Вкуснятина, — заметил кто-то из её друзей, и Миднайт не могла не согласиться. Вся эта кристальная магия — бери не хочу. Настоящий кристальный шведский стол, накрытый специально для неё. На миг она замерла. Неужели какой-то пони пытается устроить самую нелепую атаку утоплением в мире? Нет… нечто иное. О да, мы это помним… У неё буквально потекли слюнки. Часть её существа хихикнула от чистой, первобытной радости, что доставляет такое простое телесное ощущение.
Все эти восхитительные закуски выстроились в ряд только для нас, — промурлыкала одна из её подруг.
Она уже представляла себе это: вкус клубники и роз на языке, когда её клыки вонзятся в физическую форму, выпуская наружу тёплую, сочащуюся магию. Как вкус становится глубже, когда жертва впадает в панику, когда начинает отчаянно биться. Этого почти достаточно, чтобы заглушить её обиду за то, что он сделал с её Дэринг Ду.
Пони перед ней были явно вооружены и явно враждебны, так что ей простят пару маленьких укусов, верно?
Если бы только существовал способ заставить А.К. Йерлинг написать следующую книгу мгновенно. Что ж, придётся обойтись без литературы во время трапезы.
Там!
Разноцветное пятно метнулось с небес прямиком к той, что дарует печенье. К той, что любит истории. К той, чьи глаза смотрели на неё и не видели чудовище. К той, что хотела вывести её на свет. Тот самый идеальный момент, что преследовал её, призрачное воспоминание, которое согревало душу, даже когда причиняло боль.
— Нет! — её многоголосый гнев сотряс мир. Ярость вспыхнула чёрно-фиолетовым пламенем, что выстрелило вперёд, пожирая угрозу. Но что-то еще, что-то более глубокое, тихий шепот сделал нечто другое. Его "нет" было не криком ярости, а отрицанием. Купол смоляно-чёрного щита захлопнулся над жеребёнком и её драконом.
Чужой щит наложился поверх. Бирюзовая магия проявилась как безумное месиво из множества панелей. В тот миг, когда магия Миднайт поглотила одну секцию, другая повернулась ей навстречу, а третья уже возникала на замену.
Миднайт закричала и вложила в магию каждую крупицу горькой ненависти. И без того тёмное пламя почернело, и даже солнце, казалось, померкло, съёжившись пред ликом столь прожорливой магии.
Но противник почти поспевал за ней. Новые щиты рождались почти в тот же миг, как уничтожались старые.
Радужная полоса металась и виляла, кувыркалась и кружилась в воздухе, а бирюзовые щиты раздвигались, позволяя случайным залпам рассеиваться в пустоте.
Из её горла вырвалось рычание:
— Стоять!
Пернатое насекомое с радужной гривой замерло — её хаотичные увёртки превратились в чисто баллистическую траекторию.
Ты моя.
Бирюзовые щиты рванулись, чтобы перестроиться, но они были слишком медленны, слишком, слишком медленны.
Глухой стук, сердце бешено колотилось в ее груди, когда чистая биология догнала события, и целый коктейль из веществ запел в её крови.
Я жива, — провозгласила часть её существа. Это чувство чуть не захлестнуло её смехом, горячая кровь хлынула в конечностям. А то, что Радужная Муха врезалась в крышу, лишь заставило её смеяться громче. Физическое воплощение радости сотрясло её мощное тело до самых костей. Даже неважно, что она забыла прикончить эту надоедливую пегаску, её сердце билось.
И тут из её груди выросла половина стрелы. По сравнению с агонией самого существования без тела эта боль даже не заслуживала внимания. Но мысли её застыли от растерянности. Откуда она взялась? Это тело иногда просто отращивает части в виде стрел без причины? Нет, это глупо, такое бывает только с мечами…
О, блестяшка.
Пригнись.
Щиты.
Вниз.
Спаси писательницу.
Читеры.
НАЧАЛОСЬ.
Что? Миднайт не подняла глаз — ей и не нужно было. Её подруги уже двигали её тело. Ей оставалось только снова обратить внимание на внешний мир. Время ползло, как улитка, а точки света росли и почти комично медленно приближались к ней. О. Поезд выстрелил.
Крыло Миднайт двинулось, укрывая Дэринг Ду и притянув её к себе. Она развернулась, подставляя под удар широкую спину своего нового тела как дополнительную броню для драгоценной книжной пони, а другим крылом выдернула стрелу. Почти как сторонний наблюдатель она чётко увидела, откуда прилетела стрела: высоко вверху грифон только начинал накладывать следующую.
Рог Миднайт вспыхнул энергией, но большинству её чар даже не пришлось тратить силы на путешествие по ее энергетическим линиям. Руны вырвались из её плоти с фонтаном магии и крови и немедленно ринулись в бой.
Десятки разных типов щитов проявились вместе с земляной стеной и ледяным частоколом, усилив их. Множество абсорбирующих эффектов, отражающих слоёв и прочего — всё это сплелось в хаотическую массу, укреплённую мощью аликорна.
Потоки энергии обрушивались на её магию, разлетаясь вдребезги или отскакивая, что было почти щекотно по сравнению с тем, что ОНА сделала с ней.
Враги, — прорычала одна из подруг.
Она была согласна. И она знала, как поступать с врагами:
Посмотрим, что будет.
Сейчас займусь этим, — весело прочирикала подруга.
Под трель её сила пришла в действие. Из крови и тени родилась плоть. Тёмные вены извивались, как пьяные молнии, а сырые мышцы набухали, словно заражение, по всем её щитам.
Сотни светящихся глаз, распахнувшихся настежь, стали бы впечатляющим зрелищем, если бы она могла видеть себя со стороны. Глаза, одно за другим, говорили, пели или кричали. Неважно, как именно, но они быстро рассказывали ей, раскрывая замысел её жертвы.
Повсюду выросли стены из кристаллов. Деревенские пони благополучно попрятались:
— Хорошо… — промурлыкала она, — теперь нет риска случайно задеть старую рассказчицу или её драгоценные книги.
Клыкастые пасти появились на поверхности, уже улыбаясь и уже произнося заклинания:
— Наша очередь.
Ее контратака была похожа на фейерверк, созданный из голодных теней, крови и пурпурного пламени, танцующего под неслышимую мелодию.
Оооо.
Красиво.
Левее.
Нет, бери голубого.
Грифон. Грифон.
Нечестно. Это читерство.
Не обращайте внимания на кошку-птицу.
Почему?
Я хочу эту шляпу.
Шляпа ужасная.
Заткнись насчет шляпы и останови эту пегаску, прежде чем она приблизится.
Что? — Миднайт позволила подругам направлять её фокус. Белые перья, широкие мощные крылья, которые создавали диссонансную тишину и гармоничный статический шум, разрушавший или отражавший любое заклинание, приближавшееся к ней
Эти крылья выглядят мягкими.
Свежее огненное копье и теневая конструкция из скрежещущих зубов устремились на бледношерстную кобылу. Оба заклинания постигла одна и та же участь. Волны силы заплясали на ее крыльях, когда она проложила путь прямо к Миднайт.
Остановите её.
Как? Магия не работает!
— Любопытно…
Ты сможешь препарировать её позже. Если мы позволим ей приблизиться, она снимет нашу защиту.
Вряд ли одна пони могла причинить ей вред… но скопление магической мощи в поезде, могущественный маг и та, что в прекрасной шляпе со звёздами, могли стать проблемой. Она задержала взгляд на Дэринг Ду, а её мысли обратились к жеребёнку под защитным куполом.
Мы не можем рисковать.
Всплеском магии она безжалостно прорвалась сквозь пространство. Она прижимала к себе Дэринг, пока несуществующая пустота пыталась превратить её в ничто. Строгий разговор с подругами поставил пустоту на место как раз вовремя, чтобы Миднайт обрушилась на крышу рядом с дарительницей печенья.
БУМ! — Одна из её подруг хихикнула, и реальность вторила её словам куда более глубоким тоном. Все защитные чары и конструкции, что она оставила после себя, детонировали. Земля раскололась, обычные стены смело, а каждое смертное чувство, не защищённое магией Миднайт, обернулось особой своей разновидностью боли.
Пони кричали, скулили и паниковали. На вкус это было восхитительно.
Хе-хе.
Одного взгляда на поезд было достаточно, чтобы увидеть, как его мощное вооружение, пусть и несколько неуверенно, вращается с непоколебимой точностью.
— Ну, я сразу чувствую, когда меня не ждут.
Сверху.
Миднайт успела поднять глаза перед тем, как опускающееся копыто встретилось с её мордой. Крыша под ней разлетелась в щепки, как и пол комнаты этажом ниже, и бочки с ящиками в подвале, не сумевшие защитить укреплённый пол от трещин от удара.
Телепортация определённо была предпочтительнее обычной кинетики, инициированной одним единственным импульсом.
— Тэ… аргх. — Разговаривать со сломанной верхней челюстью было не очень удобно. — Перебивать невежливо, — закончила за неё одна из пастей на ее теле.
Даже несмотря на белую шерсть на ударившей ее ноге вмятина на ее лице была слишком мала для копыта Селестии.
Думаю, нам пора бежать.
— Прекрасная идея, — раздался прямо рядом изысканный мужской голос.
Миднайт крутанулась на месте и обрушила на них свою магию. Но всё было тщетно. Огромный молот, прикрепленный к маленькой белой плюшевой игрушке, решил, что её морде ещё мало досталось, и, появившись, пробил её сквозь кружащуюся массу невообразимых цветов.
Её сердце замерло, а душа закричала от ярости.
Должны спасти дарующую печенье.
Я убью тебя.
Моя шляпа.
Из неё вырвалась пурпурная магия, ее цели были определены.
— Не-е-е-ет! — взревела она, когда верх сменился на низ, а внизу внезапно появился запах горелого бананового молочного коктейля