— Пока что я поселила её у себя. Хотела показать тебе, прежде чем что-то предпренимать…
Сансет следует за Глориосой, внимательно слушая подругу и начальницу.
Всё сильнее тревога и интерес к неизвестной девочке росли создавая лишь новые и новые вопросы.
— Ты пробовала позвонить в соседний лагерь?
— Сансет, это первое, что я сделала, — в голосе Дейзи проскользнули строгие ноты, — Даже связалась с Кристалльной академией и Кантерлотской школой,
— И как?
Глориоса обернулась, бросив на Шим неопределённый взгляд и вздохнула.
— Совершенно ничего. Никто не объявлял пропажу, даже никого подходящего под описание нет. Не знаю что и думать…
Красноволосая вожатая сбила шаг, задумчиво нахмурилась.
— Но, что я могу сделать?
— Сансет, твоя сила не раз выручала нас. Так используй её.
— Значит, хочешь, чтобы я забралась ей в голову и узнала кто она? — приподняв одну бровь, уточнила Сансет.
— Верно… — кивнула Дейзи.
— Но нельзя же так! Сначала нужно её разговорить, наладить контакт и…
— Она не разговаривает. Я не уверена, что она вообще не способна это, — в этих словах была лишь твёрдая сталь командира, обязывающего выполнить задачу, но она сменилась на негромкую тревожную грусть, — по крайней мере сейчас…
Дело становилось всё более запутанным и странным, ни единой капли прояснения.
Ни в одном из близлежащих лагерей не знали ничего о пропавшей девочке.
Так кто же она? И откуда могла взяться в вечнозелёном лесу, да ещë и ночью?
Быть может, это всё же очередной розыгрыш от Тимбера и Глориосы?
Нет.
Тревога старшей вожатой явно не была наигранной.
— Пришли.
Девушки остановились у небольшого, беревенчатого домика.
За последние годы лагерь сумел успешно разрастись и получить большую известность, от чего и детей стало больше.
В свою очередь это привело к созданию новых палаток, что теперь столпились полукругом на небольшой поляне.
Во главе же этих палаток стояли три домика.
Свежих, невысоких и крепких.
Дейзи поднялась по ступенькам и открыв дверь, первой вошла.
Сансет же поспешила следом.
Внутри было светло, стены выкрашены в тёплый жёлтый, на полу же мягкий лиловый ковер.
Тот же фиолетовый оттенок растянулся по кровати заправленной покрывалом.
Около койки тумбочка для вещей как хозяйки комнаты, так и для потеряшек и конфискованных у детей предметов.
Сансет подчеркнула это решение для себя и сама стала пользоваться подобным подходом.
Ещё одной схожестью в убранстве их домиков был подоконник, на котором устроились подделки, подаренные благодарными детьми.
Если у Глориосы помимо подделок ничего не было, то у Сансет на нём устроился ещë и старый радиоприёмник.
На выше упомянутой тумбочке стояла ваза с букетом цветов, кажется, это какой-то из сортов рудбекии.
Среди всей это, наполненной светом комнаты было лишь одно серо-чëрное, выделяющееся пятно.
Совсем тощая, маленькая девочка лет одиннадцати.
Кожая бело-серая и очень тонкая, покрытая тёмными пятнами гематом.
Длинные, чёрные волосы спадали на худое лицо.
Впалые глаза под которыми темнели полосы синяков, мгновенно впились в вошедших.
Губы почти белые и искусанные до кровавых пятен.
Ручки настолько тонкие, что больше напоминают кости, да в целом на её теле одежда больше напоминала мешок.
— Я переодела её, но всë слишком большое, — уже тише, чтобы не напрягать девочку, произнесла Дейзи.
— Что с ней? — не в силах оторвать взгляда от сгорбленной, явно избитой девочки, задала вопрос Сансет, едва справившись с пересохшим горлом.
— Именно это я и хочу понять…
Шиммер кивнула, после чего же сделала первый шаг к постели девочки.
Но почти сразу же остановилась, поймав на себе взгляд сине-зелёных глаз, в коие были полны почти что звериной ненависти.
— Здравствуй, — попробовала начать вожатая, но девочка на это лишь попыталась отползти назад, однако за спиной была лишь стена, от чего малышке оставалось лишь злобно смотреть на красноволосую.
— Меня зовут Сансет Шиммер, а как твоё имя?
Ответа не последовало.
Что ж, значит разговорить её действительно не так просто.
— Не бойся, я не причиню тебе вреда, — девушка сделала ещё один шаг вперед.
Девочка не двинулась, но и взгляда не сводила с «собеседницы».
— Послушай, мы не сможем тебе помочь, если ты не заговоришь с нами.
Вкладывая всю мягость в голос, произнесла девушка.
Но нет ответа.
— Хорошо, если ты не хочешь говорить, позволь мне…
Однако стоило лишь вожатой протянуть руку к девочке, как та, чуть ли не подпрыгнула, словно пытаясь всеми силами избежать прикосновения.
В замешательстве Сансет глянула на Дейзи.
— Она не даёт себя касаться, я же говорила… — Глориосе отвела взор.
Ей явно было сложно даже смотреть, не то что говорить о зеленовато-синих синяках на теле ребёнка.
Тогда Сансет прикусывает губы, стараясь даже не думать о том, какой изверг мог так поступить, однако продолжает держать улыбку и дружелюбный тон.
— Ты, наверное, голодна?
Девочка не сводит взгляд с глаз цвета бирюзы.
Сансет же продолжает.
— Идëм, я покажу тебе место, где ты сможешь спокойно поесть. А потом посмотрим лагерь, хорошо?
Девушка разворачивается и подходит к двери.
Оборачивается, ещё раз посмотрев на малышку и будто прося следовать за ней.
Не требуя, не давя, лишь предлагая.
Девочка какие-то секунды раздумывает, затем же, наконец, опускает сначала одну ножку на пол, после вторую.
Тогда Сансет делает шаг за порог, придерживая дверь открытой и ожидая.
Первый шаг девочке даётся будто с трудом, она едва не падает, Глориоса и Шиммер же почти бросаются к малышке, чтобы подхватить.
Но той всё же удаëтся удержаться и переставить ноги вновь.
Потом ещё раз и уже по-человечески ей удаётся подойти ближе, однако Глориосу она всё же обходит, тщательно следя за ней.
«Она словно дикий зверëк» — проносится в голове Шим болезненная мысль
Сансет идёт по территории лагеря, ведя малышку, держащую расстояние в полтора метра от красноволосой, за собой.
Сейчас вожатая показывает ей территорию лагеря, надеясь хоть как-то разговорить её.
До этого Сансет отвела девочку в столовую, благо время завтрака уже подошло к концу и других детей там не оказалось.
Там девочка ела быстро и жадно, словно во рту у неё не было и крошки несколько недель и словно она боялась, что вот-вот эту еду у неё отнимут.
Меж тем поток вопросов у бывшей ученицы Селестии меньше не становился.
— А вот этот причал строила моя смена, когда я только в первые приехала в лагерь. Как видишь, каждая смена оставляет свой подарок, созданный своими руками здесь. Ты бы хотела поучаствовать в подобной самодеятельности? Это ведь так интересно!
Но девочка лишь что-то невнятно фыркнула, но не более.
Нет, Сансет совершенно не понимала её! Как вообще можно держать контакт с ребëнком, которому даже в голову залезть не можешь?!
Красноволосая вожатая отчаянно обвела взглядом причал и лодочную станцию, надеясь найти хоть что-то, что могло бы заинтересовать странную гостью.
И тогда она заметила детей, что играли рядом с деревьями.
Быть может, хоть это позволит ей открыться? Она же тоже ребëнок, игры должны её заинтересовать!
— Пойдём посмотрим, что делают ребята?
Указав в их сторону и обернувшись к спутнице, предложила вожатая.
Но девочка не выказала особого интереса.
Детьми оказались Скайлайт, Скайрокер и Блу Ноут, — троица из её отряда, однако же вместе с ними были ещё несколько ребят.
Пару из отряда Тимбера Сансет узнала сразу.
Двоих, самых старших и высоких в группке, звали Астрид и Атос.
Они близнецы, от того чертовски одинаковые, но в тоже время столь же чертовски разные.
У них одинаковые, строгие черты лиц и глубоко посаженные глаза с морозным, пробирающим до костей взглядом.
У них одинаковые причёски — волосы не очень длинные, но позволяющие заплести косу, в которую будут вплетены серебристые нити и острый полумесяц на конце.
Однако с той лишь разницей, что у Астрид они выкрашены в строгий белый, в то время как у Атоса пропитаны чернотой.
В том же стиле они носили и одежду.
Сестра — в белом.
Брат — в чёрном.
Но главной особенность Атоса был альбинизм.
С белой кожей, белыми ресницами и красными глазами, он был словно вечно припорошен снегом.
Астрид же — нет.
Её кожа чуть смуглая, а ресницы абсолютно чёрны, выдавая истинный цвет волос.
Но оба спортивные, крепкие, широкоплечие и всегда стремящиеся к победе в любых конкурсах и готовые вступать в любые разборки, дабы защитить свой отряд.
Однажды Спрус жаловался сестре и Сансет на то, что они слишком серьезно относятся к даже шуточным конкурсам, от чего заставляют тренироваться свою команду до седьмого пота.
Впрочем, отдых и развлечения им тоже не были чужды, что доказывало участие в игре с ребятами здесь и сейчас.
Вероятно, именно они занимали роль вод.
— Хэй, ребята! — ещё издали обратилась к веселящейся команде Шиммер, поднимая руку в знак приветствия и привлечения внимания.
Дети прервали ход игры, повернувшись к вожатой и психологу в одном лице.
— Мы чем-то провинились?! Для нас есть какое-то задание? — будто из ниоткуда, вперёд выскочила невысокая, рыжая и веснущатая девочка в зелёном платье — главная заводила из отряда Глориосы.
Неугомонная и вездесущая малышка Джампинстар являлась живым огоньком, заражающим азартом и бодростю всех вокруг.
Она постоянно мелкала то тут, то там, выведывая последние новости и унося их в массы.
— Нет-нет, отдыхайте! — покачала головой Сансет, опуская руки на плечики подлетевшей к ней малышки, — просто я хотела узнать, что это у вас за игра такая.
Ответ долго себя ждать не заставил.
— Огненные пальцы! — только близнецы Даны не участвовали в громком хоре голосов.
— Её Скай придумал! — пальчиком указала на друга Лайт.
— И какие правила? — заинтересованно чуть наклонилась вперёд Сансет, растрепав рыжие волосы девочки.
Скайрокер будто только и ждал этого вопроса, демонстративно подняв руку и показывая все пять пальцев.
— У нас есть всего пять пальцев. Первый — указательный.
— Он стреляет и надо уклоняться! — выпалила Джампи, сложив пальцы пистолетом и изображая, будто бы стреляет лучами пламени.
Скайрокер одарил юную подругу недовольным взглядом, но продолжил.
— Да, после идут два пальца — указательный и средний. Нужно взмахнуть рукой либо сверху вниз, либо справа налево, а участник же должен либо пригнуться, либо отпрыгнуть в сторону.
— Дальше три пальца, они превращают пол в лаву! — вновь вмешалась рыжее недоразумение (так между собой девочку звали вожатые).
И тут же её подхватила Скайлайт.
— А потом пятнашки! Кого тронут — тот сгорел! А потом…
— А потом огненная пятерня, от огненного урагана остаётся только прятаться, — явно обиженный на девчат, завершил паренёк.
Сансет видела, как за спинами троицы детишек, близнецы кивнули другу другу и тихо, словно тени стали подкрадываться к «соратникам».
Но говорить этого она не собиралась, лишь подмигнув брату с сестрой.
— Вот значит, что вы напридумвали. Хэй, а ты не хотела бы… — однако стоило лишь обернуться Шиммер, как вожатая обнаружила, что девочки, которой она хотела предложить поиграть, уже и след простыл.
В миг лёд разросся вдоль позвоночника, сбивая лёгкие с работы.
Как Сансет могла её упустить?! Как не додумалась вести её вперёд себя?!
В этот миг за спиной раздались истеричные, хохочущие восклики двух девочек, вместе с одновременно произнесённой близнецами фразой «Четыре!».
Но вожатой было не до веселья, она судорожно оглядывалась, надеясь найти хоть какой-то намёк на странную малышку.
— Она ушла в сторону амбара…
—… К жуткому складу.
Сансет вздрогнула, сначала даже не поняв о чём речь и уставившись на Астрид и Атоса, хладными скульптурами замершими за спиной вожатой.
На сей раз страх, обычно берущий девушку в заложники, когда она слышала как брат с сестрой заканчивают фразы друг за друга оказался слабее страха за ноаенькую жительницу лагеря.
— Спасибо! — спешно кивнула Шим и кинулась вслед за девочкой.
Лишь бы их слова были правдой.
Лишь бы малышка не сбежала обратно в лес! Хоть бы…
Лишь за миг, до того как произошло столкновение, Сансет успела заметить, как из-за угла вышел зеленоволосый парень, однако, если разум осознал угрозу, ноги получить сигнал о торможении не успели.
— Я думал, что такое приветствие только у Твай есть, — потирая затылок и поднимаясь, произнёс Тимбер, после чего протянул руку вожатой.
— Думаешь, у кого она научилась? — отозвалась Сансет, принимая помощь, — Ты как, Глориоса не сильно бушевала?
Спуртс хмыунул, затем ногой подцепил с земли метлу и подкинув её, поймал рукой.
— Нет, просто на сегодня я отвечаю за чистоту в лагере.
Шиммер хитро прищурилась.
— Интересно, что бы сказала Твай на такое понижение в должности?
— Это что, ты собираешься меня шантажировать?
На что Сансет лишь сделала самое невинное лицо, какое только могла, однако опомнилась.
— Просто, я спешу, решим это позже. Скажи, ты не видел девочку, совсем худую, с длинными тёмными волосами?
Тимбер на какое-то время задумался, потом качнул головой.
— Нет, не думаю. Что случилось то?
Тогда вожатая лишь воздухнула и кивнув, махнула рукой, мол «ещё увидимся».
на территории дагеря было лишь одно место, вызывающее неопознанный страх её только у детей, но и у взрослых.
Этот тёмный угол, находящийся почти в лесу, недалеко от заброшенной каменоломни, был пропитан холодом и ветхостью.
Небольшой, с прохудившейся крышей и из потрескавшихся и потемневших от времени брёвен, домик служил складом всякой всячины.
И именно его дети нарекли «жутким складом» и «самым страшным местом во всём лагере».
Несколько раз Сансет и Дейзи даже ловили юных лагерников, что поспорили, будто смогут продержаться в сарайчике целую ночь.
Запыхавшись, девушка оперлась о шершавую стену, переводя дух.
Кто ж мог знать, что какая-то закрытая маленькая девочка заставит её так бегать?
И так волноваться.
Нет, серьёзно на малышку Шиммер злиться не могла, но всё же…
Вожатая выпрямляется, оглядываться и хочет уже было зайти в домик, однако слышит шум, что доносится откуда-то из-за угла.
Тихо солнечная девушка обходит здание, медленно идëт вперёд, стараясь не шуметь лишний раз.
Вот тени отходят, а бирзовые глаза выхватывают силуэт.
Девочка сидит прислониашись спиной к стене и обняв колени.
Шим останавливается, несколько секунд просто стоит, размышляя над своими дальнейшими действиями и наконец делает ещё пару шагов, а после опускается на корточки.
— Хэй?
И вновь нет никакого ответа.
— Почему ты убежала?
Девочка молчит, замутненным взглядом смотря куда-то себе в колени.
Сансет вздохнула.
Что ж, раз она находится в такой прострации и всё также молчит, то остаётся лишь коснуться еë.
Дейзи как всегда права.
Вожатая аккуратно ведёт рукой по земле.
Малышка того, кажется, не замечает.
Тогда Шиммер подаётся вперёд чуть смелее.
Ноль реакции.
И наконец тëплые пальцы касаются почти белой кожи.
Привычный удар током, а затем Сансет будто окатило ледяной водой — привычная активация сил.
На секунду белый туман предстаëт пред внутренним взором, затем он расступается, появляются видения: грязная, болотная вода.
Холод и боль, жгущая каждую кость тела и жадно лижущая суставы.
Боль, что подавляет зрение красной дымкой, в которой вырисовывается огромной силуэт, с сияющими золотом кольцами радужек.
А затем оглушительный крик раздирает горло Сансет.
Вновь запах тины и ужас, стянувшийся узлом в животе.
Уголки рта жжёт резью, а всё тело наполнено какой-то непонятной, тяжёлой усталостью и болью.
Чей-то басистый смех, что постепенно переливается в женский.
Затем вспышка зелёной молнии ослепляет и бьёт дрожью по всему телу и появляется новое чувство.
Чувство, что прекрасно знакомо Сансет.
Чувство, что уже очень давно превратилось лишь в смутное воспоминание — страх собственной силы.
Девушка смотрит на свою руки.
Кончики маленьких пальцев чёрны и будто бы покрыты какой-то странной коркой, словно обгорели или же отморизились.
Однако зелёный ток скользит по ладоням, поднимается к пальцами, превращая омертвевшую кожу в живую, серо-молочную, с тонкими паутинками вен.
Лечение?
Но стоит допустить лишь одну собственную мысль, как Сансет выбрасывает обратно на твёрдую землю.
— Так в тебе тоже есть сила?! — это был вовсе не вопрос, скорее восклик.
Малышка вздрогнула и подняв голову, удивленно возрилась на вожатую.
Сансет же откашлялась в кулак и уже спокойнее и мягче заговорила.
— Послушай, это вовсе не странно и совсем не страшно. Да, ты не знаешь, что с ними делать, однако обещаю, что вместе мы сможем разобраться.
Девочка всë ещё смотрела недоверчиво, тогда Шиммер продолжила.
— Когда-то я тоже боялась своей силы, ко мне во снах приходила злая я и грозилась захватить весь мир! — девушка обрисовала рукой полукруг, указывая и на лес, и на домик, и на лагерь, — Точно также было и у одной из моих лучших подруг. Но мы разобрались вместе, мы победили страхи и стали управлять магией. Я, например, могу читать мысли, а Твай поднимает вещи силой мысли, здесь нет ничего страшного, ты не одна, ты не странная. К тому же, нет ничего зазорного в том, чтобы боятся того, чего непонимаешь. Это в человеческой натуре.
Девочка неуверенно поëжилась и вновь посмотрела на красноволосую, но теперь во взгляде голубых глаз не было того мороза отторжения.
— Ты веришь мне? — Сансет протянула девочке руку и тихим, но уверяющим шëпотом добавила, — мы всë решим, обещаю.
Девочка долго смотрела на протянутую ладонь, очень долго всматриваясь в лазурные глаза, будто пытаясь найти намёк на обман, на ловушку.
Но вот наконец она сделала выбор.
Малышка взглотнула, подняла свою тонкую ручку и протянула в ответ, неуверенно сжав холодными маленькими пальчиками горячую ладонь Шиммер.
Бывшая ученица Селестии улыбнулась и поднялась на ноги.
Девочка за ней.
— Как тебя зовут? — ободряюще поинтересовался Сан.
Малышка же повела плечами, будто всë ещё не была уверена в своих действиях, а затем ответила.
— Залия…