*Крр-КЛАК*.
— Значит, это идёт... сюда. Ладно. Вроде бы логично.
[RainbowDash: Правда?]
— Нет. Совсем не логично.
Лаки всё ещё сидит в подвале церкви, с напитком в одном копыте и блокнотом в другом, разглядывая нарисованную под Большой Чёрной Кляксой матрицу заклинания.
— Ладно... значит... либо я тупой, либо это просто до идиотизма сложная поебень.
[RainbowDash: Может быть, и то и другое.]
[RarityBelle: Дорогуша...]
[RainbowDash: Да ладно! Он сам напросился!]
[RestlessDream: Якоря требуют огромного количества магической энергии для поддержания. Коль стоит разыскать источник питания?]
— Неважно, если это какая-нибудь... — Он неопределённо машет копытом, подбирая слова. — Псевдореальная штука. Насколько я знаю, она вообще может находиться на вашей стороне.
[RestlessDream: Маловероятно. Мы бы заметили подобное использование магии снов.]
[RarityBelle: А что это за заклинание, если не секрет?]
— Я собираю вокруг этой штуки магию ветра и создаю барьер. Надеюсь получить магический эффект, достаточно сильный, чтобы расшатать заклинание, которое удерживает её на месте.
[TwilightSparkle: О! Это умно!]
[Applejack: Эм... прости, что?]
— Я кладу это в коробку и швыряю туда всякую хрень, пока оно не перестанет дёргаться, — объясняет он, а затем вздыхает. — Иногда жалею, что я не единорог и вынужден возиться со всеми этими дурацкими рунами...
[SunnySkies: Я думала, тебе нравятся руны?]
— Я бы не сказал, что люблю их. Но то, что они мне НРАВЯТСЯ, ещё не означает, что они не могут временами бесить меня до чёртиков.
[TwilightSparkle: Я... прекрасно тебя понимаю...]
Он склоняет голову набок.
— Магия единорогов тоже доводит до копыта?
[TwilightSparkle: Что?]
[TwilightSparkle: А-а, да! Иногда она бывает довольно запутанной.]
[TwilightSparkle: Но это часть процесса! Магия — удивительная вещь!]
Он делает глоток энергетика и приподнимает бровь.
[TwilightSparkle: Почему ты вообще хочешь стать единорогом?]
— Бесплатный телекинез, врождённые магические способности, более высокий кредитный рейтинг, — рассеянно отвечает он, продолжая выводить руны, из которых состоит матрица.
[Applejack: Более высокий чего?]
[RarityBelle: Я единорожка и не очень хороша в магии. Что это тогда говорит обо мне?]
— Что ты тупорылая ослица.
Он проигнорировал внезапный шквал вздохов и возмущённых реплик.
Слово «ослица» само по себе не слишком удачно работало как оскорбление в Эквестрии — насколько он помнил, ослы здесь были таким же разумным видом, как и пони.
А выражение со словом «рыло» и вовсе могло звучать неоднозначно: в этом мире хватало самых разных разумных парнокопытных, в том числе и тех, у кого действительно есть оно.
Но в любом случае они прекрасно поняли, что он имел в виду.
— У тебя наверняка больше магического резерва, чем у меня. Я бы без раздумий обменял свои крылья на такое преимущество.
[RainbowDash: Но ты же можешь летать!]
— Ты про эти штуки? — Он расправляет крылья, кремовые перья которых тускло поблёскивают в свете лампы под потолком. — Да, это круто. Но количество времени, которое приходится тратить на уход за этими чёртовыми штуками, совершенно не окупается, когда большую часть времени я даже не могу ими пользоваться.
[SunnySkies: Мне очень нравятся твои крылья, Лаки. Так что тут я с тобой не соглашусь.]
— Не переживай, мои тебе всё равно не достанутся. Заведи себе собственные.
[SunnySkies: Возможно, так и сделаю!]
Разговор постепенно затихает, пока он продолжает работу, расширяя матрицу и внося последние изменения. Наконец он останавливается на варианте, который, ПО ЕГО МНЕНИЮ, должен сработать.
— Так... Магия активируется, обнаруживает воздух вокруг руны ветра и начинает его уплотнять в... я ограничение поставил?
Он проверяет записи.
— Да, поставил. Хорошо. Овал. Тогда она будет поддерживать форму, пока действует заклинание.
Он действует так осторожно потому, что руны очень напоминают программирование.
Теоретически он мог бы создать всё что угодно, если бы достаточно хорошо разобрался в вопросе. Но, как и в коде, здесь всё должно быть предельно конкретным и иметь чёткие ограничения.
Создать магический лифт и приказать руне «вверх»?
Отлично. Ты сгорел в верхних слоях стратосферы, потому что забыл указать, где именно нужно остановиться.
Насколько ему известно, прямо сейчас он вполне способен создать что-нибудь вроде воздушной бомбы из сжатого до безумного давления воздуха.
К счастью, опыт Саймона научил его не лезть наугад туда, где не понимаешь последствий, так что особого беспокойства он не испытывает.
Он даже благодарен тому году, который провёл за изучением информатики в старшей школе.
— Неважно. Разберусь.
Быстрым импульсом магии он активирует матрицу.
Воздух в комнате тут же приходит в движение, втягиваясь к якорю и уплотняясь вокруг него в видимую полупрозрачную оболочку.
Никакой реакции.
Почти материальный шар тёмной магии продолжает лениво вращаться на месте, напоминая густую смолу.
Ну, по крайней мере, это сработало.
Решение не самое дешёвое — обычный магический барьер обошёлся бы гораздо проще. К сожалению, нужных рун у него сейчас нет.
У Лаки Брейка вообще немного атакующих заклинаний. В основном потому, что они обходятся слишком дорого.
Но кое-какие варианты всё же имеются.
На кончике копыта вспыхивает крохотный огонёк — едва ярче свечного пламени.
По его воле язычок огня касается якоря.
И тут же исчезает без следа.
Ладно.
Это не сработало вообще никак.
Перебирая варианты, он вдруг вспоминает о своей способности напрямую взаимодействовать с тёмной магией. Склонность к ней значительно облегчает подобные вещи.
Может, просто...
Сломать её?
Ну, или что-то вроде того.
Вообще можно сломать магию?
Какая-то часть его сознания отвечает: «Вроде бы да».
Другая же уверенно заявляет: «Скорее всего, нет».
Лаки задумчиво мычит себе под нос и раскрывает чувства, позволяя той части разума, что отвечает за восприятие тёмной магии, охватить форму якоря.
Ощущение странное.
Щекочущее.
Но не совсем физическое.
Скорее постоянное присутствие где-то на задворках сознания. Оно не мешает думать или заниматься чем-то другим, а просто существует — как непрерывное осознание конкретной вещи.
И чем лучше он осваивается с этой способностью, тем сильнее становится это ощущение.
Интересно, что ещё можно делать с помощью тёмной магии?
Можно ли использовать её как оружие?
Можно ли...
Передвигать предметы?
Осознав, что это ОЧЕНЬ важный вопрос с учётом его дальнейших планов, он быстро переключает внимание на тёмный угол подвала.
Точнее, на смутный силуэт пустой банки из-под персиков, которую он нашёл раньше.
[ThePinkOne: О-о-о! Что ты делаешь???]
— Бандитскую хрень.
Он прищуривается, сосредотачиваясь на тьме вокруг банки.
Глазами почти ничего не видно, но он чувствует, как магия извивается и закручивается вокруг жестянки.
Пока наконец...
*клац*
Банка лишь гремит на месте.
Она отклоняется от коробки, на которой стояла, едва ли на сантиметр и тут же падает обратно.
Пот начинает стекать по его лицу.
Он пробует снова.
И снова.
Пытается нащупать более эффективный способ теперь, когда точно знает: магия способна создавать физическое усилие.
Просто обернуть предмет магией и тянуть его за собой не получается.
Попытка давить через центр тяжести оказывается немного эффективнее, но расход энергии настолько чудовищный, что идея быстро перестаёт ему нравиться.
И тут ему приходит в голову одна мысль.
Он, конечно, не физик.
...но что, если воздействовать напрямую на атомы?
Мысль звучит абсолютно идиотской.
Поэтому он её проверяет.
Почти целый час Лаки пытается почувствовать атомы банки.
Потеет как проклятый.
Напрягается до дрожи.
И наконец чувствует, как его магия за что-то цепляется.
Чёрт возьми.
Наконец-то!
Прогресс!
Теперь осталось только поднять её на...
Банка приподнимается на сантиметр.
И Лаки мгновенно валится на пол.
Череп пронзает мигрень такой силы, будто кто-то сжал его голову в тисках.
Магия рассыпается.
Из тела словно выдёргивают последние силы.
Слабость накрывает его тяжёлой волной.
Тяжело дыша, он переводит взгляд на чат.
[TwilightSparkle: Лаки?!]
[SunnySkies: О Небо... ты в порядке?]
[Applejack: Ты выглядишь неважно, сахарок...]
[Applebloom: НЕЕЕЕЕЕТ, НЕ УМИРАЙ!]
[RestlessDream: Полагаю, рано или поздно это должно было случиться.]
— Что за хуйня?..
Лёжа на холодном полу подвала, Лаки тихо стонет, чувствуя, как тело отказывается ему подчиняться.
Магическое истощение.
Он перенапряг магические каналы и вычерпал резервы досуха.
На процессе исцеления это не сказалось, но, ГОСПОДИ, ощущения были отвратительные.
Теперь он сидит на одной из церковных скамеек, жуёт вегетарианский буррито и ждёт, пока магия восстановится. Вокруг него суетятся пони, но он почти не обращает на них внимания.
Его взгляд расфокусирован.
Он мысленно перебирает способы избавиться от якоря.
Напрямую воздействовать на него он пока не пробовал, но сначала хочет прийти в норму.
Отец Уорд почти сразу предложил ему воспользоваться душем, и за это Лаки был искренне благодарен.
Телекинез...
Он возможный.
Трудный.
Но возможный.
Безумно полезный навык.
Определённо стоит продолжать тренировки.
Поглощённый своими мыслями, он не сразу замечает, как сиденье рядом слегка проседает под чужим весом.
Рядом устроилась кобыла с самой обычной жёлтой шёрсткой и оранжевой гривой.
Она улыбается, встретившись с ним взглядом.
— Привет! Я заметила, что ты сидишь один. Ты здесь кого-нибудь знаешь?
Её беззаботный тон начинает раздражать его почти мгновенно.
Лаки слегка прищуривается.
...кто она вообще такая?
— …нет. А что?
Её улыбка становится ещё шире.
— Меня зовут Дэндэлион. Раньше я работала в маленьком цветочном магазине неподалёку, пока... ну... да.
А-а.
Её «лор».
Крайне важная и невероятно полезная информация.
...если бы он был патологическим лжецом.
[Daisy: Подождите... Разве это не...]
— Потрясающе, — сухо отвечает он.
Неясно, проигнорировала она его тон или просто не заметила сарказма, но кобыла лишь дружелюбно кивает.
— Итак... чем ты занимаешься?
Лаки поднимает буррито.
— Ем. Думаю.
— Ну... — Она качает головой. — О чём ты думаешь?
Что с ней вообще не так?
— О буррито.
Она хихикает.
Она ХИХИКАЕТ!?
Он точно ЗНАЕТ, что не настолько смешной.
Что здесь вообще происходит?
Саймон никогда не был остроумным балагуром. Он был странным тощим парнем, который умел ремонтировать машины.
Последний раз ему удалось рассмешить девушку, когда он поскользнулся и с размаху навернулся на парковке у Wendy's.
Кобылы не считаются.
[LilyValley: Эм... погодите. Разве мы её не знаем?]
Дэндэлион заметно оживляется и внимательно смотрит на него.
А потом внезапно придвигается ближе.
Слишком близко.
Её бок почти касается его собственного.
— У тебя что-то на морде. Да-а...
Протянув копыто, она касается уголка его губ.
— …вот. Готово.
Лаки просто сидит, застыв на месте, и во все глаза смотрит на кобылу. Та, кажется, вполне довольна произведённым эффектом и слегка самодовольно улыбается, удерживая его взгляд.
В голове царит полный хаос.
Он должен её знать?
Она ведёт себя с незнакомцем до неприличия дружелюбно.
Или...
Может, она и правда просто дружелюбная и хочет узнать его получше?
...Лаки едва не рассмеялся.
Ну да. Конечно.
Он недостаточно интересный и уж точно недостаточно обаятельный, чтобы кто-то вёл себя так без причины.
На мгновение в памяти всплывают Твайлайт и остальные пони, но он быстро отгоняет эту мысль.
Нет.
Этой кобыле что-то от него нужно.
— Что такой жеребец, как ты, делает здесь совсем один? Есть какая-нибудь история?
С другого конца комнаты Лаки случайно встречается взглядом с Уордом.
Священник бросает на него немой вопросительный взгляд.
Почему-то это помогает немного прийти в себя.
— Нет. Просто обедаю.
— Ну, мы можем пообедать вместе, если хочешь!
Дэндэлион наклоняется вперёд и делает...
Что-то.
Носом.
Она коротко трётся носом о его бок.
Это длится всего мгновение, и Лаки даже не сразу понимает, что именно произошло.
Для него это выглядело просто странно.
Язык тела пони по-прежнему оставался для него загадкой, но даже с точки зрения человеческого восприятия подобная близость ощущалась... СЛЕГКА шокирующей.
— Нет. Думаю, я сам справлюсь.
Она моргает.
На её лице мелькает разочарование.
Кобыла немного отстраняется и нервно потирает затылок.
— Прости... я... эм...
Она прочищает горло.
Когда Дэндэлион снова заговаривает, её голос звучит так же бодро и уверенно, как прежде.
— Я просто хотела составить тебе компанию. Быть одной не очень приятно, а ты выглядел таким грустным и...
Ага.
Лаки чувствует прикосновение к задней ноге.
Опустив взгляд, он замечает лежащее на ней копыто Дэндэлион.
[Applejack: Ну, кем бы она ни была, свои намерения она скрывать точно не пытается...]
Что, чёрт возьми, ЭТО должно значить?
Его седельные сумки лежат в инвентаре, так что о каких намерениях вообще идёт речь?
...она хочет его буррито?
Жадная шлюха.
Тяжело вздохнув, он молча убирает её копыто со своей ноги и поднимается со скамьи, решив доесть обед в подвале.
Дэндэлион испуганно вздрагивает от неожиданности и выпрямляется.
— Э-эй!
Он не отвечает.
— Я что-то не так сказала?
Пегас уже быстрым шагом направляется к лестнице в подвал.
Он понятия не имеет, что всё это вообще было.
[Applejack: Да... примерно этого я и ожидала.]
[RoseLuck: Подождите... Это же Санфлауэр из Кантерлота?]
[Daisy: ЭТО она! Я знала, что она мне кого-то напоминает!]
[LilyValley: Но метка у неё другая...]
[RoseLuck: Она выглядит точь-в-точь как Санфлауэр! Как она вообще там оказалась?!]
[LilyValley: Но я только вчера получила от неё письмо...]
[Daisy: Может, близняшка?]
[LilyValley: Она никогда не говорила, что у неё есть сестра, верно?]
Лаки приподнимает бровь, слушая их разговор, и начинает спускаться по лестнице.
[POV: ПРИНЦЕССА СЕЛЕСТИЯ]
— О-о-о... Моей ученице это очень не понравится...
Селестия морщится, глядя на экран.
— Переживёт, — молвит её сестра, перелистывая страницу книги. — Однако путь её к сердцу Лаки будет долог.
С этим Селестия спорить не могла.
Сёстры-аликорны были ничуть не менее подвержены соблазну посплетничать, чем любой другой пони. Особенно когда речь шла о ком-то настолько близком ей, как Твайлайт.
— Мне вообще кажется, что она даже не понимает, что делает.
— Будто ты сама лучше разбираешься в делах сердечных.
Селестия бросает на сестру возмущённый взгляд.
Луна лишь делает очередной глоток из чашки, едва скрывая улыбку.
— Мы слышали, что наша племянница также успела наставить её на путь сей.
Селестия кивает.
Она давно подозревала, что Каденс почуяла возможность поучаствовать в происходящем.
— Знаю. Последние несколько дней наша любимая племянница буквально поселилась возле почтового отделения. По-моему, она слишком увлеклась этой историей.
— Мы её понимаем. Для некоторых достоинства Лаки Брейка перевешивают его недостатки. Весьма занимательный жеребец.
Селестия согласно кивает.
Лаки определённо был... необычным пони.
Несмотря на всё своё прошлое, он всё ещё оставался одним из её маленьких пони.
Просто из тех, к кому нужно немного привыкнуть.
Как к приобретённому вкусу.
Она замирает.
Затем очень медленно поворачивает голову к Луне.
Инстинкты старшей сестры мгновенно дают о себе знать.
Луна никогда не разбрасывалась подобными комплиментами.
Селестия почуяла кровь в воде.
Луна замечает её взгляд и подозрительно щурится.
— ...что?
Селестия продолжает молча смотреть.
— Что надобно тебе?
На лице солнечной принцессы медленно расползается совершенно хищная улыбка.
Луна тут же швыряет книгу на стол.
— ЧТО?! ПОЧТО ВЗИРАЕШЬ ТЫ НА НАС С ТАКОЙ ЛЫБОЙ?!
— Он очень интересный, да? — невинно замечает Селестия.
Луна раздражённо фыркает и снова устраивается на подушках.
— Да. Воистину занимательный жеребец. Давно не встречали мы подобных ему. Он живо напоминает нам пони времён, предшествовавших Объединению.
— Наверное, это освежает.
— Да.
И тут Луна замирает.
Её глаза широко распахиваются.
Она резко поворачивается к сестре.
Селестия всё так же безмятежно улыбается.
А затем медленно поднимает копыто и указывает на неё.
— Он тебе нравится.
Не вопрос.
Утверждение.
На щеках Луны мгновенно проступает густой тёмно-лиловый румянец.
На секунду она теряется.
Но быстро берёт себя в копыта.
— Не распространяй лжи, сестра. Не к лику твоему такое подобное.
Селестия склоняет голову набок с самым невинным видом.
— Значит, не нравится?
Луна медленно кивает.
— ...именно так.
— Тогда ты ведь не будешь возражать, если я сама попробую?
Глаза Луны округляются.
Она впивается взглядом в лицо сестры.
— Ты лжёшь, — сурово изрекает она.
— Правда?~
Луна опасно щурится.
— За всё время с момента нашего рождения не было у тебя никого. Не подействуют на нас твои уловки.
— Ты недалеко от меня ушла, сестра.
Луна почти рычит.
Между ними повисает тишина.
Селестия, вполне довольная произведённым эффектом, тихо чмокает губами и снова поднимает кристалл трансляции.
— Ну что ж. Если он тебе не нравится, то ничего страшного, если я...
Синее пятно внезапно заполняет её поле зрения.
Луна одним прыжком перемахивает через стол и сбивает Селестию на пол.
По кабинету разлетаются бумаги, пока сёстры возятся на ковре. Луна отчаянно тянется к кристаллу, но Селестия держит его вне пределов досягаемости.
— ОТДАЙ НАМ КАМЕНЬ!
— Нет.
— СЕСТРА!
— Бе-е~.
Селестия показывает ей язык, чем вызывает у тёмной аликорны новый воинственный вопль.
У дверей кабинета помощница Селестии, Рейвен Инквелл, изо всех сил старается не обращать внимания на доносящиеся изнутри грохот, крики и...
...хихиканье.
Мимо проходит стражник. Услышав шум, он бросает на Инквелл недоумённый взгляд.
Та лишь устало качает головой.
Стражник пожимает плечами и идёт дальше.