Автор рисунка: Stinkehund
Машина Гаусса

Эпилог

-Принцесса Луна? – К одиноко стоящей фигуре Аликорна подошла вторая фигура.

-Мне интересно, как такое могло произойти? – Спросила Луна, смотря на ночное небо.

-Элементарно, Принцесса. Машина была более функциональная, чем думал Гаусс. Он рассматривал ее как приспособление для излечения своей болезни. Машина действительно могла сделать это, но он не послушал меня.

-О чем ты говоришь? – Удивилась Луна.

-Незадолго до того, как он попал в замок, я сказал ему как правильно расположить Артефакты. Лезвие на правую, Амулет Аликорна на левую и диадему на центральную колону. Но машина никогда бы не сработала без воли самого единорог. Я видел, что случилось тогда, в подвале. Негатив одержал верх над здравым смыслом. Вы видели, как он говорил сам с собой? На самом деле, ему казалось, что он говорит с давно умершими родственниками или дорогими ему пони – но это была иллюзия, навеянная его же сознанием, с целью получения могущества. Странно, верно? Его же сознание заставило его поменять Артефакты местами, из-за чего это все и произошло. Он получил огромное количество магии – взамен отдав свой разум в пучину злобы и безумия, — Пони замолк. Принцесса Ночи вздохнула, поворачиваясь к нему.

-Мне жалко Твайлайт, — Призналась она, — Когда я увидела, как она плачет – я увидела в ней себя, тогда, в ту ночь...Хорошо, что Тия сразу забрала ее к себе. Один раз уже утратив сестру, она не могла позволить себе повторить своих прошлых ошибок. Мне жаль, что он умер, — Добавила она, смотря на пони. Свет от ночного светила попал в глубь комнаты, озаряя бледным свечением собеседника Луны.

Красный жеребец с синей гривой и пустыми, мертвыми глазами молча смотрел на синего Аликорна. Луна вздрогнула – все еще не привыкла видеть своего возлюбленного таким...живым. Жеребец подошел к Принцессе и попытался поднять ногу, чтобы дотронуться до мордашки Ночной Принцессы.

-У всего есть начало и конец, — Проговорил он, едва шевеля мертвыми губами. Переднюю ногу жеребца охватило синее свечение, поднося ее к мордашке Аликорна. Луна вздрогнула от прикосновения ледяной конечности. Луна распахнула крылья и обняла ими холодное тело жеребца.

-Я люблю Вас, — Прошептал жеребец.

-И я тебя... – Луна поцеловала пони в мертвые губы и повернулась к своей небесной сестре. Кантерлот спал, в немногих окнах до сих пор горел свет. Ночное светило медленно двигалось на запад, постепенно уступая ночь дню.

-Кстати, он не умер, — Прервал затянувшуюся тишину Арбитер.