Извиняюсь за скромное качество песен, увы, не поэт, так что понифицировал как мог и как умел то что есть.
POV Пафф Файндер, поницейский Понивилля, пегас.
Шепард лежит на промёрзшей земле в маленькой луже собственной крови. Его пустой взгляд устремлен в небо. Единственный выживший из семьи, Блэк Шаап с трудом, но поднимается на ноги. Он смотрит на тела убитых братьев и сестер со сдержанным потрясением.
— Что нам с ним делать? – Спросила Джавелин, смотря на поле боя со смесью презрения и легкой печали. Ее одежда даже не помялась после боя, а сама она в нем стояла ровно, словно не чувствуя порывов ледяного ветра, развевающего подол ее платья. Единственным (исключая покойников и единственного выжившего из крестьян) поникто выглядел помятым был Фоундинг.
— Отпустим его. Если он умрет, род Стронг Хувса прервется. Разберемся с ним в другой раз. – Повелела Боуд, милуя поверженного противника. Земной пони, не поднимая взгляда, уходит с площади, полностью подавленный и разбитый произошедшим. Такое он никогда не забудет. Как и я. Все пони в толпе наблюдают за молодой пегаской с мрачными мордочками, по которым я не могла понять, что они думают о проявленном ей милосердии.
— Согласно нашим обычаям, любой, у поникого возник спор со мной, может вызвать меня на бой. Но только на честный хольхим. Я не позволю нападать на меня на похоронах отца. – Заявила тэн, с намеком указывая на окровавленные трупы, обращаясь к толпе. Из рядов ее друзей выходит Мисти Вар, со спокойным выражением мордочки, не показывающим никакого утомления от прошедшего боя.
— Я поддержал тебя, потому что Шепард и его семья перешли грань дозволенного. Не пристало членам нашего клана убивать друг друга в потасовках в день поминовения усопшего. Боуд, дочь Вайз Маттер, я бросаю тебе вызов и оспариваю твое право именоваться тэном. – Последние слова Мисти Вара вызвали вал возбуждённых шепотков среди пони, которые начали обсуждать между собой новый поворот событий.
— Неужели тут все принято решать через бой? – Прошептала я негромко. Моя первая встреча с Боуд и ее отрядом, вот эта резня, а теперь еще и Мисти Вар….
— Да. Суды нынче непопулярны. Проще череп проломить. – Сухо произнесла принцепс Этерния, которая до того лишь молча наблюдала за происходящим, вид у нее был недовольный таким положением дел. Но непохоже, что она собиралась хоть как то в это вмешиваться. – Впрочем, сам факт, что ее крестьяне вызвали ее на бой, пусть и неудачно, говорит о ее слабости в клане. Боуд предстоит сделать многое, иначе ее положение к следующему собранию земель станет очень шатким.
— Мисти Вар, сын Шарпа Блейда, я принимаю твой вызов. Встретимся завтра в полдень в небесах под взором виндиго. Да будут повелителя хлада и предки к тебе благосклонны. – Церемонно ответила Боуд после небольшой паузы. Мисти Вар кивнул, несомненно, довольный этим ответом и направился обратно в дом тэна. Фловер застыла с немигающим взглядом, в ужасе и оцепенении смотря на четыре окровавленных тела. К такому ее жизнь не готовила. Как и меня.
А самое страшное, что я поняла, что в следующий раз это мое тело может вот так лежать в луже собственной крови. Я не обольщалась – я не бессмертный аликорн и даже не герой. Я просто поницейская, которую случайными ветрами магии занесло в такую древность. Такая же смертная, как и все пони. Если я все же вступлю в дружину Боуд – я буду вынуждена постоянно рисковать своей жизнью. И однажды сама лечь в снег и заснуть вечным сном. Страх смерти охватил меня, когда эта очевиднейшая в своей простоте мысль дошла до меня. Умом я понимала это с самого начала. Но только теперь наглядно увидела, какой бесславный конец ждет меня.
— После того как победишь Мисти Вара, тебе нужно будет окончательно покончить со Стронг Хувсом и его родом. Нужно наказать его за их бесчестный проступок. Иначе наш клан сочтут слабым. – Тем временем негромко Вайз Маттер общалась с дочерью, пока остальные гости возвращались в дом. “Наказать”? Сдается мне, речь шла вовсе не о выписывании штрафа. Это напомнило мне, что за пони эта пожилая кобыла. Может она и выглядела милой и изящной, но, как я поняла, она из гевирских пони, про которых я уже слышала столько жутких слухов. Жутких – даже по местным меркам.
— Но как мне победить Мисти Вара? Он лучший воин клана. У меня мало шансов против него. – Саму Боуд, впрочем, волновал другой противник, ее собственный двоюродный брат. И, как я поняла, противник он был более чем серьезный, самый рослый, крепкий и, кажется, опытный из всех пегасов, что я видела в Форествилле. Да и сам факт, что тэн его опасалась, говорил лучше всяких слов.
— Да, он очень силен. Тебе не помешает подготовиться. – Согласно кивнула голубая кобыла. – Может быть, сейчас это незаметно и кажется, что весь клан обратился против тебя, но это не так. Многие предпочтут видеть тэном тебя, а не его. А значит, могут помочь выиграть хольмхим. Некоторые из них. Сходи к Аркане на болото. Она стара, мудра и знает много способов ослабить пони. Капля яда или легкое проклятие – и победа будет за тобой.
Мордочка Боуд скривилась. Ей явно не пришлось по душе предложение матери. Но она все же согласно кивнула. Я не стала слушать дальше, а пошла в дом. Сил смотреть на все это уже не было. Кровь, насилие и убийства – ничего другого ждать не приходилось в этом жестоком и коварном мире. Фловер все еще стояла, в ужасе смотря на бездыханные тела. Даже для меня это было тяжким зрелищем, а уж для несчастной спа-пони… я поспешила увести ее в дом. Не на что тут было смотреть.
Тэны и их воины уже расселись обратно на свои места на подушках за столами и продолжили пировать, как ни в чем не бывало. Остальные лишь немного отстали, хотя часть гостей все же покинула пир и стало заметно посвободнее. Но все же атмосфера праздника вновь воцарилась и повсюду стали слышаться смех и радостные крики, под которые пегасы обжирались, набивая животы до упора посоленной едой.
— Очень жаль, что такое произошло во время похорон. Возмутительно, что эти мерзкие свиньи из выгребных ям для коров посмели пролить кровь и испортить нам поминки. Но, как говорится, без доброй драки нет и доброго пира! – Заявил Партли Странг, после чего все пони дружно подняли кружки и глотнули соленого пива в знак поддержки его слов. Пир продолжился, как ни в чем не бывало. Фловер, несмотря на ее состояние, заставили вновь подавать еду голодным пегасам, ничуть не обращая внимания на то, что она только что видела жестокое смертоубийство.
У меня сил хватило только на то, чтобы усесться обратно за стол на свое место. Аппетита не было. Я лишь посолила свое пресное недопитое пиво и опорожнила разом всю кружку. В голове слегка зашумело, а на языке остался приятный привкус соли. Но все равно вид окровавленных тел, остывающих в снегу продолжал маячить перед глазами, как я не пыталась отвлечься от пережитого ужаса.
Слегка уже помутневшим, но пока еще вполне четким взглядом я посмотрела на пирующих пони. Вайз Маттер уже сидела за своим столом со своим сыном, Даэртаром и сейчас трапезничала как ни в чем не бывало. Оборванные жизни пони и то, что она “посоветовала” оборвать еще несколько жизней если и терзали ее совесть, то я не могла этого разглядеть даже с помощью микроскопа. А вот Даэртар уже больше не улыбался. Вежливый и приветливый жеребец был мрачен и невесел, лишь тяжко вздыхая и с неприятием смотря на продолжающееся пиршество. Хоть один нормальный пони в этом кроваво-веселом аду, которому не в радость лить кровь. Ну и еще принцепс Этерния, но как я подозревала, ее движет исключительно прагматические интересы, которые она уже озвучила.
— Пафф Файндер. – Внезапно, передо мной появилась Джавелин, заслоняя мне обзор на пирующих. Уже слегка пьяная, я не без труда перевела взгляд на лимонную пегаску. – Хотела спросить у тебя насчет своего нового копытного, Орхайда. Он и раньше был рабом?
— Нет. Почему ты так решила? – Покачала я головой. Зря – весь мир закачался в такт моему движению. Пиво я явно пересолила, не стоило так резко головой в омут нырять.
— Я еще в лесу подметила, какой он тихий и послушный, вежливый. Боуд “госпожой” назвал, в дом привела – кланяется, когда за один стол с собой посадила – удивился дико. Будто думал, что как корову какую, его в стойле сырое сено жевать поставят. Явно привычный к узде, вот и спрашиваю. Вроде и привык быть свободным, но и о рабстве явно не понаслышке знает.
— Нет, он свободный пони, до того момента как попал к вам. – Ответила я, бросая взгляд за Джавелин, находя взглядом обсуждаемого жеребца. У него пока выдалась свободная минутка и он сейчас разговаривал с Фловер. И судя по его шокированной и наполненной ужасом мордочке, та ему сейчас рассказывала о том, что произошло на улице, пока он оставался в доме. – Просто он, как и я с Фловер, впрочем, просто много наслышаны о жизни в рабстве в Кристальной Империи. Так что примерно представляем, что нас ждало. Поэтому я и предпочла сражаться, лишь бы не жить так.
— Достойные слова. – С уважением кивнула мне Джавелин, внимательно выслушав мой ответ. – Я знаю, ты беспокоишься о своих друзьях. Но, если Орхайд будет хорошим копытным, то ему ничего не грозит, уверяю тебя. Может рабство в Кристальной Империи и ужасающее, но здесь порядки другие – Империи здесь уже давно нет. Чтобы не твердили сенаторы, власть кристальных пони над нами рухнула навсегда и никогда больше не вернется.
— Форествилль был под властью Кристальной Империи? – Спросила я, одновременно пытаясь вспомнить все, что учила на уроках истории. В голове было пусто. То, что было до Селестии, была настолько лютая древность, что я ей никогда не интересовалась.
— Нет, именно наша деревня – нет. Мы находимся на правом берегу Фоам, а именно по ней проходила граница Империи когда то. Но вот Арканар, да, имперский, а мы теперь под его властью. Так что отпечаток имперских обычаев несем на себе и мы. Но слабый и уж не в рабстве точно. Впрочем, не сказать что на левом берегу как то иначе. Пони с радостью сбросили с себя кристальное ярмо, когда власть императора рухнула под натиском виндиго, а кристальные пони убрались обратно в свой город, который теперь лишь лелеет мечты о былом величии, когда они правили всей Эквестрией.
— Благодарю за пояснения. – Поблагодарила я пегаску за это новую пищу для ума. Тут было о чем подумать. Значит, когда то Эквестрия была под властью кристальных пони, пока их власть не рухнула. Из-за виндиго. Что-то такое всплывало в памяти, но, увы, исключительно на уровне древних мифов и легенд.
— Но подошла я к тебе не только ради удовлетворения своего любопытства. – Голос Джавелин вырвал меня из раздумий. Я навострила уши и продолжила слушать молодую воительницу. – Как ты уже слышала, завтра будет хольмхим между Боуд и Мисти Варом. Я хотела сразиться заместо Боуд, обычаи это позволяют, но она хочет сразиться со своим кузеном сама. Эх… надеюсь, она передумает.
— А понибудь еще претендует на титул Боуд? – Поинтересовалась я, полагая, что этими землепони и двоюродным братом Боуд дело не ограничится.
— Только Даэртар, старший брат Боуд. Но он никогда не стремился к власти, он добрый и милый. Когда выбор родителей пал на сестру, он уступил без колебаний. Очень хороший пони. Жаль, ему не повезло жить в мире, который не готов принять его доброту и мудрость. Но тут он под нашей защитой. – На этих словах губы Джавелин сложились в теплой и мягкой улыбке, выглядящей на удивление подходящей к суровой воительнице, которой она являлась. Или… изображала из себя таковую? – Что ж, о завтрашнем хольхиме. Боуд приглашает тебя на него, даруя честь быть вальтуром на поединке.
— Поникем быть? – Переспросила я, не понимая, что сейчас за слово произнесла пони передо мной. Звуки продолжавшейся вовсю пирушки, которая все никак не унималась, тем более не помогали сосредоточиться.
— Вальтур – это пони, что присутствует на дуэли, но не участвует. Он свидетель, сопровождающий, посредник, иногда судья. Ты же будешь присутствовать как беспристрастная пони, которая будет бдеть, дабы засвидетельствовать, что хольмхим был проведен согласно обычаям и правилам чести. Я и Фоундинг будем вальтурами от Боуд, Сноу Фрост и Беатрикс, а также ты, если согласишься, будут нейтральной стороной, а Мисти Вар приведет свою родню и друзей, двоих. Просто посмотришь на бой и все, больше ничего делать не придется. Ты согласна?
— Ммм…. – Сначала я было хотела согласиться, решив познакомиться с новой, хотя, боюсь, снова кровавой частью древнего мира. Но потом задумалась. Я чувствовала подвох. Конечно, мне предложили просто постоять и смотреть, как эти двое дерутся, но, помня слова Вайз Маттер, поединок обещал быть не очень то и честным. И как себя вести тогда будет, если обнаружу это? Но, разберусь по ходу дела. – Хорошо, я согласна. – Наконец ответила я, решив, что будь, что будет.
— Хорошо, тогда завтра в полдень поднимемся к небесам. Увидимся, Пафф Файндер. – Попрощалась со мной Джавелин и удалилась к хозяйскому столу. Я проводила ее взглядом и тяжко вздохнула, после чего перевела внимание на стол Мисти Вара. Тот грыз жаренное до легкой корочки сено как ни в чем не бывало, словно не убил пони сейчас и не собирался убить свою двоюродную сестру завтра. Или быть убитым самому. Что же это за мир такой, в котором так легко относятся к насилию и смертям?
Насколько это отношение легкое, я вдвойне поняла, когда уже порядком осоловевшие гости решили развлечь себя… песнями! Некоторые пегасы выступили желающими, пони достали музыкальные инструменты и вскоре в зале для пиров разнеслись слова песен. Разумеется, воинственных, прославляющих воинскую доблесть и славу, победы над врагом. А чего еще стоило ожидать? Первым начал трибун и коунт Рокх Пигтейл. К сожалению, я упустила некоторые куплеты, отвлекаясь то на одно, то на другое, то просто уходя в свои мысли, но и услышанного мне хватило.
По ветрам на крыльях скользим мы
От горных вершин до зелёных лугов
Там, где ступаем мы непобедимы
Эхо веков
Его песня была медленной и величавой, наполненная легким пафосом и торжественностью. Наверное, я могла бы назвать ее классической.
Кровью клялись защищать обеты
Кланы восстанут стоять за честь
Клич наш услышат враги
Мы гром небес
Хорошо поставленным голосом пел он, под внимательным взглядом Этернии. Непохоже, чтобы его любовнице (если верить услышанным сплетням) нравилась песня, но никак она своего неодобрения не выражала.
Путь наш верен, с нами вечность
Клятва предков в нас живёт
Кровь и слава – наша жизнь
Виндиго зовут!
От последних слов я нахмурилась. Уже не в первый раз местные пони упоминали виндиго и… как то неправильно, если можно так выразиться. Не как о врагах или опасности. Скорее как о… богах? Верования пони, живущих до Селестии поражали. И пугали. Что творится в их душах? Тем временем, трибун закончил петь и сел на свое место, под вежливый и одобрительный стук копыт о пол.
Следующим решил выступить с песней один из гевирских пони. Один из самых мрачных и жутких из них. Со своей подушки поднялся, привлекая всеобщие взгляды здоровенный жеребец, одетый в черные и фиолетовые одежды и доспехи. Он был лысым, зато с бородой, заплетенные в две косички. Мордочка у него мрачная и неприветливая, серые глаза смотрели исподлобья, в общем, вид у него был жуткий и внушающий страх. Знак Отличия я не рассмотрела, но была уверена – она соответствует внешности.
Северный ветер несет нас вперёд
Небесный легион наш вдаль всё несет
Тэн во главе смотрит во мглу
Земли чужие жаждет узреть.
Хриплым, под стать внешности, голосом запел здоровяк. Его песня была другой – мрачной, суровой, жестокой, показывающей не просто готовность к войне – а радость от пребывания в кровавом угаре битвы.
Боевой Знак Отличия на моих боках
Еще жеребенком выучил я, что не ведаю страх
И с друзьями своими в бой я иду
На погибель, как прежде, в первом ряду!
Суровость, сила, неколебимость – голос гевирца внушал уважение к могучему воину, не знающего поражения и страха. Невольно, на несколько секунд я завороженно слушала, поддавшись очарованию храбрости и силы.
Сверкают лезвия копей
Я наблюдаю смерть друзей
Ожесточенный бой кипит
Святая месть во мне горит!
А крылатым пони неведом страх!
Безумный гнев горит в сердцах
Пегасы любят убивать
Чужие жизни отбирать!
Но очарование спало почти мгновенно. Сцена на улице мигом мне напомнила, что за внешним фасадом доблести и пафоса скрывается кровь и смерть. Нет, тут не было ничего великого. Только жажда кровопролития, дикая и варварская.
На Вечное Пастбище душу заберут
А тело соплеменники сожгут!
Но руны памяти моей
В сердцах навеки у поней!
На этом куплете песня закончилась и под топот множества копыт, особенно других гевирцев, но не только, бородач сел обратно на свою подушку. Эта песня понравилась тэнам и их воинам намного больше, хотя мне и показалось, что ее кровожадность и фаталистичное отношение к смерти было немного чересчур даже для них. Или я просто выдаю желаемое за действительное.
Следующим внезапно поднялся Фоундинг, который уже практически (хотя бы на вид) уже восстановился после очередного ранения и вернулся на пир. Встав у очага, так что его было хорошо видно, под звучание струн гуслей играющих музыкантов он затянул медленную песнь.
Нам песню затянет ветер — старец седой
И парус наполнит над пенной водой
А мы покидаем свои берега
За золото спорить на земли врага
Неба синь да земли полоса
Несколько слов, да соль на устах
Опять заложили мы души свои
Опять чей-то парус маячит вдали
И наш корабль опять примет бой
Клинки зазвенят над свинцовой водой.
Жаркая схватка, в крови крыло
Крики "вперед", и смерть врага
Забрали добычу, осел наш корабль
Но это не цель — лишь веселья разгар
Теперь направляем свои паруса
К землям зебриканским – раззудись крыло
Моря синь да седая волна
Мерный полет, да полет в небесах
Закончился овес и нечего пить
Что ж, нечего делать — мы будем рубить
На землях арабийских найдем мы еду
За горизонтом оставим лишь дымную мглу.
Пламя пожаров – деревня мертва
Нужны ли нам копытные? Да нет пока!
И снова морская равнина зовет
И ветер — бродяга нас гонит вперед
А мы в ожидании новых побед
Выносим и бурю и солнечный свет
Серая дымка, холодная мгла
Черный утес, да свет костра
Замер в поклоне сей проклятый мир
На землях грифоньих лишь страх господин
Выходим уверенно на берега
С презрением смотрим на стены врага
Сигнал к атаке — копья сомкнуты в ряд
Натянуты тетивы и стрелы летят!
Четвертые сутки осада идет
Наш тэн посылает дружину вперед
В ту крепость пегасы по трупам вошли
И многие воины своих предков нашли
Холод стали да стрела в груди
Виндиго зов... и смерть впереди!
Из долгих походов вернемся домой
В селениях родных сладкий зимний покой
Но снова наступит иная весна
И ноги коснутся топора и копья
Неба ширь, да земли полоса
Несколько слов, да кровь на устах...
После окончания песни тэны одобрительно застучали копытами, песня им очень и очень понравилась. Гевирские пони тоже одобрили, довольно кивая молодому жеребцу и стуча копытами, отдавая дань уважения его голосу. А вот реакция других пони меня удивила и насторожила. Ладно, принцпес Этерния, она ни на одну из песен не отреагировала хорошо, все время сидя с кислой мордочкой и неспешно грызя лепешки с медом.
Но вот члены клана Форествилля…. Вайз Маттер лишь вздохнула и покачала головой, другие пони молчали, не спеша стучать копытами в знак одобрения даже из вежливости. Мисти Вар и вовсе скривился, как будто лимон съел. Что с ними не так? Почему им так не понравилась песня Фоундинга, тем более что они из одного клана и могли бы поддержать его просто из чувства солидарности? Притом что они одобрительно топали другим певцам из других кланов. Некоторые предположения у меня были, весьма невеселые. Но я предпочту их оставить при себе.
Потом решил выступить тэн, который уже тоже не раз упоминали в моем присутствии – Гритсворд. Как я знала от Фоундинга, это был важный пони, владеющий землями ниже по течению, куда более богатыми и обширными, чем деревенька Боуд. Но внешне он не походил на грозного вождя. Да, в черных и фиолетовых одеждах, с черной шерстью и фиолетовыми волосами с красными прядями в них, но не более того. Спокойная, приветливая мордочка с легкой приятной улыбкой, тихий и мягкий голос, голубые глаза смотрят на присутствующих с доброжелательностью. Ничего особо ужасающего, вопреки тому, что говорили о нем пони Форествилля. Его песня тоже оказалась не очень то и ужасной, без всякого прославления виндиго и смерти, что тоже мне весьма понравилось. Хотя и эта была далеко не хит:
У меня есть большое богатство: копье, топор
И прекрасный железный доспех, чтобы защитить себя.
С ними я пашу, с ними я собираю урожай.
С ними я выдавливаю сладкие вина из винограда,
Благодаря им меня называют господином рабов.
Те пони, кто не осмеливается владеть копьями, топорами
И прекрасными железными доспехами для защиты себя,
Те припадают к моим копытам и целуют их,
Они величают меня господином и великим вождем.
Вот так и продолжались выступления разных пони и только под конец этого дела в дом вернулась Боуд. Устало перебирая ногами, пегаска неспешно добралась до хозяйского стола и усадила свой круп на подушку рядом с матерью и родным братом. Вернулась она довольно поздно, когда даже эти обжоры устали есть и веселиться. И помня подслушанный разговор, я подозревала, что ходила она все это время по очень… нехорошим делам. Но я промолчала, лишь подъедая посоленную еду.
Вскоре поминальный пир подошел к концу и все стали укладываться спать. Разумеется, спальных мест в принципе не хватило всем, так что часть пони отправилась спать в другие дома, а некоторым постелили прямо на полу. Все кровати в доме Боуд заняла ее семья, она сама, принцепс со своим любовником и другие тэны, так что я своей койки лишилась. Но, я была не в обиде и без проблем согласилась переночевать в доме Джавелин.
Дом Джавелин оказался лишь чуть более богатым чем дом Фоундинга. Похоже, нищета охватила весь Форествилль целиком, выделялся только дом тэна. Да и то, судя по шепоткам на пиру – лишь по меркам своей же деревни. Слова Боуд о том, что все деньги были спущены на оружие и доспехи получили лишнее подтверждение. Но, по крайней мере, у семьи Джавелин было аж целых четыре кровати. На двух из них уже спали пони, две кобылы, пожилая и молодая, похожая на мою знакомую почти как две капли воды. Только выглядела слабо и болезненно под ворохом одеял. Обеих кобыл Джавелин представила как своих сестру и мать. Что ж, это было очевидно.
Не тратя время зря, мы разделись и расположились в кроватях. Джавелин легла отдельно, а вот мне, внезапно, подложили Орхайда. “Постельной грелкой”, как выразилась Джавелин. Даже сквозь затуманенный солью разум смог пробиться мой шок от бесстыдного предложения лимонной пегаски. Но, Орхайд лишь молча кивнул, принимая повеление своей хозяйки к сведенью и без слова пререканий нырнул под одеяло.
С запозданием, но я все же поняла, что имелось в виду именно то, что было сказано. Так что отбросив стыд я все же залезла под одеяло, где Орхайд немедленно меня обнял. За шею конечно, ничуть не ниже. И обхватил хвостом, как маленьким вторым и мягким одеяльцем. Я ответила ему тем же, обнимая его хвостом и крыльями, все же ему тоже было нужно тепло. Впрочем, мы и так не мерзли – небольшой (по сравнению с тем, что был в доме тэна) очаг давал вполне себе достаточно тепла, чтобы согреть весь дом. Пожелав своему товарищу по несчастью спокойной ночи, я мгновенно заснула, слишком уж меня утомил этот день.
Пробуждение было тяжелым. Всю ночь мне снились кошмары с видениями убитых пони. И кровь, повсюду кровь. Явь оказалась не лучше. Голова раскалывалась, во рту царила сухость, настоящая пустыня, тело болезненно опухло. В общем, все как наутро после вечеринки в академии. Остальные домочадцы уже встали, кроме болеющей сестры Джавелин и сейчас занимались домашними хлопотами. А именно – готовкой завтрака! Запах готовящегося варева и бульканье закипающей воды мигом придали мне бодрости, заставив откинуть одеяло в сторону и подняться с постели.
— Доброе утро, Пафф Файндер. Мы решили дать тебе поспать подольше, ты под конец пира очень уж много лизала соли. Да и сейчас вижу, как плохо тебе. Утренняя трапеза почти готова, мы уже хотели тебя будить. – Поприветствовала меня Джавелин с улыбкой и настолько цветущим и бодрым видом, что меня едва не стошнило от зависти.
— Доброе утро. – Лишь прохрипела я в ответ, поднимаясь на все четыре ноги. К счастью, прохладная водица, которой я умыла мордочку, помогла мне прийти в себя, как и кружечка пива. Так что через несколько минут я все же смогла немного прийти в себя. Опыт не пролижешь, как говорится, чай не в первый раз просыпаюсь в таком состоянии.
— Кстати, похоже Орхайд все же из Империи. Ну или из города хотя бы. Привык к тамошним механизмам. – Заявила мне Джавелин, накрывая на стол, с голосом, наполненным легким весельем. Наткнувшись на мой непонимающий взгляд, она добавила. – Орхайд, объясни.
— Пафф… я зерна намолотил в муку для лепешек. Копытами. – Заговорил бежевый жеребец голосом уже уставшего и не выспавшегося пони. – Пафф…. У них тут нет мельниц. Ни водяных, ни ветряных. Они молотят зерно копытами. Копытами! – Последнее слово прозвучало как крик души, воочию показывая все, что думает об этом Орхайд. Крик, впрочем, тихий, он явно не хотел раздражать своих господ лишним шумом.
— Увы, нету. Но и так пока обходимся. Ножками поработать надо уметь. В походе пригодится. Да и деревянные накопытники для этого дела мама тебе дала. Привыкай, мельницы только в крупных и зажиточных поселениях. – Внесла свои шесть битсов в слова земного пони Джавелин. Я же лишь покачала головой. Это не то чтобы удивляло, учитывая, в какую жуткую древность нас занесло. Древнее только Грогар и, возможно, но не факт, виндиго. Местные пони не знают мельниц, не знают печей, просто, по сути, костры внутри дома разводят. Про поезда и уж тем более электричество вообще даже заикаться не стоит. Что ж, прорвемся, куда мы денемся. Этой мыслью я и поделилась с Орхайдом, на что он лишь согласно кивнул.
Завтрак был сытным, хоть и простым, как и в доме Фоундинга и его приемных родителей. Каша, лепешки, из овса, сами зерна овса, немного жареного сена. Жить можно. Жертв в огонь, в отличие от дома Боуд, здесь не кидали. Либо они были не слишком религиозны, либо не обязаны, либо просто экономили пищу, а уточнять я не решилась, да и за столом шел разговор о предстоящем хольмхиме. Джавелин рвалась в бой, желая лично сразиться с Мисти Варом, благо, как я поняла, правила допускали замену поединщика. Так что белокурая кобыла все еще надеялась переубедить подругу и тэна от ее решения драться самой.
— Ох, Джавелин. Зря ты решила вообще стать дружинником. Лучше бы ткала как я и Петал, цветы выращивала, облака пинала. Или хотя бы торговала. Нет, крыло к копью тянется, сколько я тебе не запрещала браться за отцовское оружие. Эх, доченька, не хочу я, чтобы разделила его судьбу. Боуд хочет – пусть Боуд и сражается. Это ее титул и ей за него биться, правильно она все делает.
— Мама, не начинай…. – Простонала в ответ кобылка, закатывая свои голубые глаза. Петал же отмалчивалась, явно не имея особо сил шевелить языком, как и желания влезать в их спор, ну а Орхайд и вовсе старался казаться мебелью. Зато теперь я получила подтверждение слов Боуд о том что “благодаря” ее отцу действительно есть пони, оставшиеся без родителей. Не то чтобы это было необходимо, доказательство ее слов, не было у нее смысла врать, но привычки поницейской сложно выбросить из жизни так сходу.
Воцарилось неловкое молчание, разговор завис в воздухе. Колд Харт решила все же оставить попытки переубедить дочь, но заговорить о чем-то еще ни у одной пони желания не было. Так что наскоро доев свой завтрак, Джавелин поспешила покинуть стол и дом. Я отправилась с ней. Увы, все еще без оружия, которое стало самым полезным инструментом в этом мире. Лимонная пегаска то вооружилась до зубов, облачившись, не без помощи матери полностью в свою броню и взяв с собой прилично оружия. Нас ждал хольмхим. Но, оказалось, что Солнце хоть и поднялось уже высоко, но еще не в зените, а ведь ровно в полдень Боуд потребовала поединка. Мы же как то вышли слишком рано.
— Нам нужно куда-то еще перед отправкой на хольхим или до него слишком далеко лететь, что мы выступаем с запасом времени? – Решила напрямую спросить я у Джавелин, кидая завистливый взгляд на ее первоклассную экипировку.
— Нет, остальные прибудут сами, залетать за ними не будем. Просто нужно подготовить облака и сделать это нужно до прибытия Мисти Вара и его друзей. – Ответила Джавелин, расправляя крылья. Я покачала головой, но промолчала, видя в словах пони скрытый смысл. Взлетев, мы стали подниматься все выше и выше, до уровня облаков. На такой высоте деревня была как на блюдечке, а его жители, уже занимающиеся своими делами выглядели едва заметными маленькими фигурками. Но, нам была интересна не поверхность Эквестрии, а ее высь.
И нужное нашлось легко. Кроме нас в небе было еще только трое пегасов. Фоундинг, Беатрикс и Сноу Фрост. Все с оружием и в доспехах. Сейчас вся троица летала в холодных небесах и собирала из облачков вокруг одно большое облако, которое, как я понимаю, должно было стать небесным островом, на котором и сразятся Боуд и Мисти Вар.
Обменявшись приветствиями, мы присоединились к ним. Впятером мы довольно шустро собрали обычный небесный остров, представляющий из себя почти идеально ровный круг в две дюжины легов диаметром. Еще мы поставили чуть сбоку и выше отдельно еще несколько облаков, на которых должны были располагаться вальтуры, то есть мы, наблюдая за ходом боя. И, наконец, мы сделали еще один слой облаков над основными, формируя своего рода крышу над первым. Облачный пол и потолок без стен в итоге получились, когда мы закончили пинать облака.
Как я поняла из объяснений, бой будет проходить в воздухе между двумя этими слоями облаков, высота между которыми составляла две с половиной дюжины легов. Покидать пределы этой очерченной арены запрещено, пробиваться через облака вверх или вниз запрещено, так что у них будет только пространство в пределах этих облаков, где можно летать и мутузить друг друга. “Пол” был составлен из более толстых облаков, так что в случае падения тело пегаса не должно было его пробить, а наоборот, смягчить удар и защитить от травм. В общем, те пони, кто придумали хольмхим, предки моих предков, что сейчас сооружали эти облака, позаботились о том, чтобы участники дуэлей имели побольше шансов выжить.
Когда мы уже почти закончили, прибыла и Боуд. Как и остальные пегасы – в полном вооружении. Мы уселись отдохнуть на сделанных облачках, все же держаться долго в воздухе для местных пегасов было непросто – из-за обилия брони на теле. Мне пока что было проще, чем им, но это пока что. Если я все же приму решение вступить в дружину Боуд, то доспехи придется носить и мне. А значит, мне придется научиться летать и ходить с этим весом на себе.
— Я разместила грозовое облачко вон там. Сверху покрыла его обычным, так что его не заметно, но если наступить сквозь такой тонкий слой, наступишь и на него. Это вызовет удар молнии и на некоторое время оглушит Мисти Вара. Главное тебе заманить его на это место. – Сообщила Беатрикс тэну, когда они стали осматриваться на сооружённом нами острове. Моя мордочка помрачнела – сражаться честно Боуд не собиралась. И даже “нейтральные” вальтуры Беатрикс и Сноу Фрост не собираются быть действительно нейтральными. Но я промолчала, заключая сделку с совестью. Может, это все ради все же высокой цели – чтобы Боуд осталась тэном? Она же вроде неплохой лидер, а Мисти Вар может будет плохим, поэтому ему и не хотят члены клана отдавать власть через хольмхим.
— Если он придет. Может он передумал и решил остаться дома. – Шутливым голосом предположил Фоундинг.
— А может виндиго пролетят мимо Мисти именно в тот момент, когда он будет подниматься к нам и превратят его в ледяную сосульку, которая рухнет вниз и разобьется на тысячу осколков? – Со смешком поддержала разговор Джавелин, давая жеребцу шуточный удар под ребра.
— Лучше бы ему появиться. Иначе я улечу обратно вниз, укушу его за ушко и так и потяну сюда. – Произнесла Боуд с улыбкой, но та была весьма напряженной. Как бы пегаска не пыталась выглядеть непринужденно и уверенно, ей явно было не по себе от предстоящего боя. Фоундинг тихо засмеялся, но затем его мордочка тоже стала задумчивой.
— Если он действительно не придет, наверняка можно будет найти решение и получше, чем бой. Мисти Вар глупый пони и упрямый как осел, но он все же член клана и семьи. Не хотелось бы, чтобы все закончилось кровопролитием. – Слова кремового жеребца вызвали у меня вздох облегчения. Ни я одна была против насилия и резни. Даже у древних пони, у него, по крайней мере, это не вызывало восторга.
— Разве нельзя решить дело миром? Боуд, зачем ты согласилась принять его вызов? – Спросила я, цепляясь за росток надежды избежать хольмхима. Хоть я и не должна была в нем драться сама, но чтобы дрались другие – это тоже было плохо. Мой вопрос сразу привлек внимание всех пони, мгновенно разговоры стихли и на мне сошлись взгляды пяти пар глаз.
— Нельзя. – Покачала головой Боуд, внимательно смотря своими голубо-зелеными глазами на меня. – Не принять вызов – бесчестье и позор. Я не могла отказаться от вызова, брошенного мне Мисти Варом. А теперь и он не может отступить. Если он не явится – он тоже будет опозорен, станет изгоем в клане. Поэтому хольмхим состоится в любом случае.
На этой “приятной ноте” разговор окончательно увял. Росток надежды увял, не дав всходов. Все лишь молча смотрели по сторонам и вниз, ожидая прибытия противника синей пегаски. И он не особо заставил себя ждать. Мисти Вар появился в сопровождении двух вооруженных пони, кобылы и жеребца, которых я видела с ним за одним столом на пиру ночью. Видимо близкие друзья или даже родственники. Мы встали полукругом, а Боуд и Мисти приземлились на небесном острове под “облачным потолком” и направились с разных сторон к его центру.
— Итак, мы все здесь. Хорошо. Ты готова? – Обратился он к сопернице он с уважительным приветственным кивком. Его голос тверд и спокоен. Он готов к бою.
— Боуд, я добровольно вызываюсь сражаться вместо тебя. – Встряла Джавелин, не спуская глаз с Мисти Вара.
— Твое предложение унижает меня. Это МОЙ бой. – Медленно покачала головой Боуд, отказываясь от ее предложения. Ее тон четко говорил – это решено и это не обсуждается.
— Хорошо. – Тяжко вздыхает дружинник, но все же кивает, принимая ее выбор. – Я понимаю. Да хранят тебя предки, Боуд.
После Джавелин, речь взяла себя Беатрикс, громко и четко обращаясь к вставшим напротив друг друга поединщикам.
— Ты бросил вызов, а значит ты озвучиваешь цель поединка и награду, а также судьбу проигравшего. – Обратилась она к Мисти Вару. – Боуд, ты приняла вызов, ты выбираешь оружие и доспехи, которыми будете сражаться вы оба и условие окончание поединка. – Это уже было сказано тэну.
— Я, Мисти Вар, сын Шарпа Блейда, вызываю тебя, Боуд, дочь Вайз Маттер, на бой за право управлять нашим кланом. – Заговорил медленно Мисти Вар, проговаривая явно некую традиционную ритуальную фразу. – Победитель станет тэном Форествилля и поселится в доме тэна. Никаких других наград победитель не получит. Проигравший, если выживет, должен дать клятву верности победителю. Или поплатиться жизнью – на усмотрение победителя. Если поникто то из нас погибнет во время этого поединка, его тело будет похоронено рядом с его предками.
— Я, Боуд, дочь Вайз Маттер, принимаю вызов Мисти Вара, сына Шарпа Блейда, на бой за право управлять нашим кланом. Разрешено любое оружие и доспехи. Поединок окончится, когда один из бойцов падет мертвым или окажется неспособным продолжать бой. – Не менее церемонно заговорила Боуд, озвучивая свою часть условий поединка. Беатрикс, явно исполняя обязанности судьи кивнула им обеим.
— Согласны с озвученными условиями? – Обратилась она с вопросом к двоюродным брату и сестре и те согласно кивнули. – Да хранят вас предки и порадует кровопролитие виндиго. – С этими словами она взмахнула крыльями, давая сигнал к началу поединка и удалилась на места для вальтуров. Мы последовали за ней и устроились на облачках сбоку от арены. Ветер дул в нашу сторону, так что все было прекрасно и видно, и слышно.
— Вызов бросили вам, поэтому первый удар за вами. – Произнес Мисти Вар с уважением в голосе, расправляя крылья и поднимаясь в воздух, Боуд повторила вслед за ним. Оба пегаса зависли в воздухе на середине доступной им высоты, внимательно смотря друг на друга. Мы тоже затихли, наблюдая со своих мест за начавшимся хольмхимом.
С минуту они медленно парили, покачиваясь на легком ветру. А затем Боуд резко сорвалась вперед, несясь на полной скорости на своего соперника, в ее правой ноге было зажато копье, готовое пронзить соперника. Ее первый удар, рискующий стать на такой скорости и последним для Мисти Вара. Но жеребец лишь спокойно смотрел на атакующую пегаску. И в последний момент изящным движениям ловко уклонился от ее удара. Прям как я в драке с Фоундингом. Лишь в последний момент Боуд едва успела уклониться от встречного удара копытом, сделав резкий поворот в сторону и сорвавшись в пике.
Мисти Вар бросился за ней, стараясь сам уже пронзить копьем свою сестру, но не успел. Пока он набирал скорость, Боуд уже активно маневрировала в воздухе, уклоняясь вовсю от его попытки атаковать. Бой превратился в собачью свалку, где на первый план вышла маневренность, каждый пегас пытался обойти соперника сбоку или с тыла, сев ему на хвост. Но – безрезультатно. Эти двое стоили друг друга. Но долго так продолжаться не могло – полетав с четыре минуты в непрерывных догонялках, тяжело дышащие воины опустились на облака в отдалении друг от друга, чтобы отдохнуть.
— Ты оттачивала свои навыки, даже когда твой отец был далеко и не мог помочь тебе. – Заметил Мисти Вар, когда отдышался. Не так уж много они и летали, но вот тяжелые доспехи вносили свои коррективы. Сейчас на их телах были открыты только крылья и мордочки, не более того. Отличная защита от ударов со всех сторон, но их вес сильно сковывал их маневренность и быстро утомлял воинов.
— Он обучал нас обеих. Что ты имеешь против него? – Ответила ему тоже восстанавливающая дыхание Боуд. Оба пегаса сидели на крупах на мягких облаках, держа оружие под копытом, готовые взметнуться в воздух на любое движение соперника.
— Он был великий воин и я уважаю его за это – как и все остальные. Но если принцепс завтра созовет легионы из дружин тэнов и фирдов, то сколько здоровых воинов сможет выставить наш клан? Дюжину? Множество семей овдовели, а всему виной Хардур Стромл и его безрассудные походы. И ты это прекрасно знаешь.
Боуд промолчала, не удостоив реплику жеребца ответом, лишь расправила крылья, промедлив всего секунду за ней повторил и Мисти Вар. Пегасы снова взлетели, отдохнув и готовые к новому раунду боя.
Не теряя времени оба пегаса ломанулись в атаку. Боуд по прежнему зажимала в ноге копье, а вот Мисти преподнес ей сюрприз. Когда они уже почти сблизились и Боуд села ему на хвост, он резко развернулся и с его ног слетела мгновенно раскрывшаяся сеть. Лишь в последний момент Боуд успела увернуться от опасности. Но у жеребца еще в избытке было таких боеприпасов. Пегаска лавировала вверх и вниз, влево и вправо, по всему кругу арены, хаотично меняя высоту и направление полета, пока брат упорно гонял ее, закидывая сетями, от которых она пыталась увернуться.
Один из снарядов все же частично попал в цель, зацепившись за левое крыло пегаски, спутав его и та полетела вниз, тщетно пытаясь удержать закованное в броню тело на одном крыле. Но ей лишь удалось смягчить свое падение, рухнув на мягкие облака. Не теряя времени она стала срывать с себя запутавшуюся сеть, грызя тонкое волокно зубами и дергая копытами, но Мисти Вар не дал ей времени. Приземлившийся рядом жеребец набросился на нее, перекинув в крыло топор. С замершим сердцем я увидела как лезвие топора обрушилось на спину кобылы, но тот не смог пробить ее доспех. Тяжеленая броня, которая мешала летать, выполнила свою задачу, ради чего ее и терпели.
Мисти замахнулся для нового удара, но Боуд извернулась и взмах прошел по касательной, снова не пробив железные чешуйки. Кобыла все же вырвалась из сетей и подсекла ногу Вара, белый пони рухнул мордочкой вниз, выпуская из хватки перьев свое оружие, но мигом восстановил равновесие и ударил тэна головой в шлеме. Ответом ему был яростный удар копыта, одетого в железный накопытник.
В ярости они набросились друг на друга, завязывая жесткую копытопашную. Длинное и неудобное в такой свалке оружие слетело из креплений на седле и в дело пошли удары ногами. Мисти Вар был крупнее и сильнее, но его двоюродная сестра уже успела почерпнуть у меня пару приемов, которые позволили ей заломить его ногу в болевой захват, заставив заорать от боли и начать спешно вырываться. На большее Боуд не хватило и она обессилено отпустила могучего воина.
Соперники отползли друг от друга, тяжело дыша. От прежнего лоска не осталось и следа – доспехи помяты, перья растрепаны, хвосты взъерошены и торчат клочьями. Бой давался им нелегко, это было видно издалека. Копья и топоры валялись вокруг на облаках, сорванные во время драки и поединщики не спешили их подбирать. И все это в полной тишине, нарушаемой шумом ветра и дыханием соперников. Вальтуры смотрели за поединком молча, снизу не доносилось ни звука и даже сам бой был удивительно тихим, совсем не таким как в фильмах что показывали в новомодном кино дома. Никаких зычных боевых кличей и уж тем более закадровой музыки. Только лязг металла и не более того.
— Ты почти также хороша, как твой отец. Если ты победишь, я надеюсь, из тебя тэн получится лучше, чем из него. – Заговорил Мисти Вар спокойным голосом, словно не чувствуя боли в ноге, когда уже перевел дух.
— Я надеюсь, ты станешь моим дружинником. – Ответила в тон ему Боуд, в чьем голосе тоже было минимум эмоций, словно она не была только что в жесткой драке.
— Моя честь обязывает меня к этому. А если победа будет за мной, ты можешь стать моим. Скажи мне – как ты собираешься управлять нашим кланом?
— Мы обеднели и пони живут в нищете. Я хочу увидеть Форествилль процветающим. Благо мы находимся на торговом пути и это вполне нам по силам. А я и моя дружина будут защищать пони клана от врагов, которые покусятся на наше добро.
— Тогда ты и впрямь мудрее своего отца. Если ты победишь, я почту за честь служить тебе. Но… хватит болтать. Покончим с этим. – С этими словами пегасы снова взмыли в небо. Теперь инициатива была за Боуд. В этот раз уже в ее ногах были еще пока не потраченные сети, Мисти Вар же подхватил оброненный топор. Схватка закипела с новой силой. Боуд пыталась спеленать его сетью, как это он уже сделал с ней, Мисти Вар уклонялся. Но, летали они уже куда медленнее, порядком устав за время боя и это играло на копыто Боуд.
После нескольких промахов, Мисти Вар все же попытался атаковать тэна, пока все же удача не изменила ему, но та словно этого и ждала. Последняя сеть раскрылась прямо перед ним, в упор, обвила тело жеребца, и тот камнем полетел вниз. Боуд не стала смотреть на это, а набросилась на противника, толкая его в сторону…. В сторону “особенного” облачка. Двое пони рухнули все в паре шагов от него. Мисти Вар, не подозревая о ловушке яростно отбивался от набросившейся на него пегаски, пытаясь избавится от сети и отходя назад, прямо на заготовленную ловушку….
Гром и молния! Воздух сотрясло звуковой волной, а тело пегаса пронзила молния. Это оказалось последним ударом для истощенного воина и тот без сил рухнул на мягкое облако, нанесшее ему коварный удар. Удар копыта Боуд по голове окончательно выбил из него дух. Подняться он уже не смог. Мисти Вар проиграл.