Следующее утро началось совсем иначе. После утренней рутины, даже не спускаясь на кухню, я осмелела и сама стала инициатором близости. Просто плюнула на всё, потому что мне было до невыносимого интересно. И потянула Войса обратно в спальню.
Ритм наших тел затих мгновения назад. На этот раз я была близко, достаточно близко, но не шагнула за край вместе с ним. Всё ещё болело, всё ещё мешало наслаждению. Но уже приятнее.
Войс был надо мной и тяжело дышал. Я чувствовала его всем телом, пока он не поднялся от меня и не лёг рядом. Я повернулась к нему спиной и он сразу же сгрëб меня к себе.
Мне было хорошо. Мне было тепло. Лучше, намного лучше. Я не безнадëжна.
Но он не отпустил меня, не потерял момент. Его магия побежала по моему боку и животу вниз. Я уже не боялась её, и попросту перевернулась на спину, навстречу ощущениям.
Войс специально обнял меня поперëк груди, и я вцепилась в него копытами. Пусть ориентируется по тому, как я его сжимаю. Касание. Искрящееся чувство от магии ходило по разгорячëнной плоти вверх-вниз, постепенно приближая меня к краю. Я тихо и честно стонала, закрыв глаза и поддавшись ощущениям.
Чуть внутрь. И назад. Быстрее. Медленнее. Меня не хватило надолго.
И мир взорвался, но сильнее, чем после обычной ласки, ослепив меня на несколько сладчайших мгновений. Наверное, я даже выгнулась навстречу удовольствию, но было слишком хорошо, чтобы запомнить это.
Я хватала ртом воздух. Я отдавалась этому послевкусию. Разум ликовал, душа пела, тело слегка дрожало.
Поцелуи. Едва почувствовав, как он потянулся ко мне, я повернула голову и встретила его. Мы всё ещё тяжело дышали. Мы прерывались, чтобы сделать лишний вдох. Но мы долго не отступали друг от друга.
Огоньки в груди медленно угасали. Войс молчал, держал меня в своих копытах и наблюдал, как я пыталась отдышаться после такого.
— Эх… — вздохнула я, приходя в себя. — На нас простыней не хватит, если мы будем таким часто заниматься.
Он то ли хмыкнул, то ли хихикнул.
— Если ты так о них волнуешься, я закажу их так много, чтобы забить какую-нибудь комнату в доме. Будем брать новую и выбрасывать старую.
— Можно и так, — мне захотелось подтрунить над ним. — Просто кто-то слишком много что-то и в кого-то!
Он цокнул языком.
— Ты виновата. Если без шуток, твоё тело начало отзываться. Я в одну секунду думал, что поддамся и потеряю контроль.
— Наконец-то ты поверил в то, что я уже не такая хрупкая, — посетовала я.
— Всё ещё сомневаюсь, но меньше. Ну что, новый день?
Вместо ответа я совсем повернулась к нему и прижалась.
— Накрой крылом, давай полежим немного, мне так тепло, — попросила я его.
Он выполнил мою просьбу без промедления.