Её нос дернулся.
Где-то за деревьями шла подготовка к пиршеству. Сладкий аромат яблок доносился по проселочной дороге в убежище, заставляя её нос снова дернуться. Предполагалось, что она будет спать, как и остальная часть её колонии, но запах был слишком сильным — слишком манящим.
Летучая мышь-вампир открыла глаз, увидев пустое небо, плывущее под ней, залитое оранжевым светом яркого желтого шара огня. Над ней висела земля с ее холмами и зеленым пологом. Поворачивая голову влево и вправо, летучая мышь увидела, что остальные ее сородичи по дереву не пошевелились. Неужели они не чувствовали сочности, что лежала всего в нескольких холмах? Это хорошо; больше еды для нее.
Она перевернулась на ветку, снова переворачивая мир вверх ногами. Летучая мышь спрыгнула с ветки, чтобы следовать по небесному ароматному следу. Через час, когда солнце сядет, возможно, остальная часть колонии последует за ней. А пока было чем насладиться.
Запах еды привел летучую мышь через холмы к яркому фиолетово-синему дереву. Нелепый блеск раздражал глаза летучей мыши, но именно там была еда. Приблизившись, летучая мышь поняла, что дерево, похоже, сделано не из дерева. Оно было похоже на одно из зданий, в которых жили пони.
Летучая мышь открыла рот и взвизгнула, позволяя звуковым волнам отскакивать от блестящего здания. Где-то должен быть вход; еда была прямо за пределами видимости! Она взлетела немного выше и снова взвизгнула, на этот раз найдя большое отверстие, вырезанное в блестящем, твердом дереве.
Внутри дерева летучая мышь нашла не яблоки, а комнату, полную разноцветных прямоугольников. Они были втиснуты в стены и сложены от пола до потолка. Чувство разочарования и голода нарастало, летучая мышь снова использовала свою эхолокацию, чтобы найти путь к яблокам, но не нашла ничего. Она кружила по комнате, пытаясь найти хоть какой-то проход глубже в дерево.
Она приземлилась перед чем-то большим, что выглядело как отверстие, через которое она пролетела, только там уже стояла другая летучая мышь-вампир. У нее была серая пятнистая кожа, большие уши, густые брови и длинные клыки, торчащие изо рта. На самом деле, летучая мышь выглядела довольно знакомо.
Первая летучая мышь двинулась влево, и другая последовала за ней. То же самое произошло, когда летучая мышь двинулась вправо, и снова, когда она подпрыгнула в воздух. Этот новичок, казалось, копировал каждое движение первой летучей мыши.
С громким визгом две летучие мыши бросились друг на друга. Следующее, что поняла летучая мышь, это то, что ее закрутило в водовороте цветов, ее тело растягивалось и тянулось в нескольких направлениях одновременно. Она крутилась и крутилась, быстрее и быстрее, пока цвета не смешались в беспорядочную кашу. Все это время что-то внутри нее менялось.
Когда вращение прекратилось, летучая мышь снова оказалась на улице, лежа на твердой серой земле. Она поднялась и несколько раз взмахнула крыльями, все еще чувствуя сильное головокружение. Ее зрение то исчезало, то появлялось, поэтому она полагалась на свою эхолокацию. Перед ней находилось то-то очень большое и твердое было, но оно тоже имело несколько отверстий. Должно быть, другое здание.
Подняв нос в воздух, она почувствовала сладкий запах еды, доносящийся изнутри. Яблоки? Нет, что-то гораздо более насыщенное и вкусное, чем это!
Летучая мышь взлетела, покачиваясь, пока искала отверстие. Ее зрение вернулось, и она влетела в одно из отверстий в здании. Почему пони вообще делают дыры в своих домах?
На самом деле, когда летучая мышь приземлилась на потолок, она увидела, что существа под ней не были пони. Они были слишком высокими, слишком худыми и имели слишком много когтей, чтобы быть пони. В комнате находилось семеро из них, большинство сгрудилось в одном месте.
— Готовы? — спросила та, у которой была синяя кожа.
Все согласно зашумели, прежде чем самый ужасный звук обрушился на уши летучей мыши. Это было похоже на тысячу первобытных ревов и визгов одновременно — все жаждущие крови существа кричали в ночи..
Летучая мышь потеряла равновесие и сознание от адского шума, рухнув в маленькую черную пещеру на полу.
Сансет Шиммер позволила последнему аккорду раствориться в тишине — тишине, которая тут же была нарушена аплодисментами Твайлайт Спаркл. Пони-уши и хвост Сансет исчезли в золотой пыли, и она и ее товарищи по группе опустились обратно на сцену.
Рэйнбоу Дэш расстегнула ремень гитары.
— Отличная поработали сегодня, девочки. Если так пойдет и дальше, однажды мы получим собственный контракт!
Эпплджек фыркнула.
— Мы хороши, Дэш, но не настолько.
— Мы достаточно хороши, чтобы создавать магию, когда играем! — возразила Рэйнбоу.
Сансет махнула рукой.
— Шаг за шагом, девочки. Мы звучим довольно здорово; давайте просто оставим это так. Кто знает, что может случиться при достаточной практике? — Она спрыгнула со сцены и подошла к единственному занятому стулу в комнате для репетиций.
Твайлайт улыбнулась при приближении Сансет.
— Ты была очень хороша… я имею в виду, вы все были очень хороши.
— Спасибо. — Сансет теребила ремень своей гитары, ища, что еще сказать. Твайлайт больше не смотрела в ее сторону, вместо этого она смотрела на свои туфли. — Так… эээ… — Это хотя бы заставило Твайлайт снова поднять глаза.
Они стояли в неловком противостоянии, пока остальные Рэйнбумс собирали свое оборудование. Твайлайт сложила руки за спиной.
— Значит, вы, девочки, часто так репетируете?
Сансет кивнула.
— По вторникам, четвергам и когда можем по выходным. — Твайлайт все еще была новым дополнением к их группе, переведясь всего несколько недель назад из Кристальной Академии после фиаско, которым были Игры Дружбы.
Это был странный переход. Наличие Твайлайт, отличающейся от Принцессы Твайлайт, ходящей по школе, обычно вызывало путаницу. Сансет также знала, что эта Твайлайт не любила, когда ее сравнивали с Принцессой.
Тем не менее, Рэйнбумс оказывали максимальную поддержку и сочувствие. Твайлайт еще не совсем нашла общий язык с ними, но они добивались прогресса. Она хотя бы показала достаточно различий, чтобы никто не сравнивал ее с Принцессой… слишком часто.
Твайлайт поправила очки.
— Понятно. — Она взглянула на вишнево-красную гитару Сансет. — Это очень… загадочно, все эти разные способы, которыми вы направляете эту магию. Чувствуя определенные достоинства и играя музыку, это… — Она замялась. — …Захватывающе, — тихо закончила она.
Сансет положила руку на плечо Твайлайт, вздрогнув от возбужденного толчка, пробежавшего по ее руке.
— Эй, это нормально — интересоваться, я же говорила тебе. Нет ничего плохого в любопытстве. — Она моргнула и сделала большой шаг назад, чувствуя, как горят ее щеки. — Н-насчет магии и всего такого. Вот что я имела в виду.
— Д-да, ты права, — пробормотала Твайлайт. Наступила пауза. — Тогда, значит, ты не против, если я немного изучу это в следующий раз и сделаю несколько заметок?
Все остановились посреди своих дел. Они взглянули на Сансет, затем начали смеяться.
Твайлайт покраснела и сделала неуверенный шаг назад.
— Что?
Сансет подавила свое хихиканье.
— Ничего, просто… ну, ты можешь изучать это, если хочешь. Но я уже пробовала это некоторое время назад. Я абсолютно ничего не узнала таким способом.
Плечи Твайлайт опустились, как от облегчения, так и от разочарования.
— Ох.
— Но, возможно, ты сможешь что-то узнать, получив практический опыт.
— Что ты имеешь в виду?
Сансет широко жестом указала рукой.
— Ну, последние две сессии все, что ты делала, это смотрела, как мы играем. Я подумала, что ты могла бы присоединиться к нам в следующий раз. Знаешь, научиться играть что-нибудь.
— Эй, эй! — сказала Рэйнбоу, захлопывая чехол своей гитары. — Я лидер группы, помнишь? Разве я не имею права голоса в том, кто присоединяется?
Рэрити подняла бровь.
— Ты собиралась возражать?
— Ну, нет…
— Тогда перестань говорить. — Рэрити ободряюще кивнула Сансет.
Сансет почесала затылок.
— В общем… что скажешь, Твай; хочешь присоединиться к нашей группе?
Твайлайт постучала пальцами друг о друга.
— Это очень мило с твоей стороны, но я ничего не умею играть.
— Я могу научить тебя играть на гитаре! — Слова вырвались у Сансет изо рта, гораздо громче, чем она хотела. Ее лицо снова вспыхнуло, и она отвернулась.
— Ох, ну тогда, конечно. — Лицо Твайлайт тоже покраснело.
Эпплджек хихикнула.
— Не знаю, Сансет. Ты уверена, что ей хватит места рядом с гигантским эго Рэйнбоу?
— Ох, ха-ха! — Рэйнбоу скрестила руки и фыркнула. — Я вполне могу справиться с тремя гитаристками на одной сцене. Тремя.
Рэрити махнула рукой.
— Не обращай на нее внимания, Твайлайт, остальные из нас с нетерпением ждут возможности разделить сцену с тобой.
Твайлайт попыталась улыбнуться, но это больше походило на гримасу.
— Из любопытства… на чем играла другая Твайлайт?
— Ни на чем, — сказала Сансет. — Она только пела.
Лицо Твайлайт сразу прояснилось.
Рэйнбумс закончили упаковывать свои инструменты и убирать звуковое оборудование в кладовку. Сансет застегнула свою сумку и закинула ее на плечо. Ей показалось, или она была немного тяжелее, чем она помнила? Она отмахнулась от этой мысли и подняла свой гитарный чехол, следуя за своими подругами в холл.
— Итак, какие у вас планы на оставшуюся часть вечера? — спросила Эпплджек.
— Домашка, — ярко улыбнулась Твайлайт.
— Домашка, — тускло скривилась Сансет.
— Домашка, — автоматически повторила Рэрити.
— Видеоигры. — Рэйнбоу усмехнулась, прежде чем поймать взгляд Твайлайт. — То есть, да, домашка, конечно.
Настала очередь Сансет ухмыльнуться.
— Знаешь, есть причина, почему у тебя средний балл 2.3.
— Не твое дело. Мои оценки в порядке, — фыркнула Рэйнбоу.
Сансет пожала плечами, все еще улыбаясь.
— Если ты так говоришь. Просто помни, колледж не начинается с тройки.
Рэйнбоу замахнулась на нее рукой, Сансет увернулась и рассмеялась вместе со всеми. Они вышли на школьный двор, солнце светило, как умирающий огонь, за рядом домов напротив. Прохладный весенний ветерок шелестел травой и заставлял развеваться кожаную куртку Сансет.
Они прошли на школьную парковку и погрузили свои вещи в свои машины. Сансет прислонила свой гитарный чехол к своему мотоциклу и посмотрела на Твайлайт, стоявшую посреди парковки, неуверенно теребившую прядь волос и переводившую взгляд между своими подругами и автобусной остановкой.
Сансет глубоко вздохнула, успокаивая бабочек в животе, и подошла к ней.
— Твай, хочешь, я подвезу тебя домой?
Твайлайт подпрыгнула от неожиданного предложения. Она посмотрела на мотоцикл Сансет, затем обратно на нее.
— Это безопасно?
Сансет закатила глаза.
— Да, это безопасно. — Она увидела, как Твайлайт снова взглянула, на этот раз на гитарный чехол. — Да, тебе придется оказать мне услугу и подержать его.
После последнего предостерегающего взгляда Твайлайт кивнула.
— Увидимся завтра, девочки! — крикнула Сансет.
— Пока, Санни! — крикнула Пинки в ответ.
— Веселитесь, вы двое! — сказала Рэрити, подмигивая.
Сансет отвернулась, прежде чем кто-либо из них успел увидеть ее румянец. Она помогла Твайлайт продеть руки в плечевые ремни чехла, затем передала ей единственный шлем.
— Ты уверена, что не хочешь его? — спросила Твайлайт, осматривая внутреннюю часть.
— Я буду в порядке; я делаю это уже давно. К тому же, думаю, ты оценишь дополнительную защиту. — Сансет внутренне хлопнула себя по лицу, когда страх прокрался в глаза Твайлайт. — Не то чтобы это опасно! Просто… предосторожность. Я буду ехать очень медленно, обещаю.
Страх Твайлайт ослаб, сменившись доверием, и она надела шлем на голову.
— Пахнет клубникой… у тебя хороший шампунь.
Сансет бессознательно провела рукой по волосам, а ее губы запнулись на простом:
— Спасибо. — Она перекинула ногу через свой мотоцикл, затем подняла Твайлайт позади себя. — Просто держись крепче, хорошо?
Крепкая хватка вокруг талии Сансет была единственным ответом Твайлайт. Контакт заставил сердце Сансет затрепетать. Она отогнала это чувство и завела двигатель. С последним прощальным взмахом рукой друзьям, она выехала с парковки и двинулась по дороге, держа гораздо более низкую скорость, чем обычно.
Ее медленная скорость дала ей время оценить красоту вечернего неба; угасающий оранжевый цвет смешивался с преобладающим фиолетовым и розовым цветом нового ночного неба. Звезды появлялись одна за другой. Внизу, на земле, улицы были освещены яркими фонарями. Родители звали своих детей домой, а маленькие магазинчики закрывались.
Видя все это, Сансет почувствовала себя в мире с собой, прежде чем почувствовала последний укол вины. Она давно вышла из тени своего прошлого, но все еще вздрагивала, вспоминая, как пыталась отнять все это.
Твайлайт ерзала позади нее, и чувство вины Сансет исчезло, сменившись сочувствием. Это было против ее воли, но Твайлайт пережила схожие обстоятельства. Это было не самое лучшее, что их связывало, но превращение в разъяренных демониц было чем-то общим у них.
Они провели несколько разговоров в дни после окончания игр. Сансет изо всех сил старалась помочь Твайлайт залечить ментальные и эмоциональные шрамы от ее трансформации. Тот факт, что Твайлайт теперь охотно общалась со всеми, был доказательством ее выздоровления.
Сансет остановилась перед подъездной дорожкой Твайлайт и заглушила двигатель. Твайлайт медленно разжала руки с талии Сансет и слезла с мотоцикла, ее ноги дрожали.
— Это было… весело. — Она сняла шлем, ее очки съехали набок.
Сансет рассмеялась и поправила их, задержавшись на мгновение, прежде чем убрать руку. Она много раз смотрела в фиолетовые глаза Твайлайт за последние недели, но только недавно они вызвали какую-то реакцию глубоко в ее сердце.
Она прочистила горло.
— Рада, что тебе понравилось, — быстро сказала она. Обе девушки переминались с ноги на ногу, не зная, как поступить дальше.
Твайлайт потянула за свою челку, привычка, которую Сансет заметила.
— Спасибо за то, что подвезла меня домой. — Твайлайт избегала дальнейшего зрительного контакта. Затем она осознала, что гитара все еще на ее спине, и попыталась снять ремни.
— О, вот, я помогу. — Сансет двинулась за ней и помогла снять гитару, ее пальцы задели плечи Твайлайт. В течение нескольких недель Твайлайт много раз плакала и прислонялась к Сансет, а Сансет обнимала и утешала ее, как могла. Но, как и взгляд в ее глаза, только в последние несколько дней любой физический контакт с Твайлайт посылал электрический разряд по телу Сансет.
Сансет поставила гитару и глубоко вздохнула, чтобы успокоить свое колотящееся сердце. Она снова повернулась к Твайлайт, наблюдая, как та сплетает пальцы и складывает их перед своей юбкой.
— Спасибо, — повторила она, глядя в землю.
— Пожалуйста. — Сансет засунула руки в карманы.
Между ними воцарилась тишина. Только нежные розовые оттенки оставались на ночном небе. Твайлайт постукивала ногой по тротуару. Сансет теребила пальцами в карманах.
— Ну да, — сказала Сансет, не в силах больше выносить тишину. — Просто скажи мне, когда захочешь уроки гитары. Я готова в любое время.
Твайлайт наконец улыбнулась.
— Это звучит мило.
— Отлично! — Сансет подняла гитарный чехол и пристегнула его к спине. — Ну, наверное, мне пора идти. Увидимся завтра?
— Да, конечно. — Твайлайт покачивалась на ногах, как будто не зная, двигаться ли ей к Сансет или к двери.
Сансет облегчила им обеим задачу и отошла к своему мотоциклу. Она запрыгнула на него и надела шлем, прежде чем помахать на прощание.
В боковом зеркале Сансет увидела, как Твайлайт машет в ответ. Даже после того, как Сансет двинулась по улице, Твайлайт все еще оставалась там.
Теперь, оставшись одна, Сансет могла ехать быстрее; со скоростью, соответствующей ее пульсу. Было ли это из-за их общего опыта совращения магией? Или это был ее интеллект и необычное поведение? Сансет не могла сказать. В любом случае, она чувствовала что-то к этой Твайлайт Спаркл. Что-то определенно большее, чем дружба.
Она подкатила к красному свету и затормозила. «Странно ли, что мне нравится эта Твайлайт Спаркл из этого мира, а не Принцесса? Я имею в виду, они ведь два разных человека, если разобраться.» Сансет постучала пальцем по рулю. Влюбиться в пространственный аналог своей лучшей подруги было… странно, за неимением лучшего слова. Сансет еще не осмеливалась никому рассказать, и уж тем более Принцессе Твайлайт.
Сзади раздался гудок, заставивший Сансет резко выпрямить сгорбленную спину. Она заметила зеленый свет и рванула вперед, яростно краснея под шлемом. Она отложила мысли о Твайлайт, пока не добралась до дома.
Дом был небольшим жилым комплексом под названием Шейди Оукс. Сансет часто задавалась вопросом, получил ли он свое название от того, что был построен рядом с довольно подозрительными магазинами в грязной части пригорода. Она припарковала свой мотоцикл на своем месте и пересекла двор. Он был квадратным, с четырьмя участками мертвой травы, окружающими старое, голое дубовое дерево.
Она выудила ключи из кармана и поднялась по лестнице на второй этаж. Соседский полосатый кот зашипел на нее, когда она проходила мимо. Сансет игриво зашипела в ответ, заслужив неодобрительный взгляд кота.
Апартаменты 206 были ее пунктом назначения. Сансет отперла дверь и вошла на кухню, вдыхая затхлый запах старого места. Она была маленькая, хотя Сансет старалась думать о ней как об уютной. Сразу за кухней была дверь в комнату, а слева — чулан и ванная. Это было немного, но жить было можно.
Сансет оставила свою гитару в чулане, затем прошла в свою комнату. Она держала ее в порядке; кровать заправлена, стол организован и ковер пропылесосен. Она положила свою сумку на стул у стола, затем плюхнулась на кровать.
Твайлайт первой пришла ей на ум. В этом не было ничего нового. Сансет не могла перестать развлекаться идеей быть вместе с ней. Это было одновременно ужасающе и захватывающе, и заставляло ее сердце трепетать, а желудок дрожать. У нее никогда раньше не было настоящей влюбленности. Она все подделала с Флэшем.
Она съежилась. Это ведь настоящие эмоции, которые она чувствовала, верно? Должны быть. Но что ей с ними делать? Как ей сказать Твайлайт, что она на самом деле чувствовала? Она была уверена, что первым делом Твайлайт будет беспокоиться, действительно ли Сансет нравилась ей, или она просто использовала ее в качестве замены Принцессы.
Сансет знала, что ей нравилась человеческая Твайлайт. Она переписывалась с Принцессой Твайлайт уже полгода и ничего не чувствовала, когда думала о ней или писала ей. Сансет была уверена, что сможет развеять этот страх. Но это даже если предположить, что человеческая Твайлайт была такой.
Взглянув на часы, Сансет решила, что время для мечтаний закончилось. Ей нужно было сделать домашнее задание, чтобы она могла поесть и лечь спать. Она села, сняла сапоги и скинула куртку, чувствуя себя как дома, прежде чем потянуться за сумкой.
Она подняла ее со стула и бросила на кровать. Когда она потянулась к столу за своим учебником по естествознанию, она услышала какой-то шорох неподалеку. Она замерла, ее пальцы лежали на учебнике. В комнате было тихо.
Сансет подождала еще секунду, затем подняла книгу.
Что-то снова двинулось.
Она положила книгу и внимательно осмотрела свою сумку. Через несколько секунд она зашевелилась. Сансет отползла по своей кровати, громко пискнув при этом:
— Ой!
Сумка снова зашуршала, издавая собственный пронзительный крик.
«Хорошо, значит, что-то залезло в мою сумку. Наверное, просто енот или что-то в этом роде.» Сумка издала еще один пронзительный, щебечущий звук. «Ладно, это, наверное, не енот. Не паникуй, Сансет, просто возьми метлу.» Сансет спрыгнула с кровати и вытащила метлу из чулана. Она, конечно, не собиралась ее убивать — Флаттершай оторвала бы ей голову, если бы когда-нибудь узнала. Сансет просто собиралась гуманно избить ее до бессознательного состояния, а затем бросить в кусты.
Очень медленно Сансет протянула руку и расстегнула застежку. Клапан откинулся, но ничего не появилось. Сансет подняла метлу выше и сделала шаг вперед.
— Выходи, мелкая хрень. Не обращай внимания на большую метлу в моей руке. Я не собираюсь причинять тебе боль. Сильно.
Что-то серое и крылатое вылетело из сумки Сансет и взмыло в воздух. Сансет инстинктивно замахнулась, но ни во что не попала. Серое крылатое чудовище закружило по комнате и спикировало на Сансет. Она испуганно пискнула, прежде чем упасть на пол.
Когда крылья перестали хлопать у ее ушей, Сансет перевернулась и посмотрела вверх, издав еще один писк.
— Сладкая Селестия, какая же ты уродина!
В воздухе висело нечто, похожее на серую крылатую крысу. Ее уши были длинными и острыми, как и ее клыки. Красные глаза и сморщенный нос дополняли ее потрепанные черты. По мнению Сансет, крысы, возможно, были даже симпатичнее по сравнению с ней.
Летучая мышь (хотя ни в одной из книг по биологии Сансет не было изображения такой уродливой летучей мыши) взвизгнула и снова спикировала. Сансет замахнулась метлой, отбрасывая ее обратно в воздух. Она сделала круг по комнате, прежде чем вернуться к ней, обнажив зубы.
— Ты восприняла комментарий об уродстве лично, да? — Сансет снова замахнулась, задев ее крыло, так что она неуправляемо закружилась и врезалась в пол. Когда Сансет рванулась вперед, летучая мышь юркнула в узкое пространство под кроватью.
— О нет, ты этого не сделаешь! Вернись сюда, это еще не конец! — Сансет засунула метлу под кровать, вслепую размахивая ею. Она наткнулась на что-то твердое и попыталась заглянуть под кровать, но там было слишком темно, чтобы что-либо разглядеть. Она снова засунула метлу, тыкая твердый предмет щетинками. Он был слишком большим, чтобы быть летучей мышью.
— Куда, черт возьми, она делась… ой! — Острые клыки вонзились в шею Сансет, парализовав все ее тело от первоначального шока. Ее кровь высасывалась быстрыми, короткими глотками; она уже чувствовала головокружение.
Тело Сансет отмерло, и она сорвала летучую мышь и швырнула ее об стену. Она снова взяла метлу и еще раз ударила ее, когда та попыталась снова взлететь. Она рухнула на землю и слабо задергалась. Сансет подумывала убить ее в отместку за укус, но неодобрительный взгляд Флаттершай вспыхнул в ее сознании.
«С другой стороны, она ведь никогда не узнает», — подумала Сансет, потирая след от укуса на шее. «Хорошо, что в Эквестрии есть прививка от бешенства.» Сансет убрала руку, обнаружив лишь две крошечные капельки крови. Она немного кружилась голова; летучей мыши удалось хорошо наесться.
Учитывая, что ей только что выпили кровь, Сансет подумала, что она имеет полное право убить летающую крысу, или хотя бы выбросить ее в окно. Полтора года назад она бы сделала это без колебаний. Вместо этого она пошла в свой чулан и вытащила старую коробку из-под обуви. С помощью ботинка она затолкала оглушенную летучую мышь внутрь и закрыла крышку, затем проделала несколько отверстий сверху.
— Вот, ты просто посидишь до завтра. Я отдам тебя Флаттершай, чтобы она отвезла тебя в какой-нибудь приют для летучих мышей или что-то в этом роде. — Сансет снова потерла шею. Бешенство или нет, этот укус был болезненным. Она посчитала, что лучше всего проконсультироваться с Флаттершай о любых других болезнях, которые могут переносить летучие мыши.
Сансет не была параноиком. Помимо небольшого раздражения и головокружения, она чувствовала себя хорошо.
Просто хорошо.