S03E05
Глава 2. С людьми не всё в порядке. Глава 4. Со мой не всё в порядке

Глава 3. Со мной что-то не так

Говорят, что есть пони, жизнь которых – одно сплошное приключение. За эти неполные три дня, начиная с празднования летнего солнцестояния и заканчивая сегодняшним утром, я убедилась, что такая жизнь не для меня. Уставшая, вымотанная, голодная, я, едва переставляя ноги, тащилась за сэром Грегори. Сам же великий маг шел не спеша, осматривал окрестные покрытые сочной зеленью холмы и змеящуюся дорогу к его замку. С его длиннющими ногами это было не сложно, а мои устали и запинались о любую неровность. Я хотела попросить его сделать привал, но в ту же самую секунду, как я открыла рот, мою заднюю левую ногу свела судорога. Кошмарная острая боль пронзила мышцы бедра, которые сжались со всей силы, я закричала и провалилась на бок. Сэр Грегори моментально оказался рядом, схватил мою ногу и стал разминать сведенные мышцы. Боль при этом усилилась раза в два, я сжала зубы, и заставила себя претерпеть следующие несколько секунд, растянувшиеся для меня на часы. Боль отступила так же резко, как и появилась, я расслабилась и сморгнула выступившие слёзы.

– Идти сможешь? – спросил мой спаситель.

– Не знаю, – честно призналась я.

Маг кивнул, поднял меня в воздух телекинезом. Я аж ахнула от неожиданности, хотя бы уже потому, что никакой светящийся ореол, сопровождающий любую магию единорогов, не появился. Я вновь поразилась, до чего странными в мире людей были обычные для нас вещи.

Зато я наконец-то получила возможность перевести дыхание, расслабиться и просто насладиться окружающими меня пейзажами, полностью вверив себя в руки сэра Грегори. Впрочем, скрывавшееся за облаками солнце и размеренное покачивание укачали, и меня стало склонить в сон. Я смежила веки и, наверное, заснула бы, если бы не голод, до колик сжимающий мой желудок.

– Ты как?

Я резко открыла глаза. Мой попутчик ощупывал мою голову.

– Все в порядке.

– Сознание не теряешь? Потерпи немного, мы почти прибыли.

– Можно, я пройдусь тогда? – спросила я.

– Конечно, – маг аккуратно поставил меня на землю.

Последние несколько сот метров я прошла сама. Уставшие ноги немного дрожали, я пару раз споткнулась, но сэр Грегори каждый раз меня поддерживал, не давая упасть. Мы все же добрались до массивных деревянных трехметровой высоты дверей замка. Маг хлопнул в ладоши и створки распахнулись. Подхватив меня на руки, он вошел внутрь и бодрым шагом направился куда-то. Мне оставалось лишь наблюдать за закрывающимися дверями и любоваться мраморной отделкой стен коридоров, узорами на паркете из красного дерева и благородного ясеня.

– И вы здесь живёте, сэр Грегори? – сказала я, рассматривая расписанный батальными картинами потолок.

– Мы вроде как договаривались, что ты зовёшь меня Грэг, – напомнил он. – И да, я тут живу.

– Чем-то напоминает дворец принцессы Селестии, – заметила я и тут же вспомнила о поручении самой солнечной принцессы. – Красиво.

– Ещё бы! Я два столетия копил деньги на строительство замка в этом заокраинном мире. Зато тут спокойно, – последнюю фразу маг сказал скорее себе, а не мне.

Только тогда я задумалась, а куда он меня несёт. Мозг сразу же нарисовал несколько жутких вариантов вроде чулана или свинарника, где мне придется жить, но всё оказалось куда проще и в разы лучше. Грэг принес меня в ванную, и поручил двум служанкам в платьях тёмного цвета и белых кружевных передниках вымыть и высушить меня. И здесь был душ! О большем я не могла и мечтать. Хотя это будет не совсем честно, я ещё мечтала о еде. Впрочем, голод отступил, стоило только упругим струям горячей воды коснуться меня. Незабываемое ощущение. Я позволила служанкам смыть с меня дорожную грязь, наслаждаясь тем, как их ловкие пальцы массировали мне голову и вычищали комки высохшей грязи из гривны и хвоста. А после купания меня вытерли мягкими и ворсистыми полотенцами, пока я вдыхала приятный цветочный аромат, который подарил мне шампунь.

– Кладите её на стол и брысь отсюда, – скомандовал хозяин замка, служанки быстро выполнили его приказ и удалились. – Ложись на живот, Лира, вытяни ноги и расслабься. Я просто сделаю тебе массаж, чтобы ногу больше не сводило.

– Ой, вы и так слишком добры ай-яй-яй! – я просто не была готова к медвежьей хватке Грэга и тому, с какой силой он стал разминать мне мышцы.

Грэг как-то ухитрялся балансировать на самой границе действительно болезненными ощущениями, зато после его жестких прикосновений я чувствовала приятную расслабленность, и получала тонну удовольствия. Наконец, он размял задние ноги и дотронулся до кьютимарки.

– Что же это такое, – задумчиво произнес Грэг. – Я и в прошлый раз хотел рассмотреть подробнее, но не успел, – с этими словами он стал разглаживать шерстку на моем бедре. – Это изменение цвета случаем не результат химического ожога?

– Нет, совсем нет, – внезапно для меня мое сердце забилось чаще, а щеки стали гореть огнём. – Это кьютимарка, она проявляется сама.

Я заметила, что часто дышу. Тут хозяин замка хмыкнул, перенёс меня магией со стола на пол и заявил, что мы идём обедать. Мой желудок моментально припомнил мне все обещания еды и болезненно сжался. Я не замедлила отправиться вслед за Грэгом по просторным коридорам замка. Случайно глянув в сторону, я резко остановилась и открыла род от изумления: на стене в два ряда висели гитары самых разнообразных форм и цветов. За это время маг свернул куда-то в сторону. Опомнившись, я рванула за ним и выскочила на пересечение коридоров как раз вовремя. Грэг стоял спиной ко мне, а перед ним находилась юная девушка, но не служанка. В ее взгляде, выражении лица и позе не было ничего общего с теми кроткими созданиями, наводившими порядок в замке. Девушка целиком была одета в кожу: высокие сапоги, наколенники, короткая юбка, странный облегающий костюм. К её бедру тремя ремешками крепились ножны с кинжалом, а на голове находились очки с толстыми стёклами, какие носили обычно Вандерболты. Девушка придерживала одной рукой не менее странное металлическое бревно и дерзко смотрела на моего сегодняшнего спасителя.

– Так-так, – произнес он. – Анна-Мария Грегордоттир ван Хэвэнсинг, я же говорил вам не брать мой ховерборд.

– Пап, не начинай, ты всё равно на нём не катаешься.

– Ну это уже наглость, доча, – маг слегка наклонил голову вбок. – Я собирался сделать тебе подарок, а ты решила отплатить мне безобразным поведением?

– Подарок? – дочь Грэга из всей его речи обратила внимание только на это слово.

– Ага, я купил тебе единорога.

С этими словами он сделал шаг в сторону, открывая меня любопытсвующему взору своей дочери. Я застыла пораженная таким ходом вещей. Неужели я попала из огня да в полымя? Неужели в этом мире я всего лишь чья-то собственность? Не более чем вещь. Первой моей мыслью было бежать отсюда, но я не смогла даже пошевелиться. Интерес на лице девушки сменился на скуку.

– Пап, мне уже четырнадцать! Я уже слишком взрослая, для... этого, – она показушно закрыла ладонью свою мордашку.

– Ха-ха, повелась, – Грэг расплылся в торжествующей улыбке. – На самом деле это мой гость, она разумна и не может быть подарком. Её зовут Лира Ха... как там тебя?

– Хартстрингз, – сказала я, отходя от потрясения, как же просто этот человек шутит вещами, которые едва не довели меня до слёз.

– Лира Хартстрингз. И она действительно разумна, хотя я и вправду выкупил её из рабства у какого-то пейзана. Уверен, вы подружитесь. А пока верни ховерборд на место и присоединяйся к нам в столовой.

Я была зла на Грэга, но за один только обед простила ему всё. Жареный козий сыр с ломтиками какого-то овоща был восхитителен, а целая тарелка риса с кусочками помидоров и зелени показалась мне до безобразия маленькой. Тут готовили такую вкуснятину! И это при том, что никто не ждал гостей, а рис был всего лишь гарниром к рыбе в белом соусе, которую ели сам маг и его дочка. За обедом он пил белое вино, наливая его и дочери, сильно разбавляя виноградным соком, а мне пришлось довольствоваться местным чаем.

– Лира, – Грэг вытер рот салфеткой. – Я вижу, ты очень устала, поэтому отдыхай, чувствуй себя как дома, а о делах будем говорить самое раннее послезавтра, – он пригубил бокал. – Я распорядился, чтобы твою кровать поставили в комнату Анни, чувствуй себя как дома.

– Па-ап! А меня ты ни о чём не забыл спросить? – тут же крикнула его дочка, её голос после тишины был таким громким, что я прижала к голове уши.

– Анни, – Грэг принял назидательную позу. – Тебе пора учиться ответственности. И вообще, невежливо так говорить в присутствии гостьи, – он поставил бокал встал из-за стола, показав, что разговор окончен.

Анни всё оставшееся время, пока мы доедали обед, молчала, а на мои попытки начать беседу реагировала лишь общими фразами или односложными ответами. Она явно была не в духе, и я не стала на неё давить.

Замок Грэга оказался замечательным местом! Даже просто погулять по нему уже было увлекательно. Гулкие коридоры, комнаты с каминами и резной мебелью, библиотека с тысячами книг и забавной винтовой лесенкой, широкие кровати с балдахинами в спальнях. Но больше всего поражало то, что хозяева создали тут ощущение домашнего уюта. Все эти кресла-качалки перед каминами, паркетные полы из древесины теплых цветов, масляные лампы, пушистые ковры, мягкие диваны и даже аккуратная форма одежды служанок. Поваляться после сытного обеда и подремать было настолько замечательной идеей, что я не поддалась на предупреждения разума об опасностях, а просто развалилась на софе и смежила веки. Не то чтобы это был настоящий сон, а скорее послеобеденная дрема. Где-то через полчаса, как мне показалось, я открыла глаза, потянулась, размяла ноги, и отправилась гулять. На этот раз я постаралась запомнить расположение столовой, выхода из замка, стенда с гитарой, а так же библиотеки.

Ближе к вечеру меня нашла Анна-Мария и позвала ужинать. По пути она аккуратно прикоснулась к моей гриве и отдернула руку, стоило только мне обернуться. Девочка выглядела смущённой, и мне пришлось заверить её, что ничего страшного, если она погладить меня, не произойдёт. Анни осторожно зачесала мою гриву назад, пользуясь пальцами как гребнем, улыбнулась и погладила по спине. Я улыбнулась в ответ, чувствуя, что лёд между нами затрещал и стал таять.

Ужин прошел бы замечательно, если бы Грэг вновь не стал спорить со своей дочкой, но на этот раз о моих вещах. Я уже пожалела о том, что ляпнула про лиру, которую оставила после бегства из леса. Не знаю, почему эти двое спорили по каждому пустяку, но мне было обидно, что я со своими глупыми желаниями стала причиной ещё одного неприятного вечера. Остаток ужина прошел в молчании, а доев, я пожелала Грэгу спокойной ночи и отправилась вслед за Анни в её спальню. Там мне уже подготовили достаточно просторную и чересчур длинную для пони кровать. Но вместо того, чтобы ложиться спать, Анни попросила меня расчесывать её длинные волосы. Я согласилась и подняла телекинезом гребень из сандалового дерева. Как оказалось, волосы у людей куда тоньше и мягче наших, они похожи скорее на нечто шелковистое. Потом настал мой черед, девушка усадила меня перед зеркалом и стала расчесывать гриву. Я зажмурилась от удовольствия и позволила поухаживать за собой. Эти два дня показались мне несколькими неделями, столько всего произошло со мной. Да и сама реальность не казалась мне по-настоящему реальной. Вот что значит «другой мир». Он и вправду другой, тут в один день с утра тебя бьют, а вечером мягкие гибкие пальчики, нежно массируя, заплетают гриву в косички. М-м-м-м-м...

– Стой, ты что, действительно заплетаешь мне гриву в косу? – спросила я, резко отрыв глаза.

– Ну да, – ответила Анни. – А что?

– Мне просто не идут косички, – я помотала головой, высвобождая гриву из рук девушки. – У меня короткие волосы, вот моей подруге Эпплджек косы всегда были в самый раз.

– Это у тебя-то короткие? А длинные тогда что, волочатся по земле?

– Ага, – кивнул я. – У моей знакомой Флаттершай волосы, то есть грива и хвост, именно такие, поэтому ей приходится летать, – я поймала удивленный взгляд Анни. – Флаттершай – пегас.

– А-а-а, – протянула девушка. – Понятно. Тогда можно мне сейчас просто расплести и лечь спать, я очень устала за этот день.

– Конечно, – только и ответила я, снова вспомнив, насколько тяжелый был день у меня.

Мы пожелали друг другу спокойной ночи, и я забралась под своё одеяло. О, Доброта, как же это было восхитительно! Свежие, немного похрустывающие простыни на удобнейшем матрасе, мягкое и невесомое одеяло и пружинистая подушка. Я завернулась в одеяло, устроилась поудобнее и сразу же уснула.

А вот спалось мне плохо, я проснулась среди ночи от кошмара, в котором меня хотели съесть огромные подземные черви. Я открыла глаза и совсем не сразу сообразила, где я нахожусь. Но даже когда поняла, не сразу убедила себя, что я в безопасности и можно спокойно спать дальше. Под утро мне приснился ещё один кошмар, на этот раз я убегала через лес от людей, звала Грэга на помощь, и он отзывался где-то впереди. Но люди догнали меня раньше и стали хлестать прутьями. Я закричала и проснулась.

В том, что я проспала почти до обеда, не было ничего удивительного. Тяжелые шторы надёжно защищали полумрак комнаты от ярких солнечных лучей, прорывавшихся сквозь окно. Анни уже давно покинула спальню, так что умываться мне пришлось самой. Немного поэкспериментировав с кранами, я всё же добилась нормальной для меня температуры воды. Магией изменила течение струи из-под крана и умылась, брызг было, конечно, ужас как много, зато отличное настроение с утра того стоило.

На завтрак я опоздала, впрочем, к ланчу все же успела, а учитывая, что завтракали тут одним-двумя яблоками, я ничего и не потеряла. Зато после ланча, Грэг сделал мне сюрприз, он принёс мою лиру! Я ошарашено осматривала музыкальный инструмент, с каждой секундой убеждаясь, что это именно моя лира.

– Где ты её нашёл?

Мы сидели на закрытом пушистым чехлом диване, и я пыталась вновь настроить инструмент.

– Купил, когда продавали вещи тех двух бандитов, от которых ты сбежала, – спокойно ответил Грэг.

– Это они тебе рассказали? С ними всё в порядке? – спросила я, забеспокоившись.

– С этими отморозками? – он скривился. – Тебе лучше не знать.

– Ты, то есть вы…

– Ты, – тут же поправил меня он.

– Хорошо. Ты уже два раза произнес слова, которых я не знаю. И ещё презрительным тоном, а ведь они хорошие люди, не то что тот вредный старик, который меня побил.

– Ха-ха, это они-то хорошие? Ты и вправду не разбираешься в людях, – с грустью в голосе сказал маг. – Эти двое зарезали бы тебя и спилили бы рог, чтобы продать. Так же как они зарезали трёх старателей и забрали их золото, – от неожиданности я раскрыла рот. – Причём бросили своего раненого товарища. Он и сдал их городскому сыску.

– Но... Но... – у меня не нашлось слов. – Они же...

– Именно так. Тебе действительно очень повезло тогда в лесу. Даже больше, чем вчера в Виндховере. Рано или поздно я всё равно нашёл бы тебя и выкупил из рабства.

– В смысле «из рабства»? Я бы дотащила тележку, и Сыч бы меня отпустил.

– Ты сама веришь в то, что только что сказала? – Грэг скептически поджал губу. – Этот пейзан никогда тебя не отпустил бы. Да ещё загнал бы до смерти, заставляя таскать его тележку. Тебя бы ждала ужасная жизнь полная мучений и страданий, а в конце крх-х-х, – он провёл пальцем по горлу и закатил глаза.

– Это неправда! – в сердцах закричала я, прекрасно понимая, что всё сказанное было правдой. – Это кошмарно!

На глаза навернулись слёзы, я едва сдерживалась, чтобы не зарыдать. Маг ухватил меня, посадил на колени и обнял. Я прижалась к нему и моментально успокоилась. Я могла ни о чём больше не волноваться и не бояться в объятиях Грэга, он защитил бы меня от любой опасности, от любой беды. Его большие руки нежно обхватывали моё тело. А его принадлежность к таким опасным существам, как люди, только придавало притягательности, добавляло риска и азарта, заставляло сердце биться чаще. Я улыбнулась, наслаждаясь моментом, и подумала, как бы мне было бы приятно, если бы он овладел мной. И тут же вздрогнула, настолько внезапной оказалась эта, мягко говоря, странная мысль. Откуда у меня в голове вообще возникло подобное? Мне стало не по себе. Как же хорошо, что Грэг разжал объятия, и я спрыгнула на пол.

– Огромное спасибо за лиру и за то, что спас меня, – получилось немного черство и не очень искренне. – Мне нужно подумать, встретимся за обедом.

– Не за что, – ответил хозяин замка мне вслед, когда я чуть ли не опрометью бросилась из зала.

Добежав до комнаты Анни, я остановилась, чтобы отдышаться. Никак не могла взять в толк, что же на меня нашло. В конце концов, решила, что это просто наваждение или что-то в этом духе. Просто случайная мысль, ни с чем не связанная. Ведь все мы, стоя у обрыва в горах, думаем: «а что будет, если я прыгну?» Но ведь никто не прыгает.

Весь день я побаивалась даже приближаться к Грэгу, играла на лире, помня, что без постоянных тренировок быстро растеряю навыки. А ещё, достала примеченную ещё вчера гитару и даже немного побренчала на ней, оценивая струны. За этим занятием меня застала Анни, сказала, что после ужина можно сходить на крышу любоваться звёздами и петь, аккомпанируя себе. Вечер и вправду выдался чудесным, а ночное звёздное небо – невообразимо красивым. Мириады звёзд сливались в один огромный местами синеватый, местами красноватый пояс, охватывающий весь купол. Огромная туманность, похожая на причудливую рыбу застыла и, казалось, была готова нырнуть в глубины космоса. Мы уже начали зевать и тереть глаза, как внезапно моя новая подруга сказала, что хочет спеть одну из своих любимых песен, которую будет исполнять тому, кого полюбит. Я закивала головой и уселась слушать, но к своему сожалению так сильно устала, что плохо восприняла текст про сгоревшие мосты и робких возлюбленных.

Следующее утро выдалось очень насыщенным. Послушав Анни, я собиралась попросить Грэга сыграть на его любимом музыкальном инструменте – клавишной скрипке. Но после завтрака маг сам пригласил меня в свою лабораторию, находившуюся в подвале замка. Спустившись в прохладное помещение, стены которого были покрашены в белый цвет, я зажмурилась: с потолка от ламп странной формы шёл яркий и ровный свет. В сочетании с гулким светло-серым кафелем, он создавал ощущение чистой пустоты и тревоги. Грэг уселся за стол, уставленный стеклянными колбами, странными коробками и стальными инструментами. Я примостилась на краешек стоящего рядом стула и с опаской покосилась на шприцы. Не самое весёлое воспоминание из детства.

– Не бойся, – улыбнулся Грэг. – Ничего ужасного, просто решил узнать о вас немного больше, а лучший способ для этого – взять немного крови на анализ.

– Это как укол, да? – заерзала я на стуле.

– Не так болезненно, – он взял в руки мою переднюю ногу и потер шерсть ваткой, пахнущей чем-то резким. – После инъекции препарат может довольно долго вызывать неприятные ощущения, а когда берут кровь, то это как укус комарика, – Грэг взял толстый стеклянный шприц.

Я вздохнула и постаралась расслабиться, отвлечься, пустив мысли на самотёк. Не в первый раз делают укол и не в последний. В конце концов, боль может и не быть неприятной. Вот, например, судя по росту Грэга, у него должен быть впечатляющий размер, и если он войдёт в меня, то сначала будет больно, зато потом... Я вновь поймала себя на подобных мыслях, но на этот раз решила не останавливать их. Это не более чем забавные мысли, они сладки и привлекательны, хоть и странны. Чересчур странны и, пожалуй, неправильны. Пообещав себе, что обязательно разберусь с их первопричиной, я расслабилась. А потом лишь несильно сжала зубы, почувствовав укол иглы.

– Ты вида крови не боишься? – спросил у меня маг.

– Н-нет, – я глянула и увидела, как в стеклянное пузо шприца набирается темно-красная кровь, моя кровь; я поспешила отвернуться.

– Вот и всё, – сказал он, легко вытащив шприц, и зажал ранку клочком ваты.

– Грэг, – обратилась я к нему. – Можно у тебя спросить, а почему ты... ну... не такой, как другие люди?

– Хех, – усмехнулся он. – Другие это кто? Те, с которыми ты сталкивалась, пока не попала ко мне?

– Да, – ответила я.

– Тут всё просто и сложно одновременно, – начал рассказ Грэг. – Видишь ли, люди резко делятся на две группы, это наиболее чётко видно в нашем варварском мире на отшибе. Я, Анни, верхушка местной знати, все мы полноценные, цивилизованные люди. А есть чернь, пейзане, простолюдины. Грубые, необразованные и недоразвитые. У них не раскрыт весь потенциал человеческого мозга и разума. Но они такие не потому, что родились такими, а потому что никто не позаботился о таких вещах в их детстве. Родители посчитали, что в нашем мире детям будет жить проще именно так, практически без разума, без кругозора и без сострадания. А до них так же считали их деды и так далее. Улавливаешь смысл?

– Нет, – я замотала головой. – Я не понимаю, как это связано с их поведением.

– Все просто. Эти люди почти не способны увидеть большее, чем возможность пожрать, перепихнуться и поспать, не могут и не хотят думать головой, не пытаются сопереживать, поэтому в тебе видели лишь раба или еду. Такие, конечно, не все. Иногда появляются вполне смышленые индивидуумы, но зачастую их свои же бьют по голове до тех пор, пока не искалечат. Более того, появляются неформальные институты, занимающиеся именно таким «выправлением», обязательная военная муштра, например. И очень редко ряды нашего высшего общества пополняются каким-нибудь новым, действительно разумным человеком, чаще всего купцом. Вот у этого уже есть возможность развить своих детей, вырастить людей, а не простолюдинов. В цивилизованных мирах этот процесс поставлен на поток, но не здесь.

– Как это? – удивилась я, пытаясь переварить и осмыслить вышесказанное. – Неужели родители ничему не учат? А школы? А книги?

– Я смотрю, у вас как раз цивилизованный мир. Родители пейзан работают на полях, школ в Пограничном мире нет, а книги, за исключением бухгалтерских гроссбухов, есть только у меня и у мэра Виндховера.

– И ты ничего не пытаешься сделать?

– Я воспитывал Анни, это было дико сложно, но я научил её думать, размышлять, видеть лес за деревьями. Что же касается мира, то со временем он разовьется сам и не стоит ускорять этот процесс. Пробовали, знаем.

– Всё равно это ужасно! Даже если раньше подобное заканчивалось плохо, то это не повод не пробовать новые подходы.

– Какая же ты сообразительная, – внезапно Грэг протянул руку и погладил меня по голове. – Ты уже многое понимаешь. Что ж, можно начать проводить политику расширения торговли, поднять экономику и получить деньги на обустройство обязательного образования, но и это процесс не быстрый. И даже после получения результатов, система образования требует внимания, иначе она быстро деградирует.

– Я знала, что ты что-нибудь придумаешь, – я заулыбалась, потянулась, и мы с Грэгом первый раз обняли друг друга.

Всё-таки не смотря ни на что, он был просто замечательным! Умным, обворожительным, заботливым. Мне показалось, что я ощущаю к нему не только влечение, но и некую привязанность. Некое болезненное желание, рвавшееся наружу из глубин моего разума, где обретают начало все наши эмоции и внутренние чувства.