Автор рисунка: MurDareik

ПНЭ

Читая нижеследующий текст вы отказываетесь от всех претензий. И лучше отключить мозг

Моё имя – Майт. Я – аликорн, и последняя надежда Эквестрии.

ВЗРЫВ!

Вертолёт, на котором меня должны были доставить в Кантерлот, сбила первая магическая ракета. Они уже здесь. Почему я покинул столицу? К несчастью, я был вынужден охранять границы от чейнджлингов, которые неожиданно вернулись, а потом сражаться один на один с новой Королевой Роя, которая практически поглотила Элементы Гармонии. Я успел в последнюю секунду, но не успел остаться на прощальный пир и открытие статуи в мою честь – потому что ощутил, что злые силы сгущаются над Кантерлотом. И оказался прав.

Площадь была чёрной от чернопоней – особой формы жизни, которая правила миром 1234 года назад. Все думали, что это легенда, и что их изгнали в недра планеты – но все ошибались. Кроме меня – я был готов к их приходу. Я знал их слабые места – они узвимы только к аликорнам – а я был аликорном.

После того как я выбрался из разрушенной вертолётом башни я решил не мешкать, и тут же спрыгнул прямо в середину чёрной массы своих врагов. В воздухе я специально сложил крылья, и разогнался посильнее с помощью магии, превысив скорость света и создав в точке приземления страшный взрыв и воронку глубиной 1826 метра, после чего телепортировался наверх, пока опешившие враги пытались понять, что происходит.

Чернопони – трусливые, бездушные твари, которые хотят лишь покорять и разрушать. Им не надо питаться, спать, любить. Они любят лишь покорять и разрушать. В бою такому искусному воину и магу, как я, они не ровня. Первым делом я поднял ближайшего из них передними ногами, напитал его своей магией сверх всякой меры, и запустил в толпу, после чего он вполне прилично рванул, разбросав их обугленные тела по округе. Кстати, чернопони не умирают сами по себе, и крови у них нет – они даже когда погибают, превращаются в пепел, и исчезают. Потом я ворвался в середину их строя, раздавая молниеносные размашистые удары направо и налево, поддерживая их магией, и время от времени бросая огненные шары. Все чернопони бросались ко мне с голыми копытами, после чего разлетались в разные стороны, иногда – по частям.

Так и продолжалось четырнадцать минут, но неожиданно мои враги притихли. Оторвав голову очередному недругу, я поднял свою и увидел, как с неба падает нечто очень большое, прямо на меня! В последнюю секунду я сделал короткий скачок-телепорт, и пятиметровый чернопонь проломил камни, подняв в воздух своих соплеменников. Я воспользовался возможностью, и запрыгнул на ближайшего, после чего принялся перемещаться по ним, сокращая дистанцию. Оказавшись над амбалом, я подпрыгнул, и обрушился на него сверху, предварительно соткав из магии клинок, с помощью которого пронзил его тело насквозь, явившись остаткам вражеской армии, когда их самый могучий воин распался на две части. Я решил не мешкать, и напитал магией себя, после чего на огромной скорости пробежал мимо врагов, оставляя за собой полный магии след, губительный для чернопони. Все, кого я задел, секунды через три подорвались изнутри, а я уже был около Королевских Башен, придя на помощь сёстрам. Они могучи, но у них нет моего боевого опыта. Я прибыл как раз вовремя, когда Селестия, прикрывающая упавшую от бессилия Луну, не сумела отклонить магическую ракету. Толпа возликовала, но испуганно замолчала, когда я приземлился перед Селестией, сделав сальто восемь раз. Запитав рог магией, я создал огромный луч ослепительного света, которым сжёг всех, кто оказался прямо передо мной, а остальные решили сбежать. Это победа!

— Впечатляет.

На обугленную землю мягко слеветировал единорог. Он был чёрный, с чёрной гривой, красными глазами, и чёрными магическими крыльями.

— Спасибо. Ты ответственен за всё это?

Единорог засмеялся:

— А ты догадливый. Меня зовут Пуревил, я призвал обратно темнопоней, надеясь покорить всех, а тех, кто не покорится – уничтожить! Для этого я нашёл древний артефакт, принеся ему в жертву единорога, земнопони, пегаса, аликорна, бизона, зебру и ламу, пролив их кровь. Теперь чернопони всегда будут перерождаться, и ты не сможешь меня остановить, так как чтобы отменить действие артефакта, который, кстати, является большими чёрными часами, который находится в Солнечной Башне, тебе нужно пролить всю эту кровь, и сделать это за десять секунд. Ты проиграл, Майт! АХАХАХАХАХАХА!

Его смех воззвал к моей горечи и гневу, и я с трудом себя сдержал, чтобы сразу не наброситься на него, но появилась другая проблема — всё орда неожиданно переродилась. Я взлетел, создав торнадо, после чего запитал его своей магией. В него засосало всю орду, после чего уничтожило их. Пуревил засмеялся, а я сал думать про артефакт. Силой мысли я призвал огромные чёрные часы к себе. Даже если я буду достаточно быстр и найду столько представителей разных рас, то хватит ли мне сил, чтобы убить семь душ? А если это ложь? Пуревил улыбался. Я создал огромный огненный шар, бросив его в соперника, но тот вяло отмахнулся, после чего вся магия растворилась в воздухе. Злодей снова рассмеялся своим злодейским хохотом:

— Также артефакт дарует мне невообразимую волшебную мощь, так что сдавайся, Майт. Я подарю тебе жизнь, и ты станешь моим правым копытом, но сначала тебе придётся убить Селестию. Луну не трогай – её я сделаю своей наложницей.

— НИКОГДА!!!

Я ринулся вперёд, но меня откинуло мощной магической волной. Я прикрылся магическим щитом, который немного смягчил удар, но Пуревил парализовал меня магией, после чего телепортировался со мной на орбиту планеты, и нанёс мне удар сокрушительной силы. Я пролетел сквозь атмосферу, загорелся, проломил землю, пробил кору планеты, достиг ядра, вылетел с другой стороны и оказался прямо около Королевских башен. Остатки своей силы я потратил, чтобы не дать ядру утечь, и запечатал дыру, но лишился всех сил, и лишь мог смотреть на то, как Пуревил, хохоча, направляется к Селестии.

— Ты могла избежать всего, Селестия. Теперь я проведу время на троне, убивая всех твоих подданных самыми изощренными видами пыток. Начну с тебя. Всё очень просто. Я подвергну твой мозг, тело и душу самой мучительной агонии, проиграв всё это мрачное будущее в твоей голове, и позволив разделить все мучения, но при этом я буду поддерживать в тебе жизнь.

Его рог засветился чёрным светом, и в сторону принцессы солнца полетела чёрная, как бесконечность космоса, сфера.

— НННННННННННННЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕТ!

Однако сфера разбилась о магический щит. Странный магический щит…

— Что? Это невозможно…

На землю приземлился огромный единорог, отдалённо напоминающий меня.

— Возможно, Пуревил. Тебе не победить. Я не допущу этого.

— Кто ты?

Аликорн улыбнулся, и ответил:

— Я – Павер.

Это имя… Не может быть!

Он повернулся ко мне, и произнёс:

— Именно, Майт, это я. Не бойся, я умею читать мысли, но делаю это только во благо. Ты – мой сын, и тебе необходимо остановить Пуревила. Я отдам тебе часть своих сил.

Тело Павера засветилось ослепительным светом, и я ощутил себя куда лучше. Пока я вставал, Павер оттолкнул Пуревила назад мощнейшим магическим толчком, отблески которого было видно из космоса невооруженным взглядом, после чего телепортировался к Чёрным Часам:

— Закончи всё, Майт. Я люблю тебя.

После этих слов Павер неожиданно проткнул себя часами. Я закричал “НННННННННННЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕТ!!!” и побежал к нему. Отец не подавал признаков жизни. Моя горечь была необычайно велика, но я понял, что отец был очень мудр, и зачем-то сделал это. Надо продолжать сражаться, даже когда ты потерял всё.

Поэтому я встал, и направился к Пуревилу. Моя сила была уже не такая, как несколько минут назад, но и от него не исходило такой мощи. Мы сошлись в поединке. Единорог был невероятным бойцом – быстрым, сильным, умным. Я пропускал удар за ударом, и в один момент пропустил особенно опасный приём.

Падая на землю, вся моя жизнь пронеслась перед глазами. Я проиграю? Нет. Мой отец погиб, я не нашёл свою любовь, все погибнут. Я просто не имею права сдаваться. Весь в своей крови, я поднялся. Пуревил рассмеялся:

— Ты не можешь победить меня, Майт! Ты слишком ослаб, и даже без артефакта – я необыкновенно могуч. Посмотри мне в глаза, и узри смерть!

В этот момент ему в лицо прилетел раскалённый добела огнешар. Я воспользовался столь неожиданной возможностью, и на втором дыхании бросился на него. Полуослеплённый единорог боролся яростно, но на этот раз победа была за мной. Магия, удары, разрушения, взрывы – но всё кончилось. Я стоял над бездыханным телом Пуревила, который теперь казался очень старым. Но кто мне помог?

Обернувшись, я увидел Павера, из рога которого валил дым. Он улыбнулся мне, и опустил голову. Я поспешил к отцу.

— Отец! Не умирай! Я никогда тебя не видел, зачем ты сделал всё это, где ты был, кто я такой, что будет с Эквестрией?

Он глухо застонал, и сплюнул кровью, после чего ответил:

— Ты так похож на свою мать. Я должен был это сделать, пойми – в моих жилах течёт кровь единорога, земнопони, пегаса, аликорна, бизона, зебры и ламы. Сам же я – древний полубог, который издавна следил за этим миром, но отдавший бессмертие из-за любви к одной смертной пони. Я боялся, что если ты поймёшь, кто твой отец – то не поймёшь всего, и что большая сила даёт огромную ответственность. Теперь – Эквестрия спасена, и всё будет хорошо. Я люблю тебя, сынок…

После чего он замолчал. Одна слеза скатилась по моей щеке, и упала на землю. Так я потерял своего отца. Но…

Всё кончено. Я поднял едва дышащую Селестию, закинул её на спину, после чего сделал то же и с Луной, и отправился на вершину башни. Еще много предстоит починить.

To be continued?