56. Второе рождение
— Не… н-не покидайте меня… — прошептала я. — Не покидайте. Прошу. Не надо…
Я резко открыла глаза.
Над головой нависал белоснежный мраморный потолок.
Я с криком вскочила, расправив крылья. В тот же миг моё тело окутало облачко тёмно-синей магии, мягко вдавливая меня обратно в постель. Я задыхалась, вглядываясь в поту в резные мраморные арки, задрапированные бархатными занавесками цвета полуночи. На горизонте высились горы, а с них низвергались водопады, сверкающие в лунном свете. За ними над бескрайними просторами Эквестрии висели звёзды, а над землёй плыл густой туман.
— Уверяем тебя, ты не одинока.
Глотая слюну, я без сил взглянула на источник магии.
Надо мной стояла принцесса Луна, её королевские черты выглядели спокойными и мудрыми. В её глазах читалось спокойствие, отражая моё измученное лицо без каких-либо признаков сочувствия.
— Лежала ты без памяти вельми долго, Рэйнбоу Дэш, — промолвила принцесса Луна. — На краткий миг устрашились мы, что ты никогда не пробудишься.
— Сколько прошло времени? — спросила я, потирая голову.
— Девять дней, — с невозмутимым лицом холодно заявила Луна.
Мне стало не по себе.
— Девять дней? — вытаращилась я на неё.
— Именно.
— Но… как… — Я взглянула на свои копыта. — Как я вообще осталась жива?
— С превеликим трудом перенесли мы тебя в сии чертоги, — сказала Луна, медленно вышагивая вокруг кровати. Её гриву развевали полуночные ветры. — Дабы удержать тело твоё в этом мире, нам пришлось затратить большую часть наших сил, а наша магия и без того на пределе…
— Где я? — спросила я.
— В Кантерлоте, — ответила она. — В Полуночном крыле королевского замка.
— То есть это ваша комната? — поинтересовалась я, прищурившись, и попыталась сесть. — Почему я не в Понивилле? Где же… — Слова застряли у меня в горле, и я скривила лицо в гримасе вины. Сглотнув, я пробормотала: — Селестия…
— Она… в настоящий миг занята, — произнесла Луна и отвернулась.
Я заметила это. Когда я повернулась, чтобы присмотреться, то почувствовала, как на череп давит невероятная тяжесть.
— Ун-н-нгх… А?
Мои копытца потянулись и нащупали золотую оправу. Я посмотрела вниз и увидела зубцы Элемента Верности, висящего у меня на шее.
— Какого сена он до сих пор на мне?
— Рэйнбоу Дэш…
— Мне… м-мне надо вернуться в Понивилль! — проскрипел мой голос. Я взмахнула крыльями и дёрнула кулон вверх. — Там же полный бардак! Я…
Внезапно копыто Луны удержало меня, накрыв собой кулон.
— Тебе не стоит снимать его сейчас, — проговорила Луна. — Более того, мы настоятельно советуем тебе не снимать его и впредь.
— О чём вы? — воскликнула я и в отчаянии нахмурилась. — Что случилось, пока я лежала в отключке? Где Селестия?
— Наша любимая сестра в Понивилле, и, прежде чем ты спросишь, тебе не увидеться с ней.
— Да ну? И почему же это?!
— По той же причине, по которой ты не можешь снять с шеи Элемент Верности. — Луна прищурила глаза. — Разве ты этого не чувствуешь? Разве твои чувства не изменились?
— Я… — Я прикусила губу, паря на месте. Наклонила голову, ошеломлённая лёгким головокружением. — Всё как-то… не знаю… размыто. Но это неважно! — Я потрясла головой и указала на окно. — Мне надо вернуться домой!
— Рэйнбоу Дэш, — серьёзно сказала Луна холодным, но мягким тоном. — Ты не можешь вернуться в Понивилль — ни сейчас, ни когда-либо.
— Могу я спросить почему?
Луна воззрилась мне прямо в лицо.
— Потому что ты умираешь.
Мои крылья замерли. Я упала на кровать, глядя на Луну в оцепенении.
— Умираю? — пролепетала я наконец. — В смысле… «больше не буду жива» умираю?
Луна молча смотрела на меня.
— Но… я чувствую… — Я посмотрела на свои конечности. Я не дрожала и не зябла. Тем не менее, мой голос дрогнул: — Что со мной произошло? Это из-за Элемента?
— Напротив, Элемент — это единственное, что ныне держит тебя в живых, — ответила Луна. — Он привносит равновесие в твоё тело, что само по себе — немалая тягота. Нам пришлось провести четыре дня в глубокой медитации, дабы выдумать заклинание, кое сделало бы Элемент десятикратно устойчивей к силам хаоса. Однако даже наших сил недостаточно, дабы сдержать хаос навеки.
— Хаос? — пробормотала я. Мои рубиновые глаза моргнули, и я уставилась на кровать. — Та… та штука, которая влетела в меня…
— Мы не станем судить тебя за выбор покончить с Дискордом; его присутствие было сущим проклятием для Эквестрии. Однако, хоть его тело и было уничтожено, сущность его осталась. Пуще того — она искала носителя. Нам не доставляет радости сообщить тебе, что отныне ты — сосуд хаоса Дискорда и что, как только ты упала без чувств, он начал… проявляться в твоём теле и разуме. Единственным решением, коим располагали мы, дабы упредить последствия хаоса, было запечатать его посредством той самой вещи, которую ты использовала, дабы одолеть Дискорда: твоего Элемента. Благодаря нашему заклинанию мощь Элемента возросла, но всё же это лишь временное спасение.
— Как… — Я проглотила комок и посмотрела на принцессу. — Сколько у меня времени, прежде… прежде чем…
— Без твоего кулона — менее суток, — спокойно сказала Луна. — С Элементом, оберегающим тебя, предсказать сложно. Несколько месяцев, в лучшем случае год.
Я прижала к себе кулон, ровно дыша, а брови мои сдвинулись в раздумье.
— Исчезну… Т-так же как и остальные…
Раздался звук, похожий на гром.
Моргнув, я взглянула в окно. Далеко на западе, посреди долины, в небо беспорядочно взметался луч тёмной энергии, словно ониксовая молния.
— Понивилль…
— Он всё ещё стоит, — произнесла Луна. — Наша сестра позаботилась об этом.
Я глубоко вздохнула. Наконец я отважно оторвала взгляд от мерцающего зрелища вдали и посмотрела на Луну.
— Ваше высочество, расскажите мне всё…
57. Лунная заря
Мордочка принцессы Луны напряглась. Широко расправив крылья, она вскинула голову к небу. На кончике её рога запульсировала яркая точка света, затем пробежала вниз по лбу. Вскоре теневые всполохи, исходящие от её тела, затмило золотое сияние.
Затем над восточными горами, точно рассеивая бурю, взошло яркое солнце. Поначалу оно шаталось, как жеребёнок, учащийся ходить, но вскоре нащупало ровный темп, возносясь всё выше в чистое, ясное небо.
Луна тяжело выдохнула. Её лоб и лицо покрывал пот, словно она только что пробежала марафон.
— С ума сойти… — пробормотала я, лёжа на краю мраморной площадки дворца в нескольких футах от принцессы. — Так вы теперь поднимаете солнце?
Глубоко вздохнув, полночный аликорн сложила крылья и села рядом со мной.
— Воистину, хотя и с большим или меньшим успехом. В теории сие не особливо тяжко, но обнаружили мы, что нам недостаёт той неимоверной силы, коей обладает наша сестра. Она всегда была сильнее. А что касается нас…
— Вы были более грациозной? — спросила я.
— Более сдержанной, полагаю. — Луна подошла и присела напротив, сложив ноги так же, как я. — Поднимать луну было задачей нелёгкой, но всегда тихой, представлением, коему страсть как недоставало зрителей. Было время, когда мы ненавидели столь скудное внимание, однако ныне мы наслаждаемся им. В наблюдении за единственным маяком ночи есть некая умиротворённость, атмосфера, располагающая к думам и философии. Сие приносит покой, и мы будем вельми скучать по сему теперь, раз уж мы отвечаем и за день тоже.
Я взглянула на неё, покусывая губу.
— Как… к-как долго вам придётся управлять солнцем и луной?
Луна тихонько фыркнула, устремив взгляд на пылающий горизонт.
— Столько, сколько потребуется. До тех пор, пока долгом нашей сестры будет запечатывать разлом хаоса в Понивилле.
Со вздохом я посмотрела на золотой кулон, висящий на шее.
— Всё настолько плохо, да?
— Если оставить всё как есть, разлом в реальности будет лишь расширяться. Неукротимый хаос, занимающий этот клочок пространства, в коем заключён мир, поглотит всю Эквестрию и земли за её пределами. Царство гармонии подобно вакууму притягивает чистый хаос, чтобы тот заполнил собой, осквернил каждый его уголок. В настоящее время задача нашей сестры — сдержать эту скверну, по крайней мере до тех пор, пока не утихнет первозданная сила, проявившаяся в разломе хаоса.
— Сколько это займёт?
— Пятьдесят, сто, может быть, даже несколько сотен лет, — спокойно ответила Луна, бесстрастно взглянув на меня. — В жизни аликорна это не более чем сезон. Но для наших маленьких пони это означает, что на карту поставлено само их существование. У Селестии нет иного выбора, кроме как переждать буйство разлома хаоса. Элементов больше нет, так что на этой тверди не осталось ничего, что могло бы направить достаточно гармонической силы в разлом и запечатать его быстрее.
У меня в горле встал ком. Мои копытца задрожали, так что я подогнула их под себя и тихо спросила, слушая шёпот ветра:
— Почему Элементы… взорвались вот так? Почему всё вышло наоборот?
— Сие загадка, которую не можем разгадать ни мы, ни наша сестра, — ответила Луна. — Самая вероятная гипотеза состоит в том, что Элементы не сошлись воедино, когда были наложены чары запечатывания хаоса. В итоге произошёл непредвиденный всплеск отдачи, и сам хаос прорвался через лей-линии, кои делали Элементы единым целым.
— То есть вы говорите, что Элементы пошли вразнос, потому что они не были все вместе, когда… — Я перевела дух. — Когда мои д-друзья попытались сразиться с Дискордом?
— Такого прежде никогда не случалось, — сказала Луна. — У нас имеются лишь догадки. Если бы мы знали, что произойдёт подобное бедствие, мы бы, вестимо, не решились вверить судьбу Эквестрии в твои смертные копыта. Мы бы… рассмотрели вместе с нашей сестрой другую возможность. — На лице Луны отразилось глубокое раздумье. — Нам… невероятно жаль, Рэйнбоу Дэш.
— Нет, принцесса… — прошипела я в гневе, качнув головой и взметнув гриву. Я слышала, как скрипит мой голос, но мне было плевать. — Это я должна извиняться…
— Рэйнбоу Дэш…
— Я подвела их. — Стиснув зубы, я скребнула ногами мраморный пол. — Меня не было рядом, когда они нуждались во мне. Я была недостающим звеном, и они все погибли.
— Ты находилась под действием заклятия, коему ни одна живая душа не в силах противиться…
— Я была слабой! — Я вскочила на копыта, нахмурившись. — Я была слабой, упрямой и глупой! Должна была понять, что Клаудсдейл не падёт! Дискорд ничего бы от этого не выиграл! Вместо этого я позволила запугать себя! Я совсем забыла о своих друзьях. Забыла…
Я болезненно выдохнула, почувствовав, как меня охватывает волна головокружения. Кулон резко потяжелел, когда я прижала копыто к голове и закачалась.
— Я… я забыла быть верной…
— Юное дитя… — Луна поднялась и поддержала меня передней ногой. — Рассудок твой помутился, да. Но как только туман, окутывавший твой разум, рассеялся, ты немедля поспешила к своим друзьям, дабы помочь им.
— Пф-ф. Да уж, — устало отвернулась я. — Какое совпадение…
— Тем не менее, когда ты обрела своё истинное сознание, ты проявила не что иное, как неподдельную преданность и любовь. — Луна ласково посмотрела на меня. — Несомненно, сердце твоё в смятении. Мы желали бы порадовать тебя добрыми новостями, когда ты очнулась, но ты всегда впечатляла нас своей искренностью и стойкостью.
Я смотрела на запад, на бушующий фонтан чёрной энергии, что вырывался из Понивилля каждые несколько секунд.
— Вероятно, ещё есть время, чтобы узнать больше о твоём самочувствии…
— Мне надо увидеть её, — сказала я.
Луна с любопытством приподняла бровь.
Я посмотрела на неё.
— Принцесса Селестия. Ваша сестра. Мне нужно поговорить с ней.
— Рэйнбоу Дэш, возможно, наши слова не дошли до тебя, — проговорила Луна, отступив на шаг. — Разлом хаоса, что охраняет наша сестра, отзывается на энергию, резонирующую внутри тебя. Чем ближе ты к месту гибели Дискорда, тем сильнее твоё тело будет охвачено хаосом. Твоя жизнь и без того достаточно коротка. Коли мы приведём тебя в Понивилль, ты непременно умрёшь.
— Расскажите мне что-нибудь, чего я не знаю, — с вялой улыбкой пробормотала я. Затем тяжело вздохнула. — Отведите меня к ней, ваше высочество. Пожалуйста. Или я полечу туда сама.
58. Не отставать
Мои ноздри раздувались от резких порывов ветра. Морща лоб, я рассекала крыльями вышину, направляясь своей дорогой на запад. Чем ближе я подбиралась к Понивиллю, тем сильней подступала тошнота, и развернуться к противоположному горизонту хотелось всё больше.
Я летела то быстрее, то медленнее, и это не укрылось от Луны. Принцесса Ночи парила в нескольких ярдах справа от меня. Она бросила на меня взгляд, полный холодной тревоги, в то время как королевские стражники Кантерлота пытались не отставать от нас обоих. В воздухе разносилось хлопанье крыльев. Хотя и без того было довольно трудно сосредоточиться.
Меня сотрясала дрожь, но я продолжала свой путь на запад — к городу, который привыкла называть домом; к месту, где потерпела неудачу. По мере приближения я увидела возносящийся в небо столб чёрной энергии. С каждой его пульсацией я ощущала подёргивание в глазах, как будто от этого зрелища моё сознание разрывалось напополам.
Вдруг у меня застыла кровь в жилах. Я задохнулась от внезапного приступа и заскрежетала зубами, чувствуя, как мой разум кружится в черепной коробке, как в центрифуге. Вскоре горизонт по обе стороны от меня начал заваливаться набок, хоть я и знала, что мои крылья оставались прямыми.
— Рэйнбоу Дэш… — мягко позвала Луна, летя чуть поодаль.
— Я в п-порядке! — процедила я, солгав. — Мне просто… нужно…
— На тебя воздействует хаос. Мы остерегали, что приключится сие. Нам надлежит немедля вернуться в Кантерлот.
— Нет! Дайте мне только… — Я закашлялась и захрипела в водовороте своего разума. — Дайте мне… только перевести дух…
Я поняла, что падаю, просто не знала, как быстро. То и дело я взмахивала крыльями, чтобы замедлить пике. Вскоре на меня уже нёсся ковёр зелёной травы. Я вскинула копыта, готовясь к мягкой посадке. Вместо этого я рухнула на изумрудную равнину, словно метеорит.
— Ух! Уф! Н-н-нгх…
Я перекатилась и замерла у пруда, непроизвольно вздрагивая.
До слуха долетел стук копыт приземлившихся пони. Зазвенела броня, когда гвардейцы-пегасы окружили меня плотным кольцом. Однако они тотчас же расступились, как только Луна коснулась земли и грациозно поспешила ко мне.
— Нет нужды в такой бдительности, — сказала она стражам, оттесняя их крыльями. — Она не опасна для нас. — Вздохнув, она опустилась на колени рядом со мной. — Однако же для самой себя таишь ты опасность, Рэйнбоу Дэш.
— Н-надо же… мне… к-как-то оправдывать своё в-второе имя, — выдавила я, свернувшись синим клубком и корчась от боли.
— Сейчас не время для шуток.
— Как и не время мне быть живой, ну да… чего уж там. — Я попыталась фыркнуть, но из меня вырвался лишь сдавленный хрип. Изо всех сил стараясь не заскулить, я каким-то чудом сумела произнести: — Ск-колько же д-длятся эти приступы? Вы з-знаете?
— Время от времени импульс пытается пробить преграду Гармонии, — ответила Луна. — Сущность Дискорда внутри тебя лучше всего описать как дверь, а измерение по ту сторону любит порою похваляться силой.
— Что будет, когда оно пробьёт дверь насквозь?
— Твоё тело не вынесет перерождения, коего жаждет.
— Н-н-нгх… — Я провела копытом по ноющему лбу. — Так значит… моё тело проиграет, верно?
— Истинно сие.
Я выдохнула и приоткрыла слезящийся глаз, чтобы взглянуть на неё.
— А что будет с моим духом?
— Ты не принадлежишь миру теней и чудовищ, — проговорила Луна. — Твой дух будет изгнан и воссоединится с силой гармонии, что дала тебе жизнь.
— Ё-моё, ваше высочество… — Я вздрогнула, чувствуя, как головокружение проходит. — Вы так поэтично говорите о смерти.
— Нетрудно выучиться сему, коли не сталкиваешься с нею сама, — ответила она, вставая и протягивая копыто. — Помочь тебе преодолеть остаток пути?
— Нет, я справлюсь… — Я поднялась на ноги.
— Осталась лишь малость, и тебе стоит быть в сознании, беседуя с нашей…
— Я сказала, что справлюсь! — рявкнула я. Сглотнув, я запинаясь добавила: — Всё в порядке, ваше высочество, но день, когда я не смогу долететь до Понивилля сама, станет днём, когда я и в самом деле умру. — Я взмахнула крыльями, глубоко вздохнула и умчалась вперёд. — А теперь… постарайтесь не отставать.
59. Пасмурный дом
Я вошла в Понивилль — но это был уже не тот город, что прежде. На его месте раскинулось мрачное, затянутое тучами подобие поселения. Поначалу я списала это на то, что последнюю неделю за этим местом не приглядывал опытный погодный летун. Но, углубившись в тёмные улочки, я вскоре поняла, что дело в другом.
Вблизи лучи хаотической энергии, взмывающие в небо, пожирали весь естественный свет. Казалось, солнце зашло час назад, хотя на дворе был полдень. По обе стороны от меня уличные фонари горели с удвоенной силой. На заборах и фасадах домов виднелись зажжённые факелы — но это было не всё.
Пони смотрели на меня, распахнув глаза и затаив дыхание. Толпы ошеломлённых соседей, большинство из которых я узнавала, застыли в напряжении. Они собирались на углах улиц, толпились у витрин магазинов или замирали, забыв про то, чтобы убирать бардак, оставшийся после Дискорда. Я знала, что их потрясённые взгляды были прикованы не к принцессе и её страже, шедшим за мной, — ибо глаза понивилльцев были полны глубокой печали.
Мои ноздри расширились. Я не могла смотреть на них; не могла даже притвориться, что способна преодолеть эту пропасть. Я уставилась вперёд и пробормотала:
— Это была плохая идея. Стоило просто долететь до разлома и приземлиться там.
— Се твои друзья и товарищи, Рэйнбоу Дэш, — тихо сказала Луна, подойдя ко мне. — Всю последнюю неделю они тревожились за тебя. Их сердца и заботы обращены к тебе.
— Не было, блин, печали… — проворчала я, прижав уши к голове и глядя перед собой. — Признайте. Для них я всего лишь напоминание о тех, кого больше нет.
— Но ты же здесь, — ответила Луна. — Ты — символ того, что не всё потеряно.
— А так ли это? — буркнула я.
Тут я вздрогнула, услышав, как несколько пони зовут меня:
— Рэйнбоу Дэш! Ты цела!
— Мы думали, тебя больше нет!
— Принцесса вылечила тебя?
— Элемент всё ещё с тобой?!
— Смотрите все! Это Рэйнбоу Дэш! Единственная и неповторимая!
— Да, ну… — неловко рассмеялась я, стараясь не сильно потеть, пока проходила мимо. — Неповторимой быть не так уж и просто. Я бы с удовольствием осталась поболтать, но…
— Мы так переживали!
— Ты не расскажешь нам, что произошло?
— Почему тебя так долго не было?
— Слушайте, мне очень нужно… э-э… поговорить с принцессой, — выдохнула я, чувствуя, как толпа сгущается вокруг нас. Ещё неделю назад от такого внимания я пришла бы в восторг. Но теперь… — Послушайте! Я серьёзно! Можете… ну не знаю… написать мне или типа того.
Голоса гудели всё громче и громче. Моё дыхание стало прерывистым. Я моргнула — и за закрытыми веками увидела кучки пепла. Мне хотелось закричать.
— Тише, маленькие пони, ради приличия! — прогремел голос принцессы Луны, мгновенно утихомирив собравшихся. — Здесь королевское дело, требующее внимания!
Толпа в недоумении отступила. Несколько пони выглядели обиженно и растерянно, но не то чтобы я жаловалась на это.
Судорожно вздохнув, я нашла в себе силы усмехнуться Луне.
— Спасибо, ваше высочество. Хотя не обязательно было усмирять толпу так же эпично, как опускать луну с солнцем.
— Мы усердно работаем над навыками общения с публикой, — сказала Луна. — Однако нам не помешала бы практика… — Она бросила в сторону странно застенчивый взгляд. — В последнее время наша сестра не так уж часто бывает рядом, чтобы нам в этом помогать.
— Скоро вам больше не придётся нянчиться со мной, как с жеребёнком, — пробормотала я, вновь двинувшись вперёд. — К тому времени вам лучше бы…
В меня врезался комок фиолетовых чешуек, сбивая с ног объятием, от которого затрещали кости.
— Рэйнбоу! Ты в порядке! — В меня впились изумрудные глаза, сверкающие над клыкастой улыбкой. — Вот же ж, я уж и не знал, что и думать!
Моё зрение наконец сфокусировалось. С огромным облегчением выдохнув, я потрепала дракончика по шипам на макушке.
— Здоров, Спайк. Всё такой же приставучий и тощий, как и всегда.
— Ха-ха! Ты ничуть не изменилась! — воскликнул он, уткнувшись в меня носом. — А я тут навоображал себе, что магия превратила тебя…
Спайк осёкся, сморщившись от близости к рубиновой молнии. Его взгляд скользнул по кулону на моей шее, затем с тревогой остановился на мне.
Я лишь посмотрела в ответ. На моих губах играла улыбка, но в его глазах отражение моего лица казалось тусклым.
— Всё хорошо? — сглотнув, тихо спросил он.
— Лучше не бывает, — пожала плечами я, сухо хмыкнув. — А как… э-э… как ты себя чувствуешь?
Он попытался улыбнуться, но улыбка тут же померкла. Его вертикальные зрачки затуманились, когда между нами повисла тоненькая струйка пара. Он попытался сесть прямо, но лёгкого нажатия копытом хватило, чтобы он уткнулся мне в грудь, не в силах ответить из-за рыданий и резких вздохов, сотрясавших его маленькое тельце.
Я прижала его к себе, рассеянно оглядывая городок. Знакомые лица, шерсть и гривы — всё потускневшее под блёклым небом, что бурлило над нами, — отворачивались в скорбном молчании, пока дракончик продолжал тихо плакать.
Спустя некоторое время я встретилась взглядом с принцессой Луной и похлопала Спайка по плечу.
— Да, ну, это… э-э… это нормально. Наверное, нелегко было в одиночку держать оборону с тех пор, как всё пошло наперекосяк…
— Все т-так скучали по тебе… — всхлипнул Спайк, поднимая на меня взгляд и вытирая слёзы. — Я скучал, Рэйнбоу Дэш.
— Эй… я здесь… — сказала я с неловкой улыбкой. — Чтобы выбить меня из седла, нужно гораздо больше, чем какой-то там конец света…
Я умолкла на полуслове. Из-за дерева на меня, опустив уши, смотрела она, изо всех сил стараясь стоять неподвижно. Когда я взглянула в ответ, она прикусила губу и уставилась в землю.
Впервые со своего возвращения я почувствовала, как к горлу подкатывает комок.
— Ах ты ж… — пробормотала я.
Под пристальными взглядами я осторожно посадила Спайка на спину и медленно побрела к ней. Затем, проглотив слюну, я выдала тёплую улыбку и, собрав всю свою храбрость, заговорила:
— П-привет, Скуталу…
60. Всегда верная
— Этот город видал и лучшие деньки, — сказала я с нервным смешком, устремив взгляд на клубящиеся над нами чёрные тучи. — Это точно. Хех.
Я тяжело сглотнула, когда мой взор скользнул по далёким крышам, колышущимся деревьям — по чему угодно, только не крошечному личику передо мной.
— Если бы я не халявила на работе, над этим местом до сих пор сияло бы голубое небо.
Ответа не последовало.
Прикусив губу, я почесала шею и поёрзала под тяжестью Спайка на спине.
— Мне просто нужно поговорить с принцессой. Хех… Кто б мог подумать? Летаю теперь туда-сюда с королевскими особами. Похоже, я поднялась в высшую лигу.
Всё ещё было тихо. Мне почудился шорох маленького копытца — но ничего больше.
— Но… но это пустяки, — продолжила я. Спайк тихо слез с меня и отошёл на несколько шагов. Я покосилась на его чешуйчатые конечности, беспокойно переминаясь с ноги на ногу. — После всего, что произошло, я просто хочу… Я просто хочу, чтобы…
— Прости.
Мои крылья дёрнулись. Я повернулась и наконец посмотрела на неё.
— А?
Скуталу опустила голову. На этот раз уже она избегала моего взгляда, прерывисто дыша и всхлипывая.
— Мне так жаль, Рэйнбоу Дэш…
— Малышка… — Я открыла рот, с трудом поборола волну головокружения и прошептала: — Да тебе с чего извиняться-то?
— То, что случилось, было ужасно. Эпплблум почти не разговаривает. Свити Белль вся разбита. А я… — Она снова всхлипнула и посмотрела на меня. Глаза её блестели от слёз. Она была лишь жеребёнком, и, кажется, мы обе впервые вспомнили об этом за долгое время. — Я думала, ты не выжила…
Я моргнула. Губы мои приоткрылись.
— Я… я думала, Дискорд убил кого-то такого же потрясного, как т-ты… — заикаясь, пробормотала она, утирая копытцем глазёнки. — Я сомневалась в тебе, Рэйнбоу Дэш. Прости меня…
— Скутс… То, что я всё ещё здесь, никак не связано с…
Она вдруг влетела в меня, уткнулась лицом мне в грудь и разрыдалась навзрыд. Я поморщилась, чувствуя, как её дрожь пронизывает меня, и взглянула на Спайка поверх её гривы.
Тот искусал губы до крови, нервно теребя хвост, словно стоял в тени давно ушедшей единорожки.
Со вздохом я подняла копытце и взъерошила гриву Скуталу.
— Ну разумеется, я слишком потрясная, чтобы вот так взять и отбросить коньки! — улыбнулась я вымученно. — Думаешь, какой-то глупый козлиный бог мог бы так просто со мной справиться?
Я опустила ногу ей на плечо и мягко прижала кобылку к себе.
— Я из более прочного теста, девочка! А всё слишком опасное я могу облететь! Вот почему мне пришлось ненадолго заскочить в Кантерлот! Чтобы перевести дух, понимаешь? Это я виновата, что не сказала всем, где была, но я больше не повторю эту ошибку!
— То есть… ты… ты н-не ранена и… ничего такого? — шёпотом спросила она, прильнув к моей запылившейся шкурке.
Я сглотнула. Кулон на шее вдруг стал неподъёмным. Тем не менее, я ответила:
— Да нет же! Я здорова как бык! Просто вернулась, чтобы разобраться с делами. Вот и всё.
— Но… но… — Скуталу подняла на меня взгляд, полный слёз. — Твой Элемент…
Я моргнула.
— А что с ним?
— В смысле… — Она всхлипнула, стараясь взять себя в копытца. — Это Верность? Он всё ещё будет тебя защищать?
— А почему нет?
— Потому что… остальные Элементы… — Скуталу скривилась от собственных слов, но всё же прошептала: — Они все исчезли…
Я уставилась на неё. Осторожно провела ногой по её мордочке, стирая слёзы со лба и ресниц. Как раз тот миг, который был нужен мне, чтобы самой проморгаться. Когда жест закончился, наши глаза встретились.
— Посмотри на меня, Скуталу. — Мой взгляд стал твёрже. Головокружение на миг отступило, когда я произнесла: — Всегда найдётся тот, кому можно быть верным. Всегда.
Она закусила губу. Её рот слегка изогнулся, и я заметила, как дёрнулся её хвост.
Над крышами Понивилля сверкнул луч чёрной энергии. Но жители города, казалось, уже привыкли к подобным зрелищам. Меня же, наоборот, передёрнуло — а затем я резко обернулась, устремив взгляд к самому сердцу города.
Дерево, служившее домом Твайлайт, тревожно качало ветвями. Почти все листья опали, иссохнув от близости к пульсирующему разлому. Чуть поодаль моё внимание привлекло кое-что любопытное — башня, медленно, но верно тянущаяся ввысь, по одному бетонному блоку за раз. Несколько пони из королевской гвардии, словно муравьи, совершали грандиозный строительный подвиг, возводя нечто, напоминающее гигантский обелиск, призванный укрыть клокочущую аномалию. Изнутри, почти заслонённый нагромождением блоков, яркий свет боролся с непрерывно бурлящей тьмой.
— Они строят саркофаг, — произнёс Спайк у меня за спиной, с трудом сдерживая дрожь в голосе. — Когда он будет готов, он полностью окружит разлом. Так Селестия сможет оставаться внутри и сражаться с ним, не задевая окрестности. — Он сглотнул и поиграл когтями. — Сколько бы времени на это ни ушло…
— Значит, я как раз к торжественному открытию, — вздохнула я.