— Приготовления к празднику идут очень гладко, Ваше Высочество. Прохладительные напитки будут поданы свежими точно в срок, сообщений о подозрительном поведении нет, и все городские мероприятия будут готовы к наплыву публики, — закончил свой доклад Кибиц и поднял взгляд на Селестию.
— Чудесно. Возможно, это будет самое грандиозное празднование Летнего Солнцестояния, которое у нас когда-либо было, — ответила Селестия. Солнце садилось за горизонт, и с наступлением утра фестиваль должен был начаться.
— Действительно. И, возможно, в этом году мы обойдемся без каких-либо бедствий, — сказала Луна с другого конца обеденного стола. Селестия улыбнулась.
— Вполне.
Обе принцессы продолжили трапезу, пока Кибиц зачитывал отчеты о подготовке. Затем раздался стук в дверь, и один из двух пони-стражников открыл её. Третий стражник вошел в комнату и поклонился.
— Ваши Высочества, принцесса Твайлайт и её свита прибыли на вокзал. Они скоро будут здесь.
— Ах, я уж подумала, она опоздает, — сказала Луна. — Кибиц, вы ведь занимались организацией. Какие комнаты мы выделили для их пребывания?
— Западное крыло, второй этаж. В большой гостевой комнате ждут восемь кроватей, и я сказал поварам, чтобы они приготовили для них еду по прибытии.
Луна нахмурилась.
— Восемь кроватей?
— Да, Ваше Высочество, — пока Кибиц говорил, Луна увидела, как Селестия встала и подошла к двери за его спиной. — Принцесса Твайлайт уточнила, что прибудет с семью гостями.
— Семью… о, боже. — Луна обернулась и направилась к двери, когда Селестия вышла в коридор. — Сестра, возможно, нам следует… — Она остановилась, когда дверь захлопнулась перед ней, удерживаемая золотой магией.
Трубачи подняли рога и затрубили, возвещая прибытие гостей к входу в замок. На парадной лестнице, глядя на них сверху вниз, Луна тепло улыбнулась и склонила голову. Пони у дверного проема откашлялся.
— Представляю Её Королевское Высочество, принцессу Твайлайт Спаркл. В её свите — носительницы Элементов Гармонии, мисс Эпплджек, мисс Рэйнбоу Дэш, мисс Флаттершай, мисс Рэрити и мисс Пинки Пай. Также её сопровождают мистер Спайк-Дракон, и… — стражник запнулся и нахмурился, поняв, что не знает имени пони, идущей за Спайком.
— Гостья, — произнесла та.
— И… гостья, — сказал стражник.
Луна спустилась по лестнице и встала перед группой.
— Добрый вечер, Твайлайт Спаркл, всем пони. И дракону, — она подмигнула Спайку. — Моя сестра приносит свои извинения за отсутствие. Она очень занята подготовкой к празднованию Летнего Солнцестояния, и у неё не было времени отвлечься от расписания, чтобы поприветствовать вас.
Твайлайт улыбнулась и склонила голову в ответ. Луна же наблюдала за кобылкой в конце группы, которая опустила голову при её словах. Твайлайт подняла голову, на мгновение закрыв Луне обзор.
— Никаких проблем, принцесса Луна. Я уверена, у неё есть гораздо более важные дела, чем просто поздороваться с нами.
— Вполне. Для вас подготовлено жилье, или, если вы предпочитаете поесть, вас ждет обед, — Луна кивнула ближайшему стражнику. — Прошу, сопроводите принцессу Твайлайт и её друзей в обеденную зону. — Стражник кивнул и повернулся, чтобы провести группу по проходу. Когда они проходили мимо, Луна встретилась взглядом с восьмым членом группы. Та повернула голову, когда поняла, что Луна смотрит на неё, и через мгновение снова отвела взгляд, поспешив за группой.
«Твайлайт Спаркл, ты либо очень глупа, либо очень храбра».
Твайлайт оглянулась, пока стражник вел их по коридорам замка. «Заняло больше времени, чем я думала. Она была в порядке в поезде, но теперь, когда мы в замке, будет трудно». Она замедлила шаги. Одна за другой её подруги проходили мимо, болтая между собой, пока последняя из группы не подошла сзади. Сансет Шиммер подняла голову и увидела, что Твайлайт наблюдает за ней, но продолжила движение.
— Я не позволю тебе расхаживать по замку в таком виде, — сказала Твайлайт, не отставая. Сансет покачала головой.
— Ты знаешь, почему её не было, чтобы поприветствовать нас. Ты сообщила о нашем прибытии. Она знает, что я буду здесь.
— Я уверена, это не так.
— Да, это так.
Твайлайт вздохнула.
— Ты сказала, что справишься с этим.
— Я сказала, что справлюсь с возвращением в замок, — резко сказала Сансет, глядя на неё. — И так будет достаточно тяжело. Кто знает, сколько пони, работающих здесь, узнают меня и начнут задавать вопросы? Я надеялась, Селестия будет слишком занята, и мы её не увидим.
— И мы её ещё не видели, так почему ты расстроена? — спросила Твайлайт.
— Потому что, если она не знала о моем приезде раньше, то узнает теперь.
Твайлайт покачала головой и остановилась. Сансет сделала ещё несколько шагов, прежде чем заметила и обернулась. Впереди них процессия продолжала двигаться дальше. Твайлайт посмотрела на Сансет.
— Ты хорошо потрудилась за последние несколько месяцев. И я скажу ей об этом, когда увижу. Мне хочется думать, что она будет рада за тебя. А будет ещё лучше, если мы сможем сказать ей это вместе.
У Сансет дернулся глаз, и она отвернулась. Она посмотрела на свою шею и дернула копытом антимагический амулет, висящий под её подбородком. Твайлайт нахмурилась. «Она сказала мне, что перестанет играть с ним».
— Можно мне немного монет? Пожалуйста…
— Ты не вернёшься домой.
Сансет вздохнула и закрыла глаза. Твайлайт увидела, как она начала дрожать, и пододвинулась ближе.
— Пожалуйста, Твайлайт. Я не могу этого сделать.
«Да, можешь. Ты просто не осознаешь этого. В этом проблема, и поэтому мы здесь». Если что-то Твайлайт и поняла за последние несколько месяцев, так это как обращаться со своей подопечной.
— Хорошо. Я предложу тебе сделку, — Твайлайт положила копыто ей на шею. — Мы пойдем поужинаем. Когда всё закончится, если ты все ещё захочешь уйти, мы обсудим это. Хорошо?
Сансет криво улыбнулась.
— Ты так говоришь, но когда мы обсудим это, ты всё равно будешь настаивать на том, чтобы я осталась.
— Ага.
— …Хорошо.
— Мы организовали для вас и вашей свиты, принцесса, отдельную ложу на время торжеств. До тех пор все приготовления идут по плану, и я сомневаюсь, что нам потребуется ваше вмешательство, — Кибиц оторвал взгляд от планшета, взглянув на семерых кобылок и одного дракона, сидевших в столовой.
— Отлично. Спасибо, Кибиц, — Твайлайт кивнула ему, и он повернулся, чтобы уйти. Сансет наблюдала за ним и видела, как его глаза на мгновение метнулись к ней, прежде чем он отвел взгляд. Она посмотрела на свою тарелку и вздохнула.
— Хорошо, вот и мы, пони, — остальные подняли взгляд, когда единорог-слуга вкатил тележку с едой из кухни. — У нас есть три вида фруктовых салатов. А для вас, мистер Дракон, — слуга улыбнулся и поднес Спайку небольшую миску с драгоценными камнями. — У нас также есть чудесный ассортимент выпечки и желе на десерт.
— Можем мы сразу перейти к десерту? — спросила Пинки. Твайлайт хихикнула.
— Выглядит прекрасно, спасибо, — сказала Рэрити. Единорог кивнул и поднес три миски с фруктовым салатом в центр стола. Пони начали угощаться, накладывая на свои тарелки кучи лепестков цветов и кусочков фруктов. Флаттершай посмотрела на Сансет, сидевшую рядом с ней, которая опустила глаза на свою тарелку.
— О, Сансет, тебе помочь?
Сансет дернулась и подняла взгляд.
— Хм? О, эм, нет. Спасибо. — Она подняла глаза и подождала, пока Рэйнбоу Дэш, сидевшая напротив, положит ложку обратно в ближайшую миску, затем потянулась к ней и положила одну ложку себе на тарелку. Она вернула сервировочную ложку обратно в тарелку и неловко взялась за столовую ложку поменьше рядом со своей тарелкой.
«Ей все ещё трудно пользоваться копытами». Твайлайт ела свою еду, наблюдая, как Сансет ест свою. её движения были медленными, неуверенными, и она не раз роняла ложку. «Но она слишком горда, чтобы просить о помощи. Это хороший знак, значит, у неё хотя бы есть гордость».
Сансет подняла взгляд и поймала взгляд Твайлайт, принцесса улыбалась ей. Сансет опустила взгляд и вернулась к еде. Улыбка Твайлайт исчезла. «Прошли месяцы. Это не может быть физическая неспособность, которая её сдерживает. Значит, я правильно сделала, привезя её сюда».
В кухонную дверь постучали, и собравшиеся подняли головы, когда привратник распахнул её. Сансет увидела, кто возник на пороге, и тут же снова опустила голову. Твайлайт заметила это, но улыбнулась и кивнула посетителю.
— Добрый вечер, Магистр.
Розен Кросс подошел к столу и поклонился.
— Добрый вечер, принцесса Твайлайт.
— Девочки, это Магистр Розен Кросс. Я рассказывала вам о нем, верно? — Твайлайт оглядела стол. Понимание промелькнуло на их лицах, и они кивнули.
— Не присоединитесь к нам за столом? — спросила Эпплджек.
— Благодарю за приглашение, но должен отказаться. Принцесса Твайлайт, могу ли я ненадолго отвлечь вас? — Розен посмотрел на неё. Твайлайт взглянула на Сансет: её глаза были прикованы к тарелке под носом, и Твайлайт показалось, что у неё дернулся глаз.
— Конечно. — Твайлайт вышла из-за стола и последовала за Розеном в холл. Дверь за ними захлопнулась, и Розен повернулся, чтобы провести Твайлайт через замок. Когда они отошли на некоторое расстояние от дверей столовой, он заговорил.
— Прежде всего, я должен выразить свои искренние извинения за то, что вам пришлось пережить. Я ужасно обращался с вами и не внимал вашим словам, когда вы пытались объяснить мне свою ситуацию. Я глубоко сожалею.
Твайлайт посмотрела на него и нахмурилась.
— Вы говорите это мне. Вы бы извинились, если бы это действительно был Сансет Шиммер, которую поручили вашей опеке?
Розен вздохнул и кивнул.
— Верно, верно. Я не люблю её; это, безусловно, очевидно для вас. Тем не менее, хотя вы можете мне не верить, я бы действительно всё равно извинился перед ней, если бы это была она тогда. Я позволил своим эмоциям затуманить свои суждения, и моё обращение было хуже, чем можно оправдать.
— Извинения приняты. Спасибо, — Твайлайт посмотрела вперед. «Он ведет меня куда-то? Или просто хочет поговорить?»
— Я полагаю, Сансет хорошо справляется под вашим наставничеством? — спросил Розен.
— Достаточно хорошо, — ответила Твайлайт. — Есть препятствия, которые нужно преодолеть, но со временем она это сделает. В настоящее время мы зашли в тупик. Я держу на её шее антимагический амулет, чтобы ограничить передвижения и нейтрализовать магию, и я пытаюсь научить её дружбе. Доверять другим, прощать, полагаться на их помощь. Всё идет хорошо, и, полагаю, что она готова к следующему шагу.
— И что это за шаг?
— Я знаю, что она искренне раскаивается и сожалеет, но, как вы думаете, могу ли я ей доверять?
— Я не тот пони, к кому следует обращаться. Моя предвзятость к Сансет уже доказана. Я могу лишь порекомендовать вам использовать своё собственное суждение, что само по себе является глупым советом.
Твайлайт на мгновение задумалась, опустив голову и поднеся копыто ко рту.
— Она всё ещё сомневается в себе, сейчас это самое большое препятствие для её роста. Я знаю, что мои друзья не полностью простили её, и это понятно, но они не говорят об этом в её присутствии. Она достаточно строга к себе и без того, чтобы другие прилагали копыто к этому. Пока она не преодолеет это, я не уверена, что доверяю ей, иначе она может снова сорваться. Она даже может представлять опасность для себя.
— Тогда каково решение?
Твайлайт опустила копыто и посмотрела на Розена.
— Протолкнуть её через это последнее препятствие и заставить отпустить. Она должна простить себя. Но я не знаю, как ей в этом помочь. Она всё ещё переполнена виной за всё, что натворила.
Розен кивнул.
— Я так и думал. Если вы не можете добиться у Сансет прощения для самой себя, то есть другая сторона, которая может помочь.
— У вас есть что-то на примете?
— Есть.
Твайлайт наклонила голову.
— Я думала, вы ненавидите Сансет.
— Это слишком сильное слово, «ненависть». Я не ненавижу Сансет, но вы правы, говоря, что я не питаю к ней нежных чувств.
— Тогда почему вы помогаете ей?
Розен подошел ближе и посмотрел на Твайлайт, его глаза были суровы.
— Потому что есть другая кобыла, которую мы оба знаем, которая страдает из-за действий Сансет. Я верю, что исцеление одной исцелит другую. Мои чувства к этой другой кобыле перевешивают мое отвращение к Сансет, и поэтому я считаю такой компромисс приемлемым.
Понимание вспыхнуло в глазах Твайлайт, и она кивнула.
— Скажите мне, что вам нужно.
Сансет ткнула ложкой в свой фруктовый салат и подцепила вишню, медленно отправляя её в рот. «Они говорят обо мне. Я знаю это. Розен, наверное, сейчас говорит Твайлайт, что я пустая трата времени, и ей просто нужно от меня избавиться».
— Не голодна, Сансет?
Сансет подняла голову и увидела, что Эпплджек смотрит на нее. Она проглотила комок вишни во рту.
— Не очень.
Рэрити кивнула.
— Не волнуйся, дорогая, мы будем здесь всю ночь, и кантерлотские кухни наверняка будут рады услужить.
Сансет снова посмотрела на свою еду и взяла вилку, нанизывая несколько лепестков цветов и стебельков. Она откусила и медленно пережевала.
Спайк взглянул на нее, доедая свою порцию. Он потянулся и постучал когтем ей по спине.
— Эй. — Сансет повернулась к нему. — Она не злословит о тебе. Ты же знаешь, да?
Сансет на мгновение уставилась.
— …Конечно.
— Он прав, Сансет, — сказала Флаттершай. — Ты ведь знаешь, что Твайлайт очень поддерживает всё, что ты делаешь.
— Ага. — Сансет доела то, что было на вилке. «Она права. Твайлайт пытается тебе помочь. Она бы не сбежала с Розеном, чтобы оскорблять меня. Розен справится с этим сам. Не то чтобы он неправ. Меня здесь не должно быть. Мне здесь нечего делать».
Двери кухни снова открылись, и Сансет подняла взгляд, ожидая увидеть возвращающуюся Твайлайт. Вместо этого в комнату вошёл другой аликорн.
— Снова приветствую всех пони, — Луна направилась к столу и оглядела их. — Я надеюсь, всё в порядке?
— Ага, еда отличная, — Рэйнбоу улыбнулась и отхватила большой кусок от своей порции. Рэрити недовольно хмыкнула и отвернулась.
Луна усмехнулась.
— Я рада это слышать. Церемония начнется только утром, до тех пор вы можете отдыхать в своих покоях. У нас также есть различные развлекательные программы во дворе, если пожелаете.
— Звучит здорово. Спасибо, Принцесса! — Эпплджек кивнула ей.
— Моя сестра занята церемонией, поэтому, если кому-либо что-нибудь понадобится, попросите стражника сообщить мне, и я сделаю всё возможное, чтобы удовлетворить вашу просьбу, — Луна склонила голову и повернулась.
— Эм… принцесса Луна?
Шесть пар глаз повернулись за столом и посмотрели на Сансет. Луна посмотрела через плечо и кивнула.
— Да?
— Могу я поговорить с вами? Наедине, я имею в виду.
— Конечно. — Луна жестом пригласила её вперед. Сансет отошла от стола и последовала за ней в холл. Она не оглядывалась, когда уходила, но ей это и не требовалось. «Они смотрят на меня. Они всегда смотрят. Как и все остальные. Смотрят, ждут, не ошибусь ли я, не сделаю ли что-нибудь не так».
Когда Сансет вошла в холл, Луна использовала свою магию, чтобы захлопнуть дверь.
— Чем могу помочь, Сансет Шиммер?
Сансет смотрела на стену, её глаз подергивался.
— Я… Твайлайт рассказала мне, что вы сделали. Что вы знали.
— Понимаю. И что?
Сансет медленно подняла взгляд на Луну, чтобы увидеть её бесстрастное выражение лица. Она сглотнула.
— Я просто… почему?
— Почему?
— Почему вы не рассказали Селестии? Почему вы сказали мне всё, что сказали? Почему вы пытались мне помочь?
Луна кивнула.
— Понимаю. Справедливые вопросы, полагаю. Что касается первого, по той же причине, по которой я указала тебе при твоём отъезде из замка; я хотела избавить свою сестру от боли. Она была очень расстроена, когда узнала о произошедшем из письма Спайка, и уверяю тебя, я не желала бы причинять ей это намеренно. Я думала, что смогу разрешить ситуацию сама, возможно, даже без её ведома. Я глубоко ошибалась, и этим поставила под угрозу самых дорогих учеников моей сестры. Уверяю тебя, моя сестра наговорила мне множество отборных словечек, когда мы вернулись в Кантерлот, — она поморщилась и отвела взгляд. — Я не слышала, чтобы она так часто использовала Королевский Голос Кантерлота, с тех пор как меня изгнали.
— Ладно… Полагаю, всё это имеет смысл.
— Что касается второго и третьего вопросов, я хотела посмотреть, как ты воспримешь информацию. Я думала, возможно, с небольшой помощью ты признаешься в своих преступлениях и попросишь прощения. Ты знала только свою сторону истории, а не Селестии или Старсвирла Бородатого. Я стремилась просветить тебя в этих вопросах и тем самым позволить тебе изменить свои взгляды. Существа, совершившие более тяжкие преступления, чем твои, уже искали и находили прощение, Сансет Шиммер. Я наблюдала за тобой издалека и предоставила тебе шанс сделать то же самое.
Сансет переступила с копыта на копыто и кивнула.
— Понятно.
Луна отвела взгляд и глубоко вздохнула.
— Однако я признаю, что часть ответственности за ухудшение обстоятельств, в которых ты оказалась, лежит на мне. Я переоценила твою ментальную дисциплину и недооценила побочные эффекты камней Вальджиру. Они настолько архаичны, что я даже не слышала о них до этого инцидента, и, безусловно, магия снов, которую ты пыталась использовать под моим руководством, только усугубила эти эффекты. С твоими снами пришла суровая правда, и я надеялась, что моя помощь позволит тебе подавить их и принять эту правду на своих условиях.
— Не совсем так получилось, — горько вздохнула Сансет.
— Нет, не так. Я не могу представить ту агонию, через которую прошел твой разум под этим двойным напряжением. Я приношу свои искренние извинения за свою ошибку в суждении.
— Всё в порядке. Вы… — Сансет слабо улыбнулась. — Вы пытались мне помочь.
— Да, хотя я плохо справилась с этим, — Луна посмотрела на неё. — Сейчас тебе лучше, не так ли?
— Твайлайт так думает.
— А ты нет.
Сансет прикусила губу и дернула копытом антимагический амулет, черный камень закачался. — Я не знаю. Я не чувствую, что искупаю что-то. Добрые дела для жителей Понивилля не исправят то, что я сделала с Твайлайт и Селестией. Или с моими старыми друзьями в другом мире.
Луна хмыкнула.
— Ты знаешь, что я сделала, чтобы искупить прошлое Найтмер Мун после своего возвращения?
— Что?
— Ничего.
Сансет удивленно подняла взгляд.
— Ничего?
— Моя сестра сказала мне, что ничего не надо делать, чтобы искупить вину. Она лишь желала снова увидеть меня, и я дала ей это. Я поняла, что искупление и покаяние находятся в глазах смотрящего. Я уверена, некоторые пони сказали бы, что мои деяния как Найтмер Мун никогда не должны быть забыты или прощены, точно так же, как другие сказали бы, что всё в прошлом и зацикливание на этом не принесет пользы.
Сансет наклонила голову.
— Так что вы хотите сказать?
— Я говорю, что ты права; ничто из того, что ты делаешь, не возместит того, что ты уже совершила. Искупление — это не какая-то абстракция, где нужно совершить достаточно добрых дел, чтобы перекрыть плохие. Только ты можешь судить, когда почувствуешь, что искупила свои действия, и другие будут судить в своё время точно так же. Стремление к этому только усугубит чувство твоей вины.
— Понимаю…
Луна улыбнулась и подошла ближе.
— Я считаю, что хорошим первым шагом вперёд было бы примирение с моей сестрой.
— Нет! — Сансет отшатнулась и покачала головой. — Я не могу.
— Да, можешь. Она скучает по тебе, Сансет Шиммер. Ты знаешь это так же хорошо, как и я.
— Нет. Она не хочет меня видеть. Вы это знаете, поэтому она не поприветствовала нас. Я просто разозлю или огорчу её. Я уже причинила ей достаточно боли.
Луна нахмурилась.
— Селестия тоже имеет склонность к комплексу вины, каким бы иррациональным ни были обвинения себя во многом. Действительно, ты, кажется, похожа на неё в этом. Я лучше, чем кто-либо, знаю, Сансет Шиммер, что зацикливание на своем прошлом будет только мешать вашей способности реализовать будущее. Вы обе познаете эту истину, если не сможете простить себя и друг друга.
— Я… — Сансет снова отступила. — Я не могу. Прошу прощения.
Луна нахмурилась, но ничего не сказала. Позади Сансет произошло движение, и Луна подняла голову. Твайлайт свернула за угол и остановилась рядом с Сансет.
— Всё в порядке? — Сансет дернулась от голоса и подняла на неё взгляд.
— Вполне, Твайлайт Спаркл, — Луна кивнула и прошла мимо них. — Пожалуйста, вернитесь к трапезе. — Сансет повернула голову, чтобы посмотреть, как уходит Луна, затем посмотрела в другую сторону, когда почувствовала прикосновение копыта Твайлайт.
— Пойдем. Мы доедим и посмотрим наши комнаты, хорошо? — сказала Твайлайт. Сансет кивнула и последовала за ней обратно в столовую.
Твайлайт расхаживала взад и вперед по концу коридора, её глаза были прищурены. «Это хороший план, хороший, хороший план. Просто делай, как условились, и всё будет хорошо… или всё станет ещё хуже, чем когда-либо». Она перестала ходить и сглотнула. «Думаю, это риск, на который мы должны пойти». Она повернулась и направилась по коридору. Два стражника, мимо которых она прошла, поклонились, и Твайлайт остановилась у двери в конце. Она легонько постучала в дверь.
— Принцесса Селестия?
— Входи, Твайлайт.
Твайлайт толкнула дверь в комнату Селестии. Селестия стояла на балконе, глядя на луну.
— Я вас побеспокоила? — спросила Твайлайт.
— Конечно, нет, — ответила Селестия, взглянув на неё. — Что такое?
— Ничего. Я просто хотела вас увидеть, — Твайлайт вышла на балкон и села рядом с ней. — Не так уж много времени прошло с тех пор, как Праздник Летнего Солнцестояния проводился в Кантерлоте.
— Нет, но наши первоначальные планы провести его в Эпплузе сорвались после неудачных переговоров с буйволами. В следующем году, возможно.
— Было бы здорово. Мои друзья и я были бы рады помочь.
— Отлично. Это было бы очень ценно.
Две аликорна замолчали, и Твайлайт искоса взглянула на Селестию. Селестия не двигалась, и Твайлайт вздохнула, глянув вперёд.
— Она скучает по вам, — лицо Селестии мгновенно ожесточилось, но Твайлайт не остановилась. — Она, конечно, не говорит об этом. Но я чувствую. Всякий раз, когда она в моей комнате, она смотрит на наш портрет и растворяется в ней.
— Твайлайт, — произнесла Селестия, качая головой.
— Вы отказывались говорить со мной об этом каждый раз, когда я пыталась написать вам, — ответила Твайлайт, говоря громче, чтобы заглушить протесты Селестии.
— Я говорила тебе, что держать её так близко рискованно. Ты подвергаешь всех, кого любишь, опасности из-за неё, и просишь моей поддержки в этом?
— Я прошу вас поддержать двух ваших самых верных учениц.
Селестия вздохнула.
— Пожалуйста, не сейчас, не в эту ночь. Возможно, завтра, когда праздник закончится, и у нас будет время. Но я не собираюсь говорить с тобой об этом сейчас.
— Вам не обязательно. Вы можете слушать, — Твайлайт собрала всю свою волю на случай, если Селестия продолжит спорить или повернется, чтобы уйти, но она не предприняла ни того, ни другого. «По крайней мере, это обнадеживает». — Она хорошо справляется. Я сняла блокаду с замка. Она может передвигаться где угодно, кроме алхимической лаборатории, и выходит в деревню по делам со Спайком. Она делает всё, что может и когда может, чтобы помочь жителям деревни. Они не знают о её прошлом, поэтому большинство из них приняли её с радостью. Они просто видят в ней моего нового друга, который любит помогать.
Селестия никак не отреагировала, поэтому Твайлайт продолжила.
— Моим друзьям потребовалось время, чтобы привыкнуть к ней. Флаттершай и Пинки Пай поняли, Рэрити по крайней мере вежлива. Эпплджек и Рэйнбоу Дэш, они потихоньку меняют позицию. Не все они принимают её как друга, но, думаю, они начинают ей доверять. Она стремится помочь им, когда может, пытаясь сделать всё, что, по её мнению, поможет исправить положение. Они позволяют ей. Думаю, ей полезно делать что-то искупающее вину, даже если она на самом деле не так уж много им сделала. По крайней мере, мне кажется, ей становится лучше после того, как она помогла кому-то.
Твайлайт опустила голову и вздохнула.
— Первый месяц был для тяжёлым. Были дни, когда я не могла заставить её встать с постели даже ради еды. Я приходила проверить, проснулась ли она, и находила её плачущей и говорящей, что она тратит мое время зря и не заслуживает нашей дружбы. В последнее время у неё не так часто бывают такие дни, но они случаются. Затем бывают дни, которые начинаются нормально, но потом кто-то что-то делает или говорит, и она начинает плакать, или просто уходит и прячется в своей комнате до конца дня.
Твайлайт подошла к Селестии и подняла на неё взгляд.
— Она пугает меня, когда у неё бывают такие дни. Всё, чего я хочу для неё, это чтобы у неё была нормальная, счастливая жизнь, потому что она заслуживает хотя бы этого. Но у неё продолжаются срывы, и когда они случаются, ни одна книга в библиотеке не может помочь мне помочь ей. Всё, что я знаю, это то, что когда у неё один из таких дней, она отключается от всего остального и просто сжимается в постели, жалея себя. Я не знаю, почему и когда они происходят, поэтому я не могу их остановить, и я не могу придумать, как заставить её почувствовать себя лучше.
— Почему ты мне это говоришь? — тихо спросила Селестия.
— Потому что вы ей нужны, — прошептала Твайлайт, умоляюще глядя на неё. — Единственный способ по-настоящему исцелиться — это отпустить свою боль. Она ненавидит себя, и что бы я ей ни говорила, она думает, что мы тоже должны ненавидеть её. Я могу быть её учителем, её подругой, её доверенным лицом. Но я не могу быть её матерью. Поскольку я не могу до неё достучаться, остается только вы. Ей снова нужна мать.
— Я ей не нужна. Уже много лет.
Твайлайт хмыкнула и покачала головой.
— Вы уверены, что она просто ваша приемная дочь, а не биологическая, потому что вы обе упрямы, как мулы? Вы понимаете, что я говорю? Она разрывает себя на части регулярно, потому что не может простить себя за то, что сделала, и лучший способ вырвать её из этого состояния — показать пример. Простите её, ради неё самой.
Селестия не ответила, и Твайлайт внимательно посмотрела на нее.
— Если только вы не чувствуете то же самое.
— Я бы хотела, чтобы это было так легко, Твайлайт. Если бы всё можно было исцелить словами, Эквестрия действительно была бы утопией. Я не знаю, смогу ли я простить её или нет, и несправедливо заставлять её полагаться на слова, которые могут оказаться ложью.
«Хорошо. Время для плана Б. Когда он появится». Твайлайт взглянула на дверь комнаты Селестии. Через несколько секунд раздался стук, и она улыбнулась.
— Войдите. — Дверь открылась, и Сансет медленно вошла в комнату.
— Простите, Принцессы. — Она остановилась и склонила голову. — Принцесса Твайлайт, боюсь, Магистр Розен Кросс поссорился с Рэйнбоу Дэш по поводу размещения постельных принадлежностей. Рэйнбоу Дэш угрожает выбросить его из окна, и… использовала несколько красочных выражений, которые, я думаю, не стоит повторять в королевском присутствии.
— Очень хорошо. — Твайлайт кивнула и вышла из комнаты с балкона. — Я пойду и займусь этим. — Твайлайт протрусила мимо Сансет к двери.
— Я помогу, — сказала Сансет, двигаясь следом.
— Нет, нет, всё в порядке. — Твайлайт выскочила в холл. — Оставайся здесь!
Дверь захлопнулась перед носом Сансет, и она увидела, как она замерцала фиолетовым. Твайлайт наложила заклинание запечатывания. Сансет села и уставилась на дверь. Она услышала приглушенный звук копыт Твайлайт, удаляющихся по коридору, и поняла, что её действительно бросили здесь.
«…Она знала, что делала…»
Осознание нахлынуло на Сансет, как ведро ледяной воды, и она сглотнула комок в горле. Она повернула голову к балкону. Селестия смотрела на Кантерлот внизу, её радужная грива развевалась на ветру за спиной. Сансет глубоко вздохнула и медленно шагнула к дверям, её копыта, словно свинцовые гири, отягощали её ноги. После того, что показалось часами, хотя на самом деле это были всего лишь несколько секунд, она оказалась на балконе, всего в нескольких шагах от неё.
Сансет не отрывала глаз от полированного камня под копытами, ожидая. Слышалось только её дыхание. Она искоса взглянула на Селестию. Принцесса всё ещё смотрела вниз на Кантерлот, сосредоточено устремив взор вперед. Сансет несмело открыла рот, чтобы заговорить, но затем отвернулась и закрыла его. Она попыталась снова, но и на этот раз не издала ни звука. Она вздохнула и повесила голову. Молчание угнетало. Сансет подняла взгляд на Селестию, но та всё ещё безмолвствовала и не двигалась. Сансет закрыла глаза.
— …Пожалуйста, посмотрите на меня.
При звуке её голоса Селестия слегка вздрогнула. Её рот на мгновение задрожал, и она силой остановила его. После минутного внутреннего спора она повернула голову и посмотрела на Сансет. Сансет приоткрыла глаза, и когда увидела, что Селестия смотрит в ответ, она полностью открыла их. Прежде чем она успела попытаться заговорить, Селестия сделала это за неё.
— Если ты хочешь что-то мне сказать, то лучшего шанса в ближайшее время не представится.
Сансет кивнула.
— Да. Да. Я… — Она пыталась привести свои чувства в порядок и понять, что сказать в первую очередь. Тысяча слов пытались вырваться из её рта, но застряли в горле и заставили её поперхнуться. Она проглотила их обратно и попыталась снова. — Я… я знаю, что ничто из того, что я скажу, не сможет искупить то, что я натворила. И, вероятно, я ничего не смогу сделать. Но… мне очень жаль. За всё. — Сансет опустила голову. — Я не могу просить прощения, я знаю это. Мне предстоит долгий путь, прежде чем я хотя бы приблизится к тому, чтобы заслужить его. Но, пожалуйста… я просто… — Сансет шмыгнула носом, сдерживая слезы, и не смогла продолжить.
Селестия бесстрастно наблюдала за своей бывшей ученицей, когда та боролась, пытаясь говорить. Когда та закончила, Селестия отвернулась и погрузилась в раздумья. Сансет икнула, и Селестия снова глянула на неё. Она колебалась всего мгновение, прежде чем подняла копыто и подошла ближе. Сансет слегка подняла голову, когда золотые сабатоны и бледные копыта оказались в поле её зрения.
— Ты помнишь свои последние слова, сказанные мне? — спросила Селестия. Сансет кивнула. — Пять лет, каждый раз, когда я думала о тебе, я слышала эти три слова, разносящиеся по залам, и видела твой гневный взгляд. Пять лет.
— Простите, — прошептала Сансет, её глаза наполнились слезами.
Селестия покачала головой и вздохнула.
— Я хочу верить тебе, и в какой-то мере я верю. Но избавиться от отчаяния не легче, чем от ненависти. Ты провела пять лет, ненавидя меня, а я провела пять лет, оплакивая тебя. Я скорбела не только о потере дочери и наследницы. Я скорбела о потере доброй, любящей пони, которой я позволила стать ожесточенной и жаждущей власти, не обуздав её до того, как стало слишком поздно.
Когда Сансет подняла на нее взгляд, Селестия склонила голову и закрыла глаза.
— Прости, Сансет. Прости, что я не смогла быть той учительницей и матерью, которую ты заслуживала. Я могу лишь надеяться, что теперь Твайлайт преуспеет там, где я потерпела неудачу.
— Нет! — Сансет покачала головой. — Не извиняйтесь! Вы ничего плохого не сделали. Вы любили меня, заботились обо мне, приняли меня, когда никто другой не принял бы. Я предала все, чему вы меня учили, я убежала и оставила вас одну. Как вы можете извиняться передо мной за то, что я сделала вам? Я сделала свой выбор, и он был плохим.
— Ты ли сделала? Был ли это твой выбор — редко видеться со мной в те последние годы, когда я уделяла больше времени Твайлайт? Был ли это твой выбор — слышать о ней и тем самым разжечь ревность, которая росла и поглотила тебя? Был ли это твой выбор — быть отосланной жить к незнакомцу на годы, пока другая ученица привязывалась ко мне? Я делала выбор за тебя, Сансет, и ты заплатила цену за мои ошибки.
Сансет отвела взгляд и дернула копытом за амулет на шее.
— Пять лет мы не виделись. И всё, что мы можем делать, это спорить, кто из нас больше виноват в случившемся.
Селестия грустно улыбнулась.
— Тогда мы действительно мать и дочь, раз ты так похожа на меня, став такой глупой и самоуничижительной.
— Мы ничего не добьёмся этим разговором, если будем продолжать винить друг друга. Как насчет того, чтобы согласиться, что мы обе идиотки, сделавшие плохой выбор? — Сансет подняла голову.
— Приемлемо. Согласна, — Селестия кивнула. Две кобылки несколько секунд молча смотрели друг на друга. Затем уголок рта Селестии дрогнул. Сансет фыркнула и хихикнула, и обе расхохотались.
— Это действительно подводит черту для нас, не так ли? — выдавила Сансет сквозь смех. — Мы обе дуры.
— Более верных слов давно не произносилось, — сказала Селестия. Сансет снова подняла на неё взгляд. Селестия улыбнулась, расправила крыло и кивнула головой. Сансет подбежала и обняла Селестию за переднее копыто, новая волна слез потекла из её глаз. Селестия осторожно опустила крыло и положила другое копыто на спину Сансет.
Сансет шмыгнула и икнула, её слезы пятнали бледно-белую шерсть Селестии. её слова были едва слышны сквозь рыдания.
— Простите. Мне очень жаль. Я очень скучала по вам, я и вправду мечтала вернуться всё время, чтобы увидеть вас снова, но я думала… Мне жаль.
Слезы медленно скатились по лицу Селестии и капнули на крыло, покрывавшее Сансет.
— Я тоже скучала по тебе. Не проходило и дня, чтобы я не думала о тебе. Я старалась думать только о хороших временах, и ты подарила их множество. Возможно, ты не стала принцессой, какой я представляла, но ты всегда была дочерью, которую я хотела.
Сансет подняла голову от копыта Селестии и вытерла лицо.
— Я бы хотела вернуться в тот день пять лет назад и переделать всё. Я бы не спорила с вами, я бы не ушла. Я бы все изменила.
— В такой привилегии отказано даже нам, принцессам, — сказала Селестия, опускаясь на колени перед Сансет. — Никакая моя или твоя сила не может изменить то, что мы уже сделали. Но мы можем сделать всё возможное, чтобы оставить прошлое позади, чтобы мы могли работать вместе над созданием лучшего будущего. Вместе.
— Мне бы этого хотелось, — Сансет улыбнулась.
— Я люблю тебя, Сансет.
— Я тоже люблю тебя, мама.
Сансет обняла Селестию за шею, а Селестия опустила голову, чтобы прижаться к Сансет. Когда они обнялись, Селестия глянула поверх головы Сансет. Дверь в комнату была приоткрыта. Она оторвала голову от Сансет.
— Твайлайт.
Сансет обернулась. Дверь распахнулась, явив очень смущенную Твайлайт.
— Простите, я хотела оставить вас наедине. Но они готовятся к церемонии на сцене, и кто-то должен был прийти за вами.
— Конечно. — Селестия кивнула и подошла к ней. Сансет последовала за ней, но Твайлайт подняла копыто и покачала головой. Та нахмурилась и осталась на балконе, пока Селестия и Твайлайт покидали комнату. Дверь за ними закрылась. Сансет заерзала и огляделась. Через то, что показалось часами, дверь открылась, и Твайлайт вернулась.
— Все в порядке? — спросила Сансет.
— Вполне, — Твайлайт присоединилась к ней на балконе и улыбнулась. — Не нервничай, ничего плохого для тебя.
— Плохое? Для меня? — Сансет рассмеялась. — Что заставило бы тебя думать, что я нервничала?
— Твой глаз.
Сансет приложила копыто к глазу и нахмурилась.
— Хотела бы я, чтобы это прошло.
— Со временем пройдет, — Твайлайт села рядом с ней и посмотрела с балкона на Кантерлот внизу. Сансет снова взглянула на неё.
— Это твоя идея была, чтобы Розен поссорился с Рэйнбоу Дэш, или его?
— Его, — небрежно сказала Твайлайт. — Нам нужен был предлог, чтобы я могла уйти. Я предполагала, что Рэйнбоу Дэш сделает остальное, как только Розен спровоцирует её.
— Ну, кажется, это, сработало на все сто, — Сансет хихикнула. Твайлайт просто улыбнулась. Сансет слегка кашлянула и отвела взгляд. — Мы поговорили. Как ты и хотела, я полагаю.
— Как ты себя чувствуешь?
Сансет глубоко вздохнула.
— Я чувствую себя… легче. Как будто напряжение, о котором я даже не догадывалась, просто испарилось в мгновение.
— Она простила тебя, значит.
— И да, и нет. Мы пришли к взаимопониманию. Зацикливание на нашем прошлом принесет нам только больше боли. Пришло время двигаться вперёд в будущее, — Сансет улыбнулась. — Это любопытно. Впервые за годы я действительно чувствую, что у меня есть будущее.
— Я рада, что ты так чувствуешь, потому что я говорила с Селестией о тебе в коридоре. Я думаю, ты готова.
Сансет нахмурилась.
— Готова к чему? — В ответ антимагический амулет у неё шее засветился розовым и завис перед ней. Сансет резко вдохнула и подняла копыто, чтобы потянуть его вниз. — Твайлайт, нет.
— Сансет…
— Нет! — Сансет покачала головой. — Пожалуйста, я не готова. Может быть, уже скоро, но не сейчас.
— Ты готова, — сказала Твайлайт, сурово глядя на неё — Я доверяю тебе, Сансет. Ты действительно моя подруга, а также моя ученица, даже если ты не видишь этого так. Мои друзья доверяют тебе, и Селестия согласилась с моим решением. Все остальные простили тебя. Пришло время тебе простить себя и отпустить.
— А что, если я не смогу? — Сансет дрожала, её лаз подергивался. — Что, если я что-нибудь сделаю тебе? Или кому-то из твоих друзей?
— Не сделаешь.
— Всё возможно.
— Ты не сделаешь, — Твайлайт вздохнула. — Но я знаю, что не могу заставить тебя сделать этот шаг. Поэтому я придумала компромисс. — Она посмотрела на амулет и сосредоточилась. Свечение над её рогом стало ярче и камень засиял, а затем упал. — Вот.
Сансет попыталась поднять камень своей магией, но почувствовала лишь лёгкое покалывание в роге.
— Что ты сделала?
— Я убрала печать, которая не давала тебе его снять. Носи его или нет. Решай сама, когда будешь готова. Но знай, что я доверяю тебе принять это решение самостоятельно. Ты сама себе пони, Сансет, к лучшему или к худшему.
— Я обычно попадаю в категорию «к худшему» в этой поговорке.
— А на этот раз?
Сансет посмотрела на камень и дернула его копытом.
— Думаю, мы увидим. В конце концов. — Она посмотрела на Твайлайт. — Мне ещё предстоит пройти долгий путь. То, что меня простили, не означает, что всё в порядке.
— Да. Предстоит ещё много уроков, и они будут становиться только сложнее.
— Они и так были достаточно сложными.
— Ты встретишься с ними лицом к лицу и одержишь победу, как одерживала до сих пор, — Твайлайт положила копыто на шею Сансет. — Прежде всего помни: ты не одинока. Каждый из нас здесь, чтобы помочь друг другу, несмотря ни на что. Я, Селестия, Розен, мои друзья, Луна. Мы все здесь для тебя, и мы никуда не денемся. Что бы ни произошло с тобой дальше, сколько бы ты ни оставалась со мной, и как бы плохо ни казались дела, мы всегда будем рядом, чтобы помочь тебе пройти через это. Ты лучше, чем думаешь, Сансет. И пока ты этого не поймешь, я буду рядом, чтобы напоминать тебе об этом.
— Понятно. — Сансет посмотрела на свой круп. — Забавно. Селестия сказала, что я всегда была её дочерью, даже если никогда не стану принцессой. Я всегда думала, что моя кьютимарка — это знак того, что однажды я получу корону. Теперь я не знаю, что и думать об этом.
— Я знаю, — сказала Твайлайт, привлекая её взгляд. — Ты была дочерью, которой у неё никогда не могло быть, единственной, к кому она могла обратиться после тысячелетия ожидания возвращения Луны. Даже если ты не стала аликорном, ты заставила её понять, что есть хорошие пони, достойные ритуала Старсвирла. — Твайлайт улыбнулась. — Ты сказала мне, что получила свою кьютимарку за день до празднования Летнего Солнцестояния, в тот день, когда я поняла, что хочу стать её ученицей. Я стала звездой, которая объединила Элементы Гармонии, которая высвободила силу дружбы. Я думаю, твоё солнце — это знак света надежды. Надежда на новый день и новое начало. У Селестии появилась надежда создать семью, у меня появилась надежда стать её ученицей. И теперь у тебя есть надежда начать все с чистого листа.
— Надежда… — Сансет улыбнулась. — Когда ты так говоришь, это звучит хорошо, — Сансет встала на задние копыта, чтобы обнять Твайлайт. — Спасибо, Твайлайт. Ты хороший друг.
— Мне приятно, моя верная ученица.