# Добро пожаловать в Фонд!

MassonEU

Никто другой не защитит нас, мы должны сами постоять за себя.

Пока остальные живут при свете дня, мы остаёмся во тьме ночи, чтобы сражаться с ней, сдерживать её и скрывать её от глаз , чтобы все могли жить в нормальном, безопасном мире.

Обезопасить. Удержать. Сохранить.

## Первенец

О том, как Эквестрийскому филиалу Фонда достался первый объект.

«Семнадцатого апреля в 14:25 по местному времени оборудование в [ДАННЫЕ УДАЛЕНЫ] зафиксировало выброс энергии неустановленной природы. В результате выброса в 14:30 по местному времени были нарушены условия содержания SCP-096. Датчики движения среагировали на отсутствие объекта в камере хранения. Предположительно SCP-096 ушел через канал, который установился с неизвестным местом после выброса энергии. Сотрудники класса D, отправленные по этому каналу, не вернулись. В экстренном порядке была сформирована Мобильная Оперативная Группа Тау-216 «Первопроходцы» ,которая была отправлена по установившемуся каналу для восстановления условий содержания SCP-096»- из отчёта об инциденте 4001,предоставленный [ДАННЫЕ УДАЛЕНЫ]

Мы гуляли с ней вдвоём. Дорогу нам устилали божественно красивые цветы. Синие, красные, желтые. Я сорвал цветочек с нежными желтыми лепестками и протянул ей. Она улыбнулась и взмыла высь. В глубокое бездонное небо. Я хотел последовать за ней, но ноги налились свинцовой тяжестью. В тщетных попытках взлететь, я наблюдал, как всё дальше и дальше улетает навстречу солнцу.

-Вставай быстро! Всё проспишь!- услышал я сквозь сон, и чуть приоткрыл глаза. Мой разум все ещё принадлежал сну, и я невнятно что-то пробурчав, снова закрыл их и перевернулся на другой бок. Бум! Прямо над ухом что-то металлически звякнуло. Я моментально вскочил, испуганно озираясь по сторонам. Комната со вчерашнего дня не изменилась. Она осталась всё такой же просторной и светлой. Большое окно, с украшенной резьбой рамой, пропускало сейчас солнечный свет так же, как вчера вечером лунный. Пол переливался на свету, пуская в потолок солнечных зайчиков. Кровать подо мной осталась такой же мягкой и теплой, какой она была вчера, и позавчера. Единственным изменением было присутствие в моих временных апартаментах белой пегаски с чёрным ушком. Её звали Сноусторм, и сегодня она была очень хмурой, да и к тому же было видно, что она сильно нервничает.

-Все уже там,- с дрожью в голосе поведала мне она,- Они нас не предупредили. Даже не разбудили. Суслов рвёт и мечет. Слава богу, что принцесса нас перенесёт.

Её слова громом обрушились на мою голову. Дело принимало очень серьёзный оборот. Я тут же вскочил с кровати и кое-как отыскал на стоящей рядом деревянной тумбочке карту с огромной цифрой три. Нужно будет навести тут порядок. Я повернулся к пегаске и кивнул.

-Мы готовы,- поведала пегаска маленькой коробочке, которая висела у неё на груди. Рация. А Суслов слов на ветер не бросает. Пару дней назад обещал нам удобные рации и вот, сделал.

-Готовьтесь к прыжку,- сквозь помехи сообщил нам голос из рации.

Я не очень люблю телепортацию. В тот момент, когда меня обволакивает эта чёртова дымка, я испытываю панический ужас. Даже не знаю почему. Суслов говорит, что страх, это нормальная реакция на всё необычное. Но я то пегас! Я боюсь того, что в моём мире встречается на каждом углу.

Вот оно! Желтоватый дым начал клубиться под моими ногами. Он начал медленно подниматься всё выше и выше к голове. Сердце забилось чаще, я нервно сглотнул. В глубине моей души проснулся червь, который тут же начал её подтачивать. От страха на лбу выступил липкий пот. Я где-то читал, что если дышать глубоко, то страх постепенно отступит. Так вот это был самый бредовый совет из всех, что я знал.

-Да успокойся ты!- недовольно пробурчала Сноу, глядя на мои безуспешные попытки успокоиться,- Думай о том, как сейчас получишь нагоняй от Суслова.

И Сноу широко улыбнулась. Да уж успокоила. А чёртов дым уже лишил меня способности видеть.

«Скоро всё закончиться! Скоро!»- бешено металась в моём сознании мысль.

Несколько мгновений, и я почувствовал, как меня весело приветствует ветер. Самое сложное осталось позади.

Я открыл глаза и осмотрелся. Небольшие домики с соломенными крышами, не очень широкие улочки. Я не был в родном Понивилле всего несколько месяцев, и не удивился, что тут ничего не изменилось. Да и не могло измениться. Неподалёку от нас стоял высокий человек в броне, с автоматом в руках, и выжидающе смотрел на меня. Проводив взглядом взлетевшую пегаску, я быстро направился к вооруженному человеку.

-Я немало повидал в своей жизни, но чтобы сотрудник опаздывал на захват объекта,- выдал он, как только я подошёл,- Такое я вижу впервые. Аккуратней, вам со Сноу удалость вывести Суслова. Даже не знаю что теперь опасней, объект или наш любимый доктор.

Человека в броне звали Павел, и он был командиром нашей опергруппы. Если честно, то я не так представлял себе первый захват. Я думал, что нас поднимет противно верещащая сирена, что нас моментально перенесут на место, где победно будет захвачен объект. А на деле меня никто не удосужился разбудить, Сноу очевидно тоже, и вот теперь я стою перед командиром, который еле сдерживает улыбку, глядя на меня. Это всё было как то неправильно. Наверное, мои внутренние переживания отразились внешне, отчего Павел тут же поспешил меня успокоить.

-Да не бойся ты. Ну опоздал на первый в мире захват. Да и захват по сути то не начался. Ждём, пока коллег доставят. Пойдём.

Главный развернулся и потопал дальше по узкой улочке. «Умеют же они успокаивать» -подумал я и последовал за ним. Дойдя до поворота, Павел остановился и жестом пригласил меня посмотреть. Я заглянул за угол, и перед моим взглядом предстало огромное дерево с кучей окон и сиротливой дверью.

Я прекрасно помнил, как в детстве любил играть перед этим деревом. Детская фантазия не давала мне заскучать, и я каждый раз видел в нём что-то новое. То свой собственный замок, то руины древней цивилизации. А сейчас в этом величественном дереве располагалась библиотека, в которой жила носительница элемента. Я невольно усмехнулся.

— Там живёт одно из самых могущественных существ нашего мира. Забавно, что именно туда пришел наш клиент,- ответил я на удивлённый взгляд Павла.

Главный ничего забавного в этом не усмотрел и продолжил хмуриться, глядя на дерево. Ему то чего нервничать? Суслов рассказал как-то, что Паша, несмотря на свою молодость был очень опытным оперативником. Его лицо украшали несколько шрамов, которые остались от не очень успешных захватов, а глаза видели явно больше, чем он мог рассказать. Мне было непонятно, почему он волнуется. Решив, что сейчас не лучшее место для вопросов я продолжил осмотр местности. Перед деревом-библиотекой раскинулась небольшая городская площадь. Все улочки, кроме нашей, были перекрыты не проницаемым магическим барьером. Лишние глаза нам не к чему. Посреди площади за импровизированным укреплением стояли белоснежный аликорн и чья-то спина в чёрном защитном костюме. Принцесса Селестия и Суслов. Я изучал документацию, в которой было чёрным по белому написано, что занимающие руководящие должности не должны контактировать с объектами, но на Земле Суслову дали право переписывать некоторые протоколы, после согласования с главами Фонда. Поэтому наши главы присутствовали сейчас при захвате. Который, к слову, всё никак не начинался.

Получив разрешение Павла, я двинулся в сторону укрытия. На половине пути я смог расслышать разговор Суслова с Селестией. Отношения у них были очень напряженными. Принцесса считала, что Суслов слишком лезет в государственные дела и его действия могут повредить стране. Суслов напротив, считал, что Селестия мешает ему делать свою работу, которая направлена на защиту её страны.

-Нет, нет и ещё раз нет!- горячился Суслов,- Это против всех правил!

-Но ты же можешь их изменить, Антон,- спокойно отвечала Суслову принцесса,- Мы же стоим сейчас здесь. Хотя это тоже против правил.

-Все свидетели должны быть либо устранены, либо обработаны,- уже спокойно ответил Суслов,- Я гарантирую, что амнезиаки безвредны. С ней ничего не случиться, Селестия.

Я подошел уже совсем близко, даже слышал, как принцесса набрала воздуха в грудь, что бы ответить Суслову. Но неожиданно тот прервал её:

-Давайте обсудим это в подходящем месте. Просто мне кажется, что у кого-то не хватит допуска, что бы получить информацию.

Чутьё? Или у Суслова глаза на затылке? Или, может быть, я слишком шумел, когда подходил. Человек обернулся и строго посмотрел на меня.

-Сначала опоздать на захват. Потом подслушивать разговор командующих,- начал говорить Суслов. С каждым его словом мне становилось всё неуютней и неуютней. Я чувствовал себя нашкодившим котёнком, которого хозяин отчитывает за испорченное кресло. Но к моему счастью гневную тираду Суслова прервало шипение.

-Сестра, они прибыли,- сквозь помехи сообщил прибор, который принадлежал принцессе.

Та в свою очередь вопросительно посмотрела на Суслова, и после его кивка сказала:

-Мы готовы принять. Отправляй одного.

Суслов махнул рукой Павлу и я услышал как тот, гремя сапогами, бежит к нам.

-Дамы и господа, мы начинаем,- поведал Суслов динамику рации.

То, чего мы все так ждали, началось.

В нескольких шагах от нас начал клубиться синий дым. Он поднимался всё выше и выше, пока не принял очертания невысокого существа. Через несколько мгновений перед нами предстал маленький, толстый человек в оранжевой рабочей одежде. На левой стороне груди у него был выбит номер. Глаза человека были завязаны, отчего тот просто мотал головой из стороны в сторону.

— С прибытием, номер сто тринадцать. Как самочувствие?- спросил Суслов, подходя к человеку,- Головокружение? Тошнота?

Тот повернул голову на голос и через некоторое время ответил.

-Всё нормально, док. Может, вы развяжете мне глаза?

-Всему своё время — Суслов обошёл вокруг прибывшего — Вы помните свой контракт, сто тринадцатый?

Тот кивнул.

-Вот и хорошо. Выполняете всё, что вам скажут и вы свободны, как айсберг в океане,- Суслов потянул человека за руку и поставил спиной к нам, точно напротив двери, которая вела в библиотеку,- Как только я развяжу вам глаза, вы должны будете дойти до двери, открыть её и зайти внутрь. Как только зайдёте, начинаете осматривать комнаты, считая до двухсот. Как только обнаружите что-то подозрительное, хоть что-то сразу возвращаетесь назад. Если вы не найдете ничего подозрительного и досчитаете до двухсот, то тоже возвращайтесь. Если до того, как вы откроете дверь, вам нужно будет обернуться, вы должны будете закрыть глаза. Вам всё понятно?

-Вроде всё, только зачем глаза закрывать?- спросил человек

-Не задавайте лишних вопросов, номер сто тринадцать,- раньше Суслова ответил ему Павел, щелкая предохранителем на своём автомате, за что получил страшный взгляд от доктора.

Как только номер сто тринадцать избавился от повязки на глазах, он тут же направился к двери, которая вела в библиотеку. Сто тринадцатый шел медленно, шаркая ногами о землю, отчего его сопровождали небольшие клубы потревоженной пыли. Достигнув своей цели, он долго медлил, держа ручку входной двери, и только через несколько минут он решился её повернуть, и резко дёрнув, распахнул дверь.

Из распахнутой двери прямо на сто тринадцатого вылетело чёрное облако. Человек тут же отвернулся, закрыв глаза рукой, и закашлялся.

-Док, там что-то в воздухе! Это сойдёт за подозрительное? Можно я не пойду туда?- закричал он Суслову.

-В этом нет ничего подозрительного. Идите внутрь!- ответил ему доктор.

Что-то невнятно шипя, сто тринадцатый зашел в библиотеку и закрыл за собой дверь.

-Готовь противогазы,- обратился Суслов к Паше, засекая время.

Началось мучительное ожидание. Секунды бежали одна за другой, перетекали в минуты. Суслов всё смотрел на часы не отрываясь, и наконец, одевая на голову противогаз, который ему подал Павел, сказал.

-Пора.

Паша помог мне надеть противогаз, и сам водрузил себе на голову маску. Суслов оглядел нас, кивнул и мы направились к двери. Возле красной двери Суслов вытащил из кобуры пистолет и, сняв его с предохранителя, обратился ко мне:

-Сейчас твоя полезность достигнет своего апофеоза. Ты сам прекрасно видел дым, а значит, оружием пользоваться ты не сможешь. Держись за нами и высматривай всё подозрительное. И ради бога не суйся вперёд,- пробубнил главный. Из-за противогаза я его почти не слышал, но основную мысль уловил.

Суслов посмотрел сначала на Пашку, который встал впереди меня, потом через его плечо глянул на меня. Кивнув, он взялся за ручку двери и легонько повернул её, заставив дверь открыться. Черным дымом нас не обдало, но внутри комнаты всё ещё витал дымок, который скрывал часть первой комнаты от наших взглядов.

Первым вошел Павел, с автоматом наперевес. За ним последовал Суслов, сжимая в руке свой пистолет. Мне выпала честь совершенно безоружным замыкать колонну. Я несколько раз ходил сюда, когда жил в Понивилле и никогда не переставал удивляться этому месту. Библиотека, по сути, была вырезана внутри векового дерева. Полки, декоративная статуя в виде головы пони в центре комнаты, всё было единым целым с самим деревом. Но любоваться этим времени не было. В первой комнате кроме нас никого не было. Ни сто тринадцатого, ни «клиента». Поэтому мы таким же строем перешли во вторую комнату. В ней новой деталью интерьера была лестница, которая вела на второй ярус. Суслов посмотрел на меня, и махнул рукой в сторону второго этажа. Я понял, что от меня хотят и расправив крылья взлетел под потолок, что бы рассмотреть содержимое второго этажа. Увиденное заставило меня ужаснуться. На втором этаже стоял, по пояс закованный в кору, сто тринадцатый. Он покачивал головой в разные стороны, тяжело дышал, и что-то бормотал себе под нос. Я с высоты махнул Суслову и тот моментально поднялся по лестнице. Он несколько раз обошел вокруг сто тринадцатого, постучал кулаком по коре, которая местами начала заменять ему кожу на левой щеке. Я слишком поздно понял, что хотел сделать доктор потом, иначе смог бы его остановить. Суслов мгновенно направил ствол пистолета в голову сто тринадцатому и выстрелил. Тот шумно выдохнул и начал заваливаться на бок, но упасть ему не дал его древесный каркас. Потом Суслов посмотрел на меня и пробубнил:

-Класс D- это всего лишь материал. Привыкай!

Где-то в здании раздался крик. Высокий и протяжный, он вгрызался в душу, заставляя её кровоточить. Я даже не знаю, кто так мог кричать. Это был крик полный отчаянья и страха. Павел, поудобней перехватил автомат, оглядывая комнату. Наши с ним взгляды почти одновременно сошлись на небольшой серой дверке, ведущей дальше в библиотеку. Кричащий мог находиться только там. Суслов уже стоял возле неё. Жестом приказав мне отойти, и одновременно этим же жестом приглашая Павла составить компанию в исследовании странной комнаты, Суслов открыл дверь. Павел моментально направил автомат в дверной проём. Я видел, как он судорожно сжимал цевьё. Доктор, так же целясь в проём из пистолета, жестом приказал мне приблизиться и посмотреть.

В глубине комнаты, в окружении лёгкого чёрного дымка, боком к нам, сидело существо неизвестного нашей науке вида. Оно раскачивалось из стороны в сторону изредка всхлипывая и хватаясь за свою гладкую, без волос, голову. Выглядело он так же как покойный сто тринадцатый. Её кожу заменяла кора, а на спине красовались бугристые выросты. Оно не обращала на нас никакого внимания.

Тогда Суслов, под прикрытием Павла, медленно подошел к существу и осторожно ткнул его носком сапога. Оно никак не отреагировала на наглость доктора. Тогда Суслов из кармана своего костюма непроницаемы мешок с небольшими дырочками и надел на голову твари.

-От скромника привычка осталась,- пояснил он мне,- Поздравляю с первым объектом, бойцы.

*SCP-096

## SCP-001-EG

Господа,после каждого рассказа, где будет упомянут SCP объект я буду оставлять его описание. Спешу вас заверить, что все объекты придуманы, либо придумываются лично мной. Все совпадения с уже написанными объектами случайны.

Объект №: SCP-001-EG "Энт"

[Изображение: http://scp-ru.wdfiles.com/local--files/safe/safe.jpg]

Класс объекта: Безопасный

Особые условия содержания: SCP-001 должен содержаться в хорошо освещённой комнате, размером 6x6 м. Пол в месте содержания объекта должен быть покрыт слоем плодородной почвы толщиной 15-20 см. Вентиляционные шахты, ведущие к месту содержания объекта должны быть оборудованы автономной системой фильтрации воздуха, во избежание распространения спор SCP-001. Весь обслуживающий персонал должен быть снабжен средствами защиты дыхательных путей, во избежание заражения спорами SCP-001. Наблюдение за объектом должно осуществляться с помощью камер, установленных в месте содержания объекта. Камеры должны проверяться на предмет поломок сотрудниками класса D, обеспеченными средствами защиты. Объект не нуждается в пище, однако раз в неделю на слой земли необходимо выливать 2-3 л чистой воды.

Описание: SCP-001- гуманоид, рост 1,7 м. Кожа объекта заменена на кору, на спине находятся выросты зелёного цвета. Объект не разу не говорил в присутствии сотрудников Фонда, но известно что диалог с ним возможен. Два раза в неделю объект врастает в почву на несколько часов и начинает выпускать споры из отверстий, находящихся на его груди. Споры SCP-001, попадая через дыхательные пути в кровь любого живого существа, вызывают необратимые мутации. При вдыхании достаточного количество спор живое существо (далее SCP-001-1) начинает чувствовать слабость и головокружение. Через несколько минут после заражения конечности SCP-001-1 видоизменяются [ДАННЫЕ УДАЛЕНЫ], и SCP-001-1 врастает в землю, так же как и SCP-001. В течение следующих нескольких минут кожа и все её производные мутируют [ДАННЫЕ УДАЛЕНЫ]. В течение 10 минут SCP-001-1 полностью изменяется в дерево неизвестного науке вида, которое спустя некоторое время, так же как и SCP-001, способно выпускать споры. Объект неизученным образом связан с SCP-001-1. Гибель SCP-001-1 не приводит к гибели объекта, но серьезно ослабляет его. Все эксперименты с SCP-001-1 должны быть согласованы с д-р[ДАННЫЕ УДАЛЕНЫ]

## SCP-010-EG

Господа, работа над рассказом идёт полным ходом и в ближайшие несколько дней он будет закончен, а пока новый объект.

Объект №: SCP-010-EG "Из крайности в крайность"

[Изображение: http://scp-ru.wdfiles.com/local--files/euclid/euclid.jpg]

Класс объекта: Евклид

Особые условия содержания: SCP-010 должен храниться в стальном сейфе, в охраняемом помещении. Лезвие объекта должно быть помещено в непроницаемый чехол. За помещением должен наблюдать одни сотрудник, вооруженный не летальным оружием, с уровнем допуска не ниже 2. Любые попытки проникновения в помещение, где храниться SCP-010 должны быть пресечены. Любые эксперименты с SCP-010 проводить только с разрешения двух сотрудников имеющих уровень допуска четыре или выше.

Описание: SCP-010- нож с широким лезвием. На одной стороне лезвия выбита надпись «Прямиком из глубин». Язык надписи меняется в зависимости от родного языка читающего.

Объект оказывает на, прочитавшего надпись (далее SCP-010-1), сильный меметический эффект. У SCP-010-1 возникает желание изменить свою жизнь. Часть подопытных проявила неожиданную тягу к искусству (музыка, изобразительное искусство), часть начала проявлять склонность к насилию (см Примечание 1). Воздействие сохраняется на непродолжительное, до двух суток, время. Далее следует небольшой перерыв, во время которого воздействие сводиться к минимуму. Перерыв длиться от нескольких недель, до нескольких месяцев. После чего эффект опять проявляется и т.д. Воздействие можно остановить путём ввода амнезиаков класса C.

Примечание 1: Объект D-1835 после запланированного эксперимента с SCP-010, собрал из электрических приборов, находящихся в жилом блоке 3, предположительно взрывное устройство и был убит при попытке привести его в действие. Созданное D-1835 устройство было признано опасным и было уничтожено.

Объект D-119 задушил всех, находившихся в жилом блоке 8, сотрудников класса D. После допроса и выявления меметического воздействия, D-119 был устранён.

## Из самых глубин

Дамы и господа, прошу не расчехлять тапки, это всего лишь версия.

«После восстановление условий содержания SCP-096 и возврата его в [ДАННЫЕ УДАЛЕНЫ] командир МОГ Тау-216 [ДАННЫЕ УДАЛЕНЫ] представил отчёт о мире, в котором работала Тау-216. Виды, населяющие его разумны, и не представляют угрозы. Население мира обработано амнезиаками. Запрос доктора [ДАННЫЕ УДАЛЕНЫ] о установлении контакта рассматривается »- из отчёта об инциденте 4001, предоставленный [ДАННЫЕ УДАЛЕНЫ]

Я и Сноу уже в сотый раз облетали чёртов город. Всё было спокойно, как во сне у младенца. Ничего не происходило. Изредка, какой-нибудь, страдающий бессонницей пони откроет окно в своём доме и, немного посмотрев на звёзды, исчезнет в глубине комнат. Вот уже несколько недель подряд мы каждую ночь облетаем спящий Понивилль. Начали пропадать пони. По одному, по два в несколько дней. В городе началась паника, и принцесса Селестия предприняла жесткие меры. Ночью и днём город патрулировали гвардейцы, а мы им тайно помогали. Принцесса решила, что если Фонд прибыл защищать Эквестрию, то пусть выполняет свои обещания. Суслов обычно отказывается посылать опергруппу на, как он выражается, «детские фантазии правителя-параноика», но этот случай был действительно странным. В Эквестрии никто даже муху не рискнёт обидеть, не то, что кого-то похищать. Ни преступлений, ни преступников. Нам даже класс D поставляют с Земли.

Наша смена подходила к концу. Я заходил уже на пятнадцатый круг и вот-вот должен был встретить Сноу, которая летела параллельным курсом. Внезапно, рация, которую нас обязали всегда таскать с собой, ожила.

-Готовься, Лаки. Сейчас тебя перенесут,- сквозь помехи я не мог узнать говорившего, но по моему это была Сноу,- Готов?

Я остановился и начал набирать высоту. Когда Понивилль скрылся за облаками, я ответил:

-Не тяните уже

Но рация ответила мне помехами. Слава богу, что телепортации с воздуха проходят почти мгновенно. Через несколько секунд я стоял на мраморном полу коридора, недалеко от золотой двери.

Принцесса Селестия как-то настояла, что все мы должны жить во дворце. Она говорила Суслову, что мы стали важной частью Эквестрии, и должны постоянно находиться в столице. Суслов, которого к слову очень легко вывести из себя всякими глупостями, категорически был против. В Зоне 1, которая наконец-то была достроена, было достаточно места, чтобы разместить группу, да и объекты попадаться стали всё чаще и чаще. Поэтому наш бравый командир считал, что опергруппа Тау-216 должна находиться в Зоне 1. Но если принцесса что-то решила, то её невозможно было переубедить. И в итоге Суслов плюнул и разрешил опергруппе жить во дворце, но с жесткими ограничениями. Но и на том спасибо. Королевские апартаменты всё же лучше, чем катакомбы Зоны.

Меня встретил Павел, на плече которого красовался автомат. Он никогда с ним не расставался. Даже спал с ним. Некоторые спят с игрушками, мишками там зайчиками, а командир опергруппы спал с автоматом. Я даже боюсь спрашивать, откуда эта привычка у него пошла. Мало- ли что может рассказать.

-Заметил что-нибудь?- с ходу спросил меня Паша.

Я отрицательно помотал головой, отчего тот нахмурился. Ему очень не нравилось это ночное патрулирование, но он никогда не обсуждал приказы.

-Иди спать,- на прощанье сказал он и зашагал по коридору.

Следуя очень дельному совету Павла, я подошел к золотой двери и легонько её толкнул. Она послушно впустила меня в большую комнату. Часть комнаты была занята койками. Одно из строгих ограничений Суслова. Все должны жить вместе. Половина из них пустовала, а на другой половине мирно посапывали только что сменившиеся бойцы. На другой части комнаты мы все коротали длинные вечера, слушая байки Суслова, или то, как Паша играет на странном желтом инструменте. Стараясь не шуметь, я подошел к койке, над которой висела табличка с моим именем, лег и практически моментально заснул.

Мы шли по улочке к небольшому двухэтажному домику. Было уже довольно поздно, и холодный ветер пронизывал до самых костей, стремясь задуть в душу. Она прижалась ко мне, и я почувствовал, как дрожит её тело. В молчании мы дошли до чёрной двери её дома, которая со скрипом открылась, продемонстрировав тёмные внутренности комнаты. Я открыл глаза.

Под богатырский храп Павла я вышел, из начинавшей заполняться солнцем, комнаты. Новый день будь он не ладен. Нужно опять плестись в Понивилль на работу, что бы после тяжелого трудового дня, хорошо, что свои пол ночи над спящим городом я уже отлетал.

На работу нас заставил устроиться чёртов Суслов, для того что бы не вызывать подозрений у населения. Не работающие пони и люди, которые не известно на какие шиши живут, да и живут к тому же во дворце. Уж не знаю, чем заставили заниматься людей, а я работал по специальности. Разбирался с погодой в городе. Самое главное успешно до него добраться.

Коридор, в который я вышел тоже был залит солнцем, чьи лучи ударили мне прямо в лицо. Погревшись на солнышке, я выдохнул, представил улочки родного города, огромное дерево библиотеку. Пронзительный писк оповестил меня о том, что глаза можно открыть.

Я стоял в пустом переулке, слушая писк личного телепортатора. Совсем недавно Суслов загорелся идеей снарядить ими всю группу для быстрого перемещения. После нескольких месяцев напряженной работы он с гордостью вручил нам свои творенья. Телепорт был вшит в рацию и о том, как он действовал, я ничего не знал. Знал только, что оно работает, и мне этого хватало. Телепортатор замолчал, и я двинулся по сырому переулочку, очень скоро выйдя к библиотеке. Там уже собирались другие пегасы, которым предстояло сегодня наводить порядок в небе над городом. Я поднял взгляд на небо и увидел только серые тучи, которые не давали солнечным лучам достигать земли. Разбивать тучи не такая уж и сложная задача.

Поднявшись в серое небо пегасы быстро разделились на пары и начали выполнять свою работу. Мне пары не досталось, поэтому я в гордом одиночестве отправился бороться с облаками. Однажды компанию мне составить обещала сама Рэйнбоу Дэш. Как-то она одним глазком глянула на то, как я управляюсь с облаками, и подняла меня на смех. А потом серьезно заявила, что сделает из меня настоящего пегаса. Мне было всё равно настоящий я пегас или нет, ведь работаем только ради прикрытия, но меня просто поставили перед фактом и оставили в одиночестве с небом. На уроки по превращению в настоящего пегаса от Рэйнбоу я не попал, нас всех неожиданно отправили на край Эквестрии, где в песках пустыни нашли очередной объект. А вот сейчас помощь светло-голубой пегаски мне бы не помешала. Эх, работы ещё…

Солнце уже уступило своё место луне, когда уставший я возвращался домой. После облаков в Понивилле нас отправили делать дождь над небольшим фермерским городком, а потом мы мотались по всей округе, то убирая облака, то возвращая их на место. В общем, на обратном пути я постоянно засыпал на лету. Коварный сон проникал в каждый уголок моего сознания, предательски закрывал мне глаза. Пару раз я успевал увернуться то от одинокого дерева, внезапно возникавшего у меня на пути, то от такой же сонной, как я птицы, летящей по своим птичьим делам. Понимая, что проигрываю сражение сну, я начал подыскивать облачко, что бы, наконец-то сдаться противнику. Найдя подходящее, я тут же опустился на воздушную перину.

«Как же хорошо, что я отдежурил вчера»- думал я, засыпая.

Треск рации заставил меня вскочить со своего ложа и зависнуть в воздухе.

-Внимание Тау-216,- в Эквестрии из-за движения магии были постоянные помехи, поэтому я так и не понял, кто говорит,- Очередное похищение. На этот раз исчезла носительница элемента. Дело принимает серьезный оборот, поэтому нужно помочь в поисках. Всем приготовиться к телепортации.

Сразу же после этих слов меня моментально окутала дымка, мешающая видеть. Я даже не успел толком испугаться, как уже стоял на мягкой траве.

Меня перенесли на окраину Понивилля, которая граничила с Вечнодиким лесом, от которого несло свежестью и гнилью. Я поравнялся со Сноу, которая приветственно кивнула, как только заметила меня. Наша опергруппа стояла за строем гвардейцев, которые слушали указания принцессы Селестии. Павел, как всегда с автоматом на плече был облачен в черный защитный костюм. Суслов был одет в точности как Паша, только вместо автомата сжимал «Грач». Рядом со Сноу жалась Нокс, чёрная, как сама ночь, единорожка, которая совсем недавно вступила в наши ряды. Очень скоро гвардия поняла, что от неё хотят и умчалась в город выполнять приказ. Как только последний гвардеец не смог уже слышать нас Суслов начал:

-Теперь мы, Тау-216. Бравым гвардейцам принцессы может понадобиться помощь, если они столкнуться с чем-нибудь опасным. Поэтому я и Паша пойдём с ними. Наша доблестная авиация,- Суслов посмотрел меня и Сноу,- Посмотрит на лес с высоты. Возможно, что таинственный похититель приходит именно оттуда. Но глубоко в лес не залетайте, старайтесь держать город в поле зрения. А ты, Нокс,- обратился Суслов к единорожке,- Останешься тут и попытаешься магическим путём найти нашего клиента, — Всем всё ясно?

Мы молчали. Суслов принял это за положительный ответ, и они с Павлом отправились догонять гвардейцев. Мы со Сноу поднялись над лесом.

Слушая переговоры по рации, мы облетали Вечнодикий лес. Ветви деревьев надёжно скрывали землю от любопытных взглядов. Летя крыло в крыло, мы углублялись всё дальше в лес, в надежде отыскать что-нибудь полезное. Но увы, лес надёжно прятал свои тайны. Вскоре Понивилль остался далеко позади нас. Мы уже хотели повернуть обратно, как вдруг Сноу резко начала снижаться. Я завис в воздухе, и спускаться за Сноу начал только после её тихого окрика. Только у самых верхушек деревьев я заметил, что недалеко от нас была небольшая полянка, вся заросшая высокой травой, посреди которой стоял чуть покосившийся деревянный домик. Я приземлился рядом со Сноу.

-Смотри,- указала она на широкую промятую дорожку посреди высокой травы,- Тут частенько ходят

-Будем вызывать кавалерию.

Дом, посреди леса, в траве, с тропинкой, по которой часто ходят. Если это и не наш клиент, то всё равно ничего хорошего мы там не найдём. Поэтому лучше перестраховаться.

-Паша, мы в лесу и у нас тут очень странный дом,- поведал я рации,- Сможете прыгнуть к нам?

В ответ мне прозвучало одно шипение, а спустя пару секунд вся Тау-216 смотрела в направлении таинственного дома. Несколько минут прошло в молчании.

-А чего тут думать-то,- неожиданно заявил Паша, дёргая затвор верного автомата, — Давайте сходим в гости к Лешему.

Суслов кивнул, достал из-за пояса ещё один пистолет и протянул мне. Я внимательно осмотрел его и заметил, что в конструкции не было ни намёка на курок или что-то подобное

-Стреляет, когда сильно сожмёшь рукоять,- Суслов как будто моментально считывал из моей головы вопросы и тут же отвечал на них,- Берёшь в зубы, наводишь на цель и изо всех сил жмёшь на рукоять. Стреляет дротиками с транквилизатором. Чтоб не угрохал кого-нибудь ненароком. Ясно?

Всё было ясно как день. Я кивнул и взял модифицированный пистолет в зубы. Придётся привыкать к такому оружию. Жаться за спинами товарищей вооруженным гораздо лучше, чем находиться там же, но без оружия.

Мы двинулись к избушке, а за своей спиной я услышал шелест крыльев. Это взлетала Сноу. Роли в нашей группе были строго распределены и закреплены. Паша, как самый опытный солдат был ведущим. Именно его широкая спина была нам проводником во все странные, страшные и тёмные комнаты, когда мы обнаруживали очередной объект.

За Павлом шел Суслов. Он был не такой хороший солдат, как Паша, зато его опыт работы с объектами и чутьё, которое его ещё ни разу не подводило, часто спасали нас из самых неприятных ситуаций. Ну а я замыкал нашу штурмовую группу. Фантастическим чутьём я не обладал, да и боец был из меня не очень, хотя перед тем, как попасть в Фонд я несколько недель успел прослужить в королевской гвардии. Нашему небольшому отряду я давал свои зоркие глаза и пару крыльев. А с этого момента ещё и лишний ствол. Пока наша группа искала объект, Сноу с воздуха следила, чтобы тот случайно не ушел незамеченным, а если тварь всё-таки уходила от нашей троицы, Сноу должна была вести объект с воздуха. Ну, а на расстоянии её должна была прикрывать Нокс. Всё просто.

Дверь тихо скрипнула, когда Паша толкнул её, демонстрирую нам небольшого размера комнату со старой мебелью. Пыльный диван, который демонстрировал свои внутренности, стоял рядом со столом, у которого ножки были разной длины. Всё это было присыпано огромным слоем пыли. Дом пустовал, и пустовал уже давненько. Мы аккуратно, стараясь не шуметь, зашли в помещение. Ничего интересного, кроме древнего дивана оно не содержало, но Суслов не давал команды выходить. Он несколько секунд смотрел на грязный пол, а потом жестом указал в угол. Подойдя, мы увидели грубо сколоченные доски, и клочок лестницы, которую они скрывали. Оттуда раздался приглушенный крик.

Дальше всё происходило быстро. Не сговариваясь, Суслов отшвырнул доски, которые загораживали путь, и в освободившийся проход бросился Паша, а мы устремились за ним. Небольшой длины лесенка привела нас в довольно просторное и хорошо освещенное помещение. Никогда бы не подумал, что в подвалы вешают столько ламп. Стены были украшены довольно странными, узловатыми гирляндами, раскрашенными черепами. А потом мой взгляд остановился на другом конце комнаты, где в бок распятой, на железной конструкции, пегаски небесного цвета, погружала скальпель розовая пони. Паша и Суслов почти моментально направили на неё своё оружие, и я, поднявшись под самый потолок, последовал их примеру. Розовая пони с улыбкой извлекла скальпель из бока пегаски, отчего последняя тихо застонала.

-Эх Дэши,- слова розовой резанули по повисшей тишине,- Нам с тобой помешали людишки. Но ничего, мы продолжим, как только они уйдут.

Я частенько пересекался с Пинки, когда постоянно жил в Понивилле. Она была воплощением радости и доброты, и я никак не мог понять, как она дошла до похищения и пыток.

-Положи оружие на пол и отойди,- приказал ей Суслов. Все приказы он произносил с металлическими нотками в голосе, которые просто не оставляли тебе выбора, кроме как подчиниться его воле. Но Пинки, похоже, так не думала. Она помахала скальпелем перед носом и сказала Суслову:

-Глупенький человек! Это не оружие- это скальпель.

Если бы не вся серьёзность, то ситуация была бы очень комичной. Но Суслов так не думал. Он, не переставая целиться в розовую пони, ещё раз повторил:

-Положи оружие

Пинки дёрнулась, скальпель ,со свистом рассекая воздух, пролетел по комнате и закончил свой путь, вонзившись в ногу Паши чуть выше колена, где не было защиты.

Бах! Бах! Суслов тут же начал стрелять. Пули попали в плечо розовой пони. Она не закричала, а только выхватила неизвестно откуда ещё один скальпель. Я изо всех сил сжал зубами рукоять моего оружия. С тихим шипением оно выплюнуло небольшой дротик, который доставил в тело розовой пони мощнейший транквилизатор. Он подействовал почти мгновенно. Скальпель звякнул, падая на пол, а рядом с ним мешком рухнуло тело Пинки.

-И всё?- в голосе Павла слышалось разочарование. Ему было ещё и скучно.

-Лаки, проверь, что с синей, а я пока упакую объект- Суслов спрятал «Грач» и направился к Пинки.

Да, нужно было проверить, как там Рэйнбоу. Выплюнув, ставшее уже не нужным, оружие я подлетел к месту, где была распята пегаска. Похоже, когда Пинки полоснула её бок скальпелем, пегаска потеряла сознание и до сих пор не очнулась. Это было нам на руку. Бок Рэйнбоу украшал глубокий, кровоточащий порез. Не очень опасно, если вовремя остановить кровь. Я оставил пегаску и направился к Паше, который уже успел вытащить из ноги скальпель, и теперь прямо поверх штанины заматывал рану бинтом.

-А я думал ты неуязвимый,- улыбнулся я, подходя, ближе, что бы принять протянутый мне бинт.

— Правило тридцать девять, помнишь,- подмигнул мне командир.

Оставив Пашу одного я вернулся к пегаске, которую Суслов успешно снял с железной рамы. Я передал ему бинт, и вскоре бок Рэйнбоу был перемотан твёрдой рукой доктора.

Суслов извлёк из-под брони шприц, снял крышку и выгнал пузырьки воздуха, несколько раз надавив на поршень. Потом он чётким движением загнал иглу в шею пегаски небесного цвета, и пустил амнезиак в организм. Лёгким движением руки он закинул тело мне на спину, отчего я, слегка согнулся, потом так же легко устроил на своём плече тело розовой пони.

-Поздравляю господа,- произнёс он и направился к выходу.

* * *

Пинки сидела на холодном полу и тихонько плакала. Её плечо было перевязано и сильно болело. Ей было холодно и страшно. Она попыталась вспомнить, как оказалась тут, но в голове мелькали одни несвязные обрывки. В тщётных попытках она провела несколько минут. Внезапно в её глаза ударил яркий, слепящий свет и Пинки услышала звук открывающейся двери.

« Наконец-то за мной пришли»- мысль ярким лучиком зажглась в сознании розовой пони.

-SCP-010-1, ваше имя Пинки Пай?- видеть говорящего она не могла, но ясно слышала пугающие нотки в его голосе.

-Д-да,- поспешила ответить уже порядком напуганная Пинки.

-Отлично,- ответил пугающий голос,- Вы помните, как здесь оказались? Помните последние несколько дней? Помните, хоть что-нибудь?

Голос продолжал задавать вопросы, но на эти Пинки не могла так быстро ответить. Она задумалась. Она вдруг вспомнила, как к ней в Сахарный уголок пришел очень милый пони, который рассказывал её чём-то. Но вот о чём она не помнила.

-Я помню, как он купил у меня тортик,- после долгих раздумий ответила Пинки страшному голосу.

-Хватит мучить бедную пони, доктор,- неожиданно прошипел второй голос, который до этого молчал,- Мы нашли его. Кажется, наша коллекция ножей пополниться.

-Ножей?- переспросил уже не такой пугающий голос,- Как вы узнали, что это наш объект.

-D-545 выцарапал им на полу портрет Джоконды,- посмеялся в ответ шипящий голос и замолк.

Настала зловещая тишина, которая начала пугать маленькую розовую пони ещё больше чем таинственный голос. Неожиданно лампы погасли, и Пинки успела заметить только добрые зелёные глаза, почти у самого своего носа. Потом пони почувствовала лёгкую боль, и тьма заволокла её сознание.

## Инцидент 4001. Часть 1

Дождь барабанил по крыше чёрной тойоты. Сквозь закрытое, тонированное стекло я смотрел на группу людей, мокнущих под дождём в окружении могильных холмиков. Из-за стены дождя я не мог разглядеть их лиц, но что-то мне подсказывало, кто сейчас стоит перед свежей могилой. Там стояла мама, убитая горем, поседевшая старая женщина, которая сейчас, наверное, творит молитву, перед могилой сына. Рядом с ней стоит Леся, которая тихо всхлипывая, тоже обращается к богу, только в отличие от мамы она его проклинает. Там наверняка стоит Сашка, старый друг, которому я обещал подарить свою старую гитару, но вот не успел. Чёртов дождь стучал по крыше, загоняя мне иглы в сердце. Никогда не думал, что на моих похоронах будет идти дождь.

* * *

Всё началось несколько месяцев назад, когда мне пришло приглашение на собеседование. И в случае успеха мне предлагали работу в филиале известного института. Содержимое белого конверта, который мне вручил старый почтовый работник, предлагало мне пройти по указанному адресу для получений дальнейших инструкций. Я был очень удивлён. Никому своих данных я не оставлял, и узнать что до армии я с отличием закончил известный ВУЗ узнать было невозможно. Но по специальности было работать негде, и поэтому я был рад любому шанcу заработать. Тем более, что работать предлагали не в шарашкиной конторе. Я поделился этой новостью с сестрой, попросил совета, и Олеся только укрепила меня в решении, что идти стоит. В итоге в назначенный день и час я шагал по коридору не высокого, всего в шесть этажей, только что построенного здания. Коридор был пуст и меня сопровождал только звук собственных шагов. Никого не было. Абсолютно. В самый разгар дня филиал известного вуза должен был походить на разорённый муравейник, как мне казалось. Но тишина, повисшая в пустых коридорах, только усмехалась над моими мыслями. Я довольно быстро отыскал нужную дверь, хотя был уверен, что буду долго блуждать по коридорам нового здания. Табличка на двери говорила мне, что я нахожусь перед кабинетом номер 123, в котором, согласно письму, должно проходить собеседование. Я уверенно крутанул круглую ручку, и открыл дверь. Она тихо, без скрипа пропустила меня в комнату, большую часть которой занимал огромный овальный стол. По его краям ютилось множество кресел, обитых кожей. Свет, по идее должен был проникать в комнату через два большущих окна, но сейчас их закрывали жалюзи и источниками света были обычные лампы накаливания, которые были разбросаны по потолку.

Как только я вошел, с одного из многочисленных кресел, с дальнего конца стола, поднялся лысый мужчина средних лет. Одетый в чёрный классический костюм, он выглядел очень солидно. Отсвечивая лысиной, он неспешно подошел ко мне, и протягивая руку для рукопожатия спросил:

-Антон Андреевич Суслов?

-Да, — ответил я ему, пожимая руку незнакомцу, у которого было просто стальное рукопожатие. Ощущение было такое, что мою руку сунули в тиски и до упора сжали. Мне даже показалось, что я слышал подозрительный хруст.

-Прекрасно, просто прекрасно. Меня зовут Григорий Олегович, и я сегодня буду принимать решение о вашем приёме,- представился солидный человек,- Давайте присядем.

Он широким жестом указал на кожаные кресла, и сам уселся в ближайшее. Я поспешил последовать примеру Григория Олеговича, и сел напротив него. На столе рядом с ним лежала худенькая стопка папок, которые ускользнули от моего взгляда, когда я вошел.

Он взял в руки самую верхнюю, раскрыл её и впился в содержимое внимательным взглядом. Меньше чем через минуту он снова заговорил.

-Окончить Санкт-Петербургский университет имени Дарвина с красным дипломом,- с наигранным удивлением протянул Григорий Олегович,- На моём пути вы третий человек, который может похвастаться. Ну и что же заставило вас бросить карьеру молодого успешного учёного?

Вот тут удивляться начал уже я. Осведомленность этого человека меня очень пугала. Кроме родных и Сашки, моего самого близкого друга, с которым мы вмести служили, никто не знал, что я всё-таки доучился в этом ненавистном мне институте. Высшее образование в наше время требуется даже дворнику. Поэтому, как только я получил чёртов диплом, тут же ушел служить по контракту в Вооруженные силы.

-Эмм, а откуда у вас такая информация? И как вы вообще вышли на меня? Я не присылал никаких своих данных,- эти вопросы были очень уместны в данной ситуации. Ну по крайней мере я так думал.

Мой собеседник чётким, резким движением поправил свой галстук, и улыбнувшись ответил мне:

-Неделю назад мы получили все ваши данные от некой Сусловой Олеси Андреевны, которая назвалась вашей сестрой. Она сообщила нам, что вы заканчиваете служить по контракту и вскоре должны будете вернуться в город, поэтому не можете лично предоставить все бумаги нам.

Вот это был поворот. Леся хоть и приходилась мне родной сестрой, отношения у нас с ней никак не складывались. С самого детства мы были друг другу конкурентами. Когда мы учились в школе, это было не так заметно, но проблем доставляло. Вечные обиды, вечные ссоры. Всё стало совсем плохо, когда я поступил в универ, тот самый имени Дарвина, а Леся нет. Она просто перестала со мной общаться. Наверное, она даже не знала, что я ушел служить, хотя мама наверняка ей всё рассказывала. В общем, на мою сестру это было не похоже.

Григорий терпеливо ждал, пока я находился в минутных размышлениях, а потом спросил:

-Так вы готовы взглянуть на контракт?

* * *

Капли быстро стекали по стеклу, и я уже не мог различать сквозь него хоть какие-то очертания. Но я был уверен, что перед моей могилой всё ещё стоят дорогие мне люди.

-Время прощания заканчивается, Антон Андреевич,- рядом со мной, на пассажирском сиденье тойоты, сидел солидный человек в костюме с галстуком, который в первую нашу встречу представился мне Григорием Олеговичем, но сейчас я догадываюсь, что это не его настоящее имя. В руках у человека была белая папка со странным символом, на котором три стрелки стремились в центр круга. Григорий протянул папку мне, и кивнул водителю. Тот нажал на газ, и наш чёрный транспорт поспешил покинуть кладбище.

Я молча принял папку и начал изучать её содержимое. Точнее я начал читать единственный белый листок, который в этой папке был. Под уже знакомым символом чернели строчки:

«Поздравляю вас! Я уверен, что если вы читаете это, значит, вы успешно прошли проверку благонадёжности. Теперь вы работаете на Фонд SCP. Вы не должны понимать, как и зачем мы работаем. Единственное что вы должны понять, так это важность вашей миссии. Вам будет предоставлен второй уровень допуска. После этого вы будете назначены на работу с объектом.

Рекомендуем вам сразу после назначения на объект ознакомиться с общими правилами организации. За нарушения этих правил (в зависимости от тяжести нарушения) к вам могут быть применены следующие дисциплинарные меры воздействия:

-перевод на другой объект

-понижение уровня допуска, вплоть до уровня допуска D

-увольнение из организации и обработка амнезиаком класса «Омега»

-устранение

Сразу после назначения на объект вы имеете право:

-потребовать перевода на другой объект с указанием причин требования, после полного обследования у штатного психиатра

-потребовать ввода амнезиака программируемого типа (для уничтожения недавних воспоминаний)

Также вы имеете право требовать обработки вашей семьи амнезиаками программируемого типа. Вы можете предоставить это требование агенту, от которого вы получили данный документ. Ему же вы можете сообщить о своём согласии или не согласии работать на организацию. В случае согласия- вы тут же будете доставлены в Зону Сдерживания. В случае не согласия вы будете обработаны амнезиаками.

Обезопасить. Удержать. Сохранить.»

Закончив читать, я глянул в окно. Мы уже неслись по трассе к городу мимо леса и рычащего потока машин. Я закрыл папку и протянул её Григорию Олеговичу. Тот аккуратно её взял и выжидающе посмотрел на меня.

-Они действительно могут всё забыть?- я едва удержался от того, что бы ни дрогнуть голосом. Хоть я был и не совсем хорошим сыном и совсем никудышным братом, моё сердце сильно болело за семью. Я не хотел уходить, зная, что мать будет до конца жизни оплакивать меня.

Мой сосед медленно кивнул. Отлично. Значит я готов уйти.

-Тогда я согласен с условиями.

Чёрная тойота, казалось, помчалась по улицам города быстрее. Григорий ещё раз медленно кивнул и порывшись во внутреннем кармане пиджака, протянул мне запечатанный конверт. Я принял посылку и начал рвать пальцами её бумажную плоть. Из нутра конверта мне на колени выпала пластиковая карточка, очень похожая на банковскую, на одной стороне которой был изображен символ Фонда. Рядом с ним была огромная, во всю карточку, цифра два.

-Добро пожаловать в Фонд, доктор Суслов!

* * *

Наша укреплённая будка находилась чуть выше, чем камера, в которой проходили испытания. Я сидел на неудобном деревянном стуле перед толстым, непробиваемым стеклом и смотрел на белые стены камеры. Я мог видеть только два угла из четырёх. И в одном из них, из-под своей маски, прямо на меня смотрел доктор. Он не мог меня видеть, ведь стекло надёжно скрывало меня от всех любопытных взглядов, которые могли проникать из чрева камеры испытаний номер восемь. Но всё же от этого взгляда по коже забегали мурашки. Из-за чёрного балахона доктор казался на белой стене огромным грязным пятном.

Я облокотился на панель управления, которая состояла всего из трёх кнопок, расположенных в ряд, и микрофона, который тянулся к моему лицу. Всё гениальное просто. Отсюда я мог перекрыть все выходы из зоны эксперимента, мог пустить в камеру к доктору лошадиную дозу транквилизатора. А ещё по идее, отсюда я мог связаться с подопытным в камере, но после лечения доктора не все могли изъясняться членораздельно, а точнее никто. Меня по частям съедала скука. С доктором в последний месяц стало очень скучно работать, всё идет по одному заготовленному сценарию. Никакого разнообразия. Не знаю, какие ещё объекты есть в нашей Зоне, но я думаю, что доктор занял бы среди них почётное первое место в номинации «Нагоняющий тоску». Я уже целый месяц топтался на одном месте в тщетных попытках выяснить, как между собой связаны все его пациенты. Результаты были неутешительными. Доктор считал больным и двадцатилетнего спортсмена, которого хоть сразу в космос, и пятидесятилетнего курильщика-старика с не оперируемым раком лёгких. Ещё несколько дней работы, и придётся писать отчёт о том, что опыты над сорок девятым нужно прекратить. Терять людей и при этом топтаться на одном месте это не дело.

-Доктор Суслов, команда зачистки D-01 готова. Зайдём к нашей птичке сразу после вашей команды,- зашипела рация, которая всё время висела у меня на поясе.

Я медленно снял её с ремня и подождав пару секунд ответил:

-Понял вас D-01. Ваши пациенты скорее всего под стеклом. Я их не вижу. И аккуратней с птичкой. Дозы могло не хватить.

-Принято, ждём открытия дверей.

Я положил рацию рядом с пультом и нажал на самую среднюю кнопку. Я не слышал, как с характерным металлическим лязганьем открылась дверь, но увидел, как три человека, с оружием в руках, вошли в клетку. Дверь за ними моментально закрылась. Один из троицы тут же направил пушку на доктора, но тот не обратил никакого внимания на вошедших. Или обратил, но никак не среагировал. Остальные двое скрылись из вида в мёртвой зоне. Через пару секунд я услышал хлопки. Ещё через мгновенье к выходу из камеры подтащили два тела с характерными надрезами на животах. Я снова нажал на кнопку и через открытую дверь тела оттащили. Я позволил себе расслабиться только тогда, когда приборы сообщили мне, что дверь в камеру надёжна закрыта.

Я откинулся на спинку стула отвратительной комфортности, и стал ждать доклада.

D-01, они же «Искупающие грехи», были единственные в своём роде. Эта мобильная группа полностью состояла из сотрудников класса D. Все они были бывшими военными, осуждённые трибуналом на огромные сроки заключения. Я до сих пор содроганием вспоминаю, как просил поучаствовать в наборе новой опергруппы, и о том, как встретили меня, после того, как я набрал им группу из числа «расходников». Но на самом деле всё было не так плохо, как казалось. Все члены группы были на хорошем счету, добросовестно выполняли свои обязанности, а главное имели обширный боевой опыт. Повышали же D класс до докторов, так почему бы не сделать из D класса опергруппу. В итоге наверху повздыхали, но моё предложение приняли. На выходе получилась МОГ «Искупающие грехи», члены которой по-прежнему оставались классом D, но имели пожизненную отсрочку от ежемесячного устранения и могли быть повышены до звания штатной опергруппы. На что я на самом деле и рассчитывал, ведь с первых дней существования ребята показали свой навык всей Зоне, когда объект под неизвестным номером попытался удрать из зоны содержания.

-Доктор Суслов, это D-01. Докладываю, что группа успешно прибыла в жилой комплекс. Ждём дальнейших указаний,- сообщила мне рация голосом D-213, который был командиром группы.

— Принято. Отды…,- меня резко прервал вой сирены. Толстенное, непробиваемое стекло начало закрываться листом стали. Мгновение, и я не смог видеть Чумного Доктора. Резко поднявшись, я рванулся к выходу, на ходу снимая с шеи, болтавшуюся на верёвочке, ключ-карту. Противный писк возвестил, что у меня нет полномочий для открытия двери. Я был заперт в комнате контроля над экспериментами. Выбора не оставалось. Я поднял опрокинутый стул, сел и начал ждать.

В ожидании прошло минут тридцать, как внутренняя система оповещения заработала, и весь комплекс услышал грубый низкий голос:

-Внимание всему персоналу. Мобильная Оперативная Группа Омникорн-9 выступила на зачистку Зоны. Просим вас проследовать в места эвакуации, и не покидать их. Нарушители будут устранены

«Дело плохо»- повисла в моей голове единственная мысль.

Дверь практически бесшумно открылась, и в комнату контроля вошел старый знакомый. Только теперь вместо пиджака на нём был накинут белый лабораторный халат, а в руках всё также держал верную папку для бумаг. Наконец-то явились. Я просидел в чёртовой комнате, с доктором под боком часов семь, не меньше. И я просто жаждал спасительных объяснений. Доктор Малинин Григорий Олегович, хотя все прекрасно знали, что это псевдоним, молча подошел к панели управления, и ткнул в кнопку, которая должна была открывать дверь к доктору. Сталь с обзорного стекла отъехала, и моему взору предстала опергруппа, которая крепила к шее объекта метровые трубы.

-Ничего необычного не было?- сухо спросил меня Малинин

Это был очень уместный вопрос. Ведь если не учитывать блокировку комплекса, и побег неизвестного мне объекта, то ничего необычного не произошло. Я покачал в разные стороны головой. Малинин подошел к выходу и на самом пороге неожиданно заговорил:

-Отлично Суслов. Пошли есть разговор.

С этими словами он вышел, оставив меня в одиночестве. Выбор у меня был не большой, и я вышел следом за ним.

Как только я справился с замком, который никак не хотел закрывать дверь, мы двинулись по коридору. Миновав несколько дверей и резких поворотов, Малинин остановился возле чёрной двери, на которой значилось «Архив», и протянул мне папку.

Опять? Что на этот раз? Я очень удивился, когда открыв, обнаружил там ключ-карту, на которой красовалась цифра три

-Поздравляю с повышением. Час назад прошло заседание совета. Тебя и твою группу назначили ответственными за возвращение девяносто шестого. Никаких вопросов,- наверное, по выражению моего лица было несложно понять, что я ничего не понимаю, и меня прямо разрывают многозначительные вопросительные знаки,- В архиве предупреждены и тебе выдадут всю информацию. Я вернусь после проверки вашего снаряжения. Тогда же и разъясню детали.

Малинин резко развернулся и быстро зашагал дальше по коридору, оставляя меня в одиночестве перед дверью архива.

-Ну что ж, врага нужно знать в лицо,- пробурчал я себе под нос, открывая новым ключом стальную преграду.

* * *

Когда я слышу слово «архив», то мне сразу представляются пыльные стеллажи, забитые папками, полные картотечные ящики и куча, стоящих в ряд, столов. Поэтому архив нашей Зоны меня немного разочаровал. Ни огромной картотеки, ни пыльных полок. Только два рабочих стола, на одном из которых тихо гудел компьютер. Мне стало слегка обидно за свои обманутые ожидания, когда лысеющий архивариус молча указал на стол, над которым возвышалась стопочка бумаг. Мне оставалось только повиноваться и, опустив своё тело на деревянный стул, который стоял рядом со столом, я взял первый документ.

Следующий час я провёл за чтением и переосмысливанием фразы «Знать врага в лицо». Лицо девяносто шестого или, как его окрестили, Скромника, стало поводом для создания моего личного «Топ десять вещей, на которых я бы предпочёл не смотреть». И оно без сомнений заняло в этом списке первое место. Всё было до боли просто. Огромный гуманоид с комплексом неполноценности, который жутко не хочет светить личиком перед публикой. Причём не обязательно было смотреть на него напрямую. Фотография, видеозапись, неосторожное описание внешности, и вот уже Скромник в ярости и, сметая всё на своём пути, несётся к тебе, где бы ты ни был, что бы ты унёс тайну его внешности в могилу. Самое интересное, что дата его уничтожения была уже назначена. Через несколько недель мы бы навсегда лишились Скромника. Но наш друг, наверное, решил по-другому. Забавно вышло. Кроме информации о девяносто шестом Малинин предоставил мне доступ к нескольким безопасным объектам. Наверное, Скромник слинял вместе со всем запасом «Телекилла» Фонда, машиной, которая может улучшать вещи и зелёным колечком. Посмеявшись над своей же шуткой, я начал ждать Григория.

Он соизволил придти, когда я уже на пятый раз перечитывал все документы. Малинин опять не удостоил меня объяснениями и просто приказал идти за ним. Похоже, это у него начало входить в привычку. Мне ничего не оставалось, кроме как в очередной раз пуститься в путешествие по бесконечным коридорам Зоны. Архив, камеры содержаний безопасных объектов, камеры испытаний, всё это осталось над нашими головами, когда Малинин ткнул кнопку на панели лифта. Почти бесшумно кабина доставила нас на уровень ниже, в зону содержания евклидов. Мой прошлый уровень допуска позволял мне участвовать в исследовании евклидов, но не давал права побывать в зоне их содержания. Эти коридоры практически ничем не отличались от тех, что были у нас над головами. Те же белые стены, те же двери, которые открывались кнопкой на стене, или, если перед дверью висело желтое предупреждение с номером объекта, ключ-картой. Молча, мы прошагали по лабиринтам из коридоров, пока очередная дверь, открывшись, не показала нам выложенные белым кафелем стены, которые частично были заставлены высокими чёрными ящиками. Доктор закрыл за нами дверь и указав на ближайший к нам ящик произнёс:

-Шустренько одевайся, а я пока постараюсь ответить на вопросы.

Вопросов было не много. Точнее всего один. И я поспешил его озвучить, когда вытаскивал из ящика штаны цвета хаки:

-Почему не заблокирован этот уровень? Почему вообще все ведут себя так, как будто у нас ящик с печатями потерялся.

-Потому что Скромник не покинул пределы Зоны,- перебил меня Малинин,- Ну по факту. В его камере мы обнаружили воронку не известной природы.

От неожиданности я попал ногой мимо левой штанины и просто поставил ногу на пол.

-В каком смысле «воронка непонятной природы»?- думаю, это был самый логичный вопрос, который я мог задать.

-Чёрная хреновина на полу, несколько метров в диаметре,- объяснил Малинин,- Приборы рядом с ней сходят с ума. Через неё и ушёл Скромник. Отправили туда пару добровольцев, на которые нацепили систему слежения. Добровольцы не вернулись, хотя их сердца бьются.

Я уже облачился в содержимое ящика, и теперь помимо штанов на мне красовалась, чуть малая мне, водолазка такого же цвета, что и штаны, а мои кроссовки были заменены на тяжелые боты с высокой шнуровкой. Переминаясь с ноги на ногу я молча ожидал конец рассказа:

-Тогда «опята»* решили направить за девяносто шестым группу. «В шаге от абзаца» успели только пройти по комплексу и доложить, что нарушение периметра не было, как нам поступила информация о том, что в небольшом провинциальном городе зафиксировали вспышку восемьдесят первого. Поэтому Омикорн-9 тут же перебросили туда. Больше свободных групп у нас не было. Тогда было принято решение направить твоих «Искупающих».

-Стоп, стоп, стоп,- перебил я его,- То есть вы решили отправить меня и опергруппу D-01 в «чёрную хреновину на полу» из которой не вернулись уже два D-сотрудника? Вы серьезно думаете, что я на это соглашусь?

Вопрос был риторическим, но Малинин на него ответил:

-Думаю, вы согласитесь, командир мобильной оперативной группы Тау-216 «Первопроходцы». У вас просто нет выбора. Либо вы подчинитесь, либо устранение.

Вот это был поворот. Крыть это мне было нечем, поэтому я промолчал.

А Малинин тем временем подошел к самому дальнему чёрному ящику, на котором я не видел ручки. Через мгновение, пряча в карман ключ-карту, доктор извлёк из недр ящика нечто, отдалённо напоминающее помесь бронежилета, набора драйвера и противогаза. К армейскому бронежилету сзади было прикреплено два баллона, от которых отходили пара трубок, небольшого диаметра. А на их конце красовался противогаз панорамного обзора. Всю эту конструкцию он одной рукой донес до меня.

-Про часовой механизм читал?- спросил он, и после моего кивка продолжил,- Решили как-то запихать туда пару слитков «Телекилла», противогаз и защитный костюм. На выходе получили вот это. Останавливает пулю выпущенную в упор из «калаша». Проверяли. Но это не самое интересное. Эта штука блокирует все вредные меметические эффекты. Как кольцо. Надеваешь маску и тебе ни один телепат не по чём. Только вот дышать приходиться при этом чёрт знает чем, и чёрт знает, как это потом на тебя действует.

И доктор Малинин вручил мне этот агрегат. Когда я взял его из больших рук Малинина, я подивился лёгкости этого аномального костюма. Он как будто ничего не весил, и несмотря на всё опасения напялил я его на себя без всяких затруднений. Он как будто был сделан по моим меркам. «Не пытайтесь объяснить то, что вы здесь увидите»- вспомнил я слова из первого инструктажа, когда меня только назначили на первый объект. Совет был дельный, но не всегда мне удавалось побороть многозначительные «Как?» и «Почему?».

-Пора,- Малинин поглядел на часы.

Я снова последовал за его спиной в серые коридоры.

* * *

-В ваши костюмы встроена система контроля над жизнедеятельностью,- распинался незнакомый мне доктор перед нами. Наша группа была построена перед входом в камеру девяносто шестого. Вся зона сдерживания была заполнена различным оборудованием, которое потрескивало, мигало, шуршало. Люди сновали от прибора к прибору, то ли действительно работая, то ли изображая бурную деятельность.

-Если ваши сигналы пропадут, то мы ждем десять минут и вытаскиваем вас оттуда. Говорю сразу, метод безболезнен, но морально он не приятен В любом случае штатный психолог работает круглые сутки. Вашим прямым приказом является восстановление условий содержаний SCP-096. Однако вы должны будете собирать всю информацию о месте, в котором окажитесь. Самой последней, и самой низкоприоритетной задачей будет поиск и возвращение двух сотрудников класса D. Вопросы?

Тау-216 молчала. Всё было предельно просто. Пойди чёрт знает куда, найди опасную тварь, посмотри что там, чёрт знает где. Ну и наконец, верни тех, кто отправился чёрт знает куда раньше чем ты. Никаких вопросов быть не могло.

-Отлично,- доктор подошел к терминалу, подключённому к двери, и ткнул пальцем в клавиатуру. С ужасным лязгом дверь отъехала в сторону, открывая нам путь в камеру Скромника.

-Удачи вам,- успел услышать я, прежде чем скрылся в огромном чёрном водовороте, который раскинул свои щупальца на некогда белом полу. Ощущения были, как от купания в ледяной воде. Звуки внешнего мира пропали, оставляя своё место звонкой тишине. Кроличья нора с радостью приняла новых гостей.

*Сотрудники с уровнем допуска O5. Высшее руководство Фонда.

## Инцидент 4001. Часть 2

Вторая из трёх частей.

Было темно. Не то что бы очень, но вытянутую вперёд руку было уже не увидеть. Фонари дружно отказывались светить в этой кроличьей норе. Поэтому Тау-216 шли затылок, в затылок, стараясь не потеряться в этой окутывающей тьме. Шагали мы уже довольно долго. Несколько часов, а то и больше, но ничего не происходило. Тьма оставалось неизменной, как и звуки наших шагов, которые гулким эхом уносились внутрь тьмы. Раз, два, три. Через сорок шагов я поправил чудо-балоны, которые немного мешали при ходьбе. Ещё через пятьдесят шагов я оглянулся на идущего позади меня и не нашёл его там, хотя отчётливо слышал его топот всего пару секунд назад. По идеи это должно было вызвать у меня чувство страха, или волнения, но ни того, ни другого я не почувствовал. Казалось, что кто-то просто отрубил нужные ниточки, лишая меня возможности трезво мыслить, оценивать ситуацию. Несколько секунд я тупо глядел на место, где должен был стоять D-11, а потом обратился к оставшимся:

-Господа, я думаю нам нужно передохнуть

Усталости я не чувствовал, и мои спутники наверняка не устали, но D-11 пропал, и я подумал, что он просто отстал. Поэтому, прежде чем двигаться дальше, нужно было его подождать.

Сесть в костюме, который был на меня надет, было очень неудобно, но с этой задачей я кое-как справился. Осталось только решить, что делать дальше. Мысли отчаянно избегали моей головы, и я бы, наверное, просидел несколько часов в попытках их собрать, если бы не D-90, который неожиданно для всех поднялся, и, перехватил автомат. «Пойду, поищу Пашку», — бросил он нам, и скрылся в темноте. Я хотел было приказать ему остаться, но почему-то не сделал этого. Это место как-то странно влияло на мозги, тормозило мышление. До этого я додумался не сразу, только спустя несколько часов, после того, как девяностый ушел на поиски Паши. Чёртова кроличья нора решила издеваться над нами на все сто процентов. Я почувствовал это вместе с закрывающимися глазами. Сон нахлынул девятым валом, вдребезги разбивая хлипкий баркас моего сознания. Сопротивляться ему было не в моих силах, и я успел только сказать последнему из нашей опергруппы, что бы он разбудил меня, как только придут остальные.

Меня словно кто-то окатил ледяной водой. Я вздрогнул и открыл глаза. Хватило несколько минут, что бы понять, что я остался один. Один и в темноте. Впервые я был благодарен этому месту. Оно не позволило панике отравить мой организм, и я спокойно поднялся, матерясь на тех, кто сотворил такой неудобный костюм, и просто пошёл дальше. А через пару секунд я заметил недалеко от себя проблеск света. Не отдавая себе отчёта, я побежал к этому спасительному лучу. Эхо моих шагов жадно поглощала темнота. Я был уже совсем близко, как вдруг свет мигнул и пропал, как мираж в жару.

А потом вспыхнул далеко впереди меня. Это место явно навязывало мне свои правила игры. И я, к сожалению, обязан был играть. Поэтому вздохнув, я снова побежал к свету, как мотылёк, что бы манящий свет опять погас и вспыхнул теперь далеко позади меня. Это было уже не смешно. Нужно было устанавливать свои правила. «Газ безопасен, но при длительном воздействии на организм могут проявляться симптомы, как при ношении кольца. Физическая и умственная усталость, сонливость. В любом случае используйте только в самых крайних случаях» — вспомнились слова доктора в белом халате. Я бегаю за очень подозрительным лучом света, почти вся Тау-216 пропала в непроглядной тьме, и я не знаю, как отсюда выбраться. Думаю, случай был крайним.

Я кое-как пристроил маску на лицо. В ушах звенели слова всё того же доктора: «Хорошая новость. Газ защитит вас от любого меметического воздействия. Если там есть телепаты, то вы в танке. Плохая новость. Мы не знаем, как заставить эту штуку включаться. В общем, есть шанс, что, когда вы наденете маску, газ не будет пущен. Тут как повезёт…». Это было не очень обнадёживающее воспоминание. Доверять свою жизнь монетке я не хотел, но выбора у меня особо не было. Либо газ пойдёт, и возможно чем-то мне поможет. В чём я тоже сомневался. Либо газа не будет, и я останусь в этой липкой темноте на очень долгое время. И что-то мне подсказывало, что мне тут не понравиться. Я ждал. В ожидании прошли мучительные несколько секунд, а потом, после тихого шипения, я ощутил, как внутри маски начинают бушевать вихри. «Не пытаться объяснить всё, что видишь». Идеальное спасение от всех вопросов. Газ уже заполнил маску, и я, наконец, смог понять какой у него запах. Несло свежесваренным кофе, и старой бумагой. Безумный микс, но он мне пришёлся по душе. Он напоминал мне о беззаботных студенческих днях.

Нужно было идти дальше, и я, с удовольствием вдыхая в себя сладкий газ, двинулся вперёд. Через несколько минут ходьбы, я начал замечать, что всё вокруг меня начинает меняться. Некогда прочная стена мрака начала прогибаться, изменяться под моим взглядом. Собственные шаги звучали уже не так громко, да и я явственно стал ощущать, что иду уже по другой поверхности. Не по той, что была раньше. Как будто мраморный пол заменили персидским ковром. В довершение, прямо перед моим носом вспыхнул белый луч света. Тот самый, за которым я гонялся недавно. Почему-то мне показалось, что это был именно тот луч, а не любой другой. А потом меня что-то больно хлестнуло по лицу. Это была ветка.

* * *

Жадно дыша чистым воздухом, я лежал на холмике и наблюдал. С помощью чудо-газа мне удалось выбраться из тьмы, которая на самом деле оказалась огромным лесом. Рация вырубилась, убивая возможность связаться с остальными. Я очень надеялся, что они догадались использовать газ и тоже выбрались из кроличьей норы. В любом случае я уже был тут. Осталось понять где. Вот для этого я и ушел с опушки леса, и устроился на ближайшем холме. Увиденное, заставило меня слегка поразиться. За холмом раскинулся небольшой городок. Миниатюрные домики с соломенными крышами, не очень широкие улочки. Огромное дерево росло посреди города, добавляя виду необычности. По улицам кто-то ходил. Я видел копошащиеся тени, но расстояние не позволяло мне рассмотреть жителей городка поближе. Мой взгляд заскользил по окраине городка, которую можно было более или менее нормально рассмотреть. И там, прижавшись к стене одного из домов, стояла белая длинная спина. По мне забегали мурашки, а сердце бешено застучало, стараясь вырваться из груди. Я моментально упал лицом в мягкую зелёную траву. «На спину ему смотреть можно. Он не обидится», — успокаивал я себя. Я встал, и, стараясь не отрывать взгляда от земли, спустился с холма. Дело принимало очень опасный оборот. В любой момент Скромника мог спровоцировать случайный прохожий, или выглянувший в окно ребёнок, и что самое страшное запустить цепную реакцию смертей. Скромник мог легко вырезать целый город. Нужно было начинать действовать незамедлительно. Правда я так и не знал, кто же живёт в этом странном городишке. И я хотел узнать об этом раньше, чем девяносто шестой.

Бум! Я с разгону налетел на деревянную стену, которой явно не понравилось моё вмешательство в её спокойное и размеренное существование. От удара я отступил на пару шагов назад, вытирая выступившие от внезапного столкновения слёзы. Возможно, идти с опущенным под ноги взглядом было не очень хорошей идей, но я, по крайней мере, добрался до города, не встретившись с девяносто шестым лицом к лицу. Можно было отправлять плюсик в копилку, где он будет сиротливо дожидаться второго такого же плюсика. Потирая ушибленное место, я аккуратно выглянул из-за стены дома, которая послужила мне отличным укрытием. Но тут же поспешил скрыться за ней. Недалеко от дома стояли два разноцветных существа. Они были не прямоходящие, не очень больших размеров, и смахивали на больших собак. Я протёр глаза и ещё раз выглянул из-за укрытия. Существа стояли на месте и скорее всего не заметили меня. Подул ветер и донёс до меня обрывки фраз. «Разумные»- на автомате заметил я. Значит, есть шанс договориться. Или в скором времени по мою душу выдвинуться крестьяне с вилами и факелами. Тут, с какой стороны посмотреть.

Итак, у меня было два варианта. подождать пока Скромник всё тут уничтожит, а потом спокойно его запаковать. Вариант был очень заманчивым, но противоречил прямому приказу собирать информацию о новом мире. Ведь будет довольно проблематично что-то выпытать у трупов. Конечно, если их любезно оставит Скромник. Второй вариант предполагал гораздо больше действий. Можно было попытаться пройти по городу, в надежде, что местные жители не заточили вилы, найти объект и заставить его выйти из города, а там уже упаковать. Но сделать это было так же просто, как уговорить сброшенную атомную бомбу не взрываться. Но именно эта дорожка вела к самому меньшему количеству жертв. Значит нужно попробовать.

* * *

-Сдавайся! Тебе не причинят вреда! — один из стражников, окруживших дом, рвал глотку уже битый час. Безрезультатно. Дорожка оказалась настолько кривой, и настолько скользкой, что меня всё-таки угораздило споткнуться на ней. А начиналось всё не очень плохо. Решив, что нужно действовать, я покинул своё укрытие, и, обойдя небольшой деревянный дом, за которым я прятался, двинулся по улочке. Я решил идти к единственному хорошему ориентиру. К огромному дереву, чья крона возвышалась над соломенными крышами домов. Тогда же мне и представился случай поближе рассмотреть странных жителей этого городка. На деле их сходство с собаками было весьма отдалённо, и заканчивалось на том, что и те и другие ходили на четырёх конечностях. Теперь я бы сравнил их с миниатюрными лошадками, чем с огромными псинами. Все аборигены, были разного цвета. У почти всех, на боку, было клеймо, или что-то вроде того. У каждого, кого я встретил, метки были разными. Пока я шел по не очень широким улочкам, я чувствовал, как со всех сторон за мной наблюдают глаза. Десятки, а может сотни глаз, провожали меня взглядами, в которых с лёгкостью читалось удивление вперемешку с непониманием и страхом. Когда я попытался подойти к одному жителю, он сначала вжался в стену, рядом с которой стоял, а потом развернулся, и что есть мочи дал дёру. После этого во взглядах читалось всё меньше удивления, и всё больше страха. «Лишнее внимание сейчас не к чему»- подсказал мне внутренний голос, к которому я иногда прислушиваюсь. Поэтому, я свернул в ближайший переулок, в котором прятались две лошадки. Те поспешили ретироваться, едва я повернул в их сторону. «Да, исследовательская миссия, похоже, провалена» — думал я, когда пробирался по тёмному переулочку. Тут правила тень и сырость, защищая меня от солнца, которое уже давно висело в зените и посылало обжигающие лучи на землю. Переулочек неожиданно вывел меня к тому самому дереву, хотя я был уверен, что как раз пройдя по нему, я отдалюсь от цели своего пути, а не приближусь к ней настолько близко. И вот тут началось самое плохое. У дерева собралась большая толпа лошадок, которые явно чем-то были обеспокоены. Толпа жужжала как рассерженный осиный улей. Во главе толпы стояла белая лошадка с прекрасной развивающейся гривой, огромными крыльями и рогом. Её клеймо напоминало солнечный диск с отходящими от него языками пламени. Я заметил, как на неё смотрят окружающие. Так прозревшие смотрят на солнце или луну. С каким-то обожанием. Возможно, белая лошадка занимала высокий пост или что-то в этом роде. Я подошёл ближе. Сквозь шум толпы я слышал, как она обращается к кому-то

-Мы рады приветствовать тебя в нашей стране, гость! Я принцесса Селестия правительница Эквестрии. Что привело тебя в нашу страну?

Сначала я не понял, с кем она ведёт диалог, но потом, присмотревшись, я увидел белую спину и у меня внутри всё похолодело. Та, что назвала себя принцессой Селестией, мирно разговаривала со Скромником, точнее с его спиной, и пыталась узнать причину его прибытия. Чёрт, какие же везучие эти лошадки. Скромник стоял так, что каждый из огромный толпы, не имел счастья полюбоваться его лицом. Но принцесса, похоже, не желала пользоваться своим везением и, не дождавшись ответа, решила подойти к девяносто шестому. Похоже инстинкты тут у них совсем ни к чёрту. Особенно самосохранения. Нужно было что-то делать. Рука скользнула к бедру, что бы встретиться с холодной рукояткой оружия. Выбора не было. Серия щелчков. Взводящийся курок и снимающийся предохранитель. Я прицелился. Будем надеяться, что мне повезёт. Бах! Бах! Одна пуля ушла в небытие, а вторая со свистом попала в цель. Принцессу Селестию развернуло, и её крик резанул по ушам. Толпа на миг замерла, а потом в панике бросилась в разные стороны, а тем временем я не отрываясь следил за спиной девяносто шестого, готовый в любой момент направить взгляд в пол. Скромника очевидно совсем не интересовали ни крики, ни движение толпы. Он покачался из стороны в сторону, а потом, закрыв лицо длинными, не пропорциональными руками, двинулся вперед и вскоре скрылся. Всё прошло почти идеально, но ключевое слово тут «почти». На крик принцессы с неба, как чёрные вороны, спикировали несколько лошадок в золотых доспехах. Пегасы! Почти как у древних греков! Одни начали разгонять остатки паникующей толпы, а другая их часть бросилась помогать принцессе. Я же хотел аккуратно, под шумок свалить, но Фортуна решила, что с меня везения хватит. Один из пегасов в золотой броне, скользнул взглядом прямо по тому месту, где я находился. Невозможно словами передать всю палитру эмоций, которые отразились на его морде. До громкого крика: «Держите его! Он хотел убить принцессу», я надеялся что пронесёт. Но не пронесло. И я побежал, гремя баллонами с газом. С логикой у меня, так же как и у пегасов было туго, поэтому вместо того, что бы бежать назад по переулочку я помчался через площадь к дереву, уворачиваясь от бросающихся на меня со всех сторон пегасов. Если бы меня спросили: «Почему Антон? Почему именно туда, хотя вокруг столько замечательных мест, куда можно бежать?» я бы ни за что не ответил. Наверное, так же как пегасы не ответили бы на вопрос «Почему вы считаете, что именно то странное, непонятное существо покушалось на жизнь вашей принцессы?» Хотя нет, они бы ответили. Успешно миновав закованных в броню солдат, я оказался прямо перед дверью, которая вела внутрь широченного дерева. На раздумья не было времени. Я крутанул маленькую ручку и рванул дверь. Та натужно скрипнула и распахнулась. На пороге меня встретила огромная зелёная ящерица, которую я не раздумывая, и не смотря на её протесты выпинал за дверь, и захлопнул её за ним. Бегло оглядывая комнату, заставленную книгами в поисках того, чем можно забаррикадировать вход, я остановил свой выбор на паре книжных шкафов и небольшого диванчика, которые я тут же приладил к входу. И вот теперь я уже несколько часов сижу на втором этаже замечательного дома в дереве и наблюдаю за окружившими площадь солдатами, которые по очереди раз в несколько минут рвут глотки, призывая:

— Сдавайся! Тебе не причинят вреда!

В первые часы своей блокады я сверху донизу перерыл весь дом. Выхода было всего два. К первому я для надёжности подтащил ещё одни книжный шкаф, а у второго, который находился на балкончике второго этажа, решил устроиться сам и понаблюдать.

Площадь напоминала разорённый муравейник. Туда суда шныряли солдаты, тащили к переулочкам и тропкам телеги. Похоже, они решили не допускать даже мысли о моём побеге и законсервировать всё тщательно. Неприятно было осознавать, что я сам загнал себя в ловушку. И выбраться из неё можно было только одним способам. Сдаться бравым воякам. Вот только я не был уверен в сохранности своей головы, а привычки доверять кому-то на слово я не имел. Неожиданно движение на площади поменяло свой ход. Хаотичные перемещения стражи сменились на более упорядоченные, и через пару мгновение на площади в две колонны уже стояли единороги, а над ними, энергично махая крыльями, зависли пегасы. Что-то готовилось, и я очень надеялся, что не штурм моей крепости. Всё разъяснилось само собой, когда после того, как в центре между колоннами солдат после щелчка появилась та самая принцесса. Я смог разглядеть алую повязку на её плече. Если честно, то мне было немного боязно, что я мог случайно убить её, но на деле всё не так страшно. Хотя, когда принцесса слегка покачнулась, сомнения начали возвращаться в мой разум, но я моментально их прогнал. «Не драматизируй!»-сказал я себе и уставился в окно. На несколько секунд процессия замерла, а потом громом на меня обрушился голос.

-Ты совершил преступление, незнакомец! Но вот тебе моё слово! Суд над тобой будет справедливый.

На самом деле мне было до лампочки, будет ли надо мной суд или нет. И тем более мне было до лампочки, насколько он был справедливым. Всё что меня волновало тогда, это как далеко ушел девяносто шестой, и где остальная Тау-216. Но проблемы насущные тоже нужно было решать. Выбраться в одиночку было невозможно, поэтому я решил воспользоваться предложением на справедливый суд.

Когда я открыл дверь на миниатюрный балкон, несколько пегасов тут же рванули ко мне, но были остановлены взмахом крыла Селестии. Как только я убедился, что никто не собирается бить мне в спину, я вытащил из кобуры на бедре пистолет. Солдаты занервничали, но принцесса быстро успокоила их всё тем, же взмахом крыла. Подняв пистолет над головой, я вытащил магазин и бросил оружие с балкона, предварительно поставив его на предохранитель. К пистолету тут же бросилось несколько пегасов (я сперва подумал, что летят они по мою душу) и один из них аккуратно подобрал пистолет, а другой взял магазин. Затем оба пегаса доставили свою ношу к принцессе. Моё оружие окутало свечение, точно такое же начало исходить из рога принцессы. Я сделал миниатюрных шажочков назад, и моментально надел на лицо маску, когда такое же свечение начало окутывать меня.

-Не бойся магии, незнакомец,- усмотрев страх в моём жесте, произнесла принцесса.

Сказать, действительно было проще чем сделать, но единственное что я ощутил после того, как в маску пошёл газ, так это то, что я лечу со второго этажа. Когда я был уже морально готов себе что-нибудь сломать, меня дёрнуло, и земля оказалась перед самым носом. Помощь высших сил? Меня опустили на землю, и шустрый пегас тут же поспешил вернуться в строй.

-Именно это я подразумеваю под справедливым судом,- решил пошутить я. Маска немного исказила звук, но, думаю, суть они должны были понять. Но, посмотрев на выражение лица принцессы, я понял, что шутка была не удачной. И совсем не к месту.