# То, что видела Санни

Collagist5

Недавно произошедшее заставило Санни уйти в поход, чтобы успокоиться и прийти в себя. Поход оказывается неожиданно волнительным и не совсем утешающим. Но под конец всё становится гораздо лучше. . .

Все персонажи являются антропоморфными.

Посвящается моему старому протестному «я».

## I

Санни сидела и ждала. Ждала, когда Хитч придёт. Думала-думала. Сидела-сидела. «Может, нам не стоит туда идти? Походы – это, конечно, здорово, но–»

– ПРИВЕТИКИ! – раздался весёлый, громкий голос за её спиной. Это был Хитч.

– Т-TЫ ЧЕГО пугаешь-то?! Ты с ума сошёл? – чуть не уронив свой тяжёлый рюкзак, испугалась Санни.

– Ха-ха-ха, ты уж извини! Просто решил пошутить – ничего такого. Как же ты в заброшенном лагере будешь спать?

– ЧТО?

И тут подъехал Спраут.

– Чё, кого, ребят? Слыхал от Хитча, что вы вдвоём сегодня в поход аж на три дня. Такая жара будет на все выходные – вам надоело жить, что ли?

Санни покраснела и посмотрела на своего спутника.

– Хитч! Ты же обещал никому о нашем походе не рассказывать! – с упрекающим девичьим тоном сказала Санни.

– Мне пришлось ему сказать, потому что он нас подбросит, а потом увезёт. Думаешь, я люблю лишний раз напрягать свои «банки», которые набирают по три тысяча лайков в инсте?

Санни ещё сильнее покраснела.

– МНЕ ПЛЕВАТЬ НА ТВОЮ ПОПУЛЯРНОСТЬ! Особенно на твои мускулы, тьфу ты! Хотя я так бы хотела, чтобы ты ими меня обнимал. . . – закричала Санни, но мысленно проговорив последнее.

– Ладно, ребят, не ссорьтесь! Залезайте! У вас и так будет, о чём ссориться. – надев тёмные очки, успокаивал Cпраут.

Пара села в машину, и они помчались.

Пока Спраут пытался законопослушно соблюдать все правила, Санни никак не могла успокоиться. Её бедненькую молодую голову мучали мысли об упомянутом заброшенном лагере. Она на самом деле хотела побыть наедине с природой – чтобы успокоиться после одной тяжёлой ситуации. А Хитч ей был нужен как помощник по организовке похода. Но всё же, она хотела побыть в одиночестве – вдали от этой городской суеты.

Никто точно не знал, что произошло с ней. Может, воспоминания об умерших отце и матери чаще начали терзать, может смузи-бизнес стал сильно изматывающим, а может банальное желание уединиться.

Как сама Санни заметила, у неё такого твёрдого желания уединения не было никогда. Побыть наедине с самим собой.

– Ты как, Санни? Что-то ты грустно выглядишь совсем. Ты уж извини за грубость. Это из-за моей шутки и «банок»? – спросил Хитч.

– Какая шутка? – расширив глаза, как ребёнок, спросила Санни.

– Ну, про заброшенный лагерь. Это была просто шутка. Мы будем только в лесу, как ты и хотела.

– А. . .  Господи, ты меня очень напугал. . .

– Я и вижу. Ты уж извини, – серьёзнее сказал Хитч.

– Всё хорошо. А про «банки». . .  просто будь повежливее со мной. . . Мне и так тяжело и нервно.

– Хорошо. . .  Расскажешь всё потом в лесу?

– Не знаю. . .  БОЖЕ, СПРАУТ, ОСТОРОЖНО!

Спраут чуть не въехал на обочину из-за ужасных ям на асфальте.

– Эти так называемые «Эквестрийские власти» очень беспокоятся о равенстве и дружбе между нами, единорогами и этих, самых, пернатых. А О ДОРОГАХ – НИ СНОМ, НИ ДУХОМ. УРОДЫ.

– Эй, они называются пегасы, а не «пернатые»! – воспротивилась Санни.

Хитч положил свою ладонь на её плечо и начал успокаивать:

– Он на дороге, не обращай внимания.

– Но он же помощник шерифа, то бишь тебя! Он должен быть толерантным к другим расам!

– Ну, он раньше был моим помощником. . .  Всё же, Санни, он на дороге, не обращай внимания.

Санни надавила губу и окрестила его максимально, что по силам хиппи, злым взглядом и, хмыкнув, отвернула голову и начала дремать.

## II

Прошёл час.

– Вы, ребята, конечно, трёхнутые на всю голову, но я вам всё равно желаю приятных выходных. Слезайте, мы приехали, – остановив машину, уведомил Спраут.

Из-за неприятной жары только Хитч смог что-то расслышать сквозь усталость и сонливость. Он начал подавать признаки жизни и тянуться. Ну а Санни вовсе не была «sunny», то бишь «солнечной». Она успела заснуть и погрузиться в глубокий сон. Ей снилось что-то ночное, что-то пугающее: картина, напоминающая её саму, полностью окружённая деревьями, и слабо видящая впереди себя. . .

– САННИ, вставай! – крикнул Хитч прямо в её ухо. Бедная Санни аж подпрыгнула от испуга.

– ЧТО? ГДЕ? Я? – поворачивая головой в такт вопросов, издала Санни.

– Эх, Санни, солнышко моё, вставай! Нам пора уже идти – сдержанно и с тонким каламбуром, ответил Хитч.

Выслушав ещё «приятных» слов от водителя, они попрощались и, уже на своих ногах, продолжили путь.

Сквозь прекрасные деревья с таинственными, золотистыми листьями они добрались до нужного им места. И, к сожалению для страстного читателя, это действительно был не заброшенный лагерь, а простой, подозрительно выкошенный (как подметила Санни) небольшой участок. Выкошен он был по форме круга. Можно было бы подумать, что это всего-навсего поляна, но из-за идеально подстриженной травы и слишком маленькой площади это больше походило на некий участок для посиделок у костра. Однако ни брёвен, ни малейшего следа от костра не было вовсе. Только строго циркулярный выкошенный круг, окружённый дикими деревьями.

– Ты уверен, что это место? – задала вопрос Санни.

– Да, – сухо ответил Хитч, будто скрывая такое же чувство сомнения, как у неё.

– Оно какое-то. . .  странное, таинственное.

– Ну. . .  есть такое. Я его нашёл по наводке Зипп. Ты же знаешь, она любит всякие загадки. . .

– Ладно, что есть, то есть – смиренно сказала Санни.

Они начали всё обустраивать. Жара, тем временем, поднималась всё больше.

– Ну, я всё сделаю. Ты пока пойди погуляй, может даже брёвна для сиденья найдёшь. Только не таскай, зови меня.

– Хорошо, силач Хитч, – с улыбкой, словно у младшеклассницы, ответила Санни и пошла гулять по лесу.

Лес был бурлящим. Вокруг летели птицы, бабочки, пчёлы. . .  Ветер нежно был в аккомпанемент с устремлённой жизнью, будто духовой инструмент. Поздние августовские листья уже давали знать о надвигающей осени, а шум шуршавых листьев только ласкал её ушки и успокаивал её ум – словно говоря, что время ещё впереди, что нужно получать удовольствие здесь и сейчас.

Но Санни была по-прежнему тревожной и взволнованной. Воспоминания о произошедшем не давали покоя настолько, что она начала говорить сама с собой:

– Почему именно я?. .  – остановившись, начала Санни. – Почему это именно со мной случилось? Я же просто продавала смузи, а они. . .  Извращенцы, Господи. . .

Злость, стыд и горе начали её накрывать. Она ненавидела себя и тех, кто превратил её в продавщицу-распутницу на своих рисунках в социальных сетях. Ей не хотелось в это верить. Ей не хотелось верить, что это кому-то захотелось сделать. Но самое стыдное было то, что находились люди, у которых на это был спрос.

Она продолжила:

– Так вот почему стало больше клиентов. . . – когда она это сказала, её голос задрожал, и на глаза навернулись слёзы. – Как стыдно, Господи. . .  Если бы папа был жив, он бы заступился за меня. Блогеры не правы, это не к лучшему, это стыдно. . .  Я хочу быть скромным лидером, я хочу вдохновлять, а не. . .  Боже. . .

И тут заметила несколько идеально подходящих брёвен для сидений. Она даже удивилась, что будто её хотят утешить:

– Ой, брёвна! – отдирая слёзы, заметила Санни. – Надо позвать Хитча. . .

И она побежала за ним, улыбаясь.

## III

Успев оттереть свои слёзы, она подбежала к Хитчу, и уже вместе докатывали брёвна к кострищу. Спустя примерно два часа их лагерёк был готов. Они были в одной из палаток. Они гордились собой, к тому же Санни успела даже забыть, что испытывала до этого. Но Хитчин вопрос заставил вспомнить всё.

– Санни, солнышко, – дыша от усталости, заговорил он.

– Да? . . – приподняв голову, среагировала Санни.

– Так расскажи, что с тобой случилось-то? Я переживаю за тебя. . .

Санни не знала, с чего начать.

– Я. . .  я  не знаю. . .  точнее.

И она отвратила своё лицо от Хитча, но он подвинулся к ней и начал тихонько её обнимать.

– Я не могу. . .  Ай. Мне стыдно. Какие-то люди меня нарисовали пошлой и голой продавщицей и выложили это в интернет! И теперь на меня все так смотрят!

И заревела.

– Я ГРЯЗНАЯ ДЛЯ ВСЕХ. И ТЕПЕРЬ ЭТО УЖЕ НЕ ОТМЫТЬ.

Хитч её сильно обнял и начал нежно перебирать её волосы.

– Ну, ну, Санни. . .  Ты моя родная, не плачь. . . Ты же прекрасно знаешь, что ты не такая. Почему ты считаешь, что все на тебя так смотрят?

– Некоторым людям это понравилось, и они даже создали обсуждения. . .

– Санни, родненькая, ну ты же сама говоришь: «некоторым», но не всем! И кроме того, не все горожане сидят в таких группах, а только больные извращенцы-неудачники.

– Я понимаю. . . Но мне всё равно грустно и очень неприятно. . . – схлиповая, ответила Санни.

– Деточка, конечно, это неприятно и грустно. . .  Но ты должна понять одну важную истину.

– . . . Какую?

– Понимаешь, не все люди в этом мире, и даже в нашей стране и городе, душевноздоровые. Ты только представь: они вместо того, чтобы искать свою любовь, работать над собой и делать прочие правильные вещи, рисуют всякую дрянь и публикуют в интернете для таких же извращенцев, как и они сами. Они могут рисовать такую мерзость про всех: выдуманных, реальных. . .  и среди всех возможных вариантов они зациклились именно на тебе. Но понимаешь, это мог бы быть совершенно другой человек. Да, Санни, тебе просто не повезло, ты показалась для них «подходящей» для их больных извращений и фантазий. Ты представляешь, как им самим плохо быть с ними наедине? Ты уж извини, но я парень, и я понимаю, каково это. Вот и ищут жертв для своих мечтаний и потом доводят людей до таких состояний. Это глупо, это жалко. Фух. . .

Санни начала утешаться.

– . . . то есть, им самим плохо?

– Ну, конечно, Санни! Это как желание, извини, пойти в туалет. Если долго не идти, то начнёт просто болеть. Кстати, хорошее сравнение. . .

Санни посмеялась, а Хитч улыбнулся.

– Но всё же, нам нужно как-то с этим. . .  ну, не знаю, разобраться. Мне всё-таки не нравится, что ты из-за них плачешь. Давай так. Просто не будем обращать на это никакого внимания. Это просто больные люди и всё.

– . . . Я буду стараться, Хитч . . .  Спасибо тебе большое. . . – шмыгая носом, поблагодарила Санни.

– Да, пожалуйста, только не плачь. . .

Они вместе ещё обнимались десять минут, молча и романтично. И после ещё несколько минут, они пошли погулять на весь оставшийся день. А под вечер, они зажгли костёр. И начали жарить маршмеллоу. Уже были сумерки. На небе начинали появляться первые искры звёзд; и солнце, создавая красивейшую розовую полосу, уже спускалась на горизонте. Когда Санни начала потихоньку засыпать, Хитч вспомнил одну недавно услышанную легенду, связанную с этим лесом:

«Однажды несколько молодых парней, имевшие проблемы с отношениями, решили вызвать дух ведьмы, чтобы исполнить свои самые сокровенные желания. После долгого поиска места, где по слухам ведьма совершала свои ритуалы, они всё-таки его нашли. При первом взгляде место выглядело нормальным, но если присмотреться, оно было странным: маленькая территория, окруженная деревьями, а в середине – выкошенный циркулярный круг. Ребята провели некий древний ритуал с палками и огнём и смогли её вызвать.

Ведьма пообещала выполнить их желания, но при одном условии – они должны были прожить в лесу 2 недели, выполняя её приказания. И они согласились. Как гласит легенда, они смогли прожить, живя в шалашах и питаясь ягодами и тем, что им давал дух. Они весьма мучались в подобных условиях, но их похотливые желания были сильнее. Они желали, чтобы их любимые персонажи из любимого мультфильма стали настоящими и были их жёнами.

Однако, когда они выполнили условие и вызвали её, она назвала ещё одно условие – они должны теперь жить в этом лесу до конца их жизни, и тогда они получат своих жён. Но они начали спорить с ней, что кончилось конфликтом. В итоге ведьма воплотила их жён, но они набросились на парней и убили их. И теперь, по легенде, эти жёны ходят по всему лесу ночью, ища новых жертв, которые ходят в одиночку. Поговаривали, что через них ведьма питает свою силу. Полиция с поисковым отрядом искала трупы парней, но нигде их не нашли. . . »

Санни лежала на бревне и спала. Хитч удивился, как она смогла так быстро уснуть:

– Наверно, очень устала после работы, умничка моя. . .  Она такая трудолюбивая, бедняжка.

Он взял её на руки и понёс в палатку. Он думал о ней, мечтая о её тёплом характере и милом лице. Хитч не мог оторвать своих глаз от неё. Он будто грелся от неё, от её детской чистосердечности и наивной головушки.

Когда он вошёл в палатку, он положил её на спальник, но не хотел убирать свои руки от неё. Ему было спокойно. Он будто нашёл того, кого давно искал все эти годы, и теперь никогда больше не будет в поиске другого.

Через некоторое время, когда он сам уже начал зевать, он всё-таки убрали свои руки, погладил на прощание её волосы и ушёл к себе спать.

## IV

Луна была зловещей: полная и имевшая жёлтый, пугающий цвет, словно глаза у кошки; и никакое облако не смело её закрыть. Ничто не нарушало тишину, разве только отдалённые звуки шагов из леса. Они приближались. И дошли до палатки Санни. Некто ходил вокруг.

И Санни проснулась, но не могла понять, из-за чего. Шаги исчезли. И вдруг к ней пришла странная идея – прогуляться по тёмному лесу.

«Я, конечно, не глупая, но так хочется прогуляться по ночному лесу! Я такого раньше не делала. . . подышу ненадолго!»

Она встала, открыла палатку и вышла. Луна сразу осенила её. И неожиданно для себя она почувствовала чьё-то присутствие, чего-то опасного. Она оглядывала каждое тёмное место, чтобы убедиться, что никого нет с ней. Но ничего не заметила.

Она выбрала направление и пошла, оглядываясь.

«Хм. . . Никого вроде нет, но почему я чувствую, что есть? . . » – сказала Санни вслух, прежде чем войти в лес.

Деревья были тёмными и навевали больше страха. Она шла тихонько, но заметила, что их лагерь быстро пропал из поля зрения. Были только колючие ветки, листья и тропа – она будто шла в глубину темноты. Со временем в её бедненькую голову начали приходить обрывки легенды. Они её очень тревожили, будто некто специально их посылал. Ей стало страшно. Тем не менее, Санни захотела как-то себя подбодрить и начала петь:

Хей, покажи, как ты блестишь!

Все пони как один!

О-о-о, оставим след все вместе –

Голопом скачем с песней,

И с каждым шагом мы–

Она резко замолчала. Мимо неё промелькнуло несколько теней, издавая соответствующий звук. Они были будто призраками, только чёрного цвета. Санни замерла и начала дрожать. Тишина была давящей, и она не могла даже пошевелиться. Но вдруг мелкий-мелкий зайчонок выбежал из кустов. Она крикнула от испуга и посмеялась: «Ты мой зайчик, напугал ты меня совсем. . .»

Затем тревога вернулась.

– «Что. . . это было? Почему они. . . были такими большими? Может, это были звери? Но какие? – Санни начала двигаться – Хотя мне от этого не легче. . . Какая же я всё-таки дура, что пошла гулять в лес ночью. . . Пойду-ка я назад к Хитчу. . . Мне теперь одному страшно спать». Она повернулась и, сделав глубокий вдох, быстро пошла назад.

Тишина была непросто давящей, но угрожающей. Она будто давала знать Санни, что скоро что-то случится, что-то страшное. Санни старалась держаться и следовать пройденному пути. Её единственной помощницой была луна. Продолжала ходить по освещённой тропе, остерегаясь острых веток. Она испытывала напряжение по всему телу и начала уже уставать. Временами она оглядывалась по сторонам.

Спустя некоторое время вдали она начала видеть их палатки. Однако вместе с этим она заметила непонятные движения неких тел рядом с ними.

Санни вновь замерла. Её глаза, как у истинного скаута, были остры.

Три человекоподобные фигуры.

По мере того, как она улавливала движения, ей становилось ещё страшнее. Эти движения отдалённо напоминали очень медленный танец – будто фигуры пытались растягивать каждую часть своего тела по мере того, как они двигались.

Но самое страшное было не это.

Когда Санни приблизилась, она увидела, что одна из фигур была она сама:

– Господи, нет. Это кто. . . Я?

Но потом разглядела – и остальные фигуры были, как она. Её начало трясти:

– Господи, что это? Я сошла с ума? У меня галлюцинации?

Вдруг, они замерли. Все были повёрнуты спиной. Они были сутулыми. Потом выпрямились, и повернулись к ней лицом.

Первое, что заставило её прийти в ужас, – были их лица: неестественные, пластмассовые. Кожа была блестящей, будто у кукол. Зверские, ожесточённые пасти; мерзкие, как у свиней, носы; резкие, как у летучих мышей, уши. А их тела были изуродованы и сексуализированные, будто нарисованные художником с больной, извращённой фантазией. Все три монстра были нарисованы в своём стиле. И самое страшное, что на всю жизнь запомнила Санни, – их хищные, манящие и лживые глаза. В них она увидела ту самую похоть, изображённую на тех самых рисунках в интернете. И в этот момент она поняла, что эти «жёны» были они. Но то, что они выглядели как она, было для неё невразумительным. Она будто что-то осознала и поняла, но при этом создав ещё несколько сотен вопросов.

Кто были эти люди, которые хотели таких “жён”?

Почему именно она была выбрана?

Санни закричала.

Хитч в тот час вышел из палатки и начал кричать тоже: «САННИ, ТЫ ГДЕ? ЧТО СЛУЧИЛОСЬ? АУ!». Но она была в таком сильном шоке, что не могла сказать ничего членораздельного.

Когда чудовища увидели Хитча, они разозлились и исчезли прямо перед её глазами. Они ненавидят настоящую дружбу и общение между людьми.

Хитч увидел её и подбежал к ней и спросил: «Санни, что случилось? На тебя кто-то напал?» Он начал её шевелить и она начала падать. Тогда он её схватил и продолжал звать: «Тихо ты, Санни! Санни!»

И она потеряла сознание.

Они ей снились. Она чувствовала ужас от того, что есть люди, кому это всё нравится, кому нравится всё уродовать и делать из персонажей уродок. От монстров и от их извращённости, Санни мучилась. Но параллельно с этим, как некий зов, вращался голос Хитча: «Просто не будем обращать на это никого внимания. Это просто больные люди и всё.»

И эта мысль очень успокаивала и успокаивала. . .

## V

– Я так хочу снова её видеть радостной. . . Как думаете, она скоро очнётся? – сказал грустный, взволнованный голос Иззи.

– Не знаю. Но хочется верить, что да. . . – ответила Зипп.

– Она такая милая, когда спит. . .  Бедняжка. . . – сказала Пипп.

К Санни Хитч был ближе всех, он нежно трогал её руку, будто надеясь, что это её пробудит. Он молчал, думая про вчерашний день. Потом продолжил мыслить вслух:

– И всё-таки не могу понять, – что же она видела? Медведя? Волка? Призрака?

– Но Санни же смелая. Даже если бы там был какой-то призрак, она бы так не закричала, как ты описывал, – подметила Мисти. Подождите, она. . .

И Санни очнулась. Вся окружённая своими близкими друзьями. Когда она открыла глаза, все обрадовались и начали её звать:

– Санни! Ты очнулась! Ура! – громко сказала Иззи.

– Санни, слава Богу! Что произошло? Расскажи нам всё! – начала детективно спрашивать Зипп.

– Да, Санни, что ты видела? Расскажи! – продолжила Пипп.

Но она молчала. Все, особенно Иззи, начали повышать свой голос, но Хитч всех успокаивал. Сделав глубокий вдох и выдох, она наконец-то заговорила:

– «Хитч, прошу тебя, попроси всех уйти. Останься только ты. . . »

Хитч так и сделал, выпроводив всех остальных. И когда они остались одни, то попросила ещё кое-что:

– «Принеси два листка бумаги и ручку.»

Он вновь выполнил просьбу лежащей.

– Побудь со мной, пока я не сделаю на этих бумажках кое-что. . .

– Хорошо. Ты как, Санни? Как голова? – с мужским спокойствием спросил Хитч.

– Ой, голова. . .  а вот сердце не даёт мне покоя. . .

– Сердце? У тебя болит сердце?!

– Да нет, в переносном смысле. . .

– Что? Я тебя не понимаю.

– Скоро поймёшь, шериф. . . – с некой улыбкой игривой женственности заключила Санни.

Она начала что-то быстро рисовать и писать.

Спустя две минуты Хитч её спросил:

– Санни . . . а что ты всё-таки видела. . ?

Когда она закончила, она показала это:

https://imgur.com/a/IbYkH9z

– Вот, что я видела. . .

Но затем продолжила:

– Но теперь, это не самое главное в моей жизни, мой дорогой. . .  – с улыбкой и милыми глазами зашептала Санни. Она протянула второй листок.

Хитч не знал, чем он был поражён больше: тем, что видела Санни, или тем, что было написано на следующем листке:

«ХИТЧ! ТЫ МОЙ СПАСИТЕЛЬ!

ВОЗЬМИ МЕНЯ В ЖЁНЫ!

Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ!»

– САННИ СТАРСКАУТ

Хитч тихонько поднёс своё лицо к Санни и прошептал:

– Хорошо, дорогая.

И они поцеловались.

Вот что видела Санни, да забыла в последующие счастливые, брачные десятилетия. . .