Вдали от места, что можно было бы назвать домом, находилась целая армия, ведомая прямиков из Эквестрии двумя сестрами: Селестией и Луной. Целая военная компания была развернута лишь для того, чтобы сокрушить сильных мира сего и обеспечить процветание в будущем. И вот, после очередного захваченного города, прошло немало дней, чтобы можно было застать принцессу Луну за более мирной работой. Лунный свет озарял один из домов, что был ей выделен для личного временного пользования. Вокруг него то и дело можно было заметить стражников, часть которых стояла на посту, другая же занималась патрулем. Даже глубокая ночь не смогла заставить всех провалиться в сон. И особенно это касалось принцессы, что владела этой самой ночью. Будучи на втором этаже здания в небольшой комнате, переделанной под офис, она восседала за большим столом, заваленным свитками. Окно позади ее стены было открыто, пропуская внутрь мягкий свет Луны, что освещал и терялся в великолепной гриве своей хозяйки, сплетая в ней удивительные узоры и лишь сильнее подчеркивая сходство со звездным небом. Но не только этим источником света пользовалась принцесса. На столе, помимо свитков, стоял канделябр на 3 свечи, чье пламя плясало, озаряя помещение и отбрасывая тени. Рядом с ним покоился и шлем принцессы. Немного угловатый дизайн отлично защищал голову, но не мешал обзору, а возле отверстия под рог поблескивало лезвие. Луна любила этот агрессивный дизайн, он довольно хорошо подчеркивал опасность, которая может исходить от рога аликорна в бою. Что же до остальных доспехов, то они прямо сейчас были на своей хозяйке. Нахождение за границами родных земель накладывало целый ряд неудобств. Принцесса еще помнила тот раз, когда она позволила себе расслабиться и ходить по лагерю без защиты… С тех самых пор она расстается с ними лишь во время сна и обслуживания. Шлем не в счет, ибо он рядом, и она всегда успеет его нацепить в случае опасности. Хотя похожее правило касалось и ее личного оружия – лунного меча. Обычно он в своих ножнах покоится возле одного из ее крыльев. Однако именно это и сподвигло Луну все чаще снимать его с себя во все времена, кроме боя. Его вес для нее был не слишком велик, но он же и не был пушинкой. Порой принцессе казалось, что именно эта деталь иногда заставляет ее чуть перекашиваться.
Рог покрылся мягким синим свечением, ознаменуя использование магии. Похожий эффект появился и на одном из свитков, заставляя тот оторваться от стола и воспарить над ним. Следом же свиток плавно проплыл по воздуху поближе к голове Луны, раскрываясь и являя той свое содержимое. Пусть это и была скучная работа, но выполнять ее принцесса была просто обязана. Нельзя все скидывать на свое сестру, которая еще умудряется и лениться при всем этом. Да и к тому же подобное помогает отвлечься от тяжелых мыслей. Глаза начали бегать по строчкам текста, изучая тот, а после снова и снова, стоило свиткам сменять друг друга. Вроде бы вдали от обычной жизни, а бюрократия доберется до королевской семьи даже во время войны. Отчеты о битвах, пополнении складов, отсутствию чего-либо или же о прибытии снабжения. Все эти ресурсы нужно как-то распределять. Раненных отправлять в резерв на лечение, а новое снаряжение распределять, не говоря уже о контроле за съестными припасами!
Все это невероятно утомляет, поэтому отложив в стопку очередной прочитанный свиток, Луна тяжело вздыхает, переводя взгляд на свой клинок, что стоял, облокотившись на стол. Украшенный в ее стиле, он напоминал, кто Луна на самом деле.
— Полководец… — послышался тихий голос Луны, которая озвучила свои мысли.
— Палач… — вторила тишина ей. Принцесса уже особо не удивлялась этому, списывая на собственную усталость, которая, видимо, и вызывает это помутнение. Палач… А ведь и правда, эта характеристика куда лучше отражает ее роль в этой войне. Сестра – лучик света, за которой все непременно идут. Она же здесь не для того, чтобы вести за собой. Луна – это карающий меч, который должен непременно опуститься на головы тех глупцов, что смеют цепляться за свои тиранию и зверства. Она – оружие в копытах сестры… Интересно, все ли видят ее такой? Или же понимают, что она, как и все остальные, живая, с возможностью чувствовать? Ответ на этот вопрос ей не узнать. Для себя же Луна всегда помнила, как леденеет сердце при виде на опустошенные города. Пустые, покинутые здания… Отсутствие какой-либо души вокруг… Эти зверства войны давят… И лишь слова сестры о том, что это лишь на время, что вскоре разрушенное починят или отстроят заново, а жители смогут вернуться, согревают Луну. Пожалуй, только мысли о том, что когда-то она уберет свой клинок в ножны в последний раз, ознаменуя победу и конец страданий, по-настоящему заставляют идти дальше. Когда-нибудь этот кошмар окончится, и она сможет снять свои доспехи без страха неожиданного и резкого нападения… Когда-нибудь…
Мысли вновь вернулись к сестре. Как же та сияет, отлично отражая всего одну единственную звезду, что поднимается каждый день. Но в этом свете почти никто не замечает ее, королеву ночи… Испытывая чувство досады, Луна слегка ударяет своим копытом по столу, заставляя свитки чуть подпрыгнуть, тем самым нарушая идеальную стопку, в которой они были. За всем этим светом никто не замечает ее, одну темно-синюю поняшку, закованную в черные доспехи…
— Несправедливо… — вновь слышится едва заметный голос Луны, полный горечи. Почему ее сестра получает все, а она ничего? Неужели она так мало делает для Эквестрии? Для всех? Нет… Луна трудится, не покладая копыт. Даже сейчас она сидит за свитками, разбирая вопросы и проблемы, а не сладко спит, как сестра. В бою она на острие атаки, готовая в любой момент ринуться в самую гущу. Так почему… Почему мир так жесток с ней?! Нет… Нельзя поддаваться этому чувству сейчас… Луна сделала глубокий вдох, впуская в себя прохладный воздух ночи, а после выдох, словно стараясь вместе с воздухом вывести из тела и плохие мысли. Сейчас ей нужно быть в лучшей форме. Она – сильнейший воин этой армии после сестры. Нельзя придаваться сожалению и горечи. Ей нужна холодная голова, чтобы решить все проблемы и поддерживать войско в нужном состоянии. Сейчас нельзя обращать внимание, что вся слава достанется сестре. Сначала сделать процветающее будущее, а только потом придаваться эмоциям!
Словно отсекая ненужные мысли, Луна чуть притопнула копытом, возвращаясь к свиткам. На сей раз не просто их изучая, но и составляя новые с приказами. Все для того, чтобы, когда ночь закончится, можно было бы двигаться дальше.