— Так это то самое место? — заметила я, разглядывая в бинокль ветхое здание вдалеке.
— Оттуда поступает сигнал GPS Дерринг, — ответила Йерлинг, ее лицо омрачилось усталой тревогой.
Потребовалось некоторое время, чтобы наконец собрать все воедино, но теперь, когда у нас был рабочий план, мы могли попытаться вернуть Дерринг До. Я снова сидела на пассажирском сиденье машины мисс Йерлинг, только теперь за рулем сидела сама владелица автомобиля. Несмотря на несколько вмятин на крыше и сломанную антенну, повреждения были не такими серьезными, как я думала, или, по крайней мере, так настаивала Блонди. Это не помогло мне чувствовать себя менее виноватой, но я смогла отбросить эти чувства, чтобы сосредоточиться на текущей задаче.
Кстати о задаче: нам удалось убедить мисс Йерлинг взять всех с собой. В количестве сила, в конце концов, даже если большинство из них были всего лишь старшеклассниками. Это может показаться незначительным, но раньше перед моей школой был большой кратер, который свидетельствовал о том, на что способны мои друзья. Они, вероятно, все надеялись на немного магии прямо сейчас.
На заднем сиденье сидели Рэйнбоу Дэш и Рэрити, обе рассматривали распечатки здания, которые мы сделали. Удивительно, сколько информации можно найти в Интернете. Я передала бинокль мисс Йерлинг, и она осмотрела здание вдалеке. Оно выглядело достаточно безобидно: обычное кирпичное здание с выбитыми окнами и старым сетчатым забором, которое стало бы неотъемлемой частью любой криминальной драмы на ТВ.
— Я не видела никаких признаков Кабаллерона или его людей, — доложила Йерлинг, выражая тот же скептицизм, что и с самого начала нашей вылазки.
— Возможно, он достаточно поумнел, чтобы отправить приманку.
— Терпение, Йерлинг, — напомнила я ей.
Мы следили за складом меньше часа, припарковавшись на обочине в паре кварталов от нашей цели. За нашей машиной стояла машина Блонди, которая привезла с собой Флаттершай, Пинки Пай и Эпплджек. Все четверо отправились пешком на разведку, против чего мисс Йерлинг яростно возражала, но в итоге Блонди убедила ее уступить. В очередной раз на нашей стороне было преимущество анонимности и самоуверенности Кабаллерона, так что пара подростков, идущих по дороге, не привлекла бы внимания.
— Мы уверены, что этот план сработает? Я имею в виду, Дерринг обычно не носит такое, кроме как в полевых условиях, — заметила Йерлинг, опустив бинокль. Она имела в виду старый костюм Дэринг Ду, который она теперь носила, тот самый, что я видела на фотографии. Рэрити немного подправила его, чтобы он выглядел более аутентично и поношенно. Я думала, что он выглядел очень убедительно, несмотря на возражения нашей учительницы.
— Просто накиньте куртку, и все будет в порядке, — ответила я. — В конце концов, дело в актерской игре. вам нужно вести себя как ваша сестра.
— Ты имеешь в виду, как эгоистичная заноза? — проворчала Йерлинг, как надувшийся ребенок.
— Йерлинг! Она не настолько плоха, — резко ответила я. Обычно я бы даже не подумала огрызаться ей таким тоном, но события дня стерли грань в отношениях между ученицей и учителем. — Я имею в виду, я знаю, что она может быть немного эгоцентричной, но она просто пытается найти свой путь. Она не сильно отличается от того, какой была я, и ты была готова дать мне поблажку.
— За тобой присматривала Селестия, — ответила Йерлинг. — Возможно, если бы я нашла кого-нибудь, кто присмотрел бы за моей сестрой, я бы была немного мягче к ней.
Прежде чем разговор мог продолжиться, в дверь со стороны водителя постучали. Это была Блонди вместе с моими друзьями. Когда она наклонилась через открытое окно со стороны водителя, на ее лице играла торжествующая ухмылка, что было приятным зрелищем.
— Итак, мы совершили хорошую долгую прогулку вокруг этого места, — начала свой доклад Блонди. — Особых признаков нашей заблудшей авантюристки не было, но, похоже, они собираются переждать ночь. Теперь, некоторые хорошие люди, управляющие грузовичком с тако, сказали, что видели, как несколько фургонов прибыли сегодня днем, и они зашли в наше таинственное здание.
Дэш наклонилась с заднего сиденья, найдя что-то гораздо более интересное, чем новости о Дерринг.
— Ты принесла нам тако, верно?
— Конечно! — объявила Пинки, держа большой бумажный пакет.
— Праздничные тако, — сообщила нам Блонди с все шире расплывающейся улыбкой. — Самые лучшие тако.
Она оставила еду Рэрити, обменяв ее на копию карты. Она вытащила ручку из кармана и начала чертить по карте.
— Итак, наш склад окружен сетчатым забором с воротами здесь, хотя они закреплены цепью и замком.
— Я должна легко справиться с этим, — заметила я.
— Отлично. Избавляет нас от необходимости лезть через забор, — ответила Блонди с быстрым кивком. — Главные двери здесь, и там сидел парень на часах. Большие окна здесь, здесь и здесь, а погрузочные доки расположены вдоль этой стороны здания.
Она начала отмечать вышеупомянутые предметы на карте, что создало у меня впечатление, что это не первый раз, когда она следит за зданием.
— Итак, несколько точек входа, но их близость означает, что их легко может охранять всего пара глаз. Не удивлюсь, если несколько парней останутся на страже в этих окнах. Наш лучший путь подхода — вдоль восточной стены, где для нас нет ничего ценного.
— А как насчет этих больших световых люков? — спросила я, указывая на стекла, видимые на карте.
Эпплджек указала на очевидную проблему с моим предложением.
— Как мы туда заберемся?
— Кто хорошо лазает по веревке? — намек Блонди вызвал у нас много удивления, хотя Рэйнбоу Дэш и Эпплджек тем не менее подняли руки в ответ.
— Отлично! У меня есть веревка и крюк в багажнике.
Она передала карту Йерлинг и направилась обратно к своей машине, оставив нас немного озадаченными.
— Стоит ли мне даже спрашивать, почему у нее с собой веревка и абордажный крюк? — заметила я.
— Я буду благодарна, если это единственное, что она привезла из своих старых дней, — вздохнула Йерлинг.
— Итак, Блонди, Эй-Джей и Дэш отправляются на крыши для наблюдения; Рэрити и Пинки останутся на улицах, чтобы следить за тем, если кто-нибудь решит покинуть вечеринку; а Флаттершай останется с машиной. Заметив, что мое имя заметно отсутствовало в списке, меня охватило тревожное предчувствие относительно того, где я буду.
— А я?
— Ты пойдешь со мной и прикроешь мою спину, — прямо заявила Йерлинг. — Как там амулеты-приманки, Рэрити?
— Учитывая, что мне пришлось делать их из оставшихся материалов для рукоделия, я бы сказала, что справилась просто великолепно, — Рэрити сияла с едва сдерживаемой гордостью.
Она полезла в свою сумку и вытащила наши свежеизготовленные поддельные амулеты, передав их мисс Йерлинг.
— Только будьте осторожны с ними; я не знаю, насколько хорошо краска высохла.
— Что думаешь, Сансет? — спросила Йерлинг, протягивая их мне для осмотра. При более тщательной оценке было поразительно, что Рэрити смогла сделать с помощью всего лишь старой глины и красок. К счастью, оригиналы тоже не были произведениями искусства, так что засохшие комки краски и неровные надписи не должны были вызвать никаких подозрений, по крайней мере, сразу же. Как предупреждала Рэрити, они все еще были немного липкими на ощупь; надеюсь, у Кабаллерона не было потных ладоней.
После последней проверки и глубокого вдоха, чтобы успокоить нервы, мисс Йерлинг положила амулеты в карман и вышла из машины.
— Так, вы все знаете, куда идти. Держите свои телефоны включенными, а микрофоны выключенными, чтобы быть в курсе любых событий, — проинструктировала Йерлинг. — Если что-то пойдет не так, просто разбегитесь как можно быстрее и позвоните в полицию, как только будете в безопасности.
— А мы не можем просто позвонить в полицию сейчас? — спросила Флаттершай.
— Но в чем тогда веселье? — шутливо ответила Блонди, возвращаясь, теперь с веревкой и сумкой, полной бог знает чего. По крайней мере, это прозвучало как шутка. — Нам никогда раньше не нужны были копы, так зачем начинать сейчас? Кроме того, Дерринг всегда говорила, что звонить в полицию — это как жульничать.
— Это, безусловно, похоже на то, что она сказала бы, — вздохнула Йерлинг. — Эй, Пинки, не против, если я одолжу твой телефон для миссии?
Поскольку мой все еще лежал в неглубокой могиле, мне нужно было что-то, чтобы поддерживать связь с остальными. Поскольку Рэрити и Пинки будут работать вместе, у них все равно будет один телефон на двоих.
— Оки-доки, — весело ответила она, бросая мне телефон.
Мы в последний раз взглянули на карту, взяли свои сумки, а затем разделились на соответствующие группы. Блонди и ее команда выбрали немного более окольный путь, чтобы избежать подозрений, и мы все снова встретились у запертых ворот.
— Ты уверена, что справишься с этим? — спросила Блонди, осматривая замок и цепь, удерживающие ворота. — Мы могли бы просто перелезть через забор.
— Я бы предпочла иметь быстрый путь отхода, если для тебя это не имеет значения, — ответила я, роясь в сумке, чтобы достать свои отмычки. — Просто дай мне минутку, чтобы взломать эту штуку.
— Ну, не знаю, — продолжала скептически настроенная блондинка, — это похоже на один из тех навесных замков марки LockCo. Знаешь, та реклама, где показывают, как преступник пытается взломать его молотком, затем ломом, а потом он берет это большое старое ружье, чтобы…
— Готово. Потребовалось немного силы воли, чтобы не звучать слишком самодовольно, когда я отбросила замок и оттянула цепи, но трудно было не усмехнуться при виде ошеломленного взгляда Блонди.
— Напомни мне никогда больше не покупать замки у этих парней.
Мы снова разделились, как только оказались внутри периметра: Блонди повела свою группу к восточной стороне здания, а мы продолжили наш подход с юга. Внешний двор был в основном голым, за исключением нескольких заброшенных металлических контейнеров, многочисленных ржавых бочек и старого сундука, который выглядел так, будто видел лучшие дни, когда я еще была в подгузниках. Мы использовали контейнеры, чтобы скрыть наш подход, перебегая от одного укрытия к другому, а Йерлинг шла впереди. Мы проворно пересекли двор, пока наконец не достигли края здания, прижавшись спинами к стене и укрывшись под шатким старым навесом.
— Ну что думаешь? Мы могли бы попробовать добраться до одного из окон там, наверху, — сказала Йерлинг, достаточно высунувшись, чтобы взглянуть вверх.
— Лучше, чем пытаться зайти через парадную дверь, — ответила я. Я огляделась, пытаясь понять, как нам добраться до окон, но зацепиться было не за что. Сторона здания представляла собой просто обычную стену из камней и кирпичей. Однако рядом с окнами стоял один из заброшенных металлических ящиков.
— Эй, Йерлинг, думаешь, сможешь подтолкнуть меня?
— Хорошая мысль.
Хотя я могла бы взобраться на ящик без посторонней помощи, учитывая, что он был всего около семи футов в высоту, я не хотела предупреждать весь район о нашем прибытии. Небольшая помощь от моей учительницы значительно облегчила подъем, и я, в свою очередь, помогла ей взобраться на ящик после этого.
— Должна сказать, я думала, что разборки с Дэззлингс будут последним из моих безумных приключений, — заметила я, когда мы обе оказались на ящике.
Теперь, когда у нас была высота, открытые окна находились примерно в трех футах от самого ящика. Йерлинг начала осматривать просвет, возможно, пытаясь призвать свою внутреннюю Дэринг Ду. Это был, безусловно, не очень длинный прыжок, но ни одна из нас не была из тех, кто много прыгает в повседневной жизни.
— Ты слишком молода, чтобы думать, что достигла пика своей жизни, — сказала Йерлинг, отступая назад и выстраивая свой подход. — И честно говоря, ты бы действительно этого хотела?
С коротким рывком скорости она перемахнула через просвет и едва протиснулась через открытое окно. Когда она так сформулировала, наивно было думать, что все мои приключения остались в прошлом. Поскольку эквестрийская магия не подавала признаков исчезновения, у меня было полно дел на обозримое будущее. И каким бы безумным ни был день, он оказался гораздо более увлекательным, чем корпеть над домашним заданием по химии. Я, честно говоря, не хотела бы иначе. Разве что, возможно, меньшую щель для прыжка.
— Очень жаль, что я не умею летать, как Дэш, прямо сейчас, — пробормотала я себе под нос. Сделав несколько вдохов, чтобы успокоить нервы, я рванулась вверх и через, и тут же врезалась грудью в оконную раму.
— Глупое двуногое передвижение! — простонала я и запыхалась, прежде чем Йерлинг протянула руку и втащила меня.
— Хорошо, мы внутри, на втором этаже, — доложила Йерлинг остальным по телефону. — Все на позициях?
— Отличный вид отсюда, — ответила Блонди. — Похоже, Кабаллерон держит твою сестру в большой центральной комнате. Она привязана к стулу, а доктор исполняет свою обычную песню и танец.
Что касается нас, мы были в том, что выглядело как старый офис, вероятно, когда-то использовавшийся бригадиром склада. Пока я приседала за обветшавшим столом, чтобы переждать тупую боль в груди. Это место было свалкой; воздух все еще был влажным от запаха старых химикатов и многолетней пыли, все, что не было сделано из бетона, скрипело каждый раз, когда мы переносили свой вес, и было достаточно кусков сломанного металла и выброшенных винтов, чтобы я мысленно отметила проверить свою запись о прививке от столбняка, как только вернусь домой.
Йерлинг выглянула в дверь, осматривая коридор в обе стороны.
— Есть какие-нибудь признаки сундука? — спросила она по телефону.
— Дайте нам секунду, — ответила Блонди. — Хорошо, у нас есть что-то вроде причудливой коробки в… комнате на северо-западном углу. Я вижу пару парней, охраняющих ее, но они, похоже, больше заинтересованы в просмотре игры.
— Тогда ждите нашего сигнала.
Йерлинг затем жестом приказала мне следовать за ней, и мы прошли в коридор. Однако нам приходилось держать головы опущенными, так как противоположная сторона коридора состояла из грязных или разбитых стекол, открывая обзор на главный зал. Поскольку это был заброшенный склад, там не было ничего, кроме старых полок и такого же мусора и выброшенных контейнеров, которыми был украшен двор. Коридор соединялся с металлическими переходами, которые окаймляли периметр здания, которые соединялись с переходами наверху и землей через ряд лестниц. Это означало легкий способ передвижения без необходимости спускаться на уровень земли и узкие проходы, чтобы ограничить любое численное преимущество. Несколько столов и стульев были установлены для удобства наших похитителей, а в центре находились Дерринг До и доктор Кабаллерон.
Это было похоже на сцену прямо из романа о Дэринг Ду, только без «сюжетной брони», чтобы героиня вышла невредимой. Несколько наемников слонялись без дела, но большинство, казалось, собрались вокруг переносного телевизора, установленного в дальнем углу, рядом с комнатой, где хранился сундук. С того места, где мы находились, мы не могли толком расслышать, что происходило между Дерринг и Кабаллероном, хотя я представляла, что это включало много хвастовства и остроумных отповедей. Не похоже было, что наша стойкая авантюристка была ранена или плохо обращена, но книги всегда изображали Кабаллерона как того, кто позволяет другим пачкать руки.
— Хорошо, Сансет, ты знаешь план, — прошептала мне Йерлинг. Я быстро показала ей большой палец вверх, и затем мы разделились, каждая из нас направилась в противоположную сторону коридора. Йерлинг направилась на переход, оставаясь безмолвной, пока она пробиралась на позицию, а я остановилась на стыке между коридором и открытым переходом, ожидая ее сигнала. К счастью, заходящее солнце помогало отбрасывать множество теней на переходы, что облегчало нам возможность оставаться скрытыми. Теперь все, что мне оставалось, это сидеть и ждать, либо продолжать следовать плану, либо бежать к окну и надеяться, что мне повезет больше, выпрыгивая из него, чем запрыгивая в него.
Я следила за доктором Кабаллероном, пока ждала. Он все еще разговаривал с Дерринг, и я могла различить несколько слов, когда он повышал голос, но ничего необычного. Он настаивал, чтобы она «присоединилась к нему», а она говорила что-то, от чего доктор хмурился. Но затем он снова уверенно улыбался, произнося то, что, как я представляла, было пустой угрозой, поглаживая щетину на подбородке. Йерлинг ждала, пока она не отошла достаточно далеко, чтобы, когда она наконец встала и дала о себе знать, все взгляды обратились к ней, и от меня.
— Отличное место у вас здесь, — крикнула она, выходя на свет. Тихий смешок сорвался с ее губ, когда она небрежно оперлась о ближайшее перила. — В нем есть приятное ощущение боевика восьмидесятых.
Хотела бы я видеть выражение лица Кабаллерона, когда он поднял взгляд и увидел свою заклятую врагиню, нависающую над ним. Однако у меня были более важные дела, на которых нужно было сосредоточиться, и я начала свой медленный и осторожный путь по периметру.
— Дерринг До? Погодите, как? Но вы же… — воскликнул Кабаллерон, судорожно переводя взгляд между Дерринг наверху и той, что была привязана к стулу рядом с ним.
— О, да ладно, ты действительно думал, что сможешь поймать меня так легко? — сказала Йерлинг с легким смешком.
— Но если ты… тогда кто это?..
— Это двойник, которого я наняла, чтобы ты потратил свой день, преследуя ее, а не меня. Не думала, что ты, честно говоря, зайдешь так далеко, не осознав, что это не я.
— Не слушайте ее! Она просто пытается украсть мою славу! — воскликнула настоящая Дерринг До. Либо она быстро разгадала наш план, либо ей очень не нравилась идея, что кто-то перепутает ее с сестрой.
— Я настоящая Дерринг До, а это просто моя глупая сестра-близнец!
— У тебя нет сестры! — отрезал Кабаллерон, снова повернувшись к Дерринг. — За все наши годы ты ни разу не упоминала братьев или сестер!
По правде говоря, было довольно невероятно, чтобы кто-то ни с того ни с сего вытащил из рукава идентичного близнеца. Даже если Кабаллерон был достаточно умен, чтобы понять, что он находится в эпицентре обмана, он никак не мог узнать, кто говорит правду.
— Серьезно, Кабаллерон, она совсем не похожа на меня. Мне почти обидно, что ты даже не можешь меня узнать, — настаивала Йерлинг, игриво смеясь все это время. — Если ты проверишь ее карманы, то найдешь пятьсот баксов, которые я ей заплатила.
Конечно же, Кабаллерон пошарил в карманах своей пленницы и вытащил пачку двадцатидолларовых купюр, к большому протесту Дерринг.
— Отдайте это! Я выторговала эти деньги честно и справедливо!
— Тише и дай взрослым поговорить! — огрызнулась Йерлинг на свою сестру. — Теперь отпустите девушку, и вы сможете получить эти дурацкие амулеты.
Кабаллерон продолжал смотреть на доказательства перед собой, тщательно рассчитывая, как избежать ловушки, которую Дерринг ему приготовила. Когда мисс Йерлинг достала фальшивые амулеты и протянула их ему, давление, чтобы начать игру, возросло. Если бы он был умен, он бы понял, что Дерринг явно не работает в одиночку, и, таким образом, должен был привести своих приспешников в полную боевую готовность. Однако все продолжали смотреть на Йерлинг, как кучка послушных школьников. Все это время я продолжала свой бесшумный путь по переходам, пока не оказалась почти над комнатой, где находился сундук.
— Ты рассказываешь интересную историю, Дерринг До, если это действительно ты, — задумчиво произнес Кабаллерон, повернувшись к Йерлинг. — Но мне нужно что-то более конкретное. Учитывая, сколько раз ты пыталась перехитрить меня в прошлом, ты можешь понять человека, обладающего здоровым скептицизмом.
— О, это значит, что я могу раскрыть кое-какую секретную информацию о тебе, которую знаю только я? — сказала Йерлинг с несколькими возбужденными подпрыгиваниями. — Ты пять лет утверждал, что твой любимый цвет — баклажановый, потому что это звучало более культурно, несмотря на то, что ты на самом деле думал о каштановом и понятия не имел, что такое баклажан.
Это явно не то, что Кабаллерон имел в виду, поскольку он неловко заерзал на месте, прочистив горло, чтобы скрыть свое очевидное смущение, пока ближайшие прихвостни хихикали про себя.
— Кстати, это баклажан.
— Э-это не совсем то, что я имел в виду, — заикаясь, сказал Кабаллерон, приходя в себя. — Кроме того, ты могла узнать это где угодно. Я говорю о конкретных и неопровержимых доказательствах, которые могла бы предъявить только Дерринг.
Как ни странно, теперь настала очередь мисс Йерлинг быть ошарашенной и сбивчиво отвечать.
— Т-ты не можешь быть серьезен. Здесь?
— Ну, если только ты не хочешь спасти свою… невинную маленькую пешку, — задумчиво произнес зловещий доктор. Он несколько раз похлопал Дерринг по голове, злобно ухмыляясь другой сестре.
— Я не пешка, ты тупоумный простофиля! — продолжала кричать Дерринг, но безрезультатно.
Йерлинг ощетинилась и проворчала себе под нос. Поскольку я прошла по переходам насколько могла, оставаясь скрытой, чтобы добраться до комнаты с сундуком, мне нужно было спуститься по ближайшим лестницам на главный этаж. Это привело меня опасно близко к некоторым прихвостням, и я не чувствовала себя достаточно безопасно, чтобы идти дальше.
— Ладно, хорошо! — крикнула Йерлинг в ответ. — Но ваши приспешники должны закрыть глаза. Это не стриптиз-шоу!
Я не была уверена, была ли это просто уловка, чтобы помочь мне, или искренняя забота, но в любом случае это, казалось, убедило Кабаллерона, который приказал своим прихвостням закрыться. Мне это все еще казалось странной просьбой, но я не собиралась упускать золотую возможность, поэтому начала пробираться по лестнице к комнате с сундуком. Мое любопытство, однако, пересилило здравый смысл, поэтому я немного задержалась, чтобы посмотреть, о чем именно так беспокоилась моя учительница. Именно тогда я заметила, что мисс Йерлинг расстегивает свои брюки. Она приспустила их с правой стороны, ровно настолько, чтобы обнажить большую татуировку на бедре в виде розы ветров. Такую же татуировку она сделала со своей сестрой еще в студенческие годы.
— Теперь доволен? — крикнула она.
— Да, вполне.
Пока все еще закрывали глаза, я ускорила шаг по последнему участку открытой местности и вошла в комнату. Оказавшись внутри, я смогла выдохнуть с облегчением. Передо мной на простом складном столике стоял сундук, из-за которого весь этот шум. Честно говоря, я была немного разочарована тем, что нашла. В романах о Дэринг Ду древние сокровища всегда хранились в этих изысканных, покрытых золотом сундуках с замысловатой резьбой, изображающей великих королей или древние битвы. Вместо этого я получила ветхую коробку из дерева и чугуна, выцветшую и изношенную от разрушительного воздействия времени. Честно говоря, казалось, что несколько ударов кувалдой откроют ее, не говоря уже о какой-либо сложной системе запирания.
Говоря о замках, пока мисс Йерлинг отвлекала Кабаллерона фальшивыми амулетами, у меня были настоящие. Взломать замки могло быть трудной задачей, но это выглядело намного проще, чем пытаться вынести сундук из комнаты. Я вытащила амулеты и держала их в одной руке, а другой осматривала замки. Они выглядели достаточно прочными, несмотря на их возраст, но признаков замочной скважины не было. Однако при осмотре я почувствовала едва заметное углубление под кончиками пальцев, и оно отдаленно напоминало форму жука.
— Что же ты здесь прячешь? — пробормотала я себе под нос, присмотревшись. На нем была старая грязь, но, немного потерев и применив немного усилий, я смогла очистить часть беспорядка. Это открыло очень знакомый символ.
«Это с одного из амулетов.»
Я нашла соответствующий амулет и, поскольку большинство ключей предполагали, что одна вещь будет вставляться в другую, приложила его к углублению и надавила. Оно поддалось лишь слегка, но отказывалось сдвинуться более чем на волосок.
«Может, оно слишком заржавело? Нет, оно определенно сдвинулось. Что-то под ним мешает ему двигаться. Если только…»
Цифры, конечно! Наверное, дело не только в совпадении символов, их нужно было расположить в правильном порядке. Я начала тщательнее осматривать поверхность сундука и вскоре обнаружила еще два углубления похожей формы в металле. Я нашла точку, отмеченную одним символом, и на этот раз повторила процесс с соответствующим амулетом. На этот раз амулет легко вошел в металлическую оправу, и я была вознаграждена «щелчком», когда несколько подпружиненных металлических панелей выскочили: одна из сундука, а другая из самого амулета. То, как эти две панели были расположены, прижатые друг к другу, сразу напомнило мне замок зажигания, поэтому я схватила детали и повернула по часовой стрелке. Сундук загремел и заскрипел, но я была вознаграждена еще одним «щелчком», что, как я надеялась, означало, что один из замков открылся.
— Да! — прошептала я себе, победно сжав кулак.
Как только я повторила процесс с оставшимися двумя замками, я медленно приоткрыла крышку. Внутри лежал предмет, завернутый в несколько слоев ткани, не намного больше ананаса. Поскольку я не хотела рисковать повредить предмет своими грязными пальцами, я схватила его, вместе с тканью.
— Сансет Блонди, у меня макгаффин[51]. Повторяю, макгаффин в безопасности, — прошептала я в свой телефон. — Готовьтесь к эвакуации.
Я направилась обратно к переходу, стараясь держать голову опущенной, пока Йерлинг продолжала отвлекать всех своими переговорами, которые, казалось, зашли в тупик. Теперь оставалось только вернуться к окну и незаметно выскользнуть. Я должна была быть призраком — шепотом тени в ночи.
«Давайте все улыбнемся, улыбнемся, улыбнемся! Наполним мое сердце солнечным светом, солнечным светом!»
И именно в этот момент, стоя перед парой наемных головорезов, я поняла, что забыла поставить телефон Пинки на беззвучный режим. Все глаза в здании повернулись, чтобы сосредоточиться на мне.
— Кто, черт возьми, ты такая? — спросил Кабаллерон.
Так что же сказать, когда тебя поймали с поличным? Если ты умна, ты могла бы придумать что-нибудь остроумное в ответ, в отличие от меня, которая просто сказала первое, что пришло на ум.
— Э-э-э, привет. Большая ваша поклонница. Мне очень понравилась ваша роль в «Кольце судьбы».
— Взять ее!
— О, пони-перья!
Я рванулась к лестнице, как будто за мной гналась сама Найтмер Мун. У меня был достаточно хороший отрыв, по крайней мере, так что я смогла держаться впереди них, когда я карабкалась по переходу. Я огляделась по складу, чтобы посмотреть, сможет ли Йерлинг помочь, но с разрушенным притворством, она была занята, уворачиваясь от других наемных головорезов. Каждый шаг вызывал какофонию гремящих металлических прутьев и винтов, что, по крайней мере, означало, что я могла сказать, что они позади меня, не глядя. К сожалению, идиотские приспешники оказались не такими уж рассеянными, как я надеялась, так как один из них поднялся по лестнице на переход впереди меня и теперь угрожал отрезать мне путь. Пришло время импровизировать новый план, и, к счастью для меня, выше был еще один уровень переходов и лестница чуть впереди.
— Блонди, мне нужна веревка! Целься в переходы на верхнем уровне! — крикнула я в свой телефон.
Когда я достигла верхнего уровня переходов, я увидела то, что заказывала: веревка спускалась из открытого светового люка и свисала рядом с перилами впереди.
— Хватайся, мы тебя поднимем! — крикнула Эпплджек сверху.
Было бы ложью сказать, что я совсем не нервничала от мысли повиснуть на веревке, паря на высоте тридцати футов или более над твердым бетонным полом, при этом держа в руках бесценный артефакт. Поскольку у меня была только одна рука, чтобы держаться за веревку, я быстро обвязала ее вокруг талии для дополнительной безопасности.
— Это почти выход, достойный самой Дэринг, — усмехнулась я себе.
Как только я подала сигнал своим друзьям наверху, они начали поднимать меня. Все давление на мою поясницу не шло на пользу моим ноющим костям, но мне пришлось стиснуть зубы и терпеть, пока меня дюйм за дюймом подтягивали к световому люку. Я посмотрела вниз, чтобы проверить, как дела у других. Мисс Йерлинг отлично справлялась с уворачиванием от головорезов, перепрыгивая с переходов на землю. Во всей суматохе никто особо не обращал внимания на Дерринг До, которая все еще была привязана к стулу, но теперь медленно прыгала по складу, пытаясь высвободить руки из веревок. У нее определенно была цепкость Дэринг Ду.
Беда случилась, когда веревка, натягиваясь и скрипя о ржавую старую оконную раму, внезапно оборвалась. Все, что я могла, это кричать, снова став жертвой капризных прихотей гравитации. Клянусь, в тот момент вся моя жизнь пронеслась перед глазами: я думала о каждом акте жестокости, который совершила во имя амбиций; о своем отчаянном стремлении обрести искупление в глазах моего сообщества; о каждом приступе смеха, разделенном с друзьями; о каждой слезе, пролитой над сентиментальным фильмом; о каждом обеде в кафетерии, когда мы делились фотографиями и историями дня.
Каким-то образом, в хаотическом барахтанье, которым было мое падение, та часть моего мозга, которая все еще заботилась о таких вещах, как выживание, сумела ухватиться за перила перехода, когда я пролетала мимо. Вопреки тому, как это показывают в фильмах и комиксах, хвататься за выступ или перила в свободном падении было больно, как будто кто-то только что заменил мой плечевой сустав раскаленным пушечным ядром. Однако это было лучше, чем альтернатива. Внезапный шок от резкой остановки выбросил реликвию из моих рук, но благодаря быстрой реакции я смогла ухватиться за нее. Однако это был не крепкий захват, особенно когда тканевая обертка начала соскальзывать под тяжестью. Я не могла уронить эту вещь — не с такой высоты. Именно тогда я заметила Дерринг До прямо подо мной, хотя она все еще была привязана к стулу, прыгающая, как сумасшедшая и отчаянная дура. Это был долгий выстрел, но это был единственный шанс, который у меня был.
— Дерринг! Посмотрите на верх! — крикнула я, как только реликвия выскользнула из моих рук. Все еще скованная авантюристка посмотрела в небо, и ее глаза расширились, когда она поняла, что что-то падает прямо на нее. Быстро сообразив, в чем она довольно искусна, она бросилась, со стулом и всем прочим, на землю, лицом вверх. Она скользнула по земле, как раз вовремя, чтобы оказаться под реликвией, приземлившись прямо на живот и выбив из нее дух.
Это сохранило реликвию в целости, что было для нее самым важным.
Хоть мои руки теперь были свободны, ситуация ничуть не улучшилась. Все те фильмы, что я смотрела с Луной, показывали висение на пальцах гораздо проще, чем это было на самом деле. Я успела поднять другую руку ровно в тот момент, когда первая ослабла, а это означало лишь, что я просто поменяла одну руку на другую. Это лишь оттягивало неизбежное, поскольку другая рука в конечном итоге ослабеет так же, как и первая.
— Кто-нибудь! Помогите! — Кричать не вредно. Может, кто-то сможет быстро что-нибудь придумать.
Как ни старалась, я не могла ухватиться крепче; пальцы начинали скользить. Если я упаду, в лучшем случае проведу остаток старшей школы в реанимации и получу диплом в инвалидном кресле. По какой-то причине, когда хватка ослабла, мои мысли обратились к Твайлайт Спаркл: моей подруге, с которой я, возможно, не успею попрощаться и которая не узнает о моей судьбе, если только не посмотрит вечерние новости.
И тут произошло чудо.
— Я иду, Сансет!
Это была Рэйнбоу Дэш, её голос манил мой взгляд к мансардному окну. То, что я увидела, перехватило бы моё дыхание, если бы я уже не потратила большую часть его на крики. Моя подруга, движимая в равной степени бравадой и преданностью, нырнула головой вперёд через мансардное окно. В этот момент её окутал яркий синий свет, и мгновение спустя я увидела, как моя крылатая подруга устремилась ко мне. Она схватила меня всего через несколько мгновений после того, как я потеряла хватку, унося меня по воздуху с такой скоростью, что всё вокруг расплылось.
В следующий миг я скользила по бетонному полу, остановившись, мягко ударившись о дальнюю стену. И каким-то образом Дерринг До и реликвия оказались рядом со мной.
— Что только что произошло? — пробормотала дезориентированная Дерринг До.
Рэйнбоу Дэш, должно быть, схватила её тоже во время своего дерзкого воздушного манёвра.
— Это я! — воскликнула Дэш, приземлившись прямо за Дерринг.
— Вот это да, у тебя крылья!
К счастью, Рэйнбоу Дэш спокойно отнеслась к шоку своего кумира и не отвлеклась на свою обычную потребность покрасоваться.
— Я же тебе говорила о них в библиотеке, помнишь?
— Дэш, ты… ты спасла мне жизнь. — Возможно, это звучало очевидно, но я была так убеждена, что обречена, что только сейчас осознавала произошедшее.
— Мы ещё не выбрались, — напомнила мне подруга.
Придя в себя, мы быстро развязали Дерринг До, помогли ей встать на ноги и побежали к выходу. План состоял в том, чтобы выбраться как можно быстрее, как только у нас будут Дерринг и реликвия, поэтому мне пришлось довериться, что Йерлинг сможет выбраться сама.
— Флаттершай, мы выходим! — крикнула я в свой телефон, распахивая выходную дверь плечом. — Заводи машины!
— Но… но у меня только ученические права, — ответила Флаттершай. — Мне нельзя управлять машиной без лицензированного водителя.
— Заводи машину, или мы бежим домой: выбирай!
В ответ я услышала лишь испуганный писк, но он прозвучал достаточно похоже на утвердительный ответ, так что мы двинулись дальше. Пока мы втроём перебегали через двор, или, вернее, двое из нас, а Дэш летела рядом просто потому, что могла, я взглянула и увидела Эпплджек и Блонди, быстро спускающихся по стене здания, чтобы присоединиться к отступлению.
— Где моя сестра? — спросила Дерринг, оглядываясь на склад.
Ответ на этот вопрос пришёл спустя мгновения, когда мисс Йерлинг внезапно вылетела через одно из окон второго этажа, ногами вперёд и раскачиваясь на длинной цепи. Разворачивающаяся цепь замедлила её спуск, позволив ей безопасно приземлиться в перекат, а затем броситься в безумный спринт, чтобы присоединиться к нам.
— Это… было… потрясающе! — воскликнула Дэш пронзительным визгом.
— Ты бы видела лицо Кабаллерона, когда появилась мисс Йерлинг! Он выглядел так, будто только что призрака увидел! — воскликнула я, после чего раздался взрыв смеха.
Мы вернулись домой к мисс Йерлинг, настроение было выше, чем когда-либо, благодаря успеху нашей спасательной миссии. Только когда мы достигли цели, мы смогли наконец-то расслабиться и официально назвать это победой. Признаков преследования со стороны доктора Кабаллерона или кого-либо из его приспешников не было, что, возможно, было связано с тем, что Рэрити и Пинки Пай нашли, где они припарковали все свои фургоны, а затем незаметно спустили все шины. Мы все с нетерпением ждали возможности наконец-то сесть и расслабиться, а некоторые из нас очень хотели отпраздновать это тако. Лично я просто хотела лечь и быть благодарной, что ещё жива.
— А ты бы видела меня, когда я спикировала и схватила Сансет прямо во время её падения, — добавила Рэйнбоу Дэш, которая большую часть поездки без умолку говорила о своём новом превращении в пони.
Учитывая, что она сделала нечто довольно впечатляющее, мы все позволили ей немного потешить своё эго.
— Я только надеюсь, что мы не создали себе проблем в будущем, потому что ты использовала магию перед таким количеством людей, — прокомментировала я, прежде чем броситься на диван.
Хотя я ничего не сказала об этом, все знали, что у меня всё болело. Я была бы довольна, если бы мне не пришлось пошевелить и мускулом до конца дня.
— О, пожалуйста. Я летела слишком быстро, чтобы кто-то понял, что он видел, — сказала она.
Её заверения мало меня утешили, хотя вскоре у неё появилась поддержка.
— Она права, — вмешалась Дерринг До. — Я имею в виду, всё, что я видела, это разноцветное пятно, а потом я оказалась рядом с тобой на другой стороне склада.
Мы все собрались в гостиной, занимая места, где могли, и иногда используя друзей в качестве сидений, и раздали тако для заслуженного обеда. Ничто так не завершает насыщенный день, как бобы, сальса и гуакамоле.
— Ну, думаю, я должна поблагодарить вас всех за спасение, — заметила Дерринг между укусами. — Не то чтобы я не могла выбраться оттуда сама, но вы, безусловно, помогли ускорить процесс.
— Мы там спасли твою задницу. — Несмотря на её настойчивость, Йерлинг не выглядела слишком обеспокоенной тем, кто за что получил признание. В конце концов, она согласилась на этот план не ради славы.
— И я надеюсь, ты понимаешь, какой риск я теперь несу, зная, что доктор Кабаллерон знает о моём существовании.
— О, всё будет хорошо. Он не такой, — Только тогда телефон Дерринга начал звонить. — Ну, про легок на помине. Вот, дай я включу громкую связь.
Она нажала несколько кнопок на телефоне, а затем положила его на кофейный столик.
— Резиденция Дерринг До, чем могу помочь?
— Не думай, что ты победила, Дерринг До! Это ещё не конец! — прошипел Кабаллерон с другого конца линии.
— За исключением того, что у меня реликвия, амулеты и тако. Я выиграла три из трёх, так что это определённо победа для меня, — ответила Дерринг.
Хотя её улыбку нельзя было передать по аудиосвязи, её торжествующий тон просто кричал: «самодовольная, победоносная ухмылка». Перед лицом неопровержимых доказательств даже упрямый злодей должен был сократить свои потери и сохранить ту небольшую часть своей гордости, которую мог.
— Очень хорошо, но в следующий раз всё будет иначе. Помяни моё слово, Дерринг До!
— Ты всегда можешь попробовать снова; теперь я опережаю всего на восемь очков, — сказала Дерринг, после чего остальные из нас дружно посмеялись.
Она наклонилась и, казалось, собиралась повесить трубку и оставить доброго доктора вариться в собственном провале, но затем сказала то, чего никто из нас не ожидал.
— Так что, мы по-прежнему собираемся поужинать в конце месяца?
— О, конечно! Мы так давно тебя не видели!
Тон Кабаллерона изменился так быстро, что у остальных из нас чуть не случился шок, теперь он звучал так, будто обращался к давнему другу.
— Ты же знаешь, что хозяюшка с нетерпением ждёт новой встречи с тобой, и она никогда не простит меня, если я позволю тебе забыть.
— Она будет готовить свой балти гошт[52]?
— Именно так, как ты любишь.
— Да! С нетерпением жду! — Возможно, я слишком сильно ударилась головой, но мне показалось, что Дерринг была больше взволнована этим балти гошт, чем бесценной реликвией, которую она держала на коленях.
— Передай привет Сэффи и детям от меня.
— Я передам твои наилучшие пожелания.
Повесив трубку, Дерринг откинулась на диван и скрестила руки за головой, выглядя самодовольной и торжествующей.
— Лучший день в жизни, я бы сказала, — заметила она, по-прежнему не замечая всех недоверчивых взглядов, которые бросали на неё остальные.
— Что это, черт побери, было?!. — воскликнула я наконец.
— Эм, планы на ужин? — ответила Дерринг, озадаченно глядя на меня. Только тогда она заметила, что все остальные разделяют моё выражение лица. — Что-то не так?
— Почему ты строишь планы на ужин со своим заклятым врагом? — Хотя мне не следовало бы на это указывать.
— Потому что мы друзья? — Снова Дерринг посмотрела на нас так, будто мы начали нести чушь.
— Я думала, Кабаллерон жадный, эгоистичный придурок, который интересуется археологией только ради быстрого обогащения, — заявила Дэш, опираясь на свой запас информации, связанной с Дэринг.
— Конечно, но это было до того, как я познакомила его с его женой. Он очень смягчился после этого, а когда появились дети, его волновала только стабильная зарплата, медицинская страховка и пенсионный портфель.
— Так чем же он занимается сейчас? — спросила Дэш.
— Он устроился преподавателем в Окстротский университет. Он же доктор, в конце концов.
В то время как я была просто удивлена, того же нельзя было сказать о мисс Йерлинг, которая выглядела так, будто её вот-вот хватит апоплексический удар. Она встала со своего места и подошла к сестре.
— Но как же похищение? Наёмные головорезы? Я думала, твоя жизнь в опасности!
Прежде чем кто-либо успел что-либо сказать, она потянулась и подняла сестру на ноги за шиворот.
— Объясни, сейчас же!
— Опасность? О, да ладно. Это Кабаллерон, о котором мы говорим, — Дерринг отмахнулась от беспокойства сестры. — Конечно, он больше не будет привязывать меня к медленно движущейся смертельной ловушке, но это не значит, что мы всё ещё не можем повеселиться, как в старые времена. Бандиты, погони, постоянные попытки саботировать друг друга — они мотивируют нас обоих думать умнее и работать быстрее. И это делает весь процесс гораздо менее скучным, чем обычно.
— Ты хочешь сказать… похищения никогда не было?
— Конечно, нет! Он привязывает меня к стулу и пытается заставить сдаться, пока я пытаюсь сбежать. Если бы вы прибыли на час раньше, вы, вероятно, увидели бы, как он кормил меня пирожными, пока мы смотрели футбольный матч.
— Ты никогда не была в опасности… — пробормотала Йерлинг в недоумении.
Дерринг просто отмахнулась от этого, похлопав сестру по плечу.
— Серьёзно, сестрёнка, ты думаешь, я бы взяла этих двоих, если бы была какая-то реальная опасность? Ты действительно думала, что я была бы такой безответственной?
Я ожидала от Йерлинг какого-то резкого, пространного опровержения, провозглашающего важность честного и открытого общения, но вместо этого она решила прибегнуть к гораздо более примитивной форме выражения и просто ударила сестру в живот. Удар был достаточно сильным, чтобы Дерринг опустилась на одно колено, хватаясь за живот и пытаясь отдышаться.
— Отметка… сделана, — прохрипела она.
— Как только закончишь есть, я хочу, чтобы ты убралась из моего дома, — заявила Йерлинг ровным голосом.
Не сказав больше ни слова, она удалилась в другую часть дома, в свою спальню, как я полагала. Остальные из нас просто смотрели в недоумении, за исключением Блонди, которая выглядела как родитель, вынужденный гоняться за своим закатывающим истерику малышом.
— Я попробую с ней поговорить, — извинилась Блонди, прежде чем броситься в погоню.
А ведь всё шло так хорошо. Хотя я могла понять реакцию Йерлинг, я не была уверена, что она была полностью оправдана.
— Ты в порядке? — спросила я, предлагая Дерринг руку, чтобы помочь ей подняться.
— Бывало и хуже, — ответила она со стоном. Однако после того, как я помогла ей подняться, она смогла выдавить усталую улыбку и благодарно похлопала меня по плечу. — Как бы привыкла, что она королева драмы.
Потеряв интерес к праздничным тако, Дерринг До просто собрала свои вещи и нежно попрощалась со всеми нами. Я всё ещё не хотела, чтобы всё так заканчивалось, когда Дерринг и Йерлинг явно всё ещё были в натянутых отношениях. Я последовала за ней на улицу, хотя всё ещё пыталась понять, что именно сказать, пока она складывала свои вещи на мотоцикл.
— Ну… что теперь? Ты просто вот так уйдёшь?
Хотелось бы мне сказать что-нибудь более проникновенное, но иногда простота срабатывала.
— Ты видела, какая моя Ди, — ответила Дерринг, засовывая свою реликвию в боковую сумку. — Если бы я осталась подольше, она бы снова начала свою речь про «тебе нужно быть более ответственной».
— Не рассказать нам обо всём этом с Кабаллероном было довольно безответственно.
— Я не просила вас начинать спасательную операцию, — сказала Дерринг с внезапным приливом гнева. — На самом деле, я сказала тебе и Рэйнбоу Дэш вернуться к Йерлинг и ждать меня! Это вы решили, что я не могу справиться сама, и вам пришлось сделать это за меня!
Хотя это был не самый ответственный выбор, эмоциональный импульс заставил меня ответить тем же.
— Я упала с чёртова мостика из-за тебя и твоей игры в охотников за сокровищами! Меньшее, что ты могла бы сделать, это проявить хоть немного благодарности за риски, на которые я пошла.
Дерринг До ничего не сказала сразу, вместо этого предпочла ответить надутым хмурым видом и скрестив руки на груди.
— Думаю, ты права, — пробормотала она в ответ. — Я… я полагаю, тогда я должна извиниться. Я так привыкла делать всё по-своему, не всегда легко учитывать других людей. Так что мне жаль, мисс Шиммер, я, честно говоря, не думала, что кто-то будет беспокоиться обо мне.
— Всё в порядке. Не всегда легко помнить о других, но это всё равно важно.
— Наверное, мне лучше уйти, — продолжила Дерринг с полуулыбкой. — Йерлинг собиралась начать ещё одну лекцию «вернись в школу», а мне этого хватает от Кабаллерона и его жены.
— Они тебя достают этим? — спросила я, сбитая с толку этим замечанием.
— Да, Кабаллерон всё время предлагает мне место в своей аспирантуре, — объяснила она, тихо смеясь при этом. — Часть его шутки про «присоединяйся к тёмной стороне, Дерринг До». Он каждый раз смеётся над этим. И мне всегда приходится говорить: «Я никогда не буду работать на такого, как ты!» — Однако она быстро заметила, что я не смеюсь. — Хм, наверное, это больше внутренняя шутка.
— Так почему бы тебе не согласиться?
— Меня и так всё устраивает, — заявила Дерринг, хотя мне было трудно поверить, что это правда. — К тому же, моей сестре нужен материал для её книг о Дэринг Ду, а я не создана для научных исследований…
— Он, должно быть, так думает, если делает такое предложение, — возразила я.
— Он будет первым, кто так подумает.
Я провела большую часть дня, знакомясь с сёстрами Дэринг. В одной была женщина, которая стремилась сохранить контроль над каждым аспектом своей жизни, движимая чувством неуверенности; а на другой стороне была женщина, которая отказывалась быть под контролем кого-либо или чего-либо, идя на крайние меры, чтобы пережить приключения и волнения прошлых лет. Глубоко внутри, однако, казалось, что обе они хотели одного и того же, но были слишком горды или упрямы, чтобы открыто признаться в этом другому человеку. Может быть, пришло время кому-то взять кнут и пряник.
— У меня только что появилась идея, — сказала я, внезапно схватив Дерринг за руку. — Пошли!
Возможно, движимая чувством долга из-за моей почти смерти, Дерринг До последовала без всяких возражений, хотя она неоднократно выражала любопытство по поводу моих намерений. Я сказала ей просто подождать и посмотреть, так как не хотела никого обнадеживать или, что более реалистично, заставлять передумать.
Я завела Дерринг обратно внутрь и в конце концов разыскала мисс Йерлинг, которая сидела в своей спальне в мрачном настроении, а рядом стояла расстроенная Блонди.
— Что вы двое здесь делаете? — спросила Йерлинг обвинительным тоном.
— Я беру пример с Селестии и исправляю это, — смело провозгласила я. — Вы двое слишком долго позволяли своему упрямству и обиде мешать вам. Теперь я хочу, чтобы вы обе сели и послушали.
— Эй! Мы тут взрослые! — запротестовала Йерлинг.
К счастью, я получила неожиданную, но желанную поддержку от Блонди. Она встала рядом со мной, скрестила руки на груди, а затем проревела, как суровый сержант-инструктор:
— Сядьте и заткнитесь!
И когда шестифутовая женщина кричит на тебя, чтобы ты сел, только дурак откажется приземлить свою задницу на ближайшую поверхность. Близнецы тут же сели на кровать, замолчав и глядя на меня со смесью любопытства и нервозности. С Блонди рядом я чувствовала себя увереннее, продолжая, даже когда мои друзья начали собираться за дверью, чтобы посмотреть, что происходит.
— Хорошо, пришло время вам двоим признать некоторые истины, — начала я, расхаживая по комнате.
Я сделала несколько глубоких вдохов, что, возможно, выглядело как драматическая пауза, но мне просто нужно было мгновение, чтобы сформулировать свои мысли.
— Мисс Йерлинг, вы прекрасный учитель, и вы создали для себя фантастическую жизнь с тем, кто по-настоящему заботится о вас. Однако вы немного помешаны на контроле и продолжаете позволять своей зависти к популярности сестры брать над вами верх.
— Ты… завидуешь мне? — спросила Дерринг в недоумении. — Но ты же всегда кричишь на меня, чтобы я привела свою жизнь в порядок.
— И несмотря на весь этот беспорядок, все, кто знаком с нами обеими, предпочитают тебя мне, — ответила Йерлинг, закатив глаза. — Ты всегда была популярной. Я имею в виду, ты — Дэринг Ду, или, по крайней мере, так считают все фанаты книги. У тебя были подростки, которые добровольно рисковали собой, просто чтобы помочь тебе. Люди радовались, когда я в последний раз брала больничный.
— В нашу защиту, это отложило викторину, — быстро вмешалась Дэш.
— Послушай, та рыжеволосая там большую часть времени, что я её знаю, защищала тебя, — продолжила Дерринг.
К моему облегчению, ни одна из них не звучала даже близко к тому, чтобы быть злой.
— А насколько мне известно, ты лучший учитель в этой школе. В конце концов, кто, по-твоему, окажет большее влияние на жизнь этих детей? Когда ты в последний раз видела, чтобы выпускник благодарил литературного персонажа?
Поскольку я не хотела, чтобы разговор был полностью сосредоточен на неудачах Йерлинг, я перевела его на следующую проблему.
— Что касается тебя, Дерринг До, ты так много лет делала всё сама, что редко останавливаешься, чтобы подумать о нуждах других. Все вокруг взрослеют, создают семьи и строят будущее, а ты продолжаешь искать мгновенное удовлетворение и переживать прошлое. Я думаю, это заставляет тебя чувствовать себя некомфортно, потому что ты не веришь, что сможешь.
— Я не такая! — огрызнулась Дерринг, заслужив суровый взгляд от всех остальных в комнате. Это быстро подорвало всякое чувство неповиновения и заставило её опустить плечи в поражении.
— Н-ну, может быть, немного.
— Почему ты так думаешь? — спросила Йерлинг в недоумении.
— Возможно, это связано с сестрой, которая, похоже, не делала ей искренних комплиментов с тех пор, как был «Поиск Сапфирового Камня», — ответила я, бросая на неё свой неодобрительный взгляд. — Ты когда-нибудь задумывалась, что Дерринг взяла тебя в это приключение, потому что хотела провести с тобой время? Чтобы поделиться с тобой своим миром и своими интересами? Вы двое раньше были неразлучны, помнишь? Для неё Дэринг Ду была историей не о славе, известности или деньгах, это было рассказом о двух сёстрах, работающих вместе над чем-то.
Йерлинг посмотрела на сестру с искренним удивлением, все её прежние разочарования и обиды, казалось, растаяли с её лица.
— Это… это правда?
Её сестра лишь неуверенно пожала плечами, выглядя почти смущённой, чтобы сказать правду.
— Я всегда говорила, что первая книга была лучшей, — ответила она. — Не потому, что приключение было захватывающим, а потому, что я делала это с тобой. Быть командой было лучшей частью. Вот почему я продолжаю просить Блонди присоединиться, потому что думаю, что это, возможно, заставит и тебя присоединиться.
— Почему ты мне не сказала?
— Потому что всё, что ты мне говоришь, это вернуться в школу или найти нормальную работу, — огрызнулась Дерринг, но не от гнева, а от другой эмоции, нараставшей внутри неё. — Это просто ещё одно оправдание, чтобы убрать меня из твоей жизни. И каждый раз, когда я даю тебе заметки, всё, что ты делаешь, это беспокоишься и жалуешься на то, что я в итоге делаю! Ты ни разу не сказала: «молодец, сестрёнка» или «так держать».
Дерринг на мгновение замолчала, отвернувшись от всех, пытаясь скрыть то, что наворачивалось ей на глаза.
— Ты можешь хоть раз гордиться мной? — прошептала она.
— О, Дерринг. — Преодолеваемая чувством вины, Йерлинг обняла свою сестру и крепко прижала её к себе. — Ты моя сестра, и я всегда, всегда буду гордиться тобой. Я просто… я, наверное, просто беспокоюсь о тебе, и я ужасно выражаю это беспокойство, не так ли?
Дерринг лишь кивнула в ответ, но продолжала держать лицо, уткнувшись в плечо сестры.
— Мне так жаль, — сказала Йерлинг своим собственным шепотом. — Я всё время настаивала, чтобы ты стала лучшей сестрой, даже не осознавая, что я тоже не была очень хорошей по отношению к тебе.
Затем она отстранилась от объятий, вытянув сестру на расстояние вытянутой руки, чтобы посмотреть ей прямо в глаза.
— Ты когда-нибудь сможешь меня простить?
Дерринг всё ещё пыталась скрыть, что немного плачет, но смогла выдавить слабую улыбку в ответ.
— Зависит от того, готова ли ты простить меня тоже?
— Если позволите, я прерву, — снова заговорила я, хотя и колебалась вмешиваться в разговор на этом этапе. — У меня есть предложение компромисса.
— Компромисс? — ответили сёстры в унисон.
— Да, потому что, хотя приятно видеть, что вы двое осознаёте проблему и обязуетесь её исправить, наличие дорожной карты для этого поможет делу, — объяснила я, используя свой собственный опыт, чтобы ориентироваться. — Одна из вас хочет одобрения и сотрудничества, а другая — ответственности и приверженности. Я думаю, у меня есть способ это сделать.
Дерринг, должно быть, поняла, на что я намекаю, когда попыталась ответить:
— Ты же не предлагаешь мне…
— Позволь мне закончить, пожалуйста, — быстро ответила я. — Дерринг До сообщила мне, что доктор Кабаллерон предлагает ей место в своей аспирантуре. Я думаю, было бы хорошей идеей принять это предложение.
— Это звучит так, будто Йерлинг просто получает то, что хочет, — ответила Дерринг с намёком на скептицизм.
— Ах да, но взамен Йерлинг должна пообещать поддерживать тебя в этом процессе, — продолжила я объяснять, переводя взгляд на свою учительницу. — Потому что твоей сестре понадобится эта помощь, чтобы добиться успеха, и я имею в виду не только финансовую. Дай ей что-то, чего можно с нетерпением ждать в конце пути. Будь рядом при любых проблемах. И как только Дерринг завершит программу, я думаю, она станет отличным партнёром, который поможет тебе с будущими романами о Дэринг Ду.
Они обе смотрели друг на друга, казалось, целую вечность, надеюсь, борясь со своим обычным желанием думать только о себе. Медленно, но верно сёстры снова начали улыбаться, а затем обнялись в трогательных объятиях. Сёстры были не единственными, кто поддался моменту, так как Блонди бросилась и крепко обняла их обеих.
— О, ну разве это не самое милое! Мои две любимые девчонки снова вместе!
Блонди завизжала от восторга, сдерживая свои собственные слёзы радости и оставаясь безразличной к тому, как близнецы извивались в поисках воздуха, когда она их душила. Я не могла не скрыть хихиканья, наблюдая, как близнецы вырываются из удушающих объятий Блонди. В конце концов, им удалось вырваться на свободу и вскоре они задыхались между приступами смеха.
— Ты уверена, что согласна с этим? — спросила Йерлинг свою сестру. — Ты откажешься от своих приключений на несколько лет, чтобы вернуться в школу. Это будет «Дерринг До — скучный аспирант», а не «Дерринг До — бесстрашный исследователь».
— Да, думаю, я согласна с этим, — кивнула Дерринг в ответ.
Хотя она не звучала воодушевлённо, она звучала обнадеживающе, что было гораздо лучше в долгосрочной перспективе.
— Если это означает, что мы снова сможем быть сёстрами, как раньше, я готова смириться с несколькими годами без приключений. Просто пообещай мне, что когда я стану крупным, настоящим археологом, ты присоединишься к некоторым экспедициям.
— Ты станешь крупным, настоящим археологом, а я профинансирую тебе экспедицию.
Всё затихло, хотя ни одна из сестёр пока не сдвинулась с кровати. Они всё ещё переваривали всё, что только что произошло, пока наконец Дерринг До не полезла в карман и не достала свой телефон.
— Я… эм, думаю, мне стоит позвонить доктору Кабаллерону и сообщить ему, — объявила она, просматривая свои контакты. Мгновение спустя она приложила телефон к уху, и на её лице появилось тревожное выражение, когда она слушала гудки. — Привет, Кабаллерон, это снова Дерринг. Слушай, э-э… это место в твоей программе всё ещё свободно? У меня была, эм, переоценка приоритетов. Что? Нет, я не собираюсь… — Лицо Дерринг покраснело, когда она проворчала: — Не заставляй меня это говорить.
Она нервно взглянула на остальных, а затем горестно застонала.
— Я хочу объединить усилия с вами, доктор Кабаллерон…
Был уже поздний вечер, когда я пошатываясь вошла в парадную дверь своего дома. Несмотря на усталость, боль и сильное отставание по домашнему заданию, я всё равно чувствовала беспокойство по возвращении. Было бы ложью сказать, что моё время, проведённое с Йерлинг и её сестрой, не имело скрытого мотива — удержать меня подальше от дома и, в частности, от Селестии. Мы не обмолвились ни словом с момента нашей ссоры из-за моего безрассудного стремления удовлетворить магическое любопытство, и, к сожалению, сегодняшние события лишь продемонстрировали, насколько опасным может стать моё поведение. Весь день, по сути, оправдывал большинство опасений Селестии, а я даже не очень продвинулась в своих поисках. В лучшем случае мисс Йерлинг пообещала, что соберёт все записи и книги, которые она использовала для исследования магических частей Дэринг Ду, но я больше не испытывала оптимизма по этому поводу.
Магия просто не была естественной частью этого мира.
По крайней мере, Рэйнбоу Дэш училась использовать свою магию, хотя, надеюсь, она больше не будет выпрыгивать из окон.
— Я дома! — крикнула я, несмотря на своё желание противоположного. Прятаться всё равно не получилось бы, так как Йерлинг уже отправила бы сообщение Селестии, объясняющее моё долгое отсутствие. Она думала, что делает мне одолжение, но это могло так же легко привести к катастрофе.
Сначала я подумала, что, возможно, всё будет в порядке, так как никто не ответил на моё объявление. Я могла понять Луну, которая ничего не сказала, так как она, вероятно, была в своей комнате в наушниках и не могла слышать ничего, кроме второго пришествия Дискорда. Возможно, Селестия уже легла спать, и у меня будет хотя бы немного больше времени, чтобы собраться с мыслями, прежде чем столкнуться с последствиями утром. Однако эта надежда начала мерцать, как угасающая свеча, когда я услышала слабые бормотания телевизора. Когда я прокралась в гостиную, мои опасения подтвердились, когда я увидела Селестию, развалившуюся на диване, читающую книгу и слушающую ночные новости. Она меня игнорировала? Она должна была слышать, как я вошла, так что это был преднамеренный акт. Может быть, она не знала, что сказать, точно так же, как я чувствовала себя сейчас. Если она не желала мне ничего говорить, то я знала, что должна воспользоваться возможностью, пока она ещё есть, и отступить в святилище своей комнаты.
За исключением того, что я только что провела часть своего дня, убеждая двух взрослых женщин обсудить свои проблемы, а не продолжать действовать из гордости и предубеждений. Было бы довольно лицемерно позволить себе попасть в тот же цикл. Поэтому, проглотив свою гордость, которая, к счастью, в эти дни была всё ещё примерно такой же большой, как чувство тонкости Пинки Пай, я встала перед Селестией и высказала ей всё, что думала.
— Мне… мне жаль то, что я сказала во время нашей ссоры, и за то, что так разозлилась, — начала я, чего было достаточно, чтобы разбудить её любопытство. — Я покинула Эквестрию, потому что думала, что Принцесса Селестия пытается меня сдерживать, и когда ты сказала мне прекратить изучать магию здесь, это показалось мне повторением всей той ситуации.
Я тихо усмехнулась в недоумении.
— Так оказалось, что я усвоила свои ошибки, и теперь знала их настолько хорошо, что могла повторить их в точности.
— Сансет…
— Пожалуйста, позволь мне закончить, — прервала я с поднятой рукой. — Было неправильно с моей стороны расстраиваться и говорить эти вещи. Я не остановилась, чтобы по-настоящему подумать о том, как ты себя чувствуешь. Я выросла в окружении магии; я использовала её каждый день даже для простейших задач. Так что естественно для меня относиться к владению магией так же обыденно, как тебе к вождению машины до школы. Но магия никогда не была такой для тебя — для тебя это была тёмная, опасная вещь, которая угрожала захватить школу и причинить боль людям, о которых ты заботишься.
Точно так же, если бы я взяла несколько пикапов из этого мира и сбросила их на дом в Понивилле, жители, естественно, начали бы немного опасаться всякий раз, когда они увидят ещё одну такую же штуку.
— Я была невнимательна к твоим чувствам, и за это мне очень жаль. Я обещаю, что больше не буду проводить никаких экспериментов.
Если бы это была Принцесса Селестия, я бы ожидала короткой, но вежливой лекции об уроках, которые я усвоила, и о важности принятия ответственности и прощения. И у меня не было бы проблем, если бы директор Селестия решила пойти тем же путём, так как мне, очевидно, ещё многому нужно было научиться.
Однако вместо этого она просто улыбнулась мне, отложила книгу и выключила телевизор.
— Присаживайся, — пригласила она меня, похлопав по месту рядом с собой.
Я положила сумку и присоединилась к ней на диване, и была приятно удивлена, когда она обняла меня за плечо. Она притянула меня немного ближе и крепко, но ободряюще сжала.
— Я чувствую, что тоже должна извиниться перед тобой, — начала она. — Моё решение было… поспешным и мотивированным страхом, а не здравым смыслом.
— Но у тебя есть полное право беспокоиться об опасностях, — поспешно ответила я.
— Это правда. Опасения могут быть оправданы, но это не делает моё решение правильным выбором, — продолжила она. Она откинулась на спинку кресла, прижимая мою голову к своему плечу, тяжело вздохнув. На короткое мгновение не было ничего, кроме тишины её дыхания и гудящего шума потолочного вентилятора наверху.
— Я бы солгала, если бы сказала, что мысль о новой магии в моей школе меня не пугает немного, но этот страх в основном порождён невежеством. Мне следовало быть более открытой, когда ты пыталась меня успокоить.
— Я… я, возможно, немного преувеличивала свой случай, — неохотно призналась я. — Я действительно имею лишь самое смутное представление о том, как магия работает здесь, и я даже не совсем уверена в том немногом, что, как мне кажется, я знаю.
Селестия несколько раз легко похлопала меня и ободряюще улыбнулась.
— Но я верю, что ты сможешь разобраться со временем. Тебе просто нужно быть терпеливой.
— Так подожди, ты… говоришь, ты не против, чтобы я продолжала свои исследования? — спросила я, приподняв бровь, чтобы выразить своё замешательство.
Она сдержано кивнула, прежде чем ответить:
— Ты умная молодая девушка, Сансет Шиммер: страстная, целеустремлённая и, что самое главное, любознательная. Такое любопытство не следует подавлять; чем больше ты пытаешься его сдержать, тем сильнее оно станет. К тому же, я думаю, после сегодняшнего дня мы обе можем согласиться, что даже если бы я сказала тебе остановиться, ты всё равно продолжила бы, но с ещё большим риском.
Я была удивлена внезапным изменением политики Селестии. Как и в случае с моей одержимостью волшебным зеркалом, она признала моё ненасытное любопытство, но вместо того, чтобы пытаться остановить его, она решила помочь направить его, чтобы минимизировать риск. Я не собиралась спорить с решением, которое было в мою пользу, но не могла не чувствовать, что она даёт мне больше, чем я заслуживаю.
Конечно, было несколько условий этого соглашения.
— Просто пообещай мне, что не будешь делать ничего сумасшедшего, не сказав мне, и что ты сделаешь всё возможное, чтобы оставаться в безопасности, хорошо?
Её просьба была более чем разумной, поэтому я без колебаний кивнула в ответ и скрепила сделку тёплыми объятиями.
— Ты дала мне так много, Селестия; я не хочу потерять твоё доверие.
— А я не хочу потерять тебя снова.
Я почувствовала, как её рука нежно погладила мою затылок, притягивая меня ближе, так что моя голова прижалась прямо под её подбородком. Это вселило странное чувство комфорта и спокойствия, как будто ничто в мире не могло причинить мне вреда в этот момент. Мне хотелось остаться там навсегда.
51
Макгаффин — термин, используемый в кино и литературе для описания предмета, устройства или события, служащего пусковым механизмом сюжета, но сам по себе не имеющего особого значения для общего повествования.
52
«Балти Гошт» (Balti Gosht) — блюдо пакистанской и североиндийской кухни, которое представляет собой мясо, приготовленное в специальной посуде, приправленное специями, луком, помидорами и другими ингридиентами.