# Почти у цели...

framework

Когда за одним столом собираются четверо самых известных злодеев Эквестрии, можно ожидать чего угодно. Но не волнуйтесь: пока что у них в планах нет ничего разрушительного. Просто иногда им, как и обычным пони, хочется расслабиться, собраться в уютном месте и рассказать несколько историй… например, о своем противостоянии с Элементами Гармонии. Кто же из них был ближе всех к победе? Это еще предстоит выяснить. И кто знает, какие сюрпризы при этом всплывут...

Как ни прискорбно, сюжет не является полностью моим детищем, а основан на эпизоде «Almost Got ‘Im» классического мультсериала "Batman: The Animated Series". Так как действие происходит в альтернативной вселенной, в наличии имеются многочисленные несоответствия канону. А вообще, рассказ был начат под предновогоднее настроение :)

## Вечер только начинается!

Несмотря на довольно позднее время, в небольшом кафе под названием «У камина», притаившемся на самой окраине столицы Эквестрии, все еще было предостаточно посетителей. И неудивительно: укрывшийся снежным покрывалом вечерний Кантерлот, в это время разительно напоминавший игрушку в стеклянном снежном шарике, вызывал непреодолимое желание устроиться в мягком кресле перед разгорающимся очагом, потягивая горячий напиток и наслаждаясь тихим треском поленьев. Именно этому желанию и потакало убранство заведения.

Повинуясь замыслу создателя, каждый уголок буквально лучился уютом, работая на поддержание атмосферы. Начиналось все с самого интерьера, в котором преобладали исключительно теплые тона красного дерева, дополненные темно-оранжевым оттенком пузатых мягких диванчиков и небольшими вкраплениями светло-зеленого на шторах. Изящные украшения в виде хрупких ледяных звездочек и искрящихся серебристых гирлянд поблескивали под потолком, озаряемые закрепленными на резных, причудливо изогнутых креплениях чашеобразными лампами. Те светили далеко не в полную силу, лениво, не только оставляя простор многочисленным полутеням, но и позволяя серебристым лучам лунного света проникать внутрь сквозь окна, покрытые причудливыми узорами изморози. И конечно, главную скрипку играл титульный камин – занимавший большую часть стены, с массивной каминной полкой и ажурной решеткой, за которой танцевали свой гипнотический танец извивающиеся языки пламени, он неизменно притягивал взгляды и становился центром притяжения для аккуратных круглых столиков.

Число посетителей не убавлялось. Наоборот, то и дело входная дверь отворялась, впуская веселый хоровод пушистых снежинок, а следом за ними – либо влюбленную парочку, льнущую друг к другу, либо дружную компанию, решившую скоротать время в тепле. Интересно, что при этом вместо ожидаемого хаотичного гвалта в помещении раздавался лишь тихий, почти на грани слышимости гул: это справлялись со своей работой магические полусферы, накрывавшие столы и с легкостью превращавшие шум от развлекающихся пони в едва различимый шепот.

После небольшого перерыва на небольшой полукруглый помост у западной стены, исполнявший роль сцены, вернулись музыканты. Первой на свое место проскользнула гибкая и быстрая пианистка-грифон с красивым светло-коричневым оперением и выразительными янтарными глазами. Улыбнувшись оживившейся публике и послав в зал воздушный поцелуй, она прикоснулась к своему инструменту, и пианино зазвучало, медленно, тихо и печально, чуть не плача. Не успели слушатели удивиться такому выбору композиции, как музыка изменилась, взвилась коротким крещендо, грозно завибрировала и неожиданно оборвалась… А затем пианистка хитро подмигнула замершим в ожидании пони, показывая, что все это была лишь игра. Ее пальцы запорхали по клавишам, запуская в полет над столами ненавязчивый, легкомысленный мотив. Начали задавать ритм барабаны, за которыми сидел ярко-оранжевый пегас, удивительно ловко управляющийся с палочками и ухитряющийся помогать себе крыльями. Вступил контрабас, удерживаемый изящной серой кобылкой с повязанным на шее галстуком-бабочкой. Последним запел свою песню саксофон, парящий в сиянии магической ауры светло-голубого единорога, и мелодия, наконец, обрела целостность, неторопливо разливаясь в воздухе и удивительным образом вплетаясь в царящую в заведении атмосферу.

Однако сегодня было кое-что в этой идиллии, не вписывающееся в созданный антураж. За дальним столиком, в тени, поближе к разгорающемуся камину и подальше от остальных посетителей, расположилось странное существо, будто наспех собранное неведомым творцом из попавшихся под руку частей. Вытянутое тело оканчивалось длинным чешуйчатым хвостом, свернувшимся в спираль у задних лап, одна из которых оканчивалась массивным копытом, а длинные устрашающие когти на другой медленно и методично выцарапывали что-то на полу. За спиной создания темнели сложенные крылья. Тонкие пальцы передней лапы, напоминающей птичью, медленно постукивали по столешнице, и с каждым следующим движением стоявший рядом бокал менялся. Стук − и округлый силуэт вытянулся, постройнел, еще один – и стакан со щелчком превратился в грубо обтесанный деревянный кубок. В общем, Дискорд, Дух Хаоса и бывший правитель Эквестрии, не собирался отказывать себе в маленьких развлечениях, которые, по опыту, оканчивались отнюдь немаленькими потрясениями для окружающих. За время, проведенное в кафе, он уже успел поставить одну из официанток на роликовые коньки, оживить блюдце лакричных палочек, немедленно расползшихся по углам, и, похоже, не собирался останавливаться.

Входная дверь распахнулась снова, но на этот раз не плавно, пропуская очередных гостей, а резко, словно стараясь побыстрее уйти с дороги ворвавшегося внутрь порыва ветра. С улицы повеяло холодом, неожиданно замигал, заметался свет ламп, воздух заискрился снежинками, но вместо невесомых пушистых касаний они норовили впиться в тело острыми гранями. Один из официантов быстро добрался до дверей, прикрыл их поплотнее, и уже через несколько мгновений все забыли об этом незначительном эпизоде, не заметив, что с дыханием зимы в помещение проникло кое-что еще.

Тонкая струйка слегка переливающегося синеватого дыма скользнула в тень и, уверенно лавируя между пони, стала целеустремленно приближаться к столу Дискорда. Добравшись до места, небольшое облачко стало быстро разрастаться, заклубилось, стремительно обретая форму, засияло напоследок расплавленным серебром и превратилось в кобылку-аликорна с гладкой, иссиня-черной шерстью, облаченную в ажурный металлический доспех. Грива гостьи, выбившись из-под шлема, словно живая, развернулась миниатюрным полотном ночного неба, в неровном свете камина сверкнули глаза с узкими вертикальными зрачками.

Правда, на Дух Хаоса грозный взгляд и эффектное появление пони ожидаемого впечатления не произвело. Он всего лишь довольно улыбнулся и, сделав приглашающий жест, произнес:

− Рад, что ты смогла выбраться, дорогуша! Располагайся.

− Места с большим числом посетителей не нашлось? – недовольно проворчала Найтмэр Мун, усаживаясь и оглядывая заведение, в котором предстояло провести вечер. – Забыл, что было в прошлый раз, когда мы притащились на тот концерт и ты «случайно» упустил маскировочные чары? Повторения захотелось?

− Я был вынужден так поступить! – фыркнув, парировал Дискорд. – Их вокалист ужасающе фальшивил, да и вообще, группа играла спустя рукава. Зато помнишь, как они завопили, когда появились мы и освистали их? Вот когда проявились настоящие чувства, экспрессия!.. И вообще, перестань делать вид, что тебе не понравилось!

Явно собиравшаяся ответить какой-то резкостью кобылка неожиданно запнулась на полуслове, дернулась всем телом и с болезненным стоном прижала копыто к груди, словно пытаясь сдержать рвущееся наружу серебристое пламя. Ее усилия оказались напрасны: щупальца сияющей энергии рванулись вперед прямо из ее тела, сплетаясь, закрутились миниатюрным вихрем и превратились в призрачную фигуру другого аликорна – чуть более светлой, чем у Найтмэр, синей окраски, с кьюти-маркой в форме полумесяца и горящим в глазах праведным гневом.

− … мало того, что ты посмела отлучить нас от тела! – вещал фантом, и по его тону сразу становилось понятно, что разговор этот начался не только что. – Нет, ты еще и заставляешь нас видеться с твоими дружками! Последний раз предупреждаем: если ты немедленно не уберешься!..

− Ну, хватит! – злобно оскалилась властительница ночи, ее рог заискрился магической аурой, залившей пространство мертвенно-бледным светом. Образ, и без того нечеткий, расплылся еще больше и, сжавшись, втянулся под пластины брони, а Найтмэр, отдышавшись, подняла голову… чтобы тут же встретиться с не сулящим ничего хорошего взглядом Духа Хаоса.

− Ой, как это мило! – наигранно высоким голоском залепетал Дискорд, придвинулся к кобылке вплотную и, умилительно сложив лапы на груди, захлопал неожиданно удлинившимися ресницами. – Ты привела подругу! Как вы познакомились? Надеюсь, это было романтично?..

− Заткнись! – рявкнула окончательно вышедшая из себя ночная принцесса. Ее грива метнулась вперед и взяла шею шутника в захват, от которого тот, впрочем, легко ушел, эффектно распавшись на десяток своих маленьких копий.

− Эй, спокойно, − сказал драконикус, снова собираясь в единое целое в другом месте. – Не станешь же ты обижаться на невинную издевку, правда? Я просто хотел тебя подготовить. Видишь ли, я, с моей врожденной тактичностью, легко смогу не обращать внимания на твое весьма симпатичное альтер-эго, но вот остальные…

− Если ты сейчас же не прекратишь… − угрожающе начала Найтмэр Мун, но Дискорд не дал ей договорить.

− Тебе когда-нибудь говорили, какая ты милая, когда сердишься? – захихикал он. Намеревавшаяся продолжить перепалку кобылка, услышав это, как-то обреченно выдохнула и, махнув на оппонента копытом, − мол, что связываться с идиотом – принялась еще раз оглядывать заведение.

− Ладно, шутник, закрыли тему, − сказала она, осмотревшись. – Лучше скажи, как вышло, что мы уже сидим здесь довольно долго, и еще никто не запаниковал, не завизжал и не принялся взывать к великой Селестии?

− О, все предельно просто, − с готовностью отозвался Дух Хаоса. – Сегодня досуг обеспечивает наш старый приятель Сомбра. Его ручные тени скрывают нас от прямых взглядов, так что для всех посетителей мы всего лишь любящая уединение компания друзей. Я правильно объяснил?

Драконикус повернулся к камину и в тот же миг, словно отвечая на его вопрос, тени, отбрасываемые решеткой, жадно потянулись друг к другу, скручиваясь в единое целое, поднялись вязкой приливной волной и быстро схлынули, оставив после себя высокую мрачную фигуру, закутанную в бесформенный балахон. С тихим шелестом откинулся капюшон, и статный черногривый жеребец с длинным изогнутым рогом занял свое место за столом.

− В целом приемлемо, − низким, слегка хриплым голосом ответил бывший тиран и коротким кивком поприветствовал ночную принцессу: − Здравствуй, Найтмэр.

− И тебе привет. Ты, наверное, не поверишь, но я искренне рада тебя видеть, Сомбра. Приятно пообщаться с кем-то более адекватным, чем… − кобылка покосилась на прищурившегося Дискорда, − … ну, ты понимаешь.

− Эй, полегче, я все еще здесь! – возмутился Дух Хаоса. – Что-то ты особенно злая этим вечером, подруга. Сегодня что – День Взаимных Оскорблений?

Материализовав перед собой разноцветный перекидной календарь, драконикус пролистал несколько страниц и, найдя нужную, торжественно указал на обведенное в жирный красный кружок число.

− Вот видишь! День Взаимных Оскорблений был неделю назад! – Мечтательно подняв взгляд к потолку, он вздохнул. – И это было прекрасно…

− О, нет, − протянула Найтмэр, прикрывая глаза копытом. – Ностальгирующий Дискорд – это больше, чем я могу вынести на трезвую голову. Думаю, пора разжиться напитками.

− Всенепременно, − как радушный хозяин вечера улыбнулся властелин Хаоса. – Вот только дождемся нашу вечно занятую королевскую особу…

− Что, Кризалис тоже придет? – поинтересовался Сомбра и, получив утвердительный кивок, едва заметно усмехнулся каким-то своим мыслям. Найтмэр, истолковав эту усмешку по-своему, напустилась на Дискорда:

− Ждать Кризалис? Ты понимаешь, что предложил? Да у нее…

− …специфичное чувство времени, − поспешил закончить фразу единорог, явно опасаясь, что фраза раздраженного аликорна не войдет в рамки цензуры.

− … совести нет, я хотела сказать, − предложила свой вариант кобылка, не подтвердив опасений. – А пунктуальности – примерно как у сломанного будильника. Помяните мое слово, ждать нам ее до второй Эпохи Дисгармонии.

Опровергая ее слова, опять отворилась дверь, и через мгновение взгляды почти всех пони в кафе оказались прикованы к появившейся в проеме кобылке, словно сошедшей со страниц модного глянцевого журнала. Каждая деталь ее внешности буквально кричала о принадлежности к элитному столичному обществу: стройная, подтянутая фигура, идеально ухоженная кремовая шерстка, ниспадающая белоснежным шелковистым водопадом грива с выбивающейся розовой прядью и выразительные фиолетовые глаза с длинными пушистыми ресницами. Изящным движением поправив элегантную розовую шубку, посетительница направилась вглубь помещения, и не счесть, сколько жеребцов за это время получили взбучки от своих вторых половинок за слишком откровенное ее разглядывание. Впрочем, стоило красавице достичь стола, скрытого теневым коконом, все сразу же забыли о ее существовании, вернувшись к ненадолго прерванным разговорам.

− Эй, Кризи, неплохой выход! От такого можно и впрямь голову потерять! – заявил Дискорд, действительно снимая собственную голову с шеи и ловко вращая ее на пальце.

− Ты сегодня выглядишь … − Сомбра слегка замялся, подбирая слова, − необычно. Что за повод?

− А разве даме нужен повод, чтобы принарядиться? – легкомысленно махнула кобылка копытом, на котором засветился трепещущий зеленый огонек. Волна трансформации прокатилась по ее телу, открывая истинный облик: темно-серую шерсть, спутанную гриву, тонкие прозрачные крылья и зазубренный рог. – Что за жизнь без капризов?

− Это самая приторно-сладкая гадость, которую мне когда-либо доводилось видеть, − поморщившись, озвучила свое мнение Найтмэр Мун. – И это при условии, что на предыдущую Ночь Кошмаров я умяла три порции сладкой ваты, макая ее в жидкую карамель.

− О, Найт, а ты все такая же зануда, − ухмыльнулась королева чейнджлингов.

Ночная принцесса в ответ нехорошо прищурилась, и неизвестно, чем бы все в итоге закончилось, если бы в разговор не решил вступить фантом. Вырвавшись, как и в прошлый раз, из тела носительницы в сиянии магической ауры, призрачный аликорн указал копытом на опешившего перевертыша и выкрикнул:

− А ты – жалкий падальщик, паразитирующий на самых важных для пони чувствах! Использовать высокие порывы души для еды!.. Ты… Да мне рядом с тобой находиться противно!

Взорвавшись облаком искр, образ вновь растворился, а Кризалис, с трудом оправившись от шока, медленно пробормотала:

− Беру свои слова обратно: Найт изменилась. В худшую, правда, сторону.

На некоторое время за столом воцарилось неловкое молчание. Найтмэр Мун отчаянно пыталась не обращать внимания на Кризалис, которая с нескрываемым интересом ее рассматривала, небрежно накручивая на копыто прядь из своей гривы, Дискорд откровенно веселился, глядя на кобылок, а Сомбра флегматично смотрел на пламя, пляшущие язычки которого отражались в его зрачках. Затягивающуюся паузу ожидаемо прервал драконикус.

− Слушайте, мы, конечно, можем весь вечер делать вид, что ничего не произошло, и что дух принцессы Луны не соседствует с нашей подругой в ее теле, − начал он, сплетая пальцы в замок, − но лично я считаю это неправильным. И уж точно гораздо менее забавным!

Королева чейнджлингов с готовностью закивала, а Найтмэр, испустив тяжелый вздох, опустилась на стол, прикрыв голову копытами и глухо бормоча ругательства себе под нос.

− На твоем месте я бы просто сдался, − посоветовал принцессе Сомбра. – Ты же прекрасно знаешь, что они от тебя не отстанут, пока не удовлетворят свое любопытство.

− «Они не отстанут!» − передразнила единорога Кризалис. – На себя бы посмотрел… Сам глазеешь на нее так, словно тебе в лабораторию новую партию лабораторных мышей привезли!

− Ладно, ладно, ваша взяла, клоуны! – пробурчала Найтмэр, поднимаясь. – Я все расскажу, но только после того, как закажем что-нибудь выпить.

− Один момент, − По щелчку Дискорда на столе появились напитки. Перед властительницей ночи приземлился хайболл с темно-фиолетовым коктейлем и слегка изогнутой трубочкой, Сомбра магией приподнял низкий стакан и оценил плещущеюся в нем янтарную жидкость на просвет, а Кризалис глубоко вдохнула аромат оранжево-красной смеси из бокала на длинной тонкой ножке, украшенного маленьким зонтиком и долькой лайма. Сам драконикус взял деревянный кубок – результат его экспериментов в начале вечера – и наполнил его какой-то невообразимой смесью, сочетающей в себе все цвета радуги. Затем, хлопнув себя по лбу, еще раз щелкнул пальцами, и на прилавок бара опустился, глухо звякнув, мешочек монет.

− Я думала, ты получаешь все, что хочешь, бесплатно, − удивленно взглянула на Дискорда королева перевертышей.

− Я бы попросил! – возмутился Дух Хаоса, скрестив лапы на груди. – Я, конечно, могу иногда вызывать дождь из шоколадного молока, превращать милых зверушек в ужасных монстров, а на досуге промышлять чем-то помельче, вроде попыток свержения Селестии… Но я всегда плачу за выпивку! Товарно-денежные отношения – это святое!

− По-моему, мы немного отвлеклись, − подал голос Сомбра, оторвавшись от своего бокала. – Кажется, настало время услышать историю Найт.

Три требовательных взгляда мгновенно скрестились на принцессе ночи, и она, прошипев что-то нелестное сквозь зубы, неохотно поведала:

− То, чему вы стали свидетелями – результат моей недавней встречи с Элементами Гармонии… Неудачной встречи…

В ответ раздались понимающие хмыканья.

− Ты снова вышла на тропу войны с Твайлайт и ее подругами? И не сказала своим товарищам? – удивился Дискорд.

− Сглазить не хотела. Слишком много времени ушло у меня на разработку этого плана, − пояснила Найтмэр и, сделав еще несколько глотков фиолетовой жидкости, с досадой добавила: − А знаете, что обидно? Я была всего в одном малюсеньком шаге от того, чтобы окончательно убрать этих надоедливых пони с дороги!

− В одном шаге? – переспросила Кризалис и скептически покачала головой. – Что-то не очень верится. Ты не преувеличиваешь, милочка?

− Не смей обвинять меня о лжи! – прорычал аликорн, ударив копытом по столу так, что подпрыгнули бокалы. – Я была ближе к их устранению, чем ты когда-либо!

− Только в твоих фантазиях! – яростно блеснула глазами королева, обнажая клыки.

− Леди, успокойтесь. Не стоит портить такой вечер распрями, − призвал кобылок к порядку Сомбра а после, усмехнувшись, продолжил: – К тому же, из этого соревнования вам все равно не выйти победителями…

Две правительницы тут же забыли о собственных разногласиях, обретя общего врага.

− Ну-ка, повтори!..

− Да как ты смеешь!..

− Тайм-аут, коллеги по злодеяниям, тайм-аут! – вмешался Дискорд, успевший принарядиться в рубашку рефери. – Я не сомневаюсь, что каждому из нас есть, что рассказать о своих встречах с носительницами Элементов. Этим я и предлагаю заняться! Озвучим свои самые лучшие попытки добиться победы и вместе решим, кто из нас добился большего!

− Вынуждена признать, что идея неплоха, − после паузы заговорила Кризалис. – Кто выступит первым?

− Хотел бы я предложить обсудить это, но… диалоги у нас сегодня не клеятся, − констатировал Дух Хаоса. – Поэтому мы доверимся самому честному и беспристрастному способу.

В его лапах тут же материализовалась колода карт, которую он принялся ловко тасовать.

− Честный? Ты серьезно? – хохотнул Сомбра. Его рог засветился, щупальца теней развернулись, метнувшись вперед, вырвали и разложили на столе колоду, в которой на поверку оказалось где-то восемнадцать тузов.

− Я знала, что ему не может так везти! – обвиняюще ткнула в драконикуса копытом Найтмэр Мун. – Жулик! Я в тот раз сотню бит проиграла!

− Кто старое помянет… − отмахнулся Дискорд, вновь собирая карты. – К тому же, все они нам все равно не понадобятся.

Он тряхнул лапой, и большая часть колоды вспыхнула ярким пламенем и рассыпалась невесомым пеплом.

− Случай… − говорил драконикус, следя за четырьмя оставшимися картами, мелькавшими в его ловких пальцах. – Единственный образец абсолютной беспристрастности в этом скучном мире гармонии. На него всегда можно положиться!

С этими словами он вытащил одну из карт, на лицевой стороне которой оказалось стилизованное изображение ночного светила с темным силуэтом аликорна на нем.

− О, конечно, я искренне верю, что это было делом случая! – съязвила Найтмэр Мун, но решила не пререкаться и начала свой рассказ: − Ладно, слушайте. Последнее время я работала над особым проектом – чарами, позволяющими создавать особые кошмары. И вот, пару недель назад, я сделала свой ход…

## Всего лишь сон

Утро выходного дня началось для Твайлайт прекрасно. Она встала с постели свежей и отдохнувшей, насладилась сытным завтраком, предусмотрительно приготовленным заботившимся о подруге Спайком, и, наконец, разместилась на веранде со стопкой непрочитанных книг и чашкой ароматного чая. Своей магией кобылка нетерпеливо подхватила тяжелый том «Малоизвестных аспектов магии трансформаций» и уже открыла его на первой странице, когда позади нее раздалось деликатное покашливание.

− Прости, что отвлекаю, − обратился к единорогу дракончик, выглядевший слегка растерянным, − но произошло что-то странное. Письмо для принцессы, которое ты просила меня отправить… не дошло.

Библиотекарша, до этого момента слушавшая ассистента вполуха, немедленно оторвалась от манящего фолианта.

− Не дошло? Как это?

− Понятия не имею, − пожал плечами Спайк. – Я сделал все как обычно, но письмо немного покружилось в воздухе и вернулось ко мне. Странно, правда?

− Странно… − несколько отвлеченно пробормотала Твайлайт, а затем неожиданно резко вскочила на ноги, заволновавшись. – Может, что-то случилось? Вдруг принцессе нужна моя помощь!

Юный дракон, уже успевший мысленно отругать себя за то, что поднял эту тему и заставил подругу нервничать, усадил ее на место, успокаивая:

− Твай, хватит тебе! Это же Селестия! Уж кому-кому, а ей излишняя опека точно не пригодится. Просто подумай: стрясись что-то серьезное, она нашла бы способ известить тебя. Прислала бы письмо самостоятельно или…

Спайк внезапно запнулся на полуслове и, прищурившись, вгляделся в усеянное белыми, пушистыми облаками небо.

− … или прилетела бы сюда, − закончил он удивленно.

Проследив взгляд ассистента, Твайлайт разглядела вдалеке маленькую точку, постепенно принимающую такие знакомые черты наставницы, и сердце библиотекарши забилось тревожнее, подстегиваемое неясной тревогой. Не понаслышке знакомая с очень плотным графиком Селестии, ее ученица и в мыслях не допускала возможности праздного визита.

Действительность оказалась куда страшнее. Приближавшаяся принцесса вдруг накренилась и чуть не сорвалась в неуправляемое пике, заставив застывших в ожидании друзей вздрогнуть от страха, но в последний момент с видимым усилием сумела выровняться и продолжить путь. Правда, сил ей надолго не хватило: подлетая к балкону, аликорн на скорости зацепился за перила и, закрутившись в воздухе, тяжело рухнул на пол, останавливаясь уже внутри помещения.

− Принцесса Селестия! – воскликнула испуганная до смерти Твайлайт, и бросилась было на помощь, но замерла как вкопанная в паре шагов, не в силах поверить своим глазам.

Верховная правительница Эквестрии просто не могла, не должна была выглядеть … так. Ее обычно идеально белая шерстка казалась серой от пыли, свалялась и потеряла былой блеск, на коже почти не осталось мест, свободных от порезов и ушибов. Некогда пышная, развевавшаяся в солнечном ветре грива стала монотонной и поникла; беспомощно висело, дрожа, правое крыло. И самое главное – из тела Солнечной принцессы быстро, толчками выплескивалась потоками сгорающих искр магия, и Твайлайт не знала, как это остановить.

− Принцесса… − решился все-таки подать голос Спайк. – Что случилось?

− Твайлайт… Спайк… − Селестия, тяжело дыша, попыталась подняться, но сделать хотя бы одно движение для нее оказалось непосильной задачей. – Великое зло… обрушилось на Эквестрию…

Библиотекарша машинально принялась перебирать варианты, поочередно останавливаясь то на новом нашествии чейнджлингов, то на вернувшемся из небытия Сомбре, но все варианты буквально сметались с пути одним единственным доводом − никто из них не смог бы сотворить ТАКОЕ с повелевающим Солнцем аликорном.

− Его мышление мне непонятно… − с трудом продолжала принцесса. – Если, конечно, у этого есть мышление… Оно … просто появилось и принялось разрушать все на своем пути. Кантерлот… стерт с лица земли.

Резко выдохнул, мгновенно побледнев, дракончик. Твайлайт закрыла рот копытом, удерживая рвущийся наружу крик ужаса. Столица Эквестрии, оплот гармонии и магии, величественный и прекрасный город … пал?

− Мы с сестрой до последнего пытались спасти жителей… − уже еле слышно говорила Селестия, а сияние покидающей ее магии медленно, но неотвратимо гасло. – До того, как оно растерло в пыль последний камень крепостных стен… Луна… она…

Одинокая прозрачная капелька скатилась по щеке принцессы, прочерчивая дорожку в осевшей пыли. Твайлайт, у которой слезы уже градом лились из глаз, хотелось в этот момент только одного – свернуться калачиком и не слышать страшных слов своей наставницы, не видеть ее, сломленную и израненную. Но кобылка не могла отвернуться, не могла оставить ее.

− Твайлайт… У нас осталось мало шансов, − найдя в себе силы взглянуть на ученицу, слабо произнесла Солнечная принцесса. – Но ты должна попытаться… остановить это… Ради своих подруг… Ради всего хорошего, что осталось в Эквестрии… Ради…

Селестия закашлялась, и библиотекарша, всхлипывая, остановила ее.

− Не разговаривайте, принцесса, − сказала она, легонько проводя копытом по шее аликорна. – Мы обязательно справимся с этим, вы только держитесь. Вот увидите, мы со Спайком вам поможем, вы немного отдохнете и все, все наладится…

− Отдых… − прошелестел едва заметным дыханием ветра ответ. – Я давно не отдыхала…

В библиотеке воцарилась мертвая тишина, нарушаемая лишь горькими всхлипами Спайка. Твайлайт, мелко дрожа, пыталась ощутить хоть малейшее движение застывшей принцессы, но ее надежды оказались тщетны: последний, особенно яркий вихрь волшебных искорок взвился над телом аликорна и растаял в воздухе без следа.

− Нет… Как же это… − словно в бреду шептала Твайлайт. – Не может быть…

− Браво! Бис! – воскликнул Дискорд, отставляя в сторону пакет попкорна и быстро создавая три свои копии, которые тут же принялись аплодировать рассказчице. Сам он мгновенно переместился вплотную к растерявшемуся аликорну, поправил несуществующие очки и, кашлянув, провозгласил: − Приз за лучший драматический момент получает… Найтмэр Мун, за трогательную сцену ухода верховной правительницы!

− Действительно, это было … довольно экспрессивно, − подтвердил Сомбра, уважительно похлопав ночную принцессу по плечу. – Ты знала, с чего начинать, чтобы заинтересовать публику.

− Если бы мне снились такие сны, я бы каждую ночь спала как жеребенок… − мечтательно промурлыкала, расплываясь в широкой улыбке, Кризалис, но, вспомнив, что речь идет о плане ее вечной соперницы, напустила на себя преувеличенно безразличный вид. – Эм… Не особо изящно, но весьма неплохо, Найт. Может, пояснишь теперь, в чем особенность этих твоих кошмаров?

− От обычного страшного сна пони рано или поздно самостоятельно просыпается, − принялась объяснять ночная принцесса, изо всех сил пытаясь скрыть довольную улыбку, вызванную похвалами коллег. – Но разработанное мной заклинание не дает использовать пробуждение как естественную защитную реакцию, запирает сознание внутри созданной им самим иллюзии. Единственный способ освободиться от влияния чар – осознать страх, лежащий в основе кошмара и преодолеть его, а это практически невозможно сделать, так как…

− Скууука! – протянул, постучав по столу, Дискорд и ехидно ухмыльнулся в ответ на злобный взгляд прерванной кобылки. – Извини, я всегда терпеть не мог теорию.

− Светила, с кем я общаюсь! – только и смогла произнести Найтмэр…

Твайлайт не знала, сколько времени просидела у неподвижного тела своей наставницы: с одним и тем же успехом это могла быть минута или целый час. Из ступора ее вывело легкое прохладное прикосновение к шее и раздавшийся за спиной хриплый голос Спайка:

− Слушай, я понимаю, что ты чувствуешь, но мы должны приступить к работе…

Первым порывом кобылки было повернуться и накричать на него, сказать, что он не понимает, не может понять, какого это – потерять настолько важного пони, но она осеклась, стоило взглянуть на будто бы потускневшие чешуйки дракончика, на блестящие в его глазах слезы. Ее друг дрожал, находясь почти на грани истерики, но держался. Держался, чтобы не дать сорваться ей.

− Ты прав, − произнесла библиотекарша, поднимаясь. – Пойдем. Мне понадобится твоя помощь…

− … это все бесполезно! – выкрикнула Твайлайт, с силой отправляя тяжелый фолиант в полет магическим ударом. Их отчаянные, иступленные поиски хоть крупицы информации оказались бесплодными, и остановить убыток неотвратимо тающих сил уже не могли ни подстегивающее чувство долга, ни пришедшее ему на смену пламя злости, ни липкие щупальца страха, начавшие оплетать душу после многочисленных неудач. – Как можно что-то найти, не имея ни малейшего понятия, о чем вообще идет речь?!

− Думаю, теперь у нас будет пример, − мрачно проговорил стоящий у веранды Спайк, смотря куда-то наверх. – Правда, не думаю, что это такая уж хорошая новость…

Подошедшая поближе Твайлайт подняла глаза и ахнула. Еще недавно чистое лазурное небо над Понивиллем потемнело, налилось свинцовой тяжестью, сдаваясь под напором армады массивных черных туч. В глубинах их клубящихся тел засверкали яркие вспышки; то и дело очередная ветвистая молния обрушивалась сверху слепящим копьем и выбивала из громоотводов снопы ярких искр. Поднялся холодный, резкий ветер, захлопал ставнями, поднимая в воздух сначала мелкий мусор, а затем, набравшись сил, − небольшие камушки. В довершение и без того страшной картины, в центре собирающегося разразиться урагана, прямо над главной городской площадью, темное облачное море завернулось спиралью, закрутилось в сюрреалистическом хороводе и образовало гигантскую воронку, в глубине которой загорелся красный свет.

− Теперь мы знаем, как оно выглядит… − пробормотала библиотекарша, насилу отрывая взгляд от буйства стихии. – Еще есть время… Мы должны попытаться…

Это был всего лишь самообман. Все еще пытавшаяся найти ответ в книгах Твайлайт уже с трудом удерживалась на ногах под напором ветра, вихрь вырывал у нее из копыт страницы, рвал обложки, пожирая последние надежды на спасение. Мучительно застонал, закрыв голову лапами, Спайк, увидевший, как мимо окна пролетел разломанный кусок вывески бутика «Карусель». Когда к вою разъярившейся бури стали примешиваться полные боли крики с улицы, Твайлайт без сил опустилась на пол.

− Нет… − всхлипнула она, и, казалось, весь мир на мгновение замер, чтобы услышать ее слова. – Я не могу…

В тот же миг над Понивиллем прокатился жуткий, в дюжину громовых раскатов, грохот, дрогнула земля, небесная воронка закрутилась еще быстрее, окропив город кроваво-красным сиянием, и принялась уничтожать все, до чего могла дотянуться, попросту размалывая дома в пыль. А посреди жуткого калейдоскопа из обломков зданий, туч пыли и вырванных с корнем деревьев сжалась в комочек фиолетовая кобылка, повторяя:

− Я не знаю… Не знаю, что делать… Я… не готова к этому…

− Ответственность… − тихо произнес Сомбра, смакуя это слово как глоток изысканного вина. – Она боится ответственности, которая легла на ее плечи вместе с судьбой носительницы Элемента Магии. Боится, что не сможет справиться с очередным препятствием, которое встанет на пути Элементов.

− Браво, приятель, − кивнула единорогу Найтмэр. – Ты заслужил еще немного выпивки…

− Следующие порции – за ваш счет, − быстро вставил Дух Хаоса.

− … как-нибудь в другой раз, − не растерявшись, закончил фразу аликорн. – А пока я расскажу вам историю о кошмаре такого же адепта веселья, как ты, Дискорд. Если честно, я бы до смерти хотела увидеть, как бы ты выпутывался из такой ситуации!

− Эй, всем привет! Что новенького сегодня? – едва выйдя из комнаты, звонко воскликнула Пинки Пай. Не дожидаясь ответа, кобылка быстро спустилась вниз по лестнице, перескакивая через две ступеньки, и вошла в святую святых «Сахарного Уголка» − кухню, чтобы застать весьма странную картину. Посреди помещения изваяниями застыла чета Кейков, причем, что бы ни было тому причиной, оно застало их за вполне обыденными делами: миссис Кейк склонилась над духовкой, задвигая внутрь противень с очередной порцией булочек, а копыто мистера Кейка с тряпкой лишь немного не дотянулось до прилавка.

− Интересно, − протянула Пинки, внимательно разглядывая соседей, а потом просияла: − О, я поняла! Это такая новая игра, где выигрывает тот, кто дольше всех не будет двигаться, да? Чур, я с вами! Только… сомневаюсь, что смогу победить, с нахождением на одном месте у меня проблемы.

Свои слова кобылка подтвердила делом уже через пару минут, не выдержав неподвижности.

− Я проиграла, − легко смирившись с поражением, улыбнулась она. – А вы неплохо справляетесь, очень неплохо! Ладно, можете отмереть.

Никакой реакции не последовало.

− Эй, я не буду претендовать на кубок, − снова обратилась к Кейкам Пинки. – Вы победили честно, давайте же это отпразднуем!

Супруги не двинулись с места.

− Вы, наверное, уже привыкли так стоять, и просто не можете прекратить. Я могу помочь…

Неизвестно, сколько бы еще носительница Элемента Смеха проговорила с замершими пони, не приди ей в голову мысль, мгновенно заставившая ее почувствовать себя очень неуютно: во всем здании царила плотная, ватная тишина, от которой кобылка совершенно отвыкла … с момента рождения у Кейков Паунда и Пампкин. Жеребята должны были уже проснуться, а когда они не спали, не услышать их было просто невозможно.

Обуреваемая нехорошими предчувствиями, Пинки прошла в небольшую боковую комнатку, где днем проводили время малыши, и остановилась на пороге, не веря своим глазам. Сорванцы, обычно не способные ни секунды провести на одном месте, сидели без движения в своем манеже, оцепенев, как и их родители. В воздухе неподвижно зависла яркая погремушка, подброшенная малюткой-единорогом, а крохотный пегас, улыбаясь, тянулся к ней, расправив маленькие крылышки.

− Что тут происходит? – нервно пробормотала Пинки Пай, пытаясь понять, что же ей делать дальше. Впрочем, ее раздумья длились недолго. Если состояние семьи Кейков было вызвано какими-то чарами, − а других идей кобылке в голову не приходило, − то у нее оставался единственный надежный вариант – Твайлайт. Приняв решение, Пинки направилась к входной двери, открыла ее, но, не сделав и пары шагов, испуганно отпрянула.

Весь город замер в мрачной неподвижности, став похожим на собственный снимок. Пони, отправившиеся за покупками, родители, вышедшие на прогулку с жеребятами, даже стремительные пегасы, перемещающие группу белых облачков, − все они словно окаменели, а мир, казалось, решил остановиться вместе с ними. На улице не чувствовалось ни одного, даже слабого, порыва ветра, не было видно птиц и животных, а поднимающееся в небеса солнце почти не грело.

− Не может быть! – выдохнула Пинки, осторожно, даже с некоторой опаской обходя неподвижно висящий в воздухе лист, недавно сорвавшийся с ветки дерева. – Что же со всеми вами случилось?

С каждой пройденной улицей, заполненной оцепеневшими пони, надежды на то, что аномалия захватила только часть Понивилля, стремительно таяли. Огибая превратившихся в статуи прохожих, кобылка направлялась к библиотеке, то и дело ускоряя шаг и старательно отгоняя мысли о том, что ее подруги также могут оказаться подвержены неизвестной напасти. Так продолжалось до тех пор, пока…

− Нет! – воскликнула Пинки Пай, подбегая к застывшей оранжевой кобылке в широкополой шляпе. – Только не это!

Эплджек как обычно везла в город повозку с яркими красными яблоками и, как обычно упорствуя в своем стремлении доказать, что она способна справиться с чем угодно, нагрузила ее доверху. При взгляде на ее слегка нахмуренные брови, на четко очерченный контур напряженных мышц создавалось впечатление, что она вот-вот сойдет с места и продолжит свой путь, приветливо кивая знакомым. Несколько минут Пинки наблюдала за ней, сосредоточившись, насколько возможно, до рези в глазах, пока действительно не заметила движение. Правда, оно было настолько мимолетным и неуловимым, что следующий шаг занял бы у Эплджек целую вечность.

Дрожа, Пинки протянула копыто и легко дотронулась до бока подруги, отчаянно боясь почувствовать мертвенный холод, но нет – фермерша была теплой, живой. Но все так же окаменевшей…

…Пока розовая пони бесцельно бродила по библиотеке Понивилля, сквозь слезы глядя на застывшую ученицу Селестии и Спайка в смешном розовом фартуке, в ее сознании крутилась, словно выталкиваемая кем-то из водоворота мыслей, одна и та же фраза, сказанная почему-то голосом Твайлайт: «Пинки, не стоит тебе так волноваться о пропускаемом веселье. Извини, но иногда у меня складывается впечатление, что ты хочешь прожить жизнь как можно быстрее. А ведь когда слишком торопишься жить, можно многое пропустить».

− Может, в этом все дело? – дрожащим голосом спросила Пинки Пай у безмолвной пустоты, окружавшей ее. – Я так спешила, что мир вокруг меня замедлился, и мои друзья не способны даже увидеть меня…

Подойдя к Спайку, кобылка легонько коснулась шипов на его голове.

− Ничего… − приговаривала она, чуть ни плача. – Теперь я знаю, в чем дело, и смогу все исправить… Да, смогу! Мне нужно всего лишь вновь стать медленней!.. Я справлюсь… Я снова увижу друзей…

Пинки Пай уселась рядом с Твайлайт и замерла, всхлипывая. Слезы покатились из ее глаз, и с каждой упавшей на деревянный пол капелькой, розовые кудряшки ее гривы распрямлялись, разглаживались, становясь все более тусклыми…

− Погоди-ка, тут есть пара непонятных моментов, − сделав очередной глоток из бокала, высказался Сомбра, когда аликорн закончил рассказывать. – Как все-таки было дело: замедлился мир вокруг Пинки или она сама так ускорилась? Если ускорилась, то как ее тело выдержало такие нагрузки? А как насчет импульса?..

− О, помилуй, мой мрачный друг! – покровительственно улыбнулся Дискорд, останавливая единорога. – Когда ты в последний раз видел логичный ночной кошмар? И вообще, хватит придираться! Я, например, тоже мог бы сказать, что эта сцена – калька с того случая, когда наша веселая пони думала, что друзья отвернулись от нее, но, как видишь, я молчу. Я выше этого!

− А ты все шутишь, как я посмотрю, да дружок? – медово улыбнулась Найтмэр Мун, отставляя в сторону пустой хайболл. – Что ж, думаю, следующая история будет о твоей любимице Флаттершай!

− Любимице? – Удивление в голосе драконикуса прозвучало совершенно искренне, но глаза его подозрительно забегали. – Не совсем понимаю, о чем ты.

− Ну как же! – притворно удивилась Кризалис, решив, что возможность в кои-то веки уесть саркастичного Духа Хаоса стоит временного альянса с ночной принцессой. – Я точно помню, как во время нашей последней коктейльной вечеринки кое-кто слегка перебрал и… Как ты тогда выразился? «И почему такая милашка не может быть на нашей стороне?»

Интонации драконикуса вышли у королевы чейнджлингов настолько похожими, что вызвали настоящий взрыв хохота за столом. Дискорд же, надувшись, только буркнул:

− Просто продолжай!

− Как скажешь, − довольно усмехнулась ночная принцесса, незаметно подмигивая Кризалис. – Признаю, что над следующим сном мне не пришлось так уж долго трудиться: наша любительница животных сделала почти всю работу. Мне оставалось только немного подправить сюжет…

− Послушайте, мы просто теряем время! – возмутилась Рэйнбоу Дэш, и эхо, заметавшееся среди усеянных фиолетовыми кристаллами стен огромной пещеры, многократно подтвердило ее слова. – Ничего страшного здесь нет!

− Мы обязаны проверить все возможности, − отрезала в ответ Твайлайт, скрупулезно осматривая очередное ответвление тоннеля в свете своей ауры. – Стоит что-то реальное за слухами о духе этих подземелий или нет, но несколько пони пропали здесь за последний месяц. Мы должны понять, что произошло.

Как ни стыдно было Флаттершай это признавать, в данный момент она бы скорее встала на сторону Рэйнбоу. Не из-за безразличия к судьбе пропавших, конечно же, и не потому, что она считала поиски бесперспективными. Просто пещера, в которой они находились уже довольно долго, пугала пегаса. Пугала многочисленными темными проходами, в каждом из которых кобылке чудились силуэты жутких монстров, острыми сталактитами, нависающими над друзьями подобно мечам, протяжными звуками, то и дело раздававшимися в глубине подземных ходов. По сути, только присутствие подруг не давало ей без оглядки броситься прочь от пугающей темноты.

− Слушайте, это уже просто смешно! – через некоторое время вновь завела разговор Рэйнбоу, забравшись на большой валун, преграждавший собой половину прохода. – Мы ходим здесь уже больше часа, а могли бы заниматься опросом свидетелей, например!

− Твайлайт, не хотелось бы тебя огорчать, − неуверенно начала Рэрити, которой тоже не особо нравилось под землей. По другой, правда, причине – модельерша продрогла и умудрилась где-то испачкать свой эксклюзивный шарфик, − но, возможно, она права.

− Конечно, права! – уверенно воскликнула радужногривая кобылка. – Все, пошли…

А в следующее мгновение произошло то, что заставило всех без исключения носительниц Элементов вскрикнуть от ужаса: в чернильной темноте позади пегаса едва заметно обозначилось движение, и нечто, напоминающее длинную полу плаща, с громким хлопком накрыло их подругу, чтобы сразу же исчезнуть вместе с ней.

− Нет!.. Рэйнбоу!.. Где ты?! – почти одновременно раздались возгласы кобылок.

− Всем сохранять спокойствие! – скомандовала Твайлайт, чей рог угрожающе засиял сгустком энергии. – Держитесь вместе, мы найдем ее!

Слова единорога оказались пророческими. Что-то тихо прошелестело где-то на боковой стене пещеры, и на свет вылетела Рэйнбоу Дэш, ударившись о каменный пол и застонав от боли. Когда остальные обступили ее, она смогла только хрипло произнести «Оно очень быстрое!» и потеряла сознание.

− Ну ладно, мы ему устроим! – воинственно топнула копытом Эплджек. – Смотрите внимательно! Нельзя дать застать себя врасплох!

− Может, стоит сначала унести Рэйнбоу отсюда, а потом вернуться? – робко предложила Флаттершай.

− И дать этому… что бы это ни было… утащить еще кого-нибудь, пока мы будем ходить за подмогой? – покачала головой Твайлайт. – Нет уж, покончим с ним сейчас!

И кобылки медленно двинулись вперед. Флаттершай, мелко дрожа, семенила в хвосте группы, постоянно оглядываясь по сторонам и до боли вглядываясь в непроницаемую тьму. Может, именно этот страх и помог ей первой заметить опасность. Взгляд пегаса, скользящий по потоку, неожиданно зацепился за один из сталактитов, который выглядел абсолютно черным пятном на фоне своих серых собратьев, тускло поблескивающих конденсирующейся влагой. Кобылка пригляделась повнимательнее и вздрогнула от неожиданности, когда фигура на своде пещеры шевельнулась, и во мраке двумя ярко-алыми огнями сверкнули чьи-то глаза.

− Мамочки! – пискнула она, отшатываясь от неведомого чудища.

− Флаттершай, что? – забеспокоилась Пинки Пай, не замечавшая зависшей сверху угрозы.

− Ты что-то видела? – участливо поинтересовалась Рэрити.

Флаттершай хотела было указать на врага, но тот и сам не заставил себя долго ждать. Темная фигура отделилась от каменного массива, камнем упала вниз и практически бесшумно, аккуратно приземлилась прямо перед Элементами Гармонии, попадая в конусы света и давая рассмотреть себя во всех подробностях. Неизвестное существо обладало вытянутым чешуйчатым телом, угольно-черный цвет которого, разбавлял идущий вдоль хребта фиолетовый рисунок из причудливых узоров, заползавших на блестящие бока. Гибкий хвост с короткими шипами по всей длине и странным костяным наконечником, напоминавшим камертон, угрожающе хлестал по камням, высекая искры с неприятным скрежещущим звуком. Передние конечности монстра представляли собой суставчатые перепончатые крылья, складывающиеся кверху, пока он перемещался по земле. Морда с ребристым, коротким, слегка изогнутым гребнем, доходящим до шеи, оканчивалась устрашающей пастью с двумя рядами острых зубов.

− Что это такое? – дрожащим копытцем указала на зверя Флаттершай.

− То, чему мы сейчас накрутим хвост! – азартно выкрикнула Эплджек.

− Ух ты, какая зверушка! – восхитилась увиденным Пинки Пай, и, как ни странно, именно эта фраза стала сигналом к атаке. Оскалившись и издав странный скрежещущий звук, существо бросилось к кобылкам, проворно перебирая лапами и стремительно сокращая дистанцию. Магическое пламя, окутавшее рог Твайлайт, разгорелось ярче, подобралась для броска Эплджек, приготовившись достойно встретить врага, но, как оказалось, для простой лобовой атаки монстр был слишком хитер. Подобравшись почти вплотную к пони, он неожиданно расправил крылья и взмыл в воздух, легко увернувшись от пары заклинаний, а его хвост, щелкнув плетью, захлестнулся вокруг тела Пинки. Молниеносный рывок – и похититель исчез в темноте вместе со своей жертвой.

Не успели носительницы Элементов как следует испугаться за судьбу подруги, как нечто розовое, прилетев откуда-то сверху, сбило их с ног как кегли. Последовавший вслед за этим громкий рык прозвучал подозрительно похоже на издевательский смех.

− Да он просто с нами играет! – возмутилась Рэрити, убедившись, что Пинки Пай отделалась легкими ушибами. Кобылка хотела добавить что-то еще, но внезапно ее глаза округлились от страха, и она, указывая куда-то вверх, закричала: − Осторожно, сзади!

Ее предупреждение оказалось как нельзя кстати: обернувшаяся Твайлайт увидела смазанную, вытянувшуюся в атакующем броске черную тень и успела встретить ее мощным магическим импульсом. Ударом чудище отбросило к стене, где оно и затихло, несколько раз конвульсивно дернувшись.

− Отличный выстрел, подруга! – похвалила Эплджек, когда пони подошли к поверженному врагу поближе, чтобы рассмотреть его. – Такая встреча заставит его призадуматься!

− Спасибо, − слабо улыбнулась ученица Селестии, которой сильное ударное заклинание далось не так уж просто. – Теперь нужно найти тех, кого оно похитило…

Отчаянно борясь с собой, Флаттершай осторожно подобралась к монстру и склонилась над ним, готовая в любой момент отскочить назад. Пока пегас рассматривал изощренный узор на плотно подогнанных друг к другу чешуйках, страх отступил, затаился, отодвинутый на задний план любопытством, однако он не замедлил триумфально вернуться, стоило рисунку на миг засветиться.

− Девочки… − прошептала Флаттершай.

Рисунки на теле существа мигнули еще несколько раз и, наконец, засветились ровным фиолетовым сиянием, привлекая внимание Элементов Гармонии. А затем веки зверя дрогнули, и на кобылок уставились горящие алым огнем глаза с черными вертикальными зрачками.

− Ну уж нет! – фыркнула Твайлайт, и снова запустила во врага заклинанием, но тот с поражающей воображение скоростью сгруппировался и закрылся крыльями, как щитом. Об него и разбился луч проклятья, рассыпался дождем искр, тут же закружившихся хаотичным хороводом. Раскрылась огромная пасть, активно поглощая разливающуюся в воздухе магию.

− Твайлайт… − нервно обратилась к подруге Рэрити. – Что он делает?

− Не вериться, что говорю это, но… По-моему, он ест мое заклинание, − последовал ответ медленно отступавшего единорога.

Тем временем, когда зверь насытился, его глаза загорелись еще ярче, выплескивая красноватое сияние в окружающее пространство. Больше того, от них по всему его телу потянулись новые, светящиеся алым светом линии: две из них тонкими капиллярами пронизали костяной гребень на голове, свернувшись под конец в спирали; несколько красных ручейков пробежали по шее, то разветвляясь, то сплетаясь вновь; длинная широкая полоса загорелась на хвосте. Последним аккордом устрашающей иллюминации стал загоревшийся на спине монстра шипастый гребень, целиком состоявший из извивающихся язычков магического пламени. Завершив трансформацию, монстр, теперь напоминавший сюрреалистическую, созданную каким-то безумцем гирлянду, угрожающе повел в сторону свода пещеры изогнутым дугой хвостом. Его наконечник заискрился множеством фиолетовых молний, и, ярко сверкнув, выстрелил лучом, который как нож сквозь масло прошел через несколько сталактитов и, обрушив их вниз, заключил собравшихся в группу кобылок в тюрьму из обломков.

− Твайлайт? Какая-нибудь идея нам сейчас не помешала! − высоким, срывающимся голосом сказала Рэрити, пытаясь сдвинуть с места один из камней, преграждающих дорогу к выходу.

− Я думаю, думаю, − пробормотала ученица Селестии, и вдруг просияла: − Это ведь животное, так? Может, Флаттершай сможет что-то сделать!

Но пегас, волею случая оказавшейся вне темницы, не мог им ничем помочь. Сжавшаяся в комочек кобылка боялась шевельнуться, ей казалось, что жуткий пылающий взгляд направлен только на нее, что этим взглядом на нее смотрит не просто зверь, а злобный, изощренный разум, ненавидящий все живое. Ее сознание заполнил устрашающий рык существа, постепенно превращавшийся в иступленный, сумасшедший хохот, вырывающийся из зависшей в темноте зубастой пасти.

− Флаттершай… – неуверенно обратилась к подруге Твайлайт, с опаской наблюдая за приближающимся врагом.

Кобылка вновь предприняла попытку пересилить себя и стать на защиту друзей, но, стоило ей поднять голову, как ее сознание будто пронзила ледяная спица ужаса, вновь бросая пегаса на камни. Подбирающийся монстр довольно зарычал и, встав на дыбы, навис над добычей. Рисунки вспыхнули сиянием сверхновой, затапливая пещеру расплавленным огнем…

− Флаттершай!

− Этот кошмар основан на той истории со спящим драконом, не так ли? – поинтересовался Сомбра и, получив в ответ кивок властительницы ночи, продолжил: − Но ведь Флаттершай тогда спасла подруг, ты же сама нам рассказывала.

− Ей удалось справиться с собой, верно, − согласилась Найтмэр Мун. – Но страх того, что в какой-то момент она не сможет сделать это снова, и кто-нибудь из-за этого пострадает – остался.

− Знаешь, Дискорд, твоя подружка пони очень странная, − доверительно сообщила драконикусу Кризалис, на тот раздраженно процедил:

− Она мне не подружка!

− Повторяй себе это почаще, − откровенно веселясь, произнесла ночная принцесса. – А что касается странностей… Думаю, следующий кошмар сможет вас удивить.

− А теперь давайте еще раз поприветствуем радушную хозяйку сегодняшнего вечера, замечательного дизайнера и просто очаровательную пони – Рэрити!

Некоторое время полный зал одобрительно гудел, и, наконец, под аккомпанемент восторженных возгласов, нарастающих подобно приливным волнам, тяжелый бархатный занавес расступился, пропуская в закулисные помещения прелестную кобылку в красном обтягивающем платье с тонко очерченным золотистым узором. Стоило ей скрыться за завесой от взглядов зрителей, как ее ослепительная улыбка погасла, неотвратимо растворяясь и уступая место выражению опустошенности и безразличия. Небрежно поправив одинокий локон, мятежно выбившийся из заплетенной в сложный узел гривы, она тяжело вздохнула и направилась в сторону гримерных.

Как обычно, проходя через служебные помещения, Рэрити выслушивала поздравления и слова восхищения от множества пони. Некоторым из них модельерша отвечала легкой улыбкой, с некоторыми заводила недолгий, ни к чему не обязывающий разговор, некоторым – едва заметно кивала, но каждый раз ее реакция не имела никакого отношения к личным симпатиям и антипатиям. В этих коридорах царил негласный кодекс, которому ей изо дня в день приходилось следовать. И именно поэтому она облегченно вздохнула, переступив порог своей комнаты и прикрыв за собой дверь.

Взгляд Рэрити скользнул по просторному, обставленному довольно аскетично для обители известного дизайнера помещению. Всего пару вещей, находившихся здесь, можно было отнести к предметам роскоши: большой мягкий диван с дорогим темно-бордовым покрытием и огромное, почти во всю стену размером, зеркало в красивой деревянной оправе, украшенной искусной резьбой. Остальное убранство являлось данью работе: сложенные аккуратными стопками образцы разнообразных тканей, несколько швейных машинок, пара из которых давно сломались, но были дороги как память, и расставленные то тут, то там мольберты, на которых красовались только зарождающиеся силуэты новых работ. Модельерша любила работать здесь, отвлекаясь от ярких до вычурности интерьеров, где ей приходилось бывать во время модных показов.

Присев за небольшой столик перед зеркалом, Рэрити вновь вздохнула, мельком взглянула на свое отражение в зеркале и магическим захватом подтянула к себе начатую бутылку вина, наполняя бокал и с наслаждением делая пару глотков. Вот только, вопреки ожиданиям, слегка терпкий вкус напитка не принес облегчения, а только глубже затянул кобылку в воспоминания.

Сейчас она поверить не могла, что пять долгих, безмерно долгих лет назад она так лелеяла свою хрустальную мечту попасть со своими коллекциями на подиумы столицы. Ей, тогда еще глупой и наивной, казалось, что только к этому должна стремиться любая пони. И она работала, не покладая копыт, днями и ночами напролет, борясь с конкурентами и спонсорами, неизбежно отдаляясь от семьи, и, наконец, добилась своего. О ней заговорили, с ней стали считаться, множество домов моды мечтали увидеть имя Рэрити на своих афишах. Но к тому времени кобылка уже успела прозреть, и та магия искусства, к которой она столько стремилась, на поверку оказалась простыми фокусами, трюками, похожими на приемы из арсенала Великой и Могучей Трикси. В мире большой моды бал правили злоба и зависть, и друзей среди дизайнеров высокого класса просто по определению не водилось. Уже несколько раз она хотела бросить все, но сначала ей не дала уйти ответственность и нежелание подводить коллег, потом подвернувшийся выгодный контракт. В конце концов, Рэрити просто смирилась. Сам процесс создания новых нарядов все еще доставлял ей истинное наслаждение, а остальное она надеялась выдержать. Как-нибудь…

От невеселых размышлений модельершу отвлек короткий, по-военному четкий стук в дверь. Рэрити знала только одного пони, стучавшего так, и не замедлила пригласить гостя войти.

Дверь открылась, пропуская в проем крепко сбитого, высокого пегаса темно-зеленого окраса, способного легко поспорить с любым королевским гвардейцем в качестве выправки и жесткости взгляда. Звали жеребца Райт Ордер, и он уже довольно давно взял на себя роль агента Рэрити, быстро опровергнув множество стереотипов о работниках шоу-бизнеса, сложившихся у нее. Всегда предельно собранный, он мог работать с отдачей не меньшей, чем его подопечная, помогая ей во всем, а иногда буквально вырывая для нее спорные пункты контрактов. Правда, друзьями их это так и не сделало: к кобылке пегас относился лишь как к очередному клиенту, а его исключительное упорство не распространялось только на нее и являлось неотъемлемой частью его характера.

− Поздравляю, Рэрити, − слегка приподнял уголок губ Ордер, одновременно листая какую-то папку. – Сегодняшнее выступление определенно принесет тебе парочку новых договоров.

− Замечательно… − медленно проговорила в ответ кобылка, и радости в ее голосе уж точно не было. Впрочем, агент ее настроения не понял. Или просто не захотел понять.

− Не буду тебя сейчас загружать рабочими вопросами, − сказал он, собираясь уходить. – Только учти, что завтра у тебя встреча с Фотофиниш, как обычно… Я все равно тебе напомню. И последнее: у нас небольшой завал на оформлении твоей новой коллекции, поэтому ребята не успели разобрать несколько последних партий корреспонденции. Они пока побудут здесь? Это ненадолго, поверь.

Жеребец исчез за дверью, закончив свой импровизированный доклад, а Рэрити с грустной усмешкой взглянула на большой полотняный мешок, притаившийся в тени. Письма. Еще один штришок в этом мире фальши. Гора бессмысленных воплей от пытающихся привлечь ее организаторов и записок от неадекватных фанатов, найти среди которых простое слово поддержки было так же сложно, как обнаружить нетронутый огненный рубин посреди рудника алмазных псов.

Рэрити уже собиралась отойти, как вдруг один из конвертов, в самой середине кучи, привлек ее внимание. На первый взгляд, ничего экстраординарного в нем не было, но уже через мгновение кобылка поняла, что именно этим он и необычен: никаких кричащих цветов, никаких огромных надписей «Рэрити, выходи за меня!» в поле адреса, ничего! Копыто модельерши против воли потянулось к нему, вынимая из мешка. А в следующее мгновение волна обжигающего холода пронеслась по ее спине, когда она заметила маленькую печать, скреплявшую письмо – аккуратный скрипичный ключик. Так всегда запечатывала письма ее мама!

Ощутив внезапный приступ слабости, кобылка осторожно присела и попыталась вскрыть конверт, но оберточная бумага не поддавалась, выскальзывала из дрожащих копыт. Наконец, помогая себе магической аурой, модельерша смогла добраться до письма, буквы закрутились у нее перед глазами, неохотно складываясь в слова.

«…Доченька, мы понимаем, что ты очень занята, но надеемся, что ты сможешь выкроить время навестить нас на праздники… Мы с папой очень по тебе скучаем… Свити тоже приедет ненадолго, она очень хочет тебя увидеть… Пожалуйста, приезжай…»

Листок бумаги, медленно кружась, упал на пол, и на его поверхности проступили темные пятна от упавших на него слезинок. Рэрити, беспомощно всхлипывая, подошла к мешку с почтой и, опрокинув его, стала лихорадочно разгребать груду разноцветных конвертов. И вот среди них попался еще один со скрипичным ключом. И еще один… И еще…

− Нет! – заплакала обессиленная кобылка, опускаясь на пол, засыпанный маленькими белыми прямоугольниками с аккуратными печатями…

− Стоп, стоп, стоп! – замахал лапами Дискорд. – Позволь я тебя прерву, Найт. У меня есть к тебе только три вопроса. Первый: с каких это пор исполнение заветной мечты стало материалом для кошмаров? Второй: когда в этом сне начнутся погони, жуткие монстры и еще что-нибудь веселое, наподобие угрозы уничтожения мира? И, наконец, третий… Нет, серьезно, когда начнутся погони и жуткие монстры?

− Много ты понимаешь, химера бесчувственная, − усмехнулась неожиданно вставшая на сторону рассказчицы Кризалис. – Видишь ли, не все трагедии должны основываться на том, что кому-то захотелось поменять местами верх и низ или, скажем, превратить маленьких бобрят в жутких монстров. Иногда история должна быть более жизненной!

− Возможно, − кивнул драконикус, − но только не в том случае, если она списана со слезливого романа для кобылок.

− О, ты, наконец, прочитал что-то помимо твоих любимых кулинарных книг! – притворно изумилась королева чейнджлингов. – Я поражена!

− Знаешь, а ведь интересный получился концепт, − глубокомысленно заявил Сомбра, подчеркнуто игнорируя распаляющихся спорщиков. – Показать Рэрити, какой бы могла стать ее жизнь, всецело посвященная работе. Без друзей, без тесного общения с близкими. Сценарий, лишенный мистики, и от этого еще более реальный. Да… Не совсем обычная основа для кошмаров, но все же…

− … но ты бы удивился, узнав, сколько раз наша маленькая модница просыпалась в холодном поту после таких снов, − закончила за единорога фразу Найтмэр Мун и, зачарованно глядя на танцующий в камине огонь, добавила, не обращаясь ни к кому конкретно: − И кстати, воплощение мечты вполне может стать самым жутким кошмаром, уж поверьте.

После этой фразы над столом повисло растерянное молчание. Даже Дискорд с Кризалис, мгновение назад всецело поглощенные перепалкой, прервались, подозрительно взглянули на сидящую с отсутствующим видом ночную принцессу, потом друг на друга и, практически синхронно пожав плечами, притихли, о чем-то задумавшись.

− Ладно, что-то мы загрустили, − спустя некоторое время прервала созданную ей же паузу Найтмэр. – Тартар с вами, следующая порция – за мой счет.

Глаза аликорна широко распахнулись, загораясь завораживающим синим светом, а мгновением позже одна из официанток, направлявшаяся совсем к другому столику, резко остановилась, развернулась и неуверенно, будто слабо контролируя свои движения, направилась обратно к прилавку. Поставила поднос, собрала новый заказ и медленно приблизилась к властительнице ночи.

− Приятного вечера, − механически проговорила кобылка, расставив бокалы. Когда она удалялась, освобожденная от чар подчинения, на подносе звякнул мешочек с монетами.

− Следующая история коротка и полна бессмысленного насилия. Прямо по заказу некоторых наших… − Найтмэр прервалась, шутливо салютуя Дискорду − … особо активных слушателей. Задеть Эплджек тоже оказалось довольно просто. Глупо было не воспользоваться тем, что семья имеет для нее такое большое значение.

Эплджек, тяжело дыша, неслась через густой подлесок, почти не разбирая дороги. Она не обращала внимания ни на хлещущие ее ветви деревьев, ни на то и дело попадающиеся под ногами кочки и выбоины, ни на заливающий глаза пот, упорно стремясь вперед – туда, где вдалеке в темном ночном небе разливалось красно-оранжевое инфернальное зарево пожара.

Ферма «Сладкое Яблоко» пылала. Семейный амбар, давнее родовое гнездо семьи Эппл, горел ярким факелом, пожираемый заживо жадными языками пламени, настойчиво взбирающимися вверх, к крыше. Настоящий огненный смерч бушевал на дальнем конце участка, быстро охватывая некогда аккуратные пристройки для хранения семян и превращая их в покрытые обожженными язвами груды обломков. В раскинувшемся перед фермершей раскаленном море не было видно ни одного просвета; казалось, вспыхивала сама земля, рассыпаясь в прах и поднимаясь вверх тучами черного пепла и ярких искр. Как раз когда Эплджек, закрываясь от дышащего нестерпимым жаром ветра, подошла ближе, из клубящейся дымки, закрывающей небо, к ее ногам вынесло матерчатую ленту, на истлевшем, дымящемся полотне которой все еще можно было разобрать часть фразы «…возвращ…ем, Эплдж…».

Липкие холодные щупальца страха оплели сердце Элемента Честности, когда она вспомнила о том, что Пинки собиралась устроить грандиозную вечеринку по случаю ее возвращения из поездки в Эпллузу. Медленно продвигаясь вперед, выбирая дорогу в лабиринте крохотных островков, до которых стихия еще не добралась, кобылка молила Селестию лишь о том, чтобы все успели вовремя покинуть ферму.

− Эплджек! Помоги! – Тонкий, едва слышный, но легко узнаваемый голосок сестры, раздавшийся на фоне плотоядного треска пламени, заставил кобылку вздрогнуть от ужаса. Присмотревшись, она каким-то невероятным образом смогла заметить у одного из сарайчиков, пока еще нетронутого катастрофой, мелькающий в прорехах огненной стены ярко-красный бант

− Мы здесь застряли! – снова крикнула Эплблум. – Макинтоша придавило обломками, а мы с бабулей не можем одни его вытащить! Нам нужна твоя помощь!

− Спокойно, сестренка! – ответила фермерша, лихорадочно высматривая способ побыстрее добраться до родственников. – Я скоро приду! Вы только держитесь!

Подобравшись, она уже собралась перепрыгнуть через почти развалившуюся обгоревшую телегу и выбраться на более или менее безопасную тропу, как ее настрой сбил другой знакомый голос, донесшийся с противоположной стороны, из дома.

− Помогите, пожалуйста!

И вновь, несмотря на выжигающий легкие воздух, Эплждек почувствовала, как по позвоночнику прокатывается волна холода. Не узнать в отчаянно зовущей на помощь кобылке Рэрити было практически невозможно.

− Рэрити? – позвала Эплджек, пытаясь перекричать ревущий пожар.

− Мы здесь… заперты. Твайлайт… − Неожиданно обострившиеся чувства Элемента Честности позволили ей противоестественно четко услышать, как подруга прервалась, подавившись, закашлявшись ядовитым едким дымом. – Твайлайт тяжело ранена! И мы не можем найти Флаттершай! Нам не выбраться без тебя!

− Не волнуйтесь! Я уже иду! Я спасу вас… всех…

На последней фразе голос Эплджек сорвался на полузадушенный хрип. Отчасти из-за гари, но в большей степени – потому что раздавшиеся одновременно натужный скрип подтачиваемых огнем перекрытий в доме и нарастающий гул устремляющейся к сараям огненной стены дали ей понять, что ей хватит времени успеть только в одно место…

− Нет, нет, нет… − в панике забормотала кобылка и, набрав воздуха в грудь, закричала изо-всех оставшихся сил: − Помогите! Хоть кто-нибудь!

Тщетно. Ее крики терялись на фоне хищного воя заполучившей добычу стихии, а темнота за пределами освещенного пожаром участка становилась еще более плотной, вязкой, отбирая последние шансы разглядеть кого-то, способного помочь фермерше спасти всех дорогих ей пони.

− Эплджек! – снова взвился в ночи отчаянный крик Эплблум.

− Пожалуйста, Эплджек! – вторила ей Рэрити, к которой, казалось, присоединилась Пинки Пай. – Спаси нас!

− Только не это… − задыхаясь от рыданий, выдохнула фермерша. – Не заставляйте меня выбирать! Нет!

− Ах, выбор! – продекламировал Дискорд, откидываясь на стуле. – Единственная абсолютная свобода, которая нам дана… Неплохая тема для кошмара, очень неплохая! И еще… Я уже говорил, что огонь – чрезвычайно удачная метафора?

− Ну, ты упоминал об этом пару … десятков раз! – съязвила Кризалис и, показав Духу Хаоса язык, повернулась к ночной принцессе. – Слушай, Найт, это все очень интересно, но ты уже почти закончила рассказывать, а мы так и не добрались до той части, где тебя постигает неудача. Неужели ты не понимаешь, что скоро слушатели начнут скучать!

− Еще бы не понять, − огрызнулась Найтмэр Мун. – Вам, стервятникам, только дай повод… Ладно, не волнуйтесь, мы как раз подходим к этой части. Признаюсь честно: вот чего я не ожидала, так это того, что все испортит Рэйнбоу Дэш!

− Маленькая эгоцентричная летунья спасла положение? – поднял бровь драконикус, переглядываясь с Сомброй. – Я заинтригован…

− Рэйнбоу, а ты уверена, что это не опасно?

− Флаттершай, ты спрашиваешь об этом уже в десятый раз, и я в десятый раз тебе отвечаю – ни капельки! Ты же поднимаешься в воздух с лучшим летуном всей Эквестрии! Да у тебя куда больше шансов попасть в неприятности на земле.

Яркий воздушный шар с пятью молоденькими кобылками на борту легко карабкался в сияющее лазурной синевой небо, пробивая тонкое покрывало пушистых облаков, а Рэйнбоу Дэш, изнывая от нетерпения, кружила вокруг него, чуть ли не подталкивая слишком неповоротливый, по ее мнению, аппарат. Кобылка не могла дождаться момента, когда ее друзья наконец увидят то, над чем она так долго работала, ради чего тренировалась, не жалея сил. Фигура высшего пилотажа, которая окончательно закрепит за ней статус лучшей в полете. Горизонтальный Радужный Удар…

− Это так волнующе! – просияла, потирая копыта, Твайлайт, окруженная кучей каких-то приборов, с трудом помещавшихся в корзину аэростата. – Впервые я смогу наблюдать эффекты Удара на таком близком расстоянии! Вы представляете, как это обогатит мое понимание процессов распространения магических волн?..

− Честно говоря, совсем не представляем, − высказалась Эплджек, которая уже не решалась лишний раз двинуться из боязни повредить какой-нибудь хрупкий инструмент. – Мы просто надеемся, что нам будет, что вспомнить.

− Точно! Спайк! – ахнула библиотекарша, ища взглядом своего маленького ассистента. – Ты приготовил бумаги для записей? Мы должны будем все подробно законспектировать. Форму ударного конуса, показатели спектра…

− Самое главное – передать нереальную крутость момента! – Полный энтузиазма дракончик едва не подпрыгивал, явно радуя Рэйнбоу, которая довольно ему подмигнула.

Наконец, шар достиг нужной высоты и остановился, а Рэйнбоу Дэш, зависнув напротив корзины, горделиво и важно, словно с трибуны, обратилась к подругам:

− Итак, сейчас вы станете свидетелями невиданного ранее трюка! Трюка, который еще не смог выполнить никто во всей Эквестрии! Который когда-нибудь войдет в историю полетного искусства!

Правда, сразу после этих пафосных слов кобылка ненадолго замялась и даже слегка покраснела.

− Я все еще продолжаю работать над техникой, − пояснила она свое поведение, − да и не определилась до конца с некоторыми моментами... В общем, нынешний вариант выступления еще немного сырой…

− Неважно, − беспечно отмахнулась Пинки Пай, не выпускавшая из копыт яркий флажок с золотистым рисунком летящего пегаса. – Дэши, тебе не нужно ничего объяснять. Мы на все сто… нет, двести процентов уверены, что у тебя все получится! А теперь отправляйся на трассу и покажи, как надо устанавливать рекорды!

Благодарно улыбнувшись друзьям, поддержавшим слова розовой пони одобрительными возгласами, радужногривый пегас резко взмахнул крыльями и взмыл вверх.

Стоило кобылке набрать скорость, как все сомнения и страхи отошли на второй план, сметенные с картины восприятия небом, толчками врывающимся в легкие. Чувства Рэйнбоу обострились до предела, позволяя ей с легкостью ощущать, как напрягается под нагрузкой каждая мышца, наслаждаться тянущей пустотой, возникающей в груди при входе в пике, слышать, как трепещет каждое перышко на крыльях при срыве воздушного потока на виражах. В эти секунды для нее не существовало ничего, кроме охватившей ее эйфории свободного полета.

Пронзив облачную завесу, кобылка на несколько чудесных мгновений застыла в воздухе, любуясь белоснежным пушистым морем, залитым расплавленным золотом солнечного света, и, сложив крылья, камнем рухнула обратно. Пришло время самой важной части…

Снизившись по многовитковой пологой спирали, Рэйнбоу Дэш глубоко вдохнула, готовясь к финальному рывку. Пространство вокруг нее потускнело, свернулось до короткого участка воздушной трассы, который ей вскоре предстояло покорить. По мере того, как росла скорость ее полета, кобылка все явственнее чувствовала, как небо, обычно являющееся ее лучшим другом, упирается, будто становясь тверже, пытается задержать своенравного летуна. Еще несколько мгновений продолжалась упорная борьба, и, в конце концов, небеса сдались под напором упрямицы: воздух вокруг нее заискрился и взорвался, распускаясь прекрасным радужным цветком. «Я смогла! Я сделала это!» −возликовал разум пегаса, пока тело медленно, но верно начинало отдаваться в благожелательные объятья усталости, потратив значительную часть своих резервов.

К сожалению, долгожданный момент триумфа оказался несколько подпорчен взволнованными, почти паническими криками с той стороны, где оставался аэростат. Картина, свидетелем которой стала Рэйнбоу, обернувшись, заставила ее похолодеть: вдалеке медленно угасал широкий фронт Радужного Удара, а в том месте, где он недавно прошел, раненой птицей метался накренившийся воздушный шар. Последняя веревка, уже начинающая расплетаться под слишком большим весом, удерживала сорванную с креплений магической волной корзину, в которой беспомощно копошилась Флаттершай, пытаясь освободиться из-под завалившихся на бока приборов. А чуть ниже, на фоне облаков виднелись пять летящих к земле фигурок…

Не успела Рэйнбоу даже испугаться, как веревка с громким хлопком лопнула. Получивший свободу аэростат рванулся в сторону, оседлав порыв ветра, а корзина полетела вниз, увлекая за собой желтого пегаса…

− Девочки! – воскликнула Рэйнбоу Дэш и бросилась следом.

Сознание Элемента Верности работало на пределе возможностей, одновременно просчитывая десятки вариантов, безжалостно отбрасывая те, которые не позволяли спасти всех попавших в беду подруг, и конструируя из оставшихся план действий. Вот несущаяся стрелой кобылка поравнялась со Спайком, отчаянно размахивающим лапами в попытках замедлить падение, но не стала подхватывать его. Вместо этого она резко ускорилась, обгоняя падающего дракончика и добираясь до корзины. Несколько мощных ударов копытами – и Флаттершай встала на крыло, а в следующее мгновение носительница Доброты, повинуясь указаниям подруги, уже поймала дракончика.

Убедившись, что все получилось как надо, Рэйнбоу продолжила свое скоростное пике, быстро нагоняя двух падающих единорогов. Вблизи можно было разглядеть, как почти ударившаяся в панику Рэрити удерживает возле себя бесчувственную Твайлайт, видимо, пострадавшую при прохождении ударной волны, и одновременно безуспешно пытается наколдовать заклинание левитации, достаточно мощное, чтобы удержать их обеих. Впрочем, еще действовали чары хождения по облакам, предусмотрительно наложенные ученицей Селестии на подруг перед вылетом, и Рэйнбоу планировала этим воспользоваться.

Заложив резкий вираж, пегас подхватил небольшое плотное облачко и, двигаясь под углом к траектории падения единорогов, поймал их. Рэрити еще не успела осознать, что падение закончилось в мягкой воздушной кровати, а ее спасительница уже продолжила полет.

Самое сложное оставалось впереди. Во-первых, до земли оставалось не так уж и много, а подходящих облаков поблизости не было. Во-вторых, силы Рэйнбоу Дэш, и так уже выложившейся на полную, стремительно таяли: мышцы предательски ныли, то и дело норовя неудачно дернуться и сорвать очередную попытку ускорения, тело медленно начало наливаться свинцовой тяжестью, глаза застилала мутная пелена, отчаянно не хватало воздуха. Казалось, что еще немного – и она сама упадет вниз, не выдержав нагрузки.

Но сдаваться пегас не собирался. Стиснув зубы и загоняя усталость поглубже, Рэйнбоу понеслась еще быстрее, приближаясь к Эплджек. Решив использовать ту же тактику, что и в прошлый раз, она обогнала подругу, найдя в себе силы ободряюще ей кивнуть, и устремилась к находящейся в куда большей опасности Пинки.

Но как кобылка не старалась, расстояние между ними сокращалось слишком, слишком медленно. Земля все приближалась, обрастала деталями, безучастно глядя на развивавшуюся над ней трагедию зеркальной гладью озер, угрожающе ощетинившись вершинами деревьев, но носительница Элемента Верности и не думала затормозить. Она точно знала, что скорее разобьется сама, чем позволит пострадать кому-то из подруг.

Пинки Пай, конечно, тоже прекрасно понимала это. Всего пару мгновений потребовалось ей, чтобы все взвесить, понять, что если Рэйнбоу продолжит погоню, то некому будет спасать Эплджек, и принять судьбоносное решение. Розовая пони, до этого беспорядочно кувыркавшаяся в воздухе, выровнялась, повернулась к пытающейся догнать ее подруге и легко покачала головой, недвусмысленно указывая копытом на фермершу. В глазах Элемента Смеха, за искрящейся завесой слез, ярко светилась непоколебимая уверенность. Рэйнбоу, сразу же осознавшая, что должно сейчас произойти, попыталась закричать, но безжалостный встречный воздушный поток тут же унес крик прочь, развеял, разорвал его в клочки.

А затем Пинки сгруппировалась и резко увеличила скорость…

− Нет! – все же смогла воскликнуть Рэйнбоу, вкладывая в последний отчаянный рывок все оставшиеся у нее силы, но было уже поздно. Она не могла ничего изменить…

− То есть, ты дала Рэйнбоу увидеть, как ее самоуверенность погубила одну из ее лучших подруг, − уточнил Сомбра. – Что ж, вполне логичный сценарий. Я бы на твоем месте, наверное, поступил бы так же. И в чем оказалась твоя ошибка?

− Ты не поверишь, − усмехнулась Найтмэр. – Я переоценила самоуверенность этой кобылки. Сильно переоценила…

Рэйнбоу Дэш пришла в себя, лежа на мягкой, отчетливо пахнущей хвоей лесной поляне. Несколько секунд она не могла понять, где находится, но тут неподалеку раздался едва слышный стон фермерши, и воспоминания о том, что случилось, яростной волной ворвались в сознание пегаса. Кобылка вспомнила, как распахнула крылья, останавливая свое пикирование, как раз в тот момент, когда Пинки, пробив кроны деревьев, скрылась из виду. Вспомнила, как сумела таки поймать Эплждек, но, абсолютно раздавленная произошедшим, не смогла удержаться в воздухе и рухнула вниз вместе с подругой.

Когда Рэйнбоу попыталась подняться, чудовищная боль сковала все ее тело. Ноги почти не слушались ее, крылья, сведенные судорогой, потеряли подвижность, тяжелыми наковальнями стучала в висках прилившая кровь, но все это не шло ни в какое сравнение с тем, что она испытывала при одной мысли о Пинки Пай. Тихо всхлипывая, кобылка склонила голову, и сил ей хватило только на то, чтобы сказать:

− Это все ложь…

В этот миг весь мир вокруг пегаса, словно не ожидая подобного, замер. Затихло пение птиц, прекратил дуть легкий прохладный ветерок, перешли на едва слышный шепот, а потом и вовсе затихли качающиеся деревья, погружая подлесок в молчание. Посреди воцарившейся тишины пегас поднял глаза, в которых уже не было скорби, уступившей место вспыхнувшей догадке.

− Ты просчитался, слышишь, − тихо прошептала кобылка, медленно поднимаясь на ноги. – Кто бы ты ни был, твоя афера не удалась!

Голос Рэйнбоу звучал все увереннее, и с каждым ее словом пространство вокруг все сильнее изгибалось, искажая контуры предметов.

− Я понимаю, на что был расчет, − поморщившись, переступила кобылка с ноги на ногу. – Я должна была поверить, что сама виновата в случившемся, что меня подвела моя самоуверенность!

Силуэты высоких деревьев начали изгибаться, стекая вниз подобно смываемой краске, трава превратилась в одно размытое зеленое пятно, а по небесной лазури побежали трещины.

− Есть только одна проблема! – с вызовом прокричала Рэйнбоу в пустоту. – Да, я иногда слишком верю в свои силы, но…

Мир задрожал, забился в подступающей агонии…

– Я никогда… Слышишь, никогда! Не подвергну друзей опасности! НИКОГДА!

С оглушительным треском иллюзия разбилась на миллион осколков, осыпавшихся ослепительным дождем, и в следующий миг Рэйнбоу Дэш очнулась в темной, выложенной грубо отесанным камнем сырой комнате, едва освещенной светом пары коптящих факелов. Ощутив на шее привычную тяжесть своего Элемента, она огляделась, и сразу же заметила погруженных в сон подруг, лежащих неподалеку. Судя по их жалобным стонам, снилось им что-то не очень радужное.

− Девочки! Твайлайт, Рэрити! – затрясла их Рэйнбоу, пытаясь разбудить, но пони никак не реагировали на ее старания. – Ну же, ЭйДжей, вставай! Это всего лишь сон, вы должны бороться с ним!

После нескольких минут тщетных попыток растерянная кобылка села рядом с друзьями, не зная, что еще предпринять.

− Пожалуйста. Вы должны проснуться… − чуть слышно прошептала она, не замечая, как стилизованная молния на ее ожерелье загорается слабым неровным огоньком. – Вы нужны мне… Я… я не справлюсь без вас…

….посреди жуткого калейдоскопа из обломков зданий, туч пыли и вырванных с корнем деревьев до сжавшейся в комочек фиолетовой кобылки вдруг донесся знакомый голос, повторяющий:

− Пожалуйста! Вы должны проснуться…

− Рэйнбоу?! – вскинула голову Твайлайт.

− … Вы? Этого не может быть! – воскликнул, отступая от Элементов Гармонии высокий темный аликорн. – Вы не могли справиться с моими кошмарами!

− Ты как всегда недооценила силу настоящей дружбы! – бросила властительнице ночи Твайлайт Спаркл, и ее диадема угрожающе засверкала, напитываясь магией. – Освободи принцессу Луну, немедленно!

− Ни за что! – отрезала Найтмэр Мун.

Слепящий свет взвивающейся к потолку радуги проник в каждый уголок старого замка. Волна кристально чистой волшебной энергии стремительным водопадом рухнула вниз, окутывая аликорна своим теплым сиянием…

− Вот так и закончился мой план, − завершила рассказ Найтмэр, разочарованно вздыхая. – Я успела уйти достаточно быстро для того, чтобы воздействие Элементов не стало необратимым, но недостаточно быстро, чтобы остаться в своем теле одной.

Фантом принцессы Луны, как будто догадавшись, что разговор идет о нем, вновь появился в блестящих потоках магии и голосом, полным бессильной злобы, обратился к темному аликорну:

− Только такой монстр как ты мог придумать подобный план! Моя способность посещать сны пони предназначена для сохранения гармонии в Эквестрии, а ты используешь ее, чтобы разрушать жизни! Вот увидишь, моя сестра этого так не оставит!

− Селестия? – насмешливо фыркнула ночная принцесса, махая на непрошенного соседа копытом. – Правда? Слишком серьезное заявление, учитывая, сколько раз за последние годы она действительно спасала положение.

− Милочка, открой глаза, − усмехнулся Дискорд, привлекая внимание призрачной кобылки. – Мы уже давно сидим в одном из самых известных кафе в Кантерлоте, и что-то я до сих пор не увидел стражи, пришедшей по наши души. На твоем месте я бы не ждал с нетерпением момента, когда твоя драгоценная сестренка примчится к тебе на помощь.

Луна хотела что-то возразить, но Найтмэр Мун, небрежно бросив «Надоела ты мне!», сосредоточилась и развеяла фантома, рассыпавшегося серебристой пылью.

− Ладно, коллеги, вернемся к нашей бесцеремонно прерванной беседе, − заговорил драконикус. – Думаю, все согласятся, что история нашей дорогой Найт была как минимум занятной.

Кризалис уже приготовилась что-то ответить, но неугомонный Дух Хаоса решил обставить ситуацию по-своему. По щелчку его пальцев королева перевертышей, бывший правитель Кристальной Империи и он сам оказались за материализовавшимся из воздуха судейским столом, а над их головами возникли белые таблички, на каждой из которых значилась надпись «пять целых девять десятых».

− Дискорд! Ты же знаешь, что я терпеть не могу спортивные метафоры! – пробурчала Найтмэр. – И почему не шесть?

− Ну, давай посмотрим, − принялся загибать пальцы Дискорд. – Я снял одну десятую за последние два кошмара. На мой взгляд, на них ты уже стала выдыхаться. Сомбра, с его неплохим аналитическим складом ума точно нашел бы, за что снять очки, но он – твой тайный поклонник, и потому предвзят. Я просто решил поступить по-дружески и помочь ему.

− Эй, что ты… − начал было смутившийся единорог, но Дух не дал ему договорить.

− Не благодари меня, мой остающийся в тени товарищ, − сказал он и продолжил свой подсчет: − Так, а Кризалис сняла баллы за то, что… За что, кстати, я так и не понял, Кризи?

− Сойдемся на том, что я – злюка, − невинно взмахнула ресницами королева, посылая разозленному аликорну медовую улыбку.

− Знаешь, одна моя сторона мечтает придушить тебя, − с чувством выдохнула Найтмэр, сверля соперницу недобрым взглядом.

− А другая? – искренне заинтересовалась Кризалис.

− Отправить тебя на Луну, − отрезала ночная принцесса. – А потом сидеть на балкончике, пить чай и смотреть на тебя в телескоп.

Кобылки разом поднялись из-за стола навстречу друг другу, но между ними успел втиснуться Дискорд, в руке которого возникла разложенная веером колода.

− Ну, ну, сейчас не время для ссор, − примирительно произнес он, ловко тасуя карты. – Вы же хотите услышать следующую историю, верно?

Драконикус легко стукнул по ребру колоды, выбрасывая одну карту, которая, словно стесняясь, долго прикрывалась рубашкой и, только оказавшись на столе, перевернулась, демонстрируя клубящуюся в воздухе тень с горящими зеленоватым пламенем глазами. Взгляды собравшихся за столом злодеев, как по команде, повернулись к королю Сомбре.

− Итак… − протянула Кризалис, подпирая копытом подбородок и придвигаясь поближе к будущему рассказчику.

− Моя встреча с Элементами произошла не так уж давно, − начал единорог, отставляя пустой бокал. – Тогда я как раз работал над одним интересным проектом, и мне нужно было его проверить. Видите ли, вместе с Кристальной империей из тысячелетнего заточения я вернул кое-что еще…

## Вопрос доверия

− У всех пони есть определенные жизненные ориентиры, − говорил Сомбра, обводя взглядом своих слушателей. – Аксиомы, на которых держится вся картина их мира. Твайлайт и ее подруги всегда так успешно справлялись с нашими испытаниями не в последнюю очередь потому, что одна из их аксиом – друзьям всегда можно доверять, они прикроют тебя в любой ситуации. Снимая свой проект с консервации, я решил проверить, что получится, если эту их уверенность немного пошатнуть. Подготовка заняла довольно много времени, в ходе которого я незаметно вмешивался в их жизнь, корректируя некоторые события. Пара забытых обещаний, несколько мелких обид и пропущенных встреч – все это, конечно же, не могло разрушить дружбу Элементов Гармонии, но посеяло в их душах семена сомнений, ростки которых должны были взойти во время основной фазы…

Твайлайт проснулась из-за того, что кто-то очень настойчиво тряс ее за плечо. Приподнявшись на кровати, зевнув и протерев слипающиеся глаза, она уже собиралась высказать разбудившему ее Спайку свое недовольство, но остановилась, обратив внимание, насколько взволнованным выглядел ее ассистент.

− Наконец-то! – вздохнул с облегчением дракончик. – Происходит что-то странное, и я думаю, тебе стоит взглянуть.

Спайк потянул кобылку за собой, но та и сама уже обратила внимание на топот множества копыт и обеспокоенные возгласы, доносившиеся с улицы. Подойдя к окну и выглянув наружу, библиотекарша удивленно распахнула глаза, окончательно сбрасывая с себя остатки сна. Несмотря на позднее время, заснеженные улицы тихого городка пестрели множеством переговаривающихся друг с другом пони, смотрящих куда-то вверх; гривы всех цветов и оттенков виднелись в окнах, дверных проемах и даже на крышах. Подняв взгляд, Твайлайт тут же поняла, что привлекло внимание жителей Понивилля: в ночное небо с сияющей в вышине луной словно впрыснули густых черных чернил, медленно растекающихся по небосводу. Завиваясь турбулентными потоками, жутковатые кляксы неторопливо спускались вниз, будто капли грязной воды на оконном стекле, и переползали на землю, покрывая искрящуюся снежную поверхность темными оспинами.

− Что это такое, как думаешь? – спросил осторожно выглядывающий из-за подруги Спайк.

− Понятия не имею, − наблюдая за захватывающими все новую территорию пятнами, проговорила Твайлайт. – Уверена только, что ничего хорошего оно нам не сулит…

… По пути к центру города Твайлайт, внимательно наблюдавшая за поразившей Понивилль болезнью, поняла, что темные пятна не просто портят вид на аккуратные домики. Прямо на ее глазах маленький жеребенок, заинтересовавшийся активно извивающейся тенью, наступил на ее поверхность копытом и, не найдя под ногами опоры, чуть не провалился, вовремя удержанный от падения отцом. Сделав мысленную пометку держаться от непонятных образований подальше, библиотекарша продолжила путь.

Добравшись до центральной площади, кобылка поняла, что, во-первых, остальные носительницы Элементов уже прибыли и ждут ее, а во-вторых – что, несмотря на бурные обсуждения, все собравшиеся здесь пони так ничего и не решили.

− Опережая ваш вопрос: нет, к сожалению, я не знаю, что происходит, − встретив вопросительные взгляды, сообщила подругам Твайлайт. – Вы давно здесь?

− Прибыли, как только смогли, − ответила Эплджек, на что Рэрити тихо фыркнула и пробормотала себе под нос:

− Может, мне стоило устроить нечто подобное, чтобы вы все-таки пришли на мой показ на прошлой неделе…

− Ты снова за свое! – возвела глаза кверху Рэйнбоу Дэш. – Ты прекрасно знаешь, мы хотели тебе помочь. Но как я, например, могла предугадать появление той потерявшей управление грозы?

− Да уж, обстоятельства многим из нас помешали выполнить свои обещания, − нахмурилась фермерша, строго глядя на Флаттершай. Та потупилась, смутившись.

− Девочки, сейчас не время! – слегка топнула копытом Твайлайт, привлекая внимание. – Да, пара прошедших недель были для нас нелегкими, но сейчас есть проблемы и посерьезнее! Согласны?

Неуверенно переглянувшись, пони дружно покивали, и ученица Селестии, удовлетворившись результатом, спросила:

− Ладно, у кого-нибудь есть идеи, кто или что может стоять за всем этим?

− Я ставлю на вон того злюку! – усмехнувшись, заявила Пинки Пай, указывая копытом куда-то в сторону крыши ратуши. Кто-нибудь другой на месте Твайлайт наверняка принял бы это за несвоевременную шутку, но библиотекарша, уже привыкшая к тому, что почти за каждой подобной эскападой розовой кобылки стоит что-то серьезное, подняла голову и внимательно присмотрелась. Сначала она не могла рассмотреть ничего кроме мелькания падающих с неба снежных мушек, но тут серебристый луч ночного светила все-таки смог пробиться сквозь брешь в броне закрывающих небо пятен и осветил стену, на которой медленно, словно на фотографии, стала проявляться длинная колышущаяся тень.

− Кто ты такой? – выкрикнула Твайлайт, выступая вперед. – Покажись!

− Как пожелаете… − прошелестел ответ, и темный силуэт, сорвавшись с места, заскользил по стене вниз. Распавшись на несколько тонких ручейков, он прошел сквозь перила, изогнувшись, обогнул одно стрельчатое окно, отразился клубящимся облаком в другом, и мягко приземлился. А затем обрел рельеф и объем, когда прямо из тени на снег шагнул высокий единорог, закутанный в длинный плащ с поднятым воротником. В воздухе серебристым облачком повис пар от его дыхания; загорелись фиолетовым пламенем глаза.

− Сомбра… − немедленно узнала его Эплджек.

− Собственной персоной, − слегка поклонился бывший правитель Кристальной Империи.

− Зачем ты пришел? – дерзко бросила незваному гостю Рэйнбоу, зависнув неподалеку от него. – Мало было трепки, которую недавно задала тебе принцесса Селестия в Хуффингтоне?

− А вот с этого места прошу поподробнее, − заинтересовался Дискорд, приготовившись записывать в появившийся у него в лапах блокнот. – Как вышло, что мы не в курсе про твою встречу с Селли? Да еще и провальную?

− Это не относится к делу, − отрезал Сомбра, заметно раздосадованный своей оговоркой. – Мы говорим о стычках с Элементами, а не с Солнечной принцессой.

− Да ладно тебе, − с предвкушением протянула Кризалис, – Можешь смело рассказать нам все. Обещаем, мы не будем смеяться … поначалу.

Единорог наградил перевертыша презрительным взглядом, но мгновением позже его губы растянулись в ехидной усмешке. Прикрывая рот копытом, он несколько раз кашлянул, причем за его кашлем с легкостью угадывалась фраза «Плюшевая фигурка Соарина». Стоило Кризалис это услышать, как ее щеки зажглись ярким, заметным даже под ее темной шерсткой, румянцем, и она торопливо проговорила:

− Знаете, мне кажется, Сомбра прав. Мы хотели поговорить об Элементах, давайте говорить об Элементах…

− К сожалению, в этот раз достопочтенная правительница Эквестрии не сможет принять участие в нашей игре. А вот вы все – запросто. – Черногривый единорог обвел широким жестом собравшихся на площади пони и, повысив голос, продолжил: − Жители Понивилля! Как вы уже, несомненно, заметили, антураж вашего городка слегка изменился. Хочу сразу вас предупредить: тени, заполнившие улицы, представляют собой особые порталы, и поверьте, вам не захочется попасть в то место, куда они ведут.

Ответом стали испуганные возгласы тех, кто оказался слишком близко к расползающимся черным пятнам.

− У меня для вас две новости, и начну я, по традиции, с плохой! – голосом скорее конферансье, а не могущественного темного мага вещал Сомбра. – Выхода из города нет. Вы все останетесь здесь, пока игра не подойдет к концу. Но не волнуйтесь, есть и хорошая новость!

С этими словами единорог подошел ближе к насторожившимся носительницам Элементов и указал на них копытом.

− Вот те, кто может помочь вам, достопочтенные граждане, − заявил он. – Хорошо знакомые вам кобылки, уже не раз выходившие победительницами из безвыходных ситуаций, могут спасти положение и на этот раз! Им нужно всего лишь войти в любой из порталов, попасть в место, скрывающееся за ним, и добраться до ключа, который снимет блокаду со славного Понивилля!

− И с чего, скажи на милость, ты взял, что мы согласимся участвовать в твоих играх? – исподлобья взглянув на Сомбру, поинтересовалась Эплджек.

− С того, − усмехнувшись, ответил на это жеребец, − что каждая секунда промедления может дорогого стоить.

Словно дождавшись команды, пространственные червоточины на площади задвигались быстрее, резко и непредсказуемо меняя направление.

− Чем дольше вы раздумываете, тем больше невинных пони попадет в порталы вместо вас, − обрисовал ситуацию Сомбра, обходя кобылок по широкому кругу. – Вы же не допустите этого, правда?

Дождавшись, пока одна из чернильных клякс окажется к нему поближе, единорог обернулся смазывающейся в морозном воздухе тенью, окунулся в ее иссиня-черную гладь и пропал, не издав ни звука. Несколько мгновений на центральной площади царила напряженная тишина.

− Что нам делать? – раздался голос кого-то из горожан, и эта безобидная фраза произвела эффект раскатившегося в воздухе Радужного Удара: все заговорили одновременно, перекрикивая друг друга, скорее мешая, чем помогая принять взвешенное решение. Большая группа пони обступила носительниц Элементов, забрасывая их вопросами. Неизвестно, к чему бы такое столпотворение привело, если бы не своевременная реакция Эплджек.

− А ну-ка тихо всем! – зычно прикрикнула на толпу фермерша. Все разговоры практически мгновенно затихли. – Твайлайт?..

− Спасибо, Эплджек, − кивнула фиолетовая кобылка и обратилась к рассматривающим ее пони с наставительной речью. – Всех прошу сохранять спокойствие и быстро разойтись по домам. Порталы задвигались активнее, но они не целенаправлены, так что вы сможете избежать встречи с ними, если будете внимательны. Мы, тем временем, постараемся добраться до ключа и убрать купол...

Никто не заметил, как что-то темное и быстрое отделилось от одного из порталов, скользнуло, стремительно лавируя между прохожими, к Рэрити и слилось с тенью, отбрасываемой ее фигуркой. Тихий шелестящий шепот мягко прикоснулся к ее сознанию.

− Тебе не кажется, что это не совсем разумно? – поинтересовался некто у модницы. – Сомбра наверняка просто пытается заманить вас в ловушку. Не лучше ли будет попытаться наладить связь с внешним миром? Попросить помощи у принцесс?

Довод показался белоснежной кобылке весьма здравым.

− Я не думаю, что нам стоит участвовать в этом, − обратилась она к подругам. – Лучше попробуем выбраться из Понивилля или связаться с Кантерлотом.

− Но… − робко начала Флаттершай, − ведь выхода из города нет.

− Это Сомбра так сказал, − отрезала Рэрити. – Он мог наговорить что угодно, лишь бы заставить нас следовать его плану! Мы понятия не имеем, что нас может ждать по ту сторону этих … порталов.

Между тем, быстрая тень метнулась к зависшей в воздухе Рэйнбоу и принялась шептать ей на ухо:

− Не слушай ее. Сомбра вам не противник; вы легко справитесь со всем, что он придумает. Рэрити всегда была слишком осторожной, но сейчас она явно перегибает палку. Не думаю, что в этот раз ей можно будет довериться.

− То есть, ты предлагаешь трусливо сбежать с поля боя и побежать жаловаться старшим? – насмешливо спросила радужногривая кобылка, вняв бестелесному советчику. – И оставить наших друзей, соседей наедине с ловушками этого позера?

− Я не это имела в виду! – вспыхнула Рэрити.

− А было очень похоже! – съехидничала Рэйнбоу и, неторопливо облетая друзей по кругу, уверенно продолжила: − Я считаю, мы должны отправиться за Сомброй, разыскать его и силой заставить освободить Понивилль!

Свои слова кобылка выразительно проиллюстрировала, нанося несколько ударов копытами по невидимой мишени. А голос, тем временем, принялся шептать на ухо Эплджек:

− Безусловно, вам нужно ответить Сомбре и помочь понивилльцам. Но Рэйнбоу как обычно идет на поводу у своего эго, и это может плохо закончиться. Ее нужно держать в рамках…

− Мы идем внутрь портала… − твердо сказала фермерша.

− Вот это правильный подход к делу!.. – обрадовалась было Рэйнбоу Дэш, но Эплджек прервала ее.

− … но следовать твоему безумному плану не будем! – строго взглянула на пегаса оранжевая кобылка. – В который уже раз тебя заносит, Дэш. Наша цель – убрать эту гадость из неба над Понивиллем, а не соревноваться со злодеями!

− Твайлайт, эта ссора так и будет продолжаться, если ты не вмешаешься, − тихо говорил призрачный голос ученице Селестии. – Тебе придется пойти на компромисс…

− Девочки, хватит! – вклинилась библиотекарша между раздраженными кобылками. – Вы все приводили разумные доводы, поэтому я предлагаю поступить так: Пинки и Флаттершай останутся в Понивилле, попробуют отправить сообщение через Спайка, а если не выйдет, дойдут до окраин и проверят, можно ли выбраться из города. Флаттершай, если вокруг действительно установлен барьер, проверь, можно ли пересечь его по воздуху. Будьте предельно осторожны! Держитесь подальше от пятен.

− Будет сделано, босс! – уверенно заявила Пинки Пай, привлекая желтого пегаса к себе и отдавая подобие воинского приветствия. – Я за ней присмотрю!

− Мы с вами, − Ученица Селестии обвела взглядом остальных своих подруг, − последуем за Сомброй и попытаемся понять, что он задумал. Постараемся не ввязываться в неприятности и поскорее убраться оттуда.

С предложенным планом согласились все, хотя Рэйнбоу и Рэрити кивнули без особого энтузиазма. Твайлайт, выбрав один из порталов, глубоко вдохнула, взяла короткий разбег и совершила прыжок. Темная маслянистая поверхность приняла кобылку в свои объятья без единого всплеска; вслед за ней, вихрем пронёсшись над площадью и резко спикировав вниз, исчезла Рэйнбоу Дэш. Эплджек, пробормотав себе под нос нечто нелицеприятное о чуть не сбившей ее с ног радужной сорвиголове, уже собиралась прыгать, как вдруг, то ли по замыслу создателя, то ли по случайности, пятно метнулось в сторону и спустя пару мгновений исчезло из виду.

− Что же нам делать? – спросила заволновавшаяся Рэрити. – Как мы теперь найдем Твайлайт и Рэйнбоу?

− Стоя здесь, мы точно в этом не продвинемся, − покачала головой фермерша и указала на другую колышущуюся кляксу. – Вперед!

− Пойдем, Флаттершай! – звонко позвала Пинки Пай, дождавшись, пока подруги исчезнут из виду. – Проверим, не соврал ли нам Сомбра.

Розовая пони вприпрыжку двинулась прочь от центральной площади, улыбаясь так, словно не существовало портальной блокады. Флаттершай, с опаской оглянувшись и прошептав что-то вроде «Мне все это не нравится», последовала за подругой, не заметив, как позади нее, в тени одного из домов загорелись три расположенных в форме треугольника огонька…

− … гнилое сено! Чтоб вас!.. – выругалась Эплджек, с некоторым трудом поднимаясь на ноги, отряхивая свою теплую накидку и оглядываясь. Она находилась под небольшой двускатной каменной крышей, которую с боков поддерживали два ряда шестиугольных колонн; в заснеженном пейзаже вокруг преобладали мрачные серые скалы. – Ну и где мы, Дискорд побери, находимся?

− У меня есть пара мыслей на этот счет, − послышался изумленный голос Рэрити. Обернувшись, фермерша нашла ее взглядом: белая кобылка в светло-фиолетовом шарфе стояла неподалеку, у массивных перил, и смотрела куда-то вниз. Подойдя ближе, Эплджек проследила направление ее взгляда и ахнула.

Импровизированная беседка, в которую портал привел носительниц Элементов, располагалась на вырубленном высоко в скалах выступе, а внизу, в низине, зажатой со всех сторон массивными утесами-охранниками, разместилось странное и внушительное сооружение. Площадка идеальной круглой формы, подступающая почти вплотную к подножиям гор, была обнесена высокой стеной, внешний вид которой, начиная с завершающих ее зубцов и заканчивая расставленными через каждые пятьдесят шагов массивными четырехгранными башнями, придавал всей постройке некоторое сходство с крепостью. Правда, как Эплджек ни старалась, ей не удалось вспомнить ни одной крепости, чьи внутренности представляли бы собой запутанный лабиринт, сходящийся к расположенной в самом центре, подобно «десятке» на мишени, арене, наполовину скрытой прозрачным ячеистым куполом. Извилистые ходы, от изобилия которых с непривычки начинало рябить в глазах, то и дело переплетались между собой, образуя обширные секции прямоугольной, овальной и даже трапециевидной форм. Внутри них располагались еще какие-то конструкции, едва заметные в непрекращающемся снегопаде. Три высокие башни гигантскими свечами возвышались над лабиринтом, теряясь вершинами в низких темно-серых облаках.

− Ты идешь? – Обернувшись на голос, Эплджек увидела, что Рэрити уже шагнула на первую ступень длинной, широкой лестницы, изгибающейся и скрывающейся за поворотом между двух угрожающе нависающих утесов. – У меня есть подозрение, что мы найдем Твайлайт и Рэйнбоу внизу…

После довольно продолжительного спуска кобылки наконец оказались у входа в лабиринт. Стена, еще с высоты выглядевшая серьезно, вблизи имела вид еще более внушительный: швы между массивными, грубо отесанными каменными блоками казались почти незаметными ниточками, что придавало преграде едва ли не монолитный вид, а крепостные башни настолько давили своими молчаливыми громадами, что казалось, будто на них вот-вот появиться готовая к бою стража. Но наибольшее изумление у носительниц Элементов вызвала широкая полоса под самым гребнем стены, на которой красовались рельефные рисунки.

− Что же это за место? – поинтересовалась Рэрити, разглядывая стилизованные картинки.

На камнях явно были изображены пони: вот атлетичный молодой жеребец замахнулся для броска копьем, рядом с ним другой, более массивный, крепко сбитый, тянул за собой тяжелый груз, миниатюрная кобылка с видимым даже на барельефе упорством карабкалась по уступам.

− Честно говоря, выяснять как-то не тянет, − проворчала более практично настроенная Эплджек. – Давай просто найдем остальных.

Тяжелые, в несколько бревен толщиной, деревянные ворота, обитые кованым железом, казались неприступными для любого тарана, но, к счастью для гостей, чудной круглый засов со сложной системой запирающих элементов, был открыт. С заметным трудом фермерша смогла отодвинуть одну из створок настолько, чтобы пройти.

− Я уже упоминала, что ненавижу лабиринты? – буркнула она, недовольно рассматривая три уходящих в глубину сооружения прохода…

А в это время с верхней площадки одной из башен, возвышающихся над комплексом, за вошедшими наблюдали. Черногривый единорог в развевающемся плаще довольно усмехнулся.

− Проснитесь и пойте, − проговорил он, закрыл на несколько мгновений глаза, сосредотачиваясь, и, будто отвечая ему, в воздухе раздалось похожее на механический скрежет рычание…

− Лабиринт? Серьезно? – погрозил Сомбре пальцем Дух Хаоса. – Повторяешь мои старые трюки?

− А ты хочешь обвинить меня в плагиате? – притворно изумился единорог. – Перегибаешь палку, Дискорд! Что теперь: ни одному злодею лабиринты в своих планах нельзя использовать? К тому же, это место досталось мне уже в таком виде, так что с меня взятки гладки.

− А что это за комплекс, кстати? – поинтересовалась Найтмэр Мун. – Кажется знакомым…

− Хотите верьте, хотите нет – своеобразный стадион, − торжественно произнес Сомбра. – Построенный в древние времена северными племенами пони, где физическое развитие имело чуть ли не статус культа. Я нашел его уже давно и использовал как полигон для своих экспериментов, с результатами которых Твайлайт и ее друзьям предстояло встретиться.

− Ты все дразнишь нас своими «экспериментами»… − закапризничала Кризалис, недовольно стуча копытом по столу, − а когда же мы узнаем, о чем речь?

− Потерпи, − загадочно улыбнулся жеребец. – Уже скоро…

− Стоило быть аккуратнее, − посетовала Твайлайт, с трудом поднимаясь с покрытых белым покрывалом камней и потирая ушибленную ногу. Подняв голову, библиотекарша от неожиданности отпрянула: всего в паре шагов прямо перед ней стояла высокая, в три ее собственных роста, каменная статуя жеребца, карабкающегося по небольшим уступам к изящному кубку. Ей определенно не хватало мелких деталей, но неизвестный скульптор с лихвой компенсировал их недостаток чрезвычайно выразительным языком пластики. Напряжение явственно чувствовалось в каждом изгибе тела изображенного пони, в рельефных напряженных мышцах и в копыте, из последних сил тянущемся к желанной награде.

Оторвавшись от разглядывания изваяния, Твайлайт осмотрелась, пытаясь понять, куда их занесло. Несмотря на то что сверху на них с Рэйнбоу смотрело серое, постепенно меняющее цвет на темно-синий небо, с которого сыпалась невесомая белая крупа, кобылок окружали стены из серого камня. Впереди виднелись два уходящих куда-то вдаль прохода…

Стоп, что?! На них с Рэйнбоу?!..

Запоздало ученица Селестии поняла, что до конечной точки их невольного путешествия добрались не все.

− Куда подевались Рэрити и Эплджек? – заволновалась она, обращаясь к зависшей в воздухе Рэйнбоу Дэш, всматривающейся в снежные сумерки.

− Да куда угодно! – недовольно фыркнула радужногривая кобылка. – Тут целый лабиринт вокруг! Думаю, что этот дискордов портал раскидал нас в разные места. Сейчас я поднимусь повыше, осмотрюсь и мы отправимся дальше по воздуху. Еще не хватало играть по правилам Сомбры!

− Я полагаю… − хотела Твайлайт остановить подругу, но ее стройные и несомненно разумные доводы не поспевали за прытью стартовавшего пегаса. Реальность сама внесла свои коррективы: стоило Рэйнбоу Дэш подняться чуть выше окружающих стен, как над лабиринтом раздался жуткий треск, пахнуло озоном, и гигантская фиолетовая молния звонко хлестнула по воздуху. Едва увернувшись от сверкающей плети, кобылка быстро приземлилась, опасливо пригнувшись.

− … что Сомбра предусмотрел такой вариант, − скептически качая головой, заметила библиотекарша. – Придется нам остаться на земле…

Через некоторое время очередной коридор неожиданно расширился и вывел блуждавших по комплексу кобылок к странному помещению. Прямо перед ними располагались заполонившие почти все свободное пространство нагромождения лежащих друг на друге каменных блоков, деревянных ящиков и простых досок. На первый взгляд их расположение казалось абсолютно хаотичным, но, чем дальше носительницы Элементов шли, тем очевиднее становился замысел создателей комнаты: между преградами виднелся еле заметный проход, и любой, кто ступал на него, неизбежно проходил мимо расставленных на разной высоте круглых мишеней. Заинтересовавшись, Эплджек подняла одну из них, рассматривая поверхность, испещренную тонкими изящными ранками, грубыми сколами и даже подпалинами от маломощных заклинаний.

− Кажется, я начинаю понимать, где мы очутились, − задумчиво протянула она.

− Ты про это помещение? – уточнила Рэрити.

− Про весь этот лабиринт, − ответила фермерша. – Вспомни рисунки на стене, комнату с тяжелыми мешками на блоках, которую мы прошли раньше. А теперь еще это… Я думаю, что мы на огромной полосе препятствий, которую жившие здесь пони когда-то использовали … для тренировок.

− То есть, это что-то вроде спорта? – с легкой брезгливостью оглядела грубые конструкции Рэрити. – Слегка архаично, тебе не кажется?

− Ну, не знаю, зато на изображениях местные выглядели очень подтянутыми, − хохотнула Эплджек, но в следующий миг помрачнела, поднимая с пола очередную мишень. Не пробитую или подожженную, а разломанную пополам одним мощнейшим ударом. – Мне это совсем не нравится. Готова поклясться, что здесь поработали не холодным оружием.

− Пошли отсюда, − поежилась модница, сразу проникшись настороженностью подруги.

В дальней части секции перед кобылками предстали четыре длинные полосы из чуть более светлого камня. В начале каждой из них красовалось по две линии, белой и красной, а в конце виднелись пьедесталы, на которых, по всей видимости, устанавливались мишени. Теперь же их место занимали кучи мелких обломков и размолотых чуть ли не в труху щепок. Только с самого краю, прямо сбоку от выхода, стоял, слегка накренившись, большой вытянутый булыжник.

− Здесь, наверное, соревновались в меткости, − предположила Эплджек, прохаживаясь вдоль ряда бывших целей и останавливаясь перед камнем. Проведя копытом по нескольким длинным бороздам, пересекшим серую поверхность, она дрогнула. – Пойдем-ка отсюда.

Подруги покинули помещение, но не успели даже дойти до следующего поворота, как неожиданно раздавшееся из-за него глухое рычание заставило их испуганно замереть на месте.

− Пожалуйста, скажи, что ты просто проголодалась, − еле слышно пискнула Рэрити.

− Если бы… − пробормотала Эплджек, не сводя глаз с коридора. – Давай назад, живо.

Кобылки быстро вернулись в только что пройденную секцию и затаились за углом, стараясь не издавать ни звука. А рык, между тем, повторился уже громче, к нему добавилось хриплое дыхание, захрустел снег под размеренными шагами чего-то тяжелого, и на середину прохода вышел … древесный волк. Неизвестно как очутившееся в северных землях порождение Вечнодикого леса повело из стороны в сторону головой, прижав тонкие, усеянные листьями ветки, заменяющие ему уши, оскалило жуткую, усеянную острыми зубами пасть со свисающими с десен ниточками смолы и, фыркнув, словно принюхиваясь, безошибочно повернулось в сторону пони. Злобно прищурившиеся глаза зверя блеснули фиолетовым пламенем, поднялись, ощетинившись, сосновые иголки на загривке.

− Он чует нас, чует! – зашептала Рэрити, начиная паниковать. – Нужно бежать!

− Куда? – тихо огрызнулась Эплджек. – Мы в лабиринте, не забыла? Рано или поздно мы попадем в тупик, и он нас догонит. Нужно придумать что-то другое…

− Ты прекрасно знаешь, что нужно делать, − зашептала неожиданно возникшая за плечом у фермерши бесплотная тень. – Ты ведь не раз сталкивалась с волками.

− У меня есть план, − произнесла кобылка, осторожно выглядывая из-за угла и наблюдая за неумолимо приближающимся монстром. – Но мне понадобится твоя помощь. Отвлеки его!

− Отвлечь?! – едва не перешла на крик модельерша, но вовремя сдержалась. – Как ты себе это представляешь? Да и зачем…

− Нападающие древесные волки полностью сосредотачиваются на своей цели, − начиная раздражаться, пояснила Эплджек. – Завидев тебя, он побежит вперед, не смотря по сторонам, и когда окажется рядом с входом в секцию, я свалю на него камень.

Копыто оранжевой пони указало на еле держащийся на постаменте булыжник.

− Ладно, − выдохнула Рэрити. – Но я хочу, чтобы ты знала: мне этот план не нравится!..

Медленно приближающийся волк на мгновение замер на месте, когда недалеко впереди показался белоснежный единорог.

− Э… Мистер древесный волк… − нервно обратилась к зверю модельерша. – Может… сядем за стол переговоров?

Монстр оскалился и, не издав ни единого звука, бросился вперед.

Эплджек притаилась сразу сбоку от входа, упираясь задними ногами в опасно пошатывающийся кусок скалы и напряженно вслушиваясь в мягкий топот лап. Он раздавался все ближе и ближе, пока наконец не зазвучал практически вплотную. Выбрав момент, фермерша напряглась, готовясь привести ловушку в действие, но тут пресловутая тень, на миг проявившись в воздухе темным облачком дыма, вонзилась в основание постамента, раздробила его, лишая кобылку опоры. Потеряв равновесие, она поскользнулась и упала, больно ударившись о камни.

Одновременно с ее падением в секцию ворвался древесный волк. Испуганная модница, кристально ясно осознав, что избежавший западни монстр легко настигнет ее, быстро юркнула под защиту ближайшей пирамиды из досок и ящиков, но тот продолжать преследование не стал и, немного помедлив, развернулся, встречаясь взглядом с поднимающейся на ноги Эплджек.

Спасли фермершу счастливый случай и отменная реакция. Уходя от стремительно тянущейся к ней лап, кобылка отпрыгнула за постамент, и не соразмеривший свою скорость волк со всей силы ударился о валун. Страшные деревянные когти совсем немного не дотянулись до шеи Эплджек. Разочарованно рявкнув, существо вознамерилось повторить попытку, когда чаша весов качнулась не в его сторону. Выбравшаяся из укрытия Рэрити вовремя заметила, что и без того державшийся на честном слове булыжник удерживается от падения каким-то чудом, и, сосредоточившись, нанесла телекинетический удар по основанию постамента. Брызнули во все стороны осколки, тяжелая глыба со скрежетом завалилась на бок и рухнула прямиком на чудовище, разламывая его тело в груду веток…

− Давай-ка притормозим, − прервала рассказчика недовольная Кризалис. – Правильно ли я поняла: ты столько времени намекал на какие-то революционные исследования только для того, чтобы в итоге представить нам … дрессированных древесных волков? Ты, должно быть, шутишь!

− Боюсь, вы не совсем правильно поняли, − невозмутимо ответил Сомбра. – Это был не древесный волк.

− А, ну извини! – возвел глаза к потолку Дискорд. – Существо, выглядящее в точности как он, ввело нас в заблуждение!

− Ваше замешательство понятно, − не замечая сарказма в словах драконикуса, а скорее – просто его игнорируя, продолжил единорог. – Но то, с чем встретились Элементы Гармонии в лабиринте, роднит с обычными духами леса только принцип функционирования. Это − мое собственное изобретение, которое я назвал конструктом. Оно представляет собой набор материальных объектов, удерживаемых и управляемых с помощью магии.

− То есть, ты исследовал волков и создал подчиняющуюся тебе сущность, способную, как и они, собирать себе из дерева тело? – уточнила Найтмэр. – С точки зрения теории звучит интересно, но что-то я не заметила преимуществ по сравнению с оригиналом. Ну, кроме повышенной чувствительности. Как, кстати, ты этого добился?

− Отслеживание остаточных сигнатур магической ауры, − не обращая ни малейшего внимания на демонстративно зевающую во весь рот Кризалис и Дискорда, пытающегося повеситься на воображаемой виселице, объяснил Сомбра. – А что касается остального… Видишь ли, тут вступают в дело традиционные издержки. Чем сложнее тело, которое собирается сущностью, тем более мощной она должна быть. В случае с волком, слишком много энергии уходит на поддержание связей в теле, поэтому умом и какими-то дополнительными способностями он похвастать не может. Но на самом деле ему это и не нужно. Подобные конструкты – всего лишь рядовые в собираемой мною армии. Офицеры – совсем другое дело…

− Эплджек, ты в порядке? − взволнованно спросила Рэрити, подходя к выбирающейся из кучи веток подруге.

− Да, − буркнула фермерша, отряхиваясь и язвительно добавила: − Спасибо, что отвлекла его! Очень помогло, знаешь ли!

Закончив шептать ей на ухо, тень быстро переместилась к модельерше.

− Эй, между прочим, не мой план закончился провалом! – запальчиво возразила она, когда в ее сознании зазвучал голос призрака. – Не моя вина, что волк заметил тебя!

Достичь кульминации разгорающейся ссоре было не суждено. С громким, режущим ухо шипением одну из боковых стен секции по диагонали прорезал яркий синий луч; последовавший за ним мощный удар разметал по сторонам осколки каменной кладки и поднял тучу пыли. А когда дымка рассеялась, на поле боя появились новые участники.

− Не может этого быть… − пробормотала побледневшая Эплджек, отступая.

В проделанный пролом вошли еще два древесных волка, а вслед за ними появилось нечто. От рядового представителя духов Вечнодикого леса оно отличалось примерно так же как дубина от боевой секиры или копья. Для начала, монстр превосходил своих собратьев в размере минимум в полтора раза. Основным материалом для его тела служило не банальное дерево: под грубой кожей из коры, веток и редких листьев виднелся металлический каркас, на сгибах мощных лап красовались шарниры и какие-то непонятные шестерни, а морда оканчивалась пастью, заполненной острыми металлическими зубами. Сквозь длинные сосновые иглы на спине вверх поднимались струйки синего дымка. Такой же дым струился у него из глазниц, до сих пор сияющих от накапливаемой в их глубине энергии.

− Бежим… − бросила подруге Эплджек.

− Прошу любить и жаловать – конструкт второго поколения! – торжественно огласил Сомбра, наслаждаясь произведенным эффектом. – Механическое тело позволяет снять с сущности заботу о сохранении целостности и взамен оснастить ее … дополнительными возможностями.

− Недурно, дружище, совсем недурно, − уважительно похлопал в ладоши Дискорд. – Я всегда говорил: история про создание, стреляющее заклинаниями из глаз, по определению не может быть плохой! Поняла, Найт, чего я ждал от твоих кошмаров?

− Выпивки понадобится значительно больше, чем я думала, − со вздохом посетовала ночная принцесса.

− Чрезвычайно интересная конструкция! – бормотала Твайлайт, с интересом разглядывая проложенные прямо в стенах дорожки из синих блестящих кристаллов. – Здесь все наполнено магическими проводниками. Скорее всего, с их помощью единороги могли управлять лабиринтом. Должно быть, когда-то это место просто бурлило энергией!

− Да оно и сейчас не промах, − поежилась Рэйнбоу Дэш, явно вспомнив чуть не испепелившую ее молнию. Не так давно им удалось найти источник охранных разрядов – гроздья искрящихся катушек на тянущихся ввысь башнях.

− Вот именно! – оживилась библиотекарша, довольная поддержкой подруги. – Наверное, именно имеющуюся здесь энергетическую систему и использует сейчас Сомбра. Представляешь, какой запас прочности в нее заложен?

− Прости, если я попридержу энтузиазм по этому поводу, − язвительно заметила Рэйнбоу, и донесшийся откуда-то сверху отчаянный вопль только подтвердил ее позицию. Им впервые довелось увидеть, как срабатывает портал: на небольшой высоте в небе возникла темная вращающаяся воронка, и из ее недр буквально выпала миниатюрная земная пони ярко-зеленого окраса. Не сговариваясь, носительницы Элементов бросились вперед и, минув несколько поворотов, добрались до места.

Секция лабиринта, в которую попали кобылки, имела прямоугольную форму и почти полностью была покрыта толстым слоем льда. Единственными свободными от морозного панциря местами остались узкие полоски камня у самых стен. Прямо посредине ледяного поля незадачливая кобылка силилась подняться на ноги, а под ее копытами с угрожающим треском расползались изломанные трещины, из-под которых доносился глухой плеск так и не замерзшей воды.

− Рэйнбоу, помоги ей! − попросила Твайлайт. – Я попробую затормозить распространение трещин!

− Проще простого! – залихватски заявила кобылка, и, стоило ей закончить фразу, как пол лабиринта слегка тряхнуло. Затем еще раз. И еще.

− Ну кто меня за язык тянул… − хлопнула себя по лбу Рэйнбоу при виде существа, появившегося у противоположного входа.

Больше всего оно напоминало гигантского медведя, уступающего, конечно, размерами Малой Медведице, но все еще превосходившего простых пони ростом раз в пять. Самое интересное заключалось в том, что технически живым оно не являлось: его тело представляло собой сложную конструкцию из кристаллов разных размеров, форм и расцветок, удерживаемую магией. Твайлайт четко видела толстые светящиеся нити, связывающие длинные цилиндрические элементы в лапах создания, энергетическое полотно, накрывшее широкую грудь, гибкие щупальца заклинаний, пронизывающие пальцы с блестящими алмазными когтями. Два огненных рубина, заменившие монстру глаза, сверкнув всполохами пламени, уставились на кобылок.

− Рэйнбоу, поторопись! – заволновалась библиотекарша. – Рэйнбоу Дэш?..

Но подруга ее не слушала, неотрывно глядя в темноту ближайшего прохода, где, на самой границе света и тени, неподвижно замерла высокая фигура единорога в плаще. Поток холодного ветра принес из мрака легкий смешок, едва слышным эхом отразившись от стен.

− И ты позволишь Сомбре просто так посмеяться над тобой? – поинтересовался у пегаса возникший рядом фантом. – Вот же он, совсем рядом. Настигни его – и все это закончится.

− Теперь не уйдешь! – запальчиво бросила кобылка, взлетая и устремляясь к своей цели.

− Рэйнбоу, куда ты?! – воскликнула Твайлайт, смотря вслед подруге, исчезающей в лабиринте. – Рэйнбоу, стой!.. Ох, сено, что ж такое?!

Разбираться в причинах произошедшего у нее времени не было. Медведь начал медленно приближаться. Сперва у единорога мелькнула надежда, что тяжелый монстр наступит на лед и провалится, но тот, внимательно присмотревшись к блестящей инеем поверхности, сменил направление и стал обходить опасный участок. Твайлайт пришлось импровизировать. Ее рог засветился, магическая аура охватила застывшую в ужасе земную пони, подняла ее и понесла по воздуху к заклинателю.

Когда существо осознало, что добыча ускользает из-под носа, оказалось, что оно тоже способно к импровизации. Его лапа сжалась в огромный кристаллический кулак и обрушилась на ближайшую стену, вырывая из нее камень, а затем, размахнувшись метнула его в летящую кобылку. Твайлайт успела увести ее от первого удара, но обстрел продолжался. А вскоре медведь сменил тактику, и следующий снаряд полетел уже в ученицу Селестии. От первого куска стены она увернулась, сумев сохранить концентрацию и удержать пони в воздухе, но долго так продолжаться не могло. Рано или поздно один из булыжников заставил бы единорога упустить телекинетический захват, и загнанная в угол кобылка решилась на отчаянный шаг. Голубой луч, сорвавшийся с ее рога, сверкнул в воздухе и ударил под ноги существу. Урона ему он не нанес, но Твайлайт на это и не рассчитывала. Идея была в другом: там, куда попало заклинание, мгновенно выросла ледяная горка, на которой медведь поскользнулся, упал и съехал прямо на лед. Стоило ему опереться на лапы в попытке подняться, как хрупкая поверхность с глухим звуком треснула, проламываясь под большим весом. Отчаянный рывок к берегу уже не мог спасти монстра. С громким плеском он погрузился в ледяную воду, а сверху сомкнулись льдины.

− Вы в порядке? – спросила земную пони чуть пришедшая в себя Твайлайт.

− Да, огромное вам спасибо, − сердечно поблагодарила та свою спасительницу.

− Не за что, − довольно заулыбалась библиотекарша. – Пойдемте, нужно идти…

Вырвавшаяся из бассейна льдина разбилась совсем рядом с кобылками. Медведь отнюдь не сдался и уже подтягивал свое грузное тело к твердой поверхности.

− Уходим, быстро! – поторопила попутчицу Твайлайт.

* * *

Две кобылки и дракон медленно шли по темным, опустевшим улицам Понивилля по направлению к его окраинам. Пинки Пай по-прежнему вела себя так, словно ничего экстраординарного вокруг не происходило: шагала бодро, улыбалась и даже находила время, чтобы поддерживать периодически отстающую Флаттершай. Державшийся поближе к розовой пони Спайк, хоть и опасливо оглядывался, похоже заразился ее беззаботностью и чувствовал себя неплохо. Настроение же Элемента Доброты ухудшалось с каждой минутой. Выбраться из города по воздуху оказалось невозможным: сразу над крышами домов порталы располагались настолько плотно, а их движения были настолько хаотичными, что пробиваться через них мог решиться только сумасшедший. Связаться с внешним миром также не вышло. Спайк честно попытался отправить письмо Селестии, но оно каждый раз возвращалось обратно. Именно поэтому дракончик присоединился к кобылкам, захватив послание и намереваясь сразу же послать его, если выход из города существует.

Друзья прошли еще пару домов, когда Флаттершай заметила нечто неладное. Сперва она списала быстрое потемнение на закрывшие небо черные пятна, но уже через пару мгновений осознала, что наступающий мрак просто не может иметь естественное происхождение. Чернильно-плотный, клубящийся, он жадно поглощал окружающий мир, превращая город в грубый угольный набросок из угловатых силуэтов.

− Пинки Пай! Спайк! − забормотала Флаттершай, испуганно оглядываясь. – Вы… вы видишь это?

− Что именно? – весело поинтересовалась розовая кобылка, оборачиваясь. – Не понимаю, о чем ты, глупышка.

− Не отставай! – поддержал ее юный дракон.

Пинки задорно улыбнулась и, взмахнув хвостом, исчезла во тьме вместе со Спайком.

− Подождите! – воскликнула Флаттершай, бросаясь вслед за ними, но мгла уже сомкнулась вокруг пегаса, стирая с картины мира дорогу и любые другие ориентиры. Кобылка позвала еще несколько раз, но тщетно: звуки вязли в клубящейся темноте, словно в вате, буквально через пару шагов.

− Спокойно, Флаттершай, спокойно, − проговорила кобылка, изо всех сил стараясь унять дрожь. – Это всего лишь темнота; не престало взрослой пони бояться таких пустяков.

Собственный голос, пусть звучащий глухо и безжизненно, несколько успокоил ее, и Флаттершай уже собралась отправиться на поиски друзей, когда раздавшийся где-то неподалеку странный шорох заставил ее замереть. Странным он был, прежде всего потому, что на фоне бледных теней остальных звуков оставался четким, легко различимым и представлял собой быстрые, частые шажки, сопровождаемые едва заметным, будто бы металлическим, позвякиванием. Складывалось впечатление, что некто, быстро перемещающийся под прикрытием мрака, стучит маленькими коготками…

К собственному ужасу, кобылка поняла, что шуршание приблизилось и доносилось теперь с нескольких сторон, словно издающие его существа намеревались окружить ее. Флаттершай двинулась вперед, сначала медленно, затем все быстрее и быстрее, перейдя на бег, когда шорохи невидимых преследователей подступили совсем близко.

− Эй! Кто-нибудь меня слышит? Я ничего не вижу!

Раздавшийся посреди угольно-черной пустоты голос показался напуганному пегасу настоящим даром свыше. Интонации говорившего нисколько не походили на Пинки, но сейчас куда важнее было другое – неподалеку в этом царстве жутких оживших теней нашлась настоящая, живая пони! Единственное доказательство того, что она не осталась одна.

− Я слышу тебя! – радостно воскликнула улыбнувшаяся Флаттершай. – Оставайся на месте, я скоро приду! Только не молчи!

− Хорошо! – донеслось в ответ. – Только скорее! Здесь жутко…

И вот перед осторожно пробирающейся сквозь темноту кобылкой обозначилось движение – едва различимый, размытый силуэт переминающейся с ноги на ногу пони, будто нарисованный на черном холсте чуть более светлой краской. Вот только… обитатели мрака успели добраться до нее первыми.

Словно в кошмарном сне, Флаттершай смотрела, как две приземистых фигуры с огромной скоростью бросаются к жертве и взвиваются в прыжке, скрывая разворачивающуюся сцену за черным саваном ночи. Единственным напоминанием о незнакомке осталось постепенно затихающее эхо жалобного крика.

Окончательно поддавшаяся панике, Флаттершай бежала, не разбирая дороги, отчаянно желая только скрыться от неотступно следующих за ней по пятам звуков. Те наступали подобно приливным волнам, так же шумно, неотвратимо. Наконец, ворвавшись в попавшийся на пути глухой переулок, кобылка метнулась к стоящим в самой его глубине бочонкам и притаилась за ними, закрывшись крыльями.

Шорох множества когтистых лап во тьме то приближался, заставляя пегаса сжиматься от ужаса, то удалялся, пока не исчез совсем. Подняв голову, Флаттершай осторожно выглянула из своего укрытия, вглядываясь в окружающую черноту…

Прямо перед ней вспыхнули три расположенных треугольником огня, высвечивая нечто тощее и угловатое…

* * *

Твайлайт сама не заметила, как ее невольная спутница куда-то исчезла: скорее всего, скрываясь от медведя, они забежали в разные проходы, а здесь, в лабиринте, это могло означать, что встретиться снова им не удастся. Досадливо фыркнув, ученица Селестии немного отдышалась и принялась оглядываться, стараясь понять, куда привел ее уход от погони.

Библиотекарша находилась в круглой секции с тремя входами… ну, или выходами, как посмотреть. Вокруг нее в различных угрожающих позах стояло с десяток деревянных фигур пони, очевидно, когда-то использовавшихся для тренировок. Некоторые из них несли на себе только легкие накидки с кольчужной подкладкой, защищавшие больше от холода, чем от ударов, другие были облачены в тяжелые, закрывавшие почти все тело доспехи. У многих было оружие: широкие мечи, копья и даже арбалеты, которые, как подумалось Твайлайт, вполне могли дистанционно управляться с помощью магии. Все фигуры стояли на маленьких колесных тележках, передвигающихся на проложенных прямо в каменном полу рельсах и, очевидно, могли перемещаться во время тренировок.

Увлекшись, Твайлайт не заметила, как за одной из тренировочных фигур обозначилось мимолетное движение. Опомнилась она только после того, как услышала скрип снега под разбегающимся и бросающимся в атаку врагом. К счастью, пребывание в лабиринте, населенном агрессивными созданиями Сомбры, многому научило библиотекаршу: ожидая новых встреч с ними, кобылка припасла наиболее мощное из известных ей защитных заклинаний и при первом признаке опасности применила его. Бледно-фиолетовый купол принял на себя удар, сверкнул ослепительной вспышкой, и с громким хлопком отбросил нападавшего в сторону. Впрочем, тот быстро опомнился, извернулся и через мгновение уже стоял на ногах.

Теперь Твайлайт могла рассмотреть своего противника. Больше всего он напоминал большую, ростом кобылке по грудь, бесхвостую ящерицу, а точнее – ее оживший скелет. К гибкому позвоночнику, состоящему из множества металлических сочленений, с боков крепились тонкие лапы с длинными пальцами, на которых красовались матовые когти. Небольшой, светящийся сгусток волшебной энергии скрывался за несколькими изогнутыми пластинами, напоминавшими ребра. На плоской, словно обрубленной морде светились красным три расставленных треугольником глаза.

− Твой предыдущий коллега был повнушительнее, − обратилась к созданию Твайлайт.

Псевдо-ящерица пригнулась к земле и злобно зашипела, будто бы обидевшись на нелестную характеристику, и тут же, как по команде, вокруг единорога возник еще с десяток ее собратьев, угрожающе сверкая глазами-фонариками.

− Понятно, − тяжело вздохнула кобылка. – Компенсируете качество количеством…

Несколько существ сорвались с мест одновременно и практически мгновенно разогнались до огромной скорости, напрочь игнорируя наличие у них инерции. Магический щит принял на себя три первых удара, разбросав нападавших в разные стороны, но после этого треснул и рассыпался сверкающими осколками, оставляя хозяйку один на один с угрозой. Впрочем, Твайлайт не мешкала: последние искры защитных чар еще падали в снег, а она уже подхватила телекинезом одну из деревянных фигур и, перемещая ее по широкой дуге, прямо в воздухе сбила еще двоих атакующих. Когти металлического ящера, напоровшегося на неожиданное препятствие последним, с легкостью пронзили кольчугу и застряли в древесине, а опрокинувшаяся сверху фигура вдавила его в снег.

Сосредоточившаяся на управлении импровизированным снарядом Твайлайт едва не пропустила стремительный выпад, резко отскочила назад, но в прыжке создание все-таки успело зацепить ее. На ноге единорога заалел довольно глубокий порез.

− Ну, все! – выкрикнула библиотекарша, разозлившись. – Сами напросились.

Ее рог засиял набирающей мощь магической аурой, ярко блеснул и выстрелил в ближайшую ящерицу лучом ударного заклинания. В столкновении сгустка волшебной плазмы и металлического туловища первый одержал убедительную победу, отшвырнув монстра прочь и с силой приложив его о стену. Такая же участь постигла еще нескольких его товарищей. Разбушевавшаяся Твайлайт продолжала поливать врага залпами чар, пока очередной луч едва не сбил с ног неожиданно появившуюся в поле зрения Рэйнбоу Дэш.

− Эй, Твай, осторожнее! – попросила кобылка. Попавшуюся ей на пути псевдо-ящерицу она предусмотрительно пнула копытом. – Огонь по своим!

Твайлайт охнула, собираясь извиниться, но вовремя вспомнила, как именно они с подругой разминулись и язвительно поинтересовалась:

− Своим? Ты уверена? Потому что лично я думала, что свои не бросают друзей в одиночку разбираться с гигантским искусственным медведем!

− Полегче на поворотах! Я тебя не бросала! – воскликнула уязвленная Рэйнбоу. – Там, в коридоре, был Сомбра! Я надеялась поймать его и закончить эту глупую игру!

− И как успехи? – съехидничала ученица Селестии.

− Слушай, нам обязательно обсуждать это прямо сейчас? – Пегас показал на собирающихся в группу ящеров, которые, несмотря на активное сопротивление, не потеряли ни толики боевого духа.

Твайлайт недаром слыла разумной пони. Прекратив выяснение отношений, она встала вплотную к подруге и приготовилась отражать атаку. Вновь размазались в воздухе темные металлические скелеты, замелькали когти и треугольники глаз, а кобылки отчаянно отбивались: Твайлайт магией, а Рэйнбоу Дэш – старыми добрыми ударами. Правда, библиотекарша периодически оглядывалась на пегаса, и этой оплошностью не преминул воспользоваться один из нападавших. Улучив момент, он сбил единорога с ног и уже занес лапу, но вовремя отпущенный на свободу магический импульс подкинул его высоко в воздух.

− Хватит меня контролировать, Твайлайт! – крикнула Рэйнбоу. – Следи лучше за своим сектором!

− Да? А если я хочу удостовериться, что меня по-прежнему прикрывают? – огрызнулась ученица Селестии, поднимаясь.

Скорее всего, подобная перепалка во время боя плохо бы закончилась для пони: получив серьезный отпор, миниатюрные конструкты на время отступили, но лишь для того, чтобы сменить боевые порядки. Маленькие шустрые тени замелькали со всех сторон, проворно карабкаясь по стенам и окружая кобылок со всех сторон. Твайлайт предсказуемо первой осознала полную бесперспективность дальнейшего сражения. Оглядевшись и наметив место, где путь к выходу из секции перекрывало минимальное количество врагов, она, сосредоточившись, нанесла по ним телекинетический удар, расчищая дорогу.

− Рэйнбоу, бежим! – позвала она, кидаясь в освободившийся проход.

Настроившаяся на ожесточенную схватку Рэйнбоу Дэш раздосадовано фыркнула, но все же взмахнула крыльями и устремилась за подругой.

Какие только способы не применяли носительницы Элементов, чтобы оторваться от погони! Резкие повороты в соседние коридоры, прятки в начинающих сгущаться тенях и даже одна попытка пробить стену, из-за которой они едва не попали под огонь старого охранного заклинания, выплеснувшего остаточную энергию – всего этого оказалось недостаточно. Металлические ящеры продолжали неутомимо преследовать их, а кобылки, тем временем, начали уставать, особенно Твайлайт. В конце концов, библиотекарша, тяжело дыша, остановилась посреди широкого прохода, прислонившись к стене, а Рэйнбоу зависла рядом, мрачно наблюдая за приближающимися монстрами.

− Есть какие-нибудь идеи? – поинтересовалась она.

− Как ни странно… одна… имеется!.. – Мордочка Твайлайт, до этого обреченно уставившейся в пол, неожиданно просияла, а после расцвела злорадной усмешкой. – Сейчас я им устрою.

Ее рог засветился, и ближайшее существо, нелепо дергая конечностями, взмыло вверх в сиянии магического захвата. Не успел пегас выразить свое недовольство по поводу выбранного подругой заклинания, как знакомый треск разорвал морозный воздух, ярчайший электрический разряд на мгновение превратил небо в негатив, и обугленное тело псевдо-ящерицы рухнуло в снег.

− Система защиты! – в предвкушении улыбнулась Рэйнбоу Дэш и, подобравшись, приготовилась к взлету. – Я помогу! Соберу их в кучу!

− Нет уж! – остановила ее Твайлайт, нацеливаясь на очередного противника, и добавила с легко различимыми нотками не успевшей выветриться обиды: − Ты уже сегодня помогла…

Рэйнбоу замешкалась, не столько остановленная словами библиотекарши, сколько неприятно удивленная ими, а та продолжила осыпать наступающих конструктов чарами левитации. Первые два залпа легко нашли свои цели, но на этом все и закончилось: ящеры, раскусив новую тактику, принялись наступать, беспорядочно двигаясь из стороны в сторону, совершая прыжки под немыслимыми углами и то и дело пропадая за стенами лабиринта. Твайлайт, выпускавшая заклинания на пределе своих возможностей, не могла добиться ни одного попадания, а расстояние до волны из мелькающих стальных когтей, зубов и сияющих красных глаз все сокращалось.

− Ты не справишься! – выкрикнула Рэйнбоу и, проигнорировав протесты, устремилась навстречу врагам, закручивая в воздухе миниатюрный смерч. Скоростной поток воздуха успел зацепить нескольких атакующих, но было уже поздно. Сначала одна, потом две фигуры повисли на пегасе, утягивая его вниз…

Все еще не сдававшаяся Твайлайт испуганно замерла, услышав обращенное к ней предупредительное шипение одной из ящериц. Сердце кобылки бешено забилось, когда она увидела, как длинный, острый коготь слегка надавливает на шею лежащей на земле радужногривой пони. Ящер недвусмысленно покачал головой, предостерегая от необдуманных действий…

* * *

Первым, что почувствовала Твайлайт, придя в себя, оказался пронизывающий до костей холод, первым, что она увидела – уже набившее оскомину темно-серое небо, осыпающее землю снегопадом, а застучавшие в висках молоточки головной боли напомнили, как она здесь оказалась. Схватку с ящерами, безумный бег по лабиринту, острый коготь под подбородком Рэйнбоу Дэш…

Рэйнбоу!

Перепугавшаяся за подругу Твайлайт попыталась развернуться и оглядеться, но, как оказалось, некто позаботился о том, чтобы максимально затруднить это действие. Ноги кобылки были скованны прочными стальными кандалами, от которых мелкозвенная цепь тянулась к широкому закрытому ошейнику, а оттуда, в свою очередь, к кольцу, вбитому в массивный гранитный столб, причем привязь шла практически в натяг, почти не оставляя единорогу пространства для движений. Кое-как ухитрившись извернуться, библиотекарша облегченно вздохнула, увидев бессознательную, обездвиженную, но дышащую Рэйнбоу, и принялась осматриваться, пытаясь понять, куда их занесло.

Как выяснилось, оковы оказались лишь первым пунктом в длинном списке проблем. Плита, на которой лежали пони, была покрыта грубоватым, но четким рисунком в виде четырехконечной звезды, пронизанной извилистыми, сияющим синим огнем узорами. Одного взгляда на изображение хватило лучшей выпускнице школы для одаренных единорогов, чтобы узнать одну из мощнейших рунных комбинаций для рассеивания магии. Надежда освободиться с помощью заклинаний развеялась, как дым. И словно этого было мало, вокруг места заточения Элементов собралась охрана, да какая! Рядом с защитным куполом возвышалась массивная фигура кристаллического медведя, недобро поглядывавшего на ученицу Селестии, на фоне сугробов мельтешили до боли знакомые маленькие силуэты ящеров, а чуть дальше, на самой границе видимости, бродила пара древесных волков, которых Твайлайт никак не ожидала здесь встретить.

− Твайлайт? Очнулась? – послышалось справа и, повернувшись, кобылка увидела прикованную к камню фермершу.

− Эплджек… − выдохнула Твайлайт и тут же встревоженно спросила: − А где остальные?

− Рэрити рядом со мной, − последовал ответ, − Флаттершай чуть дальше, а Рэйнбоу, как я понимаю, до сих пор вне игры.

Библиотекарша собиралась кивнуть, но поморщилась от сдавливающего горло ошейника и, решив быть чуть более экономной в жестах, просто сказала:

− Да, ей сильно досталось. Не знаешь, где мы?

− В самом центре треклятого лабиринта, Дискорд его побери! Вон те ребята, − Эплджек с явным отвращением указала на застывших неподалеку волков, − загнали нас, словно дичь, Флаттершай притащили ошивающиеся неподалеку мелкие проглоты, да еще и Пинки со Спайком куда-то подевались. Замечательный вечерок!

Разбушевавшаяся кобылка замолкла, переводя дыхание, и чуть погодя осведомилась уже более спокойно:

− Есть идеи, как нам выбраться отсюда?

− Ни единой, − призналась Твайлайт. – Была мысль перебить кандалы ударными чарами, но из-за рунной защиты магия здесь бессильна.

− Да, и это не считая того, что никто бы не доверил тебе сбивать их таким образом! – неожиданно вмешалась в разговор очнувшаяся Рэйнбоу Дэш. Долгое пребывание на снегу и головная боль нисколько не добавляли ей благодушия. – Сегодня я насмотрелась на твою стрельбу, и, откровенно говоря, не впечатлена ее точностью!

Твайлайт, от возмущения на миг потерявшая дар речи, собралась уже осадить пегаса, но ее остановила Эплджек.

− Не могу поверить, что именно мне приходится об этом напоминать, но сейчас – не время для потасовок! Нам нужно собраться и придумать какой-нибудь план…

− О, да, ты у нас специалист по планам, − раздался из-за колонны язвительный голос Рэрити. Услышав это, Эплджек мгновенно бросила взятую на себя роль миротворца.

− Я хотя бы попыталась!.. – с вызовом откликнулась она.

Зарождающуюся ссору остановило появление у входа в секцию маленькой розовой фигурки, сразу заметившей плененных пони и замахавшей им копытами.

− Наконец-то я вас нашла! – радостно воскликнула Пинки Пай, направляясь к рунной темнице.

− Стой, Пинки! Не двигайся! – окликнула подругу Твайлайт, со страхом глядя на зловещую стражу, сразу же нацелившуюся на незваного гостя. С громким хрустом поднялись с заснеженного пола древесные волки, провожая нарушителя внимательными взглядами, замелькали у стен угловатые тени, угрожающе топнул, сотрясая стены, кристаллический медведь. – Это ловушка! Они ждут тебя!

− Ну, это понятно, − беспечно отмахнулась розовая пони, что-то доставая из кармана своей пушистой накидки. – Что ж, не будем заставлять их ждать дольше, чем нужно!

С этими словами Пинки … повязала вокруг глаз ярко-розовую матерчатую повязку.

− Что… Что ты делаешь? – похолодела Твайлайт, размышляя, не спит ли она все еще.

− Пинки, не дури! – резко подалась вперед Эплджек, натягивая цепь. – Ты не пройдешь через них!

− Сама? Конечно нет, − согласно кивнула кобылка, продолжая идти навстречу монстрам. – Но вы же мне поможете, правда?

− Да что она творит?! – задергалась в своих путах Рэйнбоу, бессильно наблюдая за охотниками, медленно обступающими приближающуюся пони. – Какого сена!!!

− Что происходит? – В прозвучавших одновременно вопросах Рэрити и Флаттершай отчетливо слышались нотки паники.

− Не сейчас! – отрезала Эплджек. Фермерша явно приняла решение. – Разобраться в причинах можно и позже, а сейчас надо ей помочь!

Как раз в этот момент солдаты Сомбры решили перейти к активным действиям и сорвались со своих мест, устремляясь к Пинки Пай. Впереди всех мчались, расходясь в стороны, трое взрывающих лапами снег ящеров, запирающих кобылку в смертоносные клещи. Подобравшись на дистанцию броска, они взвились в воздух, вытягивая вперед острые когти.

− Пинки, прыгай! – закричала Твайлайт, не понаслышке знакомая со скоростью этих тварей. Еще не успел прозвучать последний слог, как Элемент Смеха пружинисто подскочила высоко вверх. Оторвавшиеся от земли ящеры уже не могли ни затормозить, ни хотя бы изменить направление полета, и столкнулись с глухим звоном, откатившись в сторону переплетенным комом металлических костей.

− Она смогла? Смогла?! – причитала за колонной Флаттершай с зажмуренными глазами.

− Да, она справилась, − подтвердила напряженная до предела Рэйнбоу, − но тебе очень повезло, что ты этого не видишь… Пинки, нырок!

Совет подоспел как нельзя кстати: подобравшийся почти вплотную древесный волк уже готовился к удару. Резко бросившись вперед, розовая кобылка с разбегу скользнула под его лапой, едва разминувшись с мощными когтями, а над лабиринтом уже зазвенел крик Эплджек.

− В сторону! – предупредила фермерша.

Не пытаясь подняться на ноги, Пинки Пай перекатилась вбок, пропуская мимо тушу второго волка. Неудачно приземлившись, деревянный монстр споткнулся и всем весом налетел на своего собрата, отломав тому лапу.

Продвигаясь вперед, направляемая подругами кобылка успешно избежала еще нескольких атак, но теперь на ее пути встал тяжелый конструкт, явно не намеренный пропускать ее к пленникам. Сжав кулаки, он с размаху опустил их на пол, поднимая небольшую снежную волну.

− Пинки! – взволнованно, торопливо заговорила Твайлайт, в глазах которой зажглось пламя какой-то новой идеи. – Сними повязку! Сейчас твои глаза тебе понадобятся! Верь мне!

− Как скажешь! – отозвалась Пинки Пай, подчинившись. При виде возвышающейся над ней громады конструкта она присвистнула: − У, какой здоровяк!

− Замани его поближе к плите, − продолжала давать указания библиотекарша. Остальные пони не решались вмешиваться, не до конца понимая ее логики. – Разозли его!

− Легко! – улыбнулась кобылка и вприпрыжку направилась к медведю. Тот протянул лапу, чтобы схватить надоедливую пони, но та лишь рассмеялась в ответ, легко увернувшись. – Слишком медленно, мишка! Может, еще разок?

Следующий выпад гигантской конечности также не достиг цели; алмазные когти сомкнулись, проскрежетав по камням и захватив лишь пустоту. Пинки легко обошла своего оппонента и остановилась на самом краю рунной плиты, продолжая дразнить его и корчить рожицы.

− Ну же, я знаю, ты можешь и лучше! – с подначкой проговорила она.

Рассвирепев от подобной наглости, медведь вложил в третью попытку куда больше сил. Сжавшаяся в смертоносный кулак лапа с размаха опустилась на кобылку, но та вновь увернулась, и страшный удар пришелся прямо на магический артефакт. С глухим хрустом взметнулись вверх осколки камней, строгий рисунок силовых линий обезобразили рваные трещины, а сияющие дорожки мигнули в последний раз и погасли, успев напоследок отомстить своему убийце. Остаточная энергия рассеивающей схемы подхватила нити магии, удерживающие лапу конструкта в целости, и разорвала их на мелкие клочки, развеяла по воздуху золотистым дымом. Все предплечье монстра в считанные мгновения распалось на множество кристаллов, попадавших в снег, а сам он ошеломленно отступил назад, придерживая обрывки связующих заклинаний уцелевшей конечностью.

Первыми на разрушение темницы отреагировали ящеры, немедленно бросившись к Элементам Гармонии, но на их пути светящейся стеной встал щит, наколдованный вновь получившей свою магию Твайлайт. Пинки, тем временем, принялась рассматривать кандалы.

− Пинки, какого сена?! – напустилась на подругу Эплджек, стоило той подойти поближе. – Ты чем вообще думала?!

− Ты же могла … погибнуть… − пролепетала совершенно растерянная Твайлайт.

− Ничего подобного, глупенькие! – рассмеялась розовая пони. – Я была в полной безопасности, ведь меня вели вы!

− Ты настолько нам доверяешь? – округлила глаза Рэйнбоу.

− Конечно, − уверенно ответила Пинки, словно речь шла о чем-то совершенно обыденном. – Вы – мои друзья. Кому мне довериться, если не вам?

− Твайлайт, − после недолгой паузы позвала Рэйнбоу Дэш и, смущенно потупившись, указала взглядом на оковы. – Не окажешь услугу?

Библиотекарша слегка улыбнулась. Яркий луч, сорвавшийся с ее рога, быстро разрезал металл кандалов на несколько частей, освобождая пегаса из плена. Пинки тем временем помогла выбраться Флаттершай, Эплджек, отбрасывая разрезанную заклинанием цепь, подала копыто поднимающейся Рэрити. Вскоре все Элементы Гармонии были на ногах, напротив перестраивающихся бойцов Сомбры.

− Рэйнбоу Дэш! Нам понадобится тот фокус с торнадо! – Твайлайт, как и всегда, взяла на себя то, в чем равных ей не было – организацию.

− Сделаю! – фыркнула кобылка, разминая крылья. – У меня к этим мелким поганцам свои счеты!

− Эплджек, Рэрити, − продолжала инструктаж библиотекарша, − на вас древесные волки. Нам всего лишь нужно лишить их целостности, чтобы выиграть время…

− Твайлайт, смотри! – окликнула единорога Флаттершай, показывая на все еще стоящего в сторонке медведя. – Он восстанавливается!

И действительно, вновь набирающие силу связующие чары начали медленно подтягивать к тяжелому конструкту кристаллы, отколовшиеся от его тела. То один, то другой драгоценный камень, проделав небольшую дорожку в снегу, резко увеличивал скорость и подлетал к заново формирующейся кисти, оплетаемой все новыми магическими нитями.

− Пинки Пай, − задумчиво проговорила ученица Селестии. – У тебя уже есть опыт общения с этим … существом. Постарайся отвлечь его, пока мы не разберемся с остальными. А насчет его регенерации… У меня есть одна идея. Приступим!

− Сейчас станет немного ветряно! – С эти боевым кличем Рэйнбоу Дэш поднялась в воздух, разгоняясь все быстрее и быстрее, пока ее фигура не превратилась в размазанное радужное пятно в центре поднявшегося вихря. Разразившаяся миниатюрная снежная буря обрушилась на ринувшихся в бой первыми ящеров, пригнула их к земле и потащила к себе. Некоторые из них сразу же исчезли внутри смерча, другие успели вцепиться когтями в каменную кладку, и, возможно, сумели бы удержаться, но прокатившаяся по арене волна, наколдованная Твайлайт, свела их усилия на нет. А затем сконцентрированный магический заряд подбросил всю группу конструктов в небо. Охранная система не замедлила среагировать: вновь темнеющее небо пронзили шрамы электрических разрядов, ударяя в мечущиеся темные силуэты и озаряя лабиринт красочными огнями.

− Как же вы мне надоели! – в сердцах крикнула Рэрити передвигающемуся длинными прыжками древесному волку, запуская в него очередным камнем. Вместе с Эплджек модельерша продолжала закидывать зверей обломками рунной плиты и, хотя этот обстрел держал их на расстоянии, нанести им серьезного вреда он не мог. А снаряды подходили к концу…

− Флаттершай! – воскликнула фермерша. – Нужна твоя помощь! Отвлеки их хотя бы ненадолго!

− Эм… Хорошо, − кивнула кобылка и, приземлившись позади одного из монстров, обратилась к нему: − Мистер волк… Если вам не трудно…

Конструкт оглянулся, мигнул огоньками глаз, оценивая картину магических сигнатур и, презрительно фыркнув, вернулся к своим делам. Изумленная Флаттершай сначала отшатнулась, потеряв дар речи, а в следующее мгновение опасно сощурилась.

− Ах вот как? – процедила она сквозь зубы. – Значит, я недостаточно хороша для тебя, да? Не. Смей. Меня. ИГНОРИРОВАТЬ!!!

Схватив первый попавшийся под копыто камень, пегас размахнулся и с удивительной точностью запустил его прямо в голову волку. Пошатнувшись от удара, тот злобно зарычал и, пустился за ней вдогонку.

− Мамочки… − охнула кобылка, мгновенно теряя боевой настрой при виде брызжущей вязкой смолой зубастой пасти. Второй волк повернулся к собрату, чтобы проверить, не нужна ли ему подмога, и на некоторое время выпустил своих оппонентов из виду. Именно такой ошибки они и ждали.

− Сейчас вы у меня получите, − бормотала Эплджек, примериваясь. В воздухе прямо перед ней завис горящий, частично оплавленный скелет ящера, сраженного молнией. Морщась от запаха раскаленного металла, его удерживала телекинетическим захватом Рэрити.

Дождавшись, пока Флаттершай поднимется повыше, фермерша резко выдохнула и мощным ударом тренированных задних ног отправила снаряд в полет. Перечеркнув арену яркой полосой, он пробил первого оказавшегося на пути древесного волка насквозь, заодно поджигая его туловище. Все еще сохранивший боеспособность конструкт продемонстрировал сообразительность, упав в снег и принявшись быстро сбивать пламя, но Флаттершай не дремала, и сверху на голову монстра упал тяжелый осколок кладки, разламывая ее на мелкие кусочки.

− Прямо в яблочко! – подскочила, победно вскидывая копыто, Эплджек. Рэрити, утомленная слишком частым использованием телекинеза, слабо улыбнулась, и тут позади нее возник силуэт второго древесного волка, незаметно подобравшегося к кобылками с тыла. Монстр с рыком рванулся вперед, когда у него на пути возникла Твайлайт. Библиотекарша знала, что у нее всего один шанс: груда оживших веток и листьев приближалась, а заостренные кристаллы у нее над головой все сильнее тянулись назад, к восстанавливающему свою структуру медведю. Напрягшись, она вложила все оставшиеся силы в бросок, и рой искрящихся льдинок, просвистев в морозном воздухе, вонзился в голову и шею волка, сбивая того с шага. Монстр замотал головой, но остался на ногах; более того, не было похоже, что инородные тела в теле его хоть как-то заботят. Он вновь замахнулся было лапой, но Твайлайт, оглянувшись, только довольно усмехнулась.

− Сюрприз!

В последний момент волк осознал хитрость единорога и заскреб шею когтями, пытаясь избавиться от опасности, но поздно. Подчиняясь магическим нитям, кристаллы стремились вернуться к хозяину, и крепкая древесина, составлявшая тело конструкта, не стала для них препятствием. Голова монстра разлетелась в мелкие щепки, и он мешком рухнул в снег.

− Это была поистине великолепная идея, Твайлайт, − восхитилась Рэрити решением единорога.

− Да уж, подловила ты прихвостней Сомбры! – поддержала Эплджек.

− Спасибо, девочки, − слабо улыбнулась Твайлайт, пытаясь отдышаться после непривычной нагрузки. – Вы и сами неплохо проявили себя.

− Неплохо? Да мы их просто разнесли! – Рэйнбоу Дэш была куда более эмоциональна в оценке ситуации.

− Не хотелось бы вас расстраивать, − прервала всеобщее веселье ворвшаяся в группу пони до предела вымотанная Пинки Пай, − но мне почему-то кажется, что больше отвлекать его не получится.

Тяжелый конструкт надвигался на носительниц Элементов, полностью регенерировавший и, судя по виду, полный решимости взять реванш за поражение в раунде.

− И это не единственная наша проблема, − побледнев, проговорила Эплджек. – Смотрите.

Разломанные фигуры волков, подражая своим диким собратьям из Вечнодикого леса, начали неторопливо сближаться, собираясь во что-то большое и наверняка враждебное. Однако и на этом список неприятностей не заканчивался. С низким гудением разозленного пчелиного улья от входа в секцию лабиринта ударил яркий голубой луч, описывая широкий полукруг по полу, как стекло взламывая каменную кладку и поднимая в воздух тучу из снега и пыли. А сквозь мутную завесу на собравшихся в плотную группу кобылок вышел механический конструкт с восседавшим на его спине Сомброй.

− Браво, − произнес черногривый единорог, спрыгивая на пол и заинтересованно оглядывая Элементы Гармонии. – Вы в очередной раз доказали, что ваша дружба способна преодолевать любые испытания. Отличная работа.

− Хватит пустых разговоров! – жестко прервала его Твайлайт. – Мы здесь, как ты и хотел. Что насчет Понивилля?

− О, а я разве забыл упомянуть? – округлил тиран глаза в поддельном удивлении. – Я снял портальную блокаду вскоре после того, как вы все оказались в лабиринте. Не было никакого резона мучать бедных граждан, когда основная цель уже достигнута, верно?

− То есть, цель этого плана была только в том, чтобы заманить нас сюда? – уточнила Рэрити.

− Не совсем так. То есть, ваше устранение, кончено, стало бы приятным бонусом, но моего главного противника нет среди вас, − Сомбра на мгновение отвлекся, прислушиваясь к донёсшемуся из-за горной гряды далекому грохоту. – Но он уже близко…

Теперь уже и кобылки услышали похожие на раскаты грома звуки. Они все нарастали, зазвучали друг за другом без остановки, и с последним, самым сильным ударом, в облаках полыхнула яркая вспышка света. Раскаленный огненный шар ослепительным росчерком прочертил холст мрачного неба и со свистом врезался в центр арены, прямо на останки древесных волков. Разлетелись в стороны щепки, на глазах рассыпаясь в прах; языки жаркого пламени взметнулись вверх и тут же опали, выпуская из своих мягких объятий … белоснежного аликорна в золотистом нагруднике. В специальных креплениях на его спине лежал длинный шест с маленьким шестигранным наконечником. Второго конца видно не было. Возле него удобно устроился феникс, с интересом рассматривающий непривычное окружение.

− Здравствуй, Сомбра, − произнесла верховная правительница Эквестрии.

− Селестия, − приветственно кивнул единорог.

− Принцесса! – хором воскликнули обрадованные пони.

Селестия мельком взглянула на свою ученицу и ее подруг, улыбнулась им краешком губ и вновь обратилась к своему давнему врагу:

− Я смотрю, ты обзавелся парочкой новых игрушек?

− Есть такое, − усмехнулся Сомбра. – И я польщен, что ты нашла время посетить их демонстрацию… О, где же мои манеры! Гостей надо встречать подготовленным…

Обернувшись черной дымкой, король скользнул назад, под прикрытие теней, в которых угадывалось какое-то движение. Этим не замедлила воспользоваться Рэйнбоу Дэш.

− Что, струсил? – залихватски выкрикнула она, указывая копытом на шевелящиеся потоки тьмы.

− Отнюдь, − каким-то странным, глухим и немного надтреснутым голосом отозвался Сомбра. – Просто для битвы принято надевать доспехи. Вот мои.

Вышедший на свет конструкт по размерам немного уступал Королевскому древесному волку, но выглядел при этом куда более устрашающе. Его тело, строением напоминавшее о представителях семейства кошачьих, почти полностью состояло из серого матового металла; только с боков, на бедрах и у основания шеи крепились гладкие деревянные пластины. Вытянутая морда с заполненной острыми зубами пастью обходилась без глаз. Вместо них на передней поверхности черепа располагался круглый, идеально гладкий кристалл, святящийся мерцающим красным светом. Длинный тонкий хвост, напоминающий крысиный, по всей длине ощетинился небольшими лезвиями. Корпус создания окутывала стелющаяся по земле темнота, в которой угадывались черты единорога.

− Потанцуем? – голосом Сомбры обратился к солнечной Принцессе конструкт и, не дожидаясь ответа, добавил: − Я поведу.

Монстр раскрыл пасть, но вместо громкого рева, который ожидала услышать перепуганная Твайлайт, издал мерзкий скрежещущий писк. Правда, отсутствие внушительности компенсировалось другими свойствами: к аликорну устремилась плотная ударная волна, поднимая по пути тучи снега. Принцесса взмахнула крыльями и резко взмыла в воздух, избегая атаки, но воздух вокруг нее уже пронзали лучи заклинаний, выпускаемых другим конструктом из глаз. Приняв несколько залпов на магический щит, Селестия сложила крылья и спикировала вниз, приземляясь аккурат перед волком. Тот поднял лапу для удара, но навстречу ей уже поднимался сорванный с креплений шест. В свете выбитых столкновением искр Твайлайт с изумлением осознала, что аура аликорна удерживала глефу – не особо распространенное в современной Эквестрии, но все же встречающееся древковое холодное оружие. Встречалось оно, правда, все больше у коллекционеров, но представший перед библиотекаршей экземпляр явно не относился к обычным. По всей длине его рукояти мерцали золотистым светом рунные комбинации, а серый односторонний клинок с зазубринами на не заточенной поверхности буквально звенел от напряжения, призывая своего хозяина в бой.

Обороной Солнечная принцесса не ограничилась: отбив лапу волка крутящимся движением глефы, она сделала молниеносный выпад, и хотя острие ее оружия не достигло цели, дело довершил мощный магический импульс, отбросивший монстра назад. На помощь уже спешил тяжелый конструкт, поднимая кристаллические кулаки для сокрушительной атаки, но Селестия, помогая себе крыльями, легко перемахнула через неповоротливого медведя и зашла ему за спину.

− Довольно игр! – Глаза аликорна вспыхнули парой сверхновых, грива и хвост заколыхались извивающимися языками пламени, и тяжелую тушу пронзило ослепительное сияние. Поток солнечного ветра в мгновение ока разорвал на мелкие ошметки все управляющие волшебные нити, и медведь, бессильный и парализованный, застыл на месте. Лезвие глефы наполнилось энергией и несколько стремительных росчерков развалили создание Сомбры на кусочки.

− Наконец-то достойный соперник! – довольно заявил единорог и бросил двух оставшихся конструктов в очередную атаку.

− Филомина! – в свою очередь, позвала Селестия. Феникс миниатюрным сверкающим метеором упал вниз и, зависнув на пути нападавших, взорвался слепящей вспышкой, на миг сделавшей несостоятельным не только зрение, но и органы анализа магических сигнатур.

Когда перед глазами Твайлайт перестали плясать радужные пятна, она увидела, как Солнечная принцесса совершает умопомрачительные виражи в небе, избегая многочисленных атак монстров.

− Ну же, Селестия, в чем дело? – рыкнул Сомбра. Его конструкт тяжело стукнул лапой по полу, выламывая большой камень, подбросил его вверх, обхватил хвостом и, резко сомкнув кольцо из лезвий, раскрошил его на мелкие кусочки, принявшись с силой бросать их в маневренного аликорна. – Почему ты бегаешь от меня? Ты…

На миг металлический зверь остановился, пораженный неожиданной догадкой.

− Это муляж! Она отвлекает нас! – воскликнул он, и в тот же момент один из лучей, выпущенных волком, пронзил принцессу… не вызвав ничего, кроме колебания ее изображения.

− Селестия! – бросил в небо Сомбра, нервно оглядываясь. − Что ты задумала?

Ответом ему послужил пронзительный жалобный вой его напарника. Резко обернувшись, тиран уставился на второго конструкта, пронзенного искрящейся энергией глефой. На спине мелко дрожащего волка стояла верховная правительница.

− Мне было нужно время, чтобы понять, как твои создания функционируют, − спокойно пояснила Селестия. – Конечно, до полноценного управления мне далеко, но пару трюков я смогу обеспечить.

Потоки солнечной энергии устремились по древку ее оружия внутрь механизмов, наполняя их золотистым сиянием. Тьма в глазах волка, шипя, отступала, проигрывая сражение обжигающему свету, языки черного дыма развеялись, уступив место блестящим искрам, и вскоре конструкт оскалил на своего бывшего хозяина пасть, в глубине которой сияло миниатюрное солнце.

− Нет! – завопил Сомбра, устремляясь в бой. – Я не проиграю!

Волк, забуксовав на снегу, бросился навстречу, окутанный сверкающей аурой принцессы, и через мгновение монстры со звоном столкнулись. Грохот взрыва пронесся над лабиринтом…

Главный механический конструкт Сомбры имел весьма потрепанный вид: самоубийственная детонация напарника лишила его части левой передней лапы, сорвала часть обшивки с бока, из которого теперь торчали искореженные шестерни, и наполовину оплавила череп. Круглый кристалл потрескался; магия медленно уходила из него.

− Тебе не стоило затевать все это, − заметила, подходя к поверженному врагу, Селестия, вращая глефой.

− Ничего, − хрипло ответил голос Сомбры из глубины бронированного туловища. – Мы еще встретимся…

− Только не в этих доспехах, − покачала головой солнечная принцесса и, взмахнув оружием, отсекла конструкту голову. С громким шипением из задергавшегося корпуса вырвалась густая тень и, сверкнув напоследок глазами, исчезла в глубине лабиринта.

− Принцесса!.. Вы в порядке?.. Мы так рады!.. – наперебой заговорили обступившие Селестию Элементы Гармонии.

− Вы тоже проявили себя лучшим образом, мои маленькие пони, − улыбнувшись, ответил аликорн, вновь убирая глефу в спинные крепления. – Я горжусь вами. А теперь, пора нам выбираться отсюда

Они направились к предусмотрительно созданному принцессой порталу, с упоением пересказывая ей свои приключения.

− И самое главное, − вещала Твайлайт, шагая рядом со своей наставницей, − мы поняли, что ни в коем случае нельзя терять веру в настоящих друзей. Ведь мы смогли продержаться против Сомбры только потому, что доверились друг другу.

− Прекрасный урок, моя верная ученица, − одобрила Селестия, проверяя серебристую пространственную воронку, − хоть и заставивший вас через многое пройти. Я думаю, вы заслужили отдых. Идите, а я доставлю обратно тех, кто угодил в ловушки Сомбры.

Поблагодарив верховную правительницу за помощь, носительницы Элементов по одной скрылись за блестящей завесой, а принцесса задержала идущую последней Пинки Пай.

− Твайлайт упоминала, что у тебя есть особое чутье, позволяющее предсказывать события, − хитро улыбнувшись, сказала она. – Неужели ты даже не воспользовалась им, когда тебя вели через такую сложную полосу препятствий?

Розовая кобылка тут же смутилась, шаркая копытом по снегу, и после небольшой паузы заговорила:

− Я почти не использовала Пинки-чувство, честно-честно! Ну, может быть, в самом конце… Погодите! Это ведь не значит, что я не доверяю друзьям?

− Конечно нет! – поспешила Селестия успокоить взволновавшуюся пони. – Ты все равно решилась на очень храбрый поступок, и небольшая … помощь ничего не меняет. В конце концов, ты сделала именно то, что вам всем требовалось…

Элемент Смеха скрылась в сиянии портала, а солнечная принцесса, оглянувшись и вдохнув свежий, морозный воздух, взмахнула крыльями и скрылась в небе…

− Слушай, твоя история получилась увлекательной, не спорю, − осторожно подбирая слова, начала Найтмэр Мун, − но не кажется ли тебе, что она закончилась… Как бы помягче сказать…

− Полным провалом, − не замедлила подсказать Кризалис.

− Жутким фиаско! – продекламировал Дискорд.

− Смотри сам, − продолжила ночная принцесса. – Устранение Элементов сорвалось, твои конструкты все уничтожены…

− Не говоря уж о том, как Селли надавала тебе по крупу! – поддразнила единорога королева чейнджлингов.

− Ох, прямо с языка сняла, − посетовал Дух Хаоса.

− Так ведь это еще не конец, − усмехнулся Сомбра. – Есть еще одна небольшая деталь…

Проводив растворяющегося в снегопаде аликорна взглядом, единорог, стоящий на вершине башни, плотнее закутался в плащ и произнес несколько слов на непонятном языке. В воздухе перед ним засветилась схема лабиринта, на которой стали зажигаться яркие точки. Множество точек, отмечающих местоположение остальных конструктов, пока еще спящих, но готовых проснуться…

− О, история принимает зловещий оборот! – зашептала Кризалис. – То есть, если я вдруг увижу пони, бегающих по улицам от гигантских монстров, буду знать, к кому обратиться.

− Что теперь скажете? – самодовольно проговорил Сомбра. – Посмотрите на дело с другой стороны: даже не ставя устранение Твайлайт и ее подруг на первое место, я оказался очень близок к нему; я протестировал свои творения в реальном бою и узнал, как их улучшить. Уже не хочется назвать мой план провальным?

− Только если капельку, − захихикал Дискорд. Разозлившийся единорог одним глотком допил содержимое своего бокала и процедил:

− Может, сам расскажешь, чего добился, весельчак?

− Непременно, − заверил драконикус. – Может быть, даже прямо сейчас.

Но опустившаяся на стол карта изображала клубящийся рой из множества тонких крыльев и фасеточных глаз, в самом центре которого свернулась темно серая кобылка.

− Не судьба, − притворно вздохнул Дискорд. – Ну да ничего, всегда предпочитал оставлять самое вкусное на десерт. А пока… Кризи, милая, не порадуешь ли нас своим рассказом?

## Уязвимости

Переходить к повествованию Кризалис не торопилась. Нарочито медленно она подняла свой бокал, недовольно нахмурилась при виде содержимого, занимавшего всего лишь четверть его объема, и бегло осмотрела зал. Ее внимательный, выискивающий взгляд остановился на парочке, занявшей столик неподалеку, а тонкие губы тронула хищная, предвкушающая улыбка. Зазубренный рог перевертыша выпустил на волю бледно-зеленый сгусток волшебной энергии, стремительно преодолевший расстояние до воркующих пони и окутавший их быстро тающим облачком сверкающих искорок. В то же мгновение влюбленные – молоденькая светло-синяя кобылка и белоснежный пегас, нежно приобнявший подругу крылом – застыли и отодвинулись друг от друга, растерянно оглядываясь. В уютной полутьме от их тел в воздух стали подниматься струйки сияющей красной ауры, сплетаясь в толстые жгуты плотного, тяжелого тумана. Свернувшись спиралью, он неторопливо смешался с напитком королевы чейнджлингов, и над оранжевой поверхностью проявилось полупрозрачное бледно-алое сердечко, лопнувшее миг спустя. Кризалис глубоко вдохнула аромат получившейся смеси и с видимым наслаждением сделала глоток.

− Превосходный аперитив! – Она облизнула блеснувшие в свете камина клыки. – Что касается моей истории… Она, скорее всего, будет несколько короче ваших. В основном потому, что этот план родился спонтанно…

− Как и практически все мысли, приходящие в твою хорошенькую головку, − вклинился ухмыляющийся Дискорд. Мгновением позже ему пришлось сделаться неосязаемым, пропуская сквозь себя метко брошенную пиалу с орешками.

− Эй, я не говорил, что это плохо! – с видом оскорбленной невинности заявил драконикус. – Кроме того, я ведь назвал тебя хорошенькой, не так ли?

− Ты же знаешь, я не могу долго на тебя злиться, − со смирением в голосе выдохнула Кризалис.

− Потому что я милый? – заинтересованно свился в кольцо дух Хаоса.

− Потому что терпеть не могу нервничать из-за идиотов! – отрезала кобылка. – Так, на чем я остановилась? Ах, да… Вы слышали об артефакте под названием «Нить судьбы»?

Сомбра и Найтмэр почти синхронно кивнули, а Дискорд сделал неопределенный жест лапой и проговорил:

− Да, занятная безделушка.

− Безделушка?! Да ты хоть понимаешь, что несешь? – возмутившись, встала на защиту предмета ночная принцесса. – «Нить» − один из первоклассных образцов показательной работы с ментально-энергетическими потоками! Она сохранилась со времен самого Старсвирла!

− Ладно, ладно, ты права, − примирительно поднял лапы драконикус. – Древняя занятная безделушка.

Разозленная Найтмэр принялась разыскивать пропавшую где-то под столами пиалу для повторного броска, но ее остановил Сомбра.

− Слушай, перед тем, как ты продолжишь защищать артефакт, я хотел спросить: ты вообще помнишь, для чего он предназначен? – осторожно осведомился единорог.

На миг замерев, темный аликорн уставился в пол.

− Для передачи чувств влюбленных, находящихся на расстоянии друг от друга, − тихо пробормотала кобылка. – По легенде, создатель артефакта был влюблен в пони, отправлявшуюся в далекое путешествие в земли грифонов, и, не в силах пережить долгую разлуку, разработал концепцию дуплексного ментально-энергетического проводника, чтобы поддерживать с ней связь.

− Искренне надеюсь, что в «Нить судьбы» он его переименовал до того, как преподнес своей избраннице, − фыркнул Сомбра.

− Как бы то ни было, сим данный артефакт переносится в список идей… − Дух Хаоса зашелестел страницами материализовавшегося блокнота в поисках нужных строк, – …списанных с романов для кобылок! Запись датирована сегодняшним числом, автор – некто Дискорд. Умный парень, должно быть, не встречали такого?

− Эй, а ничего, что я здесь рядом сижу? – съязвила, вмешиваясь в развивающуюся ссору, Кризалис. – Может, дадите мне продолжить? Спасибо. Итак, вы слышали про «Нить». А знали ли вы, что некоторые предприимчивые пони задумали организовать бизнес на создании и продаже ее реплик? Правда, в процессе они серьезно напортачили, и Комиссия Технического Контроля забраковала всю тестовую партию. Тем интереснее мне было узнать об обнаруженных побочных эффектах…

Двое жеребцов-техников вышли из-за поворота и направились вперед по широкому коридору с бежевыми стенами, освещенному магическими светильниками.

− Так что там с кустарными «Нитями»? – спросил чуть полноватый земной пони, толкавший перед собой тележку, заполненную металлическими контейнерами. На гладких, блестящих боках каждого из них красовалась надпись «Тестовый образец».

− Халтура откровенная! – в сердцах прокомментировал его собеседник, лимонного окраса пегас в круглых очках. – Испытания даже до этапа контрольной группы не дошли…

Увлеченные разговором пони не заметили, как сзади к ним пристроилась тоненькая лаборантка в белом халате. Поправив так и норовящую съехать седельную сумку, из которой виднелись корешки разноцветных папок, и несколько раздраженно тряхнув заплетенной в косу гривой, она уже намеревалась обогнать их, но вдруг передумала, заинтересованно прислушавшись.

− Эксперты нашли серьезные ошибки в проекте контуров заклинаний, − продолжал рассказывать пегас. – Видишь ли, идея оригинальной «Нити» заключалась в том, что между возлюбленными осуществлялся постоянный энергетический обмен, и чувства, переданные с ее помощью, компенсировались обратным потоком. Чтобы избежать превращения канала связи в односторонний, оригинал проверял пользователей и обладал целой кучей предохранительных механизмов. Реплики же… В принципе, если использовать артефакты строго по инструкции, проблем может и не быть, но стоит связать с их помощью пони, не испытывающих друг к другу привязанности… Ожерелья начинают тянуть из донора его чувства, отправляя их акцептору и не оставляя ничего взамен.

− А последствия? – взволнованно спросил второй техник.

− Апатия, угасание эмоций, ослабление магического потенциала… − бегло перечислил его коллега. – Ох и достанется же создателям этой дряни!

Тут жеребцы заметили следовавшую за ними кобылку.

− О, простите, мисс, − засуетился земной пони, отодвигая тележку к стене. – Проходите, пожалуйста.

− Благодарю, − кивнула лаборантка и, обогнав техников, быстро зашагала вперед. Хищная усмешка, исказившая ее миловидную мордашку, осталась незамеченной…

− Поверить не могу! – с нескрываемым возмущением в голосе воскликнул Сомбра, резким движением отставляя бокал в сторону. – Работать в такой тонкой сфере, как ментальная связь, и создать артефакт с открытой аутентификацией и отсутствием проверки участников обмена!

− Дружище, не забывай, что не все из нас говорят на языке ботаников, − расплылся в ехидной улыбке Дискорд, откидываясь на стуле.

− Копыта, говорю, надо отрывать таким разработчикам! – не растерявшись, переиначил фразу бывший правитель Кристальной империи, не преминув легонько ткнуть драконикуса в бок в отместку за его высказывание.

− Думаю, дискуссию об особенностях современной артефакторики можно отложить на потом! – вмешалась подозрительно нахмурившаяся Найтмэр Мун и обратилась к королеве: – Лучше объясни, что ты вообще забыла в КТК? Не слишком подходящее место для твоих трапез, как по мне.

− Это не имеет значения, − покачала головой Кризалис, очевидно рассчитывавшая, что подробностей ее коллеги не потребуют. Большая ошибка.

− Зря ты так сказала, − поцокал языком Дискорд. – Теперь нам еще больше хочется узнать, в чем тут дело. Запретный плод, все дела… Ну, ты понимаешь!

− Я уже говорил это раньше, и теперь повторюсь – сдайся. Они… − На мгновение запнувшись, Сомбра поправился: − Мы от тебя не отстанем.

− Да подавитесь! – процедила королева и, слегка потупившись, проговорила: − Я выполняла заказ. Кое-кто очень интересуется некоторыми достижениями эквестрийской науки, а мои способности как нельзя лучше подходят для добычи сведений о них. Кроме того, в КТК до сих пор не научились нормально организовывать пропускной режим!

На несколько мгновений над столом повисла тишина.

− Ах, наша девочка так выросла! – срывающимся голосом произнес драконикус, утирая глаза бумажной салфеткой. – Казалось, только вчера милый маленький чейнджлинг учился летать и нападать на влюбленных в темных переулках, а теперь уже берется за работу для больших пони!

− Кризалис – наемник… − неспешно проговорила ночная принцесса, словно давая себе время окончательно осознать сказанное. – Воистину, наш мир непредсказуем. И кто же твой заказчик?

− Думаешь, что я вот так просто тебе расскажу? − ядовито ответил перевертыш. − Видимо, ты знаешь о работе по найму намного меньше, чем я ожидала!

− Да ладно, тоже мне тайны кантерлотского двора! – усмехнулся Сомбра. – Ставлю следующую стопку на грифонов: они постоянно ищут способы наложить свои коготки на магические разработки Эквестрии.

Глаза Кризалис полыхнули одновременно яростью и смятением, подло выдавая свою хозяйку, но та все еще пыталась сохранить хорошую мину при плохой игре.

− Не понимаю, о чем ты, − стараясь выглядеть безразличной, заявила она.

− Грифоны? – не обращая ни малейшего внимания на попытки чейнджлинга выйти из положения, удивилась Найтмэр. – Что же они тебе пообещали?

− Это были не грифоны, − с трудом сдерживаясь, прошипела Кризалис.

− Да, хороший вопрос, − продолжая игнорировать ее недовольство, принялся рассуждать Сомбра. – Деньги тебя, как и всех нас, не очень интересуют, а единственное внимание, которое ты могла бы получить от пернатых, узнай они, кто ты на самом деле – это удар мечом. Так что вопрос питания также отпадает.

− Это не грифоны! – вышла из себя королева, повышая голос.

− Ладно, ладно, только спокойно. Мы все поняли. Итак, что же «не грифоны», − живо изобразил воздушные кавычки Дискорд, − приготовили тебе в качестве оплаты?

− Мой заказчик, имя которого останется тайной, − особо выделила фразу Кризалис, − пообещал мне средство для обхода Проявляющих Столбов.

− Системы защиты, установленной Селестией после твоей атаки на Кантерлот? – уточнила Найтмэр Мун. – Заставляющей перевертышей принимать истинный облик?

− Именно, − подтвердила королева. – Эти штуки мешают моим подданным нормально питаться, и я не могла смириться с таким положением вещей! Но самое главное – в результате этой вылазки у меня появилась идея, как не только лишить носительниц Элементов их главной силы, но и обратить ее против них самих. В итоге мне удалось украсть несколько образцов забракованных артефактов, а мой знакомый артефактор модифицировал их, несколько увеличив дальность действия и мощность усилителей. После получения оплаты за работу я смогла приступить к осуществлению плана…

На сей раз прибытие в Понивилль Ярмарки, собравшей в себе товары из самых разных уголков Эквестрии, пришлось на канун Ночи Кошмаров, что не могло не сказаться на атмосфере. Палатки, заполнившие центральную площадь, красовались стилизованными изображениями летучих мышей, разукрашенными воздушными шарами и прочей соответствующей атрибутикой. Какие только праздничные товары не были представлены здесь! Разнообразные костюмы, от школьной самодеятельности до продукции известных домов моды Кантерлота и Мэйнхэттена, сладости всевозможных форм и размеров, заполнившие, казалось, все вокруг, и даже гигантские яблоки из Эпллузы, которые какой-то умелец использовал для украшения вместо тыкв – вот далеко не полный список того, что располагалось на прилавках. Среди всего этого изобилия даже Твайлайт, обычно относившаяся довольно сдержанно к такого рода мероприятиям, чувствовала себя… словно Пинки Пай, попавшая на выставку тортов с пропуском во все секции. Взгляд библиотекарши хаотично перескакивал с одного яркого пятна на другое, не давая сфокусироваться на чем-то одном.

В отличие от подруги, отчаянно пытавшейся придерживаться своего главного правила походов за покупками – приобретать только необходимое, Спайк не был обременен подобными проблемами. То и дело кобылка слышала довольный возглас дракончика, обнаружившего еще что-то интересное. «Надеюсь, он не потратит все сразу, − подумала она, пытаясь разглядеть своего друга в толпе. – Нужно будет при случае серьезно поговорить с ним о бережливости…»

Легкий толчок прервал размышления единорога. Опустив взгляд, Твайлайт не смогла удержаться от улыбки: перед ней стояла маленькая бирюзовая земная пони, совсем еще жеребенок, одетая в красочное цветочное платьице. На боку у нее висела небольшая, расшитая изображениями ромашек сумка.

− Простите, мисс, − пролепетала она, неуверенно переминаясь с ноги на ногу.

− Ну что ты, все в порядке! Это мне стоило быть внимательнее, − дружелюбно ответила Твайлайт. Посмотрев по сторонам и не разглядев никого из сопровождающих, она удивилась: − Ты здесь одна?

− Нет, конечно! – Юная пони помотала головой, явно обрадованная, что за столкновение на нее не обижаются. – Я здесь с друзьями из художественного класса и учительницей – мисс Хайд. Мы из филлидельфийской начальной школы.

− О, так вы привезли с собой свои работы! – предположила библиотекарша и, судя по радостному огоньку, вспыхнувшему в глазах ученицы, попала прямо в точку.

− Еще бы! – забавно приосанилась школьница. − Хотите взглянуть?

Дождавшись утвердительного кивка единорога, малютка склонила голову, открыла клапан сумки и достала холщовый мешочек. Твайлайт бережно приняла его, потянула за стягивающую горловину бечевку и ахнула, разглядев содержимое.

В сиянии магической ауры в воздухе плыл красивый медальон, выглядевший весьма и весьма недурно для школьной работы. На бежевой веревочке, в которую слегка неровно, но с большим старанием были вплетены несколько светящихся серебристых нитей, висела небольшая деревянная звездочка с короткими и слегка полноватыми лучами. Древесину, окрашенную в глубокий темно-синий цвет, невесомой паутинкой прочертил рисунок из множества изгибающихся под ломаными углами линий. Они сходились к самому центру звезды, где плавно переходили на поверхность изящного изумрудно-зеленого камушка прямоугольной формы, расположившегося в неглубокой выемке.

− Ты сама это сделала? – не смогла сдержать изумления Твайлайт, с некоторой грустью подумав, что она в таком возрасте на подобный подвиг способна не была. Правда, жеребенок спас уязвленную гордость ученицы Селестии, немного смущенно сообщив:

− Ну… Не совсем. С камнем старшие помогали, и со шнурком немного… Но все остальное – моя работа! Вам нравится?

− Конечно! Знаешь, как мы поступим? – Фиолетовая кобылка решительно тряхнула гривой, убирая попавшую на глаза прядь. – Прямо сейчас мы отправимся на поиски твоей учительницы и обрадуем ее тем, что ты нашла очередного покупателя!

Всю дорогу обрадованная малышка, которую, как выяснилось, звали Блоссом, болтала без умолку. За короткую, в общем-то, прогулку по центральной площади она успела поведать Твайлайт о школе, своих одноклассниках, о том, как ученики школ Филлидельфии постоянно участвуют в разнообразных конкурсах и насколько важна для нее первая помещаемая Ярмарка.

− Вот вы где, юная леди! – Голос, прервавший рассказ пони, звучал настолько строго, что библиотекарша едва смогла преодолеть желание вытянуться по струнке. Ее спутница этому желанию противиться и не собиралась, застенчиво опустив голову и украдкой поглядывая на приближающуюся уверенной походкой кобылку. Одетая в аскетичный бежевый жилет аккуратного покроя, с повязанным на шее легким шарфиком и гривой, собранной в тугой пучок на затылке, учительница напоминала немного помолодевшую госпожу мэра, а слегка сдвинутые на нос прямоугольные очки лишь добавляли сходства.

− Сколько раз я говорила тебе не отрываться от группы, − произнесла она, и усталости в ее тоне было куда больше, чем раздражения. – Мы же беспокоились!

− Простите… − пролепетала малютка, на что воспитательница тепло улыбнулась и мягко погладила подопечную по голове.

− Больше так не делай, − тихо произнесла она и повернулась к Твайлайт. – Спасибо вам огромное, что привели ее! Надеюсь, она не сильно вам надоела.

− Ну что вы! – отмахнулась библиотекарша. – Мне было приятно пообщаться со столь талантливым жеребенком. Вы ведь мисс Хайд, верно? Меня зовут Твайлайт Спаркл, и я хотела выразить свое восхищение работами ваших учеников.

Прервавшись на мгновение для того, чтобы высмотреть в толпе своих подруг, кобылка довольно улыбнулась.

− Скорее всего, найдутся и другие заинтересованные…

Спустя некоторое время, глядя вслед удаляющимся носительницам Элементов, оживленно обсуждавшим новые украшения, учительница обратилась к сгрудившимся подле нее «жеребятам»:

− Любимицей Селестии я займусь лично, а вы не спускайте глаз с остальных. О любых изменениях в их поведении докладывайте мне немедленно.

− И эти изменения не заставили себя долго ждать, − рассказывала Кризалис. – Модификации, добавленные в конструкцию артефактов, оказались столь эффективными, что позволили «Нитям» передавать эмоции даже на небольшом удалении от носителя. С каждой минутой все большая часть чувств и переживаний Элементов передавалась мне.

− Ну наконец-то! – выдохнул Спайк, обнаружив Твайлайт на втором этаже с очередным совершенно монструозным фолиантом. – Знаешь, пора бы мне взять за правило сразу искать тебя здесь, хоть время сэкономлю… Так о чем это я… Ах, да! Я сейчас встретил Флаттершай, и она сказала, что сегодня выпускает того молодого феникса, которого нашла в лесу и долго выхаживала. Ты бы ее видела! Она сильно расстроена по этому поводу и позвала всех прийти. Для меня, конечно, слегка сентиментально, но…

− Да, да, Спайк, веселись, − махнула в его сторону копытом кобылка, не отрываясь от чтения.

− Отлично! Тогда я… − начал было дракончик, но запнулся, осознав, что именно ему сказали. – Погоди, что значит «веселись»? Ты что, не пойдешь?

На сей раз библиотекарша даже не удостоила его ответом, только помотав отрицательно головой. Ее ассистент взял паузу, рассчитывая на какое-нибудь объяснение, но, так и не дождавшись, раздраженно фыркнул и решил немного подтолкнуть подругу.

− И ты не собираешься идти, потому что…

Твайлайт вновь промолчала, только постучав по толстой обложке книги.

− Принцесса Селестия дала тебе какое-то сложное задание, да? – участливо поинтересовался Спайк, по-своему истолковав жест единорога. Его логику можно было понять: версия, хоть и с натяжкой, но все же объясняла сосредоточенность кобылки и ее не совсем обычное поведение. – Слушай, сколько можно! Ты и так лучшая ее ученица, зачем снова проверять твои способности?

− Проверять… Задание… О чем ты? – Догадки дракончика оказались неверными, но помогли ему привлечь внимание собеседницы. – Нет никаких заданий. Просто эта книга чрезвычайно интересна, и я давно ждала возможности прочесть ее.

− Серьезно? – скептически прищурился Спайк. – Ты собираешься пропустить важное для твоей подруги событие, потому что собираешься … читать?

− Ты действительно хорошо меня знаешь, раз догадался, − совершенно серьезно похвалила Твайлайт, с легкостью проигнорировав тот факт, что сама только что ему обо всем сообщила.

− И что ты собираешься сказать Флаттершай? – поинтересовался вконец запутавшийся дракон.

− Правду, конечно! – невозмутимо ответила библиотекарша. – Ты же знаешь: лишиться доверия друга – верный способ потерять его навсегда…

− Поверить не могу, что именно мне приходится спрашивать тебя об этом, но… − Спайк, уже начинавший думать, что его разыгрывают, набрал воздуха в грудь. – Ты не боишься ранить ее чувства?

− Что ты, нет, − легкомысленно отозвалась Твайлайт. – Я уверена, что она меня поймет.

Дракончик призадумался. Поведение подруги вызывало много вопросов, но он и раньше был свидетелем событий, и близко не попадавших в категорию нормальных. Даже без учета сражений со злодеями. Так что он решил просто повнимательнее понаблюдать за библиотекаршей, а заодно проверить, не поссорились ли они с Флаттершай.

− Я все-таки буду придерживаться версии с домашним заданием от Селестии, − пробормотал он, выходя из комнаты.

Пинки Пай неторопливо шла по залитой солнечными лучами улице, опустив голову и отвечая на многочисленные приветствия встречных пони лишь едва заметными кивками вместо обычных широких улыбок. Со вчерашнего вечера ее преследовало странное чувство, словно она что-то потеряла. Что-то такое же обыденное и привычное, как дыхание, и почти настолько же важное для нее. Нечто, чье присутствие ты не замечаешь до того, как оно исчезнет.

Путь ее пролегал мимо небольшого открытого кафе, где за парой столиков разместилась веселая шумная компания, празднующая чей-то день рождения. Завидев невдалеке силуэт Пинки, пони заметно оживились, предвкушающе улыбаясь: они прекрасно знали, что, во-первых, Элемент Смеха не пропускает вечеринок, а во-вторых – способна многократно улучшить любую из них одним своим присутствием. Каково же было их удивление, когда розовая кобылка просто прошла мимо, остановившись только когда ее окликнули.

− Привет, Пинки! – обратился к ней кто-то. – Присоединяйся!

Медленно, будто не сразу уловив смысл фразы, она повернулась и, вымученно улыбнувшись, произнесла:

− О, у вас тут вечеринка…

Обычно после этой фразы она тотчас начинала праздновать вместе со всеми, поднимая градус веселья до заоблачных высот, но сейчас кобылка просто глубоко вздохнула.

− Я бы с удовольствием посидела с вами, но… − Она на мгновение замолчала, словно внезапно потеряв нить разговора. – Что-то настроения нет… Простите…

В принципе, в озвученной причине не было бы ничего странного, не иди речь о Пинки Пай. В ее случае подобный отказ прозвучал настолько неожиданно, что один из жеребцов встал из-за стола, подошел к ней и участливо поинтересовался:

− У тебя все нормально? Может, мы можем чем-то помочь?

Остальные пони с готовностью закивали, поддерживая товарища, но Пинки только помотала головой.

− Спасибо за заботу, − ответила она. – Все в порядке, правда, не стоит волноваться. Я пойду, пожалуй.

С этими словами Элемент Смеха двинулась дальше, а жеребец, озадаченно глядя ей вслед, пробормотал себе под нос:

− Надо будет пообщаться с кем-нибудь из ее подруг…

Для многих жителей Понивилля, особенно юных, Ночь Кошмаров была одним из самых любимых праздников, поэтому неудивительно, что к вечеру улицы заполнило множество вампиров, зомби, злых ведьм и прочих персонажей фольклора. Сам город сиял мерцающими огнями, красовался разноцветными ленточками и флажками, радовал слух бодрой музыкой. Пунш и яблочный сидр лились рекой. То тут, то там пробегали группы жеребят в ярких костюмах, шутливо перетягивающих мешочки со сладостями, а рядом, умилительно улыбаясь, шли присматривающие за ними родителями.

На этом фоне группа из пяти мрачновато выглядевших кобылок, направлявшихся в сторону бутика «Карусель» в сопровождении маленького дракона, смотрелась еще более странно.

− Что за муха вас всех укусила? – подозрительно посматривал на подруг Спайк. – Праздник же!

− Ты же знаешь, я не очень люблю это … торжество, − тихо проговорила Флаттершай, у которой за спиной красовались раскрашенные крылья бабочки. – Не стоило мне приходить, наверное.

− Как-то это все приелось, − заявила зависшая в воздухе Рэйнбоу Дэш, облаченная в покрытый искусственными льдинками костюм вендиго. – Каждый раз одно и то же…

− А я что-то устала… − Пинки Пай зевнула настолько широко, что бутафорская драконья пасть от ее костюма тут же стала казаться совершенно лишним аксессуаром. – Посидела бы лучше дома.

−И ладно, я еще могу понять их, − обратился Спайк к Твайлайт, обводя лапой остальных носительниц Элементов. – Хотя и с трудом… Но ты! Сегодня же должна прибыть Кейдэнс. Неужели ты не рада?

− Рада, естественно, − слабо произнесла ученица Селестии. – Но это не значит, что я должна плясать от счастья, не так ли? Я уже давно не жеребенок.

Обуреваемый нехорошими предчувствиями дракончик постучал в дверь бутика, и спустя пару мгновений она распахнулась, пропуская белоснежную кобылку. Сначала Спайку показалось, что общее странное настроение обошло модельершу стороной. Выглядела она как всегда сногсшибательно, выбрав для себя образ вампирши. Основу ее костюма составлял наброшенный на плечи темно-бордовый плащ, застегнутый на груди фигурной серебристой брошью в форме паука, а волнистый узор гривы укрепляла стилизованная летучая мышь. Одинокая темная прядь спадала на выразительные, подведенные тушью глаза.

Но чем дольше дракончик смотрел на нее, тем отчетливее замечал замедленные движения и направленный куда-то в пустоту взгляд – точь в точь, как у остальных. А слегка неровный макияж и – неслыханно для педантичной в вопросах одежды модницы! – мятые полы плаща ясно говорили о том, что отнюдь не подготовка костюма занимала первое место в ее мыслях.

− Ну как вам? – Этот вопрос, обычно звучавший в устах Рэрити с едва заметным волнением и крошечной долей самолюбования, сейчас показался плоским и безжизненным, словно она задала его лишь для того, чтобы не молчать.

В ответ послышалось нечто неразборчивое, и на этом фоне голос Флаттершай прозвучал необычайно четко.

− Немного вычурно, на мой вкус, − без доли эмоций произнесла она.

Спайк, не понаслышке знакомый с нервной реакцией Рэрити на критику ее работ, приготовился к худшему, но реальность оказалась куда более пугающей. Оглядев свой наряд, модельерша только пожала плечами:

− И то верно. Ладно, давайте уже покончим с этим.

Если раньше у Спайка и были сомнения в том, что к этой ситуации приложил копыто кто-то из недоброжелателей, то теперь они окончательно отпали. В хандрящую без причины Твайлайт, которую ему «посчастливилось» наблюдать весь вчерашний вечер, он еще мог поверить, но неожиданно сразившая всех носительниц Элементов депрессия на случайность уже никак не тянула. К счастью, у него уже имелся план.

− Я думаю, вам стоит немного расслабиться … − заговорил дракончик, с трудом пытаясь увлечь кобылок за собой. − Повеселиться, выпить немного пунша…

Оставив подруг у ломящегося от разнообразных блюд стола, он отправился к центральной площади – туда, где в скором времени должна была объявиться ближайшая пони, способная разобраться в ситуации. До места юный дракон добрался как раз в тот момент, когда на построенной возле ратуши трибуне, рядом с празднично одетым мэром, разгорелся сияющий круг портала. Осветив замерших в ожидании жителей мягким сиянием, он сначала расширился, а затем резко схлопнулся, оставив после себя розового аликорна. Принцесса Кейдэнс широко улыбнулась, оглядев целое море разноцветных грив, заполнивших площадь.

− Приветствую вас, жители Понивилля! Веселой Ночи Кошмаров! – звонко выкрикнула она и послала в толпу воздушный поцелуй, рассыпавшийся невесомыми, искрящимися магией сердечками. Ответом ей послужил одобрительный гул.

Стоило правительнице Кристальной Империи спуститься с трибуны, как она тут же оказалась заключена в кольцо поклонников, коих набралось удивительно много. Настолько много, что подоспевший Спайк, три раза пытавшийся пробиться к ней и не преуспевший в этом, потерял терпение, разбежался и, высоко подпрыгнув, вскочил на спину стоявшего поблизости жеребца. Перескакивая с одного пони на другого и поспешно выкрикивая извинения, дракончик быстро приближался к мелькающей впереди розовой гриве, пока неожиданно отошедшая в сторону кобылка, выбранная им в качестве цели для следующего прыжка, не прервала его бег. Правда, была в этом падении и доля везения: покатившись по земле, он остановился прямо рядом с Кейдэнс и, чтобы привлечь ее внимание, ухватился за ее ногу. Почувствовав прикосновение, принцесса повернулась; удивление в ее глазах быстро сменилось узнаванием.

− Спайк! – радостно начала она. – Рада тебя видеть…

− У нас мало времени, ваше высочество, − несколько более резко, чем планировал вначале, прервал ее дракон. – С девочками что-то не так, и мне кажется, вам нужно на это взглянуть.

Кейдэнс отреагировала мгновенно и весьма разумно. Подхватив Спайка телекинетическим полем, она пристроила его у себя на спине, отрекомендовав окружающим как «самого верного фаната», и быстро, но спокойно двинулась сквозь плотные ряды пони, не забывая улыбаться и отвечать на многочисленные приветствия, дабы не вызывать беспокойства. По пути ассистент Твайлайт вполголоса посвятил принцессу в ситуацию.

− Навскидку я бы сказала – энергетический вампир или что-то очень похожее, − призадумалась она, выслушав рассказ. – Они не встречались с какими-нибудь подозрительными личностями в последнее время?

− Не припоминаю, − покачал головой ее собеседник.

− Может, какие-то незнакомые предметы? Появившиеся недавно… − продолжила размышлять Кейдэнс.

− Ну конечно! – воскликнул Спайк, щелкнув пальцами. – Медальон! Как раз вчера Твайлайт принесла домой украшение, которое купила у школьной группы на ярмарке!

− Возможно, мы нашли виновника, − серьезно проговорила принцесса, ускоряя шаг. – Стоит поторопиться.

Поспешить действительно стоило. К моменту их прихода носительницы Элементов выглядели плохо: кобылки еле держались на ногах, а Пинки Пай так вообще беспокойно спала за столом. На появление гостей они почти не отреагировали.

− Я проверю картину магических потоков, − объяснила Кейдэнс дракончику и, сосредоточившись, произнесла заклинание. Стоило светящейся серебристо-голубой пленке зажечься в ее глазах, как принцесса испуганно отпрянула.

− Нет… − пораженно прошептала она, рассматривая красные, напоминающие разветвленные кровеносные сосуды, нити, пульсирующие энергией среди разноцветных наводок от аур множества пони. Впрочем, ее изумление довольно быстро уступило место злости. Безошибочно опознав на носительницах Элементов, даже без помощи Спайка, все шесть медальонов и подхватив их магическим захватом, правительница Кристальной империи одним усилием стерла их в мелкую пыль.

− Уведи их в безопасное место, − скомандовала она дракончику. – Уверена, тот, кто все это устроил, еще здесь, и он может попытаться напасть. Я постараюсь найти его по остаточному следу.

Кивнув, Спайк растормошил вяло реагирующих кобылок и повел их к библиотеке, а аликорн, прищурившись, направился туда, где медленно таял в воздухе красный след…

− Естественно, мне сразу доложили о прибытии Кейдэнс, − оживленно жестикулируя, рассказывала Кризалис. – Я прекрасно знала, что по следам от разорванных «Нитей Судьбы» она легко сможет найти меня, но… В тот момент все это не имело ни малейшего значения. Сила, вливавшаяся в меня вместе с эмоциями Элементов, была прекрасна, восхитительна! Я ощущала, как энергия Гармонии переполняет каждый мускул, выплескивается через край…

− О, дай догадаюсь, − усмехнулась Найтмэр Мун. – Ты настолько расчувствовалась под ее действием, что раскаялась, со слезами призналась в своих недостойных деяниях и поклялась встать на путь исправления?

Дискорд захихикал, прикрывая рот лапами, а Сомбра отсалютовал шутнице бокалом. Кризалис же гордо вскинула голову, не посчитав нужным как-то реагировать.

− В те мгновения я чувствовала себя способной на все, − невозмутимо продолжила она. – Казалось, я могу заявиться в Кантерлот и в одиночку одолеть всю стражу во главе с Селестией. И, как оказалось, кое-какие основания под такой уверенностью имелись…

Кейдэнс довольно быстро обнаружила темную, закутанную в плащ с капюшоном фигуру, к которой сходились медленно растворяющиеся в воздухе останки энергетических проводников.

− Мисс, я вынуждена попросить вас снять костюм, − твердо заявила она. – Немедленно!

− Дорогая моя Кейдэнс, зачем же столько официоза? – отозвался тихим смешком черный провал капюшона. – Разве так принято встречать … старых друзей!

Мертвенно-зеленое бледное сияние озарило улицу, породив множество вытянувшихся теней, взлетел в воздух ненужный уже плащ, быстро истлевая в потоках магии, и перед изумленной и испуганной публикой предстала Кризалис. Ошарашенная Кейдэнс рассматривала давнюю соперницу, не веря своим глазам: королева чейнджлингов будто стала выше ростом, ее клыки увеличились в размерах, угрожающе поблескивая, а грива, раньше лежавшая спутанными комками, теперь развевалась по ветру язычками изумрудного пламени.

− Итак, − приторно-сладким голосом обратился к принцессе перевертыш, − ты раскрыла мою маленькую аферу. Что дальше?

− Как обычно – задам тебе трепку! – с вызовом крикнул в ответ аликорн и выпустил в противника заклинание. Чистый, как слеза, каплеобразный сгусток плазмы молниеносно преодолел расстояние до своей цели и … с громким треском развеялся, разрубленный пополам. А из облака остаточных разрядов показалась Кризалис, угрожающе покачивая огромным грубым клинком, сотканным из сырой, не оформленной в заклинания энергии. Оказалось, на ее стороне был не только эффектный внешний вид.

Не успела Кейдэнс как следует удивиться, а ее чары – до конца раствориться в воздухе россыпью безобидных искр, как королева ринулась в контратаку. Земля под ее копытами вспыхнула, и чейнджлинг, оставляя за собой обгоревший след, устремился вперед, замахиваясь тяжелым оружием. Со звуком опустившегося на наковальню молота природная защитная аура аликорна приняла удар на себя, но вложенная в него сила была столь велика, что кобылку бросило на землю. Окутанное зеленоватым туманом лезвие вновь взвилось в воздух, но на сей раз Кейдэнс, осознавшая с кем имеет дело, смогла показать, что звание правительницы Кристальной империи досталось ей не за красивые глаза. Вместо плоти принцессы клинок, не встречая сопротивления, рассек возникшее на ее месте облачко белесого тумана и неожиданно застыл на месте: наколдованная обманка оказалась еще и ловушкой, временно сковывающей магические силы. Пытавшаяся освободиться Кризалис на пару мгновений замешкалась, и пропустила последовавшее ударное заклинание своего противника. Сияющая капля чистой энергии с грохотом взорвалась; королева отлетела в сторону, покатилась по земле, больно ударяясь о камни, но на удивление проворно вскочила на ноги, злобно зашипела и скрылась в переулке, покидая поле битвы.

− Немедленно расходитесь по домам, − тяжело дыша, обратилась Кейдэнс к сгрудившимся неподалеку горожанам, наблюдавшим за схваткой со смесью ужаса и интереса. – Будьте бдительны! По каким-то причинам Проявляющие столбы перестали действовать, и перевертыши могут быть среди вас. Королевская гвардия вскоре прибудет…

Предупреждающий возглас какого-то пони из толпы прозвучал слишком поздно: неприметный серый единорог, аккуратно пробравшийся в первые ряды многочисленных зрителей, успел накопить силы и выпустить в принцессу яркий зеленый луч. Буквально сметенный неизвестными чарами, розовый аликорн ударился о стену ближайшего дома, пробив ее и скрывшись внутри.

Среди разбегающихся в страхе жителей сбросившая маскировку Кризалис, довольно улыбнувшись, двинулась было туда, где под обломками раздавались слабые стоны раненой Кейдэнс, но, не сделав и пары шагов, остановилась. Подняв голову в вечернее небо, словно к чему-то прислушиваясь, она взмахнула тонкими прозрачными крыльями и поднялась в воздух.

− Знаешь, оставлять за спиной аликорна, пусть и пострадавшего, − не слишком хорошая идея, − заметила Найтмэр Мун.

− Естественно, − спокойно согласилась Кризалис, − но у меня не было выбора. Наша схватка и так затянулась, с минуты на минуту могла прибыть Селестия и все испортить. Именно поэтому я решила заняться тем, ради чего, собственно, и затевалась эта операция. К тому же, как раз пришел зов от моих подданных…

Приземлившаяся перед зданием библиотеки королева удовлетворенно оглядела беспомощных кобылок, лежащих у входа в окружении группы чейнджлингов. Твайлайт и ее подруги успели добраться до Элементов Гармонии, но теперь их грозное оружие, лишенное подпитки эмоциями, оказалось абсолютно бесполезным. Украшения лишь слегка искрили с глухим треском, и Кризалис могла поклясться, что видела, как драгоценные камни в ожерельях и диадеме постепенно тускнеют.

Перевертыши почтительно расступились, пропуская свою повелительницу. Вновь засияла изумрудно-зеленая аура, плоское лезвие сверкающего клинка описало широкую дугу…

Увлеченная, предвкушающая скорую победу Кризалис слишком поздно обратила внимание на предупредительный стрекот собравшихся вокруг нее перевертышей. Опомнилась она только почувствовав легкое прикосновение к спине, и в тот же миг чьи-то лапы схватили ее за шею. Скосив глаза, она успела увидеть лишь усеянную мелкими зубами пасть, из которой в следующее мгновение ударила тугая струя пламени…

− Бесценно! – едва не захлебываясь хохотом, рухнула на столешницу Найтмэр. – Малютка Спайки задал тебе жару! В буквальном смысле слова!

− Дракон применил засадную тактику. Умно, очень умно, − медленно проговорил Сомбра, изо всех сил старавшийся оставаться серьезным и не последовать примеру ночной принцессы.

Дискорд же, вопреки ожиданиям, не стал сыпать шуточками и завуалированными оскорблениями. Вместо этого он выудил непонятно откуда большое увеличительное стекло, обвился вокруг Кризалис и, задумчиво потирая подбородок, принялся ее рассматривать.

− Ты что делаешь? – опешила не ожидавшая подобного королева.

− Пытаюсь понять, настоящие ли это ресницы, − пробормотал в ответ Дух Хаоса. – Либо ты исключительно быстро регенерируешь, либо знаешь классных специалистов…

− Ну хватит! – прорычал взбешенный чейнджлинг, резким движением отбрасывая драконикуса в сторону. – Мне надоело ваше пренебрежение! Вас послушать, так я вообще не гожусь на роль злодейки: и планы мои вам не нравятся, и в бою я не настолько хороша!..

− Эй, подруга, спокойно, − подняла перед собой копыта в успокаивающем жесте Найтмэр, через силу перестав смеяться. – Ты же знаешь, мы не хотели тебя обидеть. Это просто наш стиль – подтрунивать друг над другом, раздавать безобидные издевки…

− Вот именно! – подключился Дискорд, похлопывая обиженную Кризалис по плечу и одним щелчком материализуя перед ней очередной напиток. – Не принимай наши слова близко к сердцу. Мы тебя любим… Эм… Чисто платонически, конечно!

− Кроме того, − поддержал Сомбра, − нам интересно узнать, что приключилось с тобой дальше. Ты ведь не оставишь нас без концовки, правда?

Кризалис, подувшись для порядка пару минут, все-таки сдалась и махнула на товарищей копытом.

− Ладно, Тартар с вами, слушайте! Как я уже говорила, сила, приобретенная у Элементов, вселяла уверенность. Опасную уверенность. И в тот момент, после битвы с Кейдэнс, в которой мне и напрягаться особо не пришлось, тот факт, что какая-то малышня может вот так застать меня врасплох… В общем, я потеряла контроль. Произошло самое страшное, что может случиться со злодеем в ходе осуществления его плана.

Остальные понимающе переглянулись, и Дискорд, покачав головой, участливо поинтересовался:

− Пафосный монолог?

− Пафосный монолог, − обреченно выдохнула королева.

Дыхание дракона было способно нанести серьезный ущерб любому чейнджлингу, но, к несчастью для Спайка, в тот день он столкнулся отнюдь не с рядовым представителем этой расы. Ревущее пламя, скрывшее королеву, продержалось всего пару мгновений до того, как сферическая ударная волна прокатилась по улице, развеивая огонь по ветру. Из густого облака дыма показалась Кризалис. Пострадала она несильно: о том, что произошло, напоминали лишь ее немного потемневшие крылья и тлеющая в паре мест шерстка. Правда, расположения духа у нее от этого не прибавилось.

− Глупец! – рявкнула королева, так резко топнув, что раскаленная земля под ее копытами покрылась трещинами. – На что ты рассчитывал?!

Поймав дракончика в телекинетический захват и начисто игнорируя отчаянные попытки вырваться, она подтащила его к себе и подняла вверх, заглядывая прямо в глаза.

− Я перехитрила твоих друзей и лишила их силы, я только что сразила аликорна, даже не вспотев! − буквально прорычала все больше распаляющаяся Кризалис. – Неужели ты думал, что какая-то жалкая ящерица сможет что-то мне противопоставить?! Остановить меня?!

Несмотря на нешуточную угрозу, исходившую от разъяренной кобылки, и опасную близость ее поблескивающих в свете угасающего пламени клыков, Спайк нашел в себе силы ответить.

− Я не боюсь тебя, − вызывающе бросил он.

− А стоило бы, − оскалилась королева. – Это послужит тебе уроком. Последним, что ты усвоишь!

Энергетическое щупальце захлестнулось вокруг шеи дракончика и принялось медленно сжиматься…

… При взгляде на разворачивающуюся перед ее глазами сцену в душе лавандовой кобылки шевельнулось странное чувство. На миг показалось, что ей стоило бы переживать за бессильно бьющегося в магической хватке юного дракона, только она никак не могла вспомнить, почему. Почему?

Стоило библиотекарше задаться этим вопросом, как ее сознание, словно отвечая, заполнили картинки воспоминаний. Вот ее, еще маленькую и совершенно растерянную, привели в класс школы для одаренных единорогов и оставили перед строгой комиссией. Финальный экзамен и крупное фиолетовое яйцо…

Вот она, напуганная раздавшимся снаружи грохотом радужного удара, теряет контроль над магией и превращает новорожденного в огромного ящера, пробивающего крышу…

Вот довольная собой малышка с гордостью показывает старшему брату мирно посапывающего дракончика, тянущего в рот собственный хвост…

«Мама?» − тоненьким голоском спрашивает он, все еще неуверенно стоящий на лапах, и Твайлайт прижимает его к себе, украдкой утирая слезинку…

«Эй, может, здешним пони есть, о чем рассказать, − заявляет дракончик по прибытии в Понивилль. – Стоит дать им шанс».

Воспоминания все прибывали, пока их мощный поток не ударил со всей силы по стене, окружившей чувства единорога, не разнес ее на куски и не развеял их в пыль. «Конечно, я должна переживать за него! – заметались мысли в голове кобылки. – Он ведь мой ассистент номер один! Мой друг! Это ведь…»

− СПАЙК!!!

Две яркие фиолетовые молнии одна за другой прочертили прохладный воздух: первая – слабая и способная лишь легонько кольнуть – заставила Кризалис от неожиданности выпустить начинающего сдаваться дракона, а вторая – сопровождающийся гулким грохотом гигантский ветвистый разряд – ударила ее прямо в грудь, с легкостью разбивая щитовые чары на множество мелких осколков. Перед опешившей королевой Твайлайт Спаркл, пошатываясь поднялась с земли. В ее глазах бушевал огонь.

− Оставь. Его. В покое! – выкрикнула она, когда поднявшийся магический вихрь поднял ее в воздух.

− Нет, нет, нет… − бормотала Кризалис, пятясь назад и завороженно глядя, как цепная реакция перекидывается на остальные Элементы, пробуждает их, как вновь загораются жизнью драгоценные камни в украшениях. Опомнившись, она решила не дожидаться, пока артефакты наберут полную мощность, и выпустила в сторону кобылок луч заклинания, но радужная буря лишь слегка дрогнула, поглотив его. Элементы загорелись еще ярче, еще … яростнее, словно осознав, что их атакуют энергией, обманом полученной у них самих.

− Тебе не стоило обижать Спайка, − зло бросила перевертышу Эплджек.

− Он не сделал тебе ничего плохого! Как ты могла? – обвиняюще указала на нее Флаттершай.

− Я самолично сотру усмешку с твоей физиономии… − не хуже ядовитой змеи прошипела Рэрити.

Не желающая признавать поражение Кризалис продолжала обстреливать растущий разноцветный купол чарами и вскоре заметила, что тот, так и не успевший до конца зарядиться, начинает поддаваться. Злобно усмехнувшись, чейнджлинг атаковал с удвоенной энергией, но тут чаша весов вновь склонилась не в его пользу. Сверкнула вспышка телепортации, и перед носительницами Элементов возникла розовая кобылка-аликорн.

− Не сегодня, Кризалис! – крикнула Кейдэнс, закрывая подруг ажурным синим щитом, о который бессильно разбились два последних заклинания.

Королева оказалась достаточно разумна, чтобы признать неминуемое поражение. Прекратив бесплодные попытки пробить продолжающий набирающий силу купол и защиту принцессы, она подала своим подданным ментальный сигнал и встала на крыло, быстро поднимаясь вверх. С запозданием ударивший снизу радужный луч немного пошарил по темнеющему небу и, не найдя себе цели, растворился в воздухе.

− Ну, кто начнет издеваться первым? – закончив рассказывать, фыркнула Кризалис, всем своим видом показывая, насколько ужасная кара ожидает возможного добровольца.

− Знаешь, мы бы с радостью, − на полном серьезе принялся извиняться Дискорд. – В твоем плане есть несколько откровенно провальных моментов, по которым стоило бы пройтись, но… История берет своим … свежим подходом.

− Не думал, что доведется когда-либо произнести это вслух, но он прав, − поддержал драконикуса Сомбра. – Скажи мне кто-нибудь в начале сегодняшнего вечера, что рассказ Кризалис начнется с промышленного шпионажа и эксплуатации уязвимостей в артефактах, я бы лишь расхохотался в ответ. Но у тебя получилось нас удивить!

− Еще бы не получилось! – не смогла удержаться от шпильки Найтмэр Мун. – Для Кризи ведь любой план сложнее чем «превратиться в какого-нибудь пони и питаться чувствами тех, кому он дорог» − уже достижение…

− Слишком смелое заявление для того, кто по итогам своей «грандиозной» аферы делит тело с энергетическим паразитом, − не растерявшись, парировал перевертыш.

− Да как ты смеешь?.. Мы не потерпим такого обращения!.. – хором прозвучали голоса ночной принцессы и некстати появившегося фантома Луны, мигом уловившего нелицеприятную критику в свой адрес. Правда, последний быстро пропал, подавленный волей Найтмэр, но обстановка за столом менее накаленной не стала.

− Дамы, дамы, успокойтесь, − в очередной раз развел соперниц по углам Дискорд. – Я не то чтобы против дерущихся кобылок, но в вашем случае наблюдать за разбегающейся от файерболов толпой весело только первые четыре, максимум пять раз. После шутка начинает приедаться. Кроме того, ваш спор не имеет ни малейшего смысла и не стоит потраченных на него времени и сил.

− К чему ты клонишь? – подозрительно прищурилась Кризалис.

Драконикус лукаво усмехнулся.

− Ранее этим вечером Сомбра высказал очень правильную мысль, − произнес он, ловко вращая пальцами последнюю оставшуюся нераскрытой карту. – Цитирую: «из этого соревнования вам все равно не выйти победителями». Чрезвычайно дальновидное суждение. Правда, тогда он еще видел себя в качестве претендента, но… мы все склонны иногда заблуждаться. А настоящая непреложная истина, друзья мои, состоит в том…

Маленький прямоугольник упал на столешницу и на его поверхности, еще мгновение назад девственно чистой, проявились карикатурная зубастая улыбка и яркий, разноцветный колпак с бубенцами.

− … что историю сегодняшнего победителя вам еще только предстоит услышать, − закончил фразу Дискорд. – Все началось с небольшого лингвистического эксперимента, который я решил поставить в Понивилле…

## Туз в рукаве

Твайлайт, занятую проверкой и сортировкой книг после богатой на посетителей недели, отвлек неожиданно раздавшийся в прихожей громкий хлопок. Едва не уронив с высоты последней полки тяжелый том Большой Эквестрийской Энциклопедии, библиотекарша недовольно фыркнула, бережно поставила фолиант на законное место и, пробормотав что-то нелестное себе под нос, отправилась проверить источник шума. Каково же было ее удивление, когда она обнаружила запыхавшегося, привалившегося к входной двери Спайка, которого лично отправила за покупками не больше десяти минут назад.

− Ты так быстро вернулся? – удивленно спросила кобылка и тут же мысленно отчитала себя за недогадливость: сумок при ее ассистенте не наблюдалось, да и выглядел он слишком нервно для того, кто просто посетил рыночную площадь. – Что-то случилось?

Взгляд, брошенный на нее дракончиком, красноречивее всяких слов подтвердил, что грядут очередные неприятности. А затем Спайк тяжело вздохнул, словно в один миг сбылись его самые мрачные предположения, и проговорил:

− чд ар яатнцтрзм сйчс, нфвту?

Из произнесенной фразы, больше напоминавшей совершенно случайный набор звуков, изумленная Твайлайт предсказуемо не поняла ни слова.

− Это что, розыгрыш? – подарив другу один из своих самых строгих взглядов, спросила она. – Если так, то не очень-то он и смешной. Я вообще-то занята и…

Спайк беспомощно развел лапами и помотал головой, всем своим видом выражая откровенную растерянность, но мгновением позже в его глазах зажегся огонек какой-то идеи, и он направился к столу, по пути захватив с собой перо и чернильницу. Заинтересованная Твайлайт последовала за ним и подоспела как раз вовремя, чтобы разглядеть выведенные дракончиком на листе бумаги слова.

«Ты не понимаешь меня, верно?»

− Нет, − ответила на это окончательно запутавшаяся кобылка. – Не потрудишься ли ты объяснить?..

Спайк жестом остановил единорога и недвусмысленно указал на письменные принадлежности. Смирившись, Твайлайт подхватила перо телекинезом и, обмакнув его в чернила, написала:

«Что происходит?»

На сей раз запись юного дракона оказалась куда более подробной, и с каждой появлявшейся строчкой глаза библиотекарши все больше округлялись от удивления.

«Это началось почти сразу, как я пришел на рынок. Все пони неожиданно стали разговаривать на том же странном языке, что и мы сейчас. Все жутко перепугались, а я решил поскорее вернуться домой и, по правде говоря, надеялся, что тебя это не затронет… чем бы оно ни было».

− Интересно! Как насчет признаков… − Твайлайт, в которой здравый скептицизм быстро уступил место исследовательскому энтузиазму, уже собиралась начать задавать вопросы, но, встретив скептический взгляд ассистента и заметив его требовательные постукивания по чернильнице, спохватилась: − Ой, извини… Сейчас…

«Ты не заметил ничего странного? – вывела она. – Признаков применения каких-либо заклинаний, зелий или чего-то похожего?»

«Вроде нет, − немного подумав, ответил Спайк. – Все произошло совершенно неожиданно: секунду назад пони общались нормально, а потом – бац! И все говорят как Пинки после случая с Ядовитой Шуткой!»

Твайлайт погрузилась в размышления, непроизвольно вращая зажатым в магическом захвате пером.

«Мы слышим свою собственную речь без изменений, − продолжила она после недолгой паузы. – Похоже, здесь было применено какое-то заклинание из раздела чар Сокрытия, причем чрезвычайно мощное и продвинутое, судя по площади воздействия и отсутствию визуальных эффектов. Насколько я помню, единственный способ вернуть все на места – разгадать шифр, лежащий в его основе».

Погрузив начавший подсыхать кончик пера в чернила, кобылка добавила:

«Мне понадобится твоя помощь, Спайк. Вот что нужно будет сделать…»

Облаченный в ярко-оранжевый жилет земной пони по имени Изи Стэп поправил пояс с инструментами и, подойдя к краю строительных лесов, густым частоколом окруживших ратушу, посмотрел вниз, где двое крепко сбитых жеребцов, его товарищей по бригаде, крутили колесо подъемного механизма. Перетянутые веревками доски с натужным скрипом поднимались на небольшой платформе. Бригадир довольно улыбнулся: у них все еще оставались шансы закончить работу до того, как пегасы примутся тасовать облака по небу и все вокруг завалит снегом. Правда, погода и сейчас не особо благоволила строителям, но тут уж ничего не поделаешь: первый этап ремонта крыши следовало обязательно закончить до начала серьезных осадков.

Неожиданно внимание жеребца привлек странный глухой треск. Слышать подобное, стоя на высоте третьего этажа, да еще и на кажущихся в этот момент исключительно хрупкими деревянных конструкциях оказалось особенно неприятно, и он принялся нервно озираться в попытках понять, откуда раздался звук. Источник − поврежденная стойка лесов, неизвестно каким образом прошедшая проверку перед монтажом − обнаружился довольно быстро, правда, хорошие новости на этом и закончились. Появившийся из-за пузатого бока ратуши пони с большим мешком на спине шагал прямо к поврежденному месту, не замечая грозящей ему опасности.

− Стой на месте, Фоллуэр! – окликнул коллегу бригадир. – Впереди платформа сломана!

К ужасу Стэпа, жеребец и не подумал затормозить, только нахмурился, будто не расслышав, открыл рот, чтобы переспросить… И шагнул вперед.

Щелкнула плетью ломающаяся опора, площадка накренилась, будто желая поскорее сбросить ступившего на нее наглеца, и строитель потерял равновесие. Коротко вскрикнув и бессильно взмахнув копытами, он соскользнул вниз.

Бросившийся вперед Стэп с облегчением увидел, что его коллеге хватило ловкости зацепиться за платформу нижнего яруса. Спрыгнув вниз, бригадир ухватил подчиненного за воротник жилета и резко, до хруста в позвонках, потянул вверх. В тот же момент на помощь подоспели остальные пони, и телекинетический захват одного из единорогов довершил дело, подтянув незадачливого строителя на площадку.

− Сдурел?! Какого сена ты творишь?! – напустился Изи Стэп на товарища, едва переведя дыхание. − Я же предупреждал!

Сначала бригадир списал мелькнувший в глазах подчиненного испуг на осознание того, какой опасности ему удалось избежать, затем – на опасение гнева непосредственного начальника. Но как выяснилось, и в том и в другом случае он ошибался.

− ъъб юй фужшгфзм? д то выэысез... – пробормотал Фоллуэр.

Сильно ошибался…

− Где тебя Духи Раздора носят? – раздраженно крикнул Тандерлэйн показавшейся из-за плотной облачной пелены радужногривой кобылке. – У нас работы невпроворот, а ты прохлаждаешься!

− Знаешь, в чем твоя проблема, приятель? – насмешливо парировала Рэйнбоу Дэш, несильно стукнув жеребца по плечу. – Ты слишком медленный, вот и считаешь, что любое дело требует уйму времени. Дай-ка взглянуть на сегодняшний план…

Выхватив у серого пегаса пачку листов бумаги и бегло просмотрев их, носительница Элемента Верности сорвалась с места. В мгновение ока она добралась до ближайшего облака, подхватила его, спрессовав несколькими ударами до более компактного состояния, и понеслась дальше.

− Можете пока отдохнуть, ребята! – азартно выкрикнула кобылка, на большой скорости проносясь мимо коллег из погодной команды. – Ваша помощь здесь не пригодится!

− Еще чего! – воскликнул уязвленный Тандерлэйн, срываясь с места. – Думаешь, мы дадим тебе развлекаться в одиночку?

Рэйнбоу Дэш металась по небу маленькой радужной молнией, и куча облаков перед ней все росла. Кобылка уже собиралась остановиться, когда сквозь свист ветра до ее ушей донесся странный крик на каком-то непонятном языке.

− хжъщраш, чшгшющн!

Голос определенно принадлежал Тандерлэйну, но понять, что он сказал, было совершенно невозможно. «Что за…» − только и успела подумать Рэйнбоу, перед тем, как сильный удар впечатал ее в плотную облачную перину…

− Какого сена здесь творится?! – раздраженно воскликнула кобылка, с некоторым трудом выбираясь из мягкого плена. Стоило ей оглянуться, как ситуация прояснилась: оказалось, из-за собранных туч, заслонивших ей обзор, она не заметила другого пегаса и столкнулась с ним. К счастью облака, послужившие причиной этому столкновению, сыграли также роль буфера, значительно смягчив его.

− Слушайте, я понимаю, что сама напортачила, но вы могли бы и предупредить, − обиженно обратилась Рэйнбоу к окружившим ее пони, и только после осознала, что они ведут себя как-то странно. – Что вы на меня так смотрите?

− жчьшпянй, щбрчх иу фтщвцхршел юдфхйфчоцчци йрацм фиеж ъытшъ! – разнесся по железнодорожной станции Понивилля усиленный магией голос дежурного. Пони, стоявшие на платформе, недоуменно переглянулись между собой…

− О, это загадка, верно? Как вы узнали, что я их обожаю? – обрадованно воскликнула Пинки Пай, когда очередной посетитель Сахарного Уголка обратился к ней с необычной, ни на что не похожей фразой. – Погодите немного, я обязательно ее разгадаю!

Увлекшаяся кобылка не обратила внимания, как округлились от удивления глаза жеребца, когда он услышал ее речь…

− Что с вами? – обеспокоенно поинтересовалась Флаттершай у своих многочисленных питомцев, собравшихся вокруг. Эйнджел ответил за всех, разведя лапами в стороны и растерянно помотав головой.

Когда дверь библиотеки в очередной раз отворилась, пропуская сопровождаемых Спайком носительниц Элементов, городок уже гудел, точно потревоженный пчелиный улей. Масштабы произошедшего пока осознавали не все, но дух паники уже витал над жителями.

− Твайлайт, что здесь?.. – по привычке начала Рэрити, но, поймав взгляды друзей, услышавших вместо этого «члтхьсоч, беы чхйце?..», прервалась на полуслове и скривилась так, будто разом разжевала целый лимон. Ученица Селестии в ответ понимающе усмехнулась; ее рог засиял, и в воздухе проявились начерченные магической аурой слова:

«Я тоже периодически забывалась. Именно поэтому пришлось откопать старенькое заклинание визуализации».

Подойдя к письменному столу и подняв в воздух несколько белых конвертов, Твайлайт вновь повернулась к ожидающим подругам. Надпись над ее головой задрожала и сменилась.

«Наша главная задача сейчас – не допустить паники и обеспечить, хотя бы на некоторое время, нормальную работу городских служб, − принялась объяснять библиотекарша. – В конвертах находятся бумаги с кратким описанием ситуации и базовыми инструкциями. Вы должны будете отнести их в мэрию, на вокзал… в общем, в важные для жизни Понивилля места. А мы со Спайком пока займемся дешифрованием заклинания, благо и открытых и шифрованных текстов у нас в достатке».

Подняла копыто, привлекая внимание, Эплджек. Подойдя к столу, фермерша подхватила перо и написала:

«Ты знаешь, кто стоит за этим?»

Твайлайт поморщилась.

– «О, у меня определенно есть одна идея!»

− Правда, Дискорд? – удивленно приподняла бровь Найтмэр. – После всего, что мы рассказали раньше, после хитроумных планов, серьезных магических конструкций и артефактов, ты говоришь, что просто … зашифровал речь обитателей Понивилля?

− Эй, Найт, скажи-ка мне, в какой конкретно главе учебника для суперзлодеев говорится, что план не может веселить своего создателя? – указал на аликорна пальцем Дух Хаоса. – И, что еще важнее… Кто-нибудь вообще видел этот учебник? Давно мечтаю его почитать!

− Слушай, ты вообще способен хоть к чему-нибудь относиться серьезно? – закатила было глаза Кризалис, но ее внезапно прервал Сомбра.

− Ладно вам, эта затея была действительно остроумной, − сказал единорог. – Ну, в сравнении с шуткой про учебник, конечно. Я не понимаю другого: как это могло помочь тебе справиться с Элементами?

− Терпение, мой мрачный друг, терпение, − загадочно произнес Дискорд. – Мы уже подходим к сути.

Возвратившимся после выполнения задания подругам Твайлайт преподнесла сюрприз. Стоило кобылкам перешагнуть порог, как библиотекарша обратилась к ним:

− Молодцы вы, быстро со всем справились!

− Ты обратила заклинание? – воскликнула Эплджек, но, поймав недоуменные взгляды остальных, явно не уловивших смысла ее фразы, опешила: – Но как тогда?..

− Я наконец раскрыла шифр и мне удалось наколдовать контур дешифрования поверх своего экземпляра чар сокрытия, − объяснила ученица Селестии, и только после этого носительницы Элементов заметили, что ее речь несколько отстает от движений губ. Рог волшебницы засиял, накрывая друзей небольшими фиолетовыми куполами. – Вот, теперь мы сможем нормально общаться! Есть и еще хорошие новости: теперь я точно уверена, что за беспорядками стоит Дискорд.

− Дорогая, я позволю себе усомниться в том, что эта новость – хорошая, − нервно хихикнула Рэрити, с облегчением осознавая, что окружающие прекрасно ее поняли.

− Это еще не все, − довольно улыбнулась Твайлайт. – Я выяснила, где он сейчас находится! Видите ли, в энергетической структуре чар мне удалось обнаружить весьма характерные особенности. Такое наблюдается лишь в строго ограниченном числе мест, и ближайшее к Понивиллю – старый Замок Сестер!

Хищно усмехнувшаяся Рэйнбоу Дэш взлетела в воздух, и азартно воскликнула:

− Я считаю, что нам нужно как можно быстрее добраться туда и раз и навсегда выбить из этого шутника желание развлекаться подобным образом!

− В кои-то веки я полностью согласна с тобой, − закивала библиотекарша, открывая тайник с Элементами Гармонии. – Мы со Спайком уже отправили письмо с предупреждением принцессе Селестии. Вперед, девочки!

− Ты ведь нарочно оставил след, по которому они пошли? – с улыбкой, больше напоминающей голодный оскал, спросила Найтмэр Мун.

− А то! – подмигнул драконикус.

− О, нет, снова вы! – театрально приложил ладонь ко лбу Дискорд, вальяжно развалившийся на одном из старых тронов в большом зале замка. – Ну почему бы вам не оставить бедного старого Духа Хаоса в покое? Кстати, как вы догадались?

− О, у нас была пара зацепок, − съязвила Рэйнбоу Дэш. – С чего бы начать… Чрезвычайно мощное заклинание…

− Воцарившийся повсюду хаос… − добавила Эплджек.

− Сама концепция плана, похожая на мелкое хулиганство… − продолжила перечислять Рэрити.

− Ну и слово «Дискорд», использованное в качестве ключа шифрования, тоже слегка помогло, − усмехнулась Твайлайт.

− Эх, знал же, надо было выбрать ключ подлиннее, − разочарованно вздохнул драконикус. – Что-то вроде «поразительный и великолепный Дискорд»! Или стоило использовать многоалфавитный шифр?..

− Хватит! – строго прервала его размышления ученица Селестии, и диадема на ее голове грозно сверкнула. – Пора заканчивать твои игры!

Поднялся ветер, загорелись драгоценные камни на Элементах, источая яркое свечение, радужное полотно соединило кобылок и подняло их в воздух. А посреди разыгравшегося миниатюрного урагана стоял Дискорд и как ни в чем не бывало грозил им пальцем.

− Я бы на вашем месте этого не делал, − издевательски растягивая слова, проговорил он. – Использование ваших безделушек против меня ничем хорошим не закончится.

− Продолжай болтать, − рассмеялась в ответ окутанная сиянием Рэйнбоу. – Тебе все равно не остановить нас!

Бушующий разноцветный водопад вздыбился и стремительной лавиной обрушился вниз. За мгновение до удара Дискорд прищурился и невозмутимо бросил:

− Я предупреждал.

Энергетическая волна накрыла тело драконикуса, которое … замерцало и рассыпалось множеством искр, тут же впитавшихся в атакующий луч Элементов. Концентрированная волна энергии дружбы остановилась, заметалась из стороны в сторону, меняя цвет с радужного на золотой, и вдруг, развернувшись, устремилась обратно к своим создателям. Прогремел мощный взрыв, бушующий ураган мгновенно стих, роняя поднятые им в воздух предметы. А посреди зала остались лежать неподвижные тела кобылок…

Дискорд замолчал, легонько покачивая зажатым в лапе деревянным кубком и оценивающе глядя на переливающуюся разными оттенками фиолетового цвета жидкость в нем. Попутно он старательно игнорировал требовательно уставившихся на него товарищей.

− Итак… − решила слегка подтолкнуть его Кризалис.

− Знаете, в чем ваша проблема? – спросил драконикус, наконец удостоив коллег вниманием. – Знаете, почему все ваши попытки одолеть Твайлайт и ее подруг провалились, несмотря на хитроумные планы и продвинутую магию?

− Ну, понеслось… − смиренно вздохнула, опуская голову, Найтмэр Мун. – Сеанс психоанализа от Дискорда.

− Вы просто позабыли о том, что существует множество способов убрать кого-то с дороги, − обнажив зубы в злорадной улыбке, произнес Дух Хаоса. – Вы зациклились на устранении Элементов Гармонии, пытались их уничтожить, всегда заставляя напрягаться изо всех сил, чтобы выжить и сохранить дружбу. Они всякий раз справлялись. И тогда я решил… немного сменить парадигму.

− К чему ты клонишь? – растерянно уточнила королева чейнджлингов.

− А вот к чему… − Дискорд щелкнул пальцами, материализуя перед собой небольшой фиолетовый шар, в котором зажглась картинка.

Главный зал кантерлотского дворца сверкал праздничным убранством, украшенный множеством бело-золотых лент. По обе стороны от ярко-бордовой дорожки ковра, протянувшегося через все помещение от самых дверей, непоколебимой стеной выстроились королевские гвардейцы в парадной броне, а за их рядами тихо перешептывались между собой многочисленные собравшиеся пони. То и дело они приподнимались, чтобы взглянуть в конец зала – туда, где под потолком реяли два больших полотна. На одном из них красовалось изображение двух аликорнов, вращающих в небесах солнце и луну, на другом – сияющий расплавленным золотом стилизованный камертон на белом поле. А на небольшом пьедестале прямо под ними, освещенная пробивающимся через витражи солнечным светом, стояла слегка смущенная всеобщим вниманием фиолетовая кобылка, облаченная в белоснежный плащ с застежкой в форме все того же камертона.

Поднялись в приветственном жесте трубы, протяжно загудев, и из группы пони в таких же, как у Твайлайт, одеяниях выступил седовласый единорог. Рядом с ним в янтарном свете магического захвата плыла светло-голубая подушечка, на которой лежал увесистый, расчерченный рунами медальон. Подойдя к ученице Селестии, жеребец, улыбнувшись, что-то сказал ей. Она склонила голову, и украшение повисло у нее на шее.

А затем зал взорвался восторженными криками и задрожал от дружного топота множества копыт. Заиграла торжественная музыка, а рядом с сияющей от счастья кобылкой встали обе правительницы Эквестрии…

− Что… Что это такое? – спросила Найтмэр, озадаченно разглядывая представшую перед ней картину.

− Как же вы могли не узнать малютку Твайлайт, − шутливо пожурил своих слушателей драконикус, ловко вращая сгусток энергии на пальце. – Самого молодого за последние двести лет магистра Эквестрийского научного общества, чья работа по теории ментально-энергетических прототипов изменила представления о магии пони и легла в основу программы превентивной вакцинации от меточной оспы. Твайлайт…

Дискорд провел над шаром раскрытой ладонью.

− … окруженную заботой и любовью родных … − Изображение сменилось, фокусируясь на тайком утирающих слезы гордости родителях бывшей библиотекарши и ее тепло улыбающемся старшем брате.

− … и друзей… − На сферической поверхности возникла картинка пяти радостных кобылок и юного дракона, кинувшихся обнимать виновницу торжества.

− … самую близкую подругу обеих принцесс… − Замерцав, шар показал застывших на вершине одной из башен Селестию и Луну, с улыбками наблюдающих за тем, как Твайлайт завороженно смотрит в ночное небо.

− Это же… Это… То, о чем она мечтает… − пораженно выдохнул Сомбра.

− Именно, мой держащийся в тени друг! – довольно поаплодировал Дух Хаоса. – Ты сегодня поразительно догадлив. Может, объяснишь нашим менее проницательным дамам, в чем здесь суть?

Не дождавшись разгадок со стороны бывшего правителя Кристальной империи, Дискорд разочарованно поцокал языком.

− Ну же, вы все еще не поняли, к чему я клоню? – покачал он головой в свете второй сферы. − Тогда мне придется показать еще кое-что…

Оранжевая кобылка в широкополой шляпе, утерев пот со лба, с немного усталой, но тем не менее радостной улыбкой осмотрела яблочную рощу, раскинувшуюся, насколько хватало глаз. Скользнула взглядом по множеству пони, собирающих обильный урожай, по веренице повозок со сверкающим на закатном солнце знаком в форме огромного, сочного яблока…

− Добро пожаловать в мир Эплджек, − вещал драконикус. – Туда, где ее усилиями семейное дело Эплов разрослось и окрепло, сделав их известными не только в Эквестрии, но и за ее пределами. Туда, где ее радость могут разделить не только верные друзья…

Фермерша приблизилась к пополнившемуся множеством новых построек «Сладкому Яблоку», где за накрытым праздничным столом ее ждали остальные носительницы Элементов.

− … но и родители. – Коготь властелина Хаоса указал на двух пони среднего возраста, показавшихся из ворот амбара и принявшихся обнимать дочь.

− И мы только разогреваемся. – С тихим шелестом в воздухе возник следующий шар, на сей раз светлого розового цвета.

На окутанную тенями сцену перед многочисленными застывшими в нетерпеливом ожидании пони вышел маленький фиолетовый дракончик, аккуратно поправляя повязанный на шее галстук-бабочку. Поприветствовав публику, он театрально взмахнул лапой, и густой мрак за его спиной неожиданно пошел волнами, зарябил и метнулся в сторону, оказавшись полами длинного плаща, под которым скрывалась облаченная в поблескивающий фрак розовая кобылка в шляпе-цилиндре. Раскланявшись под приветственные возгласы толпы, она мимолетным движением сорвала цилиндр и бросила его на пол. Сверкнула вспышка, и вместо головного убора возник белый кролик. Стандартный, казалось бы, фокус, вот только размером появившийся зверек превосходил создательницу раза в два. Под аккомпанемент смешков зрителей розовая пони пожала плечами.

− Ладно вам, я дала ему всего-то пару лишних морковок! – звонко выкрикнула она. – А вы бы смогли отказать такому милашке?

На сей раз смех прозвучал куда дружнее. А затем фокусница на мгновение скрыла кролика за плащом, и он рассыпался стаей белоснежных голубей, которые поднялись в воздух, преследуемые удивленными возгласами.

− Пинки Пай. Она всегда шла к своей сокровенной мечте – нести другим пони радость и смех. И смогла осуществить ее, − объяснил Дискорд. – Ее представления пользовались огромной популярностью по всей Эквестрии, и вы представить не можете, сколько счастливых улыбок на счету у этой кобылки. И она никогда не оставалась одна в своем начинании…

Око невидимого наблюдателя обратило свой взгляд на передние ряды зрителей, среди которых своей активностью выделялись пять кобылок, наиболее рьяно приветствовавших артистку.

Тем временем, к уже имеющимся волшебным шарам добавился еще один.

− Следующий сюжет вы вполне могли бы посчитать за плагиат, − усмехнулся драконикус,− но я ответственно заявляю, что это – всего лишь совпадение.

Алебастровая магическая сфера засияла, формируя изображение. На первый взгляд, оно очень походило на один из созданных Найтмэр Мун кошмаров: тот же залитый светом подиум, та же воодушевленная публика, тот же налет гламура и множество представителей высшей светской элиты. Но на сей раз в улыбке кобылки, стоящей в перекрестье множества взглядов, не было и следа усталости или обреченности, в ликовании зрителей не чувствовалось фальши, а собравшимися неподалеку коллегами модельерши руководили не злость и зависть, а искреннее восхищение ее талантом и радость за ее успех.

Рэрити, обворожительно улыбаясь, привычным движением повернулась так, чтобы фотовспышки наилучшим образом освещали ажурное, подчеркивающее ее точеную фигурку платье, но, неожиданно о чем-то вспомнив, хлопнула себя по лбу и поманила кого-то из-за кулис. Занавес отодвинулся, пропуская пятерых пони, одетых в самые роскошные платья из новой коллекции, и модельерша встала рядом с ними, призывая разделить ее триумф.

− Да, вот так и выглядит мир моды без всего того… − Дух Хаоса пару раз щелкнул пальцами, подбирая слова, − …негатива, что ты, Найт, нам показала. Но довольно сопливых сюжетов! Вы прекрасно знаете, что я фанат действия, так давайте к нему и перейдем!

На застывший в испуганном молчании Понивилль надвигалась необычная буря. Зародившееся над Вечнодиким Лесом темное пятно обернулось стремительно надвигающейся стаей хищных туч, скрывшей небо за непроницаемым свинцовым покровом и погрузившей городок в мрачный, монохромный полумрак. На улицы опустилась угрожающая звенящая тишина, изредка нарушаемая лишь цокотом копыт какого-то пони, не успевшего еще укрыться в доме, да беспокойным шелестом листвы. Все замерло в ожидании неминуемой грозы.

Стихия перешла в атаку мгновенно, словно нечто, до последнего момента оберегавшее город, вдруг исчезло, оставив его на растерзание. Внезапно усилившийся ветер протяжно завыл в дымоходах, словно одинокий древесный волк, почуявший добычу и созывающий своих собратьев. Громко захлопали плохо закрепленные ставни, пригнулись под давлением непогоды деревья. Разряды молний осветили землю; один за другим загремели раскаты грома. Ударили по земле первые капли дождя.

В то же самое время вдалеке, там, где еще оставался клочок чистого неба, показались четыре крохотные точки. Быстро приблизившись, они обернулись группой пегасов в голубых летных комбинезонах. Преодолевая холодное дыхание штормового фронта так легко, словно это был всего лишь легкий бриз, они быстро переглянулись и перестроились в два эшелона – звено Вандерболтов приготовилось дать непогоде отпор.

Молниеносно ускорившись, пони исчезли в облаках, и ненадолго темная дымка успешно скрыла их из виду, лишь изредка подсвечивая молниями смазанные крылатые силуэты. Но вот одна из туч, ближе остальных подобравшаяся к Понивиллю, конвульсивно дернулась и разлетелась на множество ошметков, за ней другая, третья. Пегасы уверенно теснили бурю, та неохотно, но неотвратимо сдавала позиции, и вскоре командир группы решил, что пришло время финального удара.

Маленькая фигурка взвилась над остатками облачной армады и камнем рухнула вниз, разгоняясь. Воздух вокруг пегаса задрожал, заискрился. Сверкающим сверлом пони пронзил оставшиеся тучи, и на их месте с победным рокотом раскрылся прекрасный цветок Радужного Удара…

В лучах солнца, вновь осветившего Понивилль, звено уходило обратно на базу. Командир, блеснув разноцветной гривой, на бреющем полете прошел над медленно оживающими улицами. Путь его лежал мимо несколько самых дорогих ему мест – расположившейся в раскидистом дереве библиотеки, похожего на огромный кусок вкусного торта Сахарного Уголка, зеленеющих окрестностей фермы Сладкое яблоко, укрывшегося на опушке леса маленького коттеджа и сияющего бутика «Карусель». Убедившись, что все в порядке, пегас задорно отдал воинское приветствие маленькой кобылке, завороженно наблюдавшей за его полетом и устремился в лазурное небо…

− У меня для вас новость, и гарантирую, вы будете шокированы, услышав ее. Итак, внемлите: Рэйнбоу Дэш… − Дискорд заговорщицки понизил голос, воровато оглядываясь по сторонам, − мечтает стать лидером Вандерболтов! Только тсс, никому ни слова!.. А теперь – немного созидания!

Желто-розовая сфера озарила столешницу робким свечением.

Перед огромным, поблескивающим в лучах солнца полупрозрачным куполом, чья состоящая из шестиугольных ячеек поверхность напоминала сюрреалистические пчелиные соты, собралась большая группа пони во главе с принцессой Селестией. Золотистая аура аликорна прошла сквозь натянутую перед входом красную ленточку, разрезая ее, и двери комплекса гостеприимно распахнулись, приглашая посетителей внутрь.

Стоило гостям оказаться под сводами купола, как они не смогли сдержать дружный вздох изумления при виде открывшейся им красоты. Пространство вокруг, насколько хватало глаз, было заполнено разнообразными растениями: поистине исполинскими деревьями, закрывающими своими кронами солнечный свет, длинными, оплетающими их стволы лианами, прекрасными, источающими удивительный аромат цветами. Под мелодичное пение птиц пони, оправившиеся от первого потрясения, направились вглубь сада.

Группу вела вперед миловидная кобылка-пегас с желтой шерсткой, одетая в строгий пиджак. То и дело поправляя элегантные прямоугольные очки несколько неуверенным движением, она рассказывала о комплексе. Когда со стороны какого-нибудь посетителя звучал вопрос, она на мгновение терялась, но, едва посмотрев на идущих в первых рядах подруг, одаривающих ее подбадривающими взглядами, собиралась с силами и давала грамотный, исчерпывающий ответ.

− Знакомьтесь – Флаттершай! – Торжественно огласил драконикус. – Основатель и глава Фонда по Изучению Неуправляемых Экосистем, собравшая вокруг себя самых талантливых ученых, чтобы остановить расширение Вечнодикого Леса, и преуспевшая в этом. Пони, инициировавшая создание заповедника, который вы сейчас видите! Пони, знающая больше всех о природе Эквестрии! Доказавшая, что можно жить в гармонии даже с миром, которым не управляешь!

Когда группа проходила рядом с одним из просторных вольеров, кусты с шуршанием раздвинулись, пропуская… крупную мантикору. Обнажив устрашающие клыки, она повела скорпионьим хвостом и стала медленно приближаться. Гости испуганно отпрянули, а их гид спокойно приблизилась к животному, улыбнулась, что-то прошептала и приложила копыто к разделяющему их магическому барьеру. Спустя мгновение создание ответило, подняв мощную лапу, дотронувшись до сияющей стены с другой стороны и дружелюбно завиляв хвостом…

− И это еще не все! – В лапе драконикуса вспыхнул очередной, немного меньший по размеру, чем остальные, фиолетовый шар с зелеными полосками по бокам. – Я не обделил вниманием и бессменного ассистента нашей Твайлайт – старину Спайка, которого ты, Кризи, так недальновидно упустила из виду в своем плане.

Неподалеку от Понивилля, на покатом склоне холма, окрашенном закатом в золотой цвет, виднелись несколько маленьких фигурок. Пять молодых кобылок смотрели на медленно скрывающееся за горизонтом пылающий диск, нежась под ласковыми прикосновениями легкого ветерка, и в их взглядах светились умиротворение и радость. А неподалеку от них, в тени раскидистого дерева, расположился небольшой фиолетовый дракон. Небольшой по меркам своего родного племени, конечно, − в длину он превосходил пони почти что вдвое. Его чешуя глянцево блестела в медленно угасающих лучах солнца, резко контрастируя со светло-зелеными шипами, золотистый огонь сверкал в узких вертикальных зрачках.

Изогнув длинную шею, он наклонился вбок, приподнял и сложил большое кожистое крыло. Под ним, свернувшись калачиком и обхватив дракона за переднюю лапу, спала, тихонько посапывая, белоснежная кобылка. Улыбнувшись и нежно проведя пальцами по ее элегантной гриве, ящер вновь укрыл ее крылом, словно теплым одеялом.

− Фантазия получилась несколько бессюжетной, но, на мой взгляд, сложные комплексные иллюзии здесь и неуместны. – Дух Хаоса захихикал. – Кроме того, сделай я ее настолько откровенной, как изначально планировал, хрупкая психика юного дракона не выдержала бы подобного потрясения!

− Знаешь, я, пожалуй, осмелюсь озвучить вопрос, мучающий всех за этим столом, − останавливая развеселившегося товарища, вступила Найтмэр Мун. – Какого сена это было?

− А вы еще не поняли? – насмешливо фыркнул Дискорд, а волшебные разноцветные шары, повинуясь небрежному жесту, принялись вращаться вокруг его головы, подобно сюрреалистическому нимбу. – Это – моя новая победная стратегия! Никаких интриг и покушений на дружбу, никаких монстров и механизмов, только фантазии, внезапно ставшие реальностью. Я создал для Элементов идеальные миры, в которых исполняются самые сокровенные желания, в которых живы те, кто ушел, где гармония окончательно восторжествовала и где – сюрприз, сюрприз! – им не приходится иметь дело с нами.

Усмехнувшись, драконикус принялся ловко жонглировать сферами, покачиваясь на стуле.

− Вместо того чтобы снова проверять этих кобылок на прочность, как мы обычно делали, я сотворил реальности, в которых они абсолютно счастливы, − сказал он. – Им незачем бороться, не нужно кому-то противостоять и от кого-то защищаться. И эти реальности им не захочется покидать…

Дух Хаоса взял паузу, и над столом воцарилось выжидающее молчание. Охватившее слушателей напряжение отзывалось в воздухе барабанной дробью… которая, впрочем, прекратилась, стоило Кризалис одернуть драконикуса, пытавшегося незаметно барабанить по столешнице для пущего эффекта. Показав перевертышу язык, тот грустно вздохнул, жалея о впустую потраченном театральном моменте, и закончил фразу:

− … никогда.

− Хорошо, хорошо, − прокомментировала услышанную историю Найтмэр Мун. – Я признаю, это было очень и очень неплохо. Даже гениально, в какой-то степени… Но как же тогда ты умудрился провалить такое удачное дело?

− А никакого провала и не было, − беспечно отозвался Дискорд.

− В смысле? – опешила Кризалис, от удивления отодвинувшаяся от стола. – Как это не было?

− Я не упомянул об этом раньше? Ох, дырявая моя голова, − притворно запричитал драконикус. – То, что вы видели в сферах, происходит прямо сейчас! Элементы Гармонии в моей власти уже несколько дней, и в этот самый момент они все глубже вязнут в веренице притягательных иллюзий. Именно поэтому я так уверенно говорил о своей победе, ведь в отличие от всех вас, я действительно достал их!

− Погоди, не торопись, − вмешался в разговор сильно помрачневший Сомбра. – Как ты можешь быть настолько уверен, что твои фокусы их удержат? Они через многое прошли вместе и хорошо знают друг друга. Рано или поздно они осознают, что образы друзей вокруг них – всего лишь фальшивка.

− Отнюдь, − не согласился с утверждением единорога Дискорд. – Как считаешь, зачем я затеял всю эту канитель с шифром и подставился под удар артефактов? Видишь ли, в тот самый момент, когда мои чары обратили объединенную энергию Гармонии, между сознаниями носительниц Элементов возникла связь. Фальшивые миры Твайлайт и ее подруг тесно связаны между собой, между ними непрерывно циркулирует их энергия, их мысли, чувства. Каждая из наших дорогих кобылок буквально ощущает душевное тепло остальных! Никому и в голову не придет сомневаться в его подлинности!

− Но… Это значит… − залепетала Кризалис. – Ты все-таки сделал это. Добился своего…

− Именно, моя дорогая Кризи, именно! – воскликнул Дух Хаоса, обнимая королеву за плечи. Та была настолько ошарашена сказанным, что и не подумала сопротивляться. – Но не стоит горевать, друзья мои! В конце концов, нужно уметь проигрывать!

Хлопнув себя по лбу, что-то вспомнивший драконикус материализовал перед собой сложенный листок бумаги.

− Кроме того, я знаю, чем вас развеселить! Ну, помимо выпивки, конечно… − развернув исписанный аккуратным почерком лист, продолжил он. – Наша милая Твайлайт, находясь внутри фантазии, написала трогательное письмо своей наставнице!

Несколько раз кашлянув, Дискорд заговорил голосом библиотекарши:

«Дорогая принцесса Селестия!

К сожалению или к счастью, но в этом письме вновь не будет уроков дружбы. Не поймите неправильно: мы с подругами с удовольствием нашли и решили бы проблему такого рода, но, видите ли,… Такое чувство, что их просто-напросто не осталось!

В последнее время моя жизнь напоминает удивительный сон, и мне кажется, что именно Вас я должна благодарить за это. Понятия не имею, как удалось этого добиться, какая магия способна на такое, но… Спасибо!

P.S. Наш поход по музеям вместе с Луной был просто замечательным! Надеюсь, когда-нибудь нам удастся повторить!»

− Бесценно, не правда ли? – ухмыльнулся драконикус, возвращаясь к обычной речи, и неожиданно захохотал. – Кстати, мне в голову вдруг пришла замечательная идея… Завтра с утра пораньше я пошлю эту весточку Селестии! Представляете, какое выражение будет на ее милой мордашке после прочтения? Это станет моим лучшим розыгрышем!

Посреди воцарившегося за столом молчания со своего места внезапно поднялся Собра.

− Не думаю, − коротко бросил он, и в следующее мгновение мощнейший магический удар обрушился на Дискорда, скрутил его гибкое тело в узел и отшвырнул в сторону, с грохотом сшибая попавшуюся на пути мебель. Смолкла на середине мелодии музыка, заскрипели отодвигаемые столы, когда выбравшиеся из-за них посетители отошли поближе к стенам, и в кафе воцарилась напряженная, выжидающая тишина. Сферы фантазий поднялись в воздух, подлетели к бывшему тирану и, сверкнув, исчезли в складках его одеяния.

− Что происходит?! – растерянно переводя взгляд с драконикуса на единорога и обратно, выдохнула Найтмэр. – Совсем сдурели?!

− Эй, я что-то не то сказал? – кряхтя, поднял лапу Дух Хаоса.

Сомбра угрожающе прищурился. За его спиной загудело, вздымаясь, разгорающееся каминное пламя, и от фигуры жеребца на ближайшую стену упала четкая тень… распахнувшая огромные крылья.

− Нет… − замотала головой Кризалис, не веря своим глазам. – Не может быть!

Сияющие золотистым огнем трещины рассекли тело короля, и быстро потерявшая целостность оболочка с треском опала, осыпалась множеством легких осколков. Темная шерсть моментально сгорела, занявшееся пламя закружилось обжигающе-горячим вихрем, а несколько мгновений спустя из раскаленного кокона на пол шагнул ослепительно белый аликорн. Слегка тряхнув развевающейся в солнечном ветре гривой, он стряхнул последние остатки чужой личины.

− Смотрите-ка, − хохотнул Дискорд, поднимаясь с пола и отряхиваясь, − чужак в наших рядах.

− Как всегда рискуешь ради своих подопечных? – обнажив клыки, спросила Найтмэр Мун.

− Тебе стоило получше все продумать, − прошипела Кризалис. – У нас численное преимущество!

− Посчитай снова, − ответила на это Селестия, и не успела она произнести последний слог, как кафе пришло в движение. Место испуганных официантов заняли королевские гвардейцы, в двери ворвались группы тяжеловооруженных штурмовиков с копьями наперевес. Поднялись над столами пегасы, удерживая пронизанные разрядами молний небольшие облачка, а воздух буквально заискрился магией готовых к атаке единорогов.

− Прежде чем вы по привычке приметесь распинаться насчет своего превосходства над обычными смертными и начнете совершать глупости, − спокойно проговорила солнечная принцесса, − позволю себе напомнить об удивительной силе и выносливости земных пони. О магии пегасов, позволяющих им управлять силами стихии. И, наконец, о том, что когда-то давно именно единороги перемещали светила по небу. А ведь некоторые из единорогов имеют к вам личные счеты.

Слова верховной правительницы подтвердило сердитое сопение приближающегося Шайнинг Армора. Конус сильного ударного заклинания, формирующийся над его головой, нацелился на Дискорда.

− Что ты сделала с настоящим Сомброй? – Кризалис все еще говорила довольно резко, но, очевидно, при виде подкрепления прыти у нее поубавилось.

Губы Селестии тронула насмешливая улыбка.

− О, видите ли, его история закончилась несколько по-другому…

− Только не в этих доспехах, − покачала головой солнечная принцесса и, взмахнув оружием, отсекла конструкту голову. С громким шипением из задергавшегося корпуса вырвалась густая тень и, сверкнув напоследок глазами, метнулась под прикрытие спасительной темноты лабиринта. Точнее, попыталась это сделать, когда на ее пути возник объятый пламенем силуэт феникса. Раздался пронзительный боевой клич птицы, сияющие крылья сомкнулись вокруг живого сгустка мрака, и под аккомпанемент раздавшегося взрыва черный единорог без чувств рухнул в снег…

− Браво, браво! – похлопал драконикус, которого ситуация, похоже, только веселила. – Не могу не отметить, что ты органично вписалась в наш небольшой клуб, Селли. Но скажи мне, что дальше? Начнем танец и устроим старую добрую заварушку?

Селестия раздумывала всего пару мгновений.

− Дискорд, Кризалис, − покосилась она на своих давних врагов и, поморщившись, продолжила: – Свободны. Сейчас у меня нет времени разбираться еще и с вами.

− Да как ты смеешь… − попыталась протестовать разозленная таким пренебрежением королева чейнджлингов, но тут же застыла как вкопанная. У самого ее горла, тихонько звеня, замерла режущая кромка длинного энергетического клинка. Вызванное верховной правительницей оружие выглядело внушительно: длинное, почти с нее саму лезвие, угрожающе оскалившийся шоковый зуб и исключительно четкие контуры. Настолько четкие, что только сияние магии и вьющийся дымок ауры отличали меч от металлического.

− Ты ведь что-то подобное пыталась сотворить, когда напала на Кейдэнс, не так ли? – холодно поинтересовалась принцесса. – Просто тебе не хватило опыта воплощения материализованных магических форм. И если ты сейчас не отступишь, попрактиковаться уже никогда не удастся.

− И все же я был прав! – весело воскликнул Дискорд, хлопнув в ладоши и заставив вздрогнуть всех пони, замерших в напряженном ожидании развязки. – Все аликорны становятся намного привлекательнее, когда выходят из себя!

В глазах Селестии вспыхнуло яростное пламя, воздух вокруг нее накалился и, с трудом сдерживая рвущуюся наружу магию, она проговорила:

− Пошли. Вон. НЕМЕДЛЕННО!

Сверкнули две яркие вспышки, и Дискорд с Кризалис исчезли, будто их и не было, а правительница Эквестрии повернулась к мгновенно подобравшейся Найтмэр Мун. Но не успела она произнести ни слова, как в воздухе рядом с ней возник коричневый бумажный конверт. Вместо того чтобы раскрыться, он самопроизвольно смялся, сложился в глуповатую ухмылку и заговорил голосом Дискорда.

− Отлично сыграно, Селли, правда! Я так впечатлен, что даже готов простить тебе мое бесцеремонное изгнание! Более того, я даже не планирую отбивать у тебя сферы иллюзий. Как говорится, легко пришло – легко ушло… − Конверт захлопал краями, будто крыльями, и глупо захихикал. − Так что, развлекайтесь, девочки!

Перед тем, как испариться, необычный посланник повернулся к Найтмэр.

− Эй, Найт, на следующей неделе мы планировали снова завалиться в тот небольшой бар, что на границе с землями грифонов. Ты еще помнишь, какую замечательную выпивку там подают? В общем, искренне желаю тебе удачи и надеюсь, что ты к нам присоединишься! – сообщил Дискорд, а затем добавил уже тише, словно повернулся куда-то в сторону: − Что ты говоришь, Кризи? Ставку? Почему бы и нет. Десять монет от меня на Селестию… О нет, эта штука еще работает?!

− Вот же поганец! – рыкнула ночная принцесса, бессильно наблюдая, как ожившая открытка исчезает. После нескольких глубоких вдохов она смогла успокоиться и, вновь взглянув на хозяйку дневного светила, осведомилась: − Итак, чем же я обязана такому вниманию к моей скромной персоне? Ты же уже получила, что хотела.

− Не совсем. Ты прекрасно знаешь, что еще мне нужно, − отрезала Селестия. – Я хочу, чтобы ты вернула мою сестру!

− А, ну да, конечно, − протянул темный аликорн, неторопливо прохаживаясь перед собеседницей. – А если я откажусь?

Солнечная принцесса всегда славилась искусством владеть собой в любой обстановке, но сейчас и невооруженным взглядом можно было заметить, как она непроизвольно подалась вперед, как напряглись ее мышцы и слегка расширились от гнева ноздри.

− Тогда мне придется тебя заставить, − процедила она сквозь зубы.

− Серьезно? В прошлую нашу встречу ты не слишком преуспела в этом, − захихикала Найтмэр Мун и наигранно высоким голоском поддразнила белоснежного аликорна: − Ведь ты боялась поранить миленькую маленькую Луну…

Вопреки ожиданиям, верховная правительница не сорвалась.

− Верно, раньше я не хотела биться с тобой, надеясь, что Луну можно вернуть по-другому, − склонив голову и прикрыв глаза, произнесла она. – Много воды утекло с тех пор, и…

Грозный взгляд, которым Селестия одарила ночную принцессу после паузы, напоминал орудийный прицел.

− Я пересмотрела некоторые подходы к решению проблем…

* * *

Оглушительный грохот разорвал в клочки тишину, теплым, уютным одеялом накрывшую вечерний Кантерлот, когда входная дверь кафе «У камина» разлетелась в щепки от могучего удара. Пролетевший сквозь проем иссиня-черный аликорн пропахал на пути несколько сугробов и тяжело рухнул в снег. Неуверенно, слегка пошатываясь, кобылка смогла подняться на ноги как раз в тот момент, когда рядом с ней приземлилась солнечная принцесса.

− Я считаю, что Луна простит мне несколько синяков и ссадин, если мне удастся избавить ее от твоего общества, − твердо произнесла Селестия. – Так что повторяю в последний раз: оставь ее или пожалеешь.

− Будь ты проклята! – Грозно сверкнув глазами, Найтмэр Мун обернулась облачком темного дыма и устремилась было в ночное небо, но, стоило ей лишь ненамного приподняться над крышей кафе, как воздух перед ней загорелся синими шестиугольниками заградительных чар. Резко пахнуло озоном, и беглянку с силой бросило обратно на землю, а купол медленно погас, затаившись, но продолжая нести вахту.

− Все предусмотрела, да?! – буквально выплюнула ночная принцесса и, вскочив на ноги, выпустила в белого аликорна несколько лучей. Ее противник оказался к этому готов: чары принял на себя яркий золотистый щит, а в ответ полетела короткая очередь из ударных заклятий, которых Найтмэр избежала, грациозно скользнув в сторону.

− Одумайся, − в очередной раз попыталась вразумить ее верховная правительница. – Остановись, пока не поздно!

К диалогу разъяренная Найтмэр была явно не расположена. Пространство вокруг поднявшегося на дыбы аликорна уплотнилось, почернело, его окружила завертевшаяся спиралью темная аура. Земля под копытами кобылки дрогнула, и в сторону Селестии со скоростью хорошего локомотива понесся заостренный конус ударной волны, поднимающий на своем пути целые тучи снега и разбрасывающий вырванные из почвы камни. Попытка принять подобные боевые чары на щит была равносильна самоубийству, и прекрасно осознающая это солнечная принцесса взмахнула крыльями, но, вместо того чтобы подняться над фронтом волны, неожиданно вспыхнула ярким факелом и растворилась в воздухе, чтобы через мгновение возникнуть за спиной своего противника. Мощный толчок в очередной раз сбил темного аликорна с ног.

− Что ж, ты действительно не растеряла формы за столько лет, − расплылась в злобной ухмылке Найтмэр Мун. – А что насчет…

Не договорив, она обратилась в черную дымку и, молниеносно преодолев расстояние до Селестии, материализовалась вновь, занося над головой лезвие огромного энергетического серпа. Расчет на внезапность не оправдался: с громким звоном удар приняло на себя лезвие знакомого золотистого меча. Во все стороны брызнули искры.

− … ближнего боя.

Замелькали смертоносным калейдоскопом магические лезвия, то и дело сталкиваясь, отчаянно стараясь нащупать брешь в обороне оппонента. Навыки обеих принцесс были отточены так же прекрасно, как их оружие, и чтобы переломить в свою пользу ход схватки следовало решиться на нечто особенное.

Первой свой ход сделала властительница ночи. После очередного выпада ее грива бросилась вперед ожившим черным саваном, накрывая врага. Солнечная вспышка быстро разогнала полотно мрака, но секунды промедления хватило Найтмэр, чтобы нанести точный удар. Селестия болезненно поморщилась, взглянув на наливающийся краснотой порез на своей груди, а затем вдруг пошатнулась с громким стоном, когда от краев раны по ее белоснежной шерстке заструились темные прожилки, поднимаясь к голове.

− Небезынтересное развитие событий! – воодушевленно выкрикнула ночная принцесса, устремляясь в атаку в надежде воспользоваться преимуществом. Верховная правительница все еще была способна отражать удары, но ее движения становились слабее и медлительнее по мере того, как темная паутина поднималась все выше. – В обычных условиях я не могу использовать против тебя свои кошмары, но теперь, когда тьма проникла через твою рану… Вскоре самые жуткие видения окончательно поглотят твой разум, и на этом все закончится. Как иронично…

Черная пелена полностью скрыла глаза Селестии и Найтмэр, расхохотавшись, размахнулась серпом, целясь в шею белого аликорна, но смех кобылки оборвался, когда ее оружие вновь встретило на пути золотистый клинок.

− Серьезно? Ты думала достать меня… этим… − проговорила солнечная принцесса, пока чернота медленно отступала из ее зрачков, вытесняемая ярко-оранжевым огнем. А в следующее мгновение широкий взмах мечом чуть не сломал серп врага пополам. В глазах отпрянувшей Найтмэр Мун впервые за всю схватку мелькнул испуг.

− Ты решила атаковать меня своими кошмарами?.. – Стремительно перешедшая в наступление Селестия, словно черпая новые и новые силы из какого-то неведомого источника, наносила удар за ударом, заставляя еще недавно предвкушавшую победу противницу уйти в глухую оборону. – Напугать страшными снами… После того, как отняла у меня сестру! На тысячу лет!!!

Ускорившийся магический меч теперь казался смазанным пятном в морозном воздухе, и ночная принцесса еле справлялась с парированием.

− Как ты не понимаешь?! – Голос Селестии набирал мощь. – Мой худший кошмар – вовсе не в глубинах сознания!

С хрустальным звоном энергетический серп рассыпался сотнями блестящих осколков и исчез, не выдержав напора верховной правительницы.

− ОН ПРЯМО ПЕРЕДО МНОЙ!!!

Сверкающий поток солнечного ветра буквально смел темного аликорна, впечатал его в землю, и Найтмэр замерла без движения, прикрыв глаза. Солнечная принцесса тут же наколдовала над ней дополнительный защитный купол.

− Экзорцистов ко мне! Живо! – прогремела она кантерлотским голосом, и буквально через пару мгновений из темноты вынырнули четверо единорогов. Окружив бессознательную кобылку, они вытащили из седельных сумок вытянутые цилиндрические камни с нанесенными на их поверхность рунами, установили их вертикально и застыли, принявшись бормотать заклинания. Не прошло и нескольких секунд, как символы на артефактах засияли ярким синим светом, и между ними протянулись энергетические нити, образуя квадрат. Одна из его сторон пока отсутствовала.

− Я замкну контур, − сказала верховная правительница, и две последние нити, идущие от ее нагрудника, завершили построение фигуры. Голубоватая светящаяся дымка, поднимающаяся от камней, накрыла неподвижную ночную принцессу.

Увлеченная ритуалом изгнания, требующим предельной сосредоточенности, Селестия не сразу заметила, как стремительно потемнело небо, как пропали из виду звезды и потускнел свет луны. Опомнилась она только в тот миг, когда жадный мрак окончательно поглотил силуэты стоявших вокруг пони, спасовав только перед ярким светом магического символа. Прямо над точкой проведения экзорцизма в небе застыла беспросветно-черная воронка, от которой словно несло пронизывающим, «колючим» ветром; огромная, ощущающаяся даже на расстоянии мощь давила, норовя пригнуть к земле. Опустив голову, растерянная солнечная принцесса похолодела, встретив стремительно наполняющийся чернотой взгляд сестры.

− Сюрприз… − хрипло выдавила Найтмэр Мун, и в следующее мгновение с небес с оглушительным ревом рухнул вниз тяжелый столб темноты. Дрогнула от страшного удара земля, посреди снежного шторма взметнулись вверх осколки камней. Сжав от усилия зубы, Селестия вложила все силы в поддержание щита, призванного спасти от разрушительной волны темноты ее подданных и сдерживающие артефакты, без которых ритуал был обречен на провал.

Лавина теней прекратилась так же внезапно, как и началась, и сперва солнечная принцесса посчитала что план ее противницы провалился, ведь ей не удалось ни навредить проводящим ритуал пони, ни разрушить энергетическую тюрьму. Однако стоило рассеяться снежной пыли, как убийственная эффективность предпринятого злодейкой шага стала очевидной. В земле, прямо посреди сияющего символа, зияла пробитая дыра, окруженная паутиной трещин. С ужасом Селестия вспомнила, что подземная защита не устанавливалась: при разработке операции они и так серьезно рисковали, подготавливая мощный заградительный купол практически на глазах трех опаснейших магических существ. Попытка полностью изолировать местность сопрягалась с огромным риском преждевременного обнаружения, а времени установить дополнительные барьеры во время ее боя с Найтмэр уже не оставалось. И вот, теперь она пожинала плоды.

− Нет, нет, только не это… − в панике забормотала солнечная принцесса, оглядываясь по сторонам, но было уже поздно: за границей купола из-под земли вырвалось и устремилось вверх небольшое облачко, вскоре пропав из виду.

− Нет, не может быть… Как же так… Мы же были так близко… − Силы оставили Селестию; она мелко задрожала и, пошатнувшись, осела в снег, беспомощно закрывая голову копытами. – Луна…

Когда отряд наиболее подготовленных королевских гвардейцев во главе с Шайнинг Армором прибыл на место схватки, перед их глазами предстала невиданная картина. Посреди перепаханной, израненной залпами заклинаний площади лежала горько рыдающая верховная правительница Эквестрии, а вокруг нее стояли не решающиеся сделать ни шага растерянные маги. К такому их определенно не готовили…

## Эпилог

− Да ладно, хватит вам! Не так все плохо! – звонко воскликнула Пинки Пай, и ее голос многократно отразился от теряющихся в полумраке стен. Притянув к себе растерявшегося дракончика, она потрепала его по шипам на голове и продолжила: − Вот в моей фантазии Спайк оказался замечательным конферансье!

Освободив носительниц Элементов из тюрьмы созданных Дискордом иллюзий, Селестия немедленно доставила их в Кантерлот и передала на попечение врачей. После тщательного осмотра те порекомендовали некоторое время воздержаться от воздействия на ее подопечных магией, но заверили принцессу, что ничего серьезнее некоторого упадка сил им не грозит, так что с физической точки зрения все было в порядке. С чем медицина ничего не могла поделать, так это с тягостным настроением, охватившим кобылок после того, как их мечты стали оружием против них самих.

Мрачные и подавленные, они некоторое время бродили по затихшему замку в ожидании готовящегося транспорта, обмениваясь короткими, ничего не значащими репликами, и в конце концов собрались тесной группой в главном зале. Отдельно от компании держалась лишь Эплджек. Ходившая мрачнее тучи с самого момента освобождения, фермерша либо отвечала на беспокойные вопросы подруг односложно, либо вообще отмалчивалась, а теперь, сославшись на необходимость побыть одной и немного подумать, неподвижно застыла у одного из витражей, молчаливо наблюдая за вступающей в свои права ночью.

− Ну, в чем-то она права, − Как ни странно, первой позицию Пинки поддержала именно Флаттершай. – Конечно, то, что сделал с нами Дискорд, было… эм… неприятно…

− Неприятно? Неприятно?! Самое чудовищное, возмутительное преуменьшение, что я когда-либо слышала! – вскинулась Рэрити, мгновенно очнувшись от меланхоличной полудремы. – Да как он только посмел влезть в наши сокровенные мечты, тасовать их как колоду карт!.. Я!.. Да он!..

Модельерша, совершенно позабыв о том, как еще пару мгновений назад собиралась погрузиться в депрессию, возмущенно фыркнула и даже сердито топнула по мраморному полу в попытке найти слова, хоть сколько-нибудь вписывающиеся в рамки цензуры. После нескольких неудачных попыток она наконец успокоилась, гордо вздернула носик и, тряхнув гривой, размеренно произнесла:

− Его поступок – недостоин и низок!

− Ага, а мы-то все надеялись, что он будет вести себя как настоящий джентлкольт! Вот же незадача! – саркастично протянула Рэйнбоу Дэш. – Радуйтесь, что он еще наши мысли по всей Эквестрии в виде плакатов не развесил…

Представив подобную перспективу, Флаттершай испуганно пискнула и закрылась крыльями, а Спайк, покраснев, бросил быстрый взгляд на Рэрити, весьма удачно отвлекшуюся на приведение в порядок прически. Твайлайт строго шикнула на радужногривого пегаса.

− Да ладно, бросьте! – отмахнулась Рэйнбоу. – Спорим, скоро мы сможем спокойно посмеяться над этим за чашкой чая?

Твайлайт не ответила, только окинула подруг выразительным взглядом и, повернувшись, кивнула туда, где в отдалении замер силуэт фермерши.

− Эплджек, − тихо проговорила библиотекарша, и было видно, как оранжевая кобылка вздрогнула. – Мы просто хотим, чтобы ты знала… Может, нам не дано в полной мере понять, что тебе довелось увидеть в тех фантазиях, но мы всегда готовы поддержать тебя!

Остальные носительницы Элементов и Спайк поддержали речь утвердительными возгласами. Плечи Эплджек опустились, она медленно отошла от витража и приблизилась к освещенному аурами двух единорогов кругу. Выглядела кобылка совершенно обыденно, и лишь слегка покрасневшие от слез глаза напоминали о произошедших событиях.

− Спасибо вам. Я буду в порядке… Рано или поздно, − коротко сказала она, а затем, угрожающе нахмурившись, добавила: − А вот Дискорду лучше не попадаться мне на пути, иначе одним Духом Хаоса в Эквестрии станет меньше!

После ее слов воцарилось несколько напряженное молчание, которое сама Эплджек и прервала. Улыбнувшись почти незаметно, самым краешком губ, кобылка сказала:

− Сдается мне, кто-то предлагал посмеяться над тем, что произошло. Может, пора уже начать? Мы все-таки выбрались, верно?

* * *

Взглянув на постепенно приходящих в себя кобылок, принцесса Селестия легко улыбнулась, неслышно прикрыла дверь главного зала и, повернувшись, направилась в густую темноту коридоров. Естественно, она вполне могла разогнать поселившийся под их сводами мрак одним заклинанием, но специально не делала этого: несмотря на поздний час, в замке вполне можно было встретить кого-то из обитателей, а разговоры в планы аликорна не входили. Ей нужно было о многом подумать.

Ноги сами несли ее в западную часть дворца, к одной из башен, где Луна любила проводить свои ночные вахты, охраняя сон жителей Эквестрии. Пару минут спустя, преодолев последние ступени, верховная правительница ступила на припорошенную снегом смотровую площадку, залитую слегка неровным, дрожащим светом звезд – управление ночным небосводом до сих пор давалось Селестии нелегко.

Это место практически не изменилось: все та же механическая модель небесных сфер под навесом, где до нее не могла добраться непогода, тот же массивный телескоп, украшенный замысловатой гравировкой и, конечно же, резной деревянный столик, за которым младшая принцесса иногда пила крепкий чай. Воспоминания, живые и яркие, отозвались ноющей болью в сердце, и Селестия, подойдя к перилам, подняла голову к безмолвной чаше неба и тихо, едва слышно выдохнула:

− Луна…

Шепот взвился в воздух тонкой струйкой пара и мгновенно растворился, но зов… Ее зов был услышан. Переливающийся серебристыми огоньками лоскуток отделился от родного звездного полотна и устремился вниз, рассыпаясь множеством искрящихся пылинок. Зависнув над площадкой, они закружились быстрым хороводом, превращаясь в миниатюрное живое созвездие – призрачную фигуру темно-синего аликорна.

− Привет, − тепло улыбнувшись, сказала Луна.

− Прости… Прости меня, пожалуйста! – всхлипнула, глядя на нее, Селестия и потянулась вперед, чтобы прикоснуться к сестре, но на полпути ее копыто дрогнуло и отдернулось, будто обжегшись. – Я снова подвела тебя…

− Ты здесь не при чем, − покачала головой ночная принцесса. – Я бесконечно благодарна тебе хотя бы за попытку. А если кого и стоит винить за наш финальный провал, так это меня – за неполную информацию. Даже проведя столько времени в одном теле с Найтмэр, я и понятия не имела, что она способна применять подобные заклинания… Кроме того, ты все-таки спасла девочек, и это главное!

Селестия собралась сказать еще что-то, но Луна мягко прервала ее.

− Послушай, ты сделала все, что в твоих силах, и не стоит взваливать на себя ношу, большую, чем та, что уже есть. Сама подумай: план составлялся в жутком цейтноте, мы сильно рисковали, разыгрывая комедию перед главными злодеями в Эквестрии, да еще и разворачивая заградительные чары прямо у них под носом. Чудо, что удалось вытащить Твайлайт и ее подруг… − В голосе младшей принцессы прорезались грустные нотки. – К тому же… Может, все и к лучшему. Вспомни, сколько добра нам удалось совершить, пока я сообщала тебе об их планах…

− Нет! Не говори так! – горячо запротестовала Селестия. – Неважно, сколько происшествий мы предотвратили, не имеет значения, сколько заговоров удалось раскрыть! Это не стоит твоего пребывания в темнице с этим… монстром! Не стоит того, чтобы разлучать нас…

Даже в царящем на смотровой площадке полумраке было видно, как влажно заблестели глаза Луны. Одним плавным движением она подалась вперед и порывисто обняла сестру, обдав ее кожу легким дыханием холода.

− Спасибо тебе, Тия. Пожалуйста, не грусти больше, − прошептала Луна, потершись о щеку сестры. – Я уверена, скоро все наладится, и вместе мы обязательно со всем справимся…

Неохотно разомкнув объятия, ночная принцесса посмотрела вниз, на свое призрачное тело, постепенно начавшее растворяться в морозном воздухе, и тяжело вздохнула.

− К сожалению, мое время кончается, сестренка, − печально сказала она. – Мне пора…

Распахнув светящиеся бледно-синим светом крылья, становящаяся все более прозрачной кобылка подошла к перилам и, повернувшись, погрозила белоснежному аликорну копытом:

− И думать не смей, будто делаешь недостаточно! Если подобные глупые мысли снова придут тебе в голову, вспомни: в минуты слабости наедине с Найтмэр я держалась только потому, что знала – ты продолжаешь бороться за меня!

Оттолкнувшись, Луна взмыла в воздух, медленно тая, рассыпаясь мириадами искорок. Селестия долго смотрела ей вслед, а когда светящийся силуэт окончательно растворился среди звезд, опустила голову и, роняя слезы, произнесла:

− Я ведь была почти у цели…