Твайлайт Спаркл не была уверена, что какие-либо слова ободрения или мотивации помогут ей преодолеть этот кошмарный проход. Коридор из мяса представлял собой почерневшее, обугленное месиво. Он извивался, дрожал, корчился от хлюпающей, но в основном беззвучной боли. Наступив на него, можно было только причинить ему еще большую боль, не говоря уже о том, что это было бы невероятно противно. К тому же коридор был тесным, узким, замкнутым, и она боялась, что у нее может развиться клаустрофобия, если она сделает хотя бы один шаг.
Насколько реален был этот коридор?
Почему ее мозг должен был воспринимать этот участок надуманной реальности именно так? Что вообще было не так с ее мозгом? Откуда у него взялись знания, образные представления, чтобы сконструировать это так, чтобы ее глазам было на что смотреть? Коридор отражал миры, с которыми он соединялся, — миры, сделанные из мяса. При мысли о принцессе Мясоедке, Правительнице Мясной Эквестрии, Твайлайт Спаркл чуть не блеванула.
Вот это мир!
— Ха! Ха! Ха!
Твайлайт выплюнула свой прерывистый смех, но не раньше, чем он оставил во рту ужасный привкус. Хотя она и хихикнула — или хотя бы сделала над собой усилие, — призраки не исчезли. Коридор по-прежнему был сделан из мяса, и Твайлайт отшатнулась от самой идеи наступать на него. Часть мяса уже покрылась струпьями, и она знала, что если наступит на него, струпья потрескаются и начнут сочиться.
Какая ужасная гадость хлынет наружу.
— Я не могу этого сделать. — Она пожалела об этих словах, как только произнесла их.
— Твайли, тебе нужно, чтобы я тебя нес?
— Шайнинг Армор! Я не жеребенок!
— Твайли, нет, не жеребенок. Но у тебя сейчас тяжелый момент, и, будучи твоим старшим братом, я просто хотел тебе помочь. Мне бы и в голову не пришло обращаться с тобой как с жеребенком, да еще в такой момент. Какой старший брат не предложит помощь своей младшей сестре?
Задумавшись над словами брата, Твайлайт стояла, задумчиво пожевывая губу.
— Дим, — обратилась Селестия к маленькому серому волшебнику, — я буду нести тебя через это место. Нет, не смей… ни слова. У тебя непокрытые копыта.
— Вот и рассеялись мои мечты пройтись по красному ковру… из мяса.
В ужасе и отвращении Твайлайт разразилась собственными приступами смеха. Она пыталась избавиться от этого, пыталась заставить его прекратиться, но он не проходил, и его невозможно было сдержать. Смеяться было приятно, даже если шутка представляла собой дистиллированную сущность кошмаров. После неудачного смеха, случившегося всего несколько минут назад, это было как успокаивающий бальзам, от которого становилось легче — но каким отвратительным, мерзким был этот бальзам, какое отвратительное, омерзительное применение он имел.
— Помоги мне, Шайни. Пожалуйста?
Не было нужды просить дважды или умолять. Шайнинг Армор, послушный солдат, старший брат, лучший друг навсегда, опустился на колени. Твайлайт сразу же почувствовала вызов: она больше не была кобылкой, и на ней, и на нем были цельные сочлененные пластины. Броня — чудо инженерной мысли — сильно ограничивала движения. Твайлайт почувствовала, как у нее заскрежетали зубы, когда она почувствовала и услышала скрежет металла о металл. Каким-то образом она вскарабкалась на спину брата и обхватила его шею передними ногами.
Она знала, что выглядит нелепо, но, по крайней мере, они выглядели нелепо вместе.
Первый шаг оказался самым страшным. Твайлайт чувствовала, как ее брат погружается, погружается в мясо, и это издавало гротескный звук, не поддающийся никакому описанию. Мясо свисало с потолка, и она не могла не думать о том, как иногда ощущается свод ее рта после того, как она его обожгла. Каждый нерв, каждая мышца, каждый тауматургический орган были наготове, словно она ожидала, что в любую секунду сфинктер откроется.
У нее не было ни малейшего желания наблюдать чудо рождения во второй раз.
Как раз в тот момент, когда она собиралась на мгновение закрыть глаза, чтобы ужас прошел, она услышала голос своей наставницы. Это был мягкий, нежный звук, наполненный теплом и уютом, которых она так жаждала. Услышать, как произносят ее имя, было все равно что встретить рассвет, почувствовать тепло и свет, вернувшиеся в мир после долгой и прохладной ночи.
— Твайлайт…
Она зажмурилась, наслаждаясь звуком и сиянием, которое он создавал в ее сознании.
— Прости меня. Когда ты была моложе, до того как стала принцессой, я наблюдала за тобой и твоими друзьями. Теперь ты знаешь, что и как… — Ее голос прервался, когда Твайлайт снова открыла глаза. — Но я наблюдала за тобой и мечтала о том, чтобы быть там, с тобой. О приключениях. Снова совершать захватывающие поступки. В какой-то момент я переступила порог, и наступили времена, когда одиночество стало слишком сильным, и фантазия о том, чтобы стать частью вашей группы, стала для меня очень реальной.
Услышав это признание, Твайлайт не знала, что ответить.
— Возможно, я слишком сильно хотела, чтобы это произошло, — сказала Селестия Твайлайт.
Твайлайт кивнула, избегая при этом свисающих кусков мяса:
— Просто это было не самое удачное первое приключение для нас двоих, — сказала она своей любимой наставнице, когда копыта ее брата захлюпали по мясу внизу. — Это очень напряженное задание. Со мной нет никого из моих друзей. Не хочу обидеть нынешнюю компанию. В таких ситуациях я сама не своя, без друзей. Лучше всего мне удаются приключения в поездах или на дирижаблях, в поездках, где требуется путешествие, но не безумие и насилие. Селестия, у нас с тобой очень разные представления о том, что такое веселое приключение.
— Это правда, — ответила Селестия, неся Дима по гортанному коридору и продвигаясь к тому месту, где ждала его глотка. — Такова опасность фантазии, я полагаю. Я верила, что ты будешь здесь как всегда отважной. Я так надеялась, что нас двоих ждет грандиозное приключение. Сразим старого бога или двух. Погрузимся в опасность и безумие, полагаясь на наше мастерство и смекалку, чтобы сохранить себя.
— Ага. — Твайлайт чуть не пискнула, когда произнесла это слово. — Знаешь, если бы я могла дать небольшой дружеский совет, то мне кажется, что Дим — твой идеальный спутник в приключениях, когда у тебя появляется настроение заняться подобными вещами. Мне кажется, я бы лучше справилась с приключениями, в которых задействована дипломатия.
— Твайлайт, моя дорогая, преданная подруга, я здесь, в этом месте, занимаюсь этим прямо сейчас, потому что нахожу такие приключения довольно скучными. Просто заснуть можно. Тысяча лет дипломатических званых вечеров и хорошо поставленных гала. Нет, спасибо! Твайлайт, ты прекрасно знаешь, почему я пригласила тебя и твоих друзей на Гранд Галопинг Гала. Я должна была сорвать это отвратительное мероприятие.
— Мы оба жаждем совершенно разных вещей, — ответила Твайлайт. — Когда пришло твое письмо, мне было очень скучно. Уже давно не происходило ничего интересного, и это меня достало. Честно говоря, я была готова к хаосу… но ничто не могло подготовить меня к этому.
Странное, но приятное чувство возникло, когда между ней и ее наставницей восстановились все разрывы. Твайлайт почувствовала, что ее настроение поднялось, с души сняли какой-то огромный груз, и все стало казаться не таким уж мрачным. Конечно, её подвозил брат через коридор, сделанный из мяса, со стенами-сфинктерами, ведущими в подземелья, сделанные из мяса, но это было не так уж плохо. Это было по-своему полезно, и, когда у нее будет год или около того спа-путешествий, она, возможно, и впрямь почувствует себя хорошо.
Или, возможно, это было слишком оптимистично.
— Я польщена тем, что ты захотела составить мне компанию и вместе со мной сразиться со старыми богами. Я говорю об этом от всего сердца и души. Но это не мое представление о приятном времяпрепровождении. Возможно, когда-нибудь в будущем мы сможем обсудить это и найти то, что понравится нам обоим. — Чувствуя, как в душе расцветает обнадеживающее тепло, Твайлайт попыталась обнять брата, но из-за мешающих доспехов не смогла добиться хоть сколько-нибудь значимых объятий.
Задумавшись, Твайлайт обнаружила, что ей есть что сказать.
— Ты говоришь об истреблении старых богов… А что вообще является богом? Ты обладаешь огромной силой, и, по крайней мере, публично, ты отвергаешь титул Богини. Почему ты считаешь, что ты не богиня?
— Потому что, — ответил Дим скрипучим, хриплым, осипшим голосом, — ей не удалось убить их всех.
Сбитая с толку, Твайлайт не поняла ни слова из того, что сказал Дим. Селестия уже хихикала, почти смеялась, и, к своему ужасу, Твайлайт обнаружила, что ей хочется узнать, что же там такого смешного, каким бы мрачным или ужасным оно ни было. Она должна была знать. Возможно, это поможет ей понять Селестию и стать лучшим другом.
— Я не понимаю, — сказала она.
— Это вопрос прогрессии, — ответила Селестия.
Дим кашлянул, ужасно хрипя, и продолжил то, на чём остановилась Селестия:
— Прогрессия, Твайлайт… прогрессия. Я достиг звания Завоеватель. Это запятнало и растерзало мою душу. — Его слова перешли в сильный кашель, и Селестия обеспокоенно прищелкнула языком.
Когда Дим заговорил снова, его губы блестели от крови, а голос был жутким:
— Отнимите жизнь или две — и вы убийца. Забери пятьдесят жизней — и ты массовый убийца. Забери много жизней, неисчислимое количество жизней, и ты — завоеватель. Чтобы стать богом…
— Да? — Твайлайт с напряженными мышцами прижалась к брату.
— Ты должна убить их всех.
— Дим, клянусь, твое чувство мелодрамы станет твоей погибелью. — Селестия на мгновение прочистила горло, коснулась Дима крылом, а затем повернулась, чтобы посмотреть на Твайлайт. — Я решила быть благожелательной. Я предпочитаю думать об этом в терминах жизней, которые я могу спасти. Я совершала ошибки, Твайлайт. Я ошибаюсь. Мои ошибки стоили жизни многим. Хотя в словах Дима есть доля правды, я ее отвергаю. Абсолютная власть — это проклятие, Твайлайт… ужасное проклятие, и я надеюсь, что ты никогда не будешь им заклеймлена. Я сделала сознательный выбор — быть пони… пони, которая движет солнцем, звездами и планетами, но все же пони. Наверное, я могла бы стать чем-то большим, но я отвергаю это. Если ты когда-нибудь станешь чем-то большим, чем ты есть сейчас, Твайлайт Спаркл… Я надеюсь, что ты оглянешься назад и вспомнишь эти слова. Это принесет тебе пользу.
— Принцесса, вы бы доверили мне абсолютную власть? — спросил Шайнинг Армор.
— Уже доверила, — поспешила ответить Селестия. — Ты женился на Кейденс. И с моего благословения.
— Эй, мне доверяют. — Шайнинг Армор попытался и не смог поднять голову выше, так как Твайлайт мешала ему. — Чувствую себя хорошо. Это вся сила, которая мне нужна, спасибо. Полагаю, ты доверяешь Твайлайт абсолютную власть… Я имею в виду, ты сделала ее аликорном. Аликорном, связанным с самой магией.
— Ей можно доверять, — ответила Селестия.
— А как насчет Дима? — Вопрос Шайнинг Армора сопровождался грубым хлюпаньем, когда он наступил на что-то неупомянутое.
— У Дима в шляпе спрятано действующее, работающее устройство судного дня. На данный момент это все, что я ему доверяю. И это довольно много. Больше этого может быть глупостью. — Селестия фыркнула, и взрывная волна отразилась от ее шлема. — Возможно, я стану доверять ему больше, когда он станет отцом. Посмотрим.
— Глупо вообще доверять мне, — прохрипел Дим. — Я должен быть уничтожен…
— Заткнись, Дим, или я расскажу Кейденс.
— Ты сражаешься нечестно, — сказал он, чуть не выкашляв слова.
— Эй! — крикнула Твайлайт, глядя вниз. — Мясо закончилось! Там впереди камень. Смотрите! — Умная пони Твайлайт подняла голову и окинула свою наставницу проницательным взглядом. — Скажи… ты отвлекла меня. Ты отвлекла меня, чтобы я не пришла в полный ужас.
Увидеть реакцию Селестии было невозможно.
— Вы оба, — обратилась она к Селестии и Диму. — Вы оба продолжали вести себя так, чтобы я прошла через это ужасное мясное место. Но вы немного сбавили тон, так что это было гораздо приятнее. Спасибо… Я серьезно. Спасибо. Вы оба замечательные.
Она облегченно вздохнула, услышав стук копыт брата, облаченного в доспехи, по каменному полу. Больше никакого мяса. Как здорово снова оказаться на твердой, неживой поверхности. С радостным криком она спрыгнула со спины брата и с грохотом приземлилась в центре пятиугольной комнаты.
— Она уже близко, — сказала Селестия остальным, опуская Дима на пол. — Мы так близко. И в то же время так далеко. Она прошла через дверь, я чувствую это. Я попытаюсь прикоснуться к ее разуму, чтобы дать ей знать, что мы идем. Защищайте меня, в таком состоянии я буду уязвима.
Шайнинг Армор вскочил на ноги. Твайлайт настроилась на все вокруг и бросила настороженный взгляд на мясной коридор, опасаясь, что оттуда может исходить опасность. Селестия расправляла крылья — испачканные, грязные, не очень-то белые. Дим начал счищать с плаща и шляпы подгоревшие комочки мяса.
— Твайлайт, пока меня нет, ты за главного. Я целиком и полностью доверяю твоим суждениям. — Затем, совершенно неожиданно, Селестия застыла на месте и перестала двигаться. Ее молот парил на странной орбите вокруг ее головы, дрейфуя в развевающейся гриве.
Ничего не оставалось делать, и Твайлайт стала ждать.
Примечание автора:
Эта история втайне посвящена Шайнинг Армору…