# Всё будет хорошо

Overhans

Принцесса и маленькая кобылка проводят вместе последнюю ночь.

## Всё будет хорошо

Тишину пустых коридоров кантерлотской больницы нарушил немного торопливый, но всё же довольно величественный стук копыт. Дежурный врач, зевавший за столом, устало пробормотал своим привычным монотонным голосом, не глядя на идущего:

— Время для посещений закончилось. Уже слишком поздно. Приходите завтра.

— Мне нужна пациентка по имени Тайни Лайф.

Что‑то знакомое послышалось врачу в этом властном голосе, поэтому он поднял голову, взглянув на его обладателя… и тут же вскочил.

— Простите, принцесса! — забормотал он. — Я… не знал, что это вы! О, пойдёмте, конечно! Кого вы хотели увидеть? Тайни… Лайф? Сейчас… — он начал суетливо рыться в лежащих на столе бумагах. — Тайни… Тайни… Сорок шестая палата. Только… Простите, принцесса, но я не совсем понимаю, зачем… Осталось всего…

— Я знаю! — гневно перебила его посетительница. — Веди меня туда, а остальное тебя не касается!

Маленькая белая пегаска с небесно‑голубой гривой и изумрудными глазами, бесцельно смотревшими в потолок, лежала на чистой простыне койки. Рядом на тумбочке стояла ваза с уже подвядшими цветами, а рядом с ней лежала книжка про Дэринг Ду с закладкой в самом начале. Услышав звук открываемой двери, пациентка медленно повернула голову, полагая, что это снова пришли доктора. Но на её лице проступило удивление, граничащее с восторгом, когда она увидела в проёме высокую фигуру с развевающейся, несмотря на отсутствие ветра, гривой.

— Привет! Ты — Тайни Лайф, верно?

— Д‑да… Принцесса Луна, вы мне снитесь?

— Нет, — улыбнулась та, — я пришла к тебе наяву.

Пройдя внутрь палаты, принцесса оглянулась и сказала доктору, маячившему у неё за спиной:

— Вы можете идти.

Тот что‑то невнятно пробормотал себе под нос и удалился.

— Как дела? — спросила Луна, присаживаясь на краешек кровати.

— Всё хорошо, — ответила Тайни, с интересом оглядывая принцессу. — Я знаю, обо мне здесь заботятся.

— А если по правде?

— Ну, — слегка замялась та, — иногда здесь бывает немножко скучно.

— Тогда, может, прогуляемся?

Пегаска удивлённо захлопала глазами.

— Но разве меня выпустят из больницы?

— А кого мы будем спрашивать? — подмигнула Луна, и её рог засветился, сотворяя заклинание телепортации…

Они стояли на высоком холме, с которого открывался изумительный вид на величественный замок Кантерлот вдали, на бескрайние просторы Вечносвободного леса и на огни раскинувшегося неподалёку городка под названием Понивиль. Над ними зияла бездна ночного неба, усыпанная миллиардами мигающих звёзд, а над горизонтом медленно вставала ослепительно сияющая в ночном мраке луна.

— Как здесь красиво… — прошептала пегаска, восторженно оглядываясь вокруг.

— Это моё любимое место. Здесь я могу отвлечься от всех этих государственных дел и побыть наедине со своими мыслями и мечтами.

Луна уселась на траву и постучала копытом рядом с собой:

— Садись, не бойся.

Тайни неуверенно опустилась возле неё.

— Зачем мы здесь?

— Чтобы прогнать твои страхи. Не стесняйся. Мне ты можешь рассказать всё, что тебя беспокоит.

Пегаска замялась, то ли собираясь с мыслями, то ли просто побаиваясь ночной принцессы.

— Мои родители, — наконец, начала она, — умерли год назад. После этого я жила в приюте. Но недавно на обследовании доктора сказали, что я чем‑то больна, хотя у меня ничего не болело, и сейчас не болит. Они положили меня в палату, делали уколы, давали таблетки… Они говорили, что скоро всё будет хорошо, что я поправлюсь, смогу играть с другими детьми. Но я вижу в их глазах совсем другое и слышу иногда обрывки разговоров, доносящиеся из коридора. Они говорят, что я скоро умру. Это правда?

Несколько секунд принцесса сидела молча, глядя перед собой.

— Да, — наконец произнесла она. — Это правда.

— Почему?

Этого вопроса Луна боялась больше всего. Почему эта маленькая пони, не узнавшая толком, что такое жизнь, должна умереть, а она, ночная принцесса, будет жить ещё тысячи лет? Луна и сама часто задумывалась об этом. Иногда ей казалось, что именно она в этом виновна, забрав себе каким‑то образом чужие годы, отпущенные всем поровну на дороге времени. Принцесса отдала бы всё на свете, чтобы поделиться хоть каплей своей вечности с другими. Но вместо этого она вынуждена была смотреть, как они рано или поздно покидают этот мир, уходя туда, куда закрыт путь бессмертным…

Принцесса взглянула на пегаску. Маленькие крылья, которыми она так и не успела воспользоваться. Отсутствующая метка, которую она уже никогда не получит. Чем она заслужила такое? Что может ответить бессмертный аликорн обречённому на смерть жеребёнку, доживающему последние мгновения?

— Прости. Я не знаю. Никто не знает.

Малышка повернула к ней голову, и в её блестящих глазах отражались звёзды.

— А что будет после смерти?

Луна проглотила образовавшийся в горле ком.

— Этого я тоже не знаю.

— Понятно… — она вновь стала смотреть вперёд. — Мама говорила, что после смерти пони отправляются к звёздам…

— Может, так и есть. Ты… боишься?

— Немного.

— Бояться этого не нужно. Ты должна просто поверить, что всё будет хорошо.

— И тогда всё непременно будет хорошо?

— Да…

Звёзды медленно плыли по небу, исполняя одним только им ведомое таинство. Две пони сидели рядом на вершине холма и разговаривали обо всём, о чём только могли говорить маленькая кобылка и мудрая принцесса. Наконец небо над горизонтом начало светлеть.

— Смотри, — сказала Луна, показывая туда, — рассвет.

Тайни не ответила.

Луна сидела молча ещё какое‑то время, наблюдая, как мир вокруг постепенно набирает краски. Облака на востоке окрасились в розовые тона, предвещая скорое появление солнца.

— Красиво, правда? — спросила принцесса.

Молчание.

Луна удивлённо обернулась. Тайни Лайф лежала на траве. Со стороны могло показаться, что она просто спит, но её глаза были широко открыты, а грудь больше не вздымалась, замерев навсегда.

— Нет… нет… — пелена слёз заволокла нежные светло‑зелёные глаза принцессы. — Не сейчас…

Она не могла сдержаться и разрыдалась. Слёзы текли по её нежным щекам и падали, подобно росе, на стебли травы. Чьё‑то мягкое крыло легло на её дрожащую спину.

— Тише, сестра. Ты знала, что это скоро случится.

— Я хотела показать ей рассвет… Я не могу. Не могу больше видеть, как они умирают!

— Ты всё сделала правильно. Ты провела с ней последние часы её жизни, ты показала ей красоту этого мира, но самое главное — ты подарила ей надежду. Она умерла, но её надежда осталась. Смотри!

Внезапно тело пегаски начало светиться и рассыпалось тысячами маленьких огоньков, которые, кружась в причудливом танце, полетели на запад, туда, где над утренним небом гасли последние звёзды.

— Прощай! — прошептала им вслед Луна. — Или… до встречи!

Две сестры стояли, обнявшись, на вершине холма и смотрели, как над горизонтом всходит солнце…

В тот день в Эквестрии на свет появилось девять маленьких жеребят. И жизнь продолжалась несмотря ни на что.