# Взгляд из тьмы

XZAS

Продолжение рассказа "Записки орка-лазутчика".

Вопреки ожиданиям принцесс и хранительниц Элементов Гармонии, Трат все же выжил во время своего побега из замка Кантерлота. И не просто выжил,а попал обратно в свой мир, где и рассказал о своих похождениях глашатаю Ангмара, у которого в голове зародились свои планы насчет Эквестрии...

Первый рассказ прошел более-менее неплохо, и потому я пишу продолжение. Тут упор будет сделан не на юмор, а на серьезное описание событий. Хотя одно другому не мешает. Да и форму рассказ примет другую. Короче говоря, очередной (для меня) эксперимент.

## Пролог.

Твайлайт не спалось. За окном в ночи свистел ветер и лил, как из ведра, дождь. Время от времени сверкали молнии и гремел гром. Однако причина была не в этом. Уже год прошел с того дня, как закончился этот кошмар с Тратом – лазутчиком Тьмы из другого мира. Принцессы уничтожили его, пусть и случайно, так что волноваться вроде бы было не о чем, но…

Твайлайт, как и всех ее подруг, мучили кошмары из воспоминаний орка – те немногие, которые они успели увидеть, в которые заглянули в поисках ответов. Заглянули – и в скорости пожалели. Правда оказалась весьма тяжелой.

Ну откуда им было знать, что этот ненормальный единорог окажется «случайным гостем» из другого мира, где идет жестокая и кровопролитная война не на жизнь, а на смерть? Причем Трат оказался на стороне завоевателей.

Просто чудо, что это чудовище – иначе и не скажешь, никому особо не успело навредить. Кроме нее самой, Флаттершай, пары стражников и алмазных псов. Последние, конечно, были теми еще мерзавцами (да что там, они хотели забрать ее в рабство!), но даже они не заслуживали той участи, что их ждала при встрече с орком.

Правда, они же заодно протянули время, которого хватило, чтобы принцесса Селестия и подруги успели спасти ее. Но все равно… пусть долгое время, а особенно – в присутствии зеленого единорога, Твайлайт держалась молодцом, однако, когда она оставалась в одиночестве, страхи начинали одолевать ее.

Вид поляны, облитой кровью, мертвые, но еще теплые тела, Трат, стоящий над ней с окровавленной мордой и безумной остроклыкой улыбкой, а также занесенным для удара клинком еще долго будут преследовать ее в страшных снах. Да и не только это, ведь ей и ее подругам довелось увидеть, как происходит штурм «локальной» — как выразился тот орк, — крепости. Уже не однократно единорожка просыпалась с криком на своей постели. Вид умирающих, а так же текущей рекою крови преследовал ее уже довольно долгое время. Причем, не нее одну. Все ее друзья тоже были какими-то подавленными, а под глазами виднелись следы бессонницы.

Однако, все ведь закончилось хорошо, не правда ли? Эквестрии ничего не угрожает. Да. Временно успокоив свое сердце, Твайлайт вновь постаралась заснуть.

* * *

Этой ночью над Вечносвободным лесом разыгралась настоящая буря: ураганный ветер вырывал с корнями молодые и не очень деревья, ливень, такое ощущение, решил затопить всю землю целиком, а гроза – расколоть ее надвое.

Сверкнула очередная молния – и в эпицентре всего этого появилась фигура, смутно напоминающая пони, однако ее очертания были более угловатыми, если не сказать, что острыми.

С появлением неизвестного буря начала стихать, и вскоре сошла на относительно безопасное для окружающих состояние. Фигура, слегка пошатываясь, пошла вперед. Поначалу нетвердо, но постепенно шаг становился все более уверенным.

При ближайшем рассмотрении становилось понятно, что это единорог, довольно старый на вид и хорошо сложенный. Его тело и мордочку,

закрывала довольно необычная одежда – именно ее поначалу и можно было принять за его угловатую фигуру. На самом же деле она оказалось богато украшенным одеянием, выдержанным в багрово-черных тонах, и на животе едва видно была заметна метка – белая когтистая лапа. Одежда почти полностью покрывало тело – все, кроме копыт.

Лицо единорога закрывала маска, сидевшая на нем практически как влитая. Лишь глаза были видны по ту сторону – они были зелеными, и смотрели на мир холодно и жестоко. Пришелец медленно, но уверенно двигался в сторону Понивилля. Однако гулять в Вечносвободном лесу как по парку, а особенно ночью – гиблое дело. Особенно для пони. Тут обитали самые ужасные и опасные хищники, какие только были в Эквестрии. Вот и единорогу пришлось столкнуться с одним из обитателей этого мрачного леса.

Среди кустов раздалось еле слышное утробное рычание, а затем – легкий шелест листвы. На то место, где не так давно стоял жеребец, вылетела в прыжке мантикора. Вот только единорога, забредшего в ее охотничьи угодья, там уже не было. Он стоял чуть поодаль и с холодным интересом, без тени страха, наблюдал за зверем. Их взгляды встретились…

Игра в гляделки продолжалась недолго. Рог жеребца слабо полыхнул черным цветом, и мантикора в паническом ужасе бросилась бежать прочь, хотя пугаться тут вроде как, было нечего. Из-под маски раздался презрительный смешок и еле слышный шепот:

— Работает. Чудно.

После этого, единорог как ни в чем ни бывало продолжил свой путь в сторону городка. Лесные чудища его так более и не побеспокоили. Ни одного пони, кроме него самого, не было видно на улице – лишь отсветы молний да гром с ливнем были попутчиками жеребца. Впрочем, ночного гуляку это не сильно волновало.

Холодный и злобный взгляд вскоре сменился на вежливый и доброжелательный. Единорог был великолепным актером, с легкостью вживаясь в роль того, кем он хотел быть на данный момент. Поймать же его на лжи было практически невозможно.

Жеребец уверенно шел по пустынным улицам города, двигаясь по направлению к мэрии, где, не смотря на поздний час, еще горел свет. Наконец, он достиг своей цели. Подняв копыто, единорог громко постучал в дверь. Спустя пару минут ее отворили, и перед носом ночного гуляки предстала мэр города – ну, если так можно было назвать помятую и усталую пони в очках, которая, тем не менее, с интересом и некоторым страхом взирала на позднего гостя.

— Доброй ночи, уважаемая. Меня зовут Тарибар. Я хотел бы поселиться в вашем городе. – Раздался приятный бархатистый голос из-под шлема.

— Конечно, мы всегда рады новым жильцам! Но… — Начала было кобылка, но была тут же прервана жеребцом:

— Вот и отлично. Где я могу поселиться?

— Вы можете остановиться в старом доме семейства Круллов – сейчас дом заброшен. Однако…

— Чудесно. Не подскажете, где я мне его найти?

— Он стоит на окраине города, рядом с Вечнодиким лесом. Но с этим домом не все ладно, я бы не советовала…

— Благодарю вас, миледи. И последний вопрос: сколько стоит аренда дома?

— Десять битов в месяц. Но я все же настаиваю, что бы вы…

— Вот, возьмите. – Жеребец, вновь бесцеремонно прервав мэра, извлек из одной из своих сумок небольшой мешочек, развязал его и отсчитал десять монеток. Взгляд мэра невольно зацепился за них.

Выглядели они… очень потрепанно, так, будто прошли на своем весьма долгом пути через огонь, землю и воду. На них явно был когда-то отпечатан какой-то рисунок, но время и условия хранения этих монет сделали свое темное дело – что-либо разобрать на них было невозможно.

Наконец, оторвав взгляд от оплаты, мэр хотела продолжить расспросы ночного и немного пугающего гостя, но с удивлением обнаружила, что тот исчез. Впрочем, все равно о нем в скорости будет знать весь Понивилль, потому как скрыться тут от Пинки Пай было совершенно невозможно. Следовательно, скоро будет вечеринка!

Пусть и дом, который выбрал новый весьма странный, но все же житель, понячья молва населяла призраками, мэр была уверена, что уж кто-кто, а Пинки Пай сумеет развеять эти суеверия. Или хотя бы устроить все так, чтобы на один вечер пони не боялись подходить к особняку.

* * *

Дом с призраками! Как же смешно это звучит. За свою жизнь Фаиронир повидал немало самой разнообразной нежити, начиная ожившими и почти разложившимися частями тела и кончая изводиями – ожившими сгустками мрака, склепавшими себе какое-никакое подобие тела из воды. Да что там повидал – сам некоторых поднимал из могил. А тут… смех, да и только.

Несмотря на льющий, как из ведра, ливень, глашатай добрался до нового места жительства довольно быстро. Хотя, точнее будет сказать, благодаря ему. Но не об этом сейчас. Завтра можно будет начинать внедрение в социум, и, поэтому, сегодня следовало додумать мелкие детали своей легенды. Планы его господина относительно этого мира были предельно ясны: найти союзников, коих можно было бы использовать, подавить с их помощью сопротивление и установить тут власть Ангмара и Всевидящего Ока.

Казалось бы, неподъемная задача для одного человека, однако Фаиронир не раз видел, как рушились великие королевства из-за одного произнесенного не в том месте и не в то время слова.

Разделяй и властвуй, перессорь союзников друг с другом, а потом напади и добей оставшихся в живых и ослабленных врагов – тактика была проверенной. И, что особенно приятно, пони были невероятно наивны. А значит, обвести их вокруг пальца будет легко. Где-то запугать, где-то подкупить, где-то пообещать все в случае победы, — и вуаля! Дело сделано.

Однако впереди немало трудностей, и в частности – плохое знание этого мира. Сведений, которые собрал лазутчик, оказалось недостаточно, чтобы понять все. Прежде, чем начинать веселье, следует заполнить пробелы.

## Глава 1.

Над Ангмаром, покрывая весь край, висел непроницаемый багровый купол. Время от времени он пульсировал, и его поверхность покрывали черные всполохи, как будто кто-то или что-то врезалось в него сверху, силясь преодолеть барьер.

Фаиронир быстро шагал по длинному коридору, устланному роскошным красным ковром. По бокам мелькали гобелены, на которых были изображены великие и кровопролитные битвы, что когда-то одерживал Король-Призрак, а после, много позднее, его наместник – Мордирит.

Но у глашатая не было ни желания, не возможности наслаждаться искусством ангмарских мастеров, некогда запечатлевших эти подвиги – его ждала аудиенция с его господином.

Угрюмый горторог – особый вид тролля, что не каменел на солнце и отличался огромной скоростью и силой атаки, с подозрением осмотрел колдуна, однако все-таки кивнул и отворил дверь в тронный зал.

Внутреннее убранство было для Фаиронира привычным, но до сих пор вызывало благоговейный трепет. Весь зал был выдержан в темно-багровых тонах. Сверху свисали штандарты с изображением Железной Короны. Вдоль стен стояли доспехи, внутри которых мерцал ядовито-зеленый свет – признак того, что Мордирита охраняла не только стража у ворот, но и падшие духи, коих вселили в эту самую броню. Посреди зала возвышался величественный, достойный короля остроконечный трон. У его подножия располагалась мелкая решетка, украшенная изображением багрового ока. Вид лавы, что бултыхалась несколько ниже, заставляла весь зал играть особенными красками. Казалось бы, все те, кто тут находится, должны были бы уже жарится в собственном соку. Однако жар, идущий от нее, не достигал верха – этому мешала темная магия и особое устройство Карн Дума, переправляющее жар в кузни.

На троне восседал Мордирит – призрак, который был значительно слабее своего повелителя, но тем не менее, был невероятно опасен как в бою, так и вне его. Наместник славился мастерством иллюзий и обмана, так что он не был беззащитен и сам по себе.

— Ты все же пришел. Надеюсь, с хорошими новостями, Фаиронир?

— Да, мой господин. Эльф рассказал все, что знал. Теперь мы можем нанести удар по Гат Фортниру.

— Отлично. А что насчет этой, как ее… Эквестрии? Ты все еще хочешь отправиться туда в одиночку?

— Вы же знаете, каков будет мой ответ.

— Ты жаждешь знаний и власти? Это похвально. Что же, я разрешаю тебе отправится туда. Но учти, что в случае провала ты в лучшем случае останешься жить на уровне раба!

— Да, конечно, господин. Я не подведу вас.

— Тогда иди. Пусть тень Саурона накроет тот мир полностью…

* * *

Утро началось с громкой отвратительной музыки. В буквальном смысле – кто-то снаружи играл на барабане, лютне и еще паре каких-то неизвестных жеребцу инструментах. Укрыться под подушкой от этого безобразия не удалось, поэтому пришлось вставать.

В качестве завтрака пришлось перекусить дорожными припасами – ангмарским сухпайком, ужасным на вкус и славящимся своей жесткостью даже среди орков. Тупые слуги! Не могли, что ли, нормальной еды положить? По возвращении назад кое-кого ждет «достойная» награда за выполненную работу!

Позевывая на все лады (а что, колдуны тоже люди, им тоже надо спать) единорог поплелся вниз к прихожей. Дом, который достался ему ценой десяти золотых, с которых специально стерли (ну, попытались, по крайней мере) изображение Короля-Призрака, был довольно большим и старым. Настолько старым, что он при каждом шаге скрипел так, будто хотел вот-вот развалиться и похоронить нового жильца под своими обломками.

А еще он был покрыт толстым слоем пыли. Надо будет потом как-нибудь нанять кого-нибудь тут прибраться – за хорошую плату, разумеется. Колдуну Ангмара не пристало марать руки подобным образом. Для этого всегда существовали рабы или слуги. Впрочем, если понячья молва населяла этот дом злыми духами, наведение тут порядка могло усложниться.

Но призраками тут и не пахло, хотя… Скоро вполне могло, хе-хе. Надо только пару тел раздобыть. Впрочем, нет, пока не стоит. Контролировать нежить всегда было тяжело – ему, по крайней мере. Фаиронир специализировался на другом…

Прежде всего, стоило разобраться с историей этого мира, а так же врагами этой самой Эквестрии. Кто из них уцелел? Былую ненависть очень легко разжечь заново – история его мира знала много таких примеров.

А где стоило это искать? Правильно, в книгах. А книги, ясное дело, можно было найти в библиотеке. Так что вперед, навстречу новым знаниям!

За свою легенду глашатай уже не беспокоился – образ бывалого путешественника, повидавшего немало за свою долгую жизнь и таки решившего, что, после такой бурной молодости, пора бы остепениться и уйти на покой – был ему знаком и уже не один раз использовался Фаирониром для того, что бы ввести врага в заблуждение.

Накинув на себя свой вечный багрово-черный наряд и несколько сумок, колдун покинул свое временное пристанище. На улице уже было немало пони, сновавших туда-сюда по каким-то своим делам. Однако никто никуда не торопился, не сквернословил, все были исключительно добры и вежливы друг с другом. Фаиронир скривил губы (он мог делать это совершенно спокойно – все равно под шлемом-маской никто ничего не увидит), наблюдая за этим.

Ничего! Пусть этот жалкий народец наслаждается своей беззаботной жизнью, пока может. Скоро все изменится. Но как бы пони не были ему противны, ради дела стоит некоторое время поизображать из себя обычного единорога.

— Извините, не могли бы вы мне помочь? – Остановил первого попавшегося на улице пони глашатай. Ей оказалась единорожка c аквамариновой шёрсткой и голубой с белой прядью гривой. Она с некоторой опаской и страхом покосилась на странно одетого незнакомца в довольно устрашающей маске, однако приятный голос и вежливость сделали свое дело: кобылка улыбнулась и кивнула.

— Я недавно сюда переехал и еще не освоился в городе. – Продолжил жеребец. – Не подскажете, где мне найти библиотеку?

— О, конечно! – Пони протянула копыто и указала Фаирониру за спину. – Вон она! Видите? Такое большое дерево-дом.

Колдун кивнул, поблагодарил кобылку и побрел к зданию, про себя отметив, что библиотека здорово напоминает жилище «фиолетового мешка с мясом» — исходя из описания, данного ранее орком. Стало быть, вот какие тут дома знаний. Интересно.

Дойдя до библиотеки, Фаиронир громко постучался в дверь. За ней послышались приглушенные голоса, чьи слова колдун разобрать при всем желании не смог. Наконец, дверь отворилась, и перед собой глашатай увидел… Прямоходящую ящерицу, которая тут же вытаращилась на него и поспешила захлопнуть дверь. Однако Фаиронир не дал ей этого сделать.

«Должно быть, это и есть тот самый гоблин, что сжег тогда письмо хозяйки библиотеки – по воспоминаниям Трата. Ну что же, нужно произвести должное впечатление…»

— Добрый день, уважаемый. – Поздоровался жеребец. – Меня зовут Тарибар. Скажите, это библиотека?

В принципе, глашатай понимал, почему его боятся. Все дело в маске, которую ему выковали для того, чтобы она скрывала его изуродованное огнем лицо. Он сам пожелал, чтобы она внушала страх при одном только взгляде на нее. Нет, можно было, конечно, ее снять, но как бы еще хуже не стало…

— Д-да, это она. Вам нужна какая-то книга?

— Мне нужна история Эквестрии, желательно – новейшая. А так же пара книг для единорогов, увлекающихся магией – без разницы каких, на ваше усмотрение.

— Хорошо, сейчас поищу. Проходите, чего на пороге то стоять? – Ящер поманил колдуна во внутрь, а сам отправился искать нужную литературу. Фаиронир же с интересом осматривал окружающее его пространство. Библиотека для такого небольшого городка была довольно крупной, но, на взгляд жеребца, по сравнению с Карн Думовской была просто смехотворной.

Однако следовало бы изучить и взять на вооружение заклинания, коими пользовались тутошние маги, дабы его не застали ими врасплох. А потом не помешало бы и более углубленное изучение с той же целью… времени у Фаиронира было навалом, так что, почему бы и нет?

Увлекшись своими мыслями, жеребец не заметил, как вниз спустились две кобылки. Точнее, одна спустилась, а другая съехала на перилах. Первая была, как и он, единорогом, а другая – простой пони без лишних прибамбасов. Однако, несмотря на то, что он их никогда ранее не видел, он их узнал – по описанию, данному орком-лазутчиком.

Перед ним была Твайлайт Спаркл (которую Трат упорно именовал своим «сочным завтраком») и Пинки Пай (которую орк величал глобом).

Насчет розовой пони ангмарец был полностью согласен с лазутчиком, уже побывавшим тут – Пинки Пай вела себя как дурочка, постоянно улыбаясь, перемещалась исключительно прыжками и все время несла какую-то чушь. Казалось, заткнуть ее попросту невозможно. Ну, это если не прибегать к насилию.

Увидев, что вообще-то у фиолетовой посетитель, розовая глоб тут же обрушила на него поток слов:

— Привет-привет! Меня зовут Пинки Пай, а тебя как? – И, не дожидаясь ответа, продолжила:

— Какой странный и интересный у тебя вид! Дашь примерить маску? Ой, ты, должно быть, новенький! Новый житель! Обожаю новых пони! Я устрою супер-мега-зашибенную вечеринку! А какие торты ты любишь? А…

— Пинки, погоди, дай нашему гостю хотя бы слово сказать! – Прервала ее фиолетовая.

Фаиронир с некоторой благодарностью посмотрел на Твайлайт, после чего представился:

— Приветствую. Меня зовут Тарибар.

— Приятно познакомится, а меня зовут Твайлайт. Твайлайт Спаркл, а это – Пинки Пай. Я раньше вас здесь не видела… Вы к нам или проездом?

— Знаете… Я по своей натуре – путешественник. Сколько стран, сколько земель я повидал на своем веку – не перечесть. Нигде мне ранее не хотелось оставаться насовсем, но потом дорога привела меня сюда, и я понял: вот то место, где мне хорошо. Так что да, я теперь буду жить здесь – ваша подруга угадала.

Розовая пони, услышав подтверждение своих слов, издала радостное «Уи-и-и-и!» и мгновенно вылетела за дверь. Фаиронир недоуменно проводил ее взглядом, после чего вопросительно посмотрел на Твайлайт.

— Она всегда так себя ведет?

— Это же Пинки. – Пожала в ответ плечами та. – Дома вас будет ждать большой сюрприз… Кстати, а где вы остановились?

— В старом доме на окраине Понивилля. Пони почему то считают, что его населяют призраки! Ну что же, это будет даже интересно. А что за сюрприз?

— Если я скажу, какой же это будет сюрприз? Как придете – сами все и увидите! М-м-м… А не могли бы вы снять маску? Она немного… пугает.

— Нет, нельзя.

— А почему…

— Потому. Всему свое время, юная леди. Скоро вы все узнаете.

Кобылка хотела еще что-то спросить, но передумала и замолчала. Однако молчание затянулось ненадолго – вскоре к ним подошел ящер, волоча на себе три книги.

— Вот ваш заказ, Тарибар! – «недо-гоблин» поставил их на пол и утер лапой выступивший пот.

Колдун кивнул и телекинезом уложил книги в сумки. Благодаря наблюдениям орка, эта способность далась ему очень легко, но он все же, еще не овладел ею в совершенстве – приходилось перетаскивать по одной. Про себя он отметил, что это даже удобнее рук.

Попрощавшись с Твайлайт, ангмарец двинулся в сторону своего дома, размышляя, что же задумали эти пони, говоря о сюрпризе?

## Глава 2.

ИМХО, вторая часть получается значительно хуже первой. Мне по крайней мере так кажется. Не хватает орочьего задора...

Сюрпризов Фаиронир не любил, потому как за этим словом в его работе всегда следовало что-то неприятное. Либо засада, либо предательство, либо еще что-нибудь эдакое.

Поэтому возвращаться назад к своему жилищу глашатай не стал, свернув с ранее намеченного пути. В городке ему было неуютно – без холодящего тело меча он чувствовал себя голым и практически беззащитным. Конечно, это было не так, но было бы лучше, если бы он все же взял с собой в этот мир свое основное оружие. Но тогда ему не хотелось излишне выделяться из толпы, а меч, от которого разит тьмой – это практически то же самое, что и подойти к замку их принцесс и прокричать: «Выходи на бой честный!». Он и без того выделялся среди прочих своим чудным одеянием. Идя по улицам, он буквально чувствовал, что прохожие откровенно пялятся на него. Ему казалось, будто все здесь смотрят ему вслед, ожидая, что он совершит неверный шаг, оступиться. И вот тогда они нанесут удар.

Фаиронир помотал головой, изгоняя излишне параноидальные мысли. Нет, пони на такое не способны. Они более всего напоминали ему хоббитов из его родного мира – такие же миролюбивые, такие же наивные… Так же были уверены, что ничто извне их не коснется.

Как их при таком мировоззрении умудрились не захватить более агрессивные соседи (если они вообще были) – самая настоящая загадка, которую, как надеялся глашатай, откроет ему история этой страны.

Солнце, наливаясь, вошло в зенит, нещадно жаря жеребца, вечно ходящего в одежде, заставляя его либо раздеться, либо найти тенёк. Фаиронир выбрал второе – расставаться с символом своей власти – одеянием глашатая, он не собирался ни при каких обстоятельствах.

В конце концов, он нашел что-то вроде небольшого леса, в центре которого было небольшое озерцо. От него веяло приятной свежестью, поэтому это место было вполне подходящим для укрытия от зноя. Устроившись на скамейке под деревом, колдун, наконец, смог в полной мере удовлетворить свою жажду знаний о прошлом этого мира. По мере чтения вырисовывалась довольно интересная картина.

Давным-давно все эти тщедушные создания жили отдельно друг от друга (ну, разве что обменивались и торговали тем, что нужно другим), а так – воровали, убивали друг друга, кидали да вешали – в общем, вели нормальную цивилизованную жизнь. Пегасы, к слову, воевали значительно чаще остальных. Где и с кем, правда, книга не освещала. В ней вообще все подавалось настолько игрушечно, что глашатая время от времени пробивало на смех.

Причем тут упоминалось, что в те времена принцессы еще не правили Эквестрией. Интересно. Значит, тутошние правители либо бессмертны, либо у них принято, чтобы правили только двое. Но почему принцессы? Почему не королевы? Непонятно. Перелистнув очередную страницу, Фаиронир продолжил чтение. «День Согревающего Очага» — гласило название.

Это были «темные и ужасные» времена: пони не знали гармонии. Каждый из трех племен – пегасы, земные пони и единороги – жили исключительно для себя, что было, на взгляд Фаиронира, весьма правильно и верно. Но так уж получилось, что на них внезапно навалились духи Вендиго… Как понял глашатай из этой главы, пони массово переселились в другие земли, спасаясь от простой непогоды, хотя ранее тут же указывалось, что единороги заправляли сменой дня и ночи. Как они тогда при таком могуществе не смогли изменить погоду – вообще не понятно.

Прочтя эту главу до конца, у глашатая появилось практически непреодолимое желание поскорей начать действовать и показать этим глупцам, что их магия дружбы – ничто по сравнению с мощью Тьмы. Ей плевать, как крепки узы тех, кто идет против нее – она поглотит всех, кто будет ей сопротивляться. Поглотит – или изменит к лучшему.

Усилием воли Фаиронир сдержал себя от порыва идти творить зло и сеять смерть вокруг. Он же не орк какой-нибудь, в чьей крови полыхает огнем гнев и ненависть ко всему живому. Пока еще рано устанавливать новый порядок.

Восстановив душевное равновесие, бывший человек вернулся к чтению. Что у нас тут? Ага. Приход принцесс к власти, путем свержения прежнего хозяина. И снова тут все расписано, как в детской сказке.

Пони находились во власти раздора и хаоса, бла-бла-бла… Правил всем этим бардаком дух по имени Дискорд. Ну что же, значит, глашатай не ошибся и кое-кто все же позарился на такой лакомый кусочек земли. Судя по описанию, это существо (драконикус) – представляло из себя полную сборку разнообразных животных, опасных и не очень. И при этом обладало поистине огромной силой, которая позволяла менять окружающий мир как левая пятка захочет.

Но внезапно появившиеся принцессы при помощи элементов гармонии (могучие артефакты, судя по всему, возьмем на заметку), заточили его в камень. И после этого началась эпоха мира. Которая, к слову, продлилась не долго. Всего несколько столетий. А потом…

Одна из принцесс захотела себе полной власти. Принцесса Луна, «правительница» ночи, присутствовавшая при допросе и рытье в голове у орка-лазутчика, собиралась устроить вечную ночь, и почти преуспела в этом. Между пони разгорелась гражданская война, которая, в конце концов, завершилась, когда принцесса Селестия, воспользовавшись элементами (снова они!), отправила свою сестру на Луну прозябать в одиночестве тысячу лет. Неплохое наказание, был вынужден признать ангмарец. Все-таки этот мир не так безнадежен, как ему казалось вначале.

Дальнейшее чтение он был вынужден прекратить – на него напали. Точнее, так решило его тело. Мелькнуло что-то серое, и глашатай вперемешку с обломками скамейки и нападавшим прокатился по земле.

Спустя несколько мгновений пыль опала, и куча мала из досок и тел приобрела относительно нормальный вид. Сверху был Фаиронир. Он держал магическим захватом занесенную доску, из которой торчал гвоздь, над лежащей под ним серую пегаску, что, судя по расположению ее глаз, страдала косоглазием. Причем очень сильным.

Впрочем, желание убить пегаску ангмарец в себе тут же погасил – он итак уже видел, что это была просто случайность, а светить свою агрессию сейчас, когда он только-только прибыл, равносильно крушению первоначального плана.

Однако исходивший от нее буквально волнами страх все еще будоражил его сознание. Она что-то пропищала, но Фаиронир ее не услышал – закрыв глаза, он наслаждался ее ужасом, буквально впитывая в себя ее страх и становясь сильнее.

Но все хорошее когда-нибудь заканчивается. В данный момент ему помешал очередной пегас. Мелькнуло что-то радужное, и глашатая отшвырнуло в сторону от косоглазой. В полете жеребец успел сгруппироваться, и поэтому отделался незначительными ушибами. Как только вращение по земле прекратилось, единорог сразу же вскочил и встал в боевую стойку.

Доску с гвоздем отнесло куда-то в сторону, и у Фаиронира более не было какого-либо оружия… кроме спрятанного в «рукаве» кинжала. Но им он будет пользоваться только в крайнем случае, а пока…

Фаиронир знал, что постыдно сорвался, истосковавшись по чужим страданиям – без разницы каким, хоть духовным, хоть телесным. Но еще не поздно все исправить, и, возможно, при этом даже повернуть всю эту ситуацию себе на пользу. Если же дело дойдет до драки – что же, тогда он более не будет осторожничать.

Осмелившийся прервать его оказалась пегаской. Причем знакомой понаслышке, со слов того орка, что уже побывал тут. Это была радужногривая, некая «Дэш». Сейчас она стояла между Фаирониром и той косоглазой, чуть не пуская пар из ноздрей и следя за каждым движением единорога. Фаиронир же в ответ холодно изучал ее, ничуть не скрывая своего интереса. Ну, разве что, прикрываясь ложным дружелюбием, которое вряд ли бы кто смог разгадать.

Дэш рыкнула, роя землю передним копытом, да так сильно, что из-под него аж летели клубы пыли. На ангмарца уставились два красивых, но сейчас глядящих ненавидящим взором глаза.

— Отойди от нее!

Серая пегаска, что таки поднялась с земли, тихо произнесла:

– Думаю, это все одно большое недоразумение…

— Недоразумение? Дитзи, да ты посмотри на него! Этот ненормальный в маске чуть не покалечил тебя! И будь я проклята, если позволю ему просто так разгуливать по городу!

— Я думаю, мы все здесь неправы. – Наконец заговорил Фаиронир. – Тем не менее, я прошу у вас прощения за свою выходку. Рефлексы, знаете ли… от них очень тяжело избавиться. Но та, кого вы защищаете, врезалась в меня, оторвав от одного весьма важного дела. Возможно, у вас так принято здороваться, но все же это было… весьма неожиданно и неприятно.

Радужная даже немного поутихла, вероятно, не ожидая от незнакомца такой покорности. Встав более спокойно и даже несколько вальяжно, та холодно бросила: — Возможно, не прав ты. Но точно не Дитзи. Она не виновата, что родилась такой, и она старается исправить положение. Не стоит нападать с доской на того, кто всего лишь ошибся... — Глаза вновь отстраненно и злобно зыркнули, не позволяя единорогу расслабиться.

— Оу. Я весьма сожалею о ее недуге, но я ведь уже извинился, не так ли? От нее же я так и не услышал ни слова. Что касается своей выходки — как уже было сказано, старая жизнь играет со мной злую шутку. Так что, в некотором смысле, мы с ней схожи.

Пегаска, пораскинув мозгами и почесав крылом бок, медленно кивнула. — Думаю... да. Дитзи, извинись... и пойдем, сидром напою. За мой счет... кстати, ты чего странный такой? — она вновь посмотрела на единорога, — Маска зачем?

Единорог провел копытом по шлему.

— Я не отсюда. Недавно переехал. Что касается маски... Скажите мне, юная леди, вам когда-нибудь доводилось ощущать на себе, каково это — окунуться мордочкой в костер? Незабываемые ощущения, я гарантирую это. Обязательно попробуйте.

Дэш хмыкнула:

— Ну ладно... тогда это уважительная причина... и я слежу за тобой. — Еще раз хмыкнув и подбоченясь, та зыркнула на незнакомца в последний раз, уводя Дитзи за собой...

— Ну следи, следи... — прошипел ей в след Фаиронир и вернулся к разбору того, что осталось от внезапного крушения косоглазой. Впереди еще было пол книги, и хотелось бы все это прочитать до захода солнца.

## Интерлюдия: Встреча.

Бри… Город, пропитанный людскими пороками насквозь. Пусть горожане этого и не замечали, но тут очень скоро должны были произойти значительные изменения.

Когтистая лапа Белой Длани уже плотно опутала этот город. Бандитов, южан, а так же всего прочего сброда становилось все больше и больше, и они, злобно посмеиваясь, «туманно» обещали, что скоро тут будет установлен их порядок. Но пока что этого не происходило – им явно покамест не хватало силенок.

Здесь было одно удовольствие вести дела – стража нерасторопна и глупа, деньги и сила решали все, что не решал авторитет… и только лишние уши иногда мешали, но их всегда можно было обрезать.

Фаиронир прибыл в город поздней ночью, чуть не загнав своего коня в объятия смерти. Оставив его в городской конюшне, глашатай двинулся к месту встречи с Фалденом. Для этого надо было пройти через полгорода…

Обычному человеку в такое время лучше бы не шататься по городу, ибо местная шваль, охочая до чужих денег, еще не спала, но глашатаю было все равно. Если его кто-нибудь остановит – это будет последняя ошибка в чужой никчемной жизни. Хотя, это, конечно, может стать какой-никакой, а разминкой перед встречей с шизанутым маньяком. Мерить его шаги логикой – это все равно, что пытаться убедить жреца в том, что его вера ничто. То есть, абсолютно бессмысленно. Так что, вполне возможно, Фалден просто хочет драки.

Ход мыслей Фаиронира прервал громкий свист и гогот за его спиной. Ага, а вот и наша шваль, что жаждет отправиться в могилы.

— Эй, ты! А ну стой! Че эт ты тут шляешься? Приключений ищешь?

— Гля, парни, как он одет! Да у него явно полны карманы золотых монет!

Фаиронир остановился и повернулся назад, чтобы узреть тех глупцов, что только что подписали сами себе смертный приговор. Из подворотни, которую он только что миновал, вышли трое.

Вооружены они были не ахти как – дубинки и кинжалы, годные больше для запугивания, нежели для боя, да и с броней было так себе – точнее, ее вообще не было. Впрочем, даже будь они одеты в тяжелый доспех и вооружены мечами – их бы это не спасло.

Не спеша приближаясь к глашатаю, они отпускали недвусмысленные намеки на то, что он сейчас дико пожалеет, что забрел в квартал нищих. Его бандиты совершенно не боялись… Пока что.

Подойдя к Фаирониру, южане (судя по выговору) решили не тянуть кота за яйца и прямо сообщили, что у «богатенького» есть выбор – кошелек или жизнь. И, не дожидаясь даже ответа, один из них потянулся к его поясу.

Ангмарец усмехнулся. Бандиты… до чего же они глупы. Если жертва не бежит, а стоит на месте, это вовсе не значит, что она боится… тот, что тянулся к кошелю Фаиронира, почти коснулся своей цели. Но почти – это ведь далеко не полностью. На его вытянутых пальцах внезапно появилась рука Фаиронира, и сомкнула их железной хваткой, ломая пальцы, будто макаронины.

Южанин заорал дурным голосом, попытался отшатнуться, но глашатай держал его крепко. Однако вскоре отпустил. Мелькнула холодная сталь – и вот на дорогу падает обезглавленное тело, щедро орошая своей теплой кровью все, что было поблизости – камни мостовой, землю, двоих бывших дружков, его убийцу, стену дома…

* * *

Всего несколько мгновений назад этот человек казался бандитам легкой добычей, и вот теперь Тремер Дикарь, известный в узких кругах как один из самых отмороженных бойцов, лежал на земле без головы. А его убийца держал в руке меч, тускло мерцавший в свете луны — меч, который они не заметили ранее.

— Вам хватило дерзости и смелости преградить мне путь? – Холодно поинтересовался незнакомец.

Никогда еще бандитам не давали такого отпора. Они привыкли запугивать мягкотелых брийцев и обирать приезжих из других земель, но это…

— Что же, тогда и пощады не ждите. Ну же, подходите, глупцы, загляните в мои глаза… Это глаза вашей смерти! – Как бы подтверждая его слова, из прорезей шлема начала сочиться тьма.

Весь гонор бандитов исчез вмиг. Теперь в их глазах был лишь страх. Единственный, какой им ведом – страх за свою жалкую и никчемную жизнь. Они не то, что не подошли – они бросились прочь, стремясь как можно скорее сбежать от этого странного ночного гуляки. Но только одному из них это удалось.

Второго разбойника нашли утром – он был мертв. В его спине обнаружили глубокую колото-резанную рану, оставленную, скорее всего, метательным кинжалом. Всю кожу вокруг раны покрывала странная фиолетовая сетка, которую побоялись трогать.

* * *

Встреча состоялась в особняке некой хоббитянки, что жила ночной жизнью. Она любезно «согласилась» принять дорогих гостей у себя дома и поспешно покинула его, сославшись на то, что ее родственники в Забрендии наверняка по ней соскучились, и что она едет к ним в гости. Что же, скатертью дорога – ни к чему им сейчас лишние уши.

Жалкий народец! В свое время Саурон с ними разберется. Но пока… пока даже они могут быть полезны. Убранство комнаты не впечатляло. Слишком тухлое – двуспальная кровать, стол для работы с документами, несколько шкафов и видавший виды шерстяной ковер.

Фаиронир уселся на единственный стул во всей этой комнате – напротив стола, и, со смешком поприветствовал сидевшего на кровати Фалдена:

— Ну привет, мой дорогой "друг". – Про себя глашатай отметил, что мастеру пыток явно досталось за последние годы – быть изгнанником для всех темных сил – весьма тяжелое испытание. Броня Фалдена посерела, плащ насквозь пропитался пылью… Фаиронир бы удивился, если б его клинок еще не заржавел.

— О-о-о, ну надо же, кто пришёл. – Не остался в долгу псих. — Маску приподнять не хочешь? Давно не видел твое миловидное личико.

Любезен так же, как и всегда…

— Одышка не беспокоит, нет? Я знаю прекрасного лекаря, который, быть может, избавит тебя от этого недуга... Хотя нет, от этого ты не избавишься до конца жизни. Разве что после смерти.

— Да-а-а, жизнь, м-м-м, вроде как, и нужная штука, а вроде и интересно, что там дальше... Не хочешь рассказать мне об этом? Ведь ты сам-то как полутруп. Говори, зачем пожаловал, да гляди, что бы какая-либо гадость не брызнула на кровать из-под твоей маски, хе-хе-хе-хе.

Фалден при разговоре постоянно менялся в лице – оно то пылало яростью, то внезапно его перекашивала злобная ухмылка… Как же глашатая раздражал этот придурок! Но убивать его было нельзя. Пока что.

— Зачем отбирать у тебя интерес? Глядишь, когда я тебя убью, тебе будет веселее уходить на тот свет. Мой посланник тебе ничего не рассказал?

— О-о-о, да. Просьба — не присылай больше ко мне желторотых неопытных юнцов. Ведь в следующий раз я могу прислать тебе ихнюю голову.

— Ты итак прислал мне его голову.

— Да? А я и не заметил… ха-ха-ха!

— Пешки знают, на что они идут. Мы ведь тоже были такими же... Когда то давно.

— О, да, славное было время. Лица были целее, отдышки ни у кого не было…

Ну что же, на этом вступительную часть можно было считать закрытой. Глашатай решил перейти к делу, а то ведь эта пикировка могла продолжаться еще о-очень долго. Хоть до утра.

— Я приглашаю тебя в Карн Дум. Там тебя ждет увлекательная программа по твоей специальности.

— О-о-о, приглашение, надо же. – Речи Фалдена так и сочились сарказмом.

— Ты боишься ловушки?

— Сам, хе-хе, Эарнур приглашает, небось? – Фаиронир непроизвольно дернулся, когда этот изгнанник дерзнул назвать Мордирита его прежним именем. Заметив реакцию глашатая, Фалден насмешливо протянул: — Ох, прости, он не любит это имя, хе-хе-хе-хе. А ты чего такой серьёзный? М-м-м?

— Приглашаю тебя я. Причем не как пленника, а как равного.

Фалден аж привстал от удивления, а после – спрыгнул с кровати, медленно приближаясь к Фаирониру.

— Ох, да неужто. Ты-ы-ы, приглашаешь… но! Знаешь, меня всегда интересовало? Что у тебя там? Под маской?

Глаштай напрягся, поднимаясь со стула. В близости рядом с этим маньяком нет ничего хорошего… он будет говорить, нести какую-то чушь… а потом нанесет удар. Впрочем, начинать драку первым колдун не хотел.

— Там нет ничего интересного. Да ты и сам видел ожог после того веселья. – Однако это не остановило Фалдена. Он потянулся рукой к маске, его пальцы сомкнулись на ее основании...

Фаиронир на миг опешил, но вскоре исправился. Пользуясь своим доспехом, как оружием, он ударил своего противника по руке и нанес тому удар железным кулаком в грудь. Однако, псих оказался проворным – отскочил назад, отчего отделался лишь небольшим синяком.

— Да ты ничуть не изменился, враг мой. Все так же лезешь в бой, необдуманно, легкомысленно! – Прошипел глашатай, молниеносно извлекая из ножен свой меч и делая выпад в сторону Фалдена.

— А ты до сих пор плетёшь языком. – Огрызнулся мастер пыток, усмехаясь. Клинок прошел над головой, а сам Фалден оказался прямо перед носом своего противника. Но воспользоваться преимуществом не сумел. А возможно, и не хотел. Сейчас ему хотелось лишь одного – сорвать маску с этого напыщенного ангмарца. И нарисовать ему улыбку на лице. Кинжалом.

Фаиронир вновь ударил Фалдена кулаком в грудь. На сей раз удар прошел удачно, и глашатай почувствовал наслаждение от этой драки. Спарринг – это всегда хорошо. И особенно – с кровным врагом. Его противник вскрикнул от боли и на минуту припал к шкафу, выдавив некое подобие улыбки.

Фаиронир схватил своего недруга за горло и сжал пальцы. Фалден попытался вырваться, но железная хватка крепко сжимала его.

— Ты нужен мне живым... Пока что. – «Порадовал» мастера пыток глашатай.

Фалден вместо ответа решил воспользовался моментом и попытался ткнуть пальцем в щель для глаз маски Фаиронира. Однако тот откинул голову назад, и поэтому палец в глаз не попал. А вот наказание последовало немедленно — другой рукой глашатай ударил Фалдена по лицу, отпустив при этом его горло – иначе мог и задушить случайно. Псих взвыл и упал на колени. Странно, но на лице его играла злорадная усмешка.

— Смерть тоже выбор. – Со смешком прохрипел тот.

— Когда ты наконец начнешь думать головой...

Похоже, Фалден действительно начал думать головой. Вместо того, чтобы бодаться с бронированным противником в лобовую, он схватил его за ногу и потянул на себя. Тот рухнул на пол и запутался в подолах плаща. Затем, привстав, потянулся к кинжалу. Однако глашатай не стал его дожидаться. Прекратив барахтаться в плаще, он отпиннул ногой уже злорадствующего Фалдена назад, на шкаф позади него. После этого Фаиронир таки воспользовался моментом и таки поднялся на ноги. Чтобы очутиться в объятиях своего врага.

Фалден, схватив его одной рукой за голову, а второй за шею, медленно, почти ласково протянул:

— Хочешь я покажу тебе настоящую правду?

— Только не в таком положении, выродок! Давай его немного изменим…

Псих вновь допустил ошибку. Он оставил свободными руки Фаиронира. На запястьях Фалдена железной хваткой сомкнулись пальцы глашатая, разводя их в сторону. После чего мастер пыток получил точный удар головой по лицу.

Псих отшатнулся, держась за лицо. Впрочем, недалеко – за спиной то был шкаф.

— Маска мешает тебе, ну же, сними ее, дружок… — выдавил тот из себя.

— Так в чем же правда? — Фаиронир снова ударил кулаком Фалдена по больному месту.

— О-о-о, правда в том, что ты и я... Мы всего лишь шуты. – Расхохотался в ответ маньяк. Глашатая не покидало ощущение, что его кровный враг наслаждался болью. Или попросту не чувствовал ее… ибо сейчас всю его рожу украшала кровь. Нет, он нужен был живым. Поэтому он постарался все же успокоить Фалдена:

— Смирись, этот бой ты проиграл. Если бы я хотел, я бы убил тебя. Но моя месть будет иной...

Псих скривился, но ухмылка по-прежнему не сходила с его уст. Внезапно он прыгнул на стоящего перед ним расслабившегося глашатая и сшиб его с ног, прижав к кровати, что была у него за спиной. На сей раз Фалден усвоил урок: вместо того, чтобы удерживать горло Фаиронира, он схватил его руки, сковав его движения (как, впрочем, и свои). Взгляд маньяка сверлил маску.

— Да-да-да, дружочек, как я уже сказал, мы лишь шуты. Прокажённые. Куски мяса. Называй это как хочешь. Смысл в том, что ты им сейчас нужен, всем им.

Снова эти пространные рассуждения. Похоже, он так и не избавился от своей привычки нести чушь. Глашатай, прижатый к кровати, прохрипел:

— Опять ты за свое. Ты еще больший болтун, чем я во время выполнения своей работы.

Но это было еще не все. Фалден, видимо, уже вошел во вкус…

— Начиная трусами из Трув Дувара, и заканчивая пресловутым каргулом, упс, Эарнуром, хе-хе-хе-хе. А все сводится к тому, что когда придет момент, твоя голова будет висеть над воротами крепости насаженная на пику. Ха-ха-ха-ха. Знаешь, дружочек… у тебя не было такого, хм, ощущения страха? Зная, насколько ты одинокий. Возможно, это связанно со временем... Местом... Или же тебе удается это всё совмещать...

— Нет. И никогда не будет. Все слуги Ангмара лишены страха! Мы сами несем его!

— Знаешь, я много зарезал ваших. Ножом, именно. Все они были на подбор, как слуги Ангмара. Хочешь узнать, кто просил пощады, а кто корчился и кричал?'

— Боли лишены только умертвия и духи. Боли — а не страха.

— Сейчас мы снимем твою настоящую маску, Фаиронир из Ангмара, а не этот кусок металла, которым ты прикрываешь свое изуродованное личико.

Фалден молниеносным движением сорвал с собеседника маску. Фаиронир зашипел от боли. Комнату тотчас заполнил смрад гниющей плоти. На Фалдена же с ненавистью взирало уродливое лицо, застывшее, как вторая маска.

— А меня еще называли уродом, хе-хе. – Улыбнулся до ушей псих. Его взору открылась обугленная морда глашатая. Намёка на рот не было, ни губ, ни скул, лишь только зубы, почерневшие от огня зубы.

Фаиронир плюнул в лицо Фалдена. И вместе с этим попытался ударить его рукой, но не вышло. Псих перехватил руку ангмарца и вывернул ее.

— Крошка, тебе ли в руках держать клинок? Хе-хе-хе-хе. – Фалден вытер плевок. На его лице расцвела улыбка злорадства и радости. – Ты не усвоил одну истину. А ведь знаешь в подобных делах куда больше моего. '"Все горит дружок, все горит".

Фалден поднес к лицу своего бывшего друга кинжал. Что он задумал – можно было понять без проблем. Фаиронир задергался, пытаясь освободиться, пока его враг отвлекся на пустую болтовню.

— Дружочек, не будь таким серьёзным. Кроме меня, твоей смазливой мордашки никто не увидит, хе-хе-хе-хе.

— В другой раз... – прохрипел Фаиронир, и, напрягшись, сбросил с себя Фалдена. Тот отлетел к сундукам, продолжая злорадно улыбаться – еще бы, ведь в его руках оставалась маска глашатая.

— Ножки-то надо было припалить, ха-ха-ха.

Фаиронир резко вскочил и бросился на врага, стремясь отнять свое. Вот только противник оказался проворнее, будучи не скованным доспехами, пусть и легкими. Фалден схватил глашатая за горло, прежде чем тот успел нанести удар и прижал к стене. На этом их драка друг с другом и закончилась, ибо их так некстати прервали возгласом «Ой!».

Фаиронир улыбнулся. Со стороны это выглядело жутко.

— Твоя смазливая мордашка... – между тем продолжал на автомате делиться своими планами насчет колдуна Фалден, но, увидев, что его речь более никого не интересует, а его противник что-то внимательно рассматривает за его спиной, повернулся.

В дверях стояла молодая девушка, явно не ожидающая здесь вообще кого-либо увидеть. Уж урода с обугленным лицом и какого-то психа с кинжалом в руке, который непонятно почему улыбался – точно. На рассматривание друг друга ушло несколько долгих секунд. Наконец, затянувшаяся пауза закончилась – Фалден отпустил Фаиронира и бросил ему его маску в руки, охарактеризовав свое действие как:

— Ну же, дружок, не будем пугать даму твоим смазливым личиком.

Глашатай поспешно закрыл свое лицо маской. Девушка же наконец вышла из чувства полного непонимания происходящего и попыталась обратить на себя внимание:

— Эй! Кто вы? Что затеяли?

Фалден остался стоять на месте, насмешливо протянув:

— О-о-о, самую малость чего-то с чем-то.

А вот Фаиронир сорвался с места, оттолкнув прочь Фалдена и по пути извлекая меч, который затем направил на новую гостью. Девушка подняла ладони вверх, как бы показывая, что она вообще мимо проходила и все такое.

— Эй! Я... я... – начала пытаться хоть как то убедить незнакомцев в своей мирности и безобидности девушка. Наконец, в ее явно не светлой головке появилась мысль, как ей представиться. — Я страж!

— Стой на месте, дорогая... – ничуть не смутило это заявление урода в маске. Его меч по прежнему был направлен на «стража», и было видно, что он вполне способен безо всякого зазрения совести ее убить.

Впрочем, ему не пришлось применять свое оружие по прямому назначению. Фалден, до этого наблюдавший за всем этим, решил не ждать, пока его бывший друг наконец решит прибить стражницу. Спокойно подойдя к ней, он схватил девушку за голову и ударил ее об дверной косяк. Удар вышел настолько сильным, что та сразу же потеряла сознание, осев на пол.

— Как некультурно… — пробормотал он, наклонившись над упавшей и извлекая из складок одежды кинжал. А так же игнорируя глашатая за своей спиной, что перевел клинок на него.

— Ты этой штуковиной в меня не тыкай, красавчик. – Холодно бросил он Фаирониру, после чего сунул лезвие кинжала девушке в рот. Еще минута и кровь брызнула на пол.

Довольно захохотав, Фалден поднялся на ноги и повернулся к глашатаю, поделившись предметом своей бурной радости: — Как же я давно этого не делал.

— Ничего так не поднимает настроение, как хороший спарринг... — к колдуну вновь вернулась его холодное безразличие. – Но, поскольку ты отказываешься от редкого случая запытать эльфа до смерти, мне придется тебя немного разрисовать...

— Ох, да брось, не будь серьёзным. Эльф... Эльф... Зачем он мне? Я могу повеселить тебя.

Фаиронир схватил Фалдена за горло и приставил клинок к его шее. Какое искушение… не убить, нет. Нарисовать ему его же любимым приемом от уха до уха улыбку мечом. Однако и на сей раз их прервали. Все тем же «Эй!». Только на сей раз это был уже молодой парень, у которого явно кровь играла – показать себя героем, ну, или что-то типа того.

— Тварь! – Продолжал тратить время на пустые разглагольствования новоприбывший. — А ну пошли вон, сукины дети, или я вам всем меч в тазобедренную часть воткну!

— Аргх... Да сколько же вас! – Недовольно пробормотал Фаиронир. Да-а, с лишними ушами тут явно многовато стало. Краем глаза он заметил, как девушку, что изукрасил Фалден, уже кто-то утащил.

Кстати о птичках. Фалден воспользовался моментом и отпрыгнул от Фаиронира в сторону, не давая последнему шанса оставить ему увечья. При этом наконец сказал хоть что-то стоящее:

— А он разговорчив, хе-хе, почему бы нам не сунуть лезвие клинка ему в рот?

— Паря, не мешай дядям вести взрослый разговор. А то ведь завтра можешь прочухаться в водопаде без кожи. – Поделился с очередным «героем» Фаиронир своими планами на его счет. Правда, того этого не смутило – либо был слишком пьян, либо слишком уверен в своих силах, продолжая нести чушь:

— Я твой клинок обрублю! — Подобное заявление, конечно, не осталось без безумного смеха со стороны Фалдена. Да и Фаиронир позволил себе издать смешок. После чего перевел клинок на наглеца, который продолжал свой бред:

— Скорее ты не очухаешься вообще!

Не так, совсем не так надо общаться с незнакомыми тебе людьми, один из которых прислонил к твоему горлу меч, а другой явно безумен и вооружен. Еще не ясно, кто из них опаснее. Наконец, Фаиронир не выдержал и ударил его обухом меча по зубам, повалив на пол. Пока парень, держась за свой рот, искал внизу свои зубы, глашатай пинком по морде отправил его в глубокий сон забытья. Жаль только, не вечного.

За спиной раздались хлопки. Повернувшись, глашатай увидел своего «друга», хлопающего в ладони.

— Что же дружочек, Фаиронир мой, хе-хе. Я соглашусь на твое предложение, пока сюда не сбежался весь городишко. А теперь уходим. Посмотрим, что таит Завеса, ха-ха-ха-ха.

## Глава 3.

Глава вышла несколько сумбурной... Но с кем не бывает?

В оставшейся половине книги ничего особо интересного не было – так, жизнеописание великих пони, которые совершили что-то значимое. Фаиронир зевнул. Такая скука…

Однако вся его сонливость улетучилась, когда он дошел до предпоследней главы. В ней описывались недавние события. «Возвращение Дискорда» — гласила она. По мере прочтения глашатай узнал, что по неведомым причинам заклятье, что удерживало духа хаоса и раздора спало, и тот начал перекраивать Эквестрию на свой лад. И ему это даже почти удалось, когда новые хранительницы Элементов Гармонии таки его победили – вместе, восстановив свою дружбу, которую Дискорд разрушил. Было во всем этом кое-что странное… Фаиронир сперва не поверил прочитанному – но нет, серьезно – никаких убийств, никакого разрушения дух хаоса не вершил, и это при том, что те, кто заточил его в камень, были живы на момент его возвращения…

Тогда понятно, почему он проиграл. Достаточно же было просто убить, а не рассоривать друг с другом своих врагов и хранительниц, и он бы победил. Но нет… поди еще под конец зачитал им весь свой ужасный план по превращению Эквестрии в мировую столицу хаоса. Глашатай усмехнулся. Да-а, он и сам не раз ловил себя на этой пагубной (в буквальном смысле) привычке. Стоит только убедить самого себя, что все схвачено и враг никуда не денется, ибо некуда, а его товарищи застряли в какой-нибудь хитрой или не очень ловушке, сразу тянет выговориться. И потом, спустя всего то каких-то пару минут, прибегает помощь, даже если ты находишься в хорошо охраняемой крепости… Ох уж эти свободовцы. Потом пускается в ход либо меткое слово, либо не менее меткое темное искусство и помощники, коих никогда не жалко… и вот твой враг вновь повержен, и можно окончательно в красках ему до рассказать, как он умрет и что потом станет с его телом и душой.

Следующей (и последней) главой было вторжение чейнджлингов под предводительством их королевы — Кризалис. По картинке, находящейся тут же, можно было сформировать какое-никакое, а представление об этих созданиях. Больше всего это походило на ужасную карикатуру на обычных пони: фасеточные глаза, дырявые копыта, рога и крылья. А еще эти создания могли принимать облик любого пони, кроме, разве что, рогато-крылатых, или, как принято их тут называть – аликорнов. По крайней мере, они этого не показывали – ну, кроме их королевы, которая по определению была могущественнее их. На таких лошадках даже назгулам было бы не зазорно прокатиться. Кстати, неплохая мысль. Может, отправить после победы такое существо (а то и несколько) на родину? Даже если ничего не выйдет, просторы для опытов будут безграничны….

Попытка вторжения и захвата ни много, ни мало – столицы, не увенчалось успехом, хотя Фаиронир нечто подобное подозревал, ведь иначе тут бы значилось совершенно иное… Дата издания книги – месяц назад, а произошедшее – дела недавно минувших дней – всего то один год. Если бы победа досталась противоположной стороне, то было бы что-нибудь вроде освободительного похода истинных пони против тиранов-узурпаторов, который, конечно же, закончился успехом и угнетаемые, наконец, обрели свободу….

Историю пишут победители.

На этом книга закончилась, но глашатай таки кое-что узнал об этом жалком мирке. Какое счастье, что тут все же были естественные враги у такого миролюбивого народа! И никаких союзников. Это серьезно облегчает дело. Осталось, правда, выбрать кого именно склонять на свою сторону. Можно было бы, конечно, соблазнить обоих сразу, но…

Но врать придется (ограниченными дозами, ведь достаточно рассказать часть правды, а дальше – твой потенциальный помощник начнет врать себе сам, достраивая детали) фактически одному богу или могущественной королеве. Кого выбрать? Выбор очевиден.

Дискорд или Кризалис? Нет, точно не дух хаоса и раздора. Во-первых – он сейчас заключен в камень, и как его оттуда вытащить – неизвестно. Во-вторых, судя по описанию, это существо обладало огромной силой… и было абсолютно безумным. Таким манипулировать, а уж тем более контролировать его – практически невозможно. Ну и в-третьих, Дискорд, как-никак, бог. Ну или жалкое подобие на него. Но это не мешает этой твари «плющить» мозги врагов и при этом быть непредсказуемым. Его невозможно увлечь идеей, жаждой власти, наживы и мести. Он вполне в состоянии изменить свое мнение за пару секунд и вонзить нож (а то и что по хуже) в спину. И наказать его за это будет невозможно.

Значит, остается королева чейнджлингов. Поскольку пони не так давно провалили ее попытку захвата столицы, она наверняка будет жаждать мести. Которую Ангмар с радостью ей предоставит… Возможно, Кризалис даже можно будет открыться, чтобы показать, что перед ней не простой единорог. Но только в крайнем случае. Лучше придерживаться легенды, при этом прикрепив все ненавистью к нынешней верхушке власти. Стоит подыскать еще несколько материалов по быту пони, в чем Фаирониру вполне может помочь библиотека.

Но вот только где найти королеву чейнджлингов? В книге об этом нигде не упоминалось, а на картах, что раздобыл тот орк-лазутчик, не была указана их страна. Должно быть, они очень скрытны, навроде следопытов, что вечно скрываются по отстойникам и прочей ереси... ну-с, придется полазить по пещерам и горам – не впервой. Правда, поиски могут занять очень много времени, но уж в чем в чем, а в этом колдун Ангмара не ограничен.

Захлопнув книгу и забросив ее себе в сумку, глашатай отправился в сторону своего дома. Медленно, наслаждаясь заходящим солнцем. Да, Фаиронир был сторонником сил «зла», как считали его противники, но, вопреки всему, он не оставался ярым противником света и умел получать удовольствие от пейзажей и всего прочего. Хотя ночь… ночь была просто лучше.

Улицы были пустынны: не смотря на то, что был ранний вечер, ни один пони не гулял снаружи. Город как будто вымер. Причиной этому, на самом деле, могло быть что угодно, вроде, например, комендантского часа или еще чего-нибудь в таком же духе – чего приезжий, конечно же, не знал. Впрочем, разбираться в странном поведении будущих рабов Фаиронир не стал, решив отложить это дело на потом.

Однако, подойдя к своему новому жилищу, он ощутил, что что-то здесь не так. Снаружи дом глашатая был мрачным – ни намека на светлые тона. Так и должно быть. Так что же его останавливало? Прислушавшись, колдун понял, что же. Внутри его уже ждали. Мертвая тишина внутри сменилась еле слышными перешептываниями и скрипом половиц. Похоже, кто-то пробрался в его дом, пока он отсутствовал. Что они искали? И что смогли узнать? Вроде бы, он ничего такого, что могло бы натолкнуть на ненужные ему сейчас мысли у местного населения, не оставлял внутри, но все же…

Есть один способ это узнать, не привлекая к себе излишнего внимания и не врываясь в дом… Фаиронир прикрыл глаза, нашептывая себе под нос монотонные, зловещие и чужие для этого мира слова – темное наречие. Колдун не любил это заклинание – слишком уж сильно оно изменяло зрение. К тому же еще и причиняло боль, но ради проверки своих подозрений можно было потерпеть эти неудобства. Глаза у жеребца потемнели, сделавшись почти что угольно-черными, и от них в разные стороны пошли трещины – побочный эффект «сумеречного зрения», позволяющего видеть то, что скрыто. Ну а так же смотреть сквозь стены и тому подобное.

Конечно, такой видок мог много кого напугать до потери пульса, но оно того стоило. К тому же под маской в сумерки разглядеть чего-либо было совершенно невозможно – если ты, разумеется, не ночное существо, или не призрак.

Мир вокруг преобразился до неузнаваемости. Исчезли все краски, тени удлинились. Все, что находилось более, чем в двадцати метрах от жеребца, утонуло в призрачном тумане. За все надо платить. Сейчас, за возможность посмотреть сквозь стены, он расплатился дальностью обзора и стал видеть почти так же, как падшие духи. Но это Фаиронира не волновало, благо заклинание можно было легко рассеять – пара слов на темном наречии, немного боли и все.

За деревянными стенами его дома собрался, наверное, почти весь городок. Возможно для того, чтобы устроить глашатаю обещанный Розовой «сюрприз». Вот только такие встречи не устраивают каждому незнакомцу, решившему пожить в каком-либо городе. Нет, тут что-то другое… в голову жеребцу опять полезли мысли о засаде. Значит, эти тщедушные создания все же способны на такую подлость?

Конечно, самый простой способ узнать, что же на самом деле задумали эти пони – попросту зайти внутрь. Самый простой – и самый глупый. Фаиронир присмотрелся повнимательнее к ближайшим скакунам. Оружия у них при себе не было, но они вполне могли задавить его исключительно мясом. Или магией – единорогов тут довольно много. Нет, идти внутрь не вариант. Возможно, стоит на этот счет поговорить кое с кем другим…

* * *

Вечеринку-сюрприз Пинки Пай подготовила со свойственным ей размахом. Мэр оказалась права – несмотря на дурную репутацию этого дома, розовая пони сумела без труда уговорить жителей Поннивиля прийти на этот праздник. Жутковатое поначалу на вид жилище, будучи украшенное Пинки Пай посредством подкопытных и не очень материалов, внезапно стало довольно хорошо смотреться. Правда, от каждого неудачного движения половицы нещадно скрипели, но ради дела можно было и потерпеть.

Вот только виновник торжества на вечеринку так и не пришел. Ни днем, ни даже к ночи. Собравшиеся пони начали волноваться – не случилось ли с Тарибаром чего плохого? Пинки Пай так вообще не находила себе места. В конце концов, ее подруги решили сами во всем разобраться и найти пропавшего нового жителя.

* * *

— Ну не мог же он просто исчезнуть… — бормотала себе под нос Твайлайт, открывая дверь в свой дом. Увиденное разозлило ее до глубины души. Единорог, которого они так долго искали, носясь по всему Поннивилю и его окраинам, по мокрой от росы траве и сухим острым камням, все это время был здесь. В библиотеке.

Бросив на библиотекаршу спокойный взгляд из-под своей жутковатой маски, Тарибар вернулся к чтению – так, как будто ничего и не случилось. Позади него образовалась аккуратная свалка из книг.

— Приветствую. – Невозмутимо поздоровался он, не отрываясь от своего занятия. – Долго же вас не было.

— Нет, ну это нормально? Мы тут с копыт сбились в поисках, а виновник торжества здесь все это время сидел! – Рейнбоу, как всегда, была в своем репертуаре. Влетев в дерево-дом, она тут же оказалась перед носом у Фаиронира, буквально сверля его взглядом.

— Ты ничего не хочешь нам сказать? – Вкрадчиво поинтересовалась спортсменка, подразумевая извинения по этому поводу.

Но того ответа, которого она ожидала, Рейнбоу так и не дождалась. Жеребец вообще был на удивление спокоен, и, со вздохом отодвинув от себя книгу, устремил холодный взгляд на собравшихся.

— У меня к вам тот же самый вопрос. И не один. Зачем вы меня искали?

Твайлайт задумчиво пере листнула одну из более чем двух тысяч страниц очередной энциклопедии, выхваченной из-под носа у Тарибара. «Бестиарий Эквестрии» — гласило название книги.

— Для начала, тебе надо хотя бы извиниться перед Пинки. Она так старалась ради тебя, а ты даже не пришел.

— А, то есть, мне надо извиниться за то, что Пинки Пай проникла без спросу в мой дом? И весь город за собой туда приволокла? Знаете, к такому я еще не привык. Разве я вам такое разрешал?

— Н-но она же ст-таралась ради тебя... да и т-ты в дом Твай проник. — Робко подала голос розовогривая пегасочка.

— Это библиотека. Дом знаний должен быть открыт для всех, не так ли? — Холодно ответил жеребец. — Даже если она и старалась, предупредить то надо было. Может, я и ищу спокойной жизни, но это не значит, что былое не напомнит о себе. Возможно, вы и не знаете, но за пределами Эквестрии мир весьма и весьма опасен.

— Это библиотека — личный дом Твай. Прием с девяти утра до пяти вечера. Уже три часа ночи. И не стоит нам угрожать... — прошипела Рейнбоу.

— Где ты видишь угрозу? Я просто вас информирую. Что же касается вашей подруги... Помнится, она говорила, что собралась устроить мне сюрприз. А я говорил, что ненавижу их? Из-за одного такого я потерял свое лицо... Вынужден вечно таскать эту железку! — Копыто единорога глухо щелкнуло по металлу маски. — Хотите увидеть, до чего порой доводят сюрпризы?

— А хочешь увидеть, что бывает, когда ты грубишь? — Рейнбоу понемногу выходила из себя. — Пинки плохих сюрпризов не делает! И не уходи от темы, ты тоже влез в чужой дом! Но Пинки сделала это с разрешения Мэра!

— Оу, вот как. Ты мне угрожаешь? Знаешь, если ты первая нападешь, будет даже лучше. Самозащита, все дела. А мэр... Мэр не умеет отстаивать свое. При заселении я уже это проверил.

— Да, зато мы умеем! И, как элементы гармонии, сделаем тебя как Тузик грелку! А можно и принцессе написать...

— Ты забываешься, Рейнбоу Дэш. Элементы Гармонии предназначены для защиты Эквестрии, а не для вашего личного пользования... Можете написать принцессам, я не против. В конце концов, порадуете старика тем, что его упомянут в письме самой принцессе Селестии...

— Этот старик только в первый миг порадуется. И мы — элементы, значит, мы можем... — договорить заносчивой спортсменке не дало ярко-оранжевое копыто. – Потише, сахарок. В последнем он прав... но вломить тебе мы сможем и без элементов, особенно Твай.

— Думайте что хотите. — Ответил Фаиронир. Эти поняшки прямо таки просили о том, чтобы отправиться на тот свет. Но вот досада — ему нельзя было сейчас открываться. — Я просто хочу, чтобы меня оставили в покое. Но, похоже, этот городок попросту не знает, что это такое. Я ошибался, думая, что здесь можно спокойно дожить свой век.

— Можно. Просто извинись перед Пинки и иди домой.

— Где меня, напомню, все еще ждет весь город для того, чтобы устроить нечто вроде сюрприза. Старику вроде меня это будет... Очень полезно. Нет. Решено. Завтра я покину ваш город. Я никогда раньше не бывал в каменистых пустошах... Думаю, пора уладить это недоразумение.

— Ну-у... это дело каждого. Если не нравится — иди. — Кивнула Твай, расставляя книги по полкам. — Почему бы и нет?

— Хм, один мой «знакомый» был прав на ваш счет. Значит, на том и порешим. — Сказал жеребец, вставая. Голова гудела от переизбытка знаний, что он почерпнул в книгах. Причем некоторые знания были весьма полезны в обоих смыслах. Новая магия, отличная от темной… нейтральная, так сказать, и примерное местонахождение Улья чейнджлингов. Извлекши откуда-то из складок своего одеяния крупную золотую монету, он положил ее на стол. — Книги, что я брал утром, уже здесь, их я тебе оставляю... Спаркл. Вот оплата за пользование. Удачи вам... — бросил напоследок единорог и вышел под свежий ночной воздух. Завтра можно будет отправляться искать чейнджлингов. Ангмар будет править этим миром. Но завоюют его для него другие.

## Глава 4.

В свой дом Фаирониру все же пришлось наведаться, дабы забрать оттуда кое-какие вещи. Выждав для надежности еще пару часов, он вернулся. Внутри уже никого и ничего не было – даже грязи, хотя колдун видел, что напоследок пони все же повеселились, после чего убрались прочь вместе со всем мусором. Ну, почти со всем. Только плакат «Добро пожаловать в Понивилль, Тарибар!» остался одиноко висеть в прихожей…

Согласно карте, что Фаиронир изъял в свое время у орка, уже побывавшего тут, до каменистых пустошей пешком было пять дней пути, и это если идти четверо суток по некой «железной дороге», где затем нужно будет свернуть на запад, немного не доходя до столицы.

«Железная дорога» оказалась сделана в стиле Сарумана, который тоже, излишне увлекаясь механизмами и прогрессом, разрабатывал нечто очень смутно, но все же похожее на понячий паровоз. На котором колдун ехать так и не рискнул, честно преодолев все расстояние на своих четверых. Пусть и не так быстро, как на том железном монстре, но зато безопасно и надежно. И сейчас, впереди, он видел цель своего путешествия – каменистые пустоши. Правда, хоть и казалось, что до них копытом подать – это все же не правда.

Скука… Вот тот враг, с которым тяжело, практически невозможно бороться. Особенно если ты один. Хотя, конечно, можно ее развеять – воспоминаниями, тренировками, песней – а то и всем подряд. Четверо суток пути вдоль железной дороги, по которой раз в час проносятся грохочущие и испускающие тонну дыма паровозы, из которых выглядывают удивленные мордочки пони – это глашатаю пришлось испытать за время своего путешествия. В пути, чтобы избавиться от скуки, приходилось заниматься изучением магии единорогов по книге, стянутой из библиотеки (не пропадать же добру?) и напевая песни его родины.

Что такое власть, знает только мудрый,

Только тот, кто видел жизнь.

Тот, кто эту жизнь каждую минуту

Приучал себе служить.

Часто стоит покориться,

Чтобы покорялись и тебе.

Важно лишь не ошибиться

Ни во властелине, ни в рабе.

Что такое ложь, что такое правда?

Что такое друг и враг?

Преданность вчера, это глупость завтра,

Зло родится из добра.

Глупо верить в идеалы,

Мир изменчив – спутаны пути.

Поступившись чем-то малым, можно многое приобрести.

Как сила велика и крепка рука владыки…

Как участь высока, быть его слугой, пока…

Покорен восток, покориться запад,

Мир погрузиться во тьму…

Но владыку тьмы страх пронзит внезапно –

Все подвластно не ему.

А тому, кто был слугою

Самым верным, самым дорогим.

Ляжет мир передо мною, осененный именем моим.

Как сила велика и крепка рука владыки…

Как участь высока, быть его слугой, пока…

Да-а, как я долго ждал сладкого плода служенья.

Да-ар щедрого плода униженья и труда.

Я гордостью объят, эта власть – моя награда.

Я право и судья, истинный владыка я.

Я… я… Я!

(с) Сауроныч. Седрик – верный слуга.

Каменистые пустоши встретили Фаиронира ледяным, пронизывающим ветром, а так же огромными нагромождениями камня и тучами песка. Почти как дома! И, помимо этого, едва войдя в этот негостеприимный край, появилось ощущение, что за ним кто-то наблюдает. При этом сам глашатай никого не видел и не чувствовал, а ведь ощущать эмоции других, в основном, конечно, негативные – вроде ненависти, ярости и страха – это то, чему учат колдунов в первую очередь… К особо сложным заклинаниям Тьмы Фаиронир, правда, не прибегал – нечего зря взывать к темным силам. Могут ведь решить, что ты их не достоин, и не прийти на зов.

На памяти колдуна такого еще ни разу не было, но в древних, покрытых пылью и кровью книгах упоминались такие случаи. Лучше бы все же не попадаться на чужих ошибках, а учиться на них.

— Помогите! – Донес чей-то крик ветер. Или ему показалось? – На помощь! – Повторил тот же голос, подтверждая подозрения. Видимо, кому то внезапно потребовалась помощь в этом забытом светом краю. Как неожиданно!

Фаиронир ухмыльнулся. Похоже, ему начинает везти. Искать долго не пришлось: хоть пустошь и изменяла звуки по своему, но эти вопли, похоже, не сумела. Впереди показалась резко поворачивающая налево тропка, и обрыв рядом с ней – стоит только пройти чуть вперед, и отправишься в полет. Правда, нужно быть конченным дураком, чтобы там навернуться. Хотя, с другой стороны, кто же еще сунется в эти негостеприимные земли? Из пони, по крайней мере. А вот местные жители и пришельцы из других миров, вроде него самого – вполне.

Висевшая над пропастью кобылка – земная пони с серой гривой и синей шерстью – при желании вполне могла выбраться сама. По крайней мере, Фаиронир смог бы на ее месте. Она была такой красивой, такой беззащитной, такой…

Так, стоп. Когда это глашатай Ангмара, человек, чье сердце не ведает ничего, кроме жажды власти и знаний, успел превратиться в романтика и заглядываться на кобыл, чье призвание – быть транспортом? Колдун припомнил кое-какие особенности тех, кого он разыскивал. Ага, воздействие на эмоции… Ну, этим можно кое-что объяснить.

Болтающаяся на скале между тем заметила Фаиронира (или сделала такой вид) и продолжила надрываться, умоляя о помощи и обещая за это достойную награду, мол, сделает все, что спасителю будет угодно.

Вытряхнув из головы лишние мысли, жеребец подошел почти в упор к земной пони и молча посмотрел на нее. Тьма! Это существо точно не пони. Так разить тенью может только от истинно злого создания. Помимо всего прочего от кобылы исходила уверенность в своих силах и ни капли страха. Правда, все это она старательно маскировала, но вот обмануть того, кто сам в этом деле собаку съел у нее не вышло.

— Спасибо, господин… — начала была благодарить та, но ее «спаситель» еще не закончил: его рог засветился, а попавшая в беду медленно отлетела от обрыва чуть по дальше, где не за что было бы ухватиться, вздумай глашатай ослабить узы телекинеза. Полезная штука!

— Стойте! Стойте! Что вы делаете?! – Завизжала серогривая. Вот, уже появился страх.

— Ну что, чейнджлинг? Думаю, ты понимаешь, что твоя байка про путешественницу, попавшую в беду, здесь не прокатит. – Наконец заговорил Фаиронир. Такая редкая удача – едва вошел в этот негостеприимный край, как тут же встретил местного жителя. Который, конечно же, решил изобразить из себя невинность.

— Я не чейнджлинг! Я пони! Почему вы решили, что…

— Ну а зачем ты мне тогда нужна? Одним трупом будет больше на моем пути, какая разница? Счастливого полета! – Сказал Фаиронир и ослабил телекинетический захват. Невидимые путы, удерживающие кобылу, практически исчезли, отдавая ту во власть гравитации, которая никогда с мнениями смертных не считалась.

Спустя пару мгновений колдун вновь усилил захват, поднимая наверх свою невольную пленницу. После этой небольшой встряски она здорово изменилась, приняв таки свой истинный облик и сейчас пытаясь вырваться, махая своими стрекозиными крыльями в надежде вырваться из темного облака телекинеза. Ростом чуть больше простого пони, темное, почти черное тело, грива и хвост чуть светлее, фасеточные глаза… Прямо как с картинки учебника, разве что значительно меньше, нежели королева Кризалис, что красовалась в той книге. Эта тварь явно была не правительницей этого края. Впрочем, и такой проводник сойдет для начала.

— Ха. Что и требовалось доказать. Вопросы есть? – Ехидно поинтересовался у этого недоразумения Фаиронир.

Недоразумение оскалилось, обнажив клыки. Да-да-да, очень страшно. Это ты еще просто не жила в Карн-Думе, где все тебе так улыбаются. Даже если боятся и трясутся в твоем присутствии.

— Как ты меня раскусил? В чем я прокололась? – Наконец спросила бывшая земная пони.

— Не надо было на меня давить, чейнджлинг. А еще так глупо выбирать место нашей встречи. Ты ведь весь день за мной наблюдаешь, не так ли? – Просветил ее глашатай. Но и всех карт не раскрыл.

— Да. – Не стала спорить его пленница. – Я заметила тебя на границе. Видок у тебя был необычный, но ты был один. Ну и решила потренироваться… в своих навыках.

— Так себе получилось. Ну, к делу. Я предлагаю тебе сделку.

— Сделку? – В фасеточных глазах промелькнуло удивление пополам с надеждой. — Какую?

— Я сохраню тебе жизнь, а ты отведешь меня в ваш улей. Или как он там называется.

— Нет! Нет, тебе туда нельзя! Чужакам на нашу территорию вход закрыт! Я никогда!... Да я… а если бы и вдруг, то меня… — Фаиронир чуть-чуть усилил захват, буквально выдавливая из незадачливого чейнджлинга воздух и одновременно прерывая его поток сознания. Конечно, кто сказал, что будет легко? Видя, что его пленница начинает задыхаться, глашатай ослабил давление.

— Ты сейчас не в том положении, чтобы выбирать. Какой вид смерти тебя больше привлекает? Об скалы внизу или сжать тебя прямо в воздухе до состояния кубика?

О-о-о, вот теперь страх шел от нее волнами! За свою жизнь боятся почти все, кроме тех, в кого при создании мира не заложили инстинкта самосохранения. А этой твари – видимо, заложили.

— Нет… Ты не посмеешь! Пони не убивают!

— А кто сказал, что я обычный пони? Но, раз уж ты не хочешь принимать эти условия, я просто лишу тебя жизни, а потом подниму из мертвых. И будешь ты ходить за мной, повинуясь во всем. И расскажешь мне тоже все. Правда, при этом твое тело будет гнить и откровенно вонять, но я к этому делу уже привычен.

Если бы у пленницы была возможность отшатнуться, она бы это сделала.

— Н…некромант! Но… Их же не существует! Это просто сказка прошедших времен! Ты просто обманываешь меня, единорог! – Наконец выдавила из себя чейнджлинг. О, стало быть, люди профессии Фаиронира здесь в большом почете! И плевать, что их уже нет.

— Хочешь проверить это на себе? – Будничным голосом поинтересовался глашатай, давая понять, что выполнить свою угрозу для него не составит труда. Пора было заканчивать эту беседу. Силы Фаиронира были не бесконечны, вечно удерживать свою пленницу в воздухе он не сможет. Сейчас все решится.

— Нет. Не хочу. Ладно, ладно! Я сделаю так, как ты просишь! Отпусти меня!

— Хорошо. Но не вздумай меня обмануть, иначе… ну ты в курсе, что может случиться.

* * *

Крэрт кивнула. Она понимала, что этот странный единорог вполне в состоянии выполнить свою угрозу, даже не почесавшись. А еще было в нем что-то такое, что заставляло его бояться. Помимо того, что этот жеребец, якобы, был некромантом и позволял себе угрожать смертью, что для обычного пони попросту невозможно.

Хватка телекинеза исчезла, и Крэрт расправила свои стрекозиные крылья, чтобы не улететь вниз на встречу к скалам. Конечно, она не собиралась выполнять свое обещание – договора на крови с единорогом заключено не было, следовательно, она ничего ему не должна. Надо только уличить момент – и сбежать. К сожалению, прямо сейчас задать стрекача не выйдет – магия сильнее мускулов. Особенно на таком расстоянии. Крэрт в этом уже убедилась. Хотя…

Есть и еще один вариант. Честно отвести единорога ко входу в Улей, и там… там его просто возьмут в рабство. Единороги – отличные доноры жизненной силы, но их тяжело найти, а уж тем более отнять у Эквестрии. А тут – такая удача! И плевать, что он сам пришел, дабы найти их место жительства.

Опустившись на землю перед странным единорогом, Крэрт поманила его за собой и пошла вперед, указывая дорогу. До ночи оставалось не особо много времени, а там… Там она просто сбежит. Наверное, кобылка еще не решила.

— Как тебя зовут? – Спросил ее жеребец.

— Крэрт. – Коротко ответила чейнджлинг.

— А меня Фаиронир. Будем знакомы…

## Глава 5.

Конечно, Фаиронир своей новой знакомой не верил ни на грош. Он вообще никому не верил – его давным-давно от этого отучили. Да, Крэрт его боялась – это он чувствовал, но все же не настолько, чтобы верно служить. Тут даже колдуном быть не надо, чтобы понять – или заведет куда не следует, или убежит ночью.

Поэтому рядом с этим чейнджлингом глашатаю приходилось держать ухо в остро и спать в пол глаза. На всякий случай.

Однако ни убегать, ни заводить в какие-то дичайшие болота Крэрт его не стала. Просто вела вперед, по пути рассказывая о том, о сём, и с напускной обидой замолкала, когда Фаиронир не выдерживал этого потока бреда и заставлял ее заткнуться.

Впрочем, замолкала она ненадолго, и уже спустя очередные пять минут вновь начинала болтать с удвоенной силой. Видимо, чейнджлингу нравилось играть со смертью.

Почти день продолжалась эта пытка болтовней, когда наконец-таки они подошли достаточно близко к цели своего путешествия.

Чейнджлинги устроились не хило. Их Улей располагался в хорошо расположенной и защищенной крепости, окруженной почти со всех сторон неприступными скалами. Даже по воздуху преодолеть их, казалось, почти невозможно, что уж говорить по землю.

Пройти сюда по земле было возможно лишь по дороге, больше похожей на тропинку. Которая, конечно же, охранялась – а как же иначе?

Крэрт, поначалу присмиревшая после очередного «приструнивания» ее словесного поноса – на сей раз, силовым методом, постепенно, с каждым пройденным метром, все больше выражала свое нетерпение и ненависть по отношению к Фаирониру. Хотя продолжать улыбаться и рассказывать о том, что как хорошо живется в Улье и как он удачно расположен, она не переставала.

— Эта дорога – единственная, по которой можно добраться до нашего дома. Она очень хорошо охраняется. Дозорные Улья день и ночь следят за окрестностями. Если сюда сунется кто-нибудь, не похожий на чейнджлинга или торговый караван наших… деловых партнеров, ему крышка. Кстати тебя, мой дорогой «некромант» еще не прижали только по тому, что ты идешь рядом со мной.

— Ну-ну. Не буду с тобой спорить, моя «проводница». Однако защиту можно было организовать и получше. А! Вот и дозорные, должно быть, они все-таки решились с нами поговорить.

От блокпоста, до которого оставалось примерно метров пятьсот, отделились две быстро приближающиеся черные точки. Спустя несколько мгновений стражи перевала застыли перед Фаирониром и Крэрт, преграждая им дорогу своими телами, а так же короткими копьями, что они держали в копытах. Оба чейнджлинга, как ни странно, были на одно лицо. От той, что сопровождала колдуна, стражи отличались разве что более развитой мускулатурой и крупными размерами. А так же наличием кое-какой брони, покрашенной в черный цвет и покрывающей грудь, плечи и голову.

— Какие пони в нашей глуши! – Поздоровался один из дозорных – чейнджлинг, у которого на наплечнике выделялась зеленая полоса. – Крэрт, разве тебе не запретили являться сюда, пока ты хоть кого-нибудь не одурманишь?

Сопровождавшая Фаиронира кобылка неуверенно глянула на того, по чьей вине пришла сюда, и попыталась оправдаться:

— Но я же…

Однако стражник сразу же ее прервал, не дав договорить:

— Ты нас за дураков держишь? Твой спутник совершенно не похож на влюбленного барана. Да и ты какая-то помятая, сразу видно – голод замучил. Ну, так кого же ты к нам привела?

Крэрт открыла рот, чтобы ответить, но ее вновь перебили. На сей раз это уже был Фаиронир, который был вполне в состоянии ответить на вопрос сам.

— Я глашатай темных сил Севера, посланник Мордирита, наместника Ангмара. У моего повелителя есть… предложение к вашей королеве.

Стражи переглянулись между собой. В их эмоциях явно читалось недоумение… и недоверие. Один из них едва заметно покачал головой – так, чтобы заметил лишь его напарник. После чего дозорный, у которого на наплечнике была зеленая полоса, спросил:

— Предложение? И какое же?

— Это дело касается только Ангмара и королевы Кризалис. – Невозмутимо ответил единорог. Пауза, последовавшая после этих слов, затянулась примерно на минуту, в течение которой обе стороны (кроме Крэрт) сверлили друг друга взглядами.

— Хорошо. Иди за моим подчиненным, посланник. Крэрт, можно тебя на пару слов? – Наконец ответил «черно-зеленый наплечник», и отвел в сторону кобылку. Фаиронир же кивнул и пошел вслед за вторым стражем.

* * *

Проводив взглядом удаляющихся пони и не совсем пони, сержант Трит угрюмо посмотрел на изгнанницу и приступил к допросу. По крайней мере, так оно выглядело со стороны.

— Где ты нашла этого единорога? И зачем привела сюда?

— Я встретила его на границе. Он был один. Я.. Хотела подчинить его своей воле и заслужить себе возвращение в Улей. Но он оказался устойчив к эмпатическому воздействию. Раскусил меня почти сразу же, а потом сбросил со скалы, на которой я изображала попавшую в беду путешественницу. Не желая разбиться, я приняла свой истинный облик и попыталась скрыться, но этот… Фаиронир поймал меня телекинезом, после чего под страхом смерти заставил меня провести его к Улью.

— И ты согласилась?!

— А у меня был выбор? Жить, знаешь ли, хочется… Тем более что я чувствовала, что он действительно может меня убить. Что для этого единорога убийство – обычное дело. Но... Он ведь теперь никуда так просто отсюда не уйдет. Верно ведь, Трит?

— Верно. Но если, как ты говоришь, он не поддается эмпатическому воздействию, то и пищевого раба из него не сделаешь. Разве что только продать нашим деловым партнерам – минотаврам, например.

— А что если на нас обидится этот его «Ангмар»?

— Такой страны не существует. Мне вообще кажется, что это либо псих, либо авантюрист. Лично я склоняюсь к первому варианту.

— Но Фаиронир утверждает, что он некромант…

— Вот, еще одно доказательство того, что этот будущий раб – псих. Некроманты – это выдумка, Крэрт. А даже если бы они существовали – уж с одним мы точно справимся. Эх, ладно, не будем мы тебя наказывать... Получишь временную прописку на блокпосту, а там решим, что с тобой делать. Возможно, ты все же заслужила возможность вернуться в Улей.

* * *

Проклятые чейнджлинги! Они посмели напасть на посланника могучего Ангмара! О, с каким наслаждением Фаиронир бы посмотрел на то, как это место разносят по кирпичику, а его жителей вырезают вечно охочие до чужой крови орки...

Но, увы, он здесь один. И пусть глашатай сражался достойно и даже успел отправить троих нападавших к праотцам, а еще десятерых спать крепким сном, его все же взяли числом. Впрочем, вынужден был признать колдун, коварства, хитрости и выдержки стражам было не занимать, в отличие от той, что привела его сюда. Воспользовавшись незнанием Фаиронира об этом мире (неосознанно, но смысл от этого не менялся), ведущий убедил его надеть на рог какое-то кольцо, без которого, якобы, его бы не пустили к королеве Кризалис.

Зная, как трепетно дикие народы относятся к своим обычаям, колдун согласился. Но оказалось, что этот предмет начисто блокировал магию. Ну, или, по крайней мере, традиционную для этого мира – Фаирониру пришлось сражаться при помощи копыт, что, в отличие от телекинеза, было ужасно не удобно. Кинжал, пропитанный темной магией, застрял в теле третьего чейнджлинга, и дальше пришлось биться в копытопашную. Ну а потом его скрутили, раздели и запихнули в клетку к остальным рабам.

Кто такой раб – Фаиронир знал прекрасно, благо, у них в Карн Думе этих безвольных созданий со сломанной душой и иногда телом, всегда было в избытке. Правда, его сокамерники, забившиеся сейчас в другой конец клетки подальше от воняющего гнилым мясом алого жеребца с черной гривой и меткой в виде открытого рта пони, из которого вместо языка извивается змея (а именно так и выглядел глашатай без своей брони – ну, помимо еще отсутствующей мордочкой под маской), были не настолько похожи на своих товарищей по несчастью в мире Арды. Еще бы – их не пытали, не били просто ради того, чтобы услышать, как они кричат... Только изнуряли тяжелой работой.

Артефакт, блокирующий магию, сидел на роге весьма крепко, не позволяя выкинуть что-нибудь этакое для стражей у клетки в загоне для рабов. Впрочем, Фаиронир еще не пробовал темное искусство, которому обучился в Ангмаре…

## Интерлюдия: Воспоминания.

Мордирит придумал довольно интересное наказание. Он решил сделать из Фаиронира наставника, дабы тот обучал желторотых юнцов темной магии. Бред! В свое время глашатай учил все исключительно сам – и так поднялся! Если бы только не его провал в Карн Думе с тем эльфом…

Фалден, как и ожидалось, начал чудить в процессе допроса, и совершенно забыл, зачем его пригласили. Хорошо, что рядом был проверенный кровопускатель – Крант, которого приставили «в услужение» к психу.

Эльфа пытали чужими страданиями, используя иллюзии и других пленников, ставя их смерти эльда в вину, вперемешку с истязаниями. К счастью, выведать у того эльфа всю почти всю подноготную – а особенно, местоположение Гат Фортнира – все же удалось.

Вот только затем на Карн Дум напали следопыты, пришедшие за своим другом. Причем не в лобовую – уж что-что, а такого маневра от них никогда не дождешься. Они пробрались через тайный ход Барад-Гулларана, перебив немногочисленных дозорных и миновав безмолвных стражей. Об их проникновении узнали почти сразу, но Карн Дум – огромный город, и стража там стоит далеко не повсюду – ей необходимо время, чтобы добраться до верхних уровней.

В итоге с отрядом врага Фаиронир сошелся в рукопашной практически один – ну, разве что только ему помогал один горторог, который долго не продержался. Глашатаю тоже пришлось туго, и вскоре он был вынужден отступить, оставив тело мертвого запытанного эльфа врагу. Именно в этом и заключался его провал – он упустил врагов в логове тьмы, месте, где был невероятно силен.

* * *

В ничем не примечательную комнату грязной таверны, чьи стены видали лучшие времена, а хозяин и в жизни не видел золотых монет, зашла молодая девушка, волокущая за собой связанного человека, который извивался и брыкался как мог. Получалось у него не очень, ибо связан он был на совесть. Дернешься немного не так – и будет больно, очень больно.

Бросив свою ношу у грязной деревянной кровати, девушка тщательно закрыла за собой дверь. Раздавшийся за ее спиной голос ничем не удивил, ибо она знала, что ее наставник будет ждать ее именно тут.

— А, вот и ты. Что же, с первым своим заданием ты справилась. Приятно видеть, что навыки убийцы еще не выветрились из твоей головы.

Ритэш презрительно покосилась на Фаиронира, но ничего не сказала. Ее наставник, впрочем, не стал заострять на этом внимание. Его ученица была верна ему – настолько, насколько может быть верен тот, кому от тебя что-то нужно. И в данном случае ей были нужны его знания. И Мордирит обязал его эти знания дать.

— О, я вижу, ты принесла с собой материал. Переверни его и вытащи кляп. – Пока Ритэш выполняла эти незамысловатые действия, глашатай продолжал: — Сегодня я научу тебя, моя ученица, как заставить врага боятся одного твоего взгляда. Даже если он крупнее и сильнее тебя.

— Мать вашу, что за дела... вы не знаете, с кем связались, а тебя, шлюшка, я... – между тем начал верещать разбойник, что лишился кляпа, который сдерживал его излияния.

Пленившая его ангмарка изобразила в ответ на этот поток оскорблений взглядом невинной овечки.

Поднявшись на ноги, колдун подошел к бандиту и впечатал тому ногой по ребрам, заставив его съежится от боли.

— А этот кусок отбросов послужит нам подопытной крысой. Но довольно слов! Смотри и запоминай. — Колдун подошел к бандиту, рывком поднял его на ноги и прислонил к стене. После чего свободной рукой заставил его посмотреть себе в глаза. На разбойника начал накатывать панический ужас, заставляющий дрожать от страха. Ему казалось, будто его затягивает в омут, из которого невозможно будет выбраться. И что он умрет там, распрощавшись навеки со своей жизнью. Язык прилип к гортани, закричать при этом было невозможно... Однако вскоре его отпустило. Когда Фаиронир отошел от него в сторону, и как ни в чем ни бывало, продолжил: — А теперь ты, моя ученица.

Девушка кивнула и сняла повязку со своего лица. На щеках и шее у нее обнаружились грубые шрамы, оставленные чьими-то когтями. И Фаиронир даже знал, чьими. Найти другого кребана-соглядатая взамен старого, который погиб во время посвящения Ритэш Айринар, оказалось довольно не просто.

Более-менее отошедший от той пытки, что подверг разбойника Фаиронир, бандит вновь подал голос, причем довольно громко, явно желая привлечь других возможных обитателей этой таверны. Конечно, надежда была слабая, да и народ в этих землях далеко не любопытен, но надежда умирает последней…

— Хей, братва! Я свой! Да... ну...

— Можешь кричать сколько угодно, все равно бестолку. Это место никто никогда не посещает, так что... Мы лишь насладимся твоим отчаянием!

— Мучениями...вы про что....я за Шарку, я с вами....Стойте, а то наша братва и с тебя и с твоей шлюшки кожу снимет.... – Продолжил нести какой-то бред разбойник. Он все еще не понимал, что доживает последние часы своей жалкой жизни.

— Ну... учи... учитель. Как надо смотреть, чтобы он так боялся? – Наконец заговорила Ритэш. И пронзительно, с внезапной ненавистью посмотрела прямо в глаза громиле, которого без труда сюда приволокла, при этом мечтая о том, как когда все закончится, ее кинжалы вдоволь с ним поиграют.

Разбойник, съежившись, что-то забормотал.

— Шарку... Старик слишком много о себе думает. Его лапы докатились и до сюда. Что же, Айринар, действуй. Заставь его боятся тебя от одного лишь твоего взора. Направь на него всю свою ненависть, всю твою ярость, все твое презрение... После чего произнеси про себя: "Бурзум сроку глоб, гаакх!"

Ритэш охватило неожиданное упоение. Фаиронир раздражал ее своей болтливостью, и в этот момент она позволила себе ненавидеть его. Ненавидеть за то, что знания из него приходится выдавливать по капле. Ненавидеть за изуродованное лицо. Ненавидеть за всю ту боль, которую он ей причинил. Взгляд девушки скользнул по щеке и остановился на капле крови, стекающей из царапины. Она непроизвольно облизнулась...

— Смотреть нужно прямо в глаза! Держи на нем взгляд! Я начинаю жалеть, что взял тебя в ученицы! Если ты не способна овладеть столь простым заклинанием, то что сказать про более сложные?

Айринар оглянулась, посмотрела прямо в глаза Фаирониру. После чего ненависть и страсть заполнили ее с головой, и она прошептала:

— Бурзум сроку глоб, гаакх…

Разбойник между тем, оскалив гнилые зубы и заметив, что похитители заняты собой, начал отползать в сторону двери.

Однако Фаиронира это заклинание не проняло.

— Хе-хе-хе... Неплохая попытка. Однако на меня это не подействует! Ибо моя душа слишком черна, чтобы поддаваться на Зов Тени... А у этого гнилого мяса еще нет. Так что не испытывай мое терпение и заканчивай.

Остатков разума Ритэш хватило на то, чтобы краем уха услышать слова учителя и еще больше укрепить свою ненависть. Обернувшись к разбойнику и стараясь не расплескать ни капли своей сладостной ярости, девушка остановила разбойника взглядом. Затем подошла к нему и взяла за подбородок. Приподняв ему голову и глядя прямо в глаза этому выродку, девушка тихо повторила заклинание.

И в этот момент разбойник увидел то, что на самом деле было в глазах той, что стояла сейчас над ним. Он почувствовал всю ту яростную ненависть, которая пронзила его мозг болью, подобно ледяному пламени. Казалось, все это длилось вечность, но на самом деле прошло не больше десяти секунд. Наконец, удостоверившись, что у нее вышло, Айринар отпустила обмякшую жертву и взглянула на своего наставника, который, похлопав в ладони, произнес:

— Браво. Основы ты поняла. Я ожидал худшего, так что... молодец.

Ритэш, не удержавшись, резко обернулась обратно и слизнула струйку крови текущую по щеке разбойника... Кончиком холодного языка. После чего уже окончательно отошла от него, скрестив руки на груди и внимательно уставилась в глаза Фаирониру.

Тот ответил холодным, ничего не выражающим взглядом. — Можешь еще потренироваться на нем, после чего прикончи и нацеди мне его крови. Она нам пригодится в нашем следующем занятии.

Девушка сладко улыбнулась. На пару секунд в ее взгляд вернулось то бешенное пламя, что плясало в нем несколькими минутами ранее, затем взгляд ее стал совершенно ледяным, а выражение лица — счастливо – отрешенным. Она смотрела пленнику в глаза, как будто сквозь него.

У разбойника от такого пошли мурашки по всему телу... Девушка подошла к нему, села рядом... И сказала, почти ласково:

— Что, милый, хочешь проверить, какая я шлюшка? — Не переставая смотреть в глаза, Айринар вытащила кинжал и провела им по другой щеке пленника, оставляя длинную, глубокую и почти симметричную кровавую полосу. У измученного разбойника уже не хватало сил, чтобы закричать от боли. Он лишь молча дергался на полу, удерживаемый стальной хваткой казавшейся со стороны хрупкой девушки.

— Как же ты напоминаешь мне Фалдена... Хорошо хоть, не болтаешь без умолку. – Произнес Фаиронир, наблюдая за происходящим со скукой. — Пожалуй, я оставлю вас. Наслаждайся. Как закончишь — найдешь меня, по традиции, сама.

* * *

Когда Ритэш закончила, узнать в обезображенном теле человека можно было только с очень большой натяжкой. Почти вся комната была залита кровью, а грудь покрыта зловещими символами, вырезанными прямо на теле. И пусть бывший разбойник уже был мертв, девушка напоследок еще и перерезала трупу горло, после чего подошла к своей повязке, надела ее и вышла, не забыв закрыть за собою дверь.

Фаиронира уже давно след простыл... Можно было начать его поиски прямо сейчас — а можно было приступить позже. Его постоянные "задания" по типу "найди меня" раздражали почти так же сильно, как и его вечная болтливость.

След Фаиронира был почти физически ощутимым. Его запах… И какая-то почти осязаемая аура силы, власти и ... ее сердце сладко заныло… и тьмы.

Да. В этом человеке было что-то, ради чего стоило за ним идти. И она пошла. След привел ее в Могильники – мерзкое место, находящееся к востоку от Шира, за Вековечным лесом, к западу от Бри.

Фаиронир нашелся в самом сердце этого места. Он стоял на остатках некогда величественной башни и смотрел вдаль. Девушка шагала неслышно, но ее учитель уже знал, что она здесь. И поприветствовал ее в своей обычной манере.

— О, а вот и ты. Долго же тебя не было. Должно быть, тутошняя нежить оказалась не так проста, как казалось на первый взгляд.

Девушка еле заметно передернула плечами. И неожиданно решила ответить. Ей было хорошо. Каждая клеточка ее тела пела. Она снисходительно буркнула:

— Знал бы ты хоть что-нибудь об удовольствиях... — В ее тоне слышалась легкая мечтательность, которую ей не удалось скрыть под привычным холодом.

— О, эта радость мне, конечно же, практически неведома. Удовольствие — удел слабых. В частности, что стало бы с тобой, если бы в момент твоего увлечения этим разбойником туда ворвалась стража? Можешь не говорить мне в ответ, что перебила бы их всех. Для тебя бы там все кончилось печально, несмотря на все твои навыки. — Колдун повернулся, вперив свой взгляд в глаза ученицы. — Ибо тебя учили скрытным убийствам, а не открытому бою против многих противников.

Девушка заинтересованно посмотрела на учителя.

— Ну, научи.

— Этому я тебя учить не стану, ибо мой профиль в ином. Если бы ты хотела стать мастером боя в гуще сражения, тебе стоило бы обратиться к нашим воителям Крови.

Ангмарка прямо смотрела Фаирониру в глаза, ожидая, к чему он ведет.

— Но поскольку ты выбрала меня... Зачем заставлять себя саму идти в бой, когда можно навлечь на врага ужас и обернуть его в бегство одним своим видом? Как ты думаешь, зачем я тебя сюда привел?

Брови Ритэш вопросительно изогнулись, но ни слова не сорвалось с ее губ.

— Что, совсем мыслей нет? Стандартное "что скажешь, то и сделаю?" Знаешь, Айринар... Если ты хочешь стать выдающейся колдуньей, тебе следует все же иметь собственное мнение. Я разрешаю тебе его выражать, если уж на то пошло. Каким бы оно не было.

— Вроде такой взрослый. Серьезный темный маг. Такой могущественный. А читать в душах людей, даже своей ничтожной ученицы... так и не выучился... Причем тут — что скажешь. Тут важно — чему научишь... К чему здесь слова? Или ты решил научить меня ... ораторскому искусству?

— Оскорбления, дабы вывести оппонента из себя? Как это примитивно... Ты общаешься на одном уровне с гоблинами. Твое мнение для меня так же важно, как и мнение червяка для сапога.

Айринар стало смешно. Но подавив улыбку она ответила:

— Я всего лишь стараюсь быть достойной ученицей. Итак, учитель. И зачем же ты привел меня в то место? Чему ты хотел научить меня именно тут?

Фаиронир невозмутимо повернулся к своей ученице спиной, скрестив руки на груди. Казалось, ему не интересен дальнейший разговор, однако, выдержав небольшую паузу, он продолжил.

— Твои навыки ораторского искусства находятся на крайне низком уровне, однако привел я тебя сюда не для этого.

— А для чего же, учитель?

— Здесь мы проверим твои задатки как колдуньи.

Ритэш вспомнила знак, который она чертила на груди своего пленника и силу, которая от нее шла, и по ее телу прошла сладкая дрожь.

— Умение пугать взглядом — это еще не все, знаешь ли. Могильники — прекрасное место, ты не находишь? Тут все еще полным-полно мертвых тел, жаждущих вновь увидеть белый свет.

Девушка облизнула пересохшую верхнюю губу и произнесла слегка хрипло: — Я готова.

— Новичку к этому подготовиться невозможно. Обычно поднятием мертвых занимаются умруны. Но и колдун вполне способен совершить ритуал призыва падшего духа. К несчастью, это отнимает немало сил, как физических, так и духовных. Да и контролировать нежить очень тяжело. Мертвяки, сорвавшиеся с поводка — такие же враги, как и все те, кто ходит тут в окрестностях. От них есть особый темный знак, но ты еще не готова его изучить. Сил не хватит. Поэтому сегодня мы остановимся на призыве простого призрака. Он не может воздействовать на реальный мир, но вполне способен внушить ужас врагам.

Девушка решительно кивнула. Теперь от ее претензий к Фаирониру не осталось и следа. Она была готова впитывать знания и идти за учителем куда угодно. В ее взгляде пылала одержимость.

— Насколько великий — зависит от их устойчивости и верований. К примеру, каких-нибудь горцев этот навык повергнет в панику, и они убегут прочь без оглядки. – Продолжал между тем наставлять свою ученицу глашатай Ангмара. – Если ты сумеешь призвать призрака — из тебя еще может выйти толк. Если же нет... Все, что тебе будет доступно в качестве потолка — это окутанные благословением тени клинки! Итак, ты готова, моя ученица? Принесла ли ты кровь запытанного смертного?

Девушка вышла из, казалось бы, оцепенения, но, не отводя взгляда от учителя, залезла в поясную сумку и благоговейно протянула ему флакон с темной густой жидкостью.

Фаиронир кивнул. – Отлично. Сегодня мы призовем душу этого смертного. Если у тебя получится.

Айринар улыбнулась. Мысли о том, кого она должна была призвать, явно вызвали у Ритэш приятные воспоминания. По крайней мере, когда он кричал под ее кинжалом…

— Этот глупец проклял меня перед смертью... Так что, я думаю, призвать его будет не так уж и сложно...

— Место призыва не ограничено местонахождением тела — в отличие от того, как считают неофиты. На самом деле, достаточно лишь несколько капель крови, вытянутых насильно. Ну и, разумеется, призываемый должен быть мертв.

— О, учитель. Он мертв. Если его не учили выживать с перерезанным горлом.

Глашатай между тем склонился и начал вычерчивать на полу пыльных останков башни какие-то символы, бросив при этом: — Запоминай!

Символы были чем-то схожи с теми, что Айринар чертила на груди у своей жертвы. Так что запомнить их ей было несложно.

Выведя последний знак, который завершил небольшой круг, Фаиронир отступил назад. — Сможешь повторить?

Девушка молча кивнула и, протянув руку, взяла из рук ангмарца кусочек мела, после чего закрыла глаза, вспоминая. Огненные символы встали под ее закрытыми веками.

Знаков было всего семь — они весьма сильно напоминали Айринар руны, коим их некогда учили в Ангмаре, как будущих убийц. Каждый из знаков отвечал за определенное действие.

Открыв глаза, Ритэш уверенно кивнула и спросила:

— Где? Где повторить?

Фаиронир стер ногой начертанное и указал на пол, где раньше были знаки. — Здесь.

Айринар абсолютно уверенно, не делая ни одного лишнего движения, повторила все семь знаков в том порядке, которые ей указывал Учитель. Порой ему казалось, что рисовала она их с закрытыми глазами.

Символы один за другим ложились на холодный каменный пол. Фаиронир, наблюдавший за действиями ученицы, одобрительно кивал — пусть и не всегда. Наконец, дождавшись окончания вычерчивания рун, колдун продолжил: — неплохо для первого раза — но и не идеально.

В глазах девушки появилась улыбка. Обычная такая улыбка. В этот момент она была похожа на совершенно обычную девушку. Из ее глаз ушла одержимость и ненависть.

— Теперь окропи руны кровью умершего, дабы они наполнились его силой.

Флакончик с кровью открылся легко. Ее запах заставил Айринар дышать глубже. Она налила немного крови себе на руку и брызнула на первый знак. Потом на второй, и так пока бутылочка не опустела, а все 7 знаков не покрылись кровавой росой.

А потом девушка посмотрела на учителя. Кровь явно на нее действовала — теперь она была похожа на торжествующую хищницу.

— Замечательно. – Продолжил наставлять Ритэш Фаиронир. — Теперь же — позови духа павшего. Повторяй за мной! Бургуул гимб гуул агх кримпатул таб уа! Гуул, уа лату гос! Аш бугуд!

— Бургуул гимб гуул агх кримпатул таб уа! Гуул, уа лату гос! Аш бугуд! ... — Голос девушки, поначалу довольно волнующийся, быстро окреп, и под конец заклинание, произнесенное ею, звенело в воздухе, будто густой туман.

Слова отзвучали, однако ничего более не происходило. Айринар вопросительно взглянула на знаки. Потом на ангмарца.

Руны ярко мерцали, подтверждая, что ритуал прошел по всем правилам, однако круг был по-прежнему пуст. Фаиронир же стоял на месте и молчал, хотя девушка уже начинала чувствовать исходивший от него гнев и разочарование, которые передались и самой Айринар. Ей было необходимо знать, что ее учитель — достоин того, чтобы она за ним шла. А эта неудача...

— Духи редко приходят сразу же, однако времени уже прошло немало... Похоже, ты все-таки провалила этот тест. – Наконец заговорил ее наставник. — Это... Разочаровывает.

— Я? – Сощурила глаза Ритэш. — И что же я сделала не так?

— Ты все сделала так... ну почти. Но твоей темной сущности не хватило, чтобы призвать в этот мир призрака. Придется внести поправки в твое обучение.

Фаиронир повернулся, чтобы уйти, и даже сделал несколько шагов... Но внезапно остановился, как вскопанный. В их сторону подул сильный ветер, причем со всех сторон. Это было явным знаком того, что все-таки девушке хватило сил — пусть с грехом пополам, но все же...

Внутри круга образовался настоящий смерч — но его надежно удерживали внутри руны, ярко мерцающие алым огнем. Спустя несколько мгновений в центре появился призрак... Правда, выглядел он, как бесформенный красный огонек.

— Зачем ты призвала меня, смертная? – Раздался тихий утробный голос, который, казалось, шел отовсюду.

Айринар вопросительно поглядела на Фаиронира. Колдун кивнул, мол, отвечай... За маской его играла улыбка, но Ритэш этого не видела. Она перевела взгляд на огонек.

— Кто ты?

Девушка почувствовала, как из нее медленно, но верно что-то начало пить силу. До слабости было еще далеко, но все же... Решать что с этим делать надо было срочно.

Голос между тем продолжал вещать, с каждым словом становясь все громче. — Я — Доргн, разбойник, которого убили долгой и мучительной смертью... Но ты! Я помню тебя! Это ты лишила меня жизни! — Призрак бросился вперед, но барьер, который представляли из себя знаки, начерченные на пыльном полу, удерживали его на месте.

Айринар инстинктивно скрестила руки перед собой и резко развела их в стороны, как будто пытаясь разрезать невидимую нить между собой и чем-то еще. Из ее подсознания всплыли какие-то непонятные ей слова на темном наречии, которые она повторила, практически не слыша себя.

Дух продолжал молотиться об барьер, не обращая внимания на то, что бормотала та, кто его призвала, при этом крича:

— Пусть ты убила меня, но я отомщу! Ты не скроешься от моего гнева! Плоть — всего лишь одежда!

— Пока ты не усмиришь духа, он будет продолжать тянуть из тебя жизнь. – Произнес Фаиронир, скрестив руки на груди и наблюдая за происходящим. – К несчастью для тебя, ты начертила знаки не слишком добросовестно... — По окончании этих слов призрак все-таки пробил барьер, вылетев наружу.

— Я отправлю тебя в землю!

Айринар между тем закрыла глаза и сконцентрировалась. Призрак, по словам ее учителя, не мог воздействовать на реальный мир – по крайней мере, напрямую. А значит, удара или физической атаки не будет. Но подчинить духа необходимо как можно быстрее, иначе он выпьет из нее все силы прежде, чем она подчинит его. Девушка вспомнила всю свою веселую ярость, которой она пользовалась всего несколько часов назад. И все силы, которые она только смогла в себе найти девушка бросила на то, чтобы подчинить своей воле этот комочек красного света.

— Мой дух сильнее! — Не то она сказала это вслух, не то это был безмолвный приказ подчиниться.

Фаиронир стоял рядом, невозмутимо комментируя происходящее:

— Духи ярости — самые свирепые изо всех других... – Наблюдение за тем, как его ученица пытается совладать с призраком, явно вызывало в нем приятные воспоминания.

Дух ярости взорвался ярким светом, ослепившим окружающих его людей. Глашатай, привычный к таким делам, остался неподвижен, в то время как Айринар отступила на шаг назад... И свалилась вниз. Почти свалилась. Выучка убийцы спасла ее — она успела ухватиться за выступ башни. Единым рывком забравшись назад, она увидела, что дух потускнел. Однако и сдаваться не собирался.

— Пусть твой дух сильнее, но моя ярость поглотит тебя! – Вновь подал голос призрак, прибегая к еще одному умению мира мертвых – одержимости.

На Айринар внезапно нахлынула дичайшая жажда крови – настолько сильная, что девушке захотелось как можно быстрее ощутить на своих руках и лице чужую кровь... Ну, а поскольку рядом стоял только один живой человек, ее взгляд перешел на Фаиронира, который презрительно взирал на нее из-под шлема.

Кровь застучала у девушки в висках. Накрывшее чувство сплелось в ее душе с мыслями о вкусе крови учителя, которые посещали ее еще тогда... Когда она убивала своего пленника. Усилием воли она заставила себя смотреть Фаирониру в глаза. Та ненависть, которую она сегодня смогла к нему почувствовать скорее была ее помощником.

Потому что все это она уже делала, не так давно. И Айринар усилием воли перекинула ярость на духа, засевшего внутри нее.

Голос, тем не менее, продолжал стучать у нее в голове, убеждая, умоляя, заставляя: «Убей его! Убей! Этот выродок больше никогда не посмеет высмеивать тебя! Я... Мы насладимся вкусом его еще теплой крови, что течет по его венам! Вспомни, сколько презрения он вкладывает в каждое слово против тебя! Этот человек не достоин учить тебя!»

Рука девушки сама, без ее на то позволения, легла на кинжал. Она уже была готова броситься на колдуна. Но оставался последний барьер. Страсть, которая была сильнее жажды крови и боли. Она хотела тайных знаний. И никто кроме Фаиронира не мог ей их дать.

Глаза девушки заполыхали красным. Дух почти полностью завладел ей. Однако где-то в глубине ее черной души еще стоял остро стержень ее старой личности. Что старалась противостоять духу.

И вся ярость девушки, все то, что так старался разбудить в ней дух, все это обернулось против него самого, выдавливая его прочь из головы. К тому же, Ритэш неожиданно для себя поняла, какое именно место занимает в ее жизни Фаиронир и ее ученичество.

Ей внезапно — в первый раз – захотелось что-то доказать своему наставнику. Подчинить духа себе, чтобы глашатай понял, что она, Айринар, достойна! И где то на краю сознания промелькнула мысль о том, какова же на вкус его кровь...

Призрак яростно сопротивлялся, но так и не сумел сломить волю той, что некогда убила его тело.

«Нет! Я это ты! Не отвергай меня! А-а-а-а!!!»

Дух ярости выбросило из тела девушки обратно в круг. Один из знаков по-прежнему тускло мерцал, показывая, что круг нарушен. Его стоило либо закончить — либо перерисовать. Именно на это указывал ее учитель — на недостаточную внимательность.

Девушка покосилась на Фаиронира, а потом, закрыв глаза, вызвала огненные знаки, те, что требовалось нарисовать.

— Закрой круг! Иначе он вытащит из тебя все силы! – Прозвучал голос колдуна над ней.

На дрожащих ногах Айринар дошла до валявшегося вдалеке кусочка мела и дорисовала недостающие знаки.

Мел вычертил последний символ знака... И воздух сотряс громовой вопль боли.

Дух еще сильнее потускнел. Его беспорядочная натура перестала время от времени сверкать красным цветом. Он скукожился и приобрел более осмысленный облик. Вид того бандита, который умер от руки девушки. Он стоял в позе полного смирения.

— Я жду ваших приказаний, госпожа... – тихо прошелестел призрак.

Айринар облегченно вздохнула. Теперь она уже с явным вопросом во взгляде смотрела на Фаиронира. Мол, вот он ваш дух, учитель, что прикажете с ним делать? В глубине души она была горда собой.

— Что же, я в тебе ошибся. Ты все же можешь стать колдуньей. Что касается этого раба... Ты вольна распоряжаться им как тебе угодно, но помни, что он также вытягивает из тебя силы, необходимые, чтобы оставаться в мире живых. Впрочем, на ближайшие несколько недель я не планирую с тобой серьезных занятий. – Наконец заговорил ее наставник. – Так что можешь оставить его в качестве личного телохранителя. Или помощника для убийств. Или для тренировок в управлении призраком — мне все равно.

Вздох облегчения, вырвавшийся из груди Ритэш оказался настолько явным, что даже ее саму изумил.

Фаиронир же между тем продолжал:

— Однако тебе стоит поработать над самоконтролем, ибо этот дух едва не завладел твоим телом, питаясь твоей яростью и ненавистью. Научись держать эмоции в узде. Пригодится в дальнейшем обучении. На этом мы сегодня и закончим.

Айринар кивнула. Сил на что-то еще оставалось все меньше. Что делать с духом она решит потом. А пока…

— Скройся. Я тебя позову, когда ты мне понадобишься. – Дух кивнул, прошелестев:

— Да-а, госпожа... – И растворился в воздухе.

— Хорошо, учитель. Я постараюсь.

— Дальнейшие условия ты знаешь. Как решишь, что ты готова к серьезным тренировкам, найди меня.

## Глава 6.

Фаиронир сам не заметил, как заснул – сказывались усталость и пара почти бессонных ночей, во время которых он был вынужден следить за своей «проводницей». Да и в драке его немного потрепали.

Спать без привычного одеяния колдуна и маски, к которой он привык, как ко второму лицу, было непривычно. Проснулся глашатай в сумерках, когда солнце, практически заслоненное плотными облаками, почти скрылось за горизонтом.

Правда, из рабских загонов (или как их тут называют) этого видно не было. Зато воняло тут ничем не хуже, чем от лагерей орков. Тот же запах потных, давно не мытых тел, помоев, испражнений и прочей гадости.

Пора действовать. Под утро его собирались вместе с остальными его «сотоварищами по несчастью» везти куда-то на продажу. По крайней мере, так сказали стражи, что время от времени проходили мимо клеток, изредка покрикивая на рабов, если те слишком сильно начинали шуметь. Ничего, скоро тут начнется настоящая суматоха… Если, конечно, кольцо у Фаиронира на роге не блокирует еще и нетрадиционные для этого мира виды магии.

Легкое прикосновение чьего-то копыта вывело жеребца из раздумий. Резко развернувшись, он увидел грязно-серую кобылку. Какого цвета она была на самом деле – разобрать невозможно, да и колдуну это было не интересно. Чего ей надо? Это уже более интересный вопрос. Да и какой-никакой, а собеседник, который мог поделиться важной информацией. Судя по внешнему виду, она тут сидит уже давно.

— Чего тебе? – Привычным холодным тоном поинтересовался Фаиронир.

— Н-ничего, я просто хотела тебя спросить… — пролепетала в ответ кобыла, прижав к бокам кривые отростки. Ба, да это же пегас! Крылья ей явно подрезали – должно быть, чтобы не сбежала. – Это они тебя так? Ну, мордочку…

— А-а, вот оно что. Любопытство замучило настолько сильно, что пересилило страх и отвращение? – Поинтересовался Фаиронир, повернувшись к ней в пол-оборота. Если она нападет, он успеет сломать ей шею за пару секунд. Хотя зачем рабу нападать на раба? – Или посочувствовать решила? Если да, то оставь его себе. Нет, это не они. Ошибка прошлого.

— Что за ошибка? – В глазах пегаски промелькнул интерес. Что, рабыня? Захотелось драматичной истории, дабы скрасить очередную долгую ночь?

— А тебе не все ли равно? – Ответил глашатай. И тут же перевел тему разговора на другую, более важную для него тему. – Эх, снять бы это кольцо с рога…

Пегаска в ответ покачала головой:

— Его может снять лишь тот, кто его надел. Или кого оно распознает, как хозяина. Возможно любого из чейнджлингов.

— Вот как? Отлично, просто отлично! Думаю, вон тот стражник мне с радостью поможет. – Фаиронир кивком указал на медленно приближающегося к ним чейнджлинга, недавно заступившего в караул.

Рабов в клетках сторожил всего один стражник, ибо, похоже, Кризалис свято верила в то, что одного будет достаточно, чтобы пресечь любые попытки побега. Тем более, что загоны рабов находились практически в самом сердце Улья, у основания башни, на самом верху которой располагался ее тронный зал.

Кобыла при этих словах отступила от него на пару шагов назад.

— Ты что, действительно надеешься отсюда сбежать? – Оправившись от первоначального шока выпалила она. – Это же безумие! Даже если ты каким-то чудом выберешься из клетки, стража не даст тебе и десяти метров пройти!

Фаиронир на это вместо ответа просто рассмеялся. Безумие? Нет, это Ангмар! К тому же, зачем ему пытаться выбраться из цитадели, набитой неумелыми, но очень многочисленными чейнджлингами, если ему нужна их Королева, Кризалис? А в качестве отвлекающего маневра можно будет выпустить рабов и подарить им призрачную надежду сбежать. Конечно, найдутся те, в ком уже давно сломали стержень свободолюбия, но таких мало, глашатай это ясно видел, насколько позволяла клетка. Отчаяние – да, но безразличие ко всему вокруг – нет. Дай им надежду, и они пойдут вперед.

Стражник тем временем подошел к их клетке и ударил по прутьям своей короткой железной дубинкой.

— Разговорчики! – С издевкой протянул он. – Что, рабы, забыли свое место? Так я вам напомню. Особенно тебе, мордатый! – Последняя фраза явно относилась к колдуну. Впрочем, угроза на него не подействовала. И даже наоборот, он принялся выводить стражника из себя.

— О, правда? А ведь твоя рожа мне знакома. – Яд в речах Фаиронира был буквально осязаем. Да, чейнджлинги были практически все на одно лицо. Но этого колдун запомнил – он был одним из тех, кто скрутил ангмарцу копыта за спиной. Несмотря на предостерегающий пшик бескрылой пегаски, глашатай продолжил:

— Ну давай, червь. Покажи мне, чего стоишь лично ты, отдельно от лишних двадцати своих сородичей.

Короткий взмах дубинкой…

Удар!

Атака прошла впустую. Чейнджлинг не поверил своим фасеткам. Только что, в нескольких сантиметрах от него, стоял лишенный мордочки единорог, которого ему так хотелось хорошенько побить… За убитых друзей, за издевательские слова, да и просто в воспитательных целях…

И металлическая дубинка, слабо вибрируя, бьет по пустому полу.

— А ты смелый, червь. – Как ни в чем не бывало, продолжил раб по ту сторону клетки. Чейнджлинг вперил в него свои фасеточные глаза. Тот ответил тем же. – Но если бы мне не мешала клетка, ты был бы уже мертв. Впрочем, есть и другой способ…

Внезапно единорог начал бормотать непонятные слова. Они звучали монотонно, и в то же время зловеще. Стражник прислушался, но уловил лишь конец фразы:

— бурзум сроку глоб, гаакх!

Бредит, наверное, подумалось ему. Впрочем, все равно рабу не избежать наказания за оскорбление стражника. Чейнджлинг вновь занес дубинку…

Голову его пронзила страшнейшая боль. Она давила, жгла, выбивала, утягивала его сознание прочь. Он хотел закричать, но из его горла вырвался лишь хрип. И где-то на самом краю сознания билась мысль: «Нет! Не может быть! Кольцо обязано полностью блокировать магию!»

«Подчинись мне!» — Раздалось внутри него. – «Подчинись, отдай свое тело в мою власть! И боль прекратится. Если же откажешься, то я заберу твою жизнь!»

Боль вновь повторилась, причем в два раза более сильная, нежели до этого. Чейнджлинг повалился на землю, держась за голову, в бессильной попытке прекратить свои мучения.

— Я согласен… — С трудом выдавил он из себя вслух, в надежде прекратить эту пытку. И она прекратилась.

«Открой клетку, раб!»

«Но я… нет, Королева же…»

Последовавшая после этого боль явственно показала ему, чего будет стоить неподчинение.

— Ты… Сделал это… Как? — прошептала бескрылая пегаска, наблюдая за тем, как стражник, минутой ранее полыхавшей ненавистью и желанием поскорее убить ее странного собеседника, таки открыл их тюрьму. Всего-то после нескольких неразборчивых слов, от которых мурашки бежали по шкурке.

Единорог не ответил. Зато стражник, время от времени дергаясь, будто от боли, подошел к нему и, к вящему удивлению кобылки, снял сперва оковы, а затем и антимагическое кольцо с рога.

— Да… — Протянул жеребец, кивнув чейнджлингу, который с кислой миной на морде принялся освобождать всех пленников внутри их клетки, начав при этом с пегаски. – Я вновь ощущаю в себе силу!

Телекинезом подняв металлическую дубинку, Фаиронир ухмыльнулся. Учитывая то, что на его лице практически отсутствовала кожа, ухмылка вышла довольно жутковатой. Послав своему рабу очередную задачу – открыть все клетки и освободить всех рабов, глашатай повернулся к пегаске и поинтересовался:

— Ты хочешь обрести свободу?

— Ты… Ты всерьез думаешь, что у нас получится? – С ноткой сомнения ответила та. Глядя на то, с какой легкостью единорог преодолел первую и одну из самых главных сложностей, кобылка приободрилась. Но все же еще не до конца. – Это же…

— Безумие? Нет, девочка, ты еще не видела, что такое истинное безумие. Поверь, твои попытки бежать и рядом не стояли с этим. Поэтому я спрашиваю у тебя лишь одно: готова ли ты повести за собой всех этих бывших рабов к свободе? – С каждым словом голос Фаиронира становился все более громким, и вскоре его слова эхом звучали у каждого в ушах, внушая уверенность в своих силах. – Многие из вас погибнут, но лучше умереть свободным, нежели в цепях! Идите вперед! Пусть страх оставит вас! Освободите своих братьев и сестер по несчастью! Бейтесь, как один! Пусть каждый из вас сам станет маленьким войском! Ваша цель – свобода! И эта пони поведет вас к ней! – Закончил свою маленькую, на скорое копыто придуманную речь глашатай, указав под конец ту, на кого ляжет нелегкая судьба предводителя восстания.

Впрочем, рабы (из числа не сломавшихся) повелись на все это вполне хорошо – забарабанили копытами, закричали что-то неразборчивое… И высыпали наружу, окружив клетку, внутри которой стояли Фаиронир и новая предводительница, явно не ожидавшая такого.

Склонившись к ее уху, глашатай прошептал:

— Я поддержу вас, чем смогу. Но мой путь ведет меня к королеве чейнджлингов.

— Ты не пойдешь с нами?! Так какого…

— Я не лидер. К тому же, к Кризалис у меня отдельный разговор… Но не переживай. Я даю слово ангмарца, что не брошу тебя на произвол судьбы. А мои… навыки позволят мне «переманить» на нашу сторону некоторых чейнджлингов.

— Постой, ты точно уверен, что хочешь вместо побега пытаться пробиться к королеве? Такого раба они жалеть не будут, если поймают.

Фаиронир скривился:

— Больше не называй меня так. К тому же, поймать Тарибара не так-то просто! Особенно сейчас, когда остальная магия ко мне вернулась. Однако времени мало! Веди всех к выходу, наш новый… союзник откроет вам дорогу. У меня же другой путь.

Пегаска кивнула и прошептала:

— Спасибо…

Фаиронир лишь отмахнулся. Он все это устраивал вовсе не из благородства и сострадания, а только для отвлечения большей части стражи цитадели.

«Раб! Открой ворота рабских загонов. Затем отведи меня туда, куда вы убрали мое снаряжение»

* * *

Капитану стражи Таилагу впервые за долгие годы пришлось, что называется, хорошенько поднапрячь круп. Тихая и размеренная жизнь внутри Улья чейнджлингов, доходная, и одновременно простая работа – все это в один миг покатилось в Тартар. Рабы взбунтовались.

Нет, они конечно и раньше не были особо покладистыми, но чтобы в таком количестве умудрится выбраться из клеток и дружно прорваться к воротам… Такое на его памяти было впервые.

И будто бы мало было простых земных пони и пегасов, их поддерживали единороги, с которых какой-то умник из стражи чейнджлингов снял блокирующие магию кольца.

«Поймаю предателя – убью!» — подумал Таилаг, с трудом уворачиваясь от летящего в него магического заряда.

Стражи, применив стандартную тактику запутывания, приняли облик врага и смешались с бунтующими, сражаясь с ними в копытопашную. Прекрасно чувствуя друг друга, чейнджлинги действовали слаженно и четко. Чего нельзя было сказать о рабах. Это была просто толпа. Ими как-то пыталась командовать грязно-серая пегаска, которую до этого уже столько раз ловили на попытках побега, что под конец лишили ее крыльев, но у нее явно ничего не выходило.

Бунтующие рабы кусались, лягались, использовали все, что попадется под копыто и атаковали магией – но чаще попадали по своим товарищам в этой неразберихе. Немногочисленная стража в этом районе продержалась достаточно долго для того, чтобы подошли свежие силы, поднятые по тревоге. Вскоре все было кончено. Рабов загнали (а тех, кто не мог встать – забросили) обратно в клетки, а организатора этого побега повели на допрос.

* * *

— Что, дорогая, допрыгалась? – Ласково поинтересовался капитан стражи Таилаг у прикованной к полу недо-пегаски. Та ответила злобным взглядом, но промолчала. Ей хорошо досталось в потасовке – она дралась как загнанный зверь (что не сильно отклонялось от истины) и ее с трудом скрутили втроем. – Тебе не надоело пытаться сбежать? Разве предыдущие уроки тебя ничему не научили? Ты же знаешь, Трилли, мы умеем делать больно, очень больно, не убивая при этом жертву. И поверь, крылья – это далеко не все, что можно отрезать. Однако, ты можешь избежать этого наказания, если скажешь, кто был предателем и выпустил тебя и остальных рабов.

— П… Шл… — попыталась ответить пегаска, но вместо этого выдавила лишь что-то невнятное.

— Ну, ну, продолжай, я слушаю… — Чейнджлинг с капитанскими нашивками на наплечниках подошел поближе и наклонил голову к ее рту.

— Пошел ты… К Дискорду… Тварь. Я… не опущусь… до вашего…. уровня. – Наконец сказала Трилли. Она знала, что за эти слова ей придется ответить, но оно того явно будет стоить, если истинный организатор восстания все же пробьется к Королеве Улья.

Пегаска не ошиблась. Таилаг тут же нанес ей несколько прямых ударов в грудь.

– Паршивый раб! Ничего, я научу тебя вежливости! – Видя, что глаза допрашиваемой начинают закрываться, капитан стражи кивнул стоящему рядом солдату, и тот окатил бескрылую ледяной водой, заставив ту вернутся в этот жестокий мир. – Говори, кто вас выпустил, или я выжгу имя Королевы у тебя на кьютимарке раскаленным железом!

— Капитан! – Прервал его запыхавшийся сержант Трит, появившийся в дверях позади.

— Ну что еще? – Недовольно спросил Таилаг, отворачиваясь от лежащей на полу бескрылой пегаски.

— Королеве угрожает опасность! Пятеро предателей и один из бежавших рабов проникли во дворец и прорвались к тронному залу!

Капитан стражи грязно выругался.

— Тогда чего ты встал, солдат? Живо туда! Предателей и чужака не жалеть, но оставьте одного — двоих для допроса. Остальных убейте. За покушение на нашу Повелительницу существует только одна кара – смерть!

* * *

Вся королевская гвардия Кризалис из числа тех, кто охранял ее сегодня, были мертвы. Предатели преступили черту – подняли копыто на сородичей. Таилаг почувствовал, как в нем закипает ярость. Дайте ему только добраться до этих выродков… Его бойцы эти чувства вполне разделяли.

Вскоре они были уже рядом с тронным залом. К нему вел узкий коридор, где могли одновременно поместиться не более пяти воинов. В конце же… у дверей в покои Королевы стояли спиной к ним те, кого они преследовали. Предатели окружили одетого в красное одеяние единорога и внимательно смотрели на него. Чужаком оказался тот самый «посланник» неведомого Ангмара, о котором ему доложил сержант Трит день назад. И которого они с таким трудом заковали в кандалы. Фаиронир, увидев чейнджлингов, кивнул стоящим перед ним предателям, после чего развернулся и вошел в Святая Святых всей цитадели. Перебежчики же развернулись и встали плечом к плечу, напрочь закрывая проход в покои Королевы Кризалис.

Таилаг поначалу не поверил своим фасеткам, когда увидел тех, кто пошел на поводу у беглого раба. Тут было трое воинов из королевской гвардии, один стражник из его ребят – Арлит, кажется, и хранитель оружейной, весь обвешанный лучшей броней и оружием. Фасетки всех чейнджлингов – предателей вместо привычного черного цвета пылали алым огнем. «Значит, они служат ему не по своей воле»

— Бойцы, в бой! – Крикнул капитан стражи и бросился в атаку. Чейнджлинги вмиг налетели на бывших сородичей, стремясь снести их со своего пути и освободить проход в тронный зал. Однако все оказалось не так просто. Предатели совершенно не чувствовали боли, и бились как одержимые. И еще от них шел странный, неестественный холод.

Таилаг, как и полагается капитану, сражался в первых рядах. Увернувшись от меча красноглазого королевского гвардейца, он изловчился и сбил своим клинком шлем с предателя, заодно опрокинув его на пол. Увиденное ненадолго повергло его в шок. У гвардейца (а точнее, бывшего гвардейца) отсутствовала половина черепа.

Нежить! Это была нежить! Тот единорог действительно оказался некромантом! Но разве эта нечестивая магия не канула в небытие давным-давно? Оказывается, нет. Наглядное опровержение сейчас лежало у его копыт.

— Разбит и сломлен… Растерзан и убит… — Внезапно заговорил мертвец, медленно поднимаясь с пола. Казалось бы, говорить трупу было нечем — без челюсти это как бы... малость проблематично. Но это ему нисколько не мешало. Таилаг поспешил прижать его назад, но трупу было плевать на попытки капитана стражи помешать ему. Воля его хозяина требовала, чтобы любой нарушитель был наказан. – Таков мой удел… Таким же будет и твой!

С невероятной силой мертвый гвардеец отбросил от себя капитана в гущу его подчиненных. Поднявшись, мертвец занес свой меч над Таилагом – добивать. Однако живые чейнджлинги не дали ему этого сделать. Спустя мгновение в труп вонзилось около четырех пик, прибив его к двери. И пусть тот не упокоился, время было выиграно.

— Остановитесь, дети мои! Прекратить бой! – Раздался громовой голос Королевы Кризалис. – Союзникам не пристало сражаться друг с другом.

## Глава 7.

Капитан стражи уныло осматривал ряды своих бойцов. Многие из них были покалечены, и далеко не скоро они вернутся в строй. Хорошо хоть убитых не было. Несмотря на численное превосходство, они не смогли пробиться в тронный зал и помочь своей Королеве. А еще «стражники»! Позор. Как они теперь посмотрят в фасетки сородичам?

Нежить же, с другой стороны, не понесла потерь совсем. Еще бы – как можно убить мертвеца?.. Однако им тоже неплохо досталось: мертвого Арлита-стражника, например, пригвоздили к полу короткими мечами, и теперь он на пару с прибитым пиками к двери бывшим гвардейцем дергался, пытаясь выбраться из своей ловушки.

Но что же такого сказал (или показал) некромант их Королеве, раз та так быстро признала его союзником? Может быть, это какое-то колдовство? Чейнджлинг попытался прислушаться к эмоциям некроманта. Сначала его встретила глухая стена. Затем, с большой неохотой, она отступила, давая возможность заглянуть в темную душу единорога.

Спокойствие… Полная уверенность в своих силах… Ненависть, ярко пылающая огнем и сидящая глубоко внутри, направленная…не ясно на кого.

— Фаиронир! Ты не мог бы… отпустить тела моих павших детей? – Обратилась между тем к единорогу Кризалис.

— Конечно, Королева. – Кивнул глашатай. Жеребцу явно не понравились повелительные нотки в голосе у матери всех чейнджлингов, но он, все же, подошел к нежити, что сейчас бараньим взором смотрела на стражу – даже те, что были пригвождены к двери позади и полу. – Эти марионетки сыграли свою роль.

Прикоснувшись копытом до затылка каждого павшего чейнджлинга, Фаиронир отошел назад, бормоча себе под нос заклинание на черном наречии. Алый огонь, пылающий в фасетках нежити, угас, а сама она медленно осела, едва вышла из-под контроля колдуна. Из тел теперь уже полноценных мертвецов выплыли их разноцветные призрачные подобия.

Фиолетовый хранитель оружейной, два красных гвардейца и один синий их товарищ, зеленый стражник… Что означали эти цвета и имело ли какое-либо значение? Конечно имело, но посвящать чейнджлингов во все детали своего плана Фаиронир не собирался. Эти падшие духи еще сыграют свою роль… Причем не маловажную. Но это потом. Дочитав заклинание, единорог поднял правую переднюю правую ногу, и духи, висевшие над своими пустыми сосудами, медленно, один за другим, влетели в его копыто.

Чейнджлинги, оторопело наблюдавшие за ритуалом, по его окончанию, наконец, успокоились и частично вышли из напряжения. Хотя их настороженность по отношению к Фаирониру никуда не исчезла.

— Готово. – Произнес глашатай. – Эти тела более вас не побеспокоят. Однако услуга за услугу. Прежде, чем я покину вашу гостеприимную цитадель, мне хотелось бы… узнать, чем закончился рабский бунт, который я устроил на скорую руку?

— Так это твоих копыт дело, некромант? – Со злобой в голосе спросил капитан стражи. – Мы его подавили. Все рабы загнаны обратно в клетки, а твою напарницу ожидает великолепная экскурсия по пыточным камерам! – Капитан стражи явно думал таким образом вывести колдуна из себя, однако его реакция оказалась совсем не той, какую ожидал Таилаг. Вместо удивления, гнева или чего-нибудь в таком же духе единорог рассмеялся.

— Чудесно, значит, ваш мир не так пропащ, как я думал. – На этих словах все чейнджлинги, кроме Королевы Кризалис, стоящей чуть позади Фаиронира и молчаливо наблюдавшей за разговором в ожидании, когда тот, наконец, перейдет уже к просьбе, переглянулись. – Однако на пытки вам придется пустить кого-нибудь другого. Я забираю эту пегаску с собой.

Кризалис кивнула, но все же поинтересовалась:

— И зачем это, интересно?

— Она мне… Пригодится. К тому же, я опрометчиво дал ей слово, что вытащу ее. А Ангмар всегда выполняет свои обещания.

— Лучше бы это было так, иначе ты вернешься обратно в клетку, глашатай!

— О, моя Королева, опять угрозы? Не стоит. Разве мы не закончили с ними еще в вашем тронном зале? Готовьте свои войска. И отправьте вслед за мной шесть ваших детей. Я выведу из строя элементы гармонии, а они займут их место.

— Если ты убьешь Твайлайт Спаркл и ее компашку, мои дети не смогут принять их облик. Поэтому, как бы мне не хотелось обратного, все же воздержись от самого простого варианта. К тому же убийства привлекут лишнее внимание.

— О-о-о, какая досада… Впрочем, не волнуйтесь, Королева. Есть и другой способ сделать так, чтобы элементы гармонии не путались под ногами. А теперь, если мы закончили обсуждение недалекого будущего, я заберу свою «напарницу» и отправлюсь в Понивилль.

— Таилаг! Ты проводишь его и проследишь, чтобы они выбрались с наших земель без помех. Оказывай ему полную поддержку по пути назад. Это приказ.

Капитан стражи кивнул и поманил за собой колдуна. Остальные чейнджлинги расступились, пропуская Фаиронира и его проводника вперед.

* * *

Похоже, у Крэрт и Таилага было много общего. В частности, дичайшее любопытство. Правда, капитан стражи, в отличие от изгнанницы, задавал вопросы так, как будто допрашивал своего спутника. Фаиронир же в ответ постоянно призывал его помнить свое место и выполнить поставленную задачу. Таилаг злится, но перечить ему не рисковал – тот, кто сумел выбраться из рабских загонов и добраться до тронного зала, не подняв тревоги, заслуживал уважения. А тот факт, что помимо некромантии, единорог сумел расправиться с гвардейцами Королевы – лучшими фехтовальщиками Улья, заставляло его побаиваться. К тому же, приказ Матери выполнить Таилаг был обязан, так что в оскорбительных речах (Знай свое место, червь! Веди меня и помалкивай!) Фаиронира была доля правды. И это бесило еще сильнее.

Остановившись перед камерой для допросов, Таилаг произнес:

— Вот мы и пришли. Забирай то, зачем пришел и проваливай!

— Нет, мой союзник… Мы обставим все несколько иначе. Слушай сюда…

* * *

Еще немного и… Да! Замок поддался, и копыто выскользнуло из оков. Вытащив изо рта отмычку, Трилли воровато осмотрелась. Вроде бы никто не заметил… Да и, вроде бы, все чейнджлинги сейчас заняты спасением своей драгоценной «Королевы»! Значит, осталось еще три замка, и она на свободе!

Относительной, ведь впереди еще битком набитая врагами крепость.

«Надеюсь, Тарибар добрался до Кризалис и свершил свою месть…» — Подумала бескрылая пегаска, принимаясь за следующие оковы. Замок звонко щелкнул и неохотно раскрылся, выпуская свободолюбивую пони из своих объятий. Ха, проще простого! Спустя еще пару минут она уже была свободна.

Чтобы тут же сунуть свои копыта обратно в кандалы, услышав, как поворачивается в замке тяжелой железной двери ключ. Закрыв оковы так, чтобы при желании их можно было легко и быстро снять, Трилли, как могла, изобразила из себя измученную пленницу. Конечно, чейнджлинги были эмпатами и чувствовали эмоции других, но это не значит, что от них было невозможно скрыть свои реальные чувства. Главное, как можно искреннее переживать ту или иную эмоцию. Ну, а поскольку страха в пегаске было с избытком, то и Таилаг, который вошел в комнату для допросов, ничего не почувствовал.

Выглядел он, кстати, так, как будто вышел из серьезного боя. Ну, точнее, Трилли никогда настоящих сражений и в жизни не видела (прорыв рабов и ее родная деревня – это другое), но на картинках все выглядело именно так. Посеченные доспехи, морда вся в крови, и этот взгляд… Как будто он готов убить ее прямо на месте. Скользнув взором по наспех закрытым кандалам, он покачал головой и начал «освобождать» ее, при этом презрительно ухмыляясь. Сняв все оковы, капитан стражи отошел в сторону, и она увидела…

Незнакомого единорога, облаченного в багрово-черный наряд. На боку у него болтался изящный меч работы минотавров, украшенный рубином на рукояти. А мордочку… Мордочку украшала неприятного вида маска. Нет, ничего такого страшного на первый взгляд в ней не было. Только что-то… Жуткое.

— Что же, Трилли, поздравляю, тебе повезло. – Произнес Таилаг. – Для тебя наконец-то нашелся хозяин, так что наша с тобой беседа сегодня не продолжится. Радуйся этому как никто другой! Малышка Бетти будет по тебе скучать…

Пегаска удивленно захлопала глазами. Ее купили? И покупателя пустили в цитадель чейнджлингов? Но кто… А, понятно. Должно быть, этот единорог. Вот только может ли быть такое, что ее новый хозяин настолько влиятелен, что сама Кризалис позволяет ему беспрепятственно шататься по ее замку? Может быть, то-то у Таилага рожа такая кислая. Приставили его, поди, к дорогому гостю, чтобы куда не надо не забрел.

Единорог между тем подошел к своему новому приобретению и накинул на нее ошейник с поводком, после чего потянул на себя. Трилли не пыталась сопротивляться. Ничего хорошего ей за это не светит, только лишние побои. А вот пока ее новый хозяин будет добираться до родных (или куда там ему надо?) мест, у нее будет множество возможностей сбежать. Тем более, что верная отмычка с собой!

* * *

Весь оставшийся путь они проделали в полном молчании. Фаиронир планировал свои дальнейшие действия, Трилли строила планы побега, а Таилаг мечтал о несбыточной мести. Миновав последние дозоры, капитан стражи остановился и попрощался:

— Далее начинаются дикие земли. Если хочешь покинуть их и попасть в Эквестрию, тебе туда. – Таилаг махнул дырявым копытом на восток. – Прощай.

Договорив, чейнджлинг развернулся и, заработав крыльями, скрылся в сумерках, оставив Фаиронира и пегаску одних.

Единорог проводил взглядом капитана чейнджлинговской стражи, затем подергал поводок и пошел в указанном направлении. Отдалившись для надежности на относительно больше расстояние от земель чейнджлингов, колдун остановился и развернулся.

«А она неплохо держится, несмотря на то, что на ней живого места нет. Хороший выйдет инструмент».

Подумал глашатай, двинувшись к пегаске, которая замерла, не зная, чего от него ожидать. Подойдя к бескрылой, он снял с нее ошейник, после чего заговорил:

— Я смотрю, тебя не слабо побили. Ты хорошо держишься.

Пегаска оторопело захлопала глазами, уставившись на единорога, отпустившего ее.

— Твой голос кажется мне знакомым… Тарибар?! Ты ли это?

— Он самый. Извини за этот спектакль, но иначе было нельзя. Если бы я заговорил раньше, ты могла сорвать весь план побега.

— А Королева?..

— Жива. К сожалению, я не смог до нее добраться, ее слишком хорошо охраняют. Зато мой план по вытаскиванию тебя из рабства удался. Так что поздравляю, ты теперь свободна. Послушай… Там, в камере, я не успел спросить… как тебя зовут? И откуда ты?

— Меня зовут Трилли. Я из… эм… Этого места больше не существует. Мне некуда податься. – Ответила пегаска, опустив голову. – Я думала, что убегу, как только мы остановимся передохнуть. Но теперь, когда ты мне открылся… Пожалуй, я пойду с тобой. Ты ведь не против?

— Нет, что ты. По своей натуре я – путешественник, а компания – это почти всегда приятно. И спину прикроют, и веселую историю у костра расскажут. Но так уж вышло, что я почти всегда странствую в одиночку… веришь или нет – я часто разговариваю сам с собой. Но не будем об этом. – Жеребец устремил свой холодный, пронизывающий взгляд на восток. — Наверняка скоро нас хватятся, поэтому нам надо удалиться от их земель как можно дальше. Желательно – в Эквестрии.

— У тебя есть идеи, где мы можем укрыться?

— Да, есть. Я знаю одно место, где мы можем остановиться передохнуть и восстановить силы. А заодно и спрятаться. Правда, оно находится в четырех днях пешего пути отсюда.

— И что же это за место такое?

— Понивилль.

## Глава 8.

Как все просто в этом мире! Выставь из себя эдакого сочувствующего добряка, и вот эта пегаска уже тает и готова выполнить любую твою просьбу. Разумеется, после можно будет спокойно от нее избавиться. Ее роль в грядущем незначительна, но все же грех отказываться даже от такой помощи.

Что касается дальнейшего плана действий – он приступит к нему по возможности быстро. Поскольку убивать элементы гармонии слишком… опасно, можно будет погрузить их в царство кошмаров. Для этого, правда, понадобится прямой зрительный контакт и несколько драгоценных секунд – в зависимости от их силы воли, на каждую пони, но оно будет того стоить. Ведь с каждой душой, заточенной в своих кошмарах, глашатай будет становиться сильнее, подпитываясь их страхами.

* * *

Тарибар оказался жеребцом со странностями. Он был молчалив, говорил всегда по делу, не любил вспоминать свое прошлое (в частности, как он потерял лицо), на вопросы отвечал редко и с неохотой. А еще он не хотел снимать свою жутковатую маску. Ну да ладно, это еще куда ни шло. У самой Трилли, пережившей долгие годы рабства, тоже было немало фобий.

Но вот Тарибарова боязнь паровозов… Когда пегаска увидела железную дорогу, она весьма сильно обрадовалась тому, что до этого самого Понивилля не придется ползти пешком четыре дня, как говорил изначально ее спутник. Но нет. Убедить этого единорога оказалось попросту невозможно. Не помог даже такой коварный прием, как жалобные глаза. В итоге пришлось смириться с неизбежным и мучить ноги.

До Понивилля они дошли за три с половиной дня. Пони, что стояли на станции в ожидании вечернего паровоза, проводили их недоуменными взглядами. Трилли чувствовала себя неуютно под ними. Она вообще не привыкла к всеобщему вниманию, и теперь старалась спрятаться ото всех под длинным плащом, который ей с неохотой отдал Тарибар. Кстати, единорога тут знали. Причем явно не с лучшей стороны – судя по неодобрительным взглядам за их спинами, коими его, а теперь еще и ее, награждали все жители этого места. Так же от чуткого слуха Трилли не ускользнули еще и перешептывания, в коих смутно угадывались слова «опять он», «вор» и прочие неприятные эпитеты. Бескрылая пегаска для себя решила, что обязательно узнает, в чем причина подобного поведения.

А потом перед идущим впереди Тарибаром приземлилась радужногривая пегаска, обдав их обоих пылью.

— Так-так, вы только посмотрите, кто тут у нас! Сам ворюга — Тарибар! Ты пришел сдаться по-хорошему?

— Мои дела здесь тебя не касаются, Рейнбоу Дэш. И с каких это пор я стал вором? Просвяти уж старика. Или ты все еще подозреваешь меня во вселенском заговоре против Эквестрии только из-за того, что я не пришел на вечеринку Пинки Пай, которую она устроила в моем доме даже не спросив на то разрешения?

— Ты украл у Твайлайт книги, прежде чем сбежать из города!

— Бессовестная клевета. Есть ли у кого-нибудь здесь другие доказательства, помимо пустых слов? – Единорог обвел взглядом небольшую толпу, собравшуюся вокруг него и радужногривой. Неприязнь так и читалась на их мордочках, но все молчали, ибо помимо обвинений у них действительно ничего не было. – Нет? Я так и думал. А теперь, если мы здесь со всем разобрались, я продолжу свой путь. Идем, Трилли.

Бескрылая пегаска, еще сильнее закутавшись в его плащ, поспешила вслед за единорогом.

— Мы еще встретимся. – Угрюмо пробурчала Рейнбоу Дэш вслед Тарибару. – Скоро я найду доказательства, и потом наваляю тебе так, что ты навсегда перестанешь пялиться на чужие вещи!

— Да-да, как скажешь. – Ответил единорог, отмахнувшись копытом. Казалось, происходящее скорее забавляло его, нежели раздражало. Отдалившись от толпы пони и задиристой пегаски, жеребец еле слышно прошептал: — да… мы с тобой еще встретимся, но раньше, чем ты думаешь.

Чуткие ушки Трилли уловили последнюю фразу, но переспрашивать она не стала. Проведя рядом с ним несколько дней, она уже поняла, что ее спутник очень редко отвечает на вопросы, которые, по его мнению, задаются не по делу. Изредка Тарибара пробивало на «поговорить», но настолько редко, что такие случаи можно было сосчитать «по пальцам» — было такое выражение у ее позапрошлых хозяев – минотавров.

Домом Тарибара оказался старый, еле держащийся на земле особняк. Ставни окон глухо хлопали об некогда добротные деревянные стены, подчиняясь непредсказуемому ветру, что вкупе с общей мрачностью окружающей обстановки, производили жутковатое впечатление. Подойдя к двери, единорог извлек при помощи магии из своего кармана причудливо выглядящий ключ и вставил его в замок.

Щелк!

Дверь со скрипом открылась, впуская вовнутрь своего хозяина и его спутницу. Пройдя по нещадно скрипящим половицам во тьму, Тарибар зажег свечи и обернулся, посмотрев на нерешительно застывшую на пороге бескрылую пегаску.

— Добро пожаловать ко мне домой, Трилли. Проходи, устраивайся. Можешь занять любую комнату – главное лишь, чтобы не мою. – Произнес Тарибар. – Мне необходимо… отлучиться. Ты не могла бы здесь прибраться? Местами тут даже дышать противно. Я был бы тебе очень благодарен за это.

Не дожидаясь ответа, жеребец прошествовал мимо бывшей рабыни и скрылся в сумерках.

* * *

Оставив Трилли один на один разбираться с пылью, что копилась в «доме с призраками» десятилетиями, глашатай двинулся в сторону Вечнодикого леса. Волчий вой, а так же шипение и прочие жуткие звуки, что исходили оттуда, его нисколько не пугали. Он чувствовал, что за ним наблюдают… Некие очень знакомые, темные и злые создания. И при этом они достаточно разумны, чтобы не напасть сразу. Чейнджлинги. Чтож, похоже союзники наконец добрались до Понивилля.

Углубившись в лес, Фаиронир прогулочным шагом дошел до небольшой опушки, на одном из краев которой стояла внушительных размеров статуя. На ней была изображена Найтмер Мун. Оскалившись в презрительной ухмылке, аликорн, что расправила свои крылья, смотрела своими кошачьими глазами прямо перед собой. Скульптор придал своей работе очень естественный вид и позу (прямо как с картинки учебника, хоть время и не пощадило статую). Тут виднелось копыто мастера… Жаль, что такой талант уже мертв.

Любуясь сим произведением понячьего искусства, Фаиронир медленно подошел к статуе и остановился, закрыв глаза. Ощущение чужого присутствия буквально трубило о том, что колдун здесь не один. Развернувшись, колдун увидел шесть теней, что отделились от остального леса. И две из них ему были прекрасно знакомы.

— Я удивлен, что такое важное дело Королева доверила тебе, Крэрт. Твой артистизм лучше навыков соблазнения, а, изгнанница?

Упомянутая чейнджлинг скрипнула зубами, злобно глядя на Фаиронира. Однако вместо нее ответил другой старый знакомый с капитанскими нашивками на плечах.

— Она более не изгнанница, глашатай. Что же касается ее умений, можешь не сомневаться, она справиться.

— В моем плане изменения порядка Эквестрии нет места для пустых надежд, удачи и случайностей. Только холодный расчет. Так что, Таилаг, лучше бы ей действительно справиться. – Ответил Фаиронир, после чего резко поднял голову и устремил свой взор на ничем не примечательные кусты, издав при этом смешок.

Его рог засветился черным светом, и из-за них выплыла радужногривая пегаска, что пыталась вырваться из захвата. Безуспешно.

— Ха, кого я вижу… Рейнбоу Дэш! Я, конечно, знал, что мы еще встретимся, но чтобы так быстро? Похоже, я опережаю график…

— Отпусти меня, подлый предатель! Ты не сможешь удерживать меня вечно!

— Вечно – нет, но достаточно долго – вполне.

— Я знаю, что ты сговорился с чейнджлингами! Тебе это с копыт не сойдет! Дай только выбраться, и я вкатаю тебя в землю! — Пегаска бессильно забилась в телекинетическом захвате, стремясь то ли добраться до единорога, то ли вырваться и сбежать.

— Твоя пустая бравада тебя не спасет, моя дорогая пегаска… — Рог Фаиронира вновь ярко полыхнул, и Рейнбоу подплыла в упор к колдуну. – Посмотри мне в глаза. Посмотри – и познаешь истинные глубины отчаяния!

Радужногривая пегаска попыталась отвертеться, но куда там! Магическая сила у этого единорога была невероятно сильна. Телекинез удерживал ее на месте, и надежно зафиксировал ее голову перед предателем. Их взгляды встретились, и… Тело пегаски обмякло, а глаза закрылись.

— Отныне ты в моей власти… — прошептал Фаиронир, после чего посмотрел на своих союзников. – Чейнджлинги! Кто-то из вас должен занять ее место. Постарайтесь хорошо отыграть ее роль. Нам пока еще рано выходить из тени.

— А что делать с настоящей Рейнбоу Дэш? – Поинтересовался Таилаг, вопросительно глядя на единорога. – Не оставлять же ее тут.

— Нет, не оставлять. Отнесите ее в мой дом – вон он стоит. – Глашатай махнул копытом в сторону особняка. – На чердак например. Лестницу наверх сломайте. Там сейчас ваша бывшая бескрылая рабыня. Постарайтесь не попасться ей на глаза.

Чейнджлинги кивнули, и, подхватив спящую пегаску, улетели. Фаиронир же последовал за ними, не спеша и пешком.

## Глава 9.

С задачей незаметно доставить Рейнбоу Дэш до ее нового места обитания чейнджлинги справились на отлично. К моменту возвращения Фаиронира назад ничто не было побито, не было произнесено ни одного матного слова и ни одного крика не раздалось внутри дома. Зато весь особняк буквально блистал чистотой, а с кухни доносился звон посуды и довольно аппетитный запах. Похоже, из Трилли может выйти неплохая служанка – если ее не контролировать, конечно. Вот только, при всех этих плюсах, она же затрудняет перемещение союзников по дому – пока что, поскольку мыслит свободно. Ну ничего, им это даже на пользу пойдет. Глашатай, конечно, мог взять ее под контроль, как того стражника в цитадели чейнджлингов, но это будет отнимать у него слишком много сил. Вот когда у него будет нормальная подпитка чужими страхами, тогда будет… Можно совершить над ней ритуал.

Так, ладно, на сегодня все. Фаиронир планировал в этот вечер просто отдохнуть от долгой и изматывающей работы (а так же дороги). Похоже, его дурная репутация сыграла ему на руку. И, возможно, еще сыграет. Но это все завтра. Сегодня же – поужинать и спать. Время то позднее.

На ужин было овощное рагу – пока тут живет бескрылая пегаска, о мясе можно забыть. Впрочем, оно было в ангмарских сухпайках… Кабы они еще были не только питательными, но имели при этом нормальный вкус и не сидели уже вот где… В общем, инициатива пегаски была очень кстати. На вопрос, откуда она взяла деньги на овощи, коих в кладовке в подвале уж точно не было, Трилли честно призналась, что взяла часть его сбережений. И, вопреки ее ожиданию, глашатай ее ругать не стал. Раз ее стержень еще не сломан и она способна еще на некоторое своеволие, значит, еще не совсем пропаща.

Поблагодарив Трилли за трапезу, Фаиронир отправился в свою комнату, укладываться спать после тяжелого трудового дня. Деньги для Эквестрии Фаиронир добывал довольно долго. Для того, чтобы удалить профиль Короля-Призрака с монет Ангмара, ушло не мало сил, но результаты стоили ожиданий – ни одного неудобного вопроса не было задано что ему, что далеко не такой страшной Трилли.

В любом случае, пока что ее можно держать в неведении. А потом… Потом можно будет взять пегаску под контроль и смотреть, так сказать, «ее глазами», дабы еще сильнее ускорить процесс захвата душ элементов гармонии в царство кошмаров. Пожалуй, их надо будет еще и крепко связать вместе, дабы они точно не выбрались. Врага, как бы он тщедушно не выглядел, недооценивать нельзя. Даже самый слабый противник может доставить весьма серьезную головную боль, если на него не обращать внимания…

Ну а Принцессы… Они слепы, раз до сих пор не обнаружили слугу истинного зла у себя под носом. А когда обнаружат, будет слишком поздно. При той подпитке, что готовил для себя глашатай, ему точно хватит сил им противостоять. Особенно если подготовить место встречи…

Погрузившись в размышления о том, как он всем задаст, колдун не заметил, как заснул…

Утро начиналось практически стандартно для этой для этой деревеньки. Фаиронир проснулся, услышав ругань, крики и битье стеклянной утвари своего дома. Причем вопли принадлежали одной его знакомой…

Похоже, Трилли оказалась таки помехой для посланников Кризалис. Про себя проклиная тупоголовых чейнджлингов, глашатай со всех ног побежал туда, откуда доносились эти неприятные звуки. А уж если кто-то снаружи это услышит… Скажем так, список «помех», которых нужно будет устранить, сильно расширится. Хорошо хоть особняк располагался не посреди города, а на отшибе, иначе в окнах уже маячили бы любопытные мордочки…

Но все обошлось. Относительно. Трилли действительно наткнулась на чейнджлинга. В обличие Рейнбоу Дэш. Бескрылая пегаска стояла в дверях, швыряя в противника все, что попадалось под копыто (по приземлению в основном все это с жалобным звоном разбивалось об импровизированный щит чейнджлинга) и поливая его отборным матом, которого Трилли наверняка нахваталась у своих бывших хозяев. И при всем при этом она мешала союзнику Фаиронира в его борьбе с настоящей властью в Эквестрии покинуть зону обстрела, ибо окна в этой комнате не было.

«Рейнбоу Дэш» же тихо пряталась за не очень пыльным деревянным шкафом в углу, ведя себя совершенно не типично для настоящей, вечно задиристой пегаски. Фаиронир, пару мгновений понаблюдав за этим безобразием, не стал на сей раз тратиться на задушевные беседы со своей служанкой и попросту вырубил ее сильным и точным ударом по голове.

Пегаска рухнула на пол, как подкошенная, не успев договорить особо грязное выражение, касавшееся крупа матери «Рейнбоу Дэш» и вечного шутника Дискорда. Перешагнув через бесчувственное тело, колдун устало произнес:

— Ни на секунду вас оставить нельзя… Какого эльфа ты тут забыл, чейнджлинг?

— Ты же просил полностью отыгрывать роль того, кого мы замещаем. Вот я и отыгрываю!

— Объяснись, чейнджлинг! – В голосе Фаиронира прорезался гнев. «Рейнбоу Дэш», заметив это, решила не тянуть кота за яйца и поспешно ответила:

— Во время внедрения в жизнь твоей последней цели я наткнулась на ее подругу, Пинки Пай. И она предложила мне расследовать вместе с ней «дело о пропавших книгах» вместе. Я согласилась. Пинки Пай предложила осмотреть твой дом на наличие улик. Втайне от тебя, конечно же. Я пошла наверх изображать бурную деятельность (а заодно и исключить из ее зоны поисков чердак), и наткнулась здесь на рабыню. Вот и весь сказ…

Выслушав объяснения, Фаиронир довольно кивнул.

— Чудесно. Хоть кто-то из вас соображает. Итак, чейнджлинг…

— Айтар.

— Да без разницы. Замани Пинки Пай в подвал. А уж там мы покажем ей, как она ошибалась во мне…

— Мммм… Глашатай… Фаиронир! А эту мы оставим здесь? Она же по пришествии в сознание вполне в состоянии будет весь город на уши поставить!

— Соображаешь… — Опять кивнул колдун. – Спасибо, что напомнила. Трилли, конечно, хорошая домохозяйка, но вытащил я ее из рабства не для этого.

— Так для чего же?

— О, тут все просто. Разве наблюдая за мной, ты так и не поняла, в чем моя сила? Я сделаю из нее тайного агента. Куклу, проще говоря. Никто из вас не умеет пользоваться мощью темной магии, что даровал нам Мелькор. А поскольку темным наречием здесь владею только я, то будет лучше, если у меня появится… Проводник. Ее воля сохранится – до поры, до времени. Возможно, при должном воздействии, она даже перестанет вас замечать…

Но, когда эта рабыня окажется рядом с элементом гармонии, я смогу взять ее под контроль и использовать по назначению. А теперь иди! Замани Пинки Пай в подвал, а потом выруби, если я… задержусь. Я проведу надлежащий ритуал, а потом догоню.

Чейнджлинг кивнула и поспешила вниз.

— Итак, приступим… — Пробормотал Фаиронир, доставая из складок своего одеяния кинжал и глядя на лежащую в беспамятстве бескрылую пегаску.

* * *

Заманивать главного в Понивилле устроителя вечеринок в подвал не пришлось – она уже была там. Едва «Рейнбоу Дэш» открыла дверь, которая, как водится, сразу страшно заскрипела, так тут же была сметена вниз по ступеням розовым вихрем. Когда мир вокруг перестал представлять из себя круговорот пыли и грязи, чейнджлинг обнаружила себя за какой-то заплесневелой бочкой, рядом с Пинки Пай. На ней (хотя во время их расставания в кустах у особняка Фаиронира она была без одежды вообще) была одета черная ряса и накладные очки с усами — ну прямо заправский детектив просто.

Айтар, что отыгрывала роль Рейнбоу Дэш, насторожилась, но из образа пока что не выходила.

— Что случилось, Пинки? – Взволнованно поинтересовалась она.

— Тссс! – Отозвалась розовая пони, напряженно глядя в сторону единственного выхода из подвала. – Там кто-то есть!

— Где? – Озираясь, спросила «Рейнбоу Дэш», одновременно сканируя окружающее пространство на наличие чужих эмоций. Мог ли это быть Фаиронир? Нет, он не мог вернуться так быстро. Все эти его ритуалы… Они же уйму времени должны занимать. Хотя на отправку радужногривой в царство снов он потратил от силы пять секунд…

Так, ладно, что тут у нас? Ярко полыхающий огонек веселья – это ее цель, Пинки Пай. Подумать только – даже такое мрачное и грязное место, как подвал особняка, куда не добралось копыто рабыни, на нее совершенно не влияет. Вот уж точно, ненормальная.

Еле заметный тусклый оранжевый свет голода… Крыса, наверное. Сверху отдается алая затухающая ярость рабыни, перерастающая в серое спокойствие – признак того, что тот, кто излучает эту эмоцию, спит… или вырублен хорошим ударом. Точно так же ощущалась и Рейнбоу Дэш, что валялась сейчас на чердаке.

Глашатая Айтар не чувствовала вообще. Хотя недаром ведь стража промеж собой толковала о чуть ли не паранормальных способностях этого единорога, которого к тому же еще и нельзя почуять.

— Вон там! – Все так же шепотом ответила Пинки Пай, ткнув копытом в сторону двери (и оранжевого тусклого огонька). Для виду прищурившись, Айтар посмотрела в ту сторону и облегченно вздохнула, ответив:

— Ну ты и… Это же просто крыса!

— В нашем деле даже такой маленький зверек может оказать немалую помощь! – Важно заметила Пинки Пай. – Раз тут водятся крысы, значит, тут есть, чем поживиться. А поскольку тут есть, чем поживиться, мы обязательно это найдем. А если учитывать тот факт, что этот дом пустует уже несколько лет, то тут единственная ценность – книги Твайлайт, которые украл этот Тарибар! – Победно закончила свои рассуждения розовая пони.

— Всегда удивлялась твоей логике…

— Нашла наверху что-нибудь подозрительное, или, что еще лучше, улику?

— Нет, там все чисто. – Покачала в ответ головой Айтар. – Ни следа книг Твайлайт. У тебя пока тоже ничего?

— Да. Но не переживай, мы выведем его на чистую воду, никуда этот Тарюшка-воришка не денется! Когда сам детектив Пай берется за дело, преступникам лучше самим сдаться, иначе будет хуже!

— О, вот как? – Раздался вкрадчивый голос Фаиронира буквально отовсюду. Даже из той бочки, за которой прятались Айтар в роли Рейнбоу Дэш и Пинки Пай в роли детектива Пай. – Знаешь, дорогая моя розовая пони, тут все не так просто. Ты пришла узнать, причастен ли я к похищению книг, что принадлежали твоей подруге, Твайлайт Спаркл? Ну так вот тебе честный ответ – да, их украл я.

— Ха! Я знала! Знала, что ты плохой пони! Теперь-то ты не отвертишься! Детектив Пай и ее помощница Дэш раскрыли еще одно дело!

— Правда? – Насмешливо протянул глашатай, решив наконец показаться им на глаза. – Но зачем мне это делать, если ты уже никуда отсюда не уйдешь?

Наверху, в дверях, появилась темная угловатая фигура. Кто это – Айтар было ясно и так. Быстро же он закончил свой ритуал. Сразу видно – профессионал. Откуда же он на самом деле родом?...

Разговор между тем перешел в активную фазу: Пинки Пай, как и Рейнбоу Дэш до нее, висела в воздухе, пойманная телекинетическим захватом Фаиронира, и подобно его предыдущей жертве, дергалась, стараясь выбраться.

Единорог же, не ослабляя воздействие телекинеза ни на секунду, медленно спускался вниз, при этом продолжая вести разговор с розовой пони.

— Право слово, Пинки Пай, не стоит дергаться. Это все равно бессмысленно. Просто посмотри мне в глаза, и все кончиться.

Однако розовая пони все же сопротивлялась. Ее блуждающий взгляд упал на Айтар, молчаливо наблюдавшую за происходящим. Упал и тут же зацепился, наполняясь надеждой.

— Ты про кое-кого забыл, Таришка-воришка! Рейнбоу, задай ему жару!

Чейнджлинг помотала головой и ухмыльнулась, глядя, как тает улыбка на губах у Пинки Пай.

— Рейнбоу?..

— Прости, Пинки. На этот раз ты сама за себя.

— Нет… Как ты могла… — Грива их жертвы начала выпрямляться, а на глазах выступили слезы. – Ты… Он… Преда…

— Довольно этих розовых соплей! – Прервал ее Фаиронир, притянув к себе в упор и зафиксировав ее голову прямо перед собой, вынуждая Пинки Пай посмотреть ему в прорези шлема. Контакт длился не долго — всего две секунды, спустя которые розовая пони обмякла. – Добро пожаловать в царство кошмаров! Расслабься и получай удовольствие!

## Глава 10.

Категорически неплохо день начался. Буквально только что встал с кровати – и уже поймал еще одну душу. Пожалуй, можно даже малость ускориться. Однако сначала нужно все-таки обговорить дальнейшие действия с чейнджлингами. Пока что Фаирониру везло, и Элементы Гармонии буквально сами шли к нему в руки. Но фортуна переменчива, и легко может повернуться к глашатаю спиной. А то и чем похуже.

К тому же, он вывел из строя самые «активные», непоседливые элементы. Трое из оставшихся были домоседами, а четвертая – трудоголиком, очень редко покидающим свою ферму. Впрочем, была у последней одна… Слабость по отношению к Рейнбоу Дэш. И ей Фаиронир собирался воспользоваться, взвалив ее на хрупкие плечи чейнджлингов. А точнее, на тех, кто уже получил свою роль.

Сходка состоялась на втором этаже в гостиной. Это было самое относительно нормальное по чистоте и убранству место во всем доме – за исключением комнаты Фаиронира и кухни.

— Итак, дело на треть сделано. – Начал глашатай, обведя всех присутствующих здесь холодным взглядом. – Пинки Пай и Рейнбоу Дэш в наших… копытах, а их заменители уже вступили в нашу игру. Надеюсь, они понимают, насколько важна их миссия. В особенности это касается замены Пинки Пай.

Чейнджлинг, что отыгрывал ее роль, коротко кивнул. Таилаг специально отобрал его на это дело изо всей стражи чейнджлингов. Самый неадекватный и самый веселый изо всех своих сородичей. И пусть он и в половину не был так хорош, как та, что лежала сейчас на чердаке, посасывая свой хвост во сне, но все же он был уверен, что не подведет Королеву и этого их временного командира.

— Ну, а теперь перейдем непосредственно к делу. Таилаг! Выбери из своей группы кого-нибудь наиболее спокойного и… Неуверенного в себе, и отправь после нашего совещания вслед за Трилли к Флаттершай. Их задачей будет выманить ее из дома подальше от зверей и чужих глаз. Лучше всего в этом поможет просьба моей… куклы о помощи. Дальнейшие инструкции будущая «Флаттершай» получит непосредственно на задании.

— Принято. – Ответил капитан чейнджлинговой стражи, скосив глаза на Крэрт. Глашатай при этом не сдержал улыбку. Впрочем, все равно ее никто не заметит.

— Далее. Если с Флаттершай все пройдет удачно, мы перейдем к следующей части моего плана. Я, ты и наши копии Рейнбоу Дэш и Пинки Пай пойдем ближе к вечеру на ферму Эпплов. Сегодня у Эпплджек и радужногривой должно состояться какое-то состязание.

— Ты знаешь это наверняка? Откуда?

— Я видел это в голове у спящих наверху. Рейнбоу Дэш и Эпплджек вечно спорят друг с другом о том, кто же из них «круче», сильнее и храбрее. И мы этим воспользуемся, чтобы оттащить фермершу подальше от родни, а так же, если получится, физически ее вымотаем. Рарити и Твайлайт Спаркл оставим на десерт. Вопросы есть? Нет? Очень хорошо. За дело!

* * *

Кукла Фаиронира молча трусила вперед по небольшой дорожке, ведущей к домику, стоящему на окраине Понивилля у Вечнодикого леса – месту, где в окружении множества зверей, диких и не очень, жила робкая пегаска по имени Флаттершай.

Что конкретно внушил глашатай своей рабыне, чейнджлинг не знала, но колдун настоятельно рекомендовал ей подыгрывать. Волею Таилага место розовогривой пегаски должна была занять Крэрт, но пока – на время, она приняла другой облик – ведь разгуливать в своем истинном обличии по дневному Понивиллю было очень и очень опасно. В своей нынешней маскировке она была уверена на все сто процентов – вряд ли тут хоть кто-нибудь был знаком с одной из безымянных рабынь общепита всех чейнджлингов.

А вот эту, как ее… Трилли в народе знали. Пони, прогуливающиеся тут и там, здоровались с ней и пытались развязать диалог – в общем, вели себя, по мнению Крэрт, куда более дружелюбно, нежели в первую встречу – весь отряд чейнджлингов был послан буквально вслед за глашатаем, и поэтому они видели, как встретили Фаиронира и его «свиту» в городе поначалу.

Самой Крэрт тоже доставалось немного внимания, но оно выражалось разве что в любопытных взглядах. Наконец, впереди показался домик, в котором жила Флаттершай. Насколько чейнджлинг могла судить, жилище у нее было не ахти. Фактически, оно напоминало особняк Фаиронира, который разве что на ветру не шатался. Правда, в отличие от заброшенной (внешне) «базы» некроманта, домик местного ветеринара выглядел куда более ухоженно. Вокруг дома пегаски сновали самые разнообразные животные, чья любовь к Флаттершай была настолько велика, что чувствовалась прямо кожей. Крэрт непроизвольно облизнулась. Любовь – она и в Зебрике любовь.

Правда, у животных она не так питательна и замечательна на вкус, но все же, раскидываться дармовой пищей не стоит. Как жаль, что перед этим заданием Таилаг строго-настрого запретил всему отряду соблазнять пони… Эх, если бы не этот запрет, она бы тут так развернулась! Пусть Крэрт тогда с Фаирониром провалилась, но ведь он не зря же колдун? Воспользовался своей гнусной магией и раскрыл ее! Наверняка!

Задумавшись о своем, чейнджлинг не заметила, как Трилли остановилась, и врезалась в нее, устроив маленькую кучу малу. Рабыня после столкновения странным образом задергалась, выгибаясь под разными углами – но при этом не дотягивая до одержимости, когда дух, вселившийся в живое тело, начинает перестраивать его под себя, натягивая на себя телесную оболочку как одежду, дробя кости и сминая органы. Опомнившись почти сразу, Крэрт поспешила слезть, а затем и отойти на пару шагов назад.

Хорошо еще, что их никто не видел… А вдруг она, сама того не зная, каким-то чудом убила рабыню, что вот сейчас дергается в предсмертных судорогах?! Крэрт почувствовала, как ее холодное сердце уходит в задние копыта и запирается там на десять замков. Первое серьезное задание – и она уже оплошала! А уж что с ней сделает после этого Фаиронир… Чейнджлинг как никто другой знала, насколько жестоким может быть этот единорог. Однако все обошлось. Дергание закончилось, и Трилли наконец смогла встать, при этом осматривая себя на наличие (как думала Крэрт) повреждений.

— Надо же, а я думал, что стержень ее души будет проще сломать… — Пробормотала она себе под нос. Затем повернулась к застывшей на месте чейнджлингу и улыбнулась. – Не стой столбом, изгнанница! Чем быстрее мы управимся с этим делом, тем лучше. Значит так. Оставайся в этом облике и найди в этом лесу подходящее место для засады. А я тем временем пойду за твоим будущим новым обликом… И приведу его к тебе.

— А… Э… — Наконец озвучила свои мысли Крэрт, все еще не веря своим ушам. Глашатай что… Только что взял под контроль другое живое и разумное существо?

— Шевели копытами, тупое животное!

Чейнджлинг опомнилась и зашевелила не только копытами, но и крыльями, да так резво, что исчезла из поля зрения куклы Фаиронира буквально за несколько мгновений.

Марионетка колдуна же усмехнулась и, подобно Крэрт, тоже заработала копытами – ко входу в домик Флаттершай. Как удалось выяснить глашатаю после проведения ритуала подчинения над Трилли, эта бескрылая пегаска уже познакомилась с Элементом Доброты.

На рынке, где вступилась за нее, отогнав хулиганов, не желающих ждать своей очереди, сама того не ожидая от себя. Ну а теперь… Все будет выглядеть естественно. Вряд ли Флаттершай откажется оказать помощь попавшей в беду. Особенно, если соврать, что это животное.

* * *

В качестве места для засады Крэрт выбрала небольшой темный овраг, заросший желтым кустарником, что был обильно опутан паутиной. Пауки тут тоже были, но, до гигантских своих сородичей из глубины этого леса им было так же далеко, как самой чейнджлинг до этих милых маленьких членистоногих. Забравшись на одно из деревьев, что росли здесь во множестве, она устроилась по удобнее. Вот только… Спустя пятнадцать минут она вспомнила, что забыла задать один весьма важный вопрос кукле Фаиронира: как Трилли (или глашатай внутри нее) ее найдет?!

* * *

Трилли неутомимо ломилась вперед, через нещадно хлещущие ее ветви и натыкаясь на вездесущую паутину, останавливаясь лишь для того, чтобы подогнать Флаттершай, которая, в свою очередь, шла очень медленно, ускоряясь лишь только для того, чтобы не отстать, и дрожала как лист на ветру от каждого звука в лесу. Вся ее уверенность в собственных силах, что внезапно в ней обнаружилась на пороге своего дома после того, как она услышала о том, что малым зверятам угрожает опасность, куда-то улетучилась, оставив только страх, который неизменно вселял в нее этот ненормальный лес.

— Давай, Флаттершай! Мы уже рядом! – Подбодрил ее Фаиронир в теле кобылки, остановившись в очередной раз и дожидаясь трусливую розовогривую пегаску.

— М-м-м… Трилли? Ты точно знаешь, куда нам идти? – Спросила Флаттершай.

— Конечно знаю! Осталось всего ничего! – В очередной раз ответила бескрылая пегаска, прищурившись и осматриваясь.

— Просто… Мы идем уже целых полчаса! Я так волнуюсь за зверят! Что если с ними уже что-то случилось? Что если…

— Тсссс… Спокойно. Все обойдется. Мы успеем. О, кстати! Нам туда! – Ткнул копытом куда то вниз глашатай.

Крэрт явно питала страсть забиваться в неведомые дали, куда ни один пони в здравом уме не сунется. На этот раз она выбрала относительно неглубокий, но темный овраг. Ну, в принципе, оно и правильно – лишние глаза им не нужны. И пусть в этом лесу шансов встретить их было мало, полностью эту проблему исключать было нельзя. Так же, помимо вышеназванного, существовал риск встретиться с дикими животными, которые наверняка могли позариться на свежую понятину, но, пока рядом с куклой Фаиронира была Флаттершай, им было нечего бояться. Благодаря своим пленницам, что сейчас бились в глубинах собственного сознания в тщетных попытках выбраться, глашатай узнал, что розовогривая пегаска обладает неким «взглядом», чем-то отдаленно напоминающим одно из его собственных заклинаний. С помощью этой ее особенности можно было «убедить» практически любого зверя в том, что он не прав.

Силы же самого колдуна в этом теле были сильно ограничены. Его проводник не была единорогом, а это значит, что стандартный набор здешних заклинаний ему не доступен. Следовательно, держать Флаттершай должна будет Крэрт. А потом и нести настоящую розовогривую к нему в особняк, пополнять компанию остальным спящим.

На контроль живого тела, чей разум хоть и был выдворен прочь, но упорно хотел вернуться, приходилось тратить немало сил, а значит, не стоило тратить их понапрасну. Ну там, на запугивание всяческих лесных тварей… Конечно, можно было попросту подчинить Трилли при помощи «болевых тисков», как тогда того чейнджлинга-стражника, но при этом существовал бы повышенный риск открыться раньше времени.

Хорошо хоть, что Крэрт не стала забиваться в самую глубину этого леса, и найти ее оказалось не так уж и сложно.

— М-м-м… Трилли? А ты уверена, что нам точно туда? – Еле слышно подала голос Флаттершай, глядя на темный овраг, который ей совершенно не нравился.

-Точно-точно! – Ответил Фаиронир губами бескрылой пегаски, при этом подталкивая розовогривую поближе к яме. – Скорее, мы должны помочь!

— Х-хорошо… — Неуверенно протянула его жертва, медленно спускаясь вниз. Однако колдуна такая скорость явно не устраивала.

— Ну давай же, смелее! – Услышала Флаттершай, прежде чем получить по пятой точке копытом и покатиться вниз, навстречу к паутине и кустарникам.

— Ну давай же, смелее! – Услышала знакомый голос сквозь сон Крэрт. Встрепенувшись, она соскочила со ставшей внезапно такой манящей толстой ветви, на которой спала и глянула вниз, одновременно сканируя окружающее пространство на эмоции.

Трилли и Флаттершай обнаружились довольно быстро. Конечно, это лес, и мощный эмоциональный фон зверья тут ощутимо мешал поиску, но упустить двух пони на таком близком расстоянии, особенно если у одной из них весьма причудливая смесь эмоций… С этим даже жеребенок справиться! Обе пегаски были уже в овраге, причем Флаттершай скатилась вниз кубарем, и сейчас оттряхивалась, безнадежно стараясь очистить свою шкурку.

— Наконец-то, вот мы и пришли! – Проговорил между тем Фаиронир губами Трилли, но своим голосом. – Тебя очень сложно выманить из дома, Флаттершай! Крэрт, пора! Подержи ее.

Получив сигнал к атаке, чейнджлинг спрыгнула с насиженного места прямиком на розовогривую, пригвоздив ее к земле. Та, к немалому удивлению Крэрт, даже не стала сопротивляться – она лишь ошалело взирала на возвышающегося над ней Фаиронира, укравшего тело Трилли.

— Кто… Кто ты? – Тихо спросила она, посмотрев ей (или все же ему?) в глаза. – Что ты сделал с Трилли? Зачем… Ты меня сюда заманил?

— О, тут все очень просто… Мне нужно твое тело. – Ответил колдун, привычно отправляя очередную душу в царство снов. Покончив с этим, Фаиронир перевел взгляд на чейнджлинга. – Я все больше удивляюсь решению Кризалис взять тебя на такое важное задание. Ну да ладно, будем пользоваться тем, что есть. Отнеси ее в мой особняк. Рабыню я оставлю тут. Свое дело она сделала, и более мне не нужна. А мы, тем временем, продолжим…

Крэрт скрипнула зубами, но все же подчинилась. Взгромоздив Флаттершай на себя, она стрелой взмыла ввысь, оставив глашатая, который все еще управлял чужим телом, внизу. Фаиронир же покидать тело Трилли не торопился: ему казалось, что здесь за ним кто-то наблюдает. Причем наблюдает кто-то разумный, а не безмозглое животное, жаждущее полакомиться понятиной. Однако как ни старался колдун, никого заметить от так и не сумел. Плюнув наконец на это дело, он покинул тело пегаски, напоследок погрузив ее в сон – не такой, как у элементов гармонии, а простой. Пусть твари этого леса сожрут ее, не оставив о ней даже воспоминаний.

Лишь в конце, почти разорвав ментальную связь, Фаиронир увидел что-то белое в кустах…

## Глава 11.

Пробуждение Трилли оказалось не из приятных. В конце концов, когда ты просыпаешься посреди пусть и теплой, но совершенно незнакомой тебе комнаты, а над тобой стоят две неясные фигуры, причем одна из них выглядит как дракон… Скажем так, испугаться тут есть чему.

Когда в голове у Трилли немного прояснилось, она поняла, кто ее сюда притащил. Твайлайт Спаркл. А ведь неизвестно еще, что с ней они сделают и зачем вообще сюда приволокли. То, что это сделали эти двое, бескрылая пегаска не сомневалась. Она отлично помнила, что застала в доме Тарибара Рейнбоу Дэш – подругу Твайлайт Спаркл. А потом кто-то сильно бьет ее по голове, она проваливается в темноту… И очухивается уже здесь. Так что у Трилли были вполне обоснованные подозрения в адрес единорожки.

— Твайлайт! Она очнулась! – Между тем произнес малыш-дракон, подходя чуть поближе и беря со стола, стоящего рядом, какой-то амулет. Единорожка, до этого что-то записывающая, отвлеклась от своего занятия и перевела тяжелый взгляд на бескрылую пегаску. Трилли же, между тем, вскочила на ноги и приготовилась продать свою жизнь подороже. Видно ведь, что ее ждет допрос, пусть она и не понимала, о чем. Зато как эти допросы происходят, Трилли знала не понаслышке.

— Где Флаттершай?! — Спросила тем временем Спаркл, медленно приближаясь к ней. Пегаска так же медленно попятилась назад.

— Откуда мне знать? Она твоя лучшая подруга, а не моя!

— Ты и чейнджлинг заманили ее в Вечнодикий лес, где оглушили. – Спокойным тоном, как будто читая лекцию каким-нибудь жеребятам, начала Твайлайт. – Затем твой спутник, должно быть, отравил тебя и унес Флаттершай в какой-то «особняк».

Хлопая глазами, Трилли выслушивала все эти обвинения, не веря, что она могла такое сделать. Наконец, набравшись храбрости, она озвучила свои мысли:

— Но… Но я ведь этого не делала! Это все неправда!

— Да? А вот он говорит, что делала. – Единорожка указала копытом на белого кролика, которого Трилли до этого не заметила.

Эйнджел… Домашнее животное Флаттершай. Бескрылая пегаска с ним сталкивалась всего пару раз, и обе эти встречи ей категорически (как, похоже, и кролику) не понравились – уж больно наглым и ревнивым тот был. А теперь, стало быть… Он что, оклеветал ее? Ну, заяц, погоди!

— Твай, хватит. – Произнес дракончик, опуская тускло горящий амулет. – Она говорит правду. Трилли не делала того, о чем рассказал нам Эйнджел.

Пегаска облегченно вздохнула. Наконец-то, справедливость восторжествовала. А то совсем уже свихнулись – сперва нападают в ее же доме, а потом крадут для допроса по чьей-то клевете.

— Или, по крайней мере, она не помнит этого.

Трилли поперхнулась.

— Чудесно! Стало быть, эта ниточка для нас потеряна…

— Хотя… Амулет правды ведь мог ошибиться! Погрешность его работы – пять процентов, но все же… Есть же и другой вариант! Может, стоит заглянуть в ее воспоминания?

Твайлайт живо припомнила свое последнее посещение чужого прошлого, и чем все это обошлось в итоге для нее и ее друзей… И изо всех сил замотала головой.

— Нет! Это невозможно. Моих сил на это не хватит. Хотя… — Ее взгляд упал на кролика, который откуда-то достал морковку и принялся ее грызть. Уж что-то, а в воспоминаниях Эйнджела вряд ли будет что-нибудь страшное. Ну, кроме похищения Флаттершай. Но Твайлайт готова была пройти на это. – Возможно, есть еще один вариант.

* * *

Сил единорожки действительно едва хватило на ритуал – ответвлением этой магии она почти не интересовалась, и действовала на свой страх и риск. В итоге заклинание подействовало несколько не так, как она ожидала. Вместо того, чтобы наблюдать со стороны за происходящим, Твайлайт оказалась в теле Эйнджела. От первого, так сказать, лица.

Хорошо хоть, что с временным отрезком она угадала правильно. Перспектива провести весь день в голове у кролика, вместе со всеми его помыслами и желаниями, конечно, была бы очень познавательной, но это совершенно не то, что было ей нужно.

Эйнджел прятался в густом кустарнике с таким старанием, чтобы его уж точно не обнаружили. И при этом наблюдал за происходящим – ну, в данный момент он смотрел, как его хозяйка спускается на пятой точке в овраг. А вслед за ней на своих четверых спустилась и Трилли. А вот дальше начались странности. Точнее, странность была всего одна – бескрылая пегаска заговорила совершенно не характерным для нее голосом, который при этом оказался знакомым для Твайлайт. По крайней мере, его обладатель, причем знаком не с хорошей стороны.

Вместо тенера Трилли из ее уст вырвался баритон Тарибара. Значит, он все же оказался с ними несколько… неискренен. А уж когда единорожка услышала, зачем Тарибару сдалась Флаттершай… К несчастью, с позиции Эйнджела было очень плохо видно, кем был сообщник Тарибара. Имя «Крэрт» Твайлайт ни о чем не говорило – ни одной такой пони в Понивилле не жило.

Однако дальнейшие слова единорога в теле пегаски пролили свет не только на природу его друзей, но и на дальнейшие планы:

— Я все больше удивляюсь решению Кризалис взять тебя на такое важное задание. Ну да ладно, будем пользоваться тем, что есть. Отнеси ее в мой особняк. Рабыню я оставлю тут. Свое дело она сделала, и более мне не нужна. А мы, тем временем, продолжим…

Кризалис. Конечно, глупо было надеяться, что королева чейнджлингов после своего весьма чувствительного поражения полностью откажется от своих планов насчет Эквестрии и не будет желать мести. Но чтобы так быстро оправиться после проигрыша? И пойти при этом за тем, чье призвание в ее глазах – «еда»? Кто же он такой на самом деле, раз умудрился найти и, самое главное, убедить скрытных и далеко не миролюбивых чейнджлингов ему помочь?..

Необходимо как можно скорее предупредить принцесс, пока еще не стало слишком поздно! Но что имел ввиду Тарибар, говоря о продолжении и рабыне?

Хм, хотя насчет последнего вроде все понятно. Не сама же Трилли отдала ему свое тело. Контроль разума… Древняя и очень опасная магия – как для самого колдуна, так и для того, кого он подчиняет. Книг в открытом доступе, посвященных изучению этой техники, очень мало, да и то в них нет практически ни слова о том, как этому научится. Только бесконечные рассуждения очередного теоретика.

Воспоминание кролика подходило к концу, Твайлайт это чувствовала. Но, тем не менее, несмотря на жгучее желание как можно быстрее выбраться обратно из головы Эйнджела и сообщить своей наставнице о грозящей беде, единорожка не могла прервать действие заклинания. Поэтому, волей-неволей, пришлось наблюдать за оставшейся в одиночестве Трилли (или Тарибара в ее теле), что сейчас рыскала взглядом по кустам, как будто бы зная, что тут кто-то есть.

Необычайно холодный, практически ощущаемый кожей взгляд пегаски остановился на кролике буквально на пару мгновений, прежде чем его обладательница упала на землю. Но за это небольшое время Твайлайт почувствовала, как на Эйнджела (а так же и на нее внутри кролика) накатывает неестественный, липкий страх. А потом заклинание единорожки кончилось, и ее буквально вышвырнуло из чужих воспоминаний.

* * *

Должно быть, Твайлайт на время потеряла сознание, ибо пришла в себя на полу. Над ней с озабоченной мордочкой застыл Спайк.

— Твайлайт? – Взволнованно спросил ее маленький помощник номер один, помогая единорожке подняться с пола. – Ты как? С тобой все нормально? Что ты видела?

— Я… — Выдавила из себя кобылка, но продолжать не стала. Мысли на удивление сильно путались, словно она не просто погружалась в чужие воспоминания, а ее долго и упорно при этом били по голове тяжелым учебником. Наконец, единорожка вспомнила, что же она хотела сказать. – Нужно написать письмо принцессе!

Спайк все понял без лишних слов, и уже стоял с пером и свитком в лапах, готовясь записывать важное послание. Однако им помешали. Трилли, про которую Твайлайт и дракончик совершенно забыли, вдруг выгнулась всем телом и издала душераздирающий вопль, от которого мурашки побежали по телу. Впрочем, это было еще не все. Перестав вопить, пегаска поднялась с пола, на который в процессе всего этого безобразия грохнулась, и устремила свой взгляд на единорожку.

От него веяло тем самым неприятным холодом, что Твайлайт чувствовала во время посещения воспоминаний кролика. Мордочку Трилли прорезала злорадная ухмылка, а затем она заговорила. Ставшим уже привычным для ученицы Селестии голосом Тарибара.

— Чужие страдания так приятны… Значит, вы все же спасли от смерти мою куклу, которую я решил выбросить? Да будет так. Стало быть, я донесу свою волю до вас через нее.

Оправившись от шока, Твайлайт приготовилась… К чему угодно, что только мог выкинуть этот колдун. Конечно, то, что Тарибар мог захватывать контроль над телом Трилли, когда ему заблагорассудится, пугал, но и позволять единорогу что-либо она не собиралась. Пусть для этого и придется немного навредить самой Трилли.

— Ты решил сдаться? Очень вовремя, потому как скоро обо всех твоих преступлениях узнают принцессы!

— Я в этом сильно сомневаюсь, юная леди. Как ты, наверное, уже знаешь, в моем плену находится одна из твоих подруг. Если ты хочешь увидеть ее живой и невредимой – ты не станешь ничего отправлять своим драгоценным принцессам. Если же ты, или кто-то другой из твоих знакомых рискнет, что же…. – Тарибар притворно вздохнул, — придется забрать не только ее жизнь, но и душу. Не сомневайся, я смогу. Если ты действительно хочешь помочь своей подруге, то выполнишь мою… просьбу. И тогда я отпущу ее.

— Чего ты хочешь?

— Приходи в мой особняк. Можешь даже прихватить своих друзей на это дело прихватить. Там, внутри, мы и уладим все наши дела. Посмотрим, сможет ли ваша драгоценная магия дружбы справиться с истинной силой тьмы!

Твайлайт кивнула.

— Хорошо. Я выполню твою просьбу.

— Замечательно. Помни, никаких принцесс! Если я почувствую хотя бы малейшее их присутствие, Флаттершай ждет мучительная смерть… А затем не менее мучительные страдания в мире духов. Не прощаюсь…

Тело Трилли вновь выгнулось, а затем обмякло, упав на пол.

— Твайлайт, ты же понимаешь, что это ловушка? – Поинтересовался Спайк, до этого не вмешивающийся в разговор, и вопросительно посмотрел на единорожку.

— Без сомнения, это она и есть. Но ради Флаттершай… Ради любой из своих подруг… Я готова на все. Спайк, к тебе будет отдельная просьба. Я соберу наших и мы отправимся в его особняк. Если мы не вернемся спустя час, напиши письмо принцессам. Он не должен никому более навредить!

## Глава 12.

Покинув тело Трилли, Фаиронир перевел свой взор на лежащую у его ног Эпплждек. Чейнджлинги хорошо выполнили свою задачу. В качестве состязания было предложено пронести Пинки Пай так далеко, как это только было возможно. На вопрос, почему именно ее, Айтар в роли Рейнбоу Дэш пояснила, что она, с одной стороны, легче бревна, а с другой – будет считать шаги. Тем более, что более ничего тяжелого вокруг не было.

В конце концов, земная пони согласилась, и даже вызвалась быть первой. Айтар для виду немного по сопротивлялась, а потом сдалась. Физически, однако, вымотать Эпплджек не удалось – она шла и шла, как заведенная. Наконец, даже глашатай Ангмара признал, что усталую любительницу таскать на себе широкую шляпу он застанет еще не скоро, и приказал напасть тогда, когда «Пинки Пай» насчитала километр.

Эпплджек, будучи застигнутой врасплох, сопротивлялась недолго, но яростно. Сбросив с себя чейнджлинга, начавшего ее душить, она увернулась от задних копыт Айтар и отскочила назад, непонимающе глядя на своих внезапно напавших на нее подруг. Дальнейшие ее действия, какими бы она их не планировала, прервал Фаиронир, поймав земную пони в телекинетический захват. Ну а дальше все прошло как обычно – разве что против «темного взгляда» Эпплджек боролась чуть больше десяти секунд. Рекорд, однако! Остальные сдавались быстрее.

Покончив с земной пони, колдун дал чейнджлингам новый приказ – обеспечить ему окно свободного времени минимум в двадцать минут, но так, чтобы все выглядело естественно. «Герои», какой бы расы они ни были, крайне предсказуемы, так что «оговорка» насчет друзей, добавленная Фаирониром при прощании с Твайлайт Спаркл, отнюдь не была ей. Учитывая тот факт, что настоящей осталась только Рэрити, западня выйдет что надо. Однако надеяться только на чейнджлингов колдун не собирался. Элемент Магии наверняка очень сильна, и, поэтому, особняк лучше подготовить к ее приходу…

* * *

На то, чтобы собрать всех остальных, а также объяснить им, что да как, ушло чуть больше двадцати минут, отмеренных Твайлайт от того часа, по истечении которого Спайк должен будет отправить письмо принцессам.

Рэрити была у себя – готовилась к наплыву клиентов на канун Гранд Галопинг Гала. Узнав, что Флаттершай угрожает нешуточная опасность, она без лишних слов закрылась и поспешила вслед за фиолетовой единорожкой. Рейнбоу Дэш и Эпплджек обнаружились на ферме последней, где они, развалившись на траве, обсуждали какое-то состязание. Опять должно быть, выясняли, кто из них круче. С поисками Пинки Пай разве что пришлось немного помучиться, но вскоре розовая пони нашла их сама, свалившись на подруг с дерева и немного испугав их своим внезапным появлением.

Так или иначе, все были в сборе. Коротко пересказав всем свою беседу с одержимой Тарибаром Трилли, Твайлайт обвела всех взглядом, и, коротко вздохнув, произнесла:

— Мы пойдем к нему в особняк.

— Да! – Практически в один голос крикнули Рейнбоу и Эпплждек. – Надерем ему круп и спасем Флаттершай!

— Уи-и-и! – Воскликнула Пинки, радостно прыгая на месте. – Приключение!

— Дорогуша, ты же понимаешь, что там нас ждет ловушка? – Не разделила энтузиазма остальных Рэрити. – Не лучше ли будет сообщить принцессам?

— Рэрити, ты что, пропустила все пересказанное мной мимо ушей? Тарибар сказал, что убьет Флаттершай, если я – или кто-то другой, напишет письмо!

— И ты сразу же поверила ему на слово и пошла в его логово без подготовки на верную смерть, или, что еще хуже – разделить участь Флаттершай?

— Ну, во-первых, я не одна, а с вами. Во-вторых, мы далеко не так беззащитны, как Флаттершай. И, в-третьих – я попросила Спайка, чтобы он примерно через сорок минут таки отправил послание принцессам, на случай, если мы не справимся.

— Не дрейфь, подруга! – Сказала Рейнбоу, сильно хлопнув Рэрити по плечу, заставив ту поморщиться – то ли от боли, то ли от того, что копыто пегаски оставило на ее чистой шкурке столь не любимую единорожкой грязь. – Мы справимся. Вряд ли этот жеребец и вполовину так силен, как Дискорд или Ко… Кризалис.

Таилаг, отыгрывающий роль Эпплджек, мысленно ударил себя копытом по лбу. Айтар, конечно, вовремя поправилась, но все равно привлекла недоуменный (пока еще) взгляд Твайлайт Спаркл, которая, в отличие от Рэрити, заметила эту маленькую, едва заметную оговорку. Все таки, настоящая Рейнбоу Дэш при разговоре никогда не заикалась. А тут…

Титул Королевы Кризалис был обязателен при произношении имени матери в среде чейнджлингов точно так же, как и добавление слова «принцесса» перед именем Луны или Селестии между пони. Вот и Айтар на автомате едва не открылась раньше времени. – Ну так… Чего же мы ждем? – Спросил Таилаг, чтобы поторопить группу, а так же отвлечь внимание вечно подозрительной фиолетовой единорожки (как-никак, именно она распознала в свое время их повелительницу во время крайнего визита чейнджлингов в столицу Эквестрии) от рассматривания Айтар. Что конкретно она хотела там найти, Таилаг не знал, но береженого королева бережет. Конечно, его лейтенант была очень старательной как в плане службы, так и в маскировке, но мало ли…

Твайлайт тем временем тряхнула головой, отгоняя дурные мысли. На миг ей даже показалось, что с Рейнбоу Дэш что-то не так… Возможно, этот Тарибар пытается их так рассорить, как в свое время – Дискорд?

— Ты права, Эпплджек. Не будем медлить!

* * *

Особняк колдуна выглядел обманчиво пустынным, и, в то же время, пугающе мрачным. Как будто в нем и в правду жили призраки, не ведающие покоя…

Толкнув дверь, которая при открытии страшно заскрипела, убивая любые надежды на скрытное проникновение (если они, конечно, были) пятеро подруг застыли на пороге. Внутри царил мрак, неохотно отступавший перед дневным светом, прорвавшимся вслед за кобылками. Более тут никаких источников света не было – даже окна были закрыты на ставни снаружи, и пыльными занавесками внутри.

Такого освещения хватало совсем ненамного – оно выхватывало лишь небольшой участок главного зала.

— Ну что, пошли? – Несколько неуверенно спросила Твайлайт, обернувшись к остальным. Те дружно кивнули. Осторожно, опасаясь подвоха на каждом шагу, пони вошли внутрь особняка. Фиолетовая единорожка, идущая впереди, зажгла свет на своем роге, дабы им не пришлось блуждать в темноте.

Тарибар же не заставил себя долго ждать. Когда все хранительницы (и чейнджлинги) оказались внутри, он закрыл дверь при помощи телекинеза, и, продолжая удерживать ее (на всякий случай, тем более что сил у него сейчас было предостаточно), захлопал копытами, опершись на перила второго этажа.

— Браво, браво! Ваше появление было… Ожидаемым. «Герои» так предсказуемы… — С издевкой протянул колдун.

— Я выполнила твою просьбу! – Крикнула Твайлайт, подняв голову. – Теперь делай то, что обещал! Отпусти Флаттершай!

— Хм, разве? Впрочем, не важно. Сейчас отпущу…

За спиной жеребца появилась розовогривая пегаска, которая медленно и испуганно брела вперед, прижав уши. Повернувшись к ней, Тарибар сказал:

— Ты свободна, дорогая… Можешь идти.

Флаттершай, оторвавшись от пола, взлетела и приземлилась на ковер, замерев там и опустив голову. Твайлайт и Рэрити, не удержавшись, подбежали к ней, чтобы проверить, не причинил ли Тарибар ей какого-либо вреда… На что, собственно, и рассчитывал колдун, нарисовав под ковром несколько видоизмененный круг призыва (и удержания) духов.

Розовогривая пегаска внезапно отлетела назад, а колдун, использовав магию, сильно дернул ковер, заставив торопыг пребольно стукнуться головой об деревянный пол. Пока обе единорожки приходили в себя, Фаиронир толчком выбросил Рэрити из круга, а затем метнул флакон с набранной еще в Ангмаре кровью одного из безымянных рабов на нарисованные знаки. Распределив красную жидкость по всему кругу и удостоверившись, что все они тускло горят, колдун позволил себе злорадную усмешку.

Твайлайт, оправившись от удара, поднялась и направила в глашатая поток магической энергии. Который тут же срикошетил в нее саму. Фиолетовую единорожку отбросило назад, но не далеко – ее спина встретила невидимую стену.

— Да что за… — Начала было она, но договаривать не стала – ей все уже было понятно.

— Какая неожиданность! – Сказал жеребец, медленно спускаясь вниз со своего балкона. – Ты попалась в мою западню, как маленький жеребенок… Честно признаться, я думал, что бой с тобой будет интереснее.

— Ты забыл о моих друзьях, негодяй! – Выкрикнула единорожка.

— Не смеши меня, маленькая пони. Твоих друзей тут уже давно нет, ну, кроме Рэрити… Но это ненадолго. Скоро и она окажется в моей власти… И ты не сможешь этому помешать.

На этих словах Твайлайт исчезла в фиолетовой вспышке, пытаясь телепортироваться, однако появилось в том же самом месте, откуда пыталась уйти.

— Великолепно, не правда ли? Эта ловушка изначально создана для удержания в ней духов, но если немного перерисовать в ней пару знаков… То она начнет сдерживать еще и живых. Скрутите копыта Рэрити, мои верные слуги! Пусть отчаяние поглотит нашу дорогую гостью, пусть она увидит, какая участь ее ждет…

Чейнджлинги, только и ждавшие сигнала, дружно прыгнули на настороженную, но явно не ожидавшую такого модельершу. В отличие от Эпплджек, она практически не сопротивлялась – только пару раз брыкнулась, прежде, чем «подруги» ее скрутили.

Подошедший же к ней колдун довершил начатое. Подняв ее голову, глашатай встретился с ней взглядами… Три секунды – и Рэрити обмякла. А Фаиронир получил еще одну душу в свою коллекцию. И кое-какие знания о планах Спаркл.

— Так ты все же решила заплатить за нашу встречу жизнью своей подруги? Ты сильнее, чем я думал… Ну да неважно – ума тебе все равно недостает.

— Ты чудовище! Что ты сделал с моими друзьями? Убил?

— Нет. Я подчинил их своей воле. А теперь… Это ждет и тебя.

— Ты хорошо врешь, Тарибар, но это тебе не поможет. Я тебе не верю. Думаешь, я забыла, что тебе помогают чейнджлинги?

— Без разницы, забыла ты или нет. В любом случае, мне нужно твое тело. И ты мне его отдашь, хочешь ли того или нет. Таилаг!

«Эпплджек» вопросительно уставилась на Фаиронира.

— Время не ждет. Пошли новую Твайлайт Спаркл домой, пусть успокоит своего слугу. Принцессам пока рано знать о том, что готовится против них. Как только мы тут закончим, можно будет отправляться в Кантерлот. А Рэрити… Ее бросьте к остальным.

Таилаг кивнул и, взвалив на себя спящую модельершу, ушел куда-то во тьму особняка. Остальные чейнджлинги также начали расходиться – о том, что ждет ученицу Селестии, они знали, и, как было известно им, в этом зрелище ничего интересного не было.

Невидимые стены, тем временем, начали сжиматься вокруг фиолетовой единорожки. Очень скоро она не могла даже двигаться – только молча смотреть перед собой. Встав прямо перед ней, колдун встретился с Твайлайт взглядами…

Однако, вопреки ожиданиям глашатая, все закончилось не так быстро, как это вышло с остальными Элементами. Воля фиолетовой единорожки была невероятно сильна. Целую минуту они неотрывно смотрели друг другу в глаза, и никто не желал отвести взгляд. Твайлайт сопротивлялась, как могла – пусть сон ужасно давил на нее, но позволить себе закрыть глаза – это значит, сдаться. Но она сможет! Она сумеет! Она…

* * *

Единорожка очнулась в просторном тронном зале, отдаленно напоминающем Кантерлотский, но, в отличие от него, был выполнен в багрово-черных тонах. У стен стояли доспехи, которые подошли бы скорее минотавру, нежели пони, и внутри них тускло горел бледно-белый свет.

Мрак царил в этом месте: казалось, он был живым, и все здесь принадлежало ему. В центре зала, на причудливо украшенной в виде короны решетке, подсвеченной лавой, что плескалось под ней, возвышался уродливый трон, на котором восседала расплывчатая фигура, отдаленно напоминавшее двухпалое существо, однако вместо мордочки там была только тьма. Верхние конечности этого создания, облаченные в железные перчатки, в буквальном смысле впились в трон, на котором были видны глубокие борозды, оставленные железными когтями. Существо повернуло свою голову в сторону Твайлайт и холодно и безразлично посмотрело на нее. От такого взгляда по ее шкурке побежали мурашки, а в душу закрался страх…

— Добро пожаловать, юная пони, в мой дом. – Раздался голос Тарибара буквально отовсюду.

— Где ты? Покажись!

— Я здесь. – Ответил колдун у нее из-за спины. Единорожка испуганно подпрыгнула на месте, разворачиваясь. Увиденное повергло ее в шок. Тарибар не был пони, он был… человеком! Что такое человек – она уже знала. И откуда эти существа родом…

— Сейчас я открою тебе одну маленькую тайну… Мое настоящее имя – Фаиронир. И я… Родом из Ангмара. Насладись сполна внутренним убранством Карн-Дума – когда же еще представится случай? – Заметив ошалелый взгляд Твайлайт, колдун расхохотался. – О да! Трат не только выжил, но и рассказал мне все о своих похождениях в вашем уютненьком мирке… В том числе и о том, как вы залезли к нему в воспоминания. Будь уверена – скоро в Эквестрии начнется настоящий хаос.

— Этого никогда не будет! Мы… Мы остановим тебя, как остановили того орка! – Крикнула Твайлайт, при этом не веря в свои собственные слова.

— Я слышу неуверенность в твоем голосе, юная пони… И это хорошо. Позволь отчаянию поглотить твой разум. Ты думаешь, что у вас хватит сил меня одолеть? Как же вы это сделаете, если все твои подруги – носительницы ваших драгоценных элементов гармонии, сейчас пускают слюни в самых страшных кошмарах, от которых невозможно пробудится? Как, к слову, и ты. Сладких снов!

Вид и стоящий перед ней человек в алом одеянии и жуткой маске внезапно пошли рябью и исчезли, а последовавшая затем мертвенно-бледная вспышка ослепила ее.

## Глава 13. Кошмар Твайлайт.

— …айт! Твайлайт! Ты жива? – Чей-то голос назойливо стучался ей в ухо. Ну что такое? Что опять случилось? Неужели без нее никто ничего не может сделать? И почему так болит все тело? – Ну же, сестренка, очнись! Я не хочу потерять еще и тебя! – Продолжал между тем надрываться… ее брат.

— Ш… Шайнинг? – Вопросительно выдавила наконец из себя единорожка, с трудом открыв глаза. Да, это был он – статный белый жеребец, облаченный в парадный мундир – местами обожженный. Увидев, что его сестра жива, бывший капитан стражи радостно улыбнулся:

— Слава Селестии, ты цела! Мы уж думали, что после того взрыва ты погибла, как многие… Ну, не будем о грустном. Встать сможешь?

— О чем ты? Какой взрыв? Что тут вообще… — кое-как поднявшись, она проводила взглядом куда-то спешащих стражей, — происходит?

— Ох, видать тебя здорово головой об стену приложило. Ты совсем ничего не помнишь?

Твайлайт недоуменно посмотрела на брата, после чего спросила:

— Не помню чего?

Внезапно замок сотряс страшный удар. Все вокруг заходило ходуном, кто-то в панике закричал:

— Щит не выдержал! Орки прорвались на нижние этажи! С ними тролль!

Стража в тот же миг засуетилась, а Шайнинг, поднявшись на ноги, начал выкрикивать приказы:

— Держать строй! Не поддаваться страху! Главное – удерживайте их на расстоянии, иначе нам всем придется туго! — Белый жеребец перевел взгляд на свою сестру. – Твайлайт! Тебе опасно здесь находиться. Беги к принцессе, скажи ей, что мы здесь долго не продержимся! Нам сейчас как никогда нужна помощь!

— Но… Я ведь могу помочь… — неуверенно ответила ученица Селестии. Она уже начала понимать, что происходит что-то страшное, и была готова встать на защиту своей родины. Так, стоп. Орки? Тролли? Здесь, в Эквестрии?! Но ведь… это же означает только одно! Вторжение! Но как?!

Один из стражников, темно-синий земной пони с кьютимаркой в виде мешка, спешно возводивший баррикады, отвлекся от своего занятия, посмотрев на единорожку с ненавистью, и процедил:

— Ты уже помогла! Сделай как Армор велит, пожалуйста.

Казалось, он еле сдерживался от того, чтобы не приступить к копытоприкладству.

Вздохнув, Твайлайт кивнула и побежала наверх по лестнице к тронному залу. Однако найти его оказалось задачей сложной. Замок кобылка знала хорошо – ну, по крайней мере, бывший, ибо нынешний изменился до неузнаваемости – там, где раньше были коридоры, ныне были завалы, оставленные, судя по всему, массированным обстрелом огромными камнями. Пришлось искать обходные пути, и не раз единорожка была вынуждена идти через захламленные комнаты, превращенные в свалки из пыли, осколков камней, стекла, испорченной мебели и бетона. Проход, ведущий напрямую к тронному залу, также оказался завален. Единственным возможным путем (кроме возвращения назад) был небольшой открытый участок – зубчатая каменная стена, каким-то чудом уцелевшая в этом безумии.

Ночное небо было плотно укутано дымом. В воздухе висел запах гари, а снизу доносились крики и кровожадный рев. Не устояв перед любопытством, Твайлайт посмотрела вниз, и увидела…

Весь город пылал. Улицы затопила черная орда орков в их истинном обличии, а не в качестве тех пародий на пони, что единорожка уже видела в свое время. Толпа мерзких созданий рыскала по окрестностям замка в поисках выживших. Если им кто-то попадался – того с особым цинизмом и безо всякой пощады убивали.

В сам замок со стороны летели пылающие стрелы и камни, изредка попадая – защитники крепости не спали, и, по мере сил и возможностей, отправляли снаряды обратно в атакующих. Однако они успевали далеко не везде, а катапульт у орков, судя по всему, было очень много…

По ушам ударил жуткий, леденящий душу вопль, буквально заставляющий кровь стынуть в жилах. Огромная, очень похожая на летучую мышь фигура быстро приближалась к замку, постепенно все сильнее увеличиваясь в размерах. Вскоре стало ясно, что это небольшой серый дракон, до неприличия зубастый. На нем сидело одетое в черное человекоподобное существо. Оно взглянуло на Твайлайт, и та оцепенела, как кролик перед удавом. У существа не было лица: только черная пустота. Дракон между тем вытянул вперед лапы, явно намереваясь схватить единорожку и сожрать. Ценой неимоверных усилий воли Твайлайт сбросила с себя оцепенение и использовала заклинание телепортации, мгновенно переместившись как можно дальше от «летучей мыши».

И во время – еще бы пара мгновений, и она бы оказалась в далеко не милосердной хватке этого дракона. Вместо мягкой и податливой плоти, когти летающей твари чиркнули по каменной стене, оставив на той глубокие борозды. Поняв, что добыча от нее ушла, она разочарованно взревела. Всадник злобно зашипел, после чего, используя поводья, развернул своего ужасного скакуна и пришпорил его. Дракон тут же подчинился, спрыгнул со стены и камнем упал вниз.

«Этого не может быть». — Стучало у Твайлайт в голове, — «все это просто мне снится! Сейчас я проснусь, и ничего этого уже не будет…»

«Ты и вправду так думаешь?» — Ехидно спросил у нее в голове чужой, мерзкий хрипящий голос. – «Мне… Очень жаль тебя расстраивать, но это не сон. Более того, моя дорогая пони, именно ты виновна в этом вторжении!»

«Я?!» — Единорожка была так ошеломлена подобным обвинением, что даже забыла спросить, кто с ней, собственно, разговаривает. – «Что же я такого сделала?»

«О-о, бедняжка, ты же ничего не помнишь…» — Ответил голос и злорадно рассмеялся. – «Видать, здорово ты башкой стукнулась. Впрочем, это можно исправить».

«Нет… Нет! Я не верю тебе, кем бы ты ни был! Я доберусь до принцессы и все исправлю!»

«Ты так наивна… Что же, беги к своей наставнице. Возможно, будет лучше, если она сама тебе обо всем расскажет. Но помни, что чем сильнее ты медлишь, тем больше пони там, внизу, умирают мучительной смертью…»

Твайлайт помотала головой, стараясь изгнать мерзкий голос из своей головы. Как ни странно, это помогло – тот умолк и отступил прочь. Разобравшись с этим, единорожка поспешила дальше к своей наставнице. Миновав открытую стену, она оказалась в гостевых покоях, которые практически не пострадали от обстрела. Спустившись по лестнице вниз, кобылка наконец оказалась перед дверью в тронный зал. Стражи у входа не было – должно быть, вся она сейчас на передовой. Умирает в бессмысленной борьбе против тех, кто видит в резне смысл своей жизни! Что за… Это не ее мысли! Собравшись духом, Твайлайт не дала отчаянию поглотить ее. Весь этот кошмар еще можно исправить.

Отворив дверь, единорожка вошла в тронный зал. Принцесса Селестия обнаружилась в одиночестве на своем троне, где мрачно смотрела на какой-то темный шар. Она выглядела подавленной, и, казалось, не замечала ничего вокруг.

— Эм… Принцесса? – Несколько неуверенно спросила Твайлайт, подходя ближе к своей наставнице.

— Этот голос… — Еле слышно произнесла Селестия, как будто разговаривая сама с собой. Ее взгляд с трудом оторвался от шара, переместившись на фиолетовогривую кобылку. — Ты! Будь проклят тот день, когда я взяла тебя в ученицы, мерзкая предательница! – Крикнула солнечная принцесса, направив на Твайлайт рог и выстрелив сгустком магической энергии.

Фиолетовая единорожка инстинктивно пригнулась, и это спасло ей жизнь. Вместо ее головы заряд поразил дверь за ее спиной, превратив ту в пепел.

— Из-за тебя сюда пришли эти твари! По твоей вине всего за один день умерло больше пони, чем за последнюю тысячу лет! Из-за тебя погибла Луна! – Продолжила терзать Твайлайт Селестия, после каждого обвинения кидая в нее магическую молнию. К счастью для единорожки, ни один из зарядов в нее не попал. Вскоре почти весь тронный зал напоминал поле боя – с той лишь разницей, что страдали только колонны, за которыми Твайлайт пряталась от атак своей наставницы.

— Ну же, глупышка, выходи… Это будет совсем не больно! – Хрипло рассмеялась Селестия. – Не хочешь? Ладно, ты все равно не сможешь прятаться вечно… Скоро колонны закончатся!

— Зачем вы это делаете, принцесса?

— Зачем Я это делаю? Никак тебе память отшибло! Я ведь не просто так просила тебя не трогать те древние фолианты, вполне заслуживающие своего места в запретном архиве. Однако ты ослушалась меня! Ты обезумела от жажды знаний, и одну за другой принесла в жертву своих друзей, чтобы открыть этот дискордов портал, из которого тут же полезли эти твари! С ними невозможно договорится, ибо они понимают лишь язык силы! И владеют им куда лучше нас… В одно мгновение пони лишились всего. И все из-за тебя! Будь ты проклята, Твайлайт Спаркл! Ты предала свою страну! Даже смерть была бы для тебя слишком милосердным наказанием! Впрочем, есть и другой выход… Стража! Взять ее!

На плечи единорожки внезапно легли копыта неизвестно откуда взявшихся солдат, на рог наделось блокирующее магию кольцо, а в бока уперлись довольно острые копья. Вытолкав растерявшуюся бывшую ученицу принцессы на центр зала, стражи замерли, глядя в ожидании приказов на все еще пылающую гневом, но, тем не менее, уже не желающую убить Твайлайт на месте Селестию.

— Отведите эту предательницу в темницу. Пусть она сгниет там!

Твайлайт открыла было рот, но принцесса тут же заткнула его магией.

— Довольно твоих лживых речей! Не желаю ничего слышать! Уведите ее! Будет сопротивляться – не церемоньтесь. – Отвернувшись от своей бывшей ученицы, солнечная принцесса перевела взгляд на гонца, только что вбежавшего через разнесенные в щепки двери тронного зала. – Сообщите Шайнингу, чтобы отступал на верхние этажи. Затем я поставлю щит. Если орки думают, что мы так просто сдадимся, то они глубоко ошибаются!

* * *

Твайлайт отвели в самую глубину королевского замка, бросив в холодную камеру без окон. По счастью, орки еще не захватили тюрьму – она располагалась с другой стороны крепости, над обрывом, и поэтому риск закончить свою жизнь внутри желудка какого-нибудь дикаря у единорожки был мал. Впрочем, ей было уже все равно, что случится с ней в дальнейшем.

Быть может, она и не заслужила ничего иного, кроме как сидеть в этой темнице, потихоньку смущаясь в рассудке?...

Селестия отреклась от нее, страна разорена иномирцами, пришедшими через портал, который она сотворила собственными копытами и… кровью своих подруг. После горячей «беседы» с принцессой разум единорожки словно распахнул какую-то дверцу, до этого удерживающую все то, что произошло в момент открытия прохода между мирами. То, что свалилось после этого на Твайлайт, оказалось последней каплей, окончательно сломив ее волю.

Древние книги содержали в себе не только тайну открытия прохода между параллельными мирами, но еще и обещали больше могущества и новых знаний, к которым всегда стремилась единорожка… Как можно было тут устоять? Ну, она и не устояла.

Вот только ритуалы, описанные в книгах, требовали кровавых жертв. Причем напрямую об этом нигде не упоминалось – это было чем-то вроде «сюрприза», оставленного автором для тех, кто будет читать его труды. Там говорилось только о том, что пять пони должны встать вокруг того, кто создает портал. И все. А поскольку под копытом Твайлайт в тот день были только друзья…

Образы этих ужасов встали перед глазами кобылки, как если бы это происходило наяву:

одна за другой ее подруги обескровленные падали на землю, в то время как другие, еще живые, кричали от боли и страха, бились об магические барьеры и умоляли прекратить эту пытку. Но единорожка не могла этого сделать. Она не знала, как. Кровь, что нескончаемым потоком плыла по отдельным магическим каналам из ее друзей, вливалась в портал, который все расширялся и расширялся. И этот кошмар продолжался ровно до тех пор, пока последняя из ее подруг не упала замертво.

Перед Твайлайт внезапно появилась в темно-фиолетовом облаке Принцесса Луна. Она была прямо как настоящая… Но единорожка уже знала, что та умерла, защищая столицу Кантерлота от сил Тьмы. Она помотала головой и отвернулась, упершись взглядом в стену, лишь бы не видеть очевидное доказательство своего сумасшествия. Принцесса Ночи что-то произнесла, но бывшая ученица принцессы Селестии ее не услышала, закрыв уши копытами.

* * *

Луна прищурилась, использовав поисковое заклинание, ища хоть что-нибудь, что могло так сильно влиять на Твайлайт, дабы та не замечала Принцессу Ночи – ну, и заодно чтобы вывести единорожку из состояния полнейшей апатии. И вскоре причина такого странного поведения во сне нашлась.

От Твайлайт вверх, к потолку камеры, укутанным непроглядным мраком, тянулись тонкие, едва заметные призрачные нити. Словно некий кукловод управлял кобылкой, не позволяя действовать иначе, кроме как по его задумке. Глаза лунной принцессы расширились от осознания того, какого происхождения этот сон…

Это был не простой кошмар, который можно было изгнать одним заклинанием. Это был сон, наведенный кем-то явно могущественным, и, при этом, довольно хорошо осведомленным об истинных страхах самой Твайлайт Спаркл. Кошмар был настолько хорошо защищен, что даже Принцесса Луна с трудом смогла найти его среди остальных, менее серьезных. Этот сон был реалистичен и… Пугающ.

Полностью исследовать кошмар Луна пока не успела, однако того, что она видела, ей уже хватило, чтобы расшевелить свои собственные страхи и неприятные воспоминания – все то, что она старательно пыталась забыть.

Вызвав при помощи магии призрачный клинок, Принцесса решительно рассекла нити, что связывали ученицу ее сестры с потолком, состоящим из мрака. Воздух в камере после этого действия начал становиться все холоднее и холоднее, и в то время, как Луна пыталась вернуть Твайлайт к жизни, во мраке наверху что-то крупное зашевелилось, беззвучно перебирая лапами.

* * *

К шкурке единорожки по-матерински нежно прикоснулось чье-то крыло. Открыв заплаканные глаза, Твайлайт подняла голову и увидела…

— Нет… нет, этого не может быть! – Прошептала она, заворожено взирая на гостью, пришедшую в ее темную тюрьму. – Принцесса Луна! Но… Вы же погибли в бою против орков!

— Путь смерти мне не ведом, Твайлайт Спаркл. — Лунная правительница наклонила голову и ласково улыбнулась. – Особенно – в чужом сне.

— Так это… Это все не настоящее? – Удивленно спросила единорожка.

— Нет. Это кошмар, вызванный при помощи магии… И я должна признать, что очень давно не видела ничего подобного… — Ответила принцесса Луна, сняв с Твайлайт кольцо, блокирующее магию и отбросив его в сторону. Амулет, тихо звякнув об каменный пол, разлетелся на несколько осколков, которые тут же истаяли в воздухе.

– Тот, кто это сделал, очень могущественен. Как в плане изобретательности, так и в плане запугивания. Он очень хорошо знает многие ваши слабости – как твои, так и твоих друзей. Именно поэтому этот сон практически без проблем сломил тебя, показав то, чего ты боишься больше всего на свете. К счастью, твой пленитель не предусмотрел мое появление.

— Принцесса… — Прошептала Твайлайт, вспомнившая, что с ней случилось прежде, чем она очнулась на копытах своего «брата». Однако, вместо того, чтобы сообщить, кто наслал на нее этот кошмар, она испуганно ткнула копытом вперед, за спину Луны, и крикнула: — Сзади!

Принцесса Ночи повернулась назад, однако не достаточно быстро. Мелькнуло огромное, невообразимо омерзительное тело, похожее на паука, и пригвоздило ее к земле. Жвала гигантского насекомого защелкали над ней, стремясь откусить ей голову, но принцесса оказалась верткой.

— Твайлайт! Скорее, помоги мне! – Крикнула Луна, безуспешно пытаясь сбросить с себя паука копытами. Однако единорожка осталась неподвижна. Словно загипнотизированная, она смотрела на чудовище, не в силах пошевелиться. Луне некогда было разбираться, почему. Возможно, так на Твайлайт влиял демон сна. А может, единорожка подсознательно боялась пауков. Или же правда лежала где-то по середине?...

Поняв, что от ученицы Селестии ей сейчас ничего не добиться, Принцесса Ночи сосредоточилась на своих силах. И, собственно, сделала то, что забыла от внезапности произошедшего: воспользовалась магией, отбросив гигантского паука прочь, впечатав того стену.

Поднявшись на копыта, Луна направила рог на порождение тьмы, и крикнула:

— Убирайся прочь, демон! Иначе я отправлю тебя обратно в первозданный мрак!

Она не очень-то надеялась, что ее противник хоть как-то отреагирует на ее слова. Эти выходцы из потустороннего мира, что некогда были изгнаны ей самой, были обычно не слишком то умны. Однако этот, вместо того, чтобы атаковать, все же ответил. Голос его был очень тихим и шипящим, но при этом демона было прекрасно слышно.

— Сил тебе не занимать, это верно. Однако, это мои... Охотничьи угодья, и здесь я не намного слабее тебя. Так что… Возвращайся назад! Тут ты не найдешь ничего, кроме собственной гибели!

— Вот как? — Принцесса ехидно усмехнулась, после чего начала накапливать энергию в роге, дабы завершить этот разговор одним ударом. – Что же, значит, свой единственный шанс на спасение ты не станешь использовать, а, демон?

— Зачем мне уходить из этого прекрасного места, раз сюда так и лезут новые души, одна слаще другой? Быть может, вслед за тобой явится еще кто-нибудь… — Паук скрестил передние лапы в знак насмешки. – Мой хозяин, возможно, даже подарит мне свободу после всего этого. Но сначала я пленю тебя!

Они атаковали друг друга одновременно. Демон сна плюнул в Луну какой-то вязкой субстанцией, в то время как Принцесса Ночи выстрелила в него мощным магическим зарядом, который пробил гигантского паука насквозь, заставив того начать медленно испаряться в воздухе. Темные сгустки отрывались от его плоти и поднимались вверх дымкой с потолком.

Правда, праздновать победу было рановато, ведь сама Луна от атаки своего поверженного противника, что сейчас медленно растворялся на полу камеры, увернуться не успела, и оказалась укутанной в призрачную паутину, которая, помимо того, что прекрасно сдерживала ее движения, еще и не позволяла колдовать, действуя по принципу блокирующего кольца. Да, демон действительно оказался сильнее, чем она думала. И, хоть и Луна уничтожила его с первого же заряда, однако, пусть порождение тьмы и было мертво, без посторонней помощи ей в ближайшие несколько часов из этой ловушки точно не выбраться. Если только…

Чья-то магия выдернула ее из кокона наружу, заставив совсем не по-королевски шлепнуться на пол холодной камеры. А затем окружающий ее мир начал таять, распадаясь пред напором реального мира. Вскоре та, кого она хотела спасти из объятий кошмара, освободилась от этого ужасного сна.

## Глава 14. Кошмар Флаттершай.

Открыв глаза, Принцесса Луна обнаружила себя внутри своих покоев, из которых она и совершала сегодня проникновение в чужие сны. Однако, к немалому удивлению Повелительницы Ночи, Твайлайт все еще находилась во власти сна. Только на сей раз – чужого, принадлежащего кому-то другому…

Принцесса попыталась войти в этот сон, но уперлась в глухой барьер. Такое за всю ее жизнь случилось впервые, и как обойти эту «стену», она не знала. Но узнать то никогда не поздно, верно? Тем более что ученицу ее сестры надо выручать.

* * *

Твайлайт очнулась у себя в библиотеке. Вот только узнала она ее только потому, что прожила в ней несколько лет. Дом в дереве явно был давно заброшен, окна заколочены, повсюду свисала паутина, а царивший здесь беспорядок был таким, что, увидь его Рэрити, то модницу бы точно хватил удар.

Дверной проем, с отсутствовавшей на петлях дверью, был единственным источником света в захламленной библиотеке.

Единорожка почувствовала, как на нее накатывает страх. Такие изменения с ее домом не могли произойти даже за несколько лет. Мысли одна страшней другой посещали ее разум. Что же здесь случилось? Подойдя к дверному проему, она выглянула наружу. Первое, что бросилось ей в глаза – это зловещий зеленый туман, плотно укутывающий весь Понивилль. Солнечные лучи, чей источник медленно, но верно клонился к горизонту, создавали вместе с этим туманом неописуемую игру света. Но любоваться этим было некому – во всем городе не было ни души. Дома с виду напоминали скорее склепы, нежели жилье.

А что если… Если все это – сон? Очередной кошмар, наведенный ангмарским колдуном? Озаренная внезапной догадкой, Твайлайт вернулась в библиотеку, дабы проверить свои подозрения на деле. Способ, правда, она выбрала несколько странный. Подхватив магией один из ветхих на вид шкафов, единорожка подняла его повыше и ударила об пол. Тот с громким треском разлетелся на кусочки, которые затем начали медленно таять, превращаясь в ничто. Такого подтверждения ученице Селестии вполне хватило. Это всего лишь сон… Осталось только из него как-то выбраться.

— Твайлайт? Это ты? Наверное, я сплю… – Услышала она за спиной знакомый голос. Кобылка развернулась, и встретилась взглядами с одной из своих подруг. Причем если бы та не заговорила первой, единорожка вряд ли бы узнала в этой грязной и усталой пегаске Флаттершай – настолько сильно изменился ее облик

Та, тем временем, подошла почти вплотную к Твайлайт и, протянув копыто, осторожно дотронулась до нее, как будто опасаясь, что она разлетится в пыль или растает. Но нет – фиолетовая единорожка все так же стояла на месте и смотрела на нее, улыбаясь.

— И ты… Живая? Но… Как ты выжила? Я своими глазами видела, как ты умерла!

— Флаттершай… — Тихо ответила единорожка, приобняв подругу в надежде успокоить ее. – Это все – кошмарный сон. Но я помогу тебе проснуться.

— Если ты мой сон, то я не хочу просыпаться. Я так устала от одиночества… — На шкурку Твайлайт полились слезы. – От вечной нужды прятаться по ночам, от бесконечной дороги, ведущей через смерть… Все пони, что здесь раньше жили… Все они погибли в один день. Пришел ужасный мор, остановить который было никому не под силу. Почти вся Эквестрия погибла за несколько недель, став одним большим склепом… — с каждым словом пегаска рыдала все сильнее. Твайлайт молча слушала ее, похлопывая по спине в надежде утешить. Воистину, лишь извращенная фантазия ангмарского колдуна могла такое придумать!

Когда половина страны превратилась в гниющие трупы, началось самое страшное – мертвые начали оживать и рыскать по окрестностям в поисках живых, причем вовсе не для того, чтобы застыдить неразумных потомков за их грехи. Напротив, мертвецы желали добить тех, чьи жизни не унесла чума. Хорошо еще, что под лучами солнца они сгорали… Во всем этом кошмаре выжили очень немногие.

Пожрав Эквестрию, мор устремился дальше, оставив после себя лишь мертвую землю да этот зеленоватый туман. Пережившие же эпидемию были вынуждены постоянно передвигаться в поисках пищи и надежного убежища. Как слышала от этих немногих счастливчиков Флаттершай, где-то в Вечносвободном лесу находился один из таких лагерей. Она хотела найти его, но по пути все же осмелилась заглянуть в свой бывший родной город – поискать чего-нибудь поесть. Обычно населенные пункты пегаска старалась избегать, но, когда встал выбор между умереть голодной смертью, или немного рискнуть, но продолжить жить – она выбрала второе.

Однако вместо еды Флаттершай нашла подругу, которая, как она считала до сегодняшнего дня, погибла в первые дни чумы. На этом ее история и закончилась, но начались проблемы.

За рассказом о том, что тут случилось, пегаска не заметила, что снаружи начало стремительно темнеть.

«Твайлайт, услышь меня!» — раздался в голове у единорожки голос Принцессы Луны. – «Ты должна помочь выбраться Флаттершай из ее кошмара.»

«Принцесса?» — спросила в ответ единорожка, подняв голову и осмотревшись, чем вызвала удивленный взгляд подруги. – «Где вы?»

«Я… Не могу проникнуть в этот кошмар. Что-то… Кто-то мешает мне. Уничтожь демона сна, который контролирует Флаттершай. Но будь осторожна, не попадись сама в его сети.»

«Но как я его найду? И, тем более, одолею?»

«Он сам тебя найдет, поэтому просто будь начеку. Что касается уязвимости этих тварей… Они плохо переносят магию. Какую – зависит от конкретного демона. Слушай, смотри по сторонам. Обычно окружение, которое они создают внутри своего наваждения, наиболее хорошо ему подходит. А противоположность – напротив. И помни: законы мира снов можно легко менять.»

Громкий треск слетающей с петель двери возвестил о том, что в доме они теперь не одни. В проеме появилась высокая темная фигура, опирающаяся на две конечности. Гнилостная вонь, которая исходила от него, наверное, свалила бы с лап даже дракона. Несколько секунд неизвестный молча смотрел на кобылок, а затем шагнул внутрь. Зеленоватый туман и сумрак, что царили снаружи, следовали за ним, как будто были неразрывно связаны с ним.

Твайлайт среагировала мгновенно, создав вокруг себя и Флаттершай мерцающий магический щит, который, помимо, собственно, защиты, давал еще и немного света.

Незваный гость оказался весьма… неприятным на вид. Ужасные нарывы покрывали – насколько позволял видеть ржавый латный доспех, надетый на «это» — тело, а местами выступали ребра и гнилое мясо. Нормальных глаз у существа не было – вместо него зияли пустые глазницы, в которых горел зеленый свет.

Демон, что удерживал застенчивую розовогривую пегаску во власти Фаиронира. Так же, как и свой сородич из кошмара Твайлайт, он не спешил нападать. Хотя, кто знает, что у этой твари на уме? Разве что принцесса Луна… Но ее рядом нет, а демон – вот он, рядышком…

Наконец, спустя десяток секунд напряженного молчания, нарушаемого лишь дыханием Твайлайт и Флаттершай, мертвец заговорил:

— Прошу прощения за скрип костей. Давненько я не смазывал их свежей кровью. Можешь пока не тратить свои силы. Я буду с тобой говорить.

Мой повелитель шлет тебе приветствия. Я развлеку тебя беседой, а потом прикончу. Тебе хотелось узнать все? Внимай же. Мертвые не молчат! — Умертвие хрипло расхохоталось. — Мой повелитель жаждет открыть портал в свой мир, где ждут своего часа его верные слуги. В миг, когда его замысел удастся, разверзнутся небеса и наполнят мир кровью! По всей земле воцарится хаос и отчаяние!

Что же до тебя… Ты гость непрошенный, но занятный. На что ты рассчитываешь, хотел бы я знать? Освободить ее? – Мертвец кивнул на Флаттершай, что застыла в страхе при виде него. – Значит, ты еще глупее, чем думал мой повелитель. Пусть тебя он и не удержал, но с остальными этот номер не пройдет. Владыка выпил из вас уже достаточно сил, чтобы поставить барьер. На помощь своей драгоценной принцессы Ночи можешь не рассчитывать.

Беседа подходит к концу. Тебя ждет страшная смерть.

— Это мы еще посмотрим, демон! – Крикнула Твайлайт, свернув щит и направив поток магической энергии в умертвие. Удар пришелся нежити в грудь, заставив ее отшатнуться назад, за порог.

Однако этого было явно мало.

— И все? Правда все, на что ты способна? – Поинтересовался мертвец, почесав скрюченными пальцами то, что осталось от ржавого нагрудника. – Ты сильно разочаровала меня… Однако не будем с этим затягивать.

Замерцав, демон сна сделал шаг вперед… и совершенно неожиданно оказался рядом с Твайлайт. Единорожка не успела среагировать – умертвие молниеносно схватило ее за горло, подняло вверх и начало душить. Кобылка попыталась вырваться, однако явно не ей было тягаться в ближнем бою с созданием тени. Воспользоваться магией она тоже не могла – попробуйте сами сконцентрироваться, когда тебя душат! Однако помощь пришла с неожиданной стороны.

Мелькнула розовая грива, треснули ломаемые кости – и Твайлайт упала на пол, откашливаясь и хватая ртом воздух. Рядом с ней опустилась воинственно настроенная Флаттершай.

— Не смей трогать мою подругу, ты, мерзкое чудовище! – Воскликнула она, твердо глядя на мертвеца, которого отбросило от ее удара на один из трухлявых шкафов.

— Что это? Пища решила сопротивляться? – Спросила нежить, поднимаясь на ноги и нимало не смущаясь того факта, что у нее было перебито колено. Усмешка перекосила мертвое лицо.

Костеней же под землей

до поры, когда с зарей

тьма кромешная взойдет

на померкший небосвод,

чтоб исчахли дочерна

солнце, звезды и луна,

чтобы царствовал – один –

в мире Черный Властелин!

Выбросив руку в сторону пегаски, хрипло пропел проклятие демон. Флаттершай побледнела и обмякла.

— Н-не… могу пошевелиться… — прошептала она. – Тв… Твайлайт… Сделай что-нибудь…

А единорожка в это время лихорадочно соображала, как ей одолеть демона. Принцесса Луна сказала, что они плохо переносят магию… Однако обычные магические молнии тут не помогут, это она проверила в самом начале схватки. Что у нас есть еще? Давай же, думай! Принцесса говорила, что уязвимость демона можно выявить из его окружения. Противоположное тому, которое царит в кошмаре. Вокруг умертвия сгущается мрак – следовательно, он боится света. Возможно, поможет еще и огонь…

Умертвие тем временем медленно приближалось к ней, нашептывая:

— Сдавайся, Твайлайт Спаркл. К чему это сопротивление? Обещаю, это будет быстро и не больно… Видишь – ты безоружна. Тебе не одолеть меня. Тут все подвластно моей воле. Так зачем же сражаться, оттягивать неизбежное? Прими свою судьбу!

Твайлайт подняла глаза на демона сна, однако страха или смиренности в них не было. Только решимость. Она не стала тратить время на бессмысленные слова, на пафосные речи. Тут это ни к чему. Сконцентрировавшись, единорожка направила в демона поток чистого белого света. Не боевое заклинание, которое использовалось в реальном мире только как замена грифоньему фонарю. Кто бы мог подумать, что оно когда-нибудь спасет жизнь двум пони?

Мертвец, что шел на нее и уже предвкушал славное пиршество, как будто напоролся на стену. Твайлайт видела, что свет был для него крайне неприятен, он обжигал, заставлял его плоть, давно забывшую, что такое боль, гореть. Пригибаясь, словно от сильного ветра, демон, тем не менее, продолжал пытаться добраться до нее. Он сделал шаг… Другой… Затем повалился на колени и скорчился. Огонь пожирал его тело. Он не смог исполнить волю своего хозяина. Он подвел его. Нужно добраться до врага… Убить…

* * *

Лишь после того, как тело умертвия полностью превратилось в пепел, Твайлайт рискнула погасить рог. Сумрак, царящий вокруг, рассеялся, и в дверном проеме показался первый лучик солнца. Единорожка перевела взгляд на Флаттершай. К пегаске

не спеша возвращался ее здоровый желтый цвет. А спустя еще одно мгновение иллюзорный мир, который более никто не поддерживал, закружился, ломаясь под напором реальности….

## Глава 15.

Мерно постукивали колеса вагонов об рельсы, неся в себе неожиданный и весьма неприятный сюрприз в столицу пони – Кантэрлот, что во всю готовился к одному из своих главнейших государственных праздников – Гранд Галопинг Гала. Вот только эти мерзкие животные еще не знали, чем он для них обернется…

Фаиронир собирался совершить некий темный ритуал, который дарует ему и его союзникам – им, чейнджлингам, быструю победу. До этой поры Таилагу было велено во всем помогать колдуну. Однако, когда столица будет захвачена, он и его отряд должен будет нейтрализовать этого единорога. Королева Кризалис не хотела делиться с кем-либо еще властью. Впрочем, эти мысли, что поддерживали и согревали ему душу, капитан держал как можно глубже в себе. Не дай Королева, Фаиронир еще узнает раньше времени об их планах…

* * *

Вопреки ожиданиям чейнджлингов, им все же удалось убедить колдуна доехать до Кантерлота на поезде. Хоть некромант и был ярым противником такого вида транспорта, он все же прекрасно понимал, что путешествие пешком займет слишком много времени.

Как оказалось, решение было верным – одна из пленниц все же вырвалась из оков своего кошмара, одолев при этом демона сна. Разумеется, не сама – самостоятельно уничтожить такого противника ни одна из хранительниц элементов гармонии ни за что бы не смогла. Нет, Твайлайт Спаркл помогли.

Принцесса Ночи, оказывается, умела вмешиваться в чужие сны и изменять их. Впрочем, кошмары были тесно связаны друг с другом, и до реального мира Твайлайт было как пешком до Ангмара. Особенно после того, как Фаиронир поставил барьер, не пропускающий этого наглого аликорна в другие сны хранительниц. Однако подпитывать его пришлось демонам. Конечно, ангмарец мог бы оставить подпитку на себе, но ему вскоре потребуются все силы, какие он только сможет достать. Лучше не рисковать.

Выбросив из головы мысли насчет своих пленниц, колдун вернулся к насущным делам.

Поезд оказался не настолько плох, насколько ожидал этого глашатай. Путь их близился к концу, ровно, как и момент развязки давнего замысла. На одних чейнджлингов надежды мало – эти двуличные создания наверняка предадут его, когда он будет им более не нужен. А это значит, что вскоре можно будет вернуть к жизни некоторых павших…

Там, в Пустошах, когда он вошел в святая святых Цитадели, он не открыл Кризалис всей правды.

— Долго нам еще? – Сухо поинтересовался колдун у лже-Твайтайт, которую отыгрывал Таилаг. – Время не ждет.

— Через час будем на месте.

— Хорошо. В столице мы разделимся. Вы должны будете изображать из себя Хранительниц, приехавших на такой знаменательный праздник, как Гранд Галопинг Гала, или как он там называется. Я же начну приготовления ко вторжению.

— Как мы узнаем, что все готово?

— О, зрелище будет настолько незабываемым, что пропустить его попросту невозможно. – Ответил Фаиронир. – Это и станет сигналом к атаке для основных ваших сил. Ваша Королева знает об этом, и не должна проморгать момент. После этого отправляйтесь на штурм дворца. Я дам вам помощь.

— Какую помощь? – Насторожился Таилаг.

— Увидите. – Туманно сказал Фаиронир, поднимаясь со своего места. – Пойду побеседую с машинистом.

* * *

Поезд прибыл спустя сорок минут вместо обещанного часа. Машинист не смог устоять перед природным обаянием колдуна, и согласился немного ускорится. Сойдя с металлического монстра, все еще пофыркивающего паром, вся процессия уперлась в белого пегаса, облаченного в золотую броню стражи.

— Дамы… И джентелькольт, офицер Гвардии Хонор. Я вынужден попросить вас проследовать за мной. – Вежливо, но одновременно с этим строго сказал он.

— А что, что-то случилось? – Спросила лже-Рарити, недоуменно глядя на гвардейца.

— Нет, ничего не случилось. Пройдемте за мной.

— У нас нет на это времени… — Пробурчал Фаиронир, выходя вперед устремляя свой взор в глаза офицеру. Игра в гляделки продолжалась недолго. Спустя несколько секунд воля белоснежного пегаса была сломлена, и он склонил голову перед глашатаем. Отведя своих спутников и нового невольного подчиненного в сторонку, подальше от чужих глаз, он начал допрос. – Что тут происходит?

— Нас ждет вторжение чейнджлингов… Очередное. – Начал делиться информацией белый пегас, изредка дергаясь от сильной боли, что вынуждала его говорить и предавать, предавать без конца. — Щит против этих тварей скоро будет создан, однако пока что мы вынуждены проверять всех приезжих, дабы избежать проникновения противника внутрь города. Войско чейнджлингов будет у наших стен примерно через два дня… Но командование не хочет наводить панику среди граждан, и потому держит все это в секрете. Слишком уж свежи еще в памяти последствия предыдущего вторжения. Тем не менее, Гвардия готова к бою, и, если вдруг щит падет, мы прогоним этих тварей обратно в Тартар!

— Кто будет поддерживать щит? – Задал следующий вопрос Фаиронир, надеясь, что это будут не принцессы. Сразу устранить их будет… Довольно проблематично. – Где его искать?

— Новый капитан стражи – Голден Хуф. – Ответил пегас. – Он находится в казармах при дворце. Вы… не сможете к нему подобраться, его хорошо охраняют…

— Мы – нет. Но ты, мой дорогой раб, сможешь. – Похлопал его по плечу глашатай. – Смотри мне в глаза и запоминай. Едва алый луч света поднимется от одного из домов рядом с дворцом, ты убьешь своего драгоценного капитана стражи. А теперь выведи нас с вокзала и возвращайся к своим делам. Если ты попробуешь сказать хоть слово о своем состоянии, я выжгу твою душу.

Кошмар Рарити.

Пещеры… Дымный чад факелов… Свист кнутов надсмотрщиков… Мечущиеся крылатые тени над головой. Крики боли провинившихся, не выполнивших дневную норму… Все это слилось во едино в голове у Рэрити.

Вот уже несколько дней она наравне с другими несчастными вкалывала на рудниках, с раннего утра до позднего вечера. И конец тут был всегда один. Когда раб теряет последние силы, его добивают и сбрасывают в отвал. А на твое место попадает другой бедолага с поверхности.

А ведь когда-то подобное могло разве что только присниться в страшном сне…

Вроде жизнь текла беззаботно, в лету кануло зло, впереди опьяняла свобода. Однако годы покоя были сочтены: радужная, размеренная и спокойная жизнь модельера сгорела в горниле войны. Из глубин темного портала, сотворенного одной черной душой, вышла многотысячная армия зла. Орки, тролли, урук-хаи, колдуны, поднимающие из земли мертвых, гигантские пауки, и, что самое страшное — безымянный ужас, – все это в один миг обрушилось на Эквестрию. Пони пытались сопротивляться, но все было тщетно – не помогли ни магия, ни дружба, ни сплоченность всех разумных рас их мира.

Деревни и небольшие города были сметены с лица земли за несколько дней; их судьбу с небольшой задержкой повторили и крупные. Кровь лилась рекой, и живые завидовали мертвым…

Однако сдаваться никто не хотел – те, кто оказался вдали от крепостных стен – среди них оказалась и Рэрити с подругами, уходили в леса и оттуда, как могли, мешали ангмарской боевой машине, что с каждым днем все сильнее и сильнее набирала обороты.

Падение Кантерлота – столицы и, вместе с тем, символом надежды пони, стало серьезным ударом для сопротивляющихся. Буквально на следующий же день Рэрити и ее отряд попали в хорошо организованную орочью засаду. Тех немногих, кого орки не добили, ждала участь по страшнее смерти. Однако самой единорожке «повезло» – ее, как полевого командира, не спешили превращать в мертвое и послушное оружие некромантов.

— Не отдыхать! Работай, кляча! – Услышала она за своей спиной окрик надсмотрщика за мгновение до того, как спину обожгла резкая боль. Рэрити вскрикнула и повалилась на землю. Орк, что приглядывал за ней, охотно замахнулся еще раз…

Однако удара не было – руку ее надзирателя перехватил огромный краснокожий урук и покачал головой.

— Эта немощь нужна нам живой, червь! Измотай ее работой, но шкуру сдирать не торопись! Приказ Старика. Вопросы есть? Вопросов нет. Выполнять!

Надсмотрщик уныло посмотрел на все еще лежащую на земле единорожку и вздохнул. А ведь ему так хотелось послушать ее крики, посмотреть на то, как плеть обнажает нежную, податливую плоть, но…

Приказ есть приказ. Эту рабыню в их рудник доставили совсем недавно, и она еще не успела «поизноситься». Говорили, что на нее у уруков и Старика какие-то свои, особые виды. Должно быть, продолжал думать орк, лениво поигрывая хлыстом и подгоняя свою подопечную вперед, она знала что-то важное. Выбить из нее всю подноготную, что ли?

Нет, не стоит. Инициатива наказуема. Может, он и узнает что-нибудь эдакое, но в итоге Шарку все расскажут уруки, а его в качестве благодарности спасибо что не накажут. Нет уж, спасибо. Лучше уж тут оставаться. Тем более, что эта работа орку нравилась. Усмехнувшись своим мыслям, надсмотрщик ударил плетью человека-раба, осмелившегося перейти ему дорогу, а после – пнул ногой по ребрам, едва тот повалился на колени.

С тех пор, как один из колдунов Ангмара открыл портал в другой мир, недостатка в рабочей силе у этих, да и у других копей тоже не было. Урук сказал, что эту соплю нужно завалить работой? Будет ей она, да столько, что на следующий день даже не встанет!

— Бойцы, они сами себе готовить не приучены. А потому на кухне день и ночь жарится мясо, кипит похлебка и печется хлеб! Туда я тебя и пристрою. То-то Баркх порадуется. – Орк-надсмотрщик обнажил клыки в издевательской ухмылке. — Только не надейся разжиреть на наших харчах. Пленники жрут отдельно. Чего стоишь? Марш на кухню! Она на юго-западе. Будешь медлить — шкуру спущу!

Рэрити поспешила подчинится и отправилась в указанном направлении, стараясь не провоцировать своего жестокого надзирателя. Однако по спине все же пару раз получила.

* * *

Кухня представляла из себя огромный, хорошо освещенный факелами зал, посреди которого стояли длинные ряды высоких столов, за которыми сидели уруки. Множество уруков. Пиршество стояло горой, в ходе которого обсуждались такие важные дела, как грядущие победы над людьми, кого, когда и по чьей вине угробили, а также горланились песни:

Пыль вздымается сотнями ног,

Рев рога рвет тишину.

В мир уходит много дорог,

Наша ведет на войну.

Нам, ребята, шагать и шагать

За реку, за Изенский брод,

Снова с роханцами воевать

И Углук прокричал: «Урукхаи, вперед!»

Битва несется кровавой волной,

Уртханг рядом ищет — кого порешить.

Мы нанесем им удар роковой,

Мы лошадников будем крушить.

Далеко им не убежать -

Наша рать лавиной идет,

Перед нами Хельмова падь,

Над рядами летит: «Урукхаи, вперед!»

Смерть на копьях сидела, урча,

Топор в темноте сверкал.

Враг под ноги валился, крича,

Меч острый крови алкал.

Вот захвачен роханский вал,

А за ним придет и Хорна черед

Дунгардец дикий, как волк рычал,

Темноту резал клич: «Урукхаи, вперед!»

Что ж, по воле Белой Руки,

Мы орки — бойцы, наш жребий — война.

Что стенать, коль наши полки

Окружила врагов стальная стена.

Мы не знали, что случай слеп,

Что рассвет новых врагов принесет,

Но оставит в их памяти след

Наш последний удар: «Урукхаи, вперед!».

Кто под камнями Хорна спит

Кто под копьями в битве пал.

Кто в Дунхарроу скалы дробит,

Кого демон в чаще нагнал.

Ворон в синей бездонной глуши

Тихо нас за собой позовет.

Никого, только горное эхо вторит:

«Урукхаи, вперед! Урукхаи, вперед!»

Пыль вздымается сотнями ног,

Рев рога рвет тишину.

В мир уходит много дорог,

Наша ведет на войну.

(с) Сауроныч, «Урукхаи, вперед!»

— Еще один никчемный кусок мяса! Может, на вертел тебя, и все дела? – Поприветствовал нового раба Баркх, шеф-повар. – Пусть ребята пожуют, клыки порадуют.

Орк-надсмотрщик печально вздохнул и покачал головой.

— Нельзя? Обидно. Не могу же я нарушить приказ... да и вообще, когда я с тобой закончу, из тебя уже ни жаркое, ни похлебка не получатся. Вот, бери ту тряпку и драй полы. Да копытами, не рогом! Чтоб ни лужицы помоев не осталось! Вот тебя к делу и пристроили.

Эта работа показалась Рарити одной из самых омерзительных. Когда единорожка исползала, должно быть, всю эту общественную столовую целиком и наконец закончила изображать из себя прачку, урук, заведующий кухней тут же придумал для нее новое занятие.

— Вот ленивая тварь, а! Что ты там возишься? А, помоев больше не осталось? Ничего, еще нападают. Этого добра у нас навалом! – Процедил он, оскалив на бывшую модельершу зубы. – Пора кормить пленников. Найди в помойном ведре что поцелее, да оттащи на северо-запад, в темницу. Выльешь помои в ведро у камер. Да шевелись уже – рабы, небось, проголодались! Ха-ха!

Твайлайт пришла в себя внутри темного помещения, огороженного с одной стороны – решеткой, а с другой – неровной каменной кладкой. Флаттершай обнаружилась тут же, однако без сознания.

Сон или реальность? Как понять это?

«О-о, какие пони в моей клетке!» — Услышала она потусторонний голос очередного демона сна. А спустя мгновение явился и он сам. Тварь приняла форму призрачного чейнджлинга, парящего в нескольких сантиметрах над землей. Мимика этих, без сомнения, коварных существ была пони не понятна, но единорожке почему-то показалось, что ее собеседник не желает ей зла. Напрямую, по крайней мере.

«А ты, я смотрю, преуспеваешь в своем деле. Двое моих… братьев мертвы, и очередь дошла до меня?»

— Да! – Воскликнула Твайлайт, стремясь унять непроизвольную дрожь в коленях. – Отпусти нас с Флаттершай и ту, что ты держишь в плену, иначе я изгоню тебя обратно в Тартар!

«Тю, но это же так скучно, просто так вас освободить… Где в этом веселье? Давай лучше поступим по-другому: я отпущу вас, если вы сыграете со мной в одну игру. И выйдете из нее победителями. Я наслышан о ваших похождениях, и не думаю, что это будет для вас особо сложно.»

— Игру?.. – Недоуменно переспросила Твайлайт, живо представив себе нечто вроде пыточной, где ее…

«Как плохо ты обо мне думаешь!» — Рассмеялся демон. – «Нет, игра будет добрее. Нечто вроде полосы с препятствиями.»

Видя, что единорожка по-прежнему его не понимает, тварь пояснила:

«Вы сейчас находитесь в большом подземном… Я бы сказал городе, населенном кучей орков, гоблинов и уруков. Ты знаешь, кто это такие, не так ли? Идем далее. Вы с Флаттершай – пленники. Твоя подруга Рарити, что находится в моем плену – рабыня с приставленным к ней надсмотрщиком. Твоя задача – вывести подруг на поверхность, не поднимая тревоги, иначе ваши шансы на выживание сильно упадут. Если справишься, то я отпущу вас. Если же нет, то придется поглотить ваши души… Ну так что, ты согласна?»

Немного подумав и приняв решение, кобылка ответила: «Да!»

«О, и еще одно, маленькое, но! Чуть не забыл, право слово!» — Хохотнул демон, радостно потирая дырчатые копыта. – «Вам с Флаттершай запрещается говорить Рарити, что это – сон. Итак… Да начнется игра!»

## Глава 16.

До темниц Рэрити долетела будто бы на крыльях – вонь, исходившая от ведра с помоями, была настолько ужасной, что единорожка решила как можно скорее разобраться с этим делом. Выплеснув мерзкую жижу в специально поставленное для этого рядом с клетками ведро, бывшая модельерша поспешила отойти от него как можно дальше и устало опустилась на землю, переводя дух после долгого галопа. Теперь ей было понятно, почему все пленники, которых она видела за свое недолгое рабство, выглядели как скелеты. Есть ЭТО никто в здравом уме и трезвой памяти никто точно не будет. Разве что только жизнь вопросом станет… Да и то не факт. Немало рабов наоборот, считали, что умереть на рудниках практически без мучений – лучшая участь из возможных, ожидающих их здесь. Орк, что присматривал за ней, куда то запропастился – скорее всего, не выдержал такого долгого бега. Рэрити улыбнулась. Теперь у нее есть время хорошо отдохнуть…

— Рэрити? Это… Это действительно ты? – Услышала белая единорожка голос, который до последнего надеялась не услышать в этом страшном месте. Твайлайт была негласным лидером сопротивления, знала все и всех, и ее пленение было бы очень тяжким ударом…

Повернувшись в сторону темницы, Рэрити чуть не хлопнулась в обморок от горя, однако ноющие раны, оставленные кнутом надсмотрщика на ее шкурке, быстро убедили модницу, что этим делу не помочь.

— Де… девочки? Как же вас так… угораздило? — Всхлипнула белая единорожка, на деревянных ногах приближаясь к клетке, за которой сидели Твайлайт и Флаттершай. С виду они, правда, выглядели значительно менее побитыми, нежели она сама…

Глава сопротивления открыла рот, чтобы рассказывать, что да как, но ее прервал грозный, издевательский окрик:

— Эй, сопля! С пленниками не разговаривать, иначе сама рискуешь оказаться на их месте, никчемный кусок слизи из желоба для слива нечистот Карн Дума! — Орк-надсмотрщик, оказывается, все же догнал Рэрити, и на вид был очень, очень недоволен тем, что она от него так резво сбежала. Он явно хотел сорвать на ней злость… – Чего рожу корчишь? Плети захотела? Это мы мигом!

Сорвав с пояса кнут, надзиратель как следует замахнулся и «наградил» бывшую модельершу уродливой неровной красной полосой на спине, из которой тут же выступила кровь. Рэрити вскрикнула от боли, и повалилась на колени. Усмехнувшись, орк замахнулся еще раз…

Но второго удара не последовало – фиолетовая дымка окутала кнут и вырвала его из цепких лап надсмотрщика. Несколько секунд надзиратель не понимал, что происходит, и этого Твайлайт вполне хватило. Отбросив в сторону плеть, она поймала уже самого орка в телекинетический захват, после чего что есть силы впечатала его в ближайшую каменную стену.

— Твайлайт… Ты что, у-убила его?! – Ошарашенно спросила Флаттершай, стараясь не смотреть на лежащее в пыльном коридоре тело здоровенного орка с хлыстом. Конечно, она понимала, что это враг, что он не раз бил и унижал ее подругу, но убивать…

— Нет, я его оглушила. Очнется через несколько часов. – Солгала Твайлайт, стараясь не смотреть подругам в глаза. Врать друзьям не хотелось, но если это место – действительно огромный подземный город, то они могут задержаться здесь на очень продолжительное время. Так будет надежнее. Да и ненастоящие они, эти орки и уруки. Иллюзии, навеянные демоном сна. Жаль только, что рассказать об этом подругам нельзя. Точнее, рассказать нельзя только одной, но Рэрити так быстро появилась возле их камеры, что ученица Селестии попросту не успела рассказать Флаттершай о том, куда они попали. А по условиям сделки с тварью Рэрити не должна была знать истины.

— О-о-ох, что ты наделала, что ты наделала! – Запричитала белая единорожка, схватившись копытами за голову. – нас же теперь накажут, жестоко накажут! Будет чудо, если не убьют!

— Нет, подруга! Мы сбежим отсюда!

— Но… — Начала было вновь белая единорожка, однако Твайлайт была непреклонна:

— Мы сбежим! – Уверенно произнесла она, стараясь, как могла, чтобы вселить в подруг надежду. – Не сдавайтесь!

— Но это же целый подземный лабиринт!

— Мы справимся! Верь мне, Рэрити, и ты, Флаттершай. Разве я вас когда-нибудь обманывала? Для начала выберемся из клетки… — Ответила Твайлайт, входя в роль «лидера сопротивления» и стараясь не сильно выдавать свое волнение, использовала заклинание массовой телепортации, переместив себя и розовогривую пегаску к Рарити. – Готово. А теперь – вперед! Снаружи нас будет ждать отряд пони. Надо только выбраться из катакомб…

С первой серьезной проблемой они столкнулись на выходе из темниц, за которой открывалось громадное помещение, выдолбленное в горе. Камни здесь давно потрескались от жара, коим буквально дышало это место. Урукам, впрочем, было все равно. Их было много – очень много. И каждый был занят делом. Беспрерывно стучали молоты, придавая форму металлу в лучших традициях орочьего гения войны, шипел пар, клубами исходящий от охлаждающихся в чанах с водой клинков, которые, впрочем, там надолго не задерживались, и отправлялись на заточку. Вся эта какофония слилась воедино, и больно била по ушам. Однако иного выхода из темниц не было – идти предстояло здесь.

— Сколько же их там… — Еле слышно прошептала Флаттершай, отпрянув от прохода в огромную кузню, как от разъяренного дракона. – Т-твайлайт, а нам точно туда?

— Да. Другого выхода нет… Придется идти там.

— Может, просто телепортируешь нас? – Попросила Рэрити, прижав уши, чтобы хоть как-то приглушить звуки, идущие от кузницы.

Прикинув расстояние до маячащей впереди решетчатой двери размером с Кантерлотские Врата, Твайлайт покачала головой:

— Нет, слишком далеко… Мне не хватит сил, плен измотал меня… Впрочем, — добавила она, увидев проковылявшие там силуэты очередных двух иллюзий, — есть и другая идея!

* * *

— Это дурацкий план! – Прошипела Рэрити, вздрагивая (больно ей не было, но по роли так должно было быть) от очередного прикосновения ненастоящего кнута, которым орудовал морок, созданный Твайлайт – орк-надсмотрщик, тот самый, чье тело осталось валяться внизу, в темницах, стал основой для иллюзии, которую приняла на себя сама ученица Селестии. – Могла бы на всех нас такую маскировку наложить!

— Ты думаешь, магия иллюзий такая простая? – Огрызнулась орко-Твайлайт, показав кривые острые зубы. – Я ее почти не изучала, так что скажи спасибо, что хоть что-то из нее помню!

— Девочки… Не ссорьтесь… Пожалуйста… — Прошептала в своих лучших традициях Флаттершай, поспешая впереди, но не забывая при этом прислушиваться к разговорам сзади. – Нам нужно найти выход…

— Извини, Фатттершай, само вырвалось… — Постаралась оправдаться перед подругой ученица Селестии.

Дурацкий не дурацкий, а план пока что работал без осечек. Миновав кузницы, пони наконец дошли до центра этого подземного города. Больше всего он напоминал гигантский муравейник, застроенный грубыми деревянными и железными постройками, нависавшими над копошащимися под ними рабами и их надзирателями. Поиски обещали затянуться, ибо никто из пленников этого кошмара не знал, где искать выход. Он вполне мог оказаться как внизу, так и наверху, либо вообще не существовать – подобное было вполне в духе демонов сна, и Твайлайт, хоть и не знала об этом, но смутно догадывалась. Дай своей жертве смутную надежду – и наслаждайся ее метаниями, смотри, как она тратит жизненные силы на бессмысленные поиски…

Две пони, старательно делавших вид, что они измучены, гнал куда-то орк с кнутом – и это ни у кого не вызывало подозрений. А если и возникали – никто из орков, работающих здесь, их не озвучивал – видели, что на погонщике двух рабов висела особая метка – собственность Морфлака, любимчика Старика. Ссорится с этим уруком никто не хотел, иначе так ведь не долго и очутиться в канаве с кинжалом в пузе. Хотя и было что-то странное в этом надсмотрщике – он не сквернословил, не калечил всех рабов, попавшихся ему на пути, старательно их обходя, и явно не знал катакомбы так же хорошо, как остальные надзиратели – иначе не сделал бы несколько полных кругов по всему подземному городу. Может, новичок какой-нибудь…

Вскоре от бесконечных переходов у Твайлайт (да и у всех остальных тоже) начала кружиться голова. Куда там Кантерлотскому зеленому лабиринту до этого места! Выхода они пока еще не нашли – и под конец чуть не попались, забредя в варжьи загоны. То, что маскировка от этих тварей не спасает, фиолетовая единорожка поняла слишком поздно – варг, который, казалось, мирно спал и не замечал их, вдруг открыл глаза, вскочил на лапы и молниеносно прыгнул на нее. И быть бы ей растерзанной здоровенной тварью, кабы не железная цепь, которой волк был прикован к стене. Острым когтям варга не хватило буквально нескольких сантиметров до не успевшей среагировать Твайлайт – но цепь натянулась, и ошейник сдавил ему горло, не пуская к лже-орку. Поняв, что до единорожки он не доберется, а сообщить об этом некому – гоблинов, которые занимались разведением варгов, рядом не было, гигантский волк злобно зарычал, после чего поднял голову и тоскливо завыл.

Ученица Селестии запоздало отшатнулась от зверя, стремясь успокоить бешено стучащее в груди сердечко, и поспешила покинуть это место – в следующий раз ведь цепи на звере может и не оказаться. А впереди их было еще очень много – они уже поднимались со своих мест, разбуженные воем своего сородича, и сонно посверкивали глазами в сторону пони… И вдруг все замерло. Исчезли звуки, варги застыли, точно каменные изваяния, механизмы – в большинстве своем, здоровенные колеса – прекратили свою работу. Единственные, кто остался не замороженными, были Твайлайт, Рэрити и Флаттершай. Подобного поворота событий не ожидал никто из них. Равно как и появление призрачного чейнджлинга из стены.

— Вот ради таких моментов я и существую! – С усмешкой сообщил Твайлайт демон сна, похлопав варга на цепи по спине. – Видела бы ты свою мордаху! Я чуть не лопнул от смеха!

— Зачем ты пришел? Решил пересмотреть условия? – Насторожилась ученица Селестии. Она понимала, что вряд ли эта тварь явилась только для того, чтобы поговорить.

— Вы знакомы? Кто он такой, Твайлайт? – Одновременно спросили Флаттершай и Рэрити, вызвав у призрака взрыв хохота.

— О, давай-давай, скажи! Мне интересно, как ты выкрутишься! – Потирая дырчатые копыта, продолжал веселиться демон. – Договор то еще в силе…

— «Договор»? Какой договор? – Тут же среагировали подруги Твайлайт, заставляя ее прижать ушки и притупить взгляд. Лгать друзьям не хотелось, плясать под дудку издевающегося демона сна – тоже, и хотя его смерть – это одна из возможностей покинуть наконец этот затянувшийся кошмар, единорожка не знала, как его убить. Как говорила Принцесса Луна, эти существа создают вокруг себя окружение, которое более всего им подходит, и уничтожить их может противоположное. И что же, раз он создал подземный кошмар, его должен убить солнечный свет?

«Ой, тебе уже надоело гулять по этому месту?» – Нагло влез в ее голову демон. – «Хочешь попробовать сразиться? Нет, я, конечно, очень тебя боюсь, и драки не хочу, но подумай сама – меня окружает множество моих иллюзий, в то время как у тебя… Ну, скажем так, ты в меньшинстве.»

— Нет, демон, она более не в меньшинстве! – Грянул громом голос Принцессы Луны, заставив всех, включая призрака, зажать копытами уши. – Ты думал, что твой барьер удержит меня надолго, меня – Владычицу Ночи?

— О-ой, вот это поворот! Пойду-ка я отсюда… — Тут же струсил призрак, и прыгнул в сторону, намереваясь спастись. Однако Принцесса не дала ему этого сделать, перехватив его телекинетическим захватом в полуметре от спасительной стены. – Ай, отцепись! Убейте ее, мои порождения! Убейте их всех!

Застывший мир ожил и тут же пришел в движение. До пони, еще не до конца понимающих, что тут вообще происходит и Принцессы Луны долетел утробный и жуткий рев рога, возвещающий о скором прибытии проблем.

— Твайлайт! Вы должны задержать их, пока я занимаюсь демоном! – Крикнула Владычица Ночи, молотя призрака об пол и стены. Фиолетовогривая единорожка кивнула и выставила сияющий барьер аккурат за мгновение до того, как в него влетела первая волна атакующих.

Ятаганы, копья, секиры и молоты градом заколотили по единственной преграде на пути к сбежавшим из своих клеток, оскаленные морды орков скривились в некое подобие улыбки в предвкушении крови… Щит, выставленный Твайлайт, замерцал, постепенно ослабевая. Как бы ни была сильна ученица Селестии, но ее явно на долго не хватит. Осознание этого острой иглой пронзило разум Рэрити, и та поспешила хоть как-то помочь своей подруге, влив в ее щит свою силу. Вместе, надеялась она, они продержат барьер достаточно долго, чтобы Принцесса Луна, которая, как думала модница, погибла, сумеет одолеть это непонятное чудо-юдо. Краем глаза она заметила Флаттершай, глядящую своим фирменным «Взглядом» на здоровенного варга, и жестко отчитывающую его за плохое поведение. Зверь, хоть и скалился рыча в ответ, но нападать боялся.

* * *

Демон сна сопротивлялся стойко, до последнего не желая повторять судьбу своих павших товарищей, недооценивших Хранительниц. Его призрачная плоть, как и мир, созданный вокруг, были иллюзорными, и Луна это прекрасно понимала. К сожалению, для его пленниц орки были очень даже настоящими, и если они прорвутся за барьер, выставленный Твайлайт, то погибнут, ибо тело не живет без мозга.

Однако отвлекаться Принцесса не могла – демону нельзя было давать шанса уйти, слишком уж опасен тот был. Драться он даже не пытался, стараясь лишь вывернуться из ее хватки и запутать иллюзиями. Верное решение. Верное – и абсолютно бессмысленное. Это простых пони можно было так дурить, но не аликорна!

Бой их не был красивым – сражение происходило на чистой энергии, и вскоре к копытам Луны упал дымящийся труп. Еще одно создание Тартара было повержено и отправлено туда, где ему самое место. Созданный демоном мир, лишенный подпитки, тут же начал рушиться, словно карточный домик.

* * *

Вокзал Фаиронир и лже-Элементы покинули без каких-либо задержек – все желающие побеседовать с ними гвардейцы, едва замечали, кто их сопровождает, тут же расходились обратно по своим постам и не отсвечивали. Расставшись с невольным помощником и чейнджлингами, глашатай Ангмара отправился в сторону дворца. Нужно было найти достаточно уединенное место, чтобы никто не путался под ногами. И вскоре таковое нашлось – чудесный трехэтажный особняк, скрытый за забором и окруженный небольшим садом, располагался недалеко от замка Принцесс и в то же время стоял несколько на отшибе.

Убеждать хозяев дома долго не пришлось – как и прежде, «болевые тиски» действовали безотказно. Вскоре дом стал новым временным убежищем колдуна. Однако прежде, чем начинать работу, следовало позаботится о своей защите. Во время исполнения ритуала по открытию теневого портала он будет уязвим, так как не сможет защититься в случае падения весьма мощного, но все же не непреодолимого барьера. И в этом деле ему помогут чейнджлинги. Только не живые, а павшие, чьи порченные души он забрал еще тогда, в цитадели Кризалис. Вот только им потребуется вместилище – доспехи, например. Конечно, создать полноценных призрачных Стражей у него не выйдет, но даже их жалкая пародия тут может доставить серьезных проблем. Хотя, не будь в нем столько сил, он ни за что бы не решился на такой ход. Сам по себе ритуал призыва не был особо сложен. Проблемы начинались позже, когда духи, жаждавшие вновь почувствовать вкус жизни, осознавали, что их вселили даже не в мертвое тело, а в предмет, в вещь…

Многие начинающие колдуны, грезящие о великом могуществе, пытались освоить этот ритуал – и поплатились жизнями на второй стадии. Эти создания невероятно сильны, и отлично сопротивляются магии. Вот только немного тормознутые… Но у всех есть свои маленькие минусы.

Так почему бы не совместить приятное с полезным и не убить при этом двух зайцев?

«Раб! Отправь в трехэтажный особняк, находящийся на улице… Садовая, десяток гвардейцев. И чем скорее, тем лучше.» — Приказал Фаиронир попавшему в его власть офицеру Гвардии. За самоотдачу этого парня можно не волноваться – «болевые тиски» – непреодолимое заклинание для слабовольных.

* * *

— Сдавайся, чейнджлинг! – Громко прокричал один из гвардейцев в золотой броне, ворвавшись вместе с девятью другими товарищами в дом и наткнувшись взглядом на стоящую в сумраке одинокую темную фигуру. — Тебе некуда бежать, здание окружено!

Поначалу им было трудно поверить, что одна из этих тварей все же сумела пробраться в город через их заслоны, однако вот же она, прямо перед ними, Хонор не лгал, действительно отправив их на серьезное дело по задержанию чейнджлинга. А им то казалось, что он просто устал смотреть на их хмурые не выспавшиеся морды…

Фигура, тем временем, склонила голову в сторону, словно бы изучая вошедших. Ледяной холод страха пробежал по шкуркам гвардейцев, хотя, казалось бы, бояться тут было нечего – их десятеро, а тварь одна. Тени вокруг удлинились, медленно, но верно окутывая пришельцев.

— Сдавайся, или мы применим силу! – Как-то неуверенно крикнул один из единорогов, старающийся разогнать мрак при помощи магии. Дрожащий синеватый свет пока еще кое-как сдерживал сгущающуюся тьму, но явно проигрывал в этом.

— Я надеюсь, вы не боитесь темноты. – Произнесла фигура, не показывая ни тени страха или опасений за свою жизнь. – В противном случае все закончится очень быстро…

Рог твари засиял и черная, непроглядная тьма, сгустившаяся вокруг, в одно мгновение смяла все те жалкие источники света, что успели наколдовать единороги. Этого хватило, чтобы окончательно их напугать. Обычный чейнджлинг такого создать бы точно не мог, а это значит, что демон, которого они встретили, был куда могущественнее и опаснее простого энергетического вампира.

Стражники едва видели друг друга, а тварь так вообще растворилась в этом проклятом мраке. Попытавшиеся вновь сотворить свет единороги были неприятно удивлены тем фактом, что их магия не работала. А затем гвардейцы начали падать на пол, крича от боли.

Неуловимой тенью Фаиронир скользил между ослепшими гвардейцами, вырубая их одного за другим. Убивать этих пони было рано – для открытия теневого портала требовалась кровавая жертва, причем чем крупнее, тем лучше. Десятерых будет достаточно. Их доспехи и оружие так же послужат делу Ангмара, став вместилищем для падших духов. Гвардейцы размахивали копытами и копьями, стреляли магическими молниями – все было бестолку. Вскоре все было кончено. Материал был готов, и можно было приступать к самому ритуалу.

## Глава 17. Кошмар Пинки Пай.

Следующий кошмарный сон не заставил себя долго ждать. Правда, выглядел он несколько иначе, нежели другие. Если владения предыдущих демонов сна сразу давали понять, что по землям пони прокатилась война либо что-то похожее, то здесь же все выглядело довольно мирно…

Глазам Хранительниц и Принцессе, проникнувшей уже без труда за барьер, предстал их родной Понивилль – на первый взгляд ничем не выделяющийся. Светило солнце, зеленела трава, по улицам спокойно и без надсмотрщиков гуляли другие пони, которые выглядели совершенно нормально… Однако во всем этом ощущалась некая неправильность, смутный дискомфорт. Словно чего-то не хватало…

— Похоже, здесь томится Пинки Пай. – Заметила Принцесса Луна, прищурившись и ища следы очередной тёмной твари. – И она попала во власть не простого демона, не-ет. Этот специализируется на поглощении эмоций – всех, какие только существуют.

— Такие бывают? – Недоверчиво уточнила Твайлайт, стараясь понять, по каким причинам Владычица Ночи определила это, но встретила лишь вымученную улыбку:

— Посмотрите на городок сами, наши подданные.

И действительно: ни один пони не улыбался, не проявлял дружелюбия, не злился, не грустил – вообще не показывал каких-либо эмоций. Слова Принцессы Луна словно бы рассеяли пелену, которую не могли преодолеть Хранительницы – и им открылась правда. Как куклы ходили другие пони по улицам, выполняя одну и ту же последовательность действий, и не казались живыми. Дома вместо привычной игры красок вмиг посерели, походя один на другой… Все это вызывало сильный контраст с Понивиллем настоящим.

— Идём! – Решительно сказала Твайлайт, устремившись в город. – Нужно найти Пинки Пай, пока еще не поздно!

— Погодите! – Воскликнула Рэрити, остановившись. – Что тут вообще происходит?! Как мы выбрались из катакомб? Каким чудом оказались здесь? Ничего не понимаю!

— Рэрити, пожалуйста… — начала было Твайлайт, но была прервана принцессой Луной:

— Они имеют полное право знать, ученица нашей сестры. Это все дурной сон, навеянный кем-то, способным управлять мерзкими тварями, известными нам как демоны сна. Да, они существуют. Много лет назад я изгнала этих паразитов в Тартар, но сейчас они вернулись…

— Сон? – Недоверчиво переспросила Рэрити, в голосе которой прорезались истеричные нотки. – Но тогда почему я помню всё… Абсолютно все те ужасы, что мне якобы приснились?!

— Потому что демон сна вложил тебе в голову ложные воспоминания, заставил пережить то, чего не было на самом деле. – Последовал спокойный и лаконичный ответ от Принцессы Луны. – Не бойся. Скоро все это пройдет. Эх, узнать бы, кто вызволил этих тварей из заточения… Тогда процесс пошел бы быстрее – достаточно изгнать их хозяина, и они лишатся магической подпитки, нужной, для того чтобы оставаться в нашем мире.

— Ангмар! Это был Ангмар, принцесса! – Воскликнула Твайлайт, хлопнув себя копытом по лбу. – Опасный колдун, что проник в наш мир, устроил все это!

Владычица Ночи вздрогнула, услышав об этом. В отличие от Хранительниц, она с сестрой видела больше, много больше воспоминаний того чудовища-иномирца, попавшего к ним в Эквестрию случайно. Уже после того, как они заглянули в голову орку вместе с Хранительницами, им стало интересно, что же еще знает это безумное создание. Предупрежден – значит, вооружен, как говориться…

Собравшихся с духом принцесс, повидавших за свою жизнь многое, было трудно чем-либо удивить. Но воспоминания орка и не стремились удивлять – они пугали. Там было столько страданий, крови и боли невинных, что вспоминать страшно – даже ей, принцессе, прожившей не одну тысячу лет. Край, который упомянула Твайлайт, был поистине ужасен.

— Почему ты не сказала нам об этом раньше?

— Я пыталась, но… нам постоянно кто-то мешал. Сперва тот большой… Омерзительный… — Твайлайт содрогнулась всем телом, — паук, затем колдун выставил барьер…

— Ты знаешь, что он задумал?

— Нет… Перед тем, как отправить меня в мой кошмар, он что-то говорил про то, как в Эквестрии воцарится настоящий хаос, но более ничего. Единственное, что мне известно – так это то, что его зовут Фаиронир и он умудрился каким-то чудом договориться с чейнджлингами.

— Стало быть, вот она, разгадка их чрезмерной агрессии в последнее время… Твайлайт! Нам не легко говорить об этом, но… — От волнения в голосе Луны все чаще стал проскальзывать Кантерлотский королевский голос, — мы… Я должна на время покинуть тебя. Моя сестра ничего не знает о той опасности, что нависла над всеми нами! Сумеешь ли ты справится со здешним демоном? Или хотя бы задержать его на некоторое время, пока мы доносим сию важную новость до нашей сестры?

— Да, принцесса, можете рассчитывать на нас! – С готовностью ответила Твайлайт, в то время как остальные неуверенно кивнули. Этого Луне вполне хватило, и она исчезла из кошмара в яркой вспышке света.

— Дешевая позерка. – Прокомментировал действия принцессы чей-то монотонный голос, заставив всех присутствующих здесь настоящих пони вздрогнуть от неожиданности. – И вам привет, мои новые пленники. Полагаю, вы здесь как подарок?

— Мы здесь за Пинки Пай!

— О-о, вот как? Она всегда была жадиной, эта Луна… Вы опоздали. Ваш драгоценный элемент смеха никуда с вами не пойдет. – Продолжил голос, не меняя интонации. Скорее всего, это и был демон сна.

— Это еще почему?

Она познала истину, и вы ей более не интересны. Ломать ее было так… весело. Я даже, так уж и быть, подскажу вам, где ее искать. Я чудесный хозяин, не правда ли?.. Идите к мэрии. Если что-то понадобится… Постесняйтесь спрашивать.

Демон не обманул – Пинки Пай действительно обнаружилась у мэрии. Её тяжело было узнать (как, на самом деле, и всех, кто побывал в кошмарном плену). Торчащая во все стороны непослушная грива обвисла, взгляд остекленел и был направлен строго вниз.

— Пинки? Это ты? – Осторожно спросила Рэрити у смутно похожей на её подругу пони. Ответа не последовало. Пинки Пай осталась неподвижна и нема, продолжая сверлить взглядом пожухлую траву.

— Что-то мне кажется, что с ней не все в порядке… — Тихо выразила общее мнение Флаттершай, с опаской посматривая по сторонам. Нахождение в Понивилле порядком нервировало ее – слишком уж сильно загадил ей голову ее демон сна. Пегаске казалось, что вот-вот из домов полезет тот жуткий зелёный туман, а за ним и мертвецы вновь начнут подниматься из могил… Её подруги обратятся в пыль, и она опять останется совсем одна посреди мертвого города…

— Флаттершай, что с тобой? Отпусти мою ногу! – Потребовала у нее Рэрити, поболтав вышеназванную конечность в воздухе, к которой неосознанно прилипла розовогривая пегаска.

— Ой… Извини, я не хотела… — За оправдывалась Флаттершай, отпуская Рэрити. — Прости пожалуйста…

— Веселье – это Смерть… — Внезапно затараторила Пинки Пай, словно бы отвечая на вопрос о своей вменяемости. – Нет улыбок – нет боли! Нет эмоций – все живы… Да-да, так и есть! Стоп, или уже нет? – Стеклянный взгляд розовой пони оторвался от земли и вперился в Хранительниц. – Почему вы здесь? Почему вы пришли? Вы снова хотите смертей и боли?

— Демон сказал, что сломал ее… — Произнесла Твайлайт, с болью смотря на подругу, — и теперь я вижу, что он не солгал… Пинки, неужели ты не узнаешь нас?

— Нас? Вас? Кого не узнаю? – Последовал очередной безумный ответ. – Все живы… Все рядом… Нет эмоций — нет боли…

— Твайлайт, ты ведь сможешь помочь ей? – С надеждой спросила Рэрити. – Ведь так?

— Я попробую, но не знаю, сработает ли это… — Честно призналась ученица Селестии, направляя на лопочущую Пинки Пай свой рог и используя заклинание памяти. Когда-то давно оно вернуло всех ее подруг из власти Дискорда обратно к их нормальному состоянию… Возможно, поможет и здесь?

К великому облегчению Твайлайт, заклинание сработало. Розовая земнопони прекратила нести бред и ошалело уставилась на своих друзей.

— Нет, мои милые пленники, это вам не поможет. – Вновь вмешался голос демона сна в творящийся тут сеанс исцеления. – И даже напротив... Пинки Пай, я разрешаю тебе причинить насилие к этим демонам, принявшим облик твоих подруг, дабы не оскорблять их память… Ты ведь помнишь, что с ними случилось, верно? Я даже, так уж и быть, на время верну тебе ярость, ненависть и злобу… Наслаждайся.

— Да… — Тихо протянула розовая пони, поднимаясь на копыта. Ее глаза налились кровью, когда она посмотрела на «демонов», непонимающе взирающих на нее. – Я не позволю этим тварям шастать в моем городе!

В следующий же миг Пинки Пай прыгнула на не ожидавшую такого Твайлайт, сбив ее с ног и прижав к земле, после чего принялась молотить единорожку копытами.

— Пинки, что ты делаешь?.. Остановись! – Отчаянно пытаясь сбросить с себя озверевшую розовую пони, крикнула ученица Селестии. Наконец, это ей с помощью телекинеза удалось, и Пинки отлетела назад, проехавшись спиной по траве. Не давая ей опомнится, Твайлайт подняла ее в воздух. – Мы твои друзья! Настоящие друзья, а это все вокруг – дурной сон!

— Я уничтожу вас, мерзкие чейнджлинги! – Вопила в ответ элемент Смеха, размахивая копытами в попытке вырваться из телекинетического захвата Твайлайт. – Как вы только посмели осквернять память моих подруг?

— Пинки, мы настоящие! – Крикнула Рарити, надеясь достучаться до нее.

— Ложь! – Немедленно отреагировала розовая пони, совершенно внезапно исчезнув из своей ловушки и упав на Рарити сверху. Попытавшуюся было вновь удержать ее Твайлайт она угостила неведомо откуда взявшимся клубничным тортом, заляпавшим единорожке всю мордочку.

— МЫ ВЕРНУЛИСЬ! – Громом грянул кантерлотский королевский голос Принцессы Луны, что появилась на поле боя между подругами в облаке темно-синего тумана. – ТЕПЕРЬ ВЫ…

Шмяк!

Речь Госпожи Ночи была прервана прямым попаданием очередного торта, на сей раз – шоколадного. Пинки Пай явно входила во вкус. Впрочем, и Луна сориентировалась довольно быстро. Магией растворив сладкий снаряд со свой мордочки, она выставила легкий щит, дабы одержимая элемент смеха не смогла помешать ей в поисках и последующем уничтожении очередного демона сна. И вскоре она его нашла. Нельзя сказать, что встреча эта встреча ее порадовала…

— Луняша… Какая встреча. – Прошипел все тот же без эмоциональный голос.

— Байнар! – Злобно процедила сквозь зубы Принцесса. – Не ожидала, что встречу тебя здесь! Как ты выбрался?

— Наш новый… гость оказался достаточно добр для того, чтобы не только вытащить меня и моих братьев из той клетки, куда ты нас заточила, но и предоставить отличную пищу…

Громкий хлопок прервал их разговор. Похоже, Пинки Пай подкатила тяжелую артиллерию – свою праздничную пушку, и теперь, в перерывах между атаками на остальные элементы, стреляла по щиту Принцессы Луны. Урон фейерверки наносили мизерный, однако грохот, который при этом издавала эта пушка, мешал сосредоточится. Да и… Как бы не совершила розовая пони того, о чем потом всю жизнь будет сожалеть.

— Твайлайт! Ты должна найти и рассечь нити, что позволяют демону контролировать Пинки Пай! – Крикнула Луна, вступая в бой с некогда изгнанным врагом. – Скорее! Он питается ее эмоциями!

Демон оказался очень силен, чего Луна не ожидала от только что освободившегося из заточения духа. Все ее атаки уходили в пустоту, поражая иллюзии серых домов и точно таких же пони, которые растворялись в бушующих потоках энергии. Сам же дух нисколько не стеснялся бить в ответ, пытаясь продавить ее усиленную защиту, дабы выпить и из нее все эмоции.

— Девочки! Подержите ее! – Крикнула Твайлайт, создав поисковое заклинание и, прищурившись, начала поиск этих самых нитей, пока ее подруги пытались удержать обезумевшую Пинки Пай. Скрутить ее оказалось делом непростым – земная пони отчаянно сопротивляясь, сбивая слабенький телекинез Рэрити, а Флаттершай… Ну, это Флаттершай. Робкая пегаска даже в таком месте осталась верна своему характеру, и пыталась добиться чего-нибудь увещеваниями. И тем не менее, фиолетовой единорожке все же удалось найти едва заметные в воздухе нити демонического кукловода.

Создав магический клинок, Твайлайт рассекла узы, позволяющие демону контролировать подругу. В тот же миг Пинки Пай прекратила борьбу, обессиленно повиснув на Флаттершай, которая пыталась ее удержать под видом обнимашек. Дело было почти сделано… Так, по крайней мере, считали Элементы и Принцесса Луна. Однако демон умирать не хотел совершенно. Почувствовав, как эмоции Пинки Пай вытекают из него, возвращаясь к своей хозяйке, он вложил все свои силы в возможность сбежать, открыв небольшой серый портал прямо под собой.

Госпожа ночи, не желая давать своему «старому знакомому» шансов уйти, прыгнула следом за ним. Спустя мгновение, пульсирующая серая зеркальная поверхность перехода закрылась, отрезая путь Принцессе назад, а иллюзорный мир, построенный демоном, начал рушиться.

## Глава 18. Кошмар Рейнбоу Дэш.

Извиняюсь за задержку.

Открыв глаза, Твайлайт осмотрелась. Обстановка вокруг вновь изменилась до неузнаваемости. Уродливые декорации серого Понивилля сменила тесная и сырая пещера. Сверху дул лёгкий сквознячок — подняв голову, единорожка увидела высоко над собой небольшой просвет, откуда на нее смотрели далёкие и холодные звезды... В бок больно упирался острый камень, а чуть позади Твайлайт и её подруг из числа тех, кто освободился от власти демонов сна, неслась куда-то в глубь подземелья маленькая подземная речка, от которой веяло приятной прохладой.

Поднявшись на ноги, единорожка вновь осмотрелась, пытаясь понять, реальность это или снова кошмарный сон. Ощущения были вполне себе реальными, но все же… Твайлайт тяжело вздохнула. Скорее всего, это место так же иллюзорно, как и все остальные. До нее уже дошло, что пока еще хотя бы одна из её подруг будет находится во власти колдуна, им придется гулять во снах, в то время как Фаиронир будет разрушать их страну…

Мотнув головой, ученица Селестии решительно отогнала эти мысли. Принцессы теперь предупреждены, и не позволят некроманту вершить хаос. Его найдут и остановят… А ей пока что надо помочь остальным выбраться прочь из этой череды кошмаров.

— Йей, Твайлайт! – вокруг шеи фиолетовогривой кобылки обвились розовые копыта. – Девочки, вы живы! Но вы умерли, я сама видела! И тут – а-а-ах! Вы не умерли! И я вас нашла! Теперь то мы уже не расстанемся, правда?!

— Мы тоже рады тебя видеть, Пинки. – Прохрипела Твайлайт, усиленно пытаясь разжать чересчур уж крепкие обнимашки розовой пони. – Ты не могла бы меня отпустить? Задушишь же!

— Ой! Извини! – Пинки Пай моментально разжала объятия. – Просто я так рада тебя видеть! А где мы кстати?

— Не знаю, но это место сильно напоминает мне логово алмазных псов. – Простонала из своего угла Рарити. – Это… Это ведь опять сон, Твайлайт?

— Думаю да. – Ответила фиолетовая единорожка, кивнув. – Но вот чей он – я не знаю.

— Боюсь, нам об этом расскажут они. – Подала голос Флаттершай, ткнув дрожащим копытом в сторону одного из коридоров, где неожиданно для всех замелькали длинные тени в отсвете чьих-то факелов. А спустя несколько мгновений до ушей пони долетели грубые голоса орков.

Не желая сталкиваться с этим жестоким и злым народом лицом к лицу, хранительницы переглянулись и моментально попрыгали за наиболее крупные камни внутри пещеры, в надежде, что их не заметят. Спустя примерно три минуты дрожащий свет от факелов разогнал с неохотой расступающуюся тьму, а тишину внутри пещеры прорезали резкие голоса орков:

— Ашпар достал уже! – Пожаловался один из пришедших. – Сколько можно посылать нас нарезать круги по этой сырой дыре?

— Гляди в оба! От этих коней всего можно ожидать! – Отозвался второй, смачно харкнув вниз, на каменный пол пещеры.

— Да откуда этой мелюзге тут взяться? Им бы вверх, где сухо и тепло, да светит проклятое солнце!

— Подними голову вверх. Видишь? Видишь эту дырень наверху? А раз видишь, так захлопнись и ищи этих цветных крыс! Чую я, мы тут не одни!

— Чует он! Бред! – В который раз возмутился первый. – Крылатых мы давно перебили, а те немногие, что остались, без своей вожачки просто корм для волков.

— Да, жаль, что мне не довелось участвовать в штурме этого их летающего городка. Клаудсдейла, да? Говорят, там была славная резня – поняшки попросту не ожидали нападения. Ха! Ладно, видать, тут и вправду никого нет. Двинули!

Голоса начали удаляться – видимо, их обладатели отправились восвояси. В то же время пони, скрывающиеся между камней, переваривали услышанное. Твайлайт сообразила быстрее всех.

Клаудсдейл разрушен? Пегасы практически перебиты? Стало быть, это кошмар…

— Рейнбоу Дэш! – Выдохнула фиолетовая единорожка. – Мы должны последовать за ними!

— З-за ними? – заикаясь, переспросила Рарити, опасливо выглядывая из-за своего укрытия. – Они же убьют нас! Или возьмут в плен, что еще хуже!

— Успокойся, Рарити, эти орки не настоящие! Простые иллюзии, как в твоем кошмаре, где нам помогла Принцесса Луна, помнишь?

Белая единорожка кивнула, но решимости на её мордочке не добавилось – слишком свежи еще были в памяти все те ужасы, что её довелось пережить. Слишком уж все происходящее вокруг было похожим на бред…

— Постойте-ка, я не ослышалась? Мы идем выручать Рейнбоу Дэш? Эту гнусную предательницу? – Подала голос розовая земнопони, сузив глаза, припомнив кое-какие давние события.

— Что? Пинки, ты о чем?! – Удивилась Твайлайт, воззрившись на подругу.

— Она… Она… — Пинки Пай задохнулась от возмущения. – Уф, какая она подлючка! Из-за неё тот Таришка-воришка меня пленил!

— Быть того не может, Пинки, и ты это знаешь! Просто этому Тарибару… Фаирониру, то есть, помогали чейнджлинги! Может, Рейнбоу попалась ему раньше тебя, и её заменили?

— Может быть, может быть… — Задумалась розовая земнопони. – А может, и нет. Ладно, так и быть! Мы найдем её, а потом разберемся со всем этим.

— А м-можно я останусь тут? – Тихо попросила Флаттершай. – То есть… Если вы не возражаете…

— Возражаем! – Отрезала Пинки Пай, затягивая всех присутствующих здесь пони в свои на сей раз не в слишком крепкие объятия, нимало не смущаясь расстоянием до некоторых подруг. – Я с вами больше никогда-никогда не расстанусь!

* * *

Путь во мраке пещеры (зажигать свет при помощи магии Твайлайт побоялась, прекрасно понимая, чем это может закончится для всей группы) продлился не долго – вскоре Хранительницы вышли к длинному пустому коридору, где практически через каждые три метра было воткнуто по факелу, освещавшему дорогу. К сожалению, из-за своих пререкательств между собой подруги упустили своих «поводырей» — орков, из виду, однако эхо от их разговоров доносилось откуда-то слева. Свернув туда, группа некоторое время двигалась вперед, вздрагивая от каждого своего неловкого движения, которое приносило резкие, кажущиеся громоподобными звуки. Ну, им, по крайней мере, так казалось. Однако вскоре неровно прорубленный кем-то в толще горы коридор выходил на небольшой спуск, позволяющий спустится в просторную, уходящую далеко вдаль пещеру, истыканную факелами, а также грубо сколоченными между собой досками, исполнявшими роль баррикад на случай атаки какого-либо противника… И заполненную орками всех мастей и размеров. Их мерзкий, гортанный язык звучал отовсюду, вырываясь из глоток этих тварей и отражаясь от стен пещеры.

Притормозив, Твайлайт обернулась к остальным и шепотом произнесла:

— Где-то там орки держат Рейнбоу. Нам надо найти её! И не попасться при этом.

— Судя по размерам этого логова, поиски могут серьезно затянутся. – Выразила свою точку зрения Рарити. – быть может, разделимся?

— Опасно. – Не согласилась Твайлайт. – Хотя у малой группы шансов проскользнуть мимо стражей больше.

— О-оу! Можно я?! Я пойду?! – Восторженным шепотом спросила Пинки Пай, пританцовывая на месте. И, не дожидаясь даже ответа, нырнула в логово зверя.

— Пинки, стой! – Запоздало среагировали подруги, но уже было поздно – розовая пони буквально растворилась в полумраке пещеры.

— Скорее, за ней! – Решила фиолетовая единорожка, и бросилась вслед за Пинки Пай, однако была остановлена чьим-то копытом, затянутым в черное. Ну и кому же оно могло тут принадлежать, кроме как…

— А я уже тут! Вы куда? Я все узнала! – Оповестила ошарашенных подруг Пинки, одетая в костюм заправского ниндзя. – Что вы так на меня смотрите? Я же профессионал, мастер выслеживания! И найти меня под силу только детективу Пай! Хе-хе!

— Ну, и что… что же ты узнала? – Тихо спросила Флаттершай из своего неприметного угла.

— Значит так: сперва я пошла налево, потом направо, потом прямо… — Начала было перечислять все свои телодвижения розовая пони, но была остановлена дружным «Пинки!», после чего вздохнула и перешла сразу к делу. В свойственной для себя манере. – Я нашла двух орков. Они переговаривались друг с другом, мол, один такой: «Когда в набег?», а второй ему в ответ: «Пёс его знает! Как только этот, из Ангмара, выбьет из радужной крылатой всю подноготную. Ну а потом, ясен пень, будет нам и набег, и супчик, хе-хе!». И первый тут же: «Скорей бы! Похлебка из слизней сидит уже вот где! Да и скука тут смертельная… Сходить что ли в пыточную, поглазеть?» А второй ему: «Ну дуй!».

— А затем ты проследовала за первым и узнала, где находится… Рейнбоу? – Проглотив слово «пыточная», уточнила Твайлайт. Пинки Пай ответила кивком. – Дорогу запомнила?

— Ну разумеется! Готова вести прямо сейчас! – Отсалютовала розовая пони.

— Тогда вперед! – Махнула копытом фиолетовая пони.

Вблизи быт орков не сильно отличался от уже виденного ими однажды в воспоминаниях одного лазутчика. Помимо стандартных украшательств в виде отрубленных голов, здесь так же присутствовали сооруженные из камней и палок жуткие идолы, изображающие не то какое-то божество, не то здоровенного могучего воина, вооруженного огромной булавой. Местами возле этих «статуй» стояли на коленях орки, напялившие себе на головы черепа козлов, и били им поклоны.

— Осквернители… — Донесся до Твайлайт тихий шепот Рарити. – Орочьи шаманы, насылающие на врагов болезни и мор… Будь они прокляты!

Ведомые уверенным копытом «мастера выслеживания» Пай, подруги довольно быстро добрались до двери в пыточную, находящуюся на отшибе от остального лагеря. Охрану на их проходе осуществлял мирно храпящий орк, умудрившийся заснуть на посту стоя, опершись на свою алебарду, как на подушку. Сон его был крепким, однако Твайлайт решила сделать его еще крепче, подняв его высоко (насколько позволял свод пещеры) в воздух, перевернув его вверх тормашками и с силой шмякнув об пол головой. Затем, оценив живописность его позы, вновь подняла его вверх и уложила в проломе поблизости, дабы его сородичи не заметили пропажу так скоро.

— Пошли. – Коротко бросила единорожка своим ошарашенным подругам. – Это иллюзия, а не живое существо.

От пыточной их отделяла всего лишь одна деревянная массивная дверь. Разумеется, запертая, как же иначе? Однако магии Твайлайт ни замок, ни сама дверь помехой не были.

Изнутри пыточная представляла собой просторное помещение, половину которой заполняли клетки, гостеприимно распахнувшие свои двери новым пленникам, которым не повезет попасть в лапы оркам, а также множество орудий пыток, какие только мог придумать больной разум ангмарских (и не только) кровопускателей.

Но самое главное в этой комнате было не это. Рейнбоу Дэш, которую они столько времени искали в этом кошмаре, оказалась здесь же, прикованной к дыбе. Крылья, как и её голова, бессильно обвисли. Все тело пегаски украшали многочисленные побои и кровоточащие раны. Рядом с ней, в полумраке, присев на одно колено, располагалась угловатая фигура, отдаленно напоминавшая человека, и что-то тихо втолковывала зафиксированной в крайне неудобной позе Рейнбоу. Услышав за спиной шум, палач повернулся, сверкнув кроваво-красными глазами из-под шлема, и шагнул на свет. Это был орк, закованный в тяжелые доспехи и вооруженный двумя ятаганами, чьи рукояти торчали у него из-за спины. Лицо его скрывал шлем, однако голос Хранительницам был очень хорошо знаком.

— Что это?! Глазам своим не верю! – Орк картинно огляделся по сторонам, после чего поднял забрало своего шлема. Внутри скрывался старый знакомый – Трат, моментально расплывшийся в издевательской улыбке. – И это все, на что хватило вашу жалкую Эквестрию?! Да вы, должно быть, шутите!

Вы бы знали, мои дорогие мешки с мясом, как я по вам скучал! Как жаждал напиться вашей вкусной, горячей крови… И при всем этом, мне даже не придется вас ловить по лесам, партизаны недоделанные! Вы пришли сюда сами, как миленькие, за своей подружкой, без оружия и войска, умоляя, чтобы вас убили! Но мы же знаем, что вы просто так не умрете, правда? Сперва вы у меня как следует поорете от боли!

На этих словах клинки орка, мирно сидящие в ножнах за спиной, молниеносно оказались в его руках. Взревев, Трат бросился в атаку, занося один из ятаганов для проведения «мельницы», стремясь как можно скорее оказаться среди пони. Однако его плану по быстрому убийству Хранительниц не суждено было сбыться: Твайлайт среагировала на несущуюся опасность хоть и неосознанно, но все же достаточно быстро и веско, выставив перед собой и подругами яркий фиолетовый щит. Трат, не ожидавший ничего подобного, налетел на преграду, которая при этом тревожно замерцала, и, отшатнувшись назад, принялся рубить её с остервенелой яростью, злобно ощерившись:

— Что такое, мелочь пузатая? Поджилки затряслись? Не думайте, что это штука вам поможет! Время здесь на моей стороне!

С каждым ударом защита Твайлайт слабела, а улыбка на морде орка становилась все злораднее и злораднее. Фиолетовая единорожка же тем временем выработала кое-какой план… Ну, или его подобие. В ближний бой к этой твари лучше не соваться – порвет и не почешется. Она помнила, как сражался этот орк во времена своего присутствия в настоящей Эквестрии – и это в неудобном-то для него теле! Значит, нужно вымотать его. Доспехи, что плотно облегают тело Трата, помогут им в этом.

— Держимся от него подальше! – Прохрипела Твайлайт так, чтобы её расслышали только подруги. – Измотаем его, а после – добьем! Рарити… Постарайся лишить его оружия! Остальные – действуйте по обстоятельствам, но близко не подходите.

Хранительницы синхронно кивнули, в то время как Твайлайт продолжила излагать детали своего плана:

— Пинки, постарайся освободить Рейнбоу и оттащить её подальше от места боя! Как бы ей не досталось от этого безумца. Приготовьтесь…

Щит спал, и Трат с победным ревом прыгнул вперед, занося клинок над головой Элемента Магии, однако ятаган в самый последний момент выскользнул из лапищи орка, и вместо сокрушительного удара получился пшик – который, к тому же, не достиг цели, ибо бесящей его единорожки перед ним уже не оказалось. Зато он получил сильный толчок в спину, из-за которого он едва не потерял равновесие.

Взревев, орк быстро окинул взглядом пыточную, и, выбрав ближайшую цель – то есть, Флаттершай, которая оказалась не очень расторопна, что есть силы впечатал той кулаком под дых, отбросив розовогривую пегаску назад, на неровную каменную стену, оставив бессильно оседать на пыльный каменный пол. Подскочив к ней, орк занес свой второй ятаган – добивать.

— Флаттершай! – Воскликнула Рарити, сосредотачивая свою магическую силу на клинке орка. – Держись!

Однако на сей раз Трат был готов, и его оружие осталось при нем, пусть для этого ему и пришлось замедлить удар, покрепче вцепившись в рукоятку двумя руками. Он уже видел, как клинок режет шкуру этого мешка с мясом, разбрызгивая во все стороны горячую, сладкую кровь, как проминаются её кости под тяжестью ятагана… Однако получил неожиданный, и очень неприятный удар в спину.

Твайлайт, найдя в сочленениях его доспеха небольшую щель, подобрала ятаган, который Рарити отбросила за ненадобностью, и, выждав удобный момент, вогнала туда острую железку. Черная, как смола, кровь рванула струей из кошмарной раны на спине, а сам орк стал двигаться значительно медленнее. Тем не менее, опасным противником он быть не переставал, и Рарити в этом убедилась лично. Резко развернувшись, Трат с оглушительным воплем метнул свой второй ятаган в единорожку. Иллюзия почти попала. Почти. В последний момент Элемент Щедрости начала уклоняться, одновременно пытаясь воздействовать магией на клинок, и тот слегка отклонился от курса, вместо груди единорожки поразив её ногу, и то вскользь. Вскрикнув от боли, Рарити упала на пол. Рана была небольшой, но все же весьма болезненной.

Пинки Пай, тем временем, вытащила из-под истекающего кровью орка Флаттершай, и, оттащив её в сторону, принялась за Рейнбоу Дэш. Пегаске сильно досталось: её пытали со знанием дела, ломая как тело, так и душу. Особенно сильно пострадали крылья. Сейчас Рейнбоу была без сознания, находясь где-то между явью и сном.

Твайлайт, между тем, старалась просто выжить, и таки воплотить в жизнь свой план по убийству демона сна окончательно. Она была уверена, что под личиной Трата скрывается именно он. А стоит пасть этой твари, так и весь кошмар разлетится в пыль… И останется освободить только Эпплджек.

Орк, между тем, догорал. Пламя бесконечной ярости полыхало в его глазах, однако рана, нанесенная его же собственным клинком, оставшимся торчать из спины, быстро выпивала из него жизненные силы. Тем не менее, до тех пор, пока Трат не упадет на землю, опасным противником он быть не перестанет. Несмотря на тяжелое ранение, тварь начала двигаться даже быстрее, чем в начале боя, поставив перед собой одну единственную цель – «убить хоть кого-нибудь!».

Удар! Железный кулак проходит над головой единорожки, вовремя увернувшейся от страшного удара. Еще один удар! Цель слишком вертка, и вместо мягкой, податливой плоти, орк в предсмертной ярости ломает одно из орудий пыток. Плевать, главное смерть врага! Рабы все восстановят. Прыжок вперед, захват! Не успевший среагировать фиолетовый мешок с мясом оказывается в крепкой хватке орка. Прижав цель к земле, Трат бьет второй рукой. Кулак несется вперед… Однако по непонятной причине сильно замедляется, словно на его руке повисло с десяток снага. Ах вот оно что! Эта мелочь пузатая решила подло прибегнуть к магии! Посмотрим, как ты запоешь сейчас! Но… что это? Тело слабеет, перестает слушаться. Стальная хватка на теле у мешка с мясом раскрывается, чем противник незамедлительно пользуется, выскальзывая из захвата, и легонько толкая покачивающееся тяжело бронированное тело прочь от себя. В глазах потухло пламя предсмертной ярости, и мертвый орк с громким лязгом падает на спину. Из груди Трата вырывается его же собственный клинок.

— Фу-ух… – Выдохнула Твайлайт, окидывая взглядом пыточную, забрызганную черной кровью орка. — Девочки, вы целы?

Ответом ей были стоны пострадавших. Флаттершай отделалась здоровенным синяком и временно перебитым дыханием, в то время как Рарити – широким порезом, от которого её шерстка быстро окрасилась в кроваво-красный цвет. Сейчас она старалась как можно скорее найти хоть что-нибудь, чем можно было бы перевязать эту рану.

— Ммм… Твайли! – Подняла копыто вверх не пострадавшая в ходе схватки с орком Пинки Пай, — а разве… Разве после смерти демона сна наведенный им кошмар не должен разрушится?

На этих словах деревянная дверь за их спинами отворилась, и оттуда, звучно хлопая руками, вышел человек, облаченный в багрово-золотой наряд. По бокам от него стояли такие же люди, как и он сам – с той лишь разницей, что вместо богатой одежды они были закованы в доспехи.

— Браво! Браво! – Провозгласил с издевкой в голосе настоящий демон сна, окидывая пытливым взглядом всех присутствующих здесь пони. – Быстро до вас дошло. А как лихо вы разделались с палачом, м-м-м… Я вижу, что ошибался в вас. Вы не такие слизняки, какими вас представлял тот колдун, что сорвал печати с врат Тартара.

— Чего ты хочешь, демон? Позлорадствовать? – Решила не тянуть кота за хвост Твайлайт. – Или угрожать нам? По пути сюда мы уничтожили уже несколько твоих сородичей!

— Эти глупцы оказались настолько самоуверенными, что решили драться с вами лично, за что и поплатились. Не без труда с вашей стороны, должен заметить. А еще эта милая моему холодному, мертвому сердцу самопровозглашенная принцесса ночи... – Ухмыльнулся демон сна, после чего вытянул вперед ладонь, словно бы останавливая себя от дальнейших размышлений. – Но не будем об этом. Я здесь не ради драки. Хочу предложить вам сделку.

— Сделку? – Недоверчиво переспросила Пинки Пай. – С демонами заключать их нельзя! Твайлайт, не слушай его!

— Позвольте мне сказать то, ради чего я вам показался… — Продолжил хозяин кошмара. – А уж соглашаться на сделку, или нет – это уже ваше право…

— Он прав, Твайлайт. – Подала голос Рарити, морщась от боли. – Мы всегда можем отказаться. Заставить нас что-либо сделать он не сможет.

— Вот умная кобылка… — Усмехнулся демон, переводя взгляд на Элемент Магии. – Ну так что, могу я продолжать?

— Говори. – Коротко ответила фиолетовая кобылка, прекрасно понимая, что без помощи одолеть этого демона сна у них не выйдет – судя по звукам, доносящимся из коридора, он привел сюда целую армию. А они с огромным трудом только что одолели всего одного орка – пусть и хорошо снаряженного. В то время как в лагере, через который они проползли к этой пыточной, этих тварей были тысячи. Второго выхода отсюда не было… И пусть враги здесь всего лишь иллюзии, раны, нанесенные ими, могут стать вполне себе смертельными. Как там говорила Принцесса Луна? «Тело не живет без мозга»?

— Умная кобылка… — Прошелестел в ответ демон, переходя на деловитый тон. – Итак, как вы все уже наверняка заметили, выхода отсюда нет. Я – не мои пустоголовые собратья, которые лезут в бой с шашкой наголо в одиночку. Поэтому мои создания попросту сомнут вас числом, и вы присоединитесь к бедняжке Рейнбоу Дэш... На дыбе. Или мы можем пойти несколько иным путем… Я отпущу вас, и даже сотру воспоминания вашей драгоценной подруги о пребывании в этом месте…

— А взамен ты хочешь, разумеется, наши души? – Ехидно спросила Пинки Пай, показав демону копыто. – Нечего на меня так глядеть! Я вижу тебя насквозь!

— Тебе надо меньше читать жанр фэнтези. Ваши души… в данном договоре мне не нужны – хотя и не отказался бы. Я хочу, чтобы вы убили Фаиронира.

— Что?! – Такого поворота Твайлайт не ожидала. Как, впрочем, и остальные. – Но это же твой хозяин!

— Это он так думает. – Отрезал демон. – Ну так что? Если согласна, скрепим договор рукопожатием?

— Твайлайт, лучше не стоит… — Попыталась вновь воззвать к разуму единорожки Пинки Пай, однако та уже приняла решение, и не собиралась от него отступать.

Медленно, слегка пошатываясь подойдя к богато выряженному человеку, Твайлайт протянула вперед копыто. Демон сна, ядовито улыбаясь, пожал его своей рукой.

— Чудесно. С тобой приятно иметь дело. – Сказала тварь. – А теперь… выметайтесь из моих владений, смертные!

Пони, присутствовавшие здесь, словно бы получили хороший пинок под круп. Декорации сна вокруг них исчезли, и их потянуло в последний кошмар. Эпплджек.

## Глава 19. Кошмар Эпплджек.

И вот, спустя почти 3 года, руки наконец дошли таки дописать эту главу. Скажу сразу, ближе к концу качество её может пострадать, учитывая тот факт, что за прошедшее время я почти забыл, как это вообще делается. Проду в скором времени я не обещаю, но она таки будет раньше, чем через год, поскольку закончилась наиболее сложная часть фанфика — кошмары.

И влетели в новый, попутно пропахав носом пять небольших траншей. Новый (и последний, слава Принцессам!) кошмар был отдаленной похож на тот, где Твайтайт встретила Флаттершай – только здесь вместо зловещего тумана царила непроглядная темнота. Впрочем, возможно, они просто попали в ночь…

Выплюнув землю и песок изо рта, Твайлайт зажгла свет на роге. Рэрити отстала от неё всего на несколько секунд, однако… Мрак расступался с огромной неохотой. В реальности, при той силе, которой обладала Элемент Магии, её свет разогнал бы тьму, как маленькое солнце, но в этом кошмаре все было иначе. Тем не менее, этого хватило, чтобы высветить знакомые очертания Понивилля. Сейчас они находились за домом Рэрити… Украшенном глубокими бороздами здоровенных когтей.

— Та-ак… Кажется, я догадываюсь, с кем нам придётся сражаться на этот раз. – Сказала Твайтайт, оценив размеры вероятного противника по следам на каменной стене. – Ну, примерно. Как там Рейнбоу Дэш?

— Она без сознания. – Подала голос Флаттершай, баюкая у себя на копытах вышеназванную подругу. – Думаю, скоро очнется.

— Хорошо. Мы должны найти Эпплджек и одолеть демона. Всем держаться вместе и быть готовыми ко всему. – Поставила боевую задачу фиолетовая единорожка. – Кто знает, что ждет нас во тьме…

— У! У! Я знаю! – Подняла копыто Пинки Пай, и тут же с виноватой улыбкой его опустила. – Но спойлерить не буду.

— Эпплджек, скорее всего, у себя на ферме. – Приложив копыто к своей голове в ответ на очередную «это же Пинки»-глупость, предположила Рэрити. – Предлагаю начать поиски там.

— Толковая мысль. – Кивнула Твайлайт. – Вперёд! Старайтесь держаться поближе к свету!

* * *

Эпплджек действительно была у себя на ферме – забаррикадировавшись с теми немногими выжившими, что пришли к Эпплам, после наступления Багровой Ночи. Мрак и ужас… Вот какими словами могла описать последние несколько недель фермерша. Сперва пони не придали особого значения каким-то тучам, надвигающимся из Вечнодикого леса, посчитав, что это пегасы решили устроить небольшой ливень. Однако, спустя несколько часов, всем стало понятно, как жестоко они ошибались.

Неестественные, багрово-кровавые облака закрыли Понивилль с головой и ушли вдаль, забрав с собой весь свет – как солнечный, так и звездно-лунный. Пегасы попытались было разогнать тучи, однако те не подчинялись им, и весьма сильно огрызались, метая молнии вслед погодным патрулям. Многие летуны после этого отправились в больницу. А спустя еще сутки пришло Оно.

Были догадки, что это либо обезумевшая матрона древесных волков, либо огромная и голодная мантикора. По крайней мере, размеры когтей и клыков, что оставляла эта тварь на стенах домов и телах, убитых ей, на это намекали. Важно было лишь одно – выжить перед этой тварью не мог никто. Поначалу немногочисленные смельчаки еще пытались её поймать, ставили ловушки и магические капканы, но все обычно оканчивалось строго наоборот – охотники сами становились жертвами. От них в лучшем случае оставались лишь кровавые ошметки да валяющиеся неподалеку части тела, которые тварь посчитала отчего-то несъедобными.

Радовали во всем этом кошмаре только две вещи: первая – это то, что существо выходило на охоту исключительно ночью. Правда, скорее всего просто по привычке – в любое время суток природного света не было абсолютно. А вторая – это то, что тварь боялась света – любого, даже магического. И до тех пор, пока на ферме Эпплджек работал небольшой магический генератор, поддерживаемый немногими выжившими единорогами, в сердцах пони жила надежда. Слабый свет фонарей вокруг главного дома Эпплов отгонял зверя, в то время как поисковые отряды с единорогами каждый день отправлялись на поиски еды – запасы самой фермы истощились еще на той неделе.

Ночью же пони жались друг к другу, вздрагивая всем телом от каждого шороха за стенами и жуткого, пробирающего до костей тоскливого воя. В этот раз все шло как обычно – едва настало утро (по часам, по крайней мере), поисковая группа направилась на поиски еды… И совершенно неожиданно для всех нашла выживших. Принцессы даровали им чудо. Ученица принцессы Селестии, Твайлайт Спаркл вместе со своими подругами была вновь обретена для пони, найдена возле мэрии. Сперва пони не поверили своим глазам, и даже решили, что это обман зрения (тем более, что такое уже бывало), однако выжившие заметили затаившийся отряд и вышли к ним сами. Как они продержались так долго во всем этом безумии – большинству пони было не ясно. А Эпплджек… Она попросту не поверила такому счастью. В появлении её подруг, когда-то давно сбежавших от Багровой Ночи в Кантерлот, она видела некое дурное предзнаменование. По крайней мере, так говорил внутренний голос, неоднократно спасавший как её саму, так и доверившихся ей других пони. Твёрдо решив выяснить, как друзья выживали все это время, Эпплджек покинула свою комнату и отправилась в гостиную.

* * *

«Они не настоящие… Это все иллюзия…» — Твердила сама себе Твайлайт, натянув фальшивую улыбку себе на мордочку. В окружении иллюзий она (как, впрочем, и остальные, за исключением Рейнбоу, все еще находящуюся в отключке) чувствовала себя крайне неуютно. Ей казалось, что все эти пони в любой момент могут на прыгнуть на неё со всех сторон и попытаться убить. А все это радушие – ложь, искусно поставленная очередным умелым призрачным кукловодом.

Иллюзии, тем не менее, пока ничего не предпринимали, чем еще больше нервировали Твайлайт. «Ну давайте же! Нападайте! Покажите, кем являетесь на самом деле!»

— Девочки? Это… Это действительно вы? Но… Как? Как вы прожили снаружи так долго? Вас отправили нам на помощь Принцессы? – За спинами «выживших» появилась Эпплджек. Однако, помимо радости в её голосе звучала еще и подозрительность.

— Мы можем поговорить наедине, Эпплджек? – Спросила Рэрити.

— У меня от остальных секретов нет, сахарок. – Ответила фермерша. – Но… Так уж и быть. Не буду спрашивать, зачем вам это нужно. Пойдемте.

Отведя подруг в свою комнату, Эпплджек закрыла за собой дверь и перевела взгляд на друзей:

— Ну?

— Это все не настоящее, Эпплджек. – Выступила вперед Твайлайт. – Ты во сне.

«Они просто сошли с ума. Все вокруг очень даже реально, ты сама это видишь. К сожалению, наши друзья не выдержали творящегося вокруг безумия… Такое уже не раз случалось. Вспомни Кэррот… Или Доктора Хувза. Они тоже не справились с реальностью.» — Тут же отреагировал на заявление Твайлайт внутренний голос. – «Помнишь их призывные и «пророческие» речи, смущавшие юные, неокрепшие умы пони? Зов отправиться в Кантерлот посреди бесконечной ночи? Помнишь, что с ними случилось потом?»

«Да… Я не хочу такой судьбы и для моих подруг. А так же тех пони, что поверят в эту чушь. Тем не менее, они мои друзья. Я выслушаю их, а затем уже приму решение, что с ними делать.»

«Конечно-конечно… Необходимо понять, настолько велико их безумие.»

— Допустим, вы правы, и это действительно просто кошмарный сон… — Медленно кивнув, сказала Эпплджек вслух. – И вы наверняка знаете, как от него проснуться, верно?

— Конечно! – Расплылась в улыбке Твайлайт, обрадованная, что хотя бы тут не придется долго расписывать одно и то же. – Нам нужно найти…

Договорить Твайлайт не успела – её перебил громкий, испуганный крик Рейнбоу Дэш, наконец пришедшей в себя после долгого беспамятства.

— А-а-а! Где я? Как я тут оказалась? Почему у меня так болит все тело, и, в особенности, голова? – Тут же засыпала она жизненно важными вопросами воздух, ни к кому особо не обращаясь. – Это… Это ферма Эпплджек что ли?

— Спокойно, Дэши, все в порядке. – Тихим и успокаивающим ответила радужногривой пегаске Флаттершай. – Ты в безопасности, в доме Эпплов. Как ты себя чувствуешь?

— По мне будто каток проехался! – Поделилась впечатлениями Рейнбоу, болезненно морщась. – Я что, опять не вписалась в поворот? Хотя… Подождите-ка! Я кое-что припоминаю… Этот новенький, как там его… Тарибар! Он сговорился с чейнджлингами и хотел захватить Эквестрию! Я помешала ему и почти преподала этому уроду урок, но он подло использовал магию, и… Больше я ничего не помню. Вы его уже одолели? Без меня?

Твайлайт переглянулась с остальными пони, и затем протянула:

— Ну… Вообще то мы все еще у него в плену. Он переловил всех нас по одиночке, после чего погрузил всех в чудовищные кошмары, которые поддерживают демоны сна, дабы мы не проснулись.

— Что? Тогда… Тогда надо скорее выбираться отсюда!

— Согласна. – Поддержала Рейнбоу Твайлайт, победно оглянувшись на Эпплджек. – Как я уже говорила, эту тварь надо найти, и главное, понять, настоящая она или иллюзия. А это не так уж и просто. Более того, демона нужно еще и одолеть, чтобы кошмар разрушился.

— Итак, подытожим. – Решила собрать воедино весь бред Твайлайт оранжевая земнопони. – Вы хотите отправиться в ночь, найти там этого вашего демона, убедиться в том, что он настоящий и уничтожить его, дабы «мой кошмар» закончился. Все верно? Или я что-то упустила?

— Разве что частности, милочка. – Ответила Рарити. – Но в целом все верно.

«Запри их в подвале. Оттуда нет выхода, и более того, они не смогут дурно повлиять на других. А мы с тобой, тем временем, попробуем найти какое-нибудь лекарство от их безумия.» — Предложил внутренний голос Эпплджек.

«Разве нет? Там же находится старый лаз в один из наших садов… бывших.» — Мысленно усомнилась земнопони.

«Он давно замурован. Выхода из подвала нет». — с нажимом ответил голос, и затих.

— Хм. Да, пожалуй, это вариант. – Согласилась оранжевая земнопони вслух, и, игнорируя недоуменные взгляды своих подруг, сказала им: – Прошу за мной.

* * *

— После вас, девочки. – Сказала Эпплджек, спустившись вместе с подругами вниз и подведя их к подвалу.

— Туда? Ты шутишь? – Непонимающе уставилась на фермершу Рейнбоу Дэш. – Зачем?

— Там есть запасной выход наружу. – Ответила Эпплджек, слегка скривив мордочку. – Через главный вход лучше не выходить, особенно с вашей охотой на «демона». Тварь, если она, конечно, существует, наверняка следит за ним. А этим лазом никто из нас никто не пользуется. Давайте, не тяните.

Радужногривая пегаска открыла было рот, продолжать спорить… Но Рарити заткнула его копытом.

— Хватит, Рейнбоу! Ты что, боишься подвалов?

— Кто, я? Я не боюсь никого и ничего! Просто мне все это не нравится. Уж больно похоже на стандартную завязку какой-нибудь книжки про маньяка.

— Ух ты! Не знала, что ты читаешь такие книжки, Рейнбоу! – Восхитилась Пинки Пай. — Как тебе серия про доктора Лектор?

— Девочки, хватит! Нам надо освободить Эпплджек от её кошмара! – Одернула их Твайлайт, решившая первой полезть в подвал и теперь недовольно наблюдавшая за обсуждением снизу. – И чем скорее мы это сделаем, тем лучше. Давайте за мной, нечего время тянуть.

Повздыхав, остальные последовали примеру фиолетовой единорожки. Первой туда спрыгнула Пинки Пай со своим типичным и радостным «Уи-и-и-и!», за ней последовала Рейнбоу Дэш вместе с Флаттершай, а затем, брезгливо морщась, спустилась и Рарити. Фермерша, проводив своих друзей ничего не выражающим взглядом, сказала им вслед:

— Идите без меня. Я догоню вас позже, когда разрешу некоторые… вопросы, и назначу заместителя на время своего отсутствия. Удачи вам.

На этих словах подвал закрылся, погружая остальных Хранительниц во мрак.

— Мне одной кажется, что она какая-то странная? – Озвучила свои мысли Рейнбоу Дэш, нервно поглядывая по сторонам. – Постоянно дергается, что-то недоговаривает…

— Видела бы ты себя в своем кошмаре… — Протянула Рарити, но, вспомнив про сделку Твайлайт и демона, прикусила язык. – Ладно, не стоит об этом. Нас всех эти проклятые сны изменили… По-своему.

— Да? И как же? – Навострила уши задиристая пегаска и тут же засыпала вопросами модницу. – И что было в моем кошмаре? А то я не помню о нем ничего. Только серую пелену перед глазами.

— Я сказала – не будем об этом! – С нажимом отрезала Рарити. – Я не хочу это вспоминать. И ты тоже не хочешь. Просто поверь мне, хорошо?

Пока остальные спорили друг с другом, Твайлайт искала тот самый «тайный» лаз из подвала, подсвечивая себе рогом.

И нашла. Он был не слишком хорошо спрятан, и выходил наружу, со стороны яблочного сада. Единорожка воспользовалась магией, и открыла проход. Снаружи царила темень, чью власть нарушали лишь небольшие магические светильники, да приятная прохлада.

— Девочки, давайте быстрее! – Позвала она остальных, выбираясь на улицу. – У нас не так уж и много времени. Пока мы спим, враг разоряет нашу страну.

Когда все, наконец, выбрались наружу, проход назад резко захлопнулся. Затем, где-то совсем рядом, раздался протяжный и тоскливый вой. Рарити, довольно долгое время проведя в своем кошмаре, вздрогнула всем телом, вспомнив, кто так начинает свою охоту.

— Варги! – Шёпотом оповестила она остальных, зажигая магический свет на своем роге. – Они где-то рядом! Будьте начеку!

— Это все очень похоже на ловушку… — Пробормотала Твайлайт, попытавшись открыть дверь назад на случай, если все будет слишком плохо. Попытки его открыть успехом не увенчались – его словно бы приварили к дверному проему. – Бесполезно. Пути назад нет, демон изменил свое царство, чтобы мы не смогли сбежать. Теперь только вперед.

— Наверняка один из этих варгов тот самый демон, который нам нужен! – Предположила Рейнбоу, азартно озираясь по сторонам и вглядываясь в темень в поисках противника. – Ему наскучило играться с нами, и он решил получить по мордасам лично. Уничтожим его, и все, наконец, кончится!

Вой в вечной ночи тем временем повторился где-то совсем близко, а затем ровным полукругом перед сараем Эпплджек зажглись два десятка красных глаз. Твайлайт среагировала мгновенно, привычно выставив магический щит, и тем самым спасла жизнь остальным – варги напали одновременно и сразу же.

— Рарити, продолжай поддерживать свет! – Крикнула она, сосредотачиваясь на поддержании защиты, об которую бились в неистовой ярости жаждущие крови звери. Их цель была близка, и деваться пони было некуда. – Уберите их от меня! Но осторожнее, постарайтесь, пожалуйста, не умирать!

— Сделаем, Твайлайт! – Отсалютовала Рейнбоу Дэш, и, расправив крылья, взлетела в небеса, чтобы затем обрушиться на врага сверху. Варги, не привыкшие сражаться с воздушным противником (особенно, с таким шустрым) понесли небольшие потери – набравшая скорость пегаска в своих атаках нередко ломала им кости.

Флаттершай попыталась вновь прибегнуть ко взгляду, но безуспешно, а Пинки Пай откуда-то достала в кошмаре пати-пушку, из которой открыла огонь, состоящий из тортов и фейерверков. Первое урона чудовищным зверям не наносило, но ослепляло, а второе подожгло некоторым шкуры, отчего в рядах варгов образовалось нечто, похожее на панику. Обезумевшие от боли, полыхающие огнем гигантские волки пытались убежать прочь, во мрак, однако вместо этого натыкались на других зверей, рвущихся вперёд. В этой свалке огонь распространялся от варга к варгу подобно чуме, да и Пинки Пай не спала, посылая все новые и новые разноцветные фейерверки в гущу зверья. Вскоре все было кончено, и противник разбежался в разные стороны, полыхая, словно факелы.

— Ву-у-у-ух! Это было просто! – Поделилась впечатлениями Рейнбоу Дэш, опускаясь на землю рядом с подругами и стараясь не показывать, что ей больно передвигаться. – А где же сам демон?

— Судя по тому, что мы до сих пор здесь, его не было среди этих тварей. – Ответила Твайлайт, осторожно убирая щит и оглядываясь по сторонам. – А это значит, что нам еще придется попотеть…

Договорить фиолетовая единорожка не успела – на этих словах из глубины мрака бесшумно вылетело нечто огромное и волосатое. Твайлайт не успела среагировать и поставить щит, в результате чего всех пони отбросило друг от друга в разные стороны. Прокатившись по земле и несколько раз зацепив своим телом острые камни, фиолетовая единорожка остановилась и уткнулась взглядом в гигантского, превышающего размерами любого из виденных ей ранее варга, на котором восседал необычный орк. Он было чуть меньше и уже в плечах, чем остальные свои собратья, а на голове носил маску какого-то крупного рогатого животного, неизвестного Твайлайт. В руке он сжимал посох, увенчанный черепом пони, на поясе покоился небольшой кинжал, а на теле его была кожаная броня. Через плечо была перекинута небольшая полная сумка.

— Осквернитель! – Крикнула Рарити, оповещая всех остальных о «видовой принадлежности» врага. – Будьте осторожны, он владеет магией!

— Ах, вот и вы, Спящие. – Маска, совершив неестественный оборот вокруг своей оси, впилась «взглядом» в Рарити. Голос твари отражался эхом, и звучал устало. – Вы сильны, но путь ваш закончится поражением. Мой хозяин уже близок к завершению своего плана. Даже если вы убьете меня, вам не справиться с ним. Но довольно разговоров… Умрите.

И, не теряя более времени, осквернитель пришпорил своего ужасного скакуна. Варг, яростно зарычав, прыгнул на Флаттершай, посчитав, видимо, её самой простой мишенью, однако Твайлайт не позволила убить её подругу, выставив перед носом варга щит.

Стеснительная пегаска запоздало отшатнулась прочь, увидев перед собой оскаленную морду варга, а сам зверь, на долю секунды опешив, принялся терзать барьер когтями. Тем не менее, о своей безопасности Твайлайт не позаботилась, чем тут же воспользовался орк, создав в своей руке призрачное копье и метнув его в нее. Единорожка прервала заклинание щита и отпрыгнула в сторону, спасаясь от смертельной опасности, однако враг все же достал её, наградив длинным порезом вдоль спины. Охнув от боли, Твайлайт повалилась на бок.

Флаттершай, тем временем, стала доступна варгу, однако была вновь спасена от его когтей – на сей раз, промелькнувшей радужной молнией. Конечно, это была Рейнбоу Дэш – кто же еще? Отнеся подругу в небеса, где, теоретически, варг и его наездник не смогли бы их достать, она сказала:

— Флаттершай, если не можешь сражаться, держись подальше от схватки, хорошо? – Получив утвердительный кивок, она продолжила, — отлично. Держись в воздухе, и эта тварь тебя не достанет.

Договорив, Рейнбоу Дэш развернулась и пошла на сближение с осквернителем, занятым Твайлайт.

* * *

Незваные гости в Его кошмаре оказались сильнее, нежели Он предполагал. Будь прокляты Его так называемые братья, не сумевшие удержать Спящих в их темницах! Но ничего… Их драгоценная подруга по-прежнему находилась в Его полной власти, считая, что Он – её внутренний голос. И она никуда от Него не денется. Ею даже можно воспользоваться – по-своему. Если её подругам удастся Его одолеть – что же! Он сделает вид, будто проиграл, и отступит, затаившись в глубине сознания этой пони. А затем, когда все успокоится, заявит о себе вновь. Да, можно так сделать. Нужно лишь вовремя сменить свое воплощение в этом кошмаре, сделав так, чтобы все выглядело натурально, и Спящие ничего не заметили, а затем – временно отпустить Эпплджек в реальность.

Маска демона сна совершила несколько оборотов, удерживая при этом взглядом фиолетовую единорожку. В руке появилось новое призрачное копье. Свет, исходивший от Элемента Магии и одной её белой подруги, раздражал и слепил, но Он не промахнется! Сейчас он пришпилит к земле эту… Твайлайт Спаркл, как жалкое насекомое!

Однако сделать это Ему не позволила Рейнбоу Дэш, на полном ходу протаранив Его воплощение. Послышался неприятный хруст костей, а сам орк слетел со своего кошмарного скакуна и прокатился по земле. Не давая ему опомниться, радужногривая пегаска налетела на демона сверху и принялась молотить его передними копытами, приговаривая: «Не смей трогать моих друзей, отродье тьмы!».

Пропустив несколько ударов, от которых его маска треснула, орк перехватил копыта Рейнбоу Дэш, после чего врезал удивленной пегаске головой по носу. Гигантский варг же, получив мысленный приказ от демона сна, поспешил ему на помощь и набросился на задиристую пегаску с другой стороны, прижимая её к земле своими когтями. Панический страх за свою жизнь вместе со страшной болью пронзили разум Рейнбоу Дэш, и она попыталась вырваться.

Варг держал её крепко, и, будь она одна, этого ни за что бы не случилось. Однако остальные пони не зевали, и вскоре зверь с воем слетел с неё, объятый огнём – пушка Пинки Пай вновь дала о себе знать.

Поднявшийся на ноги осквернитель вытянул вперед свой посох, нацелил его на Элемент Веселья и произнес заклинание на чёрном наречии. Земля под ногами Пинки Пай и её пушки сделалась вязкой, а затем из неё вылезли черные щупальца, вмиг опутавшие ноги пони и её орудие.

— Ай! А ну отпусти меня! – Потребовала Элемент Веселья, пытаясь вырваться из образовавшейся западни.

— Я увижу, как ты корчишься… В объятьях пламени! – Поделился своими дальнейшими планами насчет неё орк, доставая из своей сумки небольшую оранжевую бутыль, из которой вился дымок.

— Пинки! Держись! – Крикнула Твайлайт, после чего телепортировалась поближе к вышеназванной подруге, но так, чтобы не попасть в темное пятно, и создала (в очередной раз) щит. Сделав это очень вовремя. Брошенная осквернителем бутыль разбилась об её защиту, и огонь, запертый внутри, разлился над головами двух пони.

— Твайлайт, нам нужен план! – Сообщила Рарити, старательно поддерживая свет на достаточном для драки уровне. – Как нам уничтожить эту тварь?

Фиолетовая единорожка задумалась. Свет для демона сна был неприятен, но не более того. Что еще им известно из окружения? ... Его прислужники бояться огня. Возможно, и на саму тварь он подействует тоже. Помимо этого, из общего облика осквернителя выделялась маска, которая, казалось, жила своей жизнью отдельно от самого тела. Возможно, если её разбить… хотя нет, последняя мысль – бред какой-то.

— Попробуем его сжечь! – Вслух ответила Твайлайт, вновь применяя телепортацию — на сей раз массовую (поближе к Рарити), чтобы вытащить уже наконец Пинки Пай из хватки чёрных щупалец. Едва щит исчез, как пламя тут же рухнуло на щупальца, которые моментально вспыхнули и сосредоточили усилия на единственной доступной цели, пати-пушке – и таки раздавив её, ушли в землю. — Рейнбоу! Отвлеки демона!

— Сделаем, Твай! – Отсалютовала пегаска. Кровь обильно сочилась из ран, оставленных когтями варга, но пегаска старательно этого не замечала. Развернувшись, она ринулась в атаку. Впрочем, не так успешно, как раньше – на сей раз орк увернулся.

— Тьма сокрушит вас! – Возвестил демон, вновь используя заклинание на темном наречии и указывая посохом на троих бескрылых пони.

— В стороны, живо! – Крикнула Твайлайт, увидев, как под её ногами расползается темное пятно. Что после этого последует, она уже видела.

Отпрыгнувшие прочь от того места, где они только что стояли, Элементы Гармонии увидели ударившие из-под земли чёрные шипы. Без сомнения, если бы пони остались на месте, они бы погибли.

Рейнбоу Дэш в это же время пошла на вторую атаку, заходя врагу со спины.

Однако осквернитель и на этот раз был готов к её коронному таранному удару. Будучи куда ловчее закованных в тяжелую броню орков, тварь увернулась от её атаки, пропустив мимо себя. Мелькнул кинжал, молниеносно вынутый из ножен, и радужногривая пегаска лишилась той части тела, которой дорожила больше всего – крыла.

Разумеется, после этого её красивый полет прервался, и сама она кубарем укатилась куда-то во тьму.

— Рейнбоу, нет! Ты заплатишь за это, тварь! – Крикнула Твайлайт, направив на противника огненный луч, вложив в него все свои силы. Когда она закончила, от демона сна почти ничего не осталось – только его обгорелая маска и небольшая выжженная воронка.

А после этого кошмар начал разрушаться, и всех пони выбросило из него в реальный мир.

## Глава 20.

Несмотря на потерю части умения писать и лютую, непреодолимую практически лень, события медленно, но верно движутся к завершению. Наконец-то.

Твайлайт пришла в себя на каком-то пыльном чердаке. Повсюду витала многолетняя пыль, которую никто особо и не стремился убирать, а подле неё, постанывая и хрустя костями, поднимались её подруги. Единорожка поспешила последовать их примеру. Шею ломило от долгого лежания в неудобной позе, сильно хотелось пить и поскорей заглянуть в душ, дабы смыть с себя грязь. Тем не менее, на всё это сейчас не было времени. Фаиронир наверняка не будет их ждать, и потому нужно было как можно скорее действовать. Сначала только нужно проверить, не очередной ли это сон?

— У-ух… По мне словно каток проехался! – Пожаловалась Рейнбоу Дэш, выгибаясь, словно кошка.

— Явно не по тебе одной, Дэши… — Ответила ей Эпплджек, поднимаясь с пола. – Это… А где мы вообще? Что произошло? Последнее, что я помню – это то, что вы отправились в подвал искать какого-то демона сна…

— Мы его нашли и победили. – Последовал гордый ответ от Рейнбоу Дэш. – Мы сражались, как мантикоры! Пока ты, трусишка, сидела у нас за спинами!

— Я… Мне… Простите! – Опустив голову в копыта и покраснев, ответила Эпплджек. – Я была уверена, что всё это ваше безумие! Бросила вас, когда вы нуждались во мне! Я… я недостойна быть вашей подругой!

— Тш-ш-ш… Тихо, дорогая. – Поспешила успокоить фермершу Рэрити, бросив гневный взгляд на открывшую было рот Рейнбоу Дэш. – Ты ни в чем не виновата. Это всё демоны сна. От них нам всем досталось… по-разному.

А Твайлайт тем временем совершила то, что, по мнению остальных, было довольно странным – то есть, подняла неведомо откуда затесавшуюся здесь чашку – и разбила её об пол. Чашка, естественно, разлетелась вдребезги, однако её остатки продолжили лежать на полу. Удовлетворенно кивнув, она повернулась к остальным и пояснила:

— Небольшая проверка. Итак, мы в реальном мире. Все эти кошмары наконец-то закончились. Теперь нам нужно как можно скорее отправляться в Кантерлот. Мы лишь освободились из плена Фаиронира… некоторые из вас знают его как Тарибара. Он – никакой не единорог, а колдун из тех земель, что показал нам год назад орк по имени Трат.

Пока остальные ошеломленно хлопали глазами, Твайлайт продолжила:

— Фаиронир заключил союз с чейнджлингами, дабы заманить нас в ловушку и убрать прочь с глаз. Однако у него ничего не вышло. Мы снова вместе, и снова дадим отпор злу! Принцессы уже предупреждены, но нам надо добраться до Кантерлота… Скорее всего, свой удар он нанесет туда.. И помните: ничего еще не закончено.

* * *

К ритуалу по созданию Призрачных Стражей Фаиронир подошел максимально внимательно и осторожно. Многие его предшественники не раз оступались на как на первой, так и на второй фазах. Повторять их ошибки колдун не собирался. Не для того он прошел весь этот путь, чтобы сейчас всё испортить. Итак…

Первая фаза – это подготовка. Тут – без сюрпризов. Круги удержания для будущих сосудов духов должны быть нарисованы чётко, подходящих размеров и в правильном порядке. Разумеется, не забывать про кровь – она есть основа большинства тёмных ритуалов. И доспехи… Ввиду их некоторого дефицита, пришлось воспользоваться броней гвардейцев, а так же частью той бутафории (и не очень), что любил коллекционировать здесь прежний хозяин дома. Разложив броню в пять куч, Фаиронир приступил непосредственно к призыву. Поначалу призраки обычно спокойны – правда, ровно до того момента, как им станет известно, что обещанная вторая жизнь будет обманом, ложью.

Один за другим падшие духи влетали в начертанные Фаирониром круги удержания. Их облик соответствовал тому же, что у них был еще в замке Кризалис – два красных гвардейца и один синий их товарищ, зеленый стражник и фиолетовый хранитель оружейной… Цвет духов говорил о том, какие способности будут у них после вселения в доспехи. Так, например, красные Стражи будут быстрее и проворнее своих остальных товарищей, а зеленый – сильнее.

Дождавшись момента, когда все призрачные чейнджлинги оказались на своих местах, Фаиронир нараспев начал зачитывать заклинание на чёрном наречии. Рог единорога загорелся, и из него в грудь всем призракам устремилось пять багровых лучей. Чужие для этого мира, монотонные слова продолжали срываться с его губ, пока духи, корчась от терзавшей их боли (хотя казалось бы – откуда ей взяться у бесплотного существа?) погружались в сложенные под ними кучки доспехов, перестраивая их по своему прошлому образу и подобию. Вскоре перед Фаирониром возвышались пятеро разноцветных Призрачных Стражей. Некоторых из них пришлось сделать помельче – однако и по шустрее. Более крупными вышли зеленый и синий – их колдун планировал отправить в лобовую на возможные укрепления противника. Двоих красных же – оставить при себе, в качестве дополнительной защиты. В процессе создания портала он будет уязвим, поскольку прерывать ритуал будет нельзя.

Несмотря на некоторую… ограниченность в средствах, для пони Стражи вышли, тем не менее, сущими исполинами. И, наконец, сообразили, что Фаиронир их обманул, вселив вместо живого или хотя бы мертвого тела в обычный предмет, в вещь…

— Ты… Солгал нам… Умри! – Прошелестел фиолетовый, ткнув дырявым копытом в Фаиронира, и попытался броситься на него. Остальные Стражи от него отстали всего на пару мгновений. Однако колдун хорошо подготовился, и их затея провалилась, даже толком и не начавшись – барьеры кругов были непреодолимыми, а мощь ответного удара оказалась настолько велика, что Падших моментально прижало к полу жуткой и нестерпимой болью. Не ослабляя пытки, Фаиронир

— Рабы! Вы посмели взбунтоваться против меня? – Бросил с холодным презрением ангмарский колдун Стражам, что вжались в пол от боли, и терзаемые страхом перед Бездной, где их личность исчезнет окончательно. – Вы теперь на веки веков принадлежите Ангмару и Железной Короне! И если вы вздумаете поднять на меня копыто еще раз, я выжгу ваши души дотла, и от вас не останется даже воспоминаний.

— Х-хватит… Мы поняли… — Прошелестели в ответ Падшие, — п-прекрати…

— Я не слышу!

— Мы… мы повинуемся… Господин. – Довольно быстро поняли Стражи, что именно хотят от них услышать. Фаиронир довольно усмехнулся и прекратил пытку. Теперь их можно выпускать из кругов удержания.

Итак, наконец-то, время пришло. Фигуры расставлены, и пора начинать партию. Основу портала Фаиронир разместил у основания лестницы, ведущей на второй этаж особняка. Сам портал должен был получится достаточно широким, чтобы сквозь него смогли одновременно пройти два тролля. На первое время хватит. Затем – при достаточных жертвах, можно будет еще сильнее увеличить его размеры.

Выставив крепкий, практически непробиваемый барьер, Фаиронир начал читать заклинание на чёрном наречии, телекинезом удерживая клинок, подаренный ему Королевой Кризалис и лишая жизни пленных гвардейцев одного за другим. Их жизненная сила моментально переходила к порталу, который с жадностью всасывал её и постепенно расширялся.

Так, постепенно, основа была подготовлена. Теперь пришла пора совершить то, ради чего он тут на самом деле.

Рог Фаиронира испустил из себя длинный, широкий багровый луч, который устремился к небесам, испаряя на своем пути всё, что попадалось ему – будь то крыша здания, в котором находился глашатай, облака, барьер или живую плоть.

На выставленную глашатаем защиту сверху упало что-то тяжелое, однако бывший человек и ухом не повел: прерывать концентрацию было нельзя ни в коем случае, иначе последствия будут… катастрофическими.

* * *

Неизвестная вспышка магии, что произошла в опасной близости от королевского замка и пробила барьер, поначалу вызвала в рядах пони вспышку паники. Однако вскоре выяснилось, что чейнджлинги дырой в защите воспользоваться не успели – контакт с этим багровым лучом был смертелен для всех, а магия командующего пробоину в защите заделала достаточно быстро. Но, тем не менее, природу этого не понятного явления необходимо было изучить.

— Отправьте пару десятков ребят к той зоне! – Скомандовал новый командующий гвардии Голден Хуф, которому, собственно, и выпала честь поддерживать работу барьера для защиты города от чейнджлингов. – Нужно выяснить, что это было и удостовериться, что больше ничего подобного мы не увидим.

— Сделаем, командир! – Козырнул один из его лейтенантов. – В случае возможного сопротивления?

— Подавить врага, обезопасить район. Возможно, это, дело копыт чейнджлингов или их одурманенных. Чейнджлингов бить безо всякой жалости, их рабов – вязать. Ясно?

— Так точно!

— Выполнять. И еще… На всякий случай – эвакуируйте столько гражданских пони, сколько сможете, во дворец и пещеры. Что-то у меня нехорошее предчувствие по поводу всего этого…

В ставке командования было довольно много пони, и потому никого не удивило там появление одного из капитанов Гвардии, ответственных за патрули. Сослуживцы знали этого пегаса под именем Хонор, приветливо улыбались ему и кивали. Сам Хонор вымученно отвечал тем же, и периодически дёргался, словно от боли, однако товарищи списывали это на нервы. В конце концов, не каждый день над Кантерлотом нависает армия врагов. Как же сильно они ошибались…

Часть разума Хонора всё еще пыталась сопротивляться той злой воле, что вела его, понимая, чем всё в итоге закончится для его родного города, а также кем он вот-вот станет для сослуживцев. Однако «болевые тиски» глашатая Ангмара были намного сильнее, и постоянно принуждали пегаса действовать. Внешне это проявлялось в легкой заторможенности движений Хонора.

«Повинуйся, раб!» — Последовала очередная краткая команда – и новая порция сильной боли, которая окончательно сломила последнюю соломинку воли пегаса. – «Убей командующего, и я освобожу тебя от этих оков!»

Словно в кошмарном сне, ставшим уже сторонним наблюдателем капитан Гвардии Хонор смотрел, как его тело приблизилось к своему командиру, достало оружие, произнесло:

— Командующий Хуф! Разрешите доложить?

И затем нанесло ему прямой удар коротким клинком в горло.

Время на миг застыло. Кровь, очень много крови брызнуло из страшной, смертельной раны бывшего теперь командующего, он упал на колени, булькая, и глядя в глаза своему убийце…

Хонора моментально повязали. Он не сопротивлялся, лишь блаженно улыбался, чувствуя, как невыносимая боль уходит прочь. Очередной сломленный сделал свое дело и был более не нужен чуждому и злобному разуму.

* * *

Войско Кризалис, после того, как узнало о создании барьера вокруг Кантерлота, прекратило скрываться – в этом более не было нужды. Так же, как и в предыдущий раз, чейнджлинги окружили город плотным чёрным шаром. Никто не должен был сбежать. Все пони в городе или умрут, или станут рабами Королевы. Оставалась, правда, определенная проблема с принцессами… В этот раз у Кризалис не было такой сильной подпитки, как раньше, и она сильно сомневалась, что справится с двумя правительницами Эквестрии сразу в одиночку. С другой стороны, её войско с ней, не менее многочисленное, чем в прошлый раз. Против такой армии даже Кантерлот долго не выстоит, а принцессы… Они не смогут успеть везде. Этот поход однозначно окупит себя.

Впрочем, насколько стало известно самой Кризалис, в этот раз Селестия все же подготовилась к грядущему бою получше. Авангард войска чейнджлингов перехватил несколько гонцов, что спешили обратно в город с разных концов света. Как оказалось, принцесса Солнца запросила помощи у своих союзников – Клаудсдейла, Кристальной Империи, и даже у наемников-грифонов. И, к сожалению, все они согласились прийти на помощь…

Впрочем, не важно. Если удар будет быстр, а натиск стремителен – столица пони падет задолго до того, как подоспеют первые подкрепления. Большей части которых, к тому же, придется добираться до места сражения от недели до двух дней как минимум. Клаудсдейловцев, впрочем, лучше не сбрасывать со счетов – их город был ближе всего к Кантерлоту, да и сами пегасы были всегда легки на подъем и весьма к тому же воинственными. Нужно будет выставить на всякий случай некоторую часть своего войска на стражу тыла, дабы не попасть впросак.

Отдав соответствующие приказы, которые её дети поспешили выполнить, Кризалис продолжила планирование атаки, вместе с тем ожидая сигнала Фаиронира. На нём строилась большая часть плана по вторжению в Кантерлот. Именно глашатай должен был разрушить барьер и впустить армию чейнджлингов внутрь. Непосильная задача для одного пони… Однако там, внутри её далекого теперь замка, он доказал ей, что может справиться с подобными задачами. Главное, чтобы глашатай Ангмара сдержал свое слово, и сумел развеять барьер достаточно быстро. Промедление было подобно смерти. В буквальном смысле.

Долго ждать не пришлось. Вначале произошла вспышка неведомой магии. Примерно из середины города вырвался длинный багровый луч, который, пробив барьер (который, увы, выстоял) и испарив нескольких чейнджлингов, оказавшихся на его пути, устремился дальше, в небеса. Дыра в защите, к несчастью, залаталась быстрее, чем туда успел сунуть нос первый же воин.

— Вероятно, это и есть твой сигнал, глашатай… Всем приготовиться! – Скомандовала Кризалис. – Шалис! Твое крыло займется самим городом. Гражданских – в плен, гвардейцев – по возможности тоже.

— Как прикажете, Госпожа. – Изобразил в воздухе поклон вышеназванный чейнджлинг.

— Остальные пойдут за мной, на штурм дворца. Принцесс при встрече убить. Они слишком сильны для того, чтобы держать их в неволе.

В конце концов, спустя несколько минут, барьер вдруг вздрогнул – и начал рассыпаться призрачными розовыми осколками, которые таяли в воздухе, не долетая до земли.

— Наконец-то! Как же долго я ждала этого момента… — С предвкушением протянула Кризалис, глядя на то, как фигурки гражданских пони внизу в панике начинают разбегаться в разные стороны. — Начать вторжение!

Сразу же после этих слов огромное, чёрное воинство, состоявшая из воинов-чейнджлингов, лавиной устремилось вниз, навстречу великой – и ужасной по своим последствиям, битве.

## Глава 21.

Транспорт для более-менее быстрой доставки себя к Кантерлоту Хранительницы Элементов Гармонии нашли быстро. И нет, это был не поезд — этому паровому чуду путь в город был уже закрыт. Слишком опасно, слишком заметно. Впрочем, у их транспорта тоже были некоторые проблемы… И самая главная — это медлительность.

Впрочем, подтолкнуть воздушный шар (а именно его избрали в качестве средства перемещения Хранительницы) можно было пегасами — была бы веревка. И потому Рейнбоу Дэш и Флаттершай сейчас летели наравне, работая крыльями и придавая шару порядочное ускорение. И всё же, по мнению некоторых, недостаточное. Ну, а остальным ничего и не оставалось, кроме как смотреть по сторонам, изнывая от бездействия. У Кантерлота, даже при взгляде издалека, дела шли очень плохо: щит, выставленный кем-то из стражи, был уничтожен (не понятно только, изнутри или снаружи), и чейнджлинги, что привели к столице целую армию, немедленно атаковали её.

Каждая из Хранительниц (за исключением, разве что, Флаттершай) всей душой желали как можно скорее оказаться там, в осажденном городе, дабы изгнать захватчиков прочь. К счастью, так думали не только они…

— Смотрите, смотрите! — Воскликнула Эпплджек, указывая копытом куда-то в сторону от Кантерлота, — эт же пегасы из Клаудсдейла! Они идут на помощь!

И действительно, стоило лишь повернуть головы, как можно было увидеть небольшую, но всё же армию пегасов, что сейчас, выстроившись в боевые порядки, летела на выручку столице. Их вычурная, явно оставшаяся еще с древних времен броня ярко сверкала под светом солнца, а копья, несомые в копытах, явно говорили о том, что их намерения серьезны.

— Может, стоит присоединиться к ним? — Спросила с некоторой долей надежды Рейнбоу Дэш, от такого зрелища даже слегка замедлившись. — Вместе у нас больше шансов прорваться сквозь ряды чейнджлингов!

— Боюсь, мы потеряем слишком много времени. — Не согласилась с ней Рарити. — Да и как бы не развернули они нас, обычных гражданских пони, куда подальше от боя…

— Эй! Мы, между прочим, страну уже как минимум три раза спасали! — Возмутилась Рейнбоу Дэш. — Покажите мне среди них пегаса, который может похвастать тем же! Твайлайт, к тому же, ученица самой Принцессы Селестии. При надобности может и приказать. Да ведь, Твайли?

— Нет Рейнбоу, я не буду этого делать. — Отрезала фиолетовая единорожка, напряженно вглядываясь вдаль. — Продолжаем движение вперед. В реальном бою мы им только помешаем.

— Эх… Ну ладно. Но я по-прежнему не согласна! В конце концов, мы уже побеждали чейнджлингов.

* * *

Они всё же попались. Таилаг знал, что к принцессам им лучше не приближаться, но обстоятельства вынуждали это сделать. И Селестия раскрыла его, чуть ли не мгновенно поняв, что перед ней не настоящая Твайлайт, как и все остальные, в принципе, тоже. И вот теперь Таилаг вместе со всей своей остальной группой вынужден сидеть в темнице.

— Я повторяю свой вопрос. Где вы держите Твайлайт и её подруг? — Взгляд Селестии не предвещал ничего хорошего, однако Таилаг, как и все остальные, молчали в тряпочку на эту тему. Впрочем, ничто не мешало им издеваться и выводить принцесс из себя. В конце концов, не каждый чейнджлинг может этим похвастаться. А смерть, пытки… Это же пони!

— Принцесса, как можно! Мы ведь перед вами! — Мгновенно изменив облик, ответил Таилаг. Краем глаза он так же отметил, что вслед за ним облик изменила и остальная диверсионная группа, приняв соответствующие роли. — Вы нас не узнаете?..

— Довольно! — В разговор, на сей раз, вмешалась Принцесса Луна, подняв и сжав в магической хватке ложную Твайлайт. — Говори, где они, или пожалеешь!

— Хррр… Аррргх… — Только и смог выдавить из себя Таилаг, понимая, что принцесс он недооценил. Во всяком случае, младшую, ибо Селестия смотрела на свою сестру неодобрительно.

— Сестра, остановись. Этим тут ничего не добьешься.

— У нас есть еще пятеро чейнджлингов! Стоит раздавить одного жука, и наверняка остальные тут же запоют, как соловьи!

— Отпусти его! — Повысила голос Селестия, заметив, что Таилаг начал задыхаться от чрезмерно сильной хватки принцессы Ночи. — Рядовые чейнджлинги обычно ничего не знают, их командир — наша единственная ниточка.

— Хорошо, хорошо… И что же ты предлагаешь? Надавишь этим тварям на совесть, как ты умеешь?

— Нет, зачем? — Сделала вид, что не заметила ироничного тона своей сестры Селестия. — Разве нельзя прибегнуть к более тонким средствам, вроде заклинания просмотра памяти, или зелья правды?

— И вправду, как-то я про это забыла… — Нехорошо улыбнувшись, ответила Принцесса Луна, про себя отметив, что чейнджлинги резко подобрались, явно не желая делится своими воспоминаниями. — Ну что, начнем?

Селестия открыла было рот, чтобы ответить, как вдруг в помещение ворвался стражник. Его слова одновременно обрадовали чейнджлингов, и весьма опечалили принцесс.

— Принцессы! Барьер пал! Армия чейнджлингов штурмует наши укрепления! Пока что Гвардия держится, но… Нас слишком мало. Нам нужна помощь!

— Что с гражданским населением? — Поспешила уточнить Селестия, — они эвакуированы?

— Да, Госпожа.

— В таком случае, пора тряхнуть стариной… Луна! Выйдешь ли ты вместе со мной, плечом к плечу, как в старые времена, чтобы вновь изгнать Зло прочь, защитить наших маленьких пони?

— Ха! Спрашиваешь еще, сестра! — Ответила Принцесса Ночи, материализовав на себе броню и оружие. — Покажем им, чем чревато вторжение в наши земли!

* * *

Они завязли. Командующий Шалис не хотел признавать этого, но всё же деваться было некуда. Пони действовали намного разумнее, нежели во времена прошлого вторжения, подготовив для прорвавшихся сквозь главный щит чейнджлингов барьеры поменьше и пожиже. Эта защита уже не была непробиваемой — преодолеть её было можно, но она серьезно замедляла тех, кто пытался пролезть сквозь неё. А на входе бойцов армии вторжения уже поджидали боевая магия единорогов, болты арбалетов, копья и клинки от остальных защитников.

Впрочем, Гвардейцев было намного меньше, чем чейнджлингов, и медленно, но верно чужаки продавливали боевые порядки пони. Гвардейцы держали строй крепко, зная, что пощады им не будет, и лучше уж умереть, чем попасть в рабство, где затем в тебе сломают сам стержень души, сделав из тебя безвольное существо.

Обычных, гражданских пони, к слову, на улицах и в домах не было — вероятно, их всех заранее эвакуировали как можно дальше от места боя. Команды ловчих оказались не нужны, и потому Шалис велел им присоединяться к основным войскам и продолжать штурмовать вражеские укрепления. Времени у них было не так уж и много. Подкрепления пони ждать не будут, и немедля ударят в спину, едва только подойдут. Да и Принцессы, опять же… Их магическая сила безмерна, а познания в боевой магии за долгие тысячелетия наверняка очень высоки. С ними придется попотеть.

Но это все в будущем. А пока армия чейнджлингов, изменяя облик и следуя стандартной тактике запутывания, боец за бойцом накатывались на боевые порядки пони, постепенно ломая их и уничтожая. Гвардия Принцесс, впрочем, держалась на удивление стойко и организованно. Чейнджлинги буквально кровью и потом поливали каждый свой шаг и взмах крыла.

* * *

— Приготовьтесь, ребята! К нам идёт волна тварей! — Зычным басом проревел земной пони по имени Рэд Хуф — сержант Солнечной Гвардии. — Но она разобьется об Кантерлотские скалы!

Его рубеж обороны располагался на одной из боковых улиц, что вела ко дворцу. Перегородив её баррикадами, гвардейцы Рэда расположились за ними и над ними — в его отряде было около десятка пегасов. Все они рвались в бой, но Хуф понимал, что за пределами барьера, развернутого одним из его единорогов, сидящем в тылу, они долго не проживут. Чейнджлингов были тысячи, а их — только горстка. Задавят числом, к гадалке не ходи. Здесь же — другое дело.

Раньше он к единорогам относился с некоторым презрением — уж больно наглыми они были, а в копытопашном бою — положи на копыто и другим раздави. Теперь же свое мнение поменял, с удовольствием наблюдая за тем, как они используют заклинания, бьющие огнем (и не только) по площади. Сам Рэд Хуф, впрочем, тоже без дела не сидел, уже отправив на тот свет десяток тварей арбалетом, пяток — копьем, и еще двоих — при помощи выдвижного накопытного клинка.

Пробравшихся через барьер чейнджлингов поприветствовали залпом арбалетов и огненной магией, уложив большую их часть, а затем, когда выжившие твари всё же добрались до пони, закипела (в который раз уже за этот проклятый день) жаркая копытопашная. Рэд Хуф был, как обычно, в первых рядах, укладывая ненавистных врагов в могилу одного за другим. Вот образовалась короткая передышка, вызванная какой-то заминкой в стане врага, позволяя перевести дух… Но что это?

— Бойцы! Копья вверх! — Скомандовал сержант, заметив очередную напасть. Сквозь защитный барьер, сотворенный единорогом, он узрел колдовское чудовище. Великана, сотворенного из доспехов и нечестивой силы. На миг в его душе промелькнул страх. Что за отвратительное колдовство сотворило это? Однако долг и вера в Принцесс мгновенно выдворила прочь это чувство. — Маги, готовь самые мощные заклинания! Это не обычные чейнджлинги!

Чудовищные исполины, один из которых полыхал изнутри зеленым, а второй — синим цветом, пробили защиту, возведенную умелыми единорогами так просто, словно перед ними и не было вовсе никакой преграды. Не останавливаясь, они промчались дальше, разметав все возведенные на их пути баррикады и вооруженных пони, что пытались их остановить, будь то обычные воины или маги. Копья ломались об неестественно скрепленную броню чудовищ, а магия бессильно разбивалась. Попавшие под копыта великанов пони разлетелись в стороны, либо были безжалостно растоптаны. А вслед за исполинами на гвардейцев устремились бесчисленные орды чейнджлингов.

Рэд, находясь в первых рядах, не смог увернуться от копыт чудовищных тварей, и отлетел в один из переулков поблизости, почти что к краю малого барьера, врезавшись головой во что-то железное. Его затухающее сознание успело уловить, как его бойцов захлестнула волна бесконечного чёрного хитина.

Призрачные Стражи же продолжили свой путь дальше. Воля их повелителя была проста — помочь своим бывшим сородичам сокрушить оборону пони и максимально ослабить Принцесс при встрече. Будь они живыми, то с такой задачей им было бы ни по чем не сдюжить. Но в этих новых, пусть и не живых телах, враг был им не страшен. Ведь чего может бояться бессмертный дух, кроме забвения, что способен им принести только их Хозяин?

* * *

— Ааа! — Вскрикнул сержант, поднимаясь со своего импровизированного ложа в защитной стойке. Голова нещадно гудела, в глазах всё расплывалось… А запах вокруг стоял такой, словно его окунули мордой в общевойсковой нужник. Вокруг он видел расплывающийся камень, и мрак, скудно разгоняемый факелами. — Вам не взять меня живым, твари!

— Успокойтесь, сержант! Вы в безопасности! — Сообщил Рэд Хуфу знакомый голос одного из его солдат откуда-то сбоку. А затем, когда воин повернул многострадальную голову в ту сторону, то увидел размытую, но всё так же усталую, как и раньше, морду Дэлишес Хопса, пегаса из его отряда. Каким-то чудом уцелевшего в той, как казалось Хуфу, последней, резне. — Нам пришлось отступить в канализацию, однако наша воля всё еще принадлежит нам. Чейнджлинги не стали нас преследовать, а может, и не заметили — Брайт Лайт сработал, что надо.

Вышеназванный единорог, разместившийся позади на каких-то бочках, скромно помахал копытом. Выглядел он так же, как и Хоупс — потрепанно и устало, однако решительно. В его навыках Рэд не сомневался, однако оставалась одна важная деталь, которую следовало прояснить, прежде, чем принять решение о возможном сопротивления «союзникам»…

— Хопс, что мы с тобой совершили два года назад, после учений? — С плохо скрываемой опаской задал вопрос сержант Хуф, внутренне подобравшись и уже назначив себе первую цель в лице всё того же Дэлишеса. Если он ответит неправильно…

— Проверка на чейнджлинга?.. — Спросил пегас, уставившись на своего командира. — В точности по инструкции. Мы с вами, сэр, тогда располагались в Понивилле, и, накачавшись сидра, отправились в Вечнодикий лес, решив, что сможем переплыть Ручей Двух Товарищей друг на друге. К счастью, за нами последовала лейтенант Сноу Вайт, и успела предотвратить нашу смерть от клинков друг друга. До самой переправы мы так и не дошли…

— Что же, друг, я рад, что мы тогда выжили. — Сказал Рэд Хуф, успокоившись. — Брайта ты проверил? Кто-нибудь еще уцелел?

— Так точно, сэр. Брайт — не чейнджлинг. Насчет второго вопроса… Никак нет, сэр. Остальных либо растоптали те исполинские твари, либо повязали чейнджлинги. — Последовал лаконичный ответ от пегаса, направившего полный ненависти взгляд вверх.

— Что это вообще было? Никогда такого не видел. Дискорд, да даже не слышал!

— Нечто вроде боевых големов, я полагаю, — ответил Брайт Лайт, поморщившись, — но каких-то странных. Подозреваю, что в их создании замешана чёрная магия. Конечно, чего еще ожидать от этих подлых оборотней. В общем, про них будем думать позднее. Нас всего трое… каков будет план?

— Выбираться наружу здесь было бы слишком опасно, да и, чего греха таить, бессмысленно. — Вслух начал рассуждать земной пони, осматривая свое уцелевшее снаряжение и с удовольствием отмечая, что его накопытный клинок по-прежнему при нём. Чего не скажешь об арбалете и копье… Ну, что поделать. Главное, что жив остался, и еще есть, чем дать отпор врагу! — Нам остаётся только пройти вверх по «течению», и выбраться наружу среди наших.

— Ну тогда, я думаю… Нам сюда?.. — Уточнил поднявшийся на копыта Брайт Лайт, указав копытом куда-то во тьму. — Надеюсь, там, впереди, нас не ждут чейнджлинги… Довольно странно, что они не додумались проверить канализацию. Хотя, они ж дикари. Наверняка не в курсе про такое вонючее чудо цивилизации…

— Заткнись, Брайт! — В один голос последовал ответ от Рэд Хуфа и Дэлишес Хоупса.

## Глава 22.

На меня неожиданно накатило невероятное вдохновение и желание писать. Не знаю, с чем это связано и долго ли продержится, но пока что вот новая глава. И немного музыки, что помогла мне в этом, ставшим невероятно простом, деле. Для чейнджлингов и их союзников: https://www.youtube.com/watch?v=bsvzP8EO65w https://www.youtube.com/watch?v=k7fTlcX80Hs Для пони: https://www.youtube.com/watch?v=2UeA9Nus9Eg https://www.youtube.com/watch?v=q_E9p6KN71o Общее: https://www.youtube.com/watch?v=-vVPUzMClSo https://www.youtube.com/watch?v=KlPQE_lelG4

Кризалис с удовольствием наблюдала за ходом боя. Да, пони на этот раз действительно подготовились ко вторжению чейнджлингов… Насколько это было возможно. Эти их новые заклинания, «малый барьер» и «поиск», уже изрядно попили крови у её воинов. Первое, в отличии от своего более большого аналога, уже пропускало сквозь себя других, однако при этом сильно их замедляло, из-за чего прорывающиеся сквозь это заклинание чейнджлинги становились отличной мишенью. И второе, что позволяло каждому пони в радиусе примерно двадцати метров, видеть её детей вне зависимости то того, изменяют ли они облик или нет.

Впрочем, для самой Кризалис (а так же её избранных воинов) малые барьеры были не страшны. Будучи весьма искусным магом, по силе своей уступающим лишь трём существам на всём Эквусе, для неё устранение единорогов, сидящих в тылу и создающих защиту было сродни детской игре. А вот другие части её армии завязли на продолжительное время. Однако вскоре барьеры вдруг начали лопаться один за другим.

Причина выяснилась вскоре после соединения с крылом Шалиса, что был отправлен на зачистку города. Сперва показались отступающие со всех копыт войска пони. Их окружал движущийся барьер, поддерживаемый изможденным единорогом в золоченной броне, которого несли двое дюжих земных пони. Вслед за ними же бежали… Невиданные ранее боевые големы, пылающие изнутри нечестивым огнем. Причем, что крайне странно — Кризалис чувствовала с ними родство. Так, словно бы это были не просто конструкты, напитанные странной, невиданной магией, а… её дети, пусть и крайне сильно измененные. Откуда?.. Неужели это дело копыт Фаиронира?

Боевые големы, тем временем, оставили преследование уцелевших пони, что сейчас спешно двигались к замку, и приблизились к порядкам Королевы, игнорируя заслон из чейнджлингов. Они хотят поговорить? Дав знак своим гвардейцам не мешать конструктам, Кризалис опустилась на землю перед големами. Те же, в ответ, остановились и обозначили поклон легкими наклонами голов, сделанными из, судя по всему, бутафорской брони Гвардейцев Селестии. Иронично.

— Мать… — Прошелестел синий гигант, подтвердив опасения Кризалис насчет того, что в этих существах есть души её детей, вырванных из круговерти вечности и запертых в мире живых. — Ангмар послал нас тебе на помощь. Его глашатай будет говорить с тобой. Слушай.

После этих слов мёртвый, сухой голос голема сменился знакомым Кризалис и её свите баритоном Фаиронира:

— Великолепно, моя Королева! — Глашатай Ангмара звучал напряженно, словно говоривший держал концентрацию над каким-то заклинанием, где ошибка была подобна смерти. — Город скоро падёт, однако осталась главная угроза: принцессы. Прими в дар этих Призрачных Стражей. Их помощь в бою с нашим врагом будет для тебя поистине неоценима.

— Ты обещал отпустить моих детей тогда, возле моих покоев! Как посмел ты меня обмануть? — Воскликнула Кризалис, буравя взглядом пылающий изнутри синим огнём конструкт.

— Разве сейчас они не оказали вашим чейнджлингам неоценимую помощь в прорыве сквозь защиту пони? — Последовал риторический вопрос от Фаиронира. — Я даю вам слово, что после боя и поражения Сестер страдания ваших детей закончатся. Сейчас же не время и не место для выяснения отношений. Наш уговор ведь по-прежнему в силе?..

— Разумеется. — Незамедлительно солгала Кризалис, еще сильнее про себя укрепившись во мнении, что Фаирониру она ничего не даст, кроме долгой и мучительной смерти. — Столица будет твоей сразу же после того, как я свершу свою месть.

— Чудно. До скорой встречи… Королева. — закончил свою речь Глашатай. Спустя мгновение Призрачный Страж, как назвал своё нечестивое творение Фаиронир, развернулся, вперившись взглядом во дворец, и сменил голос на сухой шелест мертвеца:

— Мы ждем твоего повеления, Мать…

* * *

Ополчение пегасов набралось быстро. Даже очень, едва услышав, кто поведет их в бой. Вондерболты, известные на всю страну (и немного — за её пределами) летуны, ныне вели за собой свой воинственный народ на подмогу Кантерлоту. Вооружив пегасов копьями и выдав им броню со старых времен (наверняка они еще эпоху Раздора видели), Спитфайр повела их к столице. Лидерами были назначены выпускники Академии Вондерболтов — тех, у кого были хоть какие-то познания в военном деле, а так же умение вести за собой других.

— Проклятые твари! — Воскликнула Спитфайр, глядя на приближающийся Кантерлот, над которым поднимался чёрный дым от многочисленных пожаров. — Вы поплатитесь за это!

Впрочем, сломя голову кидаться в атаку капитан Вондерболтов не стала: у пегасов, помимо копий, было и иное оружие, которым было бы недурно сперва остудить голову чейнджлингам, уже приготовившимся отражать атаку и собравшимся в одну большую кучу.

— Лэйт Дон! Отправьте-ка этим жукам торнадо!

— Но мэм, там внизу еще могут быть пони! Мы рискуем их задеть…

— Глаза разуй, остолоп! Внизу уже нет ничего и никого, кроме догорающих обломков и проклятых чейнджлингов.

— Виноват, мэм. Сейчас сделаем!

Всё же умение контролировать погоду — крайне полезная вещь. Кстати об этом… Надо будет прихватить с собой пару грозовых туч — тоже пригодятся.

Торнадо вышло что надо. В последний момент чейнджлинги что-то заподозрили (ну еще бы, вид раскручивающегося разрушительного вихря не заметить было довольно сложно), однако сбежать от такого удара уже не смогли. Смерч, не имея подпитки, довольно быстро исстаял, однако свое дело сделать успел — огромная туча чейнджлингов, что была оставлена Королевой Кризалис для защиты своих тылов, сильно потеряла в численности.

— За мной, пегасы! — Прокричала Спитфайр, подняв копье высоко вверх, — вперед, к победе! Флитфут! Возьми пару крыльев и используйте против жуков грозовые тучи. Напомним им, почему небо всегда принадлежало нам!

— Сделаю, командир! — Козырнула подчиненная прежде, чем отправится выполнять поручение.

* * *

Со стороны это выглядело красиво. Сперва армия пегасов ударила по чейнджлингам разрушительным малым торнадо, которое, к счастью, не задело их небольшой и мало заметный на фоне всего происходящего воздушный шар, а затем — устремилась в копытопашную с копьями наперевес. Впереди, как смогла разглядеть Рейнбоу, летела Спитфайр, лидер команды Вондерболтов. Одна из её кумиров. Частью своего сердца она хотела быть там, с другими пегасами… Однако бросать подруг тоже не годилось. В конце концов, все они хотели спасти Кантерлот. А у Твайлайт был план, причем простой, как три бита. Добраться до Элементов Гармонии, воспользоваться ими и остановить чейнджлингов. Ну, а потом поквитаться с Тарибаром, который на деле оказался той еще двуличной змеей. Надо же — он был иномирцем! Хотел устроить в Эквестрии хаос! И, что характерно, пока что у него получалось. Но все меняется…

— Осторожно, к нам сзади приближается малый рой чейнджлингов! — Предупредила других Пинки Пай, подготавливая небольшие вкусные снаряды для поражения летающих целей.

— Рейнбоу, Флаттершай, сможете от них оторваться? — Уточнила Твайлайт, разглядев врага. Чейнджлингов было немного — всего десяток, но они были вооружены, и представляли из себя серьезную опасность. Особенно для не летающих пони. Если шар собьют, то падать вниз придется долго… — Правьте в сторону вон того магического щита! Там, похоже, еще есть наши.

— Сделаем, Твай! Флаттершай, не спи! — Ответила Рейнбоу, и после этих слов воздушный шар ощутимо ускорился. Ветер мгновенно захлестал по ушам, а Эпплджек чуть было не лишилась своей любимой шляпы.

— Они нагоняют нас! Отведай тортика, мерзкий жук! — Прокричала Пинки Пай, начав, видимо, делится своим почти бесконечным запасом сладостей с армией вторжения Кризалис.

Развернувшись, Твайлайт поддержала подругу, посылая в начавших маневрирование чейнджлингов магические молнии, что должны были их парализовать. Конечно, в данной ситуации для них это было равносильно смерти, но единорожка старалась об этом не думать.

— Еще одна группа неприятеля справа! — Сообщила Рарити. — Твайлайт, нам нужно снижаться!

— Ты права! Рейнбоу, Флаттершай, спускаемся вниз!

Воздушный шар наклонился — и начал быстрый спуск. К сожалению, хорошая посадка ему не светила. Всё же, данный вид транспорта был мало приспособлен к полету по зоне боевых действий. Один из малых роев всё же догнал шар, после чего началась форменная неразбериха. Кому-то из жуков досталось задними копытами Эпплджек, другие словили обездвиживающее заклинание Рарити и Твайлайт; Пинки Пай мастерски ослепляла чейнджлингов тортами. В процессе этого своеобразного боя кто-то из вторженцев задел шар острым копьем.

Выплюнув наружу раскаленный воздух (и здорово искалечив при этом нескольких чейнджлингов, что попали под эту струю), воздушный шар начал стремительно терять высоту, быстро приближаясь к земле… Увы, до магического барьера пони Хранительницы Элементов не долетели — не хватило всего нескольких кварталов.

Удар был силен, и кобылок расшвыряло по небольшой площади. К счастью, не всех. Рейнбоу и Флаттершай не разделили судьбу остальных, и потому не позволили выжившим остаткам малого роя связать ошеломленных Хранительниц. Точнее сказать, не позволила радужногривая пегаска. Флаттершай же занималась приведением других в порядок.

Ну, а после того, как в дело вступили все остальные подруги, малый рой довольно быстро кончился, попав под парализующие заклятия, либо получив сокрушающие тумаки от Эпплджек и Рейнбоу Дэш.

— Ух… Напомните мне больше никогда не летать на воздушных шарах в такие места. В следующий раз я лучше пешком. Ну, и кудыть нам тут теперь?.. — Держась за голову, которой здорово досталось при приземлении, попросила у остальных Эпплджек, осматриваясь и как-то странно зеленея.

На удивление, чейнджлингов вокруг почти не было, хотя на площади наблюдались их… тела, обгорелые, истыканные арбалетными болтами и стрелами. А так же пони. Убитые, лежащие на баррикадах и просто на улицах во множестве естественных и не очень позах.

Хранительницы только сейчас осознали, насколько жестоким было вторжение. Желудки некоторых такого зрелища (а так же запаха) не выдержали.

— Я… Я будто бы вновь там, в воспоминаниях Трата… — Медленно, спотыкаясь проговорила Твайлайт, слегка прикрыв глаза. Давний кошмар начал становиться реальностью… — Но нам нельзя останавливаться. Боюсь, по земле мы не пройдем. Долететь тоже не сможем. Есть одна мысль… Но вам она не понравится.

Взгляд единорожки упал на канализацию.

* * *

Немногие уцелевшие из оборонявших улицы пони смогли добраться до замка. Здесь была их точка сбора, на случай, если всё пойдет наперекосяк, а так же последний рубеж обороны. Никто не думал, что враг зайдет настолько далеко.

Именно тут пони собирались дать последний бой проклятому врагу, что не чурался тёмной магии и пришел сжечь их дома и поработить родных и близких. А если их ждала смерть… Значит, они заберут с собой как можно больше ублюдков на тот свет.

Армия чейнджлингов приближается. Мрак сгущается за ними, словно живой. Тварей возглавляет их Королева, а так же два гигантских голема, что уже успели выпить (образно говоря) немало крови у защитников. Эти твари бегут по земле, в отличие от остального роя, и земля сотрясается под их копытами. Пони уже знают, что этих существ не остановит ни барьер, ни боевая магия. Про обычное оружие и вспоминать смешно.

Гвардейцы сжимают своё оружие по крепче. Похоже, это конец. Те подкрепления, что успели вызвать принцессы, уже не застанут их живыми. Максимум, что они смогут сделать — это отомстить. Но, не смотря на это, Гвардейцы понимают, что отдают свои жизни не зря. Ведь чем дольше они стоят, тем дальше уходят обычные, гражданские пони. Они не познают ужаса рабства, они останутся свободными.

Но что это? Вдруг прямо перед ними падают две довольно крупные по меркам пони фигуры. Их броня разнится между собой так же, как день и ночь. Одна сверкает, словно солнце; вторая же поглощает свет. Сомнений быть не может — это принцессы! Селестия и Луна, они не бросили свой народ — они пришли сражаться за него! Боевой дух моментально поднимается на невиданную высоту. При такой поддержке Гвардейцам уже никто не страшен.

Боевые порядки чейнджлингов, тем временем, уже добрались до последнего барьера. Первыми за него вступили Призрачные Стражи: они помнили приказ своего Господина — их главная цель — убить Принцесс. И вот они, как на блюдечке. К несчастью, аликорны умеют летать, но и у них, бывших чейнджлингов, есть свои козыри. Хозяин позаботился об этом. На втором же месте у них было приказание их бывшей Матери. В сущности, сейчас она Падших уже ничего не значила; после победы они будут с таким же рвением, как и сейчас, истреблять своих бывших сородичей. Все инстинкты пали после смерти. Осталась лишь воля Господина.

В исполинских големов, сразу же после того, как их За Призрачными Стражами же за барьер проникали и чейнджлинги — они тоже успели уже убедится в неуязвимости своих новых союзников, и потому бессовестно пользовались ими, как щитами. Разумеется, это касалось не всего роя, а только его гвардейцев.

Вокруг всего остального барьера же, тем временем, разыгралась настоящая огненная буря. Ничего подобного ранее чейнджлинги не видели. Во время боев на улицах города их встречали обычно огненные шары. Очевидно, на сей раз они столкнулись с колдовством принцессы Селестии. А та и не думала утихомириваться: с её рога слетали всё новые и новые заклинания, невероятные по своей мощи, но так или иначе связанные с огнём. Её сестра, в свою очередь, больше предпочитала различные вариации магии Пустоты.

Миниатюрная чёрная дыра посреди поля боя, что затягивает внутрь только чейнджлингов? Пожалуйста. Пустотный шар, что проходит сквозь стены и вырубает каждого, кого коснется? Дайте два!

А вот на Призрачных Стражей вся эта могущественная магия принцесс не возымела действия. Игнорируя магическое воздействие, Падшие врезались в ряды пони, где тут же стали собирать свою кровавую жатву.

## Глава 23.

...да продолжится война!

Кризалис не стала тянуть и вскоре сама вступила в бой, защищая и направляя своих детей. Отражая при помощи крупного магического щита атаки Селестии, Королева повела чейнджлингов на последний штурм, и вскоре, вслед за големами, порядки пони захлестнула волна вооруженного и бронированного хитина. Впрочем, после зачистки города, а так же горячей встречи от принцесс численность её роя серьезно поубавилась. Если ранее на каждого пони приходилось по три-четыре чейнджлинга, сейчас их уже было по двое. К счастью, на её стороне так же были два исполинских конструкта...

— Да что же это за твари такие?! — Возмутилась Принцесса Луна, в очередной раз пролетая рядом с зеленым големом и выстреливая по нему пучком Пустоты, который снова не нанёс исполину никакого вреда, кроме пробитой брони. Внутри, за ней, бушевало зеленое, однозначно магическое, пламя, которое наверняка и приводило конструкт в движение. И почему-то было абсолютно не проницаемым.

— Их не берет магия, сестра! — Констатировала очевидное пролетевшая мимо Селестия, что тоже только что испытала на синем к конструкте "солнечный луч". Бить более могучим заклинанием она побоялась из-за того, что большинство известных ей огненных заклинаний выжигали большую площадь, а в текущей свалке это привело бы к огромным потерям среди пони. Впрочем, благодаря своим попыткам навредить гигантам, принцессам удалось отвлечь их на себя.

Забыв про гвардейцев, конструкты со всех копыт ринулись за Селестией и Луной, не делая при этом никаких попыток избежать своих же собственных союзников, из-за чего некоторые чейнджлинги поплатились жизнями за попытку пересечь их путь. Отведя големов подальше от пони к домам знати (которая наверняка, после минувшего кризиса, будет недовольна разрушением их родовых поместий), Селестия с Луной попытались использовать на гигантах что-нибудь более разрушительное из своего арсенала. И если у солнечной принцессы всё ограничилось очередным огненным вихрем, который прошелся по броне, олицетворяющей "тело" конструктов, местами расплавив, а где-то — опалив её, то принцесса ночи попробовала кое-что более необычное.

Перед бегущим за Луной зеленым големом внезапно разверзлась земля, и не ожидавшая этого тварь неуклюже провалилась внутрь, "копытами" вперёд. Вслед за ней туда же обрушилась часть чьего-то дома, а так же одно дерево. Пока колдовская тварь не успела опомнится и выбраться наружу, Луна поспешно закрыла образовавшуюся расщелину, с самодовольным криком "Ха!". Впрочем, радость была преждевременной — об этом сообщила трещина, появившаяся в земле в том месте, где был пойман первый голем.

"Грубой магией мы с ними не справимся, сестра!" — Сообщила телепатией Луна Селестии, красивым пируэтом уходя от очередной партии приставучих чейнджлингов и награждая их парализующим заклятьем. — "Нужно воздействовать на окружение! Это единственный наш шанс их остановить!"

"Если мы бросим наших пони, то нам не к кому уже будет возвращаться!" — Возразила принцесса Солнца. — "Нам нужно..."

"Разделиться. Возвращайся обратно к нашим войскам. Я займусь этими двумя!" — Предложила Луна, швырнув телекинезом во второго голема крупный кусок постройки, что и так уже пострадала от её действий. Снаряд оказался достаточно тяжёл, чтобы остановить тяжёлую поступь конструкта, и заставить его запнуться.

"Хорошо, Луна, действуй! Но будь осторожна, я не хочу потерять тебя снова!" — Не стала спорить Селестия, и, развернувшись, полетела обратно к обороняющимся пони.

"Я всегда осторожна..." — Заверила напоследок свою старшую сестру Принцесса Ночи, продолжая швырять в ближайшего голема фрагменты построек. В конце концов это возымело некоторый эффект — брони у голема заметно поубавилось. Однако нечестивая энергия, что скрывалась за доспехами, все так же сохраняла форму исполинского чейнджлинга, пусть и уже более расплывчато. А что если...

— Ну давай, тварь! Возьми меня, если сможешь! — Крикнула Луна конструкту, прежде, чем рвануть к водопаду. Как она уже успела заметить, эти существа были довольно неуклюжими, особенно после того, как успели набрать неплохую скорость. Если заманить их к обрыву и вовремя убраться с их пути...

Призрачный Страж, тем временем, попался на эту простую уловку, последовав за Принцессой Ночи. Будучи мертвецом, он не уставал, и потому считал, что рано или поздно его цель устанет, и более не сможет уходить от его атак. К тому же, ему ничего не угрожало, ибо магия была против него бессильна. Физический урон, конечно, оказался неприятен, но не смертелен. Как он и ожидал, младшая принцесса пони в конце концов выдохлась, опустившись на землю, тяжело при этом дыша. Сейчас она готовила какое-то заклинание, но это, скорее всего, от отчаяния. Однако, когда он уже почти настиг ее, нанося удар головой слева направо, словно бык, она вдруг исчезла. А на его пути резко возник обрыв, и затормозить он уже не успевал, хотя и попытался.

Полет вниз был долог, и сопровождался злобным шипением голема, которого обманули таким простейшим способом. Когда же его тело наконец коснулось земли, удар был столь силен, что его дух оказался вырван из этой физической оболочки. Та немногочисленная броня, что сохранилась на теле Призрачного Стража, бессильно опала, а наружу выбрался синий призрак, потерпевший неудачу. Осознавая, что без ритуалов Господина вселится в новое тело не получится, он предпочел ретироваться: здесь ему было больше нечего делать.

Принцесса Луна же, проводив взглядом падающего Стража, удовлетворенно кивнула. Даже если это его не убьет, путь обратно наверх займет у него очень много времени. Осталось проделать то же самое со вторым.

* * *

— Чтоб я еще один раз согласилась пойти до места назначения через канализацию... Моя грива! Моя шкурка!

— Рэрити, хватит уже! — Многоголосый хор из пяти голосов дружно призвал грязную и потрепанную единорожку к молчанию.

— Хорошо, хорошо... Но если... когда мы вернемся в Понивилль, мы все, дружно, идем в спа в этот же день. Никаких отговорок я не приму. Ясно?

— Яс.. Внимание! Впереди кто-то есть! — Подняла копыто Твайлайт, призывая остальных остановится и навострить ушки. — Эй, там! Выходи, мы не причиним тебе вреда! Во всяком случае, если ты не нападешь первым... — уже шепотом добавила она.

Впереди раздалось какое-то шевеление, а затем впереди во вспышке телепортации появилась троица пони, окруженная щитом. Единорог, поддерживающий его (и явно отвечающий за защиту и поддержку своих сотоварищей), скрытый за широкими спинами белых пегаса и крупного земнопони, облаченных в гвардейские доспехи, подняли свое потрепанное оружие, и наставили его на шестерку Понивильцев.

— Стойте на месте, гражданские! — Тут же потребовал громким командным голосом земнопони, выставив вперед бронированное копыто, и обратился к единорогу позади: — Проверь их, Брайт!

Из-за спин гвардейцев раздалось невнятное бормотание, а затем насторожившиеся, но все же прислушавшиеся к просьбе носители Элементов Гармонии почувствовали на себе воздействие какого-то заклинания, вызывающего приятное ощущение тепла.

— Это не чейнджлинги, сержант! — Доложил единорог из тыла, и гвардейцы заметно расслабились, опустив взятое на изготовку оружие.

— Хотели бы мы сказать то же самое о вас... — Протянула Твайлайт, оценивающим взглядом скользя по гвардейцам (а может, и не совсем), после чего применила волнообразное заклинание, которому ее научила Принцесса Каденс, выбивающее чейнджлингов из их облика. К счастью, встреченные ими пони оказались вполне нормальными. Теперь же оставалось только добраться до Дворца, где хранились Элементы Гармонии, забрать их и использовать по назначению. И тогда, наконец-то, весь этот кошмар будет закончен. Во всяком случае, Твайлайт на это рассчитывала.

* * *

Партия близилась к завершению. Атака в виде орд чейнджлингов отлично отвлекла внимание принцесс от грядущего краха. Портал почти готов. Осталось совершить самое главное — сломать незримый барьер между двумя мирами: Арды и Эквестрии. После этого можно будет начинать полномасштабное вторжение. Плюсом ко всему этому шли так же... последствия разрушения барьера. От такого удара наиболее чувствительные к магии существа этого мира (то есть, как минимум, все единороги и принцессы, возможно так же пегасы) серьезно пострадают, что, безусловно, облегчит вторжение.

Впрочем, такая же участь ждала и самого глашатая, ведь здесь, в Эквестрии, он был единорогом. Боль будет ужасной, но Фаиронир хорошо умел её терпеть. Пора. Больше тянуть нельзя. Слова чуждого для этого мира древнего и жуткого языка продолжали срываться с губ глашатая, вплетаясь в длинное, витиеватое заклинание, что поднималось в небеса, ломая, круша, разрывая на части древний барьер, что не одно тысячелетие защищал Эквус.

Жуткая, давящая боль обрушилась на Фаиронира. Защита, выставленная до этого им в виде мощного щита, моментально развеялась, лишившись подпитки от рога. К счастью, его личное тёмное искусство не зависело от единорожьей магии. По той же причине остались целы и големы, оставленные подле в качестве дополнительной защиты. Всем своим телом глашатай почувствовал, как выворачивается его естество, так, словно ему ломают кости, срывают кожу, вырывают глаза, перекраивают тело... Что, наверняка, было недалеко от истины, ведь изначально он был человеком, и теперь менялся... в обратную сторону. Его страдания были соответствующими, но он должен держаться. Должен, во имя Владыки и Господина Мордирита, во имя знаний и власти... Во славу Саурона.

В какой-то момент от терзавшей его боли, Фаиронир потерял сознание. Однако вскоре он был разбужен жесткими, но аккуратными толчками. Открыв глаза, глашатай попытался подняться на ноги, и с удовлетворением отметил, что его тело изменилось на старое-доброе человеческое. Немного жаль было, конечно, расставаться с телекинезом, но да ничего. Главное — это то, что показали его переродившиеся глаза — портал был стабилен и активен, пропуская через себя немного не стройные, но вооруженные до зубов и жаждущие крови ряды орков, уруков и троллей. Призрачные Стражи поглядывали на прибывающих с подозрением, но, помня о том, что в этом и была одна из основных целей их Повелителя, вторженцев не трогали.

— Хозяин! Ваше оружие вот-вот будет доставлено сюда. Какие будут приказания? — Проморгавшись, Фаиронир поднялся на ноги и перевел взгляд на стоящего перед ним на правом колене урука, который, судя по ранговым отметкам, был Верховным Вожаком, и, скорее всего, должен был возглавить вторжение.

— Вступайте в город! — Хрипло, будто не до конца привык к своему голосу, произнес глашатай Ангмара. — Убивайте всех!

## Глава 24.

Сознание возвращалось медленно, с приступами страшной головной боли. Что именно произошло — Селестия не знала. Просто в какой-то момент боя она почувствовала, как нечто разрывает саму суть мироздания когтистой лапой, а затем, от последовавшей отдачи, лишилась сознания.

— Принцесса! Как вы себя чувствуете? — Раздался над ней голос кого-то из ее маленьких пони. Селестия медленно, с трудом открыла глаза, чтобы увидеть над собой потолок госпиталя. Во всем теле царила сильная слабость, однако организм аликорна потихоньку восстанавливал свои силы.

— Я в порядке... — Выдавила из себя Селестия, пытаясь подняться на ложе и сесть. Немедленно закружившаяся голова и тошнота тут же заставили ее лечь обратно. — Относительном. А где Луна? Она жива?

— Я здесь, сестра. — Слабо отозвалась Принцесса Ночи с соседней койки. — Отвратно выглядишь. Похоже, от этого Выброса досталась всем магам... Что это вообще было?

Селестия повернула голову на голос, и с радостью отметила, что ее сестра не ранена. А так же заметила лежащих на койках госпиталя огромное количество единорогов, стонущих от боли.

— Не знаю. Такое на моей памяти впервые. И, боюсь, что этот Выброс был предвестником чего-то весьма зловещего. — Призналась Принцесса Солнца, вновь делая попытку сесть. На сей раз ей это удалось. — А что со вторжением? Мы справились?..

— Да, принцесса. — Ответил врач-земнопони, который за все время переговоров Принцесс нервно ерзал на месте. — Выброс задел всех, в том числе и чейнджлингов, но земнопони, фестралы и пегасы отделались, можно сказать, легким испугом. Они и довели дело до конца.

— Госпожа! Принцесса Селестия! Рада видеть вас в добром здравии! — В королевский госпиталь вошла одна из лейтенантов Ночной Гвардии, фестралка по имени Эарли Даун. — Победа за нами! Чейнджлинги остановлены, их Королева пленена и сидит теперь в особой камере. Не знаю, что это было за магическое явление, но произошло оно крайне вовремя. Правда, мы теперь не можем скользить между теней и управлять облаками... Но это дело, я надеюсь, временное.

— Рано расслабляться, лейтенант. — Ответила Луна, делая попытку встать на ноги, с поддержкой лекаря. Получилось. — Мое сердце чувствует, что это еще не конец. Отведите войска внутрь дворца и укрепите его настолько хорошо, насколько это возможно. Лучше переусердствовать, чем потом сожалеть об обратном.

— Да, Госпожа! — Поклонилась фестрал, прежде, чем лучась от счастья, умчаться выполнять приказ самой Принцессы Луны.

* * *

Спустя примерно двадцать минут, когда Селестия и Луна смогли прийти в себя настолько, что смогли встать с кровати и двигаться, подошли первые подкрепления. Прибыли грифоны-наемники, вместе с пегасами. Их доспехи были залиты зеленым ихором чейнджлингов, а так же... черной кровью. С ними было множество раненных, а в глазах застыл страх. Что же могло так напугать обычно довольно воинственных и бесстрашных летунов? Это Принцессы и собирались выяснить. Из обрывков диалогов новоприбывших и размещающихся в замке вырисовывалась примерно та самая картина, которой и опасались Принцессы — явилось нечто более ужасное, чем чейнджлинги.

— П-принцесса Селестия! Принцесса Луна! — Окликнула венценосных сестер какая-то пони. Повернувшись к ней, они обнаружили желтую кобылку с частично срезанной рыжей гривой, что выпирала из-под брони. Это была Спитфайр, капитан Вондерболтов. Судя по ее виду, она была чем-то крайне шокирована и напугана.

— Мы слушаем тебя, наша подданная! — Немедленно отреагировала Принцесса Луна, по въевшейся привычке отозвавшись слабым, но все же Королевским Гласом. Затем, осознав свою ошибку, продолжила уже нормальным голосом:

— Говори же!

— В нижней части города, неведомо откуда, появилась огромная армия исчадий Тьмы! Они заполонили там все! — На едином дыхании выпалила пегаска, нервно проведя копытом по той части гривы, которая еще осталась. И затем, с каждым словом, голос пони становился все тише, словно бы она заново переживала произошедшее с ней ранее. Из ее глаз выступили слезы. — Мы... Мы как раз спешили к вам на помощь и соединились с отрядом наемников, когда произошел Выброс. Он был совсем рядом с нами... М-мы не ожидали... Неизвестный враг ударил нам в крупы снизу, воспользовавшись нашей слабостью. Мы пытались дать отпор, но без наших способностей по контролю погоды у нас почти не было шансов. Многие погибли. Они... эти твари наверняка направятся сюда вслед за нами и убьют тут всех!

— Успокойся, Спитфайр! Сейчас ты, пегасы Клаудсдейла и наши грифоньи союзники в безопасности. — Ответила Селестия, перебросившись со своей сестрой многозначительными взглядами. — Я понимаю... что тебе неприятно вспоминать это, но все же расскажи, что произошло, и как выглядели эти "исчадия Тьмы"? Это может быть очень важно.

— Все они были двуногими, почти как минотавры, но в то же время разными, словно пони и дракон. — Утерев мордочку правым копытом, начала отвечать пони. Присутствие принцесс и излучаемая ими неосознанно сила придала уверенности в том, что еще не все потеряно. — Одни были небольшими, тощими и быстрыми, нося при себе копья; вторые были чуть выше и с двумя мечами размером с пони. Их яростный и кровожадный вой при виде нас я помню до сих пор. Мы вместе с наемниками пошли с ними на сближение, чтобы отогнать прочь. Из задних рядов врага тут же взвились в воздух стрелы черным облаком, и не все смогли их избежать. Но в конце концов часть из нас до них добралась, и там завязалась копытопашная.

Пони нервно сглотнула, явно вспомнив нечто ужасное. Затем, собравшись с мыслями, она продолжила:

— Третьи были ростом выше вас, принцессы. Их кожа была такой же черной, как и их кровь. Словно скалы, они возвышались над большей частью остальных Исчадий, и их удары и выстрелы из луков разили нас беспощадно. Исчадия не пытались брать пленных. Один из них почти снес мне голову, но я успела поднырнуть под его клинок, который скосил мне часть гривы, и отскочить после этого назад. Затем земля содрогнулась, и в бой вступили самые крупные из тварей. Ростом они были примерно в два этажа. Их сила была подобна средним драконам. Каждый их удар сметал сразу несколько наших. Я, видя, что шансы на победу стремительно тают, приказала отступать сюда, к Вам. Успели не все...

— Вы сделали то, что должно для того, чтобы защитить Эквестрию, Спитфайр. Я горжусь вами. У тебя есть немного времени на передышку. — Проговорила Принцесса Селестия, мягко, по матерински, коснувшись копытом головы капитана Вандерболтов. — Жертва павших не будет забыта. И мы отомстим врагу за все его преступления. Но будьте готовы вновь вернутся в бой. Исчадия Тьмы неизменно нападут на нас, и мы должны быть готовы.

— Да, принцесса.

* * *

— Ты ее не убедила. — Констатировала очевидное Луна, ощущая, как магия понемногу возвращается обратно. — Но сильнее всего тебя беспокоит не это, а кое-что другое. Думаю, я знаю, что именно. Ангмар?

— Да. — Ответила Селестия. — Описание Исчадий от Спитфайр уж слишком похоже на те события, что мы наблюдали вместе с тобой и Элементами год назад в чужих воспоминаниях. Мы были слепы, раз проглядели такое...

— Помнишь, я передавала тебе послание Твайлайт, когда я вытаскивала ее и остальные Элементы из кошмаров, что в этих землях появился некий колдун из тех темных земель, и что он в сговоре с чейнджлингами? — Припомнила Луна, потерев крылом подбородок. — Похоже, что последних использовали. Просто для того, чтобы отвлечь наше внимание, пока не станет слишком поздно. И мы слепо пошли у вторженца на поводу, даже не рассмотрев другие варианты...

— Сожалеть и заниматься самокопанием будем потом, сестра. Сейчас нужно подготовиться как можно лучше к грядущей осаде. Орки, в отличие от чейнджлингов, летать не умеют, так что сразу, нахрапом, они на штурм не пойдут. Им потребуются осадные орудия. — Болезненно поморщившись, ответила Селестия, на пути отдавая соответствующие приказы: укрепить двери и ворота (а так же, на всякий случай, пещеры), подготовить припасы, точить клинки, собирать стрелы и тому подобные мелочи, важные в будущем. — Пони не воевали с настоящим врагом уже очень давно. Грифоны, пусть и воинственнее, тоже не так умелы в плане смертоубийства, как наш противник. Если орки доберутся до нас раньше, чем мы до конца оправимся от Выброса, это будет бойня. Хорошо, что мирные жители успели покинуть город...

— Ты ведь просила помощи у Кристальной Империи? — Вспомнила вдруг Луна, повернув голову к сестре, — их нужно предупредить. Они то думают, что идут сражаться с чейнджлингами... Я отправлю к ним гонца.

* * *

Первое столкновение с новым врагом произошло, можно сказать, почти сразу же, как только ревущая и жаждущая крови орда орков выбралась из полуразрушенного помещения, где располагался портал, и затопила собой пустые улицы причудливого города. Тщедушные летающие лошадки, а так же какие-то химеры, похожие на четвероногих орлов, что пролетали над ними, были перехвачены и оказались не способны противостоять закаленным в боях воинам Ангмара, прошедшим через Эттенские Высоты.

Кроме того, в рядах орков так же находились ангмарские колдуны, что незримо и вполне успешно вселяли в и без того напуганных произошедшей бойней будущих рабов панический страх и ужас, который вскоре должен был укорениться в их душах и лишить воли к сопротивлению в будущем. А если повезет — так еще и других, кого черное колдовство не задело. Кровь пони и грифонов щедро оросила землю, а обитатели этого жалкого мирка, сверкая копытами и побросав оружие, спешно отступили прочь.

Предварительная разведка, проведенная наездниками на варгах, показала, что пони вместе с химерами спрятались в декоративной, но все же крепости, и забаррикадировались там. Так как портал был слишком мал, чтобы протащить через него осадные башни, орки, под руководством вожаков, ограничились малыми средствами, а именно — лестницами и катапультами. С материалом для последних проблем возникнуть было не должно, ведь вокруг было так много камня! Просто добавь масла и огня, и крепость станет уже не защитой, а полыхающей огнем клеткой.

Оставив Призрачных Стражей у портала — на всякий случай, Фаиронир покинул полуразрушенное помещение. Теоретически, одна из его главнейших задач по пребыванию здесь была выполнена: проход между мирами прорублен, армия Ангмара здесь и готовится к штурму. Теперь дело было за малым — помочь оркам прорваться в замок Кантерлота и убить ослабленных принцесс до того, как их силы восстановятся. Кризалис и ее армия чейнджлингов глашатаю больше не была нужна. Именно поэтому он и отдал приказ на полное истребление. Что же касается самого Кантерлота...

Этот город, что долгое время служил пони столицей и защитой от внешних бед, будет осквернен, и его ждет почти та же судьба, что и в свое время пала на Минас Итиль, ныне известный как Минас Моргул. Но, безусловно, сперва его нужно очистить от местных обитателей. А потом, руками, и, вскоре еще и копытами рабов, замок будет изменен. Отсюда Фаиронир планировал начать свой завоевательный поход во славу Ока и Ангмара. Отсюда в будущем в Арду к Мордириту будет течь бесконечный поток рабов, ресурсов и магических артефактов. Но довольно мечтаний. Сначала — дело.

* * *

Смеркалось. Заняв высокие стены замка, пони и грифоны со страхом взирали на черную кляксу с яркими огоньками от факелов вдали внизу — нового, неведомого врага, что медленно и неотвратимо приближался к ним. Рассказы пегасов (грифоны молчали в тряпочку, поскольку их капитан прекрасно понимал, что такое боевой дух и как важно его поддерживать среди союзников перед лицом врага) словно пожар распространились по всем войскам обороняющихся, и в сердцах наиболее слабых духом начало зарождаться отчаяние. Кое-где звучали призывы бежать, бросив все и всех, говоря, что, в конце концов, замок — это всего лишь камень, а мирные жители давно уже должны были уйти на достаточно большое расстояние, чтобы их не смогли нагнать даже чейнджлинги — чего уж говорить про не летающих двуногих.

Однако подобные малодушные призывы пресекались теми, кто был более храбр и мужественен. Ведь за их спинами были те, кто не мог сейчас сражаться, и, что более важно, передвигаться — раненые, те, кто еще не пришел до конца в себя после Выброса и, что самое главное — Принцессы, которые еще не до конца оправились от происшествия. Тем не менее, большая часть единорогов все же смогла вернутся в строй. Да, пусть для них были недоступны наиболее могущественные заклинания, но силы для старого доброго телекинеза, а так же пары других мелочей вроде базовых боевых и защитных заклинаний, восстановилось достаточно.

Армия вторжения тем временем приблизилась на достаточное расстояние, чтобы ее можно было разглядеть. Старый Адалвалф, лидер отряда наемников, впрочем, уже успел повоевать с чужаками и насмотреться на них, и осознавал, насколько сильный противник противостоит пони и его ребятам.

Около пяти сотен клинков он привел с собой, сюда, на помощь к Принцессам, что всегда были щедры, когда дело доходило до защиты их "маленьких пони"; и пусть молодые клювы в его отряде искали только славы и денег, сам он был здесь в поисках славной смерти в бою против достойного противника.

Что же, похоже, вскоре ему предоставится такой случай. Жаль лишь, что союзники не обладали такой же силой воли, что и он. Некоторых юных грифонов, конечно, тоже подсекли неожиданные вспышки паники, но... Не зря же они были наемниками. Принцессы прекрасно знали, как поднять их боевой дух, сообщив, что награда за защиту столицы будет поистине королевской. Конечно же, это возымело свой успех, и случаи паникерства просели до минимума. И теперь... оставалось только ждать.