13 лет назад.
Я попросил родителей перевести меня в другой класс. Ибо прошлый был невыносим — самый худший во всей параллели, самый бандитский и самый мною ненавистный. Мой главный страх — страх нового коллектива. Тем не менее, страх быть побитым или опасения от постоянных задирок и издевательств стояли выше. Меня завели в новый класс:
－Ребята, знакомьтесь, это Каус. Ваш новый одноклассник.
Глаза 25-ти пони были сосредоточены только на мне. Хотелось провалиться сквозь пол...
Прошло три дня с момента создания первого агитационного баннера. Ремеди должна была уже закончить, а мы с Пайпом должны были вывесить его на самом видном месте в городе. Мой план заключался в том, чтобы все обратили внимание на него, а там уже меня пригласят на ТВ и, может быть, даже команда волонтёров соберётся. Удивительно, что никто до сих пор не пригласил меня, ведь кандидатов всё ещё только два. Может быть мне пришло письмо?
Я пошёл ко входной двери и вышел на улицу. Вроде журналистов нет. Пошёл к почтовому ящику, флажок которого был поднят, а значит мне пришла почта. В ящике лежала целая стопка конвертов: какие-то — обычный спам, а какие-то от местных телеканалов, но особенно ценное письмо было от местного ток-шоу, которое я довольно часто смотрел. Значит пора выступать на публике и всячески себя обелять и возвышать.
Я уже хотел зайти домой, как на моей привычно тихой улице я услышал свист колёс — где-то через квартал. Потом из-за угла вылетел белый фургон, за рулём которого был Пайп. Он резко остановился у моего дома.
－Каус, поехали! — крикнул Пайп через опущенное окно.
－Зачем такая спешка, куда?
－Аренда фургона дорогая, ты нашёл место?
－Да, недостроенный небоскрёб в центре.
Как вообще выглядит крупный город в современной Эквестрии? Как правило, на площади в несколько сотен квадратных километров раскинулась малоэтажная застройка. В центре города деловой квартал с небоскрёбами. Но так как наш город — это прибрежный город, то на север, запад и юго-запад от бизнес-центра расходятся кирпичные таунхаусы и частные дома. Вдоль побережья идёт мною ненавистная Межштатная автомагистраль I-95, Балтимэйр-Троттингем — от джунглей на юге, через всё восточное побережье, на север.
Возле старой ратуши находилось недостроенное высотное здание — там планировался элитный жилой комплекс, но элита в городе селится не хочет. Тем не менее, из-за своего статуса это здание стоит обособленно ото всех. Одна сторона даже выходит на Старую ратушу и центральный бульвар — место очень проходимое.
Мы ехали уже в центре, проехали старинное здание мэрии и выехали на тот самый бульвар. Единственная улица, которая видела капитальный ремонт и за которой регулярно следят и хорошо чистят. На фонарных столбах, утопающих в листве, висели флаги разных стран: от Кирии до Олении. В конце бульвар упирался в холм, на котором была видна Филлидельфийская ратуша — бывшая резиденция мэра. Мы подъехали к огороженной территории строительства, охраны, ожидаемо, не было. Телекинезом я открыл сетчатый забор, и мы свободно заехали прямо на территорию. Пайп открыл задние двери фургона:
－Ну, Каус, пора нести.
Лифты, конечно же, не были достроены, да даже если бы и были, то 100% бы не работали. Красный стальной каркас этого здания на панораме города выглядел как штаб какого-то злодея. Это здание строил очень богатый застройщик Поньсильвании, который обанкротился. Видимо инвестиции в этот провальный проект забили последний гвоздь в крышку его гроба. И название этого проекта — Филлидельфия.
Пайп тащил на себе, а я телекинезом над собой. Вместе мы дотащили рулон размером в две наших длины. Сначала в лобби, а потом на лестницу. Подняться нужно было на двадцать первый этаж. Но на десятом этаже моя телекинетическая хватка ослабла:
－Пайп, стой, стой, — я, тяжело дыша, сел.
Обычный единорог бы сдался уже на пятом плюс-минус. Пришлось уже положить на спину, едва придерживая телекинезом. Моему помощнику пегасу повезло — у него были крылья. Держа рулон на плече, он придерживал его крылом, а мне идти на трёх копытах по лестнице было бы опасно и неудобно.
Вдруг сверху послышался стук копыт. Тут кто-то был кроме нас.
－Эй, кто идёт? — сказал, кто-то, кого видел Пайп, но из-за лестницы не видел я.
－Это вы кто?
－Я тут живу, а что, стройку возобновили?
－Нет. Нескоро ещё возобновят, — я опустил плакат и поднялся на площадку, －Я Каус Аустралис, кандидат в мэры. Вы телевизор не смотрите, газеты не читаете?
Хозяином голоса оказался бездомный пони. Одна из бедных душ, которые, к сожалению, присутствуют в этом городе.
－Нет их у меня, давно нет… — его голос был уставшим, сам он выглядел не как обычный бездомный. Скорее всего, стал им недавно.
－Поможете нам развернуть плакат? — я посмотрел ему в глаза.
－Помогу.
Мы вновь взяли плакат, и бездомный единорог встал посередине. Нести стало намного легче.
－Меня зовут Инк Дэйт.
－Я Пайп Шутер.
По пыльной бетонной лестнице, усеянной заклёпками, мы добрались до двадцать первого этажа, последняя ступенька была, как всегда, самой тяжёлой для преодоления, но после неё нас ждал небольшой отдых. Вся площадка была завалена балками, упавшим лёгким краном, вёдрами и прочим мусором. Не знаю, сколько тут планировалось этажей, но на двадцать втором не успели возвести потолок, а красные стальные балки уходили вверх минимум этажей ещё на пять. Хорошо, что здание было каркасное, было огромное количество опор, вокруг которых можно было обмотать крепления.
－Пайп, а крепления где?
－Сейчас слетаю! — он прыгнул вниз, расправив крылья, спланировал к фургону. Вернулся он быстро, зажав копытами рулон стального троса, а в зубах — пакет с креплениями. Всё готово для того, чтобы разворачивать этот плакат.
Мы продели трос через кольца в плакате и обмотали его вокруг стальной колонны. И так два раза с его верхней стороны.
－Каус, толкнёшь его вниз, мы с Инком пойдём на три этажа вниз, привяжем его там.
－Идите, — Пайп мог бы слетать вниз, но видимо, чтоб не обидеть нашего нового друга, они пошли по лестнице.
Спустя пару минут, когда они уже должны были дойти, я развернулся и лягнул рулон. Сначала он покатился, а когда упал вниз, быстро развернулся, металлический лязг его креплений на моём этаже сигнализировал о его полном развороте. Пора спускаться. Я побежал к лестнице и начал спускаться. Ниже я встретил своих соучастников.
－Быстрее уходим, пока полиция не приехала! — крикнул я. Пусть это и бесплатное место для рекламы, но это всё ещё считается вандализмом с проникновением на закрытую территорию. Этот баннер был уже у всех на виду, привлекая внимание сотен тысяч глаз.
－Постойте, а мне куда? — конечно, Инк ведь ночевал тут.
－Пойдёшь с нами, посидим где-нибудь.
Мы зашли в бар. Время быстро пролетело, да и повод у нас был — узнать друг друга поближе. Оказывается, Инк потерял работу буквально неделю назад. Окончательно превратиться в социальное дно он ещё успел, да даже и не начинал. У меня были на него планы. Сейчас мне нужны были верные помощники. А ещё мне нужно было срочно завести знакомства, ибо в «кабинете» нужны свои пони.
Заведение, в котором мы отдыхали после «дела», было заполнено под завязку. Благо мы сидели в углу у окна, и гул толпы хоть и доходил до нас, но можно было общаться вполголоса. Даже если бы здесь началась драка, то мы бы смогли спокойно её пересидеть здесь. Наверное.
На улице проезжали машины и куда-то спешили разные пони, кто в костюме, кто на машине, кто рысью. И тут я вспомнил, что меня пригласили на ТВ.
－Меня пригласили в программу «Сегодня звёздный день».
－Ого, я знаю это шоу, иногда смотрю, — Пайп явно был рад.
－А я был там одним из продюсеров в своё время, — уныло произнёс Инк.
－Ого.
－Стоит идти мне туда?
－Конечно, у них либеральная линия. Они против нынешнего мэра, даже против губернатора.
－Да, я знаю, любил смотреть, — ненавижу слово «либерал», но приходится изменять своим убеждениям, во благо личной выгоды. Кстати, каждый либерал со временем превращается в консерватора.
－Когда у тебя съёмки, Каус?
－Уже завтра, — я взял стакан яблочного сока и выпил его до дна, только кубики льда брякнули, когда я его поставил на стол,－Увидите меня завтра.
Телецентр. Когда телевиденье стало массовым и доступным, а телевизор появился в каждой семье, из открытых окон каждого дома вечером можно было услышать вечерний выпуск новостей, записанный как раз в новом здании телецентра. Здание, построенное по последней архитектурной моде. Голый бетон, странные формы, маленькие горизонтальные окна во всю стену. Пятно грязи на лице города. Название этого стиля архитектуры — брутализм.
Я зашёл в лобби, за стойкой меня встретили и проводили в кабинет директора. Та самая ведущая (ещё и владелица этого канала), которую я видел только по телевизору — моя ровесница, единорожка. Было очень необычно видеть её вживую. Я сел на диванчик у стены: кабинет весь был отделан деревом, мебель была дорогой. Я очень хорошо разбираюсь в дорогих вещах и вкусах. Вкус у неё явно был неплохим. Звали её Аврора Грас, кстати.
－Добрый день, Каус, рада вас видеть, — она широко улыбнулась.
－Я тоже.
－Запись шоу состоится сегодня вечером, вы наш званый гость. Вы, надеюсь, готовы?
－Да.
Сначала меня отвели в гримёрку, где мою гриву привели в порядок. Далее уже сама процедура записи шоу. Расстояния в этом телецентре были огромными: гримёрка была общая, на третьем этаже, сама студия была на первом. По этажам можно было спокойно бегать галопом, многие работники так и делали: единороги то носили в телекинетической хватке костюмы, то всякие инструменты и аппаратуру. Вот уж, когда телевиденье получило бум, власть вложилась в его производство. Я стоял за кулисами, ожидая своего выхода. Скоро всё начнётся. Вот Аврора уже вышла из-за кулис напротив.
－Привет, звёзды мои! Добрый вечер всем! Я Аврора Грас, а это шоу «Сегодня Звёздный день!» Сегодня под светом звёзд у нас Каус Аустралис! — пони на трибуне позади камер начали аплодировать.
Я вышел на яркий свет освещения и под объективы камер, помахав копытом и улыбнувшись, я сел в кресло возле стола, за которым сидела Аврора.
－Каус, многие, наверное, не знают вас всё ещё. Расскажите о себе.
－Привет, телезрители, особый привет тем, кто из Филлидельфии. Я кандидат в мэры. Доктор для города, как меня назвал случайный прохожий, пока я шёл сюда.
－Какое интересное прозвище. А что стало причиной пойти баллотироваться?
－Мой родной город...
－Скажите, а этот плакат, который появился на недостроенном здании в Филли..?
－Наверное, дело копыт моих фанатов, там фото меня в форме машиниста, наверняка нашли фото в архивах метро.
－Вы работали в метро, почему вы ушли?
－Мне очень нравилась эта работа, но меня сократили, бюджет в городе нужно явно перерабатывать...
Спустя час болтовни, мы попрощались, и когда режиссёр сказала «стоп снято», я попил воды.
－Надеюсь, всем понравится, — сказал я вслух.
－Каус, мы выпустим шоу завтра, посмотрим, что будет. Ещё раз спасибо, что пришли.
Я встал с кресла и обратился к пони на трибуне.
－Уважаемые зрители! Надеюсь, вам понравилось! Спасём наш город!
В ответ прозвучали радостные возгласы:
－Да!
－Каус, мы за тебя! — крикнул на весь зал кто-то.
Все улыбались, от операторов до режиссёра, от зрителей до Авроры. Я стоял во всеобщем одобрении, вкусив плоды популярности и известности. Но победу было рано праздновать, даже слишком рано.
Следующий день настал. Шоу должны были выпустить сегодня вечером. Однако просто сидеть и ждать не входило в мои планы. －Если хочешь дойти до вершины, просто иди.
Я смотрел на себя в зеркало. Раньше я боялся его, как нечто загадочное и мистическое, но всегда, когда я смотрел в него, загадкой был только я. Плевок. Слюна потекла вниз, образуя текучие столбы －Работай.
Я вытер стекло салфеткой. Мой план заключался в съёмке рекламного ролика и показа его по ТВ. Нужны были операторы и монтажёр. Благо мой одноклассник — преподаватель в кино-колледже. Надеюсь, он не уехал или чего похуже…
Кино-колледж. Небольшое здание западнее центра. Место обучения будущих актёров, операторов и режиссёров. Правда, ни одного таланта известного на всю Эквестрию из него не вышло. Я зашёл в кабинет на первом этаже, ранее узнав у охраны в каком кабинете преподаёт Корнет Степ.
－Привет, Корнет.
－Каус, сколько лет, сколько зим! Как у тебя дела? — земной пони встал со своего кресла.
Мда, я сразу понял, что обо мне ещё не все жители Филлидельфии знают.
－Я баллотируюсь в мэры.
－Ого, удачи тебе!
－Удачи просто недостаточно, у тебя есть такие… неуспевающие ученики?
－Зачем тебе?
－Работа есть для них, а такие более сговорчивы.
－Рейни Шайн и Тандер Флэш. Они сейчас после занятий где-то на спортивной площадке ошиваются, — Корнет подошёл к окну и указал мне на них, －Вон они сидят.
－Вижу. Спасибо, Корнет. Я ещё зайду, поговорим о жизни.
Я пошёл на площадку. Находилась она на заднем дворе, там было много пони: кто-то сидел на трибуне, кто-то играл в хуфболл и другие игры. Это та самая студенческая романтика, которую я совсем не ценил в своё время.
Я позвал Тандера и Рейни:
－Тандер, Рейни, подойдите, пожалуйста.
－Ты кто?
－Со старшими нужно разговаривать вежливо.
－Простите, сэр, вы кто?
－Он на плакате висел…
－Да, я. Работа для вас есть, по вашей специальности. Мне нужно снять рекламный ролик. Мне съёмки, а вам деньги, идёт?
－Идёт.
Возле главного здания их учебного заведения я заметил высокий флагшток с большим флагом Филлидельфии. Мой план заключался в том, чтобы спустить его на уровень земли и произнести речь на его фоне. Это и будет небольшим, но довольно патриотичным рекламным роликом моей кампании.
Рейни и Тандер смотрели на меня — они уже были готовы приступать к съёмкам. По уговору монтаж оставался за ними, а необходимое оборудование они «одолжили» в одном из открытых классов.
－Вам всё ясно? Тогда приступим, — я подошёл к флагштоку, было уже довольно поздно, так, что на улице было ещё светло, а лишних глаз уже не было. Развязав верёвку, я начал спускать флаг. Ветер был, что надо, не сильный, ну и не штиль. Когда полотно достигло уровня земли, я встал позади сине-бело-красного триколора, предварительно скомандовав:
－Мотор!
Флаг слегка развивался на ветру. Я встал словно символ надежды.
－Мы живём в этом городе. Наша цель проста, сделать его комфортным и безопасным. Мы любим этот город. Я люблю его. Я, Каус Аустралис, сделаю наш город вновь уютным и родным! Четвёртого декабря, я прошу вас отдать свой голос за меня! …Стоп!
Я в спешке поднял флаг обратно. Надеюсь, никто не был против такого жеста.
－Ладно, ребята, молодцы. Я жду кассету, потом получите остальное, — я дал им 20 битсов из 150 оговорённых.
Я вернулся домой. Удобно, когда телефон стоит у входа. Я набрал на дисковом телефоне номер Авроры Грас. Сразу послышались гудки, а затем её голос:
－Аврора Грас.
－Привет, Аврора.
－Привет, Каус!
－Я по делу. Я снял рекламный ролик, хотел бы запустить его на твоём канале.
－Каус, я уже дома, давай я завтра поговорю с продюсерами и посмотрю есть ли эфирное время? Я тебе рекомендую на нескольких каналах размещать рекламу, так охват будет больше.
－Спасибо, Аврора, доброй ночи.
－Доброй ночи, Каус.
Я повесил трубку. Ладно, пора ложится спать. Несмотря на довольно насыщенные дни в последнее время, после моего увольнения из метрополитена, я всё ещё соблюдал режим дня. Без понятия, как хорошо я смогу сохранять его на посту мэра, но об этом думать ещё рано.
Я еду в поезде, лежу в купе. За окном стояла ночь. Вагон наполнял, знакомый и приятный звук — стук колёс, почти как в метро. Я встал с постели. Это было купе на два места, соседняя койка была застелена, видимо я ехал с кем-то ещё. Я вышел в коридор и решил подышать, открыв форточку. Звук стука колёс сразу же усилился, вдобавок засвистел ветер. В окне я увидел тёмную долину с холмами, а правее — горящие огни одиноких домиков и прочих сооружений.
Стоял я в одиночестве недолго. Слева от меня, в глубине коридора, послышался лёгкий стук копыт, а затем самый тёплый, самый приятный голос в мире:
－Ты не спишь? — голос Альционы. Я почувствовал, как она берёт моё копыто и обнимает крылом. Теперь мы вместе смотрим в окно, во взаимных объятиях.
－Это был лучший медовый месяц. Я правда самый счастливый жеребец в мире...
Стук в дверь. Звонок. Я открыл глаза в реальном мире, а то было просто сном. Порой нам сняться сны, в которых хочется остаться. Стук в дверь стал громче и настойчивее, его сопроводил звонок.
Я спустился со второго этажа. Кто-то всё ещё долбил в дверь. Открыв её, увидел, что этим настойчивым колотуном в дверь оказался Пайп.
－Что тебе, Дискорд побери?
－Каус, у нас проблема! — Пайп подопнул газету, лежащую на пороге. Телекинезом я её поднял и на первой странице громоздилось:
Безработный, одинокий кандидат.
Попытка найти работу — избраться мэром.
－Да, Каус, нас начали очернять.
－Пф, я бы лучше заголовок придумал, — я спустился с лестницы и выкинул газету в урну у дороги, － Я вижу твой энтузиазм очень велик. Нужно расклеить листовки.
－Я должен?
－Ты же пегас, у тебя быстрее получится. Но я помогу, пойдём.
Да, листовок у нас не было. К счастью, Пайп приехал на машине. Каково приходится жить в межрасовых семьях, когда один умеет летать, а другой нет? Автомобилизация позволила всем пони (кому хватило денег купить машину) так же быстро, как и пегасам, перемещаться на большие расстояния с минимальной тратой энергии и времени. Даже крылатые полюбили этот способ передвижения: фестралы и грифоны. Я сел в автомобиль.
－Едем в типографию.
Мы поехали, оставляя мою улицу позади. L-street NW, 1600. Из подпространства я достал блокнот и карандаш, решив записать сон, который приснился. У каждой расы свои плюсы: пегасы умеют летать, единороги владеют магией, а земнопони владеют физической силой.
－Каус, ты умеешь пользоваться подпространством?
－Да.
－Я впервые вижу единорога пользующегося им.
－Просто нужно учиться, — я стал записывать, каждую деталь, пока не забыл. Как проснулся в купе, как вышел подышать, как подошла она...
По шоссе мы доехали до типографии, которая находилась в соседнем районе. Листовки, которые я заказал, должны были быть готовы через два часа. Пока они печатались, я предложил Пайпу поехать в ближайшую пончинковую, он согласился. Дело в том, что я не завтракал.
Внутри из посетителей были только два полицейских. Когда я зашёл, судя по выражению их лиц, они узнали меня.
－Доброе утро, офицеры! — сказал я.
Я заказал кофе и два пончика — оранжевый и розовый, мой приятель — кофе с молоком, чёрный и классический. Я не забывал про свой стандартный ритуал перед едой — приём розовых таблеток. Без них я больше не вынесу того состояния, в котором я находился буквально несколько лет назад.
－Мистер Аустралис! Мы за вас, всем участком — за вас!
－Спасибо, я помогу городу и вашему департаменту. Расскажете о ваших проблемах, если несложно? — мне было интересно знать, что происходит в городе, там, где мои глаза обывателя слепы.
－Ну...это, начальник у нас очень хороший, без сарказма. Вообще, у нас на самом деле проблем нет в департаменте. А вот на уровне моей личной жизни есть: жеребят в школу нужно возить самому, школьный автобус уже долгое время в ремонте.
－Когда я ходил на приём к мэру, насчёт ремонта нашей улицы, он меня послал, буквально сказал: «пошёл вон, я тут мэр, я лучше знаю».
Мы ещё долгое время разговаривали между собой. В основном, я пытался узнать настроения и потребности горожан. К нашей беседе подключились работники кафе, и мы даже перекинулись словами с еще двумя новыми посетителями. Полицейские же могли раздать мои листовки у себя в участке, как минимум.
－Ребята, вы не хотите раздать мои листовки у себя?
－Ну...почему бы и нет. Я даже думаю, что наш шеф вас поддержит, он очень хороший старина.
－Листовки уже должны быть готовы, — я осматривал помещение в поисках часов.
－Да, Каус, два часа прошло уже, — посмотрев на часы, сказал Пайп.
－Ну, так чего мы ждём, поехали.
Я зашёл в типографию, где меня ждала связка листовок весом в килограмма два. Удивительно, что здесь для меня не нашлась отговорка, чтобы вставить палки в мои колёса, как тогда, когда я хотел заказать рекламу. Видимо, мэрия не успела купить владельцев этой типографии… или меня начали уважать. По крайней мере, стали считать настоящим кандидатом, а не тем, кто пошёл на выборы просто так, ради шутки. Вынес эту стопку на улицу, где сразу же отобрал часть и передал офицерам через окно их патрульной машины.
－Мы поможем вам, раздадим эти листовки и всем-всем расскажем о вас!
－Спасибо. Удачи вам.
－И вам удачи на выборах! — они уехали поддерживать порядок в городе. В городе, который будет принадлежать мне.
－Пайп, вот, эти тебе. Лети и расклей их, в ящики накидай. Как хочешь, — я разделил стопку пополам и пододвинул одну пачку к пегасу.
－Да, сэр! — явно с недовольством фыркнул Пайп.
Хороший лидер должен не только умело раздавать указания, но и действовать своими копытами. Другими словами, вместе со своими подчинёнными ковать сталь. Поэтому я пошёл по району и в каждый почтовый ящик, поднимая флажок, вбрасывал по листовке, на лицевой стороне которых написано: «Каус Аустралис. Кандидат в мэры Филлидельфии. Я помогу нашему городу вновь стать любимым!», с обратной же стороны была моя краткая биография и примерный список нынешних проблем города. Эта агитация не была настроена столько на убеждение проголосовать за меня, сколько вообще напомнить, что есть такой кандидат — Каус Аустралис, который хочет изменить город к лучшему. Всё это было больше похоже, если честно, на студенческий проект. Ведь главное место, где я докажу, что всем стоит проголосовать за меня — это дебаты. Но так как кандидатов только два, то дебатировать я буду с действующим мэром. В моих интересах выставить его полным дураком, заставить его сесть в лужу, опозорить в прямом эфире, уничтожить словесно.
«Самое ужасное, что я не знаю, кто из моих “друзей” воткнёт мне нож в спину.»