19 февраля, десятый год войны. Южное море, остров Скайрос. Начало десантной операции “Гнев аликорнов” королевского флота Эквестрии против объединённых сил Зебриканской армии.
Основная задача: захват аэродрома Шиноза и создание плацдарма для совершения дальнейших бомбардировок столицы Зебрики Роума.
Время начала операции: шесть утра ровно по местному времени.
Густой туман стелился над водной гладью, скрывая металлические туши десантных катеров из виду для тех, кто ждал их на берегу небольшого тропического каменистого острова. А может и не ждал, если всё шло по плану…
— Который час, лейтенант?
— Без десяти семь, капитан.
— Дискорд побери наших штабных дебилов! Мы должны были высадиться ещё час назад! Уже светлеет! И туман рассеивается! Мерины старые! Будь они прокляты!
Потрёпанный войной офицер со сломанным рогом никогда не скупился на яркие выражения.
— Всем проверить броню и противогазы! Вас не туземные зебрянки с голыми сиськами будут встречать на берегу, а с пулемётами и розовым газом! И не исключено, что те же зебрянки с голыми сиськами!
В рядах сквозь моторы прошли смешки, но приказ начали выполнять беспрекословно. Все знали, на какие изощрённые хитрости способны зебры в бою.
Сказать, что новоиспечённого лейтенанта 2 корпуса королевской морской пехоты Айрона Харта трясло как в не себя, значит ничего не сказать. Чтобы более-менее прийти в душевное состояние перед его первым реальным боем, молодой единорог вытащил из кармана кителя маленькую монохромную фотокарточку красивой длинноволосой пегаски в офицерской форме воздушного флота Эквестрии.
“Скайшайн, как же я тебя подвёл… Не надо было ввязываться в эту дурацкую дуэль… Служил бы сейчас вместе с тобой. Надеюсь, хоть ты в небе над этим островом будешь в большей безопасности, чем я…”
— Харт, что призадумался?! Опять думаешь о своей пегаске? — спросил лейтенанта старый капитан. — Понимаю, малой… Помолись тогда, чтобы её “Хищник” прикрыл всех нас с воздуха.
Айрон задумчиво посмотрел на серую небесную гладь, затянутую тучами. Кораблей воздушных не было видно. Он надеялся, что из-за погоды, а не из-за их отсутствия.
Зато в двух милях в море от катеров стояли линкоры “Селестия” и “Луна” в сопровождении десятков крейсеров и эсминцев. Сквозь слабеющий с каждой минутой туман он заметил, что исполинские корабельные пушки дрогнули и стали поворачиваться в направление острова.
— Капитан, взгляните…
Боулдер Хорн взглянул в бинокль в направление кораблей и извергнул очередную гневную тираду…
— Блядскую кобылу за ногу!!!
В следующее мгновение прогремели множественные выстрелы корабельных пушек. Снаряды с жутким свистом промчались над десантом, и берег озарился непрекращающимися яркими вспышками оглушительных разрывов.
Тем временем катера подошли достаточно близко, чтобы перестать быть незаметными. Хотя начавшийся артиллерийский обстрел и так снял эффект неожиданности.
Катер, не дойдя до берега метров пятидесяти, брюхом наехал на подводные камни, создавая жуткий скрежет, и резко остановился. Сидящие как шпроты в банке морпехи полетели друг на друга, роняя винтовки. Со всех сторон раздалась яркая армейская ругань. Один здоровый земнопони своей тучной тушой налетел на лейтенанта, сбив его с копыт.
— Встать, ослы неповоротливые! Быстрее! — Капитан метался по лодке, поднимая морпехов пинками.
С других лодок прозвучали командирские свистки, оглашающие десантные роты покинуть борты десантных средств. Ротный Хорн тоже не стал медлить и дунул в свой свисток. Сержант Стоун отточенным до автоматизма движением дёрнул за ручку, и огромный носовой трап с грохотом опустился вниз на камни.
Мгновение спустя раздалось оглушительное тарахтение десятков пулемётов на берегу. И град зебринских пуль ударил по железному корпусу.
“Ну всё, почалось… Вот вам и не ждали!” — подумал Айрон, пригнувшись от свистящих мимо пуль, и беря валяющуюся рядом штурмовую винтовку в руки.
— Взводные, не стойте как ослы! Берите солдат и на берег! Живее, живее! — торопил ротный в своей манере. — не ссать, бойцы! Покажем этим зебрам, кто с ними воюет!
Лейтенант, взглянув назад на свой взвод, махнул молча рукой вперёд и первым спрыгнул в воду — и тут же погрузился с головой. “Дискорд!” Слишком далеко от берега. Он тонул. Тяжёлая стальная броня тянула вниз.
Моргнув, Айрон сквозь мутную воду, увидел как медленно барахтаются тяжёлые морпехи. Как входят в воду бронебойные пули и прошивают бедняг насквозь. Тела убитых опускались на дно, оставляя размытые следы крови. Будто краска в банке.
Харт пришёл в себя, когда почувствовал, что захлёбывается. Нет уж, он так тупо не умрёт. Он увидит ещё любимую Скайшайн! С этими мыслями судорожно отстегнув ремни тяжёлой кирасы, он скинул её с себя. Она всё равно бесполезна против пулемётов.
И оттолкнувшись со всей силой копытами от дна, послал себя на поверхность, как пулю в цель…
Еле выбравшись на берег, он упал на мокрый песок. На нём уже валялись сотни тел. Волна смывала их кровь, уносила за собой. Ещё сотни морпехов укрывались за камнями под склоном в мёртвой зоне. Зебриканские пулемёты над ними не умолкали ни на минуту, не давая поднять головы эквестрийцам.
Сколдовав простейший защитный барьер, лейтенант чудом добежал до одного из импровизированных укрытий в камнях. Там сидели ротный, сержант Стоун и несколько солдат из его роты.
— Ну ты даёшь, лейтенант! Живучий ты, засранец!
— "Вы тоже…" Каков план, капитан?
— Надо срочно уходить с пляжа. Чувствую, что сейчас нас газом выкуривать будут…
После этих слов к ним в ноги со склона прилетела зебринская граната. Айрон тут же слевитировал её обратно во вражескую огневую точку, где она благополучно и взорвалась.
— Хорошо быть единорогом, лейтенант. Мне бы так… — в своей спокойной манере произнёс сержант Стоун.
— Ну, земнопони зато могут броню всю эту носить на себе, в отличие от нас…
— Это уж точно…
— Смотрите! — закричал один из морпехов.
— Там, где взорвалась граната, стало подниматься розовое облако.
— Вот Дискорд! Я же вам говорил! — воскликнул ротный — НАДЕТЬ ПРОТИВОГАЗЫ!!!
Выжившие морпехи стали вытаскивать из промокших насквозь сумок противогазы, залитые морской водой, и пытаться в них продышаться.
Минуту спустя морпехи услышали свист мин, обрушившихся на пляж. Раздались приглушённые хлопки разрывов, характерные для химических зарядов.
“Дело пахнет дрянью…” — пронеслось в голове у лейтенанта, когда розовое облако стремительно и угрожающе поползло на них.
Они знали, что бежать от него уже бессмысленно. И прятаться от него бесполезно. Оставалось надеяться на милость богинь и исправность эквестрийских противогазов…
— Где подкрепление?!
— Они бросили нас умирать!
Послышались возгласы обречённых солдат, не успевших даже столкнуться с противником лицом к лицу.
Айрон Харт вытащил напоследок из кармана черно-белую фотографию своей любимой пегаски.
— Прости меня, Скайшайн… — прошептал будто молитву единорог.
Спустя мгновение розовый туман поглотил его тело целиком, словно голодный хищник…