Автор рисунка: BonesWolbach
Плохой день. Город рая.

Иногда они приходят...

В голове бардак. Мыслей много, но почти всем нет значения. Сквозь темень был слышен треск костерка и посапывание единорожки. Лира, прижавшись ко мне, спала крепким сном.

А в голове, кроме помойки ненужных и бесполезных мыслей, ещё и боль. Как с похмелья. Я приоткрыл глаза, ощущая некий холодок, исходивший от камня, к которому я прижался спиной. Единорожка с улыбкой на мордашке обхватила меня и прижалась ко мне. Вот только я не придавал этому значения. Сейчас середина ночи. Я попытался приподняться, но решил не будить Лиру, да и к тому же, у меня есть рог! Что мне мешает сейчас слеветировть к себе фляжку с водой, которая, как ни странно, была рядом, я мог спокойно дотянуться до неё. Собственно это я и сделал, ибо с магией у меня всегда было плохо. Ну почти всегда, до того момента, когда рог не сломался. Кстати, боль вокруг рога тоже присутствовала. Не слишком сильная, как после ожога . Я протянул левую руку к фляжке, открутил крышку, сделал несколько глотков. В горле очень пересохло, а вода сейчас была как спасение с небес. Отложив флягу в сторону, я устремил свой взгляд в небо, на звёзды. Что там скрывается, в небе? Ответа нет, а если кто и знает, то уже не вернётся от туда. Сказать честно, не смотря на всё, я бы не хотел узнавать что там. Пусть это так и остаётся секретом. Я прислонил руку к рогу, как не привычно, вновь ощущать его. Последний раз я его ощущал на верное чуть меньше года назад. Вот бля, теперь в маске дыру делать! Беда, печаль, тоска, разочарование. Я прикоснулся к "ожогу", скрипнул зубами, рукав натянулся, а я увидел, что на мне не мои часы. А другие! Другие, даже ремешок не эластичный, на обратной стороне надпись другая. Объект 504". Какого чёрта на мне часы пятисотого? А, спрошу у Лиры, утром. Пусть пока спит. Я тихонько погладил её по головке. На душе сразу стало спокойно. Костерок продолжал потрескивать, выдавая тепло, не давая холоду охватить нас. Душевное спокойствие продлилось не так долго. В голове вновь прозвучал шёпот, а я занервничал. Растерялся на долю секунды. Затем резко хотел выхватить револьвер, но моему взгляду предстал тот, кто мне сегодня говорил о спокойствии. Я не мог произнести ни слова, ком встал в горле. Удивлению, скорее даже, страху моему не было предела. Пятисотый смотрел на меня своими красными глазами и улыбался. Улыбка его навечно отпечаталась в моём сознании. Конрад мёртв, сгорел, а теперь он здесь, рядом, смотри на меня. Смотрит мне в душу. Сердце билось всё быстрее и быстрее. Воздуха тоже становилось всё меньше и меньше. Каждый вдох был глубоким, долгим. Конрад медленно подошёл ближе, затем присел и продолжил всматриваться в то, как я вжался в камень и уже, придя в себя, резко потянулся за револьвером, но он поспешил остановить меня.

— Не стоит, братишка. — произнёс пятисотый, продолжая смотреть в мою сторону. — Не стоит меня пугаться. — Я хотел было заорать на него, но... — Тише, только не кричи, разбудишь Лиру. — он перевёл на неё взгляд, задумался. Задумался на несколько секунд, но затем снова перевёл взгляд на меня.

— Какого хрена ты тут делаешь? Ты же умер на моих глазах... Я сам видел, как ты сгорел. Только кости остались... Зачем ты здесь?

— Просто, время пришло, первый. Взгляни на сферу. — он указал указательным пальцем в сторону сверкающей сферы. — Те, кто её создал... Им пора умирать. Но я точно знаю, что пони не победят в этой войне. Они не будут ведать с кем бьются, а они — очень могущественные существа. Я сам мало о них знаю. Но пони не выстоят, убить этих тварей можно только магией, а простым оружием разве что только отогнать. Включить сферу, которую я так благополучно чуть не взорвал на хрен. Да, понимаю, на тебя всё свалилось слишком неожиданно, но на меня тоже много чего свалилось в те дни, когда она привела ночных тварей в тот дом. — он указал на Лиру, которая продолжала сопеть, с улыбкой на мордашке. — Я смотрю ты и рог отрастил? Хех, везёт, что только его. Хотя он у тебя был. А вот мне, в свою очередь, вообще всё пришлось отращивать. Демон тебя теперь не побеспокоит, осталось только завершить кое-что.

— Стоп, почему демон меня более не по беспокоит?! — спросил я удивлённо, ибо от Декарда давненько не слова не было. Обычно он мне так докучал во сне, а тут.

— Демон не может бороться с сознанием драгонпони. Да и к тому же, Декард давно мёртв. В тебе лишь его дух, и если раньше, когда ты даже руки зажечь не мог, он мог тебе не сопротивляться, а контролировать тебя, то теперь...

— А почему это я начал именно сейчас.. — я не договорил.

— Ну... — он пожал плечами и улыбнулся. — Что поделать, родной. Ладно, в этом замешан я, как я уже говорил, первый, время пришло, а значит мне нужно было заставить тебя наконец-то подавить этого волчару. Он ещё в тебе, но теперь ты его контролируешь.

— Эм... Ладно, но, как мне вообще пройти за сферу, как восстановить сферу, которая изгонит этих тварей, с чего ты вообще взял, что я буду это делать? — а ведь и правда, а зачем мне всё это.

— Ну у тебя нет выбора, рано или поздно сфера поглотит Эквестрию, а там уже... Умрут все, кто тебе дорог. Выбирай. А уж её, ты точно не хочешь терять. — Он усмехнулся, устремляя свой взгляд в землю. — Я триста лет спокойно жил без неё, а теперь готов отдать всё, только бы быть рядом с ней. Береги её, братишка. Лучше друга, чем она, ты не найдёшь. Просто береги её. Ах да, а теперь о документах.

— Каких документах? — вот это слово меня насторожило, я сразу понял, что за ними точно придётся лезть в самую задницу... Хотя, может и не придётся, в конце концов я до сей поры не верил в то, что вижу. Может это вообще сон?

— Ты думаешь большинство лабораторий не были связаны подземными путями? Чертёж тоннелей есть в одних документах, которые, как ты подметил, в самой жопе. Даже не спрашивай о том, как я это узнал. И ещё, слушай меня внимательно. Документация в заброшенной части комплекса лабораторий на Скайшипе. Тебя там не признают, особенно Твайли, скажешь, что это я тебя послал. С этого момента, пусть ты и волен сам принимать решения, ты будешь меня всегда внимательно слушать. Хорошо? — С чего бы это? С чего я должен его внимательно слушать? Нет, это всего лишь сон. Я начал махать головой, закрыл глаза, медленно сосчитал до пяти, но когда открыл глаза вновь, Конрад стоял и улыбался, с усмешкой произнося. — Это не сон, так вот, когда зебра начнёт на тебя кидаться, дай ей вот это. — Он достал свёрток, протянул его, а затем развернул. Там была маленькая цепочка.

— Что это? — спросил я, взяв свёрток в руки, а затем сунув его в карман куртки.

— Цепочка, это той зебры, когда-то она подарила мне её. Как память о наших приключениях, закопала вместе с моими костями. Думаю только так она поверит. скажи ей "Монреано онрай". Она точно поймёт. А теперь мне пора. Время моё ограничено. — он вновь взглянул на единорожку, хотел протянуть к ней руку, но воздержался, лишь сняв со своей руки браслет, зеленоватый, протянул его мне. — Отдай его ей, думаю она будет в восторге. — Конрад поднялся, сделал выдох, а я уже окончательно перестал верить в то, что это сон, сжимая в правой руке браслет. — Выбор за тобой, братишка. А теперь. — он протянул руку ко мне. — Пора просыпаться! — резко он взвизгнул, прислоним свою руку к моему лбу, а я резко ощутил боль. Сильную, практически не выносимую, но она продлилась лишь несколько секунд.

Я с глубоким вдохом открыл гала, сжимая в одной руке браслет. С меня тёк пот, рекой. В глазах двоилось, а каждый вдох был очень тяжёлым. Область вокруг рога очень болела, а меня очень мучала жажда. Я не ощущал Лиры под боком. Костерок потрескивал, а руки мои тряслись. Как оказалось Лира была рядом, но она не спала, резким движением единорожка схватила простыню, которой стёрла с моего лица капельки пота, слеветировав мне флягу с водой. Чёрт возьми, то был сон? Если да, то каким образом у меня в руке браслет? Что чёрт возьми происходит вообще? Видать меня сильно прижало давлением. Очень уж мне плохо. Лира всё откинула, а затем слеветировала медицинский одноразовый пакет, который уже был открытым, из него прилетела изогнутая игла и специальные нитки, она что, зашивала мне голову? Зачем? Неужели там ужас какой-то? " Ты даже не представляешь какой, первый, что-то я задремал, после той бойни мне прям так спать захотелось. Я смотрю, пока я дремал этот олух сумел до тебя добраться? Старый чертила, что он тебе там наплёл? " — Декард, ну вот только его не хватало. Сейчас же я по пробывал его подавить, заткнуть, но как бы то не было странно, мне это удалось, в-первые у меня это удалось сразу же, в первое мгновение! Мысли, мысли, им не было конца, все они перемешались у меня в голове, составляя общую кашу и бардак, в котором нельзя было найти что-то конкретное.

— Лира, не трогай меня. — я схватил её за ворот, тихонько подтянув её ближе к себе, я тяжёлым вдохом я поднял руку, разжал её, и на её мордашке появилась тонна непонимания. Она резко отпрыгнула от меня.

— Где ты это взял?! — она крикнула.

— Я видел его, Конрада, он говорил со мной... Отдал мне его. Да, я знаю, что это выглядит ужасно, но это так. Безумно. — биение сердца успокаивалось, а я продолжал ощущать боль в голове, но уже не дышал, как после километрового забега. Напротив, каждый вдох уже не был тяжёлым, скорее лёгким, обычным. Лира удивилась ещё больше, она откинула всё, затем слеветировала браслет себе. Смотрела на него, как на... Как на умершего пятисотого. Взгляд её был задумчивым, а она пала духом. Забыла обо всём. Обо всех. Присела, а затем пустила слезу. Я должен был что-то сделать, да вот боль в голове меня скручивала, а каждое движение давалось тяжело. — Хэй, Лира... — Она приподняла свою голову, из глаза её капнули слёзы.

— Зачем ты мне его отдал? Зачем? На, забери его. Забери его назад и не дёргайся, я зашью рану. — Она пихнула мне в грудину браслет, а сама вновь слеветировала иглу с ниткой, начала зашивать рану, заливая её спиртом. От боли даже зубы сводило судорогой. Иногда Лира задевала иглой рог, царапая его. Это вызывало новые, странные ощущения, которые перекрывали боль, мне они даже показались приятными. Очень странно это всё. Год я жил да поживал, а теперь всё вновь свалилось мне на голову, как в тот день, когда я очнулся под Кантерлотом. Когда ощутил тот леденящий холод, тот взгляд из тени, которая была внутри меня. Что-то всегда было не так, что-то всегда было не тем, каким должно было быть.

Лира наконец-то зашила рану, и собрала всё, что выкладывала из своих и моих вещей, ночь ещё долго будет длиться, до рассвета далеко. Я приподнялся и взглянул на левую руку, сова приведя себя в замешательство, ибо на мне были мои часы. Стоп, если то был сон, то откуда у меня этот свёрток и браслет? Ничего не понимаю. " А тебе и не надо" — Декард вновь начал мне докучать. Заткнуть его на этот раз стало проблемой, что-то не давало. Скорее всего головная боль. Лира немного успокоилась, но разговаривать не хотела, изредка она зевала. Я решил начать разговор, ибо по виду Лиры ей было совсем хреново, хотя мне и самому было не слишком хорошо. Да и обсудить это всё не помешало бы, хотя и не очень хочется, больше хочется спать, а ещё кофе, страсть к которому у меня появилась очень давно, месяца три назад.

— Лира, хэй. — Я встал и подошёл к ней, но та словно не замечала меня, делала свои дела. Я позвал её ещё несколько раз, а затем что-то щёлкнуло внутри меня, я схватил её и развернул к себе мордашкой, смотрел в её глаза, которые покраснели от слёз. — Лира, ну ты чего? Почему ты так расстроена?

— Он был... Он был мне так дорог, и вот сейчас, когда я уже почти забыла про него, ты суёшь мне его вещь, которая осталась в его могиле, и если ты говоришь правду, значит он ещё жив, возможно... Тебе не понять, первый. — понять в ярости ли она или в грусти нет возможности. Скорее и то, и то. Что-то надо делать, она же ведь так до следующей недели не отойдёт. Она хотела вырваться, но я обхватил её и поцеловал. Поцелуй был, кажется бесконечным, через секунду Лира уже не пыталась вырваться, а лишь обхватила меня своими копытцами и прижала к себе сильнее. Кажется, мы сейчас забыли обо всём. Кончики наших рогов загорелись, едва видимо. Я сейчас точно не хотел её отпускать, все раздумья развеялись, точнее, исчезли. Мои крылья даже дёрнулись, Лира это ощутила. — Ты всегда умел меня успокаивать. — Лира улыбнулась мне. — Давай завтра это всё обсудим? — Я лишь кивнул в ответ и прижал её мордашку к себе, наши роги ударились друг об друга, мы синхронно улыбнулись, а я даже не заметил боли. Лира отпустила меня, а затем слеветировала всё, что осталось в общую кучку, "выдернув" из неё покрывало, на которое в последствии и улеглась. А я на долю секунды задумался, взглянув вверх, на луну, которая ещё даже не была в зените, затем на сферу, которая светилась не ярким светом. Ветерок подул мне в мордашку, а я впервые за сегодняшний день ощутил спокойствие. Вдохнув свежий воздух и поняв, что мне становится холодновато, ведь ночью замерзаешь быстро, и направился к костру, к той единорожке, которая внимательно следила за мной своим взглядом до самого покрывала, на которое я присел, вытянув ноги, а затем, закинув руки за голову, прилёг. Я был большой для покрывала, так что часть моих ног была вне его, но левую обогревало тепло, исходящее от костерка, так же, как и всю левую часть моего тела. Правую же часть обогревала Лира, которая прижалась ко мне, положив свою голову мне на плечо, а я обхватил её правой рукой, прижав к себе сильнее. Я сейчас забыл про всё, про то, что было, про боль, жажду, ненависть, даже про ту безумную зебру к которой мне вскоре предстоит отправится, не знаю почему, но я точно чувствовал, что нужно сделать то, о чём говорил Конрад. Просто верил в это. Почему? Брату уж точно нужно верить. "Тут ты не прав, даже очень не прав, по себе знаю, кстати, ты в курсе, что я ощущаю всё, что ощущаешь ты? То есть, фактически, я ощущал как ты целу..." в этот момент я напряг мозг и заткнул надоедливого демона. Вот старый волчара, такой надоедливый. Ну ничего, скоро я смогу уткнуть его на всегда, надеюсь..