Твайлайт смотрела в потолок. Она лежала на кровати. На полу стоял поднос с едой. Она мало что помнила с того момента, как села в кресло, и до того, как оказалась здесь. Она не заснула и не проснулась. Она всё это время бодрствовала. Воспоминания просто ускользали от неё, словно сон. Единорожка чувствовала, как детали рассыпаются, словно песчаный замок под волной. Её ведь сюда принесли, да? Она сама пришла? Что-то было не так, словно она существовала только сейчас, в этом моменте, а прошлое становилось размытым, неясным и нереальным.
Прошло несколько минут, прежде чем она смогла встать. Ей казалось, что ноги должны быть слабыми и дрожащими, но с ними всё оказалось в порядке. Она чувствовала себя хорошо. Всё было... хорошо.
Она чувствовала себя опустошённой.
Твайлайт села перед едой, просто глядя на неё. Она знала, что лучше всего просто поесть, лечь спать и постараться утром почувствовать себя лучше. Так было бы безопаснее.
Эмоции нахлынули откуда-то из глубины её души. Она схватила поднос и швырнула его об стену, разбрызгивая еду во все стороны.
— С меня хватит! — воскликнула Твайлайт. Она схватила вилку с подноса и начала возиться с замком на кольце-подавителе. Её копыта дрожали, когда она пыталась его открыть.
Дверь открылась, и вошли двое санитаров. Доктор Ноэль стояла прямо за дверью, наблюдая.
— Твайлайт, пожалуйста, успокойтесь. Если вы слишком разволнуетесь, то можете навредить себе, — тон Ноэль был почти гипнотическим. — Мы все просто хотим вам помочь. Вы же знаете.
— Мне не нужна помощь! — крикнула Твайлайт. — Я довольна собой!
— Вы счастливы только потому, что не знаете лучшего, — произнесла Ноэль. — Вы могли бы стать частью общества. У вас могли бы быть настоящие друзья. У вас могла бы быть жизнь, в которой вам не пришлось бы воровать и причинять боль другим.
— У меня есть друзья.
— И, возможно, когда-нибудь им посчастливится прийти сюда и исцелиться, — улыбнулась Ноэль. — Вы мало рассказывали мне о них во время наших сеансов. С нетерпением жду момента, когда узнаю их имена.
— Сеансов? О чём ты? Я здесь всего два дня!
— Два дня? — рассмеялась Ноэль. — Вы всегда так говорите после наших встреч. Твайлайт, вы здесь уже больше месяца. — Она повернулась к охранникам. — Отведите её к Зеркалу Авроры. Думаю, мы близки к прорыву.
В Эквестрии выдался прекрасный денек. Твайлайт Спаркл шла по коридорам замка Кантерлот и задержалась, оглядывая окрестности. На небе не виднелось ни облачка. Всё было замечательно, а погода настроена как лучшие часы.
Сегодня она собиралась брать частные уроки у Сансет Шиммер, Архимага Эквестрии. Это была большая честь, но Твайлайт доказала, что достойна этого, хотя и не совсем понимала, как именно. Конечно, это уже неважно. Главное, что она счастлива, уважаема и любима пони.
Единорожка поднялась по лестнице высокой башни, из каждого окна которой открывался тот же вид на окрестности, и добралась до покоев Сансет. Дверь открылась, когда она вошла — Архимаг ее ожидала.
— Привет, Твайлайт, — произнесла Сансет, одна из её лучших подруг. — Сегодня мы будем работать над магией исцеления.
— Магией исцеления? — спросила Твайлайт. — Почему?
— Потому что это помогает пони. Я этим и занимаюсь. Помогаю пони. Ты тоже можешь так делать.
— Что? — нахмурилась Твайлайт. — Но ведь ты на самом деле хороша в… магии огня.
Она пыталась вспомнить, почему.
— Это кажется очень опасным. Лучше тебе поучиться чему-нибудь другому, — заметила Сансет.
— Нет, я знаю, что ты эксперт по пиромантии, — возразила Твайлайт. — Я видела это. Ты взорвала всех этих зомби, и повсюду был огонь, и ты заставила меня прочитать брошюру…
Твайлайт почувствовала, как всё вокруг неё начало меркнуть. Вселенная рухнула.
— Неудачно, — заметила доктор Ноэль, заполняя отчёт. Конечно, для её собственного использования. Они скрывались чрезвычайно тщательно, как и все остальные отчеты по проваленным сеансам. — Зеркало Авроры — мощный инструмент добра, но мы всё ещё учимся им пользоваться. Я и не знала, что она действительно встречалась с Архимагом.
— Да, мэм, — послушно ответила её помощница. Она была белой кобылой с синей гривой. Когда-то у неё была метка, в другой жизни, которую она сейчас не помнит. Несколько сеансов с Зеркалом Авроры сломали её, и теперь она стала идеальной секретаршей.
— Но мы определённо начинаем двигаться вперёд, — отметила Ноэль. — На этот раз ей не удалось снять подавляющее кольцо. Обработка начинает действовать.
— Да, мэм.
— Приходило ли что-нибудь, пока я была занята?
— Ещё одно письмо от капитана Шайнинг Армора. Он требует встречи с сестрой.
— Обычные угрозы?
— Да, мэм.
— Тогда просто отправьте письмо по тому же образцу. В настоящее время ей не разрешается принимать посетителей, — Ноэль закончила оформление документов и убрала их в папку.
Твайлайт тяжело опустилась за стол тюремной столовой. Она даже не взглянула на еду.
— Ты как Тартар прошла, — пробормотала Октавия своим обычным дипломатичным тоном, в том смысле, что дипломатия иногда подразумевает войну.
— Это должно было быть легко, — сказала Твайлайт. — Войди, вывести тебя, и дело в шляпе.
— Да, реальность оказалась сложнее, — согласилась Октавия. — Я же говорила: даже если бы я захотела уйти, я не смогу. Я должна взять вину на себя.
— Как думаешь, долго ты еще продержишься? — спросила Твайлайт. — Рано или поздно они вытащат из тебя её имя. А если и не вытащат, то потому, что ты не будешь помнить, кто она.
— Это безнадёжно, — прошептала Октавия.
— У меня есть план, — произнесла Твайлайт. — Но мне нужна твоя помощь. Если ты не поможешь, то закончишь вот как она… — единорожка указала на кобылу с голыми боками в другом конце комнаты, которая как раз пыталась построить замок из картофельного пюре. — Либо ты сражаешься снаружи, либо умираешь изнутри.
— Ладно, делись планом. Он не сработает, но, может быть, я смогу уберечь тебя от гибели.
— Мне нужно снять это кольцо с рога, — начала объяснять Твайлайт. — Сама я не могу. Каждый раз, когда пытаюсь, копыта начинают дрожать. Но, держу пари, они не сделали так, чтобы подавитель не могла снять ты.
— А что потом? — спросила Октавия. — Ты собираешься попытаться пробиться отсюда сквозь всю Королевскую Гвардию?
— Ну, я смогу придумать план получше, как только у меня перестанет дискордовски болеть голова, но сражение с Королевской Гвардией оставлю на план Б, — безжизненно произнесла Твайлайт. — А теперь вставай и сделай вид, будто я только что назвала тебя ТУПОЙ ГРЯЗЕПОНИ!
Октавия вскочила на копыта.
— Как ты смеешь! Я получила классическое образование! — Она прыгнула через стол на Твайлайт, опрокинув их подносы на пол и схватив вилку. Заключенные встали кругом, чтобы посмотреть, задержав охранников.
Твайлайт перекатила Октавию вместе с собой под стол. Вилка одним движением согнулась о пол, оставив прямым один зубец. Октавия воткнула её в крошечный замок и несколько мгновений пыталась его открыть, несколько раз пнув стол, чтобы всё выглядело так, словно они дерутся. Давление на рог Твайлайт внезапно ослабло, словно из шарика выпустили воздух.
Октавия потянулась к нему, но Твайлайт перехватила её копыто.
— Оставь, — прошептала она. — Если они увидят, что кольцо снято, то наденут его обратно!
Октавия кивнула, и наконец появились охранники, разняли их и вытащили из-под стола.
— Мисс Спаркл, — заговорила доктор Ноэль, и её голос заставил замолчать толпу заключённых. — Я думала, мы продвигаемся. Отведите её к Зеркалу. Нам нужно… обсудить последние события.
Октавия с тревогой наблюдала, как Твайлайт утаскивали — единорожка даже не пыталась сопротивляться.
Твайлайт хмыкнула, когда охранники усадили её в кресло и вышли. Она снова не могла пошевелить ничем, кроме рта, что было вполне нормально, ведь рот всегда был одним из её главных орудий, сразу после мозга и, возможно, милого крупа.
— Знаешь, можно сделать эту штуку более… как это… аэргодинамичной?
— Эргономичной, — поправила Ноэль. — Я учту это. Спасибо за отзыв.
— У меня от неё со временем начинает болеть спина. Ну, и ещё от сверления мозга ледяным буром, — Твайлайт ненадолго замолчала. — Знаешь, что? Давай попробуем что-нибудь другое. Давай ты сядешь в кресло, а я буду нажимать кнопки.
— Не думаю, что это поможет вашей терапии, — приподняла бровь Ноэль.
— Вообще-то, мне бы стало гораздо лучше, — рог Твайлайт вспыхнул розовым светом, и она скатилась с кресла. Вернее, она использовала магию, чтобы оторваться от него, как лопатка снимает блин со сковороды.
Ноэль открыла рот, чтобы позвать охранников. Твайлайт накрыла комнату пузырём тишины, а затем сделала то, что хотела проделать очень давно. Она ударила Ноэль по носу с такой силой, что что-то сломала. Синяя шерстка Ноэль оказалась забрызгана двумя красными потоками, и у неё не нашлось шанса сосредоточиться, чтобы сотворить заклинание и предотвратить то, что произошло дальше.
В неестественной тишине, где они обе слышали только биение собственных сердец, Твайлайт схватила Ноэль и швырнула на кресло. Доктор обмякла, когда чары парализовали её. Твайлайт сняла подавитель, и надела на рог Ноэль, надёжно зафиксировав.
Ноэль посмотрела на неё, испуганная и мучимая болью. Твайлайт посмотрела на Зеркало Авроры. Затем подошла к пульту управления и наугад нажала несколько кнопок. Глаза Ноэль широко раскрылись. Твайлайт помахала на прощание и пошла к двери, пустив разряды магии в двух жеребцов.
Ноэль смотрела в Зеркало, вглядываясь в своё отражение в волшебной, идеальной тишине.
Октавия сидела в своей камере, уставившись в стену. Рядом лежала скрипка — не самый любимый её инструмент, и звучала она так, будто была сделана из бальсы, но играла она на ней довольно хорошо. Земная пыталась играть с тех пор, как её насильно вернули в камеру за драку, но вдохновение никак не приходило.
В дверь постучали. Октавия встала и, помедлив мгновение, взяла скрипку за гриф, размахнувшись ею, как дубинкой.
— Твайлайт была права в одном, — пробормотала она. — Если я буду вести себя хорошо и ждать, то прожду всю оставшуюся жизнь.
Дверь открылась, и Октавия нанесла удар. Скрипка разбилась о череп, бальса треснула сразу в нескольких местах. Твайлайт ввалилась в комнату и, сделав несколько неуверенных шагов, рухнула на пол.
— Ты выбралась? — удивленно спросила Октавия.
— Шашки Барблснёрфа, — ответила Твайлайт. В голове это звучало более логично, но, к сожалению, её голова была слегка сотрясена, и ей потребовалось несколько мгновений, чтобы перестать видеть звёзды и пытаться говорить на их таинственном космическом языке.
Октавия помогла ей подняться и встряхнула, что было ужасной первой помощью для пони с травмой головы, но метка Октавии не связана с медициной, а земные пони обычно справлялись с травмами, притворяясь, что им не больно, и втирая в рану землю. Не потому, что они были невежественны, а потому, что, как и во всех цивилизациях, традиции гораздо сильнее здравого смысла.
— Твайлайт, сосредоточься! — крикнула Октавия. — Я ударила тебя не так уж и сильно! Это всего лишь скрипка! Она почти ничего не весила!
— Больше походило на клавесин, — пробормотала Твайлайт, когда та часть её мозга, которая управляла словами, наконец-то восстановила связь с ртом. Она потёрла голову. — Напомни не устраивать тебе вечеринок-сюрпризов.
— Как ты выбралась? — спросила Октавия.
— С помощью магии, конечно же. Я бросила Ноэль в кресло и оставила там, — Твайлайт огляделась. — Эй, а твоя камера больше моей! Где справедливость? Я мастер-вор!
— Если тебе тут так нравится, можешь забирать, — ответила Октавия. — А я всё ещё намереваюсь уходить.
Твайлайт кивнула и вернулась к двери, оглядываясь по сторонам, пока открывала её. В коридоре было тихо и пусто.
— Ладно, путь чист, — прошептала Твайлайт. — Я отключила здесь чары наблюдения, так что у нас есть немного времени. — Она бросила Октавии связку ключей. — Помоги мне открыть эти двери.
Через несколько минут вокруг стояло несколько десятков пони, медленно и растеряно расхаживающих вокруг.
— Пони, слушайте, — заявила Твайлайт. — Нам нужно отвлечь внимание, чтобы выбраться отсюда. Всё, что вам нужно сделать — устроить беспорядок и занять охрану, и у вас тоже появится хороший шанс сбежать.
Заключённые, в основном осужденные за ненасильственные преступления, обычно связанные с бухгалтерией или уклонением от уплаты налогов, уставились на Твайлайт.
Октавия вздохнула, подошла к толпе, ударила долговязого единорога и подняла его над головой.
— ВСЕ ПОНИ, БУНТ! — закричала земная, швыряя жеребца в толпу, словно кричащий дротик. Пони отреагировали совершенно естественно — начали кричать и бегать кругами, круша всё на пути.
— Почему они послушали тебя, а не меня? — нахмурилась единорожка.
— Это называется сценическое обаяние, — ответила Октавия. — И мне кажется, я слышу приближающийся топот бронированных копыт. Пойдём?
Путь к тюремной администрации преграждала тяжёлая бронированная дверь, спроектированная так, чтобы противостоять магии и силе земных пони, и, по странному решению инженеров, ответственных за её создание, сделанная из сплава, который драконы находили таким же аппетитным, как ложку сиропа рвотного корня.
Октавия ещё несколько раз пнула охранника, стоявшего возле неё на страже, и потерявший сознание жеребец безвольно катался под ударами, пока Твайлайт пыталась подобрать ключи на связке. Это была огромная, звенящая штука, которая, вероятно, открывала все двери в здании. Она оказалась бы ещё полезнее, если бы кто-нибудь догадался пометить эти дурацкие штуковины.
— На десятый раз — повезет, — сказала Твайлайт. После нескольких попыток она выругалась на гасконьском и попробовала следующий ключ. — На одиннадцатый раз — повезет… Эй, на этот раз это действительно повезло! — Дверь распахнулась.
— Беспорядки долго не продлятся, — предупредила Октавия. — Нам нужно торопиться.
— Не волнуйся, — пренебрежительно махнула копытом единорожка. Она закрыла за ними дверь, и замок щёлкнул. — Мы уже почти выбрались. Здесь должен быть ещё один вход для персонала. Им же не приходится постоянно проходить через всю тюрьму.
— Твой основной план — просто вывести нас через чёрный ход? — Октавия приподняла бровь. — Я думала, это будет что-то более драматичное, типа погони на скоростном дирижабле или портала в Тартар.
— Не знаю, заметила ли ты, но мы уже в Тартаре. Мне все кажется, что вот-вот сверну за угол и обнаружу Цербера, — Твайлайт остановилась перед указателем, быстро его изучила и кивнула Октавии следовать за ней.
— Они увидят, как мы уходим, — заметила земная.
— Нет, если мы замаскируемся, — Твайлайт остановилась перед кабинетом и открыла дверь. — Видишь ли, я так понимаю, что...
— Винил?! — ахнула Октавия.
— Вызывающе, и, возможно, выглядеть будет неплохо, но я... — Твайлайт остановилась, увидев кобылу, стоящую в кабинете. Это оказалась безмятежно ждущая помощница Ноэль. — О, э-э, привет. Мы просто идем мимо.
— Винил, как ты сюда попала?! — воскликнула Октавия, отталкивая Твайлайт с дороги прямо на вешалку и спеша к кобыле.
— Приёмные часы доктора Ноэль с шести до девяти, утром и вечером, — бесстрастным голосом произнесла белая единорожка. — Если вы хотите оставить сообщение, я позабочусь, чтобы она его получила.
— Нет... — прошептала Октавия, касаясь лица Винил. — Я... всё это было зря?
— Подожди, это твоя подруга? — спросила Твайлайт.
— Винил Скрэтч, — произнесла Октавия. В глазах кобылы не появилось ни капли узнавания. — Она была здесь всё это время, а я и не знала? — Земная пони замолчала. — …Нет, дело не в том, что я не знала. Эта… эта лошачиха заставил меня забыть! Вот почему моя комната больше твоей! Она изначально рассчитывалась на двух пони! Рассчитывалась… а потом её забрали, и… — Октавия опустилась на колени.
— Октавия! Вставай! — позвала ее Твайлайт. — Нам нужно убираться отсюда. Мы возьмём её с собой. Ноэль оставила здесь пару запасных униформ, так что мы можем…
— Я не пойду, — прошептала Октавия. — В чём смысл? Ее нет, и я ничего не могу сделать.
— Вечная ночь… — прошипела Твайлайт. — Так, ты. — Она указала на Винил. — Ты ассистент доктора Ноэль, верно? Значит, ты знаешь, где она хранит все свои записи о Зеркале Авроры.
— Да, мэм, — ответила Винил.
— Где они? — спросила Твайлайт.
— Мне нельзя вам этого говорить.
У Твайлайт дёрнулся глаз.
— Хорошо. Ладно. Условие не разглашать секреты. Слушай внимательно — я не хочу, чтобы ты рассказывала мне что-то секретное, хорошо? Просто кивни.
Винил кивнула.
— Отлично. Доктор Ноэль сказала, что оставила мою раскраску там же, где хранит свои записи о Зеркале Авроры. Не могла бы ты её поискать?
— Конечно, мэм, — Винил подошла к картотечному шкафу и отперла его, выдвинув нижний ящик и начав просматривать папки.
Твайлайт наложила на неё сонное заклинание.
— В этом и проблема с магическим принуждением, — хмыкнула Твайлайт. — Нужно быть предельно конкретным. Ей было сказано не раскрывать ничего секретного, но я попросила её помочь мне с чем-то совершенно безопасным.
Твайлайт достала папки, просматривая их.
— Давай посмотрим... медицинские карты пациентов... эксперименты с другими видами... здесь должно быть что-то полезное...
— Что ты вообще ищешь?
— Вот это! — Твайлайт вытащила сложенную схему, развернула и разложила на столе. — Схема чар! Она хотела наладить массовое производство этой штуки, помнишь? И это всё просто — так, что даже государственный подрядчик справится.
— Сжечь, — прорычала Октавия.
— Ещё нет! Мне нужно ее изучить... — Твайлайт посмотрела на руны. Она была самоучкой, но училась быстро. — Думаю, смогу придумать контрзаклинание. Я знаю основы, и кое-кто однажды дал мне брошюру с полезными советами, как снимать проклятия.
— Что за брошюру… — начала Октавия, прежде чем Твайлайт, бормоча себе под нос, обошла стол и коснулась рогом лба Октавии. Взгляд земной пони затуманился, и она застыла на месте.
— Сработало? — спросила Твайлайт.
— Вся жизнь пронеслась перед глазами!
— В хорошем смысле?
— Как вечность, спрессованная в долю секунды. Я помню каждую деталь своей жизни. Каждое чувство, все, что ела, каждый раз, когда любила пони…
— Идеальная память может оказаться побочным эффектом. С другой стороны, эти воспоминания будут очень устойчивы к дальнейшим изменениям, — Твайлайт улыбнулась. — Неплохо для того, что я соорудила на ходу, правда?
Октавия посмотрела на свой бок. Её метка раньше была выцветшей, как старая футболка, но теперь выделялась так же ярко и чётко, как в тот день, когда она её получила.
— А на Винил это подействует? — Октавия посмотрела на неё, всё ещё полуоглушенная заклинанием восстановления памяти. — Я помню, как нас обеих сюда доставили. Я призналась в продаже наркотиков, но ей всё равно нужно было отсидеть несколько месяцев за отмывание денег через свой клуб.
— Наркотики? — Твайлайт подняла бровь.
— Ничего опасного, — быстро ответила Октавия. — Я тоже не одобряю, но Винил нужны были деньги для клуба, и она решила, что лучше избавиться от посредников и продавать их самой, чтобы быть уверенной, что её клиенты не получат ничего, что могло бы им навредить.
— И это? — Единорожка подняла бровь еще выше.
— Только спайсы, соли и зебриканская смесь, заставляющая чувства как бы... смешиваться, чтобы слышать цвета и видеть звуки.
— Скажи ей, чтобы она завязывала.
— Твайлайт, если ты сможешь ей помочь, я прослежу, чтобы она больше ни во что не ввязывалась.
Твайлайт кивнула и подошла к Винил. Затем глубоко вздохнула и соприкоснулась кончиками рогов. После вспышки Винил отскочила к стене, на её боку появились ноты, а копыта поднялись к глазам.
— Лягать! — выругалась Винил. — Мои ляганые… где мои… — она потрясла головой. — Эти крупоголовые забрали мои ляганые солнцезащитные очки! Они даже не спросили, зачем я их ношу! В мои ляганые глаза словно ляганые ледорубы вонзаются...
— Она очень светочувствительна, — тихо объяснила Октавия, обнимая подругу. — Винил...
— Окти, я сожгу весь этот ляганый город дотла, — произнесла Винил, не открывая глаз. — Эта лошачиха заставила меня заполнять документы и вести себя как её ляганая слуга. Где она? Я покажу ей, что нельзя связываться с кобылой, когда...
— О ней позаботились, — произнесла Твайлайт. — А теперь как думаешь, сможешь быстро выучить заклинание? У меня до сих пор копыта трясутся всякий раз, стоит подумать о взломе замка. Мне пришлось использовать ключ, чтобы попасть сюда. Ключ! У меня даже от собственных замков ключей нет!
— Ага, ага, — кивнула Винил, начиная успокаиваться, пока Октавия обнимала её и гладила по спине. — Я почувствовала немного, когда наши рога соединились. Это как, э-э, услышать мелодию. Напиши руны, и я смогу спеть припев.
Твайлайт набросала заклинание, которое сочинила, на листке бумаги. Винил приоткрыла один глаз и прищурилась, глядя на страницу.
— Ужасная рогопись, — заметила белая единорожка. — Если у тебя голова взорвётся, потому что я не смогла отличить фи от теты, ты сама виновата.
— Я рискну, — кивнула Твайлайт. Она подошла ближе, и Винил отпустила Октавию, чтобы наложить заклинание.
Это было словно молния, ударившая в мозг Твайлайт. Полузабытые сны всплыли в памяти вместе со всеми прочитанными книгами, ее интрижкой с Гильдой, которую она изо всех сил старалась забыть, с бесконечной чередой травм, дерзких побегов и краж. Все ложные воспоминания, которые Ноэль пыталась внедрить, чувствовались плоскими и безжизненными по сравнению с настоящими — такими же размытыми и нереальными, как сны.
— О небо, — выдохнула Твайлайт, отступая назад и кашляя. — Это было жёстко. Очень жёстко. — Она подняла копыто. Оно уже не дрожало. — Но, кажется, мне помогло.
— И что дальше в гениальном плане? — спросила Винил. — Думаю, он должен включать лекарство от мигрени.
— Что ж, мой гениальный план стал ещё гениальнее, — ухмыльнулась Твайлайт. — Охранники ведь привыкли к твоим постоянным приходам и уходам, верно?
— Простите, — спросила Винил, подходя к одному из охранников у служебного входа. — Беспорядки уже утихли?
— Ещё нет, — ответил жеребец. — Несколько заключённых всё ещё числятся пропавшими без вести, мэм, и мы не нашли доктора Ноэль.
— Понятно, — тихо ответила Винил. — Мне нужно отвезти интернов в больницу. Одна из них пострадала во время беспорядков.
Она провела Твайлайт и Октавию вперёд. Обе были в запасной форме, а у Твайлайт на голове красовалась крупная шишка — такую можно получить, если использовать струнный инструмент в качестве дубинки.
— Мне нужно увидеть ваши служебные удостоверения, и чтобы вы расписались, — попросил охранник. Винил кивнула и показала ему своё. У Твайлайт и Октавии с шей свисали обычные удостоверения с тюремным логотипом.
— Спасибо, — поблагодарила Винил.
— Вам вызвать скорую?
— У меня, э-э, нет страховки, — отказалась Твайлайт, покраснев. — Я бы очень хотела избежать лишних расходов, если получится. Я только что устроилась на эту работу, и стажировка оплачивается не очень.
— Ага, точно, — кивнул охранник. — Наверное, пока не покрывается льготами.
— Зато это стоит зачётных единиц в медицинском колледже, — хмыкнула мошенница, пытаясь храбриться, пока они расписывались в книге. — Послушайте, если доктор Ноэль спросит, скажите, что всё выглядело очень плохо, хорошо? Не хочу, чтобы меня уволили за то, что я ушла раньше.
— Просто принесите справку из больницы. Если у вас есть справка от врача, всё будет в порядке.
— Спасибо, — оперлась на Октавию единорожка.
— И не засыпайте! — крикнул охранник, когда они уходили. — Это плохой знак, если у вас сотрясение мозга!
Он улыбнулся про себя, гордясь, что вспомнил обучение оказанию первой помощи.
— Не ожидала я такого, — сказала Сансет Шиммер, заглядывая в комнату. — Да еще и посреди Кантерлота. Последнее место, куда заглянули бы.
Она неодобрительно покачала головой.
Доктор Ноэль безвольно смотрела в зеркало. Сансет наложила несколько заклинаний обнаружения, затем вошла и подошла к пульту управления. Она не стала бы Архимагом, если бы не вмешивалась в то, чего не понимала. Несколько нажатий кнопок — и едва заметное напряжение в комнате исчезло. Она начала что-то говорить, но тишина поглотила её слова. Архимаг закатила глаза и развеяла тишину быстрым и грязным контрзаклинанием, просто разорвав пузырь.
— Так-то лучше, — произнесла Сансет. — Доктор Ноэль?
Ноэль не двигалась и просто смотрела вверх. Слюна медленно стекала с уголка её рта.
Сансет помахала копытом перед лицом. Ноэль не ответила. Она даже не моргнула.
— Ладно, это уже немного жутковато, — пробормотала Сансет. Она вышла в коридор. Там стояли несколько пони в мантиях, наблюдая за собравшимися сотрудниками.
— Мэм, мы нашли документы, — сказала одна из пони, левитируя стопку папок к Сансет. — Всё, как описал ваш информатор.
Сансет листала папки, на ее лице любопытство постепенно сменялось яростью, а сотрудники тюрьмы нервничали.
— Нет, всё хуже, чем передал мой информатор, — выплюнула Сансет, отбрасывая очередное дело. — Я хочу, чтобы всех пони здесь поместили в камеры — отдельные камеры — пока я не решу, что с ними делать.
— Я требую разговора с принцессой! — крикнул кто-то из толпы. Уши Сансет дёрнулись, и она развернулась к толпе. Её грива развевалась сама собой, словно подхваченная невидимым ветерком.
— Кто это сказал?! — взревела Архимаг. Толпа расступилась, явив жеребца в костюме.
— Я… мы всего лишь выполняли приказы, — неуверенно пробормотал он. — Всё это делалось именем Селестии.
Сансет бросилась к нему.
— Так ты знал, что происходит, — угрожающе прошипела она.
— Я ничего не сделал! Я просто заполняю ведомости!
— И ты ничего не сделал, чтобы это остановить? — продолжила шипеть Сансет. Жеребец испуганно опустил глаза. — Вам всем повезет, если я не отправлю вас в Сталлионград и не велю там найти глубокую, тёмную дыру, где вас могут забыть!
Сансет развернулась и вытащила Ноэль из комнаты, унося её прочь от двери. А затем выстрелила туда вспышкой бирюзового пламени, разбивая зеркало и обрушивая погребшую все под собой крышу.
— Ненавижу волшебные зеркала, — проворчала она.
— Большинство сотрудников знали о происходящем, — сказала Сансет, расхаживая взад-вперед по переговорной. — В основном пациенты хорошо отреагировали на контрзаклинание, которое нам передали, но, к сожалению, доктор Ноэль всё ещё в коме.
— Что с ней случилось? — спросил Шайнинг Армор. Принцесса Селестия наблюдала за происходящим, просматривая официальные отчёты, подготовленные Сансет.
— Она осталась один на один со своим творением, работающим на максимальной мощности. Должно быть, это похоже на… пребывание в лимбе тысячу лет. Ни спасителя, который бы ей помог, ни даже мучителя, который составил бы компанию. Только она одна, в тишине.
Сансет встала у окна, глядя вниз, на двор.
— И я отправил Твайлайт туда, где они творили такое с пони, — прошептал Шайнинг Армор.
— Ты не знал, — заметила Селестия. — И, судя по всему, именно она… обнаружила эту маленькую проблему.
— Небольшую проблему? Разрушены жизни десятков пони! Некоторых из них следовало освободить много лет назад!
— Я помиловала почти всех бывших заключённых, — сказала Селестия. — Завтрашние заголовки в газетах будут довольно интересными.
— Ты помиловала Твайлайт Спаркл? — Сансет с любопытством отвернулась от окна.
— Хм. Не совсем, — возразила Селестия. — Но, думаю, благодаря оказанным услугам мы можем дать ей небольшую фору, прежде чем отправлять за ней Гвардию.
Твайлайт села за барную стойку, чувствуя, как океанский бриз обдувает её спину, а под копытами — песок.
— Всё время, пока я была в тюрьме, вы, ребята, прохлаждались на Барракудах? — фыркнула единорожка. — Меня не было несколько месяцев! Вы не думали, что чего-то могло пойти не так?
— Я действительно не могла позволить себе риск быть связанной с известной преступницей, — возразила Рарити. — Прости, дорогая. Меня отговорили от дерзкого спасения, и мне просто нужно было что-то сделать, чтобы справиться со стрессом от твоего пребывания за решеткой. Длительный отпуск показался мне естественным решением и вдохновил меня на создание всевозможных купальников для моей летней коллекции.
— Смотри на вещи с другой стороны, — предложила Гильда. — Газеты называют тебя героиней. Держу пари, ты могла бы дать несколько оплачиваемых интервью… но разве что в стране, откуда нет экстрадиции.
Твайлайт посмотрела на Мод. Кобыла задумчиво разглядывала свои копыта.
— Мод? — спросила Твайлайт. — А ты?
— Если подумать, песок — это миллионы и миллионы крошечных камешков, — произнесла земная кобыла.
— Верно, — вздохнула Твайлайт. — Следовало ожидать чего-то подобного.
— Тебе удалось вызволить свою подругу, верно? — спросила Гильда.
— Ага. И теперь она свободна и чиста. Селестия дала полное помилование всем пони. Почти всем.
— Всем пони, кроме тебя, — фыркнула Гильда, пытаясь сдержать смех.
— Ах да, можешь считать это смешным, но сегодня утром я нашла письмо на своей кровати. Селестия очень вежливо пригласила меня вернуться в Кантерлот, чтобы обсудить возможность помилования. Уж не знаю, телепортировала ли она его или за мной следит какой-нибудь секретный агент!
— Думаешь, это ловушка? — спросила гриффина.
— Думаю, мне уже надоели попытки пони меня перевоспитать, — фыркнула Твайлайт. — А теперь закажи мне выпить, и пройдемся по городу — стащим всё, что не приколочено.