Автор рисунка: Devinian
Контроль сознания Эпилог

Машина Гаусса

-Принцесса, так что случилось после того, как я попал в замок? Я ничего не помню, — Спросил Винсент, без удовольствия жуя лист какого-то растения.

-Ничего — ты просто потерял сознание. Мы перенесли тебя в гостевые покои. Твайлайт вызвалась последить за тобой, дальше ты сам знаешь, — Ответила Солнечная Принцесса, даже не посмотрев в сторону Темного мага. Ей было неприятно врать, но это было необходимо.

-Что теперь со мной будет? – Спросил Винсент, готовясь принять любую участь, вплоть до смерти.

-О чем ты? – Не поняла Принцесса. После вчерашних событий, она уже и забыла, зачем его «пригласили» в замок.

-Неважно, Ваше Высочество, — Соврал он, слегка поклонившись. Твайлайт пристально посмотрела на него и вздохнула, покачав головой, но не возразила. Принцесса непонимающе посмотрела на единорожку.

-Поезд отправится в Понивиль через сорок минут, — Наконец прервала затянувшееся молчание Принцесса.

-Благодарю Вас, — Снова поклонился единорог. Помолчав, он добавил, — Принцесса, мне не хватает последней детали для завершения механизма. Не могли бы Вы дать часть лезвия «Восходящего Солнца»? Пожалуйста, Ваше Святейшество, это очень важно.

-Конечно, мой верный подданный. Все равно этим оружием не пользовались уже более тысячи лет. Клейв, принесите мне сундук номер 2-3Б, — Один из стражников поклонился и выбежал из зала. Через несколько минут он вернулся, придерживая крыльями сундук. Гаусс удивленно проводил его взглядом, думая, что сундук будет намного больше.

-Сейчас ты все увидишь, — Сказала Принцесса, заметив удивленный взгляд. Стражник поставил сундук на пол, рядом с Аликорном, и удалился. Принцесса магией подняла сундук и вставила рог в специальное отверстие.

Коротко сверкнуло и сундук отворился. Селестия по частям достала сложенное оружие. Повинуясь магии, части стали вставать на свои места, и уже скоро в воздухе висела алебарда, с длинным лезвием на конце. Золотую рукоять украшали орнаменты в виде солнца.

Селестия крутанула алебардой несколько раз. При каждом взмахе лезвие вспыхивало, источая белый свет. Аликорн положил алебарду на мраморный пол, и с силой ударил копытом по краю лезвия. Раздался звон, словно металл ударился о металл. Впрочем, так и было.

Лезвие раскололось на две части. На месте разлома остался ровный срез. Принцесса с помощью магии подняла сколотую часть лезвия. Повинуясь магии, лезвие пролетело через комнату и погрузилось в один из сундуков, стоящих около шкафов.

Сундук погрузился в одну из сумок, для переноса груза на спине. Принцесса вновь разобрала алебарду и сложила в сундук. Отдав приказ, вернуть его на свое законное место, она как ни в чем не бывало продолжила обедать.

-Благодарю Вас, Ваше Высочество, — Проговорил единорог и низко поклонился. Два пони и один Аликорн стояли у больших ворот замка. Пони-аристократы, ходящие по площади заметив Принцессу, тут же кланялись.

-Всегда пожалуйста, Винсент. Удачи вам, — Пожелала Принцесса и развернувшись, прошла в замок, закрыв за собой двери. Единорог немного постоял, греясь на лучах солнца и двинулся в сторону вокзала.

-Твайлайт, а где Принцесса Луна? – Спросил он у единорожки. Та немного помрачнела.

-Принцесса Луна бодрствует ночью, а днем спит. Пора бы уже знать, не маленький ведь, — Немного грубо ответила единорожка. Ей не хотелось грубить, но Принцессы строго-настрого запретили рассказывать правду.

-Ясно, спасибо, — Словно и не заметив грубости, поблагодарил единорог.

-Как ты себя чувствуешь? – Спросила волшебница, ощущая себя виноватой за грубость.

-Отлично, только голова немного болит, — Честно ответил тот. До вокзала оставалось совсем немного – уже виднелась башня с изображением поезда.

-Тебе не тяжело? – Спросила Твайлайт, видя как он чуть пригибается к земле от веса сундука.

-Все впорядке, Твайлайт, — Отвечает он, не желая показывать слабину единорожке. То ли из-за того, что лезвие сделано из Светлой магии, то-ли просто единорог слаб физически, но факт – сундук весил намного больше, чем сначала могло показаться.

Поезд на Понивиль.

-Ваши билеты, Сэр, — Попросил пони с изображением двух пробитых билетов на крупе. Винсент молча протянул ему два билета. Кондуктор пробил их и отдал обратно, поблагодарив. Жеребец откинулся на мягкое сиденье, посмотрел в окно.

Раздался голос, усиленный магией – «Поезд отправляется!». Скрип, пейзаж за окном начал медленно сдвигаться – поезд начинал движение. Дома начали сменятся зелеными равнинами. Показался Кантерлотский Национальный Заповедник. Единорог проводил памятное место грустным взглядом и вздохнул, закрыв глаза.

Фиолетовая единорожка молча наблюдала за ним, прокручивая в голове слова Арбитера – «Помогите этому пони завершить его последнюю работу в этом мире...». «Что значит последнюю? Неужели после активации машины произойдет что-то, из-за чего он погибнет?» — Думала единорожка, наблюдая за своим спутником.

-Винсент, расскажешь какую-нибудь историю? – Попросила единорожка, желая скрасить время поездки разговорами.

-Что именно? – Спросил жеребец, не открывая глаз.

-Ну например...Что-нибудь из ваших с Саймоном похождениях, пока вы искали детали для машины, — Нашлась единорожка. Винсент задумался, отбивая незатейливый мотивчик копытом. Наконец он открыл глаза и посмотрел на единорожку.

-Я тут вспомнил кое-что...В одном особняке, на чердаке, я видел странных существ. Они выглядели как пони, только у каждого были дефекты. Первое существо, которое я увидел, было слепым. Причем, кости были более хрупкими, чем у простых пони. Одно из существ упало на пол, ударившись головой – и она раскололась. Причем, когда я взял магический накопитель, они как-будто с цепи сорвались – стали выбираться из ящиков, набрасываться друг на друга. У тебя есть идеи, кто это мог быть? – Поинтересовался он у единорожка, который внимательно внимала каждому слову. Та ненадолго задумалась, перебирая в голове всех известных ей существ.

-Мне на ум приходит только один вид существ, которые похожи на существо описанное тобой – Людер [Oт Нем. – Тварь]. Только у них были толстые кости и они были сильно развиты физически. Но они давно вымерли. Есть непроверенная информация, что это были бывшие пони. Я читала, что они стали такими из-за неизвестной то ли болезни, то ли чумы...Еще в трудах Старсвирла Бородатого я читала, что их пытались вывести искусственно. Они были идеальными работниками – только сложно контролируемыми. Еще я читала, что одному ученому из знатного рода Смартхуфов удалось вывести одну особь. Но когда Принцесса Селестия пришла к власти, она строго-настрого запретила выводить этих существ. Это все, что я знаю, — Закончила единорожка и облегченно перевела дух.

Гаусс внимательно слушал ее, и мысленно отмечал важную информацию. «Тот особняк как раз принадлежал шестой дочери из рода Смартхуфов. Просто совпадение или...нет? Надо будет наведаться туда, когда все закончится. Желательно с отрядом стражи.» — Тут вагон погрузился в темноту, отчего единорог вздрогнул.

-Эй, какого Дискорда? Что случилось!? – Немного истерично сказал единорог, крутя головой в полной темноте. Тут вагон охватило фиолетовое свечение, исходящее от рога Твайлайт. Она удивленно смотрела на жеребца.

-Мы въехали в туннель... – Она хихикнула, — Извини, видел бы ты свою морду... – Она открыла рот и глаза пошире и пригнула одно ушко, изображая жеребца в тот момент. Увидев такую картину, он захохотал. Твайлайт тоже хихикнула.

-Сколько нам ехать? – Спросил он, когда «хохотушки» закончились.

-Примерно часа два, — Ответила единорожка.

-Тогда я посплю, — Он лег на лавку, откинувшись на сумку с сундуком. Почувствовав на себе взгляд единорожки, он посмотрел в ее сторону.

-Что? – Жеребец поднял одну бровь.

-А можно мне...тоже, — Покраснела Твайлайт.

-Конечно можно, какие вопросы. Ложись и спи, — Ответил единорог, не понимая, что имела ввиду волшебница. Она сильнее покраснела и спрыгнула со своего места. Несколько раз цокнули копыта, и она залезла на жеребца, устроившись на животе.

Тот ошарашенно посмотрел на нее. Несколько шестеренок в голове скрипнули, начиная двигать мыслительный процесс. Наконец до него дошло, что именно имела ввиду кобылка. Неожиданно для себя, единорог покраснел, и было отчего.

Слушая биение сердца, вдыхая запах лавандовой шерстки, чувствуя тепло на своем животе, Винсент впервые за долгое время почувствовал себя по настоящему живым. Он понял, что до этого он не жил, а только и делал, что пытался собрать детали для машины. Незаметно для себя, он погрузился в сон.

-Кхм, кхм, — Раздался кашель. Единорог открыл заспанные глаза. Извернувшись, он посмотрел в сторону, откуда донесся кашель. В проеме стоял тот самый кондуктор. Перехватив взгляд единорога, он сказал:

-Не хотелось бы вам мешать, но мы уже приехали, — Он развернулся и пошел дальше. Спросонья единорог не сразу понял, что он имеет ввиду.

На нем что-то зашевелилось. Он перевел взгляд на живот. Перед ним оказалась заспанная мордашка Твайлайт, которая пыталась проснуться. Единорог осторожно поцеловал ее в лоб и как можно аккуратнее выбрался из под кобылки.

-Что? Где я? – Залепетала она, еле держа глаза открытыми.

-Мы приехали, Твайли, — Ответил он, разминая затекшие копыта.

-Куда?

-В Плантейт, — Пошутил единорог.

-Что? Как?! Мы же ехали в Понивиль? – Тут же вскочила единорожка и выглянула в окно. Заметив здание Ратуши, она повернулась к жеребцу, который смотрел на нее с улыбкой до ушей.

-Очень смешно, — Пробурчала она, поднимая магией сумку. Водрузив ее на подставившего спину жеребца, они не спеша вышли на перрон. Твайлайт сославшись на то, что надо проведать подруг, пошла в сторону Ратуши.

-Не забудь принести артефакты, — Сказал ей жеребец, прежде чем она ушла. Единорожка кивнула на ходу, и перешла на легкий галоп.

Гаусс проводил ее взглядом и сгибаясь под весом сундука, двинулся в сторону своего дома. Прохожие с удивлением провожали жеребца глазами. Он вздохнул, понимая почему они так смотрят. «Единорог не использующий магию – вымирающий вид.» – Он горько усмехнулся своим мыслям.

-Уважаемый, погодите, пожалуйста, — Раздался голос откуда-то справа. Единорог остановился и посмотрел в сторону говорившего. Им оказалась незнакомая кобыла, желтого цвета с Кьютимаркой в виде кипа бумаг и печати.

-Вы ведь Гаусс, так? – Спросила она, на что жеребец кивнул, — С вами хотел бы поговорить один уважаемый Господин. Думаю, вы его знаете. Синий земной пони.

-У меня график разговоров с отребьем расписан на год вперед, зайдите позже, — Грубо ответил Гаусс. Кобыла сузила глаза, недобро посмотрев на жеребца.

-Выбирайте слова, уважаемый. А то так можно и без языка остаться, — Посоветовала кобыла.

-Уже двадцать лет живу, а язык на месте, — Парировал он, — О чем именно он хочет поговорить? Если это недостойно моего внимания, то прошу меня извинить – дела.

-О, поверьте, вам точно лучше прийти. Или кто-то может пострадать, например Мисс Спаркл, — С угрозой в голосе проговорила кобыла. Внутри жеребца стала закипать злоба, но он не показал виду, сохранив морду камнем.

-Угрожаете? – Спросил он.

-Нет, констатирую факт, — Последовал ответ.

-Через десять минут, мне надо зайти домой, — Не желая продолжать спор, согласился единорог. Дождавшись кивка, Винсент двинулся в сторону дома, на ходу размышляя, что его ждет, когда он зайдет в палату.

«Видимо это животное оказалось знатного рода. Попытается отомстить за потерю конечности? Скорее всего. Надо выбрать схему поведения при разговоре. Ай, к Дискорду, будь что будет.» — Единорог дошел до дома.

Пройдя по коридору до входа в подвал, жеребец рискуя сломать себе шею, стал аккуратно спускаться по лестнице. Оказавшись внизу, он скинул сумку. Хрустнув позвоночником, Гаусс поднялся по лестнице и подумав, наложил на дверь запечатывающее заклинание.

Вскоре он дошел до места, где его ждала желтая кобыла. Заприметив единорога, она призывающие кивнула, показывая следовать за ней. Жеребец послушно следовал за желтым крупом, глядя по сторонам.

Наконец-то откуда-то спереди потянуло запахом лекарств. Желтый «секретарь» — как назвал ее жеребец, толкнула дверь. В больнице ничего не поменялось, за исключением того, что вместо старой кобылки на ресепшене сидела новая.

Последовал короткий обмен фразами, после которых «секретарь» свернула в правый коридор и прошел до одной из дверей. Единорог глянул на табличку над дверью. «Травматология» — Гласила табличка.

Дверь открылась, пропуская жеребца внутрь. Винсент бегло осмотрел комнату. Белые стены, окно, выходящее на речку, столик и больничная койка. На последней лежал синий жеребец, наполовину укрытый одеялом.

Гаусс посмотрел на насильника и почувствовал как злость вновь стала закипать внутри, но он умело засунул ее куда подальше. Синий пони открыл глаза и посмотрел на жеребца и кобылу. Он кивнул последней, и она вышла. После перевел взгляд на единорога.

-Думаешь, что останешься безнаказанным? – Спокойно спросил жеребец.

-Не думаю, а знаю, — Так же спокойно ответил Гаусс.

-И что же позволяет тебе так думать? – С насмешкой спросил насильник.

-Я под покровительством Принцессы Луны, — Соврал единорог, наблюдая за реакцией калеки.

-Вот как? – Он хмыкнул, — Я тут навел справки на тебя. Ты знал, что разыскиваешься в нескольких городах, а одна уважаемая особа назначила за твою голову награду? Что скажет Принцесса, когда узнает об этом? – Он победно ухмыльнулся.

-А я и не скрывал этого, — Парировал единорог, — Говори, зачем я тебе нужен, а потом я уйду. Ну?

-Ладно, — Он устроился поудобнее, — Никому не рассказывай о том случае, в переулке. Я щедро заплачу, — Единорог удивленно вскинул брови.

-Золото? Мне не нужно золото, — Заявил единорог.

-А что тебе тогда нужно? – Уже не таким уверенным тоном спросил жеребец.

-Сделай так, чтобы меня больше не искали в тех городах, где я разыскиваюсь, — Предложил единорог. Земно-пони откинулся на подушку, раздумывая.

-Ладно, — Наконец выдал он, — Ты клянешься не рассказывать никому о той ночи?

-Клянусь, — Поклялся единорог, мысленно усмехаясь.

-Вот и хорошо. Пад! Пад, иди сюда. А ты можешь идти, — Он посмотрел на единорога. Тот чуть поклонился и вышел. «Твайлайт узнала о том, что он изнасиловал жеребенка еще до этой сделки. Так что фактически, я ничего не нарушаю.»

Единорог вышел с территории больницы и двинулся в сторону небольшой речушки, дабы обдумать дальнейшие действия в спокойной обстановке. Добравшись до речки, он прошел немного дальше, вдоль русла.

Впереди виднелась небольшая полянка, окруженная деревьями. Жеребец чуть ускорил шаг. Добравшись до эдакого... «Анклава», единорог прошел под сень деревьев и уселся на теплую траву. Над самым рогом единорога пролетело несколько певчих птиц.

Жеребец лег на спину, рассматривая синее небо с редкими облаками, единорог и не заметил, как к нему кто-то подошел. Небо закрыла мордашка бежевого цвета. Нос кобылки был окружен более светлой шерстки, создавая ясно видимый контраст.

Большие глаза с любовью смотрели на единорога. Гаусс задержал дыхание, сердце пропустило удар. Он закрыл глаза и глубоко вздохнул. Затем открыл – ничего не изменилось, мордашка кобылки все еще была на месте. Он слабо улыбнулся.

-Нет. Этого не может быть. Ты мертва. Уже двенадцать лет как мертва, — Проговорил он, вкладывая в каждый слог веру в свои слова.

-Но я тут. С тобой. Причем я более реальна тем все то, что ты видишь, — Она убрала копытцем непослушные пряди волос со лба единорога.

-Но этого не может быть. Если я тут, значит мое тело мертво? – Тихо спросил он.

-Ты не мертв, Гаусс, — Раздался низкий голос. Единорог чуть повернул голову, и посмотрел на говорившего.

-Этого не может быть, я точно мертв, — Он рассмеялся, — Болезнь съела мое тело раньше, чем я рассчитывал. Верно? – Спросил он, утирая невольно выступившие слезы.

-Ты скорее жив, чем мертв, — Уверенно ответил тот же голос.

-И ты даже переживешь меня, — Раздался старческий голос.

-Питхониссам? – Удивился единорог, — И ты тоже умер, верно?

-На следующий день, после того как ты ушел, — Усмехнулся старик.

-И что это все значит? Самые значимые мной пони собрались здесь, в «Анклаве» деревьев. Ради чего? – Единорог уселся на круп.

-Смерть – это еще не конец, — Загадочно отозвался светло-серый жеребец, с гривой пепельного цвета.

-Ты как всегда прав, милый, — Улыбнулась кобылка.

-Закончи машину, мальчик мой. Амулет Аликорна справа, лезвие от алебарды слева, а диадему посередине, — Проговорил старик.

-Разве не наоборот? – Удивился единорог, — Амулет слева, лезвие справа.

-Это Он тебе об этом сказал? Не верь ему, — Резко отозвался серый жеребец.

-Да, твой отец прав. Ты наверняка не знаешь, что после того, как ты попал в замок, Он захватил контроль над телом? – Единорог отрицательно покачал головой, — Бедный ты мой, иди сюда, дай я тебя обниму, — Кобылка обхватила шею жеребца передними ногами. Тот обнял ее в ответ.

-Мы всегда будем с тобой, Гаусс, — Кобылка отстранилась и тепло улыбнулась. Единорог улыбнулся в ответ.

-Хей, Винс! Ты что такой грустный? – Рядом с ним приземлился Саймон, — Видно сельдерей жевал невкусный, — Пошутил пегас, одной известной ему шуткой. Он явно не замечал еще троих пони, которые на разной степени удаленности стояли от единорога.

-Как ты меня нашел? – Удивился единорог.

-Услышал как кто-то говорит сам с собой. Решил проверить, кто это у нас такой. Вот примерно так, — Ответил пегас.

-Как понять сам с собой? – Возмутился единорог. Затем показал копытом на стоящую рядом кобылку. Пегас проследил за копытом. Затем покачав головой, мягко спросил:

-Винсент, с тобой все в порядке?

-Конечно, в полном. Верно, мам? – Он повернул голову.

-Абсолютно, — Подтвердила она.

-Видишь? Мама говорит, что со мной все в порядке. Что ты так на меня смотришь? – Удивился единорог, глядя на полные сочувствия глаза пегаса.

-Винсент, твоя мама погибла двенадцать лет назад, — Осторожно проговорил он.

-Я тоже так думал, но вот она, — Он вновь показал копытом в сторону деревьев.

-Ты...головой не ударялся? – Обеспокоенно спросил пегас.

-За кого ты меня принимаешь? Я всегда был аккуратен по отношению к себе. Верно, пап? – Он повернул голову в другую сторону.

Пегас в шоке смотрел на разговор единорога с самим собой. Тот задавал вопросы и сам же отвечал на них. «Либо он придуривается, либо у него едет крыша. Нужно отвести его к Твайлайт, может она и поможет чем.»

-Пошли к Твайлайт? – Предложил пегас.

-А пошли. Мне все равно нужно было к ней, — Согласился Гаусс.

Библиотека Твайлайт.

Фиолетовая единорожка сидела в окружении своих подруг, и рассказывала о том, что произошло в замке, предварительно взяв с них Пинки-клятву, что они никому не расскажут. Кобылки с интересом слушали ее рассказ, не забывая вставлять вопросы.

-У Принцессы Луны был возлюбленный? – Ахнула Рарити, картинно прикрыв рот копытцем.

-Да, причем по ее словам он был гениальным ученым. Вот бы поговорить с ним, наверняка он много чего знает, — Мечтательно произнесла Твайлайт.

-А че там дальше то было? – Поторопила ее Эппл Джек.

-Потом он попросил Принцесс, чтобы они... – Ее прервал стук в дверь. Твайлайт спрыгнула с диванчика и процокала к двери. Не успела она подойти, как дверь с грохотом открылась и внутрь прошел Саймон.

-Что ты себе позволяешь? – Возмутилась единорожка, но Саймон шикнул на нее. Затем взглядом указал на единорога, который прошел вслед за ним.

-У него поехала крыша, — Шепотом пояснил пегас. Левое ушко единорога дернулось, и он повернулся в сторону Саймона.

-Я в полном порядке! Почему ты думаешь, что я спятил? Ты не спятил. Спасибо, мам, — Спросил и ответил он, улыбаясь.

-Видишь, о чем я говорю? – Прошептал пегас, косясь в сторону единорога, который о чем-то говорил сам с собой. Вот он рассмеялся. Единорожка медленно кивнула.

-Винсент? – Позвала она.

-Да? – Тут же обернулся к ней единорог.

-С кем ты говоришь?

-С тобой, – Невозмутимо ответил жеребец.

-А до этого?

-С отцом. Это твоя особенная пони? А она красивая. Повезло тебе, мальчик мой, — Отвечал единорог.

-Сахарок, с тобой все хорошо? – Спросила Эппл Джек.

-Ох, Святая Селестия, сколько еще раз мне повторить? Да, все в порядке. Почему все вокруг думают, что я сошел с ума? Они завидуют. Завидуют чему? Тем, что ты можешь поговорить с нами, а многие из них – нет. Хах, что правда, то правда, — Говорил единорог. Все ошарашенно смотрели на Гаусса, только Пинки принюхивалась к чему-то, с подозрением смотря на жеребца.

-Твайлайт, Амулет у тебя? – Обратился к ней единорог, на что волшебница кивнула, — Так давай его и диадему сюда, закончим это. Мне хочется поскорее закончить все это. Зачем тянуть поня за хвост? – Твайлайт повторно кивнула и пятясь прошла на второй этаж.

-А она любит читать, — Заметил единорог и не дожидаясь ответил сам, — Конечно! Она очень умная. А еще красивая. Да, очень красивая. Умная, красивая и добрая, что еще можно желать? Чтобы она любила тебя, и ты любил ее. А! С этим тоже нету проблем... – От этого монолога, Саймон поежился, как от холодного ветра. Больно смотреть, как твой лучший друг сходит с ума.

-Вот они, — Поддерживаемые магией в комнату влетели два могущественных артефакта.

-Твайлайт, это же один из элементов, — Дернулась было Рейнбоу, но фиолетовая единорожка ее успокоила.

-Не волнуйся, элемент не может быть уничтожен, пока я жива, — Рейнбоу уселась на свое место, сверля взглядом единорога. Тот не обращал на остальных никакого внимания — общался сам с собой. Твайлайт удрученно вздохнула, покачав головой.

-Твайлайт, а можно нам с вами...Если ты не против? – Робко спросила Флаттершай.

-Это не ко мне, а к нему, — Она указала на единорога.

-Эм...Винсент, можно нам пойти с вами? – Еще тише спросила Флаттершай, прячась за диван.

-Флаттершай, чем меньше пони будет у машины, тем лучше, — Ответил единорог, едва расслышав, что там хотела пегаска.

-Это почему? – Подозрительно спросила радужногривая пегаска.

-От перегрузки машина может взорваться, — Пояснил жеребец, — Ну, пошли? – Он обернулся к Саймону и Твайлайт. Они кивнули и первые вышли из дома. Жеребец вышел последним, прикрыв за собой дверь.

Несмотря на хорошее настроение, тяжелые думы бродили в голове единорога. «Энергии может не хватить. Создать ситуацию искусственно. Заставить Саймона изнасиловать собственную сестру. Видимо на это и намекала статуя, раз поведала об запретном заклинании. Но это на крайний случай, будем надеяться, что энергии хватит.»

-Саймон, можешь позвать свою сестру? – Спросил Винсент, не отрывая взгляда от земли.

-Я как бы тут, — Раздался звонкий голос. Гаусс посмотрел в сторону лаймовой пегасочки, — Хотелось бы посмотреть, на что вы с Саймоном убили столько времени, — Единорог согласно кивнул. Четверо пони прошли в дом. Рог единорога коротко сверкнул – запечатывающее заклинание исчезло. Они спустились по лестнице в подвал. Спускаясь по лестнице, единорог отметил, что три «духа» пропали. Сердце единорога забилось быстрее, предчувствуя скорую развязку.

-Положи артефакты сюда, — Единорог кивнул на место рядом с сундуком. Жеребец прошелся мимо трех могущественных артефактов. Удовлетворенно кивнув, он обратился к Твайлайт:

-Твайлайт, спасибо тебе за помощь. Теперь отправляйся домой и жди там, — Единорожка кивнула и помедлив обняла жеребца так, напоследок. Послышался цокот копыт и звук закрываемой двери. Рог снова сверкнул, запечатывая дверь.

-Лайм, Саймон, вы мне не поможете? – Он кивнул на одну из колон. Саймон кивнул и приподнял колону, в то время как его сестра поддерживала ее, чтобы она не упала.

-Поставьте ее слева от машины. Отлично, теперь возьмите провода. Это те толстые веревки, — Предугадал жеребец вопрос, — Свободный конец провода просуньте через дырку на пробке.

-Что дальше? – Спросил пегас, когда с этим было покончено.

-Возьмите Амулет Аликорна и поместите его на правую колону. Лезвие на левую,а диадему посередине. Нет, на колону позади машины, — Раздраженно бросил он, когда диадема опустилось на чашу, предназначенную для Кристалла.

-Отлично, — Единорог достал из кармашка Кристалл, — Положите его в чашу.

Последняя деталь была на месте. Единорог несколько раз глубоко вздохнул и подошел к рычагам. Саймон спросил, можно ли идти, но единорог проигнорировал его. Положив копыто на генератор, он замер на секунду и с силой дернул вниз. В колоне раздался привычный треск, по антеннам пробежали электрические разряды. Вот разряды дошли до артефактов и...ничего не произошло. «Нехватка Эмоций» — Единорог сразу помрачнел и повернулся к удивленным пегасам.

-Прости, Саймон.

-Что? – Удивился тот. Единорог зажмурился и стал мысленно зачитывать заклинание. От рога потянулся темное «щупальце» к голове пегаса. Тот вскрикнув, схватился за голову. Единорог напрягся, стараясь подавить волю пегаса.

Лайм непонимающе переводила взгляд с Гаусса на Саймона. Заподозрив неладное, после очередного вскрика брата, она было рванула к единорогу, но что-то цепко схватило ее за ногу. Саймон крепко вцепился в заднюю конечность сестры. В его глазах было непонимание и страх.

-Гаусс, какого Дискорда!? Я не могу себя контролировать! – Истерично закричал жеребец, стараясь пошевелится, но тело было плотно оковано в невидимые «щупальца».

-Так надо, — Сквозь зубы сказал единорог и дернул головой. Пегас подмял кобылку под себя, отчего она испуганно заверещала. Рывок – копыто бьет в мягкий бок. Рывок – сильнейший удар по крылу, отчего оно ломается. Крик Лайм.

-Гаусс, ты больной псих, остановись! – Закричал пегас, стараясь хоть как-то задержать удары.

-Прости, — Выдавил Гаусс. Из глаз текли слезы, напряженное сознание натянулось словно нитка, грозясь порваться в любой момент. Очередной рывок – пегас переворачивает избитое тело сестры на спину, пристраиваясь у живота.

-Что? НЕТ! Гаусс, НЕ смей!!! – Пегас зарыдал, не в силах хоть как-то помешать единорогу совершить то, что он задумал.

-Это единственный способ, — Едва слышно прошептал единорог. Еще одна вспышка – «Заклинание Крови». Обеспечив прилив крови к половому члену жеребца, он сумел добиться эрекции. Лайм зарыдала, когда что-то большое ткнулось в ее щелочку.

-Прости, Лайми, прости, — Рыдал пегас. Сильнейший рывок, и пульсирующий половой орган жеребца разом врывается внутрь тела кобылки. Из разорванной щелочки потекла струйка крови. Лайм закричала, когда член начал двигаться внутри.

Гаусс не в силах слушать крики, закрыл уши копытами, но и это не помогало. Кристалл хищно сверкал посреди этого ужаса, впитывая эмоции. От рыдающей пары тянулось еще одно темное «щупальце», но уже к Кристаллу.

Нервы единорога окончательно сдали, когда пегаска тоненько пропищала – «Мама!». Плотина, выстроенная Кристаллом рухнула, затопив мозг Гаусса негативом. Единорог сжался и пронзительно закричал, но не выпустил пегаса из магического захвата.

Единорог поднялся на негнущихся ногах и кое-как доковылял до рычагов. Просто повиснув на одном из них, он запустил машину. Раздалось протяжное гудение, треск в колонах. Артефакты, пропустив через себя заряд электричества, вспыхнули и от каждого из них к Кристаллу потянулся луч магии. Черный от Амулета Аликорна, Белый от лезвия алебарды и Фиолетовый от диадемы.

Кристалл начал трескаться, пропуская через себя огромное количество магии. Три луча отразились от кристалла и ударили в стоящего рядом с машиной единорога. Тот заорал, схватившись за голову. Слишком поздно Гаусс понял, почему статуя просила расположить именно в таком порядке.

Светлая магия должна была отдать свои силы на мозг единорога, Темная – на лечение тела, а Чистая – служить проводником. Сделав все в точности наоборот. Темная магия стала порабощать разум, в то время как Светлая не могла ей помешать.

Грива жеребца стала развиваться кровавым облаком, от глаз потянулся черный шлейф. От огромного количества магии, кости стали расти, растягивая тело. Маг орал и дергался в конвульсиях, из старого тела «лепили» новое.

Подвал сотрясался от гула работающей машины. Одна из колон, не выдержав напряжения треснула и завалилась на бок, обрубая провода. Генератор задымился и вскоре с оглушительным звуком взорвался, задевая при этом машину.

Словно живое существо, она загудела на еще более низких частотах. Металл начал изгибаться от огромного количества магии. Кристалл со звоном бьющегося стекла рассыпался в пыль. Подвал озарила ослепительная вспышка.

-Сестра! Ты почувствовала это?! – Воскликнула Луна, всем своим телом ощутив вспышку магической энергии.

-Да. Похоже, машина сработала. Переносимся в Понивиль, у меня плохое предчувствие, — Спокойно проговорила Селестия, прежде чем телепортироваться.

Твайлайт в панике бегала по библиотеке. Все датчики фиксирования магической энергии словно взбесились – они как один показывали запредельные отметки Темной магии. Единорожка даже сразу и не заметила, как из вспышки белого и синего цвета вышли Принцессы.Лишь когда она наткнулась на белую грудь Аликорна, волшебница наконец заметила их.

-Принцесса Селестия! Все датчики показывают запредельное количество Темной магии! – Выпалила Твайлайт на одном дыхании. Селестия молча коснулась ее рогом, призывая успокоится. Когда кобылка немного пришла в себя, она тут же спросила:

-Твайлайт, где находится дом Винсента?

-Пойдемте, Принцесса, я покажу, — Единорожка призывно махнув копытом, выскочила из дома. Аликорнам пришлось последовать за ней. В городе творилось что-то страшное – пони в панике убегали бегали по улицам, запираясь в домах.

-Это Принцесса Селестия! Спокойней, всепони, сейчас она во все разберется! — Закричал какой-то жеребец, показывая передней ногой на Принцесс. Те не обращая внимания на суматоху, следовали за Твайлайт. Откуда-то из-за домов поднимался столб черного, едкого дыма.

-Что здесь произошло? – Спросила Принцесса у Мэра Гривы, которая в растерянности рассматривала остатки некогда добротного дома.

-Я не знаю, Ваше Высочество. Все было спокойно, как вдруг раздался взрыв, и в небо ударил какой-то темный столб. После чего дом сложился внутрь, — Отрапортовала пожилая кобыла. Селестия только открыла рот, как несколько крупных облаком рассыпались в пыль, и из-под них показалась нога, покрытая чем-то черным.

Жители Понивиля в страхе попятились, когда как Принцессы стойко стояли на своих местах, внимательно наблюдая за происходящем. Вот рядом появилась вторая нога, так же покрытая какой-то неизвестной субстанцией.

Через край ямы перевалилась фигура единорога, покрытая все той же черной субстанцией. Только серый рог выделялся на черном фоне. Гаусс закашлялся, сплюнув липкую слюну, смешанную с кровью.

Жеребец открыл глаза, и на жителей Понивиля уставилось два самых обычных глаза, только красного цвета. От них тут же потянулся черный шлейф. Единорог глубоко вздохнул и...чихнул, от попавшей в нос пыли.

Мундир обрывками висел на нем, только накидка осталась на месте. Тут от нее отделилось зеленое облачко и искря скрылось в короне Принцессы Луны. Единорог проводил его взглядом. Задержал взгляд на Принцессах.

-Это совсем не то, на что я рассчитывал! А на что ты рассчитывал? Что магия избавит мое тело от болезни, а вместо этого теперь я...Такой! Что это за черная гадость вообще?! – Внезапно заговорил единорог сам с собой, придирчиво осматривая себя.

-Ого! А что случилось с моей гривой и хвостом? Неплохо смотрится, кстати. Да, я тоже так думаю, — Единорог завертелся на месте, следя за хвостом, который плавно перетекал по воздуху вслед за крупом.

-Кхм, кхм, — Решила напомнить о своей присутствии Селестия. Единорог тут же уставился на нее, и его глаза злобно блеснули.

-Ага! Это же Селестия, верховная правительница Эквестрии, — Он плюнул вязкой слюной в сторону белого Аликорна. Та нахмурившись следила за действиями единорога.

-Для своего возраста, она неплохо сохранилась. А ты не знал? Она поддерживает свой внешний вид с помощью магии, — Вновь заладил единорог, — Что это вообще за гадость? – Рог коротко вспыхнул, и черная субстанция пузырясь, стала сползать с тела жеребца.

Под ней была все та же серая шерстка, только черных пятен стало больше – край одного из них выглядывал из под накидки. Единорог сделал несколько шагов вперед и замер, не в силах пошевелится.

-Это что еще за шутки? Пусти, я хочу увидеть Твайлайт, — Грозно произнес единорог, гаденько улыбаясь.

-Что тебе нужно от Твайлайт? – Спокойным тоном спросила Селестия, едва сдерживая ярость. Аликорн отчетливо чувствовал, что от старого Винсента мало что осталось.

-Да так, обнять, потискать, посмотреть, что внутри...Упс, это было лишнее. Дурак, зачем ты сказал? Теперь тебя убьют! Нет, не посмеют, у Селестии не хватит сил. Точно? Абсолютно, я уверен в этом, — Говорил единорог, с той же гаденькой улыбочкой медленно поднимая копыто.

-Ну все, с меня хватит, — Выпалила Рейнбоу и рванула к Гауссу. Никто не успел среагировать, только единорог чуть прищурил глаза, натягивая улыбку пошире. Раздался мерзкий хруст, и пегаска свалилась на землю, пронзительно вскрикнув.

Крыло Рейнбоу было согнуто в другую сторону, сломанная кость пробила тонкое покрытие крыла и торчало колом. Жители Понивиля запаниковали и стали разбегаться, но Принцессы не замечали этого.

-Кто следующий? – Довольно спросил единорог. И тут Селестия не выдержала, дала волю ярости. Рог Аликорна охватило яркое свечение и с него сорвался луч света, в то место, где стоял единорог. Вспышка, и на месте единорога остался выжженный круг.

-Я тут, — Раздался довольный голос откуда-то справа. Селестия рывком развернулась в сторону единорога и повторно использовала заклинание.

-Снова мимо, — Вспышка, — Мимо, — Вспышка, — И опять мимо! – Единорог довольно захохотал. Солнечная Принцесса злобно сопя, уставилась на жеребца.

-Какого Дискорда? Темные маги не могут использовать заклинания простых единорогов, — Прошипела Селестия. Единорог снова довольно хихикнул.

-А кто сказал, что я использую телепортацию? В заклинаниях темных магов есть много способов для перемещения, — Фигура единорога опала черным песком и собралась на том же месте, — Разве это не прекрасно?

-Что может быть прекрасного в Темной магии? – Спросила подошедшая Луна.

-Все! – Тут же отозвался единорог.

-Что может быть прекрасного в разрушении и причинение боли?

-Абсолютно все!

-То есть, ты рад, что стал таким?

-Абсолютно верно, да! – Радостно отозвался жеребец, не замечая, как рог Селестии постепенно наливается белым свечением.

-Я бы не советовал тебе этого делать, Селестия, — Не оборачиваясь сказал единорог и в этот момент с рога Селестии сорвался очередной магический луч.

-Ничему тебя жизнь не учит. Живешь уже более тысячи лет, а так ничему и не научилась! Забыла битву с Сомброй? – Собираясь из песка спросил единорог. С его рога сорвалась темная молния и ударила в Селестию, отчего она отлетела на несколько метров.

-Ах ты... – Глаза Луны засветились белым светом, — Как ты смеешь причинять Нам боль!? Познай Наш гнев! – Традиционным Королевским Кантерлотским Голосом прокричала Ночная Принцесса, разгоняя пыль взмахами крыльев.

-Ну же, давай! – Гаусс повернулся к ней. Луна подняла передние ноги к небу, отчего его тут же заволокло грозовыми тучами. Налетел порыв сильного ветра, трепыхая накидку единорога. Тот довольно прикусил губу, подставив морду под порывы ветра.

Грянул гром и из самого центра большого облака вниз полетели фиолетовые и синие капли, размером с арбалетный болт. Винсент попытался вновь рассыпаться в песок, как он и делал раньше, но что-то блокировало его магию. Селестия твердо стояла на ногах, свеча рогом.

Он дернулся, когда первая капля достигла тела. Шипя, она прошла насквозь, не оставляя видимых повреждений. Но крик боли из глотки жеребца разрушил неверное представление. Капли состояли из Чистой магии, и проходя через тело причиняли большой вред магической энергии.

Ноги жеребца подкосились, и он едва не упал на землю. Черный шлейф заструился быстрее, и единорог распрямился. Рог охватило черно-красное свечение и от него потянулось «щупальце» к голове Ночной Принцессы.

Магический дождь тут же оборвался, когда «щупальце» достигло головы Принцессы. Глаза Луны закрылись, и она стала опускаться на землю. Белый Аликорн за спиной единорога вскрикнул, когда он усилил давление на мозг младшей правительницы.

-Что, Селестия, не нравится, да? – Злобно прошипел он, постепенно усиливая давление. Из глаз Селестии потекли слезы – связь с сестрой была слишком сильной, боль Луны передавалась и ей. По рогу единорога пробежало несколько искр, наращивая смертельный заряд Темной магии.

-Последнее слово? – Поинтересовался Гаусс, победно ухмыляясь.

-Гармония... – Прошептала Солнечная Принцесса, слабо улыбнувшись.

-Что? – Единорог обернулся и увидел радужный след, который тянется от шестерки пони. Пока он «разбирался» с Принцессами, Эппл Джек нашла диадему среди развалин, а Пинки сбегала за остальными элементами.

— Жеваное сено... – Пробормотал Винсент, прежде чем радужное свечение накрыло его. Единорог заорал от нестерпимой боли. Однако силы Элементов не хватало. Белый Аликорн поднялся на ноги, собирая на кончике рога последний заряд.

-Рецеде (1) ! – Крикнула Селестия, и луч Светлой Магии попал в единорога.

-Рецеде! – Так же крикнула пришедшая в сознание Луна – луч Темной магии устремился в единорога. Три магии смешались в один поток, обрушивая на Гаусса всю свою мощь. Постепенно очертания единорога исчезали в потоке магии.

Селестия открыла глаза, потеряв сознание на несколько секунд, от перенапряжения. Все уже было кончено – посреди выжженного участка земли одиноко лежала покрасневшая от переизбытка магии часть рога.

---
Рецеде — Изыди [От Лат.]