.

Просто пообщаться, поиграть и ни о чем не думать. А еще, кажется, у меня появились те, с кем можно приятно проводить время и общаться почти на любые темы.

Не решился сходу рассказывать всё о снах, о Луне и всем таком – еще подумают, что я поехавший и даже слушать не станут, но вот заинтересовать в самих снах – попробовал. Потом мне даже в ЛС парочка мосек написали, спрашивали.

Похоже, Минти рассказал своим друзьям, о чем мы говорили, и те – тоже заинтересовались.

Я не против. Рассказал и им, а еще, постарался не только рассказать о том, как помнить сны, но и дал короткую выжимку с форумов и книг по осознанным снам. Один из них особенно сильно заинтересовался этой темой, вот и спросил. Добавил еще от себя совет:

— Если есть возможность вставать не по будильнику, лучше так первое время и делать. Только перед засыпанием смотреть на время и рассчитать так, чтобы между моментом, когда уснешь, и временем, когда пора просыпаться, прошло не менее 8-12 часов.

Тогда ты проснешься сам, выспавшийся, без будильника, и ничто не собьет тебя, пока будешь вспоминать сон.

Примечание автора: как-то немного сумбурно, но первые имена, кажется, ввести удалось. А еще, рекомендации насчет снов рабочие.

Они не относятся к осознанным снам, но начать можно с них, если кому интересно. Сны действительно будут ярче, дольше и лучше вспоминаться.

## Глава 8

Я так засиделся, что даже не заметил, как уснул. Хорошо, что у меня есть ноутбук, и последние часы перед сном, я лежу с ним на кровати.

Хм… А я его с себя убрал, или так и уснул, под ноутбуком? – Примерно такими были мои мысли, когда я осознал себя во сне.

Огляделся по сторонам и не заметил Луну. — А где она?..

Стоило мне об этом подумать, как я ощутил тепло на коже, в том месте, где располагался её знак, и я заметил, как в воздухе, над поляной, ярко подсветилась огромная, вращающаяся надпись: «Я скоро приду». Кажется, она тут и раньше была, но заметил я её только когда она стала светиться.

Хм… Ладно, подожду.

Сначала я просто хотел посидеть и подождать, но потом подумал, что это будет скучно, и захотел что-нибудь сделать.

В голову ничего дельного не приходило, кроме как поднять телекинезом с земли камней и раскрутить их вокруг себя. Мне просто нравилось ощущение мысленного контроля над объектами. Чувство… могущества? Хотя… до этого далеко. Скорее, небольшой власти над окружающей реальностью.

С этими мыслями, я задумчиво ходил по поляне, пока меня не отвлек внезапный звук: «ПИИИ!».

Я недоуменно обернулся и как раз вовремя: успел поймать телекинезом непонятное существо, которое летело прямо на меня. Держал я его осторожно, но немного опасливо. Хоть и выглядело оно миленько — кто его знает, что это такое… и откуда оно тут.

Это создание было не похоже на что-то знакомое. Ближе всего, внешне, оно было к большой мохнатой птице, чем-то смахивающей на кота.

«Пиии! Пии!». Эта милота протянула ко мне лапки и посмотрела большими глазами, расширив зрачки, став напоминать кота из того самого мультика.

— Утибожечки:3 — я не удержался и, опасливо протянув копыто, погладил создание по голове. Я был готов в любой момент отдёрнуть копыто, или отпрыгнуть назад, продолжая удерживать его в воздухе, но этого не понадобилось.

Создание обнюхало моё копыто и подставило под него голову, довольно жмурясь и пурча от поглаживаний. Выглядело оно в этот момент просто умилительно, а потом ещё и обняло своими лапками моё копыто и потерлось о него: «Пии~».

Рассмотрев, и потискав, существо поближе, я пришел к выводу, что оно еще мне напоминает мне летучую лисицу, но пернатую и пушистую. Тем не менее, черты кошек в нем тоже проглядывались.

Пока я размышлял, кого же оно мне больше напоминает, создание, которое я уже не удерживал телекинезом, расправило крылья, помогая себе удерживать равновесие, и забралось по моему копыту. Мне на голову.

А потом, улеглось там между моих ушек. Я был немного ошарашен сим фактом, но это было слишком миленько, чтобы сопротивляться, потому я смирился, лишь дернув ушком, когда ему стало слишком щекотно от шерсти создания.

Кажется, того это не смутило, и, оно продолжило устраиваться у меня на голове. Улеглось поудобнее и, кажется, уснуло.

— Хм… И кто это, интересно? Его тут Луна оставила? — пытая я посмотреть на существо, задрав взгляд вверх, что, естественно, не получалось, ведь оно лежало ровно у меня на макушке. И пока я думал, оно обняло своими крыльями мои ушки. Странное чувство…

Я вспоминал, что нахожусь во сне, и тут можно делать всякое. Сначала подумал, что можно посмотреть в зеркало, но, вспомнив предыдущую попытку, решил, что пока не готов к подобному.

А потом, мне пришла другая идея: «А почему бы не попробовать посмотреть на себя со стороны? Как бы от третьего лица, как в некоторых играх?»

Эта идея показалась мне интересной, и я принялся за попытки ее реализации. Что именно нужно делать, я, конечно, не знал, но мне показалось, что просто желания будет достаточно.

Нужно просто как-то направить на это некую энергию, свою волю… Примерно так же, как я управляю движением камней вокруг себя. Камни, кстати, так и продолжали неспешно крутиться вокруг меня.

…

Спустя какое-то время, большую часть коего, я провел в полулежащем положении, в состоянии, близком к трансу, я, кажется, нащупал верный путь к реализации своего желания. Я ощутил, как именно направляю свое внимание и намеренье на камни.

Попробовал сделать то же самое с желанием посмотреть на себя со стороны.

Кажется, что-то начало получаться, но когда моя точка восприятия достаточно сильно сдвинулась назад и начала подниматься вверх, а я продолжал ощущать свое тело неподвижным, это вызвало сильную дезориентацию и головокружение. Меня чуть закачало, а потом меня по голове стукнул камень. Тот самый, что вращался вокруг меня.

Я отвлекся от поддержания их движения, и один из них так удачно прилетел мне в голову. Хорошо хоть, что крутился он медленно…

Но это мне, как ни странно, помогло, ведь вернуло мою точку восприятия обратно в тело, отчего дезориентация прошла, а я потер копытом место удара. Болеть оно уже перестало, да и не было больно почти. Просто неожиданно.

И в этот момент – я даже не заметил, как наступил закат.

«Хм… А тут раньше было солнце вообще?» – в этот момент, вместе с закатом, в небе вспыхнула луна, а потом, луч от нее, немного напоминая жидкость, густым потоком обрушился в центр поляны. Прямо в то место, над которым висела надпись.

Этот полужидкий свет собрался в форму вытянутого прямоугольника и пропал, а в том месте осталась висеть дверь, что через миг распахнулась, и через нее влетела Луна с немного усталым, но радостным выражением мордочки.

Она увидела меня и, взмахнув крыльями, полетела ко мне, а потом остановилась прямо об меня, опрокинув на землю и обняв меня всеми конечностями.

Я удивленно посмотрел на нее, но обнял в ответ, ощутив легкий мятно-лавандовый запах от ее гривы.

— Привееет! — сказал я, улыбаясь и поглаживая её по голове.

— Привет~ — с какой-то не совсем понятной интонацией ответила она. Было похоже, будто она полностью расслабилась только сейчас, что я ощутил особенно сильно, когда она будто растеклась в моих объятьях, расслабив все мышцы.

И в этот момент, существо, о котором я уже позабыл — так уютно оно устроилось у меня на голове, что даже не напоминало о себе — проснулось и уведомило округу об этом, своим звонким «Пииии!».

Луна аж подпрыгнула от неожиданности и, взъерошившись, стала оглядываться по сторонам.

— Кто здесь?! — Луна так и не заметила моего всадника, что спрятал свою мордочку за моими ушами и прижался плотнее, поглядывая на Луну из-за ушка.

— Ой, Луна, совсем забыл сказать. Вот, смотри, какую милоту встретил! :3

Луна перевела свой взгляд на меня и увидела, как я раздвинул ушки в стороны. А между ними, была любопытная мордочка, что смотрела прямо на нее, «Пи-ии?» — с заинтересованной интонацией выдало существо.

Луна опустила вскинутые крылья и подошла ко мне поближе, заинтриговано рассматривая зверюшку. Рог ее немного засветился, но ничего не произошло. «Сканирует, наверно», — понял я.

— Ого, откуда это существо тут? — заинтересованно спросила Луна, переводя взгляд между мной и моим всадником. Тот уже не прятался за ушами, а встал на четыре лапки и, кажется, принюхивался.

— Мм-м? Я думал, это ты его здесь оставила, чтобы я не скучал… — непонимающе посмотрел я на Луну.

— А... Нет, я никого тут не оставляла, — ответила она, усаживаясь передо мной.

Я осторожно поднял создание телекинезом и остановил его у себя перед глазами.

«Пи!» — сказало оно.

…

— Скорее всего, это образ из чьего-то сна, который продолжил существовать после того, как сон закончился.

Такое бывает, если что-то из сна особенно запомнилось его «создателю»(видящему этот сон). Если что-то конкретное вызвало много эмоций, привязанность, запало в душу… Особенно, если «создатель» даже после пробуждения думает об этом.

Так запомниться может место, существо, предмет, способность… Что угодно. В нашем случае, это существо.

А, судя по поведению этого существа, оно ещё и одушевлённое, а не просто образ.

— В каком смысле «просто образ»? — спросил я, когда Луна прервалась, осторожно погладив создание. Оно благосклонно приняло ласку и потерлось о копыто Луны, отчего принцесса улыбнулась.

— Образ… Попробую объяснить понятно: в обычном сне, том, который является плодом воображения, или подсознания разумного существа(кстати, не всегда разумного), это нечто, что лишь походит на объект, выполняет его функции, вызывает схожие эмоции… Но образ — это не настоящий предмет. Как эгрегор, но ещё менее реально.

Ты никогда не замечал, что, когда пытаешься сосредоточиться на деталях чего-то во сне, то они довольно зыбкие, неточные, смазанные?

— Да, было такое, но мне казалось, что это нормально для сна…

— А это, как раз, нормально. Нормально для сна, который полностью иллюзорен и исчезнет по пробуждению. Всё внутри него — образы. Нечеткие иллюзии, что лишь походят на свой прообраз, но им не являются, лишь примерное подобие.

Образы, кстати, проще всего создать – перед Луной внезапно возникла наковальня. — Вот, смотри. Это образ. Видишь, какой он нечеткий и как бы, плавится под взглядом, чуть меняя форму?

— Да. — Я с интересом рассматривал наковальню. И та действительно была чуть размытой, зыбкой, и, стоило внимательно к ней присмотреться, я замечал, как нечеткие ранее детали, прорисовываются, а сама наковальня, будто оплывает. Будто она пытается измениться таким образом, чтобы наиболее точно соответствовать тому, что я понимаю под словом «наковальня», — понял я, что и высказал Луне.

— Да, молодец. Всё именно так и работает. Чем внимательнее ты вглядываешься в образ, тем больше он изменяется, подстраиваясь под твои представления. Это тратит немного твоей сновидческой силы, но гораздо меньше, чем прямое воплощение объекта.

Если долго рассматривать образ, делать его более детализированным, он в итоге может стать «настоящим». Настолько настоящим, насколько может быть таким здесь. Это уже будет не просто образ, а нечто большее. И такой, изменённый образ уже не исчезнет после пробуждения создателя. Не исчезнет сразу…

— Интересно… — Я продолжал рассматривать наковальню. Даже постучал по ней копытом, и, кажется, она перестала изменяться, зафиксировавшись в достаточно четкой форме. Чем-то она мне напоминала наковальню из одной кубической игры.

— У тебя получилось реализовать образ. У пони со слабым даром сновидца, на такое может уйти несколько дней, но такое всё равно случается. Особенно, когда им снится один и тот же сон несколько раз.

— И что, это существо, тоже было таким же образом, но его кто-то реализовал? — спросил я, с интересом рассматривая мордашку существа, которое перелило на наковальню и с важным видом расхаживало по ней.

— Да. Тоесть, нет. То есть… возможно, оно именно так появилось, но потом, у него появилась душа. Это уже совсем другая степень реальности. Душа, в сущности, может быть даже у камня. И в реальном мире, у камней души действительно есть. Потому он и реален… Наверное… — последнее, Луна добавила едва слышно.

— Что? У камней есть душа? И… что значит «появилось»? Вот так взяла и появилось, сама собой?.. — меня очень заинтересовала эта тема и я стал засыпать Луну вопросами.

— Подожди-подожди! — Луна замахала копытами, останавливая поток вопросов, улыбнувшись, когда заметила мой горящий любопытством взгляд. Опять она рассказывает что-то новое о мире, что мне было совершенно неизвестно.  — Да, у чего угодно может быть душа. У тех же камней… Я бы не назвала это душой, скорее, энергетикой, но один маг убеждал меня, что это всё-таки души.

Я не знаю, как у этого создания появилась душа, и не знаю, как они вообще появляются. Могу только рассказать, что я видела сама.

Я быстро закивал, глядя на неё.

— Ну… Например, я наблюдала, как одно дерево во сне стало живым. Я часто приходила в сон к одному грустному жеребёнку, которого никто не понимал, и только во сне он находил отдушину. Сначала он просто гулял по красивым местам, что сам же и придумывал.

У него был небольшой сновидческий дар. Не такой сильный, как у нас, но этого хватало, чтобы видеть яркие и интересные сны, а со временем, он развился достаточно сильно.

И вот, я стала его навещать. Мы часто общались, как сейчас с тобой. Только там была не полянка, а скорее, парк. И в этом парке было дерево, под кроной которого мы встречались.

Спустя несколько встреч, это дерево, под вниманием жеребца, сначала из образа, стало более реальным, потом он дал дереву имя и сидел под ним довольно часто, пока ждал меня. А потом, я пришла в очередной раз и ощутила, что у этого дерева есть душа.

Много лет спустя, я наведалась туда снова и увидела гигантское, красивое дерево, которое уже само поддерживало сон вокруг себя.

— Ваау… Звучит классно, можно мне посмотреть? И где тот жеребёнок?

— Почему бы и нет. Можно будет сходить туда, а жеребёнок… Не знаю, давно это было, мы и не общались почти после того, как он нашёл друзей… — я заметил на лице Луны промелькнувшую улыбку. Немного грустную, но тёплую. Будто, ностальгичную.

— Точно! Имя! — Я посмотрел на существо, — Будешь Пином! — я засмеялся, подумав о пингвине из мультика. Сам не знаю, почему именно Пин, но звучит забавно.

Существо взъерошилось, гордо расправило крылья и выдало: «Пи!».

Я ощутил лёгкий отток сил.

С учётом моей чувствительности, что была довольно посредственной, энергии ушло достаточно много. По ощущению, я бы на нее, мог поднять Луну телекинезом и несколько часов держать её в воздухе.

— Ого. Ты только что создал полноценный эгрегор для этого существа, — Луна погладила Пина по спинке, отчего тот довольно запурчал, а потом, вскочил, взмахнув крыльями и запрыгнул Луне на голову. Кажется, ему больше всего нравится сидеть между ушек.

— М-мм? И что это значит? То есть, что это даст Пину?

— Ничего особенного, по крайней мере, сразу. Но теперь, он точно не исчезнет, пока ты о нём помнишь. И тем более, пока о нём помню я. Хотя, я могу намеренно перекрыть передачу силы в его эгрегор, но не буду. К тому же, уходит даже не сила сновидцев, а что-то другое…

Кстати, я недорассказала…

Тебе очень повезло найти Пина. Редко одушевлённые существа из снов, дружелюбны. Чаще всего, это духи, что вселяются в образы.

Обычно они пытаются вызвать негативные эмоции, чтобы подзарядиться. Ведь первое время, такие существа не могут поддерживать своё существование самостоятельно и оттого, нуждаются в сторонней подпитке.

А проще всего им получать подпитку из эмоций тех, кого они встречают, странствуя по снам.

Почти всегда, такие существа, просто никого не встречают и исчезают, а дух покидает исчезнувший образ, или отправляется на перерождение.

Но если одержимому образу повезло, он попадётся на глаза кому-то. И тут два пути развития событий:

Либо одержимый образ что-то делает, что вызывает эмоции и продолжает существовать за счёт полученной энергии, либо ничего не делает и просто исчезает. Своего рода, естественный отбор…

И так уж получилось, что если кто-то в своём сне увидит, например, стул, который начал двигаться, он, скорее всего, испугается. И первой эмоцией, что даст духу подпитку, будет страх.

В будущем, дух поймёт, как его вызывать, и будет всё более успешен в этом, даже не пытаясь сделать что-то ещё.

А ведь сторонняя подпитка таким созданиям нужна только первое время, потом это не обязательно, но они всё равно продолжают пугать всех вокруг, привыкая к такой жизни и лёгкой энергии…

## Глава 9

…

— Кстати, а где ты была, если не секрет? — поинтересовался я, почему Луна пришла в этот раз не сразу.

— Не секрет. Я ведь тебе рассказывала, что обеспечиваю пони хорошим сном и оберегаю от кошмаров? Так вот, этим я и занималась.

— Неужели ты каждую ночь обходишь сотни, или тысячи пони в их снах? Не знаю точно, как много пони видят кошмары каждую ночь, но, наверное, много…

— Конечно, нет. Я не заглядываю в каждый сон лично. И да, довольно много пони нуждаются в моей помощи, но не так много, как ты думаешь. Всё же, пони – не люди.

С тем, чтобы успеть к каждому, кто во мне нуждается, мне помогает мой эгрегор.

Каждый раз, когда кому-то снится кошмар, частица эгрегора, отправляется в сон такого пони. Ведь это основа эгрегора: всегда, когда кому-то снится кошмар, я должна прийти и помочь.

Это и воплощается эгрегором. «Я» прихожу. На самом деле, пони часто достаточно просто увидеть меня, чего достаточно, чтобы кошмар закончился. Если этого не хватает,  эгрегор начинает изображать борьбу с кошмаром, и воображение пони делает всё за меня.

Но иногда, кошмар слишком сильный, как тот, где я задержалась, например.

На такое мне приходится приходить лично.

В таком сне сначала оказывается всё более и более крупная часть эгрегора. Она уже действительно сможет решить проблему самостоятельно, если воображение пони не помогает.

Либо я беру контроль над его частью, переливая в сон свою силу, помогая эгрегору.

Иногда даже это не помогает, и тогда приходится перейти туда полностью, лично.

— Это что же такое должно случиться, чтобы тебе пришлось самой прийти в сон пони, если всё так работает?

— На самом деле… Ничего такого сложного. Просто для кого-то, события сна столь важны, так задевают их, что они не могут справиться с ними самостоятельно. И даже моего эгрегора недостаточно. Нужна настоящая сила сновидца.

Например, недавно я помогала справиться со страхом перед публичным выступлением у одной талантливой пони. Там недостаточно было просто заставить исчезнуть предмет страха.

Нужно было постепенно перевести сон из кошмара, в такой, где всё проходит хорошо, выступление проходит успешно, а штора такая вкусная, что стул превращается в пиццу, — Луна хихикнула, явно вспоминая это.

Я тоже улыбнулся:

— А ты сама это придумала?

— Нет, это уже воображение той кобылки постаралось. Я лишь сделала всё так, чтобы сон больше не был кошмаром, — ответила Луна, укладываясь рядом со мной и, положив мне на спину голову.

На что я приподнял крыло и укрыл её.

— А можно мне посмотреть на твою работу? – спросил я с затаённым опасением — вдруг откажет.

— Да! Я была бы рада. Может, даже, тебе удастся не просто посмотреть, а помочь, или сделать что-нибудь интересное. Я всё ждала, когда ты об этом спросишь, а самой предлагать было как-то неловко… — Луна не только не отказала, чего я опасался, а наоборот, была рада моему вопросу, даже непроизвольно замахала хвостом и распушилась. За что тут же была затикана.

…

После обсуждения, как и что будет происходить, я уяснил для себя следующее:

Луна как-то ощущает, где нужна её помощь. Точнее, ощущает не она, а её эгрегор, посылая в сон нуждающегося, нечто, вроде образа Луны. Это не совсем образ, но более внятно она объяснить не смогла. Говорит, потом сам пойму.

Так вот. Её «образ» оказывается во сне у того, кому нужна помощь. Он либо просто своим присутствием исправляет сон, либо перетягивает к себе всё больше силы эгрегора, что ощущает Луна и понимает, где, возможно, она понадобится лично.

Дальше она либо сразу отправляется в сон, который втягивает в себя эгрегор Луны, либо ждёт, пока проблема решится сама.

Чаще всего, так и происходит – Луна всё-таки не может успевать всюду. Хотя, контролировать сразу нескольких своих «аватаров» она может, хоть и очень не любит так делать.

И сейчас, раз я сам вызвался помочь, она предлагает отправиться вместе с ней на один из зовов, где не справляется эгрегор.

Она знает о сне лишь то, что это происходит в Понивилле. Можно, конечно, узнать и больше, заранее, но она улыбнулась и спросила: «Ты же не хочешь спойлеров, верно?». Ууу, какая…

Но я с этим согласился. А ещё, меня обрадовало то, что мы наконец-таки попадём в Понивилль, пусть и таким способом.

## Глава 10

Процесс перехода был простым. Луна резко взмахнула головой, одновременно с чем, её рог ярко вспыхнул. И в воздухе осталась висеть ровная, вертикальная линия, что разгоралась всё ярче, пока свет из рога Луны и от луны с неба, вливались в эту линию.

Вскоре, она стала напоминать разрез в пространстве, который резко расширился и начал напоминать портал в космос. Темнота и множество звёзд. Какие-то непонятные всполохи и росчерки.

Луна подошла ко мне, обняла крылом и сказала, что она проведёт нас к цели, нужно лишь не отходить от неё по пути, иначе можно попасть совсем не туда, куда нужно.

Когда я спросил «куда?», она развела копытами и ответила: «Да… куда угодно. Хоть в чей-то сон, хоть в эгрегор книги, хоть в Ничто». Последнее она произнесла с большой буквы, выделив интонацией, и отказалась объяснять, что это такое.

Сказала лишь, что попадать туда не стоит — очень уж сложно самостоятельно выбраться обратно. Её чуть передёрнуло на этих словах. Она явно там бывала.

…

Мы проносились сквозь пространство, наполненное чем-то для меня непонятным. Звёздочки проносились с огромной скоростью, а от нитей и разноцветных облаков, рябило в глазах. Хотя у меня было ощущение, что вижу я это всё не с помощью глаз.

Последняя мысль привела меня к другой: а ведь если я во сне, глаз как таковых у меня тут и нет. Значит, воспринимаю я окружение чем-то иным… Интересно, а если я попытаюсь сменить свою форму, допустим, на камень, я всё так же буду продолжать видеть, если буду уверен, что это возможно?

За мыслями, я и не заметил, как мы прибыли. Пространство перестало проноситься с безумной скоростью, и мы внезапно влетели в одну из таких звёздочек. Я аж зажмурился от неожиданности и яркости. Казалось, будто мы разобьёмся об этот сгусток света, но нет.

Миг дезориентации — и я ощутил себя, стоящим на копытах, а вокруг увидел… Хм, кажется, это школа? Деревянный пол, кругом парты, а за ними сидят пони…

Какие же они смазанные. Ни тел разглядеть, ни лиц. Очень нечёткие образы. Но тут размахнулась дверь, и в неё вошла взрослая кобыла. Неразборчивый гул детских голосов стих, а кобыла прошла за свой стол. Похоже, это учитель. Она тоже была довольно нечёткой, но уже более различимой, чем жеребята, но лицо всё равно не разглядеть.

Тишина казалась даже зловещей. Кто-то пытался спрятаться за учебниками, кто-то тянул копыто. Спрятаться пыталась и единственная кобыла, чей образ был четким.

Я попытался найти взглядом Луну. Оказалось, она стоит чуть сзади меня, с левой стороны. Я обернулся и вопросительно взглянул на неё.

Луна подошла ко мне и тихо сказала:

— Она нас пока не слышит, но всё же старайся не шуметь. Мне сложно скрывать кого-то, кроме себя.

— А почему мы скрываемся? — шёпотом спросил я, наклонившись к уху Луны.

— Стоит посмотреть, в чём проблема. Эгрегор не справился. Даже когда он изменял сон так, что он должен был перестать быть кошмаром, всё вскоре возвращалось обратно.

Пока мы это обсуждали, учительница с суровым видом осматривала класс. Она явно игнорировала всех, кто тянул копыто, и выискивала тех, кто прятался за учебниками. И вот, она выбрала первую жертву.

— Ты! Иди к доске. И не забудь захватить домашнюю работу, — она указала копытом на одного из самых незаметных жеребят, и тот, на дрожащих ногах, пошёл к ней. Не забыл он захватить и пустую тетрадь. Там так и было написано: «пустая тетрадь».

— Я… м… я домашнюю работу дома забыл… А ещё, я съел дракона, то есть, её съела крыса… И вообще, я болел…. – начал он явно пытаться придумать отговорку, почему у него нет домашнего задания.

— Плохо… Два тебе за домашнюю работу. А теперь иди к доске и решай пример:

два минус карандаш плюс восемь яблок и разделить на ноль. Что стоишь? Решай.

Жеребёнок на дрожащих ногах подошёл к доске, взял мел в зубы и стал чертить что-то абстрактное на доске. Судя по качанию головой учителя, ей не нравилось то, что она видит.

— Неправильно! Опять два. Завтра родителей в школу! – эхо её голоса отражалось от стен, многократно усиливаясь и на этих словах, она ударила копытом об стол, и под учеником исчез пол, после чего он с протяжным криком «Нееет!», провалился вниз.

После этого, учительница окинула хищным взглядом класс. У неё даже глаза засветились красным.

Она задержала взгляд на сползшей под парту девочке-единорожке, которая накрыла голову копытами и что-то неразборчиво шептала. Учительница будто видела её сквозь парту в выкрикнула:

— Сенди Сноу! К доске!!

Кобылка под партой вздрогнула и выбралась. Обреченно огляделась, а потом подхватила стопку пустых тетрадей и поплелась к учительнице.

— Я не поняла тему… И у меня нет… — начала она, но ее прервали.

— Как это нет?! Ты не сделала домашнее задание четыре раза подряд! Я поставлю тебе четыре двойки красной ручкой!!

А ну-ка давай дневник.

На этом моменте, Луна, кажется, поняла, в чем дело, и стала мне нашептывать.

Она предположила, что эта ученица действительно не сделала домашнюю работу и очень переживает о том, что ее спросят. Именно поэтому эгрегор был бессилен – даже если Луна появляется во всем своем великолепии, это не решает проблему с невыполненной домашкой, и сон в итоге возвращается в то же русло.

Мы не могли решить эту проблему, но можно было попробовать хотя бы сон исправить – кошмары явно не сделают ситуацию лучше.

Луна предложила решение: она будет стоять в стороне и воздействовать на сон, а мне нужно притвориться учительницей, но правильной, хорошей…

Я уточнил несколько деталей.

Оказалось, что мне лишь нужно прийти на место учителя и импровизировать, остальное сделает Луна.

Я тихонько пошел к парте, что стояла рядом с доской, и, когда уже почти подошел, образ злой учительницы просто ПУФ! и исчез, развеявшись, как дым. На полу лишь остались конфеты. Почему-то…

Кажется, единорожка этого не заметила, продолжая угрюмо стоять. Я оглянулся на Луну, заметив, что у нее мерно светится рог, а она махает мне копытом, мол «иди, иди».

Я послушался ее и встал на место учителя. Ощутил какой-то воздействие Луны и заметил, что на мне теперь одежда, смутно напоминающая то, что было на этой учительнице.

— …И дневник я дома оставила, — услышал я в тихом бормотании ученицы, когда она подняла на меня взгляд.

Я на мгновение растерялся, но потом начал импровизировать:

— Ничего страшного, тогда потом домашнюю работу принесешь. А какую тему ты не понимаешь?

Ученица удивленно на меня посмотрела и робко улыбнулась. Выражение обреченности стало покидать ее моську.

— Я… не понимаю деление, — робко, но чуть более спокойно сказала она, ведь раньше она чуть не плакала.

— О. Тогда смотри… — я телекинезом поднял мел, на что поймал на себе удивленный взгляд ребенка, – «во же… Учительница ведь пегас, а я телекинезом… Ладно, это все равно сон, авось, не обратит внимания…» — …Вот, видишь, деление позволяет узнать, сколько раз второе число нужно сложить само с собой, чтобы получить первое… — я написал на доске несколько примеров и указывал то на один, то на другой.

Попытался объяснить доходчиво и, судя по взгляду пони, похоже, она меня поняла. Даже подошла к доске и решила парочку примеров, ответ к которым я специально не написал.

— Молодчина! Пять тебе, все правильно решила. Вот, держи конфетку, — я протянул ей, конфету, одну из тех, что остались от учительницы. Посмотрел на Луну, рог которой все так же светился, и увидел, что она одобрительно кивнула. Похоже, я все сделал правильно…

Тут внезапно, всеми забытый Пин, спрыгнул с моей головы и запрыгнул на стол перед девочкой. «Пиии!».

Девочка закономерно умилилась и принялась его тискать, а Пин и доволен. Мне даже показалось, что он стал еще чуть четче, контрастнее, хотя куда уж больше-то…

…

— А что ты делала все то время, пока я говорил с единорожкой? Я так понимаю, когда у тебя светится рог, это значит, что ты что-то делаешь? — поинтересовался я, откусывая кусочек от рожка мороженого. Когда этот сон перестал быть кошмаром, мы сходили с той единорожкой на аттракционы, а потом на — рынок вкусняшек. А потом она проснулась.

Сон тотчас попытался развалиться, но Луна этому помешала. И теперь мы ходим по этому рынку, обсуждаем прошедшую операцию и едим вкусняшки.

— Я поддерживала неизменность сна. То есть, не давала воображению девочки вновь сделать его кошмаром, пока она еще переживала и боялась. А еще, поддерживала на тебе образ её учительницы.

— Кстати, об этом… А почему именно я изображал её?

Луна хихикнула.

— А почему бы и нет?

На такой аргумент мне было нечего ответить.

А потом Луна сказала, что снова обнаружила сон, в котором нужна её помощь. Причем в этот раз она затрудняется сказать, где находится тот, кто его видит. Но, похоже, это человек. Вот только явно не с Земли.

— Пойдем?

Я, заинтригованный её словами, разумеется, согласился. На что Луна взмахнула рогом и раскрыла проход, в который мы вошли.

Я успел обернуться на сон, что мы покинули. Тут он выглядел звездочкой, что довольно быстро угасла.

В этот раз, путешествие до нужного нам сна, заняло значительно больше времени, но в итоге, мы влетели в едва тлеющую точку. Не такую яркую, как те, что мы видели раньше.

Сначала мы не увидели ничего, но потом, вокруг одинокого человека, что стоял в пустоте, начал появляться мир, а сам человек стал прозрачным и исчез.

Какое-то время, мир проявлялся, несколько раз изменившись, а потом, человек вновь появился. На этот раз, он был явно моложе. Он и раньше был почти подростком, а теперь, оказался совсем ребенком.

Он оказался в компании других детей. Все они куда-то шли, беседовали, смеялись, во что-то играли. Никаких признаков кошмара, кроме странного начала сна.

— Эл, пойдем играть в мяч, — сказал один из ребят, явно обращаясь к создателю сна.

— Пойдем! — ответил он.

А потом, все внезапно накрыло тенью. Какой-то тяжелой, затхлой, неприятной. И все начало исчезать, испаряться.

Все происходило так быстро, что мы даже не успели ничего понять. Лишь услышали крик человека:

— Нееет!

А потом, все началось сначала: человек, стоящий в пустоте. Только в этот раз он был еще чуть моложе. В тот момент, когда мир исчез, от фигуры человека, будто отделились пылинки, что тускло светились в этой тьме, что поглотила весь мир. А потом мы вновь увидели, как создается мир.

От человека во все стороны разошлась волна силы. Едва заметная, но мы были более внимательными, чем в первый раз. Эта сила становилась мощнее, проходя через тлеющие крупицы, а те, наоборот, меркли. Вместе с этой волной силы, из фигуры человека, вылетело еще несколько ярких крупиц, отчего фигура померкла, а мир вновь начал образовываться.

— Что происходит? — в непонимании спросил я.

— Не знаю… — напряженно ответила Луна, закусив губу, — но явно ничего хорошего. Похоже, что-то разрушает разум человека. Это не просто кошмар, здесь есть какая-то чуждая, враждебная энергия. Ты ведь чувствовал, как в момент, когда наступила тьма, из тебя начало вытягивать силы?

— Нет… Кажется — я уже был не уверен, но моя чувствительность оставляет желать лучшего, так что, я мог просто не заметить, если потеря не слишком велика.

— А я ощутила. Отток довольно маленький, но это он для нас маленький, а для него… Я вижу, что его разум почти померк. Он светится еще тусклее, чем у тех, кого я воспринимаю, как потухших. Но вот эти крупицы…

Такое ощущение, что он выплескивает из себя силу, вместе с кусочками своего разума, чтобы оттянуть затухание, а еще, вместе с тем, создает вокруг себя сон. Возможно, это светлые для него воспоминания, за которые он пытается зацепиться и получить из них силы для сопротивления, но все тщетно. Чем больше он сопротивляется этой энергии, тем сильнее она становится…

— И что нам делать? — растерянно спросил я.

— Я могу попробовать что-то сделать… Давай я попытаюсь отогнать эту разрушительную энергию, а ты, собери крупицы. Все, что найдешь и верни их человеку. Возможно, это поможет…

Я кивнул и наблюдал за тем, как, в очередной цикл создания мира, Луна будто вспыхнула силой. Её рог светился так ярко, что напомнил мне сварку, а всё её тело, будто горело синим пламенем, изливаясь силой в пространство. А потом, из её рога выстрелил луч света вверх, создав там, наверху, яркую точку, что начала расти.

Вскоре, эта точка образовала то небесное тело, что было в каждом сне, где мы были. В каждом, кроме этого: луну.

Как только это случилось, мощь извергаемой принцессой силы, только возросла, а ещё, я ощутил, как свет от луны, обрушился вниз, неся с собой силу и, прибивая тьму к земле.

Я засмотрелся на происходящее. Всё выглядело так красиво и… Я хотел так же, но Луна зыркнула на меня светящимися глазами, и я опомнился, начав телекинезом хватать все яркие пылинки и вливать их в фигуру человека, что стоял и восторженно смотрел на нас и на всё вокруг.

С каждой искрой, что вливалась в человека, его воплощение, становилось ярче, чётче, а ещё, он незаметно, с каждой пылинкой, становился взрослее.

Но потом я столкнулся с проблемой: я не видел всех пылинок на фоне созданного мира. Когда всё окутывала тьма, их тусклого света хватало, чтобы их все можно было заметить. Но теперь, тем более, на фоне света от Луны и луны, я смог заметить лишь самые яркие из них.

Я посмотрел на Луну, и она, поняв меня без слов, что-то сделала, и с неба, вместо света, обрушилась тьма. Но не такая, как была тут раньше, а уютная, убаюкивающая. Она ощущалась, как та безопасная темнота, которая возникает, когда накрываешься пледом с головой.

Я дал себе секунду, насладиться ощущениями, а потом, вновь окинул пространство взглядом. Действия Луны действительно помогли. Я смог обнаружить ещё множество крупиц, в том числе, почти угасшие.

В какой-то момент, мне начал помогать и человек, который вернулся к той форме подростка, что мы видели в начале. Он был даже чуть старше. Он также подхватывал телекинезом крупицы и втягивал их в себя. Похоже, он их чувствовал, или видел лучше, чем я, ведь он втягивал даже те крупицы, которые я не замечал.

…

Вскоре мы справились. Ни я, ни человек, не замечали крупиц, а Луна, явно уставшая, снизила напор на здешнюю энергию, отчего та немного воспаряла. Но не тут-то было – похоже, Луна нашла к ней подход за время подавления, и, с новой вспышкой рога, вся эта энергия оказалась втянута в компактную сферу, созданную из силы Луны.

Луна устало легла на землю. Она перестала фонтанировать силой и, наоборот, начала втягивать её назад. Лишь её рог продолжал неярко светиться, похоже, поддерживая целостность сферы.

Спустя какое-то время, похоже, Луна достаточно отдохнула и сказала:

— Я отлучусь, нужно что-то сделать с этим, — она выразительно качнула сферой в воздухе, — я не смогу удерживать её вечно, а ведь это уже делать всё сложнее. — В доказательство этого, я заметил, что её рог опять начал постепенно разгораться.

— Хорошо, а что ты с этим сделаешь? — спросил я, — И мне подождать тебя здесь?

— Да, я вернусь за тобой. А с этим… Я что-нибудь придумаю, — Она кивнула человеку, открыла проход взмахом рога и исчезла в нем, вместе со сферой.

— А что это было?.. — спустя несколько секунд тишины, послышалось от человека.

…

Оказалось, этого человека зовут Алориан, а Эл – это сокращённое обращение, так его звали в детстве друзья. Подумав, он разрешил и мне к нему так обращаться.

— Я и сам до конца не знаю. Луна сказала, что твой разум что-то разрушало, и это был не просто кошмар, а нечто большее…

— Луна? Кошмар?.. — Эл непонимающе на меня посмотрел, а потом окинул взглядом всё вокруг, — А где я? — задался он вопросом, будто только сейчас заметив окружающий мир. Выглядел он не очень. Всё поедено, словно кислотой, здания и деревья примяты к земле, напоминая мармелад, на который кто-то наступил. Сюрреалистичное зрелище.

— Ты во сне. Точнее, мы в твоём сне. А Луна – мой… учитель, — немного неуверенно сказал я.

— Она помогает тем, кто видит кошмары. Приходит в их сны и помогает с ними справиться.

— М… И вы ко мне пришли поэтому? И что значит «нечто большее, не просто кошмар»? — спросил человек, с интересом разглядывая существо, которое спрыгнуло с моей макушки.

Я и не заметил, как мой облик сменился, на человеческий, что, похоже, не понравилось Пину – ведь удобных ушек, теперь не было.

Стоило лишь подумать об этом, как я ощутил, что у меня вновь появились ушки.

Эл, что перевёл взгляд на меня, хихикнул:

— Миленько.

Я немного смутился, ведь сделал это случайно, но, ощупав ушки, мысленно с ним согласился: это и правда, должно быть, миленько.

## Глава 11

…

Эл тискал Пина, а я, вспоминая, советы Луны, создавал сначала образы, а потом их постепенно воплощал. Это были образы коврика и вкусняшек, что на нем лежали. А еще, пока Луна не видит, я, подумав, создал мангал и шашлыки, что на нем жарились.

Эл смотрел на происходящее с восторгом:

— Научишь? Это такая магия? — спросил он.

— Хм… — Я посмотрел на него. Моей чувствительности не хватало, чтобы понять его склонность к управлению снами, но телекинезом он тут смог пользоваться, а еще, упоминал магию. Похоже, он не считает это чем-то необычным. Он — маг?

— Это не совсем магия. Скорее управление снами. Чуть более крутое проявление осознанных снов, как я понял. Я сам лишь начал этому всему учиться. А магия… Ты ей владеешь? — Мне было очень интересно, ведь это первый человек, который мне встретился во сне, и он, похоже, тоже что-то умеет делать, что-то интересное…

— Обмен? — хитро улыбнулся он.

— М-мм? Ты предлагаешь обмен знаниями? — уточнил я.

— Агась. Ты ведь сможешь создать книгу? — На его вопрос, я продемонстрировал, что да, могу. И создал её. Меня удивило то, что под нашими взглядами, образ, начиная с которого я теперь создаю всё, изменился не совсем в то, что я представлял. Он был чем-то средним между тем, что я представил, и изящной, тонкой книгой, украшенной растительным орнаментом.

— Хмм, ты что-то сейчас представлял? — Я решил уточнить свою догадку.

— Да, книгу, которую я заполнял для храма. Она получилась почти такой, как я представлял. Ты тоже умеешь читать мысли?

— Храма? Тоже? Что? — У меня возникло много вопросов после одной его фразы.

— М… Да, я вот… храм основал, — Он смущённо опустил взгляд. Не хватало только пошаркать ножкой по земле для полноты картины. И, будто услышав мои мысли, он так и сделал, на что я рассмеялся.

— Похоже, действительно мысли читаешь… А как это, храм основал? Во имя себя что-ли? Или, для кого-то другого?

— Нееет, что ты! — замахал он руками. — Я ещё не настолько сильно проникся чувством собственной важности, что бы себе храмы строить. Нет, для одного, хм… бога. Луна ведь тоже богиня?

Я задумался. А ведь правда… Луну вполне можно было бы называть богиней, исходя из того, что она рассказывала: она может попасть в сон к кому угодно, использует веру в себя — тот самый эгрегор, правит многими тысячами, вместе со своей, не менее могущественной сестрой.

А ещё, они, блин, управляют небесными телами! Я когда услышал это, не поверил.

Подумал, это такая метафора, но Луна утверждала, что она управляет движением спутника её планеты, таким же, как у нас, на Земле.

А её сестра — так вообще управляет Солнцем! Звездой, заставляя вращаться её вокруг планеты! В это было сложно поверить, но... похоже, я верю… Верю им… Верю в них?

Чего только вокруг не бывает, а у этих пони, такое, кажется, в порядке вещей…

— Да, пожалуй, действительно, богиня. Интересно…

А какой он, твой бог?

— Мой… Ну, он очень много знает, много чем помогает племени, в котором я поселился, а ещё он… искусственный интеллект. Точнее, раньше им был. Знаешь ведь, что это такое?

— Божественный искусственный интеллект?! Звучит… странно, но интересно. А как его зовут? Может, я что-то о нём слышал… — спрашивая об этом, я подсознательно рассчитывал, что будет, как с Луной: о его боге я тоже буду знать из какого-то мультика, игры, или, ещё откуда-то. А если нет, то нужно будет поискать о нём информацию, как проснусь…

— Каштол.

— Не-а, первый раз слышу. — Я несколько секунд пытался вспомнить, но, похоже, действительно что-то незнакомое. — И да, ты так и не ответил. Ты умеешь читать мысли?

— Не совсем… Понимаешь, там, где я живу, это умеют делать все. Это, похоже, врождённый навык, и они им пользуются для повседневного общения, транслируя вместе со словами, дополняющие их мысли и эмоции. Особенно, эмоции. А я только начал осваивать эту грань магии. Пока могу лишь улавливать самые яркие эмоции, общий фон настроения и поверхностные мысли, которые собеседник мысленно проговорил. Если тебе это неприятно, могу перестать их читать. Для меня тоже это было очень непривычно, и потребовалось много времени, чтобы я к такому привык.

Я помедлил перед ответом, думая, а действительно ли мне это неприятно?

— Пожалуй… нет, можешь продолжать читать. Это даже помогает в общении. Хм… А если мы из разных миров, как так вышло, что мы друг друга понимаем?

— Действительно… Не могло же произойти такого совпадения, что мы говорим на одном языке… Может, дело в том, что мы находимся во сне?

…

Пока мы говорили, книга окончательно проявилась, и Алориан взял её. Раскрыл и сосредоточился.

На страницах, под его взглядом начал проступать текст, а листы быстро перелистывались. Мне даже показалось, что у него глаза светятся.

В какой-то момент, книга захлопнулась и ярко вспыхнула, а Эл приложил руки к вискам:

— Ай! Это было больно… Похоже на магическое истощение. Или, мне просто не хватило магии… Можешь поделиться? — Просящим взглядом он уставился на меня.

— А как? — Меня удивило то, что сделал с книгой собеседник. Я бы так не смог. Точнее, изобразить бы смог — во сне всё-таки можно все, — но ведь он явно записал туда информацию, а не просто изобразил, а так я делать не умею.

— Ого, ты даже этого не умеешь? А как ты тогда делаешь это всё?.. — Он неопределённо повёл в воздухе рукой.

— Это сила сновидца. Как сказала Луна, это немного другое. Да и ей я управляю пока плохо.

— А попробуй передать её мне. Может, я что-то почувствую?

— Ладно, давай попробуем. — меня заинтересовала эта идея, ведь даже если Эл не сможет её использовать, я научусь её передавать — никогда раньше не пробовал.

…

Мы сидели напротив друг друга. Эл положил свои ладони на мои и рассказывал, как нужно передавать энергию, с его точки зрения, а я пытался ощутить и передать то, с помощью чего управляю реальностью снов. Довольно быстро я нащупал верный подход, и моя сила, осторожным потоком потекла к Элу.

Он замер, сосредоточившись и прислушиваясь к своим чувствам. Попросил только увеличить поток, что я и сделал.

Через несколько секунд, я ощутил, как он втягивает силу, которая раньше, по большей части, проходила его насквозь, почти не задерживаясь. На его груди медленно проступил амулет, который, похоже, затягивал часть потока.

— Интересно… Это действительно не мана, а нечто, иное похоже одновременно и на магию, и на пси, и на что-то еще… Такое же чувство я ощущал в храме Каштола. Может, это вера? Или, может, энергия сновидцев — это составная энергия из пси, веры и магии? Может, еще с помесью чего-то, что я не ощущаю…

— Но эта сила мне подходит. И да, я, оказывается, пуст и колдовал, так сказать, «в долг». Это даже хуже, чем магическое истощение. Будь я не во сне, а в своем теле, думаю, мне бы очень поплохело. Но я чувствую, как с той стороны, в меня вливают силу, нивелируя негативные последствия, но проснуться я пока не могу…

— Во, хватит, я достаточно пополнил резерв, могу доделать книгу.

Я перестал передавать энергию. Кажется, я передал довольно много, даже ощутил легкую усталость, но она быстро прошла.

— Кстати, а что за книга?

— Книга… Это способ, что придумали маги и Каштол для передачи знаний в племени. Очень удобная штука. — Пока он объяснял, я ощутил всплеск силы и увидел вспышку, что покрыла всю книгу. Кажется, моя чувствительность заметно возросла после того, как я научился осознанно передавать силу.

— Здесь собраны базовые знания о магии. Я тоже в том мире, можно сказать, гость, потому, моя магическая школа отличается от того, что используют там. Хотя, там магические традиции только зарождаются, но они уже совершенно другие. Так воот… Каштол и тамошний шаман, придумали новую школу, которая вбирает преимущества моего, и их подходов к магии. Я записал сюда знания, как начать использовать магию, немного о других энергиях и некоторые записи, от себя. На многое не рассчитывай, я сам только учусь, но даже это будет полезно, если ты вообще ничего не знаешь о магии.

Теперь давай ты передашь то, что знаешь о магии снов.

— М… А как мне это сделать? Я не умею, как ты, записывать знания в книги. — Я уже успел оценить то, что мне дали. Я открыл книгу и смог прочитать то, что там было написано.

Причем мало того, что смог прочитать, я осознал всё еще до того, как дочитал. Похоже, знания не только были в виде текста, они еще и передавались напрямую в разум.

— Кстати, книга еще не завершена. В ней не хватает накопителей, семечка, и она должна некоторое время «доходить до готовности» в контакте с магом, питаясь его энергией. А передать знания… Я смогу прочитать их у тебя из памяти, если ты не будешь против и, как бы, сам будешь подталкивать их ко мне.

— Мммь? Накопители? Семечко?

— Агась. Гарсфелы — жители того племени. Кстати, это миленькие котики — повсеместно используют деревянные накопители, которые выращивает ученик шамана. А еще, для усиления свойств артефактов, кладут в каждый такой, семечко дерева, из которого делают накопители — если объяснять упрощенно.

— Кстати! Я ведь могу попробовать сделать вот так…

Он взял в руку амулет, что проявился на его груди, и отломил от него маленький кусочек, а потом приложил тот к книге.

— Можешь помочь? Нужно добавить этому кусочку силы и вплавить его в книгу. Установки я дам ему сам. Если Всё получится, у тебя со временем будет полноценная пси-магическая книга гарсфелов, которая будет сама дополняться по мере того, как ты будешь узнавать о магии новое, и она будет помогать тебе это самое новое, изучать. А, еще, можешь немного подзарядить мой амулет, если тебя это не затруднит?

Я кивнул и помог Элу утопить в книгу кусочек дерева, от которого так и разило силой, но какой-то другой, незнакомой.

Я зарядил этот кусочек, подавая силу до тех пор, пока меня не прервал Эл, а потом, подзарядил его амулет. Прервался уже сам, когда ощутил, что начал сильно уставать.

## Глава 12

…

После того, как я немного отдохнул, а Эл хорошенько натискал Пина, он обратился ко мне.

— …Хорошо! А теперь давай ты поделишься со мной знаниями о снах. Ты ведь всё ещё не против?

Я, чуть опасливо, но утвердительно кивнул.

Он сел ко мне ближе с серьёзным лицом, протянул руки, а потом, со смехом принялся тискать мои ушки. Я этого не ожидал и очень смутился. — Э... Эй! Ты чего?! ><

Я чуть отодвинулся, прикрыв ушки руками и сильно покраснев. Оказалось, ушки довольно чувствительные.

Эл улыбался и с трудом сдерживал смех. — Ну… Извини, я не сдержался. Ладно… Давай-таки приступим.

— Ага… — Я всё так же смущённо смотрел на него, а он уселся переломной. Некоторое время смотрел мне в глаза, а потом я услышал его голос в своей голове «Меня слышно?».

— ДА! — Я сказал это чуть громче, чем надо было, от неожиданности.

Эл поморщился и снова обратился ко мне мысленно: «Потише, я тебя прекрасно слышу. А ещё, постарайся расслабиться и думай о снах…»

…

Мы сидели так, наверное, минут 30. Я уже начал уставать, а голова начала кружиться, но, похоже, у Алориана всё получалось, и он получал интересующие его знания. Несколько раз я подумал совсем не о том, отчего даже Эл покраснел, но потом всё нормализовалось, и я, направляемый его советами, смог вспомнить всё, что знал, из того, что ему было интересно.

Я откинулся на шезлонге, попивая материализованный коктейль. Сделал Элу такой же, а вот шезлонг, он создал сам, начав осваивать полученные от меня знания. Шезлонг получился нечетким образом, который довольно медленно воплощался, но это уже заметно больше, чем он мог раньше. А именно — ничего.

Я тем временем, изучал книгу, будучи лишь на основах, но даже это мне много чего дало. Там было про разные энергии и их различие, немного про веру, на примере Каштола и его экспериментов. И самое для меня сейчас полезное — это рекомендации, как пробудить магическое зрение.

Я отвлёкся от чтения книги и посмотрел на то, как Алориан крутит перед собой головоломку, похожую на кубик Рубика. — А мне ведь можно давать эту книгу другим? Луне, например?

— Да, так даже будет лучше — чем больше магов её будут использовать, тем лучше. Она так быстрее разовьётся и, даже дополнится из их знаний. Только перед тем, как дать её кому-то, предупреди, что она будет тянуть немного силы и знаний — вдруг они против?

Нашу беседу прервало то, что луна в небе засияла ярче и из потока её света, проявился проход, в который вошла уставшая принцесса.

— Фуух… Наконец-то я избавилась от этой гадости. А вы тут не скучаете?

Она окинула нас взглядом, заметив, что я держу в руках книгу, которой у меня раньше не было, а Алориан, явно пользуется силой сновидцев.

— Интересно, меня не было всего-то пару часов, а ты умудрился обучить другого человека пользоваться нашей силой, а он, похоже, дал тебе артефакт? Интересно только, откуда он у него… При первой наше встрече, его не было. Я бы заметила.

…

Мы рассказали всё, что происходило, пока Принцессы не было, а она рассказала, что сама делала. Оказалось, она прыгала по известным ей «стабильным снам» — тем мирам, что не исчезают без сновидца, и искала там сначала способ удержания этой энергии, чтобы не тратить на это свою силу, а потом, когда нашла, искала способ уничтожить, или запечатать это.

Получилось не до конца. Луна нашла несколько способов, но все они не подходили, ведь были временными, или позволяли выкинуть сферу с такой опасной энергией «куда-нибудь», где она явно ничего хорошего не сделает.

В итоге, она нашла компромисс: в одном из миров был предмет, который создавал область безвременья. Область стазиса. И поместила сферу туда. Она была запечатана не только силой Луны, но и артефактом, который она нашла в одном из миров, а, находясь в стазисе, сможет существовать там вечно. Ну, или до тех пор, пока мы не найдём способ уничтожить эту штуку.

На всякий случай, Луна насоздавала табличек с предупреждениями, в духе «Не лезь, убьёт!», «Радиоактивно!», «Внимание! Опасно!», «Аааа! Страшна, вырубай!» и ещё много всяких значков, из разных культур и миров: вдруг кто-то заглянет в то место и, по незнанию, вытащит сферу, попытавшись в неё заглянуть.

…

Я, смущённо опустив ушки, спросил у Луны:

— Ты ведь не злишься на меня за то, что я рассказал о том, чему ты меня научила? — Мне только сейчас в голову пришло то, что она могла такое не одобрить.

Луна сначала недоумённо на меня посмотрела, а потом ответила:

— А, конечно нет. Я даже рада, что ты смог так быстро кого-то обучить основам. У него ведь дар заметно слабее, чем у тебя, а он уже вон, что умеет. Тем более, раз ты говоришь, что он обучил тебя чему-то в ответ. Мне было бы тоже интересно изучить эту книгу…

Я вспомнил об одной вещи и сказал Луне:

— Кстати, ты слышала о фамильярах?

— Мне ведь Алориан не только дал книгу.

Ещё, он подумал, что Пин — это мой фамильяр, а когда узнал, что это не так и что я даже об этом не знаю, рассказал, что это, и предложил помочь в проведении ритуала привязки. Но ему не хватит магии для его проведения. А свою я ему и так уже передал. Думаю, у меня её тоже немного осталось. Луна, может, ты поделишься?

Луна, как оказалось, слышала об этом, но мельком, и тоже с интересом расспросила Алориана.

Если обобщать то, что он рассказал о фамильярах и этом конкретном ритуале, то выходило следующее:

Фамильяр – это связанное с магом существо. Природа связи позволяет общаться с фамильяром на расстоянии без слов, понимать друг друга и перенимать ощущения друг друга. Но самое интересное заключалось в другом: при проведении ритуала происходит обмен энергиями и частицами души. Часть души фамильяра становится частью души мага, и наоборот.

Подобный обмен не только создает связь, усиливаемую ритуалом, — помимо этого, данное действие позволяет магу получить склонности, или особенности существа, участвующего в ритуале. А существо получает склонности мага, становится умнее, если ранее не было разумным.

У такой связи есть много плюсов, помимо получаемых сразу бонусов. Например, связь позволяет обмениваться энергиями, раскачивая энергетику как мага, так и его фамильяра.

…

Алориан много чего рассказал, заинтересовав и меня, и Луну. Не обошлось, правда, и без минусов.

Подобные травмы души не проходят бесследно и долго восстанавливаются. В период восстановления возможно незначительное снижение магической силы, контроля, перепады настроения, иногда возможны симптомы, близкие к простуде, но никак не связанные с телом.

Много неприятных мелочей, но плюсы их перекрывают. Но есть два важных замечания:

Первое. После проведения такого ритуала, нельзя проводить никаких, серьезно влияющих на душу воздействий, до её полного восстановления. На этом моменте, Алориан с удивлением сказал, ни к кому конкретно не обращаясь, что раньше он не знал таких подробностей, и они, похоже, поступили от амулета.

Второе. Если кому-то из связки маг–фамильяр плохо, его состояние может передаться и второму. Но в обратную сторону это тоже работает.

Третье. Пока живы оба из связки, кому-то из них погибнуть сложнее, ведь если фамильяр, или маг нуждаются в энергии для восстановления, второй её даст. Но вот если кто-то, всё же погибнет, второй получит откат. Сила может варьироваться от магического истощения и общего паршивого состояния в течениё нескольких недель, вплоть до смерти. Последнее – редкость, но бывает. Особенно, если один из связки, погибая, желал того же и второму.

Поэтому подобные ритуалы почти никогда не проводят насильно. Даже если после их проведения, можно получить какую-то сильную способность.

Луна, как и я, с интересом выслушала подробности, задавая вопросы на непонятных моментах. Луна больше всего спрашивала и, кажется, в итоге осталась довольной ответами.

Дело осталось за мной – ведь это мне предложили помочь в проведении ритуала. Алориан даже обещал оптимизировать его конкретно под меня, узнав, что во снах, я чаще всего нахожусь в образе пони.

Кстати, этот феномен тоже получил частичное объяснение: в его сне, похоже, я сразу обнаружил себя человеком по той причине, что Алориан даже не знал о пони, помимо «обычных, немультяшных маленьких лошадей». Поэтому я, повинуясь законам его сна – ведь я не сопротивлялся этому, – принял облик человека.

Также выяснилось, что я могу без особых проблем, менять части тела, перетекая из облика в облик, но вот стать, например, лисичкой, у меня сходу не получилось. И я отложил эти эксперименты.

Обдумав предложение Алориана, я пришел к следующему выводу: никто больше из моих знакомых мне не сделает такого предложения. Даже Луна не знает нужного ритуала и лишь слышала о таких. Не говоря уже о том, что магия пони отличается от того, что рассказывал Алориан, и, возможно, я такую школу магии больше нигде, кроме как в его книге, не встречу. В итоге получается, что либо я откажусь и больше, скорее всего, никогда не встречу такой возможности, либо соглашусь и, почти наверняка, многое получу.

Поэтому я согласился.

…

Алориан сел в неподвижную позу, попросив дать ему время. Я ощутил, что в области его груди, там где висел амулет, происходили какие-то процессы, но понять их суть, у меня не вышло.

Спустя несколько минут, он встал и начал чертить на земле замысловатый рисунок из линий, незнакомых знаков и углублений. В последние, он попросил потом положить накопители. Перед этим ещё уточнил, смогу ли я, или Луна создать нечто, во что можно влить достаточно много энергии, показав, как пример, свой амулет.

Луна изучала его некоторое время, хмыкнула и ответила, что именно такой накопитель сделать быстро не сможет, но что-то попроще, осилит. Алориана это устроило, и он продолжил, судя по всему, готовить ритуал. А Луна тем временем, создавала сферические булыжники, от которых так и веяло силой. Парочку из них, напитал я и, даже умудрился выпросить немного энергии у Пина – Алориан сказал, что в ритуале должно быть как можно больше энергии тех, кто в нём участвует. А остальное будет лишь поддерживать процесс.

Вскоре, всё завершилось, и Алориан уложил накопители на заготовленные места, что-то ещё сделал, дорисовал несколько фигур, а потом указал на два места в ритуальном рисунке. Одно побольше – для меня, второе поменьше – для Пина.

Пин, кажется, понял, что предстоит что-то необычное, и возбуждённо прыгал с места на место и пищал, но когда пришло время активации ритуала, его, всё же получилось успокоить и удержать на месте.

Ритуал запустился. Я ощутил, как меня окружает вихрь магии, пока накопители, уложенные по периметру фигуры, разрушались, отдавая заключённую в них силу. Энергия из них проходила по символам, как-то менялась, а потом, окружала нас с Пином. Вокруг формировался все более, и более плотный кокон энергии, что я ее в какой-то момент не только почувствовал, но и увидел.

Но радовался я этому недолго, ведь вскоре ощутил резкую, острую боль, в месте, которое даже не смог определить. Да и ощущалась она странно.

Обдумать я это не успел, ведь моё сознание внезапно померкло.

## Глава 13

Утро было неприятным, мягко говоря.

У меня было такое состояние, будто я неделю пил без передышки, питался просроченной едой, так ещё и простудился в придачу.

С трудом и кряхтением добрался до ванны, умылся, а когда посмотрел в зеркало — отшатнулся.

У меня с некоторых пор к зеркалам большое недоверие.

Особенно, если с ними что-то не так. Но в этот раз, кажется, ничего страшного. Просто на миг, в отражении померещился Пин, но потом вновь нахлынула усталость, да такая сильная, что я ни о чём не мог думать.

Меня хватило лишь на то, чтобы сделать несколько бутербродов с колбасой, поесть и завалиться обратно спать. Удивительно, но в этот раз я не попал к Луне.

Я и просто в осознанный сон не попал, даже обычного сновидения вспомнить не смог. Давно у меня такого не было. Я сначала напрягся, но когда бросил взгляд на ладонь и увидел там полумесяц, успокоился.

После сна, я чувствовал себя гораздо лучше, хотя слабость всё равно сохранялась. Иногда казалось, что вокруг очень жарко, или, наоборот, очень холодно, но по сравнению со вчерашним — состояние вполне терпимое.

Раз уж так вышло, решил устроить себе день просмотра мультиков. Заказал пиццу, заварил чая с запасом в отдельную большую ёмкость и поставил на тумбочку у кровати, рядом с кружкой, что всегда там стоит.

— Хм… А какой месяц я уже обещаю себе её помыть?.. Ай, ладно, за один день ничего не сделается… — на этих словах мне показалось, что в черной от чайного налёта поверхности кружки проступил грустный смайлик, но потом я налил туда чай. Даже просто его запах благотворно сказался на моем состоянии.

Когда пицца пришла, я улёгся с ноутбуком, попивая ароматный чай и листая то чат, то паблики с мемами, то ещё что-то. Ничего интересного. После того, как я стал проживать такие, насыщенные событиями, сны, меня перестали так, как раньше, интересовать те вещи, которые… Да, в целом они меня и раньше не очень-то интересовали, кого я обманываю. Единственное, что действительно могло пробиться к моим чувствам, — это книги, мультики и анимации. Так оказалось и сейчас.

Забавно было смотреть серии MLP и вспоминать слова Луны.

Иногда то, что она рассказывала, полностью совпадало с показанным в мультике, иногда, разнилось, но это ещё больше утвердило меня в желании и дальше общаться с пони. Возможно, не только с Луной. Мы ведь попали в сон одной из пони, так, может, можно и к другим?

А ещё, я всё так же хотел приобщить брони к тому же, но не знал, как к этому подступиться. Нельзя же просто сказать что-то в духе: «Эээй, чуваак, я тут на досуге во сне с Луной общаюсь и по чужим снам гуляю, хочешь присоединиться?». Представив такую картину, я усмехнулся.

Вообще, план был в том, чтобы просто прийти в сон кого-то из уютных брони вместе с Луной. Или даже, сделать это несколько раз, а потом ненавязчиво заговорить о снах в жизни. Звучит, как самое подходящее решение из того, что приходит в голову, но с этой идеей все равно что-то не так... Луна тоже так думает, но сказала, что будет не против в этом поучаствовать, если я найду хорошего человека, в сон которого не будет попадать слишком неприятно.

У меня был такой человек на примете. Именно он меня ко всему этому и подтолкнул: Минти. Мне нравилась его непосредственность и лёгкость. Возможно, даже, некоторая инфантильность, но… Обо мне, пожалуй, тоже так можно сказать. Вот только была одна проблема: я понятия не имел, как мне попасть в его сон. Или, что Луне нужно, чтобы перенести нас туда.

Я подумал, что фотография бы не помешала, но просить о таком, я бы не стал. Реальное имя… Да, тоже так себе идея.

Если бы мне такой вопрос задали – я бы, скорее всего, не ответил. Может, только близкому другу. Вот только пока не знаю, можно ли его таковым считать. Луну точно можно. Ведь даже по проведенному вместе времени, с Луной мы были рядом и общались заметно дольше. А ведь это совсем не то же самое, что общение в чате, особенно, не такое уж частое – я отметил то, как сильно разнится проведённое во сне время и реальное время сна.

Возможно, стоит у Луны уточнить, от чего это зависит, но навскидку, сны могут длиться во много раз дольше внешнего времени. Это можно было бы объяснить субъективным опытом, будь это просто игра разума, но ведь эти сны – нечто иное, но всё рано время в них идёт иначе, но, похоже, делает это оно не всегда равномерно.

Обдумывая это, я одной рукой держал кусочек пиццы, а другой листал чат.

У меня вышло ненавязчиво выяснить у Минти, когда он ляжет спать, помимо общих сведений о том, что он сегодня делал, как классно затащил в игре и прочее. Похвастался ему пиццей, на что он, неожиданно тоже отправил фотку с пиццей.

Оказалось, у него тоже сегодня пиццный день. На фото, было видно не слишком много: рука с тонкими и длинными пальцами, что держит пиццу, кусочек стола и выключенный монитор.

Я приблизил изображение и увидел в мониторе очень нечёткое отражение друга. Единственное, что оно мне дало, – так это то, что, похоже, он был завёрнут в плед, и то, что у него длинные волосы. Что-то такое я и представлял.

Понадеялся, что этого образа и времени, когда он пойдёт спать, Луне хватит, чтобы перенести нас в его сон.

1

Oneiros (греч. "Онейрос" — дух сна).